Ведьмак 23го века. Плавные прямые.

Пролог

Пролог

Разглядывая с борта летучего корабля то стоящий на летном поле флот, то расположенный неподалеку город, что стремительно увеличивались в размерах благодаря снижению высоты, Алексей Костенов нервничал, и даже не стеснялся этого признать. Он точно видел, как шевельнулись орудия на нескольких турелях, беря на прицел маленькое курьерское суденышко, весь экипаж которого составлял от силы пару человек! А разве такой крохе много надо, чтобы рассыпаться на части? Да одного попадания хватит…Если барьеры подведут или снаряд окажется зачарован так, что стандартные щиты его не остановят. Еще нервировали Алексея люди, снующие внизу, поголовно вооруженные и так сильно отличающиеся от привычных взгляду стрельцов в их алых кафтанах или дисциплинированной донельзя дворцовой гвардии. И не только цветом кожи, что от обитателей далекой Индии было, в общем-то, ожидаемо! Он просто не знал местной геральдики и особенностей этикета, а потому запросто мог по незнанию оскорбить отпрыска кого-нибудь из местных князей или ещё хуже, перепутать благородного человека с простолюдином, отвесив пощечину за недостаточную расторопность аристократу или же попытавшись подать руку для приветствия какому-нибудь выскочке из числа солдат! Подобная оплошность могла иметь очень долгоиграющие последствия, включая полную потерю собственной репутации и даже дуэль…Дуэль, на которой ему уж точно не победить! Да, формально Костенов считался истинным магом и даже имел соответствующий диплом, и отметки на ауре, указывающие на его принадлежность к придворным императорского дворца…Но боевым магом он и близко не был! И вне тренировочной арены никогда в жизни не дрался! Он ведь всего себя посветил тому, чтобы стать лучшим на свете портным! И не совсем уж безуспешно, раз уж всего-то к пятидесяти годам получилось стать старшим помощником заместителя главного камердинера самого государя!

Курьерское судно наконец-то приземлилось, опустившись на грунт прямо перед двумя шеренгами солдат в каких-то однотипных зеленых одеждах, выстроившихся почетным караулом. Причем с этими людьми был кто-то ещё. Кто-то, подозрительно похожий на описание тех персон, к которым Алексея и направили, и кого он боялся даже больше, чем всех местных головорезов вместе взятых! Темные магистры! Олег Коробейников и Святослав из Больших Грибов…Последний так и вовсе не просто магистр, а архимагистр! Один из сильнейших и умнейших людей мира, умудрившийся набрать могущество, которое большинству смертных даже и не снилось и вплотную подходит к божественным возможностям, если конечно речь идет о каких-нибудь мелких божках или великих духах, и при том сумевший свое существование держать в тайне решительно ото всех, включая двор императора, церковь и контрразведку! Истинное воплощение коварства и зла!!!

Своему переводу из числа придворных портных в число придворных, облеченных доверием императора и выполняющих для него по-настоящему важную работу Алексей был рад меньше, чем извещению о том, что какие-то пираты сожгли и разграбили все четыре принадлежащих ему села, покуда он в столице карьеру делал! Крестьяне-то новые наплодятся лет через сорок или пятьдесят, а вот жизнь у него одна! И за неё ему очень-очень страшно, поскольку посланные из Москвы в эту далекую индийскую глушь чиновники имели обыкновение не возвращаться! Убивали их тут. Вот эти двое, которые его ждут, и убивали, когда символически маскируя свои действия под несчастный случай, а когда и не утруждая себя подобной малостью. Потому-то собственно сотрудники министерства иностранных дел и оказались все поголовно вдруг заняты-заняты…И привлекли дополнительные резервы…Его. Только когда он соглашался помочь одному уважаемому магистру, которому черта с два откажешь без серьезнейших последствий, то думал, что его пошлют с ценным дипломатическим грузом то ли в Японию, то ли в США, то ли вообще в Польшу какую-нибудь…С учетом официально объявленного перемирия на всех фронтах такое путешествие оказалось бы скучным и неудобным, но не опасным…Только эта сволочь в генеральском мундире, оказывается, имела в виду Индию, где творили свои темные делишки самые новые члены Боярской Думы!

— Ну почему я, дурак, в Париж не уехал, когда возможность была удобная после окончания войны с немцами? — Мелькнула в голове Алексея паническая мысль, пока он пытался взять себя в руки…Или хотя бы демонстративно не бледнеть и не дрожать. Благо уж чему-чему, а держать лицо за время службы во дворце он научился просто прекрасно! И работать языком, производя впечатление на прекрасных дам…Фрейлины покойной императрицы или могущественные волшебницы, по праву силы занявшие тот или иной государственный пост, все-таки оставались женщинами, и очень любили, когда им делают комплименты. Особенно если слышали во время примерки своей новой обновки… — Познакомился бы с лучшими модельерами мира в признанной столице высокой культуры, а может и при дворце деспота пристроиться бы получилось…Не ему наряды шил бы, так хотя бы гвардии мушкетеров или просто ливреи для слуг…

Оставаться на борту после посадки дольше нескольких секунд было попросту неприлично и определенно могло разгневать встречающих курьерское судно магистров, а потому его единственному пассажиру все-таки пришлось взять в себя в руки и покинуть судно, переборов собственный страх. Развернувшийся благодаря какой-то магии трап он проигнорировал, просто взлетев немного вверх, чтобы преодолеть бортовые ограждения, а после плавно опустились вниз. Последовал вслед за ним и доверенный ему важный дипломатический груз, который старший помощник заместителя главного камердинера самого государя подхватил с палубы телекинезом с отработанным годами практики мастерством. Он даже едва заметил тяжесть сей ноши, определенно способной сломать хребет не только лошади, но даже и быку, а может быть и какому-нибудь не сильно выносливому и взрослому слоненку.

— Приветствую вас, господа бояре! — Едва коснувшись ногами земли, Алексей тут же согнулся в глубоком поясном поклоне, почти подметая своими волосами умеренно гладкую каменную корку, покрывающую поверхность летного поля и явно созданную каким-то умелым геомантом. Придворному портному она очень понравилась: ровная, удобная и абсолютно лишена каких-либо отражающих свойств, благодаря чему ему теперь совсем не видно лиц темных магистров. Не то, чтобы они были такими уж страшными…Но Святослав из Больших Грибов улыбался! Широко! Радостно! Кажется, даже искренне! И Алексей очень-очень не хотел знать, какие же конкретно мысли могли настроить это чудовище в человеческом обличье на позитивный лад! — От лица владыки и самодержца Возрожденной Российской Империи, императора Льва Первого, позвольте вручить вам сей дар нашего государя, собственноручно сделанный мною по его повелению!

Не разгибаясь, один из самых умелых придворных портных слегка шевельнул кистью, заставляя распахнуться доверенный ему груз, а именно два массивных высоких сундука в человеческий рост, которые скорее следовало бы назвать шкафами. Удержание в воздухе столь крупных объектов, каждый из которых еще и весил килограмм по сто, давалась даже истинному магу весьма непросто…Но очень старающийся не показывать своих истинных эмоций Алексей знал, что так его творения будут смотреться куда более внушительно. Хотя они и так выглядели очень даже ничего. Ярко блестел и переливался в лучах жаркого южного солнца словно бы наполненный изнутри собственным сиянием мех магического медведя, из которого было изготовлено две шубы, и две шапки. Правда, один комплект был чуть тусклее другого и немного меньше…И это заставляло создателя данной одежды очень, ну вот просто очень переживать. Как ему доказать, что он ни в чем не виноват⁈ Он ведь просто делал свою работу, пошив официальную униформу высшего дворянства Возрожденной Российской Империи! По предоставленным ему меркам и из предоставленных материалов!

— Гм… — Раздалось слева, где находился магистр Коробейников. Про эту темную во всех смыслах слова лошадку Алексей узнал очень многое, и это многое ему решительно не понравилось! Он вообще был человеком с очень традиционным взглядом на мир и место в нем злокозненных некромантов или же демонологов, практикующих свои черные искусства. И местом этим по его скромному мнению должен был оказаться костер! А стоящий перед ним высший маг был и тем, и другим. Причем достаточно умелым, дабы воители церкви не имели повода сжечь чернокнижника, открыто призывающего высших демонов и остаться живым в то время, когда подавляющее большинство его коллег оказались пожраны их деловыми партнерами, презревшими прошлые клятвы и соглашения. — Мне кажется или я чую какой-то подвох?

— Дык, — издали какой-то невразумительный, но явно несущий недовольные интонации звук справа, из-за чего у придворного портного коленки малость затряслись. Ибо как раз с той стороны и стоял архимагистр, которого подозревали…Никто толком не мог объяснить в чем, но подозревали. И церковь, и другие высшие маги, и весь императорский двор. — Шой-то тута ну, стал быть, кажися действительно не так…

— Многоуважаемые господа бояре, я уверяю вас что… — Дальнейшее продолжение фразы очень осторожно и очень медленно разгибающийся Алексей как-то не продумал, но это было уже не важно, поскольку те кому и предназначался его ценный груз просто отодвинули портного в сторону словно какую-то попавшуюся под ноги табуретку.И принялись внимательно изучать одежду, что он для них сшил.

— Активной магии вроде нет или, по крайней мере, она совсем не чувствуется. — Потер подбородок Коробейников, изучая ту шубу, которая предназначалась явно ему, ибо была попроще, да и размерами поменьше. — Видимо предполагается, что мы должны эти костюмчики сами зачаровать, под себя…Однако терзают меня все же смутные сомнения…

Топнув ногой, магистр поднял из земли большой кусок почвы и камня, который спустя мгновение начал под его взглядом преобразовываться в подобие самого Коробейникова. Затем он плеснул на неё собственной кровью из мгновенно открывшейся раны на руке, покрыв собственное лицо алой пленкой и осторожно перенес высокую боярскую шапку на голову своего подобия…

С громким треском два десятка загнутых медвежьих когтей, выросших словно бы из ниоткуда по краю головного убора, превратили его горловину в подобие зубастой пасти, а потом вонзились в каменную плоть статуи. Вонзились и раскололи её, будто хрупкую яичную скорлупу, а чтобы с громким треском попытаться пережевать откушенное…И это была только первая ласточка одежды, которая неожиданно стала своевольничать, если не сказать — буйствовать!

Зарычав не хуже медведя, из которого её изготовили, шуба магистра Коробейникова бросилась на своего предполагаемого владельца…И отлетела от него будто от стенки, поскольку к земле её прибило сразу двумя боевыми топорами, выпорхнувшими из ножен, висящих на поясе одаренного шестого ранга. Крови или иных субстанций из бешено задергавшейся одежды естественно не текло, более того, явно зачарованные лезвия её даже не пробили…Но зафиксировали на одном месте достаточно надежно, дабы та больше не могла ни на сантиметр куда-нибудь в сторону сдвинуться. А после она и вовсе стала проваливаться куда-то в глубины земли, поскольку камень под ней потек подобно горячему воску.

Второй комплект боярской униформы двигался молча, но оказался ничуть не более дружелюбен. Метнувшаяся к Святославу из Больших Грибов чрезмерно прыгучая шапка так до своей цели и не долетела, поскольку кто-то из стоящих в почетном карауле бойцов успел выхватить револьвер и от бедра на огромной скорости всадил в неё сразу четыре зачарованных пули. Во всяком случае, они сияли ну просто очень ярко, пробили вполне пригодный на роль легкой брони плотный мех навылет, а оставшиеся дыры тлели ярким синим пламенем. Самая крупная шуба, ничуть не расстроившись потерей идущего в комплекте головного убора, бросилась на своего предполагаемого хозяина, оттолкнувшись от висящего в воздухе ящика с достаточной силой, дабы придворной портной не удержал тот в воздухе телекинезом и весящая десяток килограмм деревянная конструкция шлепнулась на землю. Во взбесившийся кусок меха со стороны архимагистра ударила яркая и толстая молния…Ударила и соскользнула, поскольку длинный ворс этой взбунтовавшейся вещи не только блестел словно навощенный, но и отражал смертоносное электричество с такой же легкостью, будто это были лишь брызги воды. Короткий, но очень быстрый удар пустым вроде бы рукавом не только со свистом разрезал воздух в том месте, где несколько секунд находилась массивная фигура архимагистра, но и легко отправил в полет на десяток метров сразу четверых солдат, что бросились на выручку своему начальству с клинками наголо, но оказались далеко не стол прыткими. Впрочем, сей успех для разбушевавшегося куска медвежьего меха оказался хоть и самым крупным, но последним. Оглушительно взвывший ветер заставил опустевший было ящик напрыгнуть обратно на свое излишне резвое содержимое, сгрести его внутрь и плотно закрыться. Немедленно обрушившиеся изнутри на его стенки удары могли бы за несколько секунд расколошматить этот контейнер, пусть даже по прочности тот мог соперничать с каким-нибудь хлипеньким сейфом, но сконденсировавшийся вокруг досок лед превратил их в подобие особо прочного саркофага, и с каждым мгновением толщина и прочность его лишь нарастали.

— Я…Я…Не я! Это…Это не я!!! — Старший помощником заместителя главного камердинера самого государя покачнулся, а после и вовсе упал на колени, поскольку у него все потемнело перед глазами, а сердце в груди рвануло такой болью, будто его оттуда уже выдирали, чтобы бросить на жертвенный алтарь. — Не яйаааа!!!

— Дык? — Обратил на кричавшегося в истерике придворного свой устрашающий взор архимагистр, и в следующую же секунду Алексей понял, что вопить больше не может. Ибо воздуха в его легких больше нет…Пусть даже он почему-то и не задыхается.

— Думаю, действительно не он, — кивнул Коробейников, с крайне увлеченным видом рассматривая свою боярскую шапку, по-прежнему пытавшуюся несмотря ни на что сожрать ту голову, на которую её водрузили. То ли кровь, которой он обрызгал свою же статую показалась этому головному убору ну очень вкусной, то ли конструкция из медвежьего меха и тканной подкладки сама по себе большим умом не отличалась за полным неимением мозгов. — Во-первых, если бы эти штука устроили нам проблемы со здоровьем, он жил бы плохо, но недолго, а на самоубийцу этот парень не похож. Скорее уж на специально посланного к нам удобного козла отпущения, которого истинным злоумышленником ну вот вообще ни капельки не жалко. А во-вторых, работа слишком тонкая. Я ведь эту шапку просканировал, но абсолютно ничего подозрительного в ней не увидел, тем более таких длинных, таких острых и таких зачарованных когтей. Работа не истинного мага, но магистра, собаку съевшего на артефакторике и подлянках, которые можно устроить с ее помощью. Но — младшего магистра, скорее всего. Ибо слабенькая его работа получилась какая-то, кроме скрытности и неплохой силы ничего особенного так и не показав…Или же это было нам такое своеобразное предупреждение от коллег…Пожелание доброго здоровья, можно сказать…

Глава 1

Глава 1

О том, как герой хочет все бросить и удрать на рыбалку, работает гарпунером, а также убивает мирного путешественника.

Олег вынужден был признать, что с обретением огромной магической силы и общественным признанием в качестве высшего мага, проблем у него стало в целом меньше. Ну, по крайней мере, мелких проблем. Деловые партнеры в виде всяких мелких индийских аристократов, купцов и жрецов, не лишенных деловой жилки, которые раньше готовы были торговаться чуть ли не за каждый патрон и громогласно поминали поименно всех своих многочисленных предков с их заслугами, теперь не пытались всеми правдами и неправдами выбить скидку из русского чародея, а тихонечко платили по самому выгодному в этой части света прейскуранту. Временами осторожно проверявшие бдительность охраны и тиранящие приставленных к ним учеников британские мастера-военопленные враз стали образцовыми заключенными, которые были готовы ставить натуральные трудовые рекорды, стоило им оказаться лицом к лицу с магистром. Особенно, если за спиной грозно маячил и поддыкивал Святослав, от радости общения с которым истинные джентльмены почему-то быстро начинали задумываться об измене присяге, вере, королеве… Чересчур амбициозные подчиненные из числа более-менее родовитых и талантливых магов, все-таки завербовавшихся в маленькую частную армию русских иностранцев, теперь ходили по струнке, перестав пытаться игнорировать несимпатичные лично им пункты устава, требовать себе непропорционально большую долю добычи или лезть к начальству со всякими глупостями, вроде открытия в Новом Ричмонде рабского рынка или заключения брачных союзов между их многоуважаемыми дедушками и дочерью Олега, которая еще и говорить-то толком не умеет…Однако, к огромному сожалению чародея, число проблем, которые силой решить не получалось, всё равно оставалось ой как немаленьким. И новые этот мир, такой чудесный и в то же время такой жестокий, а с недавних пор еще и трещащий по швам под натиском извне, ему взамен решенных периодически подбрасывал.

— Эх, взять бы удочки, червей накопать и на рыбалку… — Тихонько вздохнул чародей, лежащий в тени крупных развесистых кустов в небольшой ямке, образованной их корнями и созерцая лениво мерцающую водную гладь. Такую близкую, но такую недосягаемую…Вернее, досягаемую, чего-то тут идти-то…Развести в стороны им же самим выращенную зелень, перешагнуть через присыпанный грязью серебряный изолирующий рунный круг, преодолеть полсотни метров до плещущихся совсем рядышком волн…Только в таком случае обесценивался весь смысл засады, которую он так долго и старательно подготавливал. — Шашлыки с ребятами пожарить, заодно детей и девочек выгулять, а то там уже не только Доброслава волком воет от необходимости из дома выходить только в сопровождении маленькой армии…

Дорога, идущая вдоль берега этой речушки, была как бы и пуста, но в то же время не совсем. Стояла там на обочине дымящаяся телега, воняя на всю округу дымом и горелым мясом. Делали это две убитых и слегка подгоревших лошади, а также крупная свиная туша, загруженная в повозку ранним утром. Последняя уже преобразились до полной неузнаваемости, поскольку беспощадное пламя успело полностью её обуглить, кое-где обнажив кости. А заодно огонь полностью сожрал слой соломы, постеленный ранее на дно повозки, довело дно и борта транспортного средства до состояния рассыпавшихся в разные стороны углей и теперь потихоньку доедал колеса, откатившиеся немного в сторону. Однако маленький пожар мог бы тлеть и дымить ещё долго…Если бы ему не помешала струя воды, вдруг ударившая со стороны реки. Реки, на которой не было видно ни кораблей, ни лодок, ни даже каких-нибудь пловцов. Впрочем, словно бы ожившей жидкости это ни капельки не помешало затушить собою пламя, а спустя пару мгновений после того как погас последний уголек, под лучи жаркого южного солнца показался и тот, кто был виновником данной аномалии.

Блестящая на солнце поверхность речушки не колыхнулась, когда из реки выползла фигура, смутно похожая на крокодилью, если бы не трехметровый рост в холке, черно-синяя кожа, практически везде покрытая слоями наросших ракушек или светящимися изнутри алыми кораллами, напоминающий парус массивный спиной гребень, а также очень крупные сегментированные уши-лопухи, смахивающие на какие-то дополнительные плавники. С медлительностью и неспешностью настоящего гиганта имеющее в длину по меньшей мере десяток метров существо поползло вперед по пляжу, временами замирая на пару мгновений, чтобы подозрительно посмотреть по сторонам…Вращать туда-сюда короткой крокодильей шеей было тяжело, но монстр старался, проявляя необычайный уровень осторожности для такого гиганта, который вероятно мог бы без проблем среднестатистического слона растерзать.

— Значит, не наврали местные охотники, которые с этим уродом уже месяц воюют, неся потери. Этот одержимый чемодан и в самом деле больше всего на свете любит паленое мяско, — хмыкнул Олег, хватая лежащее рядом с ним оружие, а именно здоровенный магомеханический гарпун, прикрепленный к длинной и прочной цепи, чей конец был прицеплен к закопанному глубоко в землю многотонному булыжнику. Обычно в схватке он предпочитал использовать собственную магию, револьвер или пару зачарованных боевых топоров…Но сегодня был особый случай. Тварь, ради которой он лежал в засаде, была великолепным сенсором и в то же время настоящим мастером побега, при необходимости разгоняясь с места не хуже гоночного автомобиля! Вдобавок умела без следа растворяться в воде, используя нечто вроде телепортации через дружественную к ней стихию. Причем на довольно неплохую дистанцию, измеряемую парой десятков километров! И поскольку достаточно сильные одержимые существа зачастую плевать хотели на физиологию своей биологической основы, успешно сражаясь с пробитым сердцем или мозгом, первый удар должен был не содержать в себе активной магической энергии, но в то же время оказаться мощным и как минимум ограничить мобильность цели. — Теперь вопрос лишь в том, сожрет ли она отраву в термостойких капсулах или все-таки придется с неё честно воевать. Действительно ли она такой хороший сенсор или просто опасность чует не хуже меня…

Монстр явно подозревал, что дело может быть не чисто…Но ему очень нравился запах паленого мяса, идущий от уничтоженной телеги, а земли, на которые этот чудовище наводило страх и ужас, были не такими уж и мирными. Разного рода маленькие трагедии, ведущие к появлению подобной халявной добычи для небрезгливых хищников или падальщиков, случались тут чуть ли не чаще, чем дожди. А капало с неба во влажном и жарком климате Индии регулярно. Из-за относительно недавних военных действий, активно идущего даже сейчас передела земли с её обитателями, визитов диверсантов из контролируемой британцами части страны и регулярно случающихся мелких прорывов обитателей иных измерений по местным лесам и дорогам во множестве бродили беженцы, лишившиеся всего кроме жизни. Впрочем, ничуть не реже банальной необходимости на преступную дорожку людей бросала банальная алчность, ведь в такие смутные времена очень легко разбогатеть за чужой счет, а потом корчить из себя честного человека, делая вид, будто ничего не произошло. Ну а мертвые, как известно, особой говорливостью не отличаются. Особенно если некому нанять детектива, некроманта или детектива-некроманта.

Внимательно осмотревший с близкой дистанции гору бесхозного мяса монстр не нашел в ней ничего подозрительного. И осмотр округи также не помог ему выявить поводу для беспокойства, поскольку Олег замаскировался очень хорошо. И от прямых взглядов, и от магического сканирования, благо первоначально-то он готовился противостоять с помощью изолирующих контуров и мирской маскировки не каким-то там диким тварям, а самым страшным на свете врагам — другим людям. Гигантский крокодил, вернее монстр который им был когда-то, тем временем расшвырял небольшими наколдованными струями воды остатки повозки и почти уже цапнул своей жуткой громадной пастью лежавшую перед ней обугленную лошадиную тушу…Но в последний момент существо все же оно остановилось, так и не став сжимать клыки на приманке, поскольку что-то то ли заподозрило, то ли почувствовало. Только было уже поздно.

Громадный металлический гарпун, запущенный в полет нечеловечески сильной рукой Олега и лишь слегка подправляемый телекинезом, безошибочно вонзился в покатый бок цели, пробив покрытую окаменевшими ракушками и подозрительного вида коралловыми наростами шкуру. Покрывающая тварь броня ничуть не сковывала движения и оказалась относительно тонкой, всего-то сантиметра полтора-два, но в то же время была на удивление прочной, достаточно прочной, чтобы от неё без малейших повреждений отскакивали пули охотников и солдат, уже несколько десятков раз пытавшихся прикончить эту бестию, ежедневно топящую несколько рыбацких лодок, а то и утаскивающих в воду тех, кто просто прогуливался по берегу…Обычно люди, чье оружие оказывалось полностью бесполезно, либо пускались в паническое бегство, либо становились еще одной жертвой могучего монстра. Только вот на сей раз всё оказалось иначе. Зачарованный на совесть, отточенный до бритвенной остроты и вдобавок просто очень тяжелый снаряд, который и двигался не намного медленнее пушечного ядра, все-таки смог проломить корку из ракушек и кораллов, чтобы вонзиться в живую плоть своим острием, напоминающим четыре плотно прилегающих друг к другу иглы. И такую форму они имели отнюдь не случайно. После столкновения с целью небольшие обрывки синтетических мускул согнулись, растопыривая прежде гладкий наконечник эдаким цветком, делающим его извлечение практически невозможным. А после по каждому из четырех полых стержней прямо в открытую рану начала под огромным давлением впрыскиваться внутрь тела чудовища жидкость, являющаяся смесью антимагической отравы и парализующего яда.

.

Испытавший внезапную и дикую боль монстр, размерами и массой превышающий уничтоженную телегу и пару забитых на мясо старых кляч минимум раз в пять, подпрыгнул вверх аж на полтора метра, что могло бы смотреться даже и немного комично, если бы его размеры. И напоминающий удар гидравлического молота грохот, раздавшийся на всю округу, когда этакая тяжесть с размаху плюхнулась обратно на землю. Первым инстинктом раненного существа было бегство к воде, что являлась одновременно надежным убежищем и источником дополнительной силы для твари, виртуозно владеющей гидромантией. Позабыв про свою былую неспешность и медлительность, гигантский крокодил дернулся в сторону реки едва ли не размазываясь от скорости…И, преодолев метров тридцать едва ли за секунду, был резко остановлен натянувшейся до предела цепью. Ну и болью от засевшего в его теле гарпуна, который резко дернулся наружу, еще сильнее разрывая плоть, а может даже и внутренние органы. Чудовище, у которого с обычным животным физиологически было не так уж и много общего, извернулось на зависть любой кошке, пытаясь перегрызть цепь засветившимися зубами…И сумело снять с неё стружку, не более. Затем движением вытянувшегося и изогнувшего подобно какому-то щупальцу хвоста оно попыталось вырвать из себя не такую уж и крупную по сравнению с ним металлическую занозу…И не сумело этого сделать, лишь причинив себе новую порцию страданий. Растопырившиеся в разные стороны зачарованные металлические стержни засели в его брюхе очень прочно. А даже если бы вырвать их удалось…Что ж, глубокая открытая рана площадью чуть ли не в квадратный метр Олега бы тоже устроила.

На смену первоначальному испугу и желанию смыться куда подальше монстра стремительно приходила злость и готовность драться за свою жизнь. Покрывающие чудовище кораллы вспыхнули изнутри колдовским сиянием, конденсируя вокруг туши своего носителя сотни литров воды, что застыли надежным защитным куполом. А внутри широко распахнувшейся пасти чудовища, начавшего крутиться вокруг своей оси в поисках обидчика, начала формироваться сфера какой-то темно-зеленой дряни, светящаяся от вложенной силы…И этой же сферой страх и ужас местных рыбаков, купальщиков, ныряльщиков и просто жителей побережья судорожно подавился, выкашливая разлагающиеся за считанные мгновения зубы, кровь и куски собственного языка, когда увидел, кто конкретно встал во весь рост из укрытия, прикрытого кустиками. А самое главное — почувствовал, насколько силен человек, до поры до времени сидевший под маскировкой из вполне себе физических объектов и какой-то скрывающей магии.

— Ну что, попался, чемодан одержимый? — Спросил у огромного и страшного монстра вроде бы слабый и хрупкий по сравнению с ним человечек, которого громадный хищник мог бы легко проглотить в один присест. Только вот те, кто мог видеть ауры или как-то иначе воспринимать магическую энергию, сразу бы поняли, что перевес в грядущей битве будет отнюдь не на стороне хозяина реки. О, тот был силен не только телом, но и духом, а потому ни капли не боялся ни потуг деревенских ведьм, жаждущих отомстить за сожранных односельчан, ни жрецов и их проклятий, ни даже профессиональных охотников на чудовищ с их зачарованными клинками и оточенными почти до автоматизма боевыми заклинаниями, ибо ровню ему жалкие двуногие смертные почтительно называли младшими магистрами…А чаще использовали просто словосочетание: «Да, господин!». Однако тот, кто сейчас стоял от могучего чудовища на расстоянии всего-то нескольких десятков метров, был сильнее. Намного. Даже без учета яда антимагии и парализующей отравы, растекающейся по организму могучего монстра. И из укрытий, расположенных от воды чуть дальше, метрах в пятиста, уже вылезали другие люди. Поголовно облаченные в жесткие и блестящие на солнце металлические одежды, вооруженные чем-то куда более грозным чем обычные копья или ружья, да вдобавок пахнущие своей собственной волшебной силой. Слабенькой, по сравнению с их лидером или громадным монстром, но все-таки… — Долго же я тебя ловил, параноик придонный…Ты хоть можешь себе представить, насколько плотный у меня график, и сколько сумочек мне придется из твоей шкуры теперь нарезать, чтобы задобрить жену, которая целых полторы недели меня в своей кровати не видела?

Прикрывавший монстра водяной купол опал на землю, растекшись в разные стороны реками грязи. Такая магия не могла бы защитить своего создателя…Да и поддерживать её отравленному чудовищу с каждым мгновением было все сложнее и сложнее, поскольку смесь ядов распространялась по его телу, заодно воздействуя и на энергетику.

— Я…Мир… — Из широко раскрывшегося рта огромного чудовища вырвались брызги кровавой слюны, а также слова человеческой речи. Были они грубыми и хриплыми, но в целом понятными. И лишь об одном сейчас сожалел могучий дух, что некоторое время назад захватил тело большого и сильного, но в целом обычного крокодила, а после перестроил его под свои нужды. О том, что так и не научился толком общаться с местными смертными, а только их жрал! Правда, как раз в процессе он кое-чему и научился…Так может, просто охотиться на людей ему следовало чаще? — Дружба…Служить…Готов…Путешественник!

— Вот оно — признание,- хмыкнул Олег, неторопливо создавая в паре метров от себя постепенно уплотняющееся копье из некроэнергии. Чародей не торопился и не сокращал дистанцию, не желая лишний раз рисковать. А куда ему было спешить, когда время уже работает на него? — Когда твое имя знают даже бессмертные по определению твари родом с иного плана бытия, то значит, ты чего-то в этой жизни добился…

— Я…Мир! Хотеть мир! — Практически проскулил огромный и сильный, но не такой уж и храбрый монстр, любивший охотиться на тех кто никогда бы не смог дать ему сдачи, с ужасом наблюдая за постепенно набирающими мощь чарами стихии смерти. Одной из немногих вещей, которая могла действительно оборвать раз и навсегда существование духа, захватившего тело гигантского крокодила, а не просто уничтожить занятую им оболочку. Оболочку, с которой ради удобства и энергоэффективности пришелец с иного плана бытия практически сросся. Сейчас сущность эта отчаянно пыталась освободиться от своего вместилища-марионетки и удрать…И она бы могло это сделать. Минуты за две, может три. Вот только такого большого количества времени стоящий невдалеке человек ей определенно давать не собирался. — Мир! Служить! Тебе! Дружба!

Вращающееся вокруг собственной оси копье некроэнергии понеслось к телу гигантской твари, в последние мгновения своего существования предпринявшей последнюю отчаянную попытку защититься. Опавшая было вода вновь взметнулась вверх, чтобы встать на пути чар Олега, а светящиеся кораллы вытянулись и сформировали на пути заклинания нечто вроде плетеного щита…Но заклинание русского боевого мага пробило обе преграды едва замедлившись, а после вгрызлись в башку монстра, пробурили её насквозь и пошли дальше, заставляя осыпаться прахом плоть чудовища и рваться на части энергетику одержимого. До последнего просивший о мире путешественник с иного плана бытия, за время своего пребывания в гостях успевший сожрать несколько сотен человек, так и не получил пощады.

Глава 2

Глава 2

О том, как герой дает мудрый совет, заключает пожизненный контракт и портит результат своей же работы.

Даже после близкого знакомства с созданным Олегом копьем некроэнергии туша одержимого крокодила внушала…И могла быть использована с толком. Во всяком случае, те её места, которые остались относительно невредимыми, поскольку сквозная дыра начинающаяся в центре лба монстра и заканчивающаяся у него где-то под хвостом напрочь испортила позвоночник и большую часть прилегающих органов, не обратив их в прах, так загрязнив до полного неприличия своими токсичными эманациями. Однако зубы и когти гигантского ящера представляли из себя практически готовые костяные ножи, в которых еще и часть его магии могла сохраниться. До сих пор сияющие алым кораллы, если их отскрести от шкуры, определенно заинтересовали бы алхимиков. Сама шкура с брюха и уцелевших боков могла быть превращена умелым ремесленником в очень даже неплохие кожаные доспехи. Ну а хвост и лапы, после того как были отрублены от остальной туши и очищены от всего лишнего, так и вовсе уже запекались на углях в центре деревни под надзором посыпающих их пряностями поваров, добавляя какие-то очень особые нотки к запахам жареной свинины и курятины, свежей выпечки, кипящих в больших котлах супов, разложенных по громадным мискам фруктовых салатов и прочих элементов праздничного пира, устроенного владельцами данного населенного пункта.

— Это была великая победа, господин Прим! Великая, быстрая, решительная и беспощадная! Всего два удара потребовалось магистру Путешественнику, чтобы сразить сего проклятого зверя! — В красках расписывал деяние русского боевого мага кшатрий, вместе с подчиненными самого чародея находившийся в некотором удалении от места засады. Достаточно далеко, чтобы редко отходивший далеко от своей любимой речи монстр их не заметил, но в то же время достаточно близко, дабы Олег мог бы до них добраться, если бы переоценил себя…Или попал в засаду, организованную его врагами, число которых непрестанно росло даже несмотря на то, что уже очень многие из них успели получить путевки на кладбища. — Первый, который сломал ноги сей уродливой ящерицы и обездвижил презренного зверя, и второй, покаравший это чудовище за все то зло, которое она осмелилась причинить людям!

— Я мог бы справиться с ней и сам! — Запальчиво выкрикнул относительно молодой индус по имени Прим, хмуря смуглое лицо и топорща густые пышные усы, явно намазанные каким-то лаком. Был он далеко не первым по счету сыном далеко не самого влиятельного князя, но все-таки смог стать истинным магом всего-то к сорока годам. А потому после заключения перемирия с британцами получил в свое распоряжение кусок земли…Не слишком крупный территориально и всего с одной деревней, но зато очень удачно расположенный. Вдоль реки, через которую переходило несколько переправ, каждую из которых можно было обложить налогом. И пусть в его распоряжении имелась всего одна деревня, но это была очень крупная и большая деревня, которой лишь отсутствие нормальных стен мешало зваться маленьким городом.

— Без сомнения мог бы, — решил польстить Олег хозяину деревни…И своему временному нанимателю. Вернее, формально это была вежливая просьба одного благородного человека другому, после которой сей молодой аристократ остался должен русскому чародею услугу…Но торговаться на протяжении двух часов им обоим это ни капли не помешало. Всех денег, как известно, не заработать…Но Олег иногда думал, что он — пытается. Ибо его не такая уж и маленькая частная армия, а вернее целых две армии: трудовая и подготовленная для непосредственного участия в сражениях, регулярно грозили поставить бюджет под угрозу. То мастерам надо легирующих добавок для качественной орудийной стали раздобыть, какие и в мирное-то время не вдруг найдешь, то случившийся из-за нарушения техники безопасности пожар испортит пару тысяч комплектов обмундирования, которое каким-то частям уже как раз пора менять, то чума принесенная беженцами вспыхнет…А еще периодически пакостили разного рода бандиты и твари. — Этот одержимый крокодил был большим, ну просто очень большим…Но не могучим, а просто разъевшимся, будто самая обычная свинья! И не мне вам говорить, насколько эта водоплавающая пакость была труслива…

— Семнадцать раз она от меня уходила, не приняв бой! — Тряхнул своими длиннющими усищами Прим, который в собственной дружине был главной ударной силой и единственным истинным магом. И, тем не менее, старающийся осторожничать дух всегда драпал при виде этого индуса-аристократа, даже если для этого требовалось бросить недоеденную добычу…Или его смущала группа поддержки молодого феодала в лице полутора десятков подмастерий, которых он всегда таскал за собой на конях и в местном рыцарском обвесе, дополненным трофейным огнестрельным оружием. — Семнадцать! И еще свыше двух сотен раз оставлял ни с чем моих воинов! Если в отрядах охотников была хотя бы парочка десятников или ветеранов с волшебным оружием, то это исчадье смрадных болот либо атаковало ту группу, где такой силы не было, либо вообще вновь принималось рыбацкие лодки топить! Я даже уже и не уверен, что моим войнам стоит такую добычу есть! А ну как от этого мяса они заразятся трусостью⁈

— Крестьянским детям отдайте. Девочкам — посоветовал целитель, который точно знал, что таким образом качества характера не передаются. Лучше многих знал, ибо его сила во многом была не совсем его собственной. Только вот приобрести даже одну тысячную её вряд ли бы получилось, если бы он источники нынешнего магического могущества просто сожрал. Хотя конечно медицина этого мира считала правильно приготовленные части тела могущественных волшебных монстров однозначно полезным для здоровья продуктом, позволяющим пусть не прыгнуть выше головы, но окрепнуть и тем быстрее раскрыть свои таланты на полную или выдержать больше ударов судьбы. А еще местным детям, на худые и грязные фигурки которых у чародея едва удавалось глядеть без слез, определенно не помешала бы добавка в рацион самого обычного белка, ибо вряд ли они мясо видели в своих тарелках даже по праздникам. Разве только в виде каких-нибудь обгрызенных мослов или шкур, которые богачи презрительно выкинули. — Им это точно будет не страшно!

— Ваша мудрость воистину равна мудрости древнейших владык судеб нашего мира, о магистр Коробейников, прозванный Путешественником! — Приложив обе руки к сердцу, Прим обозначил своему собеседнику поклон, наклонив корпус. Чуть-чуть, буквально на пару градусов, больше сгибаться ему видимо не позволяла фамильная честь, гордость истинного мага и прочие понты…Впрочем, Олег не возражал. Пока этот индус будет безукоризненно выполнять взятые на себя обязательства, то может его даже вообще не уважать и даже громко заявлять об этом…Где-нибудь в не слишком публичных местах, скажем в своей спальне или на кухне… — И в благодарность за столь хороший совет я объявляю, что отныне и на протяжении целого поколения все товары или путешественники, которые выходят из земель магистра Коробейникова или следуют туда, будут облагаться налогом вдвое меньшим на любых моих дорогах и переправах!

— Я благодарен тебе за оказанную честь! — Продублировал жест индуса Олег, скромно умолчав о том, что сначала для заключения контракта по уничтожению особо пакостного монстра он требовал себе и своим людям на этой земле полное освобождение от налогов и сборов, причем на срок в целых семьдесят пять лет, то естьцелых три поколения…Ибо жили местные простолюдины, которых и признавали своеобразной условной единицей, обычно не слишком долго, а в торгах с аристократией индусов всегда требовалось сначала задрать планку как можно выше, чтобы потом позволить «уговорить» себя опустить её до реальных значений. А если сразу называть желаемые цифры, то времени и сил придется потратить раз в десять больше на словесную войну с ними, доказывая собственное нежелание работать себе в убыток. — И обещаю, что на моих землях твои люди встретят точно такой же прием!

Владения этого индуса могли похвастаться разве только рыбой, речным жемчугом и совсем уж грошовыми поделками из ракушек, но Олег старался думать на перспективу. Чем меньше налоговых сборов и прочих препонов на пути торговли и предпринимательства, тем быстрее расцветает экономика. Ну а свое он возьмет с объемов грузов, что станут путешествовать туда-сюда…Впрочем как и сам Прим, который был явно умнее чем казался, поскольку не очень-то упирался против продавливаемых русским боевым магом условия. Публично этот гордый кшатрий мог презирать всяких простолюдинов и дельцов, но деньги, которые они ему приносили наверняка любил…Или как минимум почитал необходимыми для достижения своих собственных целей. Впрочем возможно в найме иноземного волшебника шестого ранга сказала свое веское слово и обида на практически неуловимого монстра, подсократившего число солдат и слуг этого аристократа, а также не раз оставлявшего его в дураках.

Праздничный пир стремительно набирал обороты, а количество праздничных блюд и выставленных на столы горячительных напитков столь же стремительно убывало. Солдаты местной дружины и подчиненные Олега очень быстро начали хвалиться друг перед другом своими подвигами, зачастую преувеличенными до полной нереальности, и чародей без всякого ясновиденья мог бы сказать, что очень скоро это может вылиться в нечто большее. И неприятное. Он старался оперативно гасить вспышки агрессии когда гневным окриком, а когда незаметными чарами частично паралича на языке очередного забияки, но уследить за всем просто не успевал. Ведь с одной стороны были воспитанные в рамках кастовой системы воины, которым с детства твердили о своей исключительности и превосходстве над чернью…А с другой во множестве имелась как раз эта самая чернь, только куда более экипированная, богатая и имевшая за плечами опыт участия во множестве крупномасштабных битв или мелких зачисток местности от всяких мелких банд людей или монстров. Нельзя сказать, что сопровождавшие русского высшего мага бойцы поголовно были бывшими крестьянами или там помощниками лавочников, все-таки на такое ответственное дело как защита собственной спины он ставил только самые достойные кадры. Однако упорные и талантливые простолюдины, обошедшие на поворотах кадровых вояк или наемников за счет своих достижений на тренировочном плацу или в реальных схватках, там все-таки составляли процентов тридцать. Или даже все семьдесят, если считать уже давно работавших на Олега бывших китайских бедняков или завербовавшихся в отряд обитателей Сибири…Но когда дело все-таки дошло до серьезной ссоры и драки, то сцепились друг с другом все-таки два индуса.

— Я вырву твой лживый язык, навозный червь! — Орал гордый, но бедный кшатрий, держа левой рукой одного из подчиненных Олега за шиворот и раз за разом пытаясь отправить его в нокаут правой конечностью, которая била то в челюсть, то в скулу, разве только виска избегая…Потому как жертва его нападения тот старательно прикрывала, вполне понимая, что там у него самое уязвимое место. Ибо кость тонкая, может треснуть, а сразу за ней — мозг! — За то, что ты сказал о моем отце я стану…Укргх…

— Будущим евнухом османского гарема ты станешь! — Прошедший жесткий курс тренировок боец, отмеченный за свое усердие и талант переводом в состав элиты, позволял бить себя по лицу вовсе не просто так. Он выжидал удобного момент и тянулся к стоящему на столу большому кубку. Кубку, который с размаху врезался кшатрию между ног не хуже чем какая-нибудь дубинка, благо отлили сей сосуд из самой настоящий меди, не пожалев ни материала, ни полироли для блестящего на солнце металла. — Вернее будущим безработным евнухом, поскольку не до гаремов османам теперь! А твой отец — вор! Вор, который обвинил своего названого брата в краже, а после убил его и продал семью своего лучшего друга британским работорговцам!

Поскольку дело вот-вот должно было дойти до оружия, ну или уже дошло, если считать слегка смявший от удара кубок какой-то разновидностью булавы, Олег решил перестать играть тонко, и просто растащил забияк в разные стороны телекинезом.

— Грязный лжец! — Из распахнувшегося рта кшатрия вместе с гневным криком вылетел маленький шарик пламени…Ну очень маленький и слабенький, даже обычного человека такой бы на месте не убил, максимум больно обжег…Что было бы, в принципе, достаточно для победы в схватке один на один с подавляющим большинством врагов, поскольку руки этого потомственного воина уже выхватили из-за пояса массивный трехствольный пистоль, и чуть не разрядил все три его заряда в своего обидчика. Помешал Олег, силой мысли выдернувший из оружия и пули, и порох. — Дуэль! Немедленно дуэль! До смерти! Ты заплатишь за то, что посмел повторять за всякими дураками эти жалкие бредни!

— Жалкие бредни⁈ Ха! — Не удержался от смеха подчиненный Олег, который вроде бы до своего вступления в отряд был одним из местных охотников, чистящих от магических тварей, стихийно поднявшейся нежити и просто обнаглевших хищников леса, болота и прочие места, куда кшатрии и их солдаты обычно без достойного повода не совались. Ибо возни много, прибыли мало, а если какой-нибудь старый тигр-людоед или гигантский паук скрадывает из удаленных деревень по паре человек в месяц, то не отрывать же благородную задницу от её важных дел. — Да мой дед своими глазами видел, как везли в клетке с живым товаром обесчещенных дочерей знаменитого купца Плерда! Купца, в чьем доме он пару раз бывал как гость и видел, что там как ближайшего родича принимали твоего отца, которого тот купец спас во время чумы, купив для него у брахманов стоящее сотни золотых чудесное лекарство! Кстати, вроде и о браке тогда ваши семьи сговаривались…Скажи, а как ты потратил золото, которое получил от англичан за собственную невесту? На шлюх спустил?

— Убью!!! — Подвешенный в воздухе кшатрий принялся извиваться и пытаться освободиться раза в три активнее, чем раньше. — Грязный навозный жук! Я прикончу тебя, а потом найду могилу твоего деда и всю твою семью над ней…

Рассказать, что конкретно сей гордый аристократический воитель собирается сделать с потомками очевидца-правдоруба, у пышущего злобой индуса не получилось. Поскольку Олег ему речевые мышцы парализовал.

— Кажется, дуэль в данном случае неизбежна, но не хотелось бы портить грязью сей чудесный пир, — обратился к местному владыке русский боевой маг, который едва успел счистить с себя землю и прочий мусор, который за время засады нацеплял в собственноручно вырытой канаве. — Отложим их поединок? Скажем, на месяц, ну или когда тут будет ближайший праздник, посвященный одному из богов воинов…

Обмундирование бывшего охотника было хоть и не плохим, но по меркам самого Олега считалось бы скорее второсортным. Слегка зачарованная кольчуга, рыцарский шлем со следами ремонта, относительно неплохая трофейная сабля, способная наковальню не расколоть так надрубить, ну и пара револьверов… Примерно в том же духе был экипирован и кшатрий, бывший судя по всему одним из лучших воинов владыки данного населенного пункта. Только вот удерживаемый силой мысли в воздухе представитель воинской касты был явно куда опытнее относительно молодого парня, а еще как маг намного сильнее заурядного, в общем-то, ведьмака. Да и просто сильнее. Выше, шире в плечах, массивнее, причем без капли лишнего жира, одни лишь мышцы, полученные на многолетних тренировках…Однако за тридцать дней очень интенсивной подготовки эта разница могла бы существенно сократиться. Или вообще сойти на нет, благодаря обширности арсеналов Олега и возможности целителя напрямую улучшить организм своего пациента в весьма широком диапазоне, как минимум нарастив ему немного длину всех костей, да и мышечный каркас укрепив.

— Да разве можно хоть какой-нибудь праздник испортить священным поединком⁈ — Не пошел ему навстречу владелец чересчур разросшейся деревеньки, благополучию которой больше ничего не угрожало. Во всяком случае, в ближайшей перспективе. И хотя Олег допускал, что говорить подобное младший сын какого-то князя мог от чистого сердца…Но почему-то чародею казалось, что мысли его идут примерно теми же путями. Только победы в грядущем смертоубийстве он желал, конечно же, своему бойцу. Бойцу, которого сделать хоть немного лучше вряд ли бы смог, даже если бы попытался, ведь в отличии от русского боевого мага его возможности были довольно жестко ограничены…И, сказать по правде, не слишком-то велики. Пара десятков одаренных младших рангов, сотен пять простых солдат и вооруженных слуг, а также посредственные связи с истинной элитой северной Индии и не слишком-то глубокие карманы…Иначе бы он нашел кого-нибудь другого, кто мог бы решить его проблему с особо быстрым, сильным и телепортирующимся крокодилом, а не пошел бы на поклон к чужеземцу, серьезно урезавшему количество собираемых в данной местности налоговых сборов на два с половиной десятилетия.

Место для поединка расчистили практически мгновенно, вот с установкой барьера, не позволяющего разлетаться в разные стороны пулям и заклинаниям было посложнее, но Олег с грехом пополам смог начертить нужный ритуальный контур, сначала уплотнив по кругу утоптанную землю до состояния камня, а потом вырезав в том нужную руническую последовательность. Энергии его работа жрала как не в себя даже во время простоя и потихоньку разрушалась…Но интуиция подсказывала Олегу, что в данном конкретном случае этого хватит, ибо по-настоящему могущественную магию никто из дуэлянтов попросту не знал, настоящей карманной артиллерии при них не было, да и затягивать схватку, судя по всему, тут никто не собирался.

Оба противника начали поединок одинаково — пошли на сближение друг с другом, одной рукой направляя на цель плюющиеся свинцом пистолеты, а другой крепко держась за свое лучшее оружие ближнего боя. Трехствольный пистолет потомственного воина начал стрелять от бедра сразу же как был отдан сигнал к началу дуэли, и ни разу не промазал мимо своей цели…И не достал до неё свинцом, поскольку все пули оказались остановлены защитными амулетами бывшего охотника. Даже та из них, которая была зачарованной и потому ярко полыхала каким-то синим холодным огнем. А вот здоровенную техномагическую картечницу его соперник вскидывал к плечу гораздо медленнее, да и направил трясущий от натуги ствол в сторону цели не слишком точно…Ибо точность тут ему и не требовалась. Ручное орудие, которое нормальный человек поднять-то может быть и сумел, но удержать во время выстрела — вряд ли, хлестнул настоящей волной свинца, и уклониться от пары сотен расходящихся широким веером пуль было решительно невозможно…И, тем не менее, кшатрий уклонился. Вернее, опередил их, в последний момент перед залпом окутался какими-то бирюзовыми всполохами и совершил немыслимый рывок вперед, буквально размазываясь от скорости, а вместе с тем и нагибаясь практически к самой земле, а потому пропуская над собой неизбежную смерть, способную его на клочки разорвать. Пара комочков свинца по тыльной пластине его зачарованных лат возможно и скользнула, но не остановила, лишь заставила слегка сбиться с курса боевого мага, явно испытывающего какой-то навык ускорения. Однако в своего соперника он все-таки врезался, сшибая его на землю, и клубок из двух переплетенных тел покатился по земле…Но почти сразу опять распался на две отдельные составляющие.

Использование сверхъественного ускорения явно тяжело далось потомственному воину, поскольку тот стоял на четвереньках, тяжело дышал и истекал кровью из носа…Только вот подчиненный Олега лежал перед ним ничком, выронив бесполезную теперь картечницу, перезарядка которой занимала ну никак не меньше пары минут. И из груди его торчал короткий кривой меч, загнутый веред и потому напоминающий какой-то рыболовный крючок или непальский кукри…Одного взгляда на это оружие, вокруг которого плавилась зачарованная броня и горела темным пламенем выступившая из раны кровь, Олегу было достаточно, чтобы понять — это очень опасный клинок, полученный явно от осман, которые в свою очередь купили его в одной из демонических кузниц, ибо на металле темнели и в то же время светились багровым отвратительного вида руны, одним своим видом вызывающие у оракула-самоучки настоящее омерзение…Однако бывший охотник на чудовищ был еще жив, харкал кровью и сжимал пальцами до дрожи свой одноручный зачарованный молот. Молот, который окутался разрядами молний и подобно маленькой ракете взлетел вверх, не нуждаясь в руке, которая бы его держала. Взлетел и ударил снизу вверх в голову ослабленного после своего триумфального натиска кшатрия, попросту разнеся ту на мелкие пылающие кусочки.

— Это ничья! — Провозгласил Олег, снимая защитный купол и шагая к своему подчиненному…Который уже был мертв настолько основательно, что исправить это было уже невозможно даже ну очень искусному целителю. Последнее усилие лишь слегка одаренного простолюдина, потребовавшееся ему дабы активировать артефакт, вкупе с действием раны, оставленной явно проклятым клинком, что безошибочно пробил сердце индуса и уже сжег его дотла, разодрали на части энергетику, которая уже была повреждена. С чем-нибудь одним чародей бы смог справиться. Наверное. Однако в данном случае реанимация смысла уже не имела. Не в полевых условиях, так точно. — Победителя, к сожалению, нет…

Однако вопреки собственным же словам Олег чувствовал, что здесь и сейчас он все-таки проиграл… Ибо его отряд понес потерю в виде одного из самых многообещающих новичков, вдобавок начавшаяся было работа по улучшению отношений с владельцем этой деревни, которая почти уже маленький городок, теперь точно оказалась испорчена. Чародей был уверен, что потерю одного из лучших своих воинов и старого боевого соратника тот ему не простит, а потому о дальнейшем сотрудничестве на взаимовыгодных условиях теперь не может даже речи идти…Хотя и отказываться от достигнутых договоренностей этот аристократ не станет, ибо в противостоянии с самим русским боевым магом не сможет рассчитывать даже на такую вот печальную ничью… Хотя на людях он все-таки будет по-прежнему приветливо улыбаться, а также соблюдать не дух, так букву озвученных соглашений. Во всяком случае, до тех пор, пока не окажется уверен, что нарушение их сойдет ему с рук, как сошла с рук его убитому подчиненному расправа над слишком доверчивым купцом, поверившим в чужое благородство.

Интерлюдия

Старые долги

Интерлюдия. Старые долги.

Густав Полозьев давно знал, что в этом мире сила и власть искупают всё, прощают любые недостатки, смывают или как минимум заметают под ковер даже самые тяжкие грехи… Во всяком случае, если этой силы и власти оказывается достаточно много. И у него с некоторых пор её было достаточно практически для всего, что только можно вообразить. Ну, не совсем у него, технически…Но когда в твоем распоряжении находятся тысячи прекрасно обученных и вооруженных солдат, сотни из которых всегда присутствовали с сибирским татарином польского происхождения где-то рядышком и были готовы по его команде хоть избить излишне наглые морды, хоть порвать кого-то на клочки, то раньше доставлявшая немало проблем организованная и неорганизованная преступность вдруг вся взяла и куда-то делась, исчезнув без следа. А преступность узаконенная, в лице требующих себе подарки таможенников, налоговиков и прочих чиновников, желающих получить награды за исполнение своих должностных обязанностей или отсутствие высосанных из пальца препонов, резко умерила свои аппетиты, став работать вежливо, обходительно, или даже, к всеобщему изумлению, безукоризненно и бескорыстно! Сейчас же, когда за спиной далекого потомка Чингисхана замаячила не просто толпа злых и вооруженных людей, а весьма ощутимая такая тень высшей власти в лице сразу двух высших магов, по праву силы восседающих в Боярской Думе, маятник качнулся еще дальше. И Густава Полозьева те, кто всего несколько лет его ни в грош не ставил, регулярно оскорбляя и обворовывая, стали не просто уважать и бояться, но и пытаться всячески задобрить, униженно моля о пощаде.

— Смилуйся, благодетель! Прости меня за дурость мою да убогость! Век за тебя бога молить буду! — Громко стонал и раз за разом бился лбом об ковер, покрывающий пол гостиничного номера, дородный детина, потрясая своими обвисшими щеками и многочисленными подбородками. Ни общее печальное состояние экономики, ни успевшая почти уже закончиться мировая война, ни недавно гремевшие едва ли не под окнами этого человека масштабные битвы ни капли не повлияли на телосложение и аппетиты начальника торговой палаты города Иркутска. Пожалуй, он стал даже еще более полным, хотя казалось бы, куда уж дальше, итак того гляди морда треснет…И аппетитам гастрономическим аппетиты финансовые этого человека более чем соответствовали. Во всяком случае, в отношении Густава. До недавних пор. — Прими мою виру и забери челобитную свою у секретаря губернаторского, покуда он со столицы не вернулся! Не держи зла, не для себя же я собирал те деньги проклятые…

Неярко поблескивала в свете магических светильников золотыми узорами защитных рун серебряный ларец, внутри которого на алой бархатной подушке покоился дар, что по собственной воле принес Густаву один из наиболее высокопоставленных обитателей Иркутска. Напоминающий по размерам и форме кулак ребенка синий камень, словно бы пульсирующий изнутри светом от наполняющей его силы. Сапфир подобного размера и сам по себе стоил бы крайне дорого, пожалуй, дороже чем здание торговой палаты одного из крупнейших сибирских городов. Без его содержимого, конечно, ибо старатели и охотники каждые три месяца складывали в подвалы просторного, но неказистого строения, напоминающего то ли большой бункер, то ли маленькую крепость с глухими стенами, изрядную долю своей добычи. Хотя…Учитывая магию, наполняющую содержимое ларца, подобное сокровище могло бы и окупить труд местных промысловиков в какой-нибудь особо неудачный сезон, когда либо дожди льют без перерыва, превращая землю в раскисшую грязь, по которой сложно пройти и которую копать не проще чем болото какое-нибудь, либо трескучие морозы способны легкие оледенить и сгнить за пару часиков, либо кащениты опять в набеги пошли, и из-за крепостных оград нос высунуть боязно.

— Мне не нужна твоя вира, Семочка, — ласково улыбнулся Густав тому, из-за кого не один десяток раз скрипел по ночам зубами от злости. А после, чтобы не искушать себя, легким телекинетическим импульсом захлопнул ларец, чье содержимое вызвало бы одобрительную улыбку у любого артефактора. Ибо такой подарок сибирских глубин мог стать частью воистину могущественного артефакта, равного по своей силе как минимум одаренному четвертого ранга. Не одному его заклятию и даже не двум, а скорее паре десятков. И это было много, очень много. С подобным инструментом даже не сильно талантливый одиночка мог бы сшибать с неба небольшие летучие корабли или там ворота небольшого острожка штурмовать…Ну или запитать бытовые чары маленького дворца, у обитателей которого не станет болеть голова о том, как бы вымести пыль из всех щелей, натаскать воды или обогреть помещение. Однако для боевых артефактов подобные ценности использовали все-таки чаще. — Мой сын прислал из разграбленной Австралии полтора десятка трофейных британских алмазов, что будут ни капли не хуже, а может и лучше даже. Мне, Семочка, от тебя другое нужно. Помнишь чрезвычайный военный сбор, который твои люди затребовали с каждой добытой моими родичами звериной шкуры, али иного трофея природного, когда поляки с австрияками только-только по Москве стратегическими чарами долбануть пытались? Пять рублей я тогда с каждой единицы товара заплатил, чтобы мое добро с твоей таможни на Урал пропустили. А забрать его и обратно к Дальнему Востоку или там в Китай направиться не дали мне, нет…Конфисковать грозились, и даже стрельцов кликнули, которым потом тоже на водку давать пришлось.

— Так то ж люди мои были, а не я! Совсем распоясались, черти драные!– Поднял на него большие и честные глаза чиновник, непонятно как сумев раздвинуть без помощи рук те жировые складки, котоые рые были его щеками и веками. — Ух я их…Ты только скажи — кого! Всех в отставку! В тюрьму! На каторгу!

— Да то не важно, забудь ты про них, — махнул на него рукой Густав. — Те, кто меня как липку ободрал, все равно уже померли…Не смотри на меня так с надеждой и радостью, что откупиться их жизнями получилось, это не я был, я просто справки наводил про них на днях. А померли они вообще когда с британцами война была, и попала твоя торговая палата под мобилизацию. Только ты тогда мобилизовался с летучим курьером прямо в Санкт-Петербург, а вот их к охранению артиллерийской батареи прикрепили. Неудачно. В том смысле, что остались от той батареи лишь рожки да ножки, и даже хоронить потом было особо нечего.

— Ну вот, — все равно продолжал радостно улыбаться тот, кого скромному сибирскому охотнику и главе рода Полозьевых раньше приходилось именовато не иначе как: «Уважаемый Семен Акакьевич». Даже в те моменты, когда далекий потомок Чингисхана всерьез подумывал о том, чтобы перегрызть этому чиновнику горло. — Значит, можно забыть былое, раз обидчиков твоих уже нет!

— Да так ведь есть. Есть! Вот, самый из главный из них как раз передо мной на карачках ползает! — Отзеркалил его улыбку Густав. — Кроме меня ведь тот чрезвычайный военный сбор почему-то все по два рубля оплачивали, а не по пять. И распорядиться об этом мог только ты, как и отом, чтобы товары мои задержали. Иным бы в Иркутске на это не хватило или желаний, или полномочий…А еще больше чем уверен, в казну поступило не всё, что я заплатил. Как думаешь, Семочка, если я такое твое самоуправство до Боярской Думы донесу, то тебя за искажение указа императорского указа и воровство наглое да глупое просто без пенсии вышвырнут в отставку с позором или еще и расследование учинят, по итогам которого в военное-то время крысу на государевых харчах без меры разжиревшую и повесить могут образцово-показательно, чтобы другие казнокрады особо не борзели?

— Да что там тех товаров-то было!- Взвопил начальник торговой палаты города Иркутска, который конечно же имел очень неплохое прикрытие в столице, иначе бы так не наглел…Но все-таки его покровители летали немножечко ниже высшей государственной власти, вердикт которой сложно было бы не исполнить даже императору. И в случае проблем от своего ставленника отреклись бы они, скорее всего, моментально. Всегда так было, когда потерявшим осторожность казнокрадам и чиновникам сильные мира сего решали напомнить, что те на своих высоких постах не правят и не воруют в свое удвольствие, а вообще-то работают. На них. — Тысячи три единиц всего!

— Три тысячи сто пятнадцать, — педантично поправил его Густав, в котором временами брала верх европейская рачительность. — А до того, годом раньше, мне по три рубля пришлось выкладывать за гербовые печати на тюках, бочках и ящиках, которые всегда по пятьдесят копеек были…Скверные, кстати, печати те оказались, Семочка. Все до одной раскисли после первого же дождичка. Даже те, которые лежали в самом низу моих повозок, сухой тканью укрытые. И мне новые уже на Урале оформлять пришлось, а заодно служанок Хозяйки Медной Горы умасливать всячески, мол не контрабанду везу, а просто неурядица вдруг вышла с оформлением товара.

— Это все равно копейки! — Попытался убедить то ли себя, то ли Густава чиновник, любящий превышать свои полномочия. Безусловно, вопрос его превышения полномочий и казнокрадства для обсуждения высшими магами был бы мелковат…Но если новоиспеченные бояре подобную тему среди равных себе все же поднимут, ну так, мимоходом или для затравки, то очень может быть, палачу придется ломать над голову над тем, где ему посреди Сибири добыть добротные корабельные канаты. Ибо обычная веревка тушу начальника торговой палаты города Иркутска нипочем бы не выдержала. — Губернатор меня конечно взгреет, но уж с ним-то я договорюсь…Не без потерь, но договорюсь! А если твои покровители пойдут с такой мелочью в Боярскую Думу — их поднимут на смех!

— Это — тысячи рублей. Тысячи рублей, которые я терял как минимум через раз, а ведь мой товар нередко был оплачен кровью моего рода, а то и жизнями моих родичей. Мы, между прочим, в Китай воевать пошли, поскольку деньги нужны были, а денег не было…Благодаря тебе, Семочка, не было. Ну, не только тебе, но твои шаловливые ручки ох как много золота вытащили из наших кошельков. Я, между прочим, в том Китае брата потерял. А мои покровители, знаешь ли, совсем недавно шли на вражеские штыки ради меньшего, и уж репутации крохоборов или прозвучавших за спиной смешков точно не убоятся, — позволил себе злобно оскалиться далекий потомок Чингисхана. Он хотел прикончить находящееся перед ним жирное ничтожество…Очень хотел! Тем более, для этого и напрягаться бы сильно не пришлось, пусть формально начальник торговой палаты города Иркутска считался равным ему одаренным третьего ранга, но сибирский татарин с европейскими корнями сильно подозревал, что последний раз тот дрался в своей далекой юности, и сейчас мог бы быть отлуплен первым попавшимся ведьмаком с самой капелькой настоящего боевого опыта.А может и тогда будущий чиновник и казнокрад не дрался, а сразу начинал пытаться подлизаться к кому надо. Из-за своей никчемности он, если верить слухам, аж в Иркутске и осел, разбавив собою высланных в Сибирь опальных придворных или представителей более знатных фамилий, замаравшихся в каких-нибудь вонючих грешках. Для более хлебных и перспективных мест требовалось не только умение льстить, врать и громко тосты орать на банкетах, но и способность держать удар, а также готовность бороться за место под солнцем. — А ведь на своем месте ты, Семушка, сидел дольше, чем мы с отцом караваны водили, а грабил отнюдь не нас одних. Ты думаешь, я не найду десяток других не сильно богатых и влиятельных купцов, с которыми случались похожие неурядицы? Да мне свистнуть достаточно — и очередь выстроится! И если челобитных вроде моей будет два десятка, да разом, да с освещением в Московской прессе, а я ради такого не пожалею золота писак нанять…Не договоришься ты с губернатором, хоть все неправедно нажитое добро свое ему отдай. Он тоже хочет тихонько сидеть в кресле своем да править спокойно, долю свою по праву отбирая, а не разгребать за тобой дерьмо!

— Чего ты хочешь, м…милостивый? — Начальнику торговой палаты города Иркутска пришлось очень постараться, чтобы не употребить иное слово, заканчивающееся на: «разь». Не привык он оказываться в такой ситуации, ох как не привык! Однако и сделать теперь ничего не мог. Его знакомые в Москве не рискнули бы выбросить в мусорное ведро бумагу, за судьбой которой почти наверняка бояре будут следить. Зачем им так себя подставлять? Ради чего? Тех подарочков, которые они регулярно получали вместе с отчетами о том, что все хорошо, тихо, мирно и благолепно? Так ведь козе понятно, защита в случае серьезных проблем от такой дружбы будет как снежная крепость в августе-месяце. В воспоминаниях может и будет выситься, а в реальности от неё уже следов не осталось.

— Все очень просто, — Густаву почему-то подумалось, что надо бы проверить себя на способности к магии метаморфизма. Ибо он чувствовал, что улыбается сейчас ну просто точь-в-точь как какая-нибудь акула или хотя бы крокодил. — Раньше ты уделял моим грузам повышенное внимание раза в полтора-два, а теперь будешь уделять пониженное во столько же. До конца дней своих, ну или пока с должности не снимут, смотря какое событие меня раньше порадует… Никакой контрабанды там не будет, можешь на этот счет не переживать, ведь доступ к боярской печати у меня есть, а с ней хоть черта в ступе официально протащить можно. Но вот количество товара указывать будешь меньшее, сколько бы того товара не было. И конечно не всегда с ним буду я, мои люди тоже считаются.

— Да ты ведь теперь за месяц протащишь больше, чем раньше за десятилетие добывал! — Не смог сдержаться начальник торговой палаты города Иркутска. И даже сам он не сумел бы сказать, чего в его голосе больше — зависти к чужим деньгам или страха перед теми, с кем он всегда делился своими побочными заработками, дабы не обращали внимания лишний раз на его работу и жалобы всякой голытьбы. — Вас, Полозьевых, в лучшие-то времена было человек сто пятьдесят, ну пусть триста, если считать всяких слуг и извозчиков…А сейчас у тебя сколько людей⁈ Десять тысяч⁈ Больше⁈ И ведь не ножками своими ногами по Сибири топаете, а на кораблях летаете куда захотите…

— А ты моих людей и корабли не считай, если жить хочешь. Жизнь-то у тебя одна, — с притворным сочувствием посоветовал чиновнику далекий потомок Чингисхана. — И если ты думаешь уйти в отставку, дабы стать мне бесполезным, то её у тебя быстро не станет. А сдохнешь ты по закону или нет, дело десятое. Я не капризный, терпеливый и настойчивый. Привык по следу неделями идти или несколько дней по-настоящему ценного зверя в засаде караулить. Можешь, конечно спрятаться попытаться, в монастырь там уйти, фамилию и внешность сменив…Но — найду. Обязательно найду. Вот кем хочешь и чем полкянуться готов, что найду.

— Ты не посмеешь! — Едва ли не проскулил Семен Акакьевич, чья лощеная физиономия давно блестела от крупных и жирных капель пота. — Я — дворянин! Ты думаешь, тебе такой сойдет с рук⁈

— А почему нет-то? — Взглянул на него с некоторым удивлением Густав. — С боярскими родами напрямую ты не связан, так, чей-то там вассал, чья семья даже вскладчину беднее тебя одного… Откуплюсь. Хотя нет, просто пойду и куплю кого надо, чтобы тебя жандармы потрошили со всем старанием и прилежанием, проверяя и на предмет связей с иностранными разведками, и на принадлежность к культистам, и на сочувствие к революционерам, жаждущим восстановить Союз Орденов…А после принесли мне ящик мыла, из твоего сала заживо вытопленного. И твою же хорошо выделанную шкуру!

Глава 3

Глава 3

О том, как герой завидует коренному населению Америки, беззастенчиво тырит людей сам у себя и озвучивает фундаментальные цели.

— Я пошла всем делать кофе! И бутерброды! — Оповестила Река, быстрым уверенным шагом покидая помещение под завистливые взгляды всех присутствующих, включая Олега. Ибо приготовление легких закусок, а хоть бы и полноценного праздничного обеда с несколькими переменами блюд, всем из них казалось занятием куда более легким и интересным, чем неприятная, но необходимая альтернатива. — Всё равно я лишь глупая скво во всей этой магической книжной премудрости белых людей ничего не понимаю…

— Вернись обратно, лентяйка! Ты умеешь читать! На трех языках минимум!

— Ты знаешь цифры, нечего дурить! Кто у меня в прошлом месяце учебник по ритуальной геометрии спер⁈

Вслед за попытавшейся смыться коллегой с громкими возмущенными криками ломанулось остальное семейство Стефана, оповещающее всю округу, что сия краснокожая особа отлично эрудированна и по части владения русским языком могла бы дать фору многим сельским учителям или же деревенским батюшкам…Однако представительница коренных народов Америки уже удалялась куда-то на полной скорости вдаль по коридорам, громко цокая каблучками, словно проворная степная газель, удирающая по прерии от преследующих её волков.

— Мда, не так я себе представляла вхождение в Палату Лордов на правах супруги одного из самых этих лордов…– Несколько отстраненно заметила светловолосая эльфийка, очень большими и очень круглыми глазами взирая на наполовину разобранную стопку документов, высившуюся перед ней на столе. А коварно улыбающаяся Анжела, подкладывающаяся со спины к супруге Святослава, уже подтаскивала ей следующую порцию особо важной и особо ценной макулатуры, за возможность заглянуть в которую одним глазком многие шпионы наверняка бы отдали неплохие деньги…Может быть даже не проклятые, не отравленные и не сопровождающиеся ударом кинжала в спину. — Совсем не так…Думала, будут балы, интриги и политика, а тут покрытые пылью бумажки, на фоне которых мой сборник алхимических рецептов выглядит тоненькой записной книжечкой.

— Палата, стал быть, лордов — это, ну, того-этого, в Англии. А у нас, дык, не палата, а дума боярская…Хотя оно ж конечно шо то, шо это, один, значица, хрен! — Бывший крестьянин героически пришел на помощь своей жене и свистнул из лежащей перед ней стопки самую верхнюю бумажку. Обычно Олег предпочитал спихивать рутинную работу на созданную канцелярию, но время от времени устраивал своим сотрудникам выборочные проверки на предмет злоупотреблений, халатности или утраты здравого смысла на фоне головокружения от успехов. К огромному сожалению чародея, последний диагноз встречался куда чаще, чем хотелось бы, и нормальный казалось бы человек, ну или нелюдь, вдруг начинал в своих отчетах приукрашать действительность или высасывать из пальца якобы проведенную работу. Причем даже не всегда подобному проступку корыстные интересы сопутствовали. Иногда хватало банальной лени или желания выглядеть лучше на фоне других ради уважения окружающих и надежды на то, что начальство такого хорошего сотрудника заметит и по справедливости вознаградит…И Олег вознаграждал. Пару раз дело чуть до смертных приговоров не дошло, когда вскрывалось редкостное головотяпство, способное однажды привести не просто к многотысячным убыткам, а к потере сотен человеческих жизней. — Дык, а ежели мы полезем в политику и интриги без опоры на крепкий тыл, за который отвечают енти, значица, бумажки, то запросто можно обмишулиться по крупному, после чаго и из думы вылететь, и голову по пути потерять…Так…Хм…Енто как…Я шо-то, стал быть, не понялъ…Олег! Откуда у нас, значица, пять десятков тысяч солдат в списочной ведомости⁈ Да исчо с хвостиком, причем здоровым таким…

— Сколько-сколько там солдат указанно? — Захлопал глазами Стефан, мгновенно откладывая в сторону изучаемую им кипу документов, которые судя по надписям на толстых картонных папках относились к складской документации. А судя по тому, что кто-то довольно талантливо пририсовал поверх журнала учета зачарованных боеприпасов бомбу с зажженным фитилем, да еще и заставил огонек на её конце непрестанно искриться за счет легкой иллюзии, где-то в бухгалтерии маялся дурью потенциальный художник-артефактор. Олег мысленно сделал отметку этот талант найти и к более полезному делу приставить. Агитплакаты, буквари, может быть даже комиксы…Подавляющее большинство населения Индии было неграмотным полностью и абсолютно, а потому послания к ним для большей эффективности следовало сопровождать наглядными иллюстрациями. Ну и приучать их все-таки читать потихонечку, добавляя к красочным материалам интересный сюжет…И, пожалуй, капелькуполезных практических знаний, вроде рецептов травяных припарок которые точно помогут или формулы классического черного пороха…– Пятьдесят тысяч⁈ Ну, это явно кто-то из индусов опять заврался…Или опохмелился вдрободан с нашими стрельцами перед тем, как на работу идти.

— Действительно, — важно покивал Святослав. — Пятьдесят, стал быть, тыщ…У нас чё, исчо один военный городок есть, про который мы ничё и не знаем? Сам видать, того-этого, вырос, аки гриб после дождя…Сразу с солдатиками, значица…

— Действительно странно, — почесал лоб тыльной частью карандаша чародей, у которого от названной цифры чуть глаза на лоб не вылезли, а мозг автоматически попытался подсчитать сумму ежемесячного жалования, которое он должен выплачивать такой толпе квалифицированных специалистов. Олег стоически относился к тому, что кто-то из его подчиненных где-то привирает или просто ошибается. Во-первых, привык, во-вторых, а где ему было взять компетентные кадры, кроме как самолично обучить? Однако тут масштаб явной ошибки оказался каким-то слишком уж громадным, такое бы канцелярия не пропустила. Слишком сурово чародей за просчеты своих подчиненных не наказывал…Но и ничего не забывал, кого оставляя без премии, кого штрафуя, а кого и вовсе переводя приказом с денежной и уважаемой начальственной работы куда-нибудь в курьеры или сторожа. — Ну-ка дай сюда…Фух, ну ты меня прямо напугал! Тут же черным по белому написано: военнослужащих элитных — пять тысяч семьсот, военнослужащих обычных — шестнадцать тысяч четыреста сорок. Резерв ополченцев первой очереди — десять тысяч тридцать два, резерв ополчения второй очереди — пятнадцать тысяч двести пять. Но ведь ополченцы резерва — это же не солдаты!

— А хто? — Продолжал не понимать бывший крестьянин, который последнее время хозяйственной части внимания почти не уделял, скинув подобные заботы на плечи своих друзей или их заместителей. Впрочем, у него на то были довольно веские причины. От полностью освоившего свои возможности одаренного седьмого ранга пользы было гораздо больше чем от еще одного администратора, который проверен временем и не подкупен просто потому, что он — в доле. Причем не только в плане противостояния враждебным высшим магам или скорейшего уничтожения шаек любой мелкой дряни в любой точке, куда аэромант на сверхзвуковой скорости долетит, но и с чисто экономической точки зрения. Ведь дожди шли теперь над новым Ричмондом и его окрестностями строго по расписанию. А еще Олег с десяток раз припахивал своего друга к тому, чтобы поработать в цехах, либо снабжая ритуальные фигуры сумасшедшим количеством энергии, либо пропуская через материалы столько волшебной силы, сколько тот осилит. Осиливал бывший крестьянин много. И прошедший через его руки металл после подобных процедур заметно менял свои свойства, словно бы привыкая к тому, что чудотворные энергии проводить. Особенно те, которые хоть немного связаны со стихией воздуха. — Тут же, значица, написано, шо мы им выделили мушкеты в количестве двадцати тысяч штук, к каждому из которых прилагалось также пороха на три дюжины выстрелов и три дюжины же пуль…

— Резервное ополчение — это наши рабочие из трудовых отрядов. Резерв первой очереди — те, кто воевать и получать соответствующие денюжки хотел бы, и мы бы им даже разрешили, но по кондициям или выучке они не дотягивают до положенных нормативов. — Пояснила Анжела, отвлекаясь от своей доли документов. — Резерв второй очереди же представлен пацифистами или просто косорукими неумехами, которых в бой можно направить лишь тогда, когда нет никого больше…Но зато они как минимум год работали без серьезных нарушений дисциплины и прочих косяков. И тем сотрудникам трудовых отрядов, кто честно заслужили некоторое количество доверия к себе, мы выдали премию. В виде старого трофейного оружия, что у нас на складах застряло. С учетом возможности нашествия разных тварей в любой момент, иметь под рукой средства самообороны им будет не лишним. А нормальной цены за всякие мушкеты времен Людовика шестнадцатого все равно никто не давал, ибо никому оно в этой части света теперь особо не нужно. Соседи ближние и дальние примерно таких же трофеев нахапать успели после драк с англичанами, а некоторые из них так вообще наши новые ружья закупил, которые по всем параметрам лучше: легче, прочнее, дальнобойнее и даже стреляют более кучно.

— Понятно…А как сами работники к такой премии отнеслись? — Озадачился Стефан, который хоть по мере сил и тащил на себе многое…Но последнее время следить за всем далекий потомок Чингисхана просто физически не успевал. Слишком уж разрослось их маленькое совместное предприятие, которое вполне уже можно было и транснациональной корпорацией назвать благодаря наличию двух крупных баз в совсем разных странах. — Не возмущались? Им же под нашей защитой эта древность фитильная как собаке пятая нога…

— В основном — нормально, — заверил его Олег. — Выданная премия это же не урезанная зарплата, чего бы ей не радоваться…Вдобавок ружье — вещица статусная, и в хозяйстве полезная. Многие рабочие таким подарком по-настоящему гордились, ибо в местном менталитете оружие кому попало не дарят. Ну а для завербовавшейся в простые рабочие голытьбы, старательной, но до недавнего времени очень бедной, такой инструмент для добычи пропитания и защиты себя зачастую являлся сокровищем, о котором пару лет назад никто из них и не мечтал. И вообще, времена сейчас напряженные, а с висящим на стене спальни ружьем и дрыхнуть как-то спокойнее.

— Это не только сейчас, это всегда. — Сочла необходимым заметить эльфийка, вновь погружаясь в сверку записей и цифр. Разумеется профессиональным бухглатером она не была даже близко, как и прочие присутствующие…Но и набранная Олегом канцелярия еще не достигла того уровня мастерства и бюрократической казуистики, при котором постороннему человеку в их записях разобраться решительно невозможно. А любые бумаги, показавшиеся им подозрительными, отправлялись на дополнительную особо пристрастную проверку, по итогам которой проводилась беседа с подозреваемыми в махинациях или приписках, ревизия складов или производств, а то и обыск чьего-нибудь жилища на предмет украденных ценностей или больших денежных средств, происхождение которых нанятые работники под пристальным взглядом начальства объяснить затруднялись точно так же, как и недостачу среди подотчетного имущества. — Даже у самого великого полководца и справедливого короля солдаты могут банально не оказаться рядом, когда какие-нибудь бандиты станут посреди ночи входную дверь ломать или очередная демоническая шайка честным людям как из ниоткуда свалится…Хотя у нас последнее время с тварями вроде и поспокойнее стало немного…

— Вероятно, работают обряды жрецов, которых мы в добровольно-принудительном порядке чуть ли не каждый хлев священными благовониями окурить заставили. — Пожал плечами Олег, который с одной стороны выдал служителям местных богов немного денег, а с другой приставил контролеров из числа офицеров-христиан и заставил служителей языческих культов каждую монетку отработать. — Или тотемы, которые я Святослава заставил делать.

— Ты про те бычьи черепушки? — Уточнила Доброслава, морщащая лоб над списками боевых магов первого и второго ранга. Кипучую энергию девушки-оборотня с задатками метаморфа Олег направил на то, чтобы каждый день по много часов подряд третировать на тренировочном поле наиболее способных новобранцев. И теперь кащенитка-изгнанница не только училась овладевать своими новыми способностями в бою, который за каждую ошибку больно наказывает ударом отнюдь не тренировочного клинка или выпущенной в брюхо пулей, но и лучше всех прочих знала, кто из относительно недавнего пополнения на что способен. И потому может быть приказом начальства переведен причислен к числу ведьмаков или же повышен до второго ранга по праву или хотя бы формально…Дефицит десятников и прочих младших офицеров в их маленький армии, увы, наблюдался изрядный. Ибо самых толковых людей Олег оттуда сам же у себя беззастенчиво тырил, переводя на административную работу или производство. Тамони и пользы с течением времени могли принести куда больше, и гибли бы по определению в разы реже…

— Да-да, костяные тотемы, содержащие отпечаток силы Святослава. Что-то вроде магического эквивалента пахучих меток, только понятное дело действующего на духов и прочие подобные сущности. — Перелистнул страницу очередного доклада Олег. — Организованные налеты или самых жадных до человеческой плоти и энергии тварей это от вторжения в нашу реальность это конечно не остановит…Но всякие одиночки и небольшие группы завидев такой опознавательный знак могут и свалить тихонечно куда подальше. Им для этого даже более-менее разумными быть не нужно, одних инстинктов хватит, чтобы понять — делянка занята и с её владельцем таким как они лучше не связываться…

— Тиранши! Сатрапши! Вы еще поплатитесь за то, что устроили против меня заговор! — В занятое бумагами и начальственным составом помещение вплыл большой поднос с бутербродами, а затем и подталкиваемая в спину Река, тащащая руками здоровенное серебряное блюдо, на котором высился окруженный чашками кофейник. — И вообще, какого черта мы батрачим словно на дворе засуха и зверье все разбежалось, а у нас посевы кукурузы вянут и до ближайшего колодца, что еще не пересох — два часа пути? В наших подвалах достаточно золота, чтобы…Да я даже не знаю, чтобы что! Будь те монеты водой, и в них бы плавать можно было! И это — только то хранилище, где находится доля Стефана! Может, пора уже немного передохнуть? Вы ведь с моим мужем не просто так совершали свои подвиги, а ради того, чтобы мы могли жить хорошо. Так может, пора уже? Жить хорошо… Врагов ведь нет, а мы сильны!

— Ты не права, — помотал головой Олег, даже откладывая в сторону бумаги, ибо вопрос Река подняла более чем серьезный. — Движение — жизнь, а вот если отдыхать побольше, пользуясь каждым удобным случаем, то сам не заметишь, как потихоньку разленишься…А в этом мире подобное опасно. Смертельно опасно, ибо враги у нас есть, причем враги эти сильны и многочисленны, просто вот конкретно сейчас нам повезло, поскольку этим самым врагам не до нас! Снизить темп, чтобы не надорваться или переключиться на иную важную задачу взамен надоевшей тягомотины можно, а вот останавливаться и наслаждаться достигнутыми результатами — категорически нельзя! Каждый хотя бы относительно спокойный день должен быть воспринят нами не как возможность предаться неге и безделью, а как шанс добиться большего!

— Добиться ради чего? — Внимательно посмотрела на него индианка. — Какая у тебя цель, и может ли эта цель стать нашей общей целью?

— Очень простая, и вместе с тем по-настоящему фундаментальная, — развел руками Олег. — Я хочу, чтобы нас стало больше. Вернее, больше стало таких как мы. Тех, кто желает созидать, а не разрушать, к кому можно без страха повернуться спиной, и кто будет готов вырвать глотку любому врагу, что возжелает помешать нам жить и процветать из-за своей алчности, злобы или глупых предрассудков.

— Это как-то все слишком расплывчато и неконкретно, — осторожно сделала ему замечание Лили. — Я бы предпочла услышать более досягаемые и более осязаемые цели. Ну, чтобы знать, к чему мне стремиться самой и к чему готовить тот сборный шабаш красильщиков, травников и деревенских ведьм, который я по-твоему поручению должна дотянуть хотя бы до полукомпетентных алхимиков.

— Учиться, учиться и еще раз учиться. В том числе учиться учить, ибо кадры решают всё! — Усмехнулся Олег только ему понятной здесь шутке. — А я в это время с помощью Святослава, артефакторов и просто строителей постараюсь сделать так, чтобы наши владения даже в случае отсутствия временного флота летучих кораблей и большей части солдат не смогли вот так вот просто взять и разрушить всякие залетные высшие маги или даже архидемоны. По крайней мере, не обзаведясь роскошным солнечным ожогом во всю свою наглую харю!

Интерлюдия

Возвращение Бонифация

Интерлюдия. Возвращение Бонифация.

Деревня, мягко говоря, не впечатляла. Вернее, она представляла из себя на редкость убого и печальное зрелище, поскольку не менее половины крестьянских изб представляли из себя руины разной степени целостности и обугленности. А оставшиеся зачастую несли на своих стенах многочисленные следы боев и разрухи. В одном месте на покрытой потрескавшейся белой штукатурной стене темнеет дыра, оставшаяся не иначе как после прямого попадания ядра и ныне кое-как досками забитая или глиной замазанная, в другом следы от огромных когтей, раскроивших подоконник и заливших его чьей-то кровью, впитавшейся в некрашенные доски полуоторванных ставен, в третьем следы от пуль, в четвертом солома на крыше обуглена, поскольку хоть отстоять её у пламени и смогли, но заменить на новую у выживших просто не дошли руки…Да и мало насчитывалось этих выживших. Поля вокруг деревни практически полностью пребывали в запустении и заросли сорняками, редкие прохожие выглядели изможденными и уставшими, кутаясь в покрытую заплатками одежду, удравшая из какого-то загона свинья, у которой ребра просвечивали, сейчас дралась с настолько же тощей собакой за загнанную в угол крысу, с ужасом ожидавшую покуда определится победитель этого турнира голодающих хишников, в силу необходимости ставших воистину всеядными.

Приземлившийся в центре единственной площади поселения небольшой летучий кораблик, чьи бока сверкали на солнце блестящей синей эмалью небесного цвета, а белая шелковая оболочка с горячим паром казалась спустившимся на землю облачком, выглядели несколько неуместно посреди этой деревеньки, которую Четвертая Магическая Война чуть было не смела с лица земли. Сначала поселение посреди ночи мимоходом обстрелял летевший мимо британский рейдер, чьи раскаленные ядра взывали многочисленные пожары. Потом, через несколько месяцев, оттуда выгребли изрядную часть сохранившихся запасов и крепких мужчин, поскольку владельцу этой земли понадобилось снарядить полк крестьянского ополчения и отправить его туда, где даже подобным кадрам нашлось бы применение либо в качестве копателей канав и прочей обслуги при настоящих солдатах, либо в роли пушечного мяса. И когда сюда пришла одна из выращенных вражескими химерологами тварей, то ли специально выпущенная вдали от мест основных сражений, то ли просто случайно сюда откочевавшая, остановить её получилось лишь с большим трудом и многочисленными жертвами, ибо отнюдь не травоядная корова, испускающая ядовитые газы с обоих концов своего тела, до последнего рвала клыками и рогами человеческую плоть, не страшась боли, смерти, огня, крестьянских рогатин и пуль, выпущенных из стареньких самопалов, отыскавшихся в закромах наиболее зажиточных жителей. Впрочем, благосостояние их резко исчезло, когда в порядком обезлюдевшую и частично разрушенную деревню наведались какие-то бандиты, которые разграбили то немногое, что у местных жителей еще оставалось, убив каждого кто пытался сопротивляться им или просто в чем-то перечить. Последним в списке несчастий, обрушившихся на сей населенный пункт, являлся некромант, намеревавшийся как собрать урожай из относительно свежих могил, так и использовать с толком тела и жизненную энергию тех, кто еще населял вопреки всему эту деревню…Только алкавший запретного могущества повелитель смерти, в котором вроде бы узнали младшего сына одного из разорившихся купцов соседнего города, проблем причинил меньше всего, поскольку незадолго до его визита в деревню вернулась часть мобилизованных ранее мужчин. Кто без руки, кто без ноги, кто просто изрядно контуженным…Но зато они привели с собой старенького и едва дышащего на ладан священника, что почти ничего не видел и не слышал, а также постоянно трясся почти как припадочный, но в час нужды силой молитвы поверг во прах или просто упокоил на месте десятки немертвых, а улепетывающему магу смерти чуть ли не начисто снес голову. Трехведерной кадушкой с огурцами, которую явно доживающий свои последние дни служитель Господа метнул очень прицельно и метров на пятьдесят.

— И вы хотите мне сказать, что он здесь⁈ В этом сарае⁈ — Думный дьяк Белослякин с выражением искреннего недоумения уставился на строение, в котором находилась цель его длительных поисков. Приземистое, крохотное, слегка покосившееся, сложенное из потемневших от времени и въевшейся копоти бревен, с единственным крохотным оконцем, где вместо стекла стояли куски мутной слюды и рассохшейся дверью, висящей на одной единственной ржавой петле и короткой закопченной трубой…Оно не внушало. Мягко говоря. Сотрудник канцелярии его императорского величества и, по совместительству, сотрудник канцелярии патриарха, сильно подозревал, что любой из его носков может стоить дороже, чем подобное сооружения. В разы или даже на порядки. — Да что он там делает⁈

— Ну так это… — Почесал в затылке староста деревушки, куда царедворца, пусть одного из самых незначительных и исполняющих для истинных владык мира сего лишь роль мальчика на побегушках, но все же, привели его поиски. — Умирает.

— Умирает⁈ — Исказилось в недоумении лицо Белослякин, но спустя буквально пару секунд удивление его сменилось яростью. Гибель того, ради кого он покинул столицу и отправился в это убогое захолустье, что даже до начала очередной войны с Австро-Венгрией представляло из себя ту еще дыру, грозило сорвать все его планы! А может даже и карьеру разрушить, ведь обстоятельства начальству не интересны, ему важен результат…На любой из двух его работ. И гибель разыскиваемой персоны стала бы не просто неудачей, а самым настоящим провалом! — Как умирает⁈ Почему⁈ Кто разрешил⁈

— Ну, так время его пришло… — Вжав голову в плечи, староста попытался попятиться назад…Но был остановлен руками обоих телохранителей думного дьяка, синхронно опустившимся на плечи этого крестьянина. — Там сам отец Бонифаций сказал! Еще две недели назад! И тогда же он последний раз кушал! А позавчера так и пить отказался наотрез, да в баню эту ушел! Сказал, не может больше…

Думный дьяк ворвался в закопченную покосившуюся баню быстрее, чем во времена своей далекой молодости мог бы заскочить в дверь спальни, распахнутую женщиной специально для него…И сначала врезался головой в слишком низкую притолоку, почти её оторвав от дверного косяка, а потом этой же головой стоящую прямо напротив входа печку протаранил, заставив отпечататься у себя на лбу герб Союза Орденов. Отопительная система маленького и потому легко нагреваемого помещения, по какой-то причине плохо подходящего для скоростных забегов на дальние дистанции, была явно старше Возрожденной Российской Империи. Ни время, ни внешняя сырость, ни внутренний жар так и не смогли заставить растрескаться её кирпичи или покрыть ржавчиной заслонку, слегка погнувшуюся лишь после знакомства с наиболее твердой частью тела сотрудника двух канцелярий.

— Ууу! — Болезненно простонал Белослякин, оглядываясь в царящем вокруг полумраке и держась за пострадавшую часть тела. Положенной ему в соответствии с церковным рангом шапки он не носил, ибо дизайн и лишнее напоминание о собственном положении внизу иерархии священников не нравились придворному категорически, а за использование головных уборов иного типа в канцелярии Священного Синода могли и спросить…Там вообще за многое могли спросить, особенно тех, кто пытался в эту самую канцелярию пристроиться хотя бы краешком, а потому вынужден был не если и не совершать подвигов веры, так по крайней мере демонстрировать верность идеалам церкви абсолютно во всем. — Ух, Бонифацииий…

Объект поисков царедворца страдания высокой персоны, ради него соизволившей заявиться в полумертвую деревеньку у черта на рогах, полностью проигнорировал. Как и собственное имя. Облаченный в поношенную черную рясу старик, устроившейся у окна на широкой лавке, занимающей всё пространство от стены до стены, как лежал без движения, закрыв глаза и скрестив руки на груди, так и продолжил лежать. Годы так и не смогли ни убивать толком его могучий рост, ни заставить выпасть на голове седые волосы, аккуратно зачесанные в разные стороны. И даже маленькая клинообразная борода казалось будто лишь пять минут назад вышла из-под рук опытного парикмахера…Но обтягивающая кости плоть мужчины высохла, заставив заостриться черты лица.Кожа не евшего уже половину месяца священника стала пергаментно бледной. Грудь не вздымалась…Почти. Если очень-очень хорошо присмотреться, то можно было заметить, что иногда она все-таки шевелится. Едва-едва и явно намного реже, чем это положено здоровому человеку.

— Ещё жив, — с облегчением вздохнул Белослякин, а после попытался вспомнить хоть что-то из полузабытого им арсенала целительских чар. А когда вспомнил, то применил. К себе. Голова царедворца стала болеть немного меньше, а потому следом он попытался привести в чувство Бонифация небольшим разрядом электричества, которым обычно добавлял резвости слугам, которые либо слишком медленно выполняли свою работу, либо не успевали вовремя скрыться с глаз их хозяина, находящегося в дурном настроении.

Небольшой разряд колдовского электричества впился в темную рясу, мгновенно прожигая в ней дыру размером примерно с ноготь, а лежащее на лавке тело дернулось…Но не более. Глаза Бонифация так и остались закрытыми, руки сцепленными, а дыхание — исчезающее слабым, да к тому же очень редким. Второй удар электричеством дал аналогичное отсутствие результата в виде пробуждения старого священника. От третьего Белослякин все-таки сумел удержаться, поскольку одно дело приводить в себя подобным образом пьяных или просто уснувших слуг, а второе — пытаться вернуть в сознание умирающего. Тут требовались иные методы…И иные исполнители, ибо одной из причин по которой сотрудник двух канцелярий вообще занимался этой работой, а не чем-то более престижным и менее напряжным, являлась прискорбная слабость его магического дара, который ну никак не удавалось развить несмотря на регулярные тренировки. Ежевечерние. Ну, почти. Исключая те дни, когда он в это время стоял на службах в церкви, участвовал в каких-нибудь рабочих заседаниях на правах секретаря, был приглашен в гости, смог попасть на праздничный пир к представителям по-настоящему знатных боярских родов или просто слишком уж уставал от своей основной работы, чтобы еще часик ещё и на работу с заклинаниями выделить.

— Никодим, собери всех детей, которые только есть в этой дыре, — отдал приказание Белослякин своему наиболее полезному телохранителю, который происхождением ну совсем не вышел, да еще и в юности парочку слишком уж опрометчивых магических клятв дал, а потому теперь был вынужден прислуживать думному дьяку до конца жизни. Чьей конкретно, правда, сказать было довольно тяжело, ибо этот боевой маг, ритуалист и темный целитель на здоровье не жаловался, недавно достиг звания истинного мага вопреки малость подтасованным испытаниям, и потому имел довольно неплохие шансы дождаться окончательного завершения карьеры придворного, так и застрявшего в подмастерьях. Причем его экзамен на третий ранг тоже был не совсем честным, только звание одаренного третьего ранга будущему сотруднику двух канцелярий выдавали не нехотя, а с большой натяжкой. — И девок, если моложе двадцати и не брюхатые, тоже сюда гони. Обряд наделения силой юности проводить будем.

— Эээ…Барин, да как же это? — Подал голос староста, который в баню не зашел, ибо там бы он вдобавок к слугам церкви попросту не поместился, но на за спиной у высоких гостей маячил исправно, будучи готовым выполнить любой приказ. Ну, или почти любой. — Неможно это! Смилуйся! Мы же ж уже и рекрутов в армию дали, и налоги заплатили, и даже ж от отправки людей работных на труды освобождены в связи со скудностью да разорением, кое враги учинили…Ежели ещё девок да ребятишек лишимся — вымрет деревня, как есть вымрет…И потом, ежели ж вы обряд могучий над людьми православными творить хотите, то разрешение хозяина нашего нужно, городового начальника с города звать надо, да лицензия потребна…

— Умолкни, смерд, пока плетей не получил! — Шикнул на него другой телохранитель думного дьяка, для большей доходчивости взглядом поднимая в воздух судорожно захрипевшего крестьянина. За шею, конечно же. — Ничего с ними не будет! А если и будет чего, то не бойся, компенсацию твой хозяин получит и будет доволен, ибо нельзя ему нами недовольным быть.

— А может действительно лучше что-нибудь другое придумать? В храм ближайший его перенести по быстрому, там дружно молебном о здравии жахнуть, а после припечатать торжественным обетом воздерживаться от смерти, покуда есть ещё на это свете дела… — Засомневался Никодим, ожесточенно царапая свой покрытый пробивающейся щетиной подбородок. — Наделение силой юности я конечно делать умею…Но раньше выполнял его только как помощник, а не как ведущий ритуала! А еще для такого правильно подготовленный зал нужен! И подготовка доноров предварительная! Плюс последующий уход за ними после, чтобы не окочурились невзначай, сил да праны чуть не подчистую лишившись…

— И ты тоже не умничай! — Припечатал его гневным взором думный дьяк. — Количеством доноров компенсируешь отсутствие ритуального зала и прочие мелочи! Этот пока еще не успевший остыть полутруп, что уже одной ногой в могиле стоит и вторую занес для последнего шага, нормальными средствами оттуда нам уже не вернуть, а нам его не только вернуть надо и на ноги поднять, но еще и потом в Москву доставить так, чтобы он в канцелярию патриарха своими ногами вошел! Ну а на здлоровье смердов наплевать, даже если потом и издохнет кто на следующей день или там через пару месяцев от общей утомленности организма — не страшно, бабы их еще нарожа…

Договорить думный дьяк не успел, поскольку внезапно понял, что летит. Затем ему стало очень больно, словно бы прямо в подбородок кто-то вонзил огромный раскаленный кол. А потом он о потолок стукнулся, рухнул вниз, вновь получил по морде, из которой что-то брызнуло во все стороны, и Белослякину стало еще хуже, поскольку не успел он упасть изувеченным лицом на грязные доски бани, как снова оказался отброшен в сторону мощнейшим ударом, чтобы врезаться в своего телохранителя, причем каким-то образом врезался он наиболее пострадавшей частью своего тела, из-за чего какое-то время лишь скулить в агонии и мог, ползая по полу.

— Ах, вы! Псы шелудивые! Иуды проклятые! Семя врага рода человеческого! — К тому моменту, когда думный дьяк хоть немного проморгался от непрерывно текущих по его лицу слез, сплюнул из разнесенной на части челюсти десяток выбитых зубов вместе с парой пригоршень собственной крови и начал хоть чего-то соображать, рядом с ним уже вовсю происходило форменной избиение, причем избиение с точки зрения Белослякина небывалое и невозможное. Его телохранители были отлично обученными и снаряженными бойцами, а благодаря многочисленным благословениям, полученным от сотрудников Святейшего Синода, они могли сразиться с угрозой, превышающей их официальный ранг…И теперь обе этих машины разрушения просто не могли вытащить свое оружие или использовать боевую магию.Потому как их били. Сильно, больно, ежесекундно, превращая воинов церкви в настоящее кровавое месиво, лишь каким-то чудом сохраняющее прежнюю человекоподобную форму. — Вы чего удумали, твари смердящие⁈ Чернокнижничать⁈ Не прощу!!!

Валявшийся ранее на скамейке полутруп, к которому и эпитет: «полу» был не слишком-то уместен, ныне стоял во весь свой немалый рост, скребя затылком потолок бани и превращал обоих защитников думного дьяка в настоящее кровавое месиво. Тонкие словно сухие ветки руки Бонифация буквально размазывались в воздухе от скорости, оставляя светящийся след за будто сделанными из чисто света шипастыми кастетами, прикрывающими его пальцы. И оружие это пусть и казалось не слишком-то серьезным, но было вполне себе действенным. Рука Никодима, схватившаяся было за эфес его сабли, после удара в запястье согнулась не в том направлении, куда сгибаться была должна. Вторая верхняя конечность этого бойца уже висела без движения и капала алым, поскольку была сломана в плечевом суставе достаточно сильно, чтобы острый обломок кости изнутри проткнул одежду. В распахнувшемся рту его коллеги, чей нос уже оказался свернут на бок, а оружие валялось отдельно от хозяина, вылившись из скрюченных и разможженых пальцев, заплясали огненные искры, свидетельствуя о готовности выдохнуть пламя, и рот тот был закрыт принудительно, когда чудовищной силы апперкот чуть не вбил нижнюю челюсть в верхнюю, заставив воина церкви подавиться собственными зубами и собственной же магией. Защитные барьеры? Какие еще барьеры! Для чудом вставшего обратно на ноги Бонифация здесь и сейчас никаких барьеров не существовало!

— Мы исполняем поручение Синода! — Кое-как прохрипел Белослякин, силясь вспомнить то ли целительную, то ли боевую магию, но вспоминая почему-то только тексты молитв о пощаде.

— Не слышу! — Рявкнул в ответ Бонифаций, продолжая молотить своими кулаками обоих телохранителей сразу так, словно он всю свою жизнь провел на боксерском ринге, откуда ушел лишь потому, что соперников там ему ну вот совсем не осталось. Пожалуй, оба воина церкви и хотели бы упасть, прикрыв сломанными руками пока еще не настолько избитые части тела, но они просто не успевали это сделать. Их ударами старика в вертикальном положении держало. — Я уже два года как оглох! И ослеп! Спасибо тем английским придуркам, которые запулили свой снаряд прямо в гранатный склад моей роты, подорвав к чертям пятнадцать тонн обычных и магических боеприпасов!!!

Защитники думного дьяка наконец-то рухнули, словно подрубленные деревья, а старый священник развернулся к царедворцу, привычными уверенными движениями рук стряхивая кровь с кастетов. Правда, руки его непрестанно тряслись, практически вибрируя, а суставы щелкали от малейших движений чуть ли не громче винтовочных выстрелов, и подобная активность должна была причинять телу Бонифация нешуточную боль…Но то ли не было её, то ли уже успевший отказаться от еды и воды священник просто не обращал внимания на подобные мелочи.

— Бонифаций! Ты же больше не гренадер! Ты сан принял! Ты — лицо духовное! — Заорал Белослякин при виде грозно надвигающейся на него высокой фигуры, пытаясь уползти…Но за спиной вдруг обнаружилась предательски закрытая дверь. Видимо староста, оставшийся где-то снаружи бани, её захлопнул. — Тебе нельзя меня бить!!!

— Я и не буду, — заверил его высохший едва ли не до состояния мумии старик, чьи глаза были белыми-белыми, ибо зрачок в них практически полностью выцвел. Однако взгляд Бонифация думный дьяк всё равно чувствовал! Он словно обжигал его! — Я буду наставлять тебя на путь истинный и к раскаянию склонять…Как умею, да…

— Ты не можешь! Тебе не по рангу! — Заскулил Белослякин, которого сгребли за шиворот и начали поднимать обратно на ноги. Пинать лежащего Бонифаций считал видимо ниже своего достоинства. Или просто не знал как вылепить из света подобие сапог или хотя бы лаптей для своих босых конечностей.

— Старый я стал совсем, — вздохнул отправившийся умирать в баню священник, чьи сделанные из света кастеты тем временем меняли форму. Они уменьшались в размере, теперь хуже скрывая под собою сухие дрожащие пальцы, но зато обзавелись взамен длинными шипами, на концах острыми словно иголки. Подобным оружием людей уже не били, а потрошили… — Не помню рангов! Помню, что ещё на Третьей Мировой обещал завязать со всей этой дурью и грехи свои замаливать, если выживу, а тут уже Четвертая кончилась, и давно пора бы мне на Суд Божий отправиться, ибо время пришло и не нужен я тут теперь так сильно больше, но разве ж можно просто взять и наконец-то преставиться, пока рядом такие уроды как ты очерняют…

— Четвертая Мировая Магическая Война еще не кончилась! Мирного договора не было! Все еще может начаться вновь, если импертор, кайзер и королева английская между собой не договорятся! — Отчаянно выкрикнул Белослякин, который сейчас твердо знал только одно: «пока его слушают, его этими страшными световыми кастетами не бьют». — И ты нужен, чтобы нейтрализовать темного магистра! Темного магистра, которого ты же и помог создать, многие души человеческие тем погубив!

— Я⁈ — Поразился якобы глухой священник, который почему-то когда надо все прекрасно слышал, а потом даже на секунду замер, словно бы прислушиваясь к себе. Но потом он ощутимо расслабился, и начал демонстративно замахиваться для удара. — Лжешь, собака!

— Коробейников! Олег! Тот, который высшего демона призвал и, которого ты в Североспасское магическое училище отконвоировал, вместо того чтобы в церковных казематах сгноить пусть вопреки закону, но зато всем достойным людям на радость! — Белослякин сам не понял, как успел все это произнести раньше, чем превратился в издырявленную боксерскую грушу. Чудом, наверное. — Он стал магистром! С другими чернокнижниками да божками языческими сдружился! В Думу вошел! И теперь его без судебного вердикта той Думы тронуть нельзя, а сам он в любой момент может претензии Святейшему Синоду предъявить за устроенные против него диверсии! И если Коробейников крови потребует, эту кровь бояре ему дадут, чтобы в угоду своим низменным интересам власть истинной веры ослабить!

— Коробейников? Кажется, я помню этого искалеченного мальчишку, за которым не чувствовалось ни грехов, ни силы магической… — Озадачился Бонифаций, переваривая услышанное. — Это что же…Я помереть все-таки успел и пару сотен лет в этой бане пролежал нетленным? Ладно…Разберусь. Но сначала предам тебя, овца ты заблудшая, анафеме!

Белослякин закричал, когда острые шипы кастетов принялись с ювелирной точностью вырезать на его лбу, все еще украшенным отпечатком печной заслонки и гербом Союза Орденов, это жуткое слово, погибельное для сотрудника двух канцелярий. И кричал он даже не столько от боли, сколько от страха, поскольку помнил несколько подобных случаев. Случаев, когда ничем не примечательные рядовые священники творили такое, что творить были не должны, не могли, не имели права…Да только они это всё равно делали. И отметины на телах или аурах, которые они оставляли, не стирались. Ничем. Никогда. А вердикты этих людей — не оспаривались.

Глава 4

Глава 4

О том, как герой лепит с семьей куличики, планирует выбросить на ветер кучу золота и откладывает в сторону богов.

— Я сделал хороший замок? — Игорь в сомнение посмотрел на результат своей работы, которым было некое подобие песчаного замка, по правде напоминающее больше нагромождение отдельных куличиков, а после в сомнении перевел взгляд на своего отца.

— Ты сделал отличный замок! — Улыбнулся ему Олег, для большей наглядности показав сыну большой палец. Правда, результат работы самого чародея, конечно же, получился лучше. И больше. Раз эдак в сотню тысяч, даже с учетом того, что это он за второй день напряженной тяжелой работы лишь едва-едва поднял над фундаментом первые полтораметра грядущей постройки. — Только теперь тебе надо будет свою крепость охранять, а то вон уже Надежда, судя по всему, на неё нацелилась…

— Что⁈ — Вздрогнувший всем телом мальчик резко развернулся и буквально в последний момент успел поймать сестру, которая с горящими от азарта глазами топала по громадной песочнице вперед, твердо намереваясь поиграть в гигантское чудовище, рушащее города…Или просто желая изгваздаться с ног до головы, пока мама не смотрит, слишком занятая шушуканьем с женами Стефана и дополнившей их женский коллектив эльфийкой. — Нет! Надежда-а-а-а…Ну куда ты лезешь⁈

— Ааа! Дяй! — Возмущенно, и ничуть не тише, закричала маленькая, но уже очень отчетливо выражающая свои желания девочка, насупившись и грозно топнув по песочку маленькой ножкой. Она не хотела, чтобы её держали! Она хотела песчаный замок сломать…Или обнять…А может быть взять и положить себе в карман. Концепцию чужой собственности дочь Олега всё еще плохо понимала. А может быть и принципиально не желала понимать, взирая на окружающий мир с позиции: «Все вокруг моё!», чему зачастую способствовало потакание её капризам со стороны матери и поведение слуг, едва ли не наперегонки бегущие исполнять желания их маленькой хозяйки. Однако с последним её отец пытался бороться, по мере возможности отучая наемный персонал от излишнего раболепствования перед своими детьми, пусть даже с точки зрения окружающих это и было бы более чем нормально. Но не с точки зрения самого чародея, опасавшегося вырастить типичную маленькую принцессу, что после своего взросления станет соответствовать по моральным качествам большинству аристократок этого мира.

— Дык, хорошо сидим, — хмыкнул Святослав, откидываясь поудобнее на легком плетеном кресле и леветируя себе в руку со столика с закусками бокал, полный апельсинового сока и кубиков льда. Одновременно с этим примерно пять-шесть центнеров мелких камней, притащенных телегами от ближайшего карьера, поднялось в воздух, и осели на потихоньку растущих стенах постройки. Олег немедленно напрягся, заставая их срастись с той частью строения, которую он уже обработал, без каких-либо швов или микротрещин. Имей он возможность дотронуться до формируемой конструкции, и это было бы куда проще…Но работая вот так, с дистанции, чародей работал пусть и медленнее, но зато потихоньку все лучше и лучшеосваивал эту грань своих собственных талантов, которой так долго пренебрегал. А ведь геокинез авторитетами всего мира признавался как штука крайне полезная в обороне и создании подготовленных позиций, с которых геомантов даже количественно и качественно превосходящим силам противника выбить удается далеко не всегда. — Надо бы, стал быть, почаще так с семьями на природу, значица, выбираться.

— Надо бы, — не стал спорить с ним Стефан, вполглаза наблюдая за собственными отпрысками, которые под звуки собственного радостного визга катались с горки, в роли которой выступала принявшая ипостась гигантского волка Доброслава. Как они смогли её уговорить сидеть смирно, пока карапузы сначала на мохнатую морду по бокам карабкаются, а потом съезжают вниз по хребту и хвосту, Олегу было решительно непонятно…Но ведь сумели же! Видимо унаследовали отцовские таланты к без меры наглому очаровыванию женщин без всякого волшебства, поскольку ментальной магией, да еще и уровне как минимум опытного магистра, в их возрасте люди и нелюди владеть не могли принципиально! — Ну да ничего, быстрее чем за недельку вам этот дубликат всемирноизвестного Колизея всё равно не построить…

— Это — не Колизей! Арена Нового Ричмонда будет минимум в три раза больше чем какая-то там римская древность! — Не согласился с ним Олег, который и запланировал возведение масштабной спортивной арены. Ну и дуэльной заодно, пусть даже конкретно эту функцию данное здание будет исполнять значительно реже. Во всяком случае, если все пойдет по плану самого чародея. — Нам же там не гладиаторов друг на друга натравливать, а футбольные команды…И хоккейные тоже. Фигуристок бы еще найти где-нибудь посмышленее, чтобы народ съезжался посмотреть на такую диковинку, как их миниюбки во время танцев на льду…

Битва между напором молодости и силой опыта закончилась всеобщим разгромом. Надежда, не переставая орать, стала лупить и кусать своего брата, тот, возмутившись ничуть не тише, ответил в лучших традициях уличных драк размашистым ударом…Но поскольку бил девочку, то стукнул её все-таки не кулаком, а ладонью. Однако обиженный рев всё равно поднялся до небес, и вихрем примчавшаяся Анжела утащила обоих детей в сторону остальных женщин, где им принялись делать хоровые выговоры на тему того, что так делать нельзя…Но судя по тому, какими взглядами обменивались отпрыски Олега, периодически оглядывающиеся на покинутую песчаную крепость, замирением там и не пахло! Исключительно временным прекращением огня под влиянием внешних воздействий необоримой силы!

— Вот чему я в тебе до сих искренне поражаюсь, так это тому, что ты из всего ты сумеешь на равном месте прибыль извлечь, причем таким образом, дабы окружающие ещё и довольны остались! — Хмыкнул Стефан, почесывая свою гладкую лысину, об которую пару секунд назад пытался сломать свой хоботок какой-то крупный тропический комар. Место своего отдыха на природе, а по совместительству расположенную посередине между военным городком и границей города стройплощадку, куда индусы неделями свозили песок и битый камень, Олег окружил защитным барьером, отпугивающим насекомых и как минимум предупреждающим о возможных злоумышленников, но этот вредитель как-то сквозь магическую пелену просочился…Или просто уже на месте вывелся, пару часиков назад вылупившись из какого-нибудь яйца. — У тебя планы, содержащее двойное дно — редкость, ибо примитив они полнейший. Тройное! Как минимум! Вот сколько задач возведением этой махины ты решаешь сейчас?

— Тренировка — раз, а то ведь стыд и позор такому магистру, которому кроме насыщенности ауры и похвастаться-то больше нечем. — Покорно принялся считать Олег, демонстративно загибая пальцы. Разумеется, ведение разговоров и подобные кривляния его от возведения постройки отвлекали…Но это тоже было частью учебной нагрузки. И потом, а куда торопиться-то? Сроки работ он себе ведь сам и устанавливал! — Время с семей — два, ибо нехорошо это, когда дети отца не узнают, поскольку видят его лишь по большим праздникам. Возведение культурно-спортивного объекта, что будет привлекать внимание и деньги путешественников и в то же время даст возможность нашим бойцам отвлечься от выпивки и продажных женщин — три.

— Вот это правильно, — покивал Стефан. — Некоторые из местных красоток нетяжелого поведения, с которыми наши солдаты щедро делятся своими трофеями и жалованием, расценки уже так задрали, что иные столичные дамы полусвета обрыдались бы от зависти…Что⁈ Мне на них даже бывалые наемники из числа ветеранов уже жалуются! А уж какие взятки разного рода купцы сулят, чтобы я им разрешение на бордель с рабынями выбил…Еще один броненосец хватит чтобы купить, если вскладчину! Ну…Крейсер — точно!

— Перебьются! — Непререкаемым тоном заявил Олег. — К их услугам весь остальной мир,а у нас этой дряни не будет!

— Ну, не будет, так не будет, — не стал спорить с ним сибирский татарин. — Мне-то это в любом случае неинтересно, я человек настолько женатый, что ночные бабочки в постель прорваться сумеют разве только с боем и активном применением тяжелого вооружения…Четвертым пунктом идет подготовка к созданию небоскреба, где ты планируешь по примеру американцев солнечную пушку разместить?

— Именно, — согласился с ним Олег, собиравшийся на спортивной арене обкатать те технические решения, которые чуть позже применит в защитной крепости-небоскребе. Ведь если у дальнего родича Колизея оконные проемы окажутся закрыты мутноватыми цветными стеклами, то это не страшно. А там, глядишь, нужную технологию для создания по-настоящему прозрачного стекла он и подберет. Вернее, отработает, так-то сей секрет местным алхимикам был отлично известен, а потому касательно количества и качества присадок или температуры при которой нужно держать расплав, голову ломать не придется. Ему нужно будет только нигде слишком сильно не накосячить в процессе, с чем в общем-то справлялись и сами индусы…Когда производили бусы, посуды или всякие декоративные статуэтки. В промышленных масштабах местные мастера не работали…Частично в силу традиций, позволяющих получать максимум прибыли за минимум произведенных товаров, частично в силу весьма скромных магических кондиций, поскольку по-настоящему сильные одаренные честным трудом не занимались, слишком увлеченные борьбой за власть, интригами, собственным саморазвитием, пирушками, супружескими изменами и прочими развлечениями магической аристократии. — Если мы сумеем без посторонней помощи и покупных материалов возвести стадион, который выдержит несколько десятков тысяч зрителей, то и с небоскребом должны справиться. Ну, может небоскребиком…Маленьким. А там уже и большой возведем, если с первого раза ничего толком и не получится.

— Дык, а он нам точно нужон? — Хмыкнул Святослав, покачивая опустевшим бокалом. — Я итъ в том смысле, шо возни то ожидается много, одного золота, если верить расчетам твоим, мы десятки килограмм на ветер выкинем…А удастся али нет построить пушку, шо будет светом своим, того-этого, шмалять не хуже чем небоскреб, чуть нас в Австралии не уделавший, то исчо баба надвое сказала. И даже ежели получица, толку с того будет меньше, значица, чем с артиллерийской батареи. Которая, дык, и мобильная, и дешевле.

— Ну, что у нас получится создать солнечную пушку, и эта пушка будет сначала собирать энергию света для зарядки, а потом стрелять — я почти не сомневаюсь. — Хмыкнул Олег. — По счастью одна из книг, которую мы сперли из Колыбели Монстров, представляла из себя армейскую методичку по созданию полевых укреплений и лагерей. Барьеров, заборов, сортиров, складов, орудий и прочих эрзацев нормальной инфраструктуры, которые можно возвести в любом требуемом месте из говна и палок…Ну, золота, бриллиантов и палок, но с точки зрения профессиональных военных инженеров Гипербореи подобные грубые поделки то еще дерьмо, единственным плюсом которого является тот факт, что материалы для них лежат буквально под ногами, а потому их всегда можно не найти, так быстренько трансмутировать из ближайших соседей по химической таблице элементов.

— Так это шо… — Нахмурился бывший крестьянин, слегка шевеля ладонью и отправляя в сторону масштабной стройки новую порцию битого камня. — Американцы с их, значица, техномагией великой они шо…Тоже такую методичку нашли? Или все ж таки сами усё разработали?

— Может и разработали, а может и нашли…Но если все-таки нашли, то либо нашли не её одну, либо много чего смогли там усовершенствовать методом проб и ошибок. — Пожал плечами Олег, которому данный вопрос тоже в голову приходил. — В конце-концов, тамошние сенаторы это через одного дети или внуки британских лордов, которые решили в самостоятельность поиграть, и успешно выиграли. А у подобных персон по праву рождения есть доступ к библиотекам их дедушек или хотя бы наставников, где много всякого интересного лежит, в том числе и копии древних манускриптов. Копии, где все расписано как на той схеме летучих кораблей, которую для комиссар Анна написала, мир её шестеренкам. Детально, пошагово… С расчетом на тупые нижние чины, вдруг оставшиеся сразу и без компетентных офицеров, и без снабжения, но зато с насущной необходимостью кровь из носа выполнить поставленную перед ними командованием боевую задачу!

— Ладно-ладно, не кипятись, мы в твоих возможностях по части всякой невозможной казалось бы фигни уже давно не сомневаемся! — Примиряющее поднял руки Стефан. — И да, надо быть дураком, чтобы не признать — искусственный магический источник с подключенным к нему орудием есть штука крайне полезная…Но точно надо ли нам начинать такой масштабный проект здесь и сейчас? Все-таки Новый Ричмонд не наш, и если мы захотим оставить его за собой вопреки воле индусов, то город мы не удержим. Не сможем удержать, будь он с небоскребом или без.

— Пф! Нашел о чем беспокоиться, — хмыкнул чародей, заставляя очередную порцию камней стать не просто единым целым, а по-настоящему монолитной скалой, способной выдержать вес десятков тысяч человек…Даже если они будут топать по ней со всей дури и одновременно, в ритме какой-нибудь бодрой мелодии. — Вспомни, что мы из себя представляли десять лет назад и посмотри на нас сейчас…А до окончания срока аренды — целый век! За это время очень многое может поменяться и в мире, и в Индии, и в нас самих…

— Дык, ну в нас-то особо вряд ли, — засомневался Святослав. — Мы с Олегом как бояре ужо того…Высшая лига! Куды исчо дальше-то⁈ В архимаги на одной лишь наглости да голой силе не пролезть…Да и силы больше лично я, того-этого, не выдержу ну вот никакъ! И без того, стал быть, чуть в Австралии ауру не порвал, кады поднапрягся, дык, как следует.

— Да, у меня тоже тогда энергетика чуть по швам не треснула, а потом долго в норму приходила, — согласился с ним Олег. — И это лишнее доказательство того, что пусть мы по личной силе сравнялись с разного королями, герцогами, магистрами и старшими жрецами — это отнюдь не повод почивать на лаврах. Скорее это повод готовиться к возможным неприятностям с их стороны, ибо подобные персоны, как правило, конкурентов себе не терпят. И тут нам очень повезло, что мы находимся в одной из немногих частей света, где своих высших магов нет или же мы нужны им больше, чем они нам.

— Ну, Слон бы от нас точно избавился с превеликим удовольствием, — хмыкнул Стефан. — Калидасу мы тоже не друзья ну вот никак, а потому я бы к нему спиной не поворачивался…

— Дык, а никто и не собирался, — развел руками бывший крестьянин, что по отношению к брахманам теплых чувств не питал и иллюзий не испытывал. Особенно к таким, что сам факт человеческих жертвоприношений во имя своей веры ни капли не скрывают, и даже в общем-то гордятся подобными поступками. — А то мало ли, вдруг окажется, шо его богине вдруг подарочек в виде нескольких сильных магов потребовался вот прямо щас, и он выбрал нас… Но я бы, того-этого, все одно больше бояр опасался, ибо Калидасу нужно чей-то противопоставлять британцам, када они всерьез за дело возьмутся, ибо сам он не тянет ну вот никак. Даже с поддержкой покровительницы не тянет, а она ему итъ не будет каждый раз по требованию сопельки-то утирать…А вот коллеги наши по шапкам да шубам те сами с усами, особливо ежели толпою действуют и от того даже архидемону какому рога пообломать могутъ!

— Потому и надо отработать технологии строительства небоскребов с солнечными орудиями пока мы в Индии. Чтобы сюда уж точно никто в гости без приглашения не залетел, и чтобы если ситуация с демонами вдруг обострится быть готовыми. — Олег надеялся на то, что проблема с обитателями нижних планов будет решена в кратчайшие сроки после того, как люди наконец-то перестали убивать друг друга и решили заняться общим врагом. Но по старой привычке готовиться предпочитал к самому худшему развитию событий, в конце-концов, если бы не его недавние действия, то врат соединяющих этот мир и преисподнюю, уже могло бы насчитываться целых пять штук! — Ведь угрожать нам теперь по большому счету может только четыре вещи. Боги, демоны, вампиры и другие высшие маги. Все остальное…Ну, теоретически Новый Ричмонд может снести с лица земли по-настоящему большая армия или какой-нибудь залетный высший дух. Но последние в нашу реальность почти никогда не вторгаются, ибо им тут ничего не нужно, а собрать в единый кулак сотню тысяч солдат и магов низших рангов осилит либо союз нескольких крупных аристократических родов, либо вообще целая страна войной конкретно на нас пойти должна с чего-то…

— В твоих словах имеется здравое зерно…Хотя всерьез учитывать как угрозу богов — это ты загнул, — несколько нервно ухмыльнулся Стефан, наблюдая за тем, как новая порция битого камня летит потихоньку к основе грандиозной арены, что за сегодняшний день уже успела подрасти в высоту метра на полтора. — Где они, а где мы…Тем более если кто-то из небожителей всерьез на нас обидится, то нам трындец. Без вариантов.

— Я с тобой не во всем согласен, но ладно, отложим в сторону вопрос с богами. Пока отложим, — не стал вступать в споры чародей, что в душе считал себя атеистом. Может быть где-то даже и воинствующим…И, как показывал текущий опыт вторжения демонов, при достаточном количестве силы и грамотном планировании даже противостояние с небожителями имело определенные шансы на успех. — Тем более, против трех наиболее вероятных угроз магия света подойдет как нельзя лучше. Для демонов и нежити эта сила слишком токсична, и при одинаковых затратах с любыми известными мне альтернативами позволит нанести им в разы большой ущерб. Ну а в противостоянии с высшими магами концентрированный свет тоже может оказаться полезнее зачарованных снарядов или стихийных чар, поскольку эту силу можно относительно легко сфокусировать на единичной цели, от точно направленного луча необычайно сложно увернуться, а еще он имеет очень неприятное для целей свойство частично проходить через большую часть защитных барьеров.

В родном мире Олега люди рождались сильными и слабыми, пока технический прогресс в лице полковника Кольта не уравняли их…Или, по крайней мере, сделали подобные различия не слишком существенными. В этом мире личное огнестрельное оружие, пусть даже дешевое и простое в обращении, могло поставить на одну ступень в плане опасности простого человека лишь с каким-нибудь ведьмаком, ну в крайнем случае подмастерьем, а вот по-настоящему могучие волшебники плевали на свинцовые пилюли с высокой колокольни…Которая, по мнению чародея, могла бы и сильно поубавить в своей недосягаемости, если бы вокруг неё как грибы выросли многочисленные небоскребы, каждый из которых обладал бы достаточной огневой мощью, чтобы гарантированно уничтожать истинных магов и, пожалуй, даже младших магистров с одного единственного попадания, а всех прочих заставить всерьез задуматься о собственном поведении и возможном ущербе, который они понесут, если позволят себе слишком многое и доведут окружающих до ручки. Ну а там уже и до способов призвать к порядку хоть самих небожителей недалеко…Особенно если в светлое будущее человечество будет толкать не только он сам со своими друзьями и прочими редкими энтузиастами вроде короля йогов.

Глава 5

Глава 5

О том, как герой нарушает правила, ставит ультиматум и получает то, что заслужил.

Зубы Олега словно бы слегка ныли сразу и все, глаза слезились, а тело охватила предательская слабость, ибо в зоне действия мощного магического негатора организму могущественного одаренного было нехорошо…Но он старался не подавать виду и буквально заставлял свое тело рваться вперед, преодолевая навеянную немощь, которая должна была считаться скорее психологической, ибо пересилить работу английского устройства подавления волшебства ему-то точно оказалось бы под силу! Но пот по вискам и спине всё равно тек, причем отнюдь не фигуральный, да и мышцы болели, налившись молочной кислотой, чего с ними давненько уже не случалось. Чародей едва успел уклониться от наседающей на него с правого фланга двойки и побежал вперед, прорываясь к воротам. Мимо его виска просвистел рифленый снаряд, и вот уже он выходит на финишную прямую, вратарь бежит на перехват, но его блокирует нападающий левого фланга, что уже замахивается на того…

— Стоять! Полож клюшку, идиот придурошный! — Заорал во всю глотку на своего же союзника Олег, останавливаясь прямо там где бежал и подхватывая мяч руками, что было против всяких правил и автоматически останавливало игру. — Ты её нафига вообще на футбольный матч притащил⁈ Быстро отнес обратно на склад инвентарь, покуда я его у тебя не отобрал и не запихал туда, откуда ни один проктолог в Новом Ричмонде не достанет! Святослав! А ты-то куда смотрел⁈

— Дык, я вообще, стал быть, не понялъ, када и откудова он её вытащилъ! — Признался сильнейший маг Нового Ричмонда и окрестностей, которого Олегу пришлось ставить на роль футбольного судьи. И самому выходить на посыпанное песком поле в центре арены, под которой чародею еще и мощный трофейный магический негатор пришлось разместить и активировать. С учетом особенностей менталитета местных жителей, смотреть на то как простые люди гоняют туда-сюда мячик зрителям было бы попросту не интересно…Другое дело — на хозяев города самим посмотреть, а может быть и себя показать. Только вот если формировать команды из одаренных, и этих же одаренных на трибуны пускать, то правила пришлось бы изобретать заново, чтобы учитывать возможность телекинеза, левитации, телепортации…Причем не только для мяча, но и для игроков, которых тот же бывший крестьянин, если бы сильно увлекся, мог непроизвольно всех смести в сторону, словно сухие листья в бурю. В принципе, казусы подобного толка регулярно случались и сейчас, но их хотя бы отследить было проще, поскольку микровоздействиями поле негатора не продавливалось, и для этого разного рода волшебникам приходилось силу прилагать всерьез и осознанно. — И, кстати, Олег, тебе, того-этого, пенальти! А ухарю твоему — желтая, дык, карточка!

Довольный смешок Стефана, который возглавлял другую команду, не услышать было нельзя. Потомку Чингисхана спорт неожиданно понравился…Вероятно потому, что хотя бы здесь он мог взять и победить Олега, отставание от которого в плане магической мощи, заработанной славы и эффективности в ведении административно-хозяйственной деятельности сибирского татарина весьма печалило, пусть даже он и старался не подавать виду.

— Еще раз ухарь этот хоккейную клюшку на футбольный матч принесет — получит красную. — Ожег взглядом Олег своего подчиненного, который вышеупомянутый спортивный инвентарь теперь прятал за спину и стеснительно улыбался…Но — не раскаивался. Или как минимум раскаивался лишь в том, что попался капитану команды на глаза, поскольку другие игроки его могли бы и поддержать. Причем и из числа соперников — тоже, из расчета, что тогда они уже смогут чего-нибудь из своего богатого арсенала достать, да в ход пустить… — Прямо в утку под кроватью, без которой ему тогда пару месяцев будет ну никак не обойтись!

Создание спортивных команд, к удивлению Олега, оказалось куда более проблемным делом, чем постройка стадиона силами парочки высших магов. Пара недель неспешного, можно сказать спокойного и размеренного труда — и готово сооружение, в его родном мире способное украсить или, по крайней мере, не посрамить практически любой город, включая мировые столицы. Планировка может и грубовата, с полным отсутствием тонкой отделки и каменными скамейками даже в отдельных ложах для вип-персон, но зато брутальна, монументальна и выдержит века непрерывной эксплуатации, если только зрители на матч динамит не пронесут. Однако проблемы чародея поджидали с другой стороны. Спортсмены так и норовили относиться к правилам, как к рекомендациям! Особенно к тем правилам, которые касались запрета на драки и применения оружия!

Выстраивание игроков в стеночку перед воротами оказалось прервано звуками тревоги, раскатившимися над Новым Ричмондом и окрестностям, после чего негатор был мгновенно отключен, а разлетевшиеся с футбольной арены в разные стороны волшебники, по праву входящие в элиту подчиненных Олегу сил, стали успокаивать вспыхнувшую на трибунах панику…Не слишком серьезную, к слову. Ибо обитатели города верили в могущество его главных защитников, сидящие на трибунах чуть ли не полным составом солдаты были зрителями довольно дисциплинированными, да вдобавок вооруженными, ну а еще идущие из динамиков звуки сигнала призывали лишь готовиться к возможным неприятностям, а не приказывали судорожно нестись к боевым позициям или ближайшему бункеру. Как оказалось, причиной переполоха стала тройка незнакомых летучих кораблей, что была замечена далеко на горизонте, но двигалась вроде бы именно к промышленному сердцу данного региона. Относительно медленно двигалась, пусть даже капитаны данных летательных аппаратов наверняка хотели бы разогнать их побыстрее. Но сложно это было сделать с такими громадинами, каждая из которых несла на себе как минимум несколько сотен членов экипажа, к которым могло прилагаться куда большее количество десанта.

— Парящие линкоры. Два поменьше, один тяжелый, едва ли не дредноут. Но — деревянные, с несколькими ярусами орудийных портов малого размера вдоль борта, а значит, там почти наверняка стоят обычные устаревшие пушки… — Засев в рубке спешно поднятой в воздух «Тигрицы» Олег анализировал то, что показывали ему телескопы летучего корабля. Флагман чародея после пережитых боев был немного не в лучшей форме, поскольку одну из турелей так толком восстановить и не удалось, но все равно оставался грозным судном, которое могло бы справиться с любым из противников. А может даже и двумя. Но поскольку тут же имелся вполне исправный трофейный броненосец и многочисленный москитный флот, не говоря уж о готовом встать на крыло исполинском немертвом драконе, такого героизма наверняка бы не потребовалось. — Флаги не узнаю вообще, вот ни один…Но геральдика нанесена не только на всякие там полотнища, которые и сменить недолго, но и на оболочку с горячим паром. Кто бы это ни был, они не скрываются…

— Олег! Я нашла! — Отвлек чародея от изучения противника радостный вопль Доброславы, которая ранее копалась в шкафу с разнообразными картами и атласами кораблей. Последние, конечно, охватывали собой далеко не всю номенклатуру имеющихся в этом мире летательных аппаратов, тем более многие аристократы заказывали себя судно под себя или просто переделывали его до полной неузнаваемости, что в принципе случилось с самой «Тигрицей», но все же процентов семьдесят-восемьдесят возможных встречных в небесах противников с помощью подобных книг удавалось идентифицировать. Не по названию и возможностям, так хоть по типу, из которого следовали примерные тактико-технические характеристики замеченного вблизи себя летающего объекта. — Большой корабль — это «Принцесса вершин»! Личное судно царицы Нрикерии!

— Какой царицы? — Озадачился чародей, пытаясь вспомнить политическую карту этого мира, в котором хватало обособленных княжеств, царств, городов-государств и прочих мелких на фоне настоящих стран образований, чьи владыки могли иметь наглость называть себя царями и притом не оказаться уничтожены царями настоящими. — Чем она правит-то?

— Тут не написано, — пожала плечами кащенитка-изгнанница, подсовывая прямо под нос Олегу раскрытый на нужной странице атлас летучих кораблей датированный аж концом двадцатого века. — Зато сказано, что построен этот корабль на мадридских верфях испанской короны, указано имя архимагистра, отвечавшего за создание и зачарование компонентов судна, а также сказано, что его скорость равна пятнадцати морским узлам, а мощность бортового залпа — четыреста двадцать три орудия.

— Нрикерия — это большая горная долина, расположенная чуть в стороне от Тибета, — подсказал неожиданно один из офицеров-индусов, который несмотря на свое высокое происхождение оказался достаточно дисциплинирован и коммуникабелен, чтобы нормально взаимодействовать с выходцами из иных слоев общества, и в совокупности с неплохим магическим даром, смекалкой и хорошим домашним обучением это быстро открыло ему путь в элиту элит, а именно место на мостике «Тигрицы» при соответствующей заработной плате.- Там расположено царство Нрикерия, чья правительница вроде бы давала вассальную присягу Золотым Драконам…Не слишком большое царство, честно говоря, всего-то три города да полтора десятка деревень. И сейчас, когда Китай раздроблен, за кем она следует и следует ли вообще за кем-то — мне не ведомо.

— В списке архимагов Тибета её точно нет, а значит ранг у этой царицы шестой или седьмой…Скорее все-таки седьмой, иначе звалась бы как-то поскромнее. — Пощелкал пальцами Олег, напрягая свои пророческие способности в попытке понять, что несут эти незваные гости…Получилось понять только то, что ему хочется послать их туда, откуда они приперлись. — Поищите кого-нибудь, кто знает больше про это горное царство, но если не найдете — не страшно. Думается мне, они сюда не воевать летят…Во-первых, Северный Союз Китаю или его сателлитам войны не объявлял, насколько мне известно, а во-вторых, всего три парящих линкора на Новый Ричмонд — это как маловато.

— Ну, три парящих линкора — это все-таки не комариный чих. — Заметила Доброслава, с некоторым сомнением поглядывая на иллюзорное изображение троицы приближающихся кораблей, зависшее в центре рубки. Они выглядели грозно, и их бортовой залп действительно мог наделать проблем…Стационарным укреплениям каким-нибудь, которые с одного места на другое даже с магией вряд ли переползут. И нормальной системы ПВО не имеют, чтобы сбить эти летающие артиллерийские батареи, чьи дальнобойность вряд ли слишком велика, раньше чем те смогут пустить в ход свои старенькие пушки. — Особенно если там на борту кто-то калибра Саввы со свитой…И оная свита в Четвертой Мировой не участвовала, отсидевшись в своих горах, а потому и потерь не понесла.

— Возможно, — признал Олег, который на собственном опыте прекрасно знал, что в летучем корабле его пассажиры и команда могут оказаться куда эффективнее стандартных систем передвижения судна и способны вломить больнее десятка артиллерийских батарей. Однако есть ли сейчас на борту парящих линкоров сработанные и эффективные команды высших магов оставалось только гадать, поскольку атласы и другие подобные источники информации подобные нюансы конечно же не учитывали и учесть не могли. — Но с учетом того, что ты нашла этот линкор в атласе трехвековой давности, и сейчас эта основательно устаревшая бандура выдает где-то десятку узлов вместо заявленных пятнадцати, что по меркам современной авиации очень-очень медленно…Я не верю, что сия особа будет ставить на карту всё, что имеет в попытке уничтожить тех, кто про неё до сегодняшнего момента и знать не знал!

Скорость, с которой приближались к Новому Ричмонду чужие летательные аппараты, давала вполне достаточно времени на отвлеченные разговоры и построение гипотез. В принципе,за оставшиеся до контакта с ними полчасаОлег успел сходить переодеться, выпить чаю, а потом прорепетировать мысленно пару раз свою приветственную речь для главы пусть маленького, но более-менее суверенного государства… Однако царица Нрикерия его ожидания самым наглым образом обманула, на встречу так и не явившись. Когда воздушный флот «Нового Ричмонда» при помощи флагов передал категорическое требование остановиться и сохранять позиции, а вернее даже ультиматум, ибо в противном случае послание переданное международной сигнальной азбукой обещало открытие огня, с борта огромного парящего линкора была выслана всего-то крохотная летучая лодка с одним единственным пассажиром. Да, одетый в какой-то пышный костюм из золоченной парчи и монументальную трехярусную шапочку посланник являлся аж младшим магистром и потому внушал, но все-таки заменить его можно было каким-нибудь почтовым голубем покрупнее и листком бумаги. Или вообще рупором, ибо умение ну очень громко кричать у высших магов, насколько мог судить Олег, в обязательном порядке образовывалось само собой.

— Моя госпожа, великая, несравненная, всепобеждающая, убийца ужасающего змея Каргета, разрушительница Котла Черного Лотоса Крови… — Начал перечисление титулов своей начальницы дипломат, что грозило затянуться надолго. Впрочем, чародей старался их слушать и даже анализировать, ибо подобные эпитеты могли дать некоторые подсказки о силе или хотя бы истории личности, благодаря которой на карте мира существует отдельное маленькое государство или хотя бы маленькое его подобие. В его родном мире ничего похожего уж точно не было, то ли аналог сего народа, ведомого в светлое или не очень будущее легендарной правительницей давно затерялся в веках, то ли без возможности для одной отдельно взятой женщины гнуть реальность силой своей воли никогда и не смог оформиться в нечто достойное внимания. — Приветствует вас! От её имени я предлагаю великим русским боярам Олегу Коробейникову и Святославу Владыке Больших Грибов заключить союз с тем, чтобы очистить земли Великого Изумруда от тех нечестивых, трусливых и предательских бандитов, что ныне называют их своими. Поскольку владения моей госпожи слишком далеко от этих мест, она не станет претендовать на территории, что без сомнения станут процветать под вашим справедливым правлением, и будет довольна лишь тем, что её слуги первыми возьмут боевые трофеи!

— Мы благодарим твою великую госпожу за её без сомнения великодушное и щедрое предложение… — В данный момент Олега интересовало лишь две вещи. Во-первых, откуда какая-то там хозяйка горной долины на границе с Китаем могла знать про Большие Грибы, владыкой которых теперь именовали Святослава все кому не лень? А во-вторых, с чего она вообще взяла, что они помогут ей напасть на приглянувшиеся земли? Хотя…Пожалуй, сейчас он получил то, что заслужил своими трудами. А именно славу очень компетентного в плане грабежей и разрушений наемника с собственной армией, который всегда рад еще чего-нибудь разорить, который берет за свою работу не слишком дорого, и которого по этим двум даже всяким там царицам незазорно нанять…Тем более, если заодно получится к этому благому с точки зрения некой правительницы делу еще и дополнительного архимагистра подключить. Одаренные седьмого ранга, они вообще ребята крайне полезные, если на твоей стороне находятся и делают это бесплатно… Ну, для неё бесплатно, ибо русским магам по условиям предлагаемой сделки должна была отойти ставшая бесхозной земля, находящаяся не так уж и далеко от Нового Ричмонда, а вот хозяйка трех парящих линкоров намылилась забрать оттуда всё, что не приколочено, или все-таки приколочено, но может быть отодрано и унесено на медленные, но зато очень и очень вместительные корабли: деньги, ценности, рабов… — К сожалению, мы в настоящий момент не можем его принять. Княжество Великого Изумруда входит в число вассалов британской короны, и действующие в данный момент международные договоры делают это решительно невозможным. Ни я, ни архимагистр Святослав не изменим своему слову, и наши солдаты в данный военный поход не пойдут.

Интерлюдия

Добрые соседи

Интерлюдия. Добрые соседи.

В максимально возможном темпе грохотали периодически пушки, перекрывая частый треск выстрелов, но любому постороннему наблюдателю было бы ясно, что городок обречен, пусть даже его защитники и пытаются сопротивляться.Хлынувшие к первому и самому главному рубежу обороны живой прилив не удалось остановить встречному свинцовому дождичку. Да, вот одно ядро оторвало голову панцирному медведю, а после повалило на землю вторую такую же тварь, напоминающую гибрид черепахи с обычным топтыгиным, вот другое пронеслось через ряды крупных черных волков, оставляя за собойнастоящую кровавую просеку, а там и сям оседали или начинали выть и истекать кровью монстры, поймавшие своим телом кусочек метко пушенного свинца…Но единичные потери не остановили орду, даже не замедлили, что, в принципе, было и неудивительно. Орудий на атакованных участках укреплений, находящихся вдалеке от ворот, усиленных неким подобием полноценного бастиона, было всего-то пять или шесть. Плюс стрелков около сотни, вооруженных когда более-менее неплохими винтовками, а когда и дульнозарядными пищалями, перезарядка которых обещала превратиться в тот еще аттракцион. А чудовищ, вырвавшихся из леса, возвышающегося почти вплотную к городу, насчитывались многие тысячи! Пожалуй, даже десятки тысяч, если учитывать как отдельные боевые единицы каждую из черных напоминающих крупных ворону птиц, которые вспорхнули с веток и черной тучей ринулись на людей, нервно каркая и поводя торчащими из-под их перьев длинными скорпионьими хвостами.

Огромная стая мранов должна была очистить стену от защитников буквально за пару минут. Да сила удара у этих птичек не впечатляла, и любые мало-мальски приличные доспехи смогли бы выдержать удар жалом, пускай даже и содержащим магическую отраву…Но эта разновидность магических мутантов была достаточно умна, чтобы знать свои слабости, а потому целить в уязвимые места вроде открытого лица или кистей рук. Им же достаточно было нанести всего-то один удачный укол своим отравленным жалом, чтобы на месте человека очень быстро оказался зомби, помогающей еще скорее сломить сопротивление обитателей поселения. Да и доспехов у стрелков или спешно перезаряжающих свои орудия артиллеристов практически не было, если не считать штаны и куртки из нескольких слоев кожи. Однако пернатые убийцы до своих целей добраться так и не сумели. На бастионе, защитники которого уже разворачивали свои орудия в нужную сторону или просто бежали к атакованным участкам стены, вскинул к небесам белый посох некий длиннобородый и седой волшебник, стоящий в центре магической фигуры из трех заклинательных кругов. И жест этот был отнюдь не пустым пафосом. Повинуясь воле заклинателя, давно готовившего меры противодействия примерно такому вот нападению, воздух перед самой стеной наполнился облаком плотного липкого тумана, сконденсировавшегося прямо на пути птичьей стаи.

Двигающаяся относительно плотной кучкой орда магических мутировавших ворон сквозь подобную преграду прорвалась вся…Но примерно семьдесят или восемьдесят процентов её после этого сразу же камнем упали на землю. Их перья склеились друг с другом, и крылья даже если и не прилипли к туловищу, то больше не могли нести по воздуху вообще-то не такие уж и маленькие тушки этих чудовищ, по сути своей являющихся живым оружием. А остатки мранов хоть и смогли добраться до людей, но прыти своей и маневренности резкой поубавили, тратя немало сил на то, чтобы просто в воздухе держаться. И потому защитники города их оперативно и без большого риска уничтожали, действуя когда короткими пехотными копьями, когда обычными плотницкими топорами, а когда и просто прикладами разряженных ружей, что при необходимости вполне могли заменить собой увесистую и длинную дубину, легко крушащую хрупкие легкие косточки пернатых. Только вот волшебник с бастиона им больше никакой помощи оказать теперь точно бы не сумел — поскольку от перенапряжения свалился на руки своих помошников и немедленно заляпал их кровью, текущей у него из глаз и ушей.

Пока защитники города разбирались с напавшими на них мранами, идущие по земле твари достигли стен, почти не понеся потерь. Да, кого-то пристрелили, кто-то провалился в яму-ловушку, а некоторые так вообще наступили на принудительно приземленных ядовитых птичек, раздавив их в кровавую слизь, но оказавшись напоследок ужаленными…Но на общей силе орды монстров эти потери почти не сказались. Десятки громадных медведей, покрытых пластинами костяной брони еще больше увеличивающими живучесть этих чудовищ, принялись ломать ударами своих когтистых лап бревна частокола, выбивая из вкопанных в землю деревьев даже не щепки, а целые куски. Взбежавшие прямо по их спинам гигантские пауки уверенно поползли вверх, передвигаясь по вертикальной поверхности не сильно медленнее, чем по горизонтальной. Гигантские многоголовые змеи, остановившиеся у самого подножия стены, задрали вверх свои покрытые чешуей мордыи принялись заплевывать смесью яда и кислоты любого человека, который только попадался им на глаза и находился ближе пары десятков метров. Все прочие чудовища, разновидностей которых насчитывалось по меньшей мере дюжина, тем временем крутились туда-сюда за спинами тех кто действительно мог сейчас вести сражение. Отвлекали своим мельтешением внимание самых нервных и неопытных защитников от действительно представляющих угрозу в данный момент монстров и ждали появления проломов в частоколе. Проломов, которые должны были появиться скорее рано, чем поздно, ибо стена под натиском бронированных гигантских медведей шаталась, трещала и стачивалась. Пока бревна в два обхвата еще держались, но магические мутанты уже углубились в них на зависть любым бобрам. И даже тяжеленные гранаты с зажженными фитилями, падающие им на головы, чтобы скатиться вниз и взорваться где-нибудь под брюхом, не сильно тормозили делающих свое дело монстров.

— Выбивайте погонщиков! Погонщиков выбивайте! — Отчаянно прокричал со стены какой-то седобородый и седоусый ветеран в красном подбитом железной кольчугой кафтане, при помощи длинного бердыша смахивая с гребня укрепления сразу трех гигантских пауков, которым взмах тяжелого острого лезвия раскроил щелкающие жвалами головы. — Без кащенитов твари станут тупее или вовсе начнут задирать друг друга!

Среди орды чудовищ действительно кое-где виднелись человеческие фигурки. Довольно необычного вида броня, как правило изготовленная из шкур, костей или хитиновых пластин, придавала им довольно диковатый вид, но была сделана на совесть, а потому обычно выдерживала ударившую на излете пулю или пару картечин, целыми снопами которых начали плеваться наконец-то перезаряженные пушки. Однако в большинстве своем кащениты под огонь защитников предпочитали все же не подставляться, лишь двое или трое из них гордо сидели в седлах на спинах гигантских лосей, прикрывшись мощными защитными барьерами. А еще десятка четыре старательно пытались лишний раз не маячить, чтобы первоочередной мишенью для снайперов не стать. Кто в накидке из волчьей шкуры передвигался на четвереньках и почти сливался с парой сотен варгов, кто заполз под панцирь особо гигантскому медведю, напоминающему скорее какой-то передвижной бункер, кто топтался среди скрывающих его со всех сторон могучих двухметровой высоты вепрей, в боках которых и пушечное ядро могло завязнуть…Но гораздо больше кащенитов было несколько дальше, у границы леса. Там, куда уж точно не могли долететь случайные пули, ядра или заклинания…Да и не случайные — тоже очень вряд ли, ибо расстояние для оружия было далеко, а против мощной магии колдуны этих обитателей Сибири наверняка бы успели барьеры поставить. Точное количество нападающих определить было затруднительно, поскольку многих из них скрывали деревья, но оно явно измерялось как минимум двумя-тремя сотнями.

Карабкавшихся по стене пауков защитники города перебили всех до единого, несмотря на свои размеры и свирепость особой силой эти твари не отличались, да и прочность их панциря тоже подкачала, но свое дело эти монстры сделать успели. Они отвлекли обитателей города на достаточно долгое время, чтобы панцирные медведи успели проломить в стене дыру. Вернее, сразу две дыры, пусть и расположенные всего в десятке метров друг от друга. Сделали это порожденные сибирскими чащобами живые танки не без потерь, парочку достали метко прилетевшими в ухо пулями, еще пяток истек кровью из ран, оставшихся после близкого подрыва гранат, а один монстр так и вовсе сварился прямо в своих природных латах, когда на него вылили полный чан кипящего масла…Но огромных бронированных чудовищ осталось все же достаточно, чтобы процарапать и прогрызть насквозь толстенные бревна, а после вломиться внутрь населенного пункта и вступить в бой с теми защитниками, кто успел сюда добраться из иных частей города. А к проходам тем временем уже стягивались сотни иных разнокалиберных тварей, умело направляемых погонщиками. Своих животных кащенитам было нисколько не жаль, и потому звери стройными рядами маршировали ловить грудью сталь и свинец защитников, до последнего пытаясь кого-нибудь из них задрать или хотя бы просто больно цапнуть. Древние заклятия, призывающие определенные породы обитателей леса к повиновению, работали как часы, а популяция этих видов монстров в дебрях Сибири могла считаться воистину неисчерпаемой…

Гребень стены все еще находился в руках защитников поселения, но теперь они стреляли внутрь периметра примерно так же часто, как и наружу. А некоторые из них уже вынуждены были вступить в рукопашный бой с тварями, что имели достаточно мозгов и подходящие конечности для того, чтобы подняться по лестнице. Казалось, город уже обречен и теперь его падение является лишь вопросом времени…Как вдруг на толпу кащенитов, начавших неторопливо двигаться по следам своих боевых зверей, обрушились пушечные ядра. Десятки ядер, сопровождаемые десятками бомб, что не просто после удара начинали прыгать по земле куда-то вдаль, разрывая на части все на своем пути, но вспухали фонтанами дыма и пламени, разбрасывая в разные стороны десятки острых осколков! Далеко не каждый снаряд нашел себе хотя бы одну цель…Но потери, которые осаждающие понесли буквально за несколько секунд, уже во много раз превосходили тот незначительный ущерб, который они терпели раньше в виде нескольких убитых погонщиков тварей.

Десять летучих кораблей спускались с неба, умудрившись ничем не выдать себя до самого последнего момента. Ни один из них не мог зваться большим…Скорее уж, каждое суденышко заслуживало звание крохотного, едва вмещая на себе семь-восемь орудий. Но зато канониры там, видимо, подобрались очень опытные, раз как минимум половина из них смогла положить бомбы и ядра либо прямо в свои цели, либо хотя бы рядом с ней. А еще вдоль бортов выстроились густой цепью стрелки, сжимавшие в руках оружие. И некоторые из них уже стреляли в находящихся внизу кащенитов, несмотря на то, что разделяющая их дистанция должна была оказаться слишком велика…Должна была, но не оказалась, доказательством чему служили падающие то и дело фигурки обитателей древних чащоб. Вот у одного рогатый шлем, сделанный из черепа какого монстра, разносит на куски ярко светящаяся и явно зачарованная пуля. Вот вскидывающий покрытый рунами лук стрелок оказывается прошит короткой очередью на три или четыре патрона, и пусть первые два попадания лишь слегка мнут его одежду из шкур магических тварей, зато третий пускает кровь из раны на груди, а четвертый прошивает навылет правое плечо, ставя крест на попытках сопротивления угрозе с воздуха. Вот малость контуженный маг начинает выписывать богато украшенным посохом в воздухе светящиеся линии, вырисовывая некую могучую руну…И становится эпицентром небольшого взрыва, когда удачное попадание расщепляет на две части верхушку его наполненного силой инструмента, в результате чего почти уже направленная на один из летучих кораблей энергия рвет на части своего владельца и тех, кто рядом с ним оказался.

Осаждающие не планировали сегодня самолично участвовать в жестоком бою, но и пугаться его просто так явно не собирались. С земли к заходящим на посадку кораблям, чьи орудия сейчас перезаряжали, устремились многочисленные стрелы, град боевых заклинаний и парочка самонаводящихся снарядов, похожих на каких-то крупных огненных рыб, что стремительно сгорая рвались в небо подобно ракетам. Правда, все это оказывалось запущено кащенитами вразнобой и без какой-либо серьезной координации друг с другом, а потому выглядело пусть и эффектно, но высокой эффективностью похвастаться не могло, ведь то был не прицельный удар крепким кулаком, а скорее просто инстинктивный тычок растопыренной пятерней. Результат оказался соответствующий, магические щиты летательных аппаратов большую часть этого встречного залпа выдержали без проблем, пропустив лишь отдельные атаки до не такого уж и хрупкого корпуса или членов экипажа, поголовно облаченных в доспехи…А второго залпа с земли и вовсе не было.

Повинуясь звукам сигнального рога, явно трубящего сигнал об отступлении, потомки обитателей державы последнего гиперборейца бросились наутек к деревьям, дробясь на отдельные маленькие ручейки или вовсе драпающих в полном одиночестве отдельных налетчиков. Плотность крон сибирских лесов практически везде была такова, что отследить их там с воздуха или тем более удачным выстрелом достать было практически невозможно. Ну а догнать по земле тех, кто с детства привыкал к жизни посреди древних чащоб…Ну, некоторые иные обитатели Сибири возможно и могли бы. Но вряд ли бы стали всерьез пытаться это сделать, поскольку орда посланных ранее на убой тварей тоже прекратила бесполезный теперь штурм города, и выжившие монстры очень шустро перебирали своими ногами, спеша убраться подальше. Процентов семьдесят их скрыться не смогло, пав от метко пущенных в спины пуль, но и оставшиеся тридцать могли бы доставить преследователям изрядных проблем, если встретят их где-нибудь посреди узкой лесной тропинки, где дальнобойность огнестрельного оружия не станет иметь особого значения в отличии от живучести, мощи, злобы и презрения к смерти биологического оружия, чьи предки были созданы волшебниками легендарной Гипербореи.

— Мурат! Ты все-таки пришел! — Чуть не разрыдался от облегчения уже успевший мысленно похоронить себя и всех своих близких седобородый и седоусый ветеран в стрелецком кафтане. Впрочем, тяжелые душевные переживания ничуть не помешали ему продолжить размахивать бердышом с такой резвостью, о которой большинство молодых людей могли бы только мечтать. Громадная росомаха, которая никуда со стены удирать не стала, слишком увлекшись процессом сражения с людьми, троих из которых этот могучий зверь уже успел растерзать своими страшными когтями, задергалась в агонии, когда широкое лезвие этого большого топора разрубило ей шею, практически животное обезглавив.

— Да разве могло быть иначе⁈ Не по добрососедски это, на призыв о помощи не отвечать! — Даже возмутился такой постановке вопроса старый друид, стоящий на борту летучего корабля, что ближе всех подлетел к стене города. С его рук куда-то вниз, в лежащие там завалы из тварей полетела какая-то труха…И истошный женский визг нестерпимой боли, раздавшийся парой секунд после, послужил доказательством того, что управлявшая частью монстров ведьма кащенитов очень зря попыталась спрятаться среди трупов своих зверей. Проросшие из политой кровью земли стебли какой-то травы опутали её покрытое зачарованными костями тело в десятке мест одновременно…А потом стали тянуть его в разные стороны, медленно разрывая на части обреченно воющую женщину. — Я сразу же, как вашего голубя получил с известием о том, что эти уроды лесные опять в набег идут, в набат ударил, и начал народ собирать! Тем более, как вы сами могли отбиться-то, если всех стрельцов и даже новобранцев уже год как на войну с британцами угнали, кадровых солдат оставив всего-то два десятка, из которых половина инвалиды, а со второй не хуже чем из меня песок уже которое десятилетие сыплется…

— Ну, так это ведь не твои корабли, — уже гораздо тише сказал командир городского гарнизона, которому по выслуге лет пора было бы уйти на пенсию…Лет пятнадцать назад. Глаза старика внимательно следили за тем, как прибывшие на летательных аппаратах солдаты расправляются с монстрами и теми кащенитами, кто по какой-то причине слишком медленно к лесу драпал. И было это четко, быстро, профессионально. Одни бойцы расстреливали врагов словно мишени в тире, причем работая с таких дистанций, о которых вооруженным пищалями стрельцам оставалось только мечтать. Вторые ни капли не сомневаясь спрыгивали прямо на головы тварям, замедляясь в воздухе перед приземлением, а после начинали кромсать огромных чудовищ с такой легкостью, будто это были тупые и разжиревшие домашние свиньи, о своей участи будущего шашлыка не способные даже помыслить. Третьи так и вовсе делали то, чем простолюдины в Возрожденной Российской Импреии, да и вообще во всем мире, занимались очень редко. Они в отступающих врагов швырялись боевыми заклятиями. Да, слабенькими, простенькими, не сильно выигрывающими у выстрела какой-нибудь маленькой кулеврины или даже проигрывающими им…Но таких одаренных первого или второго ранга в прибывшем на выручку отряде насчитывались многие десятки! — И люди не твои, и даже не Густава, которого с нами сейчас нет, поскольку он где-то в столице теперь крутится…Это Коробейникова армия…А он теперь — боярин, так в газетах писали…Бояре же…Ну…

— Страшно далеки они от народа, бояре эти. — Хмыкнул Мурат, перепрыгивая на стену, и энергичной стремительной походкой направляясь в ту сторону, куда уже начинали стаскивать раненных защитников города. Профессиональным целителем старый друид себя назвать не мог, но в деле латания ран и дилетантом ветеран Третьей Мировой Войны, успешно переживший заодно и некоторые эпизоды Четвертой, далеко не являлся. — Однако же Коробейников может и боярин, но для меня все равно остается таким же добрым соседом как ты…Пожалуй, даже более близким. Да и будет ли плохой человек присылать в наше захолустье пять тысяч солдат, груду золота для семей тех, кто к нему в отряд завербовался и маленький воздушный флот с наказом слушаться главу рода Полозьевых как отца родного? Ну а я им в таком случае выхожу кем-то вроде дядюшки…Тоже приказы выполняют, может чего переспрашивая, уточняя или оспаривая, но в целом проблем не создавая, хотя там офицеров десять не сильно-то слабее, чем я или Густав…

— Да я что? Я ничего…- Смутился главный защитник едва не павшего городка, косясь на сотни солдат, каждый из которых был обучен не хуже, чем он сам…А экипирован — куда лучше! И ведь таких воинов здесь и сейчас насчитывалась пара тысяч, а еще столько же в Буряном осталось на хозяйстве и для защиты в случае чего. — В соседях ведь действительно главное, что б люди они были хорошие…Ну а что говорят на понятном языке через одного и фиговенько, да морды басурманские, так это ничего…Обучим, отмоем, глядишь в баньке их попарим как следует, чернота-то и сойдет…

— Ты это мне завязывай! — Остановился вдруг на середине шага Мурат. — Отмоет он…Не получится! Мы уже пробовали…

Глава 6

Глава 6

О том, как герой мечтает убить своих союзников, узнает о демонической армии и обрекает на смерть невинных.

Догадаться о том, что в городе что-то неладно, было легко. Во-первых, над ним клубились столбы дыма, источниками которых являлись постройки, продолжающие тлеть или же обломки парочки парящих линкоров, которым их древняя и славная история ни капли не помешала превратиться в обычные дрова. Во-вторых, в небе над уничтоженным поселением летали туда-сюда в больших количествах существа, напоминающие огромных комаров, если бы эти надоедливые жужжащие кровопийцы могли вымахать размером с добрую корову и встали под седло к каким-то смутно гуманоидным силуэтам. В-третьих, на вершине крупнейшей из башенок стоящего в центре города замка происходило некое действо, для которого требовалось восемь больших костров из черного огня и люди, которых в оные костры одного за другим заталкивали четырехрукие гиганты, заметно в размерах представителей человечества превосходящие. Причем горели жертвы там медленно. Очень медленно. Слишком медленно, чтобы это могло быть естественным, видимо каким-то образом эта темная магия набирала силу от страданий своих жертв, а потому пожирала предложенную им пищу, до последнего остающуюся живой, чуть ли не по четверти часа. Мелких подробностей на таком расстоянии Олегу было не разглядеть даже с магическим телескопом, но цепочка плотно увязанных друг с другом пленников, исчезающих в колдовском пламени целиком и без остатка, тянулась метров на двадцать…А потом исчезала в здании, но вряд ли обрывалась. Когда им было нужно, демоны умели работать эффективно, и уж использовать наловленную добычу для каких-то своих целей их лидеру было точно не жаль. Рядовые же исполнители его воли может и хотели смертных просто сожрать до дрожи в коленках, но гнева своего хозяина боялись больше, чем своих пустых желудков.

. — И-ди-о-ты! — Буквально по слогам прорычал Олег, с трудом подавляя свое желание с размаху дать кому-нибудь по морде. Очень помогало в этом то, что вышеупомянутые идиоты в зоне досягаемости отсутствовали, да и вообще, скорее всего, успели к настоящему моменту сдохнуть смертью страшной и мучительной. Ну и ещё то, что рубка «Тигрицы» была полна его самых лучших офицеров и самого ценного оборудования, восстановить которое в текущих условиях было возможно далеко не всегда. Однако чародея всё равно трясло от злости, вызванной чужой глупостью, общей напряженностью ситуации, ну и конечно же вновь давшими о себе знать побочными эффектами ритуала, подарившего ему силу магистра. — Ну, воткак можно было так облажаться, а⁈ Какими же придурками надо быть, чтобы пытаться сейчас отбиваться от врагов при помощи призванных демонов⁈

— Ну, чисто формально, своих целей царица Нрикерия, пожалуй, все же добилась. — Цинично заметила Доброслава, чем вызвала в свой адрес гневный взгляд и щедрую порцию зубовного скрежета. — Земли Великого Изумруда, с которыми у её долины вялотекущая война идет уже лет триста, опустошены и разграблены, а правитель этих мест больше не будет пытаться прикончить свою бывшую жену, после неудачной попытки переворота и мужеубийства сбежавшую на границу с Китаем…Другое дело, что результат ей вряд ли так уж сильно понравился…

— Да уж, хоть и говорят, что враг моего врага — мой друг, но лично мне таких союзников на месте прибить хочется! — Прорычал Олег, в очередной раз изучая при помощи магического телескопа вид павшего города, принадлежавшего одному из вассалов британской короны. Маленькими ложками меда в большой бочке дегтя служило то, что сейчас чародея за вторжение на эту территорию не осудит никто, и вообще помощь идет, поскольку всех остальных обитателей региона жрецы и священники должны были направить в этот же район, дабы не дать демонам закрепиться, накопить побольше жертв и открыть прямо здесь новые врата в преисподнюю. Только вот вопрос о точных сроках прибытия подкрепления оставался открытым. Как и о том, кто успеет раньше: войска Северного Союза или же англичане и вставшие на их сторону индусы — большой вопрос. Однако кого бы не принесло на выручку, в спину сейчас они не ударят. Может быть. Наверное. С вероятностью гораздо выше пятидесяти процентов. Ибо брахманы совместно с представителями православной инквизиции хором утверждали, что такого идейного союзника обитателей нижних планов высшие силы обязательно проклянут всем скопом, со страшной силой и немедленно. Почему вот только они не сделали этого на упреждение, собственноручно ликвидировав первых порождений преисподней или простозаставив местного князя-чернокнижника сгореть на месте, заодно собственным языком поперхнувшись во время произнесения заклинаний — загадка… — Вот честно слово, собственными руками удушил бы эту идиотку, решившуюся сейчас разделаться со старыми врагами! И того дебила, который был её воистину достоин, раз попытался призвать к себе на помощь демонов после того, как проигрывать стал!

Бешенства чародею добавлял тот факт, что обломки летучих кораблей вряд ли принадлежали флагману! Пусть летательные аппараты то ли сначала разбились, а потом сгорели, то ли наоборот, но все-таки оставшиеся от них группы обломков были недостаточно велики, дабы принадлежать «Принцессе вершин». Судно, несущее на борту одну из главных виновниц этой катастрофы, вполне успешно смылось из центра устроенной бойни, оставив разгребать последствия заваренной ею каши тех, кого угораздило жить не слишком далеко от места очередного демонического прорыва. Прорыва вполне успешного, с точки зрения обитателей нижних планов, и имеющего шансы перерасти в полноценное вторжение, если пустить ситуацию на самотек.

Когда после неудавшейся попытки найма три парящих линкора двинулись в нужном им направлении так ничего толком и не добившись, ну разве только немного припасов и пороха закупив, Олег выкинул их из головы чуть ли не быстрее, чем чужие летательные аппараты исчезли из виду. Как оказалось — зря! Попытавшиеся вломиться в его дом через пару суток с выпученными глазами брахманы чуть не получили в морду от охраны, остановившись лишь после пущенной над головой предупредительной пулеметной очереди, но своего напора не утратили, желая вот кровь из носу видеть одного из нынешних владельцев Нового Ричмонда. А лучше обоих. И кровь ту даже из их собственного носа, расквашенного чьим-нибудь кулаком, они были готовы пускать,поскольку больно уж проблема появилась серьезная. Достаточно серьезная, чтобы жрецов озадачило и нахлобучило на продуктивную деятельность их собственное высшее руководство, чуть ли не собственноручного благословляющего пинка обитателям храмов на дорожку отвесившее. Представители высшей касты Индии утверждали, что расположенное неподалеку княжество, носившее довольно поэтическое название «Земли Великого Изумруда» утопает в порождениях нижних планов, которых хозяин этой в битве против своей бывшей жены призвал…И не смог удержать под своим под контролем, став первой жертвой явившегося на его зов высшего демона..И Олег им поверил. Практически сразу же. Во-первых, потому как привык к тому, что представители высшей магической аристократии под влиянием своих эмоций могут отчебучить воистину любую глупость, полностью проигнорировав здравый смысл. А во-вторых,поскольку с отставанием всего-то минут на пять к нему в дом попытались вломиться церковники, несущие точно ту же самую информацию и примерно с той же скоростью. Только им бежать от своей обители дальше было.

— У нас есть два крупных летучих корабля, почти неуязвимый для магии дракон и москитный флот в виде тридцати: «котят», заполненных войсками. — Попыталась перенести дебаты в практическую плоскость Анжела, на глаз прикинув количество оседланных комаров. — Жаль, яхту Чернвявица пришлось в Москву отправить для охраны сокровищ, и чтобы нам убийство его с целью наживы в вину никто вменить не попытался…

— В любом случае, в тяжелой авиации у нас перевес, — пожал плечами Олег. — У противника в наличии примерно пять-шесть сотен легкой летучей кавалерии. Можно считать почти гарантированным и наличие каких-нибудь иных крылатых отродий, пусть даже мы их пока не видим, ведь для отражения атаки парящими линкорами нет смысла призывать толпу наземного пушечного мяса, которое до авиации никогда не допрыгнет. Возможно присутствие каких-нибудь тварей, специализирующихся на противовоздушной обороне. Также воинство преисподней заняло стационарные укрепления, и я бы не рассчитывала на то, что среди демонов не найдутся те, кто сможет использовать человеческую артиллерию.

— Добавь к их стороне как минимум одного высшего мага с группой поддержки…Но я бы рассчитывала скорее на двух-трех, а может и гораздо больше. — Предложила Доброслава. — С учетом того, что у тварей было вполне достаточно времени, они не только успели зализать полученные в бою раны, но также подготовить какие-нибудь стационарные рунные круги, жертвенные усиления или ритуалы боевой магии, при помощи которых даже кто-то вроде меня сможет жахнуть не многим хуже старого и опытного маги…Эй! Это что там такое⁈

Кружившие в небе над городом гигантские комары с их всадниками, как оказалось, не просто так воздух рассекали. Они готовились к атаке на флот летучих кораблей, определенно заявившийся в эти края для того, чтобы помешать развлечениям адских тварей. И то, что до этого самого флота были десятки километров, обитателей нижних планов, конечно, смущало…Но не сильно. Каждый из летучих кавалеристов зажег перед собой какую-то темную искру. Сотворенные ими чары двинулись вперед, постепенно сближаясь друг с другом, слипаясь, образовывая некое подобие копья темного света, которому помогали формироваться иные демоны, парящие без всяких скакунов и видимо являющиеся профессиональными волшебниками. Совокупный результат их усилий после того как окончательно стабилизировался устремился куда-то вдаль на просто сумасшедшей скорости…Из фокуса телескопа эта магия практически мгновенно пропала. Но всего секунд через пять-семь «Тигрицу» тряхнуло. Сильно. Как от попадания крупнокалиберного снаряда. И это при том, что удар пришелся куда-то в нос, обшитый пластинами устойчивой к магии брони, вытащенной из руин царства Кащеева.

— Ургххх…Они по нам еще и стреляют! Причем попадают ведь, уроды злобные…Ерафим! — Олег перевел пышущий злобой взгляд на скромно стоящего в углу православного инквизитора, которого взял в рубку для возможной коммуникации с представителями христианских конфессий, если вдруг британцы тут объявятся, ну и как большого специалиста по демонам. — Тебе есть что сказать⁈

— Могу добавить две вещи. — Кивнул священник, которому Олег не то, чтобы доверял…Но признавал его компетентность и как минимум относительную адекватность во всех вопросах, на которые не будет влиять лояльность Ерафима породившей его организации. Причем чародей даже мог позволить себе надеяться, что идеи своей веры этот сухощавый мужчина, который видел слишком много всякой дряни на своем веку, при необходимости поставит выше, чем приказы начальства. — Во-первых,судя по восьми жертвенным огням характерного цвета и довольно узнаваемой летучей кавалерии, мы имеем дело с частью армии ложного бога, известного в нашем мире как Однорогий Владыка Черной Пустоши. Тварь это древняя, сильная, опасная…И в нападении на наш мир раньше не участвовавшая, поскольку с османами она не дружила в отличии от тех монстров, которые уже пришли на нашу планету. Имя у этого урода есть, но человеческой глоткой оно просто не произносится. А во-вторых, самого архидемона с ними пока ещё нет, это точно. Однорогий ублюдок слишком велик, чтобы спрятаться в каком-нибудь здании, да и вообще прятаться — не в его стиле. Слишком прямолинеен и горд, из тех, кто не будет втыкать кинжал в спину, а вместо этого одним ударом развалит на половинки от плеча до паха. Подчиненные у него действуют примерно в том же духе, воздерживаясь от уловок или интриг. Максимум — нападут из засады или чары камуфляжа используют.

— Уже что-то, — раздраженно буркнул Олег, едва удержавшись от того, чтобы добавить нечто едкое в адрес служителя высших сил, которые никого из обитателей города не защитили. Хотя ведь их об этом молили наверняка! — Чем опасны его войска помимо способности достать ударом боевой магии на дистанцию в несколько десятков километров⁈

— Высокая дисциплина, высокая мобильность, высокое, относительно большинства прочих обитателей нижних планов, качество унифицированного снаряжения. — Поморщился Ерафим, который видимо не питал иллюзий о возможности легкой победы. — Это не беспорядочная толпа тварей и не лишенная четкой иерархии орда, а именно армия, в которой есть свои войска ближнего боя, застрельщики, боевые маги, легкие, но весьма дальнобойные полевые орудия…Вот тяжелых пушек там нет, как и бронетехники или иных гигантских монстров, кроме повелителя, ведь эти враги рода человеческого делают ставку на скорость и маневренность своих отрядов. И солдаты данного архидемона зачастую опасны как в ближнем, так и в дальнем бою, поскольку все они владеют метательным оружием, которое могут швырять удивительно метко и далеко.

— Ну, просто трындец как замечательно! — Парящие в воздухе всадники не спешили тратить силы на новую дальнобойную атаку, но Олегу всё равно до дрожи хотелось ругаться самыми последними словами. И примерно столь же сильно не хотелось терять свои войска в лобовой атаке на подготовленные позиции демонической армии, которую можно было обвинить в чем угодно, но только не в недостатке компетенции. Но та, кажется, была необходимой. — А ритуалом своим они, надо полагать, не просто подкрепления призывают по одному и небольшими группами, а готовятся здесь распахнуть врата преисподней для всей остальной армии этих тварей во главе с их повелителем⁈

— Вероятно, — мрачно согласился Ерафим, которому меньше текущей ситуации могла бы понравиться лишь текущая ситуация, если добавить к ней еще несколько тысяч, а может быть и десятков тысяч демонов, которых станет возглавлять один из владык нижних планов. — Но в ближайший час или полтора этого случиться, кажется, не должно…Во всяком случае, характерных признаков близкого открытия врат я пока не чувствую.

— Этот город был хоть и столицей княжества, но все же не мог похвастаться особой многолюдностью или богатством. И осквернить в нем получилось только небольшие и относительно новые храмы, которых и было-то не сильно много… — Несмотря на то, что Олега раздирала злоба, он все еще мог заставить свой разум работать быстро и четко, направив мучающие его эмоции на противников и постаравшись сосредоточиться на том, чтобы сделать им максимально больно и плохо в рекордно короткие сроки. — Примем за аксиому, что время у нас есть. Немного, но есть…И нам надо не понести слишком больших невосполнимых потерь, но в то же время продлить эту отсрочку, чтобы судя успели прибыть хоть Калидас, хоть Рахул Слон…Да хоть Вильям Волнистый вместе со своими любимыми попугайчиками и королевой Английской! Сколько у нас на борту Полозьевых и прочих магов-звероловов, которых можно отвлечь от непосредственного ведения боевых действий⁈ И прочих опытных звероловов⁈

— Эээ…Не знаю, — растерялась Анжела, растерянно взглянув на Доброславу, но та тоже только руками развела. Кащенитка-изгнанница конечно отвечала за то, чтобы гонять по тренировочному плацу большинство магов низших рангов…Но в деле противостояния с оборотнем, пусть даже настроенным скорее игриво, чем агрессивно, направленный на манипулирования животными раздел менталистики был, в общем-то, бесполезен.– А причем тут они⁈

— Птицы, змеи, крысы, да хоть скорпионы какие-нибудь…Плюс портал, который находится у нас в трюме и может работать по маячкам, которые просто так фиг заметишь! — Идея, пришедшая в голову Олега, была достаточно авантюрна, чтобы в его родном мире считаться полным безумием и многие могли погибнуть даже если все пройдет идеально или почти идеально… И это даже без учета ни в чем не повинных зверушек, которые в ходе задуманного им плана точно перемрут почти все! Но в то же время чародей отлично знал, что душа существует, и если человек просто погибнет, то это будет в разы более благоприятный для него исход, чем превращение в еду для архидемона или топливо темного ритуала, способные даже этой почти неуничтожимой и эфемерной сущности изрядный вред нанести! — Мы, конечно, атакуем место проведения ритуала…Но демоны от нас этого ждут. Они готовы, и проломить их оборону имеющимися силами будет крайне тяжело, если вообще возможно…Но эта атака на самом деле станет ложной, проводимой сугубо для отвлечения внимания, ведь животные протащат к невольникам маячки для открытия портала. И мы их всех просто выдернем к себе, как связку сосисок, благо демоны свою добычу уже увязали в удобную длинную цепочку…В совсем уж крайнем случае, если с эвакуацией не заладится, закинем прямо к пленникам взрывчатку и алхимическую отраву. А нет рабов — нет ритуала призыва…

— Не получится, — покачала головой Анжела. — Демоны пугают животных одним своим присутствием, и они наверняка заметят, если через весь город будут шествовать вороны или ежи, да еще и несущие в лапках длинные штыри из зачарованного золота. Плюс на входе в замок наверняка есть какая-то сигнализация и стража, чтобы останавливать беглецов или лазутчиков-невидимок. Да и звероловы наши не настолько профи, чтобы поддерживать контроль над своими питомцами часами и на больших дистанциях.

— Не проблема! — Подумав немного, улыбнулся её супруг, в голове у которого словно лампочка вспыхнула…Правда, он не исключал, что это мог просто активироваться какой-нибудь индикатор безумия. — У нас как раз доставочных средств в избытке! Крупнокалиберных…А звероловов, если что, можно и некромантией подстраховать!

Глава 7

Глава 7

О том, как герой держит оборону, ждет промаха и бежит вдаль от товарищей по оружию.

Воздушный флот, что ненадолго отошел от занятого демонами города и перестроился, вновь двигался к населенному пункту, захваченному армией нижних планов. Летательные аппараты сокращали дистанцию с занятым демонами городом медленно и осторожно, будучи укрытым множеством защитных заклинаний. Вернее, чары прикрывали главным образом «Тигрицу» и «Ветерок», что борт о борот шли на острие атаки, в то же время прикрывая собою едва ли не прилипшие к их корме мелкие суденышки. Святослав создал небольшое компактное штормовое облако площадью в несколько кубических километров, что бурлило изнутри от свивавшихся воедино потоков ветра и воды, по которым регулярно пробегали всполохи электрических разрядов. Сразу за ним подрагивала и блестела на солнце пленка громадного водяного щита, который поддерживали все гидроманты во главе с выбравшимся на верхнюю палубу и вставшим в центр магического круга Олегом. Те вражеские подарочки, которые прорвались бы через первые два рубежи обороны готовы были встретить контратаками другие боевые маги, а также противоабордажные турели. И только потом пришел бы черед проверять на прочность защитные барьеры самих летательных аппаратов, а также крепость их брони и подготовку членов экипажа, что и сами по себе были теми еще трудноразгрызаемыми орешками благодаря доспехам и личным защитным амулетам. Атакующая мощь подобного строя, правда, несколько страдала…Насколько она могла страдать с учетом того, что крупнокалиберная артиллерия «Тигрицы» и магические орудия трофейного броненосца начали стрелять сразу же, как только получили хотя бы теоретически шансы дотянуть до вражеских укреплений.

— На жилые кварталы им плевать, видимо там не осталось никого и ничего. А вот занятая демонами часть городской стены прикрыта, как и крепость, конечно же. — Отметил Олег, наблюдая за тем, как финишируют посланные орудиями броненосца энергетические пульсары, которых судно Святослава сумело сразу восемь штук в ход пустить. Четыре из них обрушились на замок в центре населенного пункта и исчезли без следа, столкнувшись с барьерами, которые буквально пару секунд назад выдержали натиск всех турелей «Тигрицы». Еще три приземлилось недалеко от него, впустую вздымая фонтаны земли или же разбрасывая в разные стороны обугленные пламенем строения. Последний непонятно как умудрился даже до района своей цели не добраться, зацепив макушку кусочка внешних укреплений…Вернее, волшебную преграду, возникшую рядом со стоящей там штуковиной крайне подозрительного вида, похожей на какую-то разновидность органа, но вряд ли толпящиеся вокруг демоны действительно собирались музыку играть. — А вот Святославу со своими канонирами поговорить стоит…И на учения слетать…Раз двадцать! Такой разброс, если целиться пусть и с дистанции, но в далеко не самый маленький замок — это просто неприлично!

Олег ожидал, что по мере сокращения дистанции между городом и летучими кораблями плотность зенитного огня резко возрастет, и демоны не обманули его ожиданий. Оседлавшие гигантских комаров кавалеристы теперь не стали объединять свои силы воедино ради дальнобойной магической атаки, а решили действовать относительно маленькими группами по полторы-две сотни тварей…Но получавшиеся в результате их усилий три исполинской копья темной энергии все равно ощущались оракулом-самоучкой как нечто опасное…Очень опасное! Видимо теперь, когда этой магии не приходилось преодолевать десятки километров до своей цели, вражеские колдуны могли куда меньше внимания уделять паразитным потерям энергии и нестабильности получившихся заклятий. Их творения на огромнейшей скорости устремились вперед подобно каким-то громадным ракетам, пусть даже не имеющем в своем составе ни грана косной материи. Буквально пять или шесть секунд им потребовалось, чтобы приблизиться и попытаться по дуге обойти созданный Святославом шторм…Который ловко изогнулся им навстречу, одновременно уплотняя потоками кружащего на одном месте воздуха, набирая мощь и наполняясь разрядами постоянно циркулирующих туда-сюда молний. Чары демонов врезались во вставшую на их пути волну твердого воздуха, укрепленную решеткой из электрических разрядов…И пробили её, а вернее прожгли, прорываясь дальше, пусть даже часть этих полностью энергетических снарядов оказалась содрана жесткой встречей.

— Воду — в клей! — Успел скомандовать Олег, направляя свою волю и силу, а также волю и силу других участников магического круга на то, чтобы заставить обратиться липким, цепким и вязким киселем тот участок жидкого щита, в который посланные демонами чары должны были врезаться. И, в принципе, у него даже получилось добиться определенного успеха. Первое из копий завязло в слое воды, что хоть и была кристально чистой, но вцепилась в свою добычу не хуже зыбучих песков или нагретого битума. Второе пусть и прорвалось дальше, испаряя коснувшиеся его слабенькие потоки, но все же замедлилось и стало целью для пары десятков ждущих как раз чего-то подобного боевых магов, находящихся на борту кораблей. Стрелы пламени, лучи света, маленькие шарики голодного мрака, туманные сети и прочие заклятия ударили навстречу угрозе когда пролетая мимо, а когда вырывая из неё куски или, по крайней мере, заставляя расходовать часть вложенной туда энергии на уничтожение помех. То, что врезалось в барьеры «Тигрицы» уже слабо напоминало первоначальный волшебный снаряд и не сумело их пробить…С этим справилось только третье из посланных демонами гигантских энергетических копий.

Разряд темной энергии, отдаленно напоминающей сразу и молнию, и пламя, и кипящую кровь, впился в корпус корабля совсем рядом с одной из полукруглых вращающихся турелей. Тот, кто направлял действие этих чар явно хотел лишить «Тигрицу» одного из её главных орудий, способных стрелять хоть назад, хоть вперед почти под любым углом…И у него почти получилось. Судно тряхнуло от довольно ощутимого взрыва, а после прямо по его броне разошлась в разные стороны паутина разрядов, извивающихся будто ищущие добычу щупальца хищного спрута…Ищущие и не находящие, ибо в зоне их досягаемости не было ничего, кроме металла, специально подготовленного для того, чтобы противостоять враждебной магии, сильной магии. Так и не сумевшие зацепиться за что-нибудь живое или хотя бы горючее потоки темной энергии истаяли, будто брызги воды, упавшие на горячий песок. Да, это была атака без сомнения заслуживающая зваться заклинанием шестого ранга…Но обшивка флагмана Олега могла выдержать подобное, пусть и не совсем без повреждений. В месте попадания вражеской атаки теперь имелась глубокая оплавленная дыра, да и судя по тому, что стрелять оказавшееся рядом орудие начало с ощутимой задержкой, отстав в следующем залпе от трех своих товарок, артиллеристам тоже немного досталось.

— Пока — вполне приемлемо. — Хладнокровно оценил ситуацию держащий один из главных рубежей обороны воздушного флота чародей, спешно восстанавливая водяной барьер, ибо вражеские летуны опять шевелились и заставляли слипаться воедино пущенные ими огоньки, формируя основу для следующего залпа. Тем временем «Тигрица» выпустила из распахнувшихся створок нижнего трюма свой собственный козырь: дракона. Тот, правда, во время перестрелок на больших дистанциях был бесполезен…Но закрыть своим телом какой-нибудь корабль от магической атаки и не понести ни малейшего ущерба — мог! — Мы подобные плюхи способны держать довольно долго, не понеся потерь. Но если это единственный сюрприз, который они нам подготовили, я сильно удивлюсь…

Доказательством того, что удивляться ему не придется, стал созданный Святославом шторм, что резко метнулся вверх, огибая строй летучих кораблей…Но все равно немного запоздал. Что-то обрушилось на их барьеры. Что-то очень многочисленное и почти невидимое, но все равно очень и очень смертоносное. Оно било не единым ударом, а скорее потоками будто струи дождя…Или сходящиеся на одной цели залпы? Щиты «Тигрицы» выдержали обрушивавшиеся на них удар далеко не везде, и о палубу перед Олегом стукнуло что-то прозрачное, вытянутое и вибрирующее, вонзившись в покрывающие её доски словно горячий нож в масло. Затем подобные снаряды начали приземляться вокруг него сотнями, стуча о личные защитные барьеры, а то и о доспехи. С воплем зажал поврежденную руку один из гидромантов круга, у которого срезало пару пальцев прямо вместе с куском прикрывающей их зачарованной шелковой перчатки, вообще-то обязанной сабельные удары спокойно держать.

— То ли кварц, то ли какое-то особо прочное стекло…Вдобавок несущее определенный магический заряд и потому режущее куда сильнее, чем ему положено. — Оценил Олег вонзающиеся в палубу тут и там снаряды, напоминающие то ли короткие стрелки без оперения и явно выраженного наконечника, то ли банальные трехгранные штыки. В доски палубы их вонзились многие сотни, а в полет наверняка отправлены были тысячи или даже десятки тысяч подобных игрушек. Подобный обстрел мог бы эффективно уничтожить в поле целую армию простой пехоты, а у обычных летучих кораблей как минимум эффективно бы очистил верхнюю палубу от всех, кто рискнул туда высунуться…Но к подчиненным чародея следовало подходить примерно с теми же мерками, что и к легкой бронетехнике, а потому они в большинстве своем отделались легким испугом и незначительными ранами. Нацелься противник на котят, и ущерб бы оказался куда выше, но видимо вражеское командование видело более приоритетной целью выбравшийся на открытое место круг магов, если альтернатива ему — бронированный по самое не могу броненосец у которого уязвимых мест в общем-то и нет или же почти безоружные скорлупки с десантом, которые демонической армии проблем вряд ли доставят. — Почти наверняка это штамповка и почему-то мне кажется, что за них ответственны те похожие на органы штуки, вокруг которых сейчас демоны суетятся…Ибо если они не разряжены после залпа, то чего тогда эти твари там вокруг них так запрыгали?

Новые исполинские копья темной магии опять обрушились на «Тигрицу», только на сей раз их сопровождали относительно обычные огненные шары в количестве пары десятков, запущенных откуда-то с земли…Но целящихся всё равно во флагман Олега, который перешел на бронированные зачарованные боеприпасы и всадил несколько выстрелов по замку и прикрывающим его барьерам, целясь конечно же в ту башню, на вершине которой горели черные огни нечестивого жертвенного ритуала. Видимо вражеское командование подозревало, что люди намереваются любой ценой сорвать ритуал призыва архидемона…Правильно подозревало, в принципе. Но не учитывало некоторых нюансов, о которых им, конечно же, никто не сообщал. Даже если культисты этого конкретного владыки нижних планов и могли оказаться среди солдат, то как бы те узнали планы Олега, если их сам Олег придумал меньше часа назад? А Полозьевы и прочие припаханные к воплощению его замыслов личности сейчас где-то в трюме пытались судорожно реализовать, наверняка костеря на все лады так озадачившее их начальство.

— Спецбоеприпас подготовлен! — Чародей так глубоко ушел в свои мысли и подготовку водяного барьера к отражению новых вражеских атак, что заметил Доброславу лишь когда она стала махать у него ладонью перед лицом. Хорошо хоть отвлечь его кащенитка-изгнанница соизволила в секунды относительного затишья, пока стреляющие пучками прозрачных игл по навесным траекториям орудия демонов перезаряжались, а летающая кавалерия только-только начинала собирать энергию для новых совместных атак.

— Хорошо, — кивнул чародей известию, что звероловы зарядили специально подготовленную живность в несколько боеприпасов, являющихся, по сути, десантными капсулами. Быстро переделать обычный снаряд в транспортный было относительно несложно: раскрыть металлический корпус, вытрясти всю взрывчатку, засунуть внутрь какого-нибудь мелкого диверсанта вместе с портальным маячком, а после обложить их мощными защитными амулетами, действие которые не даст сидящему внутри зверьку превратиться в мясное пюре после резкого торможения. Или дадут, если мощности не хватит…Но тогда за дело возьмутся маги смерти во главе с самим Олегом, ведь компанию портальному маячку составит небольшая золотая пластинка с рунами, облегчающими создание немертвой марионетки. Использовать её бы не хотелось — заметность у фонящего некросом и чужой магией ходячего трупика гораздо выше, чем у какой-нибудь вороны или крысы, особенно в момент поднятия. Однако в случае использования данного варианта вероятность успеха всё равно не будет равняться нулю. — Теперь ждем, пока «Тигрица» выйдет на позиции для бортового залпа…

Чем ближе летучий флот оказывался к границе занятого демонами города, тем чаще на него стали обрушиваться магические и даже вполне материальные атаки. В какой-то момент они начали прилетать одна за другой и в таком количестве, что временами стали напоминать какой-то странный дождик, идущий снизу вверх, ибо к обстрелу авиации присоединилась пехота, которой в занятом демонами городе было действительно много, пусть даже на открытых и хорошо простреливаемых позициях она без нужды старалась не маячить. И которая, как оказалась, нашла бы чего противопоставить дальнобойному человеческому оружию или даже налетам с воздуха. Невероятное множество метательных копий, топоров, ножей, бумерангов, звезд и какой-то вообще уж редкой экзотики, которой люди не факт, что и название подобрать бы могли, взмыло в воздух настоящей тучей, которая без особенных проблем пролетела вверх и вдаль сотни метров. И нельзя было сказать, чтобы сделала она это зря. Блокирующий очередные копья темной энергии Святослав и Олег проигнорировали меньшую, как им казалось, угрозу…А после чародей смог увидеть, как примерно половину противоабордажных пулеметных турелей перекосило от обрушившихся на эти бронированные будочки в десятках мест ударов, а штуки три так и вовсе сковырнуло с месса. Плюс увеличились потери среди занятых своим делом гидромантов, поскольку будто обладающее собственной волей или по крайней мере системой целенаведения оружия тянулось к ним, норовя вонзиться в открытую часть тела, стык между доспехами, да хоть просто под руку толкнуть…И заодно с неба обрушился новый залп прозрачных игл, что травмировали или даже прикончили еще несколько членов экипажа, чьи защитные барьеры были напрочь истощены предыдущими атаками. Легкая полевая артиллерия этих обитателей нижних планов, установленная и на стенах, и на крышах уцелевших домов в количестве просто необыкновенном, перезаряжалась довольно медленно…Но зато выпускаемые ею пучки трехгранных металлических игл обладали просто таки феноменальной кучностью и летели точно туда, куда их хотели положить инфернальные артиллеристы.

— В честном бою моих солдат аналогичное им количество таких демонов разделало бы под орех. У них дальность прицельного броска всяким хламом выше, чем теоретическая зона досягаемости для большинства снайперских винтовок! — Несколько отстраненно подумал Олег, одновременно и разворачивая клейкий водяной барьер так, чтобы встретить очередное копье темной энергии, и пытаясь вылечить сразу трех своих подчиненных, которым выкованные адскими кузнецами снаряды пробили грудь или шею. Менее тяжелые травмы, не грозящие раненным быстрой смертью, чародей оставлял на снующих тут и там санитаров, которые перевязывали чужие раны временами даже не обращая внимания на свои собственные. Спасибо столько раз выручавшим его чарам обезболивания, с которыми боеспособности лишаешься либо тогда, когда уже мертв, либо если успеваешь полностью истечь кровью. — Надеюсь это хотя бы аналог гвардии того однорого архидемона…И они сейчас под какими-то усиливающими темными благословениями, а может стимуляторами…В противном случае, если он в наш мир все-таки ворвется, то точно наступит трындец!

Корабль почти одновременно тряхнуло сразу тремя взрывами, которые на сей раз не просто оставили следы на обшивке, но и пробились внутрь судна, уничтожая содержимое трюмов и членов экипажа…Но зато «Тигрица» наконец-то смогла развернуться боком и выдать по замку в центре города полноценный бортовой залп. Торопливый, слишком торопливый, ведь в прикрывающие крепость барьеры попала от силы половина снарядов, а остальные лишь пролетели рядом или впустую зарылись в землю…Во всяком случае, так это должно было выглядеть со стороны.

— Дальше сражайтесь без меня! — Олег осторожно покинул слегка поредевший круг товарищей по оружию, передав контроль над чарами следующему по силе и опыту гидроманту. А после стремительно побежал к лестнице, ведущей в глубины судна. Если портал в недра захваченной демонами крепости все-таки получится открыть, то сильнейший из имеющихся сейчас на судне магов будет нужен там, чтобы выдернуть людей…Чему представители инфернального воинства, скорее всего, будут активно возражать, а то и попробуют устроить контратаку. — Вернее не сражайтесь, а держите барьеры и потихоньку отступайте, только не слишком быстро! Вестовой! Бегом к связисткам, пусть сообщат Святославу о готовности драпать!

Глава 8

Глава 8

О том, как герой удивляется матушке-природе, ловит управление и получает необычный головной убор.

Найти посреди неба животных, которых и к демонам послать не жалко, в снаряд вместо боеголовки загрузив, было сложно…Но обладающие нужной квалификацией представители клана Полозьевых, которых на «Тигрице» нашлось аж три штуки, все-таки справились, приманив каких-то местных попугаев и себе, и парочке одаренных из числа индусов. А вот личный оруженосец самого чародея проторенной дорогой не пошел и вместо этого выловил в трюме непонятно как оказавшуюся там крысу, чему не помешала ни принадлежность юной наги к женскому полу, ни её длинный хвост, с которым трудновато ползать по тем же палубам, по которым бегает толпа народа очень занятого участием в битве. Не все из шестерки спешно собранных волшебников обладали должной квалификацией, чтобы считаться профессионалами и контролировать покоренных существ на больших расстояниях вне зоны своей прямой видимости…Но в запасах корабельного лазарета присутствовали, пожалуй, все виды магических стимуляторов, которые можно достать, пусть даже за большие деньги. И щедро залитые в глотки как самих одаренных так и пойманных ими животных алхимические зелья должны были как минимум частично нивелировать недостаток мастерства, сделав точное управление живыми дронами доступным…В теории.

— Апчхи! Апчхи! Апчхи-и-и… — Содрогалось в судорожных спазмах тело одного из служащих Олегу индусов с такой силой, что этот молодой одаренный второго ранга чуть ли не сгибался пополам, ежесекундно рискуя задеть своим лбом пол в запасной рубке. Чтобы не мешаться под ногами у других, и чтобы им никто не помешал, маги-звероловы расселись в удобных для низ позах именно в этом маленьком помещении чуть в стороне от главных транспортных артерий судна, по которым туда-сюда сейчас циркулировали приказы, раненные и боеприпасы. — Ох, боги, да что ж такое-то…Апчхии!!!

— Ничего не понимаю, — пробормотал Олег, который раз за разом сканировал организм своего подчиненного, но не находил, а что ему тут, собственно, надо экстренно исправлять. Однако тот определенно не притворялся и меньше чем за минуту дошел до такого состояния, что у него некоторые мелкие кровеносные сосуды лопаться начали. — У тебя же нет ни аллергии на принятые зелья, ни насморка, ни каких-нибудь паразитов в носоглотке…

— Да это не у меня! Апчхи! — Простонал содрогающийся от возникающих словно из ниоткуда судорог индус, по щекам которого текли крупные слезы. — У попугая! Кажется, на пороховые газы, которыми провонял тот объем воздуха, который вместе с ним в снаряде был заперт…А-а-апчхиии!!!

Корабль содрогнулся от нового попадания, которое защитные барьеры не сумели предотвратить, причем случилось оно где-то относительно рядом, доказательством чему служили не только звуки и дрожь, но также пробившаяся через полуоткрытую дверь вонь гари и близкие человеческие крики, которые все никак не желали ослабевать или затихать, свидетельствуя о чьих-то тяжелых страданиях. Стук же разных метательных топоров или выплевываемых демоническими орудиями прозрачных игл об обшивку судна к настоящему моменту стал настолько частым и привычным делом, что его можно было бы перепутать с шумом дождя.

— Ой, кажется, я всё, — внезапно признался мужчина лет тридцати с раскосыми глазами, стеснительно краснея и потирая затылок. — Моя птичка того…Окочуривается. Она и после приземления-то плохой была, помяло её немножко во время болтанки, но много ли той пичуге надо, а сейчас и вовсе крыльями махать не может. Свалилась где-то у входа в замок и крыльями больше не может шевелить…

— Постарайся заставить её на последних остатках сил схорониться в каком-нибудь углу, чтобы демоны не заметили маячок, да и черт с ней. — Не слишком расстроился подобному известию Олег. Уже одно то, что все шесть посланцев не только добрались до места назначения живыми, но и успешно сумели выбраться из фальшивых снарядов, которые пришлось мастерить буквально бегом и в то же время прямо на коленке, намного превосходило его ожидания.

— Ах! Черт! — Внезапно вскрикнула, вскочила на ноги и передернулась сразу всем телом от каких-то на редкость неприятных фантомных ощущений одна из представительниц клана Полозьевых, что до того сидела молча, прикрыв глаза и почти не дыша. — Сволочь чешуйчатая! Ну, если я до тебя доберусь…

— Демоны заметили, что птица несет не просто какую-то ветку, а артефакт-маячок? — Нахмурился чародей, который постарался замаскировать выдернутые из собственного судна золотые стержни под менее приметные предметы, а именно всякие зеленеющие свежими листьями куски древесины, но в то же время прекрасно осознавал, что пристального взгляда такая маскировка не выдержит. Да и вообще, попугай который тащит куда-то в своих когтях подобное необструганное полено, пусть и довольно мелкое — зрелище странное…Оставалось лишь надеяться на то, что демоны плоховато знают орнитологию этого мира. И вообще малость заняты отражением воздушного налета, который хоть и ложный по сути своей, но ведется вполне всерьез. Ведь если какому-нибудь бронебойному снаряду удастся обрушить башню, на которой проводится ритуал призыва, то это будет вполне приемлемый результат. Не идеальный, но приемлемый, а кто-нибудь другой кроме Олега так и вовсе без сомнения объявил бы его своей победой.

— Это были не демоны…Это была какая-то большая ядовитая змея! — Потрясла головой сибирская волшебница, машинально потирая свою шею. Видимо именно в эту часть тела птицы, которую она контролировала, вонзились ядовитые клыки пресмыкающегося, передав дальней родственнице Стефана букет на редкость неприятных ощущений. — Прямо у ворот цапнула, собака такая… И там, внутри крепости, демонов — как грязи…Аж плюнуть некуда!

— Змея, которая не сбежала подальше от демонического вторжения и даже после устроенного нами бомбардировочного тарарама поглубже в свою нору не забилась? — Удивленно поднял брови чародей, который ожидал всякого…Но не такого, уж точно не такого! — Воистину матушка-природа умеет удивлять…

— Агрххх! Змея!!! — Чихавший без остановки но все равно пытавшийся продолжать выполнение боевой задачи индус вдруг захрипел, вздрогнул как от удара электрического тока…А потом расслабился, напрочь позабыв про чужую аллергию. — Меня съели…Ну, в смысле не меня, а попугая. Сожрали на лету!

— Изумрудно-черная, с чем-то вроде бородки под носом и крохотными рогами как у косули? — Уточнила у него волшебница, все еще непроизвольно ежась. А потом с воплем отпрыгнула в сторону, поскольку рядом с её пятой точкой стену пробил выкованный из черной стали гарпун, с громким хрустом своротивший запасной штурвал со своего прежнего места. Олег еле-еле успел поймать пострадавшую часть прибора управления, прежде чем она шлепнулась наге на хвост, что явно было бы не полезно для концетрации змеедевушки. Мысленной чародей подивился силе, с которой было запущенно в полет это не такое уж и маленькое копье, поскольку данное помещение находилось в глубине судна, а значит, чтобы добраться сюда снаряд должен был прорваться сначала через бронированный корпус, а потом через одну из внутренних переборок. Ну и если кто-то из членов экипажа случился на его пути, то он его тоже насквозь прошил.

— Не знаю, как эта змея выглядела, — откликнулся начинающий зверолов, что еще пару лет назад был вообще-то обычным пастухом…Но потом завербовался к Олегу в отряд, добился успеха, умер, воскрес и получил порцию алхимических стимуляторов, заставивших его организм научиться работать с магической энергией. — Не успел рассмотреть… Хотя мою птицу эта тварь перехватила тоже прямо у ворот. И да, тварей внутри тысячи…

В ближайшие две минуты один за другим погибли и остальные попугаи, каждого из которых успешно сцапала змея раньше чем он смог прорваться внутрь крепости. Причем то ли это была одна единственная змея, то ли представительницы одного и того же вида магических мутантов, заметно отличающихся от обычных рептилий.Случайностью это быть определенно не могло…А вот какой-нибудь мерой борьбы против попыток шпионажа и контрабанды — вполне. Кто её установил, демоны или же предыдущие хозяева замка, было не важно…В отличии от того, что пока громко хлопающие крыльями пернатые с их яркими перьями рвались ввысь, один хвостатый диверсант тихонечко нашел какую-то водосточную трубу и проскользнул внутрь. А после принялся карабкаться по ней вертикально вверх как альпинист, стараясь поменьше клацать артефактом-маячком, примотанным к его мохнатому пузику.

— Я примерно на половине пути к крыше, но внизу что-то шипит…И лезет следом! — Выкрикнула нага, ненадолго отвлекаясь от управления своим живым инструментом.

— Активируй маячок прямо там! — Выкрикнул Олег, а после выскочил за дверь и бросился к находящемуся неподелку алхимреактору судна, рядом с которым была размещена арка портала. И конечно же рядом с ним уже находилась ударная группа из полусотни абордажников во главе с Доброславой, которые были готовы по команде молниеносно вторгнуться на территорию противника…А после столь же быстро убраться обратно, если повезет, то со спасенными пленниками. — И подайте сигнал на общее отступление!

Сделанный вампирами артефакт напоминал самую обычную дверную коробку, только в роли двери выступала тонкая пластинка, что была вроде и костью, но какой-то зеркальной…Пока не поступил сигнал на активацию и не показал внутренности какое-то темное тесное место, в которое Олег влетел с разгону. И тут же ощутил, как на его шлем что-то с размаху наделось, скрежетнув клыками по металлу. Что-то довольно вонючее, живое и умеющее растягиваться ну очень широко. Где-то вверху, в десятке метров над его ногами и немного в стороне, буйствовала мощная магическая аномалия, корежащая ткань реальности и насыщая энергетический фон некой силой, схожей с некросом, но в то же время вроде бы и отличающейся от него. Отлично слышались истошные захлебывающиеся крики обреченных жертв, что горели в черном пламени, но горели слишком медленно, а потому буквально сходили с ума в длительной непрерывной агонии, финалом которой станет не просто смерть, а нечто куда более худшее.

— А, это я вниз головой в водостоке вишу! — Понял чародей, телекинезом стягивая со своего шлема непрошенный головной убор, который оказался изумрудно-черной змеей с некоторыми нехарактерными для обычных пресмыкающихся дополнениями. Впрочем, куда больше чем коротенькие щупальца под подбородком или рожки сейчас внимание привлекали выпученные глаза существа, полные какого-то безграничного удивления. Видимо данная гроза голубей, крыс и прочих непрошенных гостей малого размера как-то не ожидала, что попытается проглотить аж целого магистра. — Впрочем, пофиг!

Даже не пытавшая дергаться змея или все же не-змея, находившаяся видимо в глубоком ступоре, была уронена вниз, а после по стенке водостока был нанесен удар, который конечно же её проломил. Как и стену замка, к которой примыкала керамическая вроде бы труба довольно таки широкого диаметра, обязанная справляться с тысячами литров воды, изливающейся на крышу во время сезона дождей. Каменная кладка, честно говоря, была довольно прочной, на ней даже какое-то зачаррование Олег определенно ощутил…Но с таким же успехом большая пластинка фанеры могла бы попытаться остановить борца-сумоиста что взял хороший разгон. Нет, вздумай чародей одним махом развалить всю конструкцию или хотя бы пару этажей, то скорее всего, просто надорвался бы… Но сделать относительно скромную дырку, которая габаритами лишь слегка превосходит его собственное тело? Легко! Тут бы и истинный маг справился, особо не устав!

— Так вот как выглядят эти уроды, — понял Олег, вломившийся в какую-то комнату, что даже не пустовала. Там находилось три высоких и относительно человекоподобных демона, облаченных в черные доспехи из искусно подогнанных друг к другу металлических пластин. В данный момент они были заняты тем, что целились в летучие корабли из какого-то агрегата заметно отличающегося от стоящих на крышах зданий орудий-органов, но к появившейся в облаке пыли и кирпичей угрозе развернулись стремительно, выхватывая из ножен на поясе короткие мечи…И с воплями боли схватились за свои поджаренные лица, поскольку на их шлемах забрала были подняты, а чародей не долго думая залил противников волной пламени достаточно жаркой, чтобы металл раскалился до красна. — Живучие…Люди бы от такого сразу сдохли…Или просто защитные амулеты где-то под доспехами есть.

Добивать врагов Олег не стал, предоставив это идущим вслед за ним штурмовикам, а вместо этого рванул к единственной двери, ведущей из помещения куда-то наружу. Однако открыть её не успел, ведь ту распахнули ему навстречу, очевидно услышав подозрительный шум…У этого демона забрало шлема было захлопнуто, а в руках были сжаты довольно классического вида треугольный щит и боевой молот, но воспользоваться ими солдат преисподней не успел. Русский боевой маг, усиливший свое тело на полную катушку, просто протаранил объявившуюся на его пути преграду, впечатывая ту в ближайшую стену с такой силой, что только темная кровь брызнула из сочленений черных лат.

— Это я удачно зашел, — решил Олег, оглядывая окружающую обстановку. И получил выстрел в затылок. Не из огнестрельного оружия, а из какой-то странной магической приблуды, являющейся гибридом между арбалетом и магическим жезлом. Доспехи чародея этот выстрел конечно выдержали, но брызнувшие во все стороны искры служили явным доказательством — расслабляться тут не стоит и мешкать тоже, ибо врагов тут буквально целая армия и со всех сторон. Судорожно пытающийся перезарядить свою бандуру монстр, кажется, был представителем иного вида, во всяком случае его морда была чуть менее страхолюдной, а через дырки в шлеме наружу торчали длинные уши, словно у эльфа…Но это ни капли не помешало магу силой мысли схватить этого типа и переместить на пару метров вправо, используя как живой щит против града таких же энергетических выстрелов, которые послали в него снизу, ибо чародей оказался на какой-то галерее, опоясывающей просторный пиршественный зал. Или все-таки тронный, ведь какая-то монументальная мраморная табуретка в дальней части помещения стояла? Впрочем, такие мелочи не слишком сильно интересовали Олега в отличии от зрелища нескольких сотен людей, увязанных друг с другом в длинные цепочки и толпящихся внизу под присмотром сотен демонов-конвоиров. Слишком молодых среди них не было, старых — тоже, и судя по состоянию пусть местами рваной и забрызганной кровью, но все равно довольно качественной и даже богатой одежды, лишь недавно они были теми, кто звал себя хозяевами этого города или, по крайней мере, его лучшими жителями. Пути, ведущего вверх он так вот сразу не увидел, но не сомневался, что тот где-то тут есть, ибо как-то доставляют же свежие порции жертвенного топлива к черным огням…

Воздух заполнили разряды энергии, выпускаемые из энергетических арбалетов и разнообразное метательное оружие, которое стоящие внизу демоны принялись метать в Олега и абордажников, которые выскакивали на галерею вслед за Доброславой, отставшей от своего любовника буквально на пару секунд. Если в первую секунду русского боевого мага пытался прикончить только десяток-другой обладателей самой быстрой реакции, то теперь это делали решительно все, и выставленный в качестве заслона свежий труп был превращен в мелкие ошметки…Осевшие на воздвигнутом чародеем барьере с односторонней проходимостью, который с каждым мгновением становился только толще и надежнее. Да, в одиночку чародей не мог поставить такую же надежную преграду как те, что защищали сейчас «Тигрицу»…Но ведь и лупила в неё не элита инфернальной армии, а те кому не нашлось лучшего применения, нежели за рабами наблюдать. А потом количество противника в тронном зале стало быстро сокращаться, поскольку лучшие бойцы, имевшиеся в подчинении Олега, обрушили на выходцев из нижних планов огонь автоматического оружия, могущественные чары выпущенные из боевых артефактов, а кое-где и гранаты, если противник стоял достаточно плотными группами.

Первые пять-шесть пуль, устремившихся к черным доспехам тварей, теряли всю свою скорость и бессильно падали на землю, но уже примерно седьмая-восьмая начинали их исправно дырявить, и пусть демоны отличались повышенной живучестью по сравнению с людьми, но сквозную дырку в голове или легшую через грудь короткую очередь ни один из них выдержать не мог. Огненные шары, молнии, потоки холода и прочие заклятия, которые подчиненные Олега использовали в основном благодаря трофейным артефактам работали примерно с той же эффективностью, сначала перебарывая вражескую защиту, а потом и перемалывая доспехи вместе со скрытой под ними плотью…И нередко цепляя людей, которые либо находились слишком близко к активно маневрирующим целям, либо и вовсе пытались использовать цепочки крепко увязанных рабов на манер своеобразного укрытия. На одного вооруженного человека сейчас приходилось примерно пять-шесть демонов…Но чтобы прикончить выбранную цель специалистам в жестоких и коротких сшибках в тесноте трюмов летучих кораблей редко требовалось больше трех-четырех секунд, а потому примерно через полминуты большая часть противников, которые были тут первоначально оказалась уничтожена…И абордажники начали воевать с теми, кто принялся подтягиваться из глубины замка.Самый большой проход, ведущий прочь из зала, заблокировала собой принявшая форму гигантского оборотня Доброслава, мимо которой прошмыгнуть могли лишь разорванные её когтями демонические обрывки, но имелись тут и относительно скромные боковые лазейки, предназначенные вероятно для слуг.

— Надеюсь, других загонов с пленниками у этих уродов больше нет…- Подумал Олег, рассеивая свой барьер и вместо этого силой мысли поднимая одну из цепочек пленников к себе на галерею, очень быстро и четко, не слишком заботясь об ощущениях поднятого в воздух груза. Затем вторую. Третью, десятую, пятнадцатую, двадцатую…Жертвенный материал демоны увязывали партиями голов эдак по пятьдесят-шестьдесят, и леветировать больше одной их группы сразу чародею было неудобно, пусть даже тащить их силой мысли надо было совсем недалеко. И тем более некогда было перевязывать тех, кто истекал кровью или выпутывать из общего строя очевидных покойников, ставших случайными жертвами летевших не туда пуль или заклинаний, бьющих по площадям. К счастью гнать людей к порталу, при необходимости ускоряя особо тупых или просто впавших в ступор пинками, его подчиненные сообразили сами, не нуждаясь даже в начальственном рявке. — Очень надеюсь, ибо искать их просто некогда!

У стоящего в дальнем конце помещения мраморного стульчика распахнулись двери, явив какую-то версию грузового лифта. И те, кто прибыл в нем, заставили чувство опасности чародея встрепенуться, в отличии от рядовых демонов, которых он и его подчиненные могли косить словно траву. По всей видимости вражеская элита или как минимум часть её спустилась с крыши башни. Ну, оно и неудивительно. Даже если забыть об устроенной канонаде вражеские маги не могли не почувствовать у себя под ногами использование множества сильных заклинаний и работу портала, а потому эти монстры рискнули оторваться от борьбы с флотом летучих кораблей и проведения ритуала призыва.

Глава 9

Глава 9

О том, как герой узнает знакомых, топчется по горлу и едва может пошевелиться.

Вшитый в голову Олега артефакт ускорил для него течение времени, замедляя окружающий мир, и это было очень кстати, поскольку прибывшая элита противника медлить определенно не собиралась. Численностью прибывшая на грузовом лифте группа была примерно равна его абордажникам…И качеством, кажется, тоже. Во всяком случае, стоящие в первых рядах твари смахивали скорее на рыцарей, чем на каких-то там солдат, поскольку их доспехи имели определенную индивидуальность и даже стиль, неся помимо пылающих энергией рун то ли геральдику, то ли знаки отличия. Шестерка же инфернальных колдунов, находящихся за спинами этих элитных мордоворотов в элитном же обвесе, блистала золотом и драгоценными камнями на своих одеяниях не хуже витрины ювелирного магазина и уже прикрывала свою силовую поддержку двумя барьерами…А также наполовину состояла из людей-чернокнижников. Или в данном случае принадлежность этих существ к человеческому роду стоило использовать исключительно в прошедшем времени? У одного из индусов, находящихся на стороне противника, росли из головы короткие рога, второй смотрел на мир тремя глазами и руки имел слишком большие для его тела, третий казался вроде бы нормальным…Но от него остальные твари дружно старались держаться подальше, насколько позволяло им это ограниченное пространство. И вряд ли из презрения, скорее уж из уважения или даже опаски…

— Знакомого вида гарпуны… — Понял Олегом, которого прибывшие на грузовом лифте рыцари преисподней всерьез попытались пронзить сразу двумя десятками каких-то особых метательных копий, что определенно могли рассматриваться как разновидность противотанкового оружия. Или даже противокорабельного. Эти снаряды, внутри которых магической энергии был заключено куда больше чем в каком-нибудь дешевеньком ведмачьем посохе, прошили воздвигнутый чародеем барьер даже не замедлившись, а после прошили и то место, где секунду назад находился сам боевой маг…И где его уже не было. Лишь увидев, как замахиваются для броска подобным оружием элитные воины противника и почувствовав резко возросшую для себя опасность, Олег начал готовиться к рывку далеко в сторону. И хотя явно артефактные гарпуны пытались довернуть следом за своей целью, но полноценным самонаведением они все-таки не обладали и потому прошли мимо магистра, бросившего свое тело телекинезом чуть ли не к противоположенной стороне пиршественного зала на таком ускорении, которое обычного человека могло бы убить. Почти все мимо прошли. Три из них его все-таки смогли зацепить, чуть не закрутив вокруг своей оси кинетическим импульсом, но по счастью сделанная умельцами царства Кащеева сегментная броня все-таки выдержала, пусть даже украсилась глубокими царапинами, в одном месте вроде бы даже доставшими до кожи. — Ух, это было близко!

Облегченно выдыхать Олегу было определенно рано, поскольку вражеские чародеи, очевидно, вознамерились вывести из строя первой наиболее очевидную угрозу, чья аура выделялась на общем фоне как маяк в ночи. Нет, была конечно Доброслава, продолжавшая сдерживать напор пытающихся прорваться внутрь с другой стороны демонов подобно гибриду плотины и промышленной мясорубки, но в первую очередь вражеские маги нацелились все-таки не на гигантского монстра, рвущего на клочки по несколько инфернальных солдат ежесекундно, а на своего коллегу, сочтя его определенно более опасным и способным неприятных сюрпризов подкинуть. Воздух вокруг Олега потемнел, вспухая облаком какой-то ядовитой дряни, и там где там где она коснулась крохотной щели в ранее герметичных доспехах, плоть стала стремительно гореть, будто погруженная в концентрированную кислоту. Два потока энергии: темно-синий и ало-золотой, обрушились на русского боевого мага с разных сторон, пытаясь одновременно заморозить его и поджарить. Сотканный из истекающего силой смерти праха широкая сеть метнулся к нему, норовя заключить в свои погибельные объятия…И, будучи отбита встречным импульсом некроса, резко изменила свою траекторию, уйдя вниз и накрыв собою крупнейшее скопление пленников. Люди, кажется, даже понять нечего не успели, прежде чем на пол стали падать и от удара с высоты собственного роста иссушенные оболочки, напоминающие иссохших сверх всякой меры мумий.

Около дюжины демонических рыцарей с большими щитами остались прикрывать чародеев, аеще примерно три десятка тварей рвануло из-под прикрытия барьеров прямо к абордажникам, либо взлетев в воздух, либо побежав по стене с такой скоростью, которую на ровном поле вряд ли сумел бы развить атакующий гепард. Элитные воители преисподней плевать хотели на пули, которые свистели вокруг них или даже рикошетили о черные доспехи, покрытые магическими рунами и знаками былых побед…И на близкие взрывы гранат, чьи осколки и ударные волны могли, максимум, слегка притормозить их атакующий порыв. Боевая магия, выпущенная прямо в лицо, их тоже впечатляла не сильно. Штук десять у подчиненных Олега получилось так или иначе сшибить, но они оказались скорее ранены, чем убиты и, зная живучесть подобных тварей, могли бы очень быстро вернуться в бой, буквально через пару секунд после того как на ноги поднимутся. А остальные грозили вот-вот вступить в рукопашную с теми людьми, кто по праву мог считаться бывалыми ветеранами, но все равно уступал своим оппонентам по части опыта и боевой подготовки в разы, если не на порядки.

— Уходим! — Скомандовал чародей, вылетая из фокуса сходящихся в одной точке губительных энергий и заодно первый раз за весь бой активируя боевые системы своих доспехов. Так, чтобы били встроенные в сегментную броню артефакты максимально широким конусом. И направлен тот был вниз, только немного под углом, чтобы сорвавшиеся с наплечников молнии поразили собой как можно больше тех бедолаг, которых не получилось эвакуировать. Попавшие под удар цепочки пленников не успели даже вскрикнуть, когда их разорвали на обугленные клочки потоки колдовского электричества. Заодно русский боевой маг стряхнул с себя при помощи потока воды ядовитый туман, да так чтобы получившаяся в итоге смесь разлетелась как можно дальше в стороны, накрывая собой тех пленников, которые избежали первого удара милосердия. Разъедающая органику дрянь ожидаемо своих свойств от контакта с жидкостью потеряла не сильно, доказательством чего стал целый хор истошных криков, на миг заглушивший звуки боя. Но только на миг, поскольку агония людей быстро обрывалась, даже мельчайшие крохи той дряни, которой демоны и работающие вместе с ними чернокнижники пытались убить магистра, хватало лишенному защиты человеческому телу, чтобы расплавиться, будто кусок мороженного, попавший в доменную печь. — Отступаем!!! Доброслава — назад!!!

То, что сделал Олег, было жестоко. В его родном мире подобный поступок, пожалуй, мог бы считаться военным преступлением, да еще и из разряда самых бесчеловечных. Но иных альтернатив у наступившего на горло собственной совести чародея не было, если конечно не считать альтернативой дать бедолагам возможность прожить еще несколько минут, ну пусть час или два, чтобы вместо жестокой, но быстрой смерти погрузиться в длительную не позволяющую умереть агонию, сменяющуюся гибелью души или её же порабощением, что обещало вечность мук. Ну, или совсем-совсем чуть-чуть меньше вечности, просто какое-то количество эпох. Справиться с демонами, которые сейчас наседали на посланную прямо в сердце захваченной крепости группу диверсантов, было бы можно… Понеся потери, возможно потери достаточно тяжелые, но можно… Справиться со всей остальной инфернальной армией, которая была вокруг и которая грозила захлестнуть защитников этого мира уже в ближайшие секунды — нет. Никак Даже если сюда через портал прошел бы весь экипаж 'Тигрицы, чтобы сражаться до последнего человека.

Провести отступление с боем оказалось сложно. Наплевав на собственную безопасность, Олег выдергивал своих людей буквально из-под клинков демонических рыцарей или же самих рыцарей отшвыривал подальше, заодно метаясь по относительно небольшому пространству туда-сюда подобно сумасшедшей бабочке, в попытках увернуться от метательных снарядов и боевой магии, которыми его осыпали. Результатом был успех, но частичный. С него частично сегменты древних лат осыпаться стали, когда сорванные атаками оружия, когда не выдержавшие пришедшейся на их долю ярости разрушительной магии, а спрятанное за ними тело получило с десяток ран, каждая из которых для кого-нибудь другого кроме мага-целителя могла считаться опасной. Также целых четыре абордажника осталось лежать там, где их сразил враг, но принести их в жертву твари бы точно не сумели, поскольку для начала следовало бы этих покойников воскресить, предварительно прикрепив на место отрубленные головы или хотя бы зарастив огромные сквозные дыры в груди. Еще двум десяткам требовалась серьезная медицинская помощь и ремонт иссеченных клинками или изгрызенных чарами доспехов, но раз они дышали, покуда их утаскивали за собой товарищи, то все было в пределах допустимого.

Вопреки опасениям чародея, Доброслава покинула свой пост у входа в зал очень охотно. Настолько охотно, что можно даже было сказать, что она бежала со всех лап, парой громадных прыжков взметнувшись на галерею, что жалобно застонала под весом гигантского оборотня. Причин, по которой кащенитка-изгнанница отступила, было много, как минимум десятка четыре: воткнутый в левую глазницу почти по рукоять клинок, пять застрявших в морде метательных топоров, три обломанных копья, торчащих из брюха, просто кровоточащие дыры разной формы и глубины, с которыми даже мощнейшая регенерация перевертыша-метаморфа почему-то ну никак не могла справиться…Любовница Олега любила драться чуть ли не больше всего на свете и бояться боли, кажется, не умела принципиально, однако она отнюдь не была глупа. Поскольку демоны, хлынувшие в пиршественный зал толпой,раз за разом пробивали и слой меха, способного пули останавливать, и находящуюся под ним шкуру, которую большинство клинков и поцарапать бы вряд ли смогли, то победить в одиночку всю инфернальную армию девушка бы никогда не смогла. Тем более о необходимости стремительного отступления после стремительного же натиска её предупреждали заранее.

Прикрывающему своих людей чародею приходилось делать несколько дел одновременно, с чем он едва справлялся. В одну и ту же секунду ему требовалось и укрепить пробитый в десятке мест барьер, чтобы тот непрерывный град из метательного оружия и разрядов энергии хотя бы ослаблял, и восстановить хотя бы частично свою шею, которую парой мгновений раньше чуть на две части не пережгли стрелой из черного огня, оставившей после себя сквозную дырку, и топнуть ногой, обрушивая пол под ногами сразу трех демонических рыцарей, жаждущих продемонстрировать ему свое фехтовальное мастерство, и заблокировать рукой клинок четвертого, явно метящего в дырку броне, где находится та самая шея, и телекинезом пнуть в правильном направлении задницу одного из своих бойцов, который чего растянулся и прямо на полу прилег отдохнуть, пуская кровавые пузыри сквозь забрало…В деле правильного отступления очень помогала Доброслава, которая тоже делала несколько дел одновременно: рычала на слишком медлительных абордажников, подныривала под руки Олега, чтобы выпадом когтистой лапы отбросить кого-нибудь из подобравшихся слишком близко противников и непрестанно морозила пространство, находящееся от неё метрах в трех. Ну, то есть там, где находились выходцы из нижних планов, пытающиеся дотянуться до её любовника различным колюще-режеще-рубящим инвентарем. Дикий холод, от которого нормальная сталь стала бы хрупкой как стекло и раскололось, воители преисподней явно не любили. Они, к сожалению, не спешили в нем дохнуть, но заметно замедлялись, а некоторые так и вовсе поскальзывались на обледеневших камнях под звуки рефлекторного иномирного мата. Их черные металлические саботоны были весьма прочны, но видимо не обладали шипованной подошвой и плоховато сопротивлялись оледенению.

— Ты не уйдешь! — Выкрикнул тот чернокнижник, который очень талантливо притворялся нормальным человеком, когда отступающий последним Олег ушел с галереи и спиной вперед двинулся к порталу. Русскому боевому магу сразу показалось, что от этого типа будет больше всего проблем и он, к сожалению, не ошибся. Напоминающие лица людей и морды каких-то монстров чары, которыми этот тип сыпал словно семечками, были как раз тем, что сорвало с его брони больше всего сегментов, поскольку его атаки без особого труда просачивались сквозь любые преграды, включая материальные и даже встречные магические атаки. Но сделанный в мастерских царства кащеева доспех мог остановить и такую дрянь…По крайней мере, на какое-то время, поскольку составляющие его фигурные кусочки рассыпались на части после того как подобная атака долетала до них и впитывалась в зачарованный металл, явно желая пойти дальше, то ли к телу цели, а то ли и к её энергетике. И, как ни странно, это не было некромантией, скорее уж ощущения от данной пакости соответствовали магии астрала. Кажется, вместо своих снарядов данный темный маг каким-то образом использовал плененных ими духов. — Твоя душа порадует Однорогого Владыку!

— Я уже ушел! — Хмыкнул чародей, продолжая двигаться спиной вперед и отмахиваться от сыпящихся на него атак. В нормальной ситуации отделяющую его от портала дистанцию он преодолел бы за доли секунды, но его бойцы, протискивающиеся через не такую уж и широкую дыру в пространстве, преступно медлили, а потому русскому боевому магу приходилось вертеться как уж…В переносном смысле, конечно же, а то раны которые его лишь бесили для кого-то иного могли оказаться фатальными, если пропустить чужую атаку. Как ни странно теперь ему в этом помогали демоны-рыцари, толкавшиеся плечами и защищавшие Олега своими широкими спинами как минимум от части заклинаний, посылаемых вдогнку колдунами. Клинки, полыхающие губительными рунами и норовящие вонзиться в появившиеся на броне щели, правда, тоже были тем еще «подарочком»…Но уродовали древние латы они в разы хуже, чем экзотическая магия астрала, а пяток пропущенных ударов по крохотным бреашам доказал, что вредит подобное оружие все-таки в основном физическому телу и, лишь совсем чуть-чуть, ауре. Это можно было вытерпеть, особенно если терпеть не слишком долго. — Можешь проваливать с позором в свою преисподнюю, чтобы твой хозяин там тобой подавился!

Уже ощущая, как за спиной у него размывается пространство, открывая переход обратно в безопасный трюм корабля, Олег врезал со всей дури кулаком в стену, обрушвая перед собой сразу потолок. Вернее, создал импульс кинетический и магической энергии, что двинулся сквозь камень в разные стороны, нарушая его структуру и заставляя раскалываться на крупные куски, которые вниз потянула банальная гравитация. Разумеется, легкий обвал не задержал бы демонов дольше чем на три-четыре секунды, а схлопотавшие по шлему булыжниками инфернальные рыцари, максимум, пару синяков получили…Но ему и не требовалось больше, чтобы покинуть захваченный тварями замок и активировать на арке портала руну экстренного отключения. Правда, нажать магическую версию банального выключателя оказалось не так-то просто. Трюм «Тигрицы» оказался настолько плотно забит спасенными людьми, что даже просто рукой пошевелить в нем было примерно столь же трудно как в переполненной сверх всякой меры маршрутке, у которой пассажиры аж из дверей высовываются.

Интерлюдия

Темный дом

Интерлюдия. Темный дом.

Многие из тех, кто хорошо знал Элен или хотя бы думали, что хорошо знают её, спрашивали горгону о том, как она воспринимает мир. И девушка даже понимала, чем вызвано это их любопытство. Учитывая то, что количество растущих из её головы змей к настоящему моменту перевалило за три десятка, она должна была бы смотреть во все стороны сразу, а также вниз или вверх, да еще и с несколько постоянно меняющихся ракурсов, поскольку будучи предоставлены самим себе эти её части редко сохраняли неподвижность…Однако действительность — разочаровывала. Бывшая рабыня смотрела на мир точно так же, как это делал её отец, да и любые другие люди. Всего одной парой глаз и той, которая была расположена на лице. Нет, если очень сосредоточиться и постараться, то Элен смогла бы взглянуть на мир через глаза любого из растущих на её голове пресмыкающихся или пошевелить ими в нужную сторону примерно как пальцами. Но тогда остальное её тело вместе с органами зрения словно отходило на второй план и практически не воспринималось…Делать так бывшая жительница Парижа не любила, а потому змеи её просто жили своей обычной жизнью, как делали это всегда. С того момента, когда она научилась дышать или даже немного раньше.

Элен плохо себе представляла, как это может быть, чтобы на её голове ничего не шевелилось, не шипело, не пыталось запустить свою любопытную морду в тарелку или загородить своим чешуйчатым телом обзор…Её холоднокровные сожительницы регулярно пытались чего-нибудь взять да отчебучить, за что каждый раз оказывались нещадно биты. Но все равно упрямо продолжали попытки своевольничать, например затягивая в глубину своего клубка приглянувшиеся игрушки, пытаясь злобно шипеть на тех, на кого шипеть вот точно не надо, выкидывая тайком в мусорное ведро инструмент карательного наведения порядка в виде расчески с очень редкими, но очень прочными зубьями… У каждой из них был свой разум или, по крайней мере, некоторое его подобие. Счастье еще, что оно как-то там взаимодействовало с сознанием девушки, главенство которого признавалось безоговорочно, и потому Элен ни разу не попадала в действительно серьезный переплет по вине своей прически, которая при необходимости отлично умела вести себя смирно и покладисто, но от которой девушка всё равно временами мечтала избавиться. Мечтала, но не могла, даже если бы ей помог ну очень умелый целитель вроде того, на которого француженка сейчас работали. Спинные пучки нервов этих пресмыкающихся вырастали из каких-то узлов, покрывающих кору её головного мозга. Отрежешь имеющиеся — вырастут новые, ибо корень-то цел. А если удалять все эти узлы, то проще уж голову сразу отрезать, ибо кому она нужна-то безмозглая…Впрочем, девушка не унывала, ибо как минимум последние пару лет жизнь её сложилась довольно неплохо. Вдобавок рядом всегда была та, кто мог понять юную горгону…И кому в жизни вообще-то пришлось гораздо хуже.

— Не то… — Громко и протяжно застонала художественно полураздетая суккуба, обмакнув палец в изящную фарфоровую вазу, полную отборного щербета, а после старательно облизав со всех сторон свой длинный коготь, измазанный в полужидком десерте. Её разочарование было настолько полным и всеобъемлющим, что его почти можно было в руках подержать или вообще отрезать и на хлеб намазать. — Ну, вот совсем не то!

Вторым пристальному исследованию подвергся нежнейший воздушный зефир, аккуратной горочкой сложенный на широком золотом блюде. Третьим какое-то мороженое, блестящее в хрустевшей запотевшей вазочке. Четвертым отвергнутым лакомством, отвергнутым под громкий возмущенный крик: ' Не то!' стала какая-то разновидность пастилы, чьи пластинки были уложены в инкрустированную крупным жемчугом коробочку из слоновой кости и после открытия крышки стали распространять в воздухе настолько одуряющие и аппетитные ароматы, что у Элен слюной, кажется, даже змеи на голове захлебываться начали. Хотя вообще-то они являлись хищными и даже имели собственные маленькие желудочки…К искреннему счастью горгоны — без тех кишок, куда из желудков должно были дальше проваливаться переваренное уже содержимое. То, что её шипящие симбионты съели, переваривалось полностью и без остатка, будь это хоть мыши, хоть камни, хоть чьи-нибудь откушенные пальцы вместе с надетыми на них зачарованными перстнями…

— Если не еда, то может платья? — Вслух задалась вопросом Камилла, а после изящно перепорхнула к стоящей в дальней части помещения конструкции из трех ростовых зеркал, не забывая для вида пару раз взмахнуть фальшивыми крыльями, выходящими из её ну очень приталенного и достаточно откровенного корсета. Там эта суккуба принялась прикладывать к себе наряды разной степени неприличности, которые возникали у неё прямо в руках будто из воздуха и крутиться, внимательно рассматривая себя со всех сторон…Под продолжающиеся и усиливающиеся возмущенные крики: «Не то!!!». И теперь от обворожительной соблазнительницы шибало в разные стороны даже не возмущения, а гневом…Злостью…Какой-то глубинной и древней словно сам мир неудовлетворенностью, к которой с каждым мгновением все отчетливее примешивались нотки чудовищного Голода…

— Ваши столовые приборы, госпожа! — Входная дверь отворилась, и в помещение с легким позвякиванием вошла служанка, толкающая перед собой блестящую хромированную тележку, на которой аккуратными рядами были разложены разнообразные ножи, скальпели, пинцеты, иглы, буравчики, хирургические зажимы…А также десяток бутылочек с соусами, несколько видов перца и соль.

— Ну, наконец-то! — Издала утробный рык Камилла, на огромной скорости метнувшаяся к этой тележке и легкой небрежной пощечиной отшвырнувшая в сторону служанку. Та пролетела по воздуху метра три и врезалась в стену, после чего сползла вниз безжизненной куклой. Там, где она ударилась затылком о покрытый белой штукатуркой камень стен, осталось большое красное пятно и что-то красное же теперь стекало по темным волосам девушки. — Ну почему слуги здесь такие ленивые и тупые⁈ Вот как можно было подать и основное блюдо, и даже десерты к нему, но забыть о самом главном⁈ Мы что, должны были эту добычу голыми руками на куски рвать, словно животные⁈ Брызгая во все стороны кровью⁈ Позволяя ей сдохнуть раньше, чем на костях этого скота не останется ни единого клочка мяса⁈

— Ты права, сестра, местные слуги неисправимо тупы, — поддакнула Элен, неспешной походкой выходя из того угла, где раньше стояла стараясь не шевелиться лишний раз и даже дышать потише. Чтобы сделанная из крови довольно-таки сильных демонов краска, придающая её лицу красный цвет и заодно маскирующая истинную ауру горгоны инфернальными эманациями, не облетела случайно. И чтобы утыканный рогами парик с уложенных ровными рядами змей не слетел. Да и вообще на таких копытных каблучищах она ходить толком так и не научилась! Про крепящийся к штанам фальшивый хвост, который несмотря на систему управляющих тросиков никак не хотел двигаться подобно настоящему и вовсе говорить смешно… — Но, тем не менее, ты не должна была убивать жалкую идиотку…На сегодняшний вечер у нас уже есть хорошее мясо, а к завтрашнему утру труп этого ничтожества станет не лучше обычной человеческой падали!

— Да я ударила её всего один раз! — Постаралась выразить свое возмущение Камилла сразу позой, лицом и голосом, а также врожденной магией суккуб, которую она от матери унаследовала и даже могла использовать достаточно эффективно…Особенно если тратила сил на легкое очарование больше чем на метание больших огненных шаров! — Она сама виновата, что сдохла! А ужин мы тогда на завтрак оставим! Он не испортится…Наверное. Мясо, ты же не испортишься?

— Ммм… — Слабо простонал сидящий в металлическом кресле обладатель смешанных европейско-индийских кровей, когда когти суккубы ласково прошлись по коже его лица…А после впились в неё, отрезая наполовину пленнику правую бровь. — Ммм!

— Мне кажется, он хочет что-то сказать, — заметила Элен, склоняясь над валяющейся у стены служанкой и запуская руки под её одежду, чтобы спустя несколько секунд выпрямиться, оставив «труп» с огромной раной в груди и сжимая в руках ну очень достоверную имитацию человеческого сердца. Даже дергающуюся, причем без всякой магии, благодаря одним лишь малозаметным движениям кисти горгоны. Прикованный к металлическому креслу пленник почти неделю не ел и больше двух дней ничего не пил, а потому был порядочно ослаблен, но его куцый магический дар работал отлично. И единственным, в чем пойманный шпион действительно мог считаться профессионалом, было его умение четко и полно воспринимать энергетическую картину мира, благодаря которому очень-очень слабый ведьмак мог подсматривать что-нибудь интересненькое не многим хуже подмастерья, использующего сканирующие чары третьего ранга.

— Ну, так пусть говорит! — Издевательски усмехнулась Камилла под протестующее мычание продолжила ласкать лицо пленника…И срезала ему вторую бровь. Для симметрии, а также чтобы боль и стекающая на глаза кровь не дали ну очень зоркому шпиону заметить лишнее. — Я разве ему мешаю?

— Кляп мешает, — озвучила очевидное Элен, впиваясь нечеловеческими острыми клыками зубами в бьющееся сердце, которое сжимала в руке. Мягкое тягучее тесто было не слишком-то вкусным, особенно в сочетании с соком каких-то волшебных помидоров, которые обычно использовались вообще-то в алхимии, а не в кулинарии…Но едой горгона перебирать не привыкла, а потому вторым укусом полностью расправилась с фальшивым «лакомством», мимо которого настоящая демоница точно бы не прошла. — Думаю, его стоит вынуть, если мы хотим услышать то, что он сейчас желает нам сказать.

— Ммм! — Забился изо всех немногих оставшихся сил в кресле пойманный шпион, пытаясь кивать так быстро, как только мог. Этому человеку очень, ну вот просто очень не хотелось становиться едой для двух могущественных демониц, которые судя по набору хирургических инструментов в качестве столовой посуды собирались его разделывать и пожирать неторопливо и вдумчиво, не давая умереть раньше времени…И, скорее всего, своими в качестве финала своей кровавой трапезы разорвут душу попавшейся в их лапы добычи. — Ммм!

— А мы разве хотим? — Хвост Камиллы ухватило со столика с инструментами пару скальпелей, а потом она стала примеряться ими к одному из глаз шпиона, будто бы намереваясь его выковырять. Причем не забывая в процессе учащенно дышать в приступе возбуждения и облизывать свои пухлые алые губки. — Опять же будет все как обычно. Слезы, сопли, мольбы, фальшивые клятвы в вечной верности и столь же лживые обещания привести нам взамен себя целые табуны добычи…

— Ну, иногда к словам смертных можно и прислушаться. Большая их часть просто скот, но встречаются иногда ведь приятные исключения вроде нашего хозяина, сотрудничать с которыми — выгодно. — Безразлично пожала плечами Элен, стараясь как можно достовернее корчить слегка ленивую и отрешенную адскую стерву, для которой по-настоящему важно только одно: она сама. Ну а также то, что может даровать ей больше силы, власти, богатства, доступных жертв… — И потом, если это мясо окажется бесполезным, то просто вставим кляп обратно.

— Ну ладно, раз уж ты так хочешь… — С явной неохотой протянула Камилла, а после отложила в сторону скальпели, сделавшие пока только маленькие-маленькие надрезы вблизи одного из глаз пленника, и резким движением вырвала кляп у него изо рта. — Говори, мясо, или твой лживый язык станет первым кусочком, что я отрежу!

— Сиротский приют в Бомбее! — С трудом просипел мужчина, чуть ли не разрывая собственное горло, но все же умудряясь изъясняться относительно внятно. — У меня есть компромат на его настоятельницу, что и без того продает лучших воспитанников в бордели или работорговцам как только те немного приобретут товарный вид…Пятерых или шестерых смогу выкупить для вас сразу, как попаду в Бомбей, еще по одному или два каждый месяц…И это только я! Мои хозяева за информацию о вашем господине или его друге-архимагистре заплатят больше! Вы же знаете, что я не сам сюда приехал, а послали меня. Для них деньги — не главное! Они способны дать вам больше! Гораздо больше! Даже авансом, все равно с исчезновением осман и наплывом беженцев рабские рынки переполнены давно…

— Хорошо поешь, птенчик, но это не то, что я хочу услышать, — Камилла высунула на секунду изо рта свой раздвоенный язык словно змея, коснувшись им вздрогнувшего и выгнувшегося дугой в своих оковах от дикой боли пленника. Губительные поцелуи суккуб обычно были абсолютно безболезненными, но при желании это свое свойство соблазнительницы из нижних планов могли и приглушить, дабы их обед «насладился» всем тем букетом ощущений, которые может подарить слизываемая буквально по крошкам душа.

— Мы слишком жестко привязаны к этому месту, и к жизни нашего господина, чтоб он был здоров, — соизволила дать чуть более развернутое объяснение Элен, бросая презрительный взгляд на человека, с которым она собиралась работать долго и упорно. Популяция разного рода шпионов в Новом Ричмонде и раньше-то была немаленькая, а после того как два русских чародея оказались двумя высшими магами, что осилили Канберру разрушить и разграбить практически без посторонней помощи, количество подобного рода специалистов на единицу площади стало бить все мыслимые пределы. Разумеется, их следовало ловить…Но поскольку на смену раскрытым агентам их хозяева будут присылать новых до тех пор, пока есть резервы лазутчиков или пока к данной теме у них сохранятся интерес, задача полного искоренения подобных пленнику людей и нелюдей грозила стать невыполнимой. Конечно, если пытаться решить её тупо в лоб. Двойные агенты в этом плане инструментом виделись если и не идеальными, то приемлемыми. Руководству Нового Ричмонда они сообщают о своих коллегах и приказах, а прежним хозяевам отправляют лишь ту информацию, которую разрешено. — Твои хозяева могут вырезать хоть весь Бомбей, но нам это не принесет пользы. Предложи что-нибудь другое. Что-нибудь, что есть прямо здесь, и что мы можем взять без того, чтобы наш господин расстроился. А лучше, чтобы это что-то порадовало его…И тогда ты проживешь еще один день, мясо. А может быть даже и не один…

Прикованный к металлическому креслу пленник очень хотел жить, и желательно не в качестве изнемогающей от жажды и голода консервы, дожидающейся своего употребления прекрасными и распутными, но голодными и безжалостными демоницами. Он сдал все свои тайники, он рассказал всё о планах своего начальства, что ему было известно, он без тени сомнения сдал помогавших ему обустроиться в Новом Ричмонде нечистых на руку чиновников городской администрации и вспомнил, как пытался наладить контакты с зарождающейся в городе организованной преступностью…А потом, когда предложить кроме себя ему уже было нечего, предложил свою вечную службу и душу, конечно, если оную не вырвут из него прямо сейчас, а заберут когда-нибудь потом, после смерти…И даже с готовностью прошел через придуманный специально для него ритуал, сопровождаемый взятием крови из сердца, наложением аурной отметины при помощи специального клейма, спрятанного у Элен в кончике фальшивого хвоста, который француженка большую часть времени старательно держала подальше от человеческих глаз.

— Меня радует твоя готовность служить…Жаль, но мы не имеем право тебя отпускать, мясо, — плотоядно улыбнулась пленнику Камилла, усевшись пленнику на колени и начав повязывать себе салфетку. В руках суккубы как по волшебству снова возникли скальпели, которыми она стала примериваться к глазу шпиона, который испуганно побледнел.

— Но мы можем его сегодня не есть, ведь благодаря чьей-то небрежности, у нас уже еда пропадает — Заметила Элен, а после сдернула свою сестру с облегченно выдохнувшей жертвы несмотря на протестующий возглас и кинула её в сторону лежащего у стеночки «трупа». Брякнувшаяся прямо на тело суккуба злобно рыкнула, оскалила все свои клыки, ударила во все стороны неструктурированным ментальным импульсом злобы, способным какому-нибудь сердечнику инфаркт обеспечить, зажгла на кончиках своих рогов искры темно-багрового огня…Но потом все же смирилась, нагнулась над «убитой» служанкой и принялась с влажным чавканьем и громким треском ломать ей ребра, периодически отвлекаясь на то, чтобы сожрать приглянувшийся кусочек или облизать окровавленные пальцы. — И мы не отвечаем за охрану этого особняка. И не пересчитываем, сколько и чего лежало на этом столике. Сейчас кликну слуг, и тебя вернут туда, откуда взяли…А после, пожалуй, я возьму хлыст и как следует поучу их всех тому, как нужно угождать нам…Намек ясен?

— П-п-предельно, госпожа! — Стуча зубами, но мужественно перебарывая напавший на него припадок подтвердил шпион, наклоняясь к столику с хирургическими инструментами, чтобы кое-как ухватить ртом какое-то тонкое и острое долото, а после постараться спрятать его в своей одежде.

— Отлично! Жди, когда будешь нужен, я найду тебя сама. — Напутствовала двойного агента Элен, прежде чем высунуться в коридор и громко рявкнуть, подзывая слуг, давно уже ждущих этого момента. И слугами являющихся примерно в той же мере, в коей сама горгона — демоном. — И помни, кому теперь отныне и навсегда принадлежишь с потрохами, ибо твоя душа — моя!!!

Начинающие сотрудники службы внутренней безопасности Нового Ричмонда, старательно корчащие из себя кто одурманенного раба, кто начинающего чернокнижника и самую капельку соблазненного запретным могуществом да распутными демоницами культиста, выволокли из помещения шпиона, работавшего на одного из крупнейших лордов центральной Индии. Его британские коллеги пока то ли не попадались, то ли не позволяли себя схватить живьем, но Элен надеялась, что рано или поздно и они попадутся в их сети. И тогда работать станет легче, по крайней мере, ей.

— Вроде все прошло как надо, — выпрямилась игравшая служанку Кейто, стряхивая с себя роскошную фальшивую грудь, в которой до того копалась Камилла. — В то, что работающие с хитрым до очертенения чернокнижником демоницы захотят устроить себе маленький побочный приварок, не совершая тем не менее прямой измены своему повелителю, которого боятся до дрожи в коленях, поверят куда охотнее, чем в ваше желание обрести свободу или отомстить…Настоящие соблазнительницы из нижних планов забудут про любые обиды, покуда у них есть возможность присосаться к чужой власти и могуществу. По крайней мере, до тех пор, пока не смогут сожрать сердце своего благодетеля или просто занять его место.

— Мокрые лепешки под помидорным соусом — дерьмо, — сморщилась полусуккуба, вытирая руки о собственный корсет, который и без того был испорчен алыми брызгами, а после бросаясь к десертам, которые она ранее отвергала с таким показательным презрением. — Ух…Я уж боялась, что вырвет!

— Не преувеличивай, — хмыкнула Элен, вспоминая вкус «сердца», сделанного из хлебного мякиша и лишь благодаря добавлению свежевыдавленных волшебных растений очень сильно смахивавшего на живую человеческую плоть. Коробейников считал, что данный сорт древние маги вывели не в пищевых целях, а как не слишком удачный источник донорских материалов для медицины или может быть пищевую добавку к рациону вампиров…И горгона думала, что он прав. Конечно, заменить этой алой жидкостью настоящую кровь никогда бы не получилось, но зато выглядела она ну вот совсем как настоящая! Причем даже в магическом зрении, если полноценного сканирования со сравнительным анализом не проводить. — Бывали в питомнике целые месяцы, когда нас без перерыва кормили куда более худшей дрянью…

— Не напоминай мне об этом! — Окрысилась на сестру полукровка, жадно заедающая зефир мороженным. — Мы больше не игрушки тех, кто заплатит! Мы — сами себя хозяева! Мы теперь очень многое можем! Мы сильны! Мы богаты! Мы просто неприлично богаты! Да я вообще не понимаю, почему мы все ещё должны работать, если у нас теперь есть десятки тысяч золотых монет! У каждой! Это же груда золота! Этого хватит, чтобы хоть каждый день и по пять раз в день до отвала обжираться подобной вкусняти…ной.

Резко прекратившая орать словно бы в истерике полусуккуба вдруг отшвырнула в стену недоеденную вазочку с мороженным, разбив ту вдребезги, упала на задницу и расплескалась, закрывая лицо руками и наполняя все помещение отчетливым флером ужаса и безнадеги, к которой примешивались нотки…Голода.

— Опять, да? — Сочувственно спросила Элен, подходя к сестре и пытаясь её обнять, но натыкаясь на выставленную вперед руку с растопыренными пальцами.

— Отойди…- Глухо провыла Камилла, по-прежнему пряча лицо и содрогаясь в рыданиях. — Ты слишком вкусно пахнешь! Даже вкуснее, чем кровь этого ублюдка, которую я пару раз лизнула и всё никак этот вкус с языка убрать не могу! Отойди!!!

Не став её слушать Элен уселась рядом и притянула к себе содрогающееся в рыданиях тело сестры. Камилле она доверяла. А еще они обе сейчас находились под присмотром Кейто, что потихоньку снимала с себя макияж. Ну а если самоконтроль полусуккубе все же изменит…Горгона, уже держащая её в объятиях, все равно будет сильнее, а кроме того она устойчива к практически любым вредоносным воздействиям. Да, в плане магической мощи представительницы её расы, за исключением легендарной Медузы и, может быть, её сестер, никогда из себя ничего не представляли…Но зато они были очень крепкими и выносливыми, благодаря чему, собственно, и не вымерли до сих пор.

— С её боязнью собственной природы надо что-то делать, — задумчиво пробормотала как бы в никуда японка, разглядывая своих учениц. Лично она во внезапно прорезавшихся у Камиллы наклонностях ничего такого уж страшного не видела…Конечно, если полусуккуба будет ограничиваться врагами или донорской кровью. Вот только сама Элен ступать по стопам своей матери не желала категорически и была готова отгрызть сама себе хвост, но не уподобляться ей ни в чем, особенно ни в пищевых пристрастиях. — Иначе рано или поздно ваш образ могущественных демониц как минимум среднего круга, а скорее все-таки начинающих высших, может серьезно пострадать…

Скрывать то, что магистру Коробейникову или, как некоторые считали, архимагистру Святославу из Больших Грибов служат не только обычные люди и относительно обычные нелюди было бесполезно, да и невозможно. Слишком многие видели Элен и её сестру. Причем как среди врагов, в число которых попал и один из английских принцев, так и среди экипажей кораблей отправившегося к Австралии флота. И тогда было решено играть от противного, выдавая сестер за истинных порождений преисподней, к которым без поддержки высших сил или хотя бы парочки пулеметных расчётов кому другому и подойти боязно. Чтобы преступники реже совершали свои темные дела, опасаясь не просто поймать пулю или повиснуть в петле, а попасть на зубок к жутковатым питомцам могущественного мага, одновременно и немыслимого щедрого к своим людям, и немыслимо опасного для тех, кто вызовет его гнев. Чтобы шпионы проявляли повышенный интерес к этому месту и тем давали лишний шанс себя раскрыть. Чтобы имеющие большие амбиции и не имеющие стыда потенциальные чернокнижники сами приходили к начальству и просили их всему научить, а не резали по темным углам кошек или беженцев в надежде чужой кровью оплатить свое могущество. Чтобы настоящие культисты или какая-нибудь инфернальная дрянь, собаку съевшие по части маскировки, лишний раз подумали прежде чем пытаться угнездиться в Новом Ричмонде, ибо прятаться и от местных жителей, и от коллег явно сложнее, чем просто от местных жителей, а кормушка-то занята…

Стоящий на окраине города дом, отданный девушкам благодаря его размерам и удобному расположению, был дополнен десятками незаметно вырытых Коробейниковым подземных ходов и быстро стал тем местом, про которое расходились самые жуткие слухи. Именно в его подвалы якобы увозили тех преступников, кого оставить в живых было решительно невозможно. Там темные магистры, если верить молве, творили те свои ужасные эксперименты, которые не хотели показывать посторонним. Туда свозили части демонических тел, трофейные проклятые гримуары и прочую дрянь, которую жрецы и священники дружно хотели бы сжечь, наплевав на разницу в своем вероисповедании. Стоящие вокруг данной усадьбы днем и ночью солдаты искренне верили, что защищают не эту обитель зла, на самом деле являющуюся штаб-квартирой созданной Кейто структуры внутренней безопасности, а мирных горожан от того, что до поры до времени таится за стенами этого дома…Дома, который в народе едва ли не мгновенно стали звать «Темным домом», пусть даже все стены этого здания радовали глаз качественной свежей побелкой.

Глава 10

Глава 10

О том, как герой удивляется обстоятельствам спасения, оказывается в достойной компании и не может заставить демонов дрожать от ужаса.

Отступивший от занятого демонами города флот был порядочно потрепан, но в целом особо не пострадал. Вражеские атаки, на пути которых так старательно ставили многочисленные барьеры, оставляли на броне летательных аппаратов неприятного вида шрамы и пополнили лазареты сотнями истекающих кровью или же получивших ожоги от темной магии пациентов, но благодаря наличию индивидуальной защиты высокого качества и своевременной помощи опытных целителей число безвозвратных потерь не превысило полусотни человек. И большая их часть находилась на малых летучих кораблях, которые от обстрела разнообразным метательным оружием и залпов прозрачных игл защищены были куда хуже, чем «Тигрица» или «Ветерок», ведь если человеку пробили голову насквозь тяжелым и острым куском кварца или вообще оторвали её каким-нибудь брошенным с немыслимой силой топором, то лечить его уже практически бесполезно. Радовало чародея и то, что преследования не было, малость поредевшая после неудачной попытки штурма кораблей летучая кавалерия противника не чувствовала себя достаточно уверенно, чтобы попытаться добиться успеха в отрыве от остальных сил. Правда, Олег изрядно встревожился, когда на горизонте показался не такой уж и маленький воздушный флот, где гордо реяли по ветру британские флаги…Но раньше, чем тот смог выйти на хотя бы теоретическую дистанцию открытия огня, с противоположенной стороны примчалась громадная черная туча, на которой Арун Калидас нес десятки своих сильнейших последователей и просто сильнейших чародеев Северного Союза.

Заключенные ранее соглашения о временном перемирии никто нарушать не стал то ли в силу наличия общего врага, то ли из-за примерного равенства сил. Олег бы правда, предпочел, чтобы переговоры высоких и совсем недружественных сторон происходили где-нибудь посреди чиста поля, а в кают-компании его «Тигрицы»…Но по такому скромному поводу спорить с Калидасом не стали ни он, ни Святослав. Просто вызвал себе в качестве поддержки Святослава, благо что без него трофейный броненосец хоть и не показывал той же эффективности, что и раньше, но очень даже неплохо сражаться вполне себе мог. И, кстати, обставлен был местами даже роскошнее благодаря предыдущему хозяину судна, любившего роскошь, не стеснявшегося хвастаться своим богатством и не жалевшего денег на всякую бессмысленную ерунду вроде паркета из драгоценных пород дерева или статуй, достойных украсить любой музей. Просто верховный жрец Кали об этом не знал.

— Истинно говорю я вам и всеми богами вам клянусь, что нас спасли доблестные кшатрии лорда Римуса! — Заявил основательно побитый, истощенный и, вдобавок, накаченный какой-то подавляющей магию дрянью мужчина. А у Олега от его слов аж глаза на лоб полезли, ибо этого типа, одетого чуть более представительнее прочих своих коллег и имеющего ауру одаренного второго ранга, он лично вытащил из цепочки пленников. Составленной, между прочим, практически целиком из одаренных. В самом худшем случае там были те, кто даже на ведьмака не тянул, но имел какие-нибудь зачаточные способности к волшебству, которые можно было бы и развить, приложи для этого кто-нибудь силы и время. — Если бы они не поняли вовремя, что отравлены коварным визирем нашего милостивого повелителя и не предали смерти всех его жен и детей, прежде чем сжечь свою жизнь в последних ударах по проклятому предателю и первым из монстров, что осквернили собою нашу землю, то эти презренные отродья тьмы смогли бы совершить свои нечестивые ритуалы куда быстрее! И тогда бы почтеннейшие и мудрейшие русские магистры никак не успели бы совершить свой героический подвиг и вырвать нас из лап демонов, прежде чем свершилось бы непоправимое! Да будут у всех на устах их деяния десять тысяч лет! Да даруют им боги милость свою! Да обретут они…

Сбившемуся на цветастые и в общем-то бессмысленные славословия свидетелю Святослав отключил звук. Губы индуса, бывшего то ли каким-то чиновником, то ли аристократом-пацифистом, не сумевшим умереть в бою, все еще шевелились, но теперь его искренние благодарности слух бывшего крестьянина больше не раздражали. И под таким соусом Олег еще мог принять наличие в числе спасителей гвардии местного князя и избавить вытащенного на встречу высоких договаривающихся сторон свидетеля от необходимости глотать какую-нибудь сыворотку правды вперемешку с собственными зубами. То, что сильнейшие маги этого места не оказались принесены демонам в жертву, а сократили число этих самых демонов и их прислужников, действительно многое значило. Город все равно пал, но вероятно хотя бы кто-то успел убежать или схватиться за оружие, чтобы пасть в бою…И это позволило выиграть время. Достаточно времени, чтобы вторжение обитателей нижних планов провалилось…Вернее, завершилось лишь частичным успехом. Город-то они, как ни крути, выжрали, сожгли и разграбили, да еще и особо не понеся потерь, что в любое другое время могло бы считаться по меркам подобных тварей просто-таки образцовой операцией. Ну а что их повелителя вместе с остальной его армией здесь и сейчас призвать не получилось…Интуиция подсказывала Олегу, что это планы данного монстра особо не изменит. Ведь хороший план будет содержать запасные варианты, а судя по выучке и обмундированию служащих ему солдат, конкретно этот из владык преисподней на недостаток интеллекта уж точно не жалуется и планы себе составляет хорошие.

— Глубокоуважаемый Калидас, ну как же так? — Обратился к наиболее высокопоставленному жрецу всего Северного Союза какой-то тип в длиннополой светлой рясе. Олег затруднялся ответить, какое конкретно место в англиканской церкви занимает этот человек, но было оно явно не последним. Скорее уж на почти случившееся открытие новых врат в преисподнюю примчался кто-то из верхушки данной организации, входящий как минимум в первую полусотню. И аура его была…Странная. Нечитаемая. Чародей банально её не видел, поскольку все очень старательно затмевал собою чистейший свет. Только вот казалось ему, что это свет немного не такой, как тот, который призывает Ерафим или иные православные священники. Какой-то иной оттенок той же силы? Или просто талантливая её имитация? — Как вы могли проворонить культиста чуть ли не у себя под самым носом? Да еще и забравшегося так высоко? Визирь — это ведь, по сути, второе лицо после князя!

— А причем тут я? Этот вы у себя спросите, почему и откуда тут вдруг поклоняющиеся демонам выродки чуть власть не взяли! — Фыркнул индус, что отнюдь не скрывал свою ауру. Могучую ауру, полную как собственной силы, так и заемного могущества, напоминающего темную реку во время грозы или даже кусочек океана во время жестокого шторма. Энергия, которо бы хватило с лихвой на совершение величайших и ужаснейших чудес, словно бы пульсировала в нем, возникая словно бы из ниоткуда, чтобы исчезнуть все так же туда, куда без разрешения его покровительницы хода никому не было. — Больше двадцати лет прошло, как правитель княжество Великого Изумруда публично осенил себя крестом и тогда же рыцарями вашей церкви был трусливо убит последний из проживавших тут открыто слуг Кали…

— Он был казнен за покушение на князя! — Отпарировал представитель британского духовенства. — А ни единой церкви здесь мои братья по вере так и не возвели, поскольку столкнулись с отчаянным противодействием языческих культов и надеявшихся выслужиться перед ними дураков, не стеснявшихся сжигать каркасы храмов и убивать строителей!

— Очень жаль, что у этого достойного человека не получилось тогда выдавить жизнь из идиота, предавшего своих богов! — Даже не подумал отпираться от предъявленных обвинений Калидас. — Глядишь, занявший трон вместо него человек не оказался бы настолько идиотом, чтобы называть себя рабом вашего бога и брать на роль своего первого слуги поклоняющегося демонам культиста!

— Джентльмены, давайте отложим в сторону ваши старые диспуты и будем вести себя конструктивно. В конце-концов: время — деньги! — Сидящий по соседству со английским священником мужчина в адмиральском мундире вынул изо рта невероятно толстую сигару, и вежливо улыбнулся всем присутствующим…Или не всем, а только Доброславе? По мнению Олега как-то слишком уж часто и пристально поглядывал он на неё, привлеченный не то статями девушки, не то крайне редким, можно даже сказать практически уникальным сочетанием магического могущества и представителя расы перевертышей. — Даже если вы никуда не торопитесь и готовы устроить тут соревнование по измерению давних обид, многодневную теологическую баталию и прочие пустые разговоры, то у всех остальных есть дела! И вообще, то топливо, которое горит сейчас в топках летучих кораблей — оно не бесплатное! Плюс, пока мы с вами занимаемся ерундой, демоны могут что-то планировать…Да, резервов человеческого материала, достаточных для открытия врат, у них быть не должно…Но я бы не стал недооценивать изобретательность и подлость подобных тварей. Этих — так точно.

— Действительно, лорд Дрейк, — согласился Олег с внуком одного из известнейших английских пиратов, что пошел по стопам дедушки…Но начинал сразу как представитель благородного сословия, со всеми соответствующими данному статусу преимуществами и дошел пока только до седьмого ранга. Архимагов прибывший к месту демонического вторжения флот не содержал, и это чародея одновременно и радовало, и печалило. Радовало тем, что временный союзник и постоянный противник если и будет наглеть, то не слишком. Печалило тем, что разбираться с обороной города придется без использования козырных карт подобного калибра, что могли бы серьезно сократить потери материальные и людские. — Армия монстра, известного как Однорогий Владыка Черной Пустоши при личном знакомстве произвела на меня крайне неприятное впечатление своей компетентностью. И будь моя воля, я бы им и лишней минуты в нашем мире существовать не дал.

— Мудрые слова воистину достойного человека! — С улыбкой отсалютовал Олегу своей сигарой британской лорд. Впрочем, чародей был больше чем уверен, в случае торжественной казни или даже какого-нибудь подлого убийства двух русских высших магов, помогающих мятежникам-индусам, представитель рода Дрейков улыбался бы точно так же. Ну, может немного шире. И искреннее. — А магистр Святослав считает так же?

— Дык, не люблю разговоры, не мое енто. — Прогудел на русском бывший крестьянин, хотя до этого вся беседа шла английском языке, который все присутствующие знали прекрасно кто в силу своего происхождения, кто просто из необходимости. — Я, стал быть, действия предпочитаю.

— Хочешь действия? Так будут тебя действия! — Вспылил Калидас. — Сейчас я атакую город с востока, и заставляю этих тварей дрожать от ужаса пред мощью Кали! Слуги христианского бога пусть идут с запада, и тогда мы посмотрим, от кого из нас демоны будут быстрее разбегаться! А простые воины возьмут на себя север и юг!

— Вполне рабочий план, но мои корабли не вышли невредимыми из того штурма, который потребовался нам, чтобы сорвать ритуал призыва темного бога. — Пожал плечами чародей, умолчав о том, что большая часть повреждений скорее все же косметическая. А которая не очень, ту прямо сейчас на ходу должны более-менее успешно исправлять. — В ближний бой мы не пойдем, ну за исключением броненосца. Ограничимся артиллерийской поддержкой вас с дистанции.

— Угу! — Интернациональным и не поддающимся переводу звуком подтвердил его намерения Святослав, сурово хмуря лицо.

— Не ожидал такой чрезмерной осторожности от тех, кто без помощи каких-то там солдат рискнул атаковать Канберру! — С явно заметными в голосе нотками пренебрежений фыркнул Дрейк.

— О, тогда у нас было все под контролем, — солгал Олег, размышляя о том, действительно ли британский адмирал верить в их со Святославом трусость или просто старательно делает вид, надеясь как-то подставить своих врагов под удары инфернальной армии. Впрочем, чародею в любом случае на его мнение было плевать. Как и на мнение священника из англиканской церкви или верховного жреца Кали. Временное сотрудничество под влиянием обстоятельств его определенно не радовало и будь ситуация хоть немного иной, любую из данных персон выходец из другого мира был бы рад увидеть через прицел. — Однако если вы не готовы принять такую нашу помощь — никто и не настивает. Разбирайтесь с демонами сами, в конце-концов, свой вклад в победу мы уже внесли, и даже трофеи особо не претендуем, пусть все будет разделено по справедливости на равные части.

— Справедливо было бы оставить трофеи тем, кто лишился всего из-за действия адских тварей, дабы хоть как-то компенсировать тот вред, который этим людям нанесли слуги врага рода человеческого. — Сделал замечание священник.

— Я от всей души рад, что вы намерены пожертвовать свою долю в пользу жертв этой катастрофы! — Поспешил похлопать своему как бы вернейшему союзнику потомок известного пирата, что на ведение войны с благотворительными целями явно не подписывался. — И обязательно угощу всех, кому повезло уцелеть, бесплатным обедом за свой счет…Сколько их, кстати?

— Вот как-то не пересчитывал…Человек семьсот-восемьсот? — Осторожно прикинул количество спасенных им жизней Олег. Тех было гораздо меньше, чем хотелось бы чародею, просто когда он только-только закрыл портал, эта людская масса еще не успела по доступному объему более-менее нормально распределиться. Сейчас в трюме «Тигрицы» они поместились без существенных проблем…В спящем состоянии. Будучи уложенными поленницей. — Конечно, в городе может еще кто-нибудь отыскаться, но я почему-то в подобные чудеса не верю…И, разумеется, каждый из тех, кого мне повезло вытащить из лап демонов ничего за свое спасение не должен, а потому будет отпущен на свободу сразу же, как твари окажутся вышвырнуты из нашего мира вон. Хотя, могу и прямо сейчас их на ваши суда перевести. Хотите?

Никакого имущества, если не считать одежды, частенько порванной и окровавленной, освобожденные люди не имели. И каких-нибудь могущественных магов, которых имело бы смысл держать в плену или выпускать сугубо за большой выкуп, среди них не было. Если демоны и захватили кого-то из правителей города живым, то принесли его в жертву намного раньше, чем «Тигрица» сделала первый выстрел. А еще чародей не верил в то, что у них получится по итогам боя получить хоть какую-то достойную добычу. Его дар оракула, во всяком случае, был в этом ну просто убежден, и пусть доказательств сей гипотезе не было никаких, но Олег своей интуиции верил…И не ошибся.

Воззвав к своей покровительнице, Калидас призвал огромную тучу голодной тьмы, алчущей демонической крови, что двинулась на город с востока. Под звуки торжественной литургии с запада на городские кварталы обрушился наполненной святостью свет…Но эти могучие силы, впрочем как и обычное оружие, никакого вреда тварям не причинили и дрожать от ужаса их не заставили. Ибо к моменту атаки демонов этих в захваченном населенном пункте уже не оказалось. Требовалось приложить немалые усилия, чтобы призвать подобных тварей в мир…Но вот изгнать их было заметно проще. И, конечно же, они могли уйти сами, что и проделали после приближения к занятым ими рубежам защитников этого мира. Быстро, четко, дисциплинированно, всей армией, уносящей на своем горбу в нижние миры всё, что по мнению обитателей нижних планов только стоили унести.

Глава 11

Глава 11

О том, как герой радуется отсутствию новостей, ничего не понимает и сталкивается с фанатиками, которых сам, же и создал.

Улицы Нового Ричмонда были полны жизнью и народом, который стекался в город чем дальше, тем больше. И даже кордоны, установленные многими князьями индусов на своей земле, чтобы ловить беженцев и не допускать оттока собственных крестьян в полумифическое для простонародья царство благоденствия и процветания, ситуацию изменили не сильно. Мельница слухов, которые не могли не разойтись в разные стороны от владений Олега вместе с путешественниками, купцами и отправленными на зачистку всякой дряни сотнями солдат, работала исправно, сообщая всем желающим как самые дикие сплетни, так и не подвергающиеся особым сомнениям истины. Например, что это одно из очень немногих мест во всем регионе, где сейчас есть дешевое продовольствие, принимающие любого страждущего больницы и практически абсолютная безопасность от обычных врагов и даже демонических прорывов, поскольку редко какая тварь отважится напасть на целую армию солдат и целых двух высших магов. Причем магов таких, что статус обычных магистров вроде как переросли, и переросли серьезно, ибо они…Вот дальше правду из простых людей мало кто знал. Но крохи информации от людей не сильно простых все же просачивались, а потому к победителям английского принца, убийцам архидемонов, разрушителям британским городов, великим древним архимагам, промышленным магнатам, способным первому встречному сотню летучих кораблей подарить по случаю своего хорошего настроения и прочим воистину мифическим персонам, в которых Олег и Святослав узнавали себя далеко не всегда, несмотря на многочисленные опасности пути тянулись люди как из Северной Индии, так и с сопредельных регионов. Кого-то приходилось выпроваживать восвояси, мысленно желая пустить ему пулю в спину, но куда большее количество народа так или иначе оставалось. А потому город рос и наполнялся новыми жителями. Но наполнялся быстрее, чем рос.

— Я ошибаюсь или в глобальном плане у нас как-то подозрительно давно не было ничего нового? — Осведомилась Анжела, с улыбкой поглядывая на толпу, расступавшуюся перед её телохранителями. Светловолосой волшебнице откровенно нравилось то, как расступается перед десятками закованных в латы боевых магов народ…Причем народ зачастую успевающий кланяться владельцам города прямо в движении, и даже кричащий в их адрес разного рода поздравления и благодарности. А вот её супруга такое поведение волшебницы, которая оставила детей на нянечек и приглядывающих за нянечками жен Стефана, раздражало…Но вида он старался не подавать, дабы не портить жене удовольствие от совместной прогулки под ручку с ней и Доброславой. Правда, деловой визит в промзону Нового Ричмонда имел не так уж много общего с романтикой, но учитывая насколько Анжела была расчетливой и практичной, ей подобное времяпрепровождение наверняка нравилось гораздо больше каких-нибудь уединенных прогулок под луной, во время которых ведьмочка бы всерьез опасалась нарваться на притаившихся где-нибудь на пути чудовищ и просто убийц, посланных врагами их семьи. — Европейцы грызутся с демонами, османы под руководством джинов собирают воедино все ошметки своей державы, которые твари не сожрали, а про то, что творится у вампиров или в Африке, куда тоже инфернальный армии вторглись, нам вообще ничего не известно…

— Вроде бы да, но сама понимаешь, мы можем ориентироваться лишь на слухи, которые приносят купцы и правдивость информации в доставленных контрабандой английских газетах двухнедельной давности. Последней чего-то стоящей информацией оттуда была новость о том, что оставшийся на месте Канберры и близлежащих земель пространственный разлом наконец-то стабилизировался, прекратив разрастаться и соединив наш мир с одним из астральных планов. — Олегу подобная ситуация не сильно нравилась, но куда и как впихнуть в состав подчиненных ему сил еще и информационно-разведывательное агентство, чародей просто не представлял. Шпионить за кем-нибудь одним, ну может двумя-тремя, было бы выполнимо. Кейто и её ученицы сейчас простаивали без достойного их талантов дела, если не считать попытки присматриваться к другим перспективным кадрам, за счет которых можно попытаться расширить импровизированную службу безопасности. Но охватить сетью своих людей континент или хотя бы парочку сверхдержав⁈ Подобное ему не потянуть даже близко. — Впрочем, если бы сильные мира сего действительно договорились о чем-то большем, чем друг другу в кашу не гадить жиденько, когда их общий дом горит, то демонические врата в Дрездене они бы закрыли первым делом. И это почувствовали бы все…Но — нет. Видимо носители корон до сих пор между собой ругаются и торгуются, желая получить максимальную выгоду за то, что будут в спасении собственной планеты участвовать.

— Даже не знаю, как к этому относиться, — хмыкнула улыбающаяся Доброслава, которой эта прогулка тоже, видимо, нравилась. Только она наслаждалась не реакцией народа, раздвигаемого телохранителями, а просто беззастенчиво хвасталась собой и Олегом, которого вела под ручку. — С одной стороны, когда закроют хоть одни врата, то всем точно станет спать спокойней…С другой, поскольку демоны сейчас грызть должны в основном Австро-Венгрию, задержка может оказаться нам на руку. Чем сильнее ослабеет кайзер и его вассалы, тем больше времени им понадобится для того, чтобы в следующий раз опять пойти в поход на восток. Опять же, император и бояре отложили в сторону вопрос возвышения тебя и Святослава, поскольку сейчас у них под боком такая проблема, а в окна и двери должны чуть ли не посменно стучаться немецкие дипломаты вместе с какими-нибудь папскими посланниками, уговаривая русскую аристократию прийти на помощь католикам, которые их совсем недавно так старательно убивали.

— Цинично…Но верно, — согласился с кащениткой Олег, кивая стоящему на контрольно-пропускном посту офицеру из числа ветеранов его отряда, что просканировал идущий в зону особого режима группу. Мало ли, что они выглядят как его начальство и сопровождающие их телохранители…Это может быть иллюзия или грим, и вообще порядок, в том числе порядок проверки входящих на территорию, где много взрывоопасных веществ, ценной техники и британских военнопленных — прежде всего! — Больше чем уверен, если бы армии сверхдержав решили совместно заняться проблемой демонов, да просто атаковали их с разных сторон не стреляя друг в друга и не держа в резерве по десятку архимагов на случай вероятно предательства соседей, то как минимум одними вратами в преисподнюю к настоящему моменту стало бы меньше. Но мы имеем то, что имеем и сейчас можем лишь надеяться, что чужая тупость и некомпетентность не окажутся для этого мира слишком велики. Во всяком случае, я не вижу, как наш отряд смог бы очистить от демонов Стамбул или Александрию. Доступный максимум — оказать поддержку чужим армиям, занятым этим благородным делом.

— Но не османским! — Тут же сделала важное уточнение Анжела. — Даже если они сменят название и станут называться каким-нибудь Халифатом Джинов. Иначе нам на родину проще будет просто никогда не возвращаться, ненависть к их людоловам абсолютно во всех слоях общества слишком уж застарела, всеобъемлюща и велика.

— Я бы вообще их пограбить ещё разок-другой оказался не против, — чистосердечно признался Олег, который всегда был бы рад направить своих бойцов на скорейшее уничтожение работорговцев, освобождение невольников и экспроприацию ценностей, которые давние деловые партнеры нижних планов успели накопить за те века, пока порождения преисподней являлись их лучшими друзьями. — К сожалению, удобных целей в относительной близости просто нет. Их города либо вырезаны тварями, либо основательно разграблены кем-то другим, либо содержать слишком большую концентрацию сил, чтобы мы могли разгрызть такой орешек без лишних потерь и чрезмерного риска. Кстати, мы уже почти пришли! Артефакторы у нас трудятся вооон в том здании…

Один из лучших цехов во всем Новом Ричмонде, тот где британские пленные мастера, завербовавшиеся к Олегу маги-ремесленники и многочисленные ученики настоящих специалистов, встретил хозяев города шумом, гамом и молотом, чуть было не прилетевшим Анжеле между глаз. Вернее, он бы в лоб девушки обязательно врезался, но её защитные амулеты могли бы и пушечное ядро не остановить, так отклонить, а уж про самый обычный кусок металла на деревянной рукоятке, не самый большой к тому же, и говорить было нечего. Впрочем, факт покушения на одно из самых важных лиц в городе никто толком и не заметил, поскольку практически все обитатели сей обители прогресса и высоких магических технологий были слишком заняты собой и своим ближайшим окружением.

Прямо рядом с входной дверью два джентльмена в нарядной, но несколько застиранной от повседневной носки одежде выясняются отношения на кулачках между собой в лучших традициях британского бокса. А телохранители-надзиратели этих англичан, вкалывающих на Олега не по доброй воле, но в счет своего выкупа, им не мешали, поскольку два боевых мага второго ранга душили друг друга, катаясь по полу, еще один закинул голову к потолку, пытаясь остановить льющуюся из носа кровь, а последний пытался снять со своего шлема жестяное мусорное ведро, но то на прочной металлической шляпке застряло крепко, и лишь пускало по плечам бойца ручейки стружек, опилок и прочего технического мусора, к которому примешивались какие-то огрызки и шкурки от бананов. Чуть дальше небольшая толпа молодых смуглых людей, очевидно выполняющая при мастерах функции принеси-подай-пошел вон и не мешайся, вооружившись большими палками дружно лупцевала какого-то негра. Негр умело прикрывал лицо щитом и вообще был облачен в самурайские доспехи, как и полагалось одному из ветеранов маленький частной армии Олега. В принципе, он мог бы перебить и перекалечить этих задиристых мальчишек очень просто, если бы схватился за висящий у него на плече автомат, но оружие в ход темнокожий громила не пускал, действуя исключительно ногами и кулаком свободной руки, благо те были бронированы не многим хуже чем грудь или живот. В дальней части помещения какая-то девчонка скакала по станкам как мартышка, спасаясь от группы явно собирающихся её линчевать преследователей, среди которых наблюдался ну просто полный интернационал, и швырялась в них инструментами. Менее активных участников беспорядков, которые сами кулаками и подручными предметами не размахивали, а жались к стенам и либо поддерживали происходящее азартно-гневными выкриками, либо робкими испуганными голосами просили своих коллег прекратить, было раз в пять-шесть больше чем забияк…Но происходящее всё равно решительно ни в какие рамки не укладывалось!

— Прекратить! — Потребовал Олег, с недоумением взирая на массовую драку…И остался проигнорирован, поскольку его голос просто потянул в гаме, криках и грохоте, с которым работала парочка молотящих вхолостую станков, которые по счастью еще никого не зажевали. А ведь сунуть руку куда-нибудь не туда или просто дать механизмам зажевать край одежды, в результате чего человеческое тело попадет между вращающихся шестерней, способных перемолоть его в кровавую грязь, было раз плюнуть! — Что тут у вас происходит⁈

Несколько человек заметили находящееся, мягко говоря, не в духе начальство и попытались докричаться до своих товарищей, участвующих в массовой драке, а то и кинулись спешно их разнимать…В результате чего оказались либо не услышаны, либо вообще получили по морде и оказались втянуты в драку, которая даже и не думала затихать! Причем Олег, по части конфликтов не без оснований считающий себя большим специалистом, никак не мог взять в толк — а что тут вообще происходит⁈ Он бы понял, если бы индусы попытались дружно начистить физиономии британцам, вспомнив о веках своего угнетения или там вольнонаемные специалисты поцапались с военнопленными по каким-то причинам…Попытка побега или злоупотребление со стороны охраны его бы тоже не сильно удивили, пусть даже в последнем случае бойцам и пришлось бы поменять оружие и доспехи на тюремную робу и кайло, которым они отныне станут камень дробить. Но здесь и сейчас морды били не из-за различия тех по цвету или из-за принадлежности тех к другому социальному слою Нового Ричмонда. Никаких очевидных маркеров, позволяющих отличить одних от других, не было! Складывалось ощущение, будто часть заключенных, охраны и гражданских специалистов просто взяли или накачали каким-то алхимическим озверином или там заразили вирусом бешенства…Но ведь разработок биологического или химического оружия Олег не вел! Тем более — такого! И почему тогда на большую часть присутствующих эта непонятная дрянь не зацепил…И почему, черт побери, они смотрят на это побоище как на нечто захватывающе-тревожное, но в целом обыденное, а не разбегаются кто куда через аварийные выходы или окна, громко зовя на помощь патрули, солдат и прочую охрану⁈

Оглушительный свист, от которого могли лопнуть барабанные перепонки, треснуть стекло и расшататься пломбы в зубах, заполнил помещение цеха, заставив практически всех забияк прекратить разборки между собой и схватиться за собственные уши. Лишь двое британцев, крутящихся у входа, так и продолжили друг с другом боксировать. Да, они были магами-ремесленниками, но магами они все-таки были, и магами далеко не самыми слабыми, а потому их организмы могли проигнорировать многое…Даже тот ужасный звук, который произвел один из телохранителей чародея, что засунул себе два пальца в рот и очень хорошо дунул, производя воистину ошеломительную волну воздуха. Впрочем, продолжить кулачный поединок им не дали, поскольку подскочившая к забиякам Доброслава не долго думая схватила их за шиворот и впечатала лбом друг в друга. С такой силой, что обоим волшебникам обеспечила как минимум сотрясение того серого вещества, которое в их головах старательно притворялось работающим мозгом.

— Я думала, у вас тут на производстве скука смертная, а оказывается и здесь народ умеет как следует повеселиться! — хмыкнула не утратившая инстинктов оборотня девушка, с интересом оглядывая замершее прямо на середине драки побоище и широко раздувая ноздри, вдыхая воздух, наполненный запахом свежей крови. — Может, мне тоже в артефакторику податься?

— Простите, о несвраненная и прекраснейшая дочь луны… — Несколько высокопарно и с заметным акцентом обратился к ней лежащий на полу седеющий мужчина лет сорока пяти, которого до этого все игнорировали, поскольку участия в драке он не принимал. Просто лежал на полу и баюкал свою коленную чашечку…Сломанную, судя по тому, что Олег мог видеть по его ауре, принадлежащей то ли сильному ведьмаку, то ли ученику все-таки. — А за какую команду вы болеете? Армейский магазин или все-таки Трудяги фронта?

— Ёооо… — Протянул Олег, до которого при помощи ясновиденья наконец-то все-таки дошло, что он видел. И создал. Причем, в общем-то, собственноручно. Никто его ни о чем таком не просил и уж тем более не заставлял, но чародей сам подсуетился. Пытался нормализовать отношения между своими подчиненными и прочими жителями, сплотив воедино таких разных людей при помощи общих увлечений, а именно спорта. Неизбалованный доступными зрелищами народ затею оценил, как и быстренько возведенный из уплотненного до каменной прочности грунта стадион, вход на который облагался чисто символической платой, сравнимой с половиной кружки дешевого пива…Но с учетом численности зрителей позволял радовать победителей матчей очень даже неплохими суммами! — Фанаты…И, пожалуй, уже даже немного фанатики…

Глава 12

Глава 12

О том, как герой отмахивается от сомнений, добивается несомненного успеха и не видит проблем в усилении потенциальных противников.

— Дык, Олег, а ты уверен, шо оно тута вот прямо усё-усё так как надо сделалъ? — Выразил терзавшие его опасения Святослав, изучая созданную посреди свежескошенного поля конструкцию. Выглядела та на взгляд бывшего крестьянина явно сомнительно…И дорого, очень дорого. Длинные и широкие пластины стекла, покрытого тончайшей паутинкой серебряной проволоки и ярко блестевшего на солнце, вытянулись в разные стороны на сотни метров, раскинувшись в разные стороны подобно лепесткам какого-то диковинного цветка. Роль объединяющего их вместе венчика исполняли двенадцать разложенных правильным кругом толстых золотых дисков метрового диаметра, украшающих торец каждой из толстых, но совершенно прозрачных пластин того, что еще пару дней назад было просто песком и парой ведер дополнительных алхимических присадок. Покрытые рунами артефакты соединялись друг с другом толстыми золотыми же канатами энерговодов…И получившийся ансамбль несколько странно смотрелся на фоне проглядывающей между полосами стекла свежей зеленой травки, местами покрытой подсохшими коровьими лепешками. Хотя, возможно бывшего крестьянина настораживала возвышающаяся в центре этого круга маленькая пирамидка из покрытых таинственными символами золотых кирпичей, к которой и сходились все жилы драгоценного металла. Или утащенные из хозяйственной части военного города деревянные вилы, воткнутые в центр сей магической конструкции. А может быть примотанные к их черенку при помощи бечевки крупные и чистые, пускай и грубовато ограненные бриллианты числом десяток штук, каждый из которых не только светился изнутри от наполняющей его силы, но и был примерно размером с фалангу пальца.- Дык, а ежели оно вдруг того…Долбанет?

— Что значит: «ежели»? — Перевел взгляд Олег на своего друга, отвлекаясь от третьей по счету проверки правильности расстановки золотых дисков. Ведь по итогам второй один из них пришлось таки передвинуть к северу на целых полтора миллиметра! — Я для чего столько времени без сна и отдыха корячился в компании с местными ювелирами и отрядом пленных британцев-артефакторов⁈ Конечно, долбанет! Мы для того эту фигню и сварганили!

— Святослав имеет в виду, что этот твой прототип магического метателя, работающего на стихии света, может вместо того, чтобы выстрелить, просто взять и взорваться к чертям собачьим. — Пришел на выручку бывшему крестьянину Стефан, опасливо выглядывая из-за большого ростового щита, больше напоминающего металлическую дверь от какого-то бункера. Зачарованную, естественно. На недостаток физической силы бывшей татарин и раньше не жаловался, а с тех пор как начал метаморфзим понемногу осваивать и вовсе смог бы поднять над головой грузовик, если бы вдруг нашел его где-то в Северной Индии. — А там, на травке, между прочим, годовой бюджет какого-нибудь маленького городка лежит, и летучим кораблем погоняет. Кстати, а почему он на травке лежит, а не в подвале каком-нибудь? Укромном и безопасном…

— Ну, стекла не жалко, а серебро испариться может, но с золотом-то уж точно ничего не случится. Даже если вдруг действительно будет взрыв, то пластины-конденсаторы максимум порвет на клочки и разбросает…Собрать с поверхности земли металл с такой характерной энергетической сигнатурой, а после переплавить и использовать повторно, проблем для мага моего уровня не будет. — Не без гордости усмехнулся Олег, что мог бы теперь найти иголку среди стога сена даже без спичек и миноискателя. Просто заставил бы приползти к себе железо, воспользовавшись геомантией. Прямой контроль грунта, камней и прочей породы, ну или её производных в виде очищенного железа, был штукой сложной и дико затратной…Но одаренный шестого ранга мог позволить себе и не такие фокусы, особенно если не в бою. Пусть девяносто пять процентов энергии уйдет в никуда или впустую переворошат округу, но оставшиеся пять-то потихоньку будут делать свою работу, стягивая к нему нужный сорт металла медленно, но неуклонно! — Алмазы сгореть могут, если фокусировка энергии грубо нарушится, это да…Но вроде не должна. И я, наверное, успею отключить подачу насыщенного эфира вовремя. А если вдруг не успею — у нас таких алмазов еще пара ведер найдется. Ну а в подвале испытывать сию конструкцию решительно невозможно, вы что! Тут же вся соль в том, чтобы повторить на нашей производственной базе те орудия, которые американцы в свои небоскребы ставят, заряжая прямо от солнца.

— Дожили, дык…- Возвел глаза к далекому небу бывший крестьянин. — Алмазы волшебные, стал быть, ведрами мерям и называем, значица, фигней…И пускаем, стал быть, на прибамбасы магические, шобы потома небоскреб из стекла и стали вокруг них городить…

— Не, ну без небоскреба, пускай даже и каменного в своей основе все равно не обойтись никак, — почесал в затылке чародей. — Или хотя бы замка с большой и толстой центральной башней, обшитого стеклянными панелями. Луч, он же будет по прямой бить, а нам зона поражения хотя бы в пару десятков километров нужна. Но лучше — больше. Опять же вторичные накопители, куда будет сливаться энергия из лежащих тут первичных, надо где-то разместить…И забронировать. А еще разместить систему зеркал так, чтобы на эти диски падало как можно больше естественного света, однако же не доводя золото до температуры плавления…

— Олег, а ты точно ничего не забыл? — Посмотрел на него Стефан, для большей доходчивости постучав пальцем себе по голове, вернее по прикрывающему её шлему. — На кой черт такой бастион возводить с золотой начинкой и брильянтовой присыпкой, если мы отсюда все равно уйдем, и с собой его не утащим…

— Почему это не утащим? Утащим! Демонтировать первичные системы и вторичные накопители — намного проще, чем правильно их на положенное место впихнуть. Дня за два справимся, а если будем сильно торопиться и наплюем на возможные мелкие повреждения артефактов — часа за четыре управимся. — Не согласился с его мнение Олег. Лично он никаких проблем в использовании подходящих материалов не видел, хотя и признавал, что они дорогие. Но эффективные же! Золото не просто так называли солнечным металлом и для того, чтобы проводить, накапливать или выпускать из себя энергию света оно подходило как нельзя лучше! Вообще идеальным стало бы использовать самородное золото холодной ковки, но в связи с низкой квалификацией доступных мастеров чародей столь дефицитный ресурс тратить не стал, пусть даже тот и имелся у него теперь в достаточно количестве, чтобы обрушить рынок какой-нибудь не сильно крупной страны. Ведь заплатил-то он владыке Возрожденной Российской Империи в основном самыми банальными деньгами из своих запасов. Оценка сокровищ по справедливости дело сложное, особенно если занимаются им чиновники государственные, а вот обменный курс рубля на фунты, дублоны или гинеи тверд и более-менее постоянен. Ну а ворованные сокровища чародей лучше где-нибудь на московской бирже реализует…Или просто оставив в подвале лежать, пока свои собственные артефакторы не заведутся. Самродки, это же консервы, протухнуть не должны… — Да и сам небоскреб переместить…Выполнимо. Теоретически. Между тем, чтобы поднять в воздух крепость и броненосец, такой уж принципиальной разницы нет, поскольку обе эти фиговины сами по себе подняться в воздух и уж тем более держаться там не могут ну вот никак!

— Однако, шой-то летающих городов я в небе не вижу, дык, — заметил Святослав.

— А у них по сравнению с кораблями из преимуществ — одни понты. — Пожал плечами чародей. — Если не крепить их к скале или какой-нибудь металлической пластине-основе, которую и архимаг не раздоблает, то такую конструкцию относительно легко разорвать на части. Плюс плохая аэродинамика, низкая скорость, неприлично высокий расход топлива…Любой у кого есть мозги поднимет в воздух какой-нибудь мега-дредноут, но никак не свою любимую башню. Но, повторюсь, теоретически — это возможно! Все упирается исключительно в доступные запасы энергии, а как раз аналог искусственного магического источника мы тут и мастерим благодаря древним армейским методичкам по созданию полевых эрзацев нормальной инфраструктуры из золота, палок и прочих подручных материалов…

— То есть вон те вилы — это тут не случайно? — Вытаращился на него из-за своего переносного укрытия Стефан. — Палки — это обязательный элемент конструкции, который еще маги Гипербореи в схему ввели⁈

— Предохранитель, — кивнул Олег, последний раз проверяя свою работу, а после отходя назад и на всякий случай прикрываясь барьером. — Если что-то пойдет не так, и паразитные потери энергии превысят расчетные параметры, хорошо высушенное дерево сгорит первым и разомкнет цепь, тем самым прерывая работу всей системы…

Активация артефактов была заметна сразу и издалека. Вокруг раскинутого по полю стеклянного цветка стало заметно темнее, словно наступила не ночь, так по крайней мере глубокие сумерки, поскольку практически весь свет в радиусе как минимум двух-трех квадратных километров теперь втягивался в лежащие на земле золотые диски сверкающими потоками энергии, на которые было больно смотреть. В магическом диапазоне при должном старании и чувствительности можно было различить, как прямо в воздухе уплотняются воедино мельчайшие частички той энергии, которой так щедро делилось Солнце. Частички эти сближаются друг с другом и образуют подобие сияющих нитей. Ну а нити как раз и втягивались в артефакты, сделанные по древним инструкциям, причем не просто так, а в каком-то сложном математическом порядке, который вряд ли случайно возник. Сначала немножко энергии поглощала одна пластина, потом другая и так они работали по кругу, организуя непрерывно работающий цикл.

— Дык, не помню, чтобы американские небоскребы показывали, стал быть, нечто похожее, — поделился своим мнением Святослав, прикрывая глаза растопыренной пятерней, но всё равно с огромным интересом взирая на работу получившейся конструкции. — Мож все ж таки того…Разные, значица, там системы?

— Это ты их в процессе активной зарядки не видел, поскольку накопители стараются держать полными или хотя бы полупустыми, — заверил Олег своего друга, не отвлекаясь от работы с золотыми пластинами, которые для своей активности поглощали не только солнечный свет, но и магическую энергию самого чародея. В пассивном режиме эти пластины внимания по-настоящему сильного одаренного не требовали, хватило бы им опытного ученика, да и подобного затемнения они тогда бы не устроили…Но процесс сбора энергии света для выстрела грозил растянуть на несколько суток как минимум. А проверить работу созданной по чертежам из ворованных книг установки он все-таки хотел именно сегодня! — На сумрак, царящий временами у подножия этих сверкающих башен, даже в газетах жаловались не раз…Хотя может системы все-таки и разные. Но жахнуть светом из этой — точно можно!

Самый нижний из брильянтов, установленных на деревянном предохранителе, уже налился в дополнение к своему естественному магическому внутреннему сиянию добавочной порцией солнечного света, показывая, что активация системы артефактов в боевом режиме должна быть возможна. И Олег не стал её откладывать, решив протестировать свое творение на минимальной разрушительной мощности. Его воля заставила каждую из дюжины пластин извергнуть из себя лишь недавно впитанную энергию, что по жилам энерговодов побежали к пирамидке из золотых кирпичей, а вернее покрытых рунами прямоугольных блоков эти самые кирпичи лишь напоминающие. Устройство, предназначенное для фокусировки и направления концентрированного света стало светиться, как в общем-то и ожидалось, наполняясь мощью…А потом с легким хлопком основание деревянных вил, чья рукоять была со всем прилежанием помещена в специальный паз, разлетелась мелкими обугленными щепками!

— Ну, это успех! Несомненный успех! — Обрадовался Олег, силой мысли ловя верхнюю часть разрушившегося деревянного «предохранителя», к которой в нужных местах были прикреплены волшебные бриллианты. — Система сбора энергии работает нормально, с накоплением и передачей мощности к фокусировочному узлу проблем тоже нет…Только в чертежах самого орудия мы что-то неправильно перевели или просто при изготовлении напортачили! Но ничего, озадачу артефакторв, вооружусь копиями оригинальных текстов, и рано или поздно с проблемой мы разберемся…

— А что потом с этими артефакторами делать будем? — Выбрался из-за своего переносного укрепления Стефан. — Ну, с английскими я имею ввиду. Отпускать их после того как они поработают с нашим главным козырем это как-то…Ну…

— Ничего нового английским лордам или британской разведке они всё равно не сообщат, — отмахнулся от его опасений Олег. — Про то, что мы летали в Колыбель Монстров и вернулись оттуда с богатыми трофеями, в том числе книгами, в Буряном не знает только ленивый. Да и вообще, небоскреб с установленными там системами по сбору солнечного света, идентичный сотням уже существующих аналогов, спрятать не получится при всем желании. Так смысл секретность городить?

— Дык, шобы враг не знал, шо конкретно у нас тута установлено? — Встал на сторону сибирского татарина Святослав. — Такие ж системы, наверное, оно того, разные бывают…С разной, значица эффективностью, дальнобойностью, боевой мощью…

— Аргумент, — признал Олег, осторожно приближаясь к прекратившей свою работу системе артефактов и изучая её на предмет поломок. Явных дефектов он вот так сходу найти не мог, а значит, следовало провести осторожный демонтаж и углубленный анализ, дабы выявить то место, в котором энергия повела себя не так, как нужно. — Но аргумент сильно так себе. С учетом подозрительной схожести древних схем и описания работы большинства американских небоскребов, общее представления о возможностях подобных систем у наших потенциальных противников будет иметься и так! У любых противников, включая даже демонов, ибо со времен Гипербореи они наверняка не один десяток раз по зубам от подобных орудий получали, и те, кто сумел выжить и успел сбежать, молчали о своих впечатлениях вряд ли.

В том, что древние цивилизации разработали целые системы артефактов, работающие с энергией света, а современные техномаги то ли скопировали их чертежи, то ли сами разработали аналоги данной системы, не было ничего удивительного. Нежить в своей войне активно использовала и Атлантида, и Гиперборея, а потому эффективные средства противодействия ей не могли не появиться. Вдобавок даже до начала организованных и массовых вторжений в этот мир именно демоны отвечали за семь из десяти прорывов из иных планов реальности. Слишком уж интересовали их смертные в плане источника мяса, жизненной энергии и душ, чтобы всякие копытные и рогатые уроды сидела на попе ровно и не доставляли людям лишних проблем. И современники Кащея, скорее всего, страдали от подобных непрошенных гостей не сильно реже, чем те, кто окружал Олега пару лет назад. Вдобавок на втором месте частоты нападений обитателей иных планов, пусть и с заметным отрывом от лидера сего неприятного рейтинга, находились обитатели плана смерти, отличающиеся от рукотворных покойников или призраков не слишком значительно. Не то, чтобы они живых людей любили меньше демонов в гастрономическом смысле слова, но зато страдали некой, скажем так, пассивностью, и обычно сами никуда первыми не лезли…Если их не пригласить или просто не устроить масштабной бойни, во время которой реки наполненной праной крови сразу во все стороны текут. Потому и несли подобные твари ответственность всего процентов за пятнадцать-двадцать вторжений. Остаток практически полностью приходился на элементалей и прочие стихийные сущности, но то были одиночки, может стаи или стада, пускай и крупные, а вот именно организованные армии их не вторгались практически никогда. А просто на этой планете ничего особо не интересовало разумных существ, проживающих в измерениях, где всё и вся есть огонь, вода, земля или воздух. Реже были лишь обитатели иных миров, которым данный слой реальности подошел бы столь же идеально, как их родина, поскольку они по большому счету ничем не отличались…Почему — Олег не знал. Но планировал однажды выяснить.

Глава 13

Глава 13

О том, как герой находит посреди своей постели труп, получает щедрую отдачу и оказывается ошарашен задачей божественной сложности.

По мнению большинства окружающих особняк, занятый ныне фактическим хозяином Нового Ричмонда, был непозволительно мал, беден и плохо защищен для резиденции аж целого магистра. Но Олег Коробейников был с этим решительно не согласен! Во-первых, по соседству теперь жили исключительно его самые лучшие и доверенные офицеры, а потому в случае каких-то явных проблем, например звуках активной стрельбы или внезапного начала бомбардировки огненными шарами, вокруг жилища чародея должна была появиться солидная группа поддержки через считанные десятки секунд, потребовавшиеся бы ветеранам на то, чтобы схватить оружие. И за пару минут она бы разрослась до маленькой армии. А во-вторых, большая часть этого здания всё равно оставалась нежилой кроме тех случаев, когда туда приходили званые гости. Еду туда приносили сами хозяева, причем уже готовую, каждый раз навещая повара в каком-нибудь случайно выбранном ресторанчике. А пыль и грязь под взором достаточно талантливого мага сама снималась со своего места, чтобы незамедлительно последовать к выходу. По пустым коридорам и комнатам гуляли в основном сквозняки, особенно в ночное время и особенно на пути в хозяйскую спальню. Богато обставленную, большую, полную магических книг и зачарованных побрякушек, некоторые из которых были сделаны из чистого золота, украшенного ограненными драгоценными камнями, а потому стоили целое состояние…Но пустую. Если многочисленных ловушек не считать.

Благодаря своим познаниям целителя и природе тела высшего мага, к законам биологии относящегося лишь постольку-поскольку, Олег спал довольно мало. Пару часов раз в пару дней. Мог бы делать это и реже, но совсем отказываться от данной человеческой привычки ему было психологически некомфортно, да и растерять свою человечность чародей как-то не желал, а потому регулярно выделял в своем тесном графике время на отдых. Правда, с некоторых пор делать предаваться данной слабости он старался исключительно во внеурочное время, например в разгар рабочего дня, время для всяческих ассасинов традиционно неурочное, ибо больно уж много посторонних личностей может их случайно заметить и тем всю работу поломать. И даже так Олег предпочитал отключаться там, где за ним есть кому присмотреть и там, где его искать будут далеко не в первую очередь. Например, под кроватью у своей любовницы…Или жены. Уж туда-то в поисках её законного супруга нормальные люди в последнюю очередь заглянут, не так ли? Во всяком случае, если не владеют площадными сканирующими чарами. Или владеют, но не такими, которые могли бы преодолеть созданный там изолирующий контур и пару десятков его двойников, раскиданных по более очевидным и более презентабельным укрытиям. Была еще мысль затолкать туда бронированный саркофаг, но после некоторых колебаний чародей решил от неё все-таки отказаться. Во всяком случае, пока.

Олег допускал, что со своей паранойей временами немножечко перебарщивает…Ну, так, самую чуточку…Даже с учетом того, что его в этой жизни далеко не один раз пытались убить в результате покушения, самым наглым образом обворовать, подставить подбросив какие-нибудь улики…Последний тип неприятностей после обретения боевым магом боярской шапки стал менее актуален, ибо если в руках высшего мага вдруг внезапно обнаружилась чья-то окровавленная голова, то по мнению любого правозащитника этого мира проблема в том была исключительно у головы. Однако вот вероятность появления в его жилище иных непрошенных гостей, причем гостей профессионально подготовленных к свершению разного рода злодеяний, по мнению опытного боевого мага возросла как минимум на порядок. Для сильных мира сего самолично устранить истинного мага, пусть даже с претензией на нечто большее, было бы также просто, как раздавить выбежавшую на середину комнаты мышь или вообще таракана прихлопнуть. Любой архимаг при желании справился бы с этой задачей шутя…А вот официально признанного магистра они бы убивать стали, скорее всего, иначе. Ведь это уже не какая-то там никчемная мелочь, способная испортить настроение исключительно своими слишком уж размазавшимися кишками, а как минимум маленькая ядовитая змейка, имеющая шансы больно цапнуть. А может быть не просто больно, а даже смертельно…И потому послать разобраться с проблемой кого-нибудь другого, а именно грамотно обученного киллера, для рассчитывающих жить вечно одаренных седьмого-восьмого ранга, настроенных к Олегу враждебно по той или иной причине, было бы вполне логичным и даже напрашивающимся решением.

Яркая вспышка света, источник которого был вделан в днище кровати в виде лампочки, пронзительный тревожный писк сигнализации и даже легкий разряд тока, пробежавший по проложенному в полу проводу, мгновенно пробудили Олега от сонного забытья, заставив кубарем выкатиться из своего укрытия, в последний момент хватая подложенные под голову топоры…Но драться в спальне Анжелы было не с кем. Ну, если не считать его собственной супруги, пытавшейся воевать сразу на два фронта. С Игорем, который пытался стукнуть собственную сестру большой ложкой и Надеждой, что старательно заплевывала собственного брата манной кашей. Впрочем, бушевавшая еще секунду назад баталия была немедленно прекращена, поскольку напуганная резкими звуками девочка сморщила лицо явно собираясь заплакать…И не успела, поскольку отец наложил на неё чары сна. И на своего старшего отпрыска тоже, на всякий случай. В опасной ситуации лучшее, что могли бы сделать ребятишки — так это не отвлекать, не издавать лишних звуков и не лезть куда не просят, а потому Олег обеспечил им тихий спокойный отдых часа на три-четыре. А дальше угроза либо исчезнет, либо дети в лучшем случае станут сиротами, если специально искать и убивать их противник не собирается.

— Спальня! — Ворвалась в дверь Доброслава, едва не получив в лицо стрелой серебряного пламени. Впрочем, испортить боевые чары магии астрала, которые в последний момент сумела затормозить в воздухе Анжела, кащенитке-изгнаннице сумели бы разве только макияж. Купальник, якобы надетый на девушке, являлся частью тела метаморфа,а вот краситься она по какой-то неподвластной Олегу логике предпочитала по старинке. — Ловушки грохнули в главной спальне!

— Не зря ставил, — позволил себе ухмыльнуться Олег, который потратил долгие недели на собственноручное превращение своего дома в настоящую западню для непрошенных гостей…Хотя дети и были очень недовольны тем, что им теперь нельзя носиться и играть нигде кроме нескольких коридоров и десятка комнат, в то время как куда-то еще нельзя было попасть благодаря дверям с очень высокими и очень тугими ручками. Однако чародей считал это вполне приемлемым компромиссом с повышенной безопасностью. Все-таки как артефактор, техномаг и механик он пока еще выдающихся успехов не добился и не мог сделать так, чтобы своих его ловушки игнорировали. Они и для неизбирательного использования-то против подготовленных диверсантов могли оказаться недостаточно хороши…Если бы не некоторые хитрости, про которые жители магически развитого мира если и знают, то подумаю вероятно в последнюю очередь. — А вы еще бурчали, что я от чрезмерных нагрузок надорвался и теперь помаленьку с ума схожу…

С громким стуком двери, которую видимо снесли с петель, новыми тревожными визгами сигнализации, бряцаньем железа и приглушенной руганью, почти перебивающей чьи-то команды, в дом ворвались дежурящие снаружи бойцы, которым сегодня выпало в лотерее нести караул рядом с домом Олега. И это порядком подняло чародею настроение даже несмотря на то, что ему теперь убирать там, где они натопчут и делать ремонт. Все-таки десяток тяжелобронированных боевых магов, пусть и низших рангов, весьма серьезный аргумент в споре практически с кем угодно, а какого-нибудь умеренно высшего вампира или средней руке демона они и без посторонней помощи на клочки разорвут. Вот с одаренным пятого или шестого ранга или их аналогом могут не справиться…Но тот и сам ввязываться в драку, скорее всего не будет, ведь Олег-то с ними пойдет, увеличивая совокупную мощь группы в несколько раз. И их задачей будет всего лишь потянуть время, пока на шум подтянутся другие бойцы, и поднятый по тревоге Святослав не прилетит спасательной сверхзвуковой ракетой…

— Ой, всё! — Отреагировала Анжела на критику мужа непобедимым женским аргументом. — Иди проверяй, кто там нашумел и не сбежал ли он ещё…

— Вроде не сбежал, — нахмурилась Доброслава. — Я шаги сверху слышу…Теперь — слышу, а вот раньше их точно не было!

— Смертник, которому легче сдохнуть прямо тут у нас, чем пуститься наутек? — Нахмурился Олег, мгновенно предположив самое худшее. В душе у чародея даже на миг шевельнулось сожаление, что придется попрощаться с особняком, который ему в общем-то начал нравиться или по крайней мере его верхними этажами…Но оно почти сразу же оказалось задавленно интуицей. Дар оракула почему-то сообщал своему обладателю, что сегодня делать капитальный ремонт здания ему будет не нужно. И вообще драться не придется. — Ладненько…Посмотрим, кто там у нас. А вы пока наружу давайте с детьми…Только осторожней! Вдруг именно этого от нас и добиваются?

Однако как оказалось сработавшая система безопасности хоть и подала сигнал тревоги не зря, но волноваться не было причин. Или вернее было попросту бессмысленно. Осторожно вошедший во вроде как свою спальню Олег обнаружил аж сразу двух непрошенных гостей, одним из которых являлся самый натуральный живой мертвец, усевшийся на наиболее крупный из обломков кровати. Но если бы этот упырь, с ног до головы замотанный в зачарованные цветные тряпки, хотел причинить чародею вред, то его бы не остановили ни потихоньку скапливающиеся у здания войска, ни сам одаренный шестого ранга, ни даже скорое прибытие аж целого архимагистра. Ибо все это дальнему родичу Кровавых Богов было в прямом смысле слова на один укус. Впрочем, как и королю йогов, сейчас внимательно изучавшему человеческие останки, лежащие посреди подорванной миной кровати.

— Кровь вроде твоя, и плоть, и даже кости… — Хмыкнул сильнейший архимаг Индии, изучая представший перед его глазами неаппетитный натюрморт. Каких-либо заметных изменений на нем после произошедшего лечения не было, и со стороны Манидер Садхир все так же напоминал какого-то уличного босоного бродягу, еще и горбатого притом. Разве только лицо и одежда у него не были покрыты въевшейся грязью, а просто цвет такой имели, но чтобы заметить это требовалось быть ну просто очень наблюдательным человеком, а свою ауру, способную настроить на вежливый лад какой-нибудь рыцарский орден, полный отмороженных головорезов и возглавляемый аж настроившимся на победоносные завоевания королем, король йогов успешно прятал. — Научился создавать себе полноценных живых клонов?

— Увы, это не более чем мясная марионетка, пусть даже дышащая и созданная на моей основе, — честно признался Олег, отсылая прочь своих бойцов, и крепко накрепко закрывая за ними двери. Уложенного в свою постель двойника он собрал из того, что всегда под рукой. Себя. Благо регенерировать пару-тройку килограмм плоти в день, а после сложить все лишние кусочки в правильном порядке, ему было даже проще, чем разобраться с ежедневными же объемами документации. Которая, казалось, то ли научилась размножаться делением прямо в стопках, то ли регенерировать научилась куда той гидре. — У меня даже с созданием работающего подобия головного мозга проблемы, не говоря уж о том, чтобы его на какие-то действия программировать или как-то иначе направлять…

— Как подсказывает мой опыт наблюдения за целителями, химерологами, магами жизни и прочими вашими коллегами, рано или поздно у вас получится. — Только и сказал архимаг Баломохан владельцу разгромленной спальни, поправляя бинты на лице, скрывающие его уродливый облик упыря. Вероятно сработавшие меры безопасности все же нанесли ему определенный урон…Психологический. Пусть самоконтроль этого немертвого мага следовало признать идеалом, на который всем прочим надо было равняться, но не отвлечься на покрывающие тут все и вся брызги крови, вкупе с прочими обрывками фальшивого Олега, он не мог. Инстинкты нежити мешали, требуя валяющиеся вокруг и стремительно портящиеся вкусняшки как можно скорее заграбастать и сожрать. — А вот задумка с окружающим кровать трехслойным защитным барьером на основе энергий смерти, хаоса и света, способным остановить практически всех непрошенных гостей и оставшимся мешающим сходу просканировать лежащего на ней человека, неплоха…Особенно в связке с ловушками, которые сработать были не должны, поскольку я их блокировал. Но все же сработали. Как вам это удалось?

— Чистая механика, мешающие её обнаружить слабенькие негаторы и психологическое отвлечение с первым очевидным и вторым скрытым слоем защиты, который при должном старании все же можно найти. — Олег покосился на закрытую дверь помещения, но решил, что сейчасих прослушивать вряд ли станут. Если в числе охраняющих его солдат и есть какой-либо шпион, то под взглядами взбудораженных сослуживцев и с наличием под боком сразу двух архимагов он будет вести себя тише воды и ниже травы. — Здесь ожидают найти хитрющую магическую защиту, и здесь есть хитрющая магическая защита. Максимально доступного для меня уровня, с учетом тех артефактов, которые получилось украсть или купить. А вот нажимные плиты в полу, под которыми скрыты очень хрупкие ампулы с взрывающимся от воздуха составом, детонация которого и запускает в ход прочие меры защиты от непрошенных гостей, заметит далеко не каждый.

— С теми, кто предпочитает передвигаться не касаясь ногами земли, чтобы следов не оставлять, это не сработает, — имитировал тяжелый вздох ну очень человечный ходячий труп, прославившийся помимо всего прочего степенью своей паранойи. И хотя Олег очень его уважал за высокие моральные качества, но информацию о том, что планирует насытить свой дом ещё и датчиками движения, а может быть и объема, сразу же как сумеет реализовать их на местной технической базе, пусть изготовленной при помощи волшебства, но не содержащей в себе активной магии, решил скромно умолчать. На всякий случай. — Однако сегодня я решил слегка проветриться не только затем, чтобы избавиться уже от этого надоедливого идиота и полюбоваться на систему защиты этого жилища, которую можно назвать в целом…Адекватной. Для вашего уровня, так и вовсе неплохой.

— Что-то не так с поставками, которые передали вашим людям? — Нахмурился чародей, поставивший архимагу-затворнику несколько сотен самых разнообразных товаров первой и не очень первой необходимости, от банального зерна и до тщательно законсервированных органов сильных обитателей нижних планов, почти достойных зваться высшими демонами. К огромному разочарованию как Олега так и самого Баломохана создать идеально защищенное от опасностей внешнего мира и вместе с тем обладающее полной самодостаточностью убежище не получилось даже у этого живого реликта, родившегося, умершего и восставшего из мертвых намного раньше чем начнется тот исторический период, который европейцы теперь горделиво называют: «наша эра».

— Нет-нет, количество и качество поставленных товаров находится на должном уровне, — успокоил своего поставщика ходячий труп, который хоть и умел идеально держать себя в руках, а также избегал бессмысленного насилия, но вряд ли хоть кому-то хоть чего-то просто так прощал. И вряд ли виной тому были инстинкты немертвого, скорее уж воспитание, способное даже из вечноголодного упыря сделать приличного человека. — Дело в другом. Я не только провел собственоручное испытание вашего метода добычи ихора морских принцев, но и закончил анализ тех текстов, что были мне направлены. Результаты…Неожиданно хороши.

— В переводе на нормальный язык это означает, что он готов прыгать до потолка от радости, и от избытка чувств неделю назад даже напился вдробадан, только сегодня более-менее протрезвев… А не то мы бы прибыли сюда на неделю раньше. — Сдал своего старого знакомого и проверенного делового партнера король йогов, ехидно скалясь. Улыбки его не сбил даже укоряющий взгляд дальнего родича Кровавых Богов, что чувствовался даже сквозь покрывающие голову упыря зачарованные бинты. И наверное проблем доставить простому человеку мог не меньше, чем направленный поток радиации. Во всяком случае, чувство опасности Олега ощутимо так шевельнулось, пусть даже целью негодования немертвого архимага был ну вот совсем не он. А дар оракула посоветовал сменить в этой комнате обои…И стенку, рядом с которой стоял горбатый индус с повадками матерого сетевого тролля и толстокожестью, достойной как минимум тяжелого броненосца. — Очень уж ему понравился и внезапно образовавшийся избыток ихора в количестве пятикратно большем, чем когда либо удавалось добыть его прожорливому брюху, и кое-какие формулы, вычитанные в твоих книжках.

— Я должен послать королеве британской благодарственное письмо за то, что она так долго удерживала меня вдали от твоего сомнительного чувства юмора! — Прошипел немертвый архимаг, но потом все-таки смог взять себя в руки. — Мои извинения за эту несдержанность… Но да, копии текстов Гипербореи, что вы предоставили, содержали неизвестную ранее мне информацию…Не всю, конечно же! Что-то было известно с древности, возможно той самой, когда писались оригиналы полученных вами книг, что-то открыли относительно недавно и не смогли утаить от такого пытливого и терпеливого ума как я…

— Это было ожидаемо, — пожал плечами довольно улыбнувшийся чародей, который мгновенно простил непрошенным гостям устроенный разгром и необходимость заново возиться с установкой ловушек. По всем признакам отдача от переданной архимагу-затворнику информации ожидалась солидная…Даже несмотря на то, что в руинах подземного города царства Кащеева получилось спереть далеко не все секреты древней Гипербореи и даже не большую их часть. В конце-концов, они тогда ограбили всего лишь школу, ну пусть аналог высшего учебного заведения, а не какой-нибудь главный государственный архив, куда были сведены знания общеупотребительные, секретные и даже запретные. Соответственно многие изложенные там тайны магической науки если и не были пронесены сквозь века, то оказались просто открыты заново. Возможно, даже не один раз и самыми разными людьми из-за глупой привычки аристократов этого мира засекречивать всё, что могло бы дать им преимущество. — Но что-то полезное вам, я так понимаю, там все же попалось?

— Да, — признал архимаг-затворник, который выгодно отличался от многих своих коллег тем, что всегда предпочитал платить по счетам. — Я думаю, что должен вам четыре незначительных одолжения, ибо найденные мною схемы ритуалов были немного лучше известных аналогов. Более выверенные или менее искаженные многочисленными периписчиками…Парочку малых одолжений, ибо найденные там чары малоизвестны либо вообще утеряны, но лично мне пользы особой не принесут — второй-третий круг, да вдобавок стихийные они, сами понимаете. Хотя свое возьму с перепродажи, может кому из учеников иных моих деловых партнеров пригодятся…Одно одолжение будет без сомнения существенным, ибо копия дневника мага, получившего власть не над каким-то видом энергии, а над самой концепцией тишины, это по меркам нашего мира большая редкость, причем я почти наверняка смогу эти знания использовать не сейчас так лет через тысячу…И ещё одно одолжение, то самое из-за которого я прибыл сегодня лично и даже несколько утратил над собой контроль неделю назад будет очень-очень серьезным. Можно даже сказать, я сделаю почти всё, что угодно. Например, помогу выиграть какую-нибудь войну, поделюсь практически всеми копиями своих исследований, выделю вам собственный дом в принадлежащей мне пространственной складке…

— Благодаря какому-то редкому диагностическому ритуалу, который в Гиперборее использовали для проверки, настройки и калибровки своей высшей нежити, этот гнилой зануда наконец-то выяснил, как ему решить свои проблемы с душой. — Соизволил дать несколько более развернутое объяснение король йогов. — Оказывается он не может потихоньку обзавестись новой, подобно какому-то старому автоматрону или очеловечившемуся духу, поскольку так-то у него она есть…Просто отдельно от всего остального. Но как-то они все-таки взаимодействуют, несмотря на расстояние и прочие преграды, причем как раз эта связь обзавестись новой — мешает!

— Кажется, я догадываюсь, где она…- Пробормотал Олег, вспоминая историю жизни и смерти находящегося перед ним древнего индуса. Или в те времена, отделенные от падения Атлантиды лишь несколькими поколениями, проживающий в этой части света народ к нынешним индусам и отношения-то особого не имеет?

— Захвачена Ночной Птицей Чей Крик Очерняет Солнце вместе с душами иных её жертв, которые эта пернатая пиявка-переросток с претензиями на божественный статус сумела украсть, — с кивком подтвердил Баломохан. — И, просто для вашего сведения, если вы вдруг сумеете уничтожить эту тварь…А лучше как-то обезвредить и привести ко мне, чтобы я мог из неё как-то свою душу выдрать…Моя благодарность будет воистину безграничной, и я немедленно поклянусь вам в своей вечной дружбе!

Глава 14

Глава 14

О том, как герой занимается практической демонологией, получает очень соблазнительное предложение и узнает об огромной опасности межмировых перемещений.

Выжженная прямо на камнях пентаграмма налилась багровым сиянием закаченной в неё энергии, являющейся смесью обычной магии и концентрированной праны, а после реальность внутри очерченного кругом пространства словно бы размылось, вроде бы и оставшись той же, но став напомнить то ли густой туман, то ли какой-то едва-едва заметный газ. Символы, начерченные умелым демонологом внутри магической фигуры от залитой в неё энергии активировались вторыми, выдавая сложный структурированный импульс, являющийся чем-то средним между громким криком и ненаправленным ментальным. Зов, призывающий к сотрудничеству одного из обитателей того места, куда было открыто это подобие портала, служил одновременно и маяком, и предупреждающим знаком. Тем, кто был слабее определенной планки, использование данного прохода обещало гибель быструю, но жестокую…А тех, кто был бы слишком силен, призвать при помощи данного способа не получилось…Конечно, если бы кто-то не постарался с той стороны расширить сию магическую дверку, а вернее аналог лифта ведущий прямиком в нижние планы.

Пентаграмма вспыхнула в несколько раз ярче, а сгустившийся было внутри неё туман обернулся пламенем, когда кто-то сильный и умелый влил свою силу, волю и магию в магическую фигуру, начерченную демонологом. Сияющие линии разорвались в клочья под натиском, в несколько раз превышающем эталонные значения, исполняющие вспомогательные функции мистические знаки исказились и разрушились, не выдержав отдачи. Ритуал призыва был сорван, а вернее провален…Но уже после того, как он добился определенных результатов, ибо буквально за пару мгновений перед тем как успокоиться дрогнувшая в конвульсивном спазме реальность впустила в себя двухметрового мускулистого демона, напоминающего бронированного минотавра, с морды которого заживо содрали кожу, выдав взамен бычьей морде парочку клыков, достойных саблезубого тигра. Покрытый черными доспехами монстр, у которого мускулов под броней судя по общей шкафообразности фигуры было вполне достаточно, чтобы открывать сейфы без ключей или правильных кодовых комбинаций, оскалился делая шаг вперед…А после изменил цвет своего лица с кроваво-красного на пепельно-серый, начал с лязганьем покрывающих его лат дрожать будто жертва эпилепсии, выронил из своих лап огромный двуручный ятаган, чье лезвие было густо покрыто цепочками мелких рун одного из языков преисподней, бухнулся на колени и начал о чем-то молить на удивление тонким и блеющим голосом, больше подошедшим бы новорожденному ягненку, чем сей ужасающей машине разрушения.

— Ты почувствовала что-нибудь? — Обратилась к Камилле причина, по которой могущественный рыцарь преисподней устроил натуральную истерику. Архимаг Баломохан для проведения ритуала демонологии слегка снял свою маскировку, открыв тронутую гниением морду упыря и когтистые кисти рук…Но демона, что стоял в иерархии себе подобных заметно выше среднего, пусть и серьезно недотягивая до по-настоящему высших тварей, испугал, конечно, не вид малость мутировавшего покойника, а его аура. Аура, наполненная энергией достаточно, чтобы напоминать Олегу ауру левиафана. Только очень концентрированную, непонятно как втиснутую в относительно маленькое и хрупкое человекоподобное тело. А еще разящую на всю округу смертью, силой, древностью и голодом…Голодом, под которым угадывался воистину ужасающий, вечный и ненасытный ГОЛОД, напоминающий в своей ужасающей мощи ярость вулканической лавы, лишь сверху слегка присыпанной относительно холодным раскаленным пеплом. Если бы местом для проведения ритуала не был выбран очень глубокий и очень хорошо изолированный бункер под военным городком, то она бы одна вызвала во всем городе массовую панику, что наверняка бы сопровождалась случаями инфарктов, инсультов и дезертирства среди тех, кто понял бы, что за ходячий кошмар очутился у них под боком. Вероятно, если бы это ужасающее присутствие оказалось обнаружено раньше, то посланный зов так и остался бы без ответа…Но уничтоженная пентаграмма не только соединяла какой-то кусочек преисподней с этим миром, она еще и отсекала энергетический фон планеты от этого своеобразного лифта на иной план реальности.

— Этот засранец когда тебя увидел еще и обоссался! — Сморщила нос суккуба-полукровка, поглаживая маленького испуганно пищащего котенка, который постоянно порывался убежать из длинных изящных пальчиков несмотря на непрекращающиеся ласки. Еще один дрожащий комочек меха и мимишности полазл у неё где-то под рубашкой, безуспешно пытаясь найти ворот или рукава, а третий так вообще периодически пытался скатиться с головы…И скатился бы, если бы Камилла не придерживала его периодически хвостом.

— Гигиена и в самом деле не самая сильная сторона кромсателей Однорого Владыки Черной Пустоши, что свои доспехи снимают лишь в том случае, если они стали им слишком малы и вряд ли когда-нибудь специально моют. — Согласно кивнул архиупырь, как оказалось помимо всего прочего отлично разбирающийся и в демонологии. Причем отнюдь не как теоретик. — Но я имел в виду нечто другое. Когда я соединил этот мир с нижними планами, почувствовала ли ты прилив сил или облегчение, которое обычно испытываешь лишь если скинуть с плеч тяжелый груз или выйдешь из наполненного неприятными запахами помещения на свежий воздух? Стали ли эти мелкие тестовые животные казаться тебе более отвратительными из-за своей слабости или никчемности? Увеличилось ли желание напасть за стоящего у тебя на виду волшебника и пожрать его суть?

— Вроде нет, — пожала плечами Камилла, несколько нервно посматривая на Олега, который лишь успокаивающе улыбнулся девушке, что продолжала играться с живыми и недовольно мяучащими тестерами, которые может и хотели бы убежать, ибо инстинкты гнали их прочь от сего места, но вот беда, лапками своими они пользоваться толком еще не умели, а потому могли лишь расползаться по мере своих крохотных сил. Чародей был должен девушке с не самой простой судьбой и медицинской карточкой, ибо как целитель мог вылечить многое…Но не желание жрать людей, которое с недавних пор всерьез беспокоило француженку, которая хапнула щедрую порцию демонической силы. Вот и пришлось сразу же обналичить некоторую часть полученных от архимага-затворника долговых обязательств, ради урока по физиологии обитателей нижних планов. — Я, конечно, чувствовала что-то такое странное, но это больше походило на…Сквозняк? Только без движения воздуха.

— А я тебе сразу говорил, морда занудная, что ты занимаешься полной ерундой! — Громко фыркнул король йогов, на миг отвлекаясь от того, чтобы выпускать к потолку кольца дыма при помощи своего любимого кальяна. Манидер Садхир, в отличии от не совсем живого коллеги, свою маскировку все еще поддерживал, иначе бы до сих продолжающий о чем-то умолять могучий рыцарь преисподней рисковал бы умереть на месте от разрыва сердца. Или это так себя повел поскольку Манидера Садхира в лицо узнал? Все-таки древнейшей архимаг Индии был персоной достаточно примечательной и достаточно древней, дабы о нем знали обитатели как минимум ближайшей части нижних планов. Примерно как сам Олег знал о Дракуле, ибо для адских тварей этот человек с внешностью горбатого нищего был примерно столь же опасен как для нормальных людей — величайший вампир Европы. И примерно столь же «хорошей» репутацией обладал, источником которой служили исторические хроники, рассказы чудом выживших очевидцев, а также всякие байки, выросшие на подобном фундаменте. — Видно же, что демоном она так и не стала!

— Я не занимаюсь ерундой, я отрабатываю один из своих долгов, ибо каким бы он не был незначительным, но свои обязательства я всегда выполняю со всем тщанием. И вообще, уж тебе ли не знать, что демон — понятие растяжимое…Впрочем, как и человек. — Отмахнулся от него ближайший родич Кровавых Богов, а потом исчез из одного места, чтобы возникнуть в другом. Вернее, он конечно просто двигался с огромной скоростью, но сам момент перемещения Олег так и не уловил. Просто осознал внезапно, что сия невероятно могущественная нежить находится теперь вплотную к стоящему на коленях демону, сжимая в когтистой руке его вырванное сердце, а сам убитый саблезубый минотавр стремительно иссыхает и распадается алой пылью, что вытекает из его доспехов, действительно заметно так пованивающих каким-то дерьмом, чтобы влиться во все еще дергающийся комок плоти. — Скажи, дитя, ты хочешь это съесть? Сей дар будет бесплатным и не наложит на тебя никаких негативных воздействий, но увеличит твою физическую силу и живучесть минимум процентов на двадцать пять…Клянусь в этом своей честью, репутацией, именем и магией!

— Х-хочу-у… — Медленно пробормотала Камилла, прикипев глазами к жутковатому трофею, и даже упустив хвостом котенка, который с её головы все-таки свалился…На её же грудь, после чего решительно полез девушке глубже в декольте, забираясь под рубашку, навстречу тому своему брату, который там и без того уже вошкался. — Убери-и-и…Олег! Убери это от меня скорее! Спрячь!!!

— Хорошо-хорошо, сейчас все сделаю! — Попытался успокоить девушку чародей, бросая на немертвого архимага укоризненный взгляд, а заодно окружая его руки ярко мерцающим от вложенной силы барьером. Разумеется, Баломохан прорвал бы подобную преграду не шевельнув и пальцем, но по крайней мере та мешала распространению запаха чудовищного «деликатеса», скрывала его внешний вид и блокировала магические эманации. — Слушайте, но это уже перебор! Зачем так издеваться над той, кто подобные изъяны из себя как раз хочет вытравить?

— Действительно! — Всхлипнула Камилла, нервно трясясь словно жертва лихорадки. — Я и без того себя едва контролирую! Спать осмеливаюсь только в запертой снаружи комнате! Мне снится, как я на людей бросаюсь!

— Полагаю, если бы я мог видеть сны, то тоже видел бы примерно то же самое, ибо пусть природа и интенсивность нашего голода несколько разнятся, но по части симптомов он весьма схож. — Созданный Олегом барьер растаял без следа, открыв абсолютно пустые руки древней нежити. Сердце демона исчезло непонятно куда, впрочем, как и опустевшие доспехи или валявшееся на полу оружие убитого монстра. Видимо рачительный упырь не собирался оставлять Олегу подобные трофеи просто так, пусть даже стоимость их с точки зрения архимага-затворника была копеечной. — Главное, что ты себя все-таки контролируешь и даже пытаешься принимать меры к тому, чтобы обуздать свои порывы. Это неплохо. Ничего исключительного, конечно, я видел многие тысячи обладателей столь же сильной воли…И неисчислимые миллионы тех, кто был её лишен. Тем более, с течением времени демонические инстинкты будут слабеть, пока не вернутся к тому уровню, что был у тебя прежде. Или почти тому же, все таки если взять условную человеческую женщину и условного высшего суккуба как две крайних точки некой шкалы, то ты сделала довольно большой шаг к последней. Но сила останется, на этот счет можешь переживать.

— Я и не переживаю, — пробурчала Камилла, нервно ежась под взглядом древнего ходячего трупа, и наглаживая единственного оставшегося на снаружи её одежды котенка с такой силой, что по шерсти животного начали искры статистического электричества проскакивать. — Я просто большие никогда не хочу видеть в своей сестре добычу…Добычу, которую мне будет так просто и приятно пожрать…

Последнее слово вырвалось из Камиллы с какими-то рычаще-тоскливыми интонациями, от которых котята хором испуганно пискнули, а после утроили свои усилия по попыткам побега, шевеля лапками из последних сил.

— Контролируй свою природу, и позывы должны ослабеть года всего-то через два или три. — В голосе могущественного упыря Олегу послышались нотки зависти. Баломохан имел опыт тысячелетий идеального контроля над своей природой…Но менее тяжелым и более приятным процесс борьбы с инстинктами нежити явно не становился. — Твой организм на самом деле не нуждается в подобной пище, пусть даже новейшее дополнение к нему и жаждет её, пытаясь вернуть уровень и спектр магической силы к тем значениям, которые оно считает нормой…Но от дальнейших актов присвоения чужой силы, особенно путем грубого поедания её источника, рекомендую воздержаться как минимум ближайших лет триста-четыреста, а лучше пятьсот. В противном случае твоя демонизация продолжится и будет сопровождаться рядом неприятных побочных эффектов, начиная от переписывания базовых пищевых пристрастий и поведенческих реакций, а заканчивая необходимостью прилагать сознательные усилия к привязке себя в этом плане реальности, чтобы не оказаться случайно выдавленной с него.

— Да я и в первый-то раз ничего такого не собиралась делать! Все случайно получилось… — пробурчала Камилла, пряча глаза. — В смысле, сердце этой твари вырвала специально, это да, давно мечтала так сделать…А вот есть его не собиралась…Оно как-то само…

— Советую носить искажающих восприятие амулеты, чтобы такое «само» не случилось с кем-то из слуг. — Пожал плечами древний упырь, которого в первые годы или вернее десятилетия своей нежизни наверняка не раз приходилось силой от «добычи» оттаскивать. — Ну и окружающим тебя персонам было бы неплохо обзавестись фальшивыми аурами, принадлежащими несъедобным или хотя бы малоаппетитным формам жизни. Совсем хорошо было бы объединить эти два подхода для большей эффективности, но тут уж можешь поступать на свое усмотрение, для подобных тебе полукровок подобные меры безопасности зачастую могут считаться избыточными… Во всяком случае, если они не владеют божественными артефактами, что сохранили часть своей силы даже после разрыва связи с создательницей данного предмета и последующего осквернения.

— Пользоваться этим артефактом я девочке рекомендую лишь немного меньше, чем пожирать людей…Ну или демонов. — Заметил из своего угла Манидер Садхир, убирая вникуда свой кальян, а после с довольно сложным выражением лица косясь на безделушку, отобранную у одной из самых могущественных, опытных и коварных суккуб этого мира. Во всяком случае, именно впечатление сложилось у Олега после краткого знакомства с сей особой, едва не обернувшегося для чародея гибелью или даже чем-то многократно более худшим. — Неважно, была ли подобная реликвия создана богами или просто наделена частью их благодати, но она обязательно имеет свой…Ну, пусть не разум, но хотя бы характер. Или скорее инстинкт. Инстинкт, центральной осью которого практически всегда является желание быть использованным, причем по своему назначению, а не в роли какого-нибудь прославленного пресс-папье или молотка для колки орехов. Чем масштабней его свершения и чем ближе владелец артефакта к образу создателя сего предмета, тем лучше.

— Я, кажется, иногда чувствовала нечто вроде присутствия чужой воли, когда использовала эту жемчужину… — озадачилась Камилла, все-таки доставая у себя из-под рубашки котят, которые не иначе как в штаны девушки откочевать пытались, а после размещая все три пищащих живых тестера на своей не по возрасту обширной груди. — Но она не мешала! Ни капли! Скорее наоборот!

— Иштар, чью реликвию как-то смогли заполучить в свои лапы демоны, покровительствовала женщинам вообще и блудницам в частности, отдавая особе предпочтение тем из них, кто дарил свою любовь окружающим не из корысти. Будь этот артефакт не осквернен, и ты могла бы иметь с ним неплохую синергию, во всяком случае, пока сможешь оставаться человеком и не станешь пользоваться его силой в тех целях, которые богиня бы точно не одобрила. — Почесал подбородок король йогов, вероятно помнивший расцвет веры в богиню, про которую сейчас в местах её былой славы мало кто знал. — Но эта реликвия осквернена, в том сомнений быть не может никаких. А значит и сущность её по определению сломана, а потому напоминает безумного зверя, запертого в цепях и подвергавшегося систематическим избиениям, в целях добиться от него покорности. Безумного и опасного. Для пользователя — в том числе, а может быть и в первую очередь, ибо его покорность без новых сеансов подчинения будет уменьшаться, а вот желание взбрыкнуть — расти.

— А еще оскверненные реликвии потихоньку теряют свою мощь и стабильность с каждым использованием. — Счел нужным сообщить его коллега-упырь, неторопливо надевая свои перчатки обратно на когтистые руки, тронутые разложением. — Однажды эта вещь сломается, возможно выдав на прощание впечатляющий коктейль энергий, смертным обычно неподвластных…Или переродится чем-то совершенно новым, не имеющим уже ни малейшего отношения к своей создательнице, а являющегося демоном, пусть и несколько своеобразным, чем-то напоминающим падших ангелов с поправкой на своей происхождение…

— Нам такого точно не надо, — решил Олег. — Камилла, решать конечно тебе, поскольку это твоя добыча и, в определенном смысле, твое наследство…Но я бы положил такую реликвию подальше и не доставал…По крайней мере, без очень-очень достойного повода, когда без неё ну вот никак, и обычные меры, вроде продолжительной ковровой бомбардировки, ситуацию уж точно не спасут.

— Гм…А если поискать какое-нибудь святилище этой Иштар? — Почесала основание рога своим хвостом Камилла, внимательно изучая оскверненную реликвию. — Она же должна будет нас чем-то вознаградить за возвращение своей собственности, верно? Уж богине-то исправить то, что демоны накуролесили с её реликвией, наверное, раз плюнуть…Тем более у такой как я вряд ли когда получится наладить отношения с небожителями, а если она не станет презирать меня за то, кто я есть…Ну…Может, это подходящий для меня вариант? В конце-концов, мало у кого получается жить вечно…

— Не хочу тебя расстраивать, но в этом мире, насколько мне известно, её действующих храмов больше нет, а все жрицы — убиты. — Развел руками король йогов. — А жаль…Иштар, безусловно, могла быть коварна, а временами еще и безжалостна…Но гневалась она достаточно редко и обычно по достойным поводам, но вот на милости своим последователям не скупилась никогда, исправно даруя тем плодородие, здоровье, утешение…Мне кажется пользы от неё и её слуг было все-таки заметно больше, чем вреда. И это притом, что я никогда не являлся фанатом любимых ею священных церемоний! Слишком уж эти оргии были…Ну, просто слишком!

— Я бы мог выкупить эту жемчужину, — предложил архимаг Баломохан, с громким скрежетом ковырнув пробившим перчатку когтем какой-то костяной нарост у себя на подбородке. — И за такой уникальный товар как божественная реликвия моя плата будет действительно велика…Скажи, девочка, ты хочешь себе дворец, из окна которого открывается вид на стены Запретного Города, где проживает владыка Империи Золотого Дракона? Мне как раз подарили один в прошлом столетии, и пусть я там никогда не бывал, но слуги говорят, что это место — красивое…Во время первой драки трех претендентов на престол Китая его, правда, немного порушили, но к настоящему моменту уже успели полностью восстановить!

— Олег, решай ты…- Немного поколебавшись, решила перевести стрелки француженка. — Мне не нужна эта жемчужина, как не нужно ничего, что было у той твари…

— Предложение получить элитную недвижимость в самом центре столицы Китая конечно соблазнительное, но я, пожалуй, откажусь. — Решил чародей, ибо базу для организации торгового дома в этой стране он мог бы получить куда дешевле. Не такую престижную, конечно, но тем не менее! А вот если понадобится вдруг какого-нибудь принца английского, а может голландского, до инфаркта довести, то способная отводить внимание высших магов и сторожевых заклятий божественная реликвия окажется как нельзя кстати. — Да и раз слуг Иштар больше нет в этом мире, то можно же, наверное, в других поискать…

— Не советую даже подходить к межмировым порталам, — внезапно покачал головой король йогов. — По крайней мере, тебе, и, по крайней мере, в ближайшую две-три сотни лет. Путешествие между измерениями и без того для меня или тебя было бы делом достаточно рискованным, но после устроенных демонами прорывов вероятность серьезно нарваться увеличилась как минимум порядка на два, и в ближайшие десятилетия ситуация вряд ли изменится.

— А в чем дело? — Удивился Олег, который неоднократно встречал в литературе упоминания о путешествиях в иные миры, да и сам родился на в данном измерении. — Мне казалось, у высших магов особых проблем с тем, чтобы открыть себе дорогу туда не будет…Так многие делали! Кто с исследовательскими целями, кто ради торговли. Возвращались, правда, не все, но ведь возвращались же…Особенно те, кто старались не лезть лишний раз на рожон и не злить владык иных планет, у которых свои козыри в рукавах припрятаны.

— Даже самые могучие волшебники все еще люди, а люди, как ни крути, ничтожно малы в масштабах Вселенной. — Пожал плечами Манидер Садхир. — И там, где нет барьеров привычной нам реальности властвуют совсем иные силы…Силы, которые никогда не придут сюда, как не станет караулящий добычу охотник обшаривать своими руками дно лужи в котором резвятся неинтересные ему лягушата, ведущие свои глупые игры, сражающиеся за жирных червячков или воющие с какими-нибудь сколопендрами, которым тоже та грязь нравится… Но действия обитателей нижних планов, как тебе известно, размыли границы измерений, сделав мутную некогда заводь прозрачной для тех взглядов, которые смертным не следует привлекать, и которые даже повелителей нижних планов могут одним лишь своим вниманием напугать до усрачки…И ты, со своей заимствованной силой, которую еще не умеешь толком прятать или хотя бы направлять, станешь блестеть для них подобно крупице золота или даже маленькому самородку. А за такой добычей не грех и в лужу пальцы запустить, особенно если та будет лежать у самого берега…

Глава 15

Глава 15

О том, как герой путешествует с комфортом, раздумывает о создании Интернета и делает первый шаг к светлому будущему всей планеты.

Могучий дракон без устали махал крыльями, вот уже четвертый час кружа над тем районом, где когда-то местная пернатая мега-фауна атаковала «Тигрицу».В исторической литературе давным-давно застолбившую за собою данную территорию птичку, чей размах крыльев вполне соответствовал длине крупных летучих кораблей а магические способности заставляли завистливо вздыхать некоторых высших магов, упорно именовали фениксом, пусть даже какой-то необычной разновидности…Кто-то считал, что это земляной феникс, кто-то — что лесной, некоторые китайские авторы тысячелетней давности и вовсе непонятно с чего объявляли его нефритовым…Но путешествующий в брюхе полуживого трехголового ящера Олег был уверен — никакой это не феникс, а просто курица. Ну, может быть куропатка. Да, гигантская, да умеющая при желании передвигаться быстрее скорости звука, да обладающая огневой мощью парочки артиллерийских батарей, а кроме того отлично умеющая в самоисцеление и маскировку… Но мозги у этого магического мутанта точно были как у самой обычной несушки, которая сдуру может попытаться клюнуть хоть лежащий перед ней обломок кирпича, хоть морду бродячего кота, за такое нахальство способного пернатой идиотке свернуть её тощую шею. Иначе бы не лезло оно на мимопролетающие по своим делам летучие корабли, способные огрызнуться пушечным огнем и несущие на себе экипаж из нескольких сотен разумных существ, любой из которых может оказаться ну просто очень мстительным и изобретательным.

— Будет забавно, если эта длинноногая гига-перепелка взяла и унесла свои окорочка куда-нибудь в теплые края…Или скорее холодые какие-нибудь, если уж ей надоел тропический климат Индии и относительная близость к территориям, которые демоны опустошили. — Подумал Олег, лениво взмахивая крыльями. Благодаря новой системе управления, которую сделал для него архимаг-затворник, тело дракона ощущалось практически как его собственное, ныне находящееся в специальной пилотской капсуле, размещенной чуть в стороне от пищеварительного тракта чудовища, окончательно превратившегося в ту еще химеру. Местами даже и вполне себе магокибернитическую. Во всяком случае, размещенный все в той же кабине крупный сапфир в гнезде из кристаллов магически активного кварца, берущий на себя львиную долю мелких рутинных задач по поддержанию жизнедеятельности и перемещению в пространстве данного организма, определенно можно было считать какой-то разновидностью бортового компьютера. А может даже искусственного интеллекта. Очень тупого, но зато не способного на предательство и в то же время позволяющего пилоту не отвлекаться на поддержание работы внутренних органов или там сохранение равновесия при движении. И заодно отказывающего в доступе всем неавторизированным пользователям и способного заставить сию тушу защищать себя, если ту кто-нибудь попробует разделать на особо ценные алхимические ингридиенты, пока человека внутри нет. — Неужели все-таки засекла Святослава и его броненосец? Так они отсюда за сотню километров, и уже неделю на брюхе лежат, поверху натянув маскировочную сесть да экранировавшись, а потому особо не отсвечивая…Разве только пару фонарей под глазом владельцу тамошних деревень поставили, когда он малость рехнулся и попытался стрясти десяток тысяч золотых за право сидеть в его болоте. Но шпионов-то у этой курицы точно нет! Она ведь даже говорить не умеет! Вроде бы…

Возможности побурчать и немного расслабиться, у чародея было хоть отбавляй — Баломохан хоть и не был живым, но определенно понимал толк в эргономике, и настроил управление живой марионеткой так искусно, словно бы делал под себя, чтобы ему в дальнейшем никогда лишний раз напрягаться не пришлось. Пожалуй, с пилотированием сей многофункциональной боевой единицы справился бы и абсолютно посторонний человек, сумей он как-то попасть в пищевод дракона, а после найти в нем проход в кабину и взломать замки, с которыми сам Олег бы без динамита точно не справился. Хотя смотреть тремя головами в разные стороны было как-то психологически неудобно. И готовые вырваться из глоток ящера в любой момент магические атаки ощущались несколько странно…Будто он одновременно обожрался холодного как лед мороженного, страдает от легкой изжоги и обжигающе-горячего чая с неприятным химическим привкусом глотнул.

— Черт, ну вот где она? — Задался вопросом Олег, ловя крыльями поток восходящего воздуха и потихоньку начиная набирать еще большую высоту. Ощущения от пилотирования рассекающего небеса на громадной скорости дракона были просто потрясающими. Чародей буквально чувствовал покорную его воле сокрушительную мощь, которой ничего не может противостоять…Вероятно, примерно так бы в его родном мире наслаждался поездкой водитель танка. А до него тысячу лет назад тот же самый адреналин подобным образом ловили возничие колесниц. Пусть размеры и возможности транспорта в разные эпохи отличались на несколько порядков, но вот ощущения у человеческого тела оставались все те же самые. — Я тут уже скоро по второму разу начну облетать территорию, куда местные жители готовы сунуться исключительно под страхом смерти, ибо слишком уж оперативно в этих местах склевывают всё хотя бы отдаленно человекоподобное… Мне что, для проведения боевых испытаний все-таки придется до выживших осман тащиться⁈ Вроде дракона сия пернатая дрянь пугаться не должна, она в конце-то концов, раз в пять крупнее…И тяжелее, наверное. Раза в два…

Наслаждающему полетом Олегу было уже даже почти не жалко исчезновения тех долгов, которые архиупырь признал за собой по собственной воле. Все-таки этот мир был до крайности опасен, а нынешние времена еще и на фоне любых известных исторических альтернатив могли считаться воистину выдающейся кровавой мясорубкой. Лишь самое серьезное из этих нематериальных обязательств чародей решил на черный день придержать…Или на то время, когда у него появится какая-нибудь потрясающая идея, но возможностей для реализации не хватит. Все остальное же он без тени сомнения пустил в ход сразу и сразу же после того как ближайший родственник Кровавых Богов провел сеанс консультации по душевым вопросам для мучающейся из-за своей природы полусукккубы. К счастью, древний немертвый архимаг был не против — такая работа грозила занять вполне приемлемое с его точки зрения количество времени, а также не требовала от него ни малейших расходов или хоть какого-то риска. И потому однин из лучших некромантов современности, который обладал тысячелетиями опыта, невероятно большой библиотекой, некоторые тома в которой были написаны еще в Атлантиде и просто в силу своей немертвой природы мог дать фору большинству коллег, с готовностью засучил рукава, дабы основательно поработать своими когтистыми холодными ручками. Тем более ему и сам процесс возни с живым лишь в биологическом плане редким трехголовым драконом или его зачарованной броней, судя по комментариям, доставлял некоторое профессиональное удовольствие. Эмоцию, для нежити крайне редкую и ценную.

Доспехи гигантского ящера, порабощенного и закованного в модную зачарованную обновку одним из Бессмертных царства Кащеева, жившем в крупнейшем центре биологических исследований на просторах державы последнего гиперборейца, ожидаемо оказались не просто твердыми кусками металла, способными к самовосстановлению. Да, в этом плане броня была очень даже неплоха, но Олег давно и упорно подозревал, что забивает гвозди микроскопом, пусть даже весьма прочным и ухватистым. Или как минимум прикладом снайперского ружья. Как показал анализ, произведенный одним из лучших артефакторов мира, сумевшего взломать чужую работу всего-то за пару дней планомерной осады, он если и ошибался, то не сильно. Этот комплекс артефактов мог формировать магический барьер, который бы прикрывал не только самого дракона, но и некоторый объем пространства поблизости, видимо на тот случай, когда хозяин сидит на спине вместе с седлом и поклажей или же в лапах зажата особо ценная добыча. Зачарованные латы представляли из себя гигантскую систему сбора и хранения жизненной и магической энергии, которыми владелец крылатого динозавра мог распоряжаться по собственному усмотрению, при необходимости осушив не только довольно емкие накопители, но и ауру своего скакуна в полный ноль. Разумеется, тогда бы животинку под седло пришлось искать новую, но зато запитанные подобным объемом энергии чары стали бы настолько убойными, что и самому Кащею бы, наверное, слегка поплохеть могло. В районе позвоночника и спинных пластин были емкости, накаченные алхимическими стимуляторами и целебными зельями, от одной капли которых людей бы разорвало на части или проело насквозь, но вот куда более крупная и стойкая к агрессивным магическим эманациям форма жизни от них бы только поболела слегка…Причем уже после экстренной регенерации свежих сквозных дырок или сокрушительного, но вполне себе контролируемого буйства, во время которого её и без того внушительные кондиции громадного дракона возрастут в три-четыре раза. Зелья, правда, заменять следовало вручную и каждый раз варить заново, но составы их архиупырь расшифровал и даже рецепты выдал. Система полетных артефактов, довольно схожая с подобными приспособлениями для профессиональных аэронавтов, могла бы ускорить и без того не сильно медлительную тушу гигантского ящера, придать ей дополнительной маневренности в воздухе и не дать расшибиться в лепешку, если кто-нибудь владыке неба крылья возьмет да и оторвет. Наличие встроенных систем вооружения на когтях лап и хвосте, главному огнеметному калибру сей боевой единицы уступающему не сказать, чтобы сильно, было завершающим штрихом картины, которую Олегу мысленно так и хотелось поименовать: «Песец!». И добавить к ней скромный эпитет: «Полный».

— Если раньше я с такой марионеткой мог разрушить город, то теперь бы её одной могло хватить для захвата какой-нибудь карликовой страны. — Размышлял Олег, при помощи магического бортового компьютера переключая свое внимание между разными парами глаз летящего по небу дракона. Вернее, магическими кристаллами, выращенными на основе костной ткани, но функционировали ничуть не хуже качественных видеокамер. Чародей искренне жалел, что подобные то ли части тела, то ли артефакты мог создать только кто-то обладающий примерно тем же набором талантов, что и один скромный архимаг-затворник, специализирующийся на алхимии и артефакторике, а также страдающий от своего неживого состояния и хронической паранойи…Будь задача по изготовлению подобных неживых аналогов компьютерных систем не столь требовательна к исполнителю, и он бы подарил этому миру Интернет! Ну а благодарные пользователи самостоятельно бы заполнили его сиськами и котиками, чем могли бы серьезно улучшить ментальное здоровье людей, которые в своей жизни видели слишком много жестокости, насилия, кровищи и безнадеги. — Такая боевая единица способна не просто крепости собой крушить и удары магистров держать своим могучим телом, закованным в почти неуязвимую броню, но еще и имеет шансы полноценному архимагу не морду набить, так по крайней мере серьезную головную боль обеспечить… Живучесть, управляемость, огневая мощь…

Внезапно на брюхо, шеи и головы спокойного летящего по небу дракона внезапно обрушился град из многих сотен ударивших снизу снарядов, каждый из которых мог бы пробить навылет не особо качественный рыцарский доспех. Громадные перья, больше похожие на костяные копья с торчащими из них рядами жесткой проволоки, глубоко вонзались в покрывающие все тело ящера доспехи, а также каждую из трех его голых морд. Морд, которые пусть и отличались по цвету от зачарованного металла, отдавая мертвенной бледностью кости, но были даже прочнее, чем неведомый сплав, изготовленный в мастерских царства Кащеева. Ибо от этих черепушек запущенные одним из страшнейших чудовищ этого мира снаряды рикошетили, пусть даже снимая временами довольно толстую стружку.

— Умная тварь! — Процедил Олег, активируя сначала купленный за мешок золота у архиупыря сигнальный амулет, связанный с таким же у Святослава, потом защитные барьеры, а под конец и один из артефактов, что вообще-то в сбруе ящера всегда присутствовал, но без помощи архимага Баломохана раньше так ни разу и не был активирован. Тело исполинского дракона, движущееся вперед под действием его врожденной магии и набранной инерции, всей этой инерции разом лишилось, как и большей части своего веса, а потому совершило в воздухе изящный кульбит подобно какой-нибудь стремительной ласточке или даже колибри, развернувшись всей своей многотонной махиной буквально на одном месте. Многочисленным глазам марионетки чародея предстало зрелище парящей буквально над самой землей громадной пестрой птицы, похожей на курицу, если бы она курица могла затмить своими крыльями солнце над какой-нибудь маленькой деревенькой. Ну и ещё из образа разъевшейся на великанских харчах несушки выбивались длинные голенастые лапы с мощными когтями и слишком большие крылья. С бреющей буквально над самой землей бестии сейчас вертикально вверх бил целый поток перьев, не ослабевающий ни на секунду, поскольку прорехи в покровах у этого исполинского монстра мгновенно затягивались заменой, проклевывающейся со сверхъестественной быстротой. А еще пролетавший над этим местом лишь пару секунд дракон не мог не заметить подобный объект посреди чистого поля…Но не заметил, ибо тот был то ли невидим, то ли искусно замаскирован под местность, то ли вообще малость сдвинут из привычного плана существования. — Хотя все-таки недостаточно умная, раз сейчас вылезла, а не стала прятаться как всегда, когда её раньше ощипать пытались!

Причин, по которым то ли феникс, то ли куропатка, а то ли какой-то гибрид этих двух родов пернатых вообще дожил до настоящего времени, было несколько. Во-первых, она кроме охотников на монстров была мало комму нужна, ибо обосновалась в районе древней магической аномалии, где вода была для человеческого здоровья не сильно полезной и могла за три-четыре месяца свести в могилу любого поселенца с симптомами, подозрительно напоминающими острую лучевую болезнь. Во-вторых, чудовище было быстрым, достаточно быстрым, чтобы девяносто пять или даже девяносто девять процентов летучих кораблей никогда бы его не догнали. Отдельные маги, способные совершить подобный подвиг, конечно же, имелись в количестве намного большем, но почему-то они не сильно горели желание лезть в воздушный бой с тварью, способной магистра проглотить. И, кстати, неоднократно проделывавшей подобный трюк за долгие века своего существования. В-третьих, мега-курица явно обладала развитыми сенсорными способностями и была все-таки не совсем тупой, а потому не нападала на количественно или качественно превосходящего противника, всячески избегая залетных архимагов и посланных на её поимку групп из пары-тройки «простых» одаренных шестого ранга или прячась от них, а скрываться тварь умела возможно даже лучше, чем драпать.

Окруживший дракона защитный барьер держал плотный град из гигантских костяных копий, чисто формально зовущихся перьями, просто великолепно! Из сотен снарядов внутрь прорывались считанные единицы, да и то как правило в сильно замедлившемся виде. Однако Олег бросил ящера в атаку на наконец-то показавшего себя врага, вдобавок к гасителю инерции активируя также комплекс из двух связанных друг с другом артефактов, отвечающих за дополнительный разгон. Воздух расступился перед мордами дракона, а ветер толкнул его широкую в спину и расправленные крылья с такой силой, что кого-нибудь более хрупкого, например обычного человека, размазал бы в кровавую грязь, но марионетка чародея лишь выстрелила в выбранном направлении, словно ядро из пушки…Только импульс у неё был не как у какого-то там ядра, а скорее как у какого-нибудь громадного железного метеорита, летящего на столкновение с планетой и желающего создать такую ударную волну, чтобы и за километры от кратера все деревья попадали! Жаль только, что там, где мгновение назад находилась громадная пестрая птица, теперь её уже не оказалось. Окутавшись всполохами энергии, она словно бы размылась и переместилась в совсем другое место. За спину пикирующему ящеру, чьи морды смотрели строго вперед и ну никак не могли бы обдать её потока разрушительной энергии. Тварь явно имела раньше дело с драконами и знала, чего от них ожидать, даже наличие целых трех голов вместо одной её не сильно смутило! Движущаяся еще быстрее птица подобно охотящемуся соколу выставила вперед огромные лапы с длинными когтями, что засветились серо-стальным светом и явно вознамерилась соперника сначала этим жутким оружием в десятке мест сразу пронзить, а потом еще и об землю как следует припечатать, окончательно превращая в агонизирующую развалину…

Буквально за пару мгновений до удара Олег сделал свой ход, воспользовавшись недавним дополнением к драконьим доспехам, изготовление которого и съело существенное одолжение от архимага Баломохана.Толстыми золотыми жилами, что пронизывали плоть чудовища в пяти местах, вплотную примыкая в внутренней части брони и представлявшими из себя, по сути, версию магических посохов. Только стационарную, офигеть какую большую и намертво связанную с кабиной пилота, а также накопителями, которые первоначальный владелец дракона еще для себя создал. Воля чародея направила все количество магической энергии которое только смогла собрать воедино по одному из этих путей, а артефакт-проводник добавил к ней еще примерно впятеро больше силы, взятой из запасов ящера. Силы, даже не сугубо нейтральной, а настроенной так, чтобы вливаться в формируемые заклинания с минимальным противодействием. Половина этого коктейля рассеялась, поскольку Олегу не хватило опыта и навыков для того, чтобы полноценно манипулировать таким количеством волшебства в такие сжатые сроки. Но оставшаяся половина в доли секунды сформировала трехгранный огненный клинок такого размера, словно за его создание отвечало целых три одаренных шестого ранга! И даже заставило тот дернуться навстречу мега-курице, приближающейся в стремительном пике!

Нарвавшаяся на встречный удар прямо в свою пернатую грудь мега-птичка не оказалась разорвана на две части, как это произошло бы с обычным живым существом такого размера. Нет, с хрустом пробивший её перья и плоть огненный кинжал, хотя скорее уж таран заостренный на зависть любым лезвиям, оказался разбит и рассеян, оставив после себя лишь глубокую колото-выжженую рану груди, сопровождающуюся переломом как минимум парочки ребер. Однако дальная родственница куриц, тех самых куриц, которые и с отрубленной головой бегать по двору ухитряются, от этого не сдохла, а лишь харкнула кровью в лучших традициях каких-нибудь умудренных сединами и заслугами восточных мастеров, увидевших как их на повороте обходят всякие голодранцы-попаданцы, но атаку свою тварь все равно довела до конца. Проломив собою окружающий дракона защитный барьер, способный залп артиллерийской батареи удержать, невозможная с точки зрения физики и биологии птичка вцепилась точно туда, куда и нацеливалась! Пылающие серым светом от вложенной в них энергии когти впились в основание крыльев ящера и стали с чудовищной сжиматься под звуки сминаемого и протыкаемого металла. Тварь знала, как бороться с конкурентами за владычество над небом — сломать им махалки, уронить, а там даже если враг в клочья и не расшибется, то добить лишенного мобильности противника будет делом техники. Притом стань её целью кто угодно, но не дракон в блокирующих магию латах, прикладывать столько дурной мощи птичке могло и не потребоваться. Владелица этой земли представляла из себя редкий пример боевого алхимика, умеющего в ближнем бою при контакте трансмутировать плоть врагов в песок…Но транспортное средство Олега исправно держало напор её дикой и грубой, но такой впечатляющей магии. И физическую силу твари, способной слонов есть пачками на завтрак или прямо из моря синих китов воровать, оно тоже выдержать могло. По крайней мере, какое-то время. Не сильно долгое, судя по тем ощущениям, которые чародей получал благодаря обратной связи со своей марионеткой, той уже успели пустить кровь и нанести глубокие колотые раны такого размера, что на их фоне дырка от рыцарского копья смотрелась бы булавочным уколом.

Хвост ящера попытался изогнуться подобно скорпионьему жалу и достать своим кончиком до угнездившейся прямо на лопатках непрошенной пассажирки, но на такие гимнастические экзерсисы как почесывание лопаток данная часть тела крылатого динозавра была все-таки не рассчитана. Зато длинные шеи дракона извернулись назад совершенно по-змеиному, разворачивая главный калибр необычной марионетки прямо на громадное чудовище, вцепившееся в спину ящера. Три фальшивых головы, слепленные из останков самых могучих демонов, которые только нашлись в запасе у чародея, разошлись в стороны и с разных сторон окатили дальнюю родственницу обычных куриц потоками сокрушительных энергий с разных сторон! Прямо в морду ей ударил сконденсированной в зубастой пасти поток концентрированный кислоты, что была ещё и ядовита при контакте. С левого бока по голове, так напоминающей куриную, ударило пламя, несущее в себя не только жар, но и толику разрушительных энергий нижних миров. На правую половину морды и клюва обрушился поток неестественного холода, заставляющего атмосферный азот выпадать каплями в частый осадок, напоминающий дымящийся дождика…И вся эта разрушительная мощь ударила мимо своей цели, поскольку в последний момент закрывшаяся собственными крыльями на манер щитов птица создала перед собою полусферический барьер, принявший на себя все три атаки. Грубый, примитивный, но действенный, заставляющий все продолжающиеся и продолжающиеся выдохи дракона рикошетить в стороны…По большей части.

Мерцающая пелена защиты то тут то там пропускала через себя кубометры пламени, десятки литров кислоты, струйки лютого холода. Крылья, которыми закрывалась гигантская птица, ежесекундно теряли тысячи перьев, распадающихся прахом и вырастающих вновь…Или не вырастающих вовремя, и тогда её обнажившаяся плоть обзаводились глубокими ранами самого жуткого вида…Но эти повреждения, как и медленно зарастающую на груди рану, тварь явно считала терпимыми. Она была ну просто очень здоровой и её не просто так звали фениксом, ибо эта длинноногая агрессивная куропатка умела регенерировать и делала это довольно быстро и хорошо! Единственным своим местом, которое чудовище по-настоящему берегло, была надежно скрытая сразу за двумя щитами голова, относительно маленькая и уязвимая. А сжимающиеся с немыслимой силой когти этого воплощенного орнитологического кошмара уже успели глубоко промять доспехи дракона, разодрали его плоть и, кажется, кое-где все-таки сумели обратить несколько десятков килограмм мышц мелким песочком и должны были вот-вот начать крошить относительно хрупкие суставы на лопатках, те самые, при помощи которых крылья ящера крепились к его же спине…

Лапы сибирского трехголового дракона сложно было назвать коротенькими…Если не сравнивать их с остальными частями его тела. Хвосту и шеям они по длине заметно так уступали, да и крепились скорее под брюхом. А потому если невообразимых размеров птица и заметила, что все четыре данных конечности синхронно изворачиваются так, будто её соперник себе хочет спину себе ими почесать, то внимания этому не придала. Окованные металлом когти её же все равно бы не достали…Они и не достали. Их кончики, вспыхнувшие магическим светом, просто выметнули из себя острые тонкие воздушные серпы. Каждая такая атака по меркам высших магов могла бы считаться посредственной, едва тянущей на пятый ранг. Нижнюю его плану. Хватит, чтобы развалить пополам какую-нибудь летучую лодку, обезглавить попавшего под удар рыцаря в плохоньких доспехах, нанести царапину равному по силе врагу… Вот только цепочки рун, изнутри покрывающих сделанные для дракона перчатки, украшали каждый его палец. Пальцев на каждой лапе было по пять штук. Лап было четыре. И двадцать едва видимых обычным зрением, но все равно очень убийственных гигантских лезвий, единовременно вспоровших защитные барьеры гигантской птицы в разных местах, перегрузили её первую и самую главную линию обороны, заставив мерцающую пелену лопнуть словно огромный мыльный пузырь.

— Попалась! — Ухмыльнулся Олег, активируя ту часть боевых систем, которая была встроена в зачарованную нашлепку на кончике хвоста многотонного трехголового монстра. Хвоста, который до вцепившейся в спину пернатой твари немного не доставал…Но ему было и не надо. Чародей не видел этого своими глазами, но он знал, что воздух между кончиком древнего артефакта и такой близкой целью дрожит и бурлит словно вода в кипящей кастрюле, но к высоким температурам эта магия ни малейшего отношения не имела. Просто так проявляли себя гравитационные колебания. Колебания, которые со страшной силой не отталкивали предмет, и даже не пытались порвать его на части направленными в разную сторону импульсами. Они его притягивали. И дальняя родственника куриц, сосредоточившая свою магическую оборону на противодействии более эффектным и очевидным угрозам, не могла им помешать. — Теперь не уйдешь!

Одно из крыльев пернатого чудовища, то которое было ближе всего к кончику драконьего хвоста, дернулось в том направлении, куда его тащила гравитация и намертво присосалось к древней броне. Олег не знал, зачем одному из Бессмертных царства Кащеева могла понадобиться такая система в его скакуне. Возможно, для захвата добычи и пленников прямо во время схватки или эвакуации особо ценных союзников с поля боя без необходимости замедляться…Но она была. И работала. А потому могла сыграть в бою гигантских монстров свою роль, пусть даже сугубо вспомогательную.

Все три головы дракона продолжали изрыгать потоки холода, пламени и кислоты на свою цель. Цель, которая судя по её судорожным рывкам и громогласному болезненному курлыканью теперь и рада была бы бросить слишком опасную добычу и смыться куда подальше…Но не могла! Та версия телепортации или скорее сверхбыстрого движения на коротких дистанциях, которую она использовала обычно для того, чтобы уходить от атак и маневрировать вокруг своих врагов, не могла быть использована при наличии якоря! Якоря, который сдвинуть вместе с собой может и получится, но толку-то от этого, если он так и продолжит терзать охотника, внезапно для себя вдруг ставшего жертвой! Потоки разрушительных энергий обрушивались на тело и голову гигантской птицы с разных сторон, теперь уже встречая лишь ограниченное сопротивление и потому оставляя после себя не лишившиеся перьев облысевшие участки и единичные быстро заживающие язвы, а стачивая плоть мега-куропатки подобно струям горячей воды, обрушившимся на ледяную статую. Громко вопящее от ужаса и боли чудовище мигом вырвало когти своих ног из ужасной раны на спине дракона и попыталось вцепиться ими в хвост, удерживающей на одном месте одно из её крыльев.

Покрывающая заднюю часть тела дракона броня ничуть не уступала по прочности тем участкам доспехов, которые прикрывали иные участки его тела. А сам хвост был даже прочнее чем основание крыльев. Несколько отчаянных ударов невероятно огромной и сильной птицы, накачавшие свои когти энергией до предела, оставили на способном спокойно выдерживать артиллерийский обстрел ящере глубокие шрамы, местами даже пробившие и металл, и чешую, чтобы слегка пустить ему кровь и тут же превратить её в песок. Однако битва еще была очень далеко от завершения, поскольку все три головы дракона практически синхронно закончили извергать из своих распахнувшихся пастей потоки энергии, взяв паузу на перезарядку встроенных орудийных систем. Однако не успела изрядно обмороженная, обжаренная и украшенная обширными химическими ожогами птичка хоть немного перевести дух, как находящийся внутри кабины пилота Олег нанес свой удар. Количество магической силы, которое в обычное время мог бы выдать разве только круг из трех магистров, была слегка приправлено праной, взятой из накопителей его живого транспортного средства. И вся эта смесь трансформировалась в копье чистейшего некроса, что вращаясь вокруг своей оси вгрызлось в самую большую рану на теле цели. Ту самую, которую оставил сломавший ребра огненный клинок, благо прошедшиеся по ней драконьи выдохисвели на нет все усилия по регенерации пострадавшего участка тела, а после только-только прекратившегося избиения магического с трех сторон эта тварь еще недостаточно восстановилась для того, дабы поставить на пути угрозы хоть какой-то барьер. Тем более во время своей отчаянной попытки хвост дракону оторвать.

Под несущиеся из распахнутого клюва звуки агонии структурированная некроэнергия вгрызалась в свою цель, омертвляя и заставляя распасться прахом обугленное мясо, живую плоть, кости, непрестанно бьющееся и пульсирующие собственной магией сердце…Запоздалый хлопок свободным крылом по пострадавшему месту хоть и нес в себе не чисто физическое воздействие, но и энергитическое, уже ничего толком не дал. Покорная чародею сила уже углубилась достаточно далеко в недра своей цели, чтобы пылающие серым цветом перья лишь слегка поколебали стабильность заклинания, метафорически отвесив ему пинка на дорожку. Дорожку, которая чуть не стала сквозной, ибо Олег ощутил, как покорная ему сила вгрызается в ребра. Но не совсем те ребра, которые оно уже давно прошла, вернее те же самые, но с внутренней стороны. И самая большая и толстая кость на пути силы смерти, которая дрогнула и покрылась трещинами, но так и не распалась, определенно являлась позвоночным столбом.

— Не убил…- С некоторым даже удивлением отметил Олег, когда его заклинание рассеялось, полностью исчерпав вложенную в него силу. Однако громадная курица все еще продолжала буйствовать и пытаться освободиться, пусть даже истекая водопадами крови из многочисленных ран и непрерывно харкая кровью. — Кажется, у этого пернатого мутанта где-то есть второе сердце…Ну, или ей как и мне сердце, для того чтобы драться и жить, не слишком-то и нужно…

Магические орудия в костяных головах еще не успели полностью перезарядиться, но чародей снова активировал их, стремясь развить успех. Потоки разрушительных энергий разной природы вновь обрушились на истекающую кровью птицу, и пусть они били теперь ей не в грудь, а скорее в бока и спину, но здоровья и так непонятно почему еще живому монстру новые раны и траты энергии на попытки защититься добавить явно не могли. Оглашая округу своими криками боли и ужаса тварь бросила попытки разодрать на части драконий хвост, вытянулась горизонтально словно гимнастка и обеими лапами вцепилась в ту морду ящера, которая извергала из себя кислоту…Вцепилась и не сумела ту ни оторвать, ни раздавить! Только сняла своими светящимися когтями стружку, распадающуюся мелким песком! Каждая башка принадлежавшего чародею транспортного средства теперь ничуть не уступали по прочности прикрытому зачарованными доспехами телу дракона. Пожалуй, даже и превосходили его против грубой физической силы и попыток алхимической трансмутации. Вдобавок, по заверениям создавшего данные конструкции архиупыря, они могли регенерировать, если их не уничтожить вообще под ноль или хотя бы уже после боя кто-нибудь собрал воедино обломки. Лишь бы живой насыщенной жизненной силой и магией крови хватало…У дракона — хватало. Олег видел своими глазами, ну вернее глазами свободных от захвата голов, как прирастает на место одна из полуоторванных судорожными ударами костяных щепок без какого-либо осознанного вмешательства с его стороны.

Громадная птица, наводившая страх и ужас на людей в этом регионе многие сотни лет, а если верить историкам так и целые тысячи, стремительно слабела. Слишком много она потеряла крови, слишком много потратила сил, слишком сильно не прекращающиеся атаки повредили внутренние органы существа, которое хоть и могло жить исключительно благодаря могущественной магии, но от своей биологической природы слишком далеко все же не ушло. Удары ног и попытки вырваться с каждой секундой становились все реже и слабее, новые перья не вырастали взамен уничтоженных, попытки защититься при помощи вообще сошли на нет. Не сумев удержаться на спине дракона гигантское чудовище сорвалось вниз и упало бы на землю, если бы не словно приклеившийся к его крылу хвост. Оно все ещё было живо, оно еще дергалось, брыкалось, пыталось даже клеваться, чего раньше вообще не делало и, вероятно, могло бы выздороветь, дай ему кто-нибудь отлежаться в безопасном месте несколько месяцев или десятилетий…Но изогнувшийся в воздухе дракон, который продолжал держаться в небе лишь на одной чистой магии, ибо его пострадавшие в бою крылья толком махать уже не могли, впился в обессилевшегос врага сразу всеми своими четырьмя когтистыми лапами и тремя зубастыми пастями. Орудийные системы артефактов были разряжены, но это не ни капли не мешало данным частям тела быть использованными по своему изначальному предназначению.

Конечности дракона зафиксировали в относительно устойчивом положении дергающееся из последних сил тело гигантской птицы, целиком состоящее из алхимических ингредиентов высочайшей ценности, а все три зубастые пасти впились в торную шейку дальней родственницы куриц. И принялись грызть её навстречу друг другу, отделяя тело от головы, распахнувшей в ужасе клюв и ужасно выпучившей налитые кровью глаза, но издать какой-нибудь последний крик так и не сумевшей. Ибо трахею её перекусили чуть ли не первым делом.

— Ух, чуть не уронил! — Поймал Олег при помощи усиленного драконьей магией телекинеза отгрызенную голову, содержимое чьей черепной коробки наверняка могло бы привести в экстаз любого алхимика. Ну, может за исключением одного конкретного, который больше привык с левиафанами работать и потому был несколько избалован количеством и качеством предлагаемых ингридиентов…Но предложить данный трофей Баломохану все-таки следовало в первую очередь. Тем более иных специалистов сравнимого с ним уровня в северной части Индии и прилегающих территориях просто не имелось, а лететь куда-то за тридевять земель сейчас чародею было откровенно лень. Да и геополитическая обстановка в мире не располага. — Ну что ж, это конечно не архидемон и не кровавый бог, но одним эпическим чудовищем в мире благодаря мне сегодня стало меньше…Причем без каких-либо жертв и относительно быстро, даже Святослав в прущем на всех парах броненосце вон только-только на горизонте показался… Неплохой задел на светлое будущее всей планеты, пожалуй. Будущее, первый шаг к которому уже сделан.

Глава 16

Глава 16

О том, как герой превышает допустимые нагрузки, бросает своих телохранителей и получает в лицо порцию пламени преисподней.

— Ургх! — Застонал Олег от натуги, сжимая руки так, словно он старался лопнуть своими ладонями невидимый футбольный мяч и тем самым со всей дури пытаясь столкнуть друг с другом две каменные плиты и раздавить к чертям собачьим то, что им мешало сомкнуться. И процесс шел! Два огромных относительно плоских камня, каждый из которых весил тонны три или четыре, под громкий скрежет двигались друг к другу, бороздя уже многократно перепаханную поверхность стройплощадки. Но горизонтально установленная между ними балка, относительно тонкая и тоже каменная, но зато покрытая в десятке мест ярко светящимися от нагрузки рунами, все ещё держалась. Держалась…Гнулась…Выгибалась…И, наконец, с оглушительным треском лопнула примерно посередине, разбрасывая в разные стороны бритвенной остроты осколки, двигающиеся не сильно медленнее, чем шрапнель! Однако поскольку вся пребывающая вблизи своеобразного испытательного стенда комиссия была поголовно в зачарованных доспехах и при защитных амулетах, то пострадали только растущие на соседнем поле посевы пшеницы, которые двигающиеся на огромной скорости куски камня местами скосили, прежде чем в землю зарыться. — Фух…Нет, не зачет. Нельзя такие сваи нам под фундамент забивать. Хлипковаты.

— Да почему нельзя-то? — Тихонечко возмутился его бывший абордажник…Который уже месяца три как перезаключил свой контракт, вместо битья враждебных морд и меткой стрельбы по противнику возглавив артель работающих на производстве геомантов. Зарабатывать этот человек после отставки с военной службы и перехода на службу хозяйственную стал немного меньше,но зато шансы его жить долго и счастливо возросли порядочно, ибо стихия земли для сражений в небесах подходила слабовато, а остальные направления волшебства давались хуже. Вдобавок заработок начальника над десятком других одаренных, пусть даже и низших рангов, мог и изрядно подрасти…Сразу же как они перейдут с простого копания канав, очистки расплавленного металла от примесей или ремонта потрескавшихся стен на более серьезные работы. — Она же несколько секунд держалась, когда её настоящий магистр камнями плющил! Да я вообще гордиться могу тем, что эта балка сломалась не сразу!

— Я не магистр геомантии, у которого бы камни эту балку в песок мигом перетерли, я просто магистр, — возразил Олег своему подчиненному. Чародей прекрасно понимал, что он расстроен, ибо над созданием одной единственной сваи вся эта артель колдовала целые сутки, пытаясь сделать кусок камня одновременно и прочным, и в меру гибким, и стойким к разного рода коррозии. Однако сейчас пойти навстречу его подчиненным было ну просто невозможно! — И если у нас действительно получится построить небоскреб, то он всей своей массой будет давить на сваи куда сильнее, чем я сейчас глыбами давил! А вдруг ему на крышу еще и пара-тройка драконов приземлится или корабль какой-нибудь летучий с размаху его протаранит? Про организованные противником диверсии или полномасштабные атаки просто молчу… Нет, если делать, так делать качественно, чтобы уж точно не рухнуло само в себе или на бок не завалилось…

— Те нормативы, которые нам выдал Эдгар для подобных изделий, мы перекрыли с запасом в пятнадцать процентов, — недовольно пробурчал глава артели геомантов. — А он должен знать о чем говорит, как-никак сертифицированный военный инженер, что обучался в Оксфорде…Ну, стажировался, чтобы свое семейное обучение подтвердить…

— Я бы не стал слишком сильно верить нашему военнопленному, которого вдобавок сослали на крохотный островок посреди океана, чтобы покосившиеся от возраста стены зданий выпрямлять, да работу канализации в домах офицеров налаживать.– Непреклонно покачал головой Олег, парой жестов раздвигая в разные стороны каменные плиты, что уже неоднократно исполняли для тех или иных изделий роль испытательного стенда. — Он может даже не сознательно нам врать, а искренне заблуждаться, ибо большим талантом никогда не был, времена своей учебы порядочно подзабыл за давностью лет, а крупномасштабным строительством попросту никогда не занимался.

— Больше из камня мне всё равно не выжать даже с помощью ритуалов и алхимических зелий, которыми можно сваю пропитать, — с тяжелым вздохом, признался глава артели. — Либо металл тогда выделяйте, причем хороший металл, либо пусть эту работу делает кто-нибудь другой, а мои ребята займутся не столь критичными участками. Возведением стен, если они не несущие, отделкой…

— Ладно…Обдумаю этот вопрос, — услышанное чародею не понравилось ибо означало оно, что делать сваи ему, по всей видимости, придется самому. Сила магистра измерялась не только в количестве доступной одаренному шестого ранга энергии, но и в том, насколько качественно та может менять реальность в соответствии с волей волшебника. Проблема была только в том, что долго и упорно трансмутировать кусок скалы в нечто, сравнимое с рессорной сталью особой прочности, ему придется долго. И таких кусков для масштабного строительства нужно много. А у него и так дефицит свободного времени наблюдается: то с детьми поиграть некогда, то прием жителей города по личным вопросам приходится либо сокращать, либо переносить на темное время суток, ибо днем их проблемами заниматься ну просто некогда…И металла, который сам по себе обладает как минимум частью желаемых для итогового результата усилий свойств, на складах лежит заметно меньше, чем хотелось бы. — А что там за алхимические пропитки для камня вы использовали? Насколько они дороги и эффективны?

Собеседник Олега открыл рот, чтобы что-то сказать…А потом упал ничком частично вжимаясь в землю, частично проваливаясь в неё же, ибо грунт перед телом геоманта оперативно начал расступаться. Большая часть его подчиненных поступила так же, с той лишь разницей, что некоторые предпочли сначала метнуться за укрытия, которые иногда даже дергались им навстречу. Звуки автоматической стрельбы сразу из нескольких стволов, раздавшиеся поблизости, вызвали у имеющих военную подготовку магов земли вполне определенную реакцию…Реакцию, заключающуюся в том, чтобы сначала отыскать безопасное место, а уже потом высунуться оттуда с пистолетом наголо и начать оглядываться по сторонам в поисках того, кого тут стоит пристрелить, уронить в возникшую прямо под ногами яму или вообще нанизать на каменный шип, пробивающий цель насквозь или хотя бы просто от задницы до подбородка.

— Кажется, это не покушение, — глубокомысленно заметил окруживший себя и ближайших своих подчиненных защитным барьером Олег, переглянувшись со своими телохранителями, которые дружно выдернули оружие из ножен и теперь растеряно оглядывались по сторонам не в силах понять, а против кого его применять-то… Никакой опасности чародей сейчас не чувствовал, да и пуль в него не летело несмотря на относительную близость к источнику звуков стрельбы…В кого-то из геомантов или десятка сопровождавших чародея солдат, поголовно относящихся к числу одаренных низших рангов — тоже. — А если и покушение, то явно не на нас…

Не став и дальше ждать у моря погоды, Олег взлетел в воздух и на полной скорости направился к источнику канонады. Отрываться от сопровождающих его бойцов и искать тех, кто посреди бела дня вовсю палит в кого-то из нескольких автоматов было, конечно, с точки зрения здравого смысла не слишком хорошо…Но интуиция упорно нашептывала ему, что так надо и сейчас лучше поспешить, чем потом горько раскаиваться в своем промедлении. Вдобавок он-то случайную очередь в лицо мог выдержать точно, причем далеко не одну и даже если вслед им какими-нибудь чарами шестого ранга запустят, благо ходил в своем лучшем доспехе, которые даже несмотря на ущерб, полученный броней во время сражения в княжестве Великого Изумруда, удалось полностью восстановить. Но вот его подчиненные той же степенью защиты похвастаться не могли и какой-нибудь подрыв десятка динамитных шашек у себя под ногами могли пережить только если повезет. Да и в мобильности своему лидеру они все же уступали, а каждая лишняя секунда промедления могла означать чью-то оборвавшуюся жизнь.

С воздуха открывался отличный вид на окраины Нового Ричмонда, а потому чародею не составило труда увидеть то место, где и идет перестрелка. Ну а также немного помогли разбегающиеся оттуда с воплями в разные стороны мирные жители, сияющий от вложенной в него энергии барьеры, рикошетящие от магических преград в небо лучки ярко света и пара непроглядно темных облачков, явно появившихся после использования дымовых гранат. Здание какого-то двухэтажного ресторанчика, которые на свежепостроенных улицах города последнее время росли словно грибы после дождя в компании с гостиницами, магазинами, борделями и прочими элементами инфраструктуры быстро растущего и богатого города, штурмовали собственные подчиненные чародея, действующие просто образцово. Находящиеся вне зоны прямой видимости маги прикрывали стрелков и расчеты тяжелого вооружения, а те не торопясь и пользуясь преимуществом в численности расстреливали с разных сторон здание…Здание, отгороженное от окружающего мира и мерцающей пленкой белого сияния, наводящего на мысли о священниках и их особой магии, которая немножечко так чудотворство, и густыми облаками дыма, клубами валящего из окон. А также из лежащих на земле в нескольких местах алхимических дымовых гранат. И отстреливались из окон закусочной, прикрываясь индивидуальными защитными барьерами…Другие бойцы Олега! Точно такие же бойцы! Нет, не клоны ведущих штурм солдат и не какие-нибудь их иллюзорные копии, но прошедшие такую же эффективную подготовку, имеющееся такое же качественное оружие, о котором простые вояки большинства армий мира могли обычно только мечтать, и держащиеся под свинцовым ливням благодаря таким же комплектам брони, разнородным, но хорошо дополняющим друг друга. К примеру, на выглядывающем из дверей человеке, умудряющимся вести огонь сразу с двух рук из техномагических пистолетов-пулеметов и прикрывающийся левитирующим рядом с ним костяным щитом, взятым с какого-то демона в качестве трофея, сейчас были надеты рыцарские сабатоны, самурайские лакированные доспехи из дерева, а также большое зачарованное сомбреро. Сомбреро это Олег точно раньше видел на голове одного из ветеранов своего отряда, служившего на «Тигрице» с тех самых пор, как эта самая «Тигрица» у чародея вообще появилась! Но и среди нападающих знакомые фигуры точно были! Летящие из закусочной зачарованные пули перехватывались водяными преградами, что держали колдуны-людоящеры, которых он мог узнать и в лицо, и по одежде! Вдобавок в данной части Индии представителей этой расы, кроме входящих в отряд, вроде бы не было!

Зависшего в воздухе нового участника этого побоища быстро заметили…И обстреляли. Сразу десяток осаждающих закусочную солдат навели на него свое оружие, и двое среди них сразу же в Олега и выстрелили. Правда, один после этого немедленно получил сокрушительную затрещину от стоящего рядом с ним десятника, выделяющегося чуть более качественными доспехами и, кажется порцию начальственного ора. А вот второй, выпалив в свое же начальство тремя зачарованными пулями, каждая из которых была окутана небольшим флером раскаленного пепла, выронил видимо окончательно разряженную автоматическую винтовку и выхватил массивный ведьмачий револьвер…Чей барабан немедленно оказался опустошен в чародея и довольно метко, личные защитные барьеры поймали минимум четыре пули. А еще интуиция оракула-самоучки дала ему знать, что сидящие под прикрытием светового барьера обитатели небольшого строения отложили в сторону буквально все свои дела и сейчас нацеливаются на одного из самых главных людей в Новом Ричмонде при помощи магии. Какой-то очень могучей и очень опасной магии, поскольку его чувство опасности нервничало так, будто он снова стал ведьмаком и снова оказался под вражеским артиллерийским обстрелом, когда удар, скорее всего, пройдет мимо…Почти наверняка мимо пройдет…Но если все же попадет прямо в него — не спастись! И никакая броня не поможет!

— ПРЕКРАТИТЬ!!! — Олег усилил свои голосовые связки до такой степени, что обычный человек после такого вопля их бы порвал на мелкие клочки, а потом еще и постарался усилить звук той куцей магией воздуха, которую он изучил до того как прошел ритуал усиления. Результат получился впечатляющим, те стекла в ближайших зданиях которые были еще целыми, после такого ора точно треснули. — Я приказываю вам остановиться! Кто сделает еще хотя бы один выстрел — под трибунал пойдет!!!

Свои угрозы Олег был готов подкрепить силой, для чего зажег рядом с собой большой огненный шар, который непрерывно накачивал силой, раздувая в объеме и был готов в любую секунду кинуть вниз, в осаждавших здание ресторана солдат…Или взорвать рядом с собой, дабы ударная волна отшвырнула его в сторону от той неведомой опасности, которую обитатели маленького строения к бою уже изготовили, но в ход пока не пускали. Однако, к его облегчению и где-то даже удивлению, дальнейшей эскалации конфликта не случилось. Пытающийся вытащить из кобуры второй револьвер присмотрелся к своей цели повнимательнее, выронил оружие, побледнел как смерть и, кажется, упал в обморок абсолютно без посторонней помощи. Остальные солдаты, по долгу службы обязанные слушать его приказов, находящиеся снаружи закусочной, при виде ну просто очень злого одаренного шестого ранга не напряглись, а расслабились…Правда, вот находящиеся внутри издырявленного пулями строения субъекты напряглись Окружающие их укрытие барьеры налились силой света еще больше, а еще внутри кто-то начал читать молитву. Хором. С достаточной громкостью и, вроде бы, искренним пылом. Во всяком случае, эти звуки ухо чародея даже на дистанции улавливало без всякой магии.

— Кто здесь главный — ко мне! Быстро! Какого черта тут происходит, хотел бы я знать! — Продолжил сыпать командами Олег, не убирая плавающего над его головой гигантского огненного шара, уже сияющего почти как маленькое солнце, но в то же время медленно приземляясь у границы светового барьера. Чародей мысленно пообещал себе, что если и это побоище вызвано разногласиями среди болельщиков футбольных команд, то он снесет стадион…Или как минимум запретит заниматьсятам командными видами спорта, оставив лишь индивидуальные бои. Только не гладиаторские, а например боксерские…Однако когда Олег увидел, кто именно бежит к нему из задних рядов осаждающих, распихивая в стороны куда более крупных и тяжелых бойцов, то без всякого ясновиденья догадался кто находится внутри закусочной и почему вдруг на это здание напали…Разгоряченные схваткой крупные мужчины в тяжелых доспехах чуть ли не разлетались в стороны подобно сухим листьям, познакомившимся с метлой, когда сквозь них проталкивалась относительно низкорослая женская фигура, которая была одета по всем канонам недавно дававшего ей консультацию архиупыря. Однако слои зачарованной ткани, которые Камилла намотала на свое тело и голову, чтобы не демонстрировать лишний раз свое демоническое происхождение и, по возможности, отсекать запах и восприятие ауры окружающих её людей, заставляющих девушку искать слюнями,крайне плохо справлялись с тем, чтобы скрыть не по росту пышную грудь. Или ауру концентрированной злобы, которой полусуккуба сейчас шарашила вокруг себя со страшной силой.

— Мы поймали с поличным шпионов, которые уже давно окопались среди среднего командного состава! — Выкрикнула девушка, сверкая багровым пламенем сквозь покрывающий её лицо платок. Платок, где дырок для глаз вообще-то не было, порка порция пламени, отдающего преисподней или по крайней мере нижними мира, ударила в лицо Олегу. Ну, в лицевую пластину шлема, который конечно же легко справился с непроизвольным выплеском энергии, который Камилла устроила непроизвольно. — Оказалось, что они работают на церковников! И теперь у них Кейто и моя сестра!!!

— Твои ручные культисты с их адской повелительницей напали на объединенную делегацию святого престола и русских схизматиков! — Выкрикнул обладатель сомбреро, который, по всей видимости, являлся как раз одним из пойманных на горячем шпионов. Только вот работал он видимо на тех, кого Олег в возможных раскладах ну вот вообще не учитывал, ибо до недавнего времени где был он, а где — высшее руководство католиков⁈ — Да, они прибыли инкогнито, чтобы своими глазами оценить обстановку в этом месте, прежде чем начать разговор с правящими городом великими темными магами…Но если твои убийцы хоть пальцем тронут этих святых людей, тебе лучше будет самому провалиться в преисподнюю, ибо не будет в мире места, где возмездие праведных не настигнет грешников, и все владыки земные в том поспособствуют!

Глава 17

Глава 17

О том, как герой не хочет верить, сует голову в пасть льва и готов оказать церкви великое благо.

Верить в услышанное Олегу не хотелось до зубовного скрежета. Не верить — было слишком опасно. Хоть здание ресторанчика и штурмовали снаружи, но внутри бой тоже кипел, судя по долетающим до чародея звукам, а также пулям, дырявящим стены или мимоходом выкинутым из здания телом. Тело, кстати, выкинули сквозь стену второго эта, оную стену им проломив. В общем, заварушка внутри даже и не думала прекращаться, и если вцепившиеся в глотку друг другу сторону конфликты добьются успеха, то чародей ожидал обнаружить у себя столько головной боли, что применение топора в качестве попытки лечения выглядело не таким уж и радикальным средством. Глядишь, если он устроит массовую казнь всех тех, кто сунулся на его территорию без спроса и осмелился тут настоящую войну устроить, следующая официальная делегация свои верительные грамоты будет показывать ему раньше, чем пересечет черту города, в развернутом состоянии и под звуки фанфар, дабы уж их точно заметили и опознали! Но, если серьезно, гибель людей патриарха, к которым непонятно с чего присоединились посланцы Папы Римского, могла сильно осложнить жизнь чародею. Впрочем, как и устроенный Кейто или Элен допрос с пристрастием…Не то, чтобы для полноценного боярина известная шиноби и горгоне информация чем-то грозила всерьез, если действовать станут по закону. Обладатель данного статуса был неподсуден гораздо больше, чем какой-нибудь депутат в его родном мире. Предъявить ему претензии хоть за измену родине хоть за подготовку государственного переворота могла только и исключительно Дума, чей вердикт должен был завизировать император. И высшему руководству Возрожденной Российской Империи на спасение и укрывательство каких-то там беглых рабынь или прочие мелкие грешки одного из них было плевать с высокой колокольни. Однако все-таки подобный вариант развития событий Олегу хотелось предотвратить. Как и гибель девушек, которые хоть и были готовы ко многому, но вряд ли учитывали возможность нарваться на церковную элиту разных конфессий.

— Я иду внутрь, чтобы остановить это безумие! Камилла — ты остаешься здесь! — Приказал чародей, запуская свой огненный шар высоко в небо, а после продавливаясь сквозь световой барьер и пытаясь хотя бы приблизительно просканировать стоящее перед ним здание. И, неожиданно, с первым у него получилось лучше и проще, чем со вторым. Магическая плена попыталась было перед непрошенным гостем сгуститься и не пустить его, заодно обжигая и грозя испепелить…Но чародей шестого ранга, который немного владел и этой стихией тоже, выдал во все стороны не особ структурированный, но зато мощный импульс энергии нужного спектра, чем на мгновение словно бы сбил с толку чары, одновременно их раздвигая. Напоследок сия защита его все-таки попыталась цапнуть, но способное расплавить обычную сталь воздействием броню гиперборейского егеря даже толком не нагрело. Толь вот задача по обнаружению того места, где боевые действия шли самые напряженные и ожидалось наличие не справившейся со шпионами группы захвата, а также наиболее высокопоставленных церковных чинов, оказалась не такой простой, как казалось. Во-первых, Олег в чарах подобного рода был не слишком-то хорош, поскольку всегда больше отдавал предпочтение боевым или целительским навыкам, ну может артефакторике и техномагии ещё…А во-вторых, валящая из дымовых гранат алхимическая субстанция и затмевающий все и вся ослепительный свет, которым с таким энтузиазмом орудовали церковники, старательно забивали помехами аурное зрение или заклинания, которые должны были точно на цель наводиться. — Когда прилетит Святослав, грудью встань, но не дай ему тут все порушить! Бить — только точечно! И тех, кто не наши или сам нарывается!

Поскольку бывший крестьянин вполне мог прибыть в компании с взятой подмышку Доброславой, а то и экстренно поднятым в небо драконом, то наличие кого-то, кто мог бы их атакующий порыв притормозить даже сейчас было просто жизненно необходимым. Вдобавок чародей очень сомневался что энергетический фон, накрывший собою ресторанчик и его ближайшие окрестности, будет полезен для здоровья Камиллы. Дочь суккубы сейчас реагировала на силу света или святую воду ничуть не слабее, чем это сделал бы полноценный демон…Но с учетом количества и качества сражающихся здесь церковников, а также её ауры и внешности, её шансы нарваться на убийственной силы экзорцизм, от которого нормальный человек максимум слегка почешется, были необычайно велики.

— Я не… — Перегородивший собою входную дверь обладатель сомбреро хотел то ли поторговаться с преданным им начальством, то ли вообще остановить его от попадания внутрь. Олег слушать не стал. Впрочем, тормозить перед зависшим в воздухе костяным щитом или бить этого человека тоже. Он просто вошел внутрь на своей максимальной скорости, ну а что какие-то помехи на пути оказались отброшена в сторону будто олень, повстречавший с разогнавшимся грузовиком, так это сугубо проблемы одного отдельно взятого шпиона. И вообще одаренные — народ живучий. Оклемается и сделает это даже быстро. К сожалению…

Первый этаж ресторанчика представлял из себя то ещё эпическое полотно о битве стихий-антогонистов, в котором смешались воедино свет и мрак, а победили, как и всегда, те, у кого есть большие пушки. Одна из оных пушек и попалась первым делом под ноги чародею, чуть не заставив его споткнуться и кубарем полететь, ибо обнаружить сразу за порогом валяющуюся прямо на полу корабельное дульнозарядное орудие, причем довольно крупного калибра и потому очень тяжелое даже без лафета, он точно не ожидал. Лежала эта дрянь, правда, в комплекте с до сих пор цепко вцепившимся в неё хозяином, у которого в родне явно затесались великаны, и хозяина этого кто-то вырубил дымовой гранатой. Вбитой глубоко в череп и уж тем сработавшей, судя по извергавшемуся до сих пор из проломленной макушки концентрированному дыму с привкусом крови. Однако грудь у сего типа все-таки вздымалась, а болтающееся на груди массивное серебряное распятие светло так ярко, что пробивало даже алхимическую взвесь, в которой сканирующие чары вязли. Еще парочка подобных гранат оказалась раскидана по углам и заполняли помещение своим дымом, который смешивался с гарью, идущей от лениво чадящей барной стойки. Но совсем уж темно не было — помогало сияние нескольких личных артефактов, работающих сейчас на полную катушку и плавающий в воздухе под потолком большой стальной фонарик, украшенный многочисленными крестами, внутри которого под толстым слоем стекла полыхал белым огнем чей-то высохший до костей палец. Среди искусственной тьмы и неестественно света, отдающего тем не менее чем-то приятным и успокаивающим, находилось около трех десятков человек: подчиненные Олега, неизвестные ему личности, отличительными чертами которых являлись покрывающие их сейчас защитные ореолы света, какие-то другие люди, попавшие под раздачу видимо случайно, поскольку сегодня их угораздило в этот ресторанчик зайти…И на ногах из всех этих людей были лишь те, кого в данный момент прикрывала серьезная защитная магия, напоминающая облегающие все тело мягко сиящие ореолы. И за создание подобного чуда точно отвечал кто-то из высокопоставленных служителей церкви.

— Всем лежать! Вы арестованы! — Предупредил их Олег, бегло осматривая людей как стоящих на ногах, так и валяющихся на полу. Среди тех, кто уставился на чародея, к сожалению, имелись личности вроде бы и знакомые, но служащие видимо все-таки не ему. Двое. И еще пятерых слуг церкви он, кажется, впервые в жизни видел. Однако внимание одного из хозяев города больше привлекли не они, а остальные два с лишним десятка человек, которые истекали кровью, хрипели в агонии или валялись неподвижными тушками там и тут среди разбитых в щепки столов, опрокинутых стульев, кусочков разбитой вдребезги хрустальной люстры и воняющих алкоголем многочисленных бутылок, которыми кто-то явно кидался из-за барной стойки в оптовых количествах. Дюжина присутствующих была горожанами или может официантами данного заведения, но бронированных тел тут лежало явно больше. Какое из них было поймано с поличным, а какое отправилось на захват группы шпионов, Олег сходу сказать не мог, но зато точно мог определить, что некоторых тут реанимировать уже бесполезно. Не живут с разнесенной на куски головой или будучи превращенным в размазанный по треснувшей от удара стене оплавленный огарок, у которого более-менее целыми остались только сапоги, да ноги примерно по колено… — Тех, кто не сложит оружие, я буду рассматривать как пособников демонического вторжения!!!

— Стоять, нечестивец! — С заметным акцентом потребовал один из незнакомых Олегу людей, направляя на чародея ствол какого-то странного гибрида автомата и алебарды. Размеры и торчащие в разные стороны лезвия разной формы крепились к очень длинному и довольно толстому дулу, разгоняться по которому от магазина-рукояти патронам пришлось бы метра два.

— Мы сдаемся, господин! — Поспешно заявил другой человек, которого Олег вроде узнавал в лицо, но уж точно не по имени. Свет окутывал его защитным ореолом довольно ярко, подпитываемый собственным даром этого боевого мага, но тем не менее малость обшарпанная американская техномагическая винтовка, которую он раньше сжимал в руках, была оперативно уронена себе под ноги. На человека, буквально простроченного пулями в дюжине мест. Скорее всего, из этой самой винтовки. — Сдаемся-а-а…

На верхнем этаже что-то упало с серьезным грохотом, от которого вздрогнуло все здание, а еще оттуда неслась ругань, звуки стрельбы, чей-то мат на чистом русском языке и прочие звуки боя. Остальные представители каких-то там церквей молчали. Двое целились в Олега, третий продолжал вести перестрелку через окно с теми, кто снаружи находился, четвертый бинтовал светящимися бинтами валяющуюся на полу женщину явно не индийских кровей, пятый шатался как пьяный, пытался не уронить ружье с погнутым дулом и смотрел глазами в разные стороны, явно пребывая в состоянии тяжелой контузии, а шестой…

— Умри!!! — Обрушился на Олега настоящий вал из концентрированного света, а также нанесенный с фланга удар здоровенной двуручной булавы, пылающей неугасимым огнем. Ну, очень здоровенной, она самому чародею по размерам и весам не так уж сильно уступала, даже если учитывать его броню. Артефакт был мощным, судя по размазанным и оплавленным останкам того, кого неподалеку от стены теперь отскребать надо было. Но двигался он все-таки гораздо медленнее чародея, который приближение к нему противника, который ранее видимо где-то за входной дверь прятался, отлично видел! Ну, не самого его, а пляшущую по полу тень кого-то здорового с каким-то огромным оружием, которые находятся сзади, но для опытного мага такой подсказки было более чем достаточно! И даже те пули, вроде бы даже зачарованные, которые выпустили точно в него доселе молча целившиеся стрелки, задуманному маневру не смогли помешать!

В момент удара Олег пригнулся, одновременно телекинезом проломаывая под собой пол и примерно на метр проваливаясь туда, чтобы еще сильнее уменьшить свой силуэт. Световой волной, пытающейся не столько обежчь, сколько сковать по рукам и ногам, его конечно накрыло, но действие чар не сумело превзойти защиту русского боевого мага. И взмах пылающей огнем двуручной металлической дубины, которую принимать на шлем чародею интуиция упорно не советовала, размазал воздух там, где находились плечи чародея. Артефактное оружие, определенно достойное зваться как минимум низкопробной реликвией, было сжато руками в белых перчатках, руки крепились к белому же латному доспеху, украшенному католическим крестом и какой-то геральдикой.

— Первый настоящий крестоносец, которого я встретил, — мысленно отметил Олег, активируя боевые системы свой брони одновременно с тем, чтобы распрямиться подобно сжатой пружине. Дубина, убившая одного из его людей, обладала воистину сокрушительным ударом и изрядной инерцией, с которой владелец оружия в данный миг боролся, силясь подготовить её для нового взмаха. И у него получалось. Но медленно, слишком медленно по меркам чародея, который одновременно и заливал противника потоком колдовского электричества из артефактных наплечников, и взмывал к потолку, не забыв по пути цапнуть паладина или просто какого-то рыцаря церкви. Одной рукой за рукоять опаснейшего оружия цапнуть, мешая его движениям, а второй цапнуть за едва заметные защелки, которыми эмалированная металлическая шапка без прорезей для глаз крепилась к бронированному горжету. Яркое сияние электрических разрядов сплелось с охватывающим непрошенного гостя городам сиянием, что пыталось спалить сунутые не туда пальцы и даже вроде бы действительно сумело их обжечь…Но шлем все-таки оказался сорван со своего законного места, сдавшись одновременному воздействию грубой силы, телекинеза и даже воли техномага, повелевшего этим замкам открыться. И сорван он оказался на мгновение раньше, чем пара людей врезалась в потолок и пробила его собой, поднимаясь на второй этаж сквозь слой довольно толстых деревянных перекрытий. — Был…

Какая-то защита дополнительная защита под зачарованными и благословленными латами у этого типа имелась. Первый натиск электричества, продолжавшего бить потоком в обладателя белых лат, она выдержала. Как и волю Олега, пытавшегося телекинезом раздавить голову своего соперника, словно попавшуюся под ногу виноградину. Но когда к этому добавился грубый и безыскусный физический удар, с которым человеческое тело протащили сквозь толстые доски — сдалась или вернее оказалась недостаточна, уступив напору непреодолимой силы. А потом череп этого защитника церкви лопнул, и вылетающие из него мозги оказались как следует прожарены. Сотрясающееся в агонии тело, которое со свойственным одаренным упорством все никак не хотело умирать, было уронено обратно в дыру, а чародей попытался оглядеться по сторонам в попытке понять, а что тут вообще происходит…И получил такой удар прямо по морде, что шея треснула и провернулась с хрустом ломаемых позвонков разом градусов на двести семьдесят, а сам чародей закрутился волчком и в то же время полетел кубарем, чтобы финишировать в каком-то тесном темном месте с большими клыками, откуда на него еще и вода лилась!

— В фонтане застрял, — с некоторым трудом осознал вроде бы аж контуженный слегка чародей, усилием мысли приводя в порядок пострадавший позвоночный столб и кое-как выдирая свою голову из пасти мраморного льва, местами напоминающего обычную дворовую кошку со вздыбленным в районе головы мехом. Видимо сделавший эту статую волшебник-геомант крайне смутно представлял себе, как именно выглядят обитатели далекой саванны, зато камень умел лепить весьма неплохо. — Так, а кто это меня так стукнул, что вся защитная магия вдруг взяла и куда-то делась? И как он это вообще провернул⁈

Ответ на данный вопрос получить оказалось проще простого, ибо долговязая худая фигура с пылающими белым светом энергетическими кастетами, от которой почему-то опасностью ну совсем не веяло, уже шагнула к чародею вновь замахиваясь для удара…А потом она наступила на какое-то суматошно дергающееся обгоревшее щупальце, из обрубка которого капала кровь, поскользнулась на бешенно извивающемся куске плоти и под звуки сочного, но малость смазанного русского мата улетела вниз, ибо угораздило ей свалиться не куда-нибудь, а прямо на ступеньки лестницы, ведущей на первый этаж. Помотав головой, которая почему-то до сих пор шла кругом и заметно болела в месте удара, хотя ту же сломавшуюся шею Олег исцелил едва заметив, чародей наконец-то осмотрелся по сторонам…Ну, попытался осмотреться, ибо на фоне творящегося тут беспорядка устроенное внизу побоище казалось прямо-таки образцом мира и порядка, где все тихо, как на кладбище.

По меньшей мере два десятка дымовых гранат, продолжающих там и тут извергать из себя клубы темной алхимической взвеси создавали изрядные помехи зрению простому и магическому, превращая пространство в какой-то плотный кисель, в клубах которого сражались друг с другом силуэты, опознать точную принадлежность которых получилось бы разве только чудом. Несколько пользователей света магичили вовсю, пытаясь защитить себя или вывести из строя своих врагов, но рассеять эту удивительно стойкую муть они то ли не пытались, то ли не могли. Часть крыши обрушилась. Какие-то ширмы и тонкие перегородки, ранее создающие тут примерно с десяток отдельных кабинетов, пестрели дырами или и вовсе оказались обрушены. Что-то горело. В дальней части помещения довольно активно стреляли. Валявшихся тут и там тел было несколько меньше, чем внизу, но они все-таки были. Сразу три или четыре голоса удивительно слаженной командой тянули на латыни какой-то гимн с такой скоростью, что могли бы посрамить любого репера родного для Олега мира и даже ускоренную перемотку звукозаписей. Но несколько раз повторяющееся словосочетание ' диаболо экзорцизмус!' он среди этого звука все-таки уловил, а потому решил двигаться в ту сторону, где пытаются изгнать некое адское зло…И самих изгоняльщиков до поры до времени не трогать. Ибо Камилла-то внизу осталась, а всем остальным его сотрудникам на обливания святой водой и прочие действия того же толка плевать примерно в той же степени, что и ему самому на последние писки французской моды для пуделей, ондатр, выхухолей и прочих экзотических домашних любимцев, чьим хозяевам деньги и время некуда девать.

В одном из кабинетов, откуда и раздавались звуки священной литании или еще какого церковного гимна, борьба явно перешла в партер. Там пыхтел, ругался, болезненно ухал и перекатывался с места на место большой клубок, напоминающий скопище больших светлячков, но на самом деле состоящий примерно из десятка тел, большинство из которых были облачены в ничем не примечательную повседневную дорожную одежду, из-под которой искусно сделанные доспехи проглядывали. Ну а поверх металла и тряпок их облегало все теми же световыми ореолами, определенно исполняющими защитную функцию, и исполняющими её хорошо. И еще три человека осуществляло дерущимся моральную поддержку в виде того самого экзорцизма, который и привлек внимания Олега. Возможно, они бы и рады были принять некое более деятельное участие в схватке, но больше не могли. Один зажимал себе отрубленную культю, второй истекал кровью из обеих простреленных ног и натекло с него столько, что было непонятно, как он в сознании-то ещё, третий же пел, будучи по самую шею похороненным в горе кирпичей, которую явно кто-то высыпал из кармана со свернутым пространством, ибо построен-то ресторанчик был преимущественно из дерева!

— Хватит пихать меня в спину! Пламя преисподней, которым так и пышет эта бестия, способно прожечь даже мою благословленную сутану!

— У неё из-под сажи уже лезет новая чешуя! Да душу кого из праведников умудрилась захомутать эта тварь, раз она даже под гимном изгнания ухитряется регенерировать⁈

— Ай, сволочь! Отгрызла мне ухо! Навались, братья! Уже почти!

— Сейчас я её…Ух и скользкая же гадина, да еще брыкается…

— Ааа! Моя нога! Нога-а-а…Придурок! Я тебе твой кинжал прямо в задницу затолкаю!!!

— Прости! Я думал, это её! Какого дьявола эта демоница даже сейчас своих нечестивых сил не утратила⁈

— Пустите! Да дайте же мне встать! Её щупальце в моих штанах! Оно ползет! Кусает! Лезет выше! Ааа! Мама-а-а-а!!!

— Кхе-кхе, да что такое, кхе⁈ Какого черта она дымит, но не сгорает⁈

— Кто оторвал ей хвост⁈ Как, во имя всего святого, у вас это получилось⁈ Она же непрошибаемая-а-а-а!!! Ааа! Глаз! Это отродье врага рода человеческого своими чертовыми щупальцами вырвало мне глаз!!!

В плотную группу слуг церкви, толпой навалившихся на одинокую горгону и почти сумевшую её заломать, Олег вломился словно шар для боулинга в плотные построение из кеглей.Или скорее как пулеметная очередь во вражескую пехоту, которая додумалась под огнем плотными цепями наступать. Чародей, разогнавшийся на идущий на таран бронепоезд, всей своей массой обрушился на верхний слой противников, ломая кому-то кости и производя ушиб всего организма, а после принялся молотить людей по затылкам, одновременно пытаясь их усыпить. Что-то одно да должно было сработать, притом нелетально…Параллельно воля чародея подняла в воздух с десяток кирпичей, которыми кто-то засыпал одного из католиков, а после медленно и неуклонно повела их на сближение с лицами тех присутствующих, кто отреагировал на его появление, дабы стандартные защитные амулеты или выполняющие те же функции ореолы святой силы не сработали. Глаза, носы, губы, да даже кадыки…На человеческих головах, в большинстве своем лишенных шлемов, имелось очень много точек, чье близкое знакомство с тяжелым плотным объектом изрядно убавит забияке боевой дух, а также имеет шансы вывести его из строя. Возможно, летально…Но сдохнуть быстро одаренным в любом случае не грозило. Реанимирует, если надо будет…И если начавшая вставать обратно на ноги вместе с облепившими её мужчинами горгона их не добьет.

С диком воплем раскидавшая сразу шестерых или семерых мужчин в разные стороны Элен выглядела так, словно умудрилась вырваться из духовки, в которой её неудачливые людоеды, которые и горгонами при случае не побрезгуют, долго и старательно запекали. Выполненные из черной стали доспехи девушки, скрывающие её в себе практически целиком, за исключением кистей рук и головы, были покрыты изрядным налетом сажи и полыхали таким жаром, что было непонятно, а как церковники вообще сию особу удерживать-то могли, не обжигаясь. Ну а лицо француженки представляло из себя один сплошной ожог, сверху которого бешено извивались изрядно убавившиеся в числе змеи, прикрытые защитными чехлами в виде щупалец. Дар оракула подсказал Олегу: скрывающие рептилий чехлы были выполнены из вполне себе естественных для этого мира материалов и посажены на натуральный клей, который однако же без специального растворителя черта с два отдерешь. А вот косметика для придания прочим частям её тела инфернальных оттенков в магическом восприятии делалась алхимиками из материалов, берущих свое происхождение на нижних планах, благо демонической крови на складах потихоньку протухала не одна бочка, которую правильно законсервировать по каким-то причинам не получилось. И в расплавленный металл индусы-оружейники сыпали мелко натертые кости убитых обитателей преисподней, дабы придать готовому изделия дополнительные волшебные свойства…Побочным эффектом которых оказалась некоторая уязвимость к воздействию святой силы, света и прочих губительных для демонов явлений. Расплавить толстые и прочные латы горгоны, в которых человек той же комплекции вряд ли бы смог хоть сотню шагов пройти, потуги церковников не могла. А вот раскалить — пожалуйста!

— Не добивай их! — Олег едва успел выдернуть голову одного из нокаутированных им церковников из-под того места, куда секунду спустя ударила изящная женская ножка, покрытая раскалившимися черными латамми. И оказавшуюся в месте контакта маленькой ступни со стеной толстую доску даже не пробило, а скорее распылило. Разогретая до вони собственного паленого мяса горгона была зла как тысяча чертей, истекала кровью из нескольких мелких и не слишком-то мелких ран, что на её темном доспехе удалось разглядеть не сразу, а также явно была не настроена церемониться со своими обидчиками. — Брать живьем! Эти предатели за все ответ после суда!

— Они убили Кейто!- Истеричный выкрик девушки чуть не заставил Олега хрустнуть шейными позвонками одного из немногих церковников, кто оценил ауру нового участника схватки и тут же попытался убежать. Или это на него так повлиял тот факт, что из первоначального состава данной группы в живых осталось только человек пять? Слишком эти люди увлеклись сражением с «демоницей», которую их святая магия никак не могла одолеть. И более обыденные средства тоже.Элен и сама по себе была достаточно крепким орешком, чьи покрытые чешуей ручки могли зачарованные клинки ловить прямо за лезвие, а в сочетании с правильно подобранными доспехами и хорошо отточенными навыками рукопашного боя и вовсе превращалась в настоящую машину разрушения, не особо уступающую большинству оборотней в их боевой форме. — Отрубили ей голову!

— Где голова⁈ — Олег решил проигнорировать пока еще дееспособных церковников, а также тех, кто вел перестрелку где-то поблизости и своих людей, оставшихся на первом этаже. Схватка должна была вот-вот завершиться, и если сопровождавших шиноби и горгону бойцов не добьют, то они, скорее всего, выживут. Или будут реанимированы им же спустя минуты три-четыре. Но при некоторых травмах даже для такого искусного и могучего мага-медика как он сам счет действительно шел на секунды…Ну, может считанные минуты. Сколько там клетки могзга обычного человека при кислородном голодании живут⁈ А если это не обычный человек, а одаренный, не самый слабый притом⁈ — Может, я еще успею…

— Ублюдок с пылающим сердцем, которого я через стену вышвырнула, рубанул наискось! Его клинком сам мозг на две части оказался перерублен, да еще и сожжен, поскольку лезвие вовсю огнем горело! — Олег выругался и мысленно опустил руки, ибо в таком случае он своей начальнице разведки действительно помочь уже не мог ну никак. Тут мог бы справиться лишь кто-то уровня короля йогов, да и то не наверняка…И Манидера Садхира или хотя бы какой-нибудь его копии в городе все равно не имелось. Йог предупредил, что отправляется передать привет Калидасу, дабы тот вновь оказавшись на свободе не расслаблялся лишний раз и не борзел. А чтобы выдать напутственных пинков верховному жрецу наиболее кровожадной богине во всем местном пантеоне, когда оная богиня на сбежавшего от неё смертного слегка обижена, древнему аскету требовалась вся имеющаяся сила. — Сзади!!!

Развернувшийся вовремя исключительно благодаря предупреждению Олег смог поймать своими ладонями два сухих старческих кулака, вокруг которых свет свился в ослепительно сияющие кастеты. Никакой опасности чародей по-прежнему не чувствовал, но зато почувствовал всю мощь отнюдь не слабых ударов, заставивших болезненно заныть все кости его обеих рук, включая даже плечевые суставы. Почувствовал прямо сквозь защитные барьеры и зачарованную броню, вероятно способную небрежную отмашку какого-нибудь архидемона удержать. Правда его соперник, которым оказался высокий и худой старик со смутно знакомыми чертами лица, удивился как бы не больше, когда внезапно понял, что не может высвободить свои кулаки из захвата чародея. Однако его это если и смутило, то не сильно, ибо он выгнулся назад, а потом ударил своей головой будто молотом…И чародей повторил данный маневр, обоснованно рассчитывая на превосходство в твердости шлема, прочности более молодых костей и скорости своего самоисцеления, ибо после падения с лестницы выглядел этот церковник, каким-то образом ухитряющийся бить сквозь любую защиту словно бы сразу по самой душе, изрядно помятым.

— ОСТАНОВИТЕСЬ!!! — Заполнивший все и вся свет, появившийся вместе с чьим-то могучим гласом, заставил исчезнуть сразу и без остатка дым алхимических гранат. И замуровал чародея в себе как муху в янтаре буквально за миг до того, как шлем Олега соприкоснулся с головой старика, вооруженного кастетами. Дар оракула подсказывал, что эту силу он раньше уже чувствовал. Когда только приближался к зданию ресторанчика, и когда вражеские артиллерийские обстрелы вспоминал. Но мощь, определенно способная даже высшего мага из игры вывести, оказалась направлена не на какие-нибудь убийственные чары, а на площадное воздействие, остановившее всех. И русского боевого мага, недавно удостоенного боряского титула, и горгоны, и тех находящихся поблизости церковников, кто был вырублен недостаточно надежно и потому еще пытался трепыхаться…А еще мощь, пущенная в ход кем-то находящимся рядом, но пока остающимся вне поля зрения, стремительно слабела. Вторично вспыхнувшее в сознании пророческое озарение подсказывало Олегу, что в ход оказалась пущена не личная сила, а заимствованная. И использовать данный козырь можно было всего один раз…По крайней мере — на какое-то время. Весьма продолжительное время… Перезарядка обещала занять даже не годы, а как бы не века… — Этому больше не может быть позволено продолжаться!

— Пусти меня, Фридрих… — С нездоровым свистящим присвистом попросил старик, который почти приклеился своей головой к шлему Олега. Пошевелиться он, вопреки ожиданиям чародея, тоже не мог. Было видно как дрожат от напряжения его руки…Или это они просто так дрожали? В силу более чем преклонного возраста и целой кучи сопутствующих тому заболеваний? — Я должен исправить свою ошибку!

— Не думаю, что ты ошибался. По крайней мере, не в тот день, о котором думаешь сейчас. — Говоривший наконец-то шагнул в поле зрения чародея и оказался относительно обычным мужчиной, примечательными чертами которого оказалась разве только темная одежда католического священника с белым воротничком, да сжатый в руке посох. Старое рассохшееся дерево напоминало рукоятку вил, которые недавно Олег свистнул из хозяйственной части, только выглядело куда более потрепанным, но именно эта палка являлась источником и сердцем затопившего все и вся света. Света, под воздействием которого стремительно заживали раны неподвижных людей, и даже лицо горгоны больше не напоминало один сплошной ожог. — Ты посмотри, она не демон. Даже один из владык нижних планов не смог бы так закамуфлировать свою суть здесь и сейчас. Выжить — мог, убить нас — мог, исцелиться — нет. Да и люди, попытавшиеся нас арестовать, не относятся к числу культистов, поскольку ни один из них не бьется в корчах, пока скверну преисподней выжигает из его души! А город? Вспомни как выглядит этот город! Зря мы решили пробраться сюда инкогнито, дабы своими глазами увидеть, как глубоко во тьму пали местные владыки и услышать слова тех, кто не солгал бы своим братьям по вере. Ибо мы сами пали. Как минимум во грех гордыни, под воздействием которой и совершили много других грехов.

— Но… — Смутно знакомый худой священник медленно стал разгибаться, и Олег внезапно тоже осознал, что может двигаться. И стал сдвигаться назад, чтобы прикрыть Элен от численно превосходящих сил противника, к которым стремительно возвращалась боеспособность после всего, что он с ними сделал. — Явившиеся по наши души солдаты насквозь пропахли смрадом нижних миров! Особенно парочка из культистки и той не-демоницы с щупальцами на башке!

— А я за десятилетия проживания среди винных бочек пропах церковным кагором, но ты же не будешь в чашу для причастия меня наливать! — Постучал себя по лбу посохом, определенно представляющим из себя какую-то могущественную святую реликвию, обладатель германского имени и одежд католического священника. Впрочем, на русском он говорил абсолютно без акцента…Может, поляк? — Бонифаций, разуй уже глаза! Ты ошибся не тогда, а сейчас! Со мной за компанию, ибо я тоже в ситуации не разобрался…И наша охрана отреагировала на то, что сочла угрозой и кознями продавшихся злу культистов, излишне бурно…

Крышу ресторанчика аккуратно так срезало воздушной волной, и куда-то в сторону унесло. А потом в здание сверху заглянул дракон, всеми тремя своими головами. И с довольно громким стуком долбанулся ими о свет, призванный католическим священником, что ныне вел себя скорее как какая — то разновидность залившего любые щели и не мешающего дыханию целебного бетона, наплевав на свою природу частицы и в то же время волны. Причем костяные морды, которые соприкоснулось с призванной католиком магической аномалией, немедленно начали дымиться и гореть бездымным белым огнем, да быстро так…Если бы тот не сдуло вместе с затронутой этим пламенем материей ветром, что наколдовал спустившийся с хмурого грозового неба Святослав, то минут за пять эти части марионетки могли бы и разрушиться целиком. Ветер взвыл, надавив на преграду, и та поддалась, уступая. А когда к ней присоединились когти ящера, окованные зачарованным доспехом, то процесс и вовсе пошел куда активнее, позволив прибывшей на выручку парочке ходячих аргументов крупного калибра лишь на пару метров не дотянуться до голов церковников.

— Бонифаций… — Медленно проговорил Олег, который с каждым мгновением обретал все большую и большую свободу действий. Впрочем, как и остальные, кого он видел. Какой бы трюк католик не сотворил с помощью своего посоха, но призванная им мощь стремительно исчезала в никуда…Примерно так же, как делали бы это могущественные демоны, которых к этому измерению ничто не привязывало, только место назначения было вроде бы иное. Чародей наконец-то вспомнил, где он видел священника с кастетами. Это был первый человек, который после его прибытия в этот мир отнесся к нему, в общем-то, по человечески, пусть и в рамках людоедских законов Возрожденной Российской Империи. Тогда его оружие, правда, материальным было, да и сам церковник выглядел немного иначе, как минимум моложе… — Знаешь, а я ведь тебя искал, когда был в Москве проездом…Хотел сказать спасибо и передать подарки, но разыскать так и не сумел. Вот уж не ожидал, что мы когда-нибудь встретимся так… Когда ты прокрадешься ко мне в гости как вор, чтобы пожать руку предателям, готовым нарушить свои клятвы и вонзить в спину нож и мне, и своим товарищам по оружию, а также убить людей, чей долг заключался в защите мирного населения от служащих демонам культистов, готовых устроить теракты диверсантов и прочей подобной вам мрази…Знаешь, а это ведь не первый раз, когда слуги церкви пытаются меня убить, презрев и мораль, и заповеди, и те государственные законы, которые вообще-то для них и писаны. Даже не второй. Наверное, настала пора мне ответить, раз уж по другому вы не понимаете.

— От лица меня и моего коллеги я приношу официальные извинения, хотя и понимаю, что извинений этих в данной ситуации абсолютно недостаточно! — Поспешно заявил католик, положив руку на плечо вздрогнувшего Бонифация, чьи световые кастеты вдруг взяли и погасли. Только вот Олегу было на самом деле интересно, насколько он на самом деле раскаивается в том, что совершил, а насколько его слова вызваны тем, что драконьи когти клацнули уже всего-то в метре над головами парочки церковников, бывших среди себе подобных то ли самыми главными, то ли просто первыми среди равных…Или тех, кто еще был жив.- Мы без сомнения готовы выплатить достойную компенсацию за свои поступки или даже ответить за них перед законом Божьим и людским, но только после того, как выполним свою официальную миссию! Обратимся с вашей помощью к руководству Северного Союза, дабы силы этого государства могли влиться в коалицию, что намерена покончить с угрозой демонов, оскверняющих собою этот мир! Это в его интересах! И в ваших тоже! Одним из первых обязательных пунктов соглашения является мораторий на ведение войны друг с другом, что действуют на протяжении всего времени борьбы со злом и десять лет после! Причем Англия соглашения уже подписала…

— Я не верю словам тех, кто прибыл сюда обманом, убил моих людей и, возможно, собирался убить меня! — Заявил Олег, но тем не менее поднял руку, останавливая уже занесенную для удара драконью лапу. Ну и Святослава, вокруг которого уже водила хоровод пара сотен крупненьких таких шаровых молний, некоторые из которых подозрительно напоминали не просто сгустки энергии, а скорее каких-то существ и, скорее всего, являлись накаченными силой духами. — Сложите оружие и сдайтесь для суда — тогда будете живы. Нет? Я буду обращаться с вами как с прислужниками вторгшихся в наш мир демонов, ибо только им на пользу пойдет гнусное убийство тех героев, которые уже не один десяток раз сражались с воинством нижних миров!

— Послушай ты… — Вспыхнул было один из церковников, что как-то незаметно скучковались за спиной у Бонифация и его коллеги, что на фоне прочих выделялись примерно как лампочки посреди горящих свечей, но продолжить свою речь он так и не смог. Помешал старый и потрескавшийся деревянный посох, которым рот крикуна закрыли аккуратно, но сильно.

— Мы сдадимся, но я прошу дать мне время, чтобы всех в этом убедить и избежать дальнейшего смертоубийства, а также провести прямо здесь небольшой молебен, дабы наши братья узнали о случившихся событиях и страшной ошибке, которую мы допустили. — Заявил католик, а после аккуратно положил на пол свою святую реликвию и толкнул её к Олегу.

— Полчаса, — процедил Олег, подбирая едва ли не обжегший ему руки посох, который тем не менее был вполне себе комнатной температуры, а после направился в сторону ближайшего из находящихся здесь бойцов, который вроде бы был ему лоялен. Ну, во всяком случае, он хоть и пришел в себя, но явно не понимал, что происходит, русского языка не знал и не слишком-то успешно притворялся бессознательным и медленно тащил рукой из кармашка на поясе гранату, готовясь метнуть ту в скопление противника, что так удобно столпился плотной группой. — У вас есть полчаса на то, чтобы предатели и их братья по вере сложили оружие и ответили за свои преступления! Но если кто-то попытается причинить дальнейший вред моим людям или попытается бежать — ему не жить!

Чародей до зубовного скрежета хотел отомстить за Кейто и прочих погибших сегодня людей. Особенно за японку. Бывшая шиноби хоть и являлась его подчиненной, но успела стать кем-то большим…Союзником и другом. Другом, который уже несколько раз серьезно выручил Олега и его близких, а потому мог рассчитывать на взаимность. А еще она тянула на себе крайне важную, крайне мерзкую и крайне специфическую работу, с которой теперь как-то придется справляться без неё… Но, скорее всего, священники говорили правду. Не всю, определенно не всю. Если бы они вот совсем-совсем не желали ему зла, то черта бы с два потратили свое время и силы на то, чтобы сначала тайно заявиться в Новый Ричмонд, а потом и завербованных осведомителей к себе созвать! Но по части нового витка войны с демонами эти служители высших сил не врали. Так говорила ему интуиция, и логика с ней соглашалась, ибо какого черта могли забыть явно не последние чины двух недолюбливающих друг-друга христанских конфессий посреди Северной Индии, если не армию, которую эти фанатики могли бы против демонов бросить⁈ А раз так, то имело смысл не рубить с плеча, а вести переговоры… Во-первых, тогда меньше шансов, что весь этот мир возьмет и сгинет в адском пламени. Во-вторых, хоть Олег и был теперь боярином, но просто так развешивать на деревьях или там сжигать живьем представителей церкви не рекомендовалось даже тем, кто относился к высшему дворянству Возрожденной Российской Империи. Для начала следовало бы провести над ними суд, пусть даже и несколько предвзятый. От поднявшейся бури дерьма это, ясное дело, не спасет, но позволит хотя бы сделать её именно бурей, а не двенадцатибальным штормом. Ну и, в-третьих, он надеялся, что некоторых погибших все же сможет реанимировать…Как бы ни был силен призванный церковником свет, чисто целительским воздействием он все же не являлся и вряд ли мог запустить остановившееся сердце, насытить кислородом кровь если легкие уже не дышат или сплести воедино распадающуюся ауру…

Надежды чародея оправдались частично. Вместо с Кейто и Элен в ресторанчик вошло три десятка бойцов. А еще две сотни караулили снаружи на некотором отдалении, дабы возможных беглецов перехватывать…Когда сразу несколько подозреваемых в шпионаже личностей вдруг собираются в одном месте, то этого достаточно, чтобы попытаться поймать их всех с поличным. Японка ожидала встречу с резидентом, может быть каким-то начальником отделения, что решил завербовать новых людей в свою группу и провести то ли ритуал посвящения, то ли наложение магической печати верности, то ли подготовку к крупной диверсии, может быть нападению на Новый Ричмонд…Но она не рассчитывала встретить почти четыре десятка воинов церкви, охранявших парочку личностей, пользующихся особым вниманием высших сил. И эти недопаладины заодно со вполне себе профессиональными инквизиторами очень нервно отреагировали на попытку ареста «слугами зла». За эту ошибку шиноби и чужую паранойю жизнью заплатил сорок один человек. Шестнадцать мирных жителей, десять бойцов Олега и пятнадцать тех, кому в этом городе были определенно не рады. У чародея получилось реанимировать аж пятерых, включая одного заскочившего перекусить не в то время начинающего брахмана, но Кейто в списке вытащенных из лап смерти не оказалось. Диагноз, поставленный со слов Элен даже без вгляда на тело пациентки был верен. Разрубленная наискось вместо с мозгом черепная коробка, чье содержимое магическим огнем еще и прожарило. Такая рана даже Святослава могла бы убить мгновенно, если бы бывший крестьянин в энергетическую форму вовремя не перешел.

— Эй, предатель! Я хочу знать, стоило ли оно того⁈ Стоило⁈ — Камилла на вид своей наставницы с наполовину срезанной головой, которую вытащили из наполовину разрушенного здания, отреагировала довольно нервно. Сначала расплескалась на груди у сестры, подпортив свою репутацию «ужасной демоницы», а потом обрушилась в гневе на ближайшего из обидчиков, которым оказался усевшийся прямо на крыльце обладатель артефактного сомбреро. Призванный католиком свет чуть не стоптанного Олегом мексиканца подлатал, но со своего прежнего места тот уходить никуда все же стал, а просто уселся на порог, печально вздыхая и грустными глазами взирая на бывших товарищей по оружию. Которые на него тоже смотрели. Через прицелы, которых на одного и того же шпиона сейчас было направленно, по меньшей мере, штук сто.– Пусть ты еще можешь радоваться жизни, но это ничего не значит! Ты заплатишь за свое предательство! Заплатишь! Даже если твои начальники как-нибудь выкрутятся и устроят вам суд, вместо того, чтобы таких собак как просто убить на месте — ты заплатишь! Дай мне только повод, дай мне всего один проклятый всеми богами повод, и я сожру твою душу! Сожру!!! Буду её медленно пожирать по кусочку, смакуя каждую каплю!!!

— Камилла, не лезь к нему и уж тем более не тяни в рот всякую гадость, — дар оракула подсказал чародею, что француженка начинала видеть в Кейто того, о ком всегда мечтала. Мать. Суровую и требовательную, но заботливую и, по-своему, любящую. Настоящую, в отличии от суккубы, что хоть и разделала со своей дочерью кровь, но была тем еще чудовищем во всех возможных смыслах этого слова, чей моральный облик мог бы осквернить собой любую помойку. — Убийца Кейто все равно уже мертв, истек кровью от разрыва внутренних органов быстрее, чем до него добрались санитары. А этот…Он получит то, что заслужил. И другие тоже.

— Никому не уйти от своей судьбы, ибо никакой судьбы нет, есть лишь воля Бога…- Пробормотал сидящий на крыльце мексиканец, сжимая обеими руками извлеченное откуда-то из-под брони распятие. Сложившаяся ситуация мужчине явно не нравилась, и он пытался больше убедить себя, чем других…Но бежать или просить о милосердии не пытался. Видимо понимал, что бесполезно.

— Нет никакой судьбы, есть лишь поступки отдельных личностей, цепочки взаимосвязей и факторы внешней среды вроде погоды или температуры воздуха. — Хмыкнул Олег. Разговаривать по душам с предателем ему не хотелось, как не хотелось бы любому нормальному человеку видеть лишнюю дырку на его одежде, опознавать в налипшем на голую ногу куске мусора раздавленного таракана, наблюдать в зеркале за развитием кариеса на одном из своих зубов…Но приходилось, ибо оставшиеся в его распоряжении спецы по добыче информации сейчас были, мягко говоря, не в форме. Следовало срочно искать новых. Или обучать. Только обеими этими задачами он займется когда-нибудь потом, а пока придется работать самолично. — Камилла, этот ублюдок был одним из тех, кого вы подозревали? И давно появились мысли о том, что он шпион?

— Пару месяцев, но твердой уверенности у нас не было. Просто он и его заместитель слишком часто заходили в гости к церковникам и слишком уж активно дружили с неприкасаемыми и прочими членами низших каст, которые решили перейти в христианство. Сманивали их под свое командование, таскали в храм, формируя нечто вроде фракции… — Процедила Элен вместо сестры, которую по-прежнему от бешенства трясло. В сложившейся ситуации радовало лишь то, что информацию от своих учениц погибшая японка вроде бы не скрывала. Да и смысл ей тайны на пустом месте разводить, если Олег всем трем лично поручил присматриваться к своей маленькой армии и прочим обитателям Нового Ричмонда, по возможности выискивая любые угрозы? И своё особое внимание они должны были уделять не столько мелкому криминалу или попытавшимся сбыть краденное залетным наемникам, сколько культистам демонов и разного рода предателям, что были верны совсем не данным при заключении контрактов обещаниям или, по крайней мере, верен не только им. — А еще и этот предатель и его заместитель — маги света, причем маги вроде бы слабые, но какие-то подозрительно талантливые…Словно бы временами умеющие чуть больше, чем им положено уметь на текущих рангах. Не так, как настоящие жрецы, скорее как послушники какие-нибудь…

— Надо вам было раньше схватить этих Иуд! — Олег покосился на предателя, что в дверях закусочной устроился. И был вообще-то довольно дефицитным специалистом, которого сложно заменить. Нет, маги умеющие обращаться со светом в его распоряжении были…Но — мало. И не сильно-то искусные. Вроде бы. И теперь их всех придется трясти на предмет истинной лояльности. Ну, кроме тех, кто уже попался на горячем и в чьей предательской натуре сомнений уже нет и быть не может. В случайной встрече со слугами церкви не было бы ничего предосудительного. Попытка чему-нибудь у них научиться или совершить какую-нибудь сделку тоже не являлась бы преступлением… Однако видимо в чем-то по-настоящему скверном обнаруженные шпионы все же были замешаны, раз уж так дружно ответили автоматным огнем на попытку задержания, поддержав церковников, которых видели впервые в жизни и даже не попытавшись отвертеться от участия в конфликте.

— Не называйте меня Иудой, господин Коробейников! — Отреагировал на умышленно оскорбительные слова предатель, продавшийся слугам церкви.

— Хорошо, ты не Иуда…Просто шпион. Да еще и достаточно наглый, чтобы других в это дело втягивать, выстраивая среди моих людей целую цепочку… — Развернулся Олег лицом к крыльцу строения, что ныне держалось вместе не иначе как чудом. Окружавший здание световой барьер, конечно, принял на себя львиную долю выстрелов со стороны штурмующих, но и прорвалось через него достаточно, чтобы покрыть стены многочисленными дырами, в щепки разворотить косяк, почти уничтожить висящую на одной петле дверь…Да и отстреливающийся из пистолетов-пулеметов предатель не был полностью невредимым несмотря на парящий костяной щит и прочие защитные заклинания. Множество свежих сколов украшало собой лакированную поверхность самурайских доспехов, которые прикрывали собою тело обладателя шикарного зачарованного сомбреро. Под этим сомбреро тот, кстати, еще и куда более компактный шлем носить умудрялся. — Или скажешь, что все не так? Ну, чего же ты молчишь, Бернардо?

Параллельно сведением беседы Олег попытался просканировать закусочную, чтобы определить, а чем там занимаются вроде как сдавшиеся церковники. И у него не получилось, поскольку пусть останавливающих пули барьеров больше не было, но окутывающий его недругов свет удивительно хорошо скрывал всё и вся в своем сиянии. Чародей даже не мог сказать, сколько народа находится на первом этаже…Магическими методами. А вот просто глазами он видел помимо застывшего на входе предателя минимум восемь человек, что либо стояли вблизи окон, либо отбрасывали тень, которую было видно через не слишком плотно подогнанные друг к другу доски возведенного на скорую руку сооружения. Источников дыхания же, как правило довольно шумного и встревоженного, поблизости насчитывалось аж полтора десятка. Ну, или чуть больше. Значительную часть подобного шумового загрязнения перекрывало бормотание молитв на нескольких языках сразу и натужное сиплое сипение издаваемое, кажется, Бонифацием.Издающий весьма характерные звуки старый священник пытался затаиться совсем рядом с остатками входной двери. Без особого успеха, поскольку он там практически задыхался, пусть даже делал это не так, как раненные, а скорее подобно человеку тяжело больному астмой или хотя бы бронхитом. Воняло сгоревшим порохом, разлитой выпивкой, кровью, дерьмом, каким-то подгоревшим кушаньем, фруктовой кислятиной и ладаном… И еще характерной мускусной вонью дракона, которого под его доспехами вычистить было настоящей проблемой. А снять их — тем еще инженерным подвигом даже с учетом взломанного зачарования на древних артефактах.

— Я отяготил свою душу многими грехами… Но с тех пор, когда мне пришлось работать на богопротивного некроманта, мою совесть ничто не запятнало! — Несколько нервно выкрикнул относительно молодой мексиканец, которого Олег завербовал еще в США. Очень слабенький маг света и очень слабенький техномаг, которого на просторах Возрожденной Российской Империи и полноценным ведьмаком могли бы не признать, долгое время ничем особенным на фоне других членов экипажа не выделялся, то мелкие поломки латая, то работая с магическим телескопом в рубке. Потом, по мере расширения численности отряда, стал десятником…Вероятно, мог бы сделать это и раньше, но вот не демонстрировал он особого таланта, сил или хотя бы амбиций. Совсем недавно, когда разрастающаяся армия Нового Ричмонда стала требовать компетентных и лояльных офицеров в как можно большем количестве, пехотную сотню под свое командование взял, благо поучаствовав в огромном количестве сражений получил свою законную долю трофеев, которую потратил с толком на лучшее снаряжение и оружие,изрядно увеличивающие его боевые возможности. Да и просто за эти годы набрал опыта, мускульной массы, мастерства и банально заматерел, став на одну доску с одаренными второго ранга. — Должен признать, поначалу мне было немного стыдно, когда ты делал вид, будто лишь слегка запачкан нечистыми силами, а не погряз в них с головой подобно большинству чернокнижников…Но с каждым годом тот, кому была принесена моя клятва верности, все больше погружался в глубины запретных искусств, оскверняя тела мертвых и пятная себя общением с демонами! Не считаю себя предателем! Я просто выполнял долг верного сына католической церкви, что поднимает свое оружие на других людей исключительно по приказу, но не может не поднять его, чтобы противостоять слугам врага рода человеческого и не сообщить о возможных угрозах своим братьям по вере…

— Значит, ты не из тех, кто решил повторить финансовый успех Иуды, а из идейных… — Олег вспомнил про то, что к магам смерти у обитателей Северной Америки куда более предвзятое отношение из-за проживающих с ними по соседству вампиров. Вернее, не совсем проживающих и потому активно использующих в своих интересах мертвых, немертвых и некромантов, которые по роду своей деятельности становятся для влияния упырей уязвимы, да еще и сильнее прочих заинтересованы в артефактах или знаниях кровососов. А ещё чародей решил скромно умолчать про то, что церковь где-нибудь в США и церковь Возрожденной Российской Импери — это совсем разные организации, и если Бернардо смог о чем-то договориться с правослаными попами, то скорее всего по меркам его старого начальства измену совершил. Нет, чисто формально структура у данных организаций может и одна, вернее с единым высшим руководством, но слишком уж часто в истории сотрудники таких схожих по всем параметрам контор убивали друг друга за небольшие различия в текстах своих священных документов, иные правила внутреннего распорядка для сотрудников и, конечно же, зоны влияния на паству. — Надеюсь, это будет успокаивать тебя во время допроса моих выживших бойцов и твоих соучастников. Выживешь ты, только если никого лично из бывших товарищей не убил, ибо только таким предателям вместо высшей меры наказания светит пожизненный срок на каменоломнях!

— Довольно щедрое предложение, господин Коробейников, — на крыльце ресторана возник церковник, чей облик показался Олегу смутно знакомым. Очки, нарукавники словно у какого-то бухгалтера, неприметная внешность с которой взгляд будто сам собою соскальзывает…Чародей его точно уже видел раньше! В церкви Нового Ричмонда видел! — Честный труд, много времени для того, чтобы подумать о душе и замолить грехи, возможность обратить в свою веру других каторжан или же просто принести им утешение пойдет бонусом…Благодарю вас за ваше милосердие.

— Ох, чувствую, пожалею я еще о нем, — процедил Олег, давя вспыхнувшее в душе раздражение. Он ведь чудом выжившим православным инквизиторам помогал как мог! А они ему не просто в спину плюнули, а прямо таки мишень своими плевками старались нарисовать! — Ерафим! Если и ты там, то вылазь уже! Мне вот чисто по-человечески интересно, что ты придумаешь теперь в свое оправдание, чтобы я не выгнал абсолютно всю вашу камарилью из города пинками, отправив слово божие в народные массы индусов нести!

Поскольку народные массы и стоящие над ними аристократы в этой части Индии были сплошь языческими, и после недавнего мятежа последователей всякого там единобожия напоказ сильно не любившими, то карьера у проповедников без солидного огневого прикрытия обещала быть сложной, но недолгой. А мучеников потом, может быть, вообще бы к лику святых причислили. Однако в данный момент Олега это не сказать, чтобы сильно волновало, поскольку на представителей церкви он был действительно зол. Сколько можно уже ему палки в колеса вставлять, в самом-то деле⁈Слишком любопытные взгляды или одного-двух осведомителей, которые никуда не лезут, он бы стерпел, ограничившись устным выговором, может быть санкциями примененными ко всем обитателям занятого храма, может быть вытребовал бы себе какие-нибудь уступки, облегчающие ведение дел в Возрожденной Российской Импери… Но целая структура предателей, готовая при нужде пустить в ход оружие и умереть за свою веру⁈ Перебор…И будет она удалена из структуры его маленькой личной армии немедленно. С крайним предубеждением и без всякой жалости.

— Можешь не кричать, брат Ерафим сейчас отсутствует в городе. Да и Бернардо среди собравшихся здесь благочестивых христиан вряд ли может говорить за всех, сын мой, — тот кто стоял в стороне от входа и сипло дышал внезапно дернул мексиканца за плечо…И тот покорно сдвинулся, отступая вглубь закусочной и уступая место высокому худому старику, который смотрел на Олега своими белыми, выцветшими от возраста глазами. — Предлагаю тебе обмен. Я, как один из главных виновников сегодняшней трагедии, отдаю себя в полную твою милость, что будет зафиксировано официально как моими братьями по вере, так и католиками, а ты отпустишь обагривших свои руки кровью служек и послушников, а также тех своих солдат, которые больше думали о спасении своей души, чем о мирских клятвах, контрактах и прочих обязанностях.

— Нет, Бонифаций, так не пойдет, — непреклонно покачал головой Олег, смотря в лицо высокому и худому священнику, что от большинства знакомых чародею церковников отличался. От большинства…Но не от всех. Чувствовалось в нем нечто общее с парочкой знакомых чародею святых или, по крайней мере, серьезных претендентов на данное звание. Более слабое или может быть менее четкое, но — чувствовалось. — Каждый получит то, что заслужил своими действиями или бездействием, если ты не вернешь мне моих людей, которые сегодня погибли…Не вернешь же?

— Великое чудо воскрешения — не то чудо, которое может предоставляться по щелчку пальцев. — Сморщился старик. — Я, конечно, могу о нем помолиться со всей страстью и пылом, на которые только способен…Но в моей жизни было очень много подобных молитв. И они всегда оставались без ответа.

— Так я и думал, — хмыкнул чародей, решив не упоминать о своем знакомстве с йогом, для которого воскрешение — процесс привычный и чуть ли не рутинный. Правда, далеко не всегда получается…Но попытаться и не суметь добиться успеха лучше, чем даже не пытаться, не так ли? — И твоя готовность взять вину на себя ничего не изменит. Максимум, на который я могу пойти для официальных членов церкви, не обагривших свои руки кровью моих людей, это длительные, но конечные сроки заключения. Скажем, лет пятьдесят… Хлеб, вода, размышления о бренности бытия, никакой роскоши и прочих искусов, лишь то количество рыбы или свежих овощей,которое требуется человеческому телу, дабы от авитаминоза не загнуться. Единственные возможные исключения из данного графика — те дни, когда их сила духа потребуется на передовой в войне с демонами или нежитью, если ходячие трупы опять станут доставлять неприятности. Уверен, это пойдет им на пользу, да и для церкви станет по-настоящему великим благом! Как-никак именно подобный образ жизни, если верить словам священных книг, способствует появлению на свет по-настоящему раскаявшихся грешников, истинных праведников и даже святых!

— Пусть так, — недовольно поджав губы, кивнул Бонифаций. — В таком случае, я разделю их ношу!

Глава 18

Глава 18

О том, как герой неожиданно оказывается в гостях, обдумывает стоит ли ему делать геополитический ход, а также делает выбор между стабильностью и потенциалом.

Небольшое поселение, скрытое внутри мобильного пространственного кармана, со времен первого визита Олега ничуть не изменилось…В отличии от его обитателей. Очень и очень многие слуги архимага Баломохана, которые встречали небольшую делегацию гостей подозрительными взглядами и готовым к бою оружием выглядели какими-то…Утомленными? Зачарованная ткань прекрасно скрывала их лица и ауры, но двигались или даже просто стояли они как те, кому требуется медицинская помощь. Или кто уже её получил, а потому двигается теперь очень-очень аккуратно, дабы не растревожить бинты или поменьше стучаться гипсом о преграды. Даже сам владыка этого места малость имидж сменил, и теперь парил в воздухе, не касаясь краешком мешковатой мантии зачарованных каменных плит…Ибо ног у него, кажется, под ней не было. И правой руки частично. Что там пряталось под просторными одеждами ходячего трупа оставалось только догадываться, но перчатка к рукаву примыкала только с одной стороны. С другой необходимости в ней не имелось, ибо рукав был пустой. Да и покрывающие голову бинты как-то перекособочились, словно основательно так перекособочена была морда типичного упыря, которую они скрывали. А поскольку немертвый одаренный восьмого ранга свои повреждения до сих пор не устранил, то следовало предположить, что с ними не все так просто, и оставил их кто-то равный ему, имевший все шансы избавить мир от одного старого затворника.

— Должен сказать, Коробейников, я не ожидал вновь увидеть так быстро. Да еще и у себя в гостях. — В сиплом порыкивающем голосе древней разумной нежити проскальзывали довольно странные интонации. Кажется, архимаг Баломохан сам не мог определиться с тем, радует его данный факт или же раздражает слегка. Возможно, правильны были оба варианта, ведь психика вопреки всему развившего личность упыря работала крайне странными способами, в которых безжалостная логика шатко балансировала с природными инстинктами при помощи железной воли. — Не поймите меня превратно, наш опыт общения сугубо позитивный, но я не привык, чтобы дела шли в подобном темпе. Излишняя торопливость зачастую приводить к неправильной оценки ситуации и бальной небрежности, а ни то ни другое мне не по нутру.

— Да я и сам хотел подумать годик-другой над перспективами дальнейшего сотрудничества, прежде чем обращаться к вам с какой-либо просьбой, — абсолютно честно признался чародей, телекинезом вынося из громадной летающей ракушки хирургический стол, на котором лежало тело, с ног до головы укутанное несколькими изолирующими покровами. Не то, чтобы Кейто боялась нескромных взглядов, особенно в её состоянии, но Олегу было психологически некомфортно относиться к её телу, словно к обычному куску мяса. Плюс пассивная защита от процессов разложения и вселения всяких нематериальных сущностей в бесхозную оболочку совсем не лишней была. — Увы, вмешались обстоятельства и произошли события, которые я не смог предотвратить, хотя и очень бы этого хотел.

— Бывает, к сожалению, и такое…Слишком часто бывает, причем даже со мной… — подплывший к каталке немертвый архимаг внимательно изучил материал, с которым ему предстояло работать. Когда Олег просил о встрече этого древнего параноика, который обычно не пускал к себе домой гостей и уж тем более сам приходил лишь туда, где его не ждут, то сразу же изложил все обстоятельства дела. А потом почти неделю дожидался ответа, ибо пока письмо своего адресата нашло, пока было обдумано, пока Баломохан с иными своими делами разобрался… — Рабские браслеты для трех десятков жрецов мои слуги сейчас погрузят в счет останков той птицы, которую на мой склад доставили. Товар достаточно популярный, хотя и не сказать, чтобы серийный…И да, лишнее их количество можете считать подарком, пусть будет с запасом. Пригодится, вот помяните мое слово…Главное, ко мне этих ваших недоброжелателей не тащите ни в каком виде, даже запаха слуг этих так называемых высших сил я нюхать не хочу, ибо от внимания их покровителей замучаешься отделываться…Хм, а тело, которое вы ко мне привезли, все еще живое…

— Я его сначала своей магией реанимировал и поддерживал, а потом к артефактам искусственного жизнеобеспечения подключил между делом, благо тут и ран-то не было за исключением разрубленной головы, в которой даже ничего не кровоточило, ибо уцелевшие ткани мозга основательно так пламенем прижгло, но аура…Боюсь, когда я добрался до Кейто, стабилизировать там было уже нечего. — С тяжелым вздохом признал чародей, который мог исцелить физическую оболочку своей подчиненной, но был не в силах вернуть обратно её душу. — Не следовало?

— Ну, почему же? — Пожал плечами ходячий труп, по сравнению с которым подавляющее большинство обычных личей, ну насколько лич может быть обычным, являлись не более чем обычными несмышлеными юнцами. — Хорошая основа упрощает любой ритуал, а в деле воскрешения тело самого воскрешаемого, находящееся в идеальном состоянии — второй по качеству из возможных компонентов. Лучше была бы только душа. Но будь у вас и тело, и душа, вы бы их, наверное, и без моей помощи совместили. Там не сложно. Они вообще-то и сами друг к другу тянутся, надо лишь им не мешать, вовремя исправляя свои собственные огрехи…

— Пожалуй, я бы все-таки доверил дело профессионалу, — подумав, решил Олег. — Так значит, вы беретесь её вернуть? Все другие методы результата, увы, не дали.

— Я попробую, но успех не гарантирую…Вернее, не гарантирую, что у нас получится то, что будет сочтено вами приемлемым результатом, тут все-таки слишком многое и от объекта работы зависит. — Пожал плечами Баламохан, откидывая в сторону покрытую рунами тяжелую ткань и склоняясь над длинной обугленной раной, проходящей через голову Кейто. Уцелевшие ткани её мозга Олег в живом состоянии поддерживал, но уцелело их, честно говоря, маловато. Процентов десять-пятнадцать всего, ибо все остальное под воздействием пламенного меча обратилось в гарь. — Иначе бы в храмах или хотя бы при канцелярии сильнейших архимагов услугами по возвращению павших с того света торговали вовсю, пусть и беря за подобную услугу каждый раз по целому состоянию…Состоянию по меркам высшей аристократии, конечно. Какие методы воскрешения над этой особой уже пытались применить?

— Молебен от православного священника, кажется, пользующего определенной поддержкой свыше и попытка воскрешения от Манидера Садхира. — Пожал плечами Олег, который решил использовать свой последний козырь лишь после того как оказались бессильными иные варианты. — Манидер сказал, что её душа уже не в этом мире и отклика не дает, ну а церковники просто руками развели…

— Да они и сами вряд ли знают, что и как происходит даже в том случае, когда молитвы их оказались услышаны. — Баломохан развернулся на одном месте и поплыл в сторону своего дворца-лаболатории, а хирургический стол, к нижней части которого были прикреплены артефакты жизнеобеспечения, двинулся следом. — Впрочем, вынужден признать, теоретически возможностей у них как бы не больше чем у меня…И, боюсь, придется вас огорчить. Если король йогов не смог почувствовать отклик её души, то значит и души как таковой на этом плане бытия уже нет. А раз её нет здесь, то она где-то ещё.

— Манидер это уже говорил, — вздохнул чародей, которого король йогов успел предупредить, что полноценное воскрешение Кейто у его старого делового партнера и в некотором роде приятеля, даже если Баломохан с этим термином не согласен, получится едва ли. — И предупреждал, что максимум, на который я могу реально рассчитывать — ходячий труп с душой погибшей. Вернее, даже не с душой, а с её духом.

— Всё так. Даже во времена Атлантиды удерживание самого себя от того, чтобы после смерти изменить свою суть, было достаточно, дабы получить признание как высшего мага. — Согласился один из наследников магический цивилизации, чьи останки сейчас покоились глубоко на морском дне среди множества пространственных разломов. — А уж провернуть это с кем-нибудь другим хотя бы в минимальной степени…Проблематично. Для меня. Для абсолютного большинства иных обитателей этого мира и вовсе невозможно. Эта женщина ведь не делала для себя филактерии, готовой притянуть и сохранить её суть? Шаманизмом, магией астрала, йогой или какими-то духовными практиками, способными стабилизировать душу даже вне материальной оболочки, не увлекалась? Слугой богов, способным рассчитывать на их опеку или демоническим контрактором не была?

— Нет, нет и нет, — подтвердил чародей, уже догадываясь, что это плохо или как минимум не очень хорошо. Для Кейто в плане успешности её воскрешения определенно гораздо лучше было бы оказаться жрицей, которая балуется методиками закалки своего духа и гоняет по делам не учениц и подчиненных, а какие-нибудь сущности, выдернутые с иного плана бытия. — В понимании европейцев классический маг-скрытник второго, ну максимум начала третьего ранга, даром что выросла и училась в Японии. Вероисповедание…Ну, вроде бы синтоизм, но если какие-то его каноны Кейто и соблюдала, то делала это определенно без энтузиазма, что называется: «для галочки». Впрочем, как и большинство других людей.

— Тогда душа с вероятностью процентов в девяносто ушла на планы смерти, и ныне пребывает там, трансформировавшись в одного из духов мертвых. — Баломохан дернул пустым рукавом, задрав его к верху, словно пытался себе подбородок рукой почесать…Но привычной ему конечности на своем законном месте не было, а потому секунду спустя архиупырь использовал другую. — А дух умершего человека и душа человека живого — это не совсем одно и то же. Разница как между куколкой и бабочкой…Только подразумевается обычно деградация, а не прогресс. И потому даже если у нас все получится, прежней эта женщина уже не будет. А вот насколько изменится — сказать до проведения ритуала воскрешения невозможно, поскольку всё слишком…Индивидуально. Ну и от времени зависит, но в данном случае лишняя неделя или две — не критичны. Что после первоначальных трансформ уцелело, то разрушаться или дальше меняться станет через месяцы, возможно годы…Или вообще останется стабильным на долгие века, обветшав лишь в следующую эпоху.

— Деградация происходит обычно, но не всегда? — Колыхнулась надежда в душе чародея, который однажды видел как призрак одной замученной девушки, хотя скорее даже девочки, так впечатлил призванного вражескими чернокнижниками демона, что тот предпочел прибить своих контракторов и свалить куда подальше, нежели продолжить свое общение с этой немертвой и прочими силами, что пришли из-за грани жизни…Немертвой, которая умерла от силы сутки назад и вряд ли могла быть кем-то особенным, если уж её повесили на воротах тюрьмы не самые впечатляющие, прямо скажем, войска европейцев.

— Бывают исключения, — согласился Баломохан. — Некоторым обладателям воистину несокрушимой воли среди мертвых гораздо лучше, чем в мире живых, причем от наличия, величины и направленности магического дара это зависит лишь косвенно. Совсем не обязательно быть могучим некромантом, дабы чувствовать там себя как дома, хотя конечно по статистике среди них процент удачно прошедших акклиматизацию заметно выше. Но они — долго и упорно тренировавшиеся плавать ныряльщики, что уступают тем, кто по своей природе на этом плане чувствуют себя как рыбы в воде.

— А что бы было с Кейто, если бы я не принес тело к вам? Что вообще происходит с душами тех мертвых, которые не отправились прямиком к своим богам? — Продолжал свои распросы Олег, который в ближайшие несколько тысячелетий помирать вроде не планировал, но вполне допускал, что вновь испытать сей неприятный опыт ему все-таки придется. Или его близким. И если раньше к подобному развитию событий он подготовиться толком не мог, то сейчас, пожалуй, настала пора думать о запасных вариантах на случай, если дела пойдут плохо. Теперь, когда у него есть много силы, много денег, магические знания и определенные связи среди сильных мира сего, страховка на случай собственной гибели может означать не только завещание, написанное по всем правилам, но и билет обратно в жизнь…Возможно даже с не слишком-то и страшными штрафными санкциями.

— По-разному бывает, — пожал плечами древний упырь, шагая по улицам созданного им поселения и временами кивая тем из встречных прохожих, на ком униформы не было, поскольку сейчас они не находились на работе. — При условии, что какая-то связь с одним из богов все-таки есть, просто слабая, то со временем такую душу в его домен утянет. Если подобного не произошло, то мертвый может постепенно слиться с окружающим его планом, что процесс довольно неприятный, но все же это не окончательная гибель, а скорее такой своеобразный переход в новую реинкарнацию. Вот для всех или нет — непонятно…Однако каждый из тех счастливчиков, кто сохранил обрывки воспоминаний о своей прошлой жизни, точно прошел через нечто подобное. Не веришь мне, у Манидера спроси. Пусть он и не один из них, но среди йогов подобные уникумы чаще всего встречаются.

— Ну, вроде бы перерождение — это не так уж и плохо, — осторожно заметил чародей, которому данный вариант развития событий в случае собственной гибели виделся наиболее вероятным. — Даже если с полной очисткой памяти и жизнью, начатой с нового листа…Ну или не совсем нового, ведь душа-то осталась та же самая.

— Пожалуй…Жаль, что я не имею души. — Тяжело вздохнул ходячий труп, для которого гибель стала бы окончанием всего…Или все-таки нет? Ведь душа-то у Баломохана имелась, пусть и находилась где-то в отрыве от всего остального… — Впрочем, духи мертвых, особенно те кто полностью утратил себя и никак не осознают окружающую его реальность или просто наполовину растворился, могут также стать добычей демонов, что любят охотятся на подобную добычу. Владыки смерти их конечно гоняют, уничтожая нарушителей в своих владениях, но идиотов в нижних мирах от этого меньше как-то не становится. Некоторые из тех мертвецов, кто хотя бы частично самосознание сохранил, тоже зачастую начинают охотиться на себе подобных и пожирают их в попытке собрать больше сил и вырваться с плана смерти или просто сделать свое существование там менее дискомфортным…Обычно они добиваются того, что проваливаются в нижние миры, трансформируясь в своеобразных немертвых демонов, но некоторые все же умудряются стабилизировать себя, влившись в число постоянных обитателей этой грани реальности…Ну и конечно есть те духи мертвых, кто ушел на другой план реальности, сев на хвост кому-то могущественному или умудрившись шмыгнуть в естественную брешь меж измерениями…Но не обязательно пункт их назначения окажется таким местом, что подходит смертным людям. И, конечно же, совсем не обязательно это будет наш мир…

Уже на самом подходе к дворцу дорогу их маленькой процессии перегородили те, кого Олег посреди этого отгороженного от мира укрытия древнего немертвого архимага-параноика ожидал встретить в последнюю очередь. Нищие! Толпа примерно из двух десятков оборванцев, благоухающих какими-то вырвиглазными ароматами замотанных в серые лохмотья и обильно перемазанных какой-то дрянью, куда-то тащилась по своим делам! Впрочем, хорошенько приглядевшись, чародей понял, что он все-таки пока не спятил, да и окружающая реальность — тоже. Воняли на всю округу алхимические мази, покрывающие этих людей и нелюдей толстыми нашлепками в самых неожиданных местах, что со стороны были похожи на слои засохшей грязи разных оттенков. А серые тряпки, иногда надетые полосами прямо на голое тело, являлись какими-то дальними родичами зачарованных бинтов. Да и вообще среди плотной компании этих «побирушек» никого слабее подмастерья просто не было!

— Господин, я конечно не вправе вам указывать, но возможно следующую охоту стоит отложить…Или хотя бы проводить подальше от Индийского Океана. — Остановилось напротив Баламохана замызганное чучело, в котором Олег с некоторым трудом опознал типичную эльфийку. Ибо сейчас сия дева могла своей ободранной и вельми вонючей красотой устрашить даже пьяного гоблина, причем гоблина, находящегося на пике пубертата! И даже аура не самого слабого магистра её не спасала. — Боюсь, левиафаны этих краев не оценили вашей милости и энтузиазма, вместо этого погрузившись в пучины паранойи и даже начав сотрудничать между собой в разы активнее, чем делали это раньше.

— Вот не поверишь, Зеалель, сам думал о том же самом. — Поправил пустой рукав своей мантии кем-то основательно потрепанный немертвый архимаг. — В принципе, действительно можно бы сделать небольшой перерыв…Дать морским принцам вновь накопить жирок…В Атлантику слетать, куда-нибудь…

— Если все-таки в Атлантику, то лучше в северную, поближе к Гренландии, — попросила эльфийка. — Авось про нас там еще не знают…Нет, ну один взрослый левиафан, что присматривает за стадом своих отпрысков — это нормально. Два-три, ну бывает, не повезло…Но когда их целая дюжина и они уничтожают все живое и неживое в радиусе сотни километров от того места, где морскому принцу вдруг стало дурно, а потом всей толпой преследуют тех, кто не сдох, ну то есть нас, пытаясь держать след даже на суше и без перебоя швыряясь чарами, способными посрамить адмиралов британского флота…Это уже немножечко так перебор!

— А можно такую толпу левиафанов так между делом отвести куда-нибудь в Стамбул? — Осторожно уточнил Олег, в душе которого сейчас боролось желание вернуть Кейто и чувство ответственности за этот мир…Вкупе с нежеланием потерять кого-нибудь другого, что будет очень даже возможно при штурме позиций, на которых демоны окопались давно и прочно. Баломохан, вероятно, не откажет в резком изменении поставленных ему задач. А дюжина хтонически-титанических чудовищ, каждое из которых сравнимо с целым флотом военных кораблей или языческим божком средней паршивости как минимум по части разрушительной мощи, могли бы ну просто очень облегчить жизнь обитателям этой планеты.

— Не получается, не хотят они связываться с армиями нижних миров, и жрать демонов тоже не хотят. Я уже пробовал провернуть нечто подобное, поскольку меня об этом один старый знакомый с аравийского полуострова ну просто очень просил, просьбы свои подкрепив весьма внушительным авансом. — Дернул плечом пытавшийся развести руками немертвый архимг, за спиной у которого имелись тысячелетия опыта и такое количество деловых связей, о котором Олег и думать боялся. Странным было не то, что у Баломохана нашлись знакомые среди уцелевшей верхушки осман…Которые и османами-то в современном понимании этого слова, скорее всего, не являлись. Странным было бы, если бы их не было или бы если не скатившиеся до поклонения демонам древние реликты не додумались обратиться за помощью к тому, кто при удаче может одним махом избавить их от значительной части имеющихся проблем. — Собственно именно по этой причине мой внешний вид и внешний вид многих моих подчиненных сейчас находится в таком прискорбном беспорядке! Последний сеанс рыбалки выдался…Бурным. Но плодотворным, да, работать сразу с целым стадом юных левиафанов хоть и несколько утомительно, но зато крайне продуктивно…За один раз я получил больше ихора, чем за предыдущие четыре века…

— Так может немного отложим ритуал, если вы сейчас немного…Заняты? — Осторожно уточнил Олег. — Я в ближайшую пару недель никуда не тороплюсь, Кейто вроде бы тоже…

— Не волнуйтесь, на ходе проведения ритуала мое нынешнее состояние сказаться не должно. От излишне близкого знакомства с воплощенной в магии концепцией растворяющих в себе любую добычу глубин пострадали лишь гордость, доспехи, комплект защитных артефактов, одежда и плоть. — Пренебрежительно отмахнулся единственной конечностью архимаг-упырь. — Последнюю я давно бы мог регенерировать за счет применения содержащей прану еды или грубой магической силы, но пока изучаю, как с этим справляется моя естественная регенерация. Все-таки калечить себя специально моей натуре претит, а повреждения такого типа — случай редкий…

Пока древний немертвый волшебник вел своего гостя в ту из своих лабораторий, которая была предназначена для воскрешения или хотя бы его попыток, Олег был занят не тем, что глазел по сторонам, хотя посмотреть тут определенно было на что, а собственными мыслями. И думал он о геополитике. В частности о том, а как скажется на мировых морских перевозках тот факт, что истинные хозяева всех океанов данного мира, чего бы там не думали себе на этот счет всякие там англичане, ныне пребывают, мягко говоря, не в лучшем расположении духа. Ему, конечно, следовало для надежности изучить статистические данные или хотя бы британские газеты перечитать, ведь масштабные нападения монстров и пропажи судов там отмечать наверняка будут…Но интуиция подсказывала оракулу — количество несчастных случаев на воде и даже прибрежных территориях возросло даже не в разы а на порядки благодаря злым как черти левиафанам, способным хоть попавшийся на глаза флот с людишками утопить, хоть какого-нибудь гигантского краба размером с грузовик заставить выскочить на берег вперед собственного испуганного визга. А виной всему — он…Ну, вернее, шествующий рядом архиупырь, подошедший к вопросу добычи пропитания и качественного алхимического сырья с воистину легендарным размахом, но ведь метод охотны…Ну, рыбалки…Принудительного донорства… В общем первопричина этой его активности, из-за которой юные магически мутировавшие кашалоты ощущают слабость и упадок сил, а их старшие родичи стали сбиваться в группы и буйствовать, носит имя: Олег Коробейников. И, кстати, даже может о своих успехах заявить…Если с ума сойдет.

Русские бояре, скорее всего, подобным его заслугам на ниве подрыва стратегического потенциала державы-соперника искренне порукоплещут вместе с императором…Что впрочем не помешает многим из них одновременно точить ножи на того, кто сумел так взбаламутить привычный миропорядок, а значит может отчебучить нечто подобное и впредь. Но и настоящие друзья среди них у Олега тоже могут появиться, ибо северной континентальной державе на катастрофы в южных морях плевать, а каждый утонувший британский корабль повод как минимум для одобрительной улыбки, ибо любое судно — крохотный такой грузик не весах геополитики, будь оно хоть военным, хоть грузовым, хоть пассажирским. Тем более в данном мире все три эти категории между собой зачастую очень близки. Только вот жители Туманного Альбиона тогда на некоего русского выскочку обидятся даже сильнее чем за малость испуганного принца и основательно разрушенную при некотором участии залетного русского Канберру. Ибо это получается даже не покушение на кошельки каждого, кто с морских путей кормится, а прорезание там хорошей такой дырки, в которую монетки уже некоторое время утекали, сейчас утекают и будут впередь утекать! До тех пока левиафаны к периодической пропаже ихора не привыкнут, не вымрут или одного древнего архимага-затворника не пришибут. И заодно на Олега ополчается жители всех прочих приморских стран, которые тоже попадают под раздачу взбешенных чудовищ, способных в одну кашалотоподобную харю города сносить. Ну и про самих морских владык забывать не стоит. Они ведь достаточно разумные, чтобы на подложившего всей их расе свинью человека устроить загонную охоту толпой. Или даже взять и нанять киллера какого-нибудь, который виновника торжества возьмет прикончит…А может поймает и притащит им на расправу. За те сокровища, которые способны собрать эти титанические существа на дне морском, особенно если будут работать совместно и на протяжении хотя бы парочки месяцев, на них даже сам император Лев Первый поработать, скорее всего, согласится. Еще и подарочной розовой ленточкой Олега на прощание украсить не постесняется. А королева английская и кайзер Австро-Венгрии такой его удаче наверняка завидовать будут, если только сами первыми не успеют свои руки на подобный приз наложить.

— Прошу не касаться линий магических фигур, составы из которых они состоят даже по моим меркам крайне токсичен. — Отвлек чародея от его мыслей голос немертвого архимага, что осторожно заносил Кейто в центр трехмерной паутины из линий и символов…Нет, скорее все-таки четырехмерной. Или мерностей тут было даже больше. Отдельные части этой невероятно сложной ритуальной фигуры не просто заползали на стены и потолок или плавали в воздухе, заметно так смещались относительно нормального пространства, то ныряя в никуда, то выниривая из ниоткуда, то словно бы распадаясь на отдельные нити, то снова сплетаясь воедино…Или переплетаясь с другими вроде бы такими же частями, но уже иного цвета, причем момент перехода одного оттенка в другой проследить чародей не сумел, как ни старался. — Сейчас я постараюсь дух вашей подчиненной призвать, и если это получится сразу, то долг, который с меня будет списан, окажется лишь обыденным, а не существенным. А вот если нет — значит её кто-то уже заграбастал или даже поглотил…Шансы будут и тогда, все-таки желудок эфирного хищника это не личная пыточная архидемона, пусть и выполняет те же функции, но потрудиться придется на порядок больше…

Тело японки избавилось от подпорок и покровов, зависнув в самом центре переплетения магических линий, чью форму и описать-то было толком нельзя, а разматавший бинты на своей голове и снявший перчатку с единственной руки Баломохан стал обходить помещение по кругу, активируя случайные на первый взгляд символы или участки невероятно сложной магической фигуры где порцией энергии, где прикосновением, а где и собственной черной кровью, выступившей из прокушенного пальца.Финальным же штрихом стал разрыв в пространстве, которым архиупырь заменил потолок помещения легко и непринужденно. Просто взмахнул рукой, с которой сорвались темные брызги, и реальность размылась, открывая дорогу куда-то туда, где все было затянуто непроглядным серым туманом, откуда веяло не просто какой-то там смертью, а буквально Концом Всего Сущего, где не было материи как таковой, лишь выполняющая её функции плотная энергия, отдаленно смахивающая то на бесплодную землю, то на какое-то стоячее мертвое болото, то на слой плотного серого пепла. Однако дар оракула нашепетывал чародею, что пусть его ноги и не провалятся там сквозь «почву», а сквозь пальцы протечет «вода», но видимость сия лишь обман, и по ту сторону портала находится нечто, по сравнению с чем космический вакуум должен казаться ему близким, понятным и родным, ибо все находящееся в плане смерти есть лишь некрос или какие-то его производные. И если бы Олег в этот разрыв пространства вдруг шагнул сдуру, то даже при его мощи и способностям к магии смерти смог бы оставаться живым не дольше пары мгновений, примерно как привыкший плескаться на мелководье лягушонок, которого вдруг опустили на глубину пары-тройки километров.

Из пола заклинательной комнаты повинуясь воле архиупыря ударил толстый луч энергии, что уперся в тело Кейто, прошел через него как-то неуловимо изменившись и уперся в пространственный разрыв…Разрыв, пейзажи за которым стали сменяться в разы быстрые, чем раньше. Интуиция вместе с обрывками усвоенных знаний по высшей магии подсказывали чародею, что сейчас Баломохан использует физическую оболочку японки как своеобразный резонатор, пытаясь сделать так, чтобы подобное притянуло подобное и две части некогда единого целого можно было соединить…Просто в описании, невероятно сложно в реализации, ибо те или иные регионы плана смерти сменяли друг друга словно картинки в калейдоскопе, а дальний родич Кровавых Богов буквально на лету корректировал свои чары, пытаясь по ощущениям обратной связи от ритуала определить, какие изменения внести, дабы поточнее найти одну единственную обитательницу этого места…Но пока те, кто ему попадались, на Кейто смахивали не сильно. Наполовину ушедший в черный песок силуэт мужчины, напоминающего космонавта благодаря словно бы надутой белой одежде и зеркальному забралу шлема. Какие-то прозрачные чуть заметно светящиеся силуэты, в которых даже число конечностей толком не определить. Кажущийся вполне себе живым мускулистый негр с украшенным перьями копьем, привалившийся спиной к драконьему скелету. Женская тень, но тень горбатой старушки, опирающейся на клюку. Огоньки, смахивающие на черепа или же черепа, смахивающие на огоньки, водящие бесконечный хоровод. Наполовину развалившаяся мумия, сидящая на потрескавшемся саркофаге посреди руин гробницы. Построенный из блоков круглый домик, окруженный защитными барьерами, что не дали Баломохану исследовать сей объект с близкого расстояния. Бредущая по пустоши в никуда большая сколопендра, хитин которой бескровными дырами пестрит. Маленький гоблин, играющий с камушками…Те, кто выглядел не так уж и плохо на фоне большинства местных обитателей, видимо представляли из себя то ли действительно сильные души, то ли относительно свежих переселенцев в обитель мертвых. Практически все они как-то реагировали на оказавшийся вблизи них разрыв в пространстве…И иногда даже пытались воспользоваться возможностью, что вдруг так неожиданно подвернулась!

Нечто, похожее на призрака большого темно-фиолетового орка в длинных ритуальных одеждах, вооруженного окровавленным ножом, попыталось пролезть через портал, каким-то образом притянув его к себе…Но сорвавшаяся с когтистой руки архиупыря зеленая молния оттолкнула дух, что отчаянно рвался в мир живых и мог бы натворить там немало дел, ибо Олег при взгляде на него ощутил некую опаску. Не слишком сильную, но и далеко не пустяковую…Если бы он имел дело с враждебно настроенным одаренным, то сказал бы, что его желает прикончить во что бы то ни стало сильный истинный маг. Вторым из непрошенных гостей чуть не стал метнувшийся к разрыву в ткани реальности костяной тигр таких габаритов, что в комнате он мог бы и не поместиться, но Баломохан просто увел свои чары в сторону…И чуть не получил по клыкастой морде сунувшимся внутрь сегментным щупальцем, высунувшимися из своей собственной дыры в реальности, явно не случайно возникшей прямо напротив портала…Или все-таки длинной многосуставчатой лапой? Рассмотреть подробности Олег не успел, поскольку сия конечность неведомого существа сгорела черным пламенем в мгновение ока. И практически сразу же после этого ведущий в план смерти разрыв закрылся, напоследок буквально напрыгнув на смутный полупрозрачный силуэт…Силуэт, в котором чародей практически сразу же обнаружил знакомые ему черты!

— Плохо, очень плохо! — Покачав головой, заявил Баломохан, взглядом раздвигая заполняющие пространство линии магической фигуры подальше от того, что могло быть только духом Кейто, зависшем в столе магической энергии прямо над её же телом. А могло бы быть и не слишком-то четкой картиной японки, которую рисовал ну очень начинающий художник, к своей работе подошедший спустя рукава. Даже висящий в воздухе силуэт выглядел каким-то сгорбленным и уставшим. Черты лица оказались очень нечеткими, словно бы пытающимся постоянно растечься в стороны, как капля краски, вылитая в воду. Одежды как таковой не было, впрочем как и тела — комки непонятной субстанции, имеющей ту же форму. А вот конечности получились неожиданно четкими, руки побольше, ноги поменьше. На тыльной стороне ладони Олег даже приметил небольшой шрамик, не сошедший после его лечебных процедур, так как вызван был тот срабатыванием защиты на какой-то очень непростой побрякушке бывшей госпожи шиноби, которую девушка случайно схватила, пытаясь хозяйке вперед служанки подать. — Раз она совсем не реагирует на нас и даже на свое вполне живое тело вблизи себя не реагирует, то значит эта женщина из духов, утративших себя! Тех, кто в кратчайшие сроки смиряются со своей кончиной и начинают сливаться с планом смерти! Проклятье! Да я видел простых крестьян, которые десятилетиями зубами цеплялись за свое существование с куда большей настойчивостью, чем эта особа!

— И…Ничего нельзя сделать? — Олегу не хотелось смиряться с неудачей, когда он уже зашел так далеко. Чародей мог принять гибель Кейто, как уже принимал раньше смерти тех, кто так или иначе были ему близки, но потерпеть подобное поражение буквально в шаге от победы над смертью…Ну, пусть не победы, ибо полную и окончательную победу над ней вряд ли способны одержать даже боги, пусть ничьей…Временной ничьей. В общем-то, это было бы обидно.

— Сделать можно многое, но об истинном воскрешении не может быть и речи! Ибо это не душа, а дух, причем дух изрядно деградировавший! А если бы вам нужен был обычный зомби или там полуразумная усиленная некрохимера с зачатками тактического мышления, то вы бы не стали обращаться ко мне! — Как и ожидалось от архимага, Баломохан мог делать одновременно как минимум две вещи: колдовать и разглагольствовать. Архиупырь на довольно таки солидной скорости, позволяющей иные стрелы обгонять, закружил вокруг висящей в воздухе парочки из духа и тела, то манипулируя созданной им магической фигурой, то внимательно изучая результат своих действий. Кейто же реагировала на это…Никак. Ни на близость к себе немертвого одаренного восьмого ранга, ни на лучи энергии разных цветов, ощупывающих полупрозрачный силуэт, ни на порцию концентрированной праны, вырвавшуюся из какого-то кристалла, дабы впитаться в тело девушки. — Так, ну лича из неё не получится, это точно…Магический дар уже деградировать успел чуть ли не целиком. Сильный ведьмак, ну максимум слабый ученик…

— Приемлемо, — пожал плечами чародей, который никогда не ценил окружающих его людей в первую очередь за их магическую силу. То, что она помогала в общении с другими одаренными этого мира и давала своему обладателю разные приятные бонусы вроде повышенной работоспособности и крепкого здоровья могло повысить их продуктивность, но не более. — Тем более, как я прекрасно вижу на вашем примере, быть живым, чтобы стать архимагом совсем не обязательно.

— Я вот очень удивлюсь, если у неё в ближайшие три-четыре тысячи лет получится хотя бы до младшего магистра дорасти! — Фыркнул Баломохан, наконец-то останавливаясь на одном месте и начиная с громким скрежетом драть длинными когтями костяную бляшку, торчащую из его подбородка. — Раз она утратила себя, то идти наперекор ради своей цели хоть самим законам мироздания не готова, а без воли в нашем деле никуда…По этой же причине истинного ревенанта из не тоже не выйдет. Вернее может и выйдет, но шансы слишком малы, в районе нескольких процентов. А жаль, жаль…Это как раз тот тип нежити, которым я хотел бы стать, будь у меня выбор. Никаких недостатков живых и все их преимущества, включая даже способность обзаводиться потомством…Не то, чтобы это было мне нужно, но все-таки…

— Вроде читал я нечто подобное…- Припомнил чародей. — Помнится, тогда еще подумал, что за появление детей у молодых вдов ответственен чаще все-таки не покойный муж, вернувшийся с того света ради исполнения супружеского долга, а кто-нибудь из соседей…

— Не в тех случаях, когда запасов нужных биологических материалов не было, а над младенцами несмотря на это успешно провели ритуалы установления родства…И уж тем более не в тех случаях, когда ревенантом была мать. — Хмыкнул древний ходячий труп. — Вампир…Мда, тут сложнее. Кровососа из неё я поднять не сумею…Но у меня есть несколько краснокожих пленников, которым разделить с ней свою нежизнь определенно по силам. Но если они продолжат свое существование и окажутся вблизи птенца, то получат власть над ним. Власть, позволяющую лепить психику своего отродья будто мягкую глину. А если такого «папашу» упокоить или просто оттащить от неё слишком далеко и надолго, то она свихнется. Научный факт. Нет, шансы привести все хотя бы к относительной норме при помощи обычного воспитания, дозированных инъекций очищенной и обезличенной праны, пары десятков доноров и жестокой дрессуры есть…Даже больше чем у меня когда-то, причем на порядок, ведь она сохранит свою истинную суть, пусть и в исказившемся виде…Но чтобы выпустить её из клетки со спокойной душой вам понадобится где-то лет сто, большие расходы, безграничное терпение и немалая толика удачи. И то однажды эта женщина может угодить под прямой контроль своего кровавого дедушки, прадедудушки, прапрадедушки или вообще кого-то из Кровавых Богов. Проверено американскими сенаторами, что в девяти случаях из десяти обращенных членов своих семей просто убивают, поскольку другие варианты — хуже.

— Обойдется Кейто и без стильной клыкастой улыбки, — подумав, решил Олег, который проблемы в добыче донорской крови не видел, но в своих талантах воспитателя несколько сомневался, да и получить у себя под боком марионетку последних атлантов уж точно не желал. Вдобавок сотня лет опеки над страдающей от жажды крови Кейто виделась чародею каким-то ну очень уж запредельным сроком, более чем в два с половиной раза превышающим продолжительность его собственной жизни.– Остались ведь какие-нибудь иные варианты?

— Таких, которые не превратили бы её существование в бесконечное страдание, вечную борьбу человеческого разума с собственными инстинктами кровожадной твари и вместе с тем дали бы возможность вернуть большую часть утраченного, а после с течением времени двинуться дальше — только два. — Призадумался древний ходячий труп, покуда бывший единственной нежитью, которой Олег бы мог без колебаний пожать руку. Желательно, пока рот архимага прикрыт глухим шлемом или хотя бы чем-нибудь вроде намордника. Так им обоим проще будет. — Драугр и высший призрак.

— Про драугров я читал, — припомнил Олег. — Разновидность высшей нежити, которой может считаться лишь тот покойник, у которого собственный дух вселен в собственное же тело. Внешний вид разнится от высохших почти до состояния мумий скелетов с сухожилеями до разбухших от мутировавшей плоти гигантов, но и те кто может при плохом освещении сойти за живого тоже могут встретиться. Сохраняют большую часть собственного разума, из-за чего опасны в той же мере, что и люди. Имеют некоторые магические способности, хотя как правило и не слишком впечатляющие. Трудноуничтожимы, поскольку нанесение их телу ран при помощи физического оружия или обычной магии лишь выводит его на некоторое время из строя…Но через несколько недель, а может лет, даже порубленный на мелкие клочки драугр вновь потихоньку соберется в кучу и восстанет таким же как раньше.

— Да, это довольно любопытный эффект, что возникает при одновременном использовании на объекте некромантии, магии душ и магии порядка. Сама суть драугров дарует им дополнительную стойкость и стабильность, из-за чего они продолжают ненавидеть то, что ненавидели раньше и любить то, что раньше любили…Особенно если закрепить это нерушимыми клятвами преданности, накладываемыми в момент поднятия, что я настоятельно рекомендую, ибо инстинкты нежити у драугров все-таки есть…Не самые сильные, им не нужно убивать и мучить, дабы продолжать существование, хватает лишь подпитки от естественного магического фона. Но если будет выбор: прикончить ли им какого-нибудь случайного слугу зашедшего не туда или просто пинком выкинуть прочь — они прикончат. С истинным наслаждением… Но с моей точки зрения ненависть к живым у драугров будет все же сильно ниже среднего, ибо главным преимуществом подобных созданий стоить считать не только сохранение большей части прежнего разума, но и большей части эмоций и чувствительности, доступных живым людям. Им доступно наслаждение едой, вином, запахом благовоний, качественной одеждой, хорошей штукой…Пусть даже те удовольствия, которые обычно дарит тело и окажутся в сильно ослабленном виде, напоминая лишь тень себя прежних. — Древний немертвый архимаг ожидаемо смотрел на высшую нежить несколько с иной точки зрения, чем нормальные люди. И в данной ситуации его опыт определенно стоило признать бесценным. Олег бы не хотел, чтобы Кейто тяготилась своим существованием, а уж начальник разведки который тебя ненавидит за свое мучительно пустое и безрадостное существование — это вообще приговор. Если повезет, то всего лишь смертный, ибо у обиженной немертвой женщины с магическими способностями запросто найдутся варианты и хуже. Хотя…Пожалуй, с командных постов Кейто все же придется убрать, оставив за ней роль советника своих преемниц. Дабы меньше было работы с людьми и искуса превратить какую-нибудь антишпионскую операцию или умиротворение недовольных, которые в любом обществе отыщутся, в кровавую баню. — А еще они могут учиться. Хуже чем люди, но все же. Самые древние из драугров, те чей возраст сравним с моим и измеряется тысячелетиями, уподобляются личам…Ну а для по-настоящему могущественного волшебника, у которого есть душа, жив он или мертв — вопрос сугубо личных предпочтений и достаточного приложения усилий, ибо со своей собственной сутью работать кратно легче, чем с чужой. Конечно, для достижения подобного результата этой женщине следует неуклонно развиваться, а не просто веками на своей именной полке в склепе лежать во сне, мало отличимом от смерти, но тут уж от меня ничего не зависит.

— Понятно, а что с высшим призраком? — Про каких-либо могучих драугров, подобных архимагам, Олег никогда не слышал, но верил своему собеседнику на слово. В конце-концов, благодаря книгам он выучил лишь официальную картину мира, да и то урывками…И получил уже достаточно доказательств того, что даже вроде бы серьезная литература часто врет, и реальная действительность от написанных на бумаге строчек текста может существенно отличаться. Вдобавок северные страны, где подобный тип нежити встречался чаще всего, несмотря на относительную скудность своей природы были в этом мире достаточно уважаемы. Ибо проживали там чародеи довольно сильные, пусть и совсем не в тех количествах, которые могла бы выставить любая из мировых сверхдержав.

— Дух мертвого это все ещё дух, а духам свойственна определенная пластичность. Приложив относительно немного стараний я могу сделать её не просто такой же сильной как и при жизни, а гораздо могущественней,да и память о прошлой себе она после акклиматизации на этом плане пробудит…Меньше, чем если бы вселилась обратно в свое тело, но сохранит. И без привычной материальной оболочки адаптация к своему новому способу существования пройдет быстрее и проще, впрочем, как и развитие магического дара, ибо волшебство будет единственным способом воздействовать на окружающий мир. — Принялся перечислять Баломохан. — Вдобавок пластичность духов позволит расти вашей подчиненной в силе достаточно быстро…Медленее, чем упивающемуся кровью вампиру, но до тех пор, пока есть доступная и достойная её добыча положительная динамика будет сохраняться. Совсем без еды на роль которой годятся либо живые существа, либо иные духи она не сможет, да и не должна… Всего нескольких десятков лет и сотен жертв при толике удачи может хватить призраку какой-нибудь крестьянки, чтобы начать представлять угрозу даже для истинных магов. Путь к высшим рангам, на которых будет можно хоть полноценно вселиться в собственное тело, если оно сохранится до того времени живым, хоть чужую оболочку украсть, хоть вообще воплотить материальный облик себе одной лишь силой воли и магии, конечно все равно займет века…Если не скармливать ей магистров, левиафанов, языческих божков или высших демонов. Если же вы не будете изменять своим привычкам по поиску действительно опасных врагов, то можно управиться и побыстрее. Только вот призраки — не это самый психически стабильный тип нежити по меркам людей. Мировосприятие их и личность будут постепенно меняться, ибо бытие и сознание связаны между собою неразрывно, а бытие это от людского далековато. Дальше, чем моё собственное. И тех, кто поначалу неотличим от себя прежнего, а через несколько месяцев или лет отказывается от своей изначальной природы и убеждений, полностью становясь новым существом, к которому старые мерки, склонности и привязанности уже никак не применимы, даже если оно имеет часть прижизненных воспоминаний, твердое на ощупь и ходит на двух ногах, среди них на порядок больше чем стоиков, остающихся прежними или почти прежними. А просто агрессивных безумцев, по своему развитию не сильно отличающихся от каких-нибудь одичавших собак — на несколько порядков. Но поводок послушания, которым можно будет воспользоваться в крайнем случае, я конечно сделаю заранее. И его даже можно сделать незаметным до той поры, когда и если он станет нужен.

— Значит, выбор между стабильностью и потенциалом…- Пробормотал Олег, мысленно взвешивая плюсы и минусы обоих вариантов. — А драугр разве не будет становиться сильнее если со мной, скажем, в уничтожении пары-тройки десятков сильных демонических тварей поучаствует? Я их даже обездвижить могу специально для неё.

— Очень-очень медленно, эффект будет почти незаметен, — покачал головой немертвый архимаг. — Стабилизирующее воздействие Порядка будет препятствовать подобному типу изменений, пусть даже для нежити они и могут считаться частью их природы…И пытаться компенсировать это количеством убитых врагов не советую, иначе психика драугра после длительной резни может деградировать до уровня обычного умертвия, у которого мысли сложнее чем: «убить!» в башке надолго не задерживаются.

— И все-таки я выбираю драугра, — подумав еще немного, решил Олег. — В первую очередь для меня в приоритете личность Кейто и комфорт её дальнейшего существования…А во-вторую, если получится, постарайтесь сохранить нетронутой внешность. Женщины к этому весьма чувствительны, даже если признаваться не хотят.

— Ну, это могли бы и не говорить, все-таки я далеко не первый день на свете живу. — Хмыкнул древний немертвый архимаг, вновь начавший работать с магической фигурой, в центре которой парило тело Кейто и её же дух. Обугленная рана на голове девушки под потоками излившейся на неё праны и какой-то странно структурированной и словно бы упордочненной магической энергии сомкнулась, зарастая плотью…Мертвой плотью, но будущему драугру женского пола на такие мелочи было, скорее всего, наплевать. — А сейчас попрошу меня не отвлекать, процесс создания одушевленной нежити хоть и достаточно привычен мне, но все же довольно кропотливый, и он не отличается простотой…

Мельчайшие нити энергии разной природы, некоторые из которых Олег едва улавливал магическим зрением, а некоторые даже и не улавливал как таковые, но понимал, что они там есть по изменениям окружающего пространства стали соединять тело Кейто и её дух. Причем это была не просто задача по втискиванию нематериальной субстанции в физический объект — Баломохан создавал внутри энергетического тела девушки некие структуры, что соединял то с участками все еще сохранявшейся у почти живого тела ауры, то с внутренними органами, то с чем-то, чего чародей на текущем уровне восприятия и уловить не мог…Но оно явно было, ведь судя по тому как натягивались и дергались эти нематериальные струны от последующих манипуляций, крепились они ну просто очень надежно! Сначала крепились, а потом стали сокращаться, стягивая две разных части японки обратно в одну…Благодаря работе архимага уцелевшие части энергетики человеческого организма словно расступались перед духом, давая ему дорогу туда, откуда душа упорхнула изначально. А после деловой партнер Олега подгонял одну часть под другую, где надо прилагая силу, где надо используя потоки энергий, сплавляющих воедино разные казалось бы участки ауры до той степени, что они начинали образовывать единое целое, а где надо и безжалостно обрезая что-нибудь лишнее, а может не лишнее, но просто мешающее более важным частям…

Прошло вероятно не меньше пары часов, прежде чем древний немертвый архимаг отступил от созданного им драугра, а наконец-то коснувшаяся земли ногами Кейто пошатнулась…И осталась стоять, медленно открывая глаза, из которых било неяркое, но вполне себе отчетливое бледное сияние, отчетливо отдающее некросом. Впрочем, как и вся аура японки, вроде бы и весьма похожая на прежнюю, но определенно перенесшая радикальную трансформацию. Трансформацию, из-за которой Камилла со всеми её недавно усвоенными демоническими силами и нетерпимостью к святой воде выглядела едва ли не образцом человечности. Паутина разбегающихся по энергетическому телу этого существа черных трещин, буквально сочащихся силой смерти, что покрывала собою все остальное, не дала бы ошибиться ни одному владельцу магического зрения. Однако внешне шиноби выглядела вполне себе неплохо, если бы не восковая бледность и заметно осунувшиеся черты лица, наводящие на мысли то ли о болезни, то ли о длительном голодании.

— Гхр…Господин…- Хрипло произнесла Кейто со второго раза, ибо сначала она забыла набрать воздуха в грудь, прежде чем говорить. Горящий бледным огнем взор девушки оббежал все помещение, а потом уперся прямо в Олега…С изумлением и облегчением чародей вдруг осознал, что она рада его видеть. По-настоящему рада! И счастлива, что все происходившее с ней ранее наконец-то закончилось, как был бы счастлив вытащенный из пыточного агрегата человек или тяжелобольной человек, очнувшийся после операции, во время которой его основательно подлатали и теперь он может воспринимать окружающий мир, пусть и с некоторыми неудобствами, а не бултыхаться где-то в пучинах агонии. Кажется, шиноби еще толком не поняла, что с ней произошло, но это точно была она! С некоторыми изменениями, но она. — Я-а-а…Я жажду служить!

Глава 19

Глава 19

О том, как герой видит мертвых людей, получает радостную весть о грядущей бойне и не хочет ничего скрывать.

Заседание руководства Северного Союза, первое за довольно-таки продолжительное время, собрало настоящий аншлаг из персон, обладающих властью и влиянием в данной части мира. Причем их количество и состав Олега, мягко говоря, удивили. Ибо он словно бы вернулся в прошлое и вновь видел трех старейшин храма Горного Брахмы. Тех же самых старейшин в той же самой силе, что словно бы и не несли никогда никаких потерь! А школу Созерцательного Будды, которую он мысленно списал со счетов полностью и целиком, представляла статуя или вернее манекен, сделанный из нефрита, яшмы и фарфора, но зато очень-очень похожий на одного из двух его покойных лидеров. Даже с точно такой же душой могущественного алхимика и шамана. Конечно, жизнь изрядно потрепала этого китайца, вернее это сделала смерть, но он с точки зрения Олега, да и подавляющего большинства иных членов Совета, сей субъект оставался вполне узнаваем, пусть даже и просел в силе ранга на полтора. Но зато с ним остался весь его богатый опыт, связи, наработанная репутация…А проблемы с частично деградировавшей аурой этот волшебник, скорее всего, рано или поздно решит. И нормальное живое тело восстановит. Если высшие маги из-за порога небытия все-таки возвращались, то, с подобной мелочью значительных проблем не испытывали, создавая себе новую оболочку когда из останков старой, а когда и вовсе из подручных средств…И потому было даже несколько странно, что Баломохан был уверен — в ближайшие века полноценно ожить Кейто все-таки не грозит. Может архиупырь, который с магией жизни и целительством мог иметь дело лишь опосредованно, через какие-нибудь сложные артефакты, был в своих прогнозах несколько консервативен? Чародей не видел нерешаемых проблем в том, чтобы добавить к немертвому телу драугра немножечко живых тканей самой японки, выращенных на основе сохраненного биологического материала…А потом постепенно увеличивать их количество, давая время энергетике и сути девушки приспосабливаться к своим новым дополнениям, которые на самом-то деле и не новые, а просто хорошо забытые старые…

— Лич это или все-таки нечто иное, для чего я и названия-то не знаю? — Размышлял Олег, внимательно изучая фарфоровое лицо своего как бы союзника и коллеги, успешно вернувшегося из мертвых. Формально чародей сейчас был даже заметно сильнее…Но вот по части мастерства он этому китайцу явно уступал, ибо к физическому телу был слишком уж привязан…Пока. В будущем это определенно стоило исправить. — В любом случае, проконсультироваться с ним по данному поводу стоит…И копии гиперборейских текстов на что-нибудь полезное сменять. Вряд ли у него такая же богатая библиотека как у всяких реликтовых упырей-отшельников, нового и интересного в моей подборке литературы этот тип почти наверняка найдет больше…А поскольку у меня сейчас и солдат больше, и личной силушки, причем намного, просто избавиться от продавца захапав вожделенные знания не получится. Главное, чтобы на радостях не чокнулся, не попытался расплатиться сфабрикованным на коленке лженаучным фуфлом…

— Во имя жизней и душ всех людей в этом мире святой престол призывает отринуть старые разногласия и забыть обиды, дабы организовать совместный отпор демонической угрозе, что ныне оскверняет великий град Стамбул, прежде называемый Константинополем…- Собрание шло своим чередом, и главным номером его являлся, без сомнения, Фридрих. Посланник римской католической церкви и доверенное лицо императора Австро-Венгрии, которое ничем не уступало полноценному послу, если верить предъявленным им документам. А верить приходилось, ибо у сопровождавших его православных священников отыскались похожие бумаги, где стояла печать и подпись Льва Первого, а также отметки всех до единого членов Священного Синода, включая патриарха. Олег даже невольно порадовался, что он в порыве эмоций церковников этих не перебил…Лишь завербованных ими предателей, да и то лишь тех, кто открыл кинжальный огонь в спины Кейто и её сопровождающих, попытавшихся провести арест подозрительных личностей, о чем-то шушукавшихся с подозреваемыми в шпионаже. А всяким схватившимся за оружие недопладинам, воинственным служкам и струсившим при начале схватке осведомителям церкви, пытавшимся отсидеться в стороне, теперь сулила долгая-долгая каторга, с которой черта лысого сбежишь, ибо не дадут браслеты, которые во всем мире сумеют снять без ключей человек двадцать-тридцать, ну может пятьдесят. Конечно, на чародея ради их освобождения церковь могла попробовать надавить…Но гневное послание в Боярскую Думу о возмутительном поведении церковников он уже составил, угрожать ему данной организации было вроде бы нечем, а купить себя дешево Олег бы не дал, и даже совсем недешево бы не дал. Ибо долгие-долгие десятилетия прозябания в нищете, когда магией вне места работы не воспользуешься, а ночевать и зарабатывать скудную пайку своими руками приходится бок о бок с воришками, пьяными дебоширами, грязными бродягами и прочим отребьем, для многих аристократов с их спесью выглядели бы куда более страшной участью, чем гибель в бою и могли заставить многих потенциальных недоброжелателей поискать себе иную цель…Не столь проблемную. Платить же за рядовых сотрудников возмутительно огромные суммы выкупа, способные оплатить строительство пары крепостей иди поколебать мнение отнюдь не бедствующего Олега, кардиналы или какие-нибудь настоятели монастырей вряд ли будут…Ибо невыгодно. А вопросы выгоды почему-то у представителей религиозных организаций имели обыкновение занимать почти столь же высокую планку, как и вопросы веры. А может даже и не столь же…

— Хватит растекаться мыслью по древу! — Перебил католического священника Калидас, который сегодня выглядел на редкость мрачно и сердито. Не то преданному жрецу языческой богини сама мысль о сотрудничестве с Римом претила, не то легкая улыбка на лице короля йогов была вызвана чем-то серьезным, и его старый враг ныне страдал от действий вновь громко о себе заявившего Манидера Садхира либо физически, либо духовно. — Красиво говорить тут может каждый, ну может за исключением совсем еще зеленых юнцов! Мы давно поняли, что предлагают твои хояева, но мы так и не услышали, ради чего нам ввязываться в чужую войну!

— Эта война с врагами рода человеческого не может для вас быть чужой по определению, язычник! Ведь вы люди, а демоны терзающие наш мир осквернят храмы твоих повелителей с ничуть не меньшим удовольствием, чем наши святые места! — Встал на сторону коллеги один из православных священников, который сопровождал Бонифация. Или это все же Бонифаций посланника патриарха сопровождал? Старый знакомый Олега, который хоть и не запятнал свои руки убийством подчиненных чародея, но собирался пойти на каторгу вместе со своими спутниками, безусловно, стоял выше в рейтинге высших сил…Однако на этом совете имел сугубо совещательную роль, скромненько стоя где-то в задних рядах московской делегации, ведь чинами или личной силой он не вышел совсем. А сотрудник канцелярии Святейшего Синода, которому чародей в момент первоначального знакомства устроил перелом семнадцати костей за счет удара всем телом, являлся довольно-таки сильным подмастерьем, да вдобавок знал толк в риторике и ораторском мастерстве.

— Демоны осквернить собою наши земли уже пытались, — хмыкнул Калидас, даже и не подумав смутиться. Известие о грядущей бойне, в которой обитатели этого мира собираются наконец-то решить проблему демонов, вряд ли так уж сильно печалило жреца богини, которая обитателей нижних миров тоже весьма серьезно не любила. Но вот идея воевать бок о бок с христианами верховному жерцу явно не нравилась, а именно это и предлагал представленный Северному Союзу документ. Пуска даже общего командования и не предполагалось, не с таким количеством участников, что зачастую ненавидят друг друга… — Победа над ними была славной, и если надо будет, мы её с легкостью повторим!

— Говори за себя, — перебил его король йогов. — Ой, прости, я совсем забыл, что ты в тот раз так ничего толком и не сделал…А потому лучше молчи. Глядишь, сойдешь за умного для тех, кто тебя не знает.

— Моя госпожа получит твою душу, презренный! — Аж побелел от бешенства верховный жрец Кали.

— Да, давненько я у неё в гостях не был, — Манидер Садхир демонстративно положил ногу на ногу, и начал с громким скрипом чесать свою ороговевшую пятку, слегка покрытую въевшейся землей. — Надо будет зайти, когда разберемся со всяким демоническим мусором…А разобраться все-таки надо. Один раз нам повезло удачно подловить тварей, которые вели себя излишне самонадеянно и беспечно… Но я бы не стал рассчитывать на то, что кто-нибудь из вторгшихся в этот мир тварей повторит эту ошибку.

— Мне нравятся гарантии десятилетнего мира между всеми участниками праведной войны, что будут карать демонов. Двоякого толкования тут нет, на нарушителя обрушатся все остальные, кто ставил под данным документом свои подписи, но они могут свершить возмездие и не успеть, так как кары обещанной сразу всеми жрецами единого бога для пособников сил зла лично я бы устрашился. — Как бы в никуда заметил архимагистр Рахул Слон, внимательно изучая висящую перед ним в воздухе копию документов. — И мне нравится список стран, которые уже подписались под этими соглашениями: Англия, Австро-Венгрия, Российская Империя, Соединенные Штаты Америки, Кратос, Франция, Испания, Италия, Греция, Швеция…Но что в этом списке османы делают⁈

— Пытаются сохранить за собой хотя бы какие-то осколки своей державы, очевидно же, — пожал плечами Олег, которому добавление осман в данный список тоже казалось ну вот абсолютно излишним…Увы, с ним при составлении международного документа, заверенного высшими силами, посоветоваться как-то забыли. — У них осталось два-три архимага, сколько-то магистров и большая часть народа джинов…Немалая сила, если подумать. Больше, чем может собрать Северный Союз, Франция и уж тем более какая-нибудь Болгария, по которой демоны прошлись катком, не щадя никого и ничего, однако же в список стран-участниц уже внесенная.

— Дык, для статуса сверхдержавы сил у осман всё одно, стал быть, маловато, — хмыкнул поддержавший друга Святослав. — А исчо, оно того, я больше чем уверен, шо многие лорды ихние, кто покуда жив, али ужо османами себя не считаютъ, али в подданство к кому-нибудь иному собираются…Но видать есть хтой-то среди составителей сей, стал быть, бумаженции, кому енти чернокнижники нужны как единое целое, пущай даже ослабленное и раздробленное. Я итъ даже примерно догадываюсь, хто…

Олег тоже догадывался. Ибо Стамбул, пусть и сильно ослабший, а также потерявший большую часть военной мощи и территорий, все равно бы мешал Москве расширяться дальше на юг, перекрывая заодно дорогу русским кораблям в Средиземное Море. Международное признание выживших наследников прежнего режима и десятилетний мораторий на ведение масштабных боевых действий между странами-участницами данного соглашения позволили бы уцелевшим патриотам выбрать наконец-то нового султана и собрать воедино то, что еще можно было собрать из их рассыпавшейся империи. Ясное дело, что былого величия подобному государству не видать как своих ушей и даже при самом лучшем раскладе получится сохранить лишь процентов десять-пятнадцать от него…Но именно в таком виде османы бы оказались выгодными да полезными и Лондону, и Берлину…И даже Ватикану, пожалуй. Ну и в первую очередь самим османам, что отчаянно не хотели склоняться головы перед теми, кого совсем недавно почитали равными себе, а может даже и низшими. В закромах выживших архимагов, хана джинов или просто местечковых царьков вполне могли отыскаться какие-нибудь диковины, что были способны придать убедительности словам дипломатов, посланных к святому престолу или королеве английской, даже если изначально те ни о чем таком и не думали…Впрочем присоединение Северного Союза к этому международному договору тоже было не случайным и, скорее всего, продавленным императором Возрожденной Российской Империи. Ибо существование этого государственного образования и следовательно большая головная боль у всех британцев была выгодна уже ему.

— Ныне не время вспоминать про старые обиды, поскольку пособники демонов, что оскверняли собой державу, созданную моими великими предками, давно уже получили по заслугам! — Неожиданно заявил юный князь Чатурведи, не иначе как надеявшийся с новым султаном не то выгодно договориться, не то вообще породниться…А может быть и вообще самому сесть каким-нибудь чудом на пустующий трон, как фигура компромиссная, легко управляемая своими советниками-визирями, да вдобавок несущая нужную кровь…В этом мире правильному происхождению венценосных особо внимания уделяли меньше чем на родине Олега, но ведь уделяли же! — Я предлагаю поучаствовать всем нам в этом несомненно благом и праведном деянии…Тем более, что раз Англия прекратила воевать с Россией, то у неё высвободилось много сил. Действительно много. И как только проблема демонов окажется решена, а срок мирных соглашений истечет, они почти наверняка придут прямо сюда…И борьба с ними легкой уж точно не окажется. Она и через десять лет такой не окажется, но хотя бы подрастут новые воины на замену павшим, появятся новые крепости и летучий корабли, которые нам раньше запрещали строить, мастера тысячи пушек отольют…

— И все эти пушки, если ничего не изменится, будут произведены в Новом Ричмонде, — громко пробурчал один из старейшин Горного Брахмы. — Господин Святослав, господин Коробейников, вам не кажется, что работать себе в убыток лишь для того, чтоб вытеснить с рынка наших мастеров и разорить их, это недостойно?

— Могу поклясться чем или кем угодно, в убыток себе мы не работаем, и никого разорить не пытаемся! — Приложил руку к сердцу Олег, который давно дожидался подобного момента.Ибо другие участники совета были людьми какими угодно, но не глупыми и быстро поняли бы, что их мастерские с работающими традиционным способом ремесленники не выдержат конкуренции с настоящим промышленным районом, где вдобавок имеются английский станки и английские же специалисты…Хотя часть последних британцы уже выкупили. Но — довольно малую часть. То ли чародей за них слишком уж большую цену заломил, то ли просто по-настоящему высокородные джентльмены считали, что спасение утопающих — дело рук самих утопающих, а у наследников похищенных им специалистов не было достаточно крупных капиталов и достаточно теплых чувств к своей родне, ранее проживавших на одной из самых далеких и незначительных баз британского флота. — Просто прибыль нам наши мастерские приносят самую минимальную, дабы не наполнять сокровищницу монетами, а насыщать людей Северного Союза как можно большим количеством как можно более качественного оружия в как можно более сжатые сроки…Дабы не было меж нами обид и даже разногласий, я готов принять у себя ваших специалистов, показать им все бухгалтерские книги и раскрыть все методы, которые мы внедрили для снижения издержек.

Повторить успех Нового Ричмонджа жрецы, у которых вообще-то имелась вполне себе неплохая производственная база, в теории могли…Но как-то Олег очень сомневался, что у них это действительно получится, даже если в подвалах храма Горного Брахмы найдутся станки, ни капли не уступающие ворованному английскому оборудованю. Ибо столь же важной частью продуктивности его мастерских являлись начальники и специалисты, которых назначали на должность за их эффективность, а не за происхождение из нужной семьи или взятки. Или большое количество одаренных из низших каст, которых допустили до обучения математике, ремеслам или даже магии. А если слуги Горного Брахмы все же сумеют повторить у себя нечто подобное…Ну, тогда чародей будет не против. Ибо они сами же начнут подрывать фундамент существующего сейчас в данной части света миропорядка, при котором отдельным личностям достается всё, а большей части населения — ничего.

— Меня радует такая готовность наших русских друзей делиться секретами мастерства их ремесленников, что без устали куют оружие для наших солдат. Многих тысяч солдат, каждый из которых не уступит и британским красным мундирам по качеству своего снаряжения. И даже военную технику в Новом Ричмонде производят по таким ценам, за которые в другом месте для армии и половинку старой разбитой пушки не достать. А потому разговоры о том, что какие-то там неумехи из-за этого разоряются я считаю абсолютно бессмысленными и даже вредными…И вообще, мы здесь сегодня не для каких-то жалких торговых споров собрались! — Калидас весьма недовольно посмотрел на старейшин храма Горного Брахмы. Сейчас меж ними конечно был союз, и служили они богам одного пантеона, но все-таки между собой слуги совершенно разных небожителей конкурировали не первый век…И потому прекрасно знали, на что кто-то из них способен, а чего не осилит, ибо ведь раньше у него как-то не получалось… — Предлагаю уже решить, будем ли мы уничтожать демонов совместно с иными державами мира, и если все-таки будем, то куда нанесем свой первый удар…

— На Стамбул! — Громко и отчетливо заявил Фридрих, подкрепив свои слова чем-то неуловимым, но в то же время придавшим его речи какую-то окончательную завершенность. — Первый сокрушительный удар по слугам врага рода человеческого будет нанесен в том месте, где они открыли первые из врат, губящих наш мир…Покуда не сумели они сломить сопротивление тех святых мест, что все же устояли там наперекор всему и не осквернили их, умножив силы свои тем многократно!

Глава 20

Глава 20

О том, как герой никак не может собраться с силами, успокаивает нервы расточительством и не хочет наживаться на чужих проблемах.

Объединенную армию Северного Союза, которую предполагалось добавить к тем силам, что станут ликвидировать первопричину вторжения демонов, мало было в одном месте собрать…Хотя уже и это по праву могло зваться небольшим таким логистическим подвигом с учетом того, что практически каждый из аристократов решил отправить на эту войну не только некоторую часть своих кадровых солдат, но и ополчение. Но ведь до места ведения самих боевых действию всю эту неисчислимую рать, точный состав которой и сами её лидеры вряд ли знали, следовало еще и как-то довести! Причем именно довести, самым древним для человечества видом транспорта, а именно его же собственными ножками. Влекомых волами, конями и даже слонами телег на доставку бойцов до окрестностей Стамбула с ветерком и комфортом никогда бы не хватило…Не говоря уж о летучих кораблях, каретах, нескольких экземплярах шагающих боевых машин, взятых у англичан в качестве трофея и парочки автомобилей с магическим приводом, которые во дворцах Чатурведи и прочих князей появились в общем-то случайно. Нет, растянувшиеся сверх всякой разумной меры по дорогам обозы, тащащиеся за армией длинным шлейфом, с трудом могли вместить все самое необходимое вроде еды, воды, боеприпасов, медикаментов…А также слуг для аристократов, их же роскошные шатры с походной мебелью, лагерных шлюх, маркитантов, мобильные святилища Кали и некоторых иных богов, а также кучу всего остального, что передвижение войск самым бессовестным образом замедляло и делало преодоление даже пары десятков километров в день нешуточным успехом…Но проблему в этом видел только Олег, а все остальные, по крайней мере, из индусов, считали подобное положение дел совершенно нормальным. Более того, командующими своими личными ариями князья или же выполняющие их волю назначенные офицеры считали, что так и надо. Иначе бы темп, взятый кшатриями, их слугами, наемниками и прочими профессиональными солдатами заставил бы слечь от чрезмерных нагрузок многие десятки тысяч собранной со всего региона плохо обученной и плохо вооруженной пехоты, составляющей около восьмидесяти процентов всех войск вне зависимости от того, кому конкретно они подчинялись.

Личная армия чародея, которую ему пришлось двинуть в поход чуть ли не целиком под давлением других участников Северного Союза, тоже по большей части топала по просторам, ранеепринадлежавшим Османской Империи, а ныне превратившихся в натуральную постапокалиптическую пустошь на своих двоих, выстроившись широкой колонной. Почти такой же, как и соседние, только несколько меньших размеров, более упорядоченной и куда лучше подготовленной к подобным маршам благодаря высоким физическим нормативам для каждого бойца. И двигались подчиненные чародея, в общем-то ничуть не медленнее кавалерии из бедных кшатриев и их слуг, которые может и могли поглядывать на солдат из седел свысока, а также обогнали бы их на короткой дистанции…Но если бы подчиненные Олега взяли свой максимальный темп, то кони этих индусских аналоговых рыцарей, хотя скорее уж мелкой шляхты, оказались бы загнаны насмерть в безуспешной попытке угнаться за людьми, двигающимися бодрой рысью в заданном направлении часов эдак десять-двенадцать. Даже не переходя на бег солдаты из Нового Ричмонда могли на местах ночных стоянок отдыхать чуть ли не до обеда, а потом совершать короткие броски, нагоняя и обгоняя всяких выступивших с рассветом но едва переставляющих ноги ополченцев, и начинать опять устраиваться на отдых ближе к вечеру.

Причин, по которым Чатурведи и прочие князья при полном одобрении брахманов собрали максимально крупные армии, которые только могли, насчитывалось несколько. Во-первых, один из дополнительных пунктов международного договора, под которым уже подписались ведущие мировые державы, указывал, что распределение трофеев будет проводиться в соответствии с заслугами и мощью армий, отправленных на войну со злом, и трофеи ожидались воистину эпические. Оно и понятно, архидемонов, а то и темных богов, смертные далеко не каждый день убивать собираются…А когда все-таки собираются, то императоры и архимаги редко делятся добычей с какими-нибудь рыцарями, особенно если те даже не из его державы, а просто на месте схватки по каким-то причинам оказались и помогли как могли… Но сейчас — делиться им придется честно, и даже обломочек когтя кого-нибудь из темных владык для средней руки аристократа мог оказаться основой для создания реликвии, что на долгие века возвысит его род…Или окажется передана кому-нибудь вышестоящему за те услуги, которые не оплатить банальным золотом. Во-вторых, в ближайшие лет десять оставлять дома большое количество лишь недавно завербованных солдат и тратить все эти десять лет деньги на еду и жалование становилось вроде как и не сильно нужным. Попытка удара в спину, нападение какого-нибудь вроде как и непричастного к этой заварушке соседа или даже попытка утаить часть трофеев для провернувшего подобный трюк «умника» обернулось бы натуральным самоубийством. Сначала политическим, потом физическим. Документы, подписанные правителями сильнейших стран мира и заверенные высокопоставленными представителями всех монотеистических религий, действующих по поручению своего начальства, а также жрецами некоторых языческих богов, по такому случаю отложивших свои разногласия с давними соперниками, немедленно делали подобного идиота ходячим трупом. Даже правитель сверхдержавы вряд ли бы пережил проклятия, обрушенные на его голову всеми церквями разом, а также отказ от сотрудничества тех подданых, кто не хотел за компанию с ним оказаться подвергнутым анафеме и награду за свою голову, которую не смогут не назначить все его соседи ближние и дальние, одновременно разрывая дипломатические отношения, дабы самим не оказаться отлученными от храмов.

— Я так просто не могу-у-у-у… — Буквально простонал Олег, вваливаясь в свою каюту, обессилено опуская руки и чудовищным усилием воли подавляя свое желание садануть с размаху головой об стену. Можно своей, но лучше бы чужой…Благо чародей точно знал, где находится целый арсенал данных частей человеческого тела, которым близкий контакт с твердой преградой на большой скорости ни капли не повредит! Скорее уж эти дубины стоеросовые, магически одаренные вдобавок, своими лбами погнут броневую сталь, чем чего-нибудь там себе повредят! И уж точно даже такая ударотероперия не поможет прорезаться в их мозгах новым продуктивно работающим извилинам. — Я вот сейчас немного отдохну…Соберусь с силами…А вот потом я их там сейчас всех точно поубиваю-у-у-у…

— Мне сходить за ручным пулеметом? — Услужливо предложила Анжела, отвлекаясь от каких-то переводов с гиперборейского и взирая на своего супруга с полным пониманием, а также явным сочувствием. — Доброслава, ящик с патронами тащи! Нет, лучше два ящика! Или три, чтобы лишний раз туда-сюда не мотаться…

— Вот делать ему больше нечего, кроме как дорогостоящие патроны тратить на всякую шелупонь! — Недовольно скрестила руки на груди любовница чародея, которой явно не хотелось вставать с удобной кровати, одеваться и покидать уютную капитанскую каюту, топая в корабельный арсенал. — Магией пусть их убивает, она бесплатная…Или вообще голыми руками, так оно даже и приятнее, успокоится быстрее…Да, кстати, а кого ты убивать-то собрался? И что они такого сделали?

— Интендантов князя Чатурведи и их прямых начальников, покровительствующих этим жадным крысам, а вернее снимающим все сливки с их работы! — Пробормотал Олег, силой мысли распахивая буфет, а потом начиная взглядом шарить по полкам в поисках чего-нибудь вкусненького. Успокоить нервы во избежание многочисленных жертв среди офицеров союзного контингента ему сейчас было просто необходимо, и потому чародей сейчас намеревался использовать один из недостатков человеческого организма к своей пользе, а именно то, что люди толком не умеют одновременно жрать и психовать. — Украсть большую часть выделенных денег и взять в военный поход зерна в три раза меньше, чем надо для прокорма собранного ополчения? Легко! Да не просто зерна, а купленного с изрядной скидкой, так как оно немножко с плесенью? Ну, бывает… Сообщить о распространяющейся гнили пару недель назад какому-нибудь сильному друиду или малефику, чтобы они всю непрошенную флору в паре сотен бочек из обоза за часок-другой уморили⁈ Да никак невозможно, это ж значит в собственной ошибке признаться, и вообще пусть лучше повара берут нормальные припасы, особенно для походной трапезы всяких там кшатриев, а спешно назначенные фуражиры для мобилизованных крестьян какой-нибудь жратвы найдут…

— Фуражиры? На все пятьдесят тысяч человек, которых привел князь Чатурведи? Здесь? Да эти интенданты, однако, ребята оптимистичные…Или просто пьют непросыхая. — Хмыкнула Доброслава, поправляя подушку у себя под головой.- А ничего, что мы идем маршем по землям осман, которые сначала джины старательно очищали от всего живого и пригодного в пищу, а потом по здешним городам и селам еще и демоны основательно так прошлись, подъедая лягушек по канавам, раскапывая хотя бы относительно свежие могилы и кору с деревьев обгрызая? И то обглоданные костяки всяких тварей со следами зубов их собратьев периодически попадаются…

— Во-во! — Прочавкал Олег, старательно и расточительно набивая себе рот каким-то фруктовым мармеладом. — А теперь солдаты получают каши в три раза меньше, чем должны…Сваренной из зерна, основательно поеденного какой-то ядовитой полумагической плесенью и потому получившейся достаточно ядреной дабы даже привычные ко многому индусы из низших каст стройными рядами отправлялись в ближайшие кусты…Причем далеко не всегда могли вернуться оттуда живыми даже с помощью товарищей. Пока потерь «всего» полторы сотни, но если бы не мое вмешательство, то уже завтра счет пошел бы на тысячи. И если массово вылечить отравления и диарею недоедающим уже который день и потому изрядно ослабленным солдатским организмам я еще могу, то вот наколдовать им в миски нормальную еду — нет!

— Не понимаю, почему это должно быть нашей проблемой, — пожала плечами Анжела. — Солдаты князя Чатурведи — не наши солдаты. У наших ведь таких потерь нет?

— Конечно нет, — хмыкнула Доброслава, перекатываясь со спины на живот, а после начиная потягиваться, словно сытая довольная кошка. — От их полевых кухонь иной раз так вкусно пахнет, что я сама пару раз инспектировала. И пайков из галет и вяленого мяса с собой наши пятнадцать тысяч человек тащат месяца на три. Вернее их в трюмах летучих кораблей везут. Но за две недели марша припасы длительного хранения в объемах сократиться успели от силы процентов на полтора-два, поскольку друиды во главе с Олегом на каждой стоянке выращивают плантации редиски, лука, тыкв, спаржи и помидоров…

— Нет, ну я предполагал, что обязательно будет какой-нибудь бардак, и мы начнем испытывать трудности со снабжением на территории, где местное население, все их запасы и даже дикая природа демонами давно уничтожена, а потому и принял меры заранее. — Пожал плечами чародей, отбрасывая в сторону опустевшую картонку из-под мармелада, а после схватил следующую, поймал внезапно вспыхнувший интересом взгляд Доброславы, тяжело вздохнул и направился вместе со своей добычей в сторону кровати. Отношения всегда были улицей с двухсторонним движением, а потому в ответ на любовь и верность близких ему женщин Олег старался регулярно баловать…И в этом отношении кащенитка-изгнанница была едва ли не идеалом, ибо запросы её были до крайности просты и понятны: вкусная еда, получаемый в сражениях адреналин и уважение, которого до их встречи представительницы расы перевертышей от кого-нибудь кроме ближайших родственников видимо заметно так недоставало. А вот Анжеле периодически начинало хотеться большего, например зримых проявлений её власти, очевидной бессмысленной бросающейся в глаза роскоши, признания в обществе, преклонения окружающих…Хорошо хоть она была достаточно рациональна, чтобы к доводам своего супруга прислушиваться и палку все-таки не перегибать, ограничиваясь лишь мелочами вроде коробки-другой зачарованных украшений, каждое из которых стоило как скромный домик где-нибудь на окраине столицы. — Но я все-таки не думал, что всего через две недели после начала похода у наших солдат будут клянчить и пытаться воровать еду те, кто марширует в соседней колонне! Кормить втрое большую армию солдат Чатурведи чуть ли не с самого начала мы просто не осилим! А уж если к этой толпе голодающих ополченцев присоединятся аналогичные сборища пушечного мяса, которые всякие мелкие князьки с недостатком мозгов между ушами искренне считают армией…

— Все еще не вижу в этом нашей проблемы, — раздраженно фыркнула блондинка, ревниво взирая на то, как её подругу-соперницу угощают мармеладом. — Завтра произведем небольшое перестроение и отведем нашу колонну подальше от людей Чатурведи. Так, чтобы между ними оказались солдаты которых собрали жрецы храма Горного Брахмы или даже фанатики, которых Калидас лично ведет…Пусть они делятся запасами с голодающими ополченцами, которые одной с ними веры…И лечат их тоже они!

— Глупо перекладывать решение проблемы на других…Особенно с учетом того, что решать её по уму они вряд ли будут, — хмыкнул чародей, протягивая пару мармеладок и супруге. Та на них покосилась с некоторым сомнением, брать или не брать, но тут Доброслава успевшая дожевать свою порцию лакомства подалась вперед, и маленькие кусочки очень плотного фруктового желе мгновенно оказались в тонких пальчиках блондинки. — Припасов жрецы с собой, конечно, взяли изрядно, и слава всем богам, что фанатизм их лидеров не помешал этой части вооруженных сил Северного Союза сформировать нормальные обозы. Но кормить пятьдесят тысяч человек, да еще и на протяжении длительного времени, они точно не будут. А чем больше солдат наших союзников доберется до окрестностей Стамбула, тем лично мне спокойнее будет, ибо на большой войне и особенно войне с демонами любая лишняя дивизия — она как-то ни черта не лишняя… Думаю, надо будет частично разгрузить трюмы от боеприпасов, которые нашей пехоте придется денек-другой на себе потаскать, и отправить летучие корабли в Новый Ричмонд за пайками или хотя бы просто за зерном. Благо мы еще относительно недалеко, авиация обернется быстро, да и в том, что как-нибудь войско обойдется пару суток без воздушного прикрытия остальное руководство Союза я смогу убедить…

— Бесплатно кормить мы никого не будем! — Тут же постановила Анжела. — Если уж ты так хочешь предложить Чатурведи свою помощь, то пайки должны идти минимум по двойной цене…Цене продажи на обычных рынках, а не цене себестоимости на пищевых производствах Нового Ричмонда!

— Хорошей репутации нам попытка нажиться на чужих проблемах не прибавит, — хмыкнул чародей. — Пусть даже в проблемах этих и повинен по большому счету сам Чатурведи, ну или его люди, которые порядочно так распустились после смерти старого князя.

— Попытка нажиться была бы, если бы ты за пайки, без которых его большое, грозное и престижное войска тупо от поноса перемрет, заломил десятикратную цену! — Фыркнула девушка. — Даже тройная во время уже начавшегося военного похода по бесплодной пустоши, когда каждый сухарь может оказаться однажды для солдат ценнее пороха и серебряных монет, должна считаться знаком определенного благорасположения и поводом для ответной услуги! А уж помогать всяким идиотам и неудачникам забесплатно — значит, себя не уважать и на ровном месте создавать повод для того, чтобы тебя не уважали другие!

— Дык, Олег! Открывай, скорее! — Вдруг забарабанил кто-то обладающий весьма серьезной физической силой и легко узнаваемой манерой в двери каюты, которые содрогнулись от него натиска…Впрочем, войти без приглашения Святослав по-настоящему на самом деле не пытался, ибо дверь несмотря на всю свою толщину, надежность и зачарованность его бы остановить не смогла. Да вдобавок была она даже не заперта. — Я, значица, в дальновидении при помощи воздушных линз тренировался…И, того-этого, город осман, шо от нас километрах, значица, в ста прямо по курсу…Он не пуст! Его итъ демоны заняли! Тварюги по стенам, ну, кишмя кишат и они, кажется, их подновляютъ! Тама их целая армия и она, дык, явно не собирается с нашего, стал быть, пути уходить!

Глава 21

Глава 21

О том, как герой игнорирует перепалку высших магов, оказывается обречен на штурм и узнает о своей возможности излишне близко познакомиться с чудесами света.

Целых восемь одинаковых массивных бастионов, образующих углы математически точной октограммы, вздымались на высоту двух сотен метров подобно огромным неприступным черным скалам, зеркально гладким внизу и лишь в верхней части истыканных ровными рядами бойниц и дырками пушечных портов. Соединяющая их между собой стена тоже внушала, будучи лишь раза в два ниже и у основания она имела около десятка метров толщины сплошного камня, укрепленного опытными магами земли до почти смехотворного уровня прочности. Вот разве только центрального донжона тут за всеми этими монументальными укреплениями не было, его заменял относительно скромный и низенький дворец…Который, если верить свидетельствам тех очевидцев, кто бывал в этих краях как гость лет так сто или двести назад, являлся не более чем входом в настоящую резиденцию правителей данного места: очень глубокую, очень просторную, очень укрепленную и очень разветвленную. Правивший этим местом сотни лет большой и богатый клан геомантов-некромантов не располагалисобственным воздушным флотом, заслуживающим внимания, но зато его представители были очень хорошо подготовлены к тому, чтобы выдерживать налеты чужой авиации, бомбардировки или артиллерийские обстрелы. Даже в том случае, если налет этот совершал вполне себе современный броненосец под управлением аэроманта седьмого ранга. И в чьей кают-компании, по совместительству являющейся главной обзорной галереей, от высших магов было практически не продохнуть.

— Кхе-кхе-кхе! — Кашлял как заведенный верховный жрец Кали, вероятно, способный на спор вынюхать пару баллонов чистого хлора без малейшего вреда себя, силясь отогнать от себя густые облака дыма, источником которого являлся сидящий на диване йог. Диван тот, правда, висел в воздухе, причем достаточно высоко, дабы под ним можно было пройти не пригибаясь, благо высота потолков позволяла, но извергаемые с данной позиции непрерывным потоком струи густого дыма стелились к земле и тянулись к замещающему стену огромному панорамному окну, чтобы просочиться наружу прямо через преграду. Почти все стелились. Отдельные клочки сей субстанции, в которой волшебства было на несколько порядков больше чем материи все-таки рассеивались по углам, чтобы потом потихоньку начать конденсироваться вокруг головы Аруна Калидаса. — Манидер! Ты заплатишь за это!!!

— Могу прекратить, — с кажущимся безразличием пожал плечами король йогов, не прекращая творить могущественную магию, что ныне окружала броненосец дополнительным барьером, что был также надежен, как и пара метров сплошной скалы, а может быть даже и еще надежнее. — Но тогда следующие османские гостинцы ты будешь ловить сам!

Олег на перепалку между собою двух старых врагов, ныне на время ставших союзниками из-за слишком уж масштабного демонического вторжения, не обратил ни малейшего внимания. Был слишком занят тем, что накачивал силой в паре метров от панорамного окна небольшую огненную сферу, удержать которую ему было ну просто ой как непросто. Во-первых, обладающая односторонней прозрачностью броня хоть и напоминала стекло, но все-таки оставалась толстым слоем зачарованного в первую очередь именно на прочность металла и потому помех давала несоизмеримо больше. Во-вторых, «Ветерок» сейчас рассекал воздух на скорости около сотни километров в час, что чародею приходилось компенсировать, удерживая почти готовое заклятие относительно себя неподвижно. В-третьих, он добавлял к обычному огню некоторую толику света, а совмещение воедино двух разных типов энергии добавляло сложности задачи. В-четвертых, уже сейчас Олег мог бы подобным осадным файерболом прожечь ворота какого-нибудь сибирского острога или иной маленькой крепости схожего качества, а последующей детонацией с внутренней стороны и вовсе сдуть их к чертям собачьим и очень качественно прожаренным…Но с учетом стоящей перед ним задачи этого все ещё было как-то маловато, и для успеха могло не хватить.

— Это не османские гостинцы, а демонические, — пробурчал князь Чатурведи, выглядящий несколько мрачно и подавленно. Он был недостаточно хорош в деле сотворения масштабной магии, чтобы участвовать в защите судна не мешая другим, а путешествовать на правах едва ли не обычного пассажира казалось относительно молодому аристократу явно унизительным.

— Сделали их конечно демоны, но заказали, оплатили, установили и использовали лет так двести-триста именно что османы. — Поправил его один из старейшин храма Горного Брахмы. Со стороны казалось будто три пенсионера с раскрашенными лицами и бородами просто стоят плечом к плечу и ничего не делают…Но если бы в радиусе пары сотен метров от «Ветерка» сейчас оказался бы какой-нибудь зомби, он бы сразу сдох. И конечно же не от страха перед начавшимся падением с высоты примерно четырех километров. Просто аура света, которой судно и его окрестности накрыли эти суровые пенсионеры, делала практически невозможной существование здесь и сейчас нежити или демонов. Темным чарам тоже доставалось… — Я помню те времена, когда на этих стенах их не было, а стояли обычные зачарованные баллисты и несколько костяных катапульт. Жаль, осада тогда успехом всё равно не увенчалась…

Верхушка каждого из бастионов окуталась зелеными огнями. Стоящие там громадные орудия, по четыре на каждой из крыш, отдаленно напоминали стационарные бомбарды нереально большого калибра, благодаря ну просто очень широкому дулу, куда мог бы без труда всадник на слоне заехать. Настоящими снарядами подобные конструкции стрелять бы вряд ли смогли…Но они и не пытались, ибо не для того их проектировали. Каждая из громадных артефактных конструкций, что по сути своей была ближе к магическому посоху, чем какой-нибудь пушке, извергла из себя столбы энергии, представляющей из себя концентрированный некрос…Концентрированной вокруг души, исполняющей для этих чар роль системы наведения или скорее пилота. Сгустки чуждой всему живому энергии, способные и зачарованную сталь заставить расползтись ржавым прахом, на огромной скорости устремились к «Ветерку», с каждой секундой преодолевая где-то по километру и обещая настигнуть броненосец где-то секунд через тридцать. В центре каждого из них смутно угадывалось маленькое пусто пространство, имеющее гуманоидную форму. И Олег очень старался к ним не присматриваться, поскольку знал, что без особо труда сможет различить там черты лица. Черты лица, кричащего в непрерывной агонии. Сильнее всего нервировал чародея тот факт, что даже уничтожение этих энергетических снарядов не будет означать для несчастных прекращения страданий…Ибо привязана их суть была не к одноразовым боеприпасам, а к орудиям, что исправно выполняли свою работу вот уже далеко не первый век.

— Мои — два самых правых! — Торопливо заявил Рахул Слон, шевеля унизанными перстнями пальцами будто какой-то пианист, что берет сейчас воистину сложные аккорды. Олег же заставил свой огненный шар с начинкой из энергии света двинуться наперерез вражеской магии молча и без лишних движений…Только вот времени на подготовку такого заклинания у него ушло минуты три. Аккурат с начала прошлого залпа орудий, установленных на бастионах крепости. — И клянусь самим Вишну, они от меня не уйдут!

— Кхе-кхе…Беру самые левые. Три или четыре, как получится… — Прокашлялся наконец-то Калидас, от которого облака дыма ненадолго отступили, дав возможность жрецу сосредоточиться на устранении непосредственной угрозы судну. Одно или два попадания подобных энергетических снарядов броненосцу, безусловно, не были страшны. А вот полный залп мог бы проблем и доставить…Некоторых, не слишком серьезных. Серьезными они бы стали после второй волны попаданий в судно такого количества некроэнергии, конечно если магии смерти ничего не станет мешать. Ну а третий залп крепости, попади он точно в цель или окажись поддержан какими-то иными средствами обороны, имел бы все шансы оказаться губительным.

— На мне центр, — выдул особо сильную струю дыма король йогов, и все созданная им ранее взвесь, которая путешествовала с броненосцем параллельным курсом двинулась на перехват движущихся со стороны вражеской крепости чар.

Проекции в виде громадных светящегося быков, возникшие в воздухе по воле увешанного артефактами архимагистра, устремились навстречу приближающимся магическим снарядам, и довольно быстро обогнали огненный шар Олега, пусть даже тот и тронулся в путь раньше. А взорвался с куда большей эффектностью…Но дестабилизируя пламенем и светом лишь один сгусток некроэнергии, который от движущегося ему точно в лоб огромного файербола до последнего пытался увернуться и почти преуспел. Еще четыре штуки утащили в никуда какие-то темные щупальца, проявившиеся в реальности по воле Калидаса. Примерно с дюжину поймало облако дыма, а после столкнуло между собой, и получившийся в итоге взрыв нероэнергии оказался настолько разрушителен для всего и вся, что уничтожил заодно и еще парочку посланных со стороны османской крепости гостинцев, как разлетающиеся в разные стороны куски человеческих тел могли бы травмировать собою других людей не хуже каких-нибудь иных обломков.

Оставшаяся дюжина энергетических снарядов из некроэнергии почти достигла барьеров летучего корабля, но буквально в последний момент находящийся где-то в рубке управления Святослав сделал свой ход. Громадный броненосец, изменил конфигурацию окутывающих его магических щитов так, чтобы прикрывали те лишь центр и корму, а после с казалось бы невозможной для подобной махины ловкостью сделал просто головокружительный вираж, метнувшись вперед и вниз чуть ли не быстрее пули. Ну а нос рассчитанного в том числе и на таран летательного аппарата оказался покрыт плотным слоем разрушительных энергий, за что отвечали специальные артефакты, упрятанные глубоко под броней. Результат получился примерно как от столкновения банды мчащихся на полной скорости мотоциклистов, вооруженных острыми страшными ножами с мирным и насквозь гражданским паровозом. Только ошметки стремительно истаивающей некроэнергии во все стороны брызнули от пятерки размазанных в кашу боевых заклинаний седьмого ранга, а наиболее бронированному участку «Ветерка» теперь, вероятно, пара ведер свежей краски не помешала бы. Оставшиеся вражеские чары обрушили всю свою мощь на барьеры судна…И пробили их. Пробили даже несмотря на то, что высшие иерархи храма Горного Брахмы сосредоточили на них все свое внимание и мощь. Только вот удары, обрушившиеся после этого на броню корабля, как-то не впечатляли. Да, палуба под ногами дрожала, но не ходила ходуном, угрожая переломать кости рядовым членам экипажа. И пробития — не было. Ни одного. Во всяком случае — в этот раз.

— Мне кажется, можно разворачиваться и отправляться к войскам, ничего нового нам на такой дистанции не покажут. — Заметил Олег, наблюдая за тем, как в сторону крепости уносится парочка энергетические пульсары, созданные орудиями броненосца. И мысленно сделал отметку сделать артиллеристам выговор, ибо они впустую расходовали собственные силы и запас прочности артефактных орудий. Да, «Ветерок» обладал более чем солидной огневой мощью…Но сокрушить в одиночку барьеры вражеской крепости вряд ли мог. Особенно если не пытался накапливать сферы разрушительной энергии рядом с собой в воздухе, чтобы чуть позже обрушить их на цель единым залпом, а стрелял по готовности. — Можем конечно попытаться подлететь поближе…Но тогда по нам, скорее всего, начнут стрелять и обычные орудия, а не только те, которые расположены на вершинах бастионов.

— Не начнут, — возразил ему король йогов. — Я вижу, что там установлены обычные старенькие пушки вроде тех, которыми монстров и простых разбойников богатые купцы от своих кораблей гоняют. Их настолько сильно вверх не задрать, да и дальнобойность у подобных орудий — аховая.

— Ну и слава богам, а то если бы там еще и современная артиллерия в каждой галерее стояла, то мы бы вообще к этому замку и приблизиться-то вряд ли бы смогли. — Буркнул Чатурведи, поглядывая в сторону вражеской цитадели с каким-то странным видом. Словно он испытывал…Зависть? Впрочем, Олег признавал, что эта крепость по-настоящему крепкий орешек, равного которому в Северной Индии не отыскать. — Я вообще как вот это штурмовать толком не представляю! Даже если внешняя линия укреплений окажется прорванной, чего добиться будет ну вот совсем непросто, то наградой нам станут лишь расположенные за стеной домики прислуги, казармы солдат, маленький парк и всякие огородики с алхимическими травами. А ведь сердце крепости — подземный лабиринт из ловушек и тайных ходов, которые вдобавок всегда можно перегородить очень прочным люком или банальным обвалом, отыскать истинных владельцев данного места, находящихся вдобавок под защитой армии разного рода ходячих мертвецов и прочих немертвых тварей, готовых биться до конца собственной не-жизни, станет настоящим мучением. Смертельно опасным даже для самых великих воинов!

Олег мысленно согласился. Штурм занятой противником крепости, чью боеспособность нынешние обитатели уже на протяжении некоторого времени восстанавливали и усиливали, обещал быть делом крайне неприятным…Но неизбежным. Чародей осознал, что он и его войска обречены поучаствовать в этой кровавой мясорубке сразу же после того как взглянул на карту, а изучение местности своими глазами лишь подтвердило его предварительные выводы. Крепость, которая в переводе с османского на русский называлась бы Драгоценный камень рода Аль-Крефо, нельзя было обойти. Нет, теоретически-то можно, но правившая данной землей семейка аристократов возвела свою цитадель отнюдь не в случайно выбранной точке Османской Империи, а в стратегически важном месте. Она не только располагалась на серьезном магическом источнике, но также занимала единственный относительно свободный проход между довольно крутыми холмами, почти заслуживающими звание маленьких гор и берегом крупного вытянутого озера, что питалось подземными ключами и являлось единственным крупным источником пресной воды во всей округе. Ну, еще на участке более-менее ровной земли лет пятьсот назад возник крупный торговый город, что было в общем-то почти неизбежно на перекрестке сразу нескольких крупных торговых путей…Только от самого населенного пункта ныне остались лишь безжизненные обугленные руины, где не было ничего живого. Да и фляги солдат на время похода вполне можно было бы наполнять при помощи гидромантии…Но руководство Северного Союза, включая даже легендарного архийога, по такому поводу изменившего своей обычной политике невмешательства в мирские дела, ничего не могло поделать с прекрасной широкой дорогой, пролегающей исключительно в зоне обстрела вражеской артиллерии.

Вероятно, эта дорога была единственной частью инфраструктуры погибшей сверхдержавы, которая от нашествия демонов практически не пострадала, ибо тварей мало интересовали большие плоски камни, пусть даже уложенные в несколько слоев и плотно подогнанные друг к другу. Другое дело — людей… Хоть тех, кто сейчас двигались по проложенному для них удобному маршруту, спеша в сторону Стамбула целой армией, хоть тех, что не успели достаточно далеко и быстро убежать даже по удобной для них транспортной артерии, а потому теперь в виде обглоданных костяков валялись тут и там на протяжении всего этого своеобразного шоссе, которое могло бы одновременно пропустить через себя парочку идущих в разные стороны больших караванов…Или движущийся в едином направлении обоз огромной армии, что протащить по озеру, холмам, оврагам и прочим буеракам вокруг занятого противником укрепления быстрее чем за неделю или даже полторы никто не рассчитывал. А такая задержка не позволила бы войскам Северного Союза приблизиться к Стамбулу в тот срок, который был обговорен международными соглашениями. Да и оставлять у себя в тылу занятую врагом позицию не хотелось никому из тех, кто имел хотя бы минимальное представление о стратегии и тактике. Ладно еще если противник просто вылазки в тыл совершать будет…А вдруг копавшиеся там демоны призовут кого-нибудь их своих владык или даже целого темного бога⁈ Тем более, что один из них тут уже определенно раньше был. И возможно даже не один раз. Только раньше он приходил как гость, с вежливой улыбкой, может быть даже подарками…А потом прежних хозяев этого места перебил всех до одного, кого пожрав, а кого просто прикончив, чтобы затем поднять из мертвых и заставить служить себе.

— Представители рода Аль-Крефо, были одним из первых жителей этой земли, кто в своей жажде власти, силы и богатства вкусил отравленную чашу демонических даров. — Задумчиво пробормотал король йогов, разглядывая иллюзию вражеской крепости, которую сам же из дыма и создал в центре кают-компании. Иллюзию достаточно детальную, чтобы любой желающий мог рассмотреть фигурки, мелькающие на черных стенах. И отнюдь не всегда это были демоны. Намного больше чем выходцев с нижних планов, там было людей…Мертвых людей, а вернее их лишенные плоти скелеты, облаченные когда в доспехи, когда в униформу солдат, а когда и в обрывки некогда богатых одеяний аристократов. Их пожелтевшие кости, покрытые какими-то темными узорами, выглядели тонкими и хрупкими, но мертвые руки их по-прежнему цепко сжимали магические посохи, оружие или инструменты. Да и вели себя эти твари довольно осмысленно, безропотно выполняя приказы своих новых хозяев и спешно наводя последние штрихи по подготовке крепости к обороне. Здесь на плоской макушке одного бастиона спешно чинят громадную стационарную магическую мега-бомбарду, поворотные механизмы которой почему-то заклинили на втором или третьем выстреле, там зачем-то вырубают деревья во внутреннем саду, тут же распуская их на доски при помощи пилорамы… — Земли этого рода не имели выхода к океану и потому Аль-Крефо не получали тех громадных барышей, которыми регулярно пополняли свою казну участники морской торговли, особенно торговли живым товаром с костяными галерами, что стали регулярно наведываться в порты осман после того как султанам и визирям жадность и спесь начали потихоньку заменять человечность и здравый смысл…Платили кровососы в основном золотом, но темные знания от них тоже просачивались потихонечку. И Шкадр Аль-Крефо воспользовался ими, воззвав к обитателям нижних планов и предложив одному из демонических владык десятки тысяч своих рабов. Тысячеликому Йаумадуми предложив, владыке царства Изрезанных Костей, что в амбициях своих и могуществе превосходил большинство простых архидемонов и звал себя хозяином десяти из них… И эта тварь, чьей злобной мудрости отрицать невозможно, за такой товар заплатила ему щедро, очень щедро. И за последующие партии исправно платила несколько веков, не сильно-то и снижая планку…

— Двенадцати! — Поправил его Калидас, самодовольно усмехась. — Эта жалкая гнилая кучка падали, в безумной наглости своей осмеливающаяся звать себя богом, правит целой дюжиной архидемонов! Ну, правил раньше, после бойни при Дрездене их осталось, наверное, штук пять! Ну, максимум шесть!

— На тот момент, когда османы только-только начинали свое загнивание, у Владыки Изрезанной Кости их было всего десять. Еще парочку он то ли поработил то ли убедил работать на себя несколько позже. — Посмотрел на него как на несмышленыша Манидер Садхир. — Эта тварь, к сожалению, не сидела смирно на своей многоликой заднице, обрастая мхом, а с толком использовала свои возможности и все те человеческие ресурсы, которыми её Аль-Крефо и некоторые другие культисты засыпали сотни лет, сбагривая толпы старых, больных, калеченных или обезумевших от грубых ментальных внушений рабов, что с точки зрения осман лишь впустую тратили хорошую еду…И, кстати, если архидемон или темный бог повержен, далеко не факт, что он действительно мертв и не опасен…Они ведь не слабее архимагов и не тупее, как бы не хотелось нам верить в обратное. И в особенности это касается тех из них, кто служит Тысячеликому Йаумадуми. Темный бог-некромант это воистину страшно.

— Не так уж и страшно, если его упыри из Южной Америки прогнать смогли. — Хмыкнул Рахул Слон, пытаясь убедить в этом то ли себя, то ли окружающих.

— Прогнать, но не сразить…И врата в центре своей земли они не уничтожили и даже не закрыли, хотя и пустили в ход магию девятого ранга, накрыв все оккупированные демонами территориями ядовитыми миазмами, что хоть и совсем не магия света, но губительны для обитателей нижних планов ничуть не меньше. — Почесал подбородок король йогов. — Впрочем, нет худа без добра, и это фиаско Кровавых Богов раскрыло нам целых два важных секрета, что наверняка очень способствовали формированию международной коалиции. Или, как минимум, очень ускорили её.

— Да? — Искренне удивился Олег, который про нечто подобное слышал первый раз, хотя расспрашивал церковников о происходивших в Европе событиях. Как тех, которых напоил сывороткой правды, прежде чем отправить на каторгу делом искупать свои грехи, так и тех, кому позволил остаться на свободе, пусть и навесив солидный штраф, поскольку они лично никого не убили…И поскольку не мог он себе позволить убить парочку почти святых, которые уже успели сдаться, без того, чтобы стать персоной нон-грата в большинстве стран мира. — И какие же это секреты?

— Во-первых, поскольку созданные Кровавыми Богами ядовитые миазмы были зафиксированы и Александрии, и в Дрездене, и даже в Стамбуле, передушив немало низших и даже не совсем низших тварей, с уверенностью можно сказать, что все врата связаны друг с другом. Пожалуй, можно даже сказать, что это одна единственная пространственная аномалия, пусть и с большим количеством входов и выходов, которые находятся в совсем разных местах. Червь Путей воистину превзошел сам себя, прогрызая ходы в ткани реальности для себя и своих союзников. — Все присутствующие в штабе руководители Северного Союза начали переглядываться и оживленно перешептываться, сразу догадавшись, что это значит. — А потому нет особой разницы в том, какие врата первыми пытаться уничтожить. Все равно идущие в атаку войска встретит мощь объединенной армии, вторгшейся в наше измерение, поскольку владыки демонов и их элитные силы смогут переместиться в нужный район почти мгновенно и без каких-либо проблем. Да и большую часть армий своих туда же перетащить.

— Дык, я ужо боюсь спршаивать, а шо тогда будет во-вторых, — несколько нервно хмыкнул Святослав, что как-то незаметно объявился в кают-компании, покинув рубку. Впрочем, учитывая его скорость, позволяющую при желании пересечь все судно за пару секунд из конца в конец и не запыхаться, в этом не было ничего удивительного.- Но, стал быть, все равно спрашиваю…

— А во-вторых армиям защитников этого мира придется на себе испытать мощь не одной единственного демонического укрепрайона, а сразу нескольких…Стены, рвы или там минные поля вратами, конечно, не перебросить даже с помощь Червя Путей, но вот атакующую магию созданные им в ткани реальности дыра пропустят. — Тяжело вздохнул король йогов. — И значит, войсками придется выдержать ту мощь нечестивых ритуалов, которые заботливо были подготовлены в Стамбуле для осады святых мест, что демоны покуда не сумели сокрушить. Столкнуться с силой оскверненных соборов Дрездена. Сопротивляться извращенной магии двух легендарных чудес света, что были построены в Александрии: Фаросскому Маяку и Александрийской Библиотеке…

— Так её же вроде бы сожгли? — Осторожно заметил Олег, который до этого момента и не знал, что знаменитый Фаросский маяк, оказывается, был построен где-то недалеко от самой знаменитой библиотеки в истории. Точно не знал, ибо он бы такое не забыл…Наверное.

— Книги — сожгли, — подтвердил король йогов. — Во всяком случае, те которые не растащили. А вот её камни и магия — осталась…Камни и магия, что были некогда частью дворца правителя Атлантиды. Второстепенно дворца, конечно, построенного в одной из колоний на случай если ему туда придется выбраться по делам на неделю или две…Но все-таки!

— Дык, енто усё конечно жуть как важно и как интересно, но оно, того-этого, проблема, значица, завтрашнего дня. — Напомнил всем присутствующим Святослав. — А вот с крепостью то ентой мы ить шо делать будем?

— Если задержимся дольше, чем на неделю или две — не успеем к назначенной дате и таким образом провалим обязательства, которые взял на себя Северный Союз, лишившись гарантий десятилетнего мира. Мы и так рискуем не успеть из-за того, что эти ленивые ополченцы еле тащатся! — С тяжелым вздохом признал князь Чатурведи, не став упоминать, что как раз его солдаты и шагают сейчас медленнее всех, шатаясь от слабости либо делая слишком уж частые остановки по причине слабости желудков. — А лобовой штурм настолько хорошо укрепленной крепости грозит тем, кто до Стамбула дойдет лишь половина наших сил…Или меньше.

— Мы победим почти наверняка, — заверил его руководитель школы Созерцательного Будды, до сей поры талантливо притворявшийся стоящей в уголке фарфоровой статуей. — Даже в своем ослабленном состоянии я бы почувствовал, если бы в этой крепости был один из архидемонов…А встретить одного из них великому Манидеру Садхиру — к большой удаче и очередному великому подвигу, вечно прославляющему его доблесть!

— И вот знаешь же прекрасно, что в моем случае лесть тебе ну вот совсем никак не поможет, но все равно льстишь, — возвел глаза к потолку король йогов, не отрицая сказанного. — Зачем? Настолько привык, что уже даже думать и говорить не можешь иначе?

— Перебрасывать же сюда сразу нескольких владык низших планов наши враги вряд ли будут, — продолжал свою речь китайский алхимик, чья душа сейчас управляла магомеханической марионеткой, потихоньку преобразовываемой в живую плоть. — Это потребует сил и времени…И если их отсутствием воспользуются остальные члены собранной коалиции или хотя бы большая их часть, то собравшиеся воедино архимаги вполне могут за это время очистить от тварей тот же Дрезден…Или Стамбул. Со Стамбулом, наверное, даже легче будет, ведь защита некоторых святых мест там почему-то еще держится…

— Потому как её там держат истинные слуги бога христиан, и всякая низшая демоническая шелупонь сразу же дохнет на подходах вне зависимости от своего количества. А первые из тех высших, кто шагнет туда — смертники, и это прекрасно знают обе стороны конфликта. — Хмыкнул Калидас. — Никто из темных владык не хочет лишаться своей элиты ради весьма сомнительных призов, им проще подождать, пока защита ослабнет…По той причине, что врат в преисподнюю будет слишком много или же поскольку смертные, поддерживающие оборону своей верой, передохли от голода, усталости или действий всяких диверсантов, что не лезут в открытый бой, а подбрасывают отравы или хотя бы следуют тактике: «ударил-убежал».

— Преклоняюсь пред вашей мудростью, — уважительно кивнул ему Чатурведи. — Кстати, может очистить эти земли от демонов нам помогут слуги Кали?

— Эти земли осквернены, и храмы врагов Кали стояли тут не один век, — сморщился Арун, словно бы сжевал лимон, а после занюхал его ну очень противной жабой. — Слуги моей госпожи будут сражаться тут вдвое яростнее! Но показать всё, на что они способны, вряд ли сумеют…Эй, ты, живое оскорбление божественной справедливости, может Баломохана к нам на помощь призвать соизволишь? Мертвяки — это как раз по его части…Обещаю даже, что все кто верен Кали закроют глаза на существование этого ходячего трупа. И сейчас, и в ближайшее столетие.

— Ему на твои глаза и само твое существование — чихать. — Отмахнулся король йогов. — И даже на демонов чихать, пусть и несколько меньше…Баломохан может нам помочь, конечно, но для этого ему придется заплатить. Много заплатить. И я сегодня — беден так, как беден может быть лишь по-настоящему честный человек. Но план этот тоже поддержу, если кто-нибудь из вас готов тряхнуть своей сокровищницей. Обычное золото он ведь тоже берет, пусть и по совершенно грабительскому курсу.

— Я бы тряхнул! — Немедленно заявил китайский алхимик. — Только и у меня казна пуста, слишком многое пришлось восстанавливать…

— Но сама идея задействовать внешние силы для решения проблемы, которая нам кажется неудобной — заслуживает внимания. — Отметил князь Чатурведи посматривая в сторону Олега. И чародею вот совершенно не понравилось, к чему тут дело идет. Ибо почему-то он подозревал, что благородные индусы сейчас начнут просить поделиться деньгами чужеземца, который еще и на торговле последнее время, с их точки зрения, неприлично разбогател. — Может…

— Если только вскладчину, равными долями, — опередил его Олег. — Я и без того войска Северного Союза лечить согласился фактически бесплатно, за замену использованных медикаментов. Но мои возможности к благотворительности, увы, ограничены.

— Вынужден признать, что это было бы справедливо. Нанимать высших магов всегда было либо невероятно дорого, либо безумно дорого, и иначе просто быть не может. — Неожиданно кивнул Рахул Слон. — Тогда давайте попробуем связаться с другими участниками антидемонической коалиции? И портальный маяк для прибытия их архимагов подготовим вместе с шатром для победного пиршества…Если они хотят, чтобы десятки тысяч наших солдат появились у Стамбула в назначенный срок и помогли в битве их войскам — пусть сейчас нам помогут дорогу расчистить!

— Не, ну попробовать-то можно, почему нет, — пожал плечами Калидас, которому видимо был абсолютно всё равно, как именно методами окажется достигнута победа над демонами. — Но если вдруг нам действительно возьмут и просто так помогут, то я вот сильно удивлюсь…Ибо это такое чудо из чудес, что куда там египетским пирамидам и прочим чудесам света…

Глава 22

Глава 22

О том, как герой черпает сколько может, применяет в осаде инженерный подход и оказывается одним из многих.

Олег чувствовал, как в него широкой полноводной рекой вливается сила. Сила разнородная, капризная, так и норовящая рассыпаться на отдельные составляющие или взбрыкнуть. Но чародей, что ныне возглавил магический круг из десятка одаренных младших рангов, все-таки смог удержать даруемую ему энергию под контролем, обуздать её своей волей и зачерпнуть…Так много зачерпнуть, как только мог, а потом замереть в напряжении не столько телом, сколько аурой и самой душой, стараясь не пролить ни капли…

— Я, дык, стал быть, тоже ужо держу! — Донесся словно бы откуда-то издалека напряженный голос Святослава, что ныне был занят примерно тем же самым. Только круг для сильнейшего одаренного их маленькой частной армии, само собой, составляли уже совсем другие люди. — Вы, оно того, поднимайте! И святите, дык!

— А ну не командуй нами, грешник! — Отца Бонифация никто в цепи не заковывал, поскольку старый и худой как палка священник никого в Новом Ричмонде так и не убил. Вырубил — многих, обеспечив им сотрясение мозга, контузии и целую кучу закрытых переломов и, в принципе, очень даже своими ярко сияющими кастетами Кейто отвлек, из-за чего японке голову и смахнули почти…Но, тем не менее, ни одной жизни собственноручно он так и не оборвал, а потому обычных оков и специального модного антимагического браслета, силы жрецов и священников тоже блокирующего, тоже не получил. Однако потребовал их напялить на себя по своей воле, разделив все тяготы с теми церковниками, за кого был в ответе и кого на публичном судебном заседании приговорили к десятилетиям каторжных работ. Когда надо — в шахтах, когда надо в — госпиталях, когда надо — в очистительном походе против армий нижних планов, где их силы были бы куда полезнее чем чьи-либо ещё и могли бы спасти много чужих жизней…При правильном использовании, конечно.Но Олег полагал, что заниматься откровенным вредительством контроль от конвоиров и надзор одного почти-святого им не даст. Ну а если эти преступники попытались бы устроить саботаж или податься в бега, то тогда за применение охраной оружия и отсутствие предупредительных выстрелов лично он бы выписал подчиненным премию. — А вы, братия, не филоньте, глотку свободного воздуха попусту не радуйтесь и, самое главное, к оружию на чужих поясах не примеривайтесь! Давайте лучше вместе помолимся! Благословим воду сию! На погибель врагам рода человеческого!

Тигрица медленно и величественно поднялась с поверхности озера, на волнах которого ранее качалась. И озеро последовало за ней…Не все, конечно, далеко не все… Однако уровень воды на пару миллиметров в нем все-таки упал, поскольку две невероятно огромные капли, одну из которых удерживал Олег, а вторую — Святослав, последовали ввысь за летательным аппаратом. Объем зачерпнутого у обоих друзей оказался примерно одинаков. Бывший крестьянин сам по себе был заметно сильнее, и мог потратить куда больше энергии на удержание воды в воздухе, а его друг как гидромант оказался в разы лучше, да вдобавок заемной силой манипулировал явно искуснее…

Взятая из озера жидкость от стандартов чистоты была, прямо скажем, далековата. В ней плавали водоросли и ряска, какие-то мелкие рыбешки, вроде даже мелькнуло на миг объеденная всякими мальками гигантская когтистая лапа, принадлежавшая то ли какому-то местному мутанту, то ли демону, в это самое озеро скинутому и успешно там утонувшему. Но Бонифация, затянувшего какой-то гимн, это ни капли не смутило, а остальные церковники волей-неволей начали подпевать ему следом…Но две громадные капли, которые удерживал в воздухе маги, начали потихоньку меняться на уровне не физическом, но энергетическом, насыщаясь призываемой священниками силой и потихоньку приобретая свойства святой воды. Или скорее некоего её бледного и слабого подобия. Да и то лишь на время, на очень-очень ограниченное время. Но без поддержки свыше минут так двадцать-тридцать она бы продолжила сохранять свои чудесные свойства, а большего для реализации задуманного плана вроде и не требовалось.

Тигрица медленно двинулась в сторону возвышающейся далеко-далеко крепости, с такой дистанции казавшейся лишь детской игрушкой несмотря на всю свою монументально, а заодно стала куда быстрее подниматься все выше…И выше…И выше…Воздух вокруг тянущих за собою в небо воду чародеев сначала похолодел, а потом его стало решительно не хватать и тут в дело вступили другие команды одаренных, активировавшие на верхней палубе судна климатические барьеры, не впускающие холод и не выпускающие кислород. Соваться в открытый космос или хотя бы на низкую орбиту планеты под такой хлипковатой защитой чародей бы побоялся, но сегодня перед ним стояла цель менее амбициозная и более достижимая. Достаточно было достичь той планки, докуда будет весьма тяжело достать магическим орудия демонов, созданным по заказу осман. По крайней мере, если не зависать точно над самим замком, ибо кратчайшее расстояние между двумя точками — это прямая, а просто крутиться в некотором отдалении… Но на очень, очень, ну просто очень большой высоте.

В занятой демонами крепости, безусловно, заметили странные маневры одного из крупнейших летательных аппаратов, принадлежавших их врагам. И открыли огонь, что было в общем-то ожидаемо. Однако сгустки некроэнергии, направляемые порабощенными душами, были чужды этой реальности примерно так же, как горячая вулканическая лава чужда холоду морских глубин. Какое-то время они продержаться там могут за счет внутренней энергии, но каждое мгновение, каждая пройденная вперед и вверх сотня метров делала выстрелы колдовских орудий пусть чуточку, но слабее. А лететь им было далеко. И высоко. Пытаясь настигнуть цели, которая хоть особых выкрутасов в воздухе сейчас и не откалывала, но маневрировать очень даже могла. Вдобавок собранный на борту состав высших магов Северного Союза к отражению подобной угрозы был давно готов, потратив целые часы на оптимизацию своей стратегии по перехвату подобных энергетических снарядов. И их усилия дали результат — до магических барьеров судна прорвался лишь один сгусток некроса, направляемый страдающей в бесконечной агонии душой. И он не смог пробиться через барьеры, работающие на пределе своей мощности, даже не добравшись до брони.

Олег настолько погрузился в свою задачу по удержанию грандиозной капли, в которой плескались неисчислимые тысячи литров почти святой воды, что чуть не пропустил тот момент, когда её надо было уже отпустить. Вернее и пропустил бы, но его довольно настойчиво начали хлопать по плечу…Длинной палкой, которую держали телекинезом, ибо соваться в центр магического круга, где вокруг одаренного шестого мага сама реальность дрожала от направляемой ему магии, присланному от артиллеристов посланнику было явно страшновато. Впрочем, чародей не обиделся ну вот ни чуточки, слишком уж велико было его облегчение, когда поднятый на грандиозную высоту водяной снаряд больше не надо был тащить за свою вверх…Только удерживать от распада. Да, и это тоже являлось очень даже серьезной и сложной задачей, но нести на своем горбу один мешок цемента или сразу два — это ну вот просто очень большая разница, в которой чувствуется буквально каждый грамм! Не растекающаяся под воздействием ветра гигантская капля устремилась вниз…И вперед. То же самое буквально с опозданием в пару секунд проделала та жидкость, которую ранее Святослав контролировал. В этом мире, безусловно, во многом правила магия, однако законы физики, в частности инерцию, так никто и не отменял. Разогнавшийся до максимально доступной скорости при текущем составе аэромантов летательный аппарат лег на обратный курс, так от огня вражеских орудий ни малейшего ущерба и не понеся. Ну а благословленная целой кучей церковников вода пошла дальше, ведя себя так, будто она есть единое твердое тело. Тело, движущееся с большой скоростью и потому довольно медленно теряющее набранную высоту. В конце-концов контроль Олега над ним все-таки не удержал, но это было уже не важно, поскольку движущиеся по действием набранной инерции потоки води уже почти достигли своей цели. И то, что они разлетелись в разные стороны маленьким подобием очень плотного облака лишь помогало накрыть им большую площадь.

— Перелет! Перелет! — В досаде закричал кто-то из свиты взятых на борт индусов, чуть ли ногами не топая от досады, но как оказалось, он все-таки поспешил со своими выводами. Оба гигантских водяных снаряда врезались в магический щит, прикрывающий вражескую крепость. В ту его часть, которая прикрывала самые дальние от «Тигрицы» бастионы. И замерцавшая зеленым светом энергетическая преграда с честью выдержала этот удар, заставив многие тонны почти святой воды по ней расплескаться…И начать стекать вниз. Где капельками, где струйками, а где и целыми потоками. Стандартные защитные барьеры крепости некромантов и геомантов, совершающих многочисленные сделки с демонами, были усилинеы, что вполне логично, добавлением стихии смерти. Ну а какой у них был выбор, когда делать нематериальные преграды на основе земли или камня — это то еще извращение вроде футбола на льду, если нормальные коньки заменить роликовыми? Да, обычно данную силу использовали для атак, но исключительно в связи со сложностями обуздания на постоянной основе некроса, опасного для всего и вся, включая самих темных волшебников. Но когда у колдунов имелось время, почти ничем не ограниченный бюджет, возможность размещения стационарных структур любого масштаба и консультации специалистов из нижних планов, на подобных структурах съевших не один десяток собак и владевших ими магов-фортификаторов — то почему нет? Против живых существ такая защита была бы практически идеальна, а против материальных снарядов или атакующих заклятий просто весьма хороша…За парой исключений. Например, магией света. Или святой водой. С точки зрения осман последняя слабость и слабостью бы как таковой вряд ли могла бы считаться, ибо подобная жидкость могла навредить либо их немертвым марионеткам, которых особо не жаль, либо почти полностью отринувшим свою человеческую сущность могущественным чернокнижникам, что способны вытерпеть и не такое…Но сейчас весь человеческий гарнизон этой крепости был немножечко убитым. И на могущественных повелителей смерти, которых и встреча лицом к лицу с орущим во все горло святые псалмы паладином вряд ли заставит даже почесаться, расчеты орудий или тем более обычная дохлая пехота не тянули даже со скрипом.

Просачивающаяся сквозь защитный барьер крепости или даже просто проедающая его жидкость хлынула вниз потоками, брызгая от удара с высоты о твердые поверхности и, как положено воде, растекаясь во все стороны и пытаясь затечь в каждую щель. Те демоны, на которых она попала, пытались окружить себя индивидуальными защитными барьерами, орали, дергались от боли, дымились, бежали прочь от губительной для них субстанции, пытались кем-нибудь прикрыться или же корчились в агонии и падали замертво, если принятые меры защиты не помогли. Ходячие мертвецы занимались примерно тем же самым, но скорее всего с куда меньшим количеством производимого шума и эмоций. В большинстве своем ходячие скелеты, которые могли двигаться и имитировать жизнь лишь благодаря темной магии, и были физически не способны испугаться или же что-то почувствовать просто падали как марионетки с обрезанными нитями. Штук пять исключений, спасающихся вполне целенаправленно, были облачены в обрывки роскошной одежды, сжимали в руках магические посохи и, судя по всему, являлись разновидностью личей. Низших, скорее всего, но всё равно очень-очень опасных, если бы кто-то подошел к этим немертвым магам, после своей гибели пусть и утратившим болью часть личности, памяти или сил, но зато получившим просто таки сумасшедшее усиление ко всему тому, что касалось некромантии и некоторых других разделов темной магии.

— Я же говорил: «Глупости это все»! Только зря время потеряли… — недовольно пробормотал Калидас, изучая результаты атаки, в которой Олег объединил воедино магию и инженерный подход. Расстояние ожидаемо не стало преградой для зрения верховного жреца, тем более удалиться от замка «Тигрица» успела покуда относительно недалеко, тут бы и какой-нибудь ведьмак мог справиться…Или просто обладатель хорошей подзорной трубы. — Мы забрызгали от силы полтора бастиона, и орудия их целы и невредимы!

— Да и тем твари, которые прячутся внутри крепости, абсолютно потерь не понесли! — Поддакнул ему юный князь Чатурведи. — Надо придумать что-то другое!

— А мне кажется — не надо, — не согласился с ним Олег, внимательно всматриваясь вдаль. — Орудия целы, да…Но обслуга-то уничтожена! Да, не вся, но процентов на шестьдесят-семьдесят!

— Ой, будто долго новых мертвяков нагнать тому, кто этой крепостью командует, — фыркнул кто-то из свиты индусов. — Скольких тварей они там потеряли? Десятка три-четыре? Ну, может чуть больше, с учетом тех, кого там с внутренней стороны стены залило…И в катакомбах, если туда святая вода просочилась не потеряв своих свойств…

— Дык, а сколько среди них канонировъ обученныхъ? Ежели при жизни османин какой енту пушку магическую, стал быть, в глаза не видели, то с чего б яму апосля смерти из неё палить аки мастер? Да и демоны, чай далеко не через одного с нашим оружием человеческимъ, да исчо сложнючим таким, обращаться обучены!– Заступился за друга и его идею Святослав. — Да и потом, разве много мы времени на операцию усю, дык, потратили? Минут, стал быть, пятнадцать? Ну, ежели не считать те восемь часовъ, которые договаривались в одном месте собраться, да вместе действовать. Ежели продолжим в ентом, ну, темпе, то завтра к вечеру, ну край послезавтра, то враги то может и того, кончатся.

— Наши силы кончатся раньше, — покачал головой Чатурведи. — Не у тех, кто держит барьеры и силу свою другим одалживают, так у христианских священников…

— На правое дело борьбы с тьмы порождениями, мы готовы будем всегда! — Громко заявил Бонифаций, который непонятно когда успел наречие обитающих в Северном Союзе индусов выучить…Или же это знание просто было даровано ему свыше. — Во всяком случае, пока братия может стоять на ногах или хотя бы просто остается в сознании! Ибо для сотворения истинного чуда нужна не сила, но вера…

— Бонифаций, у тебя точно не получится превратить святую воду в какой-нибудь благословенный туман? Ну, то есть удержать его от потери святости, когда я воду испарю…- На взгляд Олега это бы одним махом решило их проблемы. Ну, может не сразу, может за три-четыре особо опасных для ходячих мертвецов и обитателей нижних планов облака…Пар то проникает во всякие мелкие щели куда легче, чем вода! И чтобы все там смочить в разы меньшие объемы жидкости потребуются…

— С божьей помощью все возможно, — размашисто перекрестился старый священник. — Но лично я такого чуда вот уж точно не осилю.

— Воды в озере еще много, и если священники смогут освятить её еще раз двадцать-тридцать, то это уже неплохо. — Хрустнул пальцами король йогов, создавая из дыма очень подробную иллюзию занятого демонами замка. Вода где стекла вниз во внутренний двор, где стояла прямо на крыше бастионов большими лужами, и суетящиеся в зоне видимости демоны вместе с безропотно подчиняющимися им скелетами видимо до сих пор не придумали, а как её убрать из тех мест, где она мешает. Ходить же по данной субстанции или хотя бы не успевшим обсохнуть от неё камням им было не сильно приятнее, чем людям по горящим углям. — Мертвецы по природе своей слабоваты в стихийной магии, я очень сомневаюсь, будто там найдется хотя бы один гидромант, что сумеет защитить от подобного благословенного душа кого-то кроме себя.Демоны…Ну, тут всякое возможно, но они обычно отдают предпочтение узким специализациям, а эти демоны на демонов морских или хотя бы демонов-амфибий не похожи. Да и кого-то из своих наиболее талантливых слуг в заслоне, поставленном чтобы нас задержать, Владыка Изрезанной Кости вряд ли бы оставил…Я считаю, стоит попытаться залить этот замок сверху донизу и превратить его в гигантский аквариум! У нас получится!

— Совсем из ума выжил, презренный? Думаешь, там нет каких-нибудь стоков на случай дождя? — Скептических хмыкнул Калидас.

— Думаю, что тут почти пустыня, — пожал плечами король йогов. — И озеро это было самой большой драгоценностью рода Аль-Крефо сотни лет, принося им куда больше выгоды, чем шахты или сделки с демонами. Какие-то стоки на случай дождя там, наверное, все-таки есть…Но я почти уверен, что если мы хорошо постараемся, то сможем работать быстрее этих труб!

Второй рейс был примерно столь же результативным, как и первый, и многие тысячи литров благословленной воды обрушились на вражеские укрепления, чтобы стечь по ним вниз, заливая и забрызгивая собою всех, кто не сбежал.Но вопреки самым мрачным ожиданиям чародея и некоторых иных пессимистов риска он на самом деле нес даже меньше чем первая попытка атаки. Из тридцати двух магических орудий крепости, способных стрелять некросом далеко и высоко, приблизившуюся «Тигрицу» встретило только тридцать. Еще парочку то ли не успели перезарядить, то ли не сумели толком нацелить, все-таки для полноценного управления большими и сложными техномагическими системами требовался, как ни удивительно, техномаг…Особо большими и сложными — несколько, причем хорошо работающих в команде. И Олег очень сомневался, что превращение кого-то из его коллег в ходячие скелеты могло усилить их профессиональные навыки. Да, покорные немертвые марионетки были готовы выполнить абсолютно любой приказ своих демонических хозяев…Но готовность и способность — это несколько разные вещи.

— Архиличей или хотя бы немертвых магистров тут, видимо, нет. Как и высших демонов. — Заметил Рахул Слон, когда летучий корабль двигался обратно к озеру, чтобы зачерпнуть третью порцию воды. — Иначе нас бы попробовали чем-нибудь достать…

— Скорее к крепости притянуть, подставив под огонь других орудий. С тактической точки зрения так было бы выгоднее. — Возразил ему Олег, утирая выступивший на лбу пот. Контролировать такие объемы жидкости на дистанции в десятки километров было для него сложновато, а уж о том, чтобы превратить ту в какое-нибудь подобие водяного элементаля или хотя бы заставить целенаправленно пытаться замочить вражеские силы покуда не приходилось и мечтать.- Но, думаю, вы правы. Своего аналога высших магов тут действительно нет…Или же они обладают ну очень большой выдержкой, и готовы пожертвовать многим ради идеальной возможности для атаки. Сколько всего у Аль-Крефо было одаренных пятого ранга и выше?

— Девятнадцать, — названная Калидасом цифра заставила Олега порадоваться, что к крепости «Тигрица» так и не приблизилась. Поскольку личи как маги были заметно сильнее себя живых, во всяком случае, когда дело разных темных искусств касалось,то следовало предположить возможность наличия в замке примерно двух десятков враждебно настроенных высших магов! Впрочем, самый мрачный его прогноз вряд ли был реальным, иначе бы армия ходячих мертвецов и демонов не стала бы пытаться отсиживаться за стенами, а выступила войскам Северного Союза навстречу, дабы попытаться их в битве разбить… — Но так было до Четвертой Мировой Войны. А на момент демонического вторжения это число сократилось до десятка. Однако уцелели как раз сильнешие, из которых пятеро были магистрами, двое архимагистрами, а сам Шкадр Аль-Крефо по праву носил титул визиря и занимал место близ султанского трона, будучи архимагом…Там его и пожрали вместе со всей его свитой и ближайшими родичами, а в родовом гнезде на хозяйстве должно было оставаться младших магистров штуки две, ну может три. Ну и всякая там молодежь…

— Что-то, судя по состоянию их обороны, там даже одним младшим магистром не пахнет, — скорчил пренебрежительную гримасу Чатурведи. — Наверное, ранги их были столь же истинными, как и честь продавшихся демонам чернокнижников…

— Или просто взять их живыми, ну а может хотя бы неживыми, но относительно пригодными для дальнейшего поднятия в виде нежити — не получилось. — Пожал плечами Олег, готовясь зачерпнуть новую порцию озерной воды, поскольку «Тигрица» уже шла на посадку. — Все-таки демонологии должны были лучше прочих представлять себе, чем им может грозить плен тела или души, а потому вполне могли принять меры, дабы подобного не произошло.

«Тигрица» совершила ещё один рейс. Второй. Третий. Пятый. Десятый…А на одиннадцатом из-под земли полезли неисчислимые тысячи ходячих костяков, сжимающих в своих мертвых руках сделанные из разломанной мебели дубинки, кухонные ухваты, ножи, молотки и прочую подобную утварь. Почти все они дымились, а некоторые так и вовсе развались прямо на ходу. К этому моменту стены и бастионы практически лишились защитников, поскольку уберечь себя от потоков благословенной священниками воды могли лишь единицы противников…Но стекающая во внутренний двор обильными потоками жидкость после атак не исчезала в никуда. В соответствии со всеми законами физики она сначала распределялась по большой площади, образуя огромные лужи, а затем эти лужи начинали через разного рода щели, ну например вентиляцию, просачиваться вниз. В забитые бывшими жителями города катакомбы, делать которые герметичными строители видимо никогда и не пытались, ибо нужна им эта гермитичность была примерно как холодильники эскимосам…И поскольку намоленных Бонифацием и его товарищами свойств сия субстанция особо не теряла, упрятанная подальше от любопытных глаз и вражеского обстрела неживая сила противника несмотря на всю свою многочисленность могла бы оказаться уничтоженной прямо в подземном лабиринте, который теперь затапливало губительной для неё водой. Нет, какая-то система слива в замке, безусловно, была. Не могло её там не быть. Но видимо рассчитывали данную часть крепости на местную норму осадков, а не на перемещение значительной части ближайшего озера непосредственно внутрь крепостных стен, потихоньку превращающихся в стенки большого непрозрачного аквариума!

— Замачивай, их! Замачивай! — Пришел в необычайное возбуждение Бонифаций от вида целой армии врагов, которая сейчас бодро чапала по лужам в сторону распахнувшихся ворот крепости. И по телам своих собратьев пока еще способные к бегству противники тоже чапали, пытаясь вымостить наиболее крупные водоемы слоями утративших подобие жизни костей, поверх которых дымились куда более плотные тушки демонов, в качестве надежной гидроизоляции у немертвых, безусловно, выигрывающие. — Мочи-и-и!!!

— Корабли-и-и!!! — Ничуть не тише вдруг заверещал один из членов экипажа, тыча рукой куда-то вдаль. — Там! Много! Большие! Целый флот!!!

Глава 23

Глава 23

О том, как герой получает то, что не просил, ведет беседу во время бомбардировки и оказывается застигнут врасплох предъявленным счетом.

Олег невольно порадовался тому, что стены османской крепости были так высоки, а орудия столь дальнобойны. Нежить, вырвавшаяся из ворот замка, рванула в сторону расположившихся вдалеке армий Северного Союза без каких-либо задержек и колебаний. И не смущало её ни огромное ровное и хорошо простреливаемое расстояние до цели, ни готовность людей к обороне, ни наличие у живых врагов артиллерии, авиации и боевых магов при полном отсутствии хоть какого-нибудь прикрытия…Только вот бежать не ведающим страха, боли и усталости скелетам предстояло часа три, не меньше. Мертвыми они двигались не быстрее себя же живых…Но и ни сказать, чтобы медленнее. Километров двадцать в час. И в любых других условиях схватку с подобным противником он назвал бы идеальной, ибо условия для стрельбы или бомбардировки заклинаниями с палубы летучего корабля можно признать идеальным, а этих существ ему ни капельки не жаль, поскольку самосознания у них примерно как у золотой рыбки, а агрессивность словно у бешеной вечноголодной собаки…Только вот интуиция чародея как-то подозрительно ворчала, намекая на то, что это отнюдь не конец сегодняшних приключений…Вдобавок Олег ощущал некоторую неуверенность в собственных силах при созерцании настолько щедрого 'подарочка, позволяющего вволю натренироваться на неживых мишенях. А ну как до его людей они все-таки добегут, поскольку у наблюдающих за этой ордой с высоты магов кончатся и запасы сил, и боеприпасы⁈

— Во имя Аллаха, да сколько их тут⁈ — Не смог сдержать своих эмоций князь Чатурведи, когда из ворот замка выплеснулся, наверное, уже целый миллион скелетов…Высокие и маленькие, почти сгнившиеся и сверкающие белоснежной сахарной костью, вооруженные каким-то дрекольем и тащащие в костлявых руках относительно современного вида ружья, выглядящие как укороченная версия стрелецких пищалей…Их уже на свежий воздух выбралось в несколько раз больше, чем было людей в армиях Северного Союза, а поток прущей из-под земли нежити все не прекращался и не прекращался! Потери, которые вся эта немертвая рать успела понести, мостя себе дорогу своими костями, практически терялись на фоне той невообразимо огромной массы нежити, что все еще оставалась вполне себе активной. Демонов, правда, среди этой толпы было не видать. Воины нижних миров, попавшие в безвыходную с их точки зрения ситуацию, вероятно в эти самые миры нижние миры и вернулись. Или, по крайней мере, сейчас экстренно пытались заставить эту реальность их отторгнуть, депортировав куда-то в родную преисподнюю вместе с трофеями, которые эти адские отродья решили прихватить с собой. Не самый лучший вариант развития событий с точки зрения подобных тварей, но многократно лучший, чем сидеть в обреченной крепости. Да, там хватает мест, куда вода не доберется, будь она хоть десять раз святой…Но поскольку немертвое пушечное мясо, вернее кости, оказалось вынужденно покинуть катакомбы, зенитные орудия из-за массового выхода из строя канониров больше не работают, и существенного магического прикрытия нет, попытку защищать данную позицию имеющимися силами можно признавать бессмысленной тратой ресурсов. Бьющие с безопасной высоты крупнокалиберные пушки и помогающие им заклятия высших рангов раздолбают любые стены, причем скорее рано, чем поздно.

— Все население этой крепости, все жители большого торгового города, который она защищала, все крестьяне из близлежащих деревень, от которых ныне осталась лишь зола и все рабы, которых род Аль-Крефо уморил на своих алтарях или попросту в шахтах, которые невольники копали для них в окружающих нас холмах…Причем не все, кто тут жил относительно недавно, а все кто за последние лет за двести-двести пятьдесят. — Очередное пророческое озарение, о котором Олег не просил, настигло его в не совсем подходящий момент. Помотав головой, чтобы выбросить из неё образы седых, покрытых обильными морщинами и страдающих от кучи хронических заболеваний невольников лет тридцати, что на подкашивающихся ногах тащатся к мрачной черной цитадели, откуда нет возврата, чародей перевел взгляд на приближающийся воздушный флот. До него было еще далеко, но недостаточно далеко, чтобы нельзя было оценить количество летучих кораблей. И их там были сотни. И чародей не верил, что хотя бы один из них по размерам и боевой мощи уступает «котятам», являющимся становым хребтом авиации Северного Союза. — Канониры! Чего вы ждете⁈ Берите пример со Святослава и действуйте уже! Открыть огонь! И на остальные корабли передайте, чтобы летели сюда и не мешкая подключались к обстрелу этой погани. А вы, многоуважаемые коллеги, лучше скажите мне — вон там к нам летит кто⁈ Османский воздушный флот, который демоны сначала своими руками построили, а потом в свою же пользу и использовали⁈

Бывший крестьянин уже успел о чем-то пошушукаться с поддерживающим его кругом магов, и теперь был очень занят. Тучи собирал…Ранее ясное и чистое небо на глазах заволакивали облака, из которых уже сочился мелкий дождик. Простыть ходячим скелетам, конечно, не грозило, но грязь есть грязь, при передвижении по ней даже мертвые ноги замедлятся. И встречный ветер станет тормозить костяки, которые для своего телосложения, конечно, довольное сильные…Но — легкие. Ну и конечно молнии, которые бывший крестьянин уже совсем скоро явно начнет сводить вниз одну за другой, соберут свою кровавую жатву…Вернее, бескровную, ибо ни единой капли этой жидкости у находящегося внизу воинства попросту нет, несмотря на всю его многочисленность.

— Больше приближающийся к нам флот смахивает на летучие корабли техномагов из Северной Америки похожи, — до крайности удивил его ответом король йогов, что прищурился и приложил правую руку к глазам на манер козырька. И одновременно стряхнул со своей левой ладони вниз какие-то сияющие капли. Капли эти на огромной скорости улетели к земле, вернее к тому месту, где простиралась граница защитных барьеров крепости и шествующей там армии скелетов. Уследить за ними Олег не смог, но зато он прекрасно видел, как в данном районе через пару мгновений вспухли из-под земли увеличивающиеся на глазах корни растений…Корни растений, что стали сначала переплетаться между собой, а потом и обвивать человеческие кости, ломая их в труху, а после уничтожения ближайших десятков нежити получившиеся существа, отдаленно похожие на перемазавшихся в земле спрутов, поползли в атаку на других покойников. Конечно, их немедленно принялись рвать, бить, пронзать и даже расстреливать в упор, но оживленной магии флоре на свои собственные травмы было плевать примерно в той же степени, что и терзающим её со всех сторон покойникам. — Я не вижу там знаков владык нижних планов и не чувствую характерных демонических эманаций или хотя бы крови, хаоса и тьмы…Зато хватает вполне привычной для людей геральдики, цифр и даже названий латиницей, нанесенных на явно качественную блестящую сталь корпусов…Корпусов, из которых торчат большие пушки, а не более обыденные для нижних планов магические метатели. Еще некоторые из этих летучих кораблей утыканы какой-то сложной машинерией, какой я названия не знаю. И они излучают воистину нереальные количества пресного обезличенного эфира, что производят обычные алхимреакторы, а не какие-нибудь мобильные демонические алтари.

Одна за другой стали бухать пушки «Тигрицы», вразнобой отправляя свои снаряды в потоки нежити, что изливались из крепости и, кажется, заканчиваться даже не собирались. Мощные взрывы расшвыряли в разные стороны тысячи скелетов…Но те из них, кого не перемололо совсем уж в мелкие обломки или, по крайней мере, не лишило головы через пару секунд опять поднялись обратно на ноги. Эти создания не могли упокоиться от пары-тройки полученных ран. И даже оторванные ноги грозили им окончательной смертью лишь по той причине, что потерявших скорость мертвецов затаптывали движущиеся прежним курсом марионетки.

— Техномаги Северной Америки? — Очень удивился Рахул Слон, а после вдруг как-то весь закаменел, словно обычный человек, который увидел в метре от себя гневно раздувающую капюшон ядовитую кобру или же наставленный прямо на него пистолет, совсем не похожий на игрушечный. Впрочем, энергетическую проекцию какой-то крупной птицы он создал и вниз отправил, чтобы она на бреющем полете врезалась в ряды мертвяков, и прошла через сотни скелетов будто коса, расшибая и разрезая человеческие останки на отдельные части…Пока, наконец, не исчерпала вложенный запас прочности и не рассыпалась отдельными искорками. — Так они же сказали, что к нам на помощь не придут…

— Видимо, ты их не так понял из-за искажений астральной связи, — хмыкнул Олег, посылая в сторону крепостных ворот огненный шар, чье пламя должно было оказаться не максимально разрушительным или жарким, а просто очень-очень стойким. Стихия огня была ну очень нелюбима разного рода живыми мертвецами, ибо она разъедала их энергетику, защитить которую у подобных сверхдешевых и сверхмассовых боевых единиц вряд ли кто-то пытался. Да и механизмами самоисцеления покойники, вставшие обратно на ноги скорее всего под влиянием какого-то масштабного ритуала, поднявшего на ноги и сразу же подчинившего скелеты по всей округе, определенно должны были рассматривать как немыслимую роскошь. И потому даже если полыхающий на одном месте костер не нанесет марширующим через него монстрам фатального вреда сразу же, то минут через двадцать-тридцать те всё равно должны развалиться на отдельные части или хотя бы ход потерять и лечь под ноги собратьям, поскольку вся система придающая данным останкам подобие жизни просто пойдет вразнос. — Такое часто бывает, если есть помехи…Или связисты подобрались не сильно опытные и тех, с кем пытаются общаться через иной план бытия совсем не знают…А расстояние очень велико. У нас же тут прямо комбо: три в одном!

Олег раньше как-то даже не рассчитывал на успех тех магов астрала, что индусы отыскали среди брахманов, дабы создать общий магический круг и попытались нашарить где-то там каналы для международной связи. Собственно чародей не удивился бы, если бы это так ни к чему и не привело…Ну, может кроме потраченного времени и сил. Однако он не мог отрицать очевидное — к ним летит целый флот стальных летучих кораблей. А значит попытка поиграть в дипломатию ради решения внезапно нарисовавшейся проблемы имела успех…Правда, они эту проблему уже и так почти сумели решить самостоятельно, осталось только немертвый гарнизон крепости перебить…Который из недр заливаемого почти святой водой подземелья все лезет, лезет и лезет…И, кстати, стал уже совсем не таким жалким как раньше. Теперь на каждом из ходячих скелетов есть броня или обрывки одежды достаточно плотные и многочисленные, чтобы какой-нибудь стеганный гамбинезон за счет количества слоев ткани имитировать, а своих костлявых руках они несут настоящее оружие, да и вообще выглядят какими-то более…Качественными? Кажется, пущенную в первых рядах некондицию с дрекольем командование противника рассматривало не более чем расходный материал, которым и дорогу через опасные для ходячих трупов лужи вымостить не жаль…А это значило, что кто-то сей огромной ордой до сих пор командует!

— Американцы — жадные. Очень жадные, — нахмурился Калидас, прокалывая свою ладонь непонятно откуда взявшимся кинжалом и начиная вырезать на ней некий символ. И точно такой же символ вспыхнул темным светом далеко внизу, а тысячи ходячих трупов вокруг него осели на землю будто марионетки, у которых обрезали нити. И даже на таком расстоянии Олег ощутил, как дрогнула там вдалеке реальность, когда нечто темное и вряд ли доброе на миг словно бы раздвинуло её, чтобы сделать вдох…И высосать из мертвецов всё то, что заменяло им жизнь. — Клянусь всеми титулами Кали, они бы не пришли к нам на помощь просто так, да еще и столь быстро…Что ты им пообещал⁈

— Ничего! — Слишком уж поспешно сообщил увешанный драгоценностями архимагистр, чисто механически бомбардируя скелетов следующим своим заклинанием. Благо марширующая так далеко от летучего корабля толпа беседе не могла помешать несмотря на всю свою многочисленность. — В смысле, мы ни о чем с ними так договориться и не смогли! Тот, кто отдавал приказания их связистам, заломил ну просто непомерную цену за участие в битве американских войск! Я сказал, что никакой сделки не будет!

— Дык, а непомерную, енто, значица, какую? — Крайне подозрительным взглядом смерил его Святослав. Тем временем молнии с затянутого тучами неба ударили вниз, сопровождаемые многократными раскатами грома, странным образом не заглушившими слова бывшего крестьянина. — А то чей-то мне кажется, шо они, стал быть, частицу «Не» в словах твоих, того…Не разобрали!

— Американцы не собирались нам помогать…Если только мы не согласимся компенсировать все их расходы. — Выдержка все-таки изменила обладателю комплекта могущественных артефактов, отнять которые у архимагистра не получилось бы даже после смерти. Он слегка побледнел. — Все их расходы…На дорогу, на ведение военных действий, на боевые выплаты всем задействованным в военной операции военнослужащим, вспомогательному персоналу и сражающимся под американским флагом добровольцам…

— Не, ну это так-то нормально, — призадумался Олег, не забывая отправить в сторону орды ходячих скелетов новую порцию пламени. Первый его гостинец нежить, кстати, уже загасила. И даже не совсем собой. Горящий на одном месте костер отыскавшиеся среди толп обычных марионеток подобия магов то ли сдули то ли рассеяли ударами некроэнергии. Впрочем, чародея это не расстроило, ведь сколько-то тварей у него все-таки из строя вывести получилось раньше, чем вражеское командование сумело меры принять. Капля по капле, сотня за сотней…Глядишь, к тому моменту когда это бесчисленное воинство достигнет полевых укреплений армий Северного Союза, не так уж много от него и останется. Если вообще что-то останется, ибо собравшиеся на палубе «Тигрицы» высшие маги подошли к делу серьезно, да и пушки от них не отставали. — Прайс они, ясное дело, задерут до астрономических вершин, но их все-таки позвали громить занятую демонами цитадель, а не золотые самородки отбирать у каких-нибудь голожопых туземцев…

— В тридцатикратном объеме не согласимся компенсировать… — Совсем уж тихо добавил Рахул Слон, а после вжал голову в плечи, будто школьник пойманный

— В тридцатикратном⁈ — В ужасе посмотрел на него Чатурведи, чуть было не роняя прямо себе под ноги какую-то энергетическую сферу, от которой разило магией природы и хаосом. — Да это грабеж!!!

— Дык, пофиг на англичан! — Выкрикнул Святсолав. — Вот совсем пофиг!

— Что значит: «пофиг»⁈ — Возмущенно посмотрел на него Калидас, сурово поджав губы. — Нам ведь придется ответить по этому счету…Всем ответить, ибо это — расходы на общее дело…А американцы могут выставить такой счет, что после увеличения его в тридцать раз нам придется с ними либо воевать, либо продаться им с потрохами, затянув на своих шеях удавку чуть ли не сильнее, чем сделали бы это англичане в случае своей победы…

— Дык, ну вот вообще пофиг чичас на всякие тама счета! — Продолжил Святослав, не отрывая глаз от того, что творится внизу и, кажется, голос бывшего крестьянина был…Испуганным? Ну, может и не испуганным, но напряженным — это точно. — Вы лучше гляньте, шо там енти скелеты задумали! Они же ж, того-этого…Ну…В атаку летятъ! Прямо на нашу, стал быть, армию летятъ! И даже летятъ сюды!!!

Олег понял, что его чувство опасности подавало сигналы о грядущих неприятностях даже раньше, чем посмотрел вниз, и неприятная действительность не обманула его ожиданий. Как оказалось, свой аналог высших магов у армии ходячих мертвецов все-таки был. Вероятно, с изрядно ослабевшими способностями ко всему кроме некромантии, отсутствием свободы воли, изрядно деградировавшим мышлением и сильно оскудевшим в связи с этим арсеналом доступных трюков, но ведь был! Причем аж в количестве целых трех десятков экземпляров, что прикрываясь мощными защитными барьерами покинули крепость последними, вместе с наиболее элитными бойцами, облаченными в покрытую дырами, грязью и кровью, но все еще несущими на себе чары броню…И они использовали тех своих подчиненных, кто был с их точки зрения наименее ценен, дабы усилить оставшихся и самих себя.

Сотни тысяч скелетов, что ранее дружно бежали в сторону далекого лагеря войск Северного Союза, рассыпались на мелкую костяную крошку, пожалуй даже не крошку, а пыль…Или, скорее, прах. Прах, что все еще нес в себе энергию тех существ, которыми она была раньше. Очень-очень много энергии. Больше, чем Олег бы мечтал контролировать в своих мечтах. Чародей подозревал, что даже если он когда-нибудь станет архимагом, то попытка обуздать такое количество некроса закончится для него фатально, даже энергетика одаренного восьмого ранга от подобных нагрузок тупо расползется по швам. Но три десятка уже мертвых османских колдунов с подобным количеством родственной им силы справлялись, причем справлялись вполне неплохо и даже действия свои между собой, очевидно, как-то координировали. Тучи уплотняющегося костяного праха окутывали со всех сторон ту относительно немногочисленную нежить, которую не затронула рукотворная катастрофа. Относительно немногочисленную…Их все еще насчитывались тысяч семьдесят или восемьдесят. И все они сейчас отрывались от земли, причем на весьма достойной скорости. Большую часть налипший на их кости прах тащил примерно в том же направлении, куда эти твари бежали и раньше, к расположению армий Северного Союза…Со скоростью хорошего гоночного автомобиля тащил. Но примерно пятая их часть двигалась несколько в иную сторону. Вверх. И единственной целью для них посреди неба могла стать только и исключительно «Тигрица».

Глава 24

Глава 24

О том, как герой имеет дело с неприятно компетентным врагом, получает желанного, но ненужного вот прямо сейчас союзника и дожидается ожидаемого предательства.

— Уходим живо! Вверх! Немедленно вверх полным ходом! — Олег отреагировал на массовой взлет нежити самым ожидаемым, но от этого не менее эффективным способом. Ведь если противник ну просто очень хочет навязать ближний бой, и противника этого насчитывается десяток тысяч единиц или даже чуть побольше, то лучшая тактика против подобной орды нежити, которая вдобавок еще и дополнительно прахом собратьев явно усилена — держать дистанцию, изматывая тварей атаками дальнего боя… — Святослав, поднимай нас! Кто может — помогайте ему!

Олег не знал, какие конкретно чары из высшей магии смерти применил сейчас враг, но был больше чем уверен, что эффект от массовой гибели скелетов — временный. Скорее всего, даже кратковременный. Иначе бы чем-то подобным пользовались куда чаще, превращая покорную нежить в своеобразный гибрид ходячих батареек и рабочего тела для сотворения высшей магии. Ну а он бы уже успел не своими глазами увидеть нечто подобное во время Четвертой Мировой Войны, так хотя бы прочитать об этом в газетах или исторически хрониках о предыдущих глобальных конфликтах.

Орудия «Тигрицы», что содрогнулась всем корпусом словно ужаленная шпорами норовистая лошадь, немедленно открыли огонь по набирающим высоту тварям, благо по такому количеству целей промазать артиллеристам было чисто физически тяжело. И собравшиеся на палубе высшие маги их конечно же дружно поддержали, обрушив на движущуюся по воздуху нежить всю мощь своих заклинаний. Эффект от их усилий стал заметен сразу: сотни элитных монстров, облаченных в настоящую броню и вооруженных вполне себе неплохим оружием, оказались уничтожены…Сотни, но не тысячи, поскольку из трех десятков немертвых врагов штук двадцать восемь или даже все двадцать девять рвались сейчас к летучему кораблю, управляя движением сопровождающего их облака праха. Праха, что не только тащил в небо на огромной скорости оставшиеся костяки, но и ловил артиллерийские снаряды в свои крепкие объятия, стеной вставал на пути огня, молний или даже посланных церковниками лучей света, сопротивлялся натиску тьмы, ответившей на призыв Аруна Калидаса и даже пытались остановить движение дыма, который создал король йогов! Да, целые реки этой субстанции бессильно падали вниз, лишившись той силы, которой они были наполнены ранее, а многие десятки оживших скелетов оказывались так или иначе уничтожены каждую секунду…По у пошедшей в отчаянную и решительную контратаку нежити было достаточно резервов и запаса прочности, чтобы выдерживать такое!

— Выбивайте личей! — Выкрикнул верховный жрец Кали, буквально истекая потоками крови и тьмы. Тоненькие струйки, сочащиеся с его ладоней и глаз, сформировали нечто вроде кнута, заканчивающегося огромной зубастой пастью, куда бы можно было дракона без проблем упихать или даже двух…Эта разинувшая свой частокол клыков пасть ни к чему не крепились и ничего не пыталась жевать, но всё, что пролетало через неё исчезало бесследно. Или не исчезало, а просто перенаправлялось в пищевод кому-то тому, для кого тонны пропитанных силой смерти молоты костей вместе с включениями в виде вполне себе активной и не сильно-то низшей нежити сойдут за полезное и питательное блюдо? — Они контролируют прах!

— А менее очевидные советы будут, умник⁈ — Манидер Садхир разбежался по палубе и щучкой прыгнул вниз, явно нацеливаясь на один из магических барьеров, что прикрывал собой немертвого колдуна и довольно крупное скопление нежити, скелетов где-то на тысячу. Затем это же сделал второй Манидер Садхир, тоже решивший поизображать из себя какое-то подобие ракеты класса воздух-воздух, бесстрашно бросившись навстречу врагу. Третий, четвертый, пятый…Впрочем, оригинал вроде бы так и остался на своем диване, продолжая выдыхать дым, что сейчас всеми силами пытался тормозить облако праха, уверенно нагоняющее корабль. Нагоняющее несмотря на то, что стоящий в центре магического круга Святослав сдавленно мычал от напряжения и шатался, а ветер под днищем судна выл подобно урагану, всеми силами помогая магическим двигателям и толкая корабль вверх. — Может, заодно еще и посоветуешь кровь им не пытаться пустить⁈

Созданный Олегом магический снаряд на сей раз был не огненным, а водяным. Он врезался в плотное облако праха, среди которого отдельные скелеты скорее угадывались, чем были видны, чтобы грубой силой проломить себе дорогу внутрь, туда где сиял зеленым от влитой в него некроэнергии один из барьеров…А потом взорвался во все стороны липкими брызгами, что склеили между собой частицы праха. Склеили в единый объект, который был заметно тяжелее всей остальной части поставленной завесы, а потом начался проваливаться вниз, обнажая одного из личей, что вместе с избранными немертвыми солдатами летел в подобии защитной сферы, составленной из цепочек ярко сияющих рун. Сферы, которая не выдержала столкновения с королем йогов, ну пусть даже всего лишь одним из его двойников, что с толком использовал созданную русским боевым магом уязвимость. Подобно бронебойной пуле, впившейся в толстую доску, он прорвался через вставшие на его пути массы летучих костей, не обращая ни малейшего внимания на встречные атаки, что оказались бессильны его даже поцарапать, а после голыми руками разорвал на части немертвого колдуна осман.

Снаряды артиллерии обрушивались на скопления целей, пробивая те навылет или даже взрываясь среди них. Проекции разных хищных птиц, которых десятками создавал Рахул Слон, кидались на окутанных саваном праха скелетов, рвали их на части и словно живые отлетали в сторону, уходя от ответных ударов и выискивая следующую цель. Копии короля йогов навылет прошивали любые преграды на своем пути, будто иглы пронзающие толстую ткань. Словно стая акул с разных сторон они устремились к группе из шестерки двигающихся практически плечом к плечу личей…И личи дружно самоуничтожились в грандиознейшем взрыве энергий хаоса и смерти! Правда, вместе с целой армией своих солдат, случившихся поблизости, а также двойниками величайшего живого архимага Индии, которого от гибели своих подобий заметно так скрючило на его диване, он даже созданный им самим дым из-под контроля выпустил, из-за чего эта хмарь тут же утратила все свои чудесные свойства и оказалась рассеяна…Впрочем, это было не так уж и важно, поскольку какой-то многомерный иероглиф, а может и не иероглиф, а какая-нибудь мандала, в общем созданный совместными усилиями жрецов Брахмы символ, который всего-то в пространстве и времени явно толком не помещался, вспыхнул в самом центре вражеских порядков, после чего количество подвластной оставшимся личам материи разом сократилось процентов на пятьдесят…Костяной прах не лишился имевшейся в нем силы и продолжил парить, но парил он там, где был раньше, смещаясь лишь под порывами ветра, а вот дохлым османским колдунам и армии их подручных, почти уже нагнавшим «Тигрицу» срочно требовалось дальше и выше, покуда их всех не расстреляли.

Вторая попытка Олега склеить воедино побольше костяного праха, которого у личей оставалось уже не так много, обернулась неприятным фиаско. Выпущенное одной из этих тварей копье некроэнергии, верные целых пять отдельных копий, вращающихся вокруг невидимой оси, врезался в снаряд из наколдованной им жидкости, не столько разметав ту в клочья, сколько дестабилизировав и оборвав контроль чародея над этой каплей, что была абсолютно неопасна для нежити сама по себе. В такой неприятной ситуации оставалось лишь порадоваться тому, что этих проявивших неприятную компетентность в плане боевой магии противников от первоначального состава осталось меньше половины. Да и запасы энергии в подвластном им прахе явно должны были изрядно сократиться… Но поводов для оптимизма, пусть даже осторожного, Олег пока всё равно не видел. Дюжина немертвых магов, которым на свое существование абсолютно плевать есть дюжина потенциальных катастроф, готовых в любой миг ударить заклятиями высших рангов, даже если это потребует окончательной гибели всех их марионеток и даже их самих. Пожалуй, эти действующие с неприятно высокой слаженностью создания уже сейчас могли бы доставить летательному аппарату целую кучу неприятностей, ведь расстояние между ними и судном измерялось лишь парой-тройкой километров, вполне рабочая дистанция для по-настоящему компетентного и опытного волшебника. Но в данный момент времени личи тратили абсолютно все свои силы на то, чтобы подобраться еще ближе, видимо желая подойти вплотную, может быть даже прорваться сквозь защитные барьеры «Тигрицы», чтобы ударить наверняка…

Яркий синий свет, выглядящий каким-то неестественным, но в то же время чем-то напомнивший Олегу те силы, которые призывали церковники, залил собою небо. Источником его являлся нос крупнейшего из летучих кораблей приближающегося воздушного флота, могучего парящий дредноут, который вполне можно было бы и настоящим воздушным замком назвать, если бы не форма типичного кирпича, лишь кое-где подпорченная нашлепками вращающихся турелей. Во всяком случае, каких-нибудь «Тигриц» в его трюме могло бы спрятаться штук десять, и еще бы место осталось на три-четыре яхты.

Личи, попавшие под атаку громадного магического орудия, попытались переместить оставшийся у них костяной прах так, чтобы заслониться им от новой угрозы, которую они ранее не принимали во внимание, ибо до приближающегося флота оставалось еще километров пятьдесят…Но они не успели. Вернее, когда эти твари начали действовать, для них уже было слишком поздно. Каждый из оставшихся немертвых колдунов словно вспыхнул изнутри ярким синим пламенем, одновременно окутавших их от блестящей полированной костью макушек до кончиков костлявых пяток, и пожравшим каждую их косточку в мгновение ока. Затем, через пару мгновений, полыхнули обладатели наиболее роскошных зачарованных доспехов, что в этой битве так и не сумели стать кем-то большим, чем обычный груз, который маги таскали с места на место. Причем было четко видно, что пламя не возникло на латах, а вырывается изнутри этих своеобразных рыцарей смерти. Оттуда, где находится тело этих существ, которое сейчас и горит в этом необычном огне сразу и всё, полностью и целиком. Потом пришел черед относительно обычной элитной нежити. Затем, когда остатки предыдущих жертв этой атаки уже догорали, распадаясь пеплом на ветру, полыхнула отдельными искорками сотня-другая наиболее слабых костяков, прихваченных на штурм летучего корабля видимо просто потому, что никого лучше под рукой не нашлось. Последним полыхнуло облако праха, по-прежнему рвущегося вверх, породив объемный взрыв, что своей ударной волной чуть не перевернул «Тигрицу» вверх тормашками.

— Чертовы англичане…- Пробурчал Чатурведи, по одной выдирая свои ноги из палубы, в которую он буквально пророс, чтобы куда-нибудь далеко не улететь. Разбежавшиеся от ног князя в разные стороны зеленые лозы крепко вцепились в корпус судна…И в подчиненных индуса, которые после пережитого приключения вид заимели несколько бледный, а иногда и бледно-зеленый, парочку так вообще тошнило…Хотя нет, троечку, просто на одном из них был глухой шлем. — Вот надо им было так бахнуть…Мы бы и так добили этих скелетов минуты через две-три, а теперь, раз уж они в бой успели вступить раньше, чем он кончился, не отвертишься…Платить этим союзничкам придется, хоть они и были тут абсолютно не нужны…

— Дык, не придется, — успокоил его Святослав, утирая льющийся по его русым волосам пот и возвращая обратно на судно пяток колдунов из числа его группы поддержки, которые за борт вылетели, но к счастью не успели отлететь слишком далеко…Хотя бывший крестьянин их, наверное, ветром и прямо у земли поймать бы теперь сумел. — Енто, стал быть, не англичане, кажись. Во всяком случае, духи воздуха им, стал быть, рады как своимъ…И британского флага, того-этого, нихде не болтаится…

— Не англичане? — Поразился Чатурведи, в удивлении уставившись на флот очень-очень непривычно выглядящих для его взора летательных аппаратов, что на обычные корабли особо не смахивали. Никаких уязвимых баллонов с горячим паром или даже какими-нибудь газами, эту концепцию неведомые инженеры явно сочли устаревшей. Как и паруса с мачтами, несмотря на то, что искусство зачарования данных конструкций оттачивалось на протяжении многих тысячелетий и к настоящему моменту правильно обработанные полотнища ткани могли поспорить по своей эффективности с авиационной турбирной из родного мира Олега.– А кто⁈

— Кратос, — озвучил очевидное Олег, усиливая свое зрение, дабы поближе приглядеться к летательным аппаратам этой маленькой, но гордой, независимой и весьма технологически развитой страны, об которую свои клыки в относительно недавнем прошлом обломали даже сверхдержавы. Не все, ибо с Китаем она не воевала…Кажется. Но армиям, дипломатам и архимагам всех прочих, пытавшимся прогнуть под себя столь лакомый кусочек, эти островитяне сумели больно дать по зубам…Пусть даже это и было вызвано главным образом тем, что действовали их враги сугубо в собственных интересах, зачастую больше гадя друг другу, чем реально пытаясь навредить каким-то там выскочкам, засевшим посреди Средиземного моря. — И они только что применили оружие, которое может поставить вверх тормашками и раком все общеизвестные принципы ведения боевых действий. Ибо бьет оно сначала по тем, у кого больше всего магии, а лишь потом переключается на прочие цели.

Приближающийся на весьма приличной скорости воздушный флот состоял всего из четырех типов кораблей, напоминающих Олегу то ли подводные лодки, то ли какие-то футуристические звездолеты. И то один из них, напоминающий громадный кирпич флагман, был в одном единственном экземпляре, но даже у него прослеживалось очень много общего с меньшими собратьями. Полное отсутствие открытых палуб, пушечных портов или хотя бы иллюминаторов, лишь серая матовая сталь со всех сторон. Какие-то сияющие алым энергетические полусферы в районе днища, рядом с которыми воздух вел себя как-то странно, что видимо выполняли роль магических двигателей. Очень-очень многочисленные турели, расположенные ровными рядами, похожие друг на друга как две капли воды, и определенно идентичные тем, которые стояли на меньших судах. Чародей мог бы поклясться — их можно переставить местами без каких-либо проблем, поскольку создавали орудия изначально с упором на подобную замену и модульность, дабы изделия одного и того же завода получилось использовать при создании летательных аппаратов разного назначения. Единственным, что могло отличить одно судно определенного класса от другого являлись рисунки, украшающие их борта и возможно являющиеся геральдикой…А возможно и не являющиеся, ибо ранее в книгах посвященных данному способу выделиться на общем фоне чародею как-то не попадались изображения коронованных мышей, медицинских клизм, обнимающих с разных сторон воистину огромные пупырчатые огурцы суккуб…А длинные-длинные ряды искусно намалеванных дырявых воздушных шариков, чередующихся изредка с разломанными корабликами, покрывали собой носы имеющих вытянутую и обтекаемую форму «подлодок» и определенно больше смахивали на своеобразные счетчики побед…Трехзначные счетчики, где первыми цифрами вероятно являлись не единицы, не двойки и даже не тройки…

Со стороны воздушного флота ударил тонкий луч света, который Олег поначалу принял за случайное срабатывание какого-нибудь магического орудия, чей наводчик случайно нажал на спусковой крючок, но как оказалось, на сей раз интуиция его подвела. Затормозивший в воздухе прямо перед защитными барьерами «Тигрицы» объект, сопровождаемый подобным шлейфом, оказался человеком в белом мундире удивительно скромного фасона: никакой позолоты и никаких наград, только простая удобно скроенная ткань с несколькими карманами и небольшими погонами с пятеркой мелких звездочек и парой римских цифр. Однако зачарован этот мундир был примерно нам том же уровне, что и броня самого Олега, а аура, которую одежда в общем-то и не скрывала, выдавала в этом типе довольно серьезно архимагистра, которому до восхождения на официальную вершину доступных людям магических рангов оставалось не так чтобы сильно далеко.

— Разрешите представиться, господа, генерал-майор военно-воздушных сил Республики Кратос, Ахиллес Иванов. — Заговорил прибывший столь экстравагантным образом маг света на английском языке, оглядывая собравшуюся на верхней палубе «Тигрицы» компанию. — Прибыл к вам для установления дипломатических контактов и проведения предварительных переговоров о установлении более плотных отношений между нашими странами на период участия в антидемонической коалиции и последующие годы. Разрешите взойти на борт?

— Добро пожаловать, наш дорогой друг! — Опередил всех остальных Рахул Слон, улыбаясь коллеге-архимагистру так широко, словно он встретил давно потерянного брата. — Эй, рабы! Готовьте великий пир в честь нашей встречи!

— У меня на корабле нет рабов, — напомнил ему Олег, но на всякий случай огляделся. Вдруг кто-то из индусов своих протащил, пока он отвлекся? — Да и с пиром мало чего получится, если только наш гость не будет рад пайкам длительного хранения и свежевыращенным при помощи друидизма фруктам. А единственный спирт, который сейчас есть на борту — медицинский!

— От участия в празднике мне бы в любом случае пришлось отказаться, пока я не сделаю доклад маршалу Бондаренко об итоге наших переговоров. — Пожал плечами первый представитель республики Кратос, которого Олег видел своими глазами, мягко опуская на палубу летучего корабля. Внешне этот человек выглядел вполне нормальным, можно даже сказать заурядным, насколько конечно мог быть заурядным архимагистр…Однако чародей слишком уж привык к тому, что этот мир любит его удивлять, и удивлять неприятно. — В частности его интересует возможность привлечения пехоты Северного Союза к тому, чтобы частым гребнем прочесать определенные районы Стамбула и перевернуть там каждый камень. Порт, рабский рынок Зеленой Площади, квартал мануфактур… Ну а мы в свою очередь готовы оказать своей авиацией вашей армии усиленную поддержку с воздуха. На земле, в принципе, тоже можем, и наши вооруженные силы по праву считаются одними из лучших в мире…

— И одними из самых малочисленных относительно любых иных держав, заслуживающих внимания на мировой арене. Ваши обычные солдаты будут держаться на одном уровне с гвардией некоторых королей, но их мало. Слишком мало для того, чтобы прочесать руины Стамбула частым гребнем, особенно если другие страны буту пытаться вам помешать. — Уверенно констатировал князь Чатурведи. — А вы почти уверены: кто-то точно будет…И вам позарез нужно что-то, что демоны в захваченном городе так и не нашли…Или нашли, но отбросили, поскольку оно им и даром не нужно.

— Нас интересуют логова Стамбула. — Согласно кивнул один из высших офицеров Кратоса. — А также любые бумаги, которые могут быть там обнаружены.

— Не вижу в этом ни малейших проблем…А значит нашим совместным действиям — быть! — Переглянувшись с остальными индусами, тряхнул головой Калидас, что явно не видел проблемы в том, чтобы те солдаты которые выживут после схваток с демонами дополнительно потрудились на расчистке завалов. Причем, скорее всего, бесплатно. — Но, во имя всех богов, сейчас-то вам эти ничтожные отбросы понадобиться могли? Они же должны были разделить участь остальных грешников, попавшихся в зубы тварям нижних миров и давным давно превратиться в кучки демонического дерьма!

— Почти наверняка, — признал Ахилеес Иванович. — Но те с кем они вели дела на Кратосе, к сожалению, не разделили их судьбу…И мы очень, подчеркиваю, очень заинтересованы в том, чтобы установить их имена.

— Дык, шо то личное?- Искренне полюбопытствовал Святослав, с интересом взирая на мага света. — Али енто большой секретъ?

— Это дело государственной важности…Но не секретное, вы бы знали о нем, если бы читали газеты, что выпускаются в нашей республике. Незадолго до начала всей этой кутерьмы с демонами кто-то доставил в руки султана двух бойцов, участвовавших в создании знаменитой «Аллеи Визирей». — К собственному удивлению Олег понял, о чем говорит их гость. Об одной из крупнейших военных операций, после которой с Кратосом начал считаться остальной мир. Тогда эти островитяне устроили рейд на Стамбул и чуть ли не уполовинили количество высших магов, обитавших в столице одной из мировых сверхдержав. А тела убитых раз и навсегда архимагов, архимагистров и просто магистров они насадили на колья, расставленные вдоль дороги, идущей ко дворцу правителя как намек и предупреждение о том, что будет, если тот не приструнит своих людоловов, регулярно терзавших налетами один маленький остров и близлежащие к нему воды. Кстати, помогло. Официально обитателям Кратоса, конечно, провозглашали месть вечную и беспощадную…Но маршруты пиратов стали огибать данную часть Средиземного моря по большой дуге. — Причем вместе с семьями доставил, обрекая всех их на судьбу, что многократно хуже смерти. Захватить врасплох опытных боевых магов вместе с близкими и незаметно вывести полтора десятка человек из страны на показательную казнь было бы…Сложно. Тот, кто это сделал, явно обладал немалыми возможностями. И установить его личность для нас является делом государственной важности.

— Какая-то свинья в верхах у вас ведет двойную игру, пытаясь собрать побольше власти или банального золота, но предателя никак не вычислить? — Усмехнулся король йогов, убирая в никуда свой диван вместе с любимым кальяном. — Знакомо, знакомо, сам сколько раз от действий подобных уродов страдал…Хм, пожалуй меня радует, что обычные человеческие проблемы вам не чужды.

— Меня тоже, — мысленно решил Олег, который решил слегка поумерить свой скепсис в отношении обитателей Кратоса. Ему было очень жаль погибших, что когда-то намекнули всему миру вообще и Османской империи в частности: «Работорговля — это плохо»…Но если у них там водятся предатели настолько большого калибра, то значит высшие персоны этого государства точно не являются безвольными марионетками какой-то чуждой этому миру силы или жертвами тотального оболванивания, на фоне которого известные печати покорности выглядят просто смешно. Хотя это не значит, что там на самом деле все прекрасно. В конце-концов для культистов ситуация, когда под жертвенный нож угодил их собрат — совершенно нормальна…

— А что вы там говорили о нашем возможном сотрудничестве в будущем, когда проблема с демонами будет наконец-то решена? — Решил продолжить расспросы их гостя Чатурведи, и интуиция Олега как-то подозрительно шевельнулась. Дар оракула словно намекал чародею на приближающиеся неприятности…Вроде бы не смертельные и которые случатся ну просто очень сильно потом…Но — неизбежные. Практически как восход солнца неизбежные. Или как внезапное для коммунальщиков наступление зимы…

— Мое командование полагает, что нашим странам, которые в прошлом уже достаточно страдали от действий так называемых сверхдержав, было бы неплохо наладить несколько более тесное сотрудничество в экономической сфере. — Пожал плечами представитель маленького островного государства с очень–очень сильно развитой промышленностью. — Ваши ресурсы, наши технологи и десять лет нерушимого мира, который гарантирован текущими договорами, вполне позволят превратить Северный Союз в нерушимую цитадель, защитники которой вооружены достаточно хорошо, дабы выбить зубы любому захватчику. Ну и дадут возможность Кратосу наполнить свои хранилища сырьем, которое нам очень-очень пригодится перед продолжением мировой войны, которая неизбежно разгорится вновь, стоит лишь истечь сроку действия клятв.

— На Кратосе думают, что мировая война через десять лет разгорится вновь? — С вежливой улыбкой осведомился Олег, которому не нужно даже было смотреть на Калидаса, Чатурведи или прочих индусов, за исключением короля йогов, чтобы знать, что происходит. Без тени сомнения его деловые партнеры готовились сделать то, в чем он их давно подозревал. А именно собирались предать русского боевого мага, соблазнившись несомненно более выгодными предложениями Кратоса. Конечно, они сначала предложенную сделку внимательно рассмотрят, сверят все цифры, сфабрикуют какие-нибудь поводы, дабы заключенные контракты расторгнуть с минимальным ущербом для своих карманов и репутации…Но полукустарные мастерские с кое-как обученными на скорую руку специалистами просто не смогут конкурировать с одной из лучших промышленностей этого мира, что собирается завалить мятежную часть Индии дешевым качественным оружием. Конечно, если производитель там не будет задирать цены или подсовывать откровенный брак. Но он не будет. Это островитянам с политической точки зрения невыгодно… А еще для эффективной работы их экономики и сильно раздутого военно-промышленного комплекса, без которого Кратосу банально не выжить, им нужно сырье по ценам ниже тех, которые считаются рыночными. И ради возможности его добыть они на территориях Северного Союза не постесняются построить шахты, обогатительные заводы, а может быть и какие-нибудь специальные фермы по выращиванию магически активного сырья, ибо одаренных у них для столь скромной территории очень много, а вот подвластных источников или флоры-фауны с волшебными свойствами — мало…

— Ну, может быть не через десять, а через одиннадцать или даже двенадцать, но продолжение этой мировой бойни неизбежно вскоре последует. — С искренним вроде бы вздохом сожаления развел руками офицер республики Кратос. — Противоречия между сверхдержавами ведь так никуда и не делись. Обиды их лидеров на своих коллег не исчезнут за такой ничтожный промежуток времени. Векторы экономического развития наиболее влиятельных и могущественных государств мира вновь столкнут лбами интересы лордов и предпринимателей из разных частей света, а следовательно каждая из стран, что ныне вынуждена заключить мирный договор, после исчезновения всеобщей проблемы в виде демонов будет вновь плавно вести свой курс к очередному обострению отношений…И поскольку эти курсы станут прямыми путями к очередному витку войны, нового конфликта — не избежать.

Эпилог

Эпилог

В воздухе пахло сгоревшим порохом, обычной гарью, распоротыми кишками и даже человеческой кровью, которой тут пролилось весьма немало…Но сделавшая глубокий вдох Доброслава с некоторым удивлением констатировала, что данный аромат больше не будоражит её инстинкты так, как раньше. То ли она наконец-то могла считаться взрослым истинным оборотнем, на чей самоконтроль подобные мелочи ну вот вообще не влияют, то ли обычные люди в качестве добычи для неё были уже ну вот совсем не интересны, как не интересны ей были раньше какие-нибудь воробьи или мыши, то ли и оборотнем её после всего пережитого считать уже не следовало. Ну, не больше чем каких-нибудь кицуне, которые технически тоже перевертыши, но настолько не такие, что их испокон веков как отдельную расу выделяют. Только она не какая-то там лиса-переросток, у которой хвосты морду перевешивают с большим отрывом! Она лучше! Она…

— Эта армия скелетов все-таки не проиграла нам всухую… — С довольно хмурым видом констатировал Олег, разбрасывая телекинезом настоящий бархан костяной крошки, чтобы извлечь из его глубин человеческое тело, облаченное в обрывки черной хламиды. Судя нашитым на неё металлическим бляшкам это было нечто вроде кольчуги, но подобная защита не сумела спасти своего владельца, изрезанного чем-то острым и вдобавок искусанного почти истлевшими, но удивительно прочными зубами скелетов, а потому почти истекшего кровью из десятка ран. И заодно почти задохнувшееся под тяжестью наваленного сверху мусора…Но сердце у него ещё билось. И большего от этого человека не требовалось, поскольку отложенный целителем в сторону секунду спустя индус пусть и был бледен, а также изрядно истощен, но больше не умирал, ведь все угрожающие его жизни травмы исчезли в один миг. — На нашей стороне было преимущество в заранее подготовленных позициях, превосходство в авиации и чары множества высших магов, но эти твари все равно сумели добраться до людей и растерзать некоторых из них, нанеся нам ущерб…

— Да ладно тебе, — фыркнул Доброслава, слегка изменяя внутреннюю часть своих ушей и носа, чтобы напрячь острые чувства обооротня в попытке найти других раненных, кто еще признаки жизни подает. — Побили ведь не наших солдат, а сборную солянку фанатиков, которых в поход Калидас собрал…В их преданности своей богине сомневаться глупо, но профессиональные солдаты — это все-таки немного другое. Да и их не вырезали подчистую, а только потрепали основательно. Ну, сколько тут погибших, тысяч семь-восемь?

— Дык, для настолько быстрого взятия подобной крепости с настоко офигительно большим и крепким гарнизоном такие потери, стал быть, следовало бы считать даже не приемлимыми, а прямо таки образцово-минимальными! — Поддакнул ей стоящий неподалеку Святослав, сдувая взмахом руки целый бархан праха вместе с парой тонн костей, обнажая лежащие тут и там человеческие тела, а также прежде скрытую останками нежити телегу, заставленную большими деревянными ящиками, напоминающими гробы. С одного из них ветер сорвал крышку, чтобы вытряхнуть оттуда с пару десятков килограмм зерна и какого-то отчаянно верещащего коротышку в темных мантиях, видимо пересидевшего весь бой в этом укрытии. Во всяком случае, ни одной видимой раны на его теле не было. А на большом зазубренном ноже, который трясся в его руке, не имелось ни единой зарубки, которая могла бы остаться после стычки с противником.

— Нет! Нет! Не-э-э-эт!!! — Отчаянно заверещал он, озираясь по сторонам выпученными глазами, а после бросился бежать, с воплями размахивая руками. — Вы не достанете меня, нет!!!

— Жалкий слизняк! — Выкрикнул один из жрецов Кали, что метрах в пятидесяти от этого места в компании парочки помощников выкладывал в одну линию тела убитых единоверцев, готовя их к погребению. И вот по виду этих людей сразу было видно, что вся эта нежить тут не просто так полегла. Одежда служителя языческого божества была перемазана смесью крови и костяного праха, а поперек лица багровел свежий шрам, почти сумевший разделить то на две части, а один из его подручных в качестве импровизированного костыля использовал обломок копья, ибо ногу ему чем-то измочалило, в то время как у второго кисть левой руки оказалась замотана намокшими явно изнутри бинтами. — Ты заплатишь за то, что своей трусостью бросил тень на всех нас!

— Ааа! — Еще больше ускорился беглец, оглянувшись назад и увидев, что следом за ним несется изо всех сил служитель далеко не самой доброй богини с перекошенным от злобы лицом. — Нет! Ты мертвый! Мертвый! Вы все — мертвые-е-ее!!!

— Дык, похоже, спятил, — проводил эту парочку озадаченным взглядом Святослав.

— Бывает…Но с проблемами по части психики — это не ко мне, — развел руками Олег, следуя дальше по праху и костям, среди которых изредка попадалось бесхозное оружие и человеческие тела. — Но проблема все-таки не в том, что армия Северного Союза понесла тут потери, хотя потери, конечно, проблема, ибо каждый погибший человек уменьшает нашу общую боеспособность…Проблема в том, как действовали демоны и их марионетки. Они попытались остановить одну из движущихся к Стамбулу армий на очень дальних подступах. Это показывает наличие у них компетентных стратегов и шпионов, которые готовы передавать тварям информацию даже сейчас. Они с толком использовали оставшиеся от осман укрепления и их артиллерию. Значит и с другими военными активами, которые оставила после себя погибшая сверхдержава, справятся…

Размышления Олега прервал валявшийся неподалеку скелет, который всего несколько секунд назад казался не более чем грудой окончательно мертвого мусора, ибо изорванная чьими-то когтями латная кираса, внутри которой болталась реберная клетка и скалящийся череп с пулевым отверстием посреди легкого куполообразного шлема лежали отдельно от конечностей, отрубленных чем-то острым и тяжелым. Однако черные линии трещин, вырезанные чем-то в его костях, внезапно полыхнули темным светом, словно бы впитав часть до сих пор рассеянной вокруг силы смерти, и обломки нежити притянулись друг к другу, будто намагниченные. Вновь соединившие останки какого-то сильного османского война вздрогнули, схватили валявшуюся рядом с ними двуручную саблю, чье лезвие было может и не зачарованным, но зато очень острым, тяжелым и прочным, а после прямо из положения лежа будто цирковой акробат прыгнули на ближайшего человека…Вернее, не совсем человека.

— А он на удивление сильный, — с довольной улыбкой хмыкнула Доброслава, легко перехватив нежить в прыжке. Одной рукой она сжала кисть противника, кроша удерживающие рукоять сабли тонкие пальцы, а вторую запустила внутрь пытающихся цапнуть её челюстей скелета, после чего буквально парой движений растерла изнутри его череп на мельчайшие кусочки, почти неотличимые от того праха, который итак тут везде валялся. — Не сильнее некоторых действительно крепких людей, но близок к ним. И башка эта по прочности вроде не сильно уступает той железной шапке, на которую её напялили. Обычные кости как-то похрупче будут…

— И это еще одна из проблем, с которой мы в будущем точно еще не раз столкнемся. Демоны-некроманты использовали мертвых для того, чтобы создать вспомогательные войска, а мертвых в османской империи много. Причем вспомогательные войска у них даже при использовании весьма паршивого материала получились такого уровня, о котором большинство человеческих полководцев может только мечтать. Сильные, бесстрашные, стойкие на рану и, к сожалению, не совсем уж тупые. Эта тварь после полученных в битве многочисленных повреждений сумела притвориться дохлой и вновь проявила себя лишь когда противников вокруг стало сильно поменьше, и живые люди оказались от неё на дистанции броска. — Олег задумчиво изучил останки покойника. — Конечно, таких недорыцарей смерти враг не сможет поднять столько же, сколько обычного пушечного мяса из-за банальной нехватки материала…Но при жизни, судя по качеству снаряжения, вот это было всего-то ведьмаком, и не из богатых. И помер он точно от чьих-то клыков, вон до сих пор на ребрах и позвоночном столбе отметины остались… Боюсь, армии людей при приближении к Стамбулу может встретить как бы не весь цвет армии султана. Как тот, который был жив всего-то пару лет назад, так возможно и погибший еще в позапрошлом столетии. Мне кажется, нас ждет не одно решающее сражение близ демонических врат, а длительная военная компания, без которой к ним банально не прорваться…И почему-то я не питаю особенных надежд на то, что благодаря многочисленности и могуществу наших союзников она пройдет быстро и легко.

Удиравший вдаль с криками беглец резко перестал издавать громкие панические звуки. Все-таки догнавший его жрец накинул обезумевшему человеку на шею удавку и намертво её затянул.

Добрый день, мои уважаемые читатели. Скорее всего вам интересно, какую книгу я начну писать следующей…Так вот, с вероятностью в 90% это будет следующий том серии «Ведьмак 23го века»! Его предварительное название: «Сжатая спираль», и сюжет данного произведения я уже более-менее себе представляю, а потому осталось его лишь воплотить и проды, наверное, не придется ждать слишком уж долго. Ну а пока её нет, вы можете обратить внимание и на другие мои книги или даже циклы:

Ноша хрономанта https://author.today/reader/233774/2099212

Превосходство разума https://author.today/reader/73792/585459

Новые эльфы https://author.today/reader/16933/103708

Искры истинной магии https://author.today/reader/17247/107331

Пожиратель чудовищ https://author.today/reader/18349/119355

Спасти темного властелина https://author.today/reader/122011/971096

Реальность ПЛЮС https://author.today/reader/35281/267393

Nota bene

Книга предоставлена Цокольным этажом, где можно скачать и другие книги.

Сайт заблокирован в России, поэтому доступ к сайту через VPN. Можете воспользоваться Censor Tracker или Антизапретом.

У нас есть Telegram-бот, о котором подробнее можно узнать на сайте в Ответах.

* * *

Если вам понравилась книга, наградите автора лайком и донатом:

Ведьмак 23го века. Плавные прямые

Content

Ведьмак 23го века. Плавные прямые.

Пролог

Глава 1

Глава 2

Интерлюдия Старые долги

Глава 3

Интерлюдия Возвращение Бонифация

Глава 4

Глава 5

Интерлюдия Добрые соседи

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Интерлюдия Темный дом

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Глава 20

Глава 21

Глава 22

Глава 23

Глава 24

Эпилог

Nota bene