Клинков 3. Последний хаосит

Глава 1

— Эй, ублюдок! — выпалил я.

Пульс бил по вискам молотком. Сердце барабаном стучало в груди, норовя выскочить. Кровь бурлила, как и хаос.

Я сделал глубокий вдох. Вы-ы-ыдох. Вдох. Вы-ы-ыдох. Не помогло.

Слова сами сорвались с языка:

— Ты что, оглох?

Караван не успел уйти далеко от ворот. Воины в сером разгружались, как ни в чём не бывало, обменивались веселыми взглядами, смешками и шутками. Им было весело. Забавно смотреть на то, как мы пробились в крепость с боем. В самый последний момент.

Смеется тот, кто смеется последним.

Я сразу заприметил Чернышова на лошади, в серых сияющих доспехах и со шлемом под мышкой. На его лице — издевательская ухмылка.

— Я всего лишь выполнял приказ. Все претензии — к высшему руководству.

Он произнес эти слова механически. Как заготовку. Словно уже не раз использовал их.

— На дуэль нарваться не боишься?

На нас начали обращать внимание не только люди Чернышова, но и обычная стража, и беженцы. Беженцев было много — не только из Сизого Яра. Группы теснились за стенами, словно в предбаннике, и обменивались боязливыми взглядами.

— В городе военное положение, — подмигнул мне Чернышов. — Дуэли запрещены. Можно получить серьёзный срок.

Почему я не удивлен, что Чернышов не собирался сражаться со мной один на один. Думаю, что в иных обстоятельствах, чувствуя свое превосходство, он запрсто бы согласился. И никакие указы и запреты не были бы помехой.

— Ну-ну, я-то увижу конец военного положения…

Я мысленно сохранил в своей памяти портрет нагло улыбающегося, ехидствующего подонка с чёрными кучерявыми волосами.

— Мы ещё сочтёмся, — попрощался с ним я. — Я всегда возвращаю свои долги.

Схлёстываться в несанкционированной битве прямо перед воротами Выкречи было невероятной глупостью. Придётся оставить долг на более позднее время.

Я вернулся к отряду, проверил беженцев вместе с ребятами и оказал первую помощь тем, кому она была нужна. Убитых не было, а вот измотанных — полно.

Марафон в темпе спринта просто поломал дыхалку мужикам. Физическое состояние этих людей, ещё и под Ускорением и прочими воздушными заклинаниями от Ивана, оставляло желать лучшего. Впрочем, сейчас это уже была не моя забота. И не забота моего отряда.

Теперь ответственность за беженцев лежала на Выкречи. Городе, окруженном монстрами. Удивительно, но за один-два дня осады ничего фатального не произошло. Почти ничего.

— Как думаешь, что они не нападают?

Все темы для разговора в трактире были одинаковыми каждый день. Надо сказать, что ели мы здесь всего второй день, но обсуждали очевидное. К сожалению, не женщин и магию.

— Ссут?

— Совсем дурак?

— Так они же один раз они напали, мы отбили.

Тут вмешался третий голос:

— Совсем поехавшие. Сколько жизней это стоило, а? И сколько будет стоить? Монстры под стенами. Понимаете, что это такое? Не люди. С ними не договориться, их не испугать. Это конец.

Настроение, как и большинство разговоров в трактире было пессимистичным. Большинство просто не могло осознать тот факт, что Выкречь была под угрозой не от кого-либо, а от монстров.

Раньше все эти страшилки, звери и твари были чем-то наподобие былины или саги. Вроде и было, да даже есть где-то, но далеко.

Сейчас же они вынужденно столкнулись со своими страхами лицом к лицу.

Мужик за соседним столом дёргал волосы на голове и бормотал себе под нос:

— Не сбежал, дурак, не сбежал. Почему не сбежал? Надо было бежать, бежать, бежать. Куда?

— Командир, — обратился ко мне Аскольд, — а мы-то что делать будем?

Несмотря на то, что первый штурм действительно был отбит, в воздухе витало странное чувство — предчувствие, можно сказать. Уж слишком по-другому атаковали твари из-за стен.

Это нельзя было назвать волной или набегом. Нет, это была настоящая осада. И первый штурм уже случился — неудачный, но всё же.

Если во главе стояли сирины, а это были именно они, то можно было знать наверняка, что где-то в глубине сотен и сотен тел монстров зарождался коварный план. По-другому быть не могло.

Это же чисто человеческое поведение. Проверка боем, откат назад, новая попытка. И можно не сомневаться, что на этот раз она будет более изощрённой и скоординированной.

Пока ходоки не понадобились на стенах, но всё могло измениться в любой момент. Несмотря на то, что в городе было достаточно продовольствия, и продукты, пайки и рационы выдавались жителям по норме ежедневно, воры ни на миг не унимались.

Банд словно стало только больше. Или старые разрослись. Возможно, и то и другое одновременно. Это особенно чувствовалось здесь, в трактире, в Нижнем городе.

Всё-таки наша база находилась на стыке двух кварталов.

За соседним столиком никак не унимался разговор:

— Бежать надо, и всё.

— Куда ты побежишь?

— Да хоть со стенки сигануть.

Я отпил чая из кружки — чёрный, крепкий, без сахара. Сейчас сахар никто даром не добавлял. Цены взлетели ещё выше тех, что были неделю назад. Занимательная экономика. Военная.

— Бежать я не предлагаю, я ж не совсем того, — усмехнулся Аскольд.

Он покрутил пальцем у виска.

— Точно-преточно? — лукаво спросила Весна.

— Ой, да брось ты. Всё на курицу обижаешься?

— А может, и обижаюсь…

Весна забавно надула щёчки.

В отличие от настроения в городе, у меня в отряде всё было в порядке. Каждый день — рабочий день. Если не рабочий — тренировочный. Если не тренировочный — рабочий.

— Где ходоку и наёмнику самое место? — спросил я.

— В бою? — оскалился Аскольд.

Весна тяжело вздохнула.

— Мальчишкам бы только подраться.

— Почему? — не согласился я. — Мы часто решаем вопросы миром. Очень.

Я попытался вспомнить, когда решал проблемы без применения силы. Да, негусто. Но было же!

Весна сделала удивленное выражение лица и приложила ладони к щекам, чуть приоткрыв рот.

— А кто чуть не убил капитана стражи?

— Не помню такого, — возразил я.— Что точно помню, так это Каменный цветок.

Аскольд и Весна тут же посерьезнели и подвинулись ближе ко мне.

— Да не так близко…

Я отодвинулся вбок, ближе к Весне.

— Обидно, — произнёс Аскольд.

Вот только на лице его не было ни капли обиды.

— У нас под рукой настоящий клад, если подумать, — продолжил я. — В десятки раз лучше, чем Одолень-трава. Хотя и ее остатки есть. Кварц есть. Каменный цветок тоже. Нужно только найти лабораторию. В отряде уже все к прорыву так и тянутся.

— Верно, верно, — поддакнул Аскольд. — Особенно Весна. Давно в девках засиделась.

Весна удивленно посмотрела на Аскольда. Затем бросила на меня короткий взгляд, зарделась и уставилась в кружку чая.

— У тебя глаз что ли лишний? — спросил я Аскольда.

— Никак нет. Больше шутить не буду.

Не хотел я так спешно каменный цветок использовать, но придётся. Судя по тому, с чем нам предстояло столкнуться — без него никуда.

— Адептом я вас из города никогда не выведу, — задумчиво произнес я, — случись что.

Аскольд заинтересованно подался вперёд.

— А Подмастерьем сможешь вывести?

Если… нет, когда я возьму ранг Подмастерья я стану очень сильным по меркам Выкречи. На ранге Адепта я вполне могу потягаться с Подмастерьями. А уж если сам им стану, то едва ли в городе найдется один Мастер способный противостоять мне. Ратибор Володин.

От него я, кстати, получил весточку меньше часа назад. Подписано-то было Серегой, но приглашение главы Рода. Неформальное.

— От той дичи, что спряталась за толпой мелких монстров? — ответил я вопросом на вопрос. — Оружие нужно. Без него никак. Из Каменного цветка. Вот только…

— Что?

Было ощущение, что даже так силы будут неравны. Нужно много силы. И сразу. И, желательно, родной. Качественно улучшить арсенал. Пока об этом рано говорить.

— Не бери в голову, — отмахнулся я. — Пойдемте.

Вот упиралось у меня всё в место для алхимических работ. И так совпало, что знал я один Род, всегда готовый к деловым сделкам. Да и меня самого пригласили как-никак.

А там и узнать можно, кто Чернышова подрядил. Возможно, придётся торгануть какую-нибудь информацию на возможность использования лаборатории. Но оно того стоило.

Я не обязан открывать Володиным всё. Можно выдать ровно минимум полезной для Ратибора информации. Ну или чуть больше, если цена будет хорошей.

Мы закончили есть и вышли из трактира. В меня сразу же врезался пацанёнок — грязный, в потрепанной одежде, ростом от горшка два вершка.

— Прости, дядя!

Он тут же попытался скрыться.

— А ну, стоять!

Я схватил его за ухо.

— Ещё раз сунешь руку мне в карман — сломаю. Понял?

— Понял, понял, — затараторил пацаненок. — Пусти!

Как только я отпустил ловкого пацанёнка, он тут же юркнул в переулок и исчез.

— Дал бы ему монетку, — заботливо произнесла Весна.

— Он у меня из другого кармана и так две вытащил. Хватит ему.

Здесь, в Нижнем квартале, прямо на улицах спали разношерстные посетители города. Почему посетители? Городские беженцы, гости, бездомные — в общем, все те, кто не мог себе позволить остаться в резко подорожавших трактирах, постоялых домах и корчмах. И ни у кого не было ни родственников, ни связей. Спали где придётся, ели что придётся, жили как придётся — целыми семьями.

До оговоренного времени оставалось совсем чуть-чуть. Местом встречи был Имперский банк, поэтому я расстался с Аскольдом и Весной и отправился туда.

Было понятно, что Ратибор сейчас вряд ли назначит встречу в особняке. Военное положение, и Рода в данном случае не были исключением. Скорее всего, чтобы попасть на территорию Рода сейчас, нужно было особое разрешение.

Впрочем, от места для меня мало что зависело. Можно сдать часть информации, можно блефовать. Главное — получить доступ к лаборатории уровня не ниже купеческой. Родовые для меня и в мирное время были закрыты, а уж сейчас и подавно.

Я вышел на центральную улицу. Здесь было почище, поменьше беженцев, побольше стражей и ходоков. Не было очередей ни в Кладовочку, ни в Имперский банк. Но я пока не спешил сдавать Кварц или Каменный цветок. Они были нужны мне под рукой. Да и был шанс, что нынешние вклады уйдут на восстановление города. Особенно, если обороняющиеся сильно облажаются.

В банке проверили мою карточку ходока и впустили. Уже через десять минут я оказался в кабинете напротив Ратибора Володина. Он ткнул кнопку артефакта, выглядящего как черный матовый камень, на столе, и нас накрыло пологом с заклинанием, не пропускающим звуки и картинку наружу. Крепким, кстати, заклинанием. Уровня Мастера.

— Как прошёл первый штурм? — поинтересовался я.

Скорее всего, даже несмотря на потери, именно Володин отвечал за военную составляющую обороны.

— Пойдёт. Если ты не против, то я сразу перейду к делу.

— Конечно.

— Мы едва ли сталкивались с подобными монстрами… — задумчиво проговорил Володин. — Ментальные атаки, звуковые волны, общая скоординированность… Одним словом — Сирины. Но ты всё это уже знал, верно?

— Не совсем, — сблефовал я. — Я всего лишь нашёл образец особи.

Допустим, было ощущение, что Володин мне не поверил. Это было и не важно. Я собирался поторговаться и получить то, что нужно. Вопрос был в цене.

— Хорошо. Ты знаешь, как можно победить сирина?

— Сирина можно убить так же, как любого другого монстра.

Я откинулся на спинку стула.

Ратибор дернул уголком губ.

— Я имел в виду, — сказал он, — как убить не их, а вот это.

Ратибор достал из-за пазухи небольшой кристаллик, светящийся белым светом.

— Здесь хранятся последние воспоминания лидера группы разведки. К чему я это? К тому, что единственный, кто смотрел эту запись, нацарапал лишь одно слово перед тем, как сошёл с ума: «Небытие». Понимаешь? Не смерть, страх или что-то ещё.

Я пристальнее присмотрелся к Ратибору. За последние несколько недель он состарился. И немного осунулся. Появились черные круги под глазами. Устал он. Сильно.

— Ты сможешь победить это?

Ратибор постучал по белому кристаллику.

— Я смогу сделать оружие. Оно может помочь. Стопроцентной гарантии не даю.

— Что тебе нужно? — без раздумий спросил Ратибор.

— Лаборатория. Желательно независимая и без контроля со стороны Родов или кого-то ещё. Я сделаю оружие… И кое-что по мелочи себе.

Володин даже не торговался.

— По рукам.

— Только, на твоём месте, — решил подкинуть одну мысль я, — я бы волновался не об этой твари.

Я ткнул пальцем в кристаллик.

— А о чём?

— Что бы не затеяли сирины, если падут стены, в городе начнётся резня. Здесь нет донжона. Только крепостные стены. Пусть крепкие и зачарованные.

Ратибор почесал щетинистую щеку и произнес:

— Спасибо за совет. Я учту его. Хочу вернуть тебе долг сразу. Будь осторожнее. Тобой заинтересовались.

— Тайная канцелярия? — пошутил я.

— Хуже, — покачал головой Ратибор. — Церковь. Рысев нюху доверяет. И никто ещё не вырывался из его цепких когтей.

Это уже серьезно. Мне все равно рано или поздно предстояло столкнуться с ними. Нужно срочно делать зелья и рваться на ранг выше. Подмастерьем я смогу потягаться даже с этим… Рысевым.

— Не подскажешь, бонусом, — попытал удачу я, — на кого работает Чернышов.

— Ха, да это не секрет даже. Кто платит — на того и работает.

— И тебе спасибо.

Мы расстались без пустых вопросов и разговоров. Ратибор выдал мне документ, позволяющий воспользоваться одной из лабораторий в городе. Она числилась заброшенной, но на самом деле была вполне рабочей. Нужно было лишь знать, как ее запустить и иметь немного свободного времени.

Я вышел из банка. На улице уже был вечер. Почти везде горели огни. Тёплый воздух взъерошил волосы и донёс до носа сладковатый сырой запах.

Я прошёл по знакомому маршруту в сторону Нижнего города, отслеживая источник. До тех пор, пока не услышал крик. Он звучал ровно один момент — тонкий, пронзительный, безнадёжный — и сразу затих.

Я прислушался к себе. В соседней подворотне чувствовалась энергетика трёх взрослых и одного ребёнка. И два пустых тела.

Я подкрался в тень и увидел, как трое здоровых бугаев тащат маленькую девчонку через трупы двух престарелых людей — скорее всего, её бабушку с дедушкой. В потрепанной одежде, с клетчатыми одеялами и двумя нетронутыми мешками с вещами. Беженцы, не иначе.

Похоже, что местные криминогенные элементы нашли новый способ заработать. Вернее, старый. Кто хватится тех, кому некуда идти?

Я сделал короткий рывок в переулок. Темнота была мне на руку. Бугаи не сразу заметили мое приближение. А, когда заметили, было уже поздно. В темноте заблестело лезвие сабли.

Удар — голова отделяется от тела и шлепается в лужу. Брызги попадают мне на кожу. Удар — второй бугай глухо хрипит и оседает в грязь.

Третий отпускает ребенка и бросается наутек. Я использую Морок и прикрепляю к нему кусочек своей энергии. Теперь его можно было отследить.

Передо мной сидит девчушка лет семи. Белобрысая, с широкими серыми глазами, полными слез. Но не плачет. Держится.

Я подхватил ее на руки. Заодно взял два мешка и повесил их себе на плечо.

Так и зашел в избу. С ребенком на руках и двумя мешками на плече. Тут же поймал на себе непонимающие взгляды десятка глаз.

Ну и что мне с ней делать? Отдавать Церкви Солнца не вариант. Оставлять тоже. Рановато мне папкой быть. Не пожил еще толком в этой жизни.

В избе повисла гробовая тишина.

— На тебя похожа, — серьезно заявил Аскольд.

На лицах появились первые робкие улыбки. Затем послышались глухие покашливания и смешки. А в следующий миг зал разразился заразительным смехом.

Даже девчонка слабо улыбнулась.

Точно второй глаз лишний. Как пить дать.

Я оборвал слежку за бугаем, дернув за нить. Она перестала дрожать и двигаться уже как минут пять-семь. Значит, бугай добрался до логова.

— Весна, уложи-ка ее спать.

Я передал девочку в руки Весны. Ведьма тут же убаюкивающе запела. И отправилась по лестнице вверх.

Я же вызвал Морок и отправил его вслед. Так девочке будет спокойнее засыпать. Я, правда, еще ни разу не использовал это заклинание вот так.

— Собирайтесь.

Мой холодный тон явно отрезвил бойцов.

— Мне нужны все. И Весна в том числе.

Дом закроем на замки, сигналки и магические ловушки. Еще здесь останется моя иллюзия.

В любом случае, тянуть сегодняшней ночью я не собирался.

— Кхм, командир, — прочистил горло Аскольд. — А зачем?

— Зачем?

Я обвел взглядом всех присутствующих бойцов.

— Сегодня ночью я покажу вам, что такое хаос.

Глава 2

Мой вооружённый до зубов отряд рассек ночные улочки Выкречи, слабо освещённые не только огнями, но и бирюзовыми вспышками защитных куполов. Они работали без перебоя, лишь изредка затухая. Напоминая о том, что город был в осаде.

Даже несмотря на то, что город спал, я не бросился в Нижний город сломя голову. Нет, первым делом я нашёл старого знакомого — Сашку Гвоздя. Он как-то предлагал мне вступить в стражу.

Творить беспредел в Нижнем городе сейчас было вполне возможно: осадное положение, занятость стражи, да и просто удача. Вот только зачем полагаться на случай, если рубль решал практически любую проблему?

Вот и Сашка Гвоздь, заспанный, протирающий глаза непонимающе крутил головой по сторонам. Зато резко проснулся, как только услышал звон монет. И понял с первого раза, что сегодня в Нижнем городе будет жарко.

— Я дам тебе сигнал, — предупредил я Гвоздя. — Ты не пропустишь.

— Ну ладно, а когда? А то у меня смена утром.

— Час-полтора.

— Только осторожнее там, на кого с крышей не нарвитесь. А то вы как будто наружу собрались, на монстров охотиться.

Крыша меня остановить не успеет. А после этой ночи уже не сможет.

— Ты прав, на монстров. Только не снаружи.

Я оставил Сашку Гвоздя у армейских бараков и двинулся дальше. Идти по нити своей же магии было легко. Я следовал за родной стихией, а за мной двигался отряд в зачарованных доспехах, с оружием наготове.

Ни один патруль не останавливал нас. Иногда нам и вовсе уступали дорогу. В Нижнем городе стража практически полностью исчезла. Её здесь, скорее всего, и до осады почти не было, а уж теперь и подавно.

Мы прошли знакомые места — пересечение двух улиц и Бочку, где я некогда разделывал банду Волхва, и старую церквушку с перекошенным крестом. Внутри должен быть поп, но я никого не чувствовал.

Все дальше и дальше, вглубь улиц и переулков Нижнего города. Я замечал по сторонам мелькающие фигуры в темноте, иногда редкие вспышки огоньков. Слышал лязг доспехов и глухие удары сапог.

Нас будут ждать, я в этом не сомневался. Но мне было всё равно. Я был уверен: сейчас мой отряд не сможет одолеть ни одна банде Нижнего города.

Мы оказались перед огромным пустырём. Прямо по центру возвышалось недостроенное трёхэтажное здание. Основание было каменным, где-то на метр высотой.

На первом этаже были крепкие стены, внутри оконных проемов горел свет. А вот второй этаж был достроен всего наполовину — только восточная часть, западная была без стен.

Третий этаж служил крышей, там торчало несколько балок. Похоже, что здесь когда-то затевали серьёзную стройку. Не знаю, что пытались сделать, но остался лишь скелет. По соседству был разрыт котлован, брошенный словно однажды строители просто поднялись с места и ушли.

Нас уже ждали. Перед нами выстроились два десятка бандитов. Первый ряд — шестёрка вооружённых башенными щитами воинов, трёхзвёздочных или близко к тому. За спиной — остальные. Я так же чувствовал энергетику воинов на первом этаже, а на втором и третьем располагались лучники и несколько магов. О нас явно узнали заранее. Отследили.

Вперёд строя бандитов вышел двухметровый здоровяк с коротким ёжиком чёрных волос и бородой, завязанной в косичку. Он положил на плечо секиру, оскалился острыми, сточенными зубами и прокричал:

— Мы в этом месяце гостей не ждали! Рано ещё, не так ли⁈

Я проигнорировал его и обратился к своим:

— Рома, Сольвейг, прикройте Весну с Иваном.

Я чувствовал присутствие людей за нашими спинами. В тенях. Рисковать магами, которые будут защищать нас, я не собирался.

— Эй, сопляк, я с тобой говорю!

Чернобородый здоровяк никак не унимался.

— А вы, — обратился я к остальным, — как только они побегут, постарайтесь, калечить, но не убивать. Живыми пригодятся.

— Да ты совсем охренел!

Я уже не слушал злую ругань здоровяка. Лишь скомандовал:

— В бой!

И первым рванул вперёд.

Замерцала изумрудная магия Весны. Я слышал, как за мной последовали бойцы. Нас накрыло зелёным светящимся пологом, о него тут же разбилось два заклинания, запущенные из недостроенной трёхэтажки.

Здоровяк отступать не собирался. Явно видел, что я вырвался вперёд. Лишь покрепче хватился за секиру и принял боевую стойку.

Я видел в его глазах: кровь, жадность, уверенность. Короткий замах — секира смертоносным вихрем летит туда, где я должен оказаться через один удар сердца.

Хороший удар, выверенный. Я даже не уворачиваюсь. Лезвие опускается на плечо и с глухим звуком останавливается. Доспех Хаоса не дает лезвию полакомиться моей плотью. Укрепление тела позволяет мне не сбавлять темп. Я делаю быстрый взмах саблей.

Здоровяк больше не улыбается, лишь удивлённо пялится на два кровавых веера. Секира падает на землю. Он больше не сможет держать оружие. Раздаётся болезненный вой. Здоровяк следом за своей секирой падает на колени.

— Твою ж… Убейте их!

В нас летит десяток стрел. Часть из них меняет направление ещё в воздухе, сбитая воздушным вихрем Ивана. Остальные вязнут в изумрудной магии Весны. Полог надёжно защищает нас от снарядов. Магических и физических

Бойцы влетают в первый ряд бандитов. Раздаётся треск дерева и крики.

Я бы мог сказать, что сталь бьётся о сталь, но палаши хаоситов чаще встречают плоть, чем оружие противника. Аскольд на моих глазах буквально разрубает своим полуторным мечом щит пополам, нанося врагу ужасающую рану от самого подбородка до паха.

Я запускаю на второй этаж Искры, начинённые Хаосом. Они достигают цели. Часть останавливается защитными заклятиями врагов, но всё равно взрывается. Несколько человек, оглушённые и дезориентированные, просто валятся из здания.

Я не даю им продохнуть и запускаю один за другим Воздушные серпы. Палаши бойцов светятся хаотической энергией. Они пробивают неукрепленную магией броню и не зачарованную сталь.

Стрелы летят без остановки, даже несмотря на то, что ни одна не достигает цели. По третьему этажу прилетает несколько Воздушных копий. Я поддерживаю Ивана тремя Выбросами хаоса, запущенными один за другим.

Бой передо мной превращается в побоище. Земля усыпана телами. Многие еще живы, несмотря на страшные раны. Кажется, что бойцы приняли мои слова близко к сердцу. А ведь совсем недавно мы были в меньшинстве…

За спиной вспыхивает белый свет. Это энергетика Сольвейг. Бандиты, похоже, решились на атаку сзади. Зря. С ней они не справятся.

Я бросаюсь вперёд и помогаю соратникам пробить брешь в центре. Моя сабля, напитанная Хаосом, прорубает защиту врагов.

Я схлестываюсь с воином четвёртого звёздного уровня. Делаю финт и он дергается. Затем широкий, размашистый удар. Блокирует клинком.

А следом пара точных уколов в брешь между шлемом и нагрудником становятся для врага последней каплей. Бандиты, потеряв главаря и четырехзвездочного воина, разворачиваются и бегут.

Сбежать далеко им не удаётся. Мои воины преследуют их до самого здания, но внутрь не суются. Хотя на третьем этаже уже никого нет, как и на втором. Похоже, что все, кто могли, уже бросились наутек.

Я делаю глубокий вдох. Кажется, первый за весь бой, и медленно выдыхаю.

— Аскольд, зачистите первый этаж. Не дайте никому уйти.

Я бью в дверь копьём Хаоса. Её тут же сносит с петель. Раздаётся дружный радостный гул голосов, и бойцы бросаются внутрь. Я чувствую, что за дверьми всё ещё таятся враги, но они справятся. С Аскольдом в первом ряду уж точно.

Я оборачиваюсь. Маги в порядке. Рома и Сольвейг разобрались с пол дюжиной бойцов, позволив магам спокойно работать.

Меня интересовало две вещи: во-первых, котлован — от него дурно несло за километр; во-вторых, подвал в доме. Даже не фундамент, а ещё ниже. Оттуда я чувствовал страх. Животный ужас.

Я подошёл на самый край котлована и взглянул вниз. Гора чёрного пепла. В нос ударил серный запах.

— Что там? — спросила Весна.

Она где-то в десятке шагов. Раскраснелась и тяжело дышит.

— Ничего, — качаю головой. — Давайте в дом. Наши там уже закончили.

Иван ловит мой взгляд, понимает без слов, и кивает.

— Сольвейг, Рома, побудьте здесь.

— Почему? — тут же отвечает мне Сольвейг.

Я пришёл сюда не просто так. Я не добрый самаритянин, у меня был свой интерес. Я ведь обещал показать своим, что такое Хаос. Это место идеально подходило. Хоть и все вышло волей случая.

А вот Сольвейг и Рома будут лишними. Дело не в доверии, а в прагматизме. Рома, скорее всего, вернётся к семье в Северск, как только выдастся возможность. Даже если нет — болтун он, пусть даже и мог молчать, когда требуется. А возиться с лишними клятвами и всеми вытекающими из них нюансами мне не хотелось.

Сольвейг же обладала светом, да необычным, а схожим со светом Солнца. Она всё-таки была воспитана солнечниками. Хаос с её энергетикой сочетаться не будет. Скорее получится бомба замедленного действия. А зла я ей не желал.

Вот и получалось, что им нужно ждать снаружи.

— У нас с вами был контракт на одну вылазку. Если решите заключить новый, поговорим утром. А сейчас сделайте так, чтобы ни одна душа не приблизилась к этому зданию.

Рома пожал плечами. Молча. Что уже плюс. Сольвейг поджала губы, но спорить не стала.

— И не заглядывайте в котлован. Сольвейг, следи за болтуном.

— Хорошо.

— А чего это она за главную? Я, может…

Дослушивать Рому я не стал и зашёл в дом. Я уже остыл после боя. Сердце билось ровно, стихия мерно текла по каналам. Бойцы успели зачистить все три этажа. Там зачищать-то на верхних этажах было некого. Весь первый этаж не был разделен ни на какие комнаты и залы. Просто свободное пространство. Повсюду были разбросаны спальные мешки, личные вещи и скудная мебель.

В центре, связанные чем попало, валялись несколько тел.

— Захватите тех, кто снаружи, — приказал я.

Бойцы бросились наружу. Через некоторое время затащили ещё с десяток всё ещё живых бандитов.

— Главарь выжил?

— Нет, — покачал головой Аскольд.

Я лишь тяжело вздохнул. Жаль.

— Я заплачу, — пронзительно закричал один из бандитов.

Совсем молодой, старше меня лет на пять.

— Я знаю, где тайник. Если отпустите…

— Не интересует, — холодно ответил я.

— А! Ты ищешь кого-то? Сестру? Брата? Родителей? Так я могу тебе люк открыть! Ключ есть только у ме…

— Не интересует.

Я все равно не чувствовал в этом здании преград или барьеров для моей магии.

— Если ты пришёл за химерой, то…

— Аскольд, — равнодушно процедил я, — выбей ему зубы.

Аскольд, всё ещё разгорячённый после боя, с хищным оскалом двинулся к пацану.

— Не надо! — закричал тот.

Но было поздно. Раздался глухой звук удара. Затем тонкий плач. Аскольд выполнил приказ.

Ещё несколько бандитов пытались торговаться за свою жизнь, но тут же умолкали, когда на них бросал взгляд Аскольд. Видели, что случилось с их дружком.

Я взглянул на бойцов. Бодрые, довольные, на кураже. Часть из них всё ещё не обладала Хаосом. Выздоравливающие, а ныне уже выздоровевшие, Весна, Иван и Игнат.

Я взглянул на паренька.

— Я молчал!

Игнат тут же вытянулся по струнке.

— Хаос интересует? — напрямую спросил я.

Игнат рьяно закивал головой.

Я был уверен, что многие уже давно завидовали соратникам, владеющим этой стихией. А вот как относился Игнат, до сих пор не знал. Он все-таки нанялся ко мне одиночкой.

— Тогда закрой дверь, чтоб не было лишних глаз.

— Да сейчас, — встрепенулся Игнат. — Только как же её закрыть? Дверь-то…

Я оглянулся. Действительно. Дверь-то я заклинанием вынес.

— Молодёжь… — недовольно пробурчал Аскольд. — Всему вас учить.

Вдвоём они кое-как приложили дверь на место. Точнее, её остатки, так, чтобы скрыть первый этаж от посторонних глаз.

На этот раз, как и в прошлый, я решил провести упрощенную версию ритуала. Есть ритуалы и обряды, идеально описанные в книгах, а есть реальность. Главное, чтобы было соблюдено основное условие — сильные, первобытные эмоции.

А для Среднего крещения Хаоса их нужно было больше, чем в первый раз. Здесь, в здании, было столько страха, столько въевшейся в стены боли, что десяток ещё живых бандитов были лишь вишенкой на торте.

В идеале я бы использовал котлован. Но там слишком открыто, могли заметить из соседних домов. Здесь же получится оттянуть часть эмоций оттуда. Сегодняшняя ночь доказывает лишь одно: самый страшный монстр — даже в Зоне и окрестностях — человек.

Я начертил круг, растворил бойцов, наполнил всё собственной маной и вывел древние символы, известные лишь единицам. Мир вокруг для меня словно погас. Я перестал видеть и слышать. Стал един с моей энергетикой.

Когда хаос начал тонкими струйками прорываться наружу, я замер. Несмотря на броню и одежду, мне было прохладно. По спине и рукам пробежали мурашки.

Я использовал страх и боль этого места. Потянул их на себя. Всё, что мог. А затем выплеснул всю накопленную хаотическую энергию. Всю до единого.

Мир превратился в Хаос.

Не помню, что я делал дальше. Ритуал прошел на инстинктах. Помню лишь тёмную энергетическую вспышку. Когда я пришёл в себя, уши были заложены. Руки потряхивало. Перед глазами бегали тёмные точки. Грудь вздымалась, а пульс бешено стучал.

В каналах было почти пусто. Стоп. Это не маны стало меньше… Сами каналы стали шире. Крепче. Я чувствовал, что и моя аура изменилась, как будто загустела.

Я стоял посреди первого этажа. Все стены, потолок и пол были словно выжжены черным пламенем.

Вокруг сидели потрясенные бойцы.

Аскольд бездумно смотрел в потолок, Игнат — на ладони перед собой, Весна улыбалась и запускала в воздух изумрудно-чёрные шарики.

Получилось. Они прошли крещение.

Нет, не так.

Получилось. Мы прошли крещение.

Понадобилось минут двадцать, чтобы привести всех бойцов в себя. Не просто бойцов. Хаоситов.

Я осмотрел пол. В одном месте не было почернения. Вместо него там красовался целехонький квадрат.

— Расступитесь-ка.

Я использовал последнюю ману, чтобы срезать кусок пола лезвием из хаоса.

Под вскрытым куском пола была непроглядная пустота. В нос ударил затхлый кислый запах.

— Весна, подсвети.

Ведьма бросила изумрудный шарик вниз. Свет озарил десятки голов и десятки тел. Ряды людей, скрюченных. По одиночке и в объятиях друг друга. Еще живых тел.

— Боже…

Весна прикрыла рот ладонью.

— Давайте наружу, — приказал я. — Мы свое дело сделали. Остальное решит город.

Мы вышли наружу. Здесь вместе с Сольвейг и Ромой ждал отряд Саши Гвоздя. Стражи с опаской поглядывали на нас.

— Такого сигнала я не ожидал! — усмехнулся Саша.

— Загляните внутрь, — коротко бросил я. — И вызовите лекаря.

— Они ж все…

Я сунул Саше горсть монет. Он моментально переменился и тут ж закричал:

— Боря, лекаря! Остальные, внутрь!

Мы не стали дожидаться, пока стража вытащит похищенных людей. Просто вернулись домой.

— Макс, я это, — шепнул Аскольд, — боли не чувствую… Ну, в глазу. И в шрамах тоже.

— А я как-будто сильнее стал, — поддакнул Игнат.

— Медитация и отдых, — скомандовал я. — Сейчас же.

Они не чувствовали усталости, ведь многие были на грани прорыва. Да и хаоситами стали. Вот только, если сейчас облажаться, то можно не просто откатиться назад, а потерять энергетику вовсе.

— Или поломаетесь, как когда-то…

Я многозначительно посмотрел на Аскольда.

— Все слышали командира! — взревел Аскольд. — Сейчас же!

Он начал раздавать живительных тумаков всем. Даже Роме с Сольвейг досталось, хотя те и не участвовали в ритуале.

Зал опустел. Со мной осталась только Весна. Ведьме не понадобится никакой медитации. С ее предрасположенностью к Хаосу хватит сна. Даже сейчас я чувствовал, что она уже перешла на следующий ранг.

А вот остальным нужно было помочь.

— А ты?

Весна осторожно, с кошачьей грацией, подкралась ко мне.

— Нужно приготовить зелья из Кварца и Каменного цветка. Иначе не справятся.

— Угу.

Весна мягко обвила меня руками и прижалась ко мне всем телом.

Следом она быстро чмокнула меня в губы и слегка отстранилась, положив ладони мне на грудь.

Ее нежный, быстрый, как дуновение ветра, поцелуй застал меня врасплох. Я почувствовал как по телу пробежала волна тепла. Сердце забилось чуть чаще.

Мне нужно сварить зелье из Каменного Цветка и Кварца. Без него моим хаоситам будет тяжелее. И рискованнее.

Весна чуть наклонила голову набок. На лоб упало несколько прядей угольно-черных волос. От нее пахло медом и виноградной лозой. Телом и нежностью.

Я слышал ее частое, сбивчивое дыхание.

Она приоткрыла жаркие губы. В изумрудных, бездонных глазах ведьмы пробежали игривые искорки.

— Будь осторожен.

И как мне теперь думать о зелье?

Глава 3

Я нехотя отстранился от Весны.

— Давай оставим это на потом.

В данный момент отвлекаться от первоочередных задач было нельзя. Хотя очень, очень хотелось.

— Что оставим на потом? — игриво спросила Весна.

Она накрутила локон черных волос на палец.

— Ведьма, не испытывай меня, иначе всё закончится как в бане.

На щеках девушки тут же выступил румянец, и она потупила глаза.

— Лучше скажи-ка, остался у тебя Одолень?

— Угу, немножко. Почти всё успела из хижины забрать.

— Тогда тащи сюда.

— А как же… — замялась она.

Да, я помнил, что Одолень ей нужен для зелья контроля над своими способностями. Вот только она только что прошла ритуал. Я не собирался оставлять талантливую друидку с предрасположенностью к хаосу без присмотра.

Хаос поможет ей лучше контролировать силы. С этим я разберусь чуть позже и обязательно научу её нескольким новым заклинаниям. Так что не придётся использовать Одолень-траву.

— Как устаканится энергетика — научу как обходиться без костылей из Одоленя. А пока тащи всё, что есть. Пригодится.

— Хорошо.

Весна порхнула к себе собирать ингредиенты.

Я же сходил к тайнику-сейфу и прихватил оттуда редкие ингредиенты, добытые потом и кровью: Кровавый кварц и контейнер с Каменным цветком. Теперь, после Среднего крещения хаоса, я мог лучше работать со своей маной и энергетикой. Следовательно, и с этими ингредиентами обращаться будет проще. Я сложил все в небольшой, неприметный мешок и закинул его за спину.

Перед выходом в город Весна ещё раз поцеловала меня, на этот раз в щёку. Умница, все понимает. А не то пришлось бы наказывать. Долго и беспощадно.

В ночном городе было удивительно тихо. Даже защитные купола на башенках совсем не светились. Значит, этой ночью налёта сиринов и прочих летающих тварей не было. Плохо. Значит, что-то готовится.

Впрочем, мне было некогда клевать носом и смотреть вверх. Я пробрался по ночным улочкам, стараясь не шуметь и не привлекать внимание. Всё-таки я нёс на себе ценный багаж Не то чтобы кто-то мог это отнять, нет. Просто не хотелось рисковать ингредиентами. Всякое могло случиться: что-то разобьется, что-то прольётся.

Я добрался к адресу лаборатории, который ещё на встрече назвал мне Володин. Я удивился: передо мной был двухэтажный деревянный дом, крепко сложенный, с резными ставнями и мутными окнами. Железная крыша зелёного цвета, почти полностью проржавевшая. Это место совсем не походило на лабораторию. Скорее уж на…

— Пекарня, — вслух прочитал я.

Надпись была выведена на старой обшарпанной вывеске. Действительно, на крыше виднелась труба.

Раздался ехидный старческий голос:

— Ишь какой молодец, читать умеешь.

Я обернулся. Напротив здания, на какой-то доске, прямо в грязи, сидела старуха. Старая, изношенная одежда, стоптанные валенки да выцветший платок. Я почти не видел её лицо, только копна густых седых волос выбивалась из-под платка.

— Давно хозяев видела? — спросил я.

Если она тут частенько, значит, могла и владельцев пекарни видеть. Вряд ли Володин дал мне неверный адрес. Хотя…

— Да нет, сейчас подожди, добрый молодец

Старуха начала шарить по карманам, аккуратно простукивая их. Потом зачем-то сняла валенок, взглянула внутрь, надела его обратно и залезла за пазуху…

— А, точно, вот она!

Она вынула из-за пазухи кулак, сложенный в фигу.

— Вот же карга…

Я отвернулся и просканировал здание на предмет энергетики или магии. Чисто. Только на втором этаже что-то немного мерцает. Но очень бледно.

Ну ладно, придётся постучать. Я поднялся по скрипящим ступенькам к удивительно крепкой двери и постучал. Внутри раздалось лишь эхо. Я постучал ещё раз — тот же эффект. На двери висел тяжёлый железный замок.

Странно, в пекарню вообще-то и через окно залезть можно. И никакой замок не помог бы.

— По голове себе постучи, — раздалось старческое ворчание.

Я ещё раз обернулся. Старуха шла через дорогу ко мне, медленно переставляя одну из ног. В ней не было ни капли магии.

Я улыбнулся и ткнул пальцем в небо.

— Отсидела? Или у тебя одна нога здесь, а вторая там?

— Шутник, — хмыкнула карга. — Если б здесь не сидела, кто тебе, Максимушка, дверку то открыл бы?

Понятно. Имя мое знать мог только контакт Володиных. Интересного привратника выбрал Ратибор. Хотя, если подумать, кто обратит внимание на одинокую старуху посреди улицы напротив ржавеющей пекарни?

Карга подошла ближе и начала медленно подниматься по ступенькам. Хромать она уже перестала.

— Хоть бы помог. Что за поколение пошло.

— Могу пинка поддать, — беззлобно усмехнулся я.

— Ага, а я петь сольфеджио. Раз уж обмениваемся бесполезными фактами…

Карга, не переставая брюзжать, забралась по ступенькам, подошла к двери и достала из кармана ржавый ключ.

— Да ну? Споешь?

— Баранки гну. Отойди, свет загораживаешь.

Я чуть не рассмеялся, потому как свет на крыльцо падал с другой стороны. Но отошёл. Мне не сложно. Карга была забавной, и вызывала скорее улыбку, чем злость или что-то еще.

Она вставила ключ, несколько раз прокрутила в одну сторону — раздался щелчок, затем в другую — ещё один щелчок, а потом словно двинула его вверх и резко вынула. Дверь отворилась.

— Что, стоим, особого приглашения ждём? — прокричала карга.

— С таким привратником и сторожевого пса не нужно. Это и облает, и покусает.

Я зашёл внутрь. На первом этаже была свалена мебель. Воздух был затхлым, по всем углам — паутина и пыль.

— Поднимешься на второй этаж, вольешь ману — дверь тебя пустит.

— А проводить?

— Могу пинка поддать.

Старуха серьезно взглянула на валенок, явно оценивая свои возможности.

— А я петь сольфеджио…

Карга на миг замерла, а потом разразилась сухим старческим смехом.

— Иди, давай, певун… — отсмеявшись пробурчала она. — И спасибо, что за Сережкой с Иркой приглядел.

Я молча кивнул и двинул наверх. Спокойненько нашёл лестницу и вскочил на второй этаж. Меня встретила завеса вместо двери — магический полог. Я влил в него немного магии. Завеса замерцала и через несколько мгновений я оказался на другой стороне.

А вот на втором этаже в пекарне как раз и скрывалась лаборатория. Здесь было всё, что нужно для мага: несколько печей, рунные столы, колбы, мензурки, котлы, даже какие-то талмуды с надписями на корешках и множество свитков. И всё очень приличного качества.

Я провёл пальцем по одному из столов. В пыли осталась длинная чистая борозда. Местом не пользуются уже как несколько месяцев, если не больше.

Ну что ж, мне и самому здесь придётся появиться ещё раз или два. Задерживаться не хотелось, поэтому я тут же снял с плеча мешок со своим скарбом и ингредиентами и приступил к работе.

Я пошарил в ящиках, контейнерах и шкафах, чтобы найти все нужное и разложил весь необходимый инструментарий привычным образом. Оказалось, что здесь были даже сушёные травы, консервированные части монстров в банках и магические свитки. Впрочем, большую часть необходимого я принёс с собой.

Когда я начал работать с котлом, то выяснилось, что здесь была установлена магическая система вытяжки. Никак, кстати, не связанная с печной трубой. Видимо, небольшая воздушная сеть с заклинанием. Внутри ни мебель, ни столы не пропахли никакими реагентами.

Кровавый кварц во всех формах — как сам минерал, так и зелье с пылью, позволял без труда работать с Каменным цветком. Сказывалось то, что моё тело после Среднего крещения Хаоса начало лучше воспринимать и передавать хаотическую ману. Потому и работать с хрупкими и опасными материалами я мог один, без ассистента. Хотя, помнится, Весна неплохо помогла при сборе Кровавого кварца.

На зелье у меня ушёл где-то час. Все движения были привычными, пусть ингредиенты и чуть-чуть поменялись. Одолень, например, оказался отличным связывающим компонентом между Кварцем и Каменным цветком, точнее, его лепестками.

Первым делом я приготовил одну порцию модифицированного Зелья прорыва — своеобразную комбинацию между зельем, повышающим концентрацию, и помогающим пробиться за порог своего ранга. Я успел знатно взмокнуть: по лбу катились капли пота, приходилось постоянно смахивать их рукавом, даже несмотря на вытяжку.

Когда я закончил, в небольшом котле остывала фиолетовая жидкость. Немного вязкая по консистенции, как горячий шоколад. Ну, и по запаху, кстати, тоже похоже. Отдаленно, конечно. Никакой травянистости или землистости не было вовсе.

Я отставил котелок в сторону — ему нужно было остыть и немного настояться. В это время взглянул на стол, где лежал один лепесток, измазанный в пыли кровавого кварца.

— Про выполнить свою часть уговора, — вслух проговорил я.

Я сменил рабочую станцию. Взял чистый котёл и принялся варить Отвар кровавого цветка… или Отвар каменного кварца? Тут название могло различаться. Всё-таки рецепт был свежий.

Вряд ли это можно назвать зельем или эликсиром в классическом понимании. Всё-таки здесь я импровизировал и применял свойства Кровавого кварца к регенерации и заживлению ран, запуская процесс избавления от окаменения буквально в самом котле. Затем всё это нужно будет перелить в зачарованный флакон и полить Глеба. Вряд ли его получится напоить, но всё равно должно сработать.

В общем, принцип «от малого к целому». Из всех имевшихся ингредиентов и путей борьбы с окаменением подходил именно этот. Высокоранговые ингредиенты в Выкречи не найти. А так, конечно, были пути попроще.

Пока провозился с зельем для окаменевшего Глеба, жидкость в моем котле успела остыть и немного разойтись. Я перелил Отвар от окаменения в зачарованный флакон, плотно закрыл. Так как жидкость была горячей, стекло слегка запотело, даже несмотря на дополнительные свойства, заложенные умелым мастером.

С этим отваром лучше не ждать следующего дня: свойства могут потеряться или, что вероятнее, одна из стихий победит. Либо Каменный цветок обратит всё содержимое в камень, либо Кровавый кварц превратит содержимое в обычное зелье лечения.

Я вернулся к остывшему котлу. Искать кружку времени не было, да и желания тоже, поэтому я просто отхлебнул зелье прямо из котла. На вкус — ничего, чем-то похоже на горькую настойку из сорока трав, только с лёгким шоколадным запахом.

Я не был до конца уверен в эффективности зелья. Но меня ударило сразу — мощно и прямо изнутри. Я закипел, как вулкан. Изо рта пошёл пар, глаза заслезились, а уши заложило. Магические каналы словно закипели изнутри, ядро завибрировало. Мир вокруг закружился. К горлу подступила тошнота.

Я опустился на пол. Лаборатория в ближайшее время мне не понадобится. Нужно было справиться с прорывом.

И я справился.

Не знаю, сколько времени это заняло. Но когда я смог угомонить своё бушующее магическое естество, то понял, что каналы внутри проросли, словно древесные ростки, и раскинули ветви.

Я открыл глаза. У меня аж перехватило дыхание. Я начал прыгать на месте и выбрасывать удары в воздух: двоечку, троечку, хук. Я чувствовал прилив энергии. Мне хотелось выплеснуть её наружу. И не руками, а клинком или заклинанием. Но я сдержался. Остановился и немного подышал.

Вот теперь я точно Подмастерье.

Спешить я не стал. Теперь у меня была возможность закрепить несколько новых заклинаний в ауре. И им нужно воспользоваться.

Впрочем, такой метод использования заклинаний я задействовал чаще всего, потому что была необходимость работать на ближней и средней дистанции, избегая дальней. Заклинания в ауре используются быстро, почти моментально, но их количество ограничено.

Если напоить этим зельем свой отряд, обучить хаоситов новым техникам, добавить магам заклинаний, то мне больше не придётся сражаться в ближнем бою. Я наконец-то смогу продемонстрировать весь свой арсенал. Да, колдовство будет занимать время, но оно у меня появится.

Но заигрываться с этим не стоит. Даже магу всегда нужно иметь полезные заклинания в ауре. Чем Хаос не шутят — случаи бывают разные.

Обычно для того, чтобы изучить и закрепить новые знания в ауре, нужно пользоваться либо свитками и томами с соответствующими знаниями, либо услугами более опытных магов-наставников. У меня же всё было проще: все знания уже были. Оставалось лишь выбрать подходящее заклинание.

Новых мест для быстрых заклинаний было четыре. Я решил заполнить их относительно равномерно.

Во-первых, добавил мощное заклинание по площади. Выкречь был под осадой. Значит, нам скоро придётся сражаться с толпой монстров. Да и в целом наш отряд двигался вверх, а значит, вскоре мы могли начать сталкиваться не просто с группами ходоков или бандитов, а с настоящими, полноценными военными отрядами. Здесь без мощного заклинания не обойтись.

Я выбрал Воронку. Название простое. Можно, конечно, добавить и сказать Воронка Хаоса, но я ведь хаосит, и мой арсенал как раз и состоит из родной стихии. А Крещение как раз позволяло мне использовать родную стихию в новых, более сильных заклинаниях.

Воронка — это бурлящий вихрь, который охватывает область на шагов пятьдесят–семьдесят вокруг. Заклинание примечательное: оно не только затягивает медленно и неумолимо всё с самого края вовнутрь, но и оказывает случайное воздействие одной или нескольких стихий на всех, попавших под раздачу. Одни горят, другие замерзают, третьих рвёт на части. Урон колоссальный. И зрелище страшное.

Надо сказать, что последнее свойство — это как раз моя разработка. Так враги никогда не смогут подобрать одну контрмеру. Церковь Солнца всё время училась противодействовать заклинаниям Хаоса, и пришлось импровизировать. Так вот и родилась подобная модификация.

Во-вторых, выбрал Кулак Хаоса как бронебойное заклинание. Простое в принципе действия, но очень многозадачное. От удара сконцентрированного Хаоса может потрескаться или вовсе разлететься любая броня или щит. Если Кулак их разрушит, то защита разлетится с громким взрывом, нанося дополнительный урон.

Вот только, даже если Кулак не сможет пробить броню (а такое может случиться, если магический противник будет силён), то он всё равно отобьет плоть и поломает кости, словно огромная палица или булава. Принцип тот же, что и у тупого оружия.

Если с атакующими заклинаниями я довольно быстро определился, то с защитными пришлось пораскинуть мозгами. Весна сможет защитить бойцов в ближнем бою, особенно если я её обучу. Да и как воины против воинов, мои хаоситы после курса молодого бойца смогут перефехтовать других бойцов, даже на звезду выше по уровню.

А вот с магами будет туго. Они могли нанести большой урон по площади, так же как я. Я всё-таки смотрел на перспективу, поэтому из защитных добавил Сферу Хаоса.

Создаётся шар, который выбрасывает в пространство вокруг хаотическую энергию, словно разряды молнии. Они притягивает к себе вражеские заклинания и сфера поглощает их.

То есть, если грамотно разместить сферу, то получится на некоторое время обезопасить бойцов от магии, чуть ли не насовсем. Был, конечно, нюанс: ведь абсолютной защиты не существовало.

Со Сферой можно было бороться двумя путями: если она поглотит слишком много маны одновременно, то взорвётся, а если не поглотит маны вовсе, то просто потухнет и пропадёт.

И первое свойство открывало несколько интересных возможностей. Например, бросить сферу вперёд и просто-напросто взорвать её среди врагов. В общем, заклинание интересное и довольно уникальное.

Последний слот можно было оставить для заклинания усиления или ослабления, но первое вполне можно было сколдовать заранее, а второе было ситуативным: нужно знать противника, тип магии, местность. Короче, иметь информацию. Поэтому я выбрал надёжность — заклинание перемещения, которым частенько пользовался в прошлой жизни.

Прыжок. Несмотря на простое название, заклинание зарекомендовало себя как одно из самых надёжных и универсальных.

Используется хаотическая энергия для мощного прыжка, который вспышкой может перенести меня на расстояние в зависимости от количества использованной маны. В точке приземления происходит концентрация остаточной хаотической маны, которую вполне можно просто-напросто взорвать.

Невидимость, а точнее мимикрию, или порталы я уважал меньше, хотя их тоже частенько использовал в своё время. Прыжок всё-таки позволял двигаться в любую сторону, по любой оси. Хотя, если неудачно прыгнуть, то можно было оказаться среди стены или чего похуже и просто умереть. Тут всё зависело от опыта.

Новый ранг в целом позволял мне использовать больше заклинаний. Да, конечно, мне понадобится время, чтобы энергетика и мана устаканились, полностью стабилизировались. Но…

В дверь снизу раздался стук, от которого чуть ли не содрогнулось все здание. Даже наверху я почувствовал присутствие воина не слабее пяти звезд. Он был один.

Вор? Вряд ли.

Я быстро сунул склянку с зельем для Глеба в мешок, собрал ингредиенты и вышел за дверь.

На первом этаже расхаживала карга.

— За тобой был хвост⁈

Слежку я чувствовал отлично, так что вряд ли. Даже воин пяти звезд не смог бы вести меня несколько кварталов незамеченным.

— Нет, это не за мной.

Карга замерла на месте.

Раздался новый стук. На этот раз не такой мощный.

— Сейчас посмотрю, кто там пожаловал, — проговорил я.

— Лучше я, — остановила меня карга. — Об этом месте знают немногие И тебя не должны здесь увидеть.

Я не стал спорить и отошел в сторону. Так, чтобы меня нельзя было заметить в открытую дверь. И подготовил заклинание.

Карга взялась за ручку. Резко приоткрыла дверь. И ахнула:

— Володя! Ты чего сразу не сказал, что это ты?

— Где Максим?

Я знал только одного Владимира на службе Володиных И голос подтвердил — это был наставник Сереги с Ирой.

Старуха отступила в сторону.

Я подошел к двери.

Владимир холодно смотрел на меня. Он, как обычно, был в доспехах и с клинком на поясе.

— Максим, меня послал Ратибор Ижеславович. Тебе следует пойти со мной.

Глава 4

— Куда? — спокойно спросил я.

— К Ратибору, — ответил Владимир. — И не только. К тебе появились серьезные вопросы… И серьезный разговор. Не только у главы, но и, почитай, у всех больших шишек города.

Интересно… Впрочем, чего греха таить — о возможных причинах столь несвоевременного интереса к моей скромной персоне догадаться было несложно. Вопрос вполне мог пойти по одному конкретному моменту, произошедшему этой ночью.

— Володь, ты бы не темнил, а? Идти вслепую на такое собрание мне как-то не улыбается… У меня, знаешь ли, были весьма непростые несколько дней и мне бы хотелось отдохнуть.

Судя по тому, как катнулись желваки Володи, намек он понял правильно. К его чести, строить из себя крутого аристократа мужик не стал.

— Понимаю, — вздохнул Владимир. — Ночью ты в Нижнем городе покуролесил?

— Может, и я, а может, и не я, — уклончиво ответил я. — Мало ли чего там случиться могло?

— В общем, Ратибор до сих пор на встрече. На которой, в числе прочего, ночной вопрос тоже поднимался. Сейчас есть возможность решить всё миром. Ты парень толковый, да и мы тебе кое-чем обязаны, но если не хочешь серьезных последствий — надо бы объясниться. Перед Советом города.

Что ж… В принципе, именно потому, что я был уверен — за сделанное с меня непременно попробуют спросить в ближайшее время, я так спешил, стремясь утвердиться на новом для себя ранге.

Моя ставка была проста — сейчас, в условиях осады и вынужденного сотрудничества перед лицом угрозы падения города каждый действительно сильный чародей и воин на вес золота. Маг уровня Мастера сейчас был дороже доброй сотни воинов четвертого и пятого рангов, а уж хороший, умелый боевой маг пятого ранга перевесил бы добавленный к этой сотне десяток вояк шестого ранга.

Это хорошо, что пока ни Владимир, ни Володины, вообще никто ещё не знает о том, что я перешагнул на следующий ранг. А уж насколько хорошо то, что они даже не представляют, что из себя представляет бывший Архимаг, даже обладающий рангом всего-лишь Подмастерья…

Сомневаюсь, что сейчас в городе больше одного-двух магов сильнее меня. Большинство Мастеров этой задницы мира наверняка слабее даже нынешнего меня — и сегодня отличный шанс разом, за один ход выйти в дамки. Главное разыграть имеющиеся карты правильно…

— Ну что, пойдём тогда, защитник слабых и обездоленных? — усмехнулся я. — Посмотрим, кто мне претензии высказывать будет.

— Да, я это… без зла.

Владимир, несмотря на то что был немного туговат, уловил иронию в моих словах.

— Максимушка, — подала голос старая карга. — Тебе это, если зашкериться нужно, то я это… Фьють-фьють и пристрою куда надо.

— За предложение спасибо, — улыбнулся я. — Но давай-ка, старая, без этих твоих «фьють-фьють». А то хрен знает, куда ты меня там пристраивать собралась.

— Ой, ну и иди тогда к своему… Ратибору.

— Ратибору Ижеславовичу, — тут же поправил её Владимир.

— Кому Ратибор Ижеславович, а кому Ратя, — тут же ответила карга. — И вообще, хватит тут проходной двор устраивать. Дверь закройте. Оба. С той стороны.

Напоминать старухе, что ключ был у неё, я не стал.

Мы с Владимиром покинули лабораторию и вместе отправились по уже встречающему рассвет городу на встречу. Люди ещё не начали вылезать из жилищ. Всё-таки время было ранним. Оно и к лучшему. С Владимиром скрыть своё присутствие не получилось бы — уж больно здоровым он был, да и металл доспеха бряцал довольно громко.

Я ничуть не удивился, когда мы достигли ворот Верхнего города, прошли внутрь и оказались в квартале, совершенно отделенном от всего остального мира. Выкречь словно разделилась на две половины.

Здесь не было беженцев, забитых окон, телег с ранеными или полевых лазаретов. Здесь даже пахло не потом и кровью, а кофе со свежей выпечкой. Это всё потому, что здесь лавочки, чайные и ресторанчики не закрылись или не сделали перерыв в работе на неопределённый срок. Нет, всё продолжало работать. Как ни в чём не бывало.

Разве смог бы купец или зажиточный горожанин начать свой день без любимой заморской или родной выпечки? Может, и дворяне Выкречи заказывали здесь завтраки. Вряд ли, конечно, они сами ходили по ресторанчикам, но думаю, слуги регулярно забирали желаемое.

Вот такая вот она, война. Что с монстрами, что с людьми.

На этот раз правда, встреча явно проходила не в доме Володиных. Ведь мы приблизились к незнакомому мне особняку. Надо сказать, что он был совершенно не похож на поместье Володиных.

Нет, здесь были высокие кирпичные стены с вязью защитных рун и железными воротами. Вот только в остальном за ними скрывался какой-то уродливый особнячок. Иначе его назвать было нельзя.

Даже отсюда я видел, что когда-то здесь было одно главное здание, а уж потом к нему начали пристраивать дополнительные крылья. Причём в разных стилях и из разных материалов: вот красный кирпич, вот зачарованное дерево, вот мрамор. Так, небольшая пристройка. А главная крыша словно позолоченная.

— Какая безвкусица… — не удержался я.

— Да, — коротко ответил Владимир. — Караваевы по-другому не умеют.

Знакомая фамилия. Видел их товары и много слышал о них в Торговом квартале и на рынке. Значит, мы будем в гостях у местного торгового Рода. Ну тогда я не удивлен подобной отделкой. Было страшно представить, что там внутри.

Надо сказать, что пропустили нас довольно быстро и без всяких проблем. Разве что саблю мне пришлось сдать. Впрочем, после недавнего повышения ранга и добавления нескольких полезных заклинаний в ауру, я вполне могу обойтись без неё. Думаю, что так даже было сподручнее. Я теперь и сам вполне мог использовать заклинания пятого-шестого ранга. Сабля для этого была не нужна.

У Владимира клинок не забрали. Похоже, что он был здесь в статусе сопровождения или охраны. А им по службе положено.

Когда мы зашли за ворота, я невольно прикрыл глаза. Пришлось проморгаться.

— Что такое? — спросил Владимир.

Как бы объяснить ему, что я, человек с повышенной магической чувствительностью, видел гирлянду волшебных огоньков? Именно так выглядела магическая защита вотчины Караваевых. Словно кто-то отсыпал несколько ящиков полновесных золотых монет и сказал: «Сделай красиво». И сделали. Только не красиво, а по-ублюдски, чтоб в глаза бросалась.

Функционально сложенные друг с другом защитные заклинания с кучей пересечений, недочётов и неровных линий вообще могли сработать не так, как задумывалось. Что там защита — тут бы сам дом не разнести.

Хотя, ладно, это во мне играла профессиональная гордость. Я бы за такое магу, что это сделал, руки оторвал. Буквально.

— Ничего, — отмахнулся я. — Всё нормально.

— Прорвёмся.

Владимир решил меня подбодрить. Мировой он мужик. Думал, я испугался или ещё чего. Может, волновался. Повезло Сереге с Ирой с наставником. Повезло.

А мне повезло, что внутрь дома мы не пошли. Нет, мы прошли по выложенным камнем тропинкам мимо невпопад высаженных деревьев и разбросанных по территории домов. В одном из которых я узнал оружейную, в другом — барак.

Ещё до того, как мы вышли к беседкам у небольшого искусственного пруда, я почувствовал запах жареного мяса. Интересно, мне предложат? Я был чертовски голоден.

Надо сказать, что прудик был симпатичный, с десятками разноцветных, сияющих бирюзовым, красным и оранжевым рыб. Странно, что золотой рыбки там не было. А что, золотая крыша есть, а рыбы нет? Непорядок.

Надо сказать, что стражи внутри вотчины Караваевых было прилично. Большинство без родовых гербов — значит, наёмники. Но довольно сильные, четвёртой-пятой звезды. И маги толковые были.

И вот, когда мы приблизились к беседкам, я заметил ещё два знакомых герба у воинов, укрывшихся в сторонке: Володины и Островские. Был и третий, незнакомый.

В главной беседке, прямо у пруда, за столом сидели все основные действующие лица. Сама беседка была из чёрного дерева, расписанная, сюрприз-сюрприз, золотыми вензелями и узорами. Даже здесь, в нескольких шагах от неё, я чувствовал тепло.

Здесь, в отличие от дома, защита была эффективной и простой. И не только от заклинаний, но и от холода.

Ратибор, заметив меня и Владимира, приветственно кивнул. Остальные же сделали вид, что меня не существует. Владимир занял позицию за спиной Ратибора и виновато посмотрел на меня.

Возникла небольшая пауза, во время которой я слышал лишь чавканье, звон посуды и прихлебывание.

Во главе стола, неспешно жуя кусок жаркого, сидел мужчина лет пятидесяти. С тёмно-русыми волосами, уложенными на правый бок, и с сединой на висках.

Он, после приличной паузы, и заговорил первым:

— Добро пожаловать. Меня зовут Тимофей Астахов. Я комендант этого прекрасного города. Впрочем, ты, наверное, слышал эту фамилию.

Снова пауза. Явно давал время мне на ответ.

— Конечно, — сказал я.

Честно говоря, в воспоминаниях не было ни одного момента о текущем коменданте. Ну, фамилию я знал, слышал.

На лице Астахова появилась вежливая улыбка.

— Славно. Давай-ка, Максим, я представлю тебя остальным.

Мне было интересно, кто, кроме Островских и Володиных, собрался за этим столом.

Первым, на кого он указал, был грузный мужчина с торчащим пузом, весь увешанный украшениями. Золото и серебро. Камни.

— Это Иван Караваев, хозяин дома, замечательный предприниматель и глава рода Караваевых.

Я молча кивнул. Этого он мог бы и не представлять. Я бы и сам догадался.

Второй, на кого он указал, был мужчина с зализанными назад русыми волосами. Он был одет в костюм на европейский манер, только без галстука или бабочки. Пиджак лежал на скамье рядом.

— Это Константин Островский, владелец аукционного дома.

— Приятно познакомиться, — поприветствовал его я.

— Взаимно, приятно сопоставить словесное описание с личностью.

Голос Островского был на удивление мелодичным. Вот он точно хорошо пел. В отличие от карги.

Следом мне представили Володина, который лишь коротко сказал, что мы уже знакомы. Были ещё пару каких-то купцов, явно приглашённых сюда Караваевыми, и напоследок перешли к самому интересному персонажу.

С самого момента моего появления он смотрел на меня с неприязнью и враждебностью, которые даже не пытался скрыть. За столом он был вторым по силе после Ратибора. Тоже Мастер, но слабее. Хотя второе место он делил с Астаховым. Не знаю, кто из них там выиграет в схватке.

— Кречетов Игорь, — больше Астахов не добавил ничего.

Кречетов был пострижен почти под ноль. С наглыми серыми глазами, слегка вздёрнутым носом и пятидневной щетиной. Было интересно, что он единственный за столом был в кожаном доспехе с вензелями и узорами. Серебряными. Это могло бы сойти за парадную одежду, но так — на троечку. И не на костюм.

— Максим, у вас есть идеи, почему мы вас сюда пригласили? — спросил Астахов.

Какой же он дипломатичный. Жаль, что-то не улыбается. Надо бы исправить.

— Признаться, об этом меня не просветили, — спокойно произнёс я. — Уж точно не мяса поесть, как я понимаю…

Астахов едва заметно усмехнулся и покачал головой, не говоря ни слова. Ну, хоть чувство юмора присутствует… Караваев вообще замер с рёбрышком в руке, затем бросил его, разбрызгав жир по сторонам, и расхохотался. Заливисто, душевно, раскатисто.

— Да что ты себе позволяешь, насекомое⁈ — процедил Кречетов. — Ты с кем, по-твоему, разговариваешь, быдло⁈

Его быстро прервал Астахов:

— Игорь, спокойно. За него всё-таки поручились.

— Поручились… — недовольно пробурчал Кречетов.

Он немного успокоился, но гнева во взгляде поприбавилось изрядно. Что ж… Вот и ответ, чей неосторожный хвост я прищемил. Злись-злись, падаль… Именем Хаоса клянусь — я тебя сегодня ещё макну лицом в дерьмо. Аристократ, мать его итить… После того, что я видел в разгромленном накануне притоне — благодари богов, что город сейчас в осаде. Иначе не сносить бы тебе башки…

— Максим, мы хотели бы решить всё миром, — проговорил комендант. — За тебя поручился перед остальными Ратибор. Да и собрались мы здесь сегодня без ряс и пиджаков. По-дружески, так сказать.

— Точно, вот Рысев-то и не пришёл, — хмыкнул Караваев. — Куда же он без рясы?

Значит, вот и обрисовалась сама собой вся элита Выкречи. Это даже хорошо, что Церковника Солнца здесь сегодня не было. Он мог бы раньше времени заметить, что я хаосит… И тогда просто из принципа постарался бы усложнить мне жизнь. А так было время, чтобы удивить одного-двух человек.

— Игорь хотел бы высказать вам претензию, — закончил Астахов.

— Претензию⁈ — чуть не сорвался Кречетов. — Да тут не претензия, тут один вопрос. Ты зачем мой бизнес тронул? Тебе кто право давал?

Кречетов обладал очень коротким запалом. Надо пользоваться, пока есть возможность.

— Всё сказал? — холодно ответил я.

— Не, ну это вообще… Вы слышали?

Кречетов обвёл взглядом присутствующих.

— Максим, — вновь взял бразды правления Астахов, — вы должны понимать, кто сидит за этим столом. У вас есть возможность решить всё миром. Никакая защита не будет действовать дважды.

Учитывая, что за столом не хватало церковника, здесь был паритет. Насколько я знал из своего небольшого опыта с Андреем Островским и бандитами из «Бочки», Островские держали руку на пульсе Нижнего города. А тут нарисовался Кречетов. Конкуренты, выходит. Володин был за меня — я его детей спас. Дважды.

Караваев перестал хихикать, заискивающе поглядывая на Астахова. Этот торгаш, за прибылью будет смотреть. Сейчас на военном положении много силы в руках коменданта.

Ну, а сам комендант меня терпеть не может, это я с первого взгляда понял. По глазам. Еще до того, как он заговорил. Никакие улыбки не помогут. И не таких людей считывал. Ну и Кречетов… С ним всё ясно.

Поднимать тут вопросы того, что я видел в подвалах бандитов, смысла не было. Мы не на публичных разбирательствах, все тут взрослые дяди и, скорее всего, никого не интересуют слезы и кровь простолюдинов, на чьих жизнях Кречетов делал деньги.

И отстегивал с этого дела коменданту, а возможно не просто отстегивал, а был его непубличным вассалом… Или скорее младшим партнером, вряд-ли уж прямо слугой.

Вы думали, я сейчас буду взывать к вашей совести? Сотрясать воздух пафосными заявлениями чересчур поверившего в свою счастливую звезду юнца, которому пару раз повезло и он потерял берега?

Что ж… Я дам вам то, на что вы напрашиваетесь. Но сделаю это не так, как вы того ожидали.

Я смотрел прямо в глаза Кречетову.

— А что защита? — спросил я. — Она ведь не только мне может пригодится.

— Не, вы слышали⁈ Этот щенок мне что, угрожает? Ратибор, тебе бы лучше держать свою псину на привязи, не то мне придется порвать этому щенку чересчур наглую пасть!

Кречетов тут же проглотил наживку.

Володин начал было подниматься со стула, явно собираясь меня поддержать. Но, поймав мой спокойный взгляд, и увидев, как я едва заметно покачал головой, удивленно поднял бровь и сел обратно.

— Максим, — вновь заговорил Астахов. — Ты совсем не хочешь решить дело миром?

— Он вирой больше не отделается, — стукнул кулаком по столу Кречетов.

Мастер не мог вызвать на поединок Адепта. Ну как — мог, конечно, но это смотрелось бы… Ну как если бы взрослы трехзвездочный воин напал на семилетнего мальчишку. Позорище, одним словом… Вот если бы я его прямо оскорбил — другое дело. Он мог бы меня прибить и быть в своем праве — ему бы и слова никто не сказал. И я, признаться, прошел по краешку, но напрямую не оскорбил…

Если бы не поддержка Ратибора, он бы меня просто и без затей попытался б зашибить едва я рот открыл, но игнорировать поддержку в лице сильнейшего мага города Кречетов не рискнул. А жаль, было бы куда показательнее… Видимо, я все же зря так усиленно сдерживал свою ауру.

— Ты спросил, — ткнул я в Кречетова пальцем, — кто дал мне право разнести твой бизнес? Так мне никто права давать не должен. Право есть у сильного. А у слабого прав нет.

— Сильного говоришь… — усмехнулся Кречетов. — Это ты-то сильный? А доказать своё право сильного у тебя смелости хватит, щ-щенок?

Никто не вмешивался в наш разговор. Все понимали, к чему всё шло.

— Доказывать? Я тебя уже напрямую на поединок вызываю, а ты всё мнёшься.

— Принято!

Кречетов резко поднялся из-за стола.

— Господа, господа! — тут же вмешался Астахов. — Я не могу позволить мастеру биться с… Адептом.

— Кто сказал, что я Адепт? Мой ранг — Подмастерье. Притом далеко не нижняя граница.

Моя аура, уже ничем не сдерживаемая, разлилась вокруг, заставив присутствующих собраться и удивленно вслушаться в свои ощущения. Подмастерье в двадцать лет — это что-то на уровне знатнейших Родов Империи, а не здешнего захолустья…

— Ты подписал себе смертный приговор, — оскалился Кречетов.

Астахов нахмурился.

— Боюсь, что теперь всё стало ещё сложнее. Если вы действительно Подмастерье, то я не могу позволить вам просто так сражаться. Если это приведёт к летальному исходу, мы потеряем одного из бойцов. Ранения тоже ни к чему. Сейчас каждый сильный маг на счету.

Астахов был прав. Военное положение все-таки. Да и, помнится, Чернышов у ворот говорил что-то такое. Но кто, как ни власть имущие, готовы слегка отступить от правил. Даже написанных ими же.

— Вы сами призвали меня сюда и обвинили в том, что я нанес ущерб интересам вашего бизнеса. Сами предложили мне уладить этот вопрос мирно, — спокойно сказал я. — И вот я здесь. Предлагаю решить всё настолько мирно, насколько это возможно — между мной и господином Кречетовым. Я ведь далеко не единственный высокоранговый маг в моём отряде — у нас трое Подмастерий и несколько воинов шестого ранга, плюс крепкий отряд бойцов третьего-четвертого… Если вы, господин комендант, желаете, чтобы мой отряд и его Род продолжили решать возникшие у нас разногласия этического характера на тему того, что лишь законченная мразь будет вести подобный, с позволения сказать, «бизнес», более приличествующий какому-нибудь чернокнижнику — я с радостью продолжу решать этот вопрос в уже начатом ключе. Огнем и мечом, на улицах Нижнего Города. И сдается мне — там найдутся сотни, а то и тысячи тех, кто за это мне спасибо скажет. А может и не только скажет, кто знает?

И ты охренешь объяснять населению своего города, какого хрена у тебя под носом творились все эти ужасы, а ты их если не покрывал, так отводил от них взгляд. И ещё сильнее охереешь в таких условиях пытаться спасти вверенный тебе город. В случае бегства из которого в столь сложный момент князь тебе просто из принципа башку с плеч снимет. И тебе, и всей твоей семье и Роду.

Я бы снял. Хотя бы для того, чтобы напомнить вассалам о том, что бывает с замаравшимися слугами, потерявшими берега…

Будь на моем месте кто-то постарше — Астахов не купился бы. Ну в самом деле — это был чистой воды блеф с моей стороны, какими бы мразями он и его дружок не были, я бы не рискнул устроить смуту в осажденном тварями городе…

Но перед ним был двадцатилетний сопляк, которому сказочно повезло и который, судя по всему, открыл в себе огромный талант. И которому в последнее время всё давалось легко и просто и который запросто мог быть достаточно туп и самоуверен, чтобы воплотить свою угрозу в жизнь.

Опять же — если бы не осада, можно было бы прямо тут прихлопнуть меня… Но терять одного, а то и трех потенциальных Подмастерий в случае проблем ещё и с отрядом, не говоря уж о рядовых воинах, ему не хотелось. По крайней мере до тех пор, пока вопрос с монстрами не будет закрыт.

Деревенские, мать их, аристократики…

— Фуфел он, а не Подмастерье, — проворчал Кречетов. — Не со мной ему тягаться… По камням размажу!

Астахов покачал головой и поморщился. А затем пришел к решению — примерно такому, какое я и ожидал.

— Предлагаю следующий вариант. Раз уж Максим пришёл сюда продемонстрировать свои способности, то мы дадим ему такой шанс.

Островский с Володиным переглянулись. Караваев отхлебнул из бокала вина. Похоже, что никто не был против.

— Что ж, тогда формат будет такой. Раз уж мы не можем позволить двум сильным магам просто-напросто поубивать друг друга, то придётся немного извернуться. Игорь ударит по вам, Максим, заклинанием, скажем… шестого ранга. Раз уж вы готовы доказать свою силу.

Будь я обычным Подмастерьем, то заклинание такого ранга не выдержал бы. Мастер, даже слабый, это совсем другая лига. Так же, как Подмастерье в сравнении с Адептом. Но я всё-таки Архимаг хаоса, пусть и восстанавливающийся. Такое испытание было мне по душе.

Вот только нужно было внести одно дополнение.

— Раз Игорь добровольно вызвался протестировать мою защиту, то предлагаю ему же опробовать и атаку. А то как-то нелогично получается, не так ли?

Астахов попробовал возразить.

— Я не думаю, что…

Разгоряченный, готовый к бою Кречетов прервал его:

— Да пусть хоть двумя заклинаниями атакует!

В другой ситуации это была бы ошибка. Слово дворянин держать обязан. И Кречетову пришлось бы действительно принять два заклинания вместо одного там, где это было совсем не нужно.

— Мне и одного хватит, — усмехнулся я.

— Ну-ну…

Кречетов уже играл желваками и хрустел костяшками пальцев. Ему так не терпелось помериться силой.

— Что ж, хорошо, — вздохнул Астахов. — Тогда Ратибор вас прикроет. На всякий случай.

— Хорошо.

Ратибор согласился без раздумий.

Все формальности были утрясены, а бумаги подписаны. Среди которых были и документы, снимающие ответственность с любой стороны за повреждения, полученные или нанесённые во время учебного поединка. Наше противостояние так и назвали — «обмен магическими атаками в тренировочном поединке».

— Ставлю тысячу на Кречетова'

Караваев тут же начал делать ставки. Он явно был уверен в Мастере. У него были причины. Меня-то он совсем не знал.

— Удваиваю, — ловко подсуетился Островский.

Впрочем, дослушать условия ставки мне не удалось. Ко мне подошёл Ратибор.

— Справишься?

— Даю слово.

— Хорошо, — кивнул он. — Не хочу сегодня хоронить друга моих детей.

Думаю, что и без просьбы Астахова, Ратибор бы выступил в качестве подстраховки.

— А мастера-волшебника?

— Как придётся. Если сможешь перенаправить его магию, может, сам себя кремирует.

Спасибо, конечно, Ратибору за подсказку, но тип магии в данном случае был вторичен.

У меня прибавилось заклинаний, и я намеревался испытать несколько из них. Жаль, что получится всего лишь одно защитное и одно атакующее.

Я не смел недооценивать Мастера. На то это и испытание. Если он ударит всерьёз, то может пошатнуться даже самая сильная защита. Вот только умирать я сегодня не планировал. И калекой оставаться тоже.

Караваев всё ещё кричал, смеялся и выбивал ставки. Впрочем, никто, кроме Островского, не согласился. Константин, похоже, был азартным человеком.

Нам выделили пятачок с коротко стриженной травой недалеко от пруда. Володин встал по центру, чуть в стороне. Мы же с Кречетовым оказались друг напротив друга.

Раздался голос Ратибора:

— Кречетов, готов?

Кречетов кивнул, злобно оскалившись.

— Клинков, готов?

— Да, — спокойно ответил я.

Зрители расположились за защитным пологом. Он же укрывал особняк и прилегающую растительность.

— Бой!

Кречетов сделал быстрое движение руками.

В воздухе запахло дымом и серой. Пахнуло жаром. Над моей головой вспыхнуло огненное жерло.

Глава 5

Я рефлекторно использовал доспехи Хаоса. Это заклинание уже плотно вошло в мой арсенал. На меня упали первые искры от заклинания Кречетова, но потухли в темном защитном слое.

Кречетов не использовал аурное заклинание. Он колдовал, заряжая свою атаку маной. Я же в ответ использовал сферу Хаоса — новое заклинание, универсально защищающее от магии. В воздухе возник шар нестабильной энергии. Треть маны срезало как рукой. В сторону разошлись вспышки, похожие на электрические разряды чёрного цвета. Воздух наэлектризовался. Волосы на теле встали дыбом.

На всякий случай я усилил заклинание. Внутри, вокруг ядра, начали хаотично вращаться кольца энергии. Напротив был мастер — халтурить нельзя.

Заклинание Кречетова приняло форму. Уплотнённое, сжатое солнце, зависшее надо мной, обдало меня горячей волной. Его мана завибрировала и ударила вниз широким столбом огня.

Столп огня устремился ко мне, но не достиг своей цели. Где-то на полпути траектория изменилась, и заклинание, словно притягиваемое гравитацией сферы, смазалось, расплылось и потоком маны устремилось внутрь. Туда, откуда исходили чёрные молнии.

В меня ударила волна жара, но её погасил Доспех хаоса. Трава под ногами почернела. Сфера притягивала ману, как магнит, жадно поглощая её.

Она наполнялась и набухала с каждой секундой. Раздулась до размера церковного купола. Затрещала от поглощенной энергии. Вот только кольца не дали ей разойтись. Они сжимали, уплотняли содержимое, до тех самых пор, пока в воздухе не осталось ни крупицы огненной маны Кречетова.

По моему лбу, шее и спине катились крупные капли пота. Рубаха прилипла к телу. От температуры Сфера защитить не могла.

Кречетов стоял напротив с опущенными руками и широко распахнутыми глазами. Что-то бормотал себе под нос. Я не мог его слышать. Володин тоже удивлённо смотрел на меня — брови приподняты, руки сложены на груди.

Кречетов использовал простое, но действенное заклинание, в которое можно вложить достаточно много маны. Он Мастер и мог бы ещё усилить его или выбрать что-то более замысловатое. Тогда у меня могли возникнуть проблемы. Вот только он выбрал грубую силу и надёжность. Недооценил мою защиту.

Зря. Сейчас я покажу ему настоящую атаку шестого ранга.

— Моя очередь.

Мои слова привели Ратибора в себя.

— Кречетов, готов?

— Готов…

Кречетов, не дожидаясь второго вопроса Ратибора и моего ответа, начал воздвигать вокруг себя огненные кольца. Они поднялись вверх, окружили его несколькими защитными слоями.

Володин покачал головой.

— Клинков, готов?

— Готов.

Мне жутко хотелось проверить на Мастере часть своего арсенала. Вот только раскрывать все карты перед советом Выкречи — невыгодно. Да, рано или поздно они и так увидят все заклинания. Но зачем спешить? Чем меньше они обо мне знают, тем лучше.

К тому же, у меня был способ пробить защиту Кречетова. Клин клином вышибают. Огненные маги не славились своей защитой.

Сфера Хаоса всё ещё пульсировала в воздухе. Я притянул её к себе и начал подпитывать собственной маной. Пламенный центр, ядро внутри, горящее огнём, начало извергать чёрные всполохи.

Я медленно, показушно, расположил сферу перед собой, чуть выше уровня глаз. Реальность вокруг сферы искажалась. Начали расходиться огненные всполохи.

Тум!

Одно из колец не выдержало и лопнуло, оставив на земле под собой глубокую рытвину. А сфера всё увеличивалась и увеличивалась, наполняясь моей магией.

Володин уважительно закивал. Он был здесь самым компетентным волшебником — настоящим мастером. Он знал, что видел перед собой.

Я заметил, что в его руках начала концентрироваться мана. Я не видел лица Кречетова — сфера и изменённая магия вокруг не позволяли увидеть его. Только фигуру. Он вспыхнул пламенем, выставив последний камешек в стене своей защиты.

Тум!

Второе кольцо разорвалось и с хлестким звуком улетело в сторону. Оно, совершенно случайно, прилетело в защитный полог, укрывающий зрителей, и с шумом разорвалось.

Я не стал ждать, пока разорвётся ещё одно кольцо, и, собрав силы, запустил огромную сферу кипящей энергии вперёд.

Сфера выжгла траву под собой, разрыла землю по всей траектории полёта. Трава загорелась. Огненные стены не смогли остановить сферу — она прошла сквозь все барьеры.

Последнее, что я видел перед тем, как пульсирующий шар ударился в Кречетова, — это сильный, напитанный воздушный щит, выставленный перед ним Володиным.

На долю секунды звуки исчезли.

Два типа маны взорвались. В ушах зазвенело. В воздух взлетел черно-оранжевый гриб пламени. Смертоносные, горящие искры разнеслись в стороны. Взрывная волна чуть не бросила меня с ног.

Доспех Хаоса накалился и покрылся мелкими трещинами. Но я устоял. В отличие от Кречетова.

Мана успокоилась. Там, где какое-то время назад стоял Кречетов, теперь была воронка — чёрная, выжженная. Я не видел волшебника. Скорее всего, он был погребён где-то на дне.

Пахло гарью и жареной рыбой.

— Он, кажется, обещал две атаки?

Я обратился к членам совета за защитным покровом.

— Дворянин должен держать слово, не так ли?

— Макс…

Володин, как арбитр и гарант безопасности подобного допустить не мог. Но я и не собирался добивать и так сильно пострадавшего Мастера.

Я-то знал, что слово Кречетова ни черта не стоит, и он недооценил меня. Теперь это еще и было продемонстрировано на деле. Мне всё же предстояло работать с некоторыми из этих людей. Работать всегда выгоднее с позиции силы и уважения.

— Шучу, — улыбнулся я уголками губ. — Мы же не можем потерять Мастера в такой важный для города момент, не так ли?

Выражения лиц Совета я не видел. В воздухе все еще висела медленно оседающая пыль. Но вряд ли там были улыбки.

На этом дуэль закончилась. Точнее, обмен атаками.

— Соня, быстро приведи лекаря!

Караваев первым пришел в себя. Он все-таки был хозяином особняка и отвечал за здоровье и безопасность людей.

Среди зрителей были не только члены совета, но и домашние слуги Караваева. Тут явно не часто происходили магические дуэли. Даже если назвать это тренировочным поединком, суть не менялась.

Слуги вышли из ступора и засуетились. Стройная, большегрудая блондинка в черно-белом платье побежала в дом. За ней рвануло еще несколько девчонок.

Лекарь прибыл быстро.

Интересно, что его не было среди зрителей. Члены совета явно не ожидали, что пострадавшим окажусь не я. В случае чего, мне, наверное, помог бы только Володин.

Все-таки для них до поединка я был молодым выскочкой. И терпели меня во многом исключительно из-за поручительства Ратибора.

Из воронки достали еле-еле приходящего в себя Кречетова. Он был словно чертёнок, вылезший из дымовой трубы. Весь в золе, пепле и грязи. Лишь серые, потерянные глаза выделялись на фоне потемневшей кожи. Одежда была изорвана. Он мелко подрагивал.

Слуги тут же понесли его на носилках в дом под чутким присмотром лекаря. Вряд ли кто-то из членов совета мог бы сейчас помочь ему лучше, чем толковый медик.

Впрочем, они уже вернулись за стол. И негромко переговаривались.

Володин подошел ко мне и похлопал по плечу.

— Подмастерье, говоришь?

— Думаешь, переборщил? — весело спросил я.

— В самый раз этому… Кхм…

Он не стал давать Кречетову характеристику при всех. Но я и без этого понимал его отношение к поверженному Мастеру.

— Ты где такому научился? — серьёзно спросил Ратибор.

— Ну, ты же сказал: перенаправить, — усмехнулся я. — Вот я и перенаправил…

Ратибор улыбнулся в ответ.

— Ну да. А то ты без меня бы не дошёл. Ладно, пойдём. Место в совете они тебе, конечно, не дадут, ну считаться с тобой теперь придётся.

Мы двинули к беседке.

— И я, Максим, честно говоря, этому чертовски рад. Выкречи нужен глоток свежего воздуха. Особенно сейчас.

Я промолчал.

Была ли это искренность Ратибора, или он умасливал новоиспеченного Подмастерья двадцати лет отроду — дело десятое. Главное, что с ним можно вести дела. И человек он надежный.

В договороспособности остального совета у меня были вопросы. Всё-таки даже взаимодействия с Андреем Островским было маловато, чтобы судить о целом Роде. Но вражды они не проявляли, уже хорошо.

Разговоры за столом с нашим появлением утихли сами собой. Володин занял своё место.

Я же нагло и бесцеремонно прошёл вдоль стола и сел туда, где до этого сидел Кречетов. Немного беспардонно. Но, учитывая демонстрацию силы, место за столом я уж точно заслужил.

А в совет я не так уж и стремился. Что мне Выкречь с её советом? Лишь один камень в фундаменте. Мой голос и без кресла и кучи бумажной волокиты теперь имеет вес.

— Уберите, пожалуйста, посуду, и смените приборы, — обратился я к слугам.

Они взглянули на своего господина. Караваев перевел взгляд на Астахова. Забавно получилось. Астахов едва заметно пожал плечами и Караваев согласно кивнул.

— Прудик жалко, — тяжело вздохнул он.

— Зато теперь можно и рыбы отведать, — весело произнес Островский. — Но до выплаты ставки даже твоя знаменитая форель не дотянет.

Слуги принялись уносить грязную посуду и, на удивление, быстро принесли мне чистую тарелку и столовые приборы. Не то чтобы я собирался здесь трапезничать. Это просто жест, понятный всем присутствующим.

— Да верну я тебе тысячу, — отмахнулся Караваев, — не пялься так.

— И ещё одну останешься должен.

Островский действительно удвоил сумму ставки. Хоть у Караваева выкрутиться не получилось, он не особенно расстроился.

— Ну, две так две. Я пришлю чек.

Две тысячи — это большие деньги. Огромные по меркам отряда ходоков. Да за такие бабки можно так далеко в Зону залезть, что трёхуровневый монстр покажется сказкой и отдыхом. Да ещё и назад вернуться. А эти двое поставили две тысячи на дуэль.

Дворянство во плоти. Ведь именно совет одобрил фураж по окрестным деревням. Вот и вся разница в жизни крестьянина и дворянина.

Астахов вновь взял бразды правления разговором в свои руки.

— Что ж, Максим, вы пришли сюда продемонстрировать силу, и вы её продемонстрировали. Мне лестно, что такие таланты рождаются и появляются в нашем прекрасном городе.

Хитрый жук тут же словно забыл все сказанные слова. Взгляды и чувства спрятаны за улыбочками и ужимками. Профессиональный политикан.

— К сожалению, даже ваш уровень силы и талант не могут обеспечить вам место в совете…

— Спасибо, но место в Совете меня не интересует, — дежурно улыбнулся я. — Пока что…

Я действительно не пришёл сюда вступать в этот совет. Я свободный человек и сам себе хозяин. А любые предложения Астахова будут в лучшем случае обманом, а в худшем — ошейником с намордником. Вот только и раскрывать все свои карты я не стану. Если будет думать, что мечу в совет — замечательно.

— Хорошо, — закивал Астахов. — Очень хорошо. Тогда попрошу вас не распространяться об увиденном в Нижнем городе. Это дело не просто городской, а имперской безопасности.

Учитывая текущее положение в Выкречи и статус моего отряда, вступать с Астаховым в противостояние открыто я и не собирался. Сталкиваться лбами с комендантом без подготовки — глупая затея. Всё-таки пока что сил для полноценного противостояния Роду не хватит. Другое дело, что информация — вещь ценная, и молчание тоже.

— Совету необходимо некоторое время, чтобы обсудить ваш статус и статус вашего отряда. Уверяю вас, сильные боевые маги всегда в почёте в нашем городе. А в это время Ратибор введёт вас в курс дела, чтобы у нас не возникло недопонимания.

— А что с Кречетовым?

— С ним я поговорю лично. Претензий у Игоря не будет. Город выплатит ему компенсацию за… Деловые расходы.

Кречетов, конечно, этого не забудет. Как и Астахов.

С одной стороны, мне это было на руку. Я завёл себе врагов, но как минимум перестал быть пешкой на доске.

С другой стороны, сунулся вперёд — сабля наголо и никакой чёткой подготовки и продуманного плана. Почувствовал ниточку, за которую можно потянуть, и потянул. Может, кровь взыграла — всё-таки я сейчас в молодом теле. А может быть, просто азарт

Но теперь, после сегодняшней демонстрации, все фигуры на доске придут в движение. Значит, буду решать проблемы на ходу, по мере поступления. В конце концов, выучить все дебюты нереально, но я обязательно доберусь до эндшпиля.

Астахов принял мое молчание за согласие.

— Тогда, если вы не собираетесь отведать мяса, то не смею задерживать…

— Нет, спасибо, — ответил я. — Благодарю за гостеприимство.

Я поднялся из-за стола. Задерживаться здесь в мои планы не входило. Меня и так выдернули посреди подготовки зелий для отряда. Дел было по горло. И их становилось все больше с каждым часом.

Ратибор поднялся из-за стола, коротко попрощался с остальными и поманил меня за собой.

Я свою задачу выполнил. Жаль, что Кречетова достать не смог. Если бы не защита Володина, то Игорек попрощался бы как минимум со здоровой энергетикой, а как максимум — с жизнью. И поделом ублюдку. Ничего, мы еще точно сразимся и я его достану.

Ратибор тоже не горел желанием надолго оставаться за этим столом.

Мы покинули особняк Караваева без всяких проблем. С Ратибором было сопровождение — крепкая ударная группа из рода Володиных.

— Максим, если не занят, — проговорил Володин, — то предлагаю поговорить у меня. Без лишних ушей.

Я кивнул. В городе или особняке Караваевых решать подобные вопросы нельзя.

Мы достигли стен укрепленного жилища Володиных меньше чем за полчаса. Отряд был тут же принят в оборот и до кабинета нас сопровождал только Владимир.

В кабинете мне тут же принесли молока с медом и маслом и свежеиспеченного печенья. Поэтому, пока Ратибор говорил, я довольно жевал.

— Если честно, я и так собирался ввести тебя в курс дела. Без всякого Астахова. Но теперь ты крепко влез наверх и откладывать этот разговор больше нельзя.

Вокруг нас был магический полог, скрывающий звуки и изображение ото всех снаружи.

Ратибор откинулся на спинку стула и тяжело вздохнул. Я же сделал глоток теплого, сладкого молока.

— Астахов служит комендантом в Выкречи уже не первый год и не первый десяток лет. До него коменданты здесь не задерживались. Регион сложный, многие не справлялись. Вот только этот ублюдок чувствует себя в Выкречи как рыба в воде. Его Род раньше был в Боярской Думе.

Я отставил кружку с молоком.

— Нехило он упал…

Ратибор поморщился.

— Вот только на ноги он встал быстро. Даже несмотря на то, что явился к нам без единого родственника. Последний из Рода был, понимаешь? А сейчас не просто комендант, но и главный воротила в Выкречи. Караваев хоть и ушлый, но Астахова он никогда не переиграет.

Я почесал подбородок.

Чем же так выделялся Астахов? Уверен, что Выкречь до него и в его правление не сильно отличаются. Вряд ли это он превратил деревеньку в крепость. Так он еще и Род здесь умудрился восстановить.

— Если он был изгнан сюда, то покровителей у него быть не должно…

— Верно, — согласился Ратибор. — Вот только если раньше за провинности и недосмотры Князь наказывал и мог даже голову с плеч снести, то Астахов все еще жив и процветает. Понимаешь?

Я задумался.

— Ратибор, город под осадой уже не первый день, так?

— Верно.

— Добраться из города до Выкречи верхом дружина князя, допустим, могла не успеть. Но маги вполне могли перенестись. Но я не вижу здесь ни одного княжеского мага. Да что там, мага, знамени.

Ратибор согласно кивнул.

— Это значит, — продолжил я, — что Астахов… все делает правильно? Как того желает князь?

— Воля князя мне неведома, — возразил Ратибор. — Я знаю одно — будь моя воля, Астахов бы отправился на плаху. Вместе с его дружком-ублюдком Кречетовым.

Я впервые видел в лице Ратибора не спокойствие и сдержанность, а настоящую, медленно бурлящую злость. Он крепко сжал кулаки и по ним пробежали всполохи маны.

Впрочем, Ратибор быстро успокоился и холодно посмотрел мне в глаза.

— Но то, что я расскажу тебе сейчас… не должно покинуть пределы этого кабинета. По крайней мере пока.

Глава 6

— Как думаешь, сколько монстров там за стенами? — спросил меня Володин.

Я задумался. Точного числа я не знал. Но их было много. Очень много.

— Сотни, тысячи, может, больше. Я знаю одно — это осада надолго. Это битва на выживание.

— Ха, — усмехнулся Володин. — Ты не поверишь, но мне недавно сказали почти то же самое. Что бы ты сделал, чтобы защитить город?

Выкречь для меня не имела стратегического значения, но уступать просто так человеческую землю монстрам из Зоны я не собирался. Не для этого в своё время отстраивал Чернолесье с нуля, чтобы теперь отдать его сиринам или другим тварям.

— Собрал бы народное ополчение. Принудительно, если нужно. Вооружил бы всех, способных держать оружие. Удвоил бы, нет, утроил награду магам, волшебникам, ходокам. Отправил бы весть князю. Если не князю, то в соседние земли. Сомневаюсь, что монстры на Выкречи остановятся. Судя по ставкам глав Родов и их образу жизни — деньги не проблема. Только причем здесь моё мнение? Я ведь не Астахов.

Володин поморщился.

— Мне даже вспоминать тошно. Один раз показали… я его прямо там чуть не убил.

Мне в голову начали закрадываться сомнения. Что ж так выбило Володина из колеи?

— В общем, Макс, не знаю, что будешь делать с этой информацией, но… Астахов с Кречетовым создают химер.

За столом повисла тишина. Я обдумывал сказанное Ратибором. Теперь кровавые жертвы и похищения не казались настолько выбивающимися из жизни города. А вопросы Володина сложились в единую мозаику. Осталось только услышать от него детали.

Даже странно. Я не чувствовал в городе магических выбросов и изменений. Впрочем, если заброшенная секретная лаборатория была у Володиных, то такие же могли быть и у других Родов. А уж комендант с его властью над стражей и подавно мог обзавестись укромным уголком.

— А энергию они берут, я так понимаю… — протянул я, намекая на сегодняшнюю ночь.

— Да, — сквозь зубы процедил Володин.

Химера — это одно из самых страшных созданий, встречаемых в Зоне. Не из-за размера или интеллекта, а из-за того, что это настоящая комбинация двух или нескольких мутантов. Тварей, возможно, в природе вовсе не сопоставимых. И свойства у них бывают очень мерзкие. Химеры — опаснее одиночки, потому что способности у них каждый раз отличаются. А ещё эти твари быстро адаптируются.

— Ратибор, — холодно проговорил я, — раз уж ты вводишь меня в курс дела, объясни-ка вот что. Как совет это вообще допустил? Ты ведь понимаешь, что они творят, верно?

Ратибор тяжело вздохнул.

— Я был против. Остальные… остальных голосовавших упоминать не буду. Но решение было принято большинством голосов. И принято, надо сказать, совсем недавно. В преддверии атаки монстров. Как ты знаешь, твари из Зоны могут посеять страх даже в самых рациональных из нас. Астахов, чёрт его дери, привёл убедительные аргументы. Как умеет. Как всегда умел, ублюдок. И прикрывается этой волной как щитом.

Ратибор встал из-за стола и начал расхаживать взад-вперёд по кабинету.

— Пойми меня правильно. Даже после потерь при охоте за Кровавым кварцем я бы не проголосовал за. Никогда. Вот только сейчас мой Род не может самостоятельно выступить против Астахова. Тем более не во время осады. Астахов знает все не хуже меня, потому и жмет на необходимость такого шага перед лицом безнадежной угрозы. Отчаянные времена, отчаянные меры.

То, что рассказал мне Ратибор — это методы чернокнижника или некроманта, не мага. Какая бы опасность не угрожала городу, это не повод похищать собственных жителей для вывода мутантов. Да за такое не то что князь голову снесёт — народ на вилы поднимет.

— Выбросов магии в городе я не замечал, — задумчиво проговорил я.

— Верно мыслишь. То, что показали мне, магии не имело. Лишь запредельные физические возможности, регенерация и полное послушание.

— И кого они слушаются? — поинтересовался я.

— Кречетова. Его людей. У них есть какой-то артефакт или артефактная система. Я до конца не разобрался. Естественно, никто все этапы этого производства мне не расписывал.

Я постучал пальцами по столу.

— И много у них химер?

— Не знаю, честно. Но достаточно, чтобы бросить вперёд как пушечное мясо туда, где ожидаются самые большие потери. Этим Астахов и давил.

— Всё во имя города?

— Всё во имя города, — усмехнулся Володин.

Парадоксально, но решение Астахова я понимал. Власть была дана ему сверху — князем или кем ещё, — и он всеми силами старался удержать её. А его власть зависела от многих факторов. И в первую очередь от сохранности города.

Вот только понимать и принимать — это разные вещи. Не в этой жизни, не в прошлой никто не давал мне власть просто так. Я сам брал её собственными руками, потом и кровью. И выбрать целый город за счет жертв среди честного люда, собственных горожан — непозволительная слабость.

Возможно, Астахов и мнит себя великим управленцем и спасителем Выкречи. В будущем. Вот только прибегать к созданию химер перед всеми другими шагами — это просто тьма. Настоящая и беспроглядная.

Скрыть химер с каждым новым их применением будет всё сложнее и сложнее. Значит, это козырная карта Астахова. Последний шанс.

Производство химер — это, в первую очередь, бизнес. Ведь даже физических мутантов создают при помощи сложных алхимических процессов и магии. В процессе возникают различные субпродукты или побочные продукты: кристаллы из избыточной магии, поглощенной химерой, различные эссенции, магические субстанции и концентраты. В зависимости от процесса ритуала. На этом можно делать не просто большие, а огромные деньги.

Даже странно, что на рынке в торговых кварталах не просочились такие специальные товары. Значит, Астахов плотно держал руку на пульсе.

— Ратибор, ты же понимаешь, что случится после осады? — спросил я. — Особенно если Астахов всё-таки применит химер.

— Понимаю, — Ратибор отодвинул стул и сел на место. — Химеры — средства грязные и непредсказуемые. Если представить, что монстров мы победим своими силами, куда их девать потом?

Вопрос интересный. Точного ответа на него не было.

— Они собираются продать все субпродукты после осады, — продолжил говорить Ратибор. — Это перевернёт баланс сил Выкречи раз и навсегда. Мне предлагали долю. А я отказался. Ещё не хватало в такой грязи вымазаться.

Зато теперь все барыши достанутся Астахову и Кречетову. И то если Караваев с остальными не согласятся.

— Что думаешь? — спросил меня Володин.

— Решать этот вопрос с наскоку нельзя. Нужен план. Конкретный. Кто ещё знает об этом?

Володин взъерошил волосы.

— Главы Родов из Совета, Рысев, может, ещё пару человек.

— Хорошо. Мне нужно заняться отрядом и подготовить людей.

Будем ли мы сражаться с сиринами или химерами — Сила есть сила. Мы должны быть готовы. Я должен быть готов.

— Макс, то, что я рассказал тебе, не должно покинуть эти стены.

— Не покинет.

Я поднялся из-за стола.

Я вернулся домой в избу уже к полудню. К моему удивлению, когда я приблизился к дому, я услышал лязг металла и бодрые выкрики. Зайдя во двор, я понял причину: прямо перед избой происходила настоящая схватка между двумя самыми сильными воинами моего отряда.

Аскольд, без рубахи, усыпанный светлыми шрамами, блестящий на солнце от пота, беспощадно давил защищающуюся Сольвейг.

Одноглазый хищно скалился и двигался ещё лучше, чем обычно. Острый как бритва, ловкий как стрела. Сольвейг грамотно держала дистанцию и упорно обороняясь. Её двуручный меч был длиннее и давал небольшое преимущество.

— Давай!

— Жми!

Мое появление осталось незамеченным. Рома с Федором принимали последние ставки. Иван смотрел за боем с крыльца, подготовив защитное заклинание. Все остальные тоже были увлечены.

Я присел на край колодца рядом с Весной.

Она аппетитно хрустела красным яблоком, а сок стекал у неё по губам и подбородку. Она не могла отвести взгляд от дуэли.

— А ну-ка, — я забрал у неё яблоко и откусил.

— Ой! — вздрогнула девушка. — Напугал!

Я аккуратно вытер ей губы большим пальцем. Весна покраснела и обхватила колени. Я даже немного засмотрелся на смутившуюся девушку. За ночь она смогла устаканить энергетику. Теперь она совершенно точно была на ранг выше — то есть стала Подмастерьем. Добавить к ее природной магии хаос и будет конфетка.

— Как думаешь, кто победит? — спросила она.

— Сейчас узнаем.

Аскольд продолжал давить. Он наносил уверенные удары, постоянно перемещаясь и меняя ритм. Он не давал Сольвейг шанса раскусить его движения и подстроиться. Они оба не использовали энергетику для атак, потому Сольвейг всё-таки была в небольшом минусе.

— Сейчас бы ей использовать Крылья и перевернуть бой, — пробормотал я.

Дзинь!

Соль едва успела отразить короткий быстрый выпад. А в следующий миг Аскольд ударил сверху вниз с такой мощью, что Сольвейг опустилась на одно колено. Аскольд вновь замахнулся, намереваясь нанести решающую атаку.

Я бросил в него огрызок. Снаряд летел в слепой зоне, но одноглазый ловко дернулся и разрубил его на пополам. Ярость и азарт в его глазу сменились осознанием.

— Командир! — весело заревел он.

Соль поднялась на ноги. Поединок был окончен.

Эти двое сейчас не отличались в силе и были в ужасающей форме. Я бы сказал, что как Аскольд, используя хаос, так и Сольвейг, используя свет, вполне могли потягаться с шестизвездочными воинами. Нужно помнить, что уровни — это примерное определение силы. Было понятно одно: они и без моей помощи и зелья прокачались.

— Моё яблочко…

Весна разочарованно вздохнула и нахмурила брови.

— Я пойду, займусь воинами. А то у них сил полно, — я погладил её по макушке. — А вечером потренируем заклинания, как и обещал. Хорошо?

— Угу.

Я вышел в центр двора.

Рома с Федором тут же принялись прятать за пазуху деньги со ставок.

— Смотрю, после прорыва у вас ещё остались силы⁈

— А то! — усмехнулся Аскольд. — Хочешь смахнуться?

— Или научить хаосу? — с надеждой в голосе произнёс Игнат.

Я осмотрел бойцов, собирающихся в кучку.

— Конечно. Со всеми смахнусь и всех научу. Упор лёжа, при-нять!

В первую очередь я от души погонял всех воинов. Отжимания, бег, планка, подтягивания — это не была прихоть. Я оценил их физическую подготовку, и она улучшилась. Даже у моряков, которые до Среднего крещения хаоса не обладали магией, были заметны улучшения. Они, конечно, выдохлись первыми, но не остановились.

Более того, нужно было нагрузить бойцов, чтобы они не устроили мне тут мясорубку между собой. Желание испытать новые силы было похвальным, но не бездумно же. Хорошо хоть, Аскольд с Сольвейг догадались не использовать энергетику. Остальные могли и не сообразить. Не только себя, но и других бы покалечили.

После, я научил их нескольким базовым принципам переноса энергетики из собственного тела в предметы. Это была первая фаза.

Всё-таки для того, чтобы собрать энергетику и сделать что-то вроде крыльев, как у Сольвейг, нужно очень много тренироваться или обладать врождённым талантом. Поэтому для начала я учил их переносить энергетику не инстинктивно, а по желанию прямо в их палаши.

С первого раза получилось только у Аскольда. Остальные после изнуряющей тренировки едва могли держать в руках клинки. Это не помешало мне вбить в них теоретическую информацию. Остальное придёт со временем. Один раз получится, и больше не придётся мучиться. Всё будет происходить автоматически.

— Макс, к тебе гости! — позвал меня Иван.

— Иду.

Уже вечерело, хотя солнца не было видно весь день. За воротами я увидел знакомого стража в сером — Сашку Гвоздя.

— Здорово! — махнул он мне рукой.

— И тебе не хворать. Чего пришёл? Понадобилось что?

Сашка, обычно деловитый, закашлялся.

— Говори как есть, — подбодрил его я.

— Как есть? А скажу как есть! — резко выпалил Сашка. — Что, ты меня за тварь бесчувственную держишь?

Он достал из-за пазухи звенящий мешок и протянул мне.

— Вот. Я за такое денег не возьму. Что, я изверг, что ли?

— Это частная оплата, — возразил я. — У нас был уговор.

Саша закачал головой.

— Не возьму. Кому говорю! Я за службу многого насмотрелся. Потому не удивлён. Но денег за спасение детей не возьму. И точка.

— Добро, — согласился я. — Знаешь что… За спасение детей денег брать не надо. Вот и я так думаю.

— Вот-вот, — поддакнул он, — забирай.

Я не спешил брать протянутый мешок.

— Ты, Сашка, лучше помоги-ка мне отследить кое-кого.

— Ну… — хмыкнул Гвоздь. — Отследить — это можно. Это уже другое дело.

Был поздний вечер. Опустившуюся на город темноту разгонял бледный свет огней и редкие вспышки защитных куполов.

Я, не скрываясь, стоял у одной из городских казарм. Стража частенько мельтешила снаружи и внутри, все-таки шла пересменка. Кто-то с понурым лицом выходил на ночное дежурство, пока другие, уставшие и веселые, отправлялись отдыхать.

— Не он.

Сашка Гвоздь стоял сбоку, укрывшись за колонной, и цепко вглядывался в бледно освещенную улицу.

— И это не он.

Вновь повторил Сашка, когда мимо нас прошел очередной отряд серых.

— Может, совсем не появится? — негромко спросил я.

— Появится. Всегда появлялся. Дежурство у него, куда ж он денется?

Сашке я верил. Он за несколько часов умудрился достать расписание стражи и выяснить, где появится нужный мне человек. Мне, конечно, немножко повезло, потому что именно сегодня у этого человека было обязательное дежурство в связи с военным положением. Именно сегодня оно заканчивалось. Именно сегодня он был обязан вернуться в казарму, где я его и поджидал.

Пару раз стражники пытались что-то узнать у меня, но, заметив Сашку Гвоздя, сержанта, тут же отчаливали обратно по своим делам. Он вообще служил хорошим прикрытием. Его многие знали, и он знал многих.

Наконец, когда я уж подумал, что удача на сегодня закончилась, я заприметил небольшой отряд вдали. Стражники в блестящей серой броне и с клинками на поясе шли, обмениваясь шутками и смеясь.

Многие сняли шлемы, так что можно было увидеть их лица.

— Вот, вот, вот! — затараторил Сашка.

— Точно он?

Я скорее подтрунивал над волнующимся Сашкой. Уж больно рьяно он вызвался указать мне на интересующего меня персонажа. Как будто все еще чувствовал неловкость за то, как пытался всучить мне деньги ранее.

Нужного мне человека я и сам бы узнал. Но выследить его через Сашку оказалось проще пареной репы.

— Точно, точно. Всё, я отчаливаю. Если что, ты меня не знаешь, и я тебя не знаю.

— Договорились, — усмехнулся я.

Сашка засуетился, чуть не выронив мешок из-за пазухи. Но собрался и быстро зашагал прочь, не оглядываясь.

Я отлип от стены и пошел навстречу интересующему меня человеку.

Он шёл первым. Растрепанные черные волосы, довольная ухмылочка, хитрые прищуренные глаза. Он заметил меня сразу, но не подал виду. Просто шагал вперёд,. Спокойно и размеренно. Затем бросил что-то своим товарищам на ходу. Лишь следил за мной одними глазами.

— Чернышов! — крикнул я.

Отряд стражников остановился. Чернышов сделал несколько шагов по инерции и тоже замер.

— Ты его знаешь? — раздался голос одного из стражников.

— Впервые вижу, — ухмыльнулся Чернышов.

Его соратники положили руки на рукояти клинков. А вот сам Чернышов, явно чувствуя за собой силу, стоял расслабленно. Словно на экскурсии в музее или перед местной достопримечательностью.

— Странно, — улыбнулся я дружелюбно. — Я же обещал, что свидимся.

Я был уже в двух шагах от него.

Я сблизился одним рывком и смачно, от души ударил Чернышова кулаком прямо в нос. Раздался хруст и Чернышов рухнул на задницу прямо посреди улицы.

На его лице больше не было гадкой улыбочки. Он держался за сломанный нос из которого хлестала кровь и ошарашенно смотрел на меня снизу вверх.

Стража запоздало среагировала и обнажила клинки.

— Ты хоть представляешь, — промямлил Чернышов, — что с тобой будет?

Глава 7

Я выпустил ауру на свободу. Ауру, которую я обычно сдерживал, чтобы не привлекать лишнего внимания. Сейчас был не тот случай.

Стражники, выхватившие клинки, побледнели. Кончики лезвий задрожали. Оно и понятно. Среди них не было никого сильнее трёх-четырёх звёзд. Противостояли же они мне — Подмастерью на бумаге. И еще сильнее на деле.

— У меня есть вопрос получше, — спокойно проговорил я. — Ты представляешь, что сейчас будет с ТОБОЙ?

— Стой, где стоишь! — выкрикнул один из стражников. — Поединки запрещены!

— Да? А что со мной будет?

Я не испытывал никаких эмоций ко всем серым. Наоборот, они выполняли свою работу. Жаль, что пришлось испортить им вечер, но отпускать Чернышова я не собирался.

— Мы позовем капитана и все решим.

Среди стражников нашелся голос разума.

— Зовите. Вот прямо сейчас, не теряйте времени. В городе военное положение, так что думаю, он на рабочем месте, а не где-нибудь в кабаке… С удовольствием послушаю, что он мне сможет предъявить.

— Думаешь, тебя кто-то боится?

Чернышов сплюнул кровь на землю. Он смотрел на меня удивленными глазами и мелко подрагивал. Но держался неплохо, надо признать.

— Не боишься? Каким ты, оказывается, смелым можешь быть… А что ж ты со своими хлопцами таким смелым не был, когда на нас твари под конец пути напали?

— Пошёл ты! Буду я ещё…

Новый удар опрокинул и заставил стражника покатиться по земле.

— Что ты там пролаял, падаль? Повтори, я что-то не расслышал.

Чернышов, глядя на меня со смесью ненависти и страха, вытер кровь с подбородка рукавом. Начинаешь бояться? Это ты правильно… Но, сука, пока ещё недостаточно страха и многовато ненависти.

— Молчишь, значит, псина сутулая? Помниться, когда ты нас с толпой мирняка кинул и свалил со своими в город ты поразговорчивее был. Весь такой, сука, в чистых доспехах да на коне, лыбился, мразь, пугал меня своими командирами… Давай, повтори мне, что ты тогда сказал!

Один из стражников рванул к баракам. Вокруг уже скопились зрители — не только серые, но и простые горожане, наемники и ходоки. В общем, честной люд всех мастей. Все видели мою ауру, поэтому никто не спешил вмешиваться.

Чернышов встал на ноги и попятился.

— Дуэли и тем более драки в городе под запретом, — уже безо всякой уверенности повторил он. — Тебя за это…

— Что? В темницу бросят? — расхохотался я. — Боевого мага четвертого ранга за избиение ничтожества с тремя звездами кинут за решетку в момент осады города?

Я пнул его прямо в пузо, защищенное доспехом. Разбег был небольшим, зато энергетики и хаоса в атаке было предостаточно. Металл, не выдержав удара, прогнулся.

Чернышова отбросило назад. Он чуть не сбил с ног одного из своих сослуживцев. Все остальные вовремя отскочили в сторону. Тело в доспехах протащило по земле на несколько метров.

— Знаешь, это будет даже забавно. Я даже как-то не против посидеть пару-тройку недель чуть ли не в самом безопасном месте города… Но что-то как-то сомневаюсь, что до этого дойдет.

Мой голос был холоден как зимняя стужа.

— Вы что, — с истеричными нотками в голосе выдохнул Чернышов, приходя в себя, — так и будете просто смотреть⁈

— А что мы ему сделаем? Он же нас всех положит!

— Что здесь происходит? — раздался громкий командный голос.

О, видимо, прибыл их командир.

Пользуясь случаем, Чернышов вскочил и бросился назад. Он использовал энергетику для ускорения. Вот только я не сводил с него взгляда и усилием мысли сотворил прямо у него под ногами небольшую каменную ступень, о которую он и споткнулся. А сверху добавил слабым Воздушным Прессом, чтобы впечатался в землю посильнее.

— Что здесь происходит? — на этот раз голос был ближе.

На выходе из казармы, где столпилось немалое количество серых, стоял невысокий лысый мужичок. Несмотря на низкий рост, он был весьма крепок и широкоплеч. Сильный воин по местным меркам — пятизвёздочный, не меньше. Его лицо едва ли отличалось от остальных серых, наблюдавших за дракой: смурное, нахмуренное, тревожное.

— Справедливость восстанавливаю, — лениво ответил я.

Чернышов вновь начал вставать — очевидно, прибытие командира придало ему сил. Усмехнувшись, я с наслаждением добавил ему ещё одним Воздушным Прессом сверху.

— Капитан! Он же его сейчас его убьет ни за что!

— Ни за что? — удивленно спросил я. — Неверно. Просто эта тварь была такой душкой в Сизом Яре, деревеньке неподалёку. Такой деловой, смелый, благородный. Убьём монстров так, эвакуируем жителей сяк.

Щелкнув пальцами, я сотворил Хлыст Хаоса и оплел ею ноги бойца. Рывок — и его уже швырнуло через двор под ноги командиру, неслабо приложив об землю.

— У нас было простое задание: эвакуация людей. На нас напала волна монстров. И этот пёс решил, что его жизнь и жизнь его подчинённых важнее, чем жизнь мирных жителей… Но это ещё полбеды — я не сказочный герой, я всякое понять могу. Но при этом эта падаль, привезшая мне просьбу возвращаться в город для его обороны, кинула меня и моих людей… Возможно, у вас, у стражников, нормально бросать своих и спасать свою шкуру. Но у ходоков так не принято.

Я огляделся вокруг. Собралась приличная толпа. Много разношерстных лиц.

— Верно, как-то не по-людски!

— Ладно бы добычу делили…

Возгласы из толпы явно принадлежали или ходокам или наемникам.

— Капитан, давайте мы его просто… — заговорил кто-то из стражей.

— Отставить, — возразил капитан. — Его трогать нельзя.

Капитан не отводил от меня глаз и играл желваками.

Интересно. Похоже, что слухи в Выкречи распространялись быстрее, чем я думал. Ну или обо мне заранее предупредили местную стражу. Но, видимо, не всех.

В любом случае, остановить меня здесь не мог никто. Дело даже не в количестве серых или в звёздах. Хотя, пожалуй, именно в них. У магов ведь семь рангов. Я сейчас на четвёртом, а если мерить, не скрывая силу и учитывая Хаос и знания, даже выше. А здесь самый сильным был пятизвёздочный капитан.

Да, у воинов десять рангов, десять этих самых Звезд. Но это вовсе не значило, что они сильнее — как раз наоборот, чем дальше тем больше маги вырываются вперед. Если речь, конечно, о боевых магах.

Средний Подмастерье — это примерно не слишком сильный шестизвездочный воин. Подмастерье вроде меня — это уже тот, с кем разве что элитный воин шестого ранга может надеяться хоть на что-то, и то только в том случае, если заранее знает, насколько я сильнее обычных магов четвертого ранга. А элитных воинов в этих краях не водилось…

Мастер, пятый ранг магов, не уступал восьмому у воинов. Магистр же… Ну, скажем так — один на один средний Магистр примерно равен лучшим воинам десятого ранга. Но что обладатели шестого ранга среди магов, что обладатели девятого и десятого у воинов были товаром редким, даже штучным. Ну а Архимаги… Воин в одиночку не имел никаких шансов против добравшегося до седьмого ранга чародея.

Но всё, о чем я говорил, было весьма условно, ибо не учитывало ещё целую кучу факторов — место, подготовку, артефакты и алхимию, имеющиеся у сторон, а также личные особенности. Это была аналогия из разряда боя в равных условиях — а в жизни равных условий никогда не бывает…

Я подошёл к Чернышову. Он уже не пытался подняться. Поглядев на урода, я перевел взгляд на его командира.

— Я доложу начальству, — сквозь зубы процедил он.

— Не вопрос, — кивнул я. — Непременно доложите… А ещё доложите — и начальству, и подчиненным, что я готов глотку выгрызть любому за своих людей. Этой мрази очень повезло — в тот день никто из моих не погиб, умудрились даже без серьезных ран обойтись. Иначе я бы его здесь с дерьмом перемешал.

Я обвел взглядом всех присутствующих и чуть повысил голос:

— К страже в целом у меня никаких претензий, народ. Ваша работа очень полезна для города. Блюдите порядок, охраняйте спокойствие — никаких вопросов… Просто не поступайте, как этот выродок, не позорьте себя и своих.

Капитан согласно кивнул головой. Чернышова подняли на ноги. Народ вокруг загудел, перешептываясь и не решаясь подойти ближе.

Стражи, не теряя времени, схватили Чернышова под руки и потащили в казармы лечиться. Или отмывать кровь, кто знает.

— Расходитесь! — грозно пробасил капитан, разгоняя толпу. — Здесь не на что глазеть.

Я оглядел медленно расходящихся по своим делам людей и заметил хитрую морду Сашки Гвоздя. Он все-таки не смог пропустить драку. Сержант кивнул мне на прощание, и мы разошлись. Каждый своей дорогой.

У казарм на меня бросали заинтересованные взгляды свидетели прошедшей драки, но вскоре я растворился в узких, тускло освещенных улочках Выкречи. И добрался до избы без всяких проблем.

Отряд, похоже, уже спал после изнуряющей дневной тренировки. Я тихонько потянул дверь на себя, но она предательски заскрипела. А следом раздался громкий, бесперебойный звон колоколов.

— Тревога!

Встревоженные крики эхом разнеслись по округе.

Я услышал изнутри шум шагов и шорох одежды. Поспать сегодня ни у кого не получится.

Вскоре мы уже бежали по оживленным улочкам Выкречи. Стражи, ходоки, ополченцы — все двигались в одну сторону. Массивная и неприступная стена возвышалась перед нами — главная линия защиты людей от монстров Зоны. Сегодня на ее долю выпало очередное испытание.

Мой отряд распределили на участок на северной части стены — менее опасный, чем восточный. Даже если капитан хотел сунуть нас в самое пекло, сделать этого он не мог. Отряд номинально всё ещё был ходоками, и на передовой оказаться никак не мог. Потому, поворчав и недовольно побурчав, он распределил нас именно сюда.

Ночное небо было окрашено бирюзовым свечением защитных куполов на башнях. Там располагались лучники и волшебники. Пока мы поднимались, я заметил, что на разных участках стены группы были разношёрстные и, чаще всего, смешанные с серыми. Вот только нам ни начальства, ни подкрепления серых положено не было.

— Удержите этот участок стены любой ценой. Любыми средствами. Ясно вам?

Капитан оживленно размахивал руками.

— Если побежите, станете дезертирами. А с ними разговор короткий.

— Не побежим, — бросил ему я.

— Посмотрим…

Капитан тут же удалился в башню. Всё-таки мой отряд свалился ему как снег на голову.

Основной удар я ожидал на восточную часть стены — туда, где находились главные ворота. Именно оттуда чувствовалась энергетика самого большого количества тварей. Впрочем, и в болоте напротив я мог заметить сверкающие глаза ползающих, живущих своей жизнью монстров.

— Как думаешь, готовят чего? — спросил Аскольд.

— Требушеты собирают, наверное. Башни осадные строят.

— А как же они… — растерянно пробормотал Аскольд, вглядываясь в темноту. — Это… Ну, требушетами-то. У них же лапки…

— Аскольд, к чёрту лапки. Штурм готовят. Штурм. На стены полезут.

Я понимал Аскольда. Всё-таки он за время своих похождений от северного моря участвовал только в людских осадах. И с сиринами нельзя ничего знать наверняка.

— Уже и спросить нельзя, — выдохнул Аскольд.

— Дуй на правый фланг и Сольвейг с собой захвати. Если дурость какая придёт оттуда, чтоб не пустили на стену. И пару хаоситов тоже бери.

Я начал раздавать команды.

— Весна, тебе придётся защищать нас от воздушников. Здесь в основном камень, тяжеловато будет. Но ты постарайся.

— Сделаю, — решительно ответила ведьма.

Меня порадовал её ответ. Вот уж на кого можно положиться.

— Иван, если будут цепляться языками, срезай их. Башня, конечно, поможет, лучники есть, но всё равно сил не жалей. Рома, тебе…

В итоге я раздал команды и расставил бойцов.

Ночное небо всё чаще и чаще начало озаряться бирюзовыми вспышками. А вскоре по правое плечо, там, где находились главные ворота, раздался оглушительный птичий визг. Он волной разлетелся над городом. Даже здесь, в отдалении, почувствовалось эхо от ментального удара.

— Ух, — выдохнул Игнат.

Тут же, без пауз, заработали маги. Небо над главными воротами загорелось пламенем и извергло огненный дождь. Хоть это и было далеко от нас, но даже отсюда чувствовалась сильная магия. А уж пожар в черном ночном небе был заметным и подавно.

Чуть ближе вспыхнул электрический шар в десяток метров в диаметре и начал извергать удары молнии, вспахивая землю вместе с надвигающимися монстрами. Электричество выкашивало десятки монстров за каждый удар и вспахивало землю, разбрасывая туши по округе.

Это работали Подмастерья.

На многих участках били и другие площадные заклинания от магов рангом ниже: Водяные волны высотой в несколько человеческих ростов, Камнепады, зачарованные стихийные стрелы. Всё летело в монстров.

Волна, похожая на серп, ударила в главные ворота, а затем двинулась дальше. На соседнем от нас участке стены начали работать два мага-адепта. Близнецы с горящими огненными глазами.

Один запускал огненные лучи вниз, в тёмную волну монстров, пока второй срезал пернатых тварей в воздухе широким огненным хлыстом.

Затем два мага словно синхронизировались и принялись запускать вниз дикие всполохи пламени, покрывая ими уже горящую землю. Колдовали они не жалея маны. Огненный вихрь обрушился на врагов, сжигая все на своем пути.

Рядом с ними стояли стражи. Были воины третьей и четвертой звезды. Вот только они даже близко не были ровней огненным магам-адептам. Даже владея энергетикой, вряд ли они смогли бы выкашивать десятки тварей за раз.

По всему протяжению стены вспыхивали мощные заклинания, озаряя ночь всеми цветами радуги. Летели заряженные энергетикой стрелы. Лилось масло и сыпались камни.

Стена дрожала под натиском сотен когтей и клыков. Монстры тенями рвались вверх. Их рычание слилось в единый гул, наполнивший воздух.

Несмотря на активную работу защитников, языки лягушек начали впиваться в стену, а монстры полезли наверх. Затрубил горн. Сталь столкнулась с хитином и панцирями.

До нас тоже докатилась волна.

Первыми за работу принялись Роман с Иваном. Они сбивали сиринов в небе воздушными заклинаниями. Иван работал Клинками и Серпами, целясь в крупных птиц.

Роман же поднял в воздух сразу несколько вихрей, засасывая десятки сиринов и хищных мутантов в Воздушную дробилку.

Тела змеев и лягушек сыпались вниз от града стрел и череды энергетических атак. Они не могли пробиться к нам на стену. Воины едва вступили в бой. Весна использовала лозы и корни, сотканные из хаоса, и не давала тварям забраться на наш участок стены.

А вот на соседнем участке, где работали братья-огневики, дело шло плохо. Они, похоже, быстро выдохлись, а монстры все еще давили. Там схватка уже шла в рукопашную.

— Аскольд, Сольвейг, помогите им! — скомандовал я.

Иначе их проблемы скоро рисковали стать нашими.

— А как же… — напряжённо выдохнул Роман, но договорить не успел.

Я призвал воронку Хаоса прямо над монстрами. Бурлящий вихрь нестабильной энергии буквально притянул в её центр всех летающих тварей, а также захватил с полсотни зверей с земли. Их потянуло внутрь.

С одной стороны ударила молния, и тела мутантов задёргались, посинев от электричества. С другой — в воздухе взорвался ледяной шар, и часть сиринов повалилась на землю, разбиваясь на куски.

Затем с самого центра во все стороны ударила волна Хаоса. Мелкие частички, словно пылинки, пробили всё ещё притягивающиеся к центру тела и остановились лишь на самом краю области действия воронки — метрах в пятидесяти.

А затем волна Хаоса двинулась обратно, засасывая все тела в самый центр воронки. Раздался оглушительный грохот. Воронка схлопнулась. Черная вспышка на миг заслонила собой Луну.

Все монстры, попавшие в область действия заклинания, превратились в перемолотый в фарш из мяса и костей. В кровавую кашу. Их разбрызгало по земле, стенам, башенкам, шлемам и доспехам бойцов — как моих, так и на соседних участках стены.

— Макс, ты что… вообще такое?

Роман с приоткрытым от удивления ртом смотрел на меня.

— Как что? — не повёл бровью я. — Подмастерье.

— А-а-а.

Рома запустил вниз Воздушную волну, накрывшую оставшихся в живых тварей.

— Если ты Подмастерье… — расстроенно покачал головой он. — Нахрен я тогда вообще стараюсь?

Его волна ударила по монстрам внизу, вбивая их в землю. Следом полетели подсвеченные энергетическим сиянием стрелы.

Это пришел на помощь соседний участок, до которого так и не докатилась волна монстров.

Рома и Сольвейг орудовали мечами, заканчивая свою работу. Маги-огневики помогали им как могли.

— Подмастерье… — все еще неверяще бормотал Роман.

На участках стены, ближе к главным воротам, все еще вспыхивала магия. Отсюда я мог видеть, как воины все еще сражались с остатками тварей. Вот только новых больше не появлялось.

Штурм остановился на нас. А ведь я все-еще чувствовал, что вдалеке, в темноте ночи и сырости Топей скрывалось немало монстров. А сколько тысяч тварей кружило за зоной моего восприятия — не угадать.

Вот только монстры ударили в лобовую, бездумно, как и положено, но не всей силой. И откатились назад, понеся потери. Или вовсе ударили малыми силами.

Над стеной вновь затрубили горны. Раздались несмелые победные крики.

Едва ли многие из простых солдат, празднующих «победу» задумывались о том, что действительно произошло этой ночью.

Глава 8

— Нельзя бросать города на произвол судьбы!

Властный боярский голос эхом прокатился по гостевым хоромам княжеского терема. Этот голос, казалось, мог заставить толстые деревянные брёвна ходить ходуном и оживить резных мифических существ на стенах и потолке.

Терем, сложенный из чёрного зачарованного дерева, с зелёной, мерцающей, как чешуя дракона, крышей, покрытой деревянной дранкой, стоял на холме в самом центре Стужевска, столицы княжества, не первый век.

Вот только этой ночью даже холод, пробирающийся сквозь открытые окна из магического стекла, не мог сбить жар внутри — не столько из-за тусклого пламени множества свечей, сколько из-за повисшего в воздухе напряжения.

Дорогие ковры, привезённые из дальних стран, не создавали в гостевых хоромах тепло и уют, а лишь глушили нервные постукивания боярских сапог. А позолоченные узоры и рисунки на стенах и деревянных колоннах, увековечивающие подвиги неизвестных героев, и картины со славным прошлым предков князя словно предательски предсказывали предстоящие сражения.

Посреди хором возвышался трон из угольно-чёрного дерева, покрытый бархатом и украшенный вставками из драгоценных камней.

— Алексей, что ты предлагаешь?

Сухой, как осенний лист, голос князя звучал холодно и безэмоционально.

Никита Добрынев, князь Чернолесья, величественно сидел на троне, во главе срочно собранного Совета. Он уже не был молод: в тёмно-русых волосах была заметна седина, а вокруг холодных серебристых глаз тянулись узкие бороздки морщин. Но он не потерял ни роста, ни ширины плеч, ни заметной мускулатуры. Стужевск, расположенный на берегу Енисея, был настолько же крепок, как и рука его князя.

Князь был самым молодым Архимагом Российской Империи — как возрастом, так, вероятно, и силой. Вот только он не собирался оставаться таковым навечно. На его пятки всё время наступали идущие следом, крепнущие в силе конкуренты. За ним — противники. И даже здесь и сейчас, в родной вотчине, дарованной императором, в Чернолесье, Никита Добрынев не забывал проделанный путь. Путь Архимага и князя. Оттого внимательно и расчетливо слушал тихо переговаривающихся бояр.

— Осаждены сразу несколько крепостей, — произнес Алексей Стародубов, указывая на расставленные, на карте фигуры. — Боярские вотчины под ударом. Монстры действуют организованно и они исчисляются десятками тысяч, если не больше. Они не просто накатывают волной, как раньше — они осаждают крепости и города.

Стародубов, светловолосый боярин с густой длинной бородой, глава Рода, Магистр. Пусть он был младше и слабее князя, но говорил уверенно и авторитетно. Бояре за его спиной согласно застучали по деревянным скамьям и столу. Согласных было много — примерно четверть собравшихся. Среди них было ещё три магистра и несколько мастеров.

— Словно, не монстры напали, а люди…

В зале послышался ропот. Монстры из Зоны несколько раз в год накатывали волнами на Чернолесье, но впервые они занялись осадой, как настоящая армия. Эти земли столкнулись с подобным натиском впервые за многие десятилетия.

Чернолесье было крупным приграничным княжеством, где князь правил не только Стужевском, но и несколькими волостями напрямую. В княжестве было полдесятка приграничных к Зоне крепостей, четыре свободных города, несколько торговых поселений и несчётное количество сёл и деревень. А ещё — пашни и охотничьи угодья, леса и болота.

И большая часть земель входила в боярские уделы. Большие и малые, их было два десятка, и каждым правил боярский Род. Не каждый был настолько же сильным, как Стародубов, но Родов с Магистрами и Мастерами хватало.

Князь, Архимаг в чёрных, вышитых серебром одеждах, холодно смотрел на присутствующих бояр и влиятельных дворян в расшитых кафтанах и мехах. Суровые, серьёзные лица глав Родов — они были не только опорой княжества, но и его головной болью.

— Повторю ещё раз, — проговорил Алексей Стародубов, — бросать на произвол судьбы Братск и Кровецк никак нельзя. Подкрепления нужны прямо сейчас. Эти твердыни — основа приграничной защиты Чернолесья. Сотни тысяч людей заперты за крепкими стенами и ждут помощи. Каждая минута, каждый час промедления может стоить им жизней.

Князь знал, что Стародубов говорил не только и не столько за себя. Он озвучивал мнение сразу нескольких союзных родов: своего, Львовых и Мстиславских.

На широком дубовом столе в центре зала лежала карта, на которой было нанесено множество пометок и расставлено с десяток фигур.

Знатные и влиятельные люди провели за столом не один час. Слова Стародубова о важности скорого решения звучало смешно. Вот только князь не смеялся. Он был посреди шторма и отступать не привык.

— Нужно немедленно отправить все войска к нашим крепостям! Разделить дружину надвое и отправить! — вскочил боярин Мстиславский, ударив кулаком по столу. — Если они падут, оборона рухнет! Мы потеряем не только земли, но и пути снабжения, плацдарм для контратак… Если монстры прорвутся дальше — экономика рухнет… И что тогда?

Удар монстров пришёлся сразу по нескольким крупным городам, ещё пол дюжине мелких, а сколько сёл и деревень было разорено волной — сосчитать трудно. Синхронная и неожиданная атака обескуражила пограничные силы. Большинство защитников заперлось в городах и острогах. Они оказались заперты в ожидании подкреплений.

— А остальные города? — прищурился князь. — Мы защитим два, но потеряем десять. Если мы бросим все силы на защиту ваших крепостей, другие останутся беззащитными. Это обречёт их на смерть.

— Князь, дозволь слово молвить! — раздался голос с легкой хрипотцой.

— Отчего-же не дать слово доброму дворянину, — кивнул Добрынев. — Говори, Василий. Волковы заслужили право на голос.

Вперед вышел невысокий мужчина в строгом черном костюме без галстука и легком пальто. Он взъерошил короткий ежик русых волос, коротко поклонился, и заговорил:

— Благодарю князь. Братск и Кровецк стратегически важны. Но неужто мы, дворяне, не заслужили получить хотя бы толику поддержки?

Волков указал рукой на людей за своей спиной.

— Мы исправно платим повинность и налог: урожаем, деньгами, товарами. Если монстры продавят небольшие крепостицы, то на их пути окажутся следующие. Городок за городком, острог за острогом падут как карточный дом от дуновения ветра. А ведь на них и княжество держится…

— Переживем!

— Ничего! Потерпите!

Бояре не согласно загудели.

— Порядок!

Добрынин выпустил наружу немного магической силы. Аура Архимага и его грозный голос оборвали и угомонили любые выкрики. Перепалки в Боярском совете новостью не были. Здесь решались самые важные вопросы в жизни княжества и ставки были высоки. Оттого, иногда князю приходилось вмешиваться, чтобы поддержать порядок.

— Василий, продолжай.

— Предлагаю направить во все осажденные города небольшие разведывательные отряды. Если не дружинников, то наемников, Рубежников и магов. Любая помощь поможет нашим землям продержаться до прибытия дружины.

— Ерунда! — вскочил с места едва успокоившийся Мстиславский. — Монстры не отступают, не отвлекаются и не бояться. Их нельзя отвлечь или утомить. Отправить такие отряды — значит ослабить основной отряд, и обречь разведчиков на смерть. И ради чего?

Предложение было толковым. Добрынев, как князь это понимал. Особенно, учитывая, что контракт с наемниками и вольными магами мог если не спасти, то отсрочить падение его собственных приграничных волостей. Вот только орды монстров были слишком опасной, разрушительной силой. Один неверный маневр и дружина может понести непоправимые потери. А впереди предстояло немало боев.

— Ради чего? — холодно переспросил Волков. — Ради жизней княжеских подданных, ради…

— Ради кошелька твоего! — криво усмехнулся Мстиславский. — Твои земли не у границы. Твои владения не под осадой. Какое право дозволяет бросить…

— Вы предлагаете оставить остальные крепости без защиты? — ледяным тоном спросил Волков, скрестив руки на груди.

Дворяне и бояре вступили в новую перепалку.

Добрынев нахмурился. Сколько волшебников мечтают о ранге Архимага и представляют, что бы они делали, став сильнейшими? Как бы не так. Архимагом невозможно однажды проснуться. Больше ста лет, десятки ран, сотни битв, тысячи прочитанных томов и беспрецедентный, всеобъемлющий талант. Потом и кровью, без остановки. Именно так он добился не только ранга Архимага, но и княжеского титула.

Он был самым младшим Архимагом — как возрастом, так и способностями. Вот только он не собирался всю жизнь оставаться на этом уровне. Нет. На его пятки всё время наступали идущие следом, крепнущие в силе. И даже здесь и сейчас, в родной вотчине, в Чернолесье, дарованном императором, Никита Добрынев не забывал проделанный путь.

Быть Архимагом и быть князем — это две разные ипостаси. Даже не две стороны одной монеты. Все князья Архимаги, но не все Архимаги князья. Кроме княжеств есть ордены, предприятия, производства и гильдии. Власть в империи не ограничивалась титулами. Чего стоит та же Кладовочка? Ведь технологию разработал именно Архимаг. Многие Архимаги предпочитали править и управлять из тени.

Магическая сила дает свободу. И в первую очередь — свободу выбора. А княжеский удел — ответственность. Не только за себя, не только за свой Род, но и за каждого жителя, каждого воина, каждого мага в княжестве.

Пусть в чистой силе Добрынев не уступит никому из присутствующих, но решать единолично он не мог. Боярские Рода Мстиславских, Стародубовых и Львовых имели достаточно Магистров, чтобы не уступать Добрыневым.

И терять даже один из городов бояр нельзя. Каждая сторона в Совете была по-своему права.

Стародубов выжидающе смотрел на князя из-под чуть приподнятых бровей. Его прищуренные глаза хитро блестели.

— Порядок!

На этот раз присутствующим хватило лишь княжеского слова. Споры затихли, а главные зачинщики — Волков и Мстиславский сели на свои места.

— Необходимо нанести удар по монстрам у стратегически важных крепостей, — вновь заговорил Стародубов. — Без этого никак. Дружина стянет к бою и остальных монстров, так что другие города и крепости и сами смогут отбиться. Не раз уж отбивались.

— Лишь бы спасти свои земли…

Добрынев услышал шепот Волкова. Еще бы, восприятие Архимага позволяло улавливать магу намного больше, чем обычному человеку. Другое дело, что иногда, наоборот, приходилось совершать усилие, чтобы не слышать постороннего гула.

— А так оно и есть, — невозмутимо проговорил Стародубов, подойдя к широкому столу с картой. — Монстры окружили Братск здесь, здесь и здесь. Если город падёт, то мы потеряем шахты и основного поставщика железа. Кровецк — это центральный город всех линий обороны. Вот здесь, за ним, находится плато. Если монстры прорвутся, то смогут добраться до незащищённых городов и деревень. Если не разделить войско на две части и не направить подкрепления к Кровецку и Братску, то обе крепости падут.

— Не ново!

— Уже слышали!

На этот раз загудели дворяне и небольшие боярские Рода. Они не стеснялись отвечать Родам на Совете их собственной монетой.

— Монстры действуют нестандартно, — невозмутимо продолжил говорить Стародубов, — ведут осаду. Ей кто-то должен руководить, иначе никак. Почему-бы нам не выманить монстра или чернокнижника на основное направление атаки? Если уничтожить главную силу врага, то остальные монстры перестанут быть угрозой. Там и наши уважаемые дворянские рати смогут с ними справиться… Смогут же?

— Глупость!

— Кто это там осмелел? — поинтересовался Мстиславский, вглядываясь в лица оппонентов.

Добрынев тяжело смотрел на Совет. Восточные волости, принадлежащие ему, спасти первыми никак не выйдет. Да до них едва ли удастся добраться. Впрочем, выход был. Пусть тяжелый и затратный, но Добрынев не стал князем просто так. И позволить монстрам произвольничать на своей земле не мог.

— Я согласен, что Братск и Кровецк сдавать нельзя.

Князь заглянул в глаза каждому боярину.

— Князь, чем мы заслужили это? — вскинул руки к небу Волков.

— Добро… — тихо пробормотал Мстиславский.

Лишь Стародубов и еще несколько бояр выжидательно смотрели на князя. Они жили в Чернолесье не первый год и Добрынева знали хорошо. Очень хорошо. Настолько, что мысль о том, что он просто согласился с их предложением даже не пришла им в голову.

— Если мы соберем войска, разобьем главный отряд чудовищ, а затем зачистим оставшиеся очаги, мы победим, — продолжил говорить князь. — Если же распылим силы, нас разобьют поодиночке. Наше главное преимущество — дисциплина и тактика, а не разрозненные схватки.

В зале повисла тишина. Решение князя было центральным. Даже если бояре и собирались его оспорить.

Многие бояре переглядывались, размышляя над словами князя. Волков перешептывался с окружающими его сторонниками. Вокруг него были лишь нахмуренные и разочарованные лица.

— Потому войско делить не стану. Ни на разведывательные отряды, ни тем более на два ударных отряда. Мы пойдем единой дружиной. Отобьем все города и крепости по очереди…

— Княже, а кто эту очередь установит? — поинтересовался Мстиславский.

— Она уже установлена, — холодно отрезал Добрынев, — согласно стратегическому значению и населению. И мы все ее знаем.

Как бы холодно не звучало, но город с крупнейшим населением и важной стратегической позицией всегда будет первым в списке. Остальным придется подождать. Оставалось лишь рассчитывать, что годы защит от волн монстров и подготовок не прошли даром для приграничных земель.

— Они же просто уничтожат все остроги и городки. — проговорил дворянин с седыми висками. — Кто защитит наши земли, князь?

— Гарнизоны выстоят, — твёрдо ответил Добрынев. — Но если мы не разрубим этот узел сейчас, враг поглотит нас всех.

Дворяне недовольно зашумели. Но уже не так смело, как раньше. Слово князя было весомым и сил перечить и ему и боярам у них не было.

Волков молча покачал головой.

Мстиславский с Стародубовым обменялись парой быстрых фраз. Бояре же спокойно переглядывались, не выражая никакого протеста. Обычно, шумные и несговорчивые, сейчас они молча ждали следующих слов князя.

Впервые за вечер, Добрынев почувствовал дуновение прохладного ночного ветерка из открытых ставней. Холодный воздух оставил приятное ощущение свежести на коже, которое предательски исчезло, как только Добрынев задержал взгляд на боярах.

— Хочет ли кто-то возразить? — спокойно спросил князь.

Он уже подозревал по лицам и коротким фразам бояр, что перечить они не станут. Так и вышло. К удивлению нескольких аристократов с другой скамьи в хоромах. Бояре негласно поддержали его план. Притом без всяких обсуждений, что лишь подчеркивало вес княжеского решения и слова.

— Мы идём единым войском, — повторил Добрынев, — и снимаем осаду с крепостей по порядку, начиная с самых населённых и стратегически важных. Затем переходим к менее значимым.

Все еще без возражений. Князь довольно кивнул.

— Тогда, это окончательное решение. Готовьтесь. Дружина выдвинется в ближайшее время.

Бояре удовлетворённо закивали. Они получили свою маленькую победу, а князь сохранил авторитет. Теперь оставалось лишь одно — победить монстров.

Из самого угла зала, вынырнул из тени седой мужчина с длинной светлой бородой. Он был одет в белый балахон, вышитый золотой нитью. Накинутый капюшон скрывал часть лица.

— Поблагодарим Солнце за успешный совет, — произнес мужчина, остановившись по правое плечо князя, — и попросим скорую победу над монстрами и освобождение земель.

Все присутствующие почти синхронно поднялись на ноги — дворяне, бояре и сам князь. Мужчина в балахоне сделал несколько движений руками и комнату охватило теплое, желтое свечение.

После нескольких едва различимых фраз солнечный свет померк.

— С Солнцем!

— Победим!

Совет завершился. Но главная битва для Чернолесья только начиналась.

Глава 9

Рассвет после нашей первой защиты от штурма монстров был наполнен тяжёлым запахом крови и гари. Каменные стены Выкречи были усеяны следами когтей и подтёками чёрной, вязкой крови. На сырой земле перед крепостью лежали сотни тел монстров.

Мой отряд уже спустился вниз, а я стоял на башенке и смотрел вниз — на разрубленные, сожжённые, растерзанные тела монстров, нагромождённые друг на друга после схватки.

Защита не прошла без потерь и для людей. Со стен, особенно с соседнего участка, где ночью бились двое огневиков, выносили израненных, стонущих бойцов. Волшебники и лекари суетились, оказывая первую помощь. Больше всего потерь было, скорее всего, на главных воротах и на всем восточном участке стены.

Я перевёл взгляд на горизонт. Туда, где алые отблески рассвета освещали не только Топь, но и скрывающийся за ней непроходимый лес. Даже здесь я чувствовал исходящую оттуда угрозу, несмотря на то, что монстры отступили.

Я принялся спускаться с башни. На лестнице было довольно людно: кто-то тащил наверх камни, боеприпасы, бочки с маслом, а кто-то, наоборот, помогал спустить вниз тела монстров. Их разделывали прямо здесь, под стеной, чтобы извлечь полезные и необходимые части.

— Трофеи делить будут, — устало сказал седоволосый сержант. — Хорошо потрудились, господин маг.

Его отряд тащил вниз несколько тел Беркутов и одну огромную лягушку.

— Помочь? — поинтересовался я.

Я мог бы просто спустить все это с помощью магии.

— Не надо, — отмахнулся он, — и так ночью выручили, господин.

Так и было. Он был из лучников на соседней башне, а до них монстров почти не добралось. Правда, из-за этого они теперь, в отличие от нас, не отдыхали, а трудились.

Я молча кивнул и направился к своему отряду. Мои «орлы» тут же подскочили с земли и выстроились передо мной — уставшие и немного потрёпанные. Особенно Аскольд и Сольвейг, которым пришлось помогать соседнему отряду на стене.

— Ну что, знатно мы их? — усмехнулся Аскольд.

Он размахивал мечом, выписывая восьмерки перед собой. Хаос действовал на него предсказуемо, наполняя его энергией даже после боя. Нужно будет не забыть погонять его на тренировке и подтянуть контроль. Мне еще в целом предстояло научить моих хаоситов, особенно магов, полезным заклинаниям и техникам.

Со штурмом, постоянными вылазками и стычками времени может не найтись.

Весна зевнула и по-кошачьи потянулась.

Игнат пытался разобраться с застёжками на доспехе. Похоже что один из монстров распорол защитную пластину и теперь он никак не мог привести доспех в порядок.

— Хорошо потрудились, — коротко бросил я.

Все шуршание прекратилось. Аскольд убрал меч в ножны.

— Соль, — шепнул Рома, — мне не послышалось или он нас похвалил?

— Тебе показалось, — невозмутимо ответила Сольвейг.

Я лишь покачал головой. Вроде взрослые люди, воины, маги, а иногда как дети малые.

— Было проще, чем в прошлой вылазке, — подметил Аскольд.

Он улыбался так, словно вновь рвался в бой.

— Чем в позапрошлой, — поправила его Весна.

— Может и так.

В прошлой вылазке мы действительно справились относительно легко благодаря двум новым наёмникам. А вот Мертвый хребет тогда чуть ли не стал нашей последней остановкой.

С Сольвейг и Романом ещё предстояло обсудить дальнейшую судьбу. В ближайшее время не то что добраться до Северска — просто вырваться из Выкречи будет непосильной задачей. И сколько это время продлится — неизвестно.

— Командир, а чего нас… — Игнат обвёл ладонью окружающую суету. — Не припахали?

— По статусу не положено, — ответил Роман.

Рома был прав, вот только Игнат все пропустил, пока собирал «положенные ему трофеи».

Совсем недавно здесь был капитан — не тот, из бараков, другой. Так что мы были освобождены от лишней работы после осады. Я же остался здесь, чтобы оценить не только последствия ночной атаки, но и скорость восстановительных работ.

Несмотря на взаимное недоверие с Комендантом, нужно было отдать должное его гарнизону — действовали быстро и слаженно, как хорошо смазанный механизм.

— Мы с вами теперь не просто рядовое пушечное мясо с улицы, — спокойно произнёс я. — Так что привыкайте. И не расслабляйтесь.

Аскольд согласно закивал. Уж он-то, с его опытом, точно знал, что с силой приходят новые возможности и уважение.

— Давайте в избу, а то я сейчас вас еще послушаю и устрою внеплановую тренировку вместо отдыха…

А отдых они и вправду заслужили.

— Постойте!

Нас окликнули, когда отряд уже отошел шагов на пятьдесят от стены.

К нам бежал один из магов-огневиков с соседнего участка стены. Весь в саже, в потрёпанном доспехе, с перевязанной головой, он остановился передо мной и едва заметно поклонился.

— Спасибо. Если б не ваши воины, мы бы не уцелели.

Его голос был хриплым после ночи командования, но держался он бодро.

— Вот, возьмите.

Он протянул мне небольшой мешочек, от которого исходило магическое свечение. Отказываться я не стал и принял дар. Внутри лежало несколько оберегов с защитными заклинаниями.

— Моим уже ни к чему, — шмыгнул он носом.

— Как зовут?

— Светозар, — улыбнулся он.

Белые зубы ослепительно сияли на фоне измазанного сажей лица.

— А это… — он ткнул пальцем в лежащего в стороне брата-близнеца, — Святослав.

Удивительная фантазия была у их родителей.

— Максим, — ответил я. — Максим Клинков.

Мы пожали руки.

— Ещё раз спасибо.

Он вновь поклонился, и на этом наша ночная авантюра завершилась. Крепость удивительно быстро приходила в себя.

Из окон соседних домов выглядывали зеваки, да и на улице уже мельтешил народ — словно ничего ночью не произошло. Они находились в сотне метров от стены и с интересом смотрели на телеги и обозы, закованных в броню воинов, колдующие маги и лекарей. Как будто это все было театральным представлением.

Мы беспрепятственно добрались до нашей базы.

Оставшийся день выдался спокойным: отмылись, починили экипировку, наточили клинки. Хотя мне и не терпелось научить бойцов лучше пользоваться хаосом, моей родной энергией, я понимал — нельзя давать всё и сразу. Постоянная череда сражений и испытаний должна иногда прерываться отдыхом.

Более того, я собирался сделать одну важную вещь. Возможно, с опозданием — отряд уже имел толкового проводника. Но раз контракт был заключён, его условия должны быть соблюдены.

Потому я стоял перед каменной фигурой, внутри которой всё ещё был живой человек. Глеб.

— Нам точно нужен этот отброс? — поинтересовался Аскольд.

Он стоял рядом со мной и с сомнением смотрел на статую. Тут же была и пара моряков, на всякий случай. Учитывая клятву, вреда Глеб причинить нам не мог. А вот себе или нашему имуществу — вполне.

В своё время я успел насмотреться на разные откаты от магии, потому рисковать имуществом не хотел.

— Пригодится. Ментальный контракт заключен. Теперь он не враг, а слуга, да ещё и с печатью повиновения. Если его знания и умения будут полезны отряду — пусть служит себе на здоровье. Я его даже нескольким приёмам научу. Без хаоса, конечно. А там — посмотрим.

— Да я так… Интересуюсь, — пожал плечами Аскольд. — Мне, по большому счёту, без разницы. Человеком больше, человеком меньше…

Я достал флакон с зельем, открыл его и щедро полил голову Глеба. Затем поднёс руку к холодному камню и сосредоточился.

Поток маны прошёл сквозь камень и проник внутрь застывшей плоти. Даже с сотворенным мной зельем и опытом по снятию проклятий оставался шанс, что часть тела не вернёт функциональность. Всё-таки Глеб был заточён в камень уже приличное время.

Каменная оболочка начала трескаться. Из разломов взметнулись веера пыли. С треском и глухим стуком мелкие осколки посыпались на землю. Пальцы статуи задвигались, а в глазах медленно появилась ясность.

Изваяние словно медленно обретало жизнь. Камень задрожал и посыпался, словно побелка. Наконец, Глеб застонал. Мышцы напряглись — и он рухнул на землю, задыхаясь и жадно хватая ртом воздух, словно вынырнув из ледяной воды.

— Где…

Его голос был тише шёпота, как лёгкое дуновение ветра. Я бы не услышал его без моего усиленного восприятия. Глеб мелко задрожал. Камень на нём не сошёл до конца — кое-где оставались куски.

— Каменный цветок… — прошептал он.

— Ишь чего… — проворчал Аскольд. — Только очнулся, а ему цветок подавай.

— Могу выделить два… — холодно произнес я. — На могилу.

Глеб едва ли был в состоянии говорить и уж тем более двигаться.

— Хватайте-ка его и тащите к Весне. Пусть поколдует. Что-то плохо с него камень сходит…

Аскольд с моряками утащили его.

А через полчаса одноглазый прибежал ко мне, взмыленный и широко улыбающийся.

— Командир, пошли!

— Что, подох что ли? — спросил я в лоб.

— Не-а. Лучше.

Аскольд оказался прав.

Когда я вошёл в наше медицинское крыло, то сразу же увидел Глеба, накрытого тонкой простынёй. С него сняли толстые слои камня, но он не стал от этого больше похож на человека. Точнее, не стал похож на себя прежнего.

На его руках, шее, груди и лице теперь словно была потрескавшаяся каменная кожа темно-серого цвета.

— Макс, это проклятие! — подскочила ко мне Весна.

— Да, вижу.

Она прижалась ко мне и заглянула двумя горящими изумрудами мне прямо в глаза:

— Можно я немного поковыряю его? Совсем чуть-чуть? Пожа-а-а-алуйста!

Похоже, она впервые видела каменное проклятие. Тот факт, что мне удалось расколдовать Глеба, уже был большим успехом.

— Он двигаться-то хоть может?

— Может-может, — тут же закивала Весна

Её тёмные локоны забавно затряслись. Она смотрела на меня широко раскрытыми, умоляющими глазами — прямо как котёнок.

— Может… не надо… — раздался слабый голос сопротивления Глеба.

— Да делай что хочешь. Я только одну вещь проверю — и он весь твой.

Я отстранился от Весны и обнажил саблю. Глеб судорожно дёрнулся на койке, но было поздно. Я ткнул его прямо в бок.

Раздался звук глухого удара, и клинок завибрировал от отдачи. Это была потрясающая защита.

Я вернул клинок в ножны.

— Командир, может, прозвище дадим? — поинтересовался Аскольд.

Моряки тут же принялись весело предлагать варианты:

— Каменнокожий?

— Или Каменнобокий…

— Не хочу… — простонал Глеб.

Природная защита. За такой дар многие волшебники и воины заплатили бы очень дорого. А тут маг Адепт получает вот такую способность…

Да, не всё его тело было покрыто защитой. Например, глаза и органы чувств оставались уязвимыми. Нужно было проверить, выдержит ли каменная кожа магию, но в остальном Глеб через проклятье получил необычный дар.

— Аскольд, возьмись-ка за его тренировки, да так, чтоб двигался не хуже моряков. Методы — на твоё усмотрение.

Аскольд хищно оскалился.

— Это можно. Ну что, жадюга несчастный… Сделаем из тебя боевого мага!

На следующий день я отправил весточку Серёге с Ирой. Володины были на данный момент единственным союзным родом, поэтому я рассчитывал, что они согласятся предоставить нам свою тренировочную площадку. Двор перед избой явно не позволял как следует разгуляться и полноценно отрабатывать заклинания.

Ответ пришёл быстро. Уже днём Владимир постучал в дверь нашей избы. Мы быстро собрали снаряжение и отправились в особняк Володиных.

Ещё на подходе я заметил магические вспышки над территорией усадьбы. Когда мы вошли внутрь, стало ясно — внутренний двор укреплённого особняка превратился в настоящий полигон. Здесь тренировались не только члены Родовой стражи, но и отряды менее опытных бойцов.

— Ратибора сегодня нет, — предупредил Владимир, — но ребята будут рады вас видеть. Вам подготовили площадку за главным домом — там вам будет сподручнее.

Он заговорщически подмигнул мне.

В этот момент с дальнего края двора раздался оглушительный взрыв, поднявший столб пыли у бараков.

— Твою ж мать… — Владимир раздражённо покачал головой. — Не судьба мне вас проводить, сначала придётся разобраться с этими болванами.

— Ничего, — улыбнулся я. — Я здесь не первый раз.

За главным домом действительно обнаружилась небольшая тренировочная площадка, укрытая защитным пологом. Серёга разминался в центре, а Ира отрабатывала стрельбу по мишеням. Их лица засияли, когда они увидели меня с отрядом.

Мы обменялись приветствиями. Володины не могли скрыть радости, наперебой расспрашивая о наших последних приключениях.

— Смотрел в глаза василиска?

Ира с открытым ртом и детским восторгом слушала наши рассказы.

— Было дело, — смущённо буркнул Аскольд.

— Скорее сидел на пеньке, — усмехнулся я, — а потом сполз на землю…

— Командир, подробности были не обязательны!

— Обязательны! Куда же без них?

Пока мы общались, хаоситы начали разминку.

— А каких монстров видели в прошлый штурм? — спросила Ира.

— Всяких, — отозвался Аскольд. — Ящеропсов, лягушек, змей, хищных птиц.

— А вот сиринов у нас не было, — задумчиво добавил я.

Серёга с Ирой переглянулись и поманили меня за собой.

— Макс, у нас тоже есть новости, — начал говорить Серёга, когда мы отошли.

— Слушаю.

— Отец отправлял разведотряд, чтобы выяснить, что стоит за осадой. Они не вернулись.

— До штурма или после?

— После. У них были магические обереги для отслеживания… Эти обереги до сих пор посылают сигнал.

Я внимательно взглянул на Володиных — оба были бледны как снег.

— В чём дело?

— Во время вчерашней осады обереги показывали, — продолжил Серёга, — что люди должны были быть у Выкречи.

— Но тел никто не нашёл, — закончила за брата Ира. — Обереги… они были у стаи сиринов у главных ворот. Будто вплавлены в их тела.

Сирины размножаются как птицы, высиживают яйца… Но чтобы они могли создавать новых особей?

— Может, — предположил я, — использовали обереги как приманку?

— У меня друг пропал… Рыжий — грустно произнёс Серёга. — Я нашёл его медальон в твари с рыжими перьями.

Это ещё ничего не доказывало, но мысленную пометку я сделал.

— Не загоняйтесь, — успокоил я их. — Может быть совпадение. Давайте-ка я лучше научу вас парочке приёмов. Вопрос с сиринами решу — даю слово.

Ребят немного отпустило, когда они услышали мои слова.

Следующие несколько дней мы провели в особняке Володиных. Наша площадка за главным домом, скрытая от посторонних глаз, идеально подходила для тренировок. Здесь можно было в полную силу использовать магию хаоса.

— Хаос — это не только разрушение, но и созидание, — объяснял я воинам. — Если вы сможете обратить ману в жёсткую форму, получите устойчивый щит, подобный моему Доспеху хаоса.

Я взмахнул рукой — доспех как живой перетек к моим пальцам, превратившись в щит.

— Вот так.

Аскольд первым попытался повторить, но вместо барьера у него получилось вызвать лишь столп ослепительных искр.

— Еще раз! — скомандовал я. — Сфокусируйся.

Мы тренировались часами, пока бойцы не начали осваивать новые техники. Даже Володины, не владеющие хаосом, смогли отработать стратегию против воздушных противников — использование барьеров в сочетании с ударными атаками.

Особое внимание я уделил базовой технике перемещения — Рывку. Для Рывка нужно было наполнить тело хаотической энергией, правильно распределить её по каналам и буквально взорвать изнутри. Это позволяло увеличить скорость и мощность рывка, чтобы сократить дистанцию или избежать атаки противника. Наполнять собственное оружие энергией они уже научились.

Мобильность — это база для любого воина среднего и высокого ранга, и большой задел на будущее. Ведь когда-то им придется сражаться не только с монстрами, но и с магами. А к ним еще нужно подобраться.

Следующим этапом стало использование внепредметных атак — перенос собственной маны наружу. Мы тренировались день и ночь, частенько оставаясь на ночлег у Володиных в гостевом доме. Серёга с Ирой почти всё время проводили с нами — тренировались, ели, общались. Было видно, что они соскучились по отряду.

Одной магии было мало. Бойцы усиленно тренировались физически, изучали слабые места монстров, анализировали прошедшие схватки — как с тварями, так и с людьми. Не обошлось и без тренировочных дуэлей.

Весна научилась новому защитному заклинанию под названием Кокон — хаотическая энергия, подобная её лозе, охватывала одного человека или группу людей, защищая от атак.

С ней вообще случилась интересная ситуация. Будучи самоучкой, она не очень хорошо осваивала новые заклинания, зато отлично адаптировала старые. Так у неё появилось устрашающее оружие — её защитный Частокол превратился в Град Хаоса.

Площадное заклинание, где множество выбросов маны в виде кольев вбивалось в землю, взрываясь смертоносными осколками. Это было жуткое сочетание её друидской натуры с хаосом. Впрочем, она, как и Иван, смогла освоить ещё несколько полезных заклинаний.

За эти несколько дней бойцы стали действовать слаженнее. Вот только расслабляться было нельзя — дни шли, а город подвергался новым атакам. Монстры действовали осторожнее, чем в наш первый штурм.

Группы тварей бились в разные участки стены, словно проверяя их на прочность, но не переходя в полноценный штурм. Разведка боем, не иначе.

Всё чаще я слышал в городе тревожный шепот и видел беспокойные лица — не только у горожан, но и у солдат и стражи. Что-то явно назревало за стенами. И каждый новый день я все чаще ловил себя на мысли, что чувствую что-то неладное, как холодный ветерок по спине в штиль.

За двенадцать дней мы ещё дважды защищали стену — это были отличные возможности протестировать всё, выученное на тренировках. И бойцы меня не подвели.

За всё это время я так и не застал Ратибора дома. Даже Владимир частенько пропадал, хотя тренировки с бойцами были одной из его обязанностей. И вот в один из вечеров именно Владимир нашёл меня, когда я задержался на тренировочной площадке.

— Максим, Ратибор хочет поговорить.

Я вытер лицо полотенцем и бросил его на скамейку.

— Веди.

Владимир провел меня в кабинет Ратибора. Глава Рода Володиных сидел за столом. Его лицо чем-то напоминало его выражение, когда мы обсуждали сиринов в первый раз — усталое и бледное. Как будто он не спал уже несколько дней.

— Рад тебя видеть, — поприветствовал меня Ратибор.

— Взаимно.

Я сел за стол напротив него. Ратибор махнул рукой и нас накрыл магический полог.

— Не буду тянуть. За последние десять дней за стены было направлено четыре разведывательных группы. Как моего Рода, так и от остальных. Вот только ни одна из групп не вернулась.

Ратибор начал тереть виски круговыми движениями пальцев.

— Воины четырех звезд, Адепты, проводники. И не простые, а Родовые. Не все, конечно, но многие пытались разгадать загадку с осадой. Караваев обещал награду, крупную, да и я сам своих тоже замотивировал как следует. И не помогло. Ни единого человека не вернулось, понимаешь?

— Что ты предлагаешь? — спокойно спросил я.

Ратибор откинулся на спинку стула.

— У Коменданта есть план. Он собирается отправить в вылазку объединенную группу разведчиков, чтобы выяснить, что происходит за стенами. И с твоими способностями…

— Астахов хочет, чтобы я участвовал?

Ратибор покачал головой.

— Этого хочу я. В группе будет еще один Мастер, воины пяти-шести звезд, Подмастерья… В общем, ударный, но мобильный отряд, способный не только выполнить цель, но и отступить с боем.

Сирины были угрозой для города, вот только и комендант мне другом не был. И вылазка за стены осаждаемого города вполне могла служить ловушкой, даже если основная цель была правдой.

— Со своим отрядом, — продолжил Ратибор, — пойти не получится, там нужны воины не ниже пяти звезд.

Аскольд и Сольвейг подходили.

— Если возьмешься, то наградой город не обидит. Но, за безопасность, сам понимаешь… Ручаться не могу.

Ни одна группа до этого не вернулась — значит они копали в нужном направлении. Родовые воины и маги явно были достаточно хорошо подготовлены, чтобы сгинуть без единого следа.

— В общем, — выдохнул Ратибор. — Плевать на мнение Астахова. Плевать на награды Караваева. Нужно выяснить кто или что стоит за осадой Выкречи. Если не узнаем с чем точно столкнулись — проиграем.

Он решительно смотрел мне в глаза.

— Я хочу, чтобы ты участвовал в этом рейде. Что скажешь?

Глава 10

— А кто сказал, что мне интересно участвовать в этом рейде?

Ратибор всё ещё не сводил с меня глаз. Он задумчиво постучал пальцами по столу.

— Макс, ты человек дела. Судьба Выкречи, возможно, тебя и не интересует. Вот только если город падёт, твой отряд окажется погребённым вместе с ним. Если дело в награде — я готов…

— Нет, ты меня не понял, — усмехнулся я. — Что, если я хочу не присоединиться к рейду, а возглавить его?

— Возглавить, говоришь? — протянул Ратибор.

Он поднялся со стула и начал ходить взад-вперёд по кабинету. Было заметно, что глава Рода Володиных всей душой радеет за судьбу родной крепости. Впрочем, для него судьба крепости и судьба Рода были взаимосвязаны.

Для меня же крепость на границе Чернолесья была лишь камнем в фундаменте — который, впрочем, я не собирался оставлять на съедение монстрам. Ведь мои интересы и интересы города совпадали.

— Группа собрана из разных Родовых воинов и магов, и состав был в основном одобрен лично комендантом. Ты должен понять — мы не можем позволить себе потерять такой ударный отряд. Так считает каждый Род, не только я. Для Астахова это отличный шанс потянуть одеяло на себя.

Ратибор остановился у окна и выглянул наружу. Там даже в поздний час тренировались воины и маги Володиных.

— Я не могу сделать тебя командиром. Мы не наберём достаточно голосов, да и ты по бумагам Подмастерье. Что я могу — это сменить Мастера Астахова на своего. Он уже в отряде и если я надавлю, то голосования не понадобится.

Ратибор усмехнулся.

— Значит, командовать будет твой маг?

— Верно, — кивнул он.

Мастер союзного рода — уже неплохая гарантия. Вот только Ратибор преследовал свои цели, ведь он лично видел мою силу в схватке с Кречетовым и понимал, что я ничуть не уступлю Мастеру.

Это, конечно, не означало, что Астахов или Кречетов не попробуют в этой вылазке как-нибудь избавиться от меня через своих людей. Но Володины — род боевой. Если от них пойдёт Мастер, даже не уровня Ратибора, то командовать точно сможет как следует.

Ещё бы знать участников заранее… Но такой роскошью я, похоже, не обладал. Хотя… пару участников я мог выбрать сам.

— Я возьму с собой двух бойцов из отряда.

— Меньше пятизвёздных нельзя, — предупредил меня Ратибор, постучав пальцами по стеклу.

— Эти подойдут без всяких проблем.

Ратибор повернулся. В бледном свете кабинета его лицо выглядело особенно уставшим и осунувшимся. Сначала суд над собственными детьми, затем разборки с женой, волна монстров и осада… И Ратибор как глава Рода отвечал за решение этих проблем.

— Добро, — согласился он. — Если хочешь взять двух воинов — значит, возьмёшь. Если подбираешь воинов, то, значит, согласен?

С самого начала я не собирался отказываться. У меня с отрядом была возможность покинуть Выкречь ещё до осады — я ведь знал о сиринах и возможных угрозах. Вот только сделал осознанный выбор остаться.

Война с монстрами была мне сейчас как никогда кстати. Подниматься по лестнице в хаосе сражений и интриг намного проще, чем в мирное время. Я не собирался навечно оставаться в приграничной крепости.

Но если можно спасти город от угрозы… Почему бы и нет?

— Можешь протолкнуть своего мастера, чего бы тебе это ни стоило. Используй всё, что можешь — деньги, трюки, влияние. Мне плевать, как ты это сделаешь. Но человек Астахова не должен быть во главе. Об остальном я позабочусь.

Ратибор подошел к столу и занял свое место.

— Месяц назад, когда я впервые узнал о тебе, Максим Клинков, — начал говорить он, — я даже не мог подумать, что ты так быстро рванёшь наверх. Я потерял много воинов и магов — как до осады, так и во время неё. Я видел, на что ты способен. Поэтому отправлю Мастера без единого колебания.

— Значит, договорились?

Я поднялся с места.

— Значит, договорились.

Рукопожатие было единственным заверением нашей сделки. Никаких магических контрактов, печатей и прочей чепухи. Наши интересы совпадали и этого достаточно. Оставалось лишь сообщить отряду.

Я застал своих людей за ужином в гостевом доме. В последнее время мы редко возвращались в избу — разве что я пару раз проведывал Глеба, за которым приглядывал нанятый мною лекарь. Окаменелый маг всё равно не мог никуда сбежать, так как был под клятвой, поэтому я за него сильно не переживал.

Сейчас же я вошел в обеденный зал. Меня встретил тёплый аромат тушеного мяса и запах свежеиспечённого хлеба. Зал гудел от голосов усталых, но оживлённых бойцов.

Рома рассказывал Игнату одну из своих историй, и молодой воин заливисто смеялся. Весна кружилась между столов с котелком, наливая бойцам добавки. Аскольд хлебал тёмное пиво из массивной кружки залпом. Так, что темная жидкость текла по подбородку и капала на скатерть.

Сольвейг сидела спиной ко мне у камина, поджав ноги и обхватив колени руками. Ложки стучали о глиняные миски. Огонь в камине потрескивал, отбрасывая на стены причудливые тени.

Сегодня у них была изнуряющая тренировка. Все ели, отдыхали. Меня самого мягко окутало тепло очага, и мне даже было жаль прерывать эту идиллию.

— Макс! — радостно встрепенулась Весна, заметив меня.

Она тут же подбежала ко мне, мелко перебирая ногами.

— Голодный?

Раскрасневшаяся, с блестящими глазами и растрепанными волосами, в белом фартуке. Она была дивно хороша собой — особенно сейчас, когда искренне улыбалась, отчего на её щеках появились милые ямочки. Из котелка в её руках пахло мясом и травами.

Весна словно прочитала что-то в моих глазах. Её улыбка медленно потухла, лицо приняло обеспокоенный вид.

— Что-то случилось?

— Да, — кивнул я. — Сольвейг, Аскольд!

Мой холодный командный голос словно разрезал тёплую иллюзию спокойствия. Все взгляды устремились ко мне. Стук ложек прервался, а тени на стенах замерли без движения.

— Собирайтесь. Готовьтесь. Мы скоро выходим.

Разведотряд, собранный из разных Родов, ждал нас у северной стены Выкречи.

Ещё на подходе я почувствовал несколько сильных аур, а уж приблизившись, убедился — компания собралась серьёзная. Тут же отметил несколько бойцов.

Невысокий, крепко сложенный разведчик с грубым лицом, покрытым шрамами жонглировал двумя кинжалами со скучающим видом. По силе — Подмастерье, не меньше.

Худой, высокомерный арбалетчик с острыми чертами лица не сводил с меня взгляда холодных голубых глаз.

Трое мечников в похожей по стилю тёмной броне из кожи монстров — зачарованной, между прочим, бросали кости на широкой скамье.

Все шестизвёздочные воины, как и арбалетчик.

Ещё один Подмастерье, закутанный в темно-серую робу, поправил капюшон, как мы приблизились.

Чужие взгляды сразу же впились в меня и Аскольда с Сольвейг, оценивая наши способности. Всего в отряде было чуть меньше двадцати человек: воины пятого-шестого уровня, несколько Подмастерьев и два Мастера.

— Их что ли ждали?

Холодный голос принадлежал высокому мужчине с длинными светлыми волосами и короткой чёрной щетиной. Вот это как раз был не Подмастерьем, а настоящим Мастером.

— Зря время потратили на такую обузу.

Аскольд шагнул вперёд, но я коротким жестом остановил его.

— Ты мастер по трёпу языком? — спокойно спросил я. — Если нет — можно твой ранг и в деле проверить…

Я оценивающе оглядел его с ног до головы, сканируя ауру и энергетику. Он был слабее Кречетова — значит, в поединке один на один был вполне посильным противником. Вот только, судя по всему, это как раз человек Кречетова или Астахова. А в вылазке среди монстров не будет никаких дуэлей.

— Господа, зачем ссориться? Всё равно умирать идём.

Мелодичный женский голос принадлежал, к моему удивлению, магу в балахоне. Не ожидал, что она девушка. Оценивающе скользнул взглядом по её фигуре.

— Ха, — выдохнул блондин напротив. — И из-за них меня сняли с лидера…

— Отставить умирать!

Наконец-то появился второй Мастер — высокий, широкоплечий, крепко сложенный, практически бритый налысо. Его решительный голос идеально подходил боевитой внешности. Появившийся Мастер, и по совместительству командир отряда, коротко кивнул мне и вышел вперёд.

— Как скажешь, — сквозь зубы процедило светловолосое трепло.

Похоже, у этих двоих общение тоже не заладилось.

— Для тех, кто меня не знает, я — Нестор Володин. С составленным планом, надеюсь, все знакомы. Опоздавшим придётся подстраиваться — ждать времени нет. Отстанете — умрёте. Не поспеете — умрёте. Наша главная задача — выяснить, кто или что стоит за атакой монстров и как это можно победить. У вас есть полчаса. Хотите — готовьте оружие и заклинания. Хотите — общайтесь. Сюсюкаться с вами никто не будет. Уяснили?

На город опустилась безлунная ночь — чёрная и почти непроницаемая. Аскольд и Сольвейг проверяли снаряжение, приглушенно переговариваясь. Я же колдовал заклинание маскировки на них и на себя.

В тусклом городском свете сверкали острые лезвия клинков, а кожаная броня едва слышно поскрипывала. Собранный на скорую руку отряд был по-настоящему сильным. А вот насколько приспособленным к боевой задаче — посмотрим.

Как только настало условленное время, мы отправились за стены — навстречу неизвестной опасности.

Земли, окружающие Выкречь, кишели тварями — как мёртвыми, так и живыми. Ящеропсы стаями рыскали в поисках добычи, а их протяжный вой был отчётливо слышен в ночной тишине.

Наша группа двигалась под защитным магическим пологом, скрывающим нас от глаз и восприятия монстров. Полог не только глушил наши запахи и скрывал в темноте, но и не позволяла видеть наши ауры и энергетику извне.

Со звуком было сложнее. Несмотря на рёв, рык и топот лап, свое присутствие скрыть было трудно. Звуки далеко разносились в ночи. Каждая сломанная ветка, задетый куст мог привлечь находящегося поблизости монстра.

Без луны мы могли двигаться в полный рост, не боясь, что блик или отблеск раскроют наше местоположение. Даже под Пологом я чувствовал запах гнили и крови, витающий в воздухе. Он впивался в лёгкие, оставляя на языке привкус металла.

Два ящеропса сцепились в схватке насмерть совсем рядом, рыча и раздирая друг друга острыми когтями. Всей группе пришлось замереть и ждать, пока две твари закончат выяснять отношения.

Более крупная особь с чёрной шкурой вцепилась острыми зубами прямо в глотку противнику. Пёс яростно замотал головой — на землю полилась тёмная кровь. Следом тварь отбросила бездыханное тело врага, и оно рухнуло буквально в шаге от передового воина.

Чёрный пёс довольно зарычал, подошёл к добыче и начал рвать её на куски и жадно проглатывать их. Боец передо мной сделал короткий жест рукой. Я передал сигнал назад, и мы медленно двинулись.

Моё восприятие буквально кричало о том, что место вокруг было наполнено монстрами. Я не просто видел их — я чувствовал, но сохранял спокойствие. Задание есть задание, а если что — можно накрыть тварей площадным заклинанием. Я шёл в середине и вполне мог вовремя использовать магию. Курс выбирал Нестор.

Преодолев первую линию монстров, мы смогли немного выдохнуть. Земля стала мягче, начали встречаться редкие деревца.

— Не расслабляйтесь, — шёпотом предупредил я соратников.

За мной, след в след, шли Аскольд и Сольвейг.

Тут же, словно по магическому закону подлости, один из бойцов, молодой мечник, оступился и схватился за ветку чёрного, высохшего дерева рядом, чтобы не упасть. Раздался оглушительный треск — ветка отломилась. Но мечник устоял.

Спереди раздалась злобная ругань. Я едва услышал шёпот Нестора:

— Замри.

Но было поздно. Из чащи раздался утробный рык. Из-за корявых деревьев медленно начали отделяться высокие двуногие монстры-болотники с чёрными глазами и кожей, покрытой древесными наростами. Их длинные когти были едва различимы в ночной темноте.

Раздался хлопок тетивы — болт арбалета впился ближайшему монстру прямо в глаз. Болотник дёрнулся, зашипел от боли, но тут же бросился вперёд, вспахивая землю когтями.

Заклинания привлекли бы внимание, поэтому воинам пришлось вступить в ближний бой. Эта тварь и две следующие столкнулись со сталью клинков. Удары пробили плоть, и монстры рухнули на землю. Но тут же из темноты раздался тихий гул — сразу с нескольких сторон, словно болотники окружали нас.

— Ходу! Ходу! Ходу! — скомандовал Нестор.

Нам пришлось пробиваться с боем. Ещё несколько тварей остались лежать мёртвыми на земле. В небе пока было чисто, но даже так не было гарантии, что сирины не знали о нашем присутствии. Отряд двигался быстро, но чем дальше мы углублялись на территорию монстров, тем плотнее становился туман вокруг нас. Земля стала вязкой.

Я не чувствовал монстров вокруг, но ветер постоянно доносил шёпот, а вокруг то и дело раздавались хлюпающие звуки и всплески.

— Там кто-то есть, — прошептал воин передо мной, указывая куда-то в туман.

Я вгляделся в указанном направлении и заметил два тёмных человеческих силуэта. Они растворились, как только я разглядел их.

— Чертовщина какая-то, — недовольно проворчал Аскольд.

Я чувствовал на себе чужой взгляд. Это чувство не проходило. Вокруг нас сгущался не просто туман — магическая аура, пронизывающая всё вокруг. Я буквально ощущал, как кто-то или что-то изучает нас.

Дышать в тумане становилось труднее с каждым шагом. Как будто что-то цеплялось за кожу, одежду и сдавливало грудь. Всё чаще я слышал тихие ругательства. Кто-то принялся молиться.

Не знаю, сколько мы шли, но небо все еще было черным. Мы несколько раз останавливались на короткий привал, чтобы сверить маршрут. Видимость была почти нулевая, но вместе с двумя Мастерами мы вполне могли вести группу, опираясь на магическое чутьё.

Каждый шаг давался с трудом — мы шли по болотной трясине. Я слышал кваканье лягушек и треск насекомых. Мы физически не могли добраться до Топей за такое короткое время, но факт оставался фактом. Болотная жижа липла к доспехам, словно живая, и тянула вниз.

— Твою мать! — сзади раздался всплеск.

Это был голос Аскольда. Он угодил ногой в трясину и провалился по пояс. Мы с Сольвейг тут же схватили его и потащили наверх. Пришлось выдёргивать его рывками — болотная жижа не хотела отпускать одноглазого. Очередной рывок закончился тем, что мы втроём оказались на чёрной, мокрой земле.

— Общий сбор, — раздался голос Нестора.

Мы сгруппировались вокруг двух Мастеров.

— Мы зашли слишком далеко

Первым заговорил светловолосый мастер и тут же решил пожаловаться.

— Пока не нашли следы врага или пропавших групп, мы не можем вернуться назад, — покачал головой Нестор.

Мы стояли кольцом. Воины оберегали магов.

— Ты хоть знаешь, где мы? — голос светловолосого звучал ядовито.— Здесь нет ничего, кроме грязи и болотной жижи. Кого ты собираешься здесь найти?

Нестор достал из-за пазухи магический компас и открыл крышку. Прибор едва заметно засветился бирюзовым.

— О да… Артефакт тебе очень поможет, — буркнул светловолосый.

Я прислушался. Не было больше ни шепота, ни всплесков ни шагов. Лишь гнетущая тишина.

— Всё очевидно, — холодно проговорил арбалетчик.

— Что тебе очевидно?

Светловолосый мастер повернулся к нему. Он был не в духе с самого начала пути.

— Что это ловушка.

— Откуда ты знаешь?

— Она сказала мне.

Нестор отвлёкся от компаса. По его рукам побежали электрические всполохи.

— Кто сказал тебе? — осторожно спросил он.

Арбалетчик смотрел куда-то вдаль, прямо в туман. Его голова с хрустом дернулась, а затем изо рта донесся нечеловеческий шепот:

— Вам… не уйти… живыми…

Он мелко задрожал, а в следующий момент резко схватил арбалет и приставил его к подбородку.

— Хрен тебе, тварь! — выплюнул он собственным голосом.

Хлоп!

Звук спущенной тетивы, и тело арбалетчика оседает на землю. Я чувствую движение в тумане и понимаю, что вокруг один за другим появляются монстры.

Тишину разрезает резкий хлопок, раскрывающихся крыльев. Порыв ветра бьет в лицо и красное свечение глаз озаряет безлунное небо.

Глава 11

Резкий птичий крик прорезал туман болот.

Я видел, как тело арбалетчика оседает на землю, но его руки были охвачены золотистым сиянием. Волшебница в балахоне успела отвести арбалет и спасти бедолагу.

Он единственный подвергся ментальной атаке, значит перед нами едва ли была стая сиринов. Недолго думая, я бросился вперёд. Нельзя было дать шанс сирину заколдовать кого-то ещё или, еще хуже, сбежать. Красные, светящиеся глаза птицы выдавали её даже сквозь густую дымку.

В тумане разнёсся тихий, утробный рык. Сирин не был один.

Я пронёсся мимо пытающегося сориентироваться в магическом тумане светловолосого мага и запустил в сирина Морок, чтобы сбить его концентрацию.

— Куда⁈

Где-то в стороне раздался вскрик Нестора, но я его не слушал. Использовал Рывок — простую технику, которой я сам недавно учил своих бойцов, и оказался совсем близко к зависшему в воздухе монстру.

Сирин дёргал головой, отчаянно бил крыльями, пытаясь сбросить наваждение. Я почувствовал, как сбоку из тумана выныривает небольшая стая ящеропсов. С этими отряд справится сам. Сирин, словно почувствовав угрозу, исходящую от меня, взмахнул крыльями, пытаясь взлететь выше.

Но я оказался быстрее и бросил в него Цепь хаоса. Энергетическая цепь оплела монстра, сирин взвыл и бессильно рухнул на землю.

Птица билась в агонии. Я запустил в неё Воздушный клинок, усиленный Хаосом. Заклинание вошло прямо в основание шеи. Человеческая голова монстра с чавкающим звуком отделилась от тела и упала на землю, прокатившись несколько шагов.

Я перестал чувствовать ментальную угрозу, тут же развернулся и бросился на помощь сражающимся воинам. Но помощь уже не требовалась. Два мага с лёгкостью разделались с неудачно выскочившей стаей ящеропсов. Копья и мечи добивали оставшихся тварей. Ещё парочка пыталась отступить, но оказалась в окружении — воины добили самых ловких.

Короткий, но яростный бой закончился в считанные минуты. Окровавленные тела тварей остались лежать на мокрой земле. Ни один из ящеропсов не ушёл.

— Молодец, — коротко бросил мне Нестор.

Он, как командир, мог бы меня и пожурить, но именно я первым сориентировался и избавил нас от главной угрозы. Нам повезло: это была не крупная засада, а лишь разведка боем. Или, возможно, мы просто наткнулись на кочующую стаю под контролем одного из сиринов.

Так или иначе, теперь они не могли передать информацию. Но мы использовали достаточно магии, чтобы привлечь внимание других монстров.

Словно в ответ на мои мысли, где-то в тумане раздалось далёкое завывание.

— Что с ним?

Нестор выяснял, что случилось с нашим арбалетчиком. Арбалетчику помогала светящаяся золотым волшебница, приводя его в чувства магией.

— Жить будет.

— Если не может идти, — не стал сюсюкаться Нестор, — то останется здесь.

— Он сможет идти, — сквозь зубы процедила волшебница.

Я видел, как она наполняет арбалетчика магией, стараясь избавить того от последствий ментального удара. В считанные мгновения он пришёл в себя, закрутил головой по сторонам, а следом вскочил и выпрямился словно натянутая пружина.

— Отлично, — проговорил Нестор. — Двигаемся дальше. Полог не сможет скрывать нас вечно.

Группа двинулась вперёд сквозь туман.

— Вы как, в норме? — спросил я у Сольвейг и Аскольда.

— Да, командир.

— В порядке.

Оба успели покрошить по парочке ящеропсов.

Ещё месяц назад монстры второй звезды были угрозой, а сейчас члены моего отряда с лёгкостью могли разобраться с ними.

Мы двинулись дальше. Нестор вёл нас вперёд, постоянно сверяясь с компасом. Туман начал медленно рассеиваться, теперь можно было различить местность вокруг. Оказалось, что всё облако тумана, в которое мы попали, было большой иллюзией.

Чем глубже мы проникали во вражеские ряды, тем яснее видели, как устроена осада Выкречи. Монстры практически не подходили к стенам города — держались подальше от защитных куполов и магов, дежурящих на стенах.

Все тела чудовищ, павших во время недавнего штурма, так и остались лежать за пределами крепости. Они не окружали город плотной стеной, а сбивались в группы, образуя настоящую экосистему.

Пусть монстров было много, но им нужно было где-то жить, чем-то питаться. В связи с тем, что видов тварей здесь было великое множество, каждому требовался свой биом. Вот только такой роскоши у них не было.

Где-то нам встречались относительно безопасные проходы, через которые можно было проскользнуть, оставаясь незамеченными. Не знаю, показывал ли компас Нестора именно их, но он вёл нас целенаправленно, к определённой точке. Но даже подобные лазейки не гарантировали полной безопасности. Если бы не Полог, поддерживаемый магами, исход вылазки оказался бы совершенно другим.

Нам пришлось остановиться, пропуская перед собой огромного Змея-одиночку. Монстр был вдвое больше, чем тот, с которым мне когда-то довелось столкнуться в Топях. Это был не просто змей, а настоящая анаконда. Её тело покрывала не чешуя, а защитные пластины, подобно доспехам. Низкое, грозное шипение раздалось в тумане. Гигант медленно уползал, оставляя за собой вспаханную борозду на мокрой земле.

Нестор сделал правильный выбор — не стал сражаться с тварью. Это был четвёртый уровень, не меньше. В бою с таким мы могли привлечь ненужное внимание.

— Заберёмся повыше, — тихо сказал Нестор, указывая на одинокий холм, окружённый поломанными деревьями.

Мы поднялись наверх. Отсюда я смог оценить масштаб происходящего. Усиленное восприятие позволяло мне видеть больше, чем остальным. Мы словно оказались в вольере с десятками различных видов животных. Вот только это были монстры — голодные, злые, рычащие и дерущиеся друг с другом…

Перед нами в грязи копошилась небольшая стая двухголовых серых ящериц. Их змеиные глаза блестели во мраке, жилистые лапы были поджарыми, а движения — резкими и точными.

Сзади раздался вой. Там, где мы только что прошли, показался прайд мутировавших волков. Эти худые, лохматые твари не были похожи на тех, с кем мы столкнулись на Мёртвом Хребте. Их уровень варьировался от третьего до четвёртого, а вожак вполне мог тянуть на пик четвёртого.

Однако выглядели они измождёнными: вынужденные выть от боли, они постоянно задирали морды к небу, а их рёбра угрожающе выпирали из-под грязной шкуры. Лишь вожак, несмотря на свою худобу, всё ещё выглядел по-настоящему устрашающе. Чёрный мех едва скрывал бугрящиеся под тонкой кожей мышцы, а красные глаза злобно горели в ночи.

— Приготовиться к бою, — тихо, но уверенно скомандовал Нестор.

Отряд вздрогнул и собрался, но я знал, что магический Полог надёжно скрывает нас от глаз и обоняния монстров, поэтому спокойно предупредил Сольвейг и Аскольда:

— Они здесь не по нашу душу.

— Откуда ты знаешь? — беззвучно шевеля губами, спросила меня Сольвейг.

— Сейчас сама увидишь.

Волки действительно шли примерно по нашим следам, но вдруг вожак резко вскинул голову вверх и яростно завыл. Внезапно вся стая сорвалась с места и рванула к холму, сжимаясь плотным клином. Вожак бежал впереди, остальные плотно сомкнулись за его спиной.

Воины аккуратно приготовили оружие, следя за тем чтобы чтобы не выйти за пределы защитного заклинания. Ладони магов засияли магией в предвкушении боя. Но волки так и не пересекли расстояние, разделяющее нас. Не добежав двадцати шагов, они резко свернули в сторону, и обогнули холм. Они были так близко, что некоторые бойцы даже могли бы дотянуться рукой и коснуться их спутанных грязных шкур.

Прайд мутировавших волков выскочил на поляну перед нами и тут же набросился на возящихся в грязи ящериц, приняв их за лёгкую добычу. Однако те двигались скачками — быстро и непредсказуемо, уклоняясь от атак. Ящерицы плевались ядовитой слюной, которая прожигала даже плотные шкуры мутировавших волков. А затем, действуя парами или тройками, они запрыгивали на спины противников, издавая жуткое утробное рычание, и рвали их плоть, вцепляясь в горло.

Тёмная кровь хлынула на землю. Обе головы каждой ящерицы с жадностью вгрызались в шкуры волков, впрыскивая яд в их тела.

Вожак волков быстро понял, что ошибся. Он зарычал и попытался отступить, но было поздно — его стая уже теряла бойцов. Скуление заполнило поляну, звери рванули прочь, оставляя за собой окровавленные трупы.

— Они охотятся друг на друга… — прошептал Подмастерье рядом со мной.

Ящерицы не стали дожидаться полного бегства волков. Они тут же принялись с жадностью поедать павших жертв. Куски мяса разлетались во все стороны, а некоторые из рептилий даже набрасывались друг на друга, яростно вырывая добычу у сородичей.

Я заметил, как несколько волшебников торопливо записывали происходящее в зачарованные журналы под чутким руководством Нестора. Ведь главная задача нашего отряда — не убить монстров, а собрать разведданные.

Я же просто запоминал. Моё восприятие позволяло мне видеть больше.

Я видел, как волчья стая, спасаясь от двухголовых ящериц, влетела в нового противника где-то на горизонте. Вокруг, в радиусе нескольких километров, бродили стаи, прайды и одиночные твари. Больше монстров, чем можно заметить глазами. Намного больше.

Мы сделали крюк, обойдя пиршество монстров стороной. Но спустя час наткнулись на новую угрозу.

Рядом с лужей мутной воды копошилась стая массивных черепах — больше двух дюжин. Эти твари были покрыты костяными наростами, а их короткие лапы оканчивались бритвенно-острыми когтями. Они не держались вместе, а разбрелись по местности, с жадностью разрывая почву и пожирая траву вместе с землёй.

Несмотря на свою неповоротливость, я знал: такая многотонная махина могла одним рывком настичь и разорвать любого неосторожного ходока.

Я убедился в этом сразу.

Одна из крупных черепах внезапно бросилась вперёд и с громким хлопком сомкнула челюсти на голове одного из более мелких сородичей. В воздух взметнулась тёмно-зелёная кровь. На раненую черепаху тут же набросились ещё две. Монстр попытался спрятаться в панцирь, но не успел. В мгновение ока три гиганта разорвали броню черепахи и принялись пожирать ей заживо.

Одна из самых крупных черепах подняла голову. На миг мне показалось, что она смотрит прямо на нас.

— Они все жрут друг друга, — одними губами прошептала Сольвейг.

— Здесь нет фуража. Сколько монстров мы встретили? Сотни? Больше? А ведь это лишь малая часть всей этой орды… Им нужно чем-то питаться.

— Чёртовы монстры… — процедил сквозь зубы Аскольд.

— Может… сами друг друга перебьют?

Это был голос арбалетчика. Он уже успел прийти в себя после ментальной атаки. Я взглянул на него обеспокоенное лицо.

— Нет. Это значит, что совсем скоро монстры пойдут на решающий штурм.

Всё вокруг напоминало кровавый театр, в котором слабые существовали лишь до тех пор, пока не находился кто-то сильнее. Закон выживания был единственным правом, работавшим в этих землях. Это место не прощало ошибок, и отряд это знал.

— Ходу! — приказал Нестор. — Мы совсем близко к цели.

Мы двинулись дальше.

Большинство монстров находилось в огромных группах, которых контролировали сирины. Лишь те, кто отчаялся, был голоден или, возможно, устойчив к ментальному контролю, отбивались и искали пропитание, сражались и проливали кровь. Между этими скоплениями я видел и чувствовал, что один неверный поворот, одно неверное движение группы может привести к катастрофе.

Компас Нестора светился всё ярче и ярче. Мы стали реже и реже сталкиваться с отбившимися от групп монстрами, всё чаще замечая ментальные сети сиринов. В подлеске сидела огромная стая гарпий — сотни монстров с кровавыми, светящимися глазами замерли каменными изваяниями, ожидая приказа. Гарпии были четвертого уровня. Если они обрушатся на город, защитникам придётся несладко.

Всё чаще и чаще раздавались ругательства бойцов. Стаи, прайды, одиночки. Змеи, черепахи, василиски, гарпии. Это было настоящее войско. Однако замереть нас заставило нечто другое.

Вдалеке, среди беспорядочно движущихся групп монстров, выделялась огромная чёрная тень — фигура, возвышающаяся над остальными. Я почувствовал силу монстра издалека: от него буквально фонила магией.

Нестор отдал короткий приказ, и мы подошли чуть ближе.

Тень обрела очертания: огромная тварь, ростом в несколько этажей пошатывалась из стороны в сторону. Монстр с широкой грудью, массивными плечами, покрытый грубой каменной кожей переступал с ноги на ногу, и каждый его шаг заставлял землю дрожать. Каменная кожа была была испещрена глубокими трещинами и шрамами, из которых поблескивала болотная влага.

— Болотный огр, — осторожно прошептал светловолосый Мастер. — Чёрт, нам с ним не справиться…

Присутствие Огра давило даже на расстоянии, словно на плечи легла каменная глыба. Даже здесь, под Пологом, я ощущал запах гнилой плоти, исходящий от монстра.

Кроме каменной кожи у него были широкие наросты, разбросанные по всему телу, закрывающие уязвимые места. Если у бронированной твари они вообще были. Этот болотный Огр с непробиваемой кожей и наростами, подобными броне, мог не только вынести ворота Выкречи, но и пробить крепостную стену. Но хуже всего было другое: монстр был под контролем целого прайда сиринов. Птицы опутали его алыми, едва заметными нитями.

Во главе прайда был сирин шестого уровня. Он витал в воздухе, его огромные чёрные крылья тянулись на десятки метров в размахе, острые когти, перья, как бритвы — и самое главное, человеческая голова со светящимися глазами.

Несмотря на ментальные путы, Огр начал дергаться, пытаясь вырваться. Одно неверное движение — и цепи разорвутся.

Огр замер, закачал головой и резко дёрнулся. Его лапа, больше похожая на окаменевшее дерево, ударила по болотной жиже, разбрызгивая грязь во все стороны.

Сирины вокруг всколыхнулись, зашевелились, словно единый организм. Ментальная магия, удерживающая Огра, замерцала. В этот момент вожак сиринов повернул свою голову на сто восемьдесят градусов.

Шея монстра оглушительно захрустела. На затылке красовалось ещё одно лицо. Огромные глаза распахнулись, и два алых луча устремились к Огру.

Огр мелко задрожал и вспыхнул яркой вспышкой света. Это был наш шанс.

— Уходим! — приказал Нестор.

Это был наш шанс поскорее убраться отсюда. Мы выяснили всё, что нужно, и даже больше. Сейчас, даже с двумя Мастерами и мной, мы не могли победить. У и спастись-то были маленькие шансы, если бы нас заметили. Болотный огр и вожак сиринов — это для нас верная смерть.

Отряд сменил маршрут и двинулся назад, стараясь не привлекать внимание. По лицам, жестам и движениям я видел, что воины и маги напряжены, как пружины. Воздух был наэлектризован, словно перед бурей. Сзади раздался низкий, отрывистый рёв монстра, от которого зазвенело в ушах. Земля несколько раз содрогнулась.

Я не знал, сколько сил и энергии понадобится сиринам, чтобы удержать Огра в узде, но знал одно: они смогут. Они привели сюда десятки тысяч монстров, и Огр был их тузом в рукаве. И был ли это единственный козырь — большой вопрос.

Звон в ушах не утих, даже когда мы смогли оторваться от сиринов и их орды. Мы уходили дальше и дальше.

Болото тянуло вниз, комья грязи застревали в обуви. Пот градом валил по лицу. Я слышал тяжёлое, прерывистое дыхание бойцов. Даже здесь я чувствовал ауру прайда сиринов.

Нестор, похоже, тоже, потому он вел нас смелее, чем обычно. Мы приблизились к низине.

Я бросил быстрый взгляд на поросший кустарником овраг. Глаза сами собой зацепились за что-то неестественное.

— Сто…

Я не успел закончить фразу. Спереди раздался короткий, пронзительный вскрик. Вспыхнула магия.

Из низины буквально выпрыгнул, подмяв под себя двух воинов, огромный медведь. С черным мехом, полосой светящихся оранжевым рун на шерсти, и маскировкой на спине — он был не слабее пятого уровня.

Бешеный рев огласил наше присутствие на болотах. Медведь бросился вперед, нанося размашистый удар передними лапами. Светловолосый Мастер успел прикрыть Щитом двух бойцов.

Нестор ударил в монстра Разрядом электричества, но вся магия впиталась в черную шкуру, не нанеся урона. Медведь обладал защитой от магии. Это была одна из его адаптаций.

— Назад! — приказал Нестор. — Отступаем!

Медведь бушевал, нанося бешеные удары по воинам и кромсая их даже сквозь зачарованную броню. Часть отряда бросилась наутек, прикрываемая светловолосым Мастером.

— Аскольд, Соля, — приказал я, — отступайте.

Мои бойцы выполнили приказ беспрекословно.

Огромный медведь уткнулся мордой в Щит, едва не снеся двух отступающих воинов. Он разочарованно тряхнул мордой и замер, заметив меня. Поднялся на задние лапы и угрожающе зарычал.

Я быстро огляделся вокруг — сирины далеко, не единой группы монстров рядом. Значит, никто не придет твари на помощь. Отряд отступает, следуя приказу командира.

Это мой шанс сразиться с пятиуровневым монстром один на один.

Глава 12

Медведь вновь грозно зарычал, отчего задрожала сама земля. В его широко распахнутой пасти блестели кривые зубы с длинными, похожими на кинжалы клыками. Руны на шкуре тускло светились.

— Ну давай, — усмехнулся я, обнажая саблю, — посмотрим, на что ты способен.

От медведя несло гнилым мясом, болотной тиной и кровью. Как будто магия, защищающая его, вместе с этим сжигала его изнутри.

Отряд был достаточно далеко — я мог не сдерживаться. Сердце забилось чаще в предвкушении, а хаос медленно растекался по магическим каналам, придавая уверенность.

Воздух передо мной задрожал, искажённый магической энергией медведя. Я был знаком с похожими рунами и видел, что заклинания не могли их пробить. Вот только это не значило, что их нельзя было перегрузить.

Я накинул на себя Доспех хаоса и Укрепление тела. Вряд ли такой простой защиты хватит от клыков этого зверя, но именно она могла выиграть пару мгновений в критический момент.

Медведь опустился на землю. Его бугрящиеся, перекатывающиеся мышцы напряглись, словно тетива, и он огромной, многотонной стрелой рванул вперёд. Огромные острые когти рассекли землю и грязь, оставляя глубокие борозды. Изо рта капала вязкая, мутная слюна.

Тварь сократила дистанцию за считанные мгновения, но я был быстрее. Вплетённый в ауру Щит ярко вспыхнул передо мной — тёмный, переливающийся. Раздался треск. Хлопок и хаос загорелся тёмной вспышкой. Я едва успел откатиться в сторону, чувствуя, как поток вони и мрака от проносящегося мимо медведя захлестывает меня.

Огромная туша начала тормозить, вспахивая когтями землю. Я отпрыгнул назад с помощью Рывка и тут же использовал Цепь хаоса. Энергетическая цепь устремилась к лапам медведя, стараясь обвить их лишить монстра мобильности. Вот только, едва соприкоснувшись со шкурой, Цепь рассыпалась, оставляя за собой лишь мерцающий след. Руны вспыхнули, поглощая энергию, и засияли чуть ярче.

Медведь поборол инерцию, пропахал землю и развернулся ко мне мордой. Он мотнул головой, словно не ощущая угрозы, и снова бросился вперёд. Он летел, как драккар, разрезающий волны. Пар валил от его массивного тела.

Никто не говорил, что удастся перегрузить руны с первого раза. Это была битва на истощение — первой закончится либо моя мана, либо защита медведя.

Я сжал свободную руку в кулак, представляя, как её окутывает хаос. Быстрым резким движением высвободил большую порцию маны, направляя заклинание вперёд.

Кулак, словно латная перчатка, врезался прямо в скалящуюся морду зверя. Показалось, что плотная шкура медведя погасила заклинание — руны засветились ярче. Вот только удар всё-таки пришёлся прямо в морду и перед тем, как исчезнуть, его свойства сработали. Заклинание не пробило броню, но раздался громкий взрыв, и даже отсюда я услышал, как затрещали кости. Шкура медведя сейчас ничем не отличалась от брони, вот Кулак и пробил ее импульсом.

Медведь заревел, его глаза налились кровью от бешенства. Он ускорился, как будто тоже использовал Рывок. На этот раз отскочить я не успевал. Но я использовал Прыжок и перенесся за спину зверю. Дистанция в бою была моим преимуществом: я не собирался сражаться с огромной тушей в ближнем бою, не ослабив её.

Медведь покатился по земле — он потерял цель и старался быстро развернуться. Вот только Прыжок позволил мне разорвать дистанцию, а предсказуемое движение монстра дало неплохой шанс испытать руны на прочность.

Медведь смог затормозить и неповоротливо развернулся. Я призвал Воронку хаоса — тёмный вихрь энергии вырвался из центра заклинания вперёд, врезаясь в бок мутанта. Руны вспыхнули намного ярче, чем в первые два раза, и практически ослепили меня.

Медведь яростно зарычал и рванулся вперёд, вот только энергия, бушующая вокруг центра воронки, засасывала его внутрь. Вихрь охватил зверя — в нём начали появляться следы стихийных заклинаний. Разорвался ядовитый шар, а следом лапы медведя стиснула ледяная корка.

Заклинания появлялись не только рядом с медведем, но и по всей зоне действия заклинания. Чего уж там — я и сам едва ли был в безопасности, находясь на самой окраине Воронки. Воздух задрожал, сплетаясь с бурлящим, разрывающим пространство вихрем.

Медведя, скованного льдом, тащило к центру — неминуемо и неумолимо. Руны на его шкуре уже пылали. Даже отсюда я чувствовал запах металла. Он находился так близко к центру, что его кости должны были начать ломаться, но адаптация всё ещё защищала его.

Мышцы медведя вздулись — он напрягся. Для твари это был вопрос жизни и смерти. Я же не просто использовал Воронку хаоса — я постоянно подливал в неё ману, заставляя всё новые и новые стихийные заклинания появляться в радиусе действия Воронки. Это заклинание было моим шансом пробить защиту медведя.

Вот только тварь не собиралась так просто сдаваться. Медведь утробно зарычал, его мышцы вздулись, напряглись — и лёд, сковывающий лапы, рассыпался крупными осколками. Монстр побежал вперёд. Многотонное тело сопротивлялось, билось и рвалось.

Руны светились, как маяк в ночной темноте. Только я не чувствовал монстров поблизости — это была вотчина медведя, и никто не решался приблизиться сюда, даже несмотря на наш бой.

Медведь медленно, но верно двигался вперёд. Он бежал, словно сдерживаемый водой, но шаг за шагом, метр за метром вырывался из смертоносных объятий Воронки.

Руны вспыхнули в последний раз и разлетелись мелкой светящейся пылью. Шкура монстра опалила возникшая рядом волна света, а следом на морде вспыхнули мелкие бесформенные шрамы от ядовитых брызг.

Воронка выполнила свою задачу — у твари больше не было магической защиты. Там, где были руны, теперь находились глубокие выжженные шрамы, из которых текла горячая чёрная кровь.

Я прекратил действие заклинания. Воронка сожрала больше половины моей маны. Медведь по инерции рухнул на передние лапы. Он выглядел потрёпанным: следы стихийных заклинаний, глубокие кровавые раны, спутанная мокрая то ли от крови, то ли от пота шерсть.

Я и сам чувствовал себя не лучше. Всего несколько заклинаний отняли огромное количество маны одномоментно. По спине валил пот, он же застилал глаза.

Каким бы неприступным ни был монстр, он оставался монстром. Я собирался притащить шкуру этой твари в качестве трофея — чего бы мне это ни стоило.

Медведь поднялся на ноги. Я же тяжело выдохнул и запустил в него два усиленных хаосом воздушных серпа крест-накрест. Они ударили по передней лапе медведя, но, не пробив шкуру, взорвались, опаляя монстра.

Монстр взревел и рванулся вперёд из последних сил. Я наполнил клинок остатками собственной маны — он принял её, как сухая почва влагу.

Медведь был близко. Очень близко. Сабля взвилась в воздухе, сливаясь с ночным безлунным небом. Первый удар рассек морду монстра поперек.

Медведь не старался протаранить меня — нет, наоборот, он кружился, вертелся вокруг, насколько позволяли габариты, стараясь разрезать меня острыми, как секира, когтями.

Второй удар сабли вошёл глубже в бугрящиеся мышцы здоровой передней лапы монстра. Медведь попытался схватить меня пастью, совершая Рывок. Я едва успел отскочить на два шага назад.

Медведь не мог использовать передние лапы и едва держался на ногах. Одна повреждена взрывом, вторая рассечена. Медведь поднялся на задние лапы, заслоняя собой небо, и зарычал в последний раз.

Я бросился вперёд.

Третий удар пробил не только шкуру монстра, но и вошел под рёбра. Я потратил всю оставшуюся в клинке ману и ощутил как кожа монстра лопнула, и густая тёмная кровь брызнула на землю, пропитывая болотную почву.

Медведь дёрнулся — одна из лап с острыми когтями всё-таки достала меня, попав в самую макушку. Доспех хаоса взорвался разлетелся искрами.

Медведь занёс раненую лапу для ещё одного удара… но вздрогнул. Когтистая лапа медленно опустилась, а затем громадная туша обрушилась прямо на меня.

Я ловко выдернул клинок. Броню и одежду тут же залила тёмная вонючая кровь. Я едва успел откатиться в сторону. Если бы не Укрепление тела, то эта туша напоследок могла бы поломать мне все кости.

Болото содрогнулось от падения пятиуровневого монстра. Меня окатило волной грязи.

Вокруг стояла мертвецкая тишина. Зона молча наблюдала за мной. А может, меня просто оглушило медвежьим рёвом во время боя.

Сердце бешено колотилось в груди. Я тяжело дышал. Всё тело ломило от напряжения, а магический резерв был почти на нуле.

Но главное — я победил. В одиночку. Пятиуровневого монстра. И убедился, что мой текущий магический арсенал и опыт были достаточным оружием даже против такого монстра.

Я огляделся по сторонам. Никого. Ни единого монстра, ни какой-нибудь случайно залетевшей сюда птицы, ни следа.

И моего отряда тоже не было видно. Они уже давным-давно отступили к Выкречи.

У меня оставался единственный вопрос: как мне теперь тащить трофей до крепости в одиночку?

Я вернул клинок в ножны, залпом выпил два зелья из поясной сумки и кое-как стёр чёрную кровь с лица. Ничего не оставалось, кроме как тащить медведя на себе. Зелья помогли немного восстановить физические кондиции и ману. Совсем чуть-чуть. Но этого должно хватить, вместе с теми крохами, что остались после боя.

Я обвил медведя Цепью, сотканной из хаоса, и потащил труп за собой, как бурлак. Другого выхода не было — оставлять целую кучу полезных частей монстра и ингредиентов здесь я не собирался.

Первый час был самым сложным. Адреналин после боя быстро отступил, а его место заняла усталость. Но я лишь крепче сжал зубы, молча подсчитывая, как скоро закончится моя мана, и тащил, тянул на собственном горбу целое состояние.

За этот час я понял две вещи: отряд успешно двигался к Выкречи и нес потери.

Я наткнулся на следы битвы с ящеропсами, где вся поляна была усеяна трупами собак. Чуть позже, ещё через полчаса, я увидел первые жертвы — несколько воинов были буквально выпотрошены. Не знаю, что это сделало, но монстр, скорее всего, последовал за группой.

Сам же отряд невольно организовал мне эвакуационный коридор своим движением. Скорее всего, все монстры, обитающие в округе, были не прочь поживиться убегающими прочь людьми.

Надо сказать, что, судя по следам сражений, два Мастера неплохо справлялись с угрозами, вот только тел павших воинов становилось все больше. К счастью, ни Аскольда, ни Сольвейг среди них не было.

Я тащил и тянул, пока мышцы не одеревенели, пока дыхание не превратилось в хрип, пока первые лучи солнца не взошли над горизонтом и пока я наконец не увидел бирюзовые вспышки защитных куполов.

Они сбивали остатки улетающих прочь гарпий. У крепости лежали вперемешку тела сразу нескольких стай монстров. Похоже, что отряд вернулся назад и привел за собой хвост. И серьезный, раз город до сих пор отбивался от остатков.

Вонючий, весь измазанный в грязи, уставший и злой, с трупом пятиуровневого медведя за спиной, я вернулся в Выкречь. Стража чуть не приняла меня самого за монстра, но вовремя опомнилась.

В крепости царил шум. Солдаты всё ещё суетились на стенах после недавнего нападения монстров. Лекари оказывали первую помощь членам отряда, а горожане просто глазели, робко выглядывая из окон.

Моё появление не осталось незамеченным. Шум, суета и галдёж стихли, и здесь повисла тишина, словно меня снова оглушил рёв медведя.

Я заметил несколько человек из моего отряда. Волшебницу в робах, раненого Арбалетчика с перевязанной рукой, которого отпаивали зельями и еще несколько знакомых лиц.

Стражники в сером, дежурившие внизу, удивлённо смотрели на меня и медведя.

— Командир! — раздался бодрый голос Аскольда.

Он сорвался со сломанной телеги и рванул мне навстречу.

— Я и не сомневался!

Сольвейг порхнула вниз, откуда-то с ближайшей башенки.

— Это же… потрясающе…

Широко распахнутые голубые глаза девушки были похожи на озёра. За ее спиной медленно затухали светлые крылья.

Я лишь устало выдохнул — последние остатки маны испарились, и магия оборвалась.

— Я как раз соскучился по медвежатинке! — бодро произнёс Аскольд.

Он хотел было хлопнуть меня по плечу, но тут же отдернул руку.

Среди медленно собирающейся толпы стражей, лекарей, магов и горожан я не видел ни Нестора, ни светловолосого Мастера. Эти двое, скорее всего, отправились докладывать о результатах разведывательного рейда. А информация была судьбоносная.

Значит, у меня было некоторое время до того, как соберётся Совет. Всю информацию эти двое могли передать сами, без меня. Мне сейчас нужно было отмыться, отдохнуть и, самое главное, как-то дотащить медведя до нашей избы.

Я нашёл взглядом отряд стражей, любопытно подглядывающих на мою добычу, и подошёл к ним.

— Плачу по три рубля на нос, если погрузите медведя на телегу и поможете довезти до базы.

Стражи переглянулись. Вперёд вышел рыжий сержант.

— По пять, — нагло предложил он.

Сил и желания спорить не было.

— По рукам.

Отряд из дюжины стражников засуетился по округе в поисках достаточно крепкой телеги.

— Далеко везти-то? — спросил сержант.

— За час управимся.

За час мы, конечно же, не управились.

Солдаты помогли везти добычу, да так ругались — витиевато и изысканно, что аж было тепло на душе. Они-то думали, что нагрели меня на лишние рубли, а всё оказалось наоборот.

Мне даже показалось, что от зрелища того, как они сначала пытались вдесятером погрузить тушу медведя на телегу, а потом кое-как медленно тащили её, подгоняя бедного вола, у меня восстановилось немного маны.

Телега скрипела и держалась из последних сил. До избы мы добрались в абсолютно разном расположении духа.

— Никогда больше… — тяжело выдохнул сержант.

Если бы не Сольвейг и Аскольд, они бы и не дотащили медведя до избы. Но помогли всё равно знатно.

— Соль, сходи внутрь, вынеси мужикам квасу попить, — попросил я. — Если Ваня спит — разбуди его. Он точно квас найдет.

Стражники, взмыленные и уставшие, немного подобрались и повеселели. В итоге я распрощался с ними на доброй ноте.

К тому моменту, как они ушли, во дворе уже столпился почти весь отряд. Иван с Игнатом с интересом осматривали медведя, Рома спрашивал у Сольвейг и Аскольда подробности о вылазке. Моряки громко спорили за сколько можно продать всю тушу.

Последней из избы выскочила Весна и тут же бросилась ко мне. Широкая улыбка сияла на ее лице.

Впрочем, не добежав до меня пару шагов, она остановилась и нахмурила брови.

— Что, объятий мне не достанется? — усмехнулся я.

Она, похоже, наконец заметила медведя и удивлённо переводила взгляд с тела хищника на меня. Потом тяжело вздохнула и произнесла:

— Сначала отмойся. А там — посмотрим.

Я и сам хотел поскорее смыть грязь и кровь после вылазки, но сначала принялся за разделку монстра — иначе мыться пришлось бы два раза.

В отряде знали, что главное в этом деле не мешать командиру, поэтому меня донимать не стали. Отдуваться за всех пришлось Аскольду и Сольвейг — их отпускать отказались.

Под спокойный мелодичный голос Сольвейг и прерывистый хаотичный рассказ Аскольда я разделывал медведя. Да не чем-нибудь и не собственной саблей, а зачарованными охотничьими инструментами.

Они были подарком Серёги с Ирой. Ребята явно достали их через отца и вручили мне, пока мы тренировались в особняке Володиных. Сейчас я испытывал инструменты в первый раз, но мог точно сказать — они были хорошего качества.

Я работал ножом. Из порезов медведя всё ещё сочилась густая тёмная кровь с резким металлическим запахом. От туши несло звериной вонью, тиной и чем-то прелым.

Но я продолжал работу, методично разделывая трофей и отделяя важные части.

Вырезал мутные глаза, всё ещё залитые кровью, вырвал специальными щипцами зубы и клыки, а затем срезал когти — массивные и острые, словно клинки кинжалов. От них всё ещё исходила слабая магическая аура — отличная основа для зачарованного оружия или амулетов.

Я снял с медведя шкуру — плотную, с выжженными рунами. Даже после смерти зверя она всё ещё сопротивлялась зачарованию в моих инструментах, заставляя воздух вокруг себя слегка мерцать.

Я снимал её не спеша, аккуратно срезая остатки мяса и жил, и постоянно тяжело вздыхал. Особенно, когда видел порезы и дыры от магии. Было жаль, что шкура повреждена, но иначе — никак.

Она всё ещё годилась для создания высококачественной брони, способной защитить от вражеских заклинаний. Антимагия, даже в форме лишь части от медвежьей силы — свойство редкое. Но возни со шкурой предстояло немало.

Из органов интереснее всего было сердце — большое и всё ещё тёплое. Его я тоже немного повредил — ведь именно ударом в сердце сразил медведя. Но именно в сердце сохранилась вся сила мутанта, и из него можно было сделать основу для мощного магического зелья.

— Даже не думай, — не глядя, проговорил я.

— А чего я-то? — ответил Аскольд.

Я слышал в его голосе усмешку. Он с интересом поглядывал на сердце, которое я убирал в контейнер.

— Оно не для еды.

— Больно надо, — пожал плечами Аскольд.

Ещё не хватало, чтобы он просто съел ценную часть монстра.

— Знаешь что? — устало произнёс я. — Давай так: с костями и мясом ты разберёшься сам. Можете вместе с Ваней мясо приготовить, засолить… Да что хотите делайте. А с трофеями я попозже разберусь.

— Опа! — весело потёр руки Аскольд. — Так бы сразу, командир! А ну-ка, давай-ка сюда свой ножичек!

Я оставил Аскольда разбираться с остатками медведя — всё основное я уже вырезал. Кости, кстати, могли стать отличными рукоятями для оружия. Да из них, в принципе, можно было смастерить много чего — был бы хороший ремесленник.

— Командир, я там баньку растопил.

На подходе к избе меня поймал Иван. Я так замотался, что не замечал ничего вокруг.

На этот раз в бане я был один и до парилки все-таки добрался. Густой влажный пар окутывал тело, расслабляя мышцы. Я вдыхал горячий воздух и чувствовал аромат древесины и раскаленных камней.

Пот стекал по лицу и телу. Я смахнул со лба влагу и прикрыл глаза — вся накопленная усталость медленно уходила. Засиживаться не стал. Разок поддал жару и, довольный, выскочил наружу и облился перед банькой холодной водой из бадьи.

В чистой одежде, свежий и довольный, я буквально взлетел по ступенькам к своей комнате… Да так и замер на пороге.

Комната была залита утренним светом, пробивающимся сквозь ставни. Пылинки витали в воздухе, стараясь сбежать от прибирающейся в моей комнате Весны.

Она стояла на коленях и оттирала что-то на полу. Чулки, плотно облегающие стройные ноги, чуть поблескивали на сгибах от выступившей от усердного труда влаги. Каждое движение чуть приподнимало подол и обнажало упругие бедра.

Я скользнул взглядом вверх по выгнутой спине и почувствовал, как по всему телу расходится волна тепла, а дыхание учащается.

К хаосу Совет. К хаосу еду.

Я зашел в комнату и закрыл дверь, грохнув засовом.

— Ой, Макс, — резво подскочила Весна, тряхнув черными локонами. — Я принесла чистую одежду, а тут…

Я не стал слушать ее и просто подхватил горячую, вмиг раскрасневшуюся Весну и бросил ее на кровать. Одними объятиями хитрая ведьма теперь не отделается.

Глава 13

Я открыл глаза. Мышцы ныли от приятной усталости. Я чувствовал тепло чужого тела, прижимающегося к боку. Весна спокойно спала, а её ровное дыхание слегка щекотало мне шею. Наполовину сползшее одеяло открывало изгибы её тела: изящные ключицы, гладкую шею, тонкие плечи, обрамлённые тёмными локонами, и округлую упругую грудь, чуть вздымавшуюся от спокойного дыхания.

Но проснулся я вовсе не из-за её тёплого дыхания или по-хозяйски заброшенной на меня ноги. Меня разбудил шум со двора. Даже без магического восприятия я бы услышал то, что вряд ли можно было назвать утренней суетой.

Я прикрыл глаза, ощущая последние моменты утреннего спокойствия. Но шум со двора не прекращался. Даже отсюда, из-за закрытой двери и деревянных стен, я понимал — что-то случилось. Где-то внизу резко хлопнула дверь, раздался приглушённый голос и чья-то ругань… Всё, сон кончился, ушёл вместе с уютом.

Я осторожно выбрался из объятий Весны, стараясь не разбудить её и накрыл её одеялом, оделся, повесил саблю на пояс и выскользнул из комнаты.

Выйдя на улицу, я прищурился — утреннее солнце резало ещё не привыкшие глаза. Похоже, я проспал до следующего утра. Не мудрено — вчерашнее сражение отняло очень много магических и физических сил.

Во дворе, несмотря на ранний час, уже кипела жизнь. Кипела она в основном у колодца, где группа моих бойцов оживлённо обсуждала что-то важное. Я перевёл взгляд в сторону — у забора сидели двое: Игнат и Прохор, один из моряков-хаоситов. Оба с царапинами на костяшках, у одного разбитая губа, у второго — синяк на скуле.

Обычно спокойный Иван что-то горячо объяснял бойцам, размахивая руками. Так, понятно — подрались с кем-то.

Я двинулся к пострадавшим. Моё появление заставило оживлённую группу притихнуть.

— Это командир… — начал было Иван.

— Не сейчас, — остановил я его коротким жестом.

Подойдя к Игнату и Прохору, я коротко спросил, переводя взгляд с одного на другого:

— Кто?

Игнат с хмурым видом сплюнул на землю:

— Солнечники, мать их… Наткнулись на них, когда трофеи сдавали. Нас Аскольд послал — мяса лишнего осталось, да костей. А они ж потом в цене упадут…

— Это потом, — прервал я его. — Что не поделили?

— Да это… — буркнул Прохор, криво ухмыльнувшись. — Слово за слово… Они носы-то задрали. Ну, мы и не стерпели.

Понятно. Я глубоко вздохнул. Вообще, это был мой промах. Хаоситы и солнечники — это как две стороны одной медали. Или, если точнее, две противоположные стихии. Не могут они вместе уживаться, никак. И неприязнь взаимна и усилена годами.

Учитывая, что почти все мои бойцы совсем молодые, не по возрасту, а по освоению хаоса, удивительно, что стычка не возникла раньше. Возможно, потому что обитают солнечники в немного других частях города. Или просто раньше не пересекались.

С годами учишься адаптироваться, а когда необходимо — контролировать свои эмоции. Хаос вообще про контроль. Но моим бойцам ещё учиться и учиться…

— Макс, мы честное слово не задирались, — выпалил Игнат. — Просто ответили.

— Хорошо, — кивнул я. — Где сцепились-то?

— Да на рынке. Мы уж остатки продавали, по всем лавкам прошли… Чуть-чуть не успели.

— А эти… — кивнул я на утреннее собрание у колодца. — Чего, мстить собрались?

— Наверно, — пожал плечами Игнат.

Раз Игнат слово дал, то так оно и было. Да и что Прохор, что Игнат ни в каких дебошах замечены не были.

— Морды-то им хоть начистили? — спросил напоследок я.

Бойцы переглянулись и расплылись в улыбке.

— Еще как! — ответил Игнат.

Я подошёл к Ивану. У пары хаоситов при моём появлении пыл явно поубавился.

— Значит так. У нас очень важная неделя. Что там неделя — несколько следующих дней определят судьбу города. Поэтому запомните: никаких драк. Тем более с солнечниками. Мы в осаде, помните это.

— Да мы это… — начал было говорить кто-то.

— Никаких драк, — повторил я. — Если сами на рожон полезут — другое дело. Ясно?

— Так точно!

— Ясно!

Ответом мне стал ровный гул голосов.

— Где Аскольд? Мечом опять машет?

На этот счёт Иван немного стушевался:

— Лучше ты у него сам спроси… Лично. Он это… за избой, у бани.

— Ладно, спрошу.

Вопрос с солнечниками нужно было решать. Кто бы там кого первый не стукнул — не важно. Сейчас отряду нельзя добавлять проблем.

Я действительно нашёл Аскольда на заднем дворе. Он сидел по-турецки, с закрытыми глазами. Я чувствовал, как мана внутри него циркулирует по каналам, собираясь в шар прямо в груди.

— Да, командир? — произнёс Аскольд, не открывая глаз.

Обычно в это время он размахивал мечом. Либо один, либо в дуэли с Сольвейг. Но сегодня на его поясе вместо полуторного меча висел старенький фальшион.

— Что случилось?

— Да ерунда, — нахмурился Аскольд. — Полуторный меч хоть в бою и хорош, но маны не выдержал. Представь, впервые хотел с Сольвейг с энергетикой смахнуться, а вон как с мечом вышло…

— Это тот, что ты с Елисея снял?

— Он самый. Думал, покрепче будет…

Понятно. Аскольду как командиру следовало обзавестись собственным качественным клинком — лучше, чем палаши от Островских. Палаши были хороши для третьей-четвёртой звезды, но Аскольд уже был сильнее.

У меня появилась одна идейка — особенно учитывая мой расширенный магический арсенал.

— Собирайся, — скомандовал я. — А с клинком вопрос… Решу сегодня же.

— Куда идём?

Аскольд ловко вскочил.

— Туда, где меч не пригодится. Хотя… Хаос его знает.

Город жил своей жизнью. Солдаты, наёмники, мастера и ремесленники двигались между зданиями, готовясь к новому дню осады. В воздухе витал запах гари и металла — где-то ковали оружие, затачивали клинки, укрепляли доспехи.

По улочкам крепости с самого утра двигался честной люд — стар и млад. Даже несмотря на осаду и штурмы, жизнь в Выкречи не останавливалась.

Ещё на подходе к рынку я почувствовал их — солнечников. Их выдавал внутренний свет. Я ни с чем не мог перепутать это ощущение. В голове тут же всплыли образы из прошлой жизни, но я подавил любые попытки хаоса забурлить. Никаких эмоций — только холодный расчёт.

Тем не менее, увидев солнечника вживую, где-то внутри появилось лёгкое раздражение. Первым я заметил двух солнечников постарше — как званием, так и возрастом.

Первый был высоким мужчиной с жёсткими чертами лица, в сияющих доспехах с гравировкой. Его плечи покрывал золотой плащ. Он был при оружии — воин пятого уровня, не меньше. Лицо — как камень, без эмоций.

Второй солнечник был в чёрном деловом костюме с золотой вышивкой, с козлиной бородкой, зачёсанными назад волосами и острым носом.

Они обсуждали что-то, стоя перед двумя побитыми юнцами, которые прикладывали к лицам кульки со льдом и сидели с опущенными головами. Солнечник в костюме что-то спокойно им разъяснял — похоже, драка произошла совсем недавно.

Церковники мыслили примерно так же, как и я. Вот только побитые юнцы, видимо, связались со старшими дистанционно, или послали кого за помощью. Вся четверка находилась в тени дома, в стороне от дороги.

Я направился прямо к ним. Аскольд следовал за мной. Церковник в костюме первым повернулся к нам, коротко прошептав что-то остальным. После его слов наше появление заметили и остальная тройка — двое юнцов в кожаных доспехах с чистыми, словно новенькими, мечами чуть не подскочили с лавки.

— Вот эти тоже! — тут же отозвался один из них, тыча в нас пальцем.

— Какого хрена хаоситы забыли в нашем городе? — встрепенулся второй.

Я остановился в нескольких шагах от церковников. Щёголь в костюме был Подмастерьем, не меньше. Он тут же напрягся.

— Максим Клинков, — представился я. — Командир отряда ходоков.

От близости маны солнечников мне хотелось поморщиться, но я сдержался. Не сегодня. Не здесь и не сейчас.

— Артемий Лунев, — представился мне в ответ щёголь в костюме.

Я взглянул на второго солнечника — его морда кирпичом не поменяла выражение. Полное безразличие и холод в карих глазах.

— Хаоситам не место в этом городе, — снова повторил один из юнцов, вытирая всё ещё кровоточащий нос рукавом.

Глядя на две разбитые морды, я не мог не радоваться в душе. Игнат с Прохором действительно начистили «солнышкам» физиономии — фонари под глазами, разбитые носы, кровоподтёки. В общем, за каждый полученный удар мои орлы нанесли два. Теперь оставалось лишь разобраться с последствиями.

— Итак, я — командир. Что это за цирк? — холодно спросил я, глядя на двух юнцов.

— Нападение на служителей церкви, — растянулся в дежурной улыбке Артемий.

— Нападение? Да ну. И свидетели найдутся? — спросил я, вскинув брови.

— Кодекс церкви Солнца строго гласит… — начал было говорить глухим голосом каменнолицый.

— Да мне плевать на ваш кодекс и на церковь Солнца, — спокойно ответил я. — С каких пор драка на рынке стала нападением?

— Хаоситы совсем не умеют держать язык за зубами, — отозвался Артемий, всячески скрывая издёвку. — Тц-тц-тц…

Я сузил глаза.

— Давай-ка, Артемий, ближе к делу, — холодно бросил я. — Твои парни откусили больше, чем смогли проглотить. Болтать щенки мастаки, да вот как до дела дошло…

— Осторожнее, хаосит, — покачал головой каменнолицый.

— Претензия в чем? — спокойно спросил я. — Как вы понимаете, задерживаться здесь я бы не хотел. Уж больно компания неподходящая…

Я обвел глазами солнечников, отчего меня аж передернуло.

— Это взаимно, — поморщился Артемий. — Но нападение было и кто-то должен понести ответственность. Как минимум, за нарушение общественного порядка.

Я огляделся вокруг. То, что мы находились в тени, не помогало — сияющие доспехи солнечников привлекали внимание, и вокруг потихоньку начали скапливаться зрители. Не думаю, что Церковники хотели привлекать к себе лишнее внимание.

Артемий, следуя моему примеру, тоже огляделся по сторонам.

— Мы можем еще битый час решать кто кому первый врезал, — проговорил я, — но вопрос это не закроет. Подрались и подрались, кровь молодая…

— Да ты же сам сопляк! — выпалил один из юнцов.

— Довольно.

Слова Артемия тут же усадили двух юнцов обратно на лавку. А, возможно, это была его «любезная» улыбка.

Воин пяти звезд, напарник Артемия, взглянул на своих подопечных, а затем, неожиданно спросил:

— Твоих… Хаоситов сильно потрепало?

— Не особо, — не стал скрывать я. — Пара синяков, разбитая губа, да и всё.

Воин нахмуренно взглянул на молодых солнечников. Вот уж кому точно достанется после разборок.

— Хаос никогда не несет правды… — произнес Артемий, покачав головой. — Если бы не осада, то в этим вопросом занялся бы лично комендант и Совет.

Похоже, что новость о том, что я в этот Совет с недавних пор неофициально вхожу пока вниз не спустилась. Но про коменданта они правы, с ним у меня отношения не заладились.

— Как скажешь, — пожал плечами я. — Можете помолиться за это.

Я замолчал. Церковники тоже не произносили ни слова. Вокруг добавилось еще несколько человек и Артемий с соратником решили не устраивать драму на людях.

— Иногда монстры внутри страшнее тех, что снаружи… — многозначительно произнес Артемий.

Он поманил за собой послушников и соратника и все четверо покинули рыночную площадь.

— Командир, — окликнул меня Аскольд. — Они всегда несут хрень с умным видом? Аж тошнит…

— Нет, — покачал головой я, — чаще всего они просто несут хрень.

Главное — конфликт был погашен, и без магического или иного воздействия. Лица бойцов заживут, а воспоминания останутся.

С солнечниками и так никаких дел иметь не получится, потому плевать, что там думает пара церковников средней руки и пара сопляков.

— Аскольд, держи.

Я снял с пояса ножны с саблей-артефактом и протянул их одноглазому. Он, конечно, ошарашенно смотрел на меня.

— Командир… Я не могу, это же тв…

— Бери, кому говорю, — усмехнулся я. — Это приказ. Я себе все-равно обновку собираюсь достать. И как раз есть идея где.

Моё появление в особняке Володиных уже стало обыденным делом. Стража знала меня в лицо, а с несколькими солдатами мы вообще здоровались за руку. Вот так и вышло, что на территорию союзного Рода я попал довольно быстро.

— Рад, что зашёл, — слабо улыбнулся Ратибор.

Это был большой вопрос — радовался ли глава Рода моему появлению или возможности взять небольшой перерыв от работы.

Передо мной стояла белая фарфоровая чашка с ароматным чаем.

— Слышал о твоём вчерашнем подвиге.

— Да ладно, — отмахнулся я, отхлёбывая горячий напиток. — Главное, что информацию в сохранности принесли. Как там, Нестор успел всё передать?

— Да, — кивнул Ратибор. — Болотный огр — это серьёзно. Еще и под контролем целой группы сиринов…

В его словах была ощутимая настороженность.

— То, что защищает Выкречь от монстров — это стены. Крепкие, высокие, неприступные. Если монстры прорвутся за стены, в крепости начнется хаос. Особенно учитывая, что мирного населения здесь сейчас больше, чем должно быть, из-за эвакуации. Жертв будет много…

Защита крепости для всех Родов была сейчас первоочередной задачей. А уж с появлением Болотного огра и подавно. Вот только все это можно было обсудить позже, на Совете.

— Честно говоря, я здесь не для того, чтобы обсуждать оборону Выкречи.

Ратибор удивлённо приподнял брови.

— Что ж, тогда чем могу помочь?

— Дело в том… — начал я, откинувшись на спинку стула. — Что мне нужно оружие. Но на этот раз не клинок.

— Та-а-ак… — протянул Ратибор. — У тебя есть какой-то определённый вариант в голове?

— Да. Посох или жезл. А вот со свойствами сложнее — зависит от того, что есть у Володиных в хранилище.

Ратибор усмехнулся:

— В хранилище я тебя не допущу, но подобрать артефакт по рангу вполне могу.

Я увидел, как в его глазах блеснули хитрые искорки. Ну-ну, «подобрать по рангу»… Нам явно предстояло немного поторговаться.

— Как ты знаешь, — начал говорить я, — я достал с последней вылазки интересные части монстра…

— Что ты, Максим? Какие части монстра? Этих монстров здесь скоро будет куча — столько, что девать все эти лапы, хвосты и органы некуда будет. Разве что в город продавать.

— Да ну? И антимагическая шкура не интересует?

Ратибор призадумался.

— Не факт, что среди волн будет хотя бы один медведь-одиночка именно с такой адаптацией.

— Могу учесть её бонусом в сделке, — ответил он, — но придётся что-то добавить.

Ратибор улыбался. Искренне, по-настоящему. Он явно был доволен ходом нашего небольшого торга.

— Ладно, уговорил, — махнул рукой я. — Давай так: я тебе покажу одно заклинание, а ты мне дашь выбрать собственное оружие. Скажем, из пяти вариантов. Ну как?

Ратибор призадумался, постучав пальцами по столу.

— Что ж ты такое собираешься мне показать?

Я лишь улыбнулся и пожал плечами:

— Не согласишься — не увидишь. Скажу лишь, что это заклинание масштабируемое. Готов показать вариант для Подмастерья. Свойства меняются в зависимости от ранга волшебника и используемой им стихии.

Ратибор на мгновение замолчал, явно прикидывая варианты. Но долго хранить молчание не стал.

— Честно? Удивил. Масштабируемое заклинание для Подмастерья и Мастера в обмен на один артефакт…

Я же лишь спокойно допивал душистый чёрный чай. Мое дело — бросить крючок с наживкой в воду. У кого еще, кроме самого боевитого Рода Выкречи можно было достать подходящее мне оружие? Да и антимагическая шкура мне бы самому пригодилась, хоть работы с ней будет много.

И хоть я и не энциклопедия, но несколько козырей имел. И так как уровень мага во многом определяется знаниями, масштабируемое заклинания четвертого ранга Ратибору будет не лишним. Как самому, так и Подмастерьям. Сила его людей зависела от того, какие заклинания Ратибор применял, как их улучшал и адаптировал.

— Ну что, — поставил я чашку на стол. — По рукам?

Глава 14

— Ну, по рукам или не по рукам — посмотрим, когда увижу твоё заклинание, — деловито проговорил Ратибор. — Пойдём-ка со мной!

Он встал из-за стола и вышел из кабинета. Мы спустились по лестнице и вышли во двор, прошли мимо тренирующихся воинов и магов, которые при появлении главы Рода принялись усерднее сражаться и колдовать, энергично обмениваясь атаками. Ратибор одобрительно кивнул Владимиру, который руководил тренировкой, и проследовал дальше.

Дошли мы в итоге до того самого укромного уголка за главным домом, где я тренировался со своими бойцами. Ратибор сколдовал полог. Заклинание разошлось мутным куполом по сторонам на несколько десятков метров.

— Ну что, показывай.

В принципе, в этом моменте у обычных или малознакомых магов я бы потребовал договор: заклинание-то я покажу, а гарантий, что свою сторону уговора сдержат, не было.

Вот только сейчас я стоял рядом с Ратибором, главой рода Володиных. Его слово стоило очень многого. Раз он сказал, что от моего заклинания зависит результат нашей сделки, значит, так оно и было.

У меня в голове не было никакой библиотеки или энциклопедии. Просто в своё время я освоил и придумал множество заклинаний — не только стихии хаоса. Никто не мог быть одинаково силён во всех магических школах, но я вполне мог похвастаться недурными умениями. Просто хаос для меня был наиболее родным, привычным и универсальным.

Вот сейчас, быстренько покопавшись в памяти, я придумал, что можно показать Ратибору. Вариантов было несколько, но я решил не перегибать палку. Покажу что-нибудь уровня Мастера или, упаси хаос, Магистра — и у Ратибора возникнут лишние вопросы. Да что там у Ратибора, у всех. Поэтому я выбрал относительно безопасное и, кстати, несправедливо редко используемое заклинание.

— Смотри.

Я вышел чуть вперёд и начал подготавливать заклинание.

— Это «Клеймо». Как я тебе говорил, в зависимости от используемой стихии и силы самого мага, заклинание будет изменяться.

Ратибор внимательно слушал, не сводя с меня взгляда. Перед нами вразброс стояли и валялись тренировочные манекены, набитые соломой. Последний раз я проверял здесь, как хорошо мои бойцы научились использовать хаос внепредметно, и болванки нам сильно помогли.

— Зажги-ка спичку.

Ратибор достал из кармана коробок и чиркнул по нему короткой палочкой. Я взял пламя, раздул его до размеров яблока, а затем словно втянул в каналы в подушечках пальцев.

Следом послал магию вперёд, оставляя на одном из манекенов настоящее огненное клеймо. Я нарисовал его несколькими аккуратными, но быстрыми движениями. Солома, которой была набита тренировочная кукла, тут же воспламенилась.

— Что-то слабовато, — нахмурился Ратибор, подозрительно глядя на меня.

Я же ухмыльнулся. На моих пальцах до сих пор блестели яркие горячие искорки.

— Слабовато? Странно. Тогда посмотри на это.

Я сжал кулак. Клеймо вспыхнуло, и в воздух взлетел бушующий огненный столп. Солома в миг сгорела, превратившись в пепел.

— Всё ещё слабовато… — пробубнил Ратибор.

Я раскрыл кулак, и вокруг печати начали вспыхивать новые огненные столпы, ненасытно поглощая соломенных болванчиков.

Ратибор поставил перед нами воздушный щит. Вовремя — один из столпов вспыхнул совсем близко. Запахло жжёной травой, а по моему лбу скатилась одинокая капля пота.

— Довольно, — проговорил Ратибор.

Я прервал заклинание.

— Я так понимаю, что это не вся сила заклинания, ведь радиус был неполный, — произнёс он, — из-за того, что мы были ограничены куполом…

— Верно, — кивнул я.

— Интересно.

Ратибор почесал щетинистую щёку.

— Еще и действие заклинания отсрочено. Можно использовать как на одиночной цели, так и в качестве площадного заклинания?

— Верно, — вновь согласился я. — Огонь ты видел. Для примера скажу, что у льда будут ледяные шипы, пробивающие тело, замедляющие и медленно вытягивающие жизнь. У молнии — цепная реакция, способная поразить ближайших врагов.

— А у воздуха? — с интересом спросил Ратибор.

Я уже знал, что заклинание ему понравилось, но решил добить главу Рода. Мне хотелось добыть себе по-настоящему ценное оружие, и раз уж воздух был родной стихией Ратибора, а Серега с Ирой слабостью, то я четко подобрал следующие слова.

— А у воздуха эффект интересный: создаётся взрывная волна. Одиночную цель просто разорвёт от печати, а вот если ударить по площади — то растолкает врагов, ломая кости и пробивая броню. Если хороший контроль, то на ранге Мастера, да даже, пожалуй, Подмастерья можно вообще не навредить тому, на кого нанесена печать, а лишь раскидать всё и всех вокруг. На тот случай, если вдруг придётся помогать своим отбиваться от превосходящих сил противника.

Ратибор коротко кивнул.

— Ну и радиус у любой стихии, как ты понимаешь, зависит от силы мага. У Подмастерья — метров пятьдесят, а то и поболее. Ну а у Мастера… сам понимаешь.

Ратибор уважительно закивал. Его серые глаза блестели — то ли от солнца, то ли от продемонстрированного заклинания.

— У меня последний вопрос, Максим, — неожиданно серьёзно произнёс Ратибор.

— Конечно.

— Если это действительно настолько полезное заклинание, почему ты сам его не используешь?

Это был хороший вопрос. Даже не так — это был очень хороший и правильный вопрос от Ратибора. Ну не объяснять же мне ему, что мои собственные заклинания хаоса были не только более универсальными, но и на порядок более смертоносными?

Взять хотя бы «Воронку» или «Цепь». Да мне и в целом чаще всего в последнее время приходилось пользоваться именно закреплёнными в ауру заклинаниями. Это не значило, что я не был способен колдовать как положено, но мой полный переход в мага на, так сказать, полную ставку в том числе зависел от выбранного мной сегодня оружия.

— О чём задумался? — спросил Ратибор, слегка сощурив глаза.

— Да вот думаю… — нагло ухмыльнулся я. — Как получше сказать, что это… секрет Рода.

Ратибор заливисто рассмеялся. Я кажется, впервые слышал, как глава Рода Володиных смеётся — заливисто, сердечно, от души.

— Ох! — он смахнул слезинку с глаз. — Ладно, так бы и сказал, что не моё дело. Но хочу тебе сообщить: Рысев заходил ко мне на твой счёт недавно.

— Лично? — удивился я.

— Не лично, конечно, но послал одного… лакея. Он мне наплел про забытую магию, поддержку церкви Солнца… В общем, почти как обычно. Даже про какую-то стычку сегодняшнюю и то донес.

Ну донес и донес. Я не скрываясь использовал магию хаоса направо и налево, так что мое обнаружение было лишь вопросом времени. Ну а уж кому, как не солнечникам лучше всего помнить и знать, что такое магия хаос. И то, судя по времени, понадобившемуся им, они заметно расслабились.

Пусть один на один я вполне мог сейчас справиться с Мастером, что и доказал поединок с Кречетовым, да и отряд мой подтянулся, но пока рано было лезть к церковникам. Особенно, поддерживаемым Комендантом, Кречетовыми и хаос еще знает кем.

В этом случае знать позицию союзного Рода мне все-таки следовало.

— У нас будут проблемы? — спокойно спросил я.

— Нет, — покачал головой Ратибор. — Уж точно не со мной. Мне по большому счёту плевать, какой магией ты пользуешься, особенно когда за стенами города толпятся жаждущие нашей крови орды монстров.

— Что, даже некромантией?

— Ну… — усмехнулся Ратибор. — Ты палку-то не перегибай. А то придется тебя проверять, а оно тебе нужно перед Советом?

Я на мгновение задумался. Совет должен вот-вот состояться, а меня о нем так и не уведомили, хотя я дал понять коменданту свое положение в городе. Ну а для особо непонятливых еще и чуть не пришиб Мастера, пусть и в тот момент недооценивающего меня.

— Перед Советом? — использовал я возможность узнать о предстоящем собрании.

— Ну так, ты чего думал Рысев своих гонцов мне… — начал говорить Ратибор, но с каждым словом хмурился все больше. — Тебя, выходит, комендант не позвал?

— Нет, — ответил я, покачав головой.

— Вот же сучонок…

Ратибор сжал кулаки, в них вспыхнула мана. Он немного помолчал, а затем мана ослабла и потухла. Сам Ратибор перестал хмуриться и тяжело вздохнул.

— В общем, заклинание твоё мне по душе. Артефакты сейчас принесут из хранилища — три на выбор. А ты пока запиши-ка подробную инструкцию в свиток и в журнал. Я их тебе сейчас передам. А на Совет… Считай, что ты приглашен. По рукам?

— По рукам, — усмехнулся я. — Но я бы и сам себя пригласил.

— Знаю, поэтому не довожу до греха и действую на упреждение. А то у нас так Мастера в городе закончатся.

Ратибор преувеличивал. В поединке один на один глава Рода Володиных вполне мог устоять против меня. По крайней мере, до тех пор, пока не прибудет подмога. Сражение — это не дуэль. А Род Володиных был сейчас на голову выше моего отряда.

Мы пожали руки.

Я записал подробную инструкцию для заклинания сразу на все ранги — с неофита по Подмастерья, так чтобы можно было научить даже новичка. Мне было несложно. Да, эффект будет, конечно, не такой, как у заклинания на ранге повыше, но зато арсенал у бойцов Володиных разнообразится. Если кто-то успеет освоить до предстоящей битвы, то вообще будет огонь. Ну или воздух или чего еще — в зависимости от стихии.

Когда я закончил, мы вернулись в главный дом, в кабинет Ратибора. Он отдал указание Владимиру и ещё нескольким доверенным лицам по пути, и меньше чем через полчаса в зал внесли три варианта оружия, подготовленного для меня.

Два посоха и один жезл. Жезл находился в прямоугольном защитном контейнере — зачарованное стекло и красная древесина. С него я и начал.

Ратибор аккуратно отодвинул стекло.

Я взглянул на оружие. Жезл был бледным, практически белым, как слоновая кость. Я сразу понял: окаменевшая древесина. По всей длине были раскинуты серебряные нити.

Я прикоснулся к поверхности и влил немного своей маны — по жезлу тут же серыми волнами пробежал всполох моей магической энергии. На конце жезла была небольшая сфера из кровавого кварца, которая временами мутнела.

— Совсем новый, — произнёс я, доставая жезл из защитного контейнера.

— Да, — хмыкнул Ратибор. — Был создан не в последнюю очередь твоими усилиями. Рукоять из окаменевшей древесины из глубин Зоны. Вид древесины до окаменения определить не получилось. А вершина из кровавого кварца.

Ускоряет использование заклинаний, позволяет быстрее регенерировать силы и даже помогает заживлять раны, если вольёшь достаточно маны. Ну и главное — усиливает ментальную защиту и снижает риск воздействия вражеских чар.

Я уважительно кивнул. Мастера Володиных действительно постарались. Для Подмастерья подобное оружие стало бы настоящим подспорьем.

Я положил жезл на место и подошёл к посоху, лежащему по центру. Он был обмотан мягкой тканью с вышитой вязью рун. Я аккуратно раскрыл ткань — внутри лежало не просто оружие, а настоящий трофей.

Посох был создан из переплетённых слегка пожелтевших составных частей — витиеватый, словно скрученный из отдельных костей одного из монстров Зоны. Посох был инкрустирован несколькими магическими камнями. Наверху находился полупрозрачный кристалл, который изредка пускал по посоху всполохи бледно-синих руны.

— Это посох из рёбер великана.

Я удивлённо взглянул на Ратибора.

— Ну, не прям велика-а-ана…

Он поднял руку вверх, показывая примерный рост монстра.

— Их-то хрен убьешь. Но, в общем… Молодого полувеликана…

— Да я и не сомневался, — пожал плечами я.

Я взял посох в руки и сделал несколько взмахов.

— Он накапливает заклинания, — пояснил Ратибор, — и может выпускать их мгновенно, словно вплетенные в ауру. Усиливает магические барьеры и глушит вражеские заклинания в малом радиусе, мешая концентрации противников.

Я вернул посох на место. И подошёл к третьему посоху, который был наглухо закрыт в чёрном контейнере.

— Вот с этим давай поосторожнее, — предупредил меня Ратибор.

Я открыл крышку контейнера. Под крышкой было защитное стекло, а под стеклом лежал посох — из гладкой, будто отполированной древесины.

По его поверхности двигались слабые волны, напоминающие круги на воде. Вот только посох был дубовый, с навершием-полусферой, будто сгоревшей до углей, из которой просачивался едва заметный дым.

— Этот посох может частично повышать атаку, направляя энергию в следующее заклинание. Он позволяет даже не владея стихией огня использовать заклинания этой школы — притом усиленные. Ещё встроенное заклинание — «Завеса».

Я сделал два шага назад и осмотрел все три посоха.

— Хорошие варианты… — протянул я, а затем задал появившийся у меня при осмотре вариантов вопрос. — Слушай, Ратибор, неплохое же оружие. Почему лежит в хранилище?

— А это… — Ратибор почесал подбородок, а затем хмыкнул, расплывшись в улыбке. — А это, Максим, секрет Рода.

А затем я почувствовал слабую, едва заметную пульсацию. Я обернулся. Владимир держал в руках закутанный в простое сукно посох.

— Что это? — спросил я у него.

Владимир посмотрел на Ратибора и после кивка главы рода сказал:

— Да так… бутафорский посох. Используем иногда на тренировках. Применяется чаще как тупое оружие или имитация. Но выглядит солидно.

— Покажи, — потребовал я.

Владимир снова посмотрел на Ратибора. На этот раз тот лишь развёл руки в стороны. Владимир передал мне оружие.

Массивный, из тёмной древесины, изрезанный мелкими царапинами, местами прожженный до самой сердцевины. Наверху — узел намертво сросшихся ветвей.

— Это реплика посоха из сердцевины Чёрного Дуба, — проинформировал меня Ратибор.

Шершавая древесина лежала в руке как влитая. Я крутанулся, нанося несколько ударов в воздухе. Я уже видел этот материал и подобное оружие. Мой глаз нельзя было обмануть.

— Где, говоришь, купил этот посох?

— В столице… — недоуменно проговорил Ратибор. — Лет десять назад… Кажется, у одного из странствующих торговцев.

Я пустил немного маны в посох и древко отозвалось темным отблеском и одиночным ударом изнутри, словно ударом сердца.

— Надурить меня решил? — с подозрением в голосе спросил я.

— Ну, почему «надурить»? Посох уже давненько лежит у нас в хранилище, но сколько раз ни пробовали использовать — не слушается, и всё. Свойств особых нет, разве что выглядит устрашающе. Хочешь — отдам в добавок к основному оружию. К одному из трёх.

— Нет, — я покачал головой. — Я возьму его, а остальное не надо.

— В смысле⁈ — непонимающе уставился на меня Ратибор.

— Я возьму этот посох, а три на столе забери обратно.

— Ты уверен?

— Как никогда, — кивнул я.

Ратибор с Владимиром быстро переглянулись.

— Возврат делать не стану, — предупредил Ратибор. — Даже тебе.

Я лишь кивнул и ударил основанием посоха в пол кабинета. По комнате разошлось эхо удара. Впервые за долгое время я почувствовал себя настоящим волшебником.

Новое оружие приятно тяготило.

Ратибор расщедрился на специальные магические ремни для ношения посоха за спиной — это позволит свободно двигаться в бою и не беспокоиться за оружие. Оно держится за счет магических креплений.

Я мог бы и держать посох за спиной с помощью заклинания, без всяких ремней, но незачем использовать ману, когда ее можно сберечь. Даже крупицы. А еще, подарок не приемлющего отказа Ратибора я отвергнуть не мог.

Я не был уверен до конца, но не узнать посох из настоящей сердцевины Черного дуба я не мог. И посох отозвался на хаос. Это значило лишь одно — здесь, в окраинной крепости Выкречи, я нашел поистине грозное и подходящее оружие.

Легенда гласит, что Черный дуб сам находит владельца в момент нужды. В прошлой жизни я ни разу подобным оружием не владел… Даже не знаю, радоваться или огорчаться.

В любом случае, точные свойства посоха из Черного дуба мне еще предстояло узнать. Изучать его при Ратиборе не хотелось. Да и не до того было.

— Ну… — облегченно выдохнул Ратибор. — Раз с нашей сделкой все, то предлагаю не тянуть и отправиться на Совет. Раньше выйдем — раньше будем. Что скажешь?

Судя по тому, что приглашение коменданта на меня не распространялось, мне было сейчас сподручнее отправиться с Ратибором. Вряд ли меня просто так пустят в Ратушу.

Я молча кивнул.

Думаю, что мой отряд справится и без меня. Даже если я задержусь. А вот по стратегии защиты Выкречи была у меня парочка идей…

Я взглянул за спину — туда, где висело мое новое оружие.

— Надеюсь, — серьезно сказал Ратибор, проследив за моим взглядом, — что новый посох тебе на Совете не пригодится…

Глава 15

— Это трусость, не тактика, — холодный голос Ратибора разнёсся по главному залу Ратуши.

Зал был освещён магическими светильниками, в воздухе витал аромат воска и пергамента. За массивным дубовым столом сидели самые могущественные фигуры Выкречи. Все те же, кто присутствовал в особняке Караваева: лидеры Родов и комендант. Здесь же были и военные командиры. Не хватало лишь одного человека — Рысева. Старший жрец Церкви Солнца опаздывал. Впрочем, сегодня я был рад, что он отсутствует.

— Хватит. Ратибор, я понимаю твою позицию, но и ты пойми меня правильно, — заговорил Астахов, сидящий во главе стола.

Сегодня, как наверняка и каждый раз, именно он вёл главное совещание по обороне города.

— Мы укрепили все защитные башни дополнительными рядами магов, подзарядили купола, обновили ловушки и защитные заклинания. Дополнительные барьеры… Да много чего подготовили. И прошу заметить — делали и делаем это перед каждым штурмом.

— Это не будет обычный штурм… — отчеканил каждое слово Ратибор.

Он постучал он пальцем по столу, отчего фигуры, расставленные на подробной карте, затряслись. Несколько с тихим, глухим звуком упали.

Договориться об очевидных вещах — таких как дополнительные отряды лучников, ударные отряды в резерве, защитные Пологи над ближайшими к стенам домами было несложно. Хотя каждая бумага требовала десятка подписей и нескольких печатей. Даже в такой ответственный момент Астахов словно тянул одеяло на себя, напоминая всем, что бюрократия превыше всего и что он и есть бюрократия.

А вот договориться о том, как сразить Болотного огра, у выходило с трудом. Происходящее в Ратуше было не совсем военным советом в моём понимании этого словосочетания. Всё-таки, несмотря на постоянные нападения монстров, с осадой Выкречь ещё не сталкивалась. При набегах монстров помогали стены, оттого Астахов и был так консервативен.

— Я согласен с тобой, — слабо улыбнулся Астахов. — Враг собирается за воротами, и согласен, у нас очень мало времени, мы должны принять решение. Но…

Комендант сделал многозначительную паузу. Я редко воспринимал всерьёз фразы людей до слова «но». Вот и сейчас ждал, что скажет комендант.

— Стены Выкречи стояли сотню лет и простоят ещё столько же.

Караваев, как и я, в основном сохранявший молчание во время заседания, согласно закивал. Ратибор же холодно усмехнулся.

— Ворота усилены дополнительными барьерами и магическими щитами. Более того, как ты хотел, мы сформировали дополнительную внутреннюю линию обороны на… крайний случай. Я в него, конечно, не верю…

— Тим, — прервал коменданта Ратибор. — Мне не важна твоя вера. Есть факты: мы не сдержим Болотного огра, защищаясь. Ты вообще уверен, что он у них один?

— Если стены не выстоят, купола не справятся, магия не поможет… — серьёзно сказал Астахов, передвигая бумаги на столе перед собой. — Тогда мы применим наше секретное оружие. Огр не сможет прорваться, никак.

Я поморщился, ничуть не скрывая своего отношения к Астахову. Он это заметил и тут же произнёс, дёрнув уголками губ:

— Ну а тебе, если что, поможет ТВОЁ секретное оружие.

Комендант кивнул в мою сторону.

Я понимал позицию Астахова — вся его жизнь и карьера зависела от Выкречи, и он точно не желал городу разрушения. Вот только комендант, несмотря на всю подготовку и красивые слова, предлагал надеяться на крепость стен. Ну и на его подготовленную армию химер.

За неё он ещё после штурма ответит.

— Не поможет, — покачал головой я.

— Что не поможет? — вздохнул Астахов.

— Твоё секретное оружие. Да какое уж секретное, — я смотрел Астахову прямо в глаза.

— С чего ты взял?

Комендант не горел желанием общаться со мной, я видел это по его глазам, но и игнорировать Подмастерье, одолевшего Мастера, не мог.

— Допустим, мы сделаем, как ты говоришь… — встал из-за стола я. — Покажи-ка мне точку, откуда нападёт огр.

Астахов непонимающе посмотрел на меня.

— В прямом смысле слова. Вот карта, — я указал ладонью на расстеленное на столе полотно. — Откуда попрёт огр? С севера? С востока? Да, может, они его ночью протащат к западному участку стены? Откуда он придёт? Ткни пальцем, не стесняйся!

— Что за фарс? — выдохнул Астахов.

В зале послышались негромкие шёпотки.

— Ты когда-нибудь сталкивался лицом к лицу с ограми?

На этот раз комендант оставил мой вопрос без ответа.

— Я так и думал. Он неповоротливый, но ему и не нужно маневрировать. Он медленный. Вот только разгонится он заранее. Ты знаешь, что хуже, чем столкнуться с ограми? — я сделал короткую паузу. — Столкнуться с бегущим ограми. Многотонный монстр врежется в стены на полном ходу. Ловушки, рвы, траншеи, колья замедлят его… Чуть-чуть.

Дворяне молча слушали.

— Даже если оторвать ему одну ногу, а это ещё нужно пробить броню, то огру хватит инерции, чтобы всё равно достичь своей цели. Знаешь, что у него за цель? Разрушить твой город.

Я выделил последнюю фразу. От судьбы города зависели не только карьеры местных политиканов и будущее родов, но и участь десятков тысяч людей.

— Максим, я понимаю, что вы молоды и амбициозны, — принялся сострадательно и поучительно говорить Астахов, — но вы должны понять, что в переговорах следует идти на компромисс…

Я пожал плечами и сел на своё место. Я свою позицию высказал, теперь нужно было послушать, что скажут дворяне. Астахов прав, все решается голосованием, где каждый был бы не прочь стать героем, предложившим план по спасению города.

— Если мы подождём, пока они нанесут удар первыми, — сказал Островский, поправляя уложенные назад волосы, — то отдадимся во власть монстров. Ударный костяк и упреждающий удар — вот ответ. Мы сможем парализовать их командование, убить не только огра, но и сирина, разбить волну до того, как она достигнет наших ворот. Для этого нужно будет обнаружить огра. Там, где огр, там будет и сирин.

С противоположной стороны зала раздался смешок. Это Караваев усмехнулся, постукивая пальцами по подлокотнику.

— Ах да, давайте отправим наших лучших воинов в неизвестность, надеюсь, обезглавить вражеские силы. Какие гарантии, что огра можно убить за пределами стен? И планируете ли вы финансировать это предприятие из собственных сундуков, Константин? Или ожидаете, что город оплатит счёт, когда большая часть наших магов будет убита в каком-то необдуманном набеге?

Похоже, что Караваева в основном интересовала его прибыль в этом деле. Или он очень не хотел соглашаться с Островским из-за конфликта интересов в другой сфере.

— Высокий риск — высокая награда, — скривил губы Островский.

— Авантюризм, — усмехнулся Караваев.

Эти двое смотрели друг на друга с холодом и вызовом, как кошка с собакой. Островский открыл было рот, чтобы возразить, но в этот момент дверь в зал распахнулась, и внутрь широким шагом ступил Олег Рысев.

— Господа, прошу прощения, что опоздал.

Он улыбнулся уголками губ и занял свободное место по правое плечо от коменданта.

— Что я пропустил?

Вопрос был адресован словно в никуда, да и странен сам по себе. Никто не стал бы ему сейчас рассказывать, что происходило в Совете за несколько часов. Впрочем, думаю, на это он и не рассчитывал. Само его появление означало как минимум паритет, а то и перевес голосов в сторону коменданта.

— Предлагаю старую солдатскую ловушку — спокойно проговорил Ратибор. — Ложное отступление, которое оставит огру удобный маршрут. Монстры есть монстры — даже если ими командует сирин.

Ратибора никто не прерывал, внимательно слушая предложение главы рода Володиных.

— Я согласен с Максимом. Наша главная слабость в том, что мы не знаем, откуда нападёт огр, а узнаем лишь, когда будет слишком поздно.

Для человека, который не присутствовал на всём Совете, Рысев довольно быстро сориентировался, заглядывая в лица всем присутствующим по очереди. Он в итоге остановил свой взгляд на мне.

— Всё-таки главная угроза Выкречи — это атака не только и не столько на плоть, но на душу. Независимо от нашей физической защиты, эти грязные твари зачаровывают бездуховных людей. Обереги, созданные церковью, помогут от ментальных атак…

Рысев нахмурился, не сводя с меня глаз.

— Но иногда даже их не хватает, чтобы грязь не попадала за надёжную защиту Солнца.

Да-да, ты наконец-то прознал, что в Выкречи есть хаосит. Да не один, а с отрядом, владеющим хаосом. Я сейчас к Рысеву испытывал легкую неприязнь и не особо старался бороться с ней. Скорее всего, сам солнечник, учитывая его положение, статус и силу, меня на дух не выносил.

В прошлый раз, в особняке Караваева, Рысева не было. Я только слышал о нем пару раз.

Обсуждение в Совете продолжилось, высказался командир стражи. Островский с Караваевым продолжили пикировку, придерживаясь своих мнений. Впрочем, Караваев сильно не настаивал на том, что вообще что-то понимает в защите города — лишь защищал свой капитал.

Астахов, ловко словно дирижёр, управлял потоком совещания. С пришедшим Рысевым ему стало заметно легче. Солнечник же не сводил с меня глаз, следя за каждым движением. Мне даже стало забавно смотреть за тем, как его корчит от моего существования.

Аргументы были высказаны всеми сторонами. Надо заметить, что неправильной стратегии в защите Выкречи не было. Я не был провидцем, да и за столом, здесь в Совете нет ни единого колдуна, способного взглянуть в будущее.

Возможно, оставить всё как есть и защиты города хватит для того, чтобы убить огра, особенно если по нему ударят сразу несколько Мастеров. На этом Астахов и давил.

Островский, будучи владельцем аукционного дома, справедливо полагал, что удар на упреждение ослабит стаи и прайды монстров и позволит, как минимум, отследить огра.

Вот только этими монстрами управляли сирины. Многие из этих тварей были заняты подчинением огра, но кое-какие уловки они могли выкинуть сами. А уж разбить ударный отряд — вполне.

Как бы я не относился к Церкви Солнца, но предоставленные Рысевым обереги наверняка сильно помогут солдатам. Я, конечно, самих артефактов не видел, но уверен, что солнечник постарался, ведь от этого зависел престиж его церкви.

Я слушал споры, пререкания, иногда переходящие на повышенные тона, но успокаиваемые Астаховым, и понимал — разбираться с огром придётся мне.

С другой стороны, был ещё один вариант.

— Компромисс? — спросил я негромко Ратибора.

Разговоры за столом тут же прервались. Всё-таки здесь собрались не Неофиты или Ученики. Несмотря на шепот, меня услышали.

Я продолжил:

— У каждого плана есть свои плюсы и минусы. Но что, если объединить лучшие их части? Город будет укреплён, уже укреплён. Ловушки и барьеры расставлены. Если всё это сможет остановить огра — замечательно. Но только почему бы не добавить сюда ослабление участка стены? Видимое. Возможно, отключить купол, дать монстрам забраться на стены и сражаться с ними там.

— Это самоубийство какое-то, — хмыкнул Караваев.

— Дать монстрам возможность ударить именно туда, куда мы хотим, — пожал плечами я. — А при появлении огра — Мастер сможет нивелировать угрозу. Если сомневаетесь, то я вызываюсь добровольцем на этот участок стены. Так что вы ничего не теряете. Если потребуется — и ударную группу возглавлю, чтобы прибить Огра до того, как он приблизится к городу. А если вдруг сможет приблизиться к стенам, то есть…

Я сделал многозначительную паузу, показав ладонью на Астахова.

Командиры и значимые люди города предложили несколько рабочих вариантов. Если их объединить — получится неплохой план, даже с запасным вариантом на случай, если что-то пойдёт не так. И раз уж Астахов сегодня говорил о компромиссах — то у него был шанс показать его на личном примере.

— Что ж, полагаю, что все высказались, — произнёс комендант.

Возражений от присутствующих не было.

— Мы провели в совете и так слишком много времени. Решение нужно было прямо сейчас. Тогда голосуем…

* * *

— Не могу поверить, что мы договорились, — признался Ратибор, когда мы оказались снаружи.

— Если крепость падёт, не будет правых и виноватых.

— И то верно, — согласился он.

Нам понадобилось ещё несколько часов, чтобы утрясти все детали: проработать план детально, договориться о том, кто за какие участки отвечает, распределить магов, воинов, деньги.

Ещё успели обсудить насущные вопросы — фураж, безопасность жителей и так далее. Но решение было принято, команды были отданы, и необходимые бумаги подписаны.

На улице уже смеркалось. Оранжевое солнце закатывалось за горизонт, а прохладный ветерок приятно шевелил волосы.

— Как думаешь, — спросил меня Ратибор, — его… Козырь сможет сдержать огра? Я знаю, ты уже говорил там в зале, но сейчас, с этим планом…

Я взглянул в серое небо с алыми росчерками.

— Прольется много крови.

— Вот и я думаю так же, — ответил Ратибор, тяжело вздохнув. — Я могу чем-то помочь?

— Да, пожалуй.

Я быстро прикинул, что может сделать Ратибор для командира, который собирался приманить на себя Болотного огра. У меня вообще-то ещё оставалось немного Каменного цветка и Кровавого кварца. Хорошо бы было пристроить их к делу.

В принципе, я ещё успеваю.

— Мне нужен лучник, а лучше несколько. Умелых, но не обязательно высокого ранга.

Ратибор на миг замолчал, раздумывая над моей просьбой, а потом серьёзно спросил:

— Ты мог уйти десятки раз. Просто покинуть город. Ты ведь с ним никак не связан. Это мы, старики да политиканы, воины и маги, завязаны на Зоне, на Выкречи. Не можем без неё, да и не хотим. Зачем тебе всё это?

Я улыбнулся. На этот вопрос было несколько ответов. Всё-таки человек без цели существует, но не живёт. У меня целей было несколько, но, пожалуй, сейчас первостепенной была одна.

— Я скажу тебе два слова, Ратибор… Секрет Рода.

Ратибор замер, переваривая мои слова, а затем в его глазах мелькнуло понимание, и он уважительно кивнул.

— Будет тебе лучник. А ещё дам пару воинов в придачу. Ты за них головой отвечаешь.

Не знаю, что там глава Рода Володиных увидел в моих глазах, но меня такой исход устраивал.

— Даю слово.

Меньше чем через полчаса я уже бодро шагал по улочкам Выкречи, в сторону алхимической лаборатории Володиных. За спиной висел всё тот же простой мешок, в котором позвякивал контейнер с Каменным цветком и остатками Кровавого кварца. Несмотря на то что я был алхимиком, а не ремесленником, я собирался использовать эти ингредиенты своеобразно.

Мне понадобилось несколько часов, чтобы закончить, но результатом я был доволен. Каменный цветок и кварц превратились в дюжину стрел с зачарованными наконечниками, обладающих пробивной силой и свойством окаменения.

Хватит ли этого, чтобы убить огра? Нет. Замедлить — вполне. Вот только тратить их все на огра было нельзя. Была ещё одна угроза — сирин шестого уровня. Его тоже нужно было как-то сбить с неба.

В итоге, закончил я, когда ночь уже накрыла Выкречь. Крепость вовсю готовилась к решающему штурму.

За последние недели город постепенно менялся. Улицы, ещё недавно заполненные суетливыми торговцами и праздными гуляками, теперь были превращены в укреплённые рубежи обороны. Были выставлены баррикады из бревен, нагруженных камнями и укреплённых зачарованным железом. Они перекрыли главные дороги, создавая узкие коридоры, удобные для защиты.

На крышах зданий у стен разместили отряды лучников и арбалетчиков. Маги в грязных, пропахших гарью и зельями одеждах колдовали у башенок и куполов. Ворота блестели многослойными защитными заклинаниями. Воздух был наполнен запахом копоти, магической энергии и… Страха.

Люди боялись. И не только честной люд, но и воины с магами. Ведь ночь в последние недели приносила не спокойствие и отдых, а новые атаки монстров из Зоны.

Кузнецы и оружейники последние недели работали без сна, доводя до ума доспехи и мечи. Из-за этого даже ночью по городу разносились звонкие удары молота. В церковных дворах жрецы готовили защитные обереги и благословляли воинов.

Но главным сюрпризом стали выделенные Володиным люди. Я увидел их, когда вышел к избе.

Серёга с Ирой смеялись, общаясь с Весной и Аскольдом. Чуть в стороне стоял Владимир. Все трое были экипированы по высшему разряду — настолько, насколько это позволяла Выкречь. У Иры был усеянный рунами лук, закинутый через плечо, как и у Владимира. Только у него лук был длиннее раза в полтора.

— А что, — произнес Владимир, заметив меня, — я не только мечом сражаться умею.

Воссоединение с Володиными было неожиданным, но я до сих пор помнил о меткости Иры. А уж Владимир, Воин пяти звезд мне тем более пригодится. Ну не мог же Ратибор отправить детей в бой без предосторожности в виде наставника.

— Макс! — Серега приветственно махнул мне рукой.

Ира широко улыбнулась и обняла меня.

Я объяснил всем текущую ситуацию и раздал указания. Мы переместились в один из домов рядом с выделенным участком стены. Монстры не подходили близко, чтобы избежать атаки магов и куполов, но я все же забрался наверх и следил за перемещениями тварей.

Отряд всю ночь был наготове и во всеоружии. Вот только… в первую ночь ничего не произошло. Не было ни нападения, ни даже разведки боем со стороны монстров. Когда утро сменилось днем, я отпустил бойцов поспать и отдохнуть.

Вот только и второй ночью монстры не напали. Первые лучи солнца ослепили глаза, по всему городу разнеслись тревожные голоса и взволнованные вопросы.

— И сегодня не нападут?

— Неужто всё?

Третий день сменился ночью, и в сумерках раздался звон колоколов. Знакомый, тревожный и… Долгожданный.

Глава 16

— Скоро пойдут, — спокойно произнёс я.

Мы с отрядом стояли на своей позиции на северо-восточной стене. Именно здесь было принято решение «ослабить» часть обороны. Сделать это со стороны ворот было слишком глупо и самонадеянно. И уж тем более нельзя было оставлять незащищенной восточную сторону, откуда в основном пёрли монстры. Так что этот вариант меня полностью устраивал.

Наше прошлое место, которое мы защищали, было совсем недалеко.

— Кто их только заметил? — прошептал Аскольд.

Одноглазый стоял рядом со мной, плечом к плечу, и смотрел на тёмный горизонт. Там, вдали от горящих факелов, светящихся куполов, стен и укреплений находился враг. И он медленно надвигался на Выкречь.

— Один из Мастеров, — ответил ему я, — не иначе…

— Ну, — хмыкнул Аскольд, разминая шею, — посмотрим, что вы там на Совете смастерили и сработает ли это.

По стенам свистел ветер. Он тянул с собой запах паленой смолы, стали и пота. Отряд был готов настолько, насколько было возможно: все вооружены, экипированы зельями, эликсирами. Всем, кто не владел хаосом, я выделил по оберегу от ментальных атак, которые получил в благодарность от одного из огневиков, когда защищали стену несколькими днями ранее.

Володины, Владимир, Сольвейг и Рома получили по оберегу. Но, думаю, у троих представителей Володиных были собственные амулеты. Они втроем и Рома были расположены на соседней башенке — оттуда было удобнее стрелять по подлетающим тварям, а Серёга должен был их оберегать.

Да и от Ромы, Подмастерья, будет польза на некотором возвышении. Здесь, внизу хватит и меня с Иваном. Монстры залезут на стену, и мне точно будет не до возни с защитой лучников. Наверху еще были стражи, несколько церковников и магов. В общем, справятся, но если почувствую угрозу — вмешаюсь. Но основной удар всё-таки придётся на стену.

Я провёл пальцами по рукояти посоха. Тёплое чёрное дерево немного отгоняло холод, но воздух вокруг всё равно был прохладным и тяжёлым, как перед грозой.

Я прикрыл глаза и сосредоточился. Далекие отзвуки колоколов затихли, оставив натянутую тишину. Я отчётливо слышал скрип доспехов, лязг мечей и хаотичное, напряжённое постукивание посохов.

Где-то за стенами каркнула ворона, но её крик утонул в медленно нарастающих звуках: шелесте лап, скрежете когтей, ударах крыльев, биении тысяч сердец и глухом, нарастающем рыке.

Я постарался перенестись вперёд ментально, заглянуть так далеко, как только возможно, своим восприятием. На меня тут же пахнуло вонью гнилой плоти, сырой шерсти, земли и грязи. Словно прелое дыхание болот и леса. Как будто вся окружающая природа протухла.

Поступь тысяч лап медленно приближалась. Монстры наступали, но вдруг, в один момент, шаги затихли.

— Твою ж… — выругался один из стражников неподалёку.

Я открыл глаза. Волна монстров перед нами замерла на грани между светом и тьмой, за радиусом действия наших куполов и заклинаний.

— Почему они медлят? — спросила Сольвейг.

Она держала в руках двуручный меч. Её голубые глаза азартно горели, а серый подлатанный после передряги в Мёртвом хребте доспех поблёскивал в слабым лунном свете.

— Пусть медлят. — усмехнулся я, оглядываясь по сторонам. — Разве мы куда-то торопимся?

Раздались короткие смешки.

Весна крепко сжимала посох. Сегодня на ней, кроме робы, была лёгкая кожаная броня с несколькими зачарованиями. На ней лежала большая ответственность: именно от ведьмы во многом зависела безопасность не только моего отряда, но и всех воинов на этом участке стены.

Впрочем, на башенке было несколько толковых магов. Как только купол потухнет и небо для сиринов и летающих тварей станет свободным, именно защитная магия будет ценна как никогда.

Иван ритмично и глухо постукивал посохом о холодный камень. Игнат стоял посреди группы бойцов-хаоситов и спокойно смотрел в ночную тьму.

Сейчас я и сам уже мог разобрать фигуры на горизонте, скрывающиеся в ночи. Мохнатые волки тихо рычали, огромные клыкастые медведи мотали головами, лоси с горящими красными глазами стучали копытами, отбивая ведомый лишь им одним ритм.

Словно вся природа близлежащих районов Зоны восстала против Выкречи под предводительством сиринов. Но армада монстров всё ещё просто стояла, не двигалась, словно окаменев. Сотни горящих злобных глаз смотрели на людей из темноты.

Тишину разрезал острый, истошный птичий крик, ударивший по всей протяжённости стен невидимой звуковой волной. Я услышал сдавленные стоны и звук обороненного оружия.

Тут же на всех участках стены загорелся золотистый свет. Церковники принялись за работу. Хаос не позволил этой атаке пробиться в мой разум.

— Они прощупывают нас, — спокойно произнёс я.

Следом за моими словами волна монстров, словно лавина, устремилась вперёд — к стенам Выкречи.

Монстры, подгоняемые невидимой плетью, рванули вперёд. Они неслись грядой, настоящим роем — сталкивались друг с другом, спотыкаясь, давя сородичей. В небе уже летели гигантские птицы: коршуны и ястребы. Они сливались с ночным мраком, лишь изредка подсвеченные магией и лунным светом.

Купола заработали во всю силу, сбивая стаи птиц. Я не стал ждать. Как только монстры оказались в радиусе поражения, запустил сразу две Воронки хаоса в ста метрах друг от друга.

Лохматые тела начало затягивать внутрь. По всему радиусу действия заклинаний заискрилась магия. Монстры мёрзли, горели, их плоть разъедало кислотой. На по телам десятков и сотен товарищей неслись новые особи.

Они смешались в кучу, огромную волну и буквально крошили черепа и кости. Маги с башен тоже принялись за работу. Вниз летели огненные шары, разряды молний, а с небес посыпался ледяной град размером с кирпичи.

Я услышал громкую команду, и над головой просвистели камни, отправленные в монстров. Они бились прямо в землю, раскатывая одних монстров в тонкую лепёшку и отшвыривая других во все стороны.

Катапульты работали исправно.

Раздался дружный свист тетивы и первый залп осыпал врага. Стрелы лучников находили свои цели, пробивали шкуры и пронзали плоть. Звери падали на землю, напарывались на колья, но даже умирая, продолжали выть и скрести лапами землю. Каждый пытался пробраться дальше хотя бы на один прыжок, один шаг.

За мелкими монстрами неслись твари посерьёзнее: лоси с витиеватыми наростами вместо рогов и крепкими копытами, стаи волков третьего и четвёртого уровня, и монстры-одиночки.

— Многовато, — уважительно произнёс Аскольд.

Вниз в очередной раз обрушились вспышки магии, разорвавшие темноту. Заклинаний было неисчислимое множество. Они заставляли зверей выть от боли. Запахло горелым мехом и опалённой плотью. Воздух был пропитан гарью и потом.

Несмотря на магию, монстры и не думали сдаваться. Их неумолимо гнала вперед чужая воля.

— А ты подожди, — усмехнулся я, стараясь не сбить концентрацию. — Пока они на стену полезут. Станет еще веселее…

Мы, как защитники Выкречи, не собирались поддаваться. Наша задача была вовсе не самоубийство. Если бы монстры беспрепятственно накинулись на стену, нас бы попросту смело.

Нет, сирины умнее обычных монстров. Ловушка должна не просто выглядеть настоящей — она должна ей быть.

Я наконец закончил подготовку заклинания. Над рядами монстров, прямо в небе, собрались чёрные, мерцающие мутным серо-зелёным отливом облака. Вниз обрушились сотни кинжалов, сотканных из моей маны.

Смертоносный дождь пробивал шкуры даже монстров третьего и четвертого рангов, прибивая их к земле. Маги работали без устали, лучники запускали стрелу за стрелой — уже не единым механизмом, а произвольно, как успевали. Камни падали на наступающую волну с небес, купол светился яркой магией, сбивая летающих тварей.

Тут по стене ударило нечто неведомое. Как будто кто-то сжал голову липкими, мокрыми пальцами, стараясь пробраться под самый череп.

Кто-то из солдат вскрикнул, кто-то выронил меч. Один маг, потеряв контроль, выпустил пламя в никуда и чуть не сжёг своих соратников.

В ушах зазвенело даже у меня. Во рту пересохло, а из носа тонкой струйкой потекла кровь. Я стёр её ладонью. Обереги у воинов и магов вокруг горели, погашая часть удара. Тем не менее, несколько стражников упали на колени, хватаясь за голову.

Монстры были совсем близко. Ментальный удар дал им возможность приблизиться к стенам. Их всё так же пробивали стрелы, так же жгли, морозили и разрывали заклинания.

Но монстры, словно по приказу, бросались к стенам клиньями, умирая и формируя собой настоящие кучи тел. А следующие за ними монстры карабкались вверх, прикрываясь уже мёртвыми сородичами.

— Пора, — коротко бросил я.

Я вскинул посох, и вверх взметнулась одинокая красная вспышка. Обычно это был сигнал бедствия, но сейчас он служил другим сигналом.

Купол на башне замерцал. Следом послышался глухой хлопок, и он исчез. Здесь, на этом направлении, пока что не сработала ни одна магическая ловушка. А теперь к проблеме добавился отсутствующий купол. Чем не лакомый кусок для огра?

Защитная магия больше не сдерживала летающих тварей. Огромные беркуты принялись пикировать вниз, кидаясь на защитников. Их когти скользили по шлемам, царапали доспехи и рвали кожу. Они несли с собой смрад гниющего мяса, падали и трупов.

Лучники переключились на воздух, запуская стрелы по этим тварям. На голову сыпался дождь из грязных перьев и птичьих тел. Мне некогда было отвлекаться на летающих противников, я лишь изредка запускал в них Воздушные серпы.

Монстры врезались в стену. Паукообразные чудовища кинулись вверх, их когти впивались в камень. Я чувствовал монстров и бил по ним одиночными заклинаниями: Клинками хаоса, Кулаком и Воздушными серпами. Но монстры не обращали внимания на летящие вниз трупы.

Один из пауков тащил на своём загривке волка. Волк вцепился в плоть паука и, когда тот забрался достаточно высоко, бросился вперёд, вцепившись в стражника. Когти полоснули по горлу, а лицо несчастного скривилось в судороге боли.

Я вскинул руку, выбрасывая сгусток хаоса. Волк разлетелся кровавыми ошмётками, обливая стену мерзкой жижей.

— Твою ж мать! — выругался Аскольд и бросился вперёд, в первые ряды защитников.

Воины схватились с монстрами в ближнем бою. Человеческие крики то ли ужаса, то ли боевого азарта слились с рёвом монстров в сплошной, едва различимый гул.

Весна накладывала защитные заклинания, а ее лозы обвивали стены, замедляя монстров. Чистокол обрушивался сверху на старавшихся залезть тварей. Но этого не хватало.

Один из стражников закричал, когда клюв беркута вонзился ему в лицо. Даже шлем не спас от точного попадания твари. Стражник пошатнулся, пытаясь отмахнуться. Я ударил птицу навершием посоха, сбивая её с несчастного.

Стражник быстро пришёл в себя и разрубил монстра ударом снизу вверх от лап до клюва.

— Спасибо, — коротко поблагодарил он и бросился в бой.

Половина его лица под шлемом была окровавлена.

Внизу же змееподобные монстры-одиночки сплетались воедино, формируя живой мост. Они скользили, не останавливаясь, а по их спинам вверх неслись другие твари.

Это уже был настоящий непрерывный поток смерти.

Монстры валились на стены, где их встречали мечи и копья. Я выстреливал веером заклинаний. Новый посох отзывался на мою ману и экономил мне чуть ли не треть от обычных затрат, позволяя колдовать почти без оглядки.

Защитники давали бой. Игнат орудовал палашом, прикрывая хаоситов. Аскольд пинком сбросил забравшегося не туда волка, а следом отправил вниз Громовой разряд, заклинание заложенное в мою прежнюю саблю.

Поток молний пробил сразу нескольких тварей насквозь.

— Охренеть! — услышал я веселый возглас Аскольда.

В этот момент задрожала земля. Глухие удары раздались в темноте. Но даже не видя угрозы, я знал — это Болотный огр. Я помнил ауру твари и мог распознать ее даже на таком расстоянии.

Гул тяжелых шагов распространялся по земле и проходил сквозь стены. Над горизонтом поднялась тень — огромная, затмевающая собой небо. Над ним парила стая сиринов, от которых исходили алые цепи.

Миг и они рассыпались в прах. Огр взмахнул огромными руками, сбивая сразу несколько сиринов. Остальные бросились в рассыпную.

Что-то не нравилось мне в появлении огра… Почему спал контроль и где сирин шестого уровня?

Но отвечать на эти вопросы было некогда. Огр мотнул головой и уставился на орды монстров, штурмующих Выкречь. Он согнул спину и принялся медленно разгоняться. Он неторопливо, словно в воде, принялся перебирать ногами. Но я знал — он набирал скорость, и ничто не могло его остановить.

Я вскинул посох и в воздух взлетела вторая вспышка. На этот раз белая.

В ответ на мой сигнал перед башнями на этом участке стены вспыхнуло несколько порталов. Не знаю, где комендант достал подобный артефакт, ведь магов владеющих порталами у него точно не было, но сейчас он был очень кстати.

Из разломов посыпались химеры. Жуткие, сшитые из разных составных частей существа. Они были результатом лабораторных исследований коменданта. В тварях не было ни капельки магии. Они состояли не только из монстров, хотя где-то выступали щупальца чудовищ, клыки и когти. Всё это было на разных сшитых между собой с кусками людей.

Химеры бездумно ринулись в бой, вгрызаясь в монстров. Они крушили их, хватали, ломали кости, погибали сами. Я не видел, чем эти создания отличались от монстров.

За спиной этих созданий я видел тонкие, идущие куда-то вглубь города энергетические нити. Похоже, где-то был артефакт или механизм, который позволял их контролировать, держа на ментальном поводке.

Химеры бились с монстрами внизу, не позволяя им карабкаться на стены. Затрубили горны, раздались воодушевленные крики бойцов. Мы начали зачищать монстров, раз химеры дали нам передышку.

Сирины, увидев открывшиеся порталы с химерами, бросились вперёд, ментально атакуя стену. Вот только погасший купол вспыхнул с новой силой и принялся нещадно сбивать всех летающих монстров. Сирины, парящие в воздухе, падали вниз, пораженные защитной магией города.

Монстры, управляемые сиринами, дрогнули. Но основная проблема никак не решилась. Низкий утробный боевой рык разрезал пространство, заглушив абсолютно всё.

Болотный огр рвался вперёд, бронированный как осадный таран кусками хитина, задубевшей кожей и гниющими пнями. Химеры бросались на него, впивались в ноги, стараясь хоть как-то зацепиться, удержаться на несущемся вперёд огре. Но он даже не чувствовал их — давил, топтал десятками, отшвыривал широкими взмахами рук. Химеры разлетались, ломались словно игрушки.

Сработали первые ловушки. Земля под ногами огра вспыхивала, взрывалась, в его стопы впивались стихийные иглы.

В коже несущегося вперёд огра застревали стрелы. Один из камней ударил его прямо в голову, но рассыпался. Сработал следующий ряд ловушек — из них хлынул вязкий магический ил, который должен был связать ноги твари.

Огр рычал, размахивал лапами, лишь слегка замедляясь. В этот момент с башни сорвалась алая стрела и с влажным хрустом ударила в открытую глазницу огра. Она вошла глубоко, и часть лица твари тут же начала каменеть.

— Он не тормозит! — выпалила Сольвейг, разрубая пополам и сбрасывая со стены волка третьего уровня.

Второй выстрел — и стрела попадает в хитин, разлетаясь на две части.

Воины передо мной всё ещё разбирались с остатками недобитых монстров, пока химеры внизу сотнями гибли в сражении.

Я поставил Воронку прямо на траектории движения огра, затем ещё одну. Но ни одна стихия не смогла остановить его. Огр потерял треть скорости, но всё ещё бежал.

Третья стрела сорвалась с башни и попала в небольшую щель в сочленении хитинового доспеха огра. Его бедро начало каменеть.

Если не остановим его сейчас, то уже никогда.

Я напитал посох своей маной, и он задрожал, словно живой. Я поднял его высоко в небо — из земли вырвались толстые чёрные корни. Они обвили ноги чудовища и потянули его вниз. Скорость огра начала падать, он зашатался из стороны в сторону и замедлился.

Я вливал все больше и больше маны в заклинание. По моему лбу градом лил пот. Черные корни не отпускали огра, постепенно замедляя его.

За моей спиной маги из резервного отряда закончили плести заклинания. На огра обрушился ударный залп. Молнии, осколочные заклятия, сфера льда — настоящий град от Подмастерьев и одного Мастера.

Панцирь огра треснул. Уцелевший глаз взорвался от внутреннего давления, разлетаясь кровавыми ошмётками. Огромная фигура огра была уже совсем близко к стене, а химеры резво лезли по его спине и рукам.

Но огр все еще идет. Медленно, как в воде. Внезапно, он оглушающе зарычал, впадая в бешенство, и бросился вперед в последнем предсмертном рывке.

Я встретил Огра Кулаком хаоса и волна энергии ударилась в одну из его ног под колено. Он потерял равновесие и упал. Его тело вспахало землю перед собой, поднимая вверх не только дерн и пыль, но и трупы монстров.

Огр катился и катился вперед. Он почти доехал до стены по инерции и все-таки коснулся холодного камня кончиком головы. Даже этот слабый остаточный удар заставляет стену вибрировать.

Огр всё ещё дышит и пытается ползти, как гигантский таракан. Химеры набрасываются на него, добираются до уязвимых мест и рвут плоть. На огра обрушиваются десятки заклинаний и сотни стрел. Наконец, живой таран замирает.

Химеры бились с все еще сражающимися монстрами внизу. Дым от магических атак все еще висел в воздухе, застревая в горле. Громогласный рев огра оставил после себя лишь звон в ушах.

Раздались первые приказы командиров, заглушающие стоны раненых и тяжелое дыхание уцелевших. Кровь людей и монстров смешалась, оставшись толстым слоем на стенах и камнях. Повсюду были разбросаны куски разорванных тел.

Я провел ладонью по лицу, размазывая грязь и пот. Что-то все еще не давало мне покоя. Не химеры, хаос с ними. Что-то другое.

В этот момент стены содрогнулись от удара. Весну отбросило назад и я едва успел схватить ее за пояс и затащить обратно на стену.

Раздались тяжелые вздохи и ругательства.

Огр был мертв. Точно мертв. Тогда что это было?

— Спасибо, — прошептала Весна.

Но я ее не слушал, лишь смотрел в сторону главных ворот.

Туда, откуда до нас донеслось эхо удара. Туда, где вверх поднимались столпы пламени. Туда, откуда в воздух взлетело сразу полдюжины красных вспышек.

Глава 17

Я быстрым взглядом окинул поле боя. Огр лежал неподвижно, химеры жадно доедали его и сражались с остатками волны. С нашей стороны стены воины добивали подранков-тварей, сбрасывая трупы вниз.

Стражи здесь, на участке, понесли немало потерь. Повсюду лежали тела раненых и убитых. Со стороны главных ворот в воздух взлетели ещё две вспышки. Даже здесь я ощущал эхо ментальной магии.

Если в воздух взметнулось столько сигналов, значит наше место там, в гуще боя.

— Аскольд, собирай остальных и двигайтесь к главным воротам так быстро, как сможете.

Аскольд согласно кивнул. Его юшман был измазан чёрной кровью, кое-где между плит остались торчать застрявшие в зачарованной стали клыки и когти монстров. Его шлем был весь испачкан в птичьих перьях.

Я понимал — все устали, но перерыва быть не могло. Город ещё не был в безопасности. Я нашёл глазами Сольвейг. Она пинком сбросила тело паукообразного монстра вниз.

— Соль! — позвал ее я.

Блондинка в мгновение ока оказалась рядом. Да, она была единственной, кто мог не отстать от меня сейчас. Отсутствие техник перемещения в отряде ощущалось как никогда. Но всё сразу невозможно осилить. Нужно будет этим обязательно озаботиться.

— Давай за мной, — произнёс я, кивнув на соседнюю крышу.

Сольвейг вложила меч в ножны, и за её спиной раскинулись светло-бирюзовые крылья, чем-то напоминающие магию куполов. Она невольно собрала на себе взгляды всех — от стражей до наёмников и магов. Раздалась даже пара завистливых вздохов.

— А ну, собрались, мать вашу! Чё рты раскрыли⁈ Игнат, живо сюда! Притащи мне сюда Володиных, бегом!

Аскольд принялся тормошить хаоситов. До стражей ему дела не было, те и сами могли добить остатки волны и укрепиться здесь на стене. А затем, если потребуется оказать помощь соседним участкам.

Я же не сомневался в том, что одноглазый воитель сможет быстро собрать группу и двинуться на помощь к главным воротам.

— Осторожнее, — негромко произнесла Весна, отступая на шаг назад и пропуская Сольвейг к краю стены.

Ведьма с холодом смотрела на крылья наёмницы. Мне было не до женских взглядов.

— Не отставай, — выдохнул я.

Я тут же использовал Прыжок и перенёсся со стены на ближайшую крышу, а затем ещё раз — дальше. Запас маны был меньше половины, и это с учётом того, что посох позволял мне экономить примерно процентов по десять с каждого заклинания.

Я прыгал с крыши на крышу, грохотал сапогами по железным листам, иногда едва не поскальзываясь. Позади меня слышались хлопки крыльев, и я чувствовал, что Сольвейг летела за мной, стараясь не отставать изо всех сил.

Пространство буквально рвалось, искажалось, а я прыгал и прыгал, каждый раз возникая в новом месте.

Я уже не просто чувствовал, но и слышал звуки боя. Огонь был ближе. С неба стаи сиринов падали вниз смертоносными снарядами. В воздух били заклинания и летели стрелы.

Я вынырнул в новом месте и оказался прямо в охваченном боем дворе. Это был квартал у главных ворот. Ополченцы и ходоки отбивались от забравшихся сюда монстров. Во дворе и меж домов мелькали силуэты сражающихся воинов.

В нос ударил запах гари, крови и тухлого мяса. Воздух буквально дрожал от криков и звона оружия. Скрипели разбитые ставни, слышался плач и стоны.

Мне тут же пришлось уклоняться. На меня бросился змей с панцирем на голове и туловищем размером с половину телеги. Я отскочил в сторону и вызвал на конце посоха клинок из хаоса.

Змей ловко развернулся и бросился в новую атаку. На этот раз я вскинул посох, и магия хаоса распорола твари пузо, её кишки посыпались на землю.

Змей не обратил внимания на потерю и попытался ударить меня хвостом. Я кувыркнулся вбок и отправил в монстра три Воздушных серпа друг за другом.

Усиленные хаосом заклинания перерубили змею пополам. Она не червяк — располовиненной жить не будет.

Сольвейг схлестнулась с тремя сиринами прямо в воздухе. Её оберег пульсировал при каждой ментальной атаке тварей. Она ловко уклонилась от звуковой волны и рывком сблизилась с одним из монстров — её двуручный меч рассёк сирина напополам.

Второго монстра я сбил с помощью Клинка хаоса. С третьим Сольвейг разобралась сама и приземлилась рядом со мной. Я не видел ворот из-за густого удушливого дыма, но город уже был охвачен боем.

Крыши горели, улицы были заполнены сражающимися людьми и телами — как стражей и защитников Выкречи, так и монстров из Зоны. Самым худшим было то, что воздух кишел летающими тварями — сиринами, гарпиями, беркутами. Это означало одно: купола больше не работали.

— За мной! — скомандовал я и бросился вперёд.

Нам нужно было увидеть, что случилось с воротами и можно ли было остановить поток монстров.

Из-за поворота нам навстречу выскочил один из магов резерва в зачарованной кожаной броне с гербом Володиных. Его лицо было покрыто кровью, а глаза безумно метались по сторонам. Он шёл вперёд, не различая дороги, падал, поднимался и снова шёл.

— Что с ним? — быстро спросила Сольвейг.

— Сирин, — коротко ответил я.

Я запустил немного хаоса в тело волшебника. Его глаза на миг прояснились, он рухнул на колени, а затем схватился за голову руками и застонал:

— Помоги…

Мы с Сольвейг быстро затащили мага в соседний дом и рванули дальше. Оставлять его на улице значило приговорить к смерти.

Мы выскочили на улицу, ведущую к воротам. Я наконец смог увидеть весь масштаб произошедшего. Это была катастрофа.

Купола действительно не работали. Над улицами носились сирены и гарпии. Периодически твари выхватывали неудачно подставившихся людей, поднимали их в воздух и сбрасывали обратно на город.

Стражи же, особенно те, у кого не было оберегов или у кого закончилось действие оберегов, хватались за голову, падали на колени и зачастую бросались на собственных соратников — в глазах та же пустота, что у мага-резервиста. Похоже, ментальный удар был слишком силён.

Хуже было другое.

Там, где ещё вечером красовались массивные, укреплённые не только зачарованным деревом, но и заклинаниями ворота, зияла пробоина. И не просто разбитое дерево или выбитая створка.

Часть стены обрушилась внутрь, разлетевшись на почерневшие от магического жара куски, как будто её взорвали изнутри. Вокруг были разбросаны обломки камней, деревянные балки и искореженные остатки укреплений. Под ними ещё шевелились тела — и погибших, и ещё живых защитников.

Из пролома в город ломились монстры: ящеропсы, прыгающие по телам, змеи, перебирающиеся через стену, волки и прочие твари. Рёв, визг, стук копыт, крики — всё смешалось.

Хорошей новостью было то, что защитники всё ещё стояли. Стояли насмерть. Даже в непосредственной близости от пролома. Я видел бойцов из разных Родов — Володины, Островские, Караваевы. Были здесь стражники и ходоки, наемники и ополченцы. Они сражались плечом к плечу.

Часть монстров всё-таки просачивалась дальше во дворы, а некоторых тварей гарпии буквально забрасывали по воздуху в город. По ним летели стрелы и заклинания, но монстры не знали ни боли, ни страха.

Я использовал Дар хаоса на пехотинцах, усиливая столько из них, сколько мог. Тут же мечи и топоры обрушились на монстров с новой силой. Фигуры защитников засветились, замерцали едва заметной аурой — она была разного цвета, в зависимости от предрасположенности и эмоций бойцов. Где-то твари горели огнём, другие мёрзли, рассыпались на куски.

Заклинание потребовало от меня доброй половины оставшейся маны, но сейчас было не до скупердяйства — решалась судьба города.

Я чувствовал присутствие Мастера среди группы с гербами Володиных чуть позади, именно оттуда активнее всего отправлялись заклинания по воздуху. И ещё одного Мастера на стене.

Я рванул к группе магов Володиных, отрубая по пути конечности монстров заклинаниями и пробивая черепа навершием посоха. Сольвейг помогала расчистить забравшихся в тыл монстров — с ними же дрались и стражники.

Где-то справа раздался птичий крик гарпий, и на дом по соседству свалилась огромная черепаха. Под ней обрушилась железная крыша, а камень разлетелся во все стороны. Город рушился на глазах.

Я не чувствовал в доме присутствия живых людей — похоже, гражданских оттуда эвакуировали. Но оставлять черепаху было нельзя. Я запустил Кулак хаоса прямо в облако пыли. Туда, где чувствовал присутствие твари. Раздался хруст панциря.

— Добей, — скомандовал я Сольвейг. — А после дуй за мной.

Она бросилась в руины дома с двуручным мечом наголо.

— Максим! — окликнул меня знакомый голос.

Он был хриплым, но я узнал его сразу.

Ратибор Володин выглядел неважно: его доспех был обуглен, плечо дымилось, а руки и лицо были черными от сажи и пепла. Как будто он только что вышел из огненного вихря.

С ним была группа — почти два десятка магов, грязных, раненых и уставших. Они колдовали и продолжали сражаться за Выкречь.

— Где сирин? — сходу спросил я, пытаясь найти главную угрозу.

— Где-то за воротами, — быстро ответил Ратибор. — Мы её ранили. На ворота… Сам видишь.

Значит, подраненный монстр маскировался даже от моего восприятия где-то за стенами.

Я запустил Цепью хаоса в особенно обнаглевшую стаю гарпий. Звенья перебили сразу полтора десятка особей, сжимая их в смертельную хватку.

— Что с магом на стене? — задал я второй вопрос.

Тут же, словно в ответ, со стены сорвался большой огненный шар. Он загорелся над наполовину снесенной башенкой, среди дыма на секунду осветив разлом в воротах. Ратибор поднял Полог, но огненный шар ударил в стражников, сражающихся с монстрами в стороне. Раздался взрыв — тела буквально расплавились вместе с доспехами.

— Какого чёрта? — выругался я.

— Ворота снёс не сирин, — тут же объяснил Ратибор. — Похоже, часть людей вернулись из Зоны с меткой, командой, приказом или чем-то ещё. Вот падаль и ударила ментально — да так, что часть магов и воинов попросту перешла под её контроль.

— Кречетов… — тут же догадался я.

Я узнал огненную магию, примененную против меня. А даже если бы не узнал, в городе нет ещё одного огневика уровня Мастера.

В Полог ударилось сразу несколько звуковых волн и ментальных атак от сиринов. Значит, сейчас главной проблемой был не только монстр шестого уровня, но и Кречетов. А у меня с ним были свои счёты.

— С Мастером вопрос решу, — коротко бросил я.

На что Ратибор лишь согласно кивнул. Глава рода Володиных, похоже, изо всех сил сдерживал прорывающихся монстров и не мог отвлечься на ещё одного засевшего где-то в стенах Мастера. А ударить по ним площадным заклинанием значило разрушить ещё одну часть стены и погрести собственных людей под завалом.

Похоже, Кречетов почувствовал появление ещё одного сильного мага — всё-таки он был Мастером, а, значит, вполне мог меня засечь. В воздухе материализовались десятки горящих облаков.

— Ублюдок решил спалить нас заживо, — раздался голос одного из магов.

— Полога не хватит, — спокойно поставил меня перед фактом Ратибор.

— Я помогу, — тут же ответил я. — По моей команде…

Ратибор кивнул и сосредоточился. У нас было очень небольшое окно. Маны у нас обоих было немного, но Сфера сможет поглотить часть заклинания Кречетова, а Полог прикроет большинство бойцов от его остатков.

Я ждал. Горящие облака начали сгущаться. Воздух накалился, по лбу потекли капли пота.

— Сейчас! — крикнул я и бросился к стене.

Полог спал, и в тот момент, пока его не было, я подвесил в воздухе над сражающимися бойцами и магами Сферу хаоса. Мне не нужно было наполнять её большим количеством маны, Кречетов использовал очень сильное заклинание и Сфера наполнится сама. Над сражающимися бойцами тут и там возникли островки маны Ратибора в виде защитного Полога.

Я же просто бежал вперёд. Мне нужен был один точный Прыжок в тот момент, когда заклинание начнет действовать. Ещё немного… Ещё чуть-чуть…

У прыжка был свой радиус. Промахиваться было нельзя. Пока Кречетов занят своим заклинанием, он уязвим. К тому же, где-то там за стенами пряталась крылатая тварь.

Пыль и пепел буквально поднимались в воздух, медленно наполняя его гарью. Пожар. Над головой вспыхнул — первые капли огненного дождя начали падать на землю.

Я не видел, что происходило надо мной или за спиной. Я просто прыгнул в дым — туда, где колдовал Кречетов, контролируемый сирином.

Я выпрыгнул из дыма, как чёртик из табакерки, возникнув в двух шагах от Кречетова. Эхо хаоса от Прыжка заставило воздух вокруг напитаться хаотической энергией.

Кречетов стоял на краю стены, руки перед собой. Вся броня была оплавлена, под ней в пробоинах виднелись ожоги и раны. Его волосы были спутаны, он тяжело дышал и широко улыбался.

Остаточная мана после прыжка взорвалась, что сбило концентрацию Кречетова на один миг, но он смог удержать заклинание.

— Ублюдок, — ненавидяще процедил он.

Я ударил в него Кулаком хаоса, но он рассыпался красными искрами от защитного поля. Теперь я видел — за его спиной висела такая же красная нить, что исходила от огра. Значит, где-то неподалёку в воздухе завис сирин, дающий ему защиту от магии.

— Сдохните! — выплюнул Кречетов.

Я просто от души пнул Кречетова прямо в солнечное сплетение. Прямо в тот момент, как с его пальцев срывался последний поток маны, необходимый для заклятия. Красный барьер загорелся, но не помог волшебнику устоять. Он взмахнул руками, завалился назад и сорвался вниз.

Раздался короткий вскрик, а затем я услышал чавкающий звук. Я взглянул вниз — огненный волшебник напоролся на ряд кольев, оставшихся от укреплений, которые он сам же и разрушил. Иронично.

Несколько секунд он пытался выбраться и дёргался, как рыба на крючке, но в следующий момент красная нить рассыпалась.

За стенами протяжно и яростно завыл, и тут же поднялся в небо огромный израненный монстр, всё ещё в свежих ранах от защитного купола и заклинаний защитников. Он раскинул крылья, заслонив собой луну, а затем стремительно рухнул вниз — прямо на меня.

Я дураком не был и тут же совершил прыжок на соседнюю крышу. Монстр выхватил огромными когтями лишь пустоту и вновь принялся подниматься в небо. Я прыгнул с крыши вниз.

Сирин на этот раз рухнул на улицу, круша всё на своём пути. Земля задрожала, огромные лапы монстра заскрежетали о камни. Он приближался ко мне, разбрасывая все на своем пути — людей, монстров, куски зданий.

Тварь собиралась забрать меня с собой. Я поймал момент между взмахов её крыльев и ударил по ней Цепью хаоса, используя почти всю оставшуюся ману. Монстр словно не заметил. Его защищала кровавая броня, наподобие Доспехов хаоса.

Я использовал Прыжок в сторону. Маны осталось на полтора заклинания. Монстр промахнулся и вновь взметнулся в воздух, яростно закричав.

Ратибор ударил по твари Воздушным диском, а затем ещё одним, но это не помогло — похоже, сирин решил вложить оставшиеся магические силы в защиту.

Неожиданно с соседней крыши спрыгнула Сольвейг. Её собственные крылья разрезали воздух, а двуручный меч засверкал. Она рубанула крыло, заставив сирена взвизгнуть и дёрнуться в сторону. Он едва не задел её когтями, но воительница смогла увернуться и снова коршуном броситься на тварь.

В сирина били другие маги, но монстр, хоть и ослабленный, был все еще хорошо защищен.

Раздался свист, и в воздухе сверкнула алая стрела. Первый выстрел — и она вонзилась в здоровое крыло сирина. Вторая прилетела в бедро. Кровавый кварц, смешанный с Каменным цветком, пробивал защиту твари. Раны от стрел медленно покрывались каменным налётом и трещинами.

Монстр становился всё медленнее. Он дёргался в воздухе, стараясь спастись.

— В сторону! — скомандовал я.

Сольвейг одним взмахом крыльев отлетела на добрый десяток метров. Я же опустил на голову твари висящую под небом Сферу. Она успела напитаться огнём из заклинания Кречетова, а также ментальной магией летающих сиринов поменьше.

Огромная сфера опустилась, словно молот на наковальню. Она столкнулась с птицей. По алой броне, защищающей сирина, пошли трещинами. Я это видел, чувствовал и уже рвался вперёд.

Сирин попытался взмахнуть крыльями, но они не слушались. Когда тварь снова обратила внимание на меня, её глаза вспыхнули алым.

Я был уже близко и на навершии моего посоха горел Клинок хаоса — мое последнее заклинание.

Сирин ударил когтями, но я поднырнул под удар, проскользнул между лапами, подпрыгнул и со всего размаха вогнал посох прямо в грудь твари. В самое сердце.

Посох вошел наполовину и задрожал. Тварь забилась в конвульсии, размахивая крыльями, пытаясь достать меня. Бесполезно.

Сирин бился, трепетал, визжал, но я крепко держал посох, загнанный в мягкую, податливую плоть. Оказалось, что под магической защитой — это обычная птица.

Наконец, шестиуровневый монстр перестал дёргаться и завалился на спину. Я вынул посох из груди твари, и меня тут же залило горячей кровью.

Рядом приземлилась Сольвейг и смахнула с меча кровь. За спиной Ратибор отдавал команды, стабилизируя оборону. В пролом в стене все еще ломились твари, пусть их и стало чуть меньше.

Шестиуровневый монстр был повержен. От него осталась лишь изувеченная туша с каменными прожилками.

Но бой не был окончен. Зачистка Выкречи от монстров только начиналась.

Глава 18

Смерть шестиуровневого монстра не остановила тварей. Лишь несколько стай сиринов бросились наутек, хлопая крыльями. Гарпии продолжали бросаться вниз, а в пролом в стене всё ещё ломились монстры. Там кипел ожесточённый бой.

По сравнению с пиком атаки волна ослабла, но всё ещё представляла немалую угрозу. Армия монстров карабкалась по телам павших сородичей, по обломкам и горящим балкам. Я видел израненных, потерявших конечности тварей, которые все еще пытались заползти в город. Даже такими они были смертельно опасны.

Дар хаоса, использованный мной на защитниках, медленно затухал. Невооруженным глазом было видно, что воины устали — удары стали медленнее, движения тяжелее. Но люди не сдавались и продолжали сражаться за Выкречь.

Зачарованный доспех, подаренный Островским, успел скопить немало остаточной маны от хаоса, творящегося вокруг, и сейчас служил для меня запасным резервом. Его едва хватит на что-то серьёзное, но мне и не требовалось площадных заклинаний.

Мне предстояло выбрать, как применять силу. Я выдернул посох из мёртвого сирина — окаменевшая плоть треснула и осыпалась, как высохшая глина.

— Егор, сбей эту тварь! Живо! Сашка, трое с тобой — и вон в том доме занять позицию на крыше!

Даже здесь, в стороне, я слышал команды Ратибора. Его голос срывался, он хрипел, но продолжал руководить обороной.

— За мной, — коротко скомандовал я.

Сольвейг уже двигалась, не дожидаясь моих слов. Мой посох с клинком хаоса на навершии снова превратился в подобие алебарды. Я отмахнулся от бросившейся на меня с яростным криком гарпии, разрубив тело монстра пополам. Сольвейг проткнула пасть напавшего на неё ящеропса, практически насадив его на клинок, как на шампур.

Мы работали с ней в связке — рубили, кромсали и отмахивались от монстров. В основном летающих. Несмотря на то что часть сиринов сбежала после падения вожака, гарпии, беркуты и некоторые сирины всё ещё продолжали сражаться. Но теперь небо уже не выглядело чёрным от их количества.

Я с Сольвейг смог пробиться к моему отряду, который вёл Аскольд. Под его командованием были не только члены отряда, но и стражники, ходоки и наёмники, которых он, похоже, подхватил по пути.

Ядро из хаоситов действовало слаженно, расчищая монстров отработанными движениями, не разбивая строй даже в творящемся вокруг хаосе. Мои бойцы сохраняли спокойствие, использовали атакующие и защитные техники, не давая врагам подступиться к магам.

Я схватил с пояса флакон с эликсиром, восстанавливающим ману, и залпом выпил его. Второй, к сожалению, треснул — явно был повреждён где-то в бою. Я откупорил ещё два зелья и выпил их одно за другим. Сейчас необходимо было максимально быстро восстановиться.

Мы пробились к Ратибору. Глава рода Володиных выглядел неважно: доспех в свежих вмятинах, покрыт сажей, один наплечник держался на заклинании, а не на креплении. Под пеплом на лице я мог заметить едва светящиеся синие щупальца, тянущиеся от шеи к скулам и глазам.

Ратибор держался исключительно за счёт силы воли и алхимии. Могу только представить, сколько маны потратил Мастер, чтобы сдержать первый прорыв сразу после того, как ублюдок Кречетов взорвал ворота.

Маги Володиных и сам Ратибор чертили защитные глифы, выстраивали заслоны и защищали барьерами слабые звенья в обороне, не давая большей части монстров прорваться в город. Но даже так фланги были не защищены — именно оттуда по стене и вглубь города выбирались твари. В том числе и из-за того, что купола поблизости не работали, а одна из башен вообще была словно срублена неведомым великаном.

Весна вспыхнула изумрудным пламенем, но на этот раз в нём были и чёрные всполохи. Она поставила Частокол там, где ряды бойцов совсем просели, а затем начала обвивать уцелевшие куски стены лозами, чтобы монстры не могли пробраться по ним внутрь крепости.

Я использовал половину оставшейся в доспехе маны. Дар хаоса второй раз сколдовать я бы не смог, но помочь державшимся из последних сил воинам было необходимо.

Через несколько мгновений заклинание Восстановления захлестнуло бойцов первого ряда — тех, кто сражался на грани жизни и смерти. Их движения стали более резкими, а вокруг доспехов словно появилось небольшое защитное поле, мерцающее при движении. На мгновение линия защиты даже как будто чуть выпрямилась, будто сама земля под ногами бойцов стала крепче.

Я мог лишь временно дать им немного физических сил. Нам и самим сейчас предстояло занять место на передовой.

— Мы удержим левый фланг, — с ходу бросил я Ратибору.

Он сразу же согласился.

— С богом, — ответил он, запуская в воздух ещё одну красную вспышку.

Из города вслед за моим отрядом медленно, но верно стягивались небольшие группы подкреплений. Пехотинцы выстраивались вдоль улицы, сражались с монстрами и усиливали оборону. Магия била по небу, а кое-где лекари вытаскивали раненых из-под завалов и оказывали первую помощь.

Но выглядели они неважно. По их виду было понятно, что это воины с других участков, где всё стабилизировалось, плюс те, кто пришёл в себя после ментального удара. У некоторых текла кровь из ушей, у кого-то дрожали руки, а глаза были красными от лопнувших капилляров. Но они держали оружие наготове и шли вперёд. Молча, с лицами, на которых не осталось ничего, кроме усталости и решимости.

Ратибор откупорил и выпил ещё одно зелье. Вот у кого от такого количества алхимии будет откат…

— Серёга, Ира — прикройте отца! — произнес я.

Брат с сестрой не осмелились возражать, хотя я видел в их глазах желание сражаться в первых рядах. Но сейчас они были нужнее здесь. К тому же, я дал Ратибору слово, что они выживут. Ира уже с лихвой перевыполнила всё, что я от неё ожидал — если бы не её стрелы, ни огр, ни сирин не были бы повержены.

— За мной! — крикнул я остальным, усиливая голос маной. — Удержим пролом!

Мои слова эхом разнеслись по округе. Я повёл свой отряд вперёд — туда, где нам нужно было продержаться до прибытия остальных подкреплений.

Защитники оборонялись полукольцом вокруг разлома в воротах. Мы двинулись к левому флангу. Я использовал точечные, эффективные заклинания, стараясь не тратить ману зря.

Одним Воздушным серпом сбил паука, забравшегося за спину троим стражникам. Клинком хаоса — сразу двух гарпий, которые схватили мага-ученика с одной из крыш. Благо, они не успели поднять его уж слишком высоко, и тот остался относительно цел.

Пока мы пробивались к флангу, к нам прибилось несколько десятков ходоков, наёмников и стражей. Всё равно, мы сейчас едва ли были ударным кулаком, да и ни о какой стратегии, кроме защиты, речи не шло.

Мы заняли своё место на фланге, словно недостающий кусок пазла.

Сражаться приходилось буквально на обломках и телах — как монстров, так и людей. Воздух здесь вонял трупным смрадом. Всё вокруг словно горело от заклинаний.

Два Змея-одиночки второго уровня прорвались внутрь, огибая главную линию обороны. Один из них, длинный, как кнут, и покрытый бурыми пластинами, бросился прямо на первый ряд моих бойцов.

Я отправил в него Кулак хаоса, прямо в наглую морду. Чешуя захрустела, а змей потерял импульс от прыжка. Его встретили слаженно работающие палаши.

Во второго Змея я запустил Клинком хаоса. Сгусток маны пробил бок, но тварь не замедлилась. Иван запустил в него два Воздушных клинка, но они едва пробили чешую.

Тогда я направила вперёд Морок, собственную иллюзию. Змей с шипением бросился на неё и проскочил насквозь, влетев прямо в клинки стражников. Брызнула черная кровь, и хаоситы добили извивающегося змея напитанными маной палашами.

Несколько гарпий спикировали вниз. В грудь одной вонзилась стрела — её уже ждал арбалетчик. Гарпия закружилась и рухнула, царапая камни. Вторую и третью поразили заклинания магов.

Сольвейг с Аскольдом сражались в первом ряду вместе с хаоситами, тем самым позволяя мне, Ивану, Весне и ещё нескольким магам спокойно колдовать.

Пусть мы все отлично сбивали летающие цели и помогали бойцам ближнего боя не поймать на себя уж слишком сильного или неудобного монстра, но именно Весна была той, кто защищала бойцов от летальных ранений.

Щиты, куски дерева, барьеры. Как физические, так и магические. Она импровизировала и использовала любые обломки, чтобы не дать бойцам лишний раз подставиться под атаки монстров.

Один из ополченцев поймал ящеропса на пику, но не успел увернуться от удара хвоста, и его отбросило в стену. Я шагнул вперёд и ударил по ящеропсу зарядом хаоса. Шкура монстра загорелась, а плоть под ней закипела изнутри. Пёс завыл и рухнул на камни.

Место ополченца занял Игнат, он был со щитом стражника, подобранным где-то по пути. Он отражал удары когтей и клыков щитом, его броня звенела, но он держался. Хаоситы прикрывали его с флангов.

Они действовали слаженно, как я учил. Один бил, другой прикрывал тех, кто пытался прорваться сбоку. Тренировки не прошли даром. Я почувствовал короткий момент гордости, быстро прерванный ментальным ударом.

Атаку сирина остановил небольшой защитный Полог, а затем в бок твари прилетело сразу две энергетических стрелы друг за другом. Они разорвались, и вниз посыпались кровавые ошмётки.

Не знаю, сколько мы держали фланг, но моя мана медленно, но верно испарялась, а заклинания одно за другим поражали врагов. Мои бойцы орудовали палашами, кромсали плоть монстров, уворачивались, прикрывали друг друга. Сольвейг буквально светилась изнутри.

Луна уже закатилась куда-то за дома, ближе к горизонту. Я колдовал, отдавал приказы и прикрывал бойцов. Медленно, но верно наши ряды пополнялись — стражники и наёмники, ходоки и ополченцы. Они подтягивались сюда, к месту единственного настоящего прорыва в обороне.

Я был уверен — по внешнему виду, многим на стенах пришлось несладко. Но именно здесь сейчас решалась участь Выкречи. В проломе кучами лежали тела. Если бы не постоянно используемые заклинания, то они, пожалуй, могли бы сформировать настоящий бастион. Но огонь сжигал трупы и плавил доспехи, кислота растворяла плоть, а ветер отбрасывал трупы.

Всё, что я слышал — это лязг металла, тяжёлое дыхание, человеческие и звериные крики и глухой, едва уловимый смех Аскольда после того, как с сабли сорвалась Ударная волна.

Земля задрожала. Удар страшной силы раскидал туши монстров — не только на нашем фланге, но и тех, кто пытался залезть в брешь в воротах. В воздух вместе с телами тварей полетели кирпичи и деревяшки. Поднялся столб пыли. Если бы я стоял ближе, то меня бы оглушило.

— А раньше он её использовать не мог, — пробубнил Рома, сдувая волну пыли заклинанием.

— Меняемся! — прорычал я.

Удар Аскольда вложенным в саблю заклинанием позволил ротировать бойцов в передних рядах — не только мне на левом фланге, но и центру обороны. Уставшие, измазанные в собственной и чужой крови бойцы уступали место более свежим защитникам.

Сквозь шум боя я услышал гул. В переулках показались силуэты — свежие бойцы. Я увидел знамёна и гербы Островских. К месту боя устремлялась не только Родовая стража и маги Островских, но и несколько крупных отрядов из Родов поменьше.

На правом фланге уже как полчаса всё ярче и ярче светились заклинания церковников. Похоже, что именно с той стороны и было основное скопление солнечников. Я иногда видел Рысева, а несколько высокопоставленных солнечников использовали сильные заклинания в ближнем бою.

— Купола! Посмотрите на купола! — раздался полный надежды голос.

Я бросил быстрый взгляд наверх. Действительно, на соседней башне загорелся бирюзовый защитный купол. С него сорвались сразу несколько заклинаний, которые сбили несколько десятков летающих монстров. Небо, похоже, было за нами.

Я практически сразу почувствовал, что ментальное давление сиринов спало — летающие твари бросились врассыпную, спасаясь от сбивающих их лучей.

— Ко мне! — скомандовал я, усиливая голос маной.

Я выдернул свой отряд с передовой назад.

Родовые воины Островских успели занять передовую линию на нашем фланге, сменив собой уставших бойцов. Я встретился глазами с волшебником, ведущим их — это был Андрей Островский. Я лишь молча кивнул ему. Он ответил мне тем же. Теперь была его очередь.

За спиной вспыхнул ещё один защитный купол. Таким темпом монстрам осталось совсем недолго.

Я смотрел на свой отряд. Все были живы, но выглядели так, будто прошли через жернова. Прохор, один из моряков, держался за плечо — доспех был пробит, а кровь сочилась сквозь сталь. Игнат прихрамывал, а на его подбородке красовалось несколько отметин от когтей гарпий. Щит в его руках был выгнут. Иван был бледен от потери маны, а Рома мелко подрагивал.

Весна держалась бодро, даже несмотря на потраченную ману. Хаос явно позволил ей спокойнее использовать её способности и без всякого отката. У хаоситов были потрёпаны доспехи, они были измазаны в крови, в кишках, в перьях. Все тяжело дышали, но Аскольд, несмотря на всё это, хищно скалился.

Живые, на ногах и держатся. С заработавшими куполами, медленно, но верно истончающейся волной монстров и прибытием крупных групп подкреплений — пролом будет закрыт в ближайшее время.

— Отходим! — скомандовал я и повёл своих бойцов туда, где чувствовал присутствие Ратибора.

Глава рода Володиных окопался среди развалин одного из домов. Здесь же был и Константин Островский.

Ратибор коротко координировал магов, направлял подкрепления к разным участкам и быстро формировал мобильные группы. Было видно, что глава Рода Володиных находился в своей стихии.

— Третья рота — к Дому найма. Костя, пусть твои перекроют небо над Торговой площадью туманом. Там ещё остались твари.

Ратибор заметил моё появление, коротко мне кивнул.

— А где Астахов? — спросил я.

Комендант не был слабым магом, явно должен был присутствовать здесь вместе со мной, Островским и Володиным. Даже Рысев сражался с тварями, несмотря на свой статус. Ладно тот же Караваев, он-то не боец.

— Дерьмо своё небось разгребает, — злобно сплюнул Ратибор.

Выкречь устояла, но оставался вопрос цены. Если Князь узнает, что произошло в крепости во время защиты, Астахову никакие трюки уже не помогут.

— Хрен с ним, — махнул рукой я. — Пусть прячется. Я готов вести отряд на зачистку кварталов.

Ратибор обернулся и посмотрел на моих бойцов, расположившихся рядом с домом. Это было легко сделать, так как нескольких стен просто-напросто не было, они были разнесены до кирпичей и осколков.

— Добро, — согласился он.

— Я дам тебе своих бойцов и магов из резерва, — тут же проговорил Островский.

Он не стал медлить и принялся выделять подходящих бойцов.

— На Торговой площади засела стая монстров, да не одна, — деловито проговорил Ратибор. — Туда вообще летающие твари набросали ублюдков…

— Значит, туда и направимся, — коротко ответил я.

Ратибор быстро ввел меня в курс дела, и я вышел наружу. Моих бойцов уже обрабатывал лекарь, а Весна тоже залечивала раны настолько, насколько могла.

— Я возьму тех, кто на ногах, — произнёс я, обращая на себя внимание бойцов. — Остальные — на перевязку и лечение. Чтоб в бой без моей команды не вступали. Ясно?

Ответом мне был нестройный гул голосов.

Ещё бы — не хватало потерять кого-нибудь по дурости после того, как две мясорубки закончились. Я и так видел, что на ребят навалилась усталость, особенно сейчас, когда адреналин и усиливающие заклинания отступили.

Поэтому я переформировал группу прямо на месте. Взял с собой Аскольда, Сольвейг, Весну и ещё двух хаоситов. К отряду присоединилась полдюжины воинов трех-четырех звёзд, вооружённых топорами и секирами, несколько арбалетчиков и магов ранга Адепт.

К группе вполне ожидаемо присоединились и Серёга с Ирой, у которых руки всё ещё чесались до битвы. Итого, мы были достаточной силой, чтобы справиться с разрозненными монстрами, забравшимися за защитную линию Выкречи.

Я повёл отряд через переулки и улочки, оставляя позади медленно затухающую битву у главных ворот. Город встретил нас пеплом, гарью и разрушениями. Двигаться пришлось осторожно, я сканировал каждое здание одно за другим, а затем один из магов ставил метки на карту.

Было много полуразрушенных домов, почти нигде не уцелели ставни и окна. На улицах лежали трупы — монстров, защитников и мирных жителей. Несколько раз приходилось отбиваться от гарпий, но маги Островских справлялись на отлично.

Одну стаю монстров мы встретили на развалинах разрушенной лавки на окраине Торгового квартала. Ящеропсы вырвались из-под полы, раскидывая камни, но были встречены сразу несколькими атаками.

Волшебники ударили по ним огнём и электричеством, отчего раздался громкий взрыв. Я точно ударил двумя Воздушными серпами, а затем бойцы вступили в ближний бой, нанося удары клинками и топорами.

Когда мы закончили, то обнаружили в лавке останки её владельца и его семьи. Никто не уцелел.

— Двигаемся, — скомандовал я, и мы пошли дальше.

Мгновенная смерть от нападения монстров была не самым плохим вариантом. Дальше мы нашли подчинённую сирином женщину, горожанку с изуродованным лицом. Она сидела на ступенях дома и хрипло пела, убаюкивая кровавый свёрток на руках.

Я сразу ударил в неё магией, и тонкая искра из хаоса вошла женщине прямо в лоб. Она откинулась назад, выгнулась дугой и забилась в конвульсии. Из её рта полилась чёрная пена. Ира быстро добила её стрелой.

Кто-то из магов Островских сделал несколько шагов вперёд, явно намереваясь посмотреть на свёрток.

— Назад, — холодно процедил я.

Спасать там было уже некого.

Мы двигались дальше — улочка за улочкой, перекрёсток за перекрёстком. Постоянно сталкивались с небольшими стаями монстров. В одном из домов наткнулись на молодого медведя-одиночку со сломанными лапами. Его, похоже, сбросили гарпии, а затем он заполз сюда на первый этаж, оставляя за собой след из чёрной крови.

Медведь разнёс первый этаж, ворочаясь, кувыркаясь и сопротивляясь, но в итоге всё равно остался лежать безжизненным мешком с костями.

Мы вошли на Торговую площадь под прикрытием ближайших домов. Воздух над нами мерцал от ядовито-зеленых облаков, мерцающих магией. Там, внутри билось в агонии несколько стай летающих тварей — беркутов, гарпий и сиринов. Они падали на землю и бились в конвульсиях, умирая прямо на наших глазах.

На площади были разбросаны разбитые телеги, кучи тряпья, мешки и тела монстров и жителей. Среди них скрывалось сразу несколько стай тварей.

— Живых людей нет, — тихо предупредил я отряд.

Первыми на нас бросились гигантские крысы. Грызуны, защищенные черным мехом и чешуей, атаковали без всякого страха. Я среагировал первым и запустил вперед Цепь хаоса, а следом Весна, решив не разбираться, обрушила на площадь дождь из кольев.

— Что? — невинно спросила ведьма, когда я взглянул на нее.

Дальше мы двигались плотным строем, зачищая каждый закуток. Из-под прилавков и телег на нас бросались монстры, но наши стрелы, клинки и заклинания были быстрее.

Я чувствовал, как с другой стороны Торговой площади нам навстречу движется еще один отряд защитников. Медленно, но верно мы приближались друг к другу, убивая монстров на пути.

С одной из крыш на нас сиганула здоровенная болотная лягушка. Один из воинов Островских принял ее атаку на щит, а следом мои хаоситы пробили бока монстра клинками. Завершил дело маг-огневик.

Стрелки то и дело выцеливали падающих с неба тварей, не давая тем ни единого шанса спастись. Мы остановились, когда я, наконец, перестал чувствовать присутствие монстров на площади. Как раз в этот момент мы столкнулись с группой, идущей нам навстречу. Это оказались ходоки из Дома найма. Я даже заметил несколько смутно знакомых лиц.

Мы стояли посреди разрухи и дыма. Над головой все еще клубился ядовитый туман, осыпая нас мертвыми птичьими телами.

На горизонте медленно всходило солнце, освещая результаты побоища в Выкречи. По городу зазвенели колокола — осада была окончена. Но какой ценой?

Глава 19

Звон колоколов эхом прокатился по городу, возвещая о победе. Я опустил посох, вдыхая прожженный воздух полной грудью. Мана была почти на нуле. Спина болела, как будто я весь день таскал мешки с камнями, а мышцы саднило от напряжения.

Несколько бойцов из отряда сели прямо на булыжники, кто-то прислонился спиной к обломкам телеги. Не было криков радости, триумфа победы или чего-то такого, только тяжёлое дыхание и усталость.

Ко мне подошла Весна, вытирая руки куском ткани. Одежда была в пыли, она больше не светилась изумрудным — похоже, тоже потратила почти всю ману.

— Это всё? — устало спросила она, оглядывая торговую площадь.

Я использовал крупицы маны, чтобы просканировать город вокруг. Весна спокойно подождала, пока я закончу.

— На этой стороне города да. Остались небольшие группки и одиночки кое-где, но основные очаги подавлены. Сейчас будут дозоры, зачистки и вылазки по разрушенным районам…

Я обвёл взглядом отряд. Здесь были не только мои хаоситы, но и воины и маги Островских, несколько прибившихся ходоков, пара наёмников, стрелки из стражи. Сборная солянка из защитников, где каждый этой ночью не просто сражался за Выкречь, но и выжил.

— И похороны, — печально произнесла Сольвейг.

Она стояла немного в стороне, её крылья исчезли, оставив после себя только мерцание в воздухе. Лезвие меча было покрыто зазубринами и кровью, а доспех прожжён в двух местах.

— Это уже не наша работа, — ответил я.

Она в моих словах сейчас не нуждалась. Для меня это была очередная осада — первая в этой жизни, но не первая вообще. Для Аскольда и хаоситов скорее всего тоже. Вряд ли они сражались с монстрами, но по их пути от Северного моря сюда они успели поучаствовать в сражениях. Может, поэтому Аскольд особо и не переживал, а спокойно вырезал клыки у Змея рядом, ловко орудуя кинжалом.

Здесь, на Торговой площади, мы пересеклись с отрядом воинов из рода Караваевых. Логично, ведь они обороняли центр города и не думали особо лезть к окраинам и уж тем более к стенам. Но они всё равно успели натерпеться. Они не бежали и не шли строем, а устало плелись.

Возглавляющий их воин пяти звёзд в кольчуге с овальным щитом и саблей вышел вперёд, подняв руку в знак приветствия. Я махнул ему в ответ.

— От Верхнего города шли? — спросил я.

— Верно, — ответил воин Караваевых хрипловатым голосом. — Он почти не пострадал. Западный сектор почти полностью очищен.

Я подтвердил свои догадки. Всё-таки самый опасный участок — это восточный. Впрочем, у каждого в этом бою была своя задача. Если Караваевы смогли защитить Верхний город и вычистить центр от немногих, но всё же залетевших сюда монстров, то и хрен с ними. Главное, что не бездействовали.

— Добро, — не стал докапываться до них я.

Наши отряды быстро обменялись информацией, и мы разошлись. Я как раз сообщил об одном из участков, где всё ещё оставались монстры, и они двинулись в ту сторону, делая крюк. Мы же направились обратно к воротам.

Боевая задача была выполнена. Теперь мне предстояло узнать, как всё закончилось у ворот, и скоординировать действия с Ратибором.

Когда мы вышли с Торговой площади, ядовитые облака сменились на обычные серые и рваные, низко нависающие над Выкречью и изредка разгоняемые лучами рассвета. Пахло гарью, мёртвой плотью и пеплом. Кажется, город пропитался этими запахами.

— Сейчас бы дождик, — вздохнул Аскольд.

Чем дальше от Торговой площади мы уходили, тем больше на улице лежало тел — монстров, защитников, обычных горожан. Они лежали там, где их застала смерть. Кто-то с застывшим ужасом, кто-то с искаженным в боевом кличе лицом.

В домах повсюду были выбиты ставни и окна, крышам досталось особенно серьёзно. Повезло тем, у кого они были железными. В переулках тлели угли, тут и там в городе всё ещё мерцали магические ловушки, расставленные заранее для убийства монстров. В воздухе витала остаточная мана и магические испарения — их было всё больше, чем ближе мы приближались к главным воротам.

Во дворах из-под завалов доставали раненых и убитых. Где-то колдовали волшебники. Если смотреть по сторонам, то можно было увидеть дым, висящий над многими кварталами. Несколько водных магов ходили по дворам, вычерпывая воду из колодцев и создавая заклинания, чтобы потушить горящие дома. На одной из лавок висело небольшое облако, из которого падали капли дождя.

— Вот тебе и дождь, — проговорил я.

Аскольд лишь усмехнулся и пожал плечами.

По пути пришлось несколько раз останавливаться и добивать всё ещё дёргающихся живых тварей, но это уже была их агония, не более.

В том дворе, куда я переместился Прыжком, пришлось задержаться. Когда мы проходили мимо, в арке рухнула балка, а вместе с ней повалился и фасад соседнего дома. В доме чувствовалось присутствие людей, укрывшихся в подвале.

Доставали их все вместе. Где-то использовали магию, где-то подручные средства, а иногда просто разбрасывали камни и обломки руками. Я достал из-под завалов пацана лет тринадцати, а вместе с ним бабушку в цветастом платке. Вся в пыли и саже, старушка молилась, сжимая потухший и неработающий оберег солнечников, как будто он мог ей помочь.

Несколько раз мы останавливались и колдовали восстанавливающие и исцеляющие заклинания до тех пор, пока мана не опустилась почти в ноль. Весне пришлось остановиться, когда у неё начали бледнеть губы.

Помочь всему городу все равно не получится.

По пути наткнулись на нескольких стражников, сидящих вдоль улицы прямо на камнях. Доспехи покорёжены, одежда порвана. Они молча сидели перед телами товарищей и пили что-то из железной фляги по очереди.

Главным воротам досталось больше всего.

Вся площадь, где пал сирин, была выжжена до черноты. Повсюду виднелись следы лап и копыт. Тут и там смешались перья, окровавленные и обугленные тела и потроха, беспорядочно разбросанные, покрытые инеем или обугленные камни и остатки укреплений.

Сам же пролом в воротах был завален телами людей и монстров. Родовые знамёна, плащи, серые доспехи, сломанное оружие, разбитые щиты — всё смешалось в огромной бесформенной куче.

— Ты посмотри-ка на этих ублюдков, — выпалил Аскольд, тыча пальцем куда-то в сторону ворот.

Я проследил за его жестом и увидел, как церковники в светящихся доспехах кружатся вокруг убитого мною сирина шестого уровня.

— Сейчас разберёмся.

— А я с тобой, — боевито сказал Аскольд.

Солнечники даже не думали обращать на нас внимание, явно увлеченные монстром.

— Что-то интересное увидели? — сходу спросил я, когда мы подошли к ним.

Вперёд вышел главный из солнечников, одетый во всё ещё сияющий изнутри доспех. Это был мужчина лет сорока-сорока пяти, воин пяти звёзд. Впрочем, у церковников были свои ранги и способности.

— Вообще-то город сам распределяет долю каждому отряду, — начал умничать солнечник, поправляя гриву золотистых волос.

— Вот эту тварь, — процедил я, стуча навершием посоха по окаменевшим перьям сирина, — ранили воины Володиных, а убил лично я. Мы с Ратибором сами, без сопливых, разберёмся, как нам поделить добычу.

— Защитники города не могут… — попытался возразить солнечник.

— Я ходок. У нас один закон: кто убил — того и трофеи. Ещё вопросы есть?

Церковники немного поспорили, распушив перья, но больше для виду, и отчалили, бубня что-то про хаоситов.

Ратибора я нашёл на том же месте. Он выглядел неважно, даже несмотря на закончившуюся битву.

— Торговый квартал зачищен, — сразу же проинформировал я главу рода Володиных.

— Я отправил группу за ворота, — ответил Ратибор, — подчистить недобитков.

— Помощь нужна?

— Нет, — отмахнулся он. — Ты и так сделал больше, чем должен был.

Каждые несколько минут, а то и чаще, нас прерывали. Ратибор постоянно отдавал приказы, принимал отчеты, делал пометки на карте и что-то обсуждал. В общем, был центром восстановления порядка.

— Комендант не появился? — спросил я.

— Где-то в Верхнем городе, в штабе командует. К черту его.

Я видел, как Ратибор скривился при упоминании Астахова.

— К чёрту, — усмехнулся я. — Слушай, что с сирином и огром делать будем?

Я решил не тянуть и перейти сразу к делу.

— Сирин твой, — тут же ответил Ратибор. — С отрядом уж сам разберёшься, как поделить. А вот с огром будет сложнее. Там всё-таки действовал не только ты.

— Ну, тогда может, как положено? Город распределит деньгами? — предложил я.

Честно говоря, это было разумно. У огра самыми полезными были органы, так как кожа — это вообще загрубевший доспех, с ним возиться тысячу лет. Один глаз ему, кажется, Ира пробила.

Там, может, ещё зубы и кое-что по мелочи были, но чтобы пробиться под толстую шкуру, затрат было бы больше, чем пользы. Да и части монстров в городе на днях резко подешевеют, когда на рынок хлынет волна трофеев. Лучше уж деньгами, хоть и по оценкам города.

А вот с сирином другая ситуация. Все ингредиенты с него будут нарасхват, но не здесь, а в Стужевске, столице региона. Так как монстр уникальный.

— Да, можно и так, — согласился Ратибор. — Как только освободятся лишние руки, монстра к тебе привезут мои люди. Сейчас сам понимаешь, телегу нигде не найдёшь. Ни одну часть сирина никто чужой пальцем не тронет — слово даю.

— По рукам, — легко согласился я.

Мы пожали руки.

Следующие несколько дней в городе были хаотичными и полными суматохи. В основном мы проводили всё время в избе, лишь изредка выбираясь в город. Иногда к нам заходили соседи за помощью, на что я чаще всего отвечал согласием, даже несмотря на то, что часть отряда восстанавливалась от ран и повреждений после осады.

С этим в основном помогала Весна и заранее закупленные и подготовленные эликсиры и зелья. Воины Ратибора действительно притащили сирина к нам во двор, прямо к избе. Так что в один из дней я разделал эту огромную тварь.

Трофеев было множество, и мне пришлось провозиться без перерыва целый день, потроша тварь и засовывая добычу в мешки и контейнеры. Клюв, окаменевшие перья, глаза, органы и когти — всё это могло быть использовано как в алхимии, так и в оружейном деле или ремесле.

Ко мне даже несколько раз приходили перекупщики от Караваевых и Родов поменьше. Они хотели выкупить часть трофеев по «рыночным ценам». Я послал их в далёкое пешее путешествие, всех вместе. Пусть цены на части монстров и упали, но в моих руках были уникальные вещи, и продавать их за бесценок я не собирался.

Начали приходить первые новости из округи. Большинство эвакуированных деревень не пережило наступление монстров. На их пути лежала и избушка Весны, так что, даже несмотря на защиту, я не сомневался — теперь ведьма точно перебралась к нам насовсем. Впрочем, мне нужно было ещё обсудить с ней это лично.

В городе всё ещё не хватало лекарей, магов и рабочих рук. Было много раненых, и новости о том, что соседние крепости и города подверглись нападению, не давали населению покоя. Выкречь устояла, но не все крепости и городки справились.

Из разговоров и слухов я мог понять одно. У всех был лишь один вопрос — чем занят князь?

* * *

Зал собраний собора Солнца в Кровенцке был спрятан за тяжёлыми дверями. Стены здесь не были украшены фресками, а были выложены гладкими плитами, заложенными ещё при основателях этого места.

Под высоким потолком и спокойными взглядами с портретов в стенах, украшенных позолотой, проходил совет. Сквозь разноцветные стёкла пробивались лучи солнца, но их блики не согревали ни пыльные свитки, ни серебряные пластины, ни карту, разложенную на высеченном из камня столе.

Этот совет с одной стороны нельзя было назвать военным — ведь на нём не присутствовали ни князь, ни бояре, ни командиры. С другой стороны, здесь обсуждалась лишь война.

В зале находилось пятеро, все в одеяниях церкви Солнца. Будь то доспехи с выгравированными знаками отличия, мантии с вышитыми лучами или кольца с символами веры. Кроме одежды, присутствующих выдавала и аура — жёлтая, светящаяся, словно блики солнца.

Этот совет не был похож на княжеский. Здесь не спорили, не перебивали друг друга и даже толком не обменивались взглядами. Всё, что нужно было сказать, уже было сказано на поле боя под Кровенском. Победа была добыта, приказы исполнены. Сейчас же обсуждались детали.

Илья Лучезаров, старший жрец церкви Солнца в Стужевске, борец за чистоту веры и инквизитор, сидел во главе стола. Он отправился в это путешествие по личной просьбе Никиты Добрынева, князя. Под накинутым капюшоном едва ли можно было разглядеть его лицо.

Ему докладывал один из жрецов:

— Люди князя сработали безукоризненно. Линия окружения была разорвана с минимальными потерями княжеской дружины. Кровенцк отбит.

— Какова ситуация с населением? — спросил Лучезаров.

Его голос был спокоен и холоден, как стены, окружавшие его.

— В самом городе более восьмидесяти пяти процентов выжило. В деревнях окрестных потери серьёзнее, но не критичны. Есть сгоревшие дворы, но они будут восстановлены. На месте уже работают наши послушники и маги.

Хронист, сидящий за столом, скрипел пером по бумаге, записывая каждое слово. Возможно, когда-нибудь сегодняшнее собрание станет частью не архива, а летописи или сказания… О возвышение церкви Солнца, разумеется.

— Божественный порядок восстановлен, — надменно произнёс один из присутствующих жрецов в зачарованном доспехе с изображением солнца. — Мы вознесём молитву об успешном истреблении монстров в полдень.

В зале повисла тишина.

Лучезаров холодно смотрел на всех присутствующих из-под капюшона. Он давно научился читать людей и знал, что военными новостями дело не ограничится. Иначе он бы не удерживал свой статус в Стужевске, место в иерархии церкви и пост подле князя. Всё это время он сам стал известен благодаря войне — войне с еретиками и безбожниками.

Чернила едва слышно капнули на бумагу. Ветер засвистел в окнах.

— Есть один необычный момент… — произнёс наконец наиболее смелый из жрецов, маг в изысканной робе с золотой вышивкой.

— Слушаю, — неожиданно мягко произнёс Лучезаров.

— Кхм… — закашлялся жрец.

Он смотрел прямо перед собой. Он хорошо знал этот тон — он не предвещал ничего хорошего. Илья Лучезаров никогда не отличался терпеливым или милосердным характером.

— Южнее, в районе Выкречи, была битва…

Несколько голов заинтересованно повернулись к говорящему.

— Нам пришла магическая весть от представительства церкви. Речь идёт о заклинаниях с явным хаотическим происхождением. Улики указывают на вмешательство мага высокого уровня, вероятно Подмастерья, не меньше. Была вероятность, что он работал в одиночку или с небольшой группой…

— Что значит «была»? — спокойно спросил Лучезаров.

Его тон заставил всех в зале напрячься. По спинам церковников пробежали мурашки.

— Кхм… Была, так как сегодня информация обновилась. В Выкречи действует группа хаоситов.

— Как давно вы знали? — спросил Лучезаров, а затем уточнил, — Нет, точнее — когда поступили сведения?

— Недавно, но…

— Как давно? — надавил Лучезаров.

Внутри старшего жреца словно светился внутренний огонь, солнечный. Он заставил всех присутствующих прищуриться.

— Полторы недели… Хаосит не просто выжил в осаде, но, согласно докладу, играл ключевую роль в удержании города. Есть свидетельства, что он сражался с сирином шестого уровня…

Лучезаров откинулся на спинку стула.

Давно, очень давно он не сталкивался с настоящими хаоситами. Были подражатели, были вырожденцы, но хаосит здесь, в Сибири… Да ещё и в непосредственной близости от Стужевска…

Лучезаров сиял внутри. Не от злости или ненависти, нет. Он светился от предвкушения, но при этом сохранял спокойствие и здравый смысл.

— Сейчас мы не можем отвлекаться. Впереди битва за Братск и очищение земель от мерзких тварей. Да и негоже Солнцу покидать сторону князя.

Хронист продолжал скрипеть пером и выводить буквы на бумаге. Церковники внимательно слушали старшего жреца.

— Но после… Я обязательно отправлюсь в Выкречь и займусь этим хаоситом лично. Как, говоришь, его зовут?

Скоро Солнцу вновь предстояло светить — и не только в благословении…

Глава 20

Я неторопливо брёл по улочкам Выкречи. С конца осады прошло меньше недели, но город постепенно приходил в себя. На стенах всё ещё дежурили бойцы, но патрули уже не были такими напряженными. Разрушенные во время осады кварталы медленно, камень за камнем, восстанавливались.

Там, где раньше по переулкам бегала детвора, ходили лавочники и спорили торговцы, теперь орудовали каменщики и строители. У колодцев толпились люди, набирая воду, а у лазаретов стонали раненые. Все госпитали были переполнены настолько, что некоторые дома переоборудовали под больницы.

Над городом постоянно висел дым, на этот раз вовсе не от магии монстров или разрушений. У храмов Солнца стояли очереди — люди, потерявшие близких, искали защиту и успокоение хоть где-нибудь.

Я прошёл вдоль стены и увидел, как маги работают вместе с каменщиками, выкладывая стены заново. Они словно сшивали разрушенные участки воедино с помощью рун и магии.

Свернув к рынку, я вскоре дошёл до первых лавок. Кое-где уже открылись двери, торговцы выкладывали на прилавки то, что осталось: сушёное мясо без опознавательных признаков, использованное оружие, поношенные и покореженные доспехи. Здесь вовсю продавали и части монстров.

Двое торговцев, заприметив меня, зашептались у прилавка. Они говорили тихо и краем глаза косились в мою сторону, но я все равно их услышал.

— Говорят, монстры пришли за хаоситом, который тащит Зону в город…

Я не был особо удивлён. Методы борьбы с хаоситами я знал не понаслышке. И представлял кто распространял эти слухи.

Я увидел пожилого торговца, ловко орудующего шампурами над костром в жестяной бочке, разведённым прямо на улице. Пахло жареным мясом.

— Что это у тебя? — я указал на разложенное на столешнице мясо разного вида.

Мужичок засуетился и принялся тарахтеть, перебирая лотки.

— Это, — поднял он лоток с белесым волокнистым мясом, — курятина свежая, буквально за десяток дней перед осадой раздобыл и заморозил в погребке. От сердца отрываю!

— Ну и почём? — усмехнулся я.

— Полкило — четыре рубля, а килограмм за шесть отдам.

— Не, дорого, — отмахнулся я.

Мужик не растерялся и принялся перебирать другие товары.

— Ну так подешевле есть. Вот, смотри — это дичь.

Он поднял лоток с ножками, очень похожими на голубиные.

— Или вот кожа… Это, как её…

— Змеиная? — подсказал торговцу я.

— Дурость не неси. Кто же мясо монстров за настоящее выдавать-то будет?

Я перестал шутить и перешел к делу.

— Например, ты. У тебя от «курицы» тиной болотной несёт, «дичь» похожа на беркутятину, ну а кожа и вправду змеиная. Тут даже шампура и специи не спасут. А специй у тебя и нет.

Мужик шмыгнул носом и оглядел меня, нахмурившись.

— Иди к чёрту! — тут же вырвалось у мужика, сменившего милость на гнев. — Скажи спасибо, что крыс не продаю!

— Кто у тебя мясо обрабатывал?

— Ась?

— Если накормишь человека мясом монстра без правильной обработки, — процедил я, — считай, убьёшь его.

В моём голосе не было ни капли шуток или смеха — я говорил абсолютно серьёзно.

— Ну так что, кто мясо обрабатывал?

— Это… — мужик почесал затылок. — Церковники приходили.

Я взял один из кусков из лотка и проверил его. Чисто. Я удивлённо взглянул на мужика.

— Я не ирод какой-то, — обиженно проговорил он.

— Но лягушатину за шесть рублей продаёшь?

— Может, возьмешь? За три рубля отдам, — предложил мне сделку торгаш. — Ты, говорят, и монстров сожрёшь…

— Это что ещё значит? — холодно спросил я.

— Ты же этот, хаосит… — непонимающе уставился на меня мужик.

Я оценивающе оглядел торгаша, пытаясь понять, что это было — тупость или намеренное оскорбление. Я принял его слова за тупость.

— Верно, я хаосит. Потому сюсюкаться не буду. Так что следи за языком.

Это был не первый раз, когда я слышал подобное. Честно говоря, я думал, что слухи начнут расползаться ещё когда я только появился в Выкречи. Но началось всё после осады, так что зла на мужика за его мнение я не держал.

Что мне мысли торгаша, который готов впаривать мясо монстров? Главное, чтобы язык за зубами держал. Он заткнулся и опустил глаза — этого было достаточно.

Оставив торговца, я двинулся дальше. Здесь, на границе с Нижним городом, работали свои правила. Несмотря на то что комендант успел забрать урожай и часть фуража, склады были частично разрушены, а о поставках продовольствия речи не шло. Вот и крутились наиболее предприимчивые горожане как умели.

В лавках я в основном видел органы, лапы, клювы, чешую — всё, что можно было снять с монстров. Даже в магазинчике у знакомого купца, где я брал зелья, сейчас ничего толком, кроме трофеев, найти было нельзя.

— Перья гарпий почём?

— Двадцать медяков.

Совсем дешёво. Практически даром.

— Угу, — продолжил прицениваться я. — А клыки змеиные?

— Если вместе с ядом возьмёшь — за флакон и полдюжины клыков… рубль.

— А зельев и эликсиров совсем нет? Может, травы какие?

— Ждать надо, — ответил торговец, виновато разводя руки в стороны.

Выкречь медленно оживала, а люди искали, как на этом нажиться. Я не был исключением. В Стуженске, нынешней столице княжества, за змеиные клыки, панцирь болотной черепахи и уж тем более органы или перья сиринов заплатят в десятки раз больше. Здесь же всё это можно было купить за пшеничную лепёшку.

Скупить на заработанные деньги трофеи да отправиться с караваном в центр княжества? Вопрос лишь в том, как скоро очнутся Караваевы и прочие купеческие Рода, и кто будет охранять товар по пути. С текущим отрядом я вполне справлюсь, но это только если решу покинуть Выкречь.

В ближайшие месяцы здесь все будут заняты восстановлением города. Вряд ли появятся заказы на вылазки в Зону. Разве что в окрестностях, чтобы очистить земли от монстров.

На одной из площадей, у полуразрушенной церквушки Солнца, проповедовал послушник в белой рясе с жёлтой накидкой. У него был звонкий, поставленный голос:

— … Когда мы отступаем от Света, когда позволяем тьме ступить на порог — тогда Зона находит путь! Тогда мрак прорывается в наши дома. Сирин не атакует там, где пылает вера. Он проникает в сердца, где нет защиты.

Вокруг него собралось немало людей — взрослые, дети, старики. Кто-то кивал, кто-то переглядывался, кто-то качал головой.

— Зло всегда помечает зло, — продолжал проповедник. — Когда вы увидите тьму и зло — вы узнаете его!

— А ведь был хаосит в стенах… — прошептала старуха.

— Маг да с чёрным посохом, все видели! — подхватил кто-то.

Я не стал дожидаться окончания проповеди, просто пошёл дальше. Я привык доказывать делом, а не словом. Если человек готов поверить пустым речам — переубеждать его я не собирался. Тем более, конкурировать с налаженным механизмом церкви Солнца, испытанным десятками лет, я пока не мог.

По городу я бродил не просто так, ведь сегодня было заседание Совета. Если подумать, то это было первое, на которое меня напрямую пригласили. У Караваева я пригласился сам, а во второй раз пришёл с Ратибором. Сейчас приглашение пришло лично от Коменданта.

Сегодня, как и в прошлый раз, мы собрались в ратуше. Я успел как раз вовремя, к полудню. Верхний город, в отличие от Торгового квартала или Нижнего города, выглядел целехоньким. Разве что несколько слегка повреждённых крыш, кое-где следы царапин и гари, но ничего особенного.

Лучи солнца пробивались сквозь витражи в высоких окнах. Воздух в зале был натянут как струна. Пока ещё никто не спорил, но за широким столом чувствовалось напряжение. Внутри Ратуши собрались все влиятельные люди Выкречи, вот только баланс сил был явно изменен.

Володин пришёл в боевом мундире с гербом на груди и следами ещё не до конца заживших ран на руках и лице. На его поясе висела сабля.

Караваев сидел в дорогом кафтане без оружия. Он стучал пальцами по дереву и бегал глазёнками по комнате.

Рысев, как всегда, был в простой повседневной одежде. На этот раз на его пальцах было два серебряных перстня с символикой солнечников. Церковник хмурился и смотрел на меня из-под кустистых бровей с плохо скрываемой неприязнью. Впрочем, это чувство было взаимным.

Островский сидел, закинув ногу на ногу. Его костюм-тройка казалось оставался прежним, несмотря ни на что. Он поправил зализанные назад волосы и поморщился, взглянув на свободное место во главе стола. Там не хватало человека, который в этот раз лично пригласил меня.

Астахов видимо решил, что раз я стал частью обороны, то и в послевоенных раскладах участвовать должен. Вот только было у меня предчувствие, что всё не так просто.

Широкие створки дверей заскрипели, распахнулись, и в зал вошёл Астахов. Он спокойно прошёл к столу, кивнул как будто всем сразу и никому в отдельности, и занял своё место.

Комендант положил на стол папку с документами, открыл её, быстро перебрал бумаги и начал говорить:

— После победы князя под Кровенцком дружина двинется к Братску, очищая все окрестные земли.

Голос Астахова звучал уверенно.

— Как подданные князя, мы обязаны оказать поддержку. Более того, боярские Рода напрямую запросили её.

В зале повисло молчание, а следом раздался всплеск голосов. Разговоры, споры. Казалось бы, всё шло как обычно — все хотели выглядеть полезными, но не хотели платить цену, особенно учитывая текущее положение вещей в восстанавливающейся крепости.

Князь не запрашивал помощь, это было требование. Законное и обоснованное, даже несмотря на то, что Выкречь отбилась от монстров сама.

Астахов едва заметно улыбался уголками губ. Он смотрел на то, как главы родов переговариваются, с явным удовольствием.

— Одним гарнизоном не обойдёмся? — спросил Константин Островский.

Ратибор взглянул на Островского и заговорил:

— Мои бойцы сейчас заняты в окрестностях крепости. Мы зачистили ближайшие деревни, сейчас работаем на подходах к топям. Я выделю отряд — как положено, с магами, стрелками и пехотой. Но большего обеспечить не могу.

Островский взглянул на карту на столе, что-то прикинул в голове и пожал плечами.

— Что ж, если Ратибор отправляет людей… — быстро сменил он свою точку зрения. — Тогда я тоже выделю отряд. Давно пора дать младшему шанс проявить себя.

— Ты с ним слишком строг, — усмехнулся Ратибор, подбадривая Островского. — Я видел его среди защитников в проломе — он славно сражался.

— И сразится ещё раз.

Я всё ещё наблюдал за Астаховым, его морда перестала быть такой довольной. Теперь он вежливо улыбался и переводил взгляд с Володина на Островского.

Караваев похлопал по животу, тяжело вздохнул, но тоже заговорил:

— Моё участие ограничится материальной помощью. Все караваны сожгли в Зоне, ироды. Да ещё и деревни не уцелели. Я не собираюсь рисковать ещё и своими людьми. Обеспечу продовольствие, боеприпасы и снаряжение.

На этот раз Караваев даже не стал набивать цену, просто согласился с текущим положением дел. Хотя дворянские Рода в городах не были обязаны выставлять людей, но это было желательно — учитывая, что они служили князю.

Астахов подозрительно сощурил глаза, но вежливая улыбка так и не сошла с его губ:

— Принято. Остальные?

Я переглянулся с Рысевым.

Три главных Рода Выкречи договорились удивительно быстро, что наводило на определённые мысли. А уж теперь, когда за столом не было Кречетова, Астахов был в меньшинстве. Впрочем, это вряд ли повлияло на церковника — ведь его сила была вовсе не в союзе с комендантом. Но всё же…

— Я отправлю храмовников. Но мы сейчас ведём восстановительные работы в городе, лечим тела и души. К тому же ресурсы ограничены, — Рысев ухмыльнулся. — Нам нужно бороться со внутренней угрозой.

Астахов посмотрел на меня.

— Максим?

Он ожидал ответа то ли на высказанную претензию Рысева, то ли на свой вопрос о выделении людей.

Я помнил, что мне обещали привилегии за помощь в осаде — и обещал лично комендант.

— Чем может простой ходок помочь светлейшему князю? — совершенно серьёзно проговорил я.

Я заметил краем глаза, как Островский едва заметно улыбнулся.

— А как же ваш отряд? — спросил Астахов.

Ничего себе. Сегодня он говорил со мной на «вы».

— А что мой отряд? Мои люди ранены, потрёпаны и не в состоянии маршировать в Зону. Ходоки и наёмники не были обязаны защищать город. Другое дело — будь мы Рубежниками… А до тех пор статус не позволяет.

Я решил вот так, немного грубовато, напомнить коменданту об обещании — о том самом «специальном статусе». Я, конечно, не рассчитывал, что он его исполнит, но взял бы награду и деньгами.

Астахов кивнул. В глазах на этот раз не было ни раздражения, ни одобрения. Он просто зафиксировал мой ответ.

— Как знаете. В таком случае с точными цифрами и деталями разберёмся чуть позже. Я пришлю бумаги.

Совет приступил к решению дальнейших вопросов. Обсуждали фураж, возросшую преступность, торговлю, налоги и многое другое. Тем было много, мнения разнились, но чаще всего удавалось прийти к общему знаменателю. Вообще заседание шло удивительно споро — решения принимали одно за другим. Я сам не успел заметить, как заседание начало подходить к концу.

Именно здесь, странным образом и от неожиданного человека началось обсуждение моих заслуг и «наград».

— Максим Клинков, — спокойно начал говорить Рысев. — Церковь благодарит вас за участие в защите Выкречи. Ваш вклад неоспорим.

Я молчал и ждал, когда церковник скажет «но».

— Однако, — продолжил он, — я обеспокоен. Есть основания полагать, что ваша магия хаоса оказала влияние на стабильность работы оберегов и куполов. Отклонения были зафиксированы в момент применения вами посоха.

— Или в момент, когда сирин начал атаку, — спокойно возразил я. — Не думаешь, что это вероятнее?

— Из чего изготовлен посох? — продолжил Рысев, насупившись.

В этот момент в разговор вмешался Ратибор.

— Это посох — подарок рода Володиных. Если у тебя, Олег, есть вопросы к его происхождению, то заглядывай ко мне в поместье. С удовольствием на все отвечу.

Рысев поморщился и прикоснулся к серебряному перстню.

— Церковь могла бы официально провести процедуру изъятия, — продолжил давить он. — Для расследования. Чтобы не подвергать город очередному риску.

Я хотел было ответить, но меня неожиданно опередил Астахов:

— Олег, давай не будем нагнетать ситуацию. Максим нам очень помог, и обвинения сейчас неуместны.

Ладонь Рысева легла на стол. Он чуть склонил голову набок.

— Я никого не обвиняю. Пока что. Но солнце… — горделиво выпалил он. — Освещает всё. Даже хаос.

Было понятно, что причина докопаться до меня была надуманной, мало ли, какой посох я использовал. Но вместе с услышанными сплетнями и распространяемой солнечниками ложью всё складывалось в довольно понятную картину. Плохо было и то, что Астахов вмешался. Я решил дать ему возможность разыграть свои карты.

Наконец все вопросы были решены, и присутствующие один за другим начали вставать. Островский с Караваевым переговаривались и негромко посмеивались. Ратибор кивнул мне и отправился на выход. Рысев шептал что-то одному из солнечников-помощников. Я же сделал вид, что закопошился.

— Максим, попрошу вас остаться, — ожидаемо обратился ко мне Астахов. — Есть вопрос особого порядка.

Ратибор остановился у выхода и обернулся, услышав слова Астахова. Я коротко и по-деловому кивнул ему, и глава рода Володиных покинул зал.

Когда дверь закрылась, комендант поднялся из-за стола и обратился ко мне:

— Город вам действительно обязан. Это не просто пустой комплимент, а факт. Без вас стены города не смогли бы устоять. А без ваших людей — тем более.

Я слушал приторные слова коменданта. С одной стороны, можно было сказать, что в коалиции Родов я был условно самым слабым звеном. С другой, моя связь с Родом Володиных была достаточно крепкой.

— Я не согласен с Олегом, — продолжил Астахов, — потому что вы доказали: хаос может работать во имя порядка. Поэтому я собираюсь выдвинуть вас к награде. Как вы сегодня мне и напомнили.

Астахов улыбнулся и потёр руки перед собой:

— Мне не терпится узаконить ваш новый статус. После того, как мы зачистим округу и войска князя доберутся до Выкречи, мы проведём пир, где вас и членов вашего отряда наградят.

Я не стал отвечать. Просто холодно смотрел на разливающегося в комплиментах коменданта.

— Это может быть большим шансом, Максим. Земля, титул, участок в городе, место в совете… А возможно, и своё собственное знамя.

Астахов красиво закручивал слова, перевязывая их нарядной ленточкой. Вот только зачем ему тянуть со статусом Рубежника? Он мог выдать мне его и сам — властью он обладал. Пока что. Значит, я был нужен ему здесь, в Выкречи… А вот зачем — вопрос другой.

— Благодарю, — спокойно ответил я, поднимаясь из-за стола. — Мне надо подумать.

— Подумайте, — легко согласился Астахов. — Но не тяните. Вы ведь понимаете, как быстро всё может поменяться.

Я кивнул и вышел из зала.

Похоже, что несмотря на победу в Выкречи, тучи надо мной сгущались. Мой отряд уже перерос Выкречь, но были ли мы готовы столкнуться с солнечниками и планами Астахова? Выбор был за мной.

Глава 21

Ночь наступила в Выкречи тихо и неожиданно. В переулках бродили торговцы, разговоры на улицах становились всё тише. И в нашей избе, слегка отреставрированной после осады, тоже было относительно спокойно.

Я сидел в главном зале избы. В камине горел огонь. Над ним висел котелок, откуда тянулся остаточный аромат тушёного мяса с грибами. Блюдо было не изысканным, но сытным. То, что нужно после дня, проведённого в восстановительных работах.

Несмотря на то что поставки провизии в город только-только налаживались, наш погреб с запасами позволял спокойно пережить нехватку провизии. Пусть еда стала более простой, но зато никто не голодал. Да и денег было достаточно — всё-таки город выплатил награду за участие в защите. Явно кто-то поспособствовал. Астахов? Ну или Володин. А может быть, оба.

Мне не нравилось, что комендант стал вежлив, почти дружелюбен: выплатил награду, предложил поддержку и, главное, титул и земли. Всё, о чём в других местах можно только мечтать, а тут на тебе — почти поднесли на блюдечке с голубой каёмочкой.

Я не мечтал и знал, что подарков судьбы не бывает. Особенно от тех, кто неделю назад смотрел на тебя как на мусор.

Ещё оставался нерешённый вопрос с солнечниками. Церковники просто так обиды не забывали. Я для них не просто враг — природный враг. Первый и последний. Для них считать меня угрозой — это официальная позиция.

И дело даже не в городском приходе, которым заправлял Рысев, а в уровне выше. И с неминуемым появлением людей Князя в Выкречи нельзя быть уверенным, что произойдёт. Могут наградить, а потом догнать и ещё раз «наградить».

Я заёрзал на стуле, устраиваясь поудобнее. Передо мной стояла пустая глиняная миска. Я глядел на уютный и уже привычный зал. Сольвейг сидела чуть поодаль, на мешке. Она молча жевала, прислонившись к стене, а её меч лежал рядом в ножнах.

На другом конце стола устроился Рома. Он быстро жевал, подозрительно переводя взгляд от миски к котлу и обратно.

— Грибы точно съедобные? — буркнул он. — Нет, просто… Если нет… Надо как-то подготовиться. Мне что-то неохота всю ночь торчать снаружи.

— Не знаю, — спокойно произнесла Сольвейг, не поднимая взгляда. — На тебе и проверяем.

Рома замер с ложкой в руке у самого рта.

— То есть… Как? — недоуменно посмотрел он на меня. — А как же он?

— Макс только мясо ел, — пожала плечами Сольвейг.

Рома побледнел и медленно опустил ложку в миску.

— Брось ты, — улыбнулась Весна. — Если бы они были несъедобные, ты бы уже хрипел и пускал пену.

Рома повернулся к Сольвейг и обиженно проговорил:

— Ну и шуточки у тебя…

— Учусь у лучших, — улыбнулась блондинка.

Аскольд стоял, привалившись спиной к стене, с кружкой отвара из сушёных ягод в руке. Он не ел, только изредка отпивал дымящийся напиток. Его взгляд то и дело цеплялся за лица соратников — он явно что-то прикидывал у себя в голове.

Здесь сегодня в сборе были только Аскольд, Весна, Сольвейг и Рома. И то только потому, что с последними двумя мне ещё предстояло решить вопрос о дальнейшем сотрудничестве.

Особенно остро этот вопрос, конечно, стоял с Ромой: у него в Северске семья. Если город в порядке, то он, скорее всего, вернётся назад, хотя бы на небольшое время. Награду за работу он получил очень неплохую, так что оставалось только дождаться подходящих попутчиков — ходоков или какого каравана.

Остальные члены отряда успели поесть и рассосаться по комнатам отдыхать.

— Ты сушеную клюкву сегодня утром брал? — спросил Аскольд, разглядывая отвар.

— Нет, позавчера, — ответил я. — Мне там один купец отвесил полмешка.

— А мёд завтра не посмотришь? — повернулась ко мне Весна.

Её тёмные кудри упали на лицо. Она забавно фыркнула, пытаясь сдуть их со лба.

— У Ивана в погребе нет что ли?

— У него неправильный мёд. Он мне постоянно налить предлагает, замучал.

Я бы вот от медовухи не отказался.

— Посмотрю, — согласился я.

— Спасибо! — тут же повеселела Весна.

Как мало, оказывается, ведьмам нужно для счастья.

— Аскольд, ты в Доме Найма был? — перевёл тему в деловое русло я.

— Да, работы по профилю совсем нет. В Зону заказов уж тем более. Хоть крыши крыть идти. Была пара заказов на зачистку монстров в Топях. Но там, скорее всего, трупы монстров потом таскать хрен знает сколько, волна же прошла. Все друг друга пережрали.

Аскольд сделал глоток из кружки.

— Все хотят расчистить завалы, починить здания, восстановить стены. Короче говоря, платят, но не за вылазки. Ходоки теперь или строители, или охрана. Или гробовщики.

Я ещё раз окинул взглядом всех присутствующих. В принципе, они все имели право присутствовать здесь. Особенно, если пара наёмников все-таки согласится присоединиться к нам.

Здесь не хватало разве что Володиных, но брат с сестрой сами имели обязательства перед Родом. Поэтому я не ожидал, что они присоединяться именно сегодня. Но если мы все-таки решим двинуться дальше, то эти двое точно уломают отца. Вряд ли Серега с Ирой видели многое за пределами окраинной крепости и Зоны.

— Осада Выкречи для нас закончилась.

Я постучал пальцем по столешнице.

— Крепость мы удержали, но нам она уже тесновата. Работы вон почти не осталось, да и в ближайшее время вряд ли появится. Всё вокруг будет защищать Родовая и Княжеская дружина. К тому же, у нас достаточно денег, чтобы оснастить караван и отправиться в столицу княжества.

— На площади вчера, — заговорил Аскольд, — солнечники чуть какой-то обряд проводить не начали. Пристали ко мне как банный лист — аж покоя никакого. Я их трогать не стал, много чести. Там ходоки из Дома найма в загривок их прогнали.

Это было ожидаемо. Ужиться с солнечниками в одном городе было трудно, а на текущей стадии моего развития — практически невозможно. Так как я уже не мог просто скрывать свои способности. Да и отряд уже был раскрыт, а все, кто присоединялся к нам записывались в хаоситы.

— А меня так… — усмехнулся я. — Всё больше символами своими отогнать пытаются.

— Боятся, — оскалился Аскольд.

— Давайте поступим так, — сказал я, указывая на Рому и Сольвейг. — Вы двое зарекомендовали себя как надёжные бойцы. Ты, Рома, хоть и болтун страшный, но маг толковый.

— Что есть, то есть, — ответил Рома.

Он не стал принимать мои слова близко к сердцу. Особенно учитывая то, что они были правдой.

— Так что я дам вам возможность принять решение, хотите ли вы двигаться с нами дальше, в конце нашего сегодняшнего совета. Чтобы вы точно знали, на что подписываетесь. По рукам?

Рома бросил быстрый взгляд на Сольвейг. Она в ответ едва заметно кивнула.

— По рукам! — выпалил Рома.

— Ты раньше времени не радуйся, — предупредил его я. — В Выкречи грядут перемены. Кречетов мёртв, Астахову придётся в одиночку отвечать за пролитую кровь и химер. И он вертится как юла. Вот и мне предложил дождаться княжеских сил, чтобы наградили нас как следует.

— Что обещал? — поинтересовался Аскольд.

— Золото, титул, статус. В общем, навалил всего. И без какого-либо договора или конкретики.

Я никаких дел вести с Астаховым не собирался. Пошел он к праотцам, вслед за Кречетовым.

— В общем, про Выкречь вы и сами много чего знаете, не в лесу живёте.

Я поймал на себе озорной взгляд Весны.

— Ну, ты-то тоже не в лесу живёшь, — хмыкнул я. — Уже не в лесу.

На лицах ребят заиграли улыбки.

— А вот что за пределами происходит — уже сложнее. Я говорю не про Зону или монстров, тут-то у нас новостей хоть отбавляй. Меня интересует другое: кто с кем воюет, где церковь представлена мощно, а где с этим полегче. Что там в округе с магами, воинами и Родами? Детали, понимаете?

На самом деле, из знаний у меня самые актуальные и ценные в вопросе политики оставались географические. Если в Зоне местность и тропы менялись постоянно, то география за её пределами в основном оставалась той же.

Но в остальном мне сейчас требовались не слухи, а информация от толковых людей. И один из них сейчас стоял у стены и пил отвар из сушеной клюквы.

Я взял посох, который лежал у меня за спиной, и ударил им в пол. Раздался глухой деревянный звук.

— Совет объявляю открытым. Я хочу выслушать вас — то, о чём думаете и что предлагаете.

Пусть финальное решение было за мной, но пора было моим соратникам проявлять инициативу не только на поле боя. Ну и привыкать потихоньку. От малого к большему, к будущему антуражу того, что представляет из себя Род.

— Меня в Выкречи почти ничего не держит, — заговорила первой Весна. — Дом разрушен, дворяне сейчас пользуются услугами неохотно, времена не те. Да и сил у меня прибавилось — хотелось бы применить их где-нибудь в деле.

Ведьма смотрела на меня искрящимися изумрудными глазами.

— Но Прохор и остальные пока ещё не восстановили полную мобильность. Не хотелось бы выходить, когда они не готовы. На дорогах сейчас будет твориться хаос. Так что незачем рисковать. Зная нрав хаоситов, мне их на каждом привале штопать придётся.

Весна обворожительно улыбнулась.

— Хорошо, — кивнул я. — Я тебя услышал.

Следующим, неожиданно для меня, заговорил Рома.

— Понимаешь, Макс, здесь, в Выкречи или даже в Северске, я всегда найду работу. Да, придётся подождать, но Подмастерье без дела не останется. Но и просто предложить всем вам перебраться в Северск я не могу. Нечестно это по отношению к отряду.

Я прервал его монолог:

— Я уже говорил тебе и не раз, что семью всегда можно перевести. Во-первых, подальше от Зоны. А во-вторых, куда-нибудь комфортнее.

Рома немного помолчал, почесал затылок и заговорил.

— Если б я куда и уезжал, то на юг.

— Ром, ну какой к чёрту юг? — тут же спросила Сольвейг.

— Ну, а что? Там Южный тракт, ходят караваны. Говорят, заказы просто золотые — купцы платят так щедро, что лишь бы добраться. Ну, наши навыки точно пригодятся. У нас вон, Макс почти Мастер! А еще я, ты, Аскольд, Весна… Да и хаоситы. Видел я их в бою — зрелище страшное.

Несмотря на лёгкий мечтательный тон, предложение Ромы не звучало как его типичная шутка или выходка. Нет, он был вполне серьёзен.

— Пока есть кому платить, можно славно жить и расти. Там на юге и до границы недалеко. Если Рубежниками станем, то можно настоящую экспедицию устроить.

Я молча кивнул. Предложение было не самым плохим.

Сольвейг пожала плечами.

— Мне всё равно.

Я удивлённо взглянул на девушку. Наши взгляды пересеклись, но она и не думала отводить небесно-голубые глаза.

— Говори, давай, — настоял я. — Это приказ.

— Ну… — Сольвейг тут же задумалась. — Можно к морю, наверное.

— К морю говоришь? — усмехнулся Аскольд. — Море — это хорошо.

Ага. Похоже, что я наконец-то дождался самого квалифицированного путешественника. Учитывая мой перерыв в три сотни лет лет, я уж точно не был ему конкурентом. Пока что.

— Я шёл от Северного моря. Это вы и так знаете, — начал говорить Аскольд. — Я родом оттуда. И, если не скажу, что с удовольствием вернулся бы назад когда-нибудь, то просто совру.

Аскольд отхлебнул отвара из кружки.

— Северное побережье усыпано торговыми городами и рыбацкими деревнями. Власть там всю жизнь, сколько себя помню, держат старые боярские Рода да магические цехи. Рыбаков и торговцев своих всегда охранять нужно. Ну, а чужих…

Аскольд демонстративно развёл руки в стороны.

— По большому счёту, хаос на севере всем по боку. На корабле всегда нужна команда, а Рубежникам и наёмникам — верные соратники. Храм солнца есть, в каждом крупном городе… Но это небольшая проблема. Моряки хоть народ и суеверный, но кто же откажется от добрых вояк? Потому всякую магию терпят.

Аскольд ненадолго замолчал, явно собираясь с мыслями.

— В центральной полосе хуже.

— Да ну? — удивился Рома. — Это ж центр Империи!

— Ты сам-то в столице был? — возразил Аскольд. — Пока шли, столько натерпелись. Законы, доносы, похищения, напыщенные индюки в доспехах тут и там, дуэли.

— И солнечники, — добавил я.

Я помнил, что именно в столице княжества располагался большой храм церковников.

— Верно, — согласился Аскольд. — Ну а про Зону, приграничные земли, вы и сами всё знаете. Если идти отсюда на север, то дорога будет тяжёлой. Там, считай, даже по тракту полуприграничье, где тут и там орудуют не только местные Рода, да разбойники, но, теперь ещё и монстры.

— На север хочешь? — поинтересовался я, прокручивая в голове итог его речи.

— Ну, а почему бы и нет? — прищурился Аскольд. — Свободы много, торговля сильная, флот. Да и князь местный докучать не будет. Но с Ромой соглашусь. Нам без нового статуса ой как тяжко будет. Здесь, у Зоны мы ходоки, а там как бы за разбойников не приняли.

— Кхм, — закашлялась Весна.

Все взгляды устремились на неё.

— Меня и в телеге-то укачивает…

Её серьёзный тон звучал забавно, а запылавшие алым щёки выглядели диво как хорошо в отблеске огня из камина.

— Ничего, я отвар сделаю, — успокоил её я. — Не в первый раз.

Весна заметно расслабилась.

— Что там с маршрутом? — обратился я к Аскольду.

Он почесал лоб и нахмурился.

— После пограничья идти придётся через центральные территории — торговые узлы и речные вотчины бояр. А там уж и до побережья недалеко. По рекам-то легче добраться будет.

Я задумался. В Выкречи уже давно назрели перемены. В том числе и из-за деятельности моего отряда. Оседлать перемены или отправиться навстречу новому вызову?

Я выдохнул. Мнения я услышал и варианты были. Выкречь нас никак не удерживала, а значит крепость можно было спокойно покинуть. А ещё было странное чувство, будто нечто шевелится где-то в глубине Зоны. Не зря же сирины активизировались после стольких лет.

Я посмотрел на Рому и Сольвейг.

— Ну что, — произнес я, — надумали? В ваших навыках я не сомневаюсь, но вассальную клятву нужно будет принести. Если готовы работать не просто по контракту, а как часть Рода, то сейчас самое время сказать.

Рома хмыкнул и махнул рукой:

— Согласен. Если перевозить семью, то не в какую-то дыру, а в столицу. Может, даже имперскую…

Сольвейг коротко кивнула.

— Хорошо, клятву принесете чуть позже. — проговорил я, медленно проводя пальцем по столешнице. — В крепости все меняется. Караваев, судя по всему, перестал тянуть одеяло на себя. Потерял деревни в окрестностях и караваны. А Островский…

Я усмехнулся, вспоминая сделку с Родом Островских.

— Он хоть и осторожен, но к людям тянется. Если яблоко не падает далеко от яблони, то с Островским-старшим можно договориться. И Володин, похоже, преуспел. Особенно после его умелого командования при осаде.

Я попробовал растормошить память и сложить воспоминания со сказанным соратниками.

От Северного моря шла рваная цепь приграничных крепостей и торговых узлов. На побережье климат холодный, но зато стабильно есть работа.

Центральные земли — благополучные, но там слишком много старых Родов и слишком мало доверия к чужакам. А уж тем более к хаоситам.

На юге у нас было больше возможностей, но и опасностей выше крыши. Там и Зона нестабильнее, и межродовые разборки куда кровавее. Вот только со статусом Рубежника можно было действительно отправиться к соседям, в рейд за границы Империи.

— Добро. Мысль Аскольда про приграничные земли мне по душе, — произнес я.

Аскольд кивнул.

— Но на север дорога лежит через княжеские земли. А там правят солнечники. Да и у Северного моря Зоны нет, а для алхимии ингредиентов лучше не найти.

— Верно, — признал мою правоту Аскольд.

— Потому мы двинемся на запад. И будем забирать немного южнее, как предлагал Рома, чтобы выйти к границам империи. И, желательно, туда, где есть доступ к Зоне разломов. Найдем землю, где наш отряд будет востребован, как в борьбе с монстрами, так и с чужаками.

Да, за триста лет многое в Империи могло измениться, а её границы и вовсе сдвинуться. Вот только внешние враги, вероятнее всего, остались теми же.

Рома с Сольвейг переглянулись. Аскольд внимательно смотрел на меня.

— Рубежником всяко полегче будет… — протянул он.

— Решу с Володиным. Заодно посмотрю, может, чего из трофеев ему продать получится не совсем уж за гроши. Нам нужно готовиться, покупать карты и собирать припасы, варить зелья. Но я знаю одно — наш отряд силён. Три Подмастерья, два шестизвездочных воина, два Адепта, воины-хаоситы трёх и четырёх звезд… Все, что случилось в Выкречи — только начало. Что скажете? Готовы к еще одному скачку вверх?

Рома с Сольвейг переглянулись. Аскольд кивнул. Весна по-доброму улыбнулась.

— Раз возражений нет — отдохните. Хорошенько, как следует. Потому как утром начнем готовиться. Дел будет невпроворот.

Аскольд допил отвар залпом и поставил кружку на стол.

— Доброй ночи, — попрощался он, выходя из зала.

Я поднялся из-за стола.

— Рома, Сольвейг, останьтесь. Сейчас разберемся с вашими клятвами.

Шаг за шагом наверх, с верными людьми. Таков путь. Нужно лишь как следует подготовиться к новому шагу.

Глава 22

Первым делом с самого утра я вместе с Иваном полез в нашу кладовую. Сняли защитные печати и принялись составлять подробный список трофеев. Последние несколько дней как раз доходили последние доли, переданные стражниками.

На самом деле, частей монстров оказалось больше, чем планировалось. Конечно, самыми ценными были трофеи с сиринов, и они хранились отдельно. В специальном тайнике, в контейнерах и запечатанных сундуках. Сам тайник был защищен поставленной лично мной печатью.

У меня были мысли, как пристроить большую часть уникальных трофеев в дело. Но даже здесь, в нашей кладовой, стояли ящики и мешки в несколько рядов с частями монстров попроще и подешевле: жилы и зубы ящеропсов, волчьи клыки, перья гарпий, всяческий мех, шкуры и когти. Вряд ли их можно было продать дорого, этого добра на рынке было навалом.

Я знал, каково это — покидать насиженное место, поэтому не питал иллюзий, что подготовка к отъезду будет быстрой. Переезжать нужно без хлама. Обычно у меня бы язык не повернулся назвать все эти трофеи хламом, но только не после массивной атаки и осады монстров.

Даже если собирать небольшой караван, то стоило везти на продажу действительно ценные вещи, иначе мы рисковали попросту забить телеги не тем.

— А что там с Кладовочкой, командир? — спросил Иван. — А то я в последнее время в город почти не выбирался, всё здесь порядок навести пытаюсь.

— Открыта, что с ней станет. Самое деловое время после битвы, как и у Имперского банка.

— Так это… сдать бы часть туда, чтоб хранили. А то у контейнеров срок подходит.

Тут я был согласен с Иваном. Даже учитывая, что ячейка на такое количество трофеев в Кладовочке обойдётся в кусачую сумму, особенно сейчас. Да и стоило использовать добычу с пользой, и тут был один вариант.

— Я часть для зелий использую и отваров разных.

— Можно и так, — согласился Иван.

Часть трофеев при осмотре оказалась чуть ценнее, потому пришлось вынести несколько ящиков наружу и перебрать добычу.

Вот пока мы перебирали один из ящиков, я почувствовал знакомую приближающуюся ауру, которую ни с чем нельзя было спутать. Да ещё пяток послабее как сопровождение.

— Есть кто дома⁈ — раздался громовой голос Ратибора, а затем его кулак опустился на дубовую дверь.

Мои сейчас все были заняты кто где, потому его во дворе, видимо, никто и не встретил.

— Открыто, заходи! — крикнул я, переставляя очередной ящик к стене.

Ратибор зашёл внутрь, оставив своих людей снаружи.

— Жарко у вас тут, — выдохнул он.

Он снял тёмно-синюю накидку с серебристой вышивкой и бросил её на скамью.

На нём был простой кафтан, штаны и кожаные сапоги — повседневная, или дорожная одежда, без брони. Значит, визит был неформальным.

Расположились прямо здесь, в главном зале. Весна любопытно заглянула внутрь. И пока мы с Ратибором расшаркивались и обменивались приветами и бытовыми новостями, она уже притащила чайник и две кружки с клюквенным отваром.

— Ну и гадость, — поморщился Ратибор, отпив горячий напиток.

Естественно, оценку отвара он дал, когда Весна уже вышла из зала. Говорил он беззлобно, явно просто привык к чаю или чему-то ещё получше простых и, честно говоря, кислых отваров.

— Да? — изобразил удивление на лице я. — А Аскольду нравится.

— Этому одноглазому-то? Скандинавам и недозрелая морошка — мёд.

Мы оба рассмеялись.

— Ты по делу или так?

Ратибор неоднозначно покачал головой.

— Понял, — ответил я.

Я поставил вокруг нас небольшой Полог, скрывающий от окружающего мира.

Я своим людям доверял, да и Ратибора должны были сопровождать доверенные ребята, но знать наверняка было нельзя. Потому мы оба всегда старались говорить без лишних ушей — а всё, что нужно, своим я и так передам.

— Всё меняется, — заговорил Ратибор, проводя ладонью по столешнице. — Караваев перестал тянуть одеяло на себя.

Я это понял ещё по заседанию совета. Не наверняка, но близко к тому. Но Володина не перебивал.

— Понял, видимо, что без нашей поддержки его земля, караваны и торговые операции пострадают. Ну или не восстановятся вовсе. А волны у нас, сам знаешь… Не каждая, конечно, как осада, но ежегодное происшествие.

— Он так сильно пострадал?

Ратибор ненадолго задумался.

— Скорее, поиздержался. Ваня хоть и жлоб знатный, но как глава Рода нос всегда по деньгам держит. Оттого Караваевы в Совете при нём и закрепились.

— Значит, у вас теперь в совете большинство?

Ратибор почесал щетинистую щёку.

— Формально — нет. С Караваевым пока идёт стадия торга, любит он её. Но неофициально… Да, но все ждут князя. Ну или его ставленников. Тут без них явно в городе не обойдётся. Астахов еле дышит, но всё ещё дёргается, как уж на сковородке.

— Недолго ему осталось, — усмехнулся я.

— Как знать, как знать, — протянул Ратибор, а затем всё-таки согласился. — В этот раз действительно вряд ли отвертится. Уж больно…

Ратибор развёл в стороны руками, показывая масштаб той ямы, в которую Астахов сам себя загнал.

— В общем, город пока останется за нами. Это значит, что и награду твою я тоже проталкиваю. Ты её заслужил.

Вот это было интересно, хотя и ожидаемо. Значит, Ратибор всё-таки занялся моим статусом поплотнее. Приятно.

— Рубежник? — на всякий случай уточнил я.

— Да. Без твоего вмешательства и отряда мы бы не только не узнали о сиринах вовремя, но и, скорее всего, потеряли бы намного больше людей. Потому ты заслужил не просто мешок монет и часть трофеев, а бумагу с печатью, которую никто не оспорит. За которой будет стоять имя, а не слухи.

Рубежники были чем-то смежным между ходоками, наёмниками и казаками. Ступенькой перед собственным Родом, с достаточным количеством вольностей. В том числе на свободный промысел как в Зоне, так и за границей империи, собственным Советом с правом суда над своими, пониженной пошлиной по сравнению с ходоками… Это была лишь часть из привилегий. Но и ответственность у Рубежника выше, чем у ходока.

— Но придётся подождать, — проговорил Ратибор. — Астахов вставляет палки в колёса. Но я его додавлю. Только потребуется время, чтоб протолкнуть бумаги и решить всё. И желательно до того, как сюда доберутся княжеские люди.

— Да, — согласился я. — Если сменится комендант, то не факт, что новой канцелярии удастся по первости хоть что-то принять.

Ратибор с любопытством осмотрелся по сторонам, останавливая своё внимание на ящиках с добычей и артефактами, а также нескольких свитках. Он цепко выделил что-то в зале избы и кивнул сам себе.

— Инвентаризация?

— Не совсем, — едва скрыл улыбку я.

— Значит… — прищурился Ратибор. — Уезжаете?

В ответ я лишь, как и он в начале нашего разговора, неопределённо покачал головой.

Ратибор недолго задумался, уставившись на меня холодными серыми глазами. А затем взъерошил пальцами волосы и вздохнул.

— Может, оно и к лучшему. Здесь хаоситам скоро станет сложно.

— А когда нам было легко? — улыбнулся я.

— И то верно. У меня к тебе дело. Так уж совпало, что твой отъезд мне в какой-то степени на руку.

Интересно. Я-то думал, Ратибор будет просить меня остаться, потому что союзный блок у нас мог получиться очень крепким.

— Слушаю.

— Серёга с Ирой к тебе хотят. Возьмёшь? — спросил Ратибор, а потом поспешно добавил. — Не навсегда. Но пусть покажут себя. А дальше — как решишь.

— Ратибор, мы можем забраться далеко, очень далеко от Выкречи. Ты это понимаешь?

Я спрашивал его не столько как главу Рода, но и как отца. Он заботился об Ире и Серёге искренне, стараясь уберечь ребят, где возможно.

Ратибор провёл рукой по лицу.

— Я бы оставил их, — признался он. — Но не могу больше им в лицо говорить, что всё нормально. Ты и сам знаешь, был на суде. Чуть ступлю ногой за пределы города и тут же начинаются проблемы.

Я терпеливо молчал и ждал, пока Ратибор закончит говорить.

— Ты же знаешь, они от первой… В общем, хоть и старшие дети, но грызня с младшими идёт не первый год. Мне ни спину повернуть, не из дома выйти.

Ратибор отхлебнул слегка подостывшего клюквенного отвара из кружки.

— Пусть попробуют сами, вдали от семьи и от интриг. Если поднимутся с тобой — отлично. Нет — хотя бы поймут, чего стоят.

Я не собирался отказываться от толковых бойцов. Пусть Серёга с Ирой и на некоторое время выпали из моего вида, но я был уверен: Ратибор постарался сделать всё, чтобы они были готовы к осаде. Да и в бою они показали себя как надо.

— Ратибор, ты же понимаешь, что я хаосит? — задал я, пожалуй, самый важный вопрос. — Если они захотят стать сильнее, я им не откажу.

Ратибор правильно понял мои слова и сделал паузу ровно на миг.

— Если они так сами решат — так тому и быть.

Я кивнул.

— Добро. Возьму. По-честному и без поблажек — будут тренироваться, сражаться и развиваться, как все.

— На это и расчёт, — усмехнулся Ратибор.

Мы обсудили ещё несколько мелких вопросов. Я опустил полог. Ратибор принялся вставать из-за стола, и я решил уточнить:

— Слушай, не хочешь купить у нас части монстров? А то смотрю, ты на них поглядывал.

— Ну… — протянул Ратибор, бросив ещё один взгляд на ящики. — За полную не возьму.

— Да за полную не надо, — отмахнулся я.

Моя мысль была простой. Глава Рода найдёт, куда пристроить части мутантов в долгую. Пойдут на стрелы, клинки, артефакты, зелья. Пусть всё это сегодня и рухнуло в цене, но Род Володиных явно планировал всё наперёд. Да и, откровенно говоря, я использовал свои связи, чтобы упростить себе задачу.

— Ладно, возьму. Давай, показывай, что там у тебя есть.

Трофеи удалось сбыть Ратибору довольно быстро. Он выкупил треть по справедливой цене в текущих рыночных условиях, даже особо не торгуясь. С Ратибором я смог договориться ещё о двух вещах.

Во-первых, о картах Рода Володиных. Всё-таки сам глава Рода, да и его военные картографы явно разведали не только Выкречь и княжество, но и соседние земли.

Во-вторых, о повторном использовании его лаборатории. Вроде как мне и не говорили, что я мог использовать её всего один раз, но я на всякий случай получил согласие Ратибора. И еще договорился, что его люди помогут с доставкой всех трофеев и ингредиентов заранее.

Я не зря продал ему только треть от добычи — и не только потому, что он сам вряд ли взял бы больше. Всё-таки часть добычи можно было использовать если уж не для зелий, артефактов и оружия, то для отваров и заготовок.

После встречи с Ратибором утром день закрутился так, что я потерял счёт времени. Почти сразу же пришёл кузнец, который занимался перековкой и починкой нашего снаряжения. Мы обсудили вопросы по юшману Аскольда и паре проблем, возникших с палашами. Ничего критичного, но экономить я не стал.

Спешки не было, но я чувствовал, что мои бойцы как-то не защищены без привычных доспехов и амуниции. Заодно договорился о партии крепких щитов, капканах и прочих ловушках, боеприпасах и многом другом, что могло пригодиться в походе.

Кузнец, седой мужик лет пятидесяти, был из Нижнего города и торговался от души. Но мы смогли прийти к компромиссу, особенно учитывая, что некоторые позиции были из запасов наёмников и стражников. Мне ещё предстояло проверить качество, чтобы он не подсунул нам что-то поношенное. Лично я имел с ним дело впервые, но за него ручался Аскольд.

У Родовых кузнецов дел было невпроворот, да и не хотелось лишний раз оказываться в долгу у Володиных или даже у Островских. Нам всё-таки скоро предстояло уезжать, а долги всегда нужно возвращать.

Следом я занялся подзарядкой магических амулетов. Часть из них пришлось сбыть по дешёвке, так как восстановлению они не подлежали. А после продолжилась планомерная закупка необходимых вещей.

Она проходила в несколько заходов на протяжении прошедшей недели. Часть брали на рынке, часть с рук у ходоков, наёмников или стражи. А некоторые у небольших Родов.

Я вместе с бойцами внимательно обходил магазины, лавки и склады, отмечая интересующие нас товары: припасы, зачарованные ремни и крепления, фляги, ткань, кое-какие бытовые артефакты. Всё приходилось проверять вручную.

Сложнее было с медикаментами и зельями. Если с первой позицией приходилось переплачивать, так как особого выбора не было, то с зельями я собирался разобраться лично чуть позже.

Аскольд ушёл на поиски карт. Я выбрал его не просто так — он лучше всех нас ориентировался в соседних землях, знал пути и тропы, да и с разными людьми успел пересечься по дороге в Выкречь. Я также отправил запрос в гарнизон, чтобы они предоставили копии имеющихся у них карт, но сильно на них не рассчитывал. Хотя даже устаревшие маршруты, какие-то отчёты или разведданные вполне могли помочь нам в дороге.

Так и прошёл целый день, а на следующий я отправился в лабораторию Володиных. По пути подмечал положительные изменения в городе. Разрушенных зданий было поменьше, стража помогала простому люду, а кое-где на знакомых углах и площадях вернулись бродячие торговцы. По улицам шумели телеги с камнем и деревом, и повсюду уже привычно шныряли солнечники.

Я приблизился к зданию, напоминающему пекарню, и увидел знакомый силуэт. Сгорбленная старуха сидела напротив и глазела на меня издалека. Она всё так же была замотана платком, так что я едва мог видеть её лицо.

— Припёрся, — по-старчески пробурчала она.

Она поднялась с места и медленно зашагала в сторону дверей.

— И я рад, что ты уцелела, старая, — хмыкнул я. — С тобой ведь канут в небытие ценнейшие воспоминания о зарождении Российской империи от последнего свидетеля событий.

— Да иди ты к чёрту! — беззлобно выпалила старуха.

Она наконец дошаркала до ступенек, и я помог ей подняться. Она достала ключ, вставила в замок и шутливо сгорбилась, приглашая меня внутрь.

— Иди, вари свои зелья и колдуй своё колдовство.

Я поднялся по лестнице наверх, подмечая про себя, что помещение было защищено ещё лучше, чем в прошлый раз: магические печати на стенах, защитное заклинание на дверях и массивных ставнях, спящие ловушки повсюду.

Когда я оказался наверху, то выбрал привычный широкий стол поближе к стеллажу с пробирками и инструментами. Все необходимые мне ингредиенты и компоненты уже были доставлены сюда.

Гробовая тишина внутри лаборатории была быстро мной нарушена. Я отсортировал добычу в виде трофеев и разных компонентов, гремя при этом контейнерами и стеклом. Жилы, чешуя, слизь, разные сушёные лепестки, травы и субстанции — в дело пошло всё.

Часть я пустил на стандартные зелья восстановления маны и выносливости, часть на зелья здоровья. А остальное на ситуативные эликсиры и зелья более тонкой работы: борьба с ментальным воздействием, противоядия, специальный раствор и масло для наконечников стрел и так далее.

Работа затянулась. От нескольких котлов тянулся пар, который плотной пеленой заполнил всё вокруг. Я, закатав рукава, ловко орудовал инструментами в зачарованных перчатках. Посох из чёрного дуба я отставил к стене, но всё равно чувствовал, как он медленно вибрировал от напряжения.

К вечеру на столе стояли десятки бутылок, банок, флаконов и контейнеров с зельями, концентратами, заготовками, эликсирами и многим другим. Надо сказать, что я всегда был довольно силён в алхимии, но даже для меня подобный марафон оказался утомляющим.

Этого запаса должно было хватить как минимум на часть похода, особенно если придётся пройтись где-то по краю одной из Зон разлома. Остальное в крайнем случае можно докупить, всё-таки с деньгами у нас проблем не было.

Перед выходом из лаборатории я ещё раз окинул взглядом результат. Всё было аккуратно распределено, отсортировано и подписано. В воздухе висел чуть горьковатый травяной запах.

Вернувшись в избу, вспотевший и довольный, я застал большую часть отряда в главном зале. Войдя внутрь, я сразу же чихнул из- за висящей в воздухе пыли. Внутри пахло как в старом архиве или библиотеке.

На столе были свалены свитки и документы, которые с интересом перебирала Сольвейг и Аскольд. У стены лежали фолианты и книги, в которых копошилась Весна.

Отряд с интересом рассматривал различные клочки, карточки и прочие бумаги.

— Командир, ты вовремя! — довольно выпалил Аскольд. — Пора составлять маршрут!

Глава 23

— А я тебе говорю, что здесь можно сплавиться по реке, — произнёс Аскольд, явно теряя терпение.

— Тебя что, всегда на реки тянет? — в тон ему ответил Глеб. — Можно же по тракту — безопаснее и надёжнее. Где мы тебе лодки покупать будем?

В главном зале избы собрались почти все, кто собирался участвовать в нашем походе. Не хватало только Серёги с Ирой, но их в такой поздний час тревожить я не собирался, да и лишний раз озвучивать информацию по маршруту тоже не хотел. Он пока ещё и не был утверждён.

Громче всех спорили Аскольд и Глеб. Расколдованный проводник был под клятвой, потому я не сомневался в том, что с его стороны информация никуда не утечет. Да и спорил он рьяно и с душой. Было видно, что за последнюю неделю успел восстановиться и смириться со своим положением. В осаде он не участвовал, потому был свеж, бодр и в отличном расположении духа.

— От Чулыма до Томска — рукой подать, — возразил Аскольд. — А если ты по тракту пойдешь, то он петляет севернее Стужевска. А нам к столице княжества никак нельзя.

Обсуждение со спорами шло уже несколько часов. Я отошёл от стола с развёрнутыми картами, усыпанными множеством пометок, и подошёл к сложенным на полу книгам. На них спокойно дремала притомившаяся Весна. Я взял своё пальто со скамьи, накрыл им девушку, а затем вернулся за стол.

Здесь вперемешку лежали карты, записки, открытые журналы экспедиций. Я успел ознакомиться со многими деталями, освежив свою память. Полезнее всего оказались карты гарнизона, в основном с военными пометками.

Вообще, именно они давали понять текущую ситуацию на границах. Как здесь, в Выкречи, так и в соседних княжествах и даже в тех землях, что были отдалённее.

Данные Володиных позволяли мне иметь кое-какое политическое и экономическое представление не только о Сибири, но и о княжествах до Южного Урала. Всё-таки Ратибор успел много где побывать с дипломатическими и торговыми миссиями. Вряд ли он, конечно, собирался забираться к Уральским горам, но скорее всего выкупил подробные карты у Родов покрупнее. Может, даже у княжеского.

— Тебя, может, зрение подводит, — сквозь зубы процедил Глеб. — Но вот, здесь…

Он ткнул пальцем в карту.

— Молчать, — приказал я.

Глеб не сразу услышал мой приказ и ещё некоторое время открывал рот и активно жестикулировал. Но его голос словно пропал. Так действовал мой приказ на ментально связанного контрактом Глеба.

— Вот теперь точно не будешь противиться сплаву по реке, — усмехнулся Аскольд. — Ты же теперь как рыба в воде — вон как жабрами двигаешь.

Глеб наконец понял, в чём дело, замолчал и развернулся ко мне, обиженно скривившись.

— Поспорили и хватит, — коротко бросил я. — Мы дойдём до Чулыма по тракту. Если там будут лодки, то сплавимся по реке.

— Должны быть, — поддержал меня Аскольд. — Это же рыбацкий городишко.

— Скорее, посёлок, — вставил своё слово Роман.

— Оттуда можно сплавиться к северу от Томска, не заходя в город, — продолжил я. — Кашкаринское княжество — соседнее с нашим, потому лишний раз светиться в его столице мне не хотелось бы. Да и с местным правящим Родом никаких связей у нас нет. А вот церковники могут нас там распознать. Если лодок не будет, то пройдём по тропе и вернёмся на тракт. Но это запасной вариант.

Кашкаринское княжество, судя по имеющейся информации, было суровым лесным краем, где тем не менее процветала охота и торговля. Там частенько вёл свои дела Караваев. Тракт был запасным планом, потому что мне не хотелось пробираться по лесам.

— Часть денег придётся брать с собой, — сказала Сольвейг. — Вряд ли в Чулыме будет Имперский банк.

Я согласно кивнул.

— Даже если проделаем часть пути по реке, всё равно придётся вернуться на сушу, чтобы добраться до Нижнеберёзовска.

Я провёл пальцем по карте, соединяя две точки маршрута.

— Для нас плюсом является то, что Берёзовск в одноимённом княжестве разделён надвое: южная часть — Нижняя, северная — Верхняя. И столица находятся на севере.

— Всё равно город-то крупный, — задумчиво проговорил Иван.

— Прорвёмся, — бодро ответил ему Аскольд.

Я же продолжил говорить:

— Зато там точно будет как отделение Коробочки, так и Имперский банк. Для нас это будет условной чертой. Видите, южнее Нижнеберёзовска заканчивается тайга и начинается степь.

Все взглянули на карту. Глеб открыл было рот, но я покачал головой. Он успел за пару часов меня настолько заболтать, что я аж устал. Выскажется после.

— Здесь, в Нижнеберёзовске, мы решим, нужно ли идти дальше. Если к тому моменту у нас уже будет статус Рубежников, то можно и остановиться. Выполнить несколько заказов и посмотреть, что к чему. Но форты, как вы видите, расположены здесь, здесь и здесь — на юго-западе.

Все взгляды всё ещё были прикованы к карте. Не факт, что карты были точными, земли частенько переходили из рук в руки, да и вообще всё быстро менялось. Поэтому у меня был план забраться ещё дальше, чем Нижнеберёзовск, на юг Урала. Я помнил, что даже в моё время кочевники там частенько создавали проблемы, а уж в нынешнее время и подавно.

— Там мечи хорошие куют, — сказала Сольвейг, бросив взгляд на свой меч в ножнах у стены.

— Значит, — пожал плечами я, — будет для чего остановиться.

Аскольд заинтересованно взглянул на меня.

— «Будет для чего остановиться»…Значит, ты, командир, хотел бы двинуться дальше?

Одноглазый был проницателен, когда этого хотел.

— Верно, — усмехнулся я.

Я провёл пальцем по карте, забирая к югу Уральских гор и останавливаясь на точке, которая заползала на самую границу Российской Империи. Это был небольшой город, который в моё время не существовал вовсе, а может, был маленькой неприметной деревенькой. Город-крепость, граничащий с землями кочевников чем-то напоминал Выкречь.

— Хитрый ты, — уважительно закивал головой Аскольд.

Глеб энергично замотал головой, требуя слово.

— Ладно, говори, — махнул рукой я.

— Кто ж по доброй воле сунется в Орск⁈ — всплеснул руками Глеб.

— Поуважительнее.

— Ваша светлость, не соблаговолите ли вы объяснить вашему слуге, отчего выбрали город на границе с одной из Зон разломов?

Да, над клятвой пожалуй стоило ещё немножко поработать, а то иногда выходил какой-то перебор.

— Зона и степь — это две угрозы. С первой мы уже знакомы, и я уверен, что справимся. Ну а вторая позволит нам подняться быстрее, чем вы можете себе представить. Поверьте на слово.

Все присутствующие переглянулись. Я свое слово всегда держал.

Я взглянул на серьёзно призадумавшегося Глеба.

— Можешь говорить, как обычно.

— Кочевники с одной стороны, — протянул Глеб. — Зона с другой… Это верная смерть.

— Большой риск — большая награда, — пожал плечами я. — И ты, Глебушка, пойдёшь со мной. Хоть в Южноуральск, хоть в Москву, хоть в Петербург. Как миленький.

Глеб вздохнул.

— Пойду, конечно. Куда же я денусь.

— Часть денег возьмём с собой на всякий случай. Остальное положу в Имперский банк. Мы, конечно, не будем останавливаться в крупных городах, но отделение где-нибудь и в губернии найдём. Часть вещей оставим в Коробочке. Подумайте, что вам нужно, а что можно забрать уже по прибытию.

— Бандиты, дикие звери, монстры, остановки… — задумчиво пробормотал Аскольд. — На дорогу уйдёт несколько месяцев.

Путь действительно был неблизким — сквозь два княжества, на юг Уральских гор. Через болота, леса и степи, по рекам, трактам и тропам. Но оно того стоило.

Оставаться в Выкречи значило постоянно вести борьбу с монстрами, солнечниками, и скорее всего, местным князем, поддерживающим их… Пока мой отряд к этому не был готов. А вот к войне со степняками и монстрами — вполне.

Более того, к тому времени, как мы прибудем к месту назначения, Ратибор уже разберётся с нашими документами, я в нём не сомневался. Так что прибудем в Орск в статусе Рубежников. Ну, а если нет, то отряд с нашей силой сможет его заработать.

К тому же, в Нижнеберёзовске я планировал зайти в архивы, Дом Найма и ещё пару мест для того чтобы проверить информацию о Клинковых. Где-то же она должна быть, не мог целый Род просто кануть в небытие.

Мы обсудили ещё несколько моментов, выбирая наиболее подходящие места для привалов и остановок, а также утверждая детали маршрута. Закончили, когда за окном закричали первые петухи, а в окна пробились лучи солнца.

— Отдохните, — проговорил я, заканчивая совет. — Я свяжусь с Серёгой и Ирой, затем закончим последние приготовления. Я возьму какой-нибудь контракт в Доме Найма в Зону, на тот случай, если наши закупки не остались незамеченными. Всё будет выглядеть как очередной поход, но срок выхода знать не будет никто, кроме нас. Так что будьте готовы. Выдвигаться будем по-тихому. Настолько, насколько возможно.

Закупка телег, оружия, амуниции и прочего моим отрядом и так намекала на скорый поход. Так что мне оставалось лишь забросить дезинформацию, чтобы скрыть наш отъезд.

Аскольд с Глебом остались за столом, вносить необходимые пометки, чтобы составить финальную версию карты. Им помогать вызвалась выспавшаяся Весна.

Во дворе уже вовсю тренировались хаоситы, за которыми приглядывал Игнат. Вскоре к нему присоединилась Сольвейг. Похоже, что единственным, кто отправился спать, был Иван. Но он в последнее время дел вёл очень много. Незаметный для многих членов отряда, он был нашим интендантом, хотя никто его на эту роль официально и не назначал.

У меня же было полно работы. Во-первых, встретиться с Серёгой и Ирой. Во-вторых, взять заказ в Доме Найма. А, в-третьих, пройтись по финальным делам перед отъездом из Выкречи.

К моему удивлению, на улице за мной вышел Рома.

— Максим, — окликнул он меня, — можно с тобой пойду?

Я пожал плечами.

— Давай.

Маг-подмастерье сейчас был не лишним. Можно было показать в Доме Найма, что у отряда серьёзные намерения, чтобы укрепить легенду. Я собирался договориться со стариком, которому я принёс сирина, чтобы заказ втихую аннулировали через определённое время. Раз уж Рома сам вызвался помочь, то почему бы и нет.

Первым делом мы отправились в Коробочку и Имперский банк. В Коробочке после небольшой очереди я смог договориться о хранении большей части ценных вещей. Подписал все необходимые бумаги, и их тут же заверил маг. Мне, конечно, пришлось заплатить, но теперь мы могли двигаться лишь с самым необходимым. И так этого необходимого набиралось довольно прилично.

В Доме Найма я увидел много знакомых лиц. Со мной и Ромой здоровались за руку, нам пришлось несколько раз останавливаться и обмениваться несколькими фразами с ходоками и наёмниками.

— Куда? — удивлённое лицо Ромы так и светилось. — Так это, в Зону собираемся… Мы уже больше недели пузо чешем.

— Раненых у нас было совсем ничего. Все восстановились, здоровенькие, тренируются во дворе. Хочешь — заходи как-нибудь, спарринг проведём.

Несмотря на то, что Рома был довольно молчаливым в дороге и едва проронил пару слов, здесь, в Доме Найма, он затараторил как обычно. Он явно действовал осознанно, отвлекая на себя внимание. Вскоре ходоки переключились на более говорливого Рому, и я смог подойти к пожилому служащему.

Мы проследовали в одну из переговорных и довольно быстро договорились. Дом Найма не имел ничего против того, чтобы выдать мне фиктивный заказ. Это был один из плюсов моей репутации. Мне даже не задавали никаких вопросов. Нужно — сделаем. Только я был, как все, обязан заплатить неустойку за невыполненный заказ. А в остальном — пожалуйста.

Старичок был добродушен, постоянно улыбался и всё норовил предложить мне какие-то особые заказы, явно полагая, что я с отрядом отправлялся на какую-то неизвестную ему миссию и собирался вернуться в Выкречь после.

— Ничего не обещаю, — вежливо ответил я.

— Конечно-конечно, — улыбнулся старичок.

Он поставил последнюю печать на договор.

— Приятно иметь с вами дело.

Ещё недавно он чванливо отваживал меня отсюда, а сейчас вёл себя уважительно и дружелюбно. Возможно, случай с остатками сирина и впрямь помог вправить ему мозги.

— Взаимно.

Я вышел в холл Дома Найма. Рома весело тараторил, экспрессивно размахивая руками.

— … Я ему такой говорю: а наливай ещё одну! В вокру-у-уг всё уже плывёт…

— Заканчивай, балабол, — беззлобно бросил я.

— Ну, мужики, бывайте! — тут же прекратил свой треп Рома. — Командир, дела закончил.

В зале раздались недовольные голоса вперемешку со смехом.

— А ну цыц! — шутливо ответил я, грозно нахмурившись.

Мы вышли из Дома Найма на площадь, а затем проследовали в сторону Торгового квартала. Рома шёл за мной молча.

— Выкладывай, давай, — сказал я, замедляя шаг.

Рома немного стушевался, сжал губы, а затем вздохнул и заговорил:

— Это… не знаю, как сказать, но…

Он сделал небольшую паузу, явно пытаясь подобрать правильные слова.

— Как думаешь, так и говори. Я же не волк, не кусаюсь.

— Волнуюсь я, — выпалил Рома, отводя взгляд.

Мы уже вышли на центральную улицу и теперь шли в сторону торгового квартала.

— Почему? — поинтересовался я.

— Да я не за себя…

Рома взъерошил волосы пальцами.

— Понимаешь, Макс, я ведь сильный маг. Не чета тебе, конечно, или Володину, да даже коменданту. Но что дома, в Северске, что в Выкречи я не пропаду.

— Ну и магов же ты выбрал, — улыбнулся я.

— А с кем себя сравнивать, если не с лучшими?

— Верно.

Рома вновь тяжело вздохнул.

— Значит, переживаешь за семью? — предположил я.

— Да…

— Как у вас в Северске с волной прошло?

— Тьфу-тьфу-тьфу, обошлось.

Рома постучал костяшками пальцев по лбу.

— Сколько лет детям-то? — поинтересовался я.

— Старшему девять, младшей шесть. А среднему семь.

— Большие уже, — улыбнулся я.

Рома тоже растянул губы в искренней улыбке.

— Ага. Старший в меня пошёл и магию воздуха унаследовал.

— Хулиганит, небось?

— Еще как! — усмехнулся Рома — Ты, это… Не подумай, я ни за что не уйду. Перспективу я вижу. Я ведь уже Подмастерье, а в отряде постоянно узнаю что-то новое: о магии, тактике, да той же алхимии. Я не только себе, но и детям с женой хочу лучшего будущего. Засиделся я здесь…

— Но? — спросил я, чуть прищурившись.

— Но, Макс, Южноуральск… — протянул Роман. — Я раньше никогда так далеко не забирался.

— Тогда после разговора с Володиными зайдём в Коробочку. Напишешь письмо и запишешь сообщение жене и детям в кристалл.

— Так это дорого же! — удивился Рома.

Я лишь покачал головой. Запись на магический кристалл действительно стоила очень кусаче.

— Ничего. И хорошо, что сам понимаешь, что засиделся. Ты и Сольвейг принесли мне вассальную клятву, так что ваше развитие только начинается. Ну а я позабочусь о том, чтобы на ступени Рубежников мы задержались ненадолго.

Рома замолчал, и некоторое время мы шли в тишине.

— Спасибо, — коротко произнёс он.

А затем мы подошли к обусловленному месту, где нас ждали Серёга с Ирой. Вместе мы двинулись обратно, заглянув в пути в Коробочку, где я оплатил Роме письмо и запись его голоса. Их Коробочка обещала доставить в Северск в кратчайшие сроки прямо в руки получателю.

Когда мы вернулись в избу, то на улице солнце уже медленно, но верно катилось к горизонту. Я отдал несколько приказов, разобрал починенные доспехи и, наконец, выгадал время для общения с Серёгой и Ирой.

Мы сидели вместе у камина и пили клюквенный отвар.

— Ну как вы? — первым заговорил я.

— Готовы, как и всегда, — уверенно произнес Серёга. — Спасибо, что взял нас.

Я сделал глоток из кружки.

— Я же вам говорил, что для вас место в отряде будет всегда.

Ира, не сводившая с меня глаз, чуть дернула уголками губ.

— Успели взглянуть на карты? — поинтересовался я.

— Да, — кивнул Серега, — далеко же ты решил отправиться. Из Выкречи да в Южноуральск… Настоящий поход.

— Согласен, маршрут сложный. Но для нашего отряда более чем преодолимый. Вокруг Выкречи могут быть отбившиеся недобитки монстров, на дорогах бандиты или дезертиры. Справимся, не впервой.

— Не в первой, — согласился Серега, улыбнувшись.

Мы пили отвар и разговаривали еще некоторое время, пока меня не начало рубить после бессонной ночи. Большая часть приготовлений была сделана. Задачи поставлены. Значит, я мог со спокойной душой отдохнуть.

— Комнаты вам выделили? — поинтересовался я.

— Да, всё в порядке, — ответил Серёга. — У вас здесь уютно.

— Славно. Тогда до завтра.

Я поднялся и плеснул остатки отвара в камин. Языки пламени на мгновение взметнулись выше, окрасив комнату красным пламенем.

Я поднялся по лестнице наверх. В моей комнате был идеальный порядок. Я снял с себя одежду и аккуратно сложил ее на скамье.

Раздался стук в дверь. Весна что ли балуется?

Я подошел к двери и приоткрыл ее. На пороге стояла Ира. Серебристые волосы как будто светились в приглушенном свете, а в серых глазах мелькнули искры.

— Забыла пожелать тебе спокойной ночи…

Я слышал сбивчивое дыхание Иры и видел как её грудь вздымается под тонкой тканью рубахи.

Я отворил дверь, схватил Иру за пояс и резко потянул на себя. Ее глаза на миг широко распахнулись. Она оказалась в моих руках.

Ира впилась в мои губы, слегка прикусив нижнюю. Мои пальцы скользнули под её рубаху, жадно впиваясь в горячую кожу. Ее мягкие серебристые волосы пахли лесными ягодами.

Я шагнул назад, увлекая её за собой, и захлопнул дверь ногой. Грохот разнёсся по всему коридору, но мне было плевать. Я стаскивал с нее рубаху и штаны. На ней было слишком много одежды.

Я подхватил Иру на руки, и ее ноги ловко обвились вокруг меня. Она прижалась ко мне всем телом. Её горячее влажное дыхание обжигало кожу, а ногти врезались мне в спину. Я чувствовал, как бешено колотится её сердце.

Мне предстояла очень неспокойная ночь.

Глава 24

Отправились мы не следующим утром, а через день. День перед поездкой для моих людей был разным. Для Ивана, оставляющего за спиной привычную избу, где он с моряками успел прожить больше полугода, день был сентиментальным. И немного суетным, он то перекладывал, то убирал, то выбрасывал на улицу вещи и утварь.

Опустошённый погреб он запер на замок — всё содержимое было либо передано в Кладовочку, либо продано в прошедшие дни. Самым ценным Иван считал мёд. Я удивился, сколько бочонков нам пришлось тащить до нашей ячейки в Кладовочке.

Рома постоянно улыбался, явно обрадованный отправленным посланием семье. К вечеру он даже успел получить ответ. Только письмо, без кристалла, но от одного аккуратно сложенного листа бумаги Рома засиял с новой силой.

Серёга с Ирой спарринговали во дворе, убивая время. Я заметил, что они стали смекалистее в бою. У Иры добавилось несколько новых трюков, так что даже на саблях она не сразу проигрывала Серёге.

Аскольд с Глебом всё ещё суетились над картами и спорили, на этот раз не так уж рьяно и без огонька. Они как-то быстро нашли общий язык. Глеб ведь проводник, а Аскольд путешественник. Хотя, казалось, в их характерах было мало общего.

Сольвейг перепроверяла оружие, доспехи и набор зелий. И обменивалась с Весной холодными взглядами. Весна сидела в телеге и болтала босыми ногами, пока Игнат суетился вокруг, проверяя лошадей.

Я же просто лежал в траве, пожёвывая сухую соломинку. Я был на боевом посту. Отслеживал появляющиеся и исчезающие вокруг нашей избы ауры, энергетику и ману. Ну а то, что меня иногда морило в дрему — то была стратегическая ловушка для ничего не подозревающих врагов. И, кстати, вокруг я не обнаружил ничего подозрительного.

Здесь, во дворе избы на границе Нижнего города, не было незваных гостей. Я мог не просто почувствовать, но даже увидеть любых посетителей, если бы открыл глаза. Но отсутствие слежки не расслабляло, а заставляло призадуматься.

Самым приятным для отряда было то, что целый день шёл пир. Продукты, которые не удалось продать, подъедались Прохором и остальными хаоситами с удивительной скоростью. Я только видел, как они метались из главной избы к широкому столу на улице рядом с колодцем.

Они таскали себе ледяную воду и уплетали всё, что попадалось под руки, за обе щёки. Надо отметить, что еду с долгим сроком годности я пристроил в дело, добавив в походные запасы. А остальное не оставлять же пропадать.

К вечеру мы собрались во дворе пить чай. Иван достал огромный самовар, заряжающийся магией. Я сидел во главе стола и потягивал не кислый отвар из клюквы, а чай со смородиновым вареньем. От жара сладкого напитка по лбу скатывались капли пота, а по телу расплывалось приятное тепло.

Звенели кружки, стучали ложки.

— Сколько в вас влезает? — улыбнулся я, обращаясь к Прохору и хаоситам.

— Развивающемуся воину нужно много сил, — невозмутимо ответил он.

Я смотрел на габаритного моряка, уплетающего что-то мучное за обе щёки, и его ответ показался мне абсолютно логичным.

Я оглядел собранный отряд: волшебники и воины, хаоситы и нет. Я слабо улыбнулся. Сегодня был последний спокойный вечер перед долгим путешествием.

На следующий день солнце вставало медленно, лучи с трудом пробивались сквозь утреннюю дымку. Выходить спозаранку, в четыре утра, могло показаться обыденностью, но это время было самым сонным. В первую очередь для горожан и лишних глаз.

— Готово, — коротко бросил Аскольд, застёгивая ремни на груди.

Он был хмур и сосредоточен, но в глазах блестели озорные огоньки.

Рядом со мной стояла Весна. Она проверяла амулеты и обереги. Её волосы были собраны в высокий хвост, а на запястьях красовались меховые наручи со светящимися оранжевыми рунами. Это были артефакты, созданные из шкуры убитого мной медведя. От Весны пахло лавандой и какими-то горьковатыми травами.

Я поймал на себе любопытный взгляд Иры. Наши глаза встретились, и лучница быстро отвернулась. Вообще, наручи из шкуры медведя красовались ещё и на Роме с Иваном, то есть на магах нашего отряда. Мне показалось, что пускать шкуру на одну накидку или броню было бы расточительно, да и она была изрезана тут и там, местами.

Более того, разные куски сохранили разную степень антимагии, поэтому мастеровые выбрали самые крепкие сохранившиеся куски и из них сделали три пары наручей для защиты магов. Почему одна из пар наручей не досталась мне? Я и сам могу себя защитить.

Рома сидел в телеге и поглядывал в серое небо. Глеб держал в руках карту — вопреки беспокойству всего день назад, сейчас он выглядел сосредоточенно. Кивал, шевелил губами, явно что-то прикидывая и запоминая.

Хаоситы проверяли каждое колесо, каждую застёжку и петлю на повозках и закрепляли зачарованные контейнеры.

Я подошёл к Сольвейг. Она, к моему удивлению, держала в руках книжицу в кожаном переплёте и что-то чертила в ней.

— Что там у тебя? — поинтересовался я.

Сольвейг вскочила на месте и резко захлопнула записную книжку.

— Дорогой дневник… — хитро протянул я, улыбнувшись.

Сольвейг хмыкнула и беззлобно толкнула меня в грудь — совсем легонько.

— Брось ты… Просто… Раз уж иду в неизвестность, хочу оставить какие-то записи.

— Рано ты помирать собралась.

Она слабо улыбнулась.

— Я за свою жизнь толком нигде, кроме Выкречи, и не была. Топи, леса, горы, кишащие монстрами — вот всё, что я видела. Ну и ещё… До всего этого… Я рассказывала…

Сольвейг замялась и опустила глаза в землю.

— Я помню, — успокоил её я.

Я мягко провёл тыльной стороной ладони по её щеке. Сольвейг взглянула на меня повеселевшими голубыми глазами.

— Путешествие будет долгим и интересным, так что успеешь заполнить все страницы своего журнала.

— Верю, — кивнула мне Сольвейг.

Я отстранился и вернулся к делу, осмотрев бойцов. Дальний бой, ближний бой, физические атаки и магия — воздух, хаос, смешанные стихии. Каждый в отряде знал свою роль. Мы успели сработаться в Выкречи и в Зоне. Теперь же нам предстояло проверить себя в походе.

Караван медленно двинулся по улицам города. Здесь было пусто, а я не чувствовал никаких подозрительных аур. Кое-где стражники, кое-где маги — ничего необычного. Мы вышли через ворота в сторону Зоны. Нас пропустили без всяких проблем, статус ходоков позволял. Мы отправились в сторону Топей… Но как только удалились и вошли под сень первых скрюченных деревьев, тут же свернули в другую сторону, делая крюк.

— Вот и всё, — вздохнул Иван.

Я же не испытывал никаких сантиментов. Даже не стал толком ни с кем прощаться. С тем же Ратибором, например. Зачем? Его дети вон сидят в телеге, в новенькой броне. Найдут, как связаться, если потребуется. Да и Империя не такая большая, как кажется на первый взгляд. Особенно по достижении определенного ранга.

Выкречь вскоре осталась позади — стены, башни, дым и звон колоколов. Я не оборачивался. Мы просто отправились в путь.

Тракт тянулся широкой полосой между холмами. Он был покрыт грязью и изрезан колеями. Нескончаемое количество проехавших здесь в разное время караванов оставило свои следы. Колеса в телеге прыгали по ухабам и ритмично постукивали. Кони фыркали, тяжело ступая по липкой земле, и роняли пар из ноздрей, ощущая утреннюю прохладу.

Кто-то из нас ехал на лошадях, кто-то сидел в телегах. Разговоров почти не было. В молчании своих людей я чувствовал предвкушение и интригу.

Аскольд смотрел вперёд, стараясь разглядеть что-то за горизонтом. Бойцы в повозках в сотый раз перебирали снаряжение, проверяя застёжки, магические руны и ремни на доспехах.

Иван сидел на одной из последних телег и смотрел назад, на растворяющиеся в утренней дымке последние очертания Выкречи. Отсюда, пожалуй, можно было разве что увидеть светящиеся бирюзовые защитные купола, да и те уже почти полностью скрылись из виду.

Мне было не впервые двигаться с караваном, как и многим из моряков. Я ехал на лошади, периодически ускоряясь, а иногда замедляясь, чтобы оценивать обстановку вокруг. Первым ехал Аскольд, а в телеге за ним Глеб. Они были нашими проводниками, так как лучше всех изучили карты. Аскольд ещё имел немалый опыт путешествий. Тракт, неминуемо забирая на юг, вёл нас от болот и холмов к полосе редкого леса.

Через несколько часов пути среди скрипа повозок, редких криков птиц и фырканья лошадей я почувствовал что-то неладное.

— Стой! Тихо! — сказал я, вскидывая руку.

Отряд тут же остановился. Рома соскочил с повозки, подготавливая посох к бою. Ира наложила стрелу на тетиву.

— Вон там что-то есть, — проговорил Аскольд, ткнув пальцем в сторону одинокой ели.

Да, я тоже уже почувствовал противника и начал подготавливать заклинание. На нас выскочил огромный волк-одиночка третьего уровня. Он словно отделился от тени дерева. Выглядел он неважно: облезлая шерсть, свежие и загрубевшие раны, худой настолько, что видны были рёбра. Одного глаза не хватало — явно недобиток.

Он грозно зарычал, даже несмотря на наше явное превосходство в силе. Не иначе изголодался по свежему мясу, гонимый повсюду стражей и дружиной. Глаза волка горели неугасающей злобой, а из пасти на землю падали капли вязкой слюны.

— Не подпускать! — скомандовал я.

Я первым отправил заклинание в полёт — Цепь хаоса. Даже неожиданно ловкий прыжок вбок не смог спасти монстра от заклинания. Звенья цепи сжали его тело, медленно, но верно выжигая шкуру и плоть. Волк взвыл.

Раздался звук спущенной тетивы, и у морды волка разорвалась стрела, обжигая его волной пламени. Аскольд, успевший спешиться, воспользовался замешательством волка и метнулся к нему сбоку. Он полоснул одиночку лезвием сабли, разрубая мясо и кости. Клинок оставил глубокую рану.

Волк вновь взвизгнул, но не отступил. Он ударил лапой наотмашь по Аскольду — если не пробить, то исковеркать юшман. Я на всякий случай поставил Водный щит, и лапа монстра с бульканьем ударилась в воду. А в следующий миг Сольвейг вбила двуручный меч в башку твари, отчего в воздух взвился фонтан чёрной крови.

Волк повалился, но попытался подняться снова. Меч Сольвейг неудачно застрял в черепушке монстра, но вокруг воительницы витал Воздушный щит, наколдованный Ромой. Я ударил по волку Воздушным серпом — одиночным, но усиленным хаосом. Монстр дёрнулся и затих. На этот раз окончательно.

— Фьють! — присвистнул Глеб. — Быстро и чисто.

Он-то ещё не видел наш отряд в деле после того, как я избавил его от окаменения. Ну, как избавил… Вернул к жизни.

— Если бы не мы, он бы устроил резню среди местных, — проговорил Рома, возвращаясь на повозку.

Он был прав. Одиночка третьего уровня, даже настолько ослабленный и изголодавшийся, мог устроить настоящую бойню в деревне. Если, конечно, хоть одна деревня в округе уцелела или успела восстановиться.

Мы быстро почистили оружие и двинулись дальше, оставив за собой кровавый след на дороге, как напоминание. Зона просто так не отпускала никого. Даже после победы над ней.

На тракте нам практически не встречались другие путешественники. Как будто дороги, даже смотря на отступившую волну, вымерли. Тишину хранил не только мой отряд, но и природа вокруг — все её звуки были редкими и какими-то вымученными.

Я смотрел по сторонам и периодически запускал заклинание поиска в разные стороны, но ничего не обнаруживал. Но я чувствовал — что-то не так. Инстинктивно. Всё шло слишком гладко. Один монстр за день — это сущая мелочь, пустяк.

Мало того что мы вышли из Выкречи без лишних проволочек и происшествий, так ещё и не было никакой погони. А ведь город, переживший осаду, только-только расшевелился. Всё политическое болото обрело жизнь, и оно не могло так просто отпустить тех, кто был в самом центре событий.

Там, за спиной, оставались не только стены, купола, башни и люди. Там оставались интересы, опасения, амбиции и враги. Враги, которые никогда не забывали — даже спустя несколько веков.

К вечеру дорога медленно привела нас в низину.

— Стой, — скомандовал я. — Привал.

Мы разбили лагерь у редкой рощицы. Я поставил Полог, а Рома с Иваном активировали магические ловушки и охранные руны.

— Сегодня будем без огня, — коротко произнёс я, жуя жёсткое сушёное мясо.

— И правильно, — поддакнул мне Аскольд.

Я не верил, что Выкречь так просто отпустил нас, и не собирался рисковать понапрасну. Вот в нескольких днях пути уже можно будет приготовить горячую еду и насладиться теплом костра. Ночи-то были холодные.

— Заметил кого, командир? — спросил меня Аскольд, присаживаясь рядом.

— Нет, — покачал головой я. — Пока нет.

— Плохо, — посерьёзнел Аскольд. — Уж лучше бы заметил кого.

Одноглазый понимал, что такое инстинкты. К тому же ночью вызвался дежурить в первую смену, как и я.

Полог достаточно хорошо скрывал звуки лошадей, наши разговоры, да вообще многое. Но это заклинание имело один недостаток: если искать не человека, а магию… Здесь, на этом участке тракта, кроме нас, вряд ли были ещё путники. Так что выйти на нас было вполне реально.

Я сидел на краю лагеря, глядя на полную луну. Где-то вдалеке, там, где мерцал белый свет, продолжалась наша тропа. Ветер забирался под одежду и приносил с собой запах золы и сырой земли.

Утром мы быстро собрались и двинулись дальше. Дорога не ждала. Мы ехали по холмам. Воздух медленно прогревался, когда до моих ушей донёсся глухой протяжный звук.

Все глаза устремились к источнику звука. Он шёл откуда-то из редкого леса, укрытого утренним туманом.

Я пришпорил коня и поравнялся с Аскольдом.

— Может, княжеские? — спросил он.

— Нет, — сказал я, щурясь.

Я чувствовал приближение довольно сильного отряда, и вряд ли ауры принадлежали дружинникам. Этих я мог распознать с закрытыми глазами.

— Солнечники. И не новички.

Мы оставили телеги позади и организовали строй с всадниками на фланге.

— Может, всё-таки… — обнадеживающе произнёс Глеб, но тут же умолк. — Вот влипли.

Из тумана медленно вынырнули воины в светлых доспехах, изрезанных священными для них символами, и маги в белых робах с жёлтыми знаками. От всех исходило лёгкое золотистое свечение, медленно усиливающееся по мере приближения к нам. Некоторые из солнечников несли знамёна. Всё это походило на картины старой хроники, ожившие прямо на глазах. Вот только я в этой хронике в своё время участвовал лично.

Их отряд остановился в отдалении. Вперёд выдвинулись трое: два мага в белых плащах с золотыми вставками и посохами из белого дерева, и воин в кольчуге с копьём наперевес. На его доспехе горел знак солнца, а его глаза практически сияли.

Три Подмастерья, воин шестой звёзды, парочка пятой… В строю достаточно низкоуровневых.

Некоторые из противников были в более скромных мантиях и доспехах. Но их ауры пульсировали, говоря о боевой готовности. Воины-солнечники переминались с ноги на ногу в предвкушении, отчего доспехи скрежетали.

Нас разделяло несколько десятков шагов. Если прикинуть их силу, то группа была собрана так, чтобы если не превзойти, то не проиграть моему отряду. Вряд ли они оказались здесь случайно.

Я пришпорил лошадь и выехал вперёд. Аскольд дёрнулся за мной, но я остановил его коротким движением руки.

Я имел свой план в голове, поэтому старался как можно ближе подъехать к рядам противника и встретиться с их «переговорщиками» не на середине, а чуть ближе к их воинам. У меня это получилось.

— Максим Клинков, — показушно вежливо обратился ко мне воин в сияющих доспехах.

— Мы знакомы? — спокойно спросил я.

— Пока нет, — покачал головой воин. — Но думаю, что очень скоро мы обязательно устраним эту оплошность. Вы должны понимать, что не можете покинуть земли Церкви солнца, не прояснив некоторых вопросов.

Он не спрашивал, просто констатировал факты — по его мнению, конечно.

— Ну и какие вопросы могут иметь ко мне солнечники?

— Ай-яй-яй, — картинно протянул он. — Ваше происхождение. Также причина осквернения посоха и личность наставника. Ведь хаоситов не обнаруживали уже давненько. Значит, кто-то вас научил этому проклятому ремеслу.

Солнечник говорил размеренно и спокойно, чувствуя за собой силу. Да, передо мной был боевой отряд церкви. Но и за моей спиной находились воины — не слабее, а во многом сильнее противников. Какая карта была у него в рукаве?

— Ваша осведомленность о монстрах и отклонениях в Зоне, связи с другими хаоситами… У церкви к вам много вопросов. Потому мы просто обязаны сопроводить вас обратно.

— Арест? — усмехнулся я. — Как банально.

— Нет-нет-нет, — ответил он. — Обеспечение порядка и защита мира от скверны.

Странно, что мы уже встретились с отрядом церковников, но мои инстинкты всё ещё подсказывали мне, что что-то здесь было не так. Я не чувствовал в округе засады или чего-либо ещё. Нет, солнечники просто вышли на нас лоб в лоб.

Застенки солнечников для хаосита верная смерть — медленная и мучительная. И это в лучшем случае. Так что вряд ли они рассчитывали на мирную сдачу оружия.

Тишина повисла между нами, как натянутая тетива. Я ощущал, как мои бойцы за спиной медленно подготавливают заклинания. То же самое происходило и с противоположной стороны. Мой посох из чёрного дуба медленно завибрировал. Все чувствовали — бой близко.

— Я спрошу всего один раз, — холодно произнёс я. — Вы уверены, что хотите начать бой здесь и сейчас?

Воин-солнечник слегка склонил голову, принимая свою судьбу:

— Не мы начнём. Закон церкви начнёт за нас.

— Тогда не держи зла, — бросил я и активировал заклинание.

Мир вспыхнул. Воздух задрожал от моей магии. Прямо в центр строя солнечников опустилась воронка, наполненная моей маной. Я тут же отправил в полёт Сферу, чтобы перехватить вражеские заклинания. И замер.

Никто из солнечников даже не шелохнулся. Моя воронка посреди их рядов в один миг потеряла свою силу. Хаос вспыхнул и был поглощён светом. То же самое случилось и со сферой.

Раздался сухой ехидный смех из-под шлема воина.

Он медленно достал откуда-то из-за спины светящуюся книжицу со святыми для солнечников символами. Она источала ослепляющий свет, который противоречил моему существованию и выжигал меня даже на расстоянии.

Моя кровь в миг забурлила, а хаос норовил вырваться наружу. Я узнал эту книгу. Завет.

Это значило лишь одно.

— Азъ есмь закон, — сквозь зубы процедил воин-солнечник.

Передо мной был не простой воин церкви солнца. Передо мной был Инквизитор.

Продолжение здесь: https://author.today/reader/440868/4086163

Nota bene

Книга предоставлена Цокольным этажом, где можно скачать и другие книги.

Сайт заблокирован в России, поэтому доступ к сайту через VPN. Можете воспользоваться Censor Tracker или Антизапретом.

У нас есть Telegram-бот, о котором подробнее можно узнать на сайте в Ответах.

* * *

Если вам понравилась книга, наградите автора лайком и донатом:

Клинков 3. Последний хаосит

Content

Клинков 3. Последний хаосит

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Глава 20

Глава 21

Глава 22

Глава 23

Глава 24

Nota bene