Отзвуки серебряного ветра. Мы — ищем! Прорыв. Часть вторая

Глава 1.1

Отзвуки серебряного ветра

Мы — ищем!

Прорыв

Часть II

От автора

«Отзвуки серебряного ветра» — это моя попытка найти выход из тупика, в котором оказался наш мир. Тупика подлости, жестокости и корысти.

Искушенному читателю мир ордена Аарн может показаться несколько схематичным. Вполне возможно. Но мне важно было донести основную идею, а второстепенные детали и научная достоверность не имеют для меня особого значения.

Меры веса, длины и времени в романе даны в привычных для русскоязычного читателя единицах.

Новые термины объяснены либо в самом тексте, либо в сносках. Новые идиоматические обороты приближены к русским и, надеюсь, не вызовут у читателя затруднений.

Все совпадения с реально существующими людьми или событиями случайны, роман с начала и до конца является плодом авторской фантазии.

Когда согреет камень алтаря

Лесной цветок взамен кровавой жертвы,

Не станет ни изгоя, ни царя,

Ни бездны меж свободой и бессмертьем,

Когда с колен поднимутся жрецы,

Без страха глаз богов коснувшись взглядом,

Когда поить устанут мудрецы

Сердца, умы и души лживым ядом,

Скользнет в траву из ослабевших рук,

Распавшись пылью, грозное оружье,

Сокровищем бесценным будет друг,

А золото — лишь тяжестью ненужной,

Когда сумеют сердцем передать

Все то, чего не выссказать словами,

Когда узнают, как это — понять,

Что шепчет лес, о чем тоскует камень,

Когда набат на лемех перельют,

Когда считать разучатся потери,

Когда любовь, доверье и уют

Войдут в замков не знающие двери,

Когда из прогоревшего угля

Восстанет древо в огненных обятьях, —

Тогда очнется мертвая земля,

Стряхнув оковы древнего проклятья.

Мартиэль

Глава 1.1

Старое корабельное кладбище казалось пустым, оно ни у кого не вызвало бы подозрений, если бы кто-нибудь сюда забрался. Но вряд кто-либо сунулся бы на него, ведь в никому не нужную систему красного карлика даже мусорщики давно не летали — отсюда давным-давно вывезли все ценное. Кроме, разве что, нескольких все еще относительно «живых» линкоров, тяжелых носителей и атакующих крейсеров, приближаться к которым было чревато большими неприятностями. Все, кто пытался, приказали долго жить, поскольку искины этих мастодонтов не принимали никаких кодов доступа, их во время сражения перевели в параноидальный режим, а вывести из него оказалось некому, поскольку экипажи либо погибли, либо сбежали. А орудий и ракет на старых кораблях хватало, причем таких, что и современным до них было далеко, предки любили большие пушки. Сейчас не производили оружия, обладающего избыточной мощностью, как раньше.

Но если бы кто-то паче чаяния все-таки забрался в самую глубину кладбища, но оказался бы удивлен чьей-то непонятной активностью. Десятки челноков носились туда-сюда между большими кораблями, тысячи, если не десятки тысяч разномастных дроидов копошились на поверхности старого рашианского линейного корабля, явно занимаясь его восстановлением. И кому только в голову пришла такая глупость — восстанавливать это по-дурацки спроектированное корыто? Самый, наверное, неудачный корабль за всю историю Рашианского Директората. Трехкилометровый, усеянный кавернами от множества ядерных взрывов слегка сплюснутый шар, Почти стометровая нанитовая броня, циклопические реакторы, способные обеспечивать энергией целую планету в течении тысячелетия. Гравитационные, причем сильно недоработанные двигатели, из-за чего гигант был неуклюж, как кашалот на мелководье. Слабые гипердвигатели и кое-как установленные разгонники, из-за чего на разгон до прыжка в гиперпространство уходило больше двадцати стандартных часов. Также было маловато маневровых двигателей. Орудия, правда, мощные, это да — четыреста пятисотмиллиметровых гаусовок, больше пяти тысяч ракет разных типов, зенитные пушки и пулеметы. Зато генераторы защитных полей отсутствовали как понятие. Впрочем, в Единении так и не разработали достаточно мощных защитных силовых полей.

Корабль погиб триста двадцать лет назад, во время Третьей Калусианской войны, когда сцепились восемь соседних государств Единения. Причину давно никто не помнил, кажется из-за богатого месторождения трансуранидов. В итоге все остались при своих, систему в итоге экспроприировала Центральная Гегемония, оставив всех остальных с носом. А потеря шести флотов и полумиллиона человек? Дело житейское и насквозь привычное. О них вскоре все забыли. Корабли, до которых могли дотянуться мусорщики, разграбили, и кладбище на орбите шестой планеты системы, газового гиганта, на долгих три столетия оставили в покое.

— Альмия! — последовал вызов через голар от Дарека. — Завершаем монтаж второго пространственного 5Д-принтера, самого большого, к вечеру можно будет начинать производить гравитационники. И маневровые движки.

— Гипердвигатели?

— Сайди уже монтирует их, основные детали произвели, остальное смогут выдать местные ремонтные фабрики на линкорах.

— А что с проектом? — поинтересовалась девушка.

— Окончательный проект нам передали через эгрегор два часа назад, через то плетение, что ты сделала, — ответил черный керси, передернув ушами. — Кораблик получится — загляденье! Причем для местных он будет выглядеть прежним корявым убожеством. Но пусть попробуют догнать! А уж если нападут, то мало им точно не покажется.

— Пока еще мы его построим… Год, как минимум, если не два или три. Что с биокомпами решили? Местные искины, сам знаешь, нам совершенно не подходят, им катастрофически не хватает вычислительных мощностей. А для расчета межвселенских переходов их ой как много нужно!

— Тин-Халет заверяет, что справится с выращиванием и программированием, матку для этого он уже вырастил около местной звезды, сейчас она созревает. Проблема в биомассе. Очень не хотелось бы использовать трупы разумных. Мерзко это…

— Да, не хотелось бы, — поморщилась Альмия. — Но если не будет другого выхода, придется.

— Постараемся, чтобы был, — прижал уши к голове Дарек, которому идея выращивать биокомпы из тел членов экипажей погибших кораблей категорически не нравилась.— Сайди обещался смотаться к ближайшей живой планете и там набрать биомассы из местного океана. Водорослей там или рыбы.

— Опасно, — тяжело вздохнула девушка, — слишком опасно. Наш инженерный крейсер, думаю, давно в розыске. Если кто-то его заметит, начнется загонная охота. И что тогда? «Трудяга» даже от пары фрегатов отбиться не способен. На раз захватят. И что тогда? Последний Дар? Живыми нам в руки псионов «Наследия» попадаться нельзя, сам понимаешь.

— Но трупы… — скривился керси.

— Есть идея! — оживилась девушка. — Продовольствие для такого большого флота однозначно везли транспортники, а мы их около пары десятков обнаружили за линкорами, в самой глубине кладбища. Причем почти целых, их никто не грабил, не добирались мусорщики сюда. Давай проверим, может там зерно или что-то в том же духе. Или прессованные водоросли. Нам же для биомассы любая клетчатка сойдет!

— Сойдет, — подтвердил Дарек. — И как мне самому в голову не пришло проверить⁈ Все, я полетел, пока.

Альмия улыбнулась его энтузиазму, отключила связь и откинулась на спинку кресла. Устала она за прошедший с момента отлета со станции «Дорес Айданго» месяц неимоверно. Ничего бы у беглецов не получилось, если бы девушка не являлась вероятностным ментатом — «Наследие» начало загонную охоту на чужаков, получив информацию от своего эмиссара, но не удовлетворившись ею. К счастью, аарн успели добраться до номерной станции и капрала Шаора до того, как стало известно, что их ищут. Последний оказался тем еще жуком, но когда понял, что клиенты готовы платить не торгуясь, загрузил «Трудягу» под самую маковку всем необходимым, даже боеприпасы нашел. Естественно, все это сопровождалось вероятностными плетениями, повышающими шансы на успех до девяноста, а то и ста процентов.

Задерживаться на станции аарн не стали, покинув ее, едва закончилась загрузка припасов. Затем совершили несколько десятков прыжков в разные стороны, чтобы невозможно было отследить, куда они реально летят, и только после этого направились к избранному корабельному кладбищу — одному из самых старых и давно заброшенных. Там их искать никто не станет, поскольку местные жители уверены, что ничего ценного в отстойнике не осталось. Но это для них, аарн же собирались создавать все практически заново по своим технологиям, здешние казались им убогими. Построить 5Д-принтер при помощи вероятностной магии оказалось совсем нетрудно, Кержак, проконсультировавшись с орденскими и кэ-эль-энахскими инженерами и биотехнологами, передал Альмии нужные плетения с советами, как их изменять, чтобы получить то или иное.

Как уже говорилось, кладбище было заброшенным, но относительно целые корабли на нем имелись, и подходить к ним на дистанцию выстрела туннельника было смертельно опасно. Без вероятностного ментата на борту никто и не рискнул бы, но Альмия отвела опасность, а Тин-Халет, хакер от Благих, сумел подключиться к искинам самых больших кораблей и взломал их. Изменять установки безопасности гвард не стал, только вписал в главный реестр четырех аарн, как единственных владельцев и изменил коды доступа. Теперь даже если прибудет корабль из адмиралтейства какой-либо из воевавших стран, он не сможет перехватить контроль.

— Сайди! — вызвала Альмия товарища, который как раз занимался монтажом циклопических гипердвигателей и связанного с ними альфа-генератора, нужного для перемещения между вселенными. — Что у тебя?

— Работаю, — отозвался лор-лейтенант. — Монтирую потихоньку. Но это надолго, раньше, чем через полтора года не справлюсь. Еще бы хоть парочку инженеров, да где их взять? Кстати, я развернул пост слежения и ракетную базу на выходе со свалки, чтобы, если кто появится, была возможность отвадить.

— У меня предчувствие, что сегодня что-то произойдет, — несколько невпопад сказала девушка. — Очень хорошо, что ты пост развернул, именно оттуда опасность чувствуется.

— Хвосты Проклятого им всем в глотку! — выругался Сайди. — Так, я тогда на край кладбища, там есть фрегат с восстановленным жизнеобеспечением, понаблюдаю оттуда. Может и твое вмешательство, как ментата, понадобится.

— Буду наблюдать краем глаза, — вздохнула девушка, формируя сканирующее плетение и выводя его за пределы корабельного кладбища.

Как вскоре оказалось, беспокоились аарн не зря. Примерно через два часа их гипера вывалился избитый донельзя корабль, похоже, небольшой транспортник, оглашая пространство сигналами бедствия. А вслед за ним в реальное пространство вышел довольно старый фрегат и принялся методично добивать подранка. С него кричали по связи, что сдаются, но их никто не слышал. Наверное, если бы голос не был детским, Альмия решила бы не вмешиваться, но допустить убийства ребенка она не могла и скомандовала Сайди начать атаку.

Пиратский фрегат, которого наняли для устранения неугодных, не успел даже среагировать, когда с разных обломков на границе кладбища к нему устремились ракеты. Их оказалось больше десятка, и через несколько минут от боевого корабля осталось только немного обломков. Он не успел подать какой-либо сигнал, за эфиром внимательно следили, да и заглушка стояла.

— Внимание пострадавшему кораблю! — вызвал подранка Сайди. — Кто вы?

— Транспортник «Дарак Майкабо», приписка — шестая орбитальная станция системы Нойед, — отозвался захлебывающийся детский голосок. — Спасибо вам, спасибо! Они бы нас добили…

— А чего они к вам привязались? — поинтересовался лор-лейтенант.

— Наняли их, наверное… — принялась всхлипывать неизвестная девочка. — Сначала папу с мамой убили, потом брата старшего, кто-то слухи пустил, что мы знаем координаты пиратской станции «Гумбольт», вот нас и зачистили всех… Может папа чего и знал, нам же он не докладывал… А я ничего не знаю, мне только двенадцать недавно исполнилось… Мне никто ничего не говорил… Не знаю я никаких координат…

Она заревела уже в голос.

— Мы с Виком, ему восемь, на папином транспорнике сбежали, дядя Тайрон помог, нас на станции поймали, били и требовали выдать все, что знаем. Он нас освободил, перебив бандитов, и на «Дарака» отвел. Счастье, что папа тайком ручное управление установил, в обход искина. И научил нас как уходить в гипер, если бежать придется…

Альмия кивнула. Ну да, искин не позволил бы управлять кораблем человеку без импланта и пилотских сертификатов. Так что отец девочки действительно предоставил детям шанс на спасение. И, похоже, он действительно что-то знал, иначе с чего такие меры предосторожности? Но что теперь делать с этими двумя детьми им? Отпускать их нельзя, информация о происходящем на корабельном кладбище быстро дойдет до «Наследия», что крайне нежелательно. Придется, похоже, держать незваных гостей при себе, вряд ли они способны сильно нагадить даже в самом крайнем случае. А вот когда корабль будет достроен и придет время улетать, тогда и подумают, как доставить детей в населенные места. Если они захотят, конечно, вполне возможно, что пожелают отправиться вместе с аарн. Все равно до завершения постройки никого отсюда выпускать нельзя.

— Ваш корабль способен летать? — поинтересовался Сайди. — Или вас надо с него снять?

— Снимите, пожалуйста, дяденька… — ответила девочка, продолжая всхлипывать. — Тут все разрушено, ничего не работает, даже воздуха почти нет, я в скафе сижу, а Вик — в медкапсуле, его ранило…

— Потом нужно будет уничтожить останки транспорта так, чтобы никаких следов не осталось, — вмешалась Альмия. — Девочка, за вами шел один корабль или больше? И как тебя зовут, кстати?

— Лейта Харид, — отозвалась та. — А сколько было кораблей — я не знаю. Нас начали обстреливать, едва «Дарак» отвалил от космопорта. Я встала на разгон и, как только разогналась, ушла в гипер наобум в ручном режиме, папа специальный рычаг для этого приспособил… Ну и сигнал бедствия включила…

— Ясно, — ненадолго задумалась аарн. — Сайди, повторяю, ни малейших следов появления этого корабля в системе остаться не должно! Как и останков пиратского. Пусть думают, что оба прошли через свалку транзитом. Нам здесь всякие недобрые гости не нужны, мы еще не в состоянии отбиться. За детьми я сейчас прилечу на челноке. Лейта, вынимай брата из медкапсулы и собери все, что хочешь взять с собой.

— У меня давно сумка собрана… — грустно отозвалась девочка. — Жду вас, госпожа. Спасибо!

Примерно через полчаса полета на напоминающем вытянутую юлу с трудом восстановленном челноке с туаранского тяжелого носителя, Альмия пристыковалась к шлюзу разбитого корабля. К счастью, шлюз уцелел, но кроме него относительно целыми остались только бронекапсулы рубки, двигательного и медецинского отсеков, все остальное было разнесено в хлам — обстреливали несчастный транспортник тщательно, чтобы с гарантией уничтожить. Видимо опасались, что где-то на нем хранится запретная информация. Сильно берегутся джентльмены удачи. Девушка даже подумала, что если действительно найдутся координаты их станции, нанести туда визит на восстановленном рашианском линкоре и поучить тварей уму-разуму. К пиратам аарн всегда относились с омерзением, считая, что живущий чужой болью и чужим горем не имеет права на жизнь. С их точки зрения избавление мироздания от таковых являлось несомненным благом, ведь каждому должно быть воздано по его деяниям.

Лейта страшно нервничала, ожидая прибытия неизвестных, спасших их с братом, она очень надеялась, что они не продадут ее в рабство тем же пиратам — такое довольно часто делали со спасенными во фронтире. А что с ней сделают пираты девочка прекрасно понимала, мама рассказывала и показывала фото изнасилованных, учила никому не верить, кроме родных. Но теперь выхода у Лейты не было — хоть так, хоть так гибель. Так что может и повезет. Вмешались же эти незнакомцы в «бой», а точнее избиение ее корабля, потратили дорогие ракеты? За нее в самом лучшем случае не заплатят и десятой части стоимости одной ракеты, а их было двенадцать. Огромные деньги!

Услышав лязг стыковки, девочка доковыляла до медотсека и принялась будить брата. Ей бы и самой лечь в медкапсулу, осколок обшивки ушиб колено так, что теперь она едва ковыляла, но капсула на корабле была одна. Благо в отсеке была атмосфера, и девочка смогла упаковать плачущего от боли мальчика в скафандр.

За ними пришла молодая женщина, судя по голосу, вот только похожий на морду какого-то животного шлем ее странного скафандра был непрозрачным, так что понять, как она выглядит, было невозможно. Она не чинясь подняла всхлипывающего Вика на руки, усыпила его при помощи переносной аптечки, погладила Лейту по шлему и жестом позвала ее за собой. Девочка подхватила сумку, в которую сложила все ценное, доставшееся от родителей, окинула последним взглядом разгромленную рубку «Дарака Майкабо», в которой стараниями мамы раньше всегда царила стерильная чистота, тяжело вздохнула и пошла за спасительницей, в глубине души понимая, что ее жизнь необратимо меняется. Что ждать впереди Лейта не знала, и ей было очень страшно.

Незнакомка привела детей в старый туаранский челнок, герб на внутренней переборке четко говорил о принадлежности того империи. Видимо, кораблик нашли на одном из погибших кораблей, никаким иным образом он не мог оказаться в частных руках — Туарана не продавала своих кораблей за пределы страны, даже внутрисистемников. Империя вообще отстояла несколько в стороне от остального Единения, живя своей жизнью и не особо обращая внимания на других. Если к ней не лезли. В последнем случае туаранцы быстро давали понять агрессору, что он ошибся, тронув их.

Краем глаза Лейта заметила на навигационном экране, как непонятно откуда взявшийся инженерный крейсер подцепил транспортник ее родителей на внешние захваты, куда-то увозя, и сглотнула слезы. Больше никогда папа не въерошит ее волосы, привествуя утром — девочка носила ему в рубку каф и легкий завтрак, который готовила мама на камбузе. И мамы тоже нет. За что, боги? Почему все так несправедливо? Какая сволочь запустила этот поганый слух⁈

— Не плачь, дитя, — обратилась к ней женщина. — Все будет хорошо. Не сразу, труда придется приложить немало, но будет. Да, меня зовут Альмия.

— Папы с мамой больше нет… — сквозь слезы выдавила девочка.

— Они живы, пока ты будешь их помнить.

— А что с нами будет, тетя Альмия?

— Пока мы восстанавливаем корабль, поживете с нами, — ответила та. — Потом оставим вас на какой-то станции, скажете, куда отвезти. Или, если захотите, полетите с нами. Но мы очень издалека и вскоре покинем обитаемый космос, уйдя далеко за пределы фронтира. В Единение мы не вернемся никогда, оно нам совершенно не интересно. Так что думайте и решайте.

Издалека? Это откуда же? Лейта попыталась вспомнить самые далекие государства, с которыми сталкивались корабли Единения, но не смогла — космология никогда не входила в перечень ее любимых предметов.

Челнок за два часа пути прилетел к огромному трехкилометровому металлическому шару, вся поверхность которого была усеяна оспинами и кавернами от взрывов. Девочка никогда не слышала о таких больших кораблях — это же монстр какой-то! И это его восстанавливают эти странные мусорщики? А они странные, это Лейта поняла почти сразу, поскольку у папы было много знакомых этой профессии. Им всем главное было найти то, что можно продать подороже, да хорошо погулять. Или накопить на безбедную старость.

На корабле тетя Альмия уложила Вика в медкапсулу, пусть немного устаревшую, зато полностью заправленную, в отличие от капсулы на «Дараке», где половины медикаментов не хватало. А потом поселила девочку в двухкомнатной офицерской каюте с отдельным санблоком. Непривычная роскошь! После чего отвела в столовую и накормила, позволив выбрать в пищевом синтезаторе все, что Лейта захотела. Только попросила не слишком увлекаться сладким — вредно.

Как выяснилось, система жизнеобеспечения работала в одном из самых малых отсеков огромного корабля, его, похоже, только недавно начали восстанавливать, не больше, чем пару-тройку месяцев назад. Судя по первому впечатлению, отнеслись к ним с Виком по-человечески и в рабство продавать не собираются.

Тяжелый день заставил Лейту клевать носом, и вскоре она уснула. А Альмия вздохнула — эти дети оказались для аарн очень некстати, но не помочь им было невозможно, никакая выгода не могла превышать ценность детских жизней. Вопрос только что они выберут. Почему-то ей казалось, что брат с сестрой не захотят возвращаться в Единение — слишком звериные там законы и обычаи. Особенно после того, как поймут, что среди аарн царят совершенно иные взаимоотношения, и каждый каждому не волк, а товарищ и брат.

— Все, никаких следов появления здесь кораблей не осталось, — сообщил Сайди, закончив сбор обломков. — Но будь наготове, могут прилететь особо настойчивые гости, придется убирать их твоим способом. Я насторожил еще несколько десятков зондов, наших зондов, они обнаружат любого вторженца, как бы он ни скрывался.

Альмия скривилась — она очень не любила стирать из реальности корабли и разумных, но понимала, что если понадобится, сделает это. Им нужен спокойный год, может, два, чтобы завершить сборку корабля и покинуть эту вселенную, будь она неладна. Не цивилизация, а адская клоака какая-то. Апофеоз либертарианства. Никаких социальных гарантий, каждый исключительно за себя, подлость и жестокость возведены в ранг добродетели. Кошмар, да и только! Пусть местные жители остаются вариться в собственном котле, они сами выбрали свой путь. Вот пусть теперь сами за него и отвечают. Орден сюда не полезет, разве что обнаружит влияние «сверхов». Но те сюда, похоже, не добирались, никаких их следов в истории Единения последних нескольких тысяч лет замечено не было. Они бы не потерпели наличия относительно развитого общества, стремясь затолкать разумных в землянки и заставить молиться себе, любимым.

— Альмия, двенадцать транспортов под завязку набиты пищевыми картриджами! — радостно объявил Дарек, появившись на голоэкране. — Нам хватит клетчатки и на выращивание биокомпов, и на пропитание лет на двести. Так что живем!

— Очень хорошо! — обрадовалась девушка. — А у нас тут проблемы кое-какие.

— Что случилось? — встревожился керси, прижав мохнатые уши к голове.

Получив сжатый эмообраз, повествующий о событиях последних часов, он немного подумал, потом решительно заявил:

— Вот уж не объедят нас двое детей! Ты просканировала их память?

— У девочки, — ответила Альмия. — Она ни в чем не солгала. И согласна, пусть живут с нами, когда будем улетать, спросим. Проблема в том, что дети от скуки начнут искать себе приключений на пятую точку…

— Придется учить, — весело хмыкнул Дарек. — Судя по переданной тобой информации, девочка далеко не глупа. Попробую заинтересовать ее системным анализом. А парня пусть Сайди возьмет и поучит пилотированию, да и прочим легионерским штучкам. Тот обрадуется, что им настоящий десантник занимается. О, Тин-Халет оттащил первый транспортник с пищевыми картриджами к матке и начал выращивание биокомпов! Через месяцок их будет у нас сразу три десятка, на двадцать таких кораблей хватит.

— Вычислительные мощности лишними не бывают! — подняв палец, заявила девушка. — А что с гравитационными и маневровыми двигателями?

— Сегодня вечером начнем производить, принтеры вышли в рабочий режим, — заверил керси. — Кстати, когда будем уходить, надо будет все наше оборудование изничтожить в ноль, чтобы местные, если найдут, головы себе не сломали в попытках понять, что это такое.

Альмия весело засмеялась, вспомнив, как пашу воспринимали орденские биотехнологии. Как кто-то из них говорил, где-то она это прочитала, непонятно, что это, то ли куча слизи, то ли завод по производству истребителей или чего-то там еще. Ну да, ничего удивительного, чисто технологическая цивилизация обычно уверена, что ее путь развития единственно верный, и теряется, сталкиваясь с теми, кто идет другой дорогой.

— Ладно, за дело, — встала девушка. — Мне сегодня еще ловушки вокруг кладбища создавать, а их выплетать довольно сложно.

Глава 1.2

Стен Раэри, преподаватель летного мастерства и куратор третьей учебной группы Летного факультета Тарканской военно-космической академии, задумчиво наблюдал на большом голографическом экране за тем, что вытворяли на орбите его подопечные. Группа действовала слаженно, за исключением одной курсантки, которой никак не давалось групповое маневрирование. Сама она летала великолепно, слов от восторга не находилось, но действовать совместно с другими пилотами совершенно не умела. И учиться этому не хотела. Словно у нее в сознании барьер какой-то стоял. Этот иллюзорный барьер кто только из наставников и инструкторов ни пытался преодолеть, даже директор, Дарли Фарлизи, даже лучшие прирожденные пилоты ордена, но ничего не получалось. Тиналина Барселат продолжала оставаться сама по себе, и хоть ты ей кол на лбу теши. Просто не понимала, что в бою нужно думать не только о себе, но и о товарищах по эскадрилье. Но нет, увлекалась полетом и обо всем забывала.

Немного подумав, куратор вызвал директора. Следовало придумать что-то другое, чтобы показать девушке неправильность ее подхода. Вскоре на экране появилась Дарли Фарлизи.

— Здравствуй, Стен, — мягко улыбнулась она, сразу потеряв свой обычный вид снежной королевы. — Что-то случилось?

— Приветствую, Дарли, — вздохнул он. — Не то, чтобы случилось, но посоветоваться надо. Тиналина Барселат. Она снова увлеклась и послала к Проклятому тактический замысел группы, разрушив весь рисунок боя. Благодаря своему летному таланту справилась, то четверо других в реальности погибли бы. Из-за нее. И что с ней делать я просто не понимаю. Она слушает меня, кивает, но на следующей тренировке происходит то же самое.

— Если честно, я тоже не знаю, — помрачнела директор. — Меня она тоже не слышит. Слушает, но не слышит. Убежденная одиночка.

— Так может и не стоит пытаться научить ее работать в группе? — дернул щекой Стен. — Я уже отчаялся, если честно.

— Наверное стоит поговорить с ее первым наставником, контр-адмиралом Даэнброном из Ринканга, может, он что-то подскажет, — предложила Дарли. — Причем связываться лучше не мне, а тебе, как куратору Лины.

— Попробую, — кивнул наставник. — Прямо сейчас и попробую. По результатам созвонюсь с тобой снова.

Международный вызов был дольно сложным делом, пришлось сначала выходить на ринкангское Адмиралтейство, а уже откуда вызов после долгих переговоров перевели на флагманский рейдер небольшого флота, которым командовал Пимен. Тот явно не ждал вызова из Кэ-Эль-Энах, поскольку выглядел удивленным.

— Кто вы и что вам угодно? — хмуро спросил он.

— Доброе утро, — поздоровался наставник. — Я Стен Раэри, куратор группы, в которой обучается ваша воспитанница Тиналина Барселат.

— С ней что-то случилось⁈ — встревожился контр-адмирал.

— Нет-нет! — поспешил успокоить его Стен. — Она здорова и летает, как молодой бог. Но проблема в том, что Тиналина совершенно не умеет действовать в группе. Вот, передаю вам запись сегодняшнего тренировочного задания, группа должна была в учебном бою уничтожить одну из орбитальных станций и защищающие ее истребители. Ваша воспитанница увлеклась и напрочь забыла о разработанной заранее тактической схеме. В реальном бою это означало бы гибель, как минимум, половины эскадрильи. Я и другие наставники пытаемся объяснить девочке, что так нельзя, она слушает, кивает, но стоит ей оказаться за штурвалом, как снова забывает обо всем и летает, как Благие на душу положат. Как одиночка ваша воспитанница великолепна, но вместе в ней в бой, а тем более в разведку ни один вменяемый пилот не пойдет. Она думает только о себе. И что с этим делать я не знаю. Директор Тарканака посоветовала рассказать об этой ситуации вам. Надеюсь, вы что-то подскажете или сумеете объяснить Тиналине, что так нельзя.

— Нельзя, — хмуро согласился Пимен, просмотрев запись и поняв, что с таким напарником и сам не рискнул бы идти на серьезное дело. — Увлекается девочка, я это давно заметил. Приходилось выпускать ее в воздух, установив лимит топлива, иначе летала до упора, забывая обо всем. Хотел бы поговорить с Линой, но мне не по карману межзвездная связь.

— Считайте, что связь с княжеством у вас безлимитная и бесплатная, — тут же ответил куратор. — Пересылаю вам коды, адрес и идентификатор вашей воспитанницы. Она освободится через два часа.

С этими словами он попрощался и отключился, а контр-адмирал остался размышлять, что сказать Лине, чтобы она поняла и не обиделась. Однако вскоре осознал, что тут уже не до обид. Если не купировать такое отношение девушки к товарищам, то с ней никто дела иметь не станет. Нельзя так поступать!

Пимен довольно долго просматривал переданные Стеном записи и хмурился. Девочка действительно творит непотребство. Пилоту, так подставляющему товарищей, в любой боевой эскадрилье бойкот бы объявили. Да и, честно говоря, морду бы набили. А командование человека, погубившего сослуживцев, в бой бы вообще не выпустило — списали бы подчистую.

Дождавшись, когда Лина освободится, Пимен связался с ней через главный сервер Адмиралтейства, используя полученные от куратора коды. Тот не солгал, связь по этим кодам действительно оказалась бесплатной и безлимитной. Когда на экране появилось лицо воспитанницы, контр-адмирал радостно улыбнулся — соскучился по ней.

— Ой, дядя Пимен! — обрадовалась Лина. — А я-то думала, кто это меня из Ринканга вызывает! Страшно рада вас видеть!

— А я тебя, пигалица, — улыбнулся старый пилот. — Здравствуй! Как твои дела?

— Да все хорошо, только куратор разговорами достал, — скривилась девушка. — И то я не так делаю, и это не эдак. Да парень еще один все время вокруг вертится, надоел хуже горькой редьки! Отшиваешь его, отшиваешь, а он лезет и лезет, будто ему других девчат мало. При его положении любая благородная тут же задницей вертеть станет и ноги расставит, а мне это все не нужно.

— И что за парень? — поинтересовался Пимен, мучительно размышяя, как начать разговор на интересующую его тему.

— Принц Джавад, наследник престола империи Сторн, он в нашей группе, — тяжело вздохнула Лина. — И чего ему от меня надо?

— Наследник престола⁈ — сложились домиком от изумления брови старого пилота. — Да уж, ты на мелочи не размениваешься. Как наставник, так Дарв ис Тормен или Дарли Фарлизи. Как ухажер, так наследный принц.

— Да разве ж оно от меня зависит? — развела руками Лина. — Само собой как-то получается.

— Да уж… — покачал головой Пимен. — Но к делу. Со мной связался твой куратор, Стен Раэри, и попросил поговорить с тобой об определенных вещах. Ты извини, конечно, но он во многом прав. Не обижайся, пожалуйста, но ты действительно во многом ошибаешься.

— В чем именно? — нахмурилась девушка.

— В том, что увлекаешься и забываешь обо всем, ломая рисунок боя группы, — покачал головой контр-адмирал.

— Но я же побеждаю!

— Побеждаешь. Но какой ценой?

— В смысле? — растерянно посмотрела на наставника Лина.

— Смотри, демонстрирую запись случившегося сегодня, — грустно вздохнул Пимен. — Если бы это был реальный бой, то четыре твоих товарища погибли бы. По твоей вине. Знаешь, если бы я в бою вот так поступил, бросив своего ведомого, то после приземления мне бы просто набили морду, а потом списали бы из пространства навсегда. Действовать таким образом можно, когда ты один, или когда началась собачья свалка, в которой каждый за себя. Но здесь шла групповая атака по тактической схеме. Ты же ее нарушила и помчалась выбивать космолеты противника, совершенно не задумываясь о том, чего стоила другим твоя эскапада. В итоге четверо погибли. После реального боя тебе пришлось бы смотреть на их изорванные тела, понимая, что убила их именно ты. Своим поведением. Понимаешь?

— Н-но я ж-же н-не х-хотела н-ничего п-плохого… — пролепетала девушка, до которой наконец-то дошло, что она сделала.

— Но сделала.

Наставник был безжалостен, он разбирал ситуацию за ситуацией, а куратор скинул ему записи пары сотен тренировочные боев ученицы, то и дело указывая, где из-за того, что Лина обо всем забыла и покинула общий строй, гибли другие пилоты, один за другим. Девушка становилась все более красной, так стыдно ей не бывало еще никогда. А ведь сама виновата!

— Я… Я увлекаюсь и… забываю, что я не одна… — с трудом выдавила она.

— Хорошая моя, — тяжело вздохнул Пимен. — Ты летаешь, как бог, в одиночку, но когда ты не одна, думай хоть немного о других. Ну нельзя же так!

— Нельзя, — уныло согласилась Лина, до которой эта простая истина наконец-то дошла. — Только что делать?..

— А ты попробуй отработать взаимодействие с группой на тренажерах для начала, насколько я знаю, в Тарканаке тренажеры с полной степенью погружения, на таких учиться — одно удовольствие. Главное не стремись все сделать одна! Помни именно свою задачу. И ни в коем случае не теряй ведомого! С точки зрения военного пилота — это подлость, если ты сделала это осознанно. Особенно, если ведомый слабее тебя и просто не способен на те трюки, на которые способна ты. Пойми, девочка, ты не одна, вокруг тебя живые люди! Да, часто надоедливые и глупые, но живые, и им больно. Точно так же, как и тебе. Мне жаль, что я не сумел объяснить тебе этого раньше…

— Наставник Тирен то же самое не раз говорил, только я мимо ушей пропускала… — уныло отозвалась девушка, окончательно осознавшая, что совершила ошибку, причем не одну. И как исправлять все это она не знала.

— Не унывай, — улыбнулся контр-адмирал, поняв состояние воспитанницы. — Не ошибается только тот, кто ни хвоста Проклятого не делает. Раз ты поняла, то еще не поздно все исправить. Просто, повторюсь, думай немного не только о себе, но и о других. Ты, кстати, подружилась с кем-нибудь?

— Не-а, — покачала головой Лина. — Мне неинтересны их развлечения, вечеринки и, тем более, их любва дурацкая. Зачем тратить на эту чушь столько времени и сил? Это безумие какое-то! Вместо того, чтобы заняться чем-то полезным и интересным, девчата страдают по какому-то парню, который ровным счетом ничего из себя не представляет. А парни по девчатам. Дружить с такими, простите, дурами и дураками? Не уж, пусть это кто-то другой делает, а мне выслушивать всякие идиотские охи и ахи о том, что какой-то незнакомый мне тип ах, какой хороший и красивый, скучно. Обойдусь как-нибудь! Лучше полетаю в поясе астероидов!

Пимен ошарашено почесал в затылке. Странно, воспитаннице меньше, чем через год, девятнадцать, пора бы начинать интересоваться парнями, но не интересуется. Впрочем, это не его дело. Не хочет ни с кем встречаться, ее право. Зато парня, который в нее втрескался, можно только пожалеть, будь он хоть сто раз принцем. Представив, что сам наворачивает круги вокруг шарахающейся от него недотроги, контр-адмирал незаметно фыркнул. Было такое, было в его бурной молодости. Из-за той стервы так и не женился. Впрочем, может и не стервы, может ей, как и Лине, просто не нужны были всякие там отношения.

— Совсем без друзей грустно, никто не поможет, если вдруг придет беда, — попытался объяснить он. — Сколько раз мы с тем же Риганом друг друга выручали! Не упомнить. Меня он кое в чем сильно раздражает, но терплю, поскольку старый друг. Ему во мне тоже далеко не все нравится. Но, коли что, забыв обо всем поможем. Ты учитывай этот момент, Лина. Понимаю, что ты росла в одиночестве, не с кем было общаться. Но в Тарканаке-то тоже прирожденные пилоты, у вам-то точно есть что обсудить.

— Ну, не знаю… — неуверенно ответила девушка. — Полеты обсудить мне интересно, а все остальное… Ну пустое оно, не для меня. Не интересно.

— Это тебе решать, — снова вздохнул контр-адмирал. — Ладно, буду прощаться. Через недельку еще раз позвоню, мне ваш куратор дал неограниченный доступ для связи с Кэ-Эль-Энах, так что не проблема.

— Здорово! — радостно улыбнулась Лина. — А то я соскучилась. Но ладно, мне тоже бежать надо. Меня снова магии начали обучать, чтоб она провалилась. Кержак должен вскоре прибыть. Ох, как я этого не хочу…

— Есть такое слово, «надо», — понимающе усмехнулся контр-адмирал. — В жизни приходится заниматься далеко не только тем, что тебе нравится. Увы, но такова жизнь, и ничего с этим не поделаешь.

— Да я понимаю, — скривилась девушка. — Но все равно тошно.

Они распрощались, и Пимен отключил связь. Он очень надеялся, что воспитанница хоть что-то поняла и усвоила из его слов. Ведь если нет, то она так и останется одиночкой, а это, при ее-то силах, чревато немалыми неприятностями.

* * *

Кейтара сидела в кабинете и продолжала разбираться с сотворенным подонками, обкрадывающими детей. Да ладно бы обкрадывающими, так еще продающими малолетних сирот всяким извращенцам.

Фонду долго пришлось добиваться от правительства Телли Стелл разрешения на инспекцию особых приютов и интернатов. Палки в колеса ставили все, кто только мог, чиновники искали любой повод, чтобы избежать вмешательства международного Детского фонда в свои дела. Знали, сволочи, по примеру других стран, где тысячи им подобных ответили за свои грязные дела, чем это чревато. Пришлось принимать крайние меры и собирать информацию нелегально, что вызвало недовольное бухтение директоров. Но после обнародования информации о том, как живется сиротам в приютах директории и что с ними творят извращенцы, общественный резонанс оказался настолько большим, что разрешение на инспекцию, скрипя зубами, все же дали.

Микродроиды снимали все происходящее в приютах, транслируя особо острые моменты в общественные инфосети. Но прежде всего отслеживая факты продажи детей педофилам, публикуя имена, фамилии и доказательства. До суда ни один из извращенцев не дожил, толпа их просто разорвала в клочья прямо в зале суда, что напугало директоров до медвежьей болезни. Многие важные господа и представить себе не могли, что их «мелкие грешки» вызовут такой лютый гнев у простонародья, и теперь лихорадочно прятали малейшие следы своей деятельности. Вот только они никогда до сих пор не имели дела с орденом, который давно собрал все доказательства и собирался выдавать их на гора по мере надобности.

Самые страшные гнезда разврата разоряли орденские легионеры и фарсенские ликвидаторы, переодетые в форму спецназа космодесанта Телли Стелл, после чего в высшем свете директории возникали дикие скандалы. Там пытались выяснить, что это были за части и по какой причине атаковали нужных и полезных людей. Ну и что, что садистов и педофилов? Зато нужных и полезных! Вот только неизвестные военные на это не обращали внимания, наказывая извращенцев так, что все остальные разделяющие их взгляды от ужаса сходили с ума. Ролики о посаженных на кол садистах, издевавшихся над детьми, пугали власть имущих до беспамятства. Они осознавали, что за них взялся кто-то всемогущий. А когда распространилась информация, что педофилам объявил тайную войну сам Дарв ис Тормен, среди последних прокатилась волна самоубийств. Они предпочитали издохнуть самостоятельно, только бы не попасть в руки палачей графа, которые издавна отличались безжалостностью и извращенной фантазией. А уж какие слухи о них ходили!

В кабинет вошел Линкай, он выглядел разгневанным и встревоженным, похоже, едва сдерживался, чтобы не выругаться.

— Что случилось? — встревожено посмотрела на него Кейтара, такое поведение всегда сдержанному коллеге было несвойственно.

— Ничего особенного, разбирался в делах вчера переданного на наш баланс интерната для так называемых детей с особенностями, — скривился т’онец. — Иначе говоря, больных генетическими болезнями и калек. Это какой-то кошмар! Не понимаю, как здесь подбирают персонал! Ни один из воспитателей не любит детей! Скорее ненавидит и травит всеми возможными способами. Не понимаю! А уж директриса… Тварь поганая…

— Детей продавала? — нахмурилась девушка.

— В том числе, причем таким хитрым, завуалированным способом, что даже двархи далеко не сразу разобрались. Но даже не продажа страшна, а то, какие порядки эта тварь в интернате установила. Причем детей не били, чтобы, не дай Благие, не обвинили в побоях. Все куда хуже. Карцер, в котором ребенок даже выпрямиться не может. Стояние на коленях на мелких камнях. Иголки под ногти. И много других издевательств. Воспитателей директриса подобрала себе точно таких же — убежденных садистов.

— А кому могли понадобиться… э-э-э… дети с особенностями? — поинтересовалась Кейтара. — Они же больные. И страшненькие, если честно.

— Ну, не скажи, например, дети с синдромом Кайхайма похожи на маленьких большеглазых ангелочков, — горько усмехнулся Линкай. — Их очень любят замучивать насмерть педофилы. Ведь малыш не способен сопротивляться, он только жалобно плачет. А они наслаждаются этим плачем…

— Надеюсь, наслаждающиеся заплатили за свою душевную мерзость? — в глазах девушки загорелась жгучая ненависть.

— Заплатили! — с тем же чувством выдохнул т’онец. — Полной мерой! Спасибо фарсенцам, они взяли наказание на себя. Твари подыхали несколько дней, вопя от боли! Все по заслугам. Записи казни распространены по всем высокопоставленным функционерам и богатым бизнесменам Телли Стелл. Теперь они сидят и трясутся в своих особняках. Да, персонал детских домов и интернатов тоже получил эти записи. Всем сделано предупреждение: «Дети неприкосновенны!». Местные настолько перепугались, что даже воровать перестали. Детские дома засыпают подарками, портя воздух от страха.

— Так им и надо! — сжала кулаки Кейтара. — Ну почему, почему обязательно надо быть сволочами⁈ Не понимаю…

— А кто понимает? — тяжело вздохнул Линкай, пересылая ей на биокомп пакет данных. — Посмотри. Очень прошу взять на себя разговор с бывшим директором. Боюсь, я не сдержусь и сверну ей шею.

— Хорошо, — вздохнула девушка. — Но наедине. Разве что с охраной. Пусть ее приводят.

— Я передам. Пока!

По прошествии пятнадцати в минут в кабинет ввели хмурую, рябую, словно побитую молью тетку средних лет со скованными руками. Ее сопровождали два фарсенских ликивидатора, смотревших на бывшую директрису так многообещающе, что ту передергивало. Интересно, что же она такого натворила, раз эти всегда безразличные люди так ведут себя? Кейтара принялась разбираться в пересланной Линкаем информации. И вот тут ей стало сильно не по себе — мало того, что издевательства над больными детьми были возведены в интернате «Солнышко» в правило, мало того, что детей кормили практически отходами, почти все выделяемые средства раскладывая по «нужным» карманам, так еще и продажа малышей с синдромом Кайхайма «приемным родителям», большинство из которых было педофилами и насильниками. Голографии изуродованных детских тел потрясли Кейтару до глубины души — она многое повидала в жизни, но это было чем-то запредельным. Детишек просто медленно резали на куски, наслаждаясь их плачем и криками. Благие! Да как так можно? И эта тварь, зная, что ждет бедных малышей, продавала их?.. Да уж, мерзости человеческой нет предела…

— Госпожа Гайсия Дораг? — спросила девушка у понурой тетки. — Бывший директор интерната «Солнышко»?

— Да, — отозвалась та. — Что вам еще от меня нужно? Допрашивали уже много раз…

— Да вот хочу понять, как человек может оказаться таким чудовищем, — пристально посмотрела на нее Кейтара.

— Чудовищем⁈ — вскинулась Гайсия Дораг. — Да что вы понимаете⁈

— Да, я не понимаю, как можно издеваться на маленькими, беззащитными, больными детишками. Как⁈ Кем для этого нужно быть⁈ А кем надо быть, чтобы обворовывать их и кормить помоями⁈ Вы вообще человек⁈ Нет, вы именно чудовище.

— Издеваться… Да попробовали бы вы с этими малолетними тварями иначе, они же сразу на голову садятся! Маленькие они, видишь ли! Дисциплину должны знать! Дисциплину! Их наказывали, когда они того заслуживали!

— Они маленькие и беззащитные… — девушка с трудом сдерживала брезгливость при взгляде на бывшую директрису, и та эту брезгливость явно почувствовала, поскольку дернулась, словно от удара и скукожилась на стуле, закусив губу и вся трясясь. — Но хорошо, оставим это пока. Чем вы оправдаете воровство? Детей по-человечески кормили только в дни инспекций!

— А зачем тратить деньги на этих бесполезных вылупков⁈ — госпожа Дораг сделалась похожей на загнанную в угол крысу, она тяжело дышала, посверкивая бесцветными глазками. — Не подохли, пусть будут благодарны и за это! А нам платили слишком мало, вот мы и компенсировали крохотную зарплату.

Похоже, она дошла до крайней степени отчаяния и решила идти ва-банк, считая себя правой во всем. Да уж, такое должны увидеть люди Телли Стелл, и орден это обеспечит. Чтобы вся страна знала, какие у них воспитатели в интернатах. Но это было еще не все. На страшную картину требовалось нанести несколько завершающих штрихов.

— Но вам и воровства оказалось мало, вы пошли на продажу детей извращенцам, — обвиняющее заявили Кейтара.

— Я находила им приемные семьи, в которым им жилось бы лучше, чем в приюте! — нагло ухмыляясь заявила бывшая директриса. — Состоящие из благонравных и законопослушных дам и господ. А если кто-то меня потом в частном порядке благодарил, то это не запрещено законом.

— Благонравных и законопослушных… — повторила девушка. — Ну что же, смотрите, что сотворили с проданными вами детьми эта благонравные и законопослушные. И как потом их за это наказали.

Она, на ходу создавая при помощи биокомпа из самых страшных кадров голографии, принялась швырять их перед госпожой Дораг. Та, увидев на снимках расчлененные детские тела, подавилась слюной и закашлялась.

— Я здесь ни причем! — отчаянно завизжала она. — У вас нет доказательств!

— Есть, — заверила Кейтара и показала на стенном голоэкране всю схему продажи детей, восстановленную двархами. А потом тела казненных извращенцев, многих из которых директриса явно узнала, поскольку сдавленно застонала, затрясшись крупной дрожью.

— Так им надо, вылупкам поганым!.. — завизжала она, немного придя в себя. — От них никакой пользы государству не было! А так хоть пользы немного принесли! Убитые вами господа налоги платили! Ну, разлеклись они с погаными вылупками, и что такого⁈

— Великолепно, — кивнула девушка. — Расчехлились? Эти кадры сегодня увидит весь Телли Стелл, пусть люди знают, кого назначили директором интерната, какую чудовищную тварь. Вы ответите за все свои поступки, обещаю. Вот эти голографии увидят все заключенные и весь персонала тюрьмы, в которой вы будете отбывать наказание, они будут знать, что вы продавали детей на страшную смерть. Думаю, вам не понравится их отношение…

— Богатые сволочи, у которых с детства все было! — в отчаянии заголосила госпожа Дораг. — Будьте вы прокляты! Это из-за вас приходится идти на преступления, чтобы достойно жить! Это вы во всем виноваты!

— Я вообще-то из беспризорников, — подалась вперед Кейтара. — Так что можете представить, как я ненавижу подобных вам. Будьте покойны, вы за все ответите. Я надеялась, что у вас есть хоть одно смягчающее вину обстоятельство, но вы оказались именно чудовищем. Вы прекрасно знали, кому продавали детей, но вам было на это плевать.

— А какое мне до них дело? — подняла на нее воспаленные глаза директриса.

— О таких понятиях, как доброта и человечность когда-нибудь слышали?

— А почему я должна была быть к кому-то доброй⁈ Ко мне хоть кто-то добрым был⁈ Никто и никогда! Паскуды вы все! Выплодков поганых их жалко, а не нормальных людей! Будьте прокляты, прокляты, прокляты!

— Прокляты здесь вы! — девушка ощутила, как эгрегор ордена с отвращением стряхнул с себя попытавшееся приклеиться к нему проклятие. — Да уж, такую неприкрытую сволочь я давно не встречала. Обещаю вам, что ваша жизнь превратится в ад. Вы за все ответите, за каждую слезинку несчастных малышей! Уведите ее. Жаль, что своими руками она ничего не делала, иначе я бы советовала казнить тварь.

— Ничего, в каторжной тюрьме ей весело не будет, — ответил один из ликвидаторов, поднимая госпожу Дораг на ноги. — На выход!

Они вывели бывшую директрису из кабинета, а Кейтара осталась размышлять на случившимся. Невзирая на то, что в силу профессии она не раз сталкивалась с человеческой мерзостью, девушка всегда поражалась ей. Ну как можно быть такими подонками⁈ Ведь детишки — маленькие и беззащитные! Как можно над ними издеваться, а тем более замучивать насмерть⁈ До нее не доходило, но Кейтара понимала, что продолжит борьбу с такими. И даже если ценой за спасение детей станет ее жизнь, она без сомнений уплатит эту цену.

Глава 1.3

Возле центрального навигационного экрана небольшого юркого фрегата стояла хрупкая черноволосая, очень красивая девушка, похожая скорее на утонченную эльфийку, чем на человека. Она внимательно изучала карту обитаемой галактики и неспешно размышляла о том, куда ей следует отправиться после того, как обследует это внегалактическое звездное скопление. Никаких следов Мастера за прошедшие годы обнаружить так и не удалось, по крайней мере, в самой обитаемой галактике, и это сильно озадачивало Ирну — она точно знала, что он воплотился где-то здесь, а не в другой вселенной, как полагали Тина и Касра, вот только объяснить своей уверенности не могла — чувствовала это подсознательно, на интуиции. В итоге пришлось летать в одиночку, поругавшись с многими, даже с Кровавой Кошкой, что несколько угнетало девушку.

Первые годы после объединения субличностей нелегко дались Ирне, приходилось тщательно исследовать и проработать каждую грань себя самой, постепенно объединяя их в общее целое. Особенно тяжело пришлось с вероятностной магией от Ведьмы, да и дар аналитика, доставшийся от Умницы, оказался далеко не подарком. Попробуй найди нужные данные да еще и в нужном формате, а без этого анализ можно и не начинать, результат будет очень далек от оптимального. Черты характера Хитрюги девушке тоже очень не нравились, но то и дело прорывались — ей часто хотелось кого-то облапошить, обмануть, ввести в заблуждение. Эти дикие для нее ранее желания приходилось держать под жестким контролем, не говоря уже о резких вспышках агрессии от Злюки и даже мимолетных мыслей о причинении другим боли от Убийцы.

Если бы не постоянная помощь Даши и Тра-Лгаа, Ирна не справилась бы со сведением своей личности в единое целое. Но опытные Целительницы Душ купировали самые негативные моменты, а с остальным девушка разобралась самостоятельно. Вот только времени на это ушло непозволительно много, и к поискам Илара ран Дара она приступила всего два года назад. Ирну отговаривали, утверждая, что, когда придет время, Командор вернется сам, а пока просто рано. Но девушка не желала ничего слушать, чувство вины буквально пожирало ее — ведь это именно из-за нее любимый человек погиб! Если бы она раньше обратила внимание на свои странности и рассказала ему обо всем, то случившегося можно было бы избежать. Мастер обнаружил бы субличности и изолировал их!

Немало усилий пришлось приложить для изучения вероятностной магии, поскольку она давала огромные возможности. Вот только не укладывалась в сознании Ирны, ей пришлось ломать себя, чтобы принять и понять многие вещи. А уж высшая математика, сложнейшая, головоломная, от которой голова кругом шла! Даже биокомп мало помогал в ее освоении, даже абсолютная память аарн. Требовалось переосмысливать слишком много привычных концепций. Но девушка, в конце концов, все же справилась. Причем благодаря исключительно унаследованным от Умницы аналитическим способностям и нестандартному мышлению Хитрюги. И собственному упрямству.

Сейчас прежняя Ирна казалась нынешней непроходимой дурой, не зря остальные субличности так ее и прозвали. Заслужила! Нельзя было быть настолько наивной и глупой, но она именно такой и была. Впрочем, неудивительно, если вспомнить воспитание в питомнике. Девушка и до сих пор при виде Дарва ис Тормена внутренне ощетинивалась, слишком много горя принес ей и ее любимому этот страшный человек. Впрочем, не только им, всему ордену и всей галактике. Да, он раскаялся, но забыть сотворенное графом было невозможно. Как и простить.

— Геварх! — позвала девушка. — Сколько нам до выхода из гипера?

— Десять минут, — отозвался с потолка дварх. — Предлагаю выйти возле местного газового гиганта, в астероидном поясе, не нравятся мне отклики на сканирование системы, там, похоже, сцепились чьи-то флоты.

— В этом скоплении же дикари жили! — удивилась девушка. — Мечами разве что махали и ветряные мельницы строили…

— Это данные семисотлетней давности, с тех наши корабли в это шаровое скопление не заглядывали, за это время дикари вполне могли достаточно развиться, чтобы выйти в космос, такое не раз случалось, — резонно возразил дварх. — Так что сразу после появления в реальном пространстве желательно задействовать систему маскировки.

— Хорошо, тебе виднее, — кивнула Ирна. — Сколько всего внегалактических скоплений нам предстоит посетить?

— Около двухсот, — сымитировал вздох Геварх. — Та еще задачка. Говорил же тебе — бросай клич, желающие поискать Мастера обязательно найдутся. Многие, очень многие мечтают о его возвращении. Но ты решила все сама делать. А сколько лет тебе на это понадобится, не подумала?

— Не подумала, — уныло подтвердила девушка, осознав, что зря она даже с Тиной, отнесшейся к ее начинаниям со всем возможным энтузиазмом, поругалась. Придется после возвращения честно признать свою ошибку, извиниться и действительно бросить клич, желающих поучаствовать в поисках Командора будет предостаточно.

«Искатель» вынырнул из гиперпространства за большим астероидом и без промедления окутался защитными и маскирующими полями. После чего аккуратно поднялся над плоскостью эклиптики и начал сканирование. Дварх оказался полностью прав — возле пятого спутника газового гиганта обменивались ракетными ударами и маневрировали довольно примитивные корабли с ионными двигателями, до гравитационных эта цивилизация явно не дошла. Ирна тяжело вздохнула — ну вот, не успели выйти в большой космос, как сразу войну затеяли. Что с этими разумными не так? Почему они даже не пытаются найти общий язык? Зачем обязательно проливать кровь? Она не понимала. Хотя, наверное, существуют непреодолимые разногласия. Как, например, между рабами и рабовладельцами.

Одна сторона явно побеждала, ее корабли были побольше, некоторые превышали сто метров в длину, являя собой вытянутые овоиды с антеннами, пилонами двигателей и гроздьями ракетных шахт на корпусе. Корабли второй оказались попроще и поменьше, их размеры не превышали семидесяти метров, они походили на классические ракеты стреловидной формы, но были немного лучше вооружены, помимо ракет они имели гаусс-орудия, которыми без зазрения совести пользовались, заливая противника огнем. Но это не слишком им помогало, овоиды постепенно одерживали верх, все больше стреловидных кораблей прекращали стрелять, зависая в пространстве и паря воздухом из многочисленных пробоин. Сканеры больше не фиксировали на их борту живых разумных. Прошло около получаса, и последние стреловидные корабли приказали долго жить. Они выпустили спасательные капсулы, но противник безжалостно расстрелял их, что многое сказало о его моральном уровне. После чего корабли-овоиды, покрутившись немного в поисках выживших, снялись с орбиты и двинулись куда-то влево, к пятой планете системы.

Как ни удивительно, одна из капсул, невзирая на охоту за ними, уцелела, оказавшись за крупным астероидом и поспешив сесть в глубокую каверну. Ирна, дождавшись, пока победители покинут орбиту пятого спутника, полетела к ней и подобрала при помощи силового луча, поместив в один из ангаров. Рисковать своей жизнью ради незнакомых существ, тем более, не зная сути их конфликта, она не собиралась, пусть даже это выглядело не слишком красиво. Видимо, унаследовала от остальных субличностей излишнюю осторожность. Зато теперь появилась возможность выяснить, что не поделили противники, кто они вообще такие и чего от них ждать. А главное, можно узнать не появлялся ли на их планете необычный, гениальный разумный — Командор однозначно не останется обычным человеком, беспокойная натура не даст.

— Геварх, ты просканировал спасшегося? — позвала Ирна, ее эмообразы вспыхивали цветами обеспокоенности.

— Спасшуюся, — поправил тот. — Совсем молоденькая девчонка, человек с некоторыми отличиями от базового вида Кер’Эб Вр’Ан, что на внешности почти не сказалось. По этике и морали считай наша, чистая и добрая, в общем, девочка. Разве что война ее немного изгадила…

— А что у них за война?

— Все как обычно, два блока государств сцепились, воюют за то, кто объединит планету под своей властью. Но сочувствия заслуживают проигравшие в этом бою, у них остались хоть какие-то моральные принципы, у их противников, согласно мнению спасенной, нет. Но доверять ее мнению, сама понимаешь, глупо, ей могли пропагандой голову забить. Однако поспеши, бедняжка ранена и страшно напугана, не понять, что капсулу кто-то взял на борт, она не могла, и страшно боится, что это каясы — так называют противников ее страны. Готовится с собой покончить…

— А ее страна как называется? — поинтересовалась аарн.

— Элантия, — ответил дварх. — Некое подобие царства, но правят там трое высших иерархов.

— Человечество местное?

— Местное, за пределы системы еще не вышло. Но воюющим странам передавать технологии запрещено, если помнишь.

— Я и не собиралась! — возмутилась Ирна. — Не совсем дура. Передай мне знание местного языка.

— Только элантийский, девочка других не знает, — деловито сообщил Геварх. — И, ради Создателя, не пугай ты ее! Еще застрелится, сидит в капсуле, держит пистолет в дрожащих руках, решается.

— Ой-ой-ой! — встревожилась аарн. — Надо срочно что-то делать! Может, ее усыпить?..

— Не ищи простых путей! — раздраженно проворчал дварх. — Поговори ты с ней для начала. Усыпить успею, дроид со станнером ждет команды.

Ирна вздохнула и направилась в трюм, прав этот ворчун, она действительно предпочитает искать простые пути, хоть и сама понимает, что они чаще всего никуда не ведут. Всего лишь потому, что простые.

Хилая сидела с пистолетом в руках и вся дрожала, она то подносила дуло ко рту, то отводила его. Жить хотелось так, что дух захватывало, но девушка прекрасно понимала, что выжить, оказавшись в руках каясов, нереально. И умирать придется страшно — сперва жестоко изнасилуют, а потом запытают. Достаточно вспомнить, что о них рассказывают, чтобы понять — лучше самой застрелиться. А ее спасательную капсулу однозначно кто-то подобрал, и теперь Хилая набиралась решимости нажать на курок. Но никак не могла решиться, проклинала себя за трусость, но не могла.

— Не бойтесь! — заставил девушку вздрогнуть мягкий женский голос, прозвучавший из динамиков капсулы. — Вы не у ваших врагов, я прилетела из дальнего космоса, из большой галактики. Увидела ваше сражение и спряталась, а потом, заметив, что одна спасательная капсула уцелела, взяла ее на борт.

Ошарашенная Хилая приоткрыла рот. Это что же получается, братья по разуму, о которых снято столько фильмов и написано столько книг, прилетели? И именно она, обычный корабельный техник, первой встретила их? Не верится как-то. Не может ли это быть уловкой каясов, чтобы выманить ее из капсулы? Может, еще как может! Страшно было до одури. Наверное, надо не слушать, а все-таки решиться и покончить с собой, тогда хотя бы от мук избавится.

Девушка уже почти набралась решимости, когда произошло нечто невозможное, от чего она снова опустила пистолет. Напротив нее прямо в воздухе возникло изображение очень красивой черноволосой девушки в странной черно-серебристой форме с огненным глазом на левом плече. Она очаровательно улыбнулась и негромко сказала:

— Ваши враги такого не умеют, так что я действительно не из них, как видите. Я принадлежу к ордену Аарн, на данный момент он занимает треть соседней малой галактики и часть большой. Вы же живете на отшибе в шаровом скоплении.

На экране появились изображения скопления Альгейт и двух соседних галактик, затем стрелочка очертила часть малой. После этого Хилая с приоткрытым ртом наблюдала за совершенно нереальными картинами — невероятно красивыми городами в пространстве; гигантскими черными бугристыми кораблями и пространственными станциями; людьми разного вида, ящерами, пауками, крылатыми драконами и двуногими котами, живущими вместе. Это казалось совершенно невозможным, но так хотелось, чтобы добрая мечта исполнилось, так хотелось надеяться, что где-то она уже исполнилась, и никого не травят только за то, что у него немного другая форма глаз или ушей.

Пусть все это была и сказка, но до Хилаи дошло, что ее взяли на борт точно не каясы, никто на Ранхайде такими технологиями не владел, один голографический экран, открывающийся где угодно, чего стоил. А если правда то, что ей показали, так и вовсе. Поэтому девушка встала, спрятала пистолет в кобуру и, скривившись от боли в сломанных ребрах и жжения раны в боку, двинулась к выходу. Она, конечно, очень боялась, что ее обманули, но надеялась, что это не так — не стали бы каясы ради какого-то техника устраивать дорогостоящий спектакль. Будь она адмиралом или хотя бы полковником, тогда да, а с сержантом никто возиться не станет.

С трудом открыв выходной люк, Хилая, снова вынув пистолет, осторожно осмотрелась. Ее ожидала виденная на голографическом экране черноволосая девушка, от красоты которой захватывало дух. Наверное парни перед ней штабелями валятся!

— Здравствуй! — улыбнулась незнакомка. — Меня зовут Ирна ран Сав. А тебя?

— Хилая Деварон… — ответила техник, опуская и пряча в кобуру пистолет, он почему-то показался ей крайне неуместным здесь, да и вид ангара, где она оказалась, говорил, что это кто угодно, но только не каясы.

О чем речь, ни один народ Ранхайда не стал бы устраивать такой кошмар! Дрожащие, слизистые стены. Покрытый черными, противно шевелящимися щупальцами потолок. Странные механизмы, то появляющиеся из стен, то исчезающие в них. Висящий в воздухе покрытый ворсинками полупрозрачный шар, в котором угадывается что-то живое.

— Пойдем обработаем твои раны, — предложила Ирна. — В ти-анх я тебе не предлагаю ложиться, ты побоишься, наверное. Но аптечку можно использовать, ребра к завтрашнему утру срастутся. И бок заживет.

— А что такое ти-анх? — не сдержала любопытства Хилая.

— Биованна, в которой даже руки и ноги отрастают, да и омолодиться там можно, кому нужно, — пояснила аарн. — Идем.

Она отвела элантийку в госпитальный отсек, где имелись три ти-анх и другое целительское оборудование. Там попросила девушку раздеться и лечь на кушетку. Ту настолько впечатлили бурлящие розовыми пузырями дыры в полу, что она покорно выполняла все, о чем просили. Ирна достала аптечку, являющую собой миниатюрный мобильный ти-анх, активировала и приложила к ране. Та походила на слизняка. Она тут же сменила цвет, закрывая собой рану, также определила сломанные ребра и запустила в тело исцеляющие нити. Довольно большая рана на боку тут же начала затягиваться, и вскоре только нашлепка псевдоплоти напоминала о ней.

— Ой, уже не болит! — удивленно распахнула глаза Хилая.

— Завтра-послезавтра, — показала на нашлепку Ирна, — это отвалится, рана за это время полностью заживет, ребра тоже срастутся.

— Ничего себе! — изумилась элантийка. — У нашем госпитале бы полтора месяца заживало…

— Мы намного опередили вашу цивилизацию в развитии, — улыбнулась аарн. — Летаем между галактиками и даже между вселенными. Наши большие корабли по семьдесят ваших стадий, а боевые станции — и вовсе с малую луну размером. Будь у вас на планете единая цивилизация, мы бы передали вам знания гиперфизики, но воюющим странам ничего передавать не станем. Хотя войну все равно постараемся остановить как можно быстрее.

— Нам с каясами на одной планете не жить, — нахмурилась Хилая. — Они… Они такие твари! Звери! Убийцы детей!

— В этом буду разбираться не я, а более старшие и умные, — покачала головой Ирна. — Социоматики и социоинженеры. А мне бы любимого моего найти. Не рождалось ли у вас на планете гения, который бы устроил на планете такое, что… Как бы это сказать? Вот! С ног на голову все поставил.

— Рождался… — сжала кулачки элантийка. — Каясский Святомастер, будь он сто раз проклят! Идеи-то у него на первый взгляд красивые — равноправие, свобода, равенство, всеобщее благо. Вот только ради своего «блага» поганые каясы начали давить других, заставляя их принимать свои правила, навязывая их, невзирая ни какое сопротивление. А те, кто не желает принимать, по их мнению подлежит уничтожение. Как Святомастер смог сперва одну страну под себя подмять, а потом еще несколько? Ума не приложу! Но смог. На нас только споткнулся, не захотели мы молиться на извращенцев и отказываться от дедовских заветов. Вот война и идет. К сожалению, мир этот подонок точно с ног на голову перевернул…

— Надо будет проверить, что он такое, — задумчиво посмотрела на нее аарн. — Тебя куда доставить?

— Если можно, на третью орбитальную станцию четвертой планеты, там наши базируются, — попросила Хилая. — Мне надо доложить о поражении эскадры.

— Ваши начальники люди здравомыслящие? — поинтересовалась Ирна. — С ними можно иметь дело? Не попытаются напасть?

— Если вы докажете, что не из каясов, то вряд ли нападут, — пожала плечами элантийка. — Покажите им что-нибудь, чего у нас на планете нет. Хотя бы ту же голографическую связь в любом месте.

— Да и тебя я к ним телепортирую, — улыбнулась аарн.

— Вы еще и телепортацией владеете… — поежилась Хилая.

— Мы многим владеем, — заверила Ирна. — Кушать хочешь? Судя по анализам, ты обычный человек и наша еда тебе вреда не принесет. Все люди галактики произошли от древних Кер’Эб Вр’Ан, внешне немного отличаемся, но биологический вид один.

— Но среди вас не только люди! — возразила элантийка. — Вы мне показывали драконов, ящеров, пауков и двуногих котов.

— Все верно, — кивнула аарн. — Но люди обитаемой галактики совместимы с жителями вашей планеты генетически, то есть у нас с вами могут быть общие дети. Скорее всего, у вас когда-то давно потерпел аварию какой-то корабль, от его экипажа и произошло население Ранхайда.

— А наши ученые утверждают, что мы произошли от местных кусатов, — удивилась Хилая.

— Да Благие с ними, пусть придумывают, что хотят. Идем лучше пообедаем и отправимся к вашей станции.

После еды, Ирна с Хилаей перешли в рубку. Элантийка, едва успев войти, замерла с открытым ртом и круглыми глазами, слишком поразили ее бугристые стены, по которым стекали разноцветные энергоразряды, и слизистый шар вместо главного пульта. А уж когда аарн прирастила к глазу управляющий щуп, девушка только пискнула и упала в выросшее под ней кресло.

— Наши корабли живые, их не строят, а растят, — пояснила Ирна, считав поверхностные мысли гостьи. — Хотя есть и обычные, из металлов и пластика. Например, альфа-линкоры, они строятся вокруг гигантского орудия и способны одним залпом планету с орбиты сбить, если понадобится. Но большинство все-таки живых, даже гигантские боевые станции растят в каком-то особом пространстве. Сейчас мы на разведывательном малом фрегате для дальних экспедиций, он имеет в длину около четырехсот ваших атрий, а по-нашему счету триста двадцать метров.

— И это малый? — поежилась Хилая.

— Да, я уже говорила о размерах наших стандартных кораблей — дварх-крейсеров. Кстати, пока мы говорим, корабль долетел до четвертой планеты системы. К какой станции править?

Прямо в воздухе возникло изображение орбиты планеты в реальном времени, и элантийка сразу узнала окрестности места службы, а затем и родную станцию, похожую на незамкнутый обод колеса с шестью спицами и центральным шаром, в котором располагался командный центр.

— Вот туда мне надо, — сообщила она. — Только надо сначала связаться, чтобы огонь не открыли.

— Она нас не видят, — улыбнулась аарн. — Мы под маскирующим полем. Но сейчас поищем. Кто командует станцией?

— Адмирал Карио Морион.

— Сейчас отыщем его. Геварх, будь другом, отыщи указанного разумного.

Командующий читал на планшете доклады, страшно переживая о судьбе отряда, ушедшего к пятой планете, когда его внимание привлек легкий треск напротив. Карио поднял голову и замер с приоткрытым ртом — происходило что-то странное. Стена затянулась туманной дымкой, которая обрела глубину, и вскоре на этом подобии экрана появилось изображение самого странного помещения, которое адмирал видел в своей жизни — бугристые стены, слизистый шар в центре, от которого тянулось подрагивающее рубчатое щупальце к глазу редкостно красивой девушки в незнакомой черно-серебристой форме с какой-то эмблемой на левом плече.

— Доброго дня, господин командующий! — наклонила голову незнакомка. — Приветствую вас от имени ордена Аарн. Я сегодня прибыла из большой галактики. Думаю, увиденного вам достаточно, чтобы поверить. Но могу также вывести свой корабль из режима невидимости. Надеюсь на ваше благоразумие и прошу не открывать огонь.

Адмирал как-то сразу поверил в сказанное, да и знал, что технологий такой связи, да и подобных голографических изображений нет ни в одной стране мира. Не говоря уже об обстановке на корабле чужачки.

— Еще кое-что, — продолжила незваная гостья. — Неподалеку от пятой планеты вашей системы я стала свидетельницей сражения двух флотов, один был полностью уничтожен, уцелела только одна спасательная капсула, я ее подобрала. На ней находилась техник-сержант Хилая Деварон. Она просит разрешения доложиться вам. Я могу открыть прямой гиперпереход к вам и переправить девушку. Или она может доложить вам по связи.

— Прямой гиперпереход? — нахмурился Карио. — Это что?

— Некое подобие телепортации, мгновенное перемещение на довольно большие расстоянии, у нас стационарные переходы есть даже между разными звездными системами.

Услышанное заставило командующего задохнуться. Если инопланетянка говорит правду, то такой технологии на Ранхайде точно нет, ибо если бы она имелись у какой-либо стороны, то та уже выиграла бы войну.

— А можно это увидеть? — хрипло спросил он. — Это станет окончательным доказательством ваших слов. Только после хотелось бы, чтобы спасенная девушка вернулась на борт вашего корабля, став нашим послом у вас.

— Это допустимо, только сразу хочу предупредить, что захватить корабль не получится, в этом случае он самоуничтожится, — сообщила незнакомка. — Приношу свои извинения за недоверие, но таковы протоколы первого контакта. Знаете, если бы не ваша глупая война, то я бы уже завтра передала вам технологию полетов в гиперпространстве, генераторов силовых полей и многого другого. У нас так принято при обнаружении новой цивилизации, пусть даже чисто человеческой, а в большой галактике три четверти населения — это именно люди, хоть есть и другие разумные расы. Но к делу, я открываю гиперпереход, включите камеры, чтобы иметь доказательства.

Адмирал резко кивнул, после чего вызвал в себе в кабинет начальника особого отдела с помощником и главного инженера. А когда они прибыли, коротко рассказал о случившемся и потребовал зафиксировать открытие портала, а потом официально заверить запись своими подписями. Вызванные недоуменно переглянулись, гадая не сошел ли командующий случайно с ума. Однако когда на дальней стене внезапно возникла напоминающая вихрь черная воронка, из которой потянуло ледяным холодом, оставили эти мысли, осознав, что дело серьезное и относится к нему нужно серьезно. Около минуты люди ошалело взирали на воронку, до них постепенно доходило, что это действительно первый контакт с иным разумом.

— Святые боги! — выдохнул главный инженер. — Датчики сообщают, что во время открытия портала на несколько мгновение изменились некоторые физические параметры, резко возросла сила тяжести и энергонасыщенность. Почти вдвое упала температура. Больше ничего без подробных исследований сказать не могу.

В этот момент из воронки вышла девушка в элантийской пустотной форме. Она вытянулась перед командующим по стойке «смирно» и подрагивающим тоненьким голоском доложила:

— Техник-сержант Хилая Деварон! Приписана к 172-му рейдеру. Разрешите обратиться, господин адмирал?

— Обращайтесь, — хмуро позволил тот.

— Наша эскадра на орбите пятой планете попала в ловушку и была полностью уничтожена каясами. Они… они даже расстреляли все спасательные капсулы. Моя уцелела чудом, меня ждала медленная смерть от нехватки воздуха, но кто-то взял капсулу на борт. Поначалу я посчитала, что это каясы, и приготовилась покончить с собой при помощи личного оружия. Однако это оказались инопланетяне, ни мы, ни каясы подобными технологиями не обладаем. Госпожа Ирна ран Сав прибыла из большой галактики в поисках кого-то, прошу прощения, но я не поняла кого, и принадлежит к некому ордену Аарн. Что это за структура объяснений не последовало, единственно, что известно, в данном ордене вместе проживают представители многих разумных рас, таких, как люди, большие пауки, ящеры, драконы и прямоходящие коты. Это все, что мне на данный момент известно.

— Благодарю за службу, техник-сержант, — кивнул Карио. — С этого момента вы назначаетесь посланником Элантии среди инопланетян и возвращаетесь на их корабль. Инструкции вам передадут позже.

— Но я же не дипломат! — возразила ошеломленная девушка.

— Зато вас знает та сторона, — кивнул на экран командующий. — А я немедленно свяжусь с руководством и уведомлю его о контакте. Единственное, что хотелось бы узнать. Госпожа ран Сав, не могли бы вы сообщить, кого именно вы ищете?

— Дело в том, что Командор нашего ордена погиб, и должен был воплотиться где-то в галактике или рядом с ней, — пояснила Ирна. — Мы надеемся найти его новое воплощение. Это должна быть крайне незаурядная личность, способная поставить с ног на голову любую цивилизацию. Ваша девушка сказала, что на Ранхайде есть только одна такая — каясский Святомастер. Но я сомневаюсь, что это он, поскольку наш Мастер был очень добрым и светлым. Вряд ли он мог стать жестоким. Но хотелось бы все-таки посмотреть на этого самого Святомастера.

— Посмотреть? — криво усмехнулся Карио. — Это нетрудно.

Он вывел на экран запись одного выступления человека, из-за которого началась эта страшная война, поймал момент, когда лицо того появилось крупным планом и остановил запись.

— Вот он, Кхарам Руайд, Великий Святомастер, будь он тысячу раз проклят, сволочь бездушная!

Глава Ирны полезли на лоб, дыхание перехватило, ее начала бить крупная дрожь. Это было совершенно невозможно, невероятно, но на экране был человек, невероятно похожий на… Илара ран Дара.

Глава 1.4

— Игореша, ты чего это со столбами целуешься? — засмеялся Сашка, с интересом косясь на бывшего одноклассника. — Невесту себе нашел, что ли?

— Задумался, — недовольно пробурчал тот, потирая лоб и хмуро глядя на неожиданно возникшее на пути препятствие.

Ну вот, опять! Игорь глухо выругался. Опять он замечтался о странном и перестал видеть окружающую реальность, стукаясь лбом обо все встречные столбы, односельчане на него уже пальцами показывают, как на идиота. Опять ему грезятся странные живые корабли, драконы, куцехвостые ящеры, двуногие коты и огромные шерстистые пауки. Опять он что-то странное делает, с кем-то говорит, причем не голосом, а каким-то непонятным способом. Что происходит, черт возьми⁈ И чем дальше, тем это состояние прогрессирует. Обратиться у психиатру, что ли? Нет, для начала надо посоветоваться с наставниками. Придется бросать все и уходить в тайгу, трудно сказать, куда духи занесли деда Максима с дедом Никанором, они с помощью лесных троп за день способны и тысячу километров на посохи намотать. Волхвы, чтоб им!

Особенно плохо Игорю стало после прочтения книг лет двадцать назад умершего автора про некий орден Оорн и его Командора, Илора рон Дора. Первые четыре книги этого цикла он обнаружил в поселковой библиотеке и буквально провалился в них. Почему-то написание имен в книге сразу показалось парню неправильным. Мало того, при первом прочтении у Игоря встали дыбом волосы — он четко помнил, как писал эти книги! Это как⁈ Это что⁈ Это же безумие какое-то! Откуда у него чужие воспоминания? Впрочем, если вспомнить все происходившие с ним еще с детства чудеса, то это еще не самое удивительное.

Дальше — хуже, начали приходить воспоминания жизни Командора, что вообще ни в одни ворота не лезло. И многое в книге оказалось описано неправильно, искаженно, порой так и хотелось выкрикнуть: «Не так все было, совсем не так!». И что с этим делать парень не знал, ему было сильно не по себе. Похоже, надо уходить в тайгу сегодня же, благо экзамены сданы, аттестат на руках, а как и где живет сирота никому не интересно. Нет, люди в Байките жили хорошие, часто зазывали одинокого парнишку в гости, но у каждого была своя семья и свои заботы, а Игорь старался никого не напрягать, жил в избушке далеко за селом, а на все вопросы отвечал, что у него все хорошо. Вот люди и не навязывались.

Самое паршивое, что после того, как наставники оставили воспитанника в Байките, сказав, что закончить школу обязательно нужно, поговорить ему стало не с кем. Местные жители имели очень ограниченный кругозор, с ними можно было поговорить о хозяйстве и охоте, не более. А воспитанник лесных волхвов интересовался совсем другим. Благо, местная библиотека оказалась довольно богатой, хватало, чего почитать. Да и в интернете многое можно было найти.

Судьба Игоря сложилась очень странно, если разобраться. Родился парень на Украине, в небольшом селе Миновка Днепропетровской области, где и проживал до года. Но затем на дом его родителей напали какие-то странные люди в темных балахонах, всех взрослых, включая бабушку с дедушкой и больную тетю, убили кривыми ножами. После этого незнакомцы собрались принести ребенка жертву в каком-то жутковатом ритуале. Двое старших расчертили сложный чертеж, поместили малыша в его центр, но больше ничего сделать не успели — словно из ниоткуда появились два благообразных старика в белых одеяниях и легко одолели агрессоров, буквально смешав их с землей.

Как ни странно, Игорь, невзирая на малый возраст, все это прекрасно помнил, и испытывал к спасителям немалую благодарность. Через некоторое время они вывезли мальчика в сибирские леса, очень далеко от населенных мест, где начали жестоко тренировать и учить всяким странным штукам. Старики оказались древними лесными волхвами, которые, как объяснили ученику, ждали его рождения несколько сотен лет. В прошлое его рождение они опоздали, не нашли вовремя, не обучили, а взрослого обучать бесполезно, зато сейчас успели. И не позволят неким серым его использовать. Кто такие серые не объяснили.

В мире и стране тем временем происходило нечто странное. Россия неожиданно снова стала империей, а демократические страны промолчали, не став ей гадить, как обязательно поступили бы ранее. На престол взошел не Романов, а некий Александр Воронов, его кандидатура вызвала горячее одобрение у наставников Игоря. Они также говорили о каких-то Повелителе и Госпоже, делающих все правильно, но на вопросы ученика о них не отвечали, бурча, что ему пока рано, не дорос еще.

— Слышь, сходил бы ты в больничку, — озабочено сказал Сашка, пощупав лоб бывшего одноклассника. — Температуры вроде нет, но со столбами целуешься. Чего-то тут не то…

— С духами предков общаюсь, — пошутил Игорь. — Я же шаман!

— Что ты шаман, то мне ведомо, — усмехнулся наполовину эвенк. — Батя говорил, что неслабый ты, да и учишься у правильных старых шаманов.

— Вот же… — скривился парень, не подозревавший, что о его наставниках кто-то в Байките знает. — Блин…

— Да не боись ты, — хохотнул Сашка. — Больше никто из класса понятия не имеет, кто ты такой, думают, просто нелюдимый бирюк. Разве что Нинка что-то подозревает, но она никому не скажет, ты ж ее знаешь, из нее слова не выдавишь. Мой батя еще в курсе, поскольку с твоими дедами чего-то крутит, они ему какие-то корни из тайги таскают.

— Мне они точно ничего не говорили, скрытные, заразы, — пробурчал Игорь, сделав в памяти отметку поговорить со старыми волхвами еще и об этом, все равно завтра с утра пойдет в тайгу, искать их.

— О, сматываемся, Иванова идет!

Оглянувшись, ребята поспешили скрыться с глаз их одноклассницы Наташи, от которой разбегались все местные парни — она твердо постановила себе выйти замуж в ближайшие два месяца и преследовала каждого представителя мужского пола хотя бы относительно подходящего возраста. Девушка была довольно симпатичная, но невероятно, невыносимо глупая. От разговора с ней сводило челюсти. Все, что интересовало Наташу, это хозяйство, дети и замужество. Поэтому она не понимала, почему парни от нее буквально шарахаются, и очень на это обижалась.

Избежать встречи, к счастью, удалось, бывшие одноклассники успели свернуть на улицу Увачана и спрятались в магазине «Хозтовары». Жаждущая замужества девица прошла мимо и свернула к «Березке». Ребята поспешили наружу и побежали по той же улице на север, связываться с Наташкой им совсем не хотелось — прилипнет, как банный лист.

— Ладно, пойду я, — вздохнул Игорь, ему еще предстояло больше часа топать по улице Чистякова до Таежного, автобуса ждать слишком долго, а потом оттуда еще два километра по тундре до своей избушки. Благо хоть весна, уже относительно тепло, не придется мерзнуть. — Завтра в тайгу на охоту пойду, скажи бате, пускай передаст всем, что меня искать не надо.

— Погодь, а ты чего, так тут и останешься? — удивился Сашка. — Поступать никуда не будешь?

— Буду. В Братск или Красноярск, на инженера хочу. Если, конечно, поступлю на бюджет, денег на платное отделение нет.

— А у кого тут они есть? Я вообще в Иркутск поеду, в политех сунусь.

Распрощавшись с приятелем, Игорь поспешил домой. Он подозревал, что поступление может и не выгореть, надо сначала с дедами посоветоваться, может, у них на ученика какие-то свои планы имеются. Для похода в тайгу дома, к счастью, все есть. В магазин заходить не хотелось, да и не продавали там ничего интересного, завоза давно не было, а фрукты и сладости, даже если вдруг привезут, то мгновенно разбирают. Остальное же имелось дома в погребе в большом количестве. Если снова придется зимовать в избушке, надо будет меду набрать у лесных пчел, без сладкого все же скучно. А бортничать Игорь хорошо умел, деды обучили. Как и охотиться. Еще, как вернется, надо будет порыбачить в Большом Байкитике, река хоть и небольшая, в отличие от Подкаменной Тунгуски, на которой стоял Байкит, но рыбная.

Как ни досадно, без приключений дойти до дома не удалось. Уже на самом выходе из поселка его перехватила старуха Уилдыкэн, сморщенная эвенка, которая непонятно чем занималась и на что жила вместе со своим мужем, стариком Кимаргуном, бывшим охотником. Она поклонилась и выдохнула:

— Помоги, шаман! Дед мой с крыши упал, поломался… Лежит, стонет…

— А скорую вызывала? — спросил недовольный тем, что и эта знает о его сути, Игорь.

— Да чего они там могут, энти врачи… — скривилась Уилдыкэн. — Звонила, сказали, чтоб везла деда в больницу, сама — скорая сломана. А он не хотит! И не ходит. Бурчит, что дома помирать будет… Помоги, шаман…

— Пошли, — тяжело вздохнул парень, которого учили никогда не отказывать в помощи, если о ней просят. — Как придем, сразу воды накипяти ведра два.

— Накипячу! — кивнула обрадованная старуха.

До добротного деревянного дома на самом краю села дошли быстро. Войдя, Игорь сразу направился в комнату, где на широкой лавке лежал и покряхтывал Кимаргун. Парень направился к нему и принялся водить над телом руками, считывая информацию. Надо же, какой крепкий старик! Сверзился с крыши и даже ребер не сломал, только сильно ушибся, да ногу вывихнул. Но это дело поправимое, надо только травки кое-какие заварить, да заговор один хитрый наложить. Ну и ногу вправить.

Со вздохом, понимая, что окончательно засветился, Игорь достал из рюкзака шаманский бубен, с которым не расставался лет с двенадцати, и принялся напевать, постукивая в него и вслушиваясь в эфир, чтобы не упустить злых духов. Старуха тем временем вскипятила воду в ведрах, потом спустилась в погреб и притащила целую охапку разных сушеных трав, словно знала, что именно понадобится молодому шаману. Она чувствовала удовлетворение, видя растерянный взгляд мужа. Ведь тот не верил, что этот русский парнишка — справный шаман, а она нутром это чуяла! Шибало от него шаманским духом, как от ее деда когда-то. И не ошиблась, оказалась права. Вон как он с бубном управляется! Да и Кимаргун больше не кряхтит, задышал легко.

Отловив зловредного духа, провоцирующего неудачи, Игорь спровадил его в астрал — надо же, кто-то проклял безобидных стариков. За что, интересно? Ведь справедливо проклял, иначе не легло бы проклятие, слетело.

— С кем поссорилась? — обернулся он к Уилдыкэн. — Кто зла пожелал?

— С невесткой… — опустила взгляд та.

— Мирись! — велел парень. — Неправа ты была, иначе ничего бы не случилось. Пойди, да повинись. Не то снова беда будет.

— Повинюсь… — вздохнула старуха, которой очень не хотелось этого делать. — А с дедом чего?

— Сейчас травы заварю, ты, гляжу, принесла нужные, потом компресс сделаю и ногу вправлю. Пусть полежит пару деньков, чтобы вставал разве что в туалет, да и то помойное ведро ему рядом с лавкой поставишь. И пои его сборами трав лесных с брусникой и морошкой, какие травы, я покажу. Корми жидким, супами там али щами без хлеба. Мяса два дня не давай. Но коли худо станет, звони в скорую или вези в больницу. Меня не будет, в тайгу на охоту ухожу, сколько там пробуду — не знаю.

— Поняла, все сделаю! — закивала Уилдыкэн. — Низкий поклон тебе, шаман! Прими в благодарность от чистого сердца.

Она достала откуда-то здоровенный шмат копченой кабанятины, которую Кимаргун умел делать, как никто, получалась она у старика сочная и нежная, и протянула Игорю. Он взял, поскольку так было принято.

Примерно через час парень наконец-то добрался до своей избушки, быстро поел и засел за компьютер — на крыше года три назад установили тарелку спутниковой антенны, поэтому интернет был. Хотелось посмотреть новости, в мире опять происходило что-то непонятное. Казалось, кто-то всемогущий буквально вытравил все несущие хоть какой-то отрицательный посыл произведения из сети. Онлайн-помойки, на которых раньше извращенцы публиковали свои измышления, бесследно исчезли, как впрочем и сами извращенцы. Возможно они, кем-то сильно напуганные, сидели по домам, но Игорь подозревал, что нет, их либо уничтожили, либо куда-то спровадили. Мало того, нигде не было многих известных в прошлом фильмов.

— Кому же это понадобилось? — прошептал парень, откинувшись на спинку стула. — Это все не просто, далеко не просто так. Идет планомерное изменение общественного бессознательного, причем хорошо продуманное.

Он снова поймал себя на том, что мыслит отнюдь не как молодой человек, подобное мышление, скорее, присуще убеленному сединами старцу. Это давно не удивляло, привык к своим странностям. Очень похоже, что пробиваются воспоминания из прошлой жизни. Хотя как тогда объяснить видения фантастических миров и дальнего космоса?

Еще удивляло, что недавние противники — Россия, Китай, Индия и западные страны — неожиданно начали действовать в едином тандеме, напрочь отбросив все прежние разногласия. Возникало даже ощущение, что появилось единое мировое правительство, добивающееся каких-то своих целей. Вопрос только: каковы эти цели? И не приведет ли их достижение к гибели цивилизации?

Казалось бы, к чему все эти размышления восемнадцатилетнему парнишке, живущему в глухой тайге? Но Игорь иначе не мог, он даже наставникам не сумел объяснить своей заинтересованности политикой — лесным волхвам на нее всегда было плевать с высокого потолка. Но они явно что-то знали о происходящем, особенно если вспомнить многочисленные оговорки о Повелителе и Госпоже. Знать бы еще кто это такие и что им нужно. Вот только выдавить из дедов данную информацию так и не вышло, скользкие сволочи уходили от вопросов воспитанника, причем так, что он и возразить не мог.

Тяжело вздохнув, Игорь выключил компьютер и пошел наколоть дров, в избушке становилось прохладно, ночами весной в тайге было еще холодновато, следовало протопить. Да и поесть приготовить, надо пожарить все имеющееся мясо и взять с собой, оно не доживет до его возвращения. Да и доставшуюся от старухи Уилдыкэн копченую кабанятину прихватить, дед Никанор большой любитель этого деликатеса. А для деда Максима он припас конфеты, которые чудом удалось купить во время очередного завоза, тот был большим любителем сладостей и мог поглощать их в любых количествах под ворчание друга о том, что при таком усердии у него вскоре кое-что слипнется.

Спал Игорь без сновидений, а едва успело рассвести, как он собрался, запер избушку и скользнул в тайгу. Быстро осмотревшись волховским зрением, парень нашел ближайшую тропу и скользнул по ней, сразу оказавшись километрах в пятидесяти от Байкита. Еще несколько перемещений, и Игорь добрался до старого капища, где наставники обычно проводили все ритуалы. Найти их он собирался тоже при помощи ритуала.

Обыскав окрестности, парень понял, что Максим с Никанором давно не появлялись на капище. И где их черти носят, интересно? Он начал не спеша готовиться к ритуалу, который не стоило проводить раньше, чем стемнеет. Расчертив схему, он отловил пару зайцев, чтобы залить их кровью канавки, когда придет время. Придется также добавить своей.

Едва стемнело, как обнаженный по пояс, разрисованный ритуальными узорами Игорь встал посреди схемы, попросил прощения у зайцев за то, что убивает их, усыпил ментальным посылом, перерезал обеспамятевшим животным глотки и залил их кровью канавки, после чего порезал себе запястье и добавил своей крови. Произнес слово активации и забил в бубен, призывая духов-помощников. Заклятия словно сами собой лились изо рта. Кровь в канавках воспламенилась призрачным пламенем, над головой загудел ураганный ветер, начавший раскачивать кроны окружающих поляну капища деревьев. С неба на происходящее посмотрел кто-то огромный.

Вокруг завыли волки, ощутившие, что происходит что-то необычное и сбежавшиеся к капищу, подошли также два тигра, которым, казалось, было неоткуда здесь взяться. Но взялись. Впрочем, молодого волхва это не интересовало, он раскинул поисковую сеть над всем Красноярским краем, но дедов не обнаружил. Вздохнув, поскольку из-за этого будет страшно болеть голова, Игорь расширил зону поиска и очень удивился, найдя Максима с Никанором в окрестностях Нерюнгри. И что им там понадобилось?

Вслушавшись в мир, парень внезапно понял, что наставники в беде, на них кто-то напал, кто-то очень сильный, и они сейчас лежат связанные и беспомощные в каком-то погребе. Это кто же такой крутой, что справился с двумя лесными волхвами в расцвете сил? На такое способны разве что Воины Пути, но им с волхвами делить нечего. А кто тогда мог? Придется выяснить. Но глупо рисковать и лезть на рожон он на станет, сначала все разведает.

Обдумав все случившееся, Игорь начал еще один ритуал, который позволит подключиться к сознанию зверей и птиц неподалеку от наставников. Это оказалось намного проще, чем поиск, от которого, как оказалось, старых волхвов попытались прикрыть, но весьма неумело, словно это делал какой-то недоучка, нахватавшийся верхов, но совершенно не понимающий сути.

Смотря глазами скопы, Игорь принялся исследовать заброшенный хутор, в котором ощущалось присутствие дедов. Но ничего не обнаружил. На первый взгляд, а вот когда присмотрелся, то заметил в укрытиях нескольких мужчин в маскхалатах. Они периодически меняли свое местоположение и словно кого-то ожидали. Иногда сходились и расходились, сказав друг другу пару слов.

Парень переключил восприятие на прячущегося в кустах бурундука, хотелось бы хоть что-то узнать, прежде чем соваться. Непонятных бойцов он обнаружил больше десятка и слегка сомневался в своей способности их одолеть. Для начала нужно освободить Максима с Никанором. Втроем точно справятся. Вопрос только: с кем? Что этим людям нужно от лесных волхвов?

Ненадолго задумавшись, Игорь усмехнулся и раскинул поисковые щупы. Обнаружив семейку кротов-цокоров совсем рядом с погребом, в котором держали пленников, он отправил слепых животных к дедам. Их зубы, спокойно перегрызающие толстые корни, столь же легко справятся с веревками. Плюс через самого старого цокора он передал ментальное послание. И его услышали, но почему-то не ответили. Только минут через десять передали сигнал, что освободились. А потом потребовали, чтобы ученик соблюдал величайшую осторожность, серые очень опасны.

Ага, значит, это те самые серые, о которых наставники не раз вспоминали в разговорах между собой, но никогда не объясняли, кто это такие и чего им нужно. Может хоть теперь удастся узнать, в чем тут дело и какого ляда они охотятся на волхвов.

В какой-то момент два воина в камуфляже сошлись совсем рядом с прячущимся бурундуком, и Игорь вслушался в их разговор.

— Долго нам тут еще торчать? — хмуро спросил один.

— Пока мальчишка не появится, — вздохнул второй. — Только не вздумай ему навредить, он нам живой нужен!

— А зачем? Поздно, эти старые козлы воспитали его по-своему, к нам он уже не прислушается.

— Заставим. В крайнем случае, мозги переформатируем. К сожалению, эгрегор под него заточен, никто больше не сможет его активировать толком, чтобы не привлечь внимание… этих. Сам знаешь, что будет в таком случае, и так нас выжило всего ничего.

— Ох, не думаю, что у нас получится… — вздохнул первый. — Мальца-то мы заломаем, раз даже наставников его взяли. А вот дальше — очень сомневаюсь.

— То дело старших! — отрезал второй. — Наше дело приказ выполнить.

Они разошлись, а Игорь закусил губу — до него дошло, что эта ловушка расставлена конкретно на него. Что-то этим серым, чтоб им провалиться, от него нужно, именно от него. Старики — всего лишь приманка. Но это не отменяло того, что волхвов надо спасать.

«Да не надо нас спасать, дурья твоя голова, — связался с учеником, наконец, Никанор. — Знать на нас тебя ловили? Вот же! И как серые поняли, что ты у нас? Плохо дело, парень».

«Да кто они такие и чего им от меня нужно?» — чуть не взвыл Игорь.

«То долгий разговор, — вмешался Максим. — Вот сядем где с ягодным отваром, все поведаем. Вырос ты уже, осьмнадцать стукнуло, уже соображаешь чего-то, не совсем дурак. За то, что освободил, спасибо. Они нас заговоренными веревками повязали, мы ничо сделать не могли. Не думал я, что такие веревки цокор перегрызть может. Надо же».

«Жди нас на капище, — велел Никанор. — Там и поговорим».

«Но они же вас заломали! — возмутился парень. — А вдруг снова?..»

«А мы ужо ученые, — невесело хохотнул Максим. — Щас соберем вокруг хутора тигров, медведей и волков, да напустим их на энту сволочь. Им враз не до нас станет».

Игорь улыбнулся. Действительно, как он сам о таком не подумал. Звери точно устроят сволочам веселую жизнь. А деды, пока суть да дело, ускользнут лесными тропами, на них никому, кроме посвященных волхвов, ходу нет. Потом пусть ищут. Второй раз уж точно не поймают. Хитрые старые жуки не позволят, теперь они знают, что за их воспитанником охотятся и больше не подставятся, а подобраться к лесовику, когда он того не хочет, еще никому не удавалось.

Отслеживая ситуацию глазами скопы, парень приготовился ждать, благо терпением его Бог не обделил. Сегодня он, наконец-то, узнает хоть что-то о себе, а то эти постоянные загадки достали по самое не могу.

Глава 2.1

Станция «Гумбольт» процветала не первый год и даже не первое столетие, являясь неофициальной торговой столицей Единения, невзирая на то, что располагалась во фронтире. А если точнее, она являлась гигантским черным рынком. Здесь можно было приобрести все, от юных, хорошо выдрессированных рабынь до новейших систем корабельного вооружения. О любых наркотиках и прочих запрещенных вещах даже говорить не стоило, как и о самых изощренных удовольствиях, даже самых жутких. Любое за хорошие деньги было доступно, даже если клиент желал медленно резать детей на куски. Но допускались сюда только те, кто принимал общие правила станции и не пытался навязывать свои. Любые споры решались только на арене, нападения на чужие корабли в системе также были запрещены. И если кто-то нарушал запреты владельцев, то среди пиратов таковой становился изгоем, очень быстро оказываясь на каторге. Или на том свете.

Работники следственных органов Единения поколениями мечтали добраться до владельцев станции, но негласный запрет трогать их не давал ничего сделать. А уж о том, чтобы прикрыть этот всегалактический притон и мечтать не стоило. Хотя очень многие богатые люди объявили огромную награду за уничтожение «Гумбольта», но выяснить его координаты не представлялось возможным — доступ в систему, где располагалась пиратская станция, был только через червоточину, открывающуюся с неизвестной никому, кроме владельцев, периодичностью. Да и не провести через червоточину большой флот, а малым с оборонительными призмами, которыми была усеяна система, не справиться. Да и на входе в червоточину имелось шесть полноценных призм, пробиться сквозь который смог бы только чей-то регулярный флот. Но ни одно государство не было заинтересовано в уничтожении «Гумбольта», наоборот, он был очень полезен правительствам. Ну а недовольство простых граждан, даже самых богатых, никого не волновало. Пусть молчат, если жить хотят.

Однако владельцы станции не зарывались и «просьбы» государственных структур выполняли быстро и четко, прекрасно понимая, во что им может обойтись недовольство власть имущих. Лучше не рисковать. Не так давно два обнаглевших пиратских капитана осмелились напасть на роскошный круизный лайнер, а затем поиздевались над изнеженными богатыми пассажирами, вот только не учли, что среди последних путешествовали «особые» детишки, причем девушки, очень красивые девушки. Два идиота отдали их на потеху своим людям, да еще и выложили запись грязных развлечений в сеть. Высокопоставленные отцы жертв взъярились, и владельцы «Гумбольта» получили ультиматум. Поэтому когда пираты, решившие, что ухватили удачу за хвост, явились в систему станции, их всех аккуратно, чтобы не навредить пассажирам, усыпили большими станерами, после чего передали людям, доставившим ультиматум. Те устроили казнь всех, участвовавших в изнасиловании, растянув ее на декаду. Все это транслировалось в прямом эфире. Судьба откусивших кусок не чину капитанов оказалась еще печальнее, они умирали полгода, и прошли за это время все муки ада. Записи этого распространили среди пиратов с наказом никогда не трогать роскошные пассажирские лайнеры. Случившееся настолько впечатлило джентльменов удачи, что одно предложение задрать хвост на богатых и влиятельных они встречали ножами и бластерами, считая, что предложивший хочет их погубить.

Кейхар Тоер, глава службы безопасности «Гумбольта», в нетерпении расхаживал в приемной Оргона Кайхи, главы совета директоров, и ругался сквозь зубы. Появились вопросы, которые сам он решить не мог, недостаточно полномочий, а с остальными директорами общего языка он не нашел. Слишком скандальные и слишком сильно задравшие носы господа. Видимо, придется по этим носам хорошенько щелкнуть.

Войдя, наконец, в кабинет, он поздоровался и без предварительных славословий мудрости хозяина заявил:

— Шеф, у нас проблемы.

— Проблемы? — удивился Оргон. — С чего ты взял? Садись, кстати.

— Есть несколько случаев, которые меня сильно насторожили, — ответил Кейхар, садясь. — Думаю, вы в курсе исчезновения работорговых кораблей, причем в давно разведанных системах.

— В курсе, — пожал плечами генеральный. — Причина, скорее всего, тривиальна. Опять какая-то сволочь обнаглела и решила откусить чужой кусок пирога. Надо отследить, где в продаже появятся украденные рабы, и пройти по цепочке. Выяснить, отловить и показательно казнить.

— Не все так просто, — покачал головой глава СБ. — Обнаружились свидетели одного нападения. Они даже засняли кое-что.

Он вставил инфокристалл в считыватель, и на голоэкране появилось изображение пиратского крейсера, переделанного из большого транспорта, такие обычно использовались для нелегальной торговли и были весьма неплохо вооружены. Он вынырнул из гипера около пятой планеты ненаселенной системы, Оргон сразу узнал Пятую Станха, уж очень там специфические кольца у газового гиганта, не спутаешь. Снимавший при этом поспешил спрятаться за астероид.

— Кто снимал? — ткнул пальцем в экран генеральный.

— Мелкая пиратская лайба, — пробурчал Кейхар. — Мусорщики из остатков спроворили, да пацанам вчерашним за мизерные деньги продали. Те охотились на малые корабли. При виде крейсера с его пушками струсили и спрятались, потому и выжили, иначе и их бы похоронили. Смотрите дальше, это интересно! Кстати, этот крейсер — «Саяган» капитана Дорина, вы его знаете.

Оргон вскинул брови и мысленным приказом через имплант снова запустил проигрывание. Бывший транспорт без промедления начал разгон, чтобы поскорее миновать транзитную систему, видимо капитан чего-то боялся. Но чего? Пятая Станха слишком близко к «Гумбольту», в ней запрещено нападать на кого-либо! Это кто же настолько наглый, чтобы игнорировать запреты? Придется показательно наказать, чтобы другим неповадно было.

Однако случившееся следом оказалось для Оргона полнейшей неожиданностью, ничего подобного он и представить себе не мог. В нескольких миллионах километров от курса крейсера пространство внезапно вспучилось выходным пузырем, но каким-то странным, словно раскрашенным детьми в несколько ярких цветов, генеральный директор не знал кораблей, выходящих в реальность таким образом. А уж когда увидел, как из пузыря вывалился огромный ржавый металлический шар, весь в буграх и рытвинах, словно его долго колотили огромной дубиной, и двинулся наперерез работорговову кораблю, то и вовсе протер глаза, не поверив им.

— Диаметр чужака — три километра, — понял вопросительный взгляд директора глава СБ. — На первый взгляд — старый рашианский линейный корабль, из было построено всего три, все погибли во время Третьей Калусианской войны, триста двадцать с небольшим лет назад. Убожество, невзирая на размеры. Кому понадобилось восстанавливать это древнее корыто я не знаю, но эксперты утверждают, что это совсем другой корабль, только оболочку имеющий от линейника класса «Архост». Скорость разгона невероятная, а уж гипердвигатели и вовсе нечто потрясающее. Он за сутки преодолел расстояние между системами Кайнод и Даурон-VI. Самому быстрому кораблю Единения, даже из центральных миров, даже последнего, восемнадцатого поколения, понадобится на это декада. А уж оружие… Впрочем, смотрите сами…

Старый линейник быстро настиг улепетывающий пиратский крейсер и каким-то непонятным образом превратил астероид слегка в стороне от курса того в мелкие обломки, ни одно известное оружие не действовало таким образом. Видимо, он передал на крейсер ультиматум, поскольку тот замедлил ход до полной остановки и открыл люки, ожидая досмотровую партию. Вот только ее не было. Ни один челнок не вылетел из аппарелей линейника, однако сканеры кораблика, снимавшего все это, сообщили, что крейсер очень быстро обезлюдел, словно кто-то внутри уничтожил экипаж и рабов. Через полчаса стало ясно, что крейсер полностью пуст. После этого один из выступов на борту линейника засветился призрачным светом, и «Саяган» смялся в неопрятный ком металла. Еще через несколько минут под ним открылся стреляющий мелкими огоньками провал пространстве, куда останки крейсера благополучно и ухнули. Ржавый линейник разогнался за каких-то десять минут и скрылся в гипере, опять уйдя в него с заметными спецэффектами.

— Это что же у него за монструозные двигатели стоят? — ошалело спросил Оргон. — За десять минут разогнать такую массу⁈ А оружие⁈ Как и куда исчезли люди с крейсера? И что это за адский провал, куда чужак столкнул несчастный «Саяган»⁈

— Ни на один из этих вопросов, как и на множество других, ответа нет, — хмуро ответил Кейхар. — Но теперь мы хотя бы знаем, куда деваются наши корабли, а их исчезло уже больше трех десятков. Причем линейник кружит вокруг станции, словно знает, где она расположена.

— Если это так, то у нас действительно большие проблемы… — помрачнел генеральный директор.

Они оба даже не подозревали насколько большие, хотя вскоре узнают. До этого благословенного времени осталось совсем немного.

* * *

Главная рубка бывшего линейного корабля Рашианского Директората была похожа на что угодно, но только не на привычную жителю Единения рубку космического корабля. Особенно напряг бы случайного свидетеля слизистый черный шар посреди нее. От этого шара тянулись два пульсирующих щупа, приросших к глазам сидящих в мягких, удобных креслах пилотов — человеческой девушки и керси.

Восстановление и перестройка корабля были завершена два месяца назад. Он, по местным меркам, получился монструозным, хотя по меркам обитаемой галактики и, тем более, ордена Аарн был очень так себе. Хотя даже там его гипердвигатели, позволяющие погружаться на восемнадцатый уровень гиперпространства, многих бы удивили. Гравитационники и мезонники тоже были вполне на уровне, как и маневренность. Поверхность оставили ржавой и изрытой оспинами намеренно, пусть принимают линейник за найденное на свалке древнее корыто, кое-как восстановленное мусорщиками. Оружие — отдельная песня. Гравидеструкторы, гиперторпеды, мезонные и гиперорудия, деструкторы и даже фазеры, позволяющие если не взорвать звезду, то доставить ей немало неприятностей. Также местных жителей, если бы они вдруг оказались на борту линейника, поразили бы циклопические станеры, позволяющие усыпить население большой станции, а то и средней луны.

Помимо всего прочего на борту имелись фазовые генераторы разной мощности, позволяющие открывать проходы не только в разные вселенные, но и в бета-пространство, откуда можно было черпать энергию в любых количествах. Сейчас, в процессе испытаний, под стометровой броней линейника монтировались модификаторы времени, позволяющие менять ход времени в разных частях атакуемого объекта — фарсенцы поделились наследием предков. Вместо экипажа корабль, названный без всяких изысков «Искателем», имел десятки тысяч разного вида дроидов и киберов, в том числе и боевых.

Поначалу аарн хотели сразу покинуть эту вселенную, но, едва отойдя от корабельного кладбища на пару систем, напоролись на работорговый корабль, на котором творилось такое, что и святоучителям Аствэ Ин Раг не приходило в голову. Столь изощренных издевательств над людьми в обитаемой галактике не практиковали, там даже работорговцы были жестокими прагматично, исключая отдельных маньяков. Несколько позже аарн выяснили, что происходило на этом жутком корабле — дрессировка недавно захваченных рабов, во время которой их ломали, лишая всякого человеческого достоинства и приучая выполнять любой, даже самый дикий и отвратительный приказ хозяина. Увиденное настолько потрясло их, что было единогласно принято решение разобраться с пиратской станцией и работорговцами. Благо возможности для этого имелись. Убивать аарн никого не собирались, а вот сослать виновных на безлюдную планету далеко во фронтире — вполне. Местные найдут ее разве что через два-три столетия, если не позже. Слишком далеко для их кораблей, погружающихся разве что на шестой уровень гипера.

Тактика, предложенная обретшим личность большим биокомпом, недавно доросшим до полного размера и получившим имя Даор, сперва вызвала шок у Сайди, как у военного профессионала, однако по здравому размышлению он понял, что это лучший выход. Хотя такой возможен только при столкновении с кораблями отстающей в развитии цивилизации, наподобие Единения. В обитаемой галактике что-либо подобное могло и не сработать. Однако на всякий случай описание было передано через эгрегор ордена в Тарканак, на что Дарли Фарлизи ответила восторженным отзывом. И сообщила, что займется доработкой данной тактики для других условий. Также передала Даору предложение войти в Военный совет после возвращения.

— Тетя Альмия! — ворвалась в рубку Лейта, за последний год сильно вытянувшаяся. — А можно мне на сканерах посидеть?

— Сиди, — улыбнулась аарн. — Только не забудь переключить свой биокомп в другой режим, а то он у тебя сейчас в режиме местного импланта работает.

— Ой, точно! — спохватилась девочка.

За прошедшие с момента их появления на «Искателе» четыре года дети полностью влились в коллектив и возвращаться в Единение не собирались, их там никто не ждал. А четыре года прошли потому, что, как выяснилось, в данной вселенной время текло почти в три раза быстрее, чем во вселенной ордена. Это не сразу стало ясно, поскольку в моменты, когда включалась связь через эгрегор, время в обеих синхронизировалось. Поэтому решили не спешить и достроить корабль полностью, сделав его практически неуязвимым для местных. Неудивительно, они никогда не сталкивались с защитными полями нулевого класса, да они даже третьего класса оных почти не знали, к тому же их генераторы жрали столько энергии, что могли быть установлены только на больших стационарных объектах. Для аарн, имеющих доступ в бета-пространство, большой расход энергии не являлся существенным препятствием. Да и генераторы они вырастили по орденским технологиям, местные были откровенно убогими. Возникало ощущение, что они просто недоработаны. Кое-как сляпаны, и главное в этом именно «кое-как». Лишь бы работало, а тратить деньги на доработку никто не собирался. Типичное поведение для цивилизации экономической выгоды, когда прибыль стремятся получить как можно быстрее, не обращая внимания ни на что другое.

К счастью, за все годы восстановления линейника в системе кладбища появилось всего десятка полтора кораблей, да и те транзитом — старым металлоломом никто не интересовался. Аарн даже восстановили пару транспортников, на которых летали на несколько не слишком далеких сельскохозяйственных планет за продовольствием. Биомассы не хватало, слишком много всего требовалось выращивать, поэтому пришлось идти на риск. Впрочем, он был не слишком-то велик — гипердвигатели транспортников позволяли погружаться на девятый уровень гипера, что для местных было недостижимо. Их глушилки не дотягивались дотуда, а потому и вытащить транспортник в реальное пространство не могли. Деньги на продовольствие имелись, на кораблях кладбища обнаружили тысячи обезличенных чипов, общая сумма на них превысила пятьдесят миллионов кредитов. А финансовая система Единение не менялась больше тысячи лет, инфляцию искусственно сдерживали центральные миры, которым требовалась стабильность. Поэтому за прошедшие с момента битвы триста с чем-то лет покупательная способность кредита уменьшилась всего на четверть.

Непоседливые дети скрашивали атмосферу на борту «Искателя», все-таки четверо разумных — это слишком мало. Следовало бы набрать экипаж, но доверять местным Альмия опасалась, слишком не совпадают их ценности с ценностями аарн. Но позже подумала, что освобожденные рабы могут оказаться и другими, благо вылечить их проблемой на будет — помимо биокомпов Тин-Халет и Дарет смогли вырастить ти-анх, который был на два-три порядка лучше любых местных медкапсул. Без Целителей, конечно, его функционал оказался несколько ограничен, но все равно позволял намного больше, чем чисто технологическая медицина Единения.

— Обнаружен корабль! — доложила Лейта. — Теть Альмия, это точно работорговец! Переделанный грузовоз.

— Когда выйдет из гипера?

— Через десять минут.

— Готовься к полному сканированию, нам нужно знать точно, — велела Альмия. — Сайди, дроиды готовы?

— Как всегда, — отозвался тот. — Тин-Халет сообщает, что тоже готов к открытию гиперпорталов.

Прошло еще несколько минут, и в реальное пространство вывалился грузовоз, немного переделанный, причем довольно нелепо — дула гауссовок и ракетные шахты были наляпаны на параллелепипед корпуса как бог на душу положит. Но, видимо, довольно удачно, поскольку следы множества боев говорили о том, что нелепый корабль вышел из них если не победителем, то хотя бы не побежденным.

Однако никто воевать с работорговцами не собирался, это могло вызвать их гибель, а аарн не могли убивать лично. Этого можно было избежать при помощи дроидов, действующих самостоятельно, по разработанной Даором сложной поведенческой программе. Биокомп подобных ограничений не имел, но моральные и этические нормы ордена принимал и признавал своими.

«Искатель» вынырнул из гиперпространства, включил глушилку и буквально за пять минут настиг работорговца, который, поняв, что его преследует какой-то монстр, попытался сбежать. Да куда там! Включились станеры, и экипаж вместе с рабами уснул, а затем Тин-Халет с Даором быстро взломали искин корыта, гордо называвшегося «Победитель». Все оказалось, как и предполагали. Трюмы были забиты криокапсулами. Помимо того рабы имелись в нескольких запертых отсеках.

Биокомп приступил к считыванию памяти людей на захваченном корабле, чтобы отделить зерна от плевел. Пираты проснутся уже на безлюдной планете, а рабов высадят на какой-нибудь крупной пространственной станции. Легальной, естественно. Однако на сей раз было решено провести эксперимент и попытаться найти среди рабов не пашу. А ежели таковые найдутся, предложить им войти в экипаж «Искателя». Естественно, такое предложение предполагалось делать только тем, кому нечего было терять.

Пока что аарн облетали станцию «Гумбольт» со всех сторон. Ее координаты при тщательном сканировании были обнаружены в памяти Лейты и Вика. После этого и анализа поведения их родителей стало ясно, что те на самом деле работали на какую-то спецслужбу. Возможно, даже на службу безопасности Федерации. И сдали их, похоже, свои. Дети это тоже поняли, после чего решили лететь с аарн, в Единении они были никому не нужны.

Однако перед тем, как разбираться со станцией, следовало разведать все, что только можно. На ней все же жило больше трех миллионов человек, следовало создать переносные большие врата, чтобы переправить на далекую планету столько народу. А переправка освобожденных рабов на территорию Единения обещала стать еще более «веселой» задачей. Аарн, конечно, понимали, что это сизифов труд, что через несколько лет место владельцев «Гумбольта» займут другие алчные сволочи. Но также понимали простую истину, что обязаны хоть что-то сделать, чтобы уменьшить количество зла в мироздании. Хоть сколько-то несчастных спасти от судьбы рабов, это бросит небольшой камешек на чашу вселенских весов. Да и на таком уровне восстановить работорговлю смогут нескоро — второй «Гумбольт» построить будет очень и очень непросто. И невероятно дорого. Так что далеко не сразу образуется еще один подобный «торговый» центр. Множество людей будет избавлено от страшной рабской участи.

— Что со сканированием памяти? — поинтересовалась Альмия. — Есть кто-то интересный?

— Ты знаешь, есть, — отозвался Сайди. — Правда, всего двое. Один из рабов, а второй, как это ни удивительно, из работорговцев. Не раз подвергался наказанию, бойкоту от остальных, но не позволял замучивать насмерть и облегчал участь самых несчастных. Мог давно уйти, но представлял, что будут творить с рабами, если некому станет остановить ублюдков, сцеплял зубы и оставался. Но больше не может, на грани самоубийства парень. Я рискнул сам просканировать его после Даора. Наш, полностью наш! Как у него сил и мужества хватило на такое⁈ Человек отдал всего себя ради спасения самых несчастных!

— Надо же, и такое бывает… — ошарашено покрутила головой девушка. — Хотя если вспомнить надсмотрщика, ставшего Мастером Жизни… А второй кто и чем обратил на себя ваше внимание?

— Бывший офицер флота Федерации, майор, — ответил лор-лейтенант. — Был подставлен собственным начальством за неподкупность и нежелание становиться вором. Правдолюб, готовый пойти за то, во что верит, на смерть. Причем очень добрый человек, всегда помогал кому мог, порой последним делился. Даже попав в рабство делил свою пайку с самыми изможденными. Тогда как подавляющее большинство, оказавшись в беде, тут же превратилось в зверье, рвущее друг друга. Так что всего двое из двух тысяч бодрствующих рабов. Возможно после разморозки еще кто-то появится. Но я сомневаюсь, что следует возиться с разморозкой, нам следует разобраться со станцией и поскорее покинуть эту вселенную. Думаю, слухи о нашем корабле уже пошли. Когда до правительств государств Единения дойдет, что мы обладаем недоступными им технологиями, на охоту за нами поднимут все их флоты. И мы с ними не справимся, заявляю тебе это с полной ответственностью, как военный с боевым опытом.

— К сожалению, ты прав, — тяжело вздохнула Альмия. — Придется переправлять рабов прямо в криокапсулах, пусть сами их будят.

— Я вообще не знаю, справимся ли мы с поставленной задачей, все-таки на «Гумбольте» только свободных обитателей больше трех миллионов. А сколько рабов точно неизвестно.

— Это будет нелегко, но справимся! — отрезала девушка. — Нет у нас другого выхода. Нельзя оставлять ситуацию в таком виде.

— Я и сам понимаю, что нельзя, — скривился лор-лейтенант. — Я просто опасаюсь, что мы из-за всего этого не успеем сбежать, и нас прихватят. Живыми сдаваться местным мы права не имеем, слишком бесчеловечная, слишком подлая здесь цивилизация. Усиливать ее недопустимо. Так что придется в таком случае задействовать систему самоуничтожения.

— Придется, — согласно кивнула девушка. — Но ты опять забыл, что я вероятностный ментат. Нам все удается только благодаря моим плетениям, а недавно Кержак подсказал еще несколько, надо только опробовать, во время атаки на станцию они очень пригодятся.

— Да, действительно забыл, — хлопнул себя ладонью по лбу Сайди. — Ладно, за дело, пока в эту систему еще кто-то не сунулся. Нам свидетели не нужны.

В одном из трюмов работоргового корабля завертелась огромная воронка прямого гиперперехода, ведущего на выбранную для ссылки планету. А планета была практически курортной, круглый год тепло, фруктов и ягод столько, что хватит прокормить десятки миллионов человек, хищники только мелкие, опасных микроорганизмов нет, как и змей. Насекомые, способные закусать до смерти, тоже отсутствовали. Рай, да и только! Но ссылаемое туда отребье очень быстро превратит его в ад. Они иначе не умеют.

Сперва в бездонные трюмы’Искателя', а они были созданы с расширением пространства по технологиям Российской империи, переместили криокапсулы, а затем и введенных в стазис освобожденных рабов — никто особо возиться с откровенными пашу не собирался. Освободили, затем доставят на станцию Федерации или другого государства Единения. Пусть дальше с ними их правительства разбираются. А вот с отобранными двумя следовало поговорить и предложить им войти в экипаж. Не захотят? Разделят судьбу остальных.

Когда корабль опустел, его уничтожили деструктором, а образовавшееся облако пыли столкнули в открытый провал, ведущий в иное пространство. Затем «Искатель» быстро разогнался и скрылся гиперпространстве, и через несколько минут уже ничего не напоминало о том, что в этой забытой всеми богами системе что-то произошло.

Глава 2.2

Ринканг лихорадило, кто-то взялся за пиратские кланы так, что от них только пух и перья полетели. И это явно не был ринкангский флот — не было у него ни таких кораблей, ни такого уровня пилотов. Несколько лам-истребителей неизвестной модификации буквально разносили в пух и прах пиратские эскадры, они словно не слышали мольбы о пощаде. Иногда передавали в ответ: «Вы никого не щадили, твари!». Кланы Дорат и Акадо зверем выли, подсчитывая потери, и пытались понять, кому они перешли дорогу и нельзя ли как-то договориться. Всем было ясно, что задействованы кэ-эль-энахские охотники. Но почему? Какова выгода великого князя? Джентльмены удачи даже осмелились отправить прошение о мире в великокняжескую канцелярию, но им, понятное дело, никто не ответил. И тогда все вспомнили, что великий князь — аарн, а отношение ордена к пиратам всегда было однозначным. Полное уничтожение без малейшей жалости.

Затем по обитаемой галактики разошлись страшные для клановых старшин слухи о том, что деятельностью Дорат и Акадо недоволен Дарв ис Тормен, который поручил заняться ими его личной ученице, некой Тиналине Барселат. Преступный мир обитаемой галактики содрогнулся в очередной раз — ежели ученица будет похожа волчьей хваткой на учителя, то никому мало не покажется, всех подомнет, а неугодных просто сожрет и не подавится. Старшины начали искать пути откупиться от гнева ис Тормена и Барселат, прекрасно понимая, что в ином случае им придет конец. Но выйти на графа никак не получалось, а когда получилось через десятые руки, ответ был крайне неутешительный — его светлость отдавал пиратские кланы на откуп ученице, заявив, что как она решит, так и будет. Но девица на послания не отвечала, презрительно их игнорируя и продолжая уничтожать эскадры кланов одну за другой, причем совершенно безжалостно. До старшин начало доходить, что единственный способ выживания — это вывести все возможные средства в Телли Стелл и бежать, бросив остальное имущество.

Дарв втайне тихо хихикал, наблюдая как забегали все связанные с кланами господа, как пытались связаться с Линой, которой все они были абсолютно не интересны — ну развлекалась девочка охотой на пиратов, развлекалась. Но она снова впала в иллюзии, снова начала протестовать против изучения чего-либо, кроме полетов. Придется, ох, придется устроить ей хорошую встряску, иначе так и не начнет думать головой вместо задницы, которой думает сейчас. Граф хмыкнул и принялся за разработку плана. Была у него на заметке одна довольно противная планетенка, там Лине придется туго, пока думать не начнет.

Однако закончить план он не успел, поступил срочный вызов от Кержака, тот, на мгновение появившись на экране, раздраженно пробурчал, что нужно срочно прибыть, случилось что-то неожиданное и странное, но что именно по связи рассказывать отказался. Затем сам пришел за Дарвом и отвел его боевую станцию «Летящая Вдаль», где их ожидали Никита, Рави, Дарли, Тина, Ирна, Касра и Семен. Когда все расселись вокруг круглого стола, старых орк велел:

— Рассказывай, девочка!

— В общем, во внегалактическом звездном скоплении я обнаружила человека, невероятно похожего на Командора, — после недолгого молчания заговорила Ирна, — это может быть его новое воплощение, но я сильно сомневаюсь — слишком жесток и подл. Однако он однозначно связан с Мастером. Не знаю только как именно. Но меня трясет при одном взгляде на него. Сами смотрите.

Над столом возникла голограмма одетого в черный, застегнутый под самое горло сюртук человек с худым, словно топор, лицом и горящими фанатизмом глазами. Аарн тихо охнули и переглянулись — перед ними находилась копия Илара ран Дара, вот только у последнего никогда не было такого хищного выражения лица и такого полубезумного взгляда.

— У меня все трепещет при взгляде на него, — хмуро произнесла Тина Варинх. — Ты права, что-то от Мастера в этом человеке есть. Но что?..

— Проблема в том, что он — тварь, чудовище, — тяжело вздохнула Ирна. — Кхарам Руайд превратил целую планету в свою вотчину и начал убивать всех несогласных, создал концлагеря и натворил столько бед, что цивилизации скопления их еще не одно поколение из них выпутываться.

— Где он сейчас? — хмуро спросил Кержак.

— Здесь, я его похитила, — честно ответила девушка. — Не будь я вероятностным ментатом, это не получилось бы, система охраны на Каясе выстроена великолепная. А так я святомастера просто изъяла. Попыталась просканировать память, но едва не впала в психошок. Поэтому и решила привезти его сюда.

— Это ты правильно сделала! — оживился старый орк. — Тилиарх, ты можешь найти еще нескольких коллег, способных считывать память подонков?

— Смогу, — лаконично ответил из ниоткуда дварх. — Просканируем и отпрепарируем память от и до. Ты прав, нам надо четко знать, кто это такой и как связан с Командором. А он связан, мы тоже это чувствуем.

— Только меры безопасности надо принять крайне жесткие, — заговорила Касра. — Если этот человек как-то связан с Мастером, то мог и унаследовать его силы, которыми просто не умеет управлять. А вдруг научится? Лучше предусмотреть все возможное, чем потом рвать на себе волосы.

— Ты полностью права, — наклонил голову Кержак. — Навешу на него блокиратор дара, недавно с учениками таковой соорудили. А затем надо будет просканировать. Тилиарх, ты нашел помощников?

— Да, — подтвердил тот. — Думаю, против сорока двух двархов сразу он ничего не сможет сделать. У меня возникло одно подозрение, но, пока не выясню подтвердится оно или нет, высказывать не буду.

Стена напротив превратилась в голоэкран, на котором появился тот же человек, что и на голограмме, но вживую. Он явно не находил себе места, что-то кричал, колотил кулаками в стены. Похоже никак не мог смириться с тем, что в плену, это буквально сводило его с ума. В какое-то мгновение из стен вылезли дроиды с множеством щупалец и обездвижили пленника, после чего еще один, повинуясь мысленной команде старого орка, надел на него странного вида ошейник, который тут же погрузился в тело, словно растворился в нем. Дроиды отпустили Кхарама Руайда, от сделал пару шагов назад и сел на койку.

Через пару минут пленник захрипел, словно ему стало не хватать воздуха, принялся царапать ногтями шею, но вскоре успокоился, вот только теперь он словно опал, казалось, из него вынули стержень, что-то основополагающее, дававшее ему силы. Кержак при виде этого задумчиво похмыкал, затем укоризненно покачал головой и пробурчал:

— Очень хорошо, Касра, что ты напомнила мне перекрыть этому человеку дар, он однозначно одаренный, но использовал свой дар нестандартным образом. После активации ошейника у него вдесятеро упала харизма, одухотворенность и прочие качества вождя. Вполне возможно, что без блокиратора его память прочесть не получилось бы. А теперь, Тилиарх, приступайте. Меня очень беспокоит появление такого вот… существа…

Дварх ничего не ответил, но пленник на голоэкране рухнул на койку и потерял сознание. Некоторое время ничего не происходило, а затем собравшихся затопил поток эмообразов — Тилаарх ругался, так ругался, как мало кто себе позволял. А особенно пылко он поминал слишком «умного» Командора, полезшего в дебри, в которых только заблудиться можно.

— Ну кто просил этого высокомудрого идиота разделять душу⁈ — разорялся дварх. — Ну как он до такого додумался⁈ Придурок!!! Дебил конченый!!!

— Ты можешь толком объяснить, в чем дело? — не выдержал Кержак.

— Сейчас, немного успокоюсь, — эмообразы Тилиарха полыхали красным цветом гнева и даже ярости. — Наш драгоценный Мастер такое сотворил, что у меня слов нет для описания! Он даже не идиот, а конченый олигофрен!

Прошло больше четверти часа, прежде чем дварх пришел в относительно адекватное состояние. Он еще немного помолчал, затем хмуро начал рассказ:

— Мастер, повторяю, сглупил и полез туда, куда лезть ему было рановато, сначала надо было выйти на уровень демиурга, как минимум, или хотя бы творца миров. После уничтожения физического тела он с какой-то стати решил разделить по-живому свою душу, на две части. Одну оставил где-то дожидаться, оставив свой дар ментата там, да и другие свои части, которые ему не слишком нравились. Куда отправилась на воплощение основная часть, стержень души выяснить не удалось, но он с какой-то стати посчитал, что остальные фрагменты будут спокойно дожидаться его. Но не учел, что трещина может пойти дальше, и душа снова принялась делиться, разделившись в итоге на три части, которые разошлись по вселенной, к счастью, нашей, и воплотились. Конкретно в этом человеке воплотилось та часть, которая в свое время сподвигла Мастера сотворить глупость с Моованом. Да и вообще мы с вами в лице Кхарама Руайда имеем практически полного Темного Мастера из прежних времен, разве что без знаний о вероятностной магии. Но он оной пользовался, так что блокировка была абсолютно верным ходом.

— Темного Мастера⁈ — изменились в лице аарн, только этого жестокого тирана, державшего в страхе галактику несколько тысяч лет, им и не хватало для полного счастья.

— Именно! — подтвердил Тилиарх. — Того самого беспринципного, жаждущего абсолютной власти властителя, который ради достижения своих целей ни перед чем не остановится. Единственным выходом вижу одиночное заключение и невозможность ни с кем из разумных общаться, иначе он этого разумного сломает и подчинит себе со временем. В том числе и меня, и тебя, Кержак. Но нам нужно сохранить его живым, пока не найдены остальные части Командора. А главное — стержень личности. Объединение будет очень нелегким, да что там, адски тяжелым. Илар совершил глупость вселенского масштаба, и теперь мы не вправе допустить, чтобы его «дубли», не знаю как их еще назвать, творили демон знает что в галактике. Нам надо срочно разыскать еще двух таких, как Руайд, и изолировать их. Иначе они все, до чего дотянутся, разрушат и уничтожат. Поймите, перед нами сейчас не добрый и мудрый Командор, а хитрая, хищная тварь, которая может даже оным Командором притвориться, но только ради достижения власти. А теперь представьте, что такой вот встал во главе ордена. Не страшно?.. Мне страшно.

— Мне тоже, — уронил Кержак. — Ах, Мастер-Мастер, что же ты натворил, дурака кусок⁈ Знал же, чем чреваты игры с душой… Он же теперь вообще в адскую тварь превратиться может…

— Может, вполне может, — подтвердил дварх. — Но давайте решим для начала, что делать с… этим фрагментом. Выпускать его и позволять общаться хоть с кем-либо нельзя. Но боюсь, что он со временем отовсюду выберется. Я только сейчас отследил, что он уже почти подчинил себе биокомп тюремного блока, в котором находится. Причем неосознанно! Очень хорошо, что Ирна везла его сюда усыпленным, иначе не долетела бы. Просто повезло, что снотворное оказалось настолько сильным, что его организм не справился, все же у Руайда тело обычного человека, а не измененное тело Илара. Блокиратор, конечно, дело хорошее, но у меня нет уверенности, что он его действие не преодолеет.

— Стазис, — предложил Никита.

— И не простой, а глубокий, — добавил Семен. — Тот, что разработали незадолго до войны Падения. Помните?

— Я помню, — кивнула Тина. — Пожалуй, это выход. Значит, поговорить с этим человеком не получится?

— Очень не советую, — пробурчал Тилиарх. — Это не человек, это хищная, безжалостная тварь. Поразительно, что из нее вырос со временем Командор!

— Но ему понадобилось для этого много тысяч лет, — возразила Ирна. — У нас нет этих тысяч лет. Так что я за стазис. Мне тоже хотелось бы поговорить, понять, как можно быть такой сволочью, но я боюсь. Посылаю вам адаптированный сжатый образ того, что он сотворил в родной системе.

— А если коротко, что именно он сделал? — спросил Рави.

— Создал фанатичную религию, отказывающую в праве на жизнь всем, кто ее не исповедует. Вырастил армию фанатиков и начал войну на уничтожение. На нем кровь миллиардов жертв! И все это под благие и красивые лозунги о добре и справедливости. К счастью, он смог сделать это только на одной населенной планете системы, вторая, осознав, что происходит, уничтожила фанатиков на своей территории и теперь ведет с ними войну не на жизнь, а на смерть. Считаю, что мы обязаны помочь, я привезла послание от правительства Элантии. Почему? В том, что там происходит есть и доля нашей вины, да и просто мы можем помочь, а значит — должны.

— Поможем, — заверила Дарли. — Сегодня же отправлю к ним флот, он Каяс с грязью смешает.

— Главное, фанатиков отодвинуть от власти, — посоветовала Ирна. — Они абсолютно уверены в своем праве убивать и мучить всех, кто не с ними. Всех, кто хоть немного от них отличается. Отправьте с флотом социоматиков и оперативных статистиков, пусть разработают нормальные общественные модели для этой несчастной планеты.

— Хорошо, — кивнула флаг-адмирал.

— И все же нас стоит поговорить с этим человеком, пусть даже не показываясь ему на глаз, по связи, — задумчиво произнес Рави. — Что-то тут не то, что-то не дает мне покоя.

— В общем, пока он не преодолел блокиратор, можно и поговорить, — пожал плечами Кержак. — Затем пустить газ в камеру, усыпить и поместить в глубокий стазис. Слишком опасен.

— Но что с ним дальше делать? — хмуро спросил великий князь.

— Искать остальные фрагменты души Командора, а прежде всего — стержневой, — не менее хмуро ответил старый орк, — а затем пусть сам решает, как собираться воедино. И возможно ли это в принципе. Надо же было утворить такую глупость! Двадцать две тысячи лет магу! А мозгов ни на грош…

— Мы не знаем, чем он руководствовался, делая это, — вмешалась Тина. — Не спеши судить, Кержак, ты тоже не мальчик. И тоже порой всякое творил.

— Наверное, ты права, — скривился старый орк. — Но это в любом случае глупость, даже если были причины. Ладно, к делу. Передайте нам пакет родного языка этого огрызка.

— Сейчас, — отозвался Тилиарх. — Готово.

— Какой странный язык, — хмыкнул Никита. — Надо же, двадцать семь только падежей и восемнадцать времен. Если учить не нашим способом, то голову сломать можно. Кто будет говорить?

— Лучше всего я, — отозвался дварх. — Причем обезличенным, полностью безразличным тоном вынесшего приговор судьи. Предлагаю строить разговор именно таким образом. Как приговор высшего суда. Но и ничего не скрывать, я, похоже, ошибся — Частица Мастера в этом человеке должна знать, что происходит. Ведь когда-нибудь она вернется к нему.

Аарн переглянулись и согласно кивнули.

* * *

Кхарам ходил по довольно просторной камере и пытался понять, кто и как мог его похитить. Причем практически в момент триумфа — Каяс выигрывал войну, постепенно подавляя сопротивление Элантии, экономика демократической страны не справлялась, не тянула большую войну, отличие от экзархата, способного все ресурсы отдавать войне, невзирая на голод и лишения простонародья. И вдруг! У Святомастера на мгновение потемнело в глазах, и он очнулся в этом странном помещении, принадлежность которого никак не мог определить — ни на чем не было этикетки производителя, а кое-какие мелочи, например, кран в санблоке, выглядели очень странно, возникало даже ощущение, что их произвели не в системе Ранхайд. А это было уже невозможно. Или… возможно?..

Какой-то шорох заставил Кхарама вскинуться, он принялся оглядываться, но ничего нового в камере не заметил. Затем послышалось шипение и безличный, нечеловеческие голос произнес:

— Кхарам Онтио Руайд, убийца женщин и детей, будьте готовы выслушать приговор чрезвычайного трибунала.

— Убийца женщин и детей⁈ — разъяренно зашипел Святомастер. — Что вы несете⁈

— По вине ваших последователей и их руками было убито более ста десяти миллионов только детей, — голос оставался все таким же безразличным. — Значит, их кровь на ваших руках.

— На моих, конечно, — горько усмехнулся Кхарам, как-то резко успокаивась, опять проклятые моралисты, не понимающие, что ради общего блага можно и испачкать руки. А порой и нужно. — А то, что их родителям всего лишь надо было сдаться и не сопротивляться, не имеет значения? Тогда дети были бы живы, как и они сами. Но они решили пойти против нового мира, а потому сами виноваты в своей судьбе. И не смейте обвинять в этом меня!

— Любая, самая добрая и светлая идея нивелируется негодными средствами. Война порой необходима, мы признаем это, но вы начали принуждать людей сразу измениться, повторяя судьбу своего альтер-эго. Вот только он был намного добрее и лучше вас, вы — обычный подонок, которому плевать на чужую боль и чужое горе. Он же был великим Мастером, создавшим по-настоящему доброе общество. В отличие от вас, создавшего общество, где люди жрут друг друга, где так называемые «братья по вере» готовы таких же уничтожать сотнями тысяч, обвинив в ереси или еще в чем-то.

На возникшем на стене огромном голоэкране начали демонстрироваться кадры повседневной жизни в Каясе, и были очень неприятными для Кхарама. Площади, на которых жгли и заживо забивали еретиков, усеянные шипами стены, на которые насаживали в чем-то провинившихся людей. Трудовые лагеря, где содержались сказавшие хоть слово против нового порядка, сотни тысяч заморенных голодом, похожих на скелеты людей.

— И вот это вы называете равноправием, свободой, равенством, всеобщим благом? — столь же безразлично, как и раньше, поинтересовался голос.

— Это переходной период к новому обществу, — недовольно скривился Святомастер, сам понимающий, что создал далеко не то, о чем мечтал в молодости, но гонящий прочь эту мысль всеми силами.

— Видимо, вы не знаете, что человеческие боль и горе вызывают к жизни силу, именуемую инферно. И при возникновении воронки инферно разумная жизнь там, где она возникла, прекращает свое существование. Причем происходит это в адском кошмаре, люди превращаются в зверей, в чудовищ. И к этому вы их вели. Понимая или нет, что делаете, но именно к этому.

В этот момент до Кхарама дошло, что ни в одной стране Ранхайда нет такой технологии голографии, и ему стало жутковато. Получается, его похитила более развитая цивилизация. Но если ее представители правы, то что же получается? Желая хорошего, а он всегда верил, что стремится к лучшему миру, более доброму и чистому, он на самом деле превратил страну в ад? Если правы, то да, так и получается. Но почему представители высшей цивилизации вообще вмешались?.. Какое им дело до дикарей? Святомастер никак не мог этого понять и не заметил, что произнес последние вопросы вслух.

На голоэкране вдруг появилось его изображение, только одетого в странную черно-серебристую форму с жутковатым нечеловеческим глазом на левом плече, который лежал на когтистой лапе то ли демона, то ли дракона. Но в какой-то момент Кхарам вдруг понял, что это не он. Кто-то невероятно похожий, но точно не он, этот человек был намного старше, что стало понятно из выражения усталых глаз и многих других мелочей.

— Кто это? — глухо спросил Святомастер.

— Тот, четвертой частью чьей души является ваша душа, — ответил голос. — Командор и создатель ордена Аарн Илар ран Дар, великий маг, возраст двадцать две с половиной тысячи лет. Он создал по-настоящему доброе и справедливое общество, в отличие от вас. Хотя было у него и немало неудачных попыток, но он никогда не позволял своим последователям убивать других за то, что они отличаются физически. А ваши последователи докатились до измерения черепов и длины носов, уничтожая людей, если они не попадали в установленные неизвестно кем параметры. Неужели вы этого не знали?..

Кхарам опустил голову. Знал, конечно, знал, но пошел навстречу приближенным, утверждающим, что иначе нельзя, что так правильно. А нельзя было позволять им это! Самого бы убили? Пусть, но так было бы честнее. С каждой минутой старые сомнения все сильнее поднимали голову, Святомастер все больше понимал, что создал совсем не то справедливое общество, о котором мечтал в голодной юности, а что-то намного худшее, чем жестокое общество старого Каясского олигархата. Но почему так получилось⁈ Ведь хотел хорошего! Не смог предусмотреть, что последователи, светлые и чистые мечтатели, превратятся в циничных сволочей? Видимо, так.

— Благими намерениями устлана дорога в ад, — в голосе неизвестного судьи впервые проявились какие-то эмоции. — Командор спотыкался на тех же кочках — люди и их духовное скотство, когда самые, казалось бы, чистые и добрые, получив власть, очень быстро превращались в откровенное дерьмо. Но он нашел выход и у него все получилось. Вы не нашли и поддались властолюбию ваших последователей. В итоге на вас лежит вина в гибели даже не миллионов, а миллиардов разумных.

Немного помолчав, он продолжил:

— В связи с тем, что ваша душа — часть души Командора, вы приговариваетесь к стазису до его возвращения, именно он будет судить вас, мы не вправе этого делать. Не беспокойтесь, вы просто уснете и проснетесь, для вас пройдет одно мгновение.

— Ясно, — наклонил голову Кхарам. — Что ж, это, наверное, справедливо. Хотя я не совсем понимаю, как это — часть души.

— Когда станете единым целым с Иларом ран Даром — поймете. Ложитесь на кровать и расслабьтесь.

Святомастер тяжело вздохнул, но, прекрасно понимая, что ничего не может поделать, повиновался. Только спросил:

— А что будет с моей страной?

— Каясский экзархат прекратит свое существование, все его чиновники, гражданские и военные, а также представители созданной вами церкви будут изъяты и пожизненно сосланы на безлюдную планету очень далеко от вашей системы. Без возможности возвращения.

На экране появилась какая-то планета, на орбите которой собрался целый флот жутковато выглядящих кораблей — черные огромные овоиды, все покрытые буграми и рытвинами. Их сопровождало множество более мелких, на их фоне становилось ясно, насколько велики гиганты. Но это было еще не все, когда чужие корабли снялись с орбиты и покинули плоскость эклиптики, к ним присоединились четыре бугристых шара размером со среднюю луну. Флот разогнался и скрылся в гиперпространстве, на что Кхарам только позавидовал. Его ученые и инженеры так и не смогли подобраться к созданию гипердвигателей и даже к теории гиперполя.

— Этот флот отправлен навести порядок в вашей системе, — голос снова заговорил с полным безразличием. — А теперь расслабьтесь.

Зашипел выходящий откуда-то газ. Святомастер, засыпая, не знал проснется он или нет. Но почему-то осознавал, что все правильно, так и должно быть. Слишком много глупостей он совершил. Желая хорошего, но в результате получился кошмар. Неужели иначе не бывает? Он очень надеялся, что все же бывает, ведь получилось у этого самого Командора. В то, что его душа часть чьей-то чужой он не особо верил, но прекрасно понимал, что сила сейчас не в его руках. Оставалось надеяться, что ему не солгали.

Сознание Кхарама померкло, и для него наступила тьма.

Глава 2.3

Сидя возле иллюминатора самолета, приближающегося к Красноярску, Игорь вспоминал случившееся после освобождения наставников. Ему повезло с местом, в старом АН-26, переделанном из грузового самолета, было всего восемь иллюминаторов. Большинство самолетов в Красноярском крае к этому моменту заменили на новые ИЛ-134, разработанные специально для условий севера России, но на маловажных маршрутах иногда еще попадались такие раритеты, как АН-26, а то и АН-24. Тяжелое наследие голодных 90-х все еще сказывалось в империи. Самолетов стране катастрофически не хватало, а западные плохо подходили для климата России.

Впереди ученика лесных волхвов ждало поступление в институт, вот только не под своим именем и не со своей внешностью. Жаль, но ничего не поделаешь, попадать в руки серых не хотелось. Эти твари ведь ни перед чем не остановятся, чтобы добиться своего. Не понимают, что их поезд навсегда ушел, точнее, отказываются понимать, невзирая на уничтожение их покровителей из объединившихся ангелов и демонов. Чего они добивались? Трудно сказать, но от новой картины мира у Игоря трещала голова, иногда казалось даже, что наставники решили посмеяться над ним и придумали все это. Но при этом парень прекрасно понимал, что все это правда, и никуда от нее не денешься. Многое ему придется понять и освоить, ох и многое же.

После того, как Максим и Никонор разобрались с пленившими их серыми, натравив на тех несколько десятков волков, двенадцать медведей и шестерых тигров, они тайными тропами ушли на капище, откуда их не смог бы достать никто и никогда — защита там стояла такая, что разве что Повелитель с Госпожой справились бы. Да и то вряд ли, слишком их сила отличалась.

Вспомнив, кто такой Повелитель, Игорь только нервно поежился. Да уж, легендарный Ангел Воздаяния, он же Палач Миров или Плетущий Путь. Трудно было даже представить, что сущности такой мощи существуют в мироздании. И что он забыл на этой никому не нужной, забытой всеми богами планетенке? Этого наставники ученику не сообщили, сказав, что не следует привлекать к себе внимание Плетущего Путь — ничем хорошим это не закончится. Упомянули только, что на Земле родился новый Палач, но ему даже думать об этом не следует, слишком опасно. От фигур подобного масштаба следует держаться как можно дальше, раздавят и не заметят.

Бездумно глядя на скользящую внизу по бесконечной тайге тень самолета, Игорь вспоминал состоявшийся разговор, от которого ему и до сих пор было не по себе. Ничего подобного он и представить себе не мог. Ждать дедов пришлось три дня, они появились на капище, как ни в чем не бывало.

— Ну что? — нетерпеливо спросил парень. — Справились⁈

— Порядок, знамо дело, — усмехнулся в усы дед Никанор. — В болотце глубоком незваные гости упокоились, не найдут.

— Но то неважно! — строго посмотрел на ученика дед Максим. — Садись на травку, говорить нам долго, не дите ты уже, пора знать, что к чему, чтоб не натворил чего лишнего. Тебе оно раз плюнуть! Не о том подумаешь, и все покорежишь к духам лесным. Повелитель тогда отловит и раздавит. Так что гляди мне, головой думай своей дурной, а токо потом чего делай.

— Знать, так дело было. Ощутили мы годков так шестьдесят назад, что на Землю опускается великая душа, — волхвы хмуро смотрели на растерянного Игоря, не понимающего при чем здесь какая-то «великая душа». — Не человека то ужо душа была, а кого — не знаю. Но сущь огромная, нас аж перекорежило от ее силы. И не цельная, сама себя разделившая. Зачем? Нам то неведомо. Зачали мы искать дите, в кое-она вошла. Нашли, когда ужо взрослый тот писец был.

— Писец? — ухватился за странное слово парень.

— Кто книжки пишет, — недовольно проворчал дед Никанор, достав из берестяного короба туесок с питьевым медом и отхлебнув добрый глоток. — На, попей, полезно. Этот писец написал те книжки, что ты в библиотеке читал, про орден Оорн, а точнее Аарн. Понял ужо?

— Мне по этим книгам целые видения были, — хмуро пробурчал Игорь, уже подозревая, что имеют в виду старики, но всеми силами отгораживаясь от этих идей, ему ничуть не хотелось какой-то там избранности и тому подобной чуши. — И много раз понимал, что написано неправильно, на самом деле все было иначе, да и подоплека событий совсем другая. Имена и названия у него неправильные, вот хоть тресни — неправильные. Не Оорн, а Аарн. Не Илор рон Дор, а Илар ран Дар. И многое другое так же. Но… причем здесь я?

— Не строй из себя идиота! — громыхнул дед Максим, грохнув посохом об землю и возмущенно глядя на него. — Хочешь, чтобы я прямо сказал? Говорю! Твоя то душа воплотилась. Понял, недотыкомка?

— Понял… — обреченно выдавил парень, ему было до предела тошно.

Это что же получается, жизнь Илара ран Дара — это его прошлая жизнь? Точнее, позапрошлая. Но как же так? Нет у него ни сил таких, ни мудрости! Нет и не предвидится!

— А писатель что же? — все же спросил он.

— Помер писец, — криво усмехнулся дед Никанор. — Говорю ж, не поспели мы найти его маленьким, чтоб обучить можно было. Вырос, да всю енту дребедень и понаписал, после энтого толку с него мало ужо было. А потом обратил он на себя чье-то внимание. Кого-то из покровителей, они тогда еще в силе были. Вот и помер. Лег спать и не проснулся. А уходящую душу перехватили серые, им свой мессия был нужон с сильной душой. Как воздух нужон. Вот они и завязали ее на их эгрегор гнусный, еще до того, как твой батька мамку покрыл. Потом навесили маячок, чтоб найти после рождения, и отпустили. Душа и воплотилась, как положено, в твоей родной Миновке. Тебя после убийства родаков оне не в жертву приносить хотели, а личность подавить, сделав куклу на веревочках, чтоб делал то, чего им надобно. Токо тут мы пришли и всю малину им попортили. На сей раз успели.

— Ясно, — передернул губами Игорь, которому все это настолько не нравилось, что он слов не находил для выражения степени своего неприятия, но одновременно понимал, что ничего тут не поделаешь. Не врут старики, не стали бы они в таких вещах душой кривить. — А кто такие эти серые, чтоб им провалиться, скотам поганым?

Волхвы с сомнением переглянулись, явно не желая отвечать воспитаннику, но оба понимали, что тот с них не слезет. Впрочем, взрослый уже, пусть думает своей головой, не дурак как будто.

— С чего бы начать? — почесал в затылке дед Максим, отпив еще глоток меда. — В общем, так. В любом населенном мире существуют три иерархии посвященных — Света, Тьмы и Равновесия. Первая ведет души людей выше, к небу и богам, к Творцу сущего, Роду Всевеликому. Вторая развращает слабые души, чтобы они падали до того, как поднимутся слишком высоко — последнее чревато очень большими проблемами. А третья… Третья появляется только тогда, когда одна из сил слишком превалирует — ведь если зарвавшихся светлых или темных не остановить, то они и всю планету могут погубить, такое не раз случалось, пока высшие не создали иерархии Равновесия. Они создаются обычно либо Мастерами Пути, либо Плетущими Путь. У них много наименований, но самое известное — Палачи. Ангелы Воздаяния, именно им предназначено устраивать тот, последний суд, что еще именуют Страшным. Они приходят тогда, когда от боли из-за творимого человеками начинает кричать сам мир. Не дай тебе боги услышать этот жуткий, выдирающий душу крик! Но даже это не так страшно, как если…

Старик замолчал, нервно поежившись.

— Что? — не сдержал любопытства Игорь. — Что страшно⁈

— Иногда случается так, — продолжил волхв, — что в каком-то из миров светлые объединяются с темными и начинают растить серую пирамиду власти. Она насколько перекореживает эгрегор несчастного мира, что от него шарахаются все, кто способен видеть ауры. А в самом мире начинаются очень паршивые вещи, разрушается все, что может быть разрушено. И если серые успевают вырастить пирамиду и инициировать серого мессию, то она превращается в величайшую опасность для всей вселенной. Даже Палачу в одиночку не всегда удается уничтожить ее — с силой Хаоса, которая обязательно приходит туда, где отвергли Творца, справиться нелегко. Формирование пирамиды обычно начинается с возникновения религии поклонения деньгам. Эта религия на Земле не только возникла, но и до недавнего времени процветала. За деньги большинство людей были готовы на любые преступления. Сейчас ситуация понемногу меняется.

— Почему?

— Серым очень не повезло, что в нашем мире, а конкретно в России, родилось так называемое отродье, ребенок, обладающий невероятной магической силой. Их обычно стремились уничтожить хоть светлые, хоть темные. Но ни те, ни другие не подозревали, что эти дети — будущие Палачи. Зов девочки услышал взрослый Плетущий Путь и пришел сюда. Обнаружив, что здесь начала рост серая пирамида, он решил помочь и инициировал мать девочка, как главу иерархии Равновесия. После чего вместе с ней принялся наводить в нашем мире порядок[1].

Игорь отметил про себя, что деды вдруг заговорили правильно, без своих любимых старорежимных словечек, и фыркнул про себя. Вот же любители наводить тень на плетень. Строят из себя малообразованных простецов, и это притом, у каждого не меньше десятка, а то и полутора высших образований. Юмористы бородатые!

— То, что Россия снова стала империей — его заслуга, — продолжил дед Никанор. — И Госпожи. Насколько мне известно, Земля также стала одним из так называемых ключевых миров. С одной стороны — это хорошо, дает много возможностей. С другой — не очень, если общественное бессознательное лет за тридцать не придет в норму, не перестанет быть клоакой, где каждый жрет каждого, то планету стерилизуют. Да-да, не таращи глаза, именно стерилизуют. От разумной жизни. Но этого как будто удалось избежать.

— Мало того, Повелитель с госпожой хорошенько проредили ряды серых, — подхватил эстафету дед Максим. — Их единственная надежда — инициировать серого мессию, которого мы похитили у них из-под носа. То есть, тебя, драгоценный мой. Да-да, не таращи свои глазоньки. Как ни грустно это признавать, но эгрегор денег все еще завязан на твою душу. Мы сумели поставить барьер между ним и тобой, влияния на тебя он не оказывает, но если тебя поймают, то могут и добиться своего. Твоя судьба в этом случае будет очень печальной, парень. Так же тебе крайне нежелательно попадаться Повелителю, он не станет разбираться, кто прав, а кто виноват, просто сотрет тебя из мироздания. Вместе с душой.

— У-у-у… — от столь «вдохновляющих» новостей Игорь попросту взвыл. — И что же мне теперь делать⁈

— Жить, — совершенно одинаково усмехнулись волхвы. — Желательно было бы тебе, конечно, покинуть Землю, тогда ты станешь никому не интересен, но возможности сделать это пока нет. Хотя мы поищем способы открывать межмировые порталы. А пока тебе стоит затеряться среди людей, постоянно держа пелену скрыта и притворяясь простецом, ты это хорошо делать умеешь. Вот только имя, фамилию и внешность придется сменить. Помимо того для всех жителей Байкита и других знакомых ты должен умереть. Труп одного из серых мы прихватили, самого молодого, он похож на тебя. Подбросим с твоими документами недалеко от села, там быстро найдут, его медведь так подрал, что никто не опознает. И следы очень характерные, любой охотник сразу поймет, что за зверь постарался. Мы придем, поплачем на похоронах, мол, задрал ученика нашего хозяин тайги, бывает. А ты с паспортом и лицом Игоря Михайловича Таширова полетишь в Красноярск, поступать в институт. Игорь Сергеевич Шаповалов для всех своих знакомых упокоится на байкитском кладбище. Имя оставляем прежнее, Игорей в России сотни тысяч.

— А лицо? — хмуро спросил парень, которому все это активно не нравилось, но умом он опять же понимал правоту наставников.

— Есть способы, — заверил дед Никанор. — Умники высоколобые назвали бы телесной пластикой, я могу любое лицо вылепить, и оно станет твоим.

— А кто такой этот самый Игорь Таширов?

— Твой тезка родом из Серегино на реке Бугаркан, сирота, уехал поступать, как собираешься ты, но в Куюмбе, через которую добирался в Красноярск, за каким-то лядом поперся в тайгу, где и попался залетному тигру. Тот его просто прибил, даже есть не стал почему-то. Я случайно нашел тело, похоронил, а паспорт и другие документы прибрал на всякий случай. Как видишь, пригодились. Искать парня точно никто не станет, нет у него родичей, я выяснил, он у троюродного дядьки жил, который и сам-то едва концы с концами сводил, поскольку одноногий. А тут на него еще пацан свалился. Но вырастил, хоть и попрекал постоянно куском хлеба. Парень, как удалось выяснить, давно рвался уехать из Серегино, тошно ему там было. Из-за разногласий с дядькой никто не удивится, коли Игорь ему писать не станет. Так что легенда хорошая, а лицо его, как уже говорил, я тебе вылеплю. Станет как родное, ни одна экспертиза не определит, что оно не от природы такое.

— Ясно, — кивнул Игорь. — Вот же блин! Но меня же по ауре искать станут…

— А вот ее будем научим скрывать, а то ты светишь аурой волхва во все стороны так, что любой маг это сразу увидит, — погрозил ему пальцем дед Максим. — И заинтересуется, а чего это в городе лесной волхв делает.

— Ну да, старуха Уилдыкэн как-то поняла, что я волхв, правда сказала, что шаман, мол веет от меня шаманским духом, и попросила деду ее помочь, он с крыши свалился, — повинился парень. — Пришлось помочь, сами говорили, что коли просят помощи, то надо помогать.

— Это ты правильно сделал, — кивнул дед Никанор. — Но отныне аура твоя должна стать аурой простеца, чтоб никто не понял, что ты чего-то можешь. Есть способы сокрыть ее, научим, в придачу к тому, что ужо умеешь, — он вернулся к привычному простонародному говору. — А щас возвертайся в село, покажись людям, расскажи, что скоро снова на охоту пойдешь, скажешь, что в урочище. Там «твое» тело скоро и найдут. Дома собери, чего с собой хочешь взять, но много не бери, чтоб ничо не заподозрили, в Красноярске нужное докупишь. Вот тебе карточка, на ней полтора миллиона, на первое время хватит, потому еще найдем, сам знаешь, что нам людские деньги ни к чему, потому и мало.

Игорь вздохнул и взял из рук старика карточку «Сбербанка» на имя какого-то Тимофея Курдюмова. Интересно, кто это? Хотя нет, не интересно. Меньше знаешь — спокойнее спишь.

— Код самый простой, четыре восьмерки, — сообщил волхв. — Откроешь счет на новый паспорт и перебросишь деньги на него. Но лучше эту карточку не светить, сними наличные и положи их в банк, на новый счет, сам знаешь, что охотники из таежных сел часто с собой наличку таскают, никто этому не удивится. Карточку, как опустеет, выкинь, но так, чтоб не нашли, незачем хорошего человека подставлять.

После нескольких дней интенсивного обучения Игорь вернулся в Байкит, походил по знакомым с детства улицам, осознавая, что больше, скорее всего, их никогда не увидит, ведь вскоре в Кривом урочище найдут его изодранное медведем тело. Пообщался с одноклассниками, даже с дурой Наташкой поговорил с удовольствием, игнорируя ее предложения сходить вместе в кусты, жаждущая замуж девица все еще не оставила надежды кого-нибудь подловить и заставить жениться. Односельчан он тоже больше никогда не увидит.

Убедившись, что его видели многие, Игорь рассказал бабушке Настасье Соменко, самой известной сплетнице Байкита, будто собрался поохотиться в окрестностях урочища, после чего вернулся в свою избушку. Теперь все село вскоре узнает, что «шаман» на охоту в урочище пошел, язык у старухи, что помело. Дома ученик волхвов собрал самое необходимое, даже ноутбук свой прихватил, поставив на его место старый, уже пару лет дышащий на ладан. Осмотрелся, чтобы ничего не вызывало подозрений. Обычное жилище таежного холостяка, ничего выбивающегося из этого образа. Затем парень вздохнул и, решительно закинув на плечи рюкзак, ушел в тайгу, не запирая избушку — он никогда ее не запирал, в Байките воров отродясь не водилось. Разве что какие-то залетные, но и они появлялись редко.

Волхвы, пока он отсутствовал, подготовили все нужное, и через три дня один из байкитских охотников нашел в урочище изодранное до неузнаваемости тело молодого парня в знакомой одежде Игоря Шаповалова, его залитый кровью паспорт нашелся во внутреннем кармане парки. Еще через два дня в Байките состоялись похороны, на которых как раз появившиеся в селе деды пролили по несколько слезинок, на все заставки ругая глупого мальчишку, нарвавшегося на медведя. Наташка Иванова рыдала над гробом, старуха Уилдыкэн тихо выла, многие односельчане тоже плакали, вспоминая доброго сироту, никогда и никому не отказывавшего в помощи.

На следующий день в крохотном аэропорту Куюмбы вышедший из тайги Игорь Таширов сел в самолет до Красноярска. Его бы теперь никто их бывших односельчан не узнал — кожа стала смуглой, черты лица резкими, глаза и волосы черными, на носу появилась хорошо заметная горбинка. Дед Никанор и в самом деле владел чем-то странным, он оказался способным лепить человеческую плоть, словно та была из пластилина. На парня из далекого Сергеево никто не обратил внимания, мало ли молодых лесовиков летят в столицу края, тем более, что как раз шел прием документов в ВУЗы.

От размышлений Игоря оторвал толчок — старенький АН-26 долетел до аэропорта Черемшанка и теперь катился по взлетной полосе. Багажа, к счастью, долго ждать не пришлось, и вскоре парень зашагал к автобусной остановке, игнорируя назойливые призывы местных таксистов — ни один нормальный лесовик услугами вокзальных перевозчиков не пользовался, они драли три шкуры, а приезжавших на вызовы водителей из города не пропускали к терминалу. Так что автобус оставался единственным способом не особо дорого добраться до города. Правда, ждать его пришлось около часа, но, поскольку было лето, это значения не имело — Игорю хватало того, что следовало осмыслить и осознать.

Прежде всего следовало найти жилье и сдать документы в СибГУ. Жить в общежитии парень ни малейшего желания не имел, привык к одиночеству и тому, что сам себе хозяин. К счастью особого интереса к противоположному полу он пока не испытывал, пережить гормональный шторм во время взросления помогли снадобья наставников, так что к девушкам он относился хорошо, но без фанатизма. К тому же теперь не давали покоя мысли о женщинах Командора, хотя мысли о собственной принадлежности к ран Дару парень от себя изо всех сил гнал от себя. Понимал, что это глупо, но все равно гнал, не мог воспринимать себя таковым, личность Игоря превалировала. Пока превалировала, а что будет дальше он понятия не имел.

Скромную однокомнатную квартиру на Паровозной улице удалось найти по объявлению в интернете довольно быстро, причем не так и далеко от проспекта Газеты «Красноярский рабочий», на котором располагался главный корпус университета. Игорь заплатил старушке-хозяйке сразу за год, чтобы не заботиться об этом, затем пробежался по окрестным магазинам и накупил продуктов, пожалев, что хорошего мяса в городе не достать, здесь на охоту не сходишь. Нужные в хозяйстве вещи он собрался докупать завтра, после подачи документов на «Ракетные комплексы и космонавтику». Понимал, что по сравнению с технологиями обитаемой галактики это лютый примитив, но поди доберись до той обитаемой галактики.

Настроив доступ в интернет в своем новом жилище, Игорь принялся просматривать новостные сайты. Новости явно говорили о том, что на планете затишье — нигде ничего не происходило. Ни терактов, ни ограблений, ни стычек фанатиков в исламских странах. Последние сидели тихо, как мышь под веником, что было для них совсем несвойственно. Впрочем, деды говорили, что Повелитель с Госпожой устроили фанатиками знатное кровопускание, когда те рискнули высунуться. Ну да, высшим совсем не нужны беспорядки, им требуется сделать земной эгрегор вменяемым, чтобы не допустить стерилизации планеты. Почему-то Игорь был уверен, что основной цели эти двое уже добились. На чем базировалась эта уверенность? Он не знал, но, тем не менее, был уверен.

Внезапно почему-то потянуло прогулять, хотя уже наступила ночь. Причем чувство необходимости сделать это было настолько сильным, что Игорь даже растерялся. Казалось, что если он не выйдет сейчас на улицу, то будет сожалеть всю свою оставшуюся жизнь. Решив не сопротивляться своему желанию, волхвы учили парня всегда доверять себе, когда возникает предчувствие такой силы, Игорь вышел на улицу. Что-то невидимое, но при этом четко ощутимое потянуло его в сторону улицы Кочетова, пришлось пересечь ее, а затем углубиться во дворы. Парня действительно что-то вело, причем следовало поспешить, иначе могло оказаться поздно, случится что-то непоправимое. Игорь перешел на бег.

Добравшись до закутка между кустами и щитовой, он услышал тихий плач и просьбу: «Отпустите…». Какие-то подонки явно собрались насиловать девчонку. За такое следовало убивать на месте, но убивать было нельзя. Однако женщины этим скотам больше не понадобятся, имелся способ несколькими точечными ударами сделать их неспособными ни на что. Он тенью скользнул в закуток, обнаружив там нескольких то ли узбеков, то ли таджиков, прижавших к стене хрупкую девичью фигурку. Несколько невидимых глазу ударов, и насильники, не успевшие даже заметить нападающего, попадали на землю, хрипя от боли, после чего потеряли сознание. Мужчинами они больше не являлись, хотя все причиндалы остались на месте. Волхвы воспитали ученика бойцом такого уровня, что соперниками ему могли быть разве что Воины Пути. Уж никак не спустившиеся с гор подонки, возжелавшие насильного секса.

— Все закончилось! — подошел к девушке Игорь. — Успокойтесь, им больше ничего не нужно.

— Д-да, с-спас-сиб-бо… — с трудом выдавила незнакомка.

Она ступила на шаг вперед, и ее лицо осветил свет фонаря. Игорь замер в восхищении, ему часто виделись две черноволосые женщины, он подозревал, что это Тина Варинх и Ирна ран Сав, редкие, невероятные красавицы, особенно последняя. Но стоящая сейчас перед ним землянка вполне могла составить этим двум достойную конкуренцию. Черные, спутанные, слегка вьющиеся волосы до лопаток, ведьмовские зеленые глаза на пол-лица, тонкие черты лица, идеальная, хоть и хрупкая фигурка, высокая грудь, длинные, стройные ноги. Неудивительно, что насильники повелись на такую красоту, удивительно было бы обратное. Очень захотелось свернуть им шеи, но делать этого не следовало, брать на себя убийство будет глупостью.

— Вас проводить? — тихо спросил парень.

— Д-да, п-пожалуйста, — пару раз кивнула несколько успокоившаяся девушка.— Спасибо вам еще раз! Меня Ариной зовут, как няню Пушкина, мама очень его стихи любила…

— Игорь, — представился ученик волхвов.

Как выяснилось, Арина тоже поступала в университет и сейчас жила в третьем общежитии на Волгоградской улице, всего в нескольких кварталах от квартиры Игоря. А он недоумевал — еще ни одна девушка не производила на него такого шокового впечатления. Это что, и называется любовь с первого взгляда? Или что? Но как быть с женщинами Командора, если они появятся? Да черт с ними, он-то не Командор! Не считает себя таковым, даже если имеет в себе часть души того. Так пошли они все лесом и галопом!

Судя по бросаемым на нежданного спасителя взглядам, девушке он тоже понравился. Заявлять в полицию она категорически отказалась, особенно услышав, как наказаны несостоявшиеся насильники. Сказала, что пусть мучаются, раз такие сволочи.

Вдоволь наговорившись, молодые люди обменялись номерами мобильников и разошлись, обоим завтра предстояли дела. Но договорились вечером встретиться и сходить в какое-нибудь кафе. А может, и в кино.

Большую медитацию, которую долго уговорили его сделать наставники сразу после прибытия в Красноярск, Игорь решил отложить. А зря, если бы он не сделал этого, события могли бы пойти совсем иначе. Но на человеческие решения многое влияет. Так уж сложилось, и некоторым заинтересованным в дальнейшем силам пришлось поумерить свои аппетиты.

[1] Упомянутые события подробно описаны в книге И. Эльтерруса «Вера изгоев», измененный согласно новому закону текст которой вскоре будет снова залит на сайты, на данный момент она снята с доступа. (Прим. автора).

Глава 2.4

Выслушав от крайне смущенного Дарва ис Тормена новости о неожиданном исчезновении яхты Тиналины Барселат вместе с ней самой и подобранным девушкой молодым пиратом, которого она почему-то не уничтожила, как обычно поступала с людьми его профессии, аарн переглянулись. Этого им только не хватало для полного счастья! Нет бы хорошие новости какие-нибудь принести, обязательно нужно «обрадовать», так «обрадовать». А уж то, что все случилось из-за того, что драгоценный наставник решил устроить нерадивой ученице экзамен, и вовсе ни в одни ворота не лезло. Пришлось бросать все и срочно организовывать поиски — по всем признакам Тиналина была именно той, чье появление предсказал Лар даль Далливан, а это не стоило упускать из внимания. Чревато слишком большими неприятностями.

После того, как ситуацию обговорили, и первые меры были приняты, еще более смущенный Дарв отключился, собираясь трясти команду корабля, втайне следовавшего за яхтой, но упустившим ее.[1]

— Да уж, наворотил наш дорогой граф дел, — недовольно проворчал Кержак после этого.

— Будто ты бы не наворотил на его месте! — фыркнула Дарли, переглянувшись с Рави и Никитой. — Сам постоянно грозился девочке хорошую встряску устроить, не раз жаловался, что она не относится ни к чему, кроме полетов, всерьез.

— М-м-м… — пробурчал старый орк. — Ну да, грозился. Только он устроил. И где теперь искать эту самую девочку? Куда она подевалась?

— Пока не знаю, — задумчиво покачала головой директор Тарканака. — Баг Бенсон займется этим вопросом, он найдет, куда вела червоточина. Хочу разве что вернуться к самому моменту исчезновения Тиналины. Точных координат, где сработает закладка графа, выбившая на яхте гипергенраторы, никто заранее знать не мог. Яхта после этого двинулась в обычном пространстве к ближайшей системе, только начав набирать ход. И вдруг прямо по ее курсу возникает природная червоточина. Случайность? Извините, не верю я в случайности такого порядка. Так что возникновение червоточины, в которую провалилась яхта девочки, кто-то спровоцировал Ее однозначно выдернула в другую вселенную какая-то сверхсущность. Или вовсе Контроль. Может даже те, о ком лучше не упоминать вслух, чтобы не услышали. Мы это уже обсуждали с графом, но повторить лишним не будет. Невзирая на это, искать нужно, поэтому я переслала военному совету приказ готовить экспедицию для поисков на месте открытия червоточины. А затем и для «прогулки» по другим вселенным, чувствую, нам по многим придется пробежаться, прежде чем мы найдем Тиналину.

— Готовь, — кивнул Кержак. — Все ресурсы ордена в твоем распоряжении.

— Как и княжества, — добавил Рави.

— Приказы я отдала через биокомп, — вздохнула Дарли. — Теперь давайте вернемся к другим делам, от того, что мы станем нервничать, ничего не изменится. Что с поиском остальных частиц души Мастера?

— Пока ничего, — недовольно скривился старый орк. — Ирна снова отправилась шерстить внегалактические скопления, но на сей раз не одна — бросила клич, желающих поучаствовать набежало немало. Мы тоже начали в самой галактике поиск необычных, талантливых людей, сопоставимых по уровню харизмы с Кхарамом Руайдом. Пока результата нет, но это только пока — личности такого масштаба незамеченными вряд ли останутся.

— Хорошо бы, — недовольно скривился великий князь. — Гуляющий неизвестно где и творящий неизвестно что человек уровня Мастера меня сильно беспокоит. Ладно бы это был сам Мастер, так нет же, демон знает кто, его памяти не имеющий, но способный при этом вытворить такое, что у нас всех глаза на лоб полезут. Не внушает оптимизма, знаете ли.

— А кому внушает? — тяжело вздохнула Дарли, тремя потоками мышления продолжавшая координировать подготовку к спасательной экспедиции. — Мало всего прочего, у нас еще и в Ринканге крупный кризис намечается. Возникает ощущение, что ринкангцы скопом с ума посходили, кидаются друг на друга, словно взбесившиеся собаки. Причина неясна. Перлок с Биредом руками разводят — не сходятся их выкладки, появился какой-то неизвестный нам фактор. И что это за фактор мы пока выяснить не можем. Надеюсь, что именно пока.

— Все как всегда, — философски заметил незаметно подключившийся к разговору Никита Ненашев. — Неприятности высыпаются на голову одна за другой. Дай Бог, чтобы хоть «сверхи» снова не проявились, тогда нам совсем тошно станет. Я, кстати, не уверен, что это не они похитили юную Барселат. Вполне могли выяснить, что она им опасна, и нейтрализовать.

— Не дай Благие! — эмообраз трех аарн слился воедино. — Если это так, то нам будет очень «весело»…

— Помимо всего прочего, я посылаю эмиссаров в Ринканг, пусть разбираются, в чем там дело, — заявил глава тайного ордена. — Также пусть этой страной займется Детский фонд, он, насколько мне известно, способен ее целиком на уши поставить и заставить бегать по кругу. Вот пусть и ставит, местным зажравшимся чиновникам на пользу пойдет немного на ушах постоять, может хоть немного думать научатся, а не только взятки брать и жрать от пуза. Они там совсем обленились.

— Недавно еще и Телли Стелл отличился, — тяжело вздохнула Тина. — Опять, похоже, продажа детей извращенцам, полиция нашла трупы пропавших из приютов сирот. Над ними страшно поиздевались перед смертью. Пусть Детский фонд и там разберется. В компании фарсенских ликвидаторов.

— Да что ж им, сволочам, все неймется? — укоризненно покачал головой Никита. — Ведь столько перед глазами примеров, что бывает с теми, кто обижает детей, но нет, продолжают. Откуда такая страсть насиловать слабых и беззащитных? Я знаю, что вы мне ответите — пашу. Но пашу тоже очень и очень разные, есть пусть не дотягивающие до наших стандартов, но очень хорошие люди, всех себя отдающие ради помощи другим. А есть… эти…

— Трудно сказать, — скривился Кержак. — Меня это удивляло еще во время жизни на родине. Обязательно находилась тварь, гадящая всем вокруг. Зачем? Не понимаю. И никогда, наверное, не пойму.

— Никто из нас не поймет, — скривилась Тина. — Ладно, оставим этот вопрос, все равно ничего изменить мы не в состоянии. Среди разумных, если они не аарн, то и дело появляются сволочи. Это факт. Главное, иметь возможность их останавливать. Так что пусть Детский фонд в компании с фарсенцами действительно займется Телли Стелл и Ринкангом. С максимальной оглаской наказания виновных, чтобы, раз не имеют совести, хотя бы просто боялись трогать детей, зная, что за это страшно наказывают. И этого наказания никак не избежать, невзирая ни на какое богатство или влияние.

— Кто сейчас командует Детским Фондом?

— Насколько я знаю, около года назад его возглавила Кейтара Арадо, родом из Тиума, она росла беспризорницей, к нам попала в семнадцать лет, поэтому считает защиту сирот главной своей жизненной задачей.

— Передай ей просьбу почистить эти конюшни, и пусть будет безжалостной, — попросила Тина. — Ненавижу скотов, обижающих детей!

— А кто их любит? — криво усмехнулся Никита. — Я ей еще и поллегиона в поддержку отправлю, чтобы разобрались, если кто-то осмелится не допустить наказания педофилов. В Телли Стелл у них очень сильное лобби, там давно идут разговоры, что пора декриминализировать педофилию, если «по согласию». Надо отбить подонкам охоту хотя бы вылезать на свет и так напугать, чтобы немногие выжившие забились по норам и сидели там тихо-тихо. Кейтара правильно сделала, что привлекла к своей работе фарсенских ликвидаторов, они способны привести в ужас даже конченых подонков.

— Главное, чтобы даже самые высокопоставленные прилюдно ответили за свое скотство, — недовольно проворчал Кержак. — Чтобы знали — никакое богатство и никакие связи не спасут от наказания.

— Передам.

— Дарли, ты когда освободишься? — спросила Тина.

— Часа через два, — ответила та. — А что?

— Да так, хотелось кое-что обсудить, — вздохнула Кровавая Кошка. — Мысль у меня одна странная появилась по поводу поисков Илара. Не уверена, что сработает, потому и хотела сначала поговорить с кем-то. Остальных прошу пока не спрашивать, тут чисто женские заморочки. Если хоть что-то получится, я расскажу.

Вскоре все разошлись по своим делам, поисковая экспедиция максимально быстро подготавливалась, пока для поиска в скоплении, где пропала Тиналина. А когда Баг Бенсон определит, куда она провалилась, придется последовать за ней. И неизвестно куда приведет этот путь.

* * *

Получив информацию, что снова какие-то подонки насилуют и убивают детей, Кейтара только кулаки сжала от ярости. Казалось бы примеры других педофилов, ответивших за свои деяния, страшно ответивших, должны расхолаживать. Но нет, новые твари с энтузиазмом включаются в вакханалию насилия над беззащитными. Неужели так сильно желание мучить и убивать? Но почему⁈ Девушка не могла понять, она могла только останавливать подобных. И жалеть педофилов она не собиралась — это не люди и даже не звери, а нечто инфернальное, абсолютно жуткое и бесчеловечное.

— Линкай! — вызвала она коллегу, тот сразу отозвался, появившись на голоэкране. — Приветствую! У нас снова проблемы.

— Добрый день! — наклонил голову т’онец. — Где?

— Телли Стелл и Ринканг. Причем что не так в последнем я не пойму, там приютов нет, малые семейные детские дома только для круглых сирот. В директории понятно, там этих приютов тысячи, именно там полиция обнаружила трупы детей, потому информация о происходящем и дошла до нас. А вот в Ринканге дети просто бесследно пропадают. Как и почему мне неизвестно. Возьмешься за расследование? А я в Телли Стелл полечу вместе с командой и фарсенскими ликвидаторами.

— Хорошо, — кивнул Линкай. — Немедленно отправляюсь в Ринканг.

За прошедшие с момента попадания Кейтары в орден десятилетия Детский Фонд превратился в монструозную организацию, охватившую своими щупальцами всю галактику. Его целью было обеспечить безопасность сирот и дать им хотя бы относительно достойную жизнь. А поскольку основные должности в нем занимали аарн, мошенники в Фонде не приживались, их быстро выводили на чистую воду, после чего следовала ссылка на вариевые рудники, где виновный долго не жил, и последние его годы были адом. Второй задачей своей организации Кейтара полагала тайный поиск подходящих для ордена людей. Таковых аккуратно вели, начиная с самого раннего возраста. Тайно помогали, предоставляли возможности обучаться в лучших учебных заведениях галактики. И, естественно, однажды приглашали войти в орден. Не все соглашались, но многие. Это дало свой результат, о Поисках давно позабыли, репутация Аарн росла, как на дрожжах. Официально их полагали не существующими, но все и все понимали.

Председатель фонда, а Кейтара стала таковой два года назад, перемещалась по галактике на эта-линкоре, новом типе орденских кораблей, вытянутом двухкилометровом овоиде, вооруженном так, что и дварх-крейсеру не стыдно было бы. Восемнадцать гипер-орудий, от второго до нулевого классов. Генераторы защитных полей высшего уровня, пробить которые могло мало какое оружие. Деструкторы, превращающие любой объект в пределах досягаемости в молекулярную пыль. Инфрактор, выбрасывающий атакуемый предмет в иное фазовое пространство, откуда ему, не имея такого же оборудования, никогда не выбраться. О мезонниках, плазмерах и гипер-торпедах даже говорить не стоило. Но главным достоинством эта-линкора была его скорость — он за шесть часов мог пересечь всю галактику, погружаясь сразу на восемнадцатый уровень гиперпространства.

Сопровождала Кейтару обычно небольшая эскадра из двух линкоров, шести крейсеров разного типа и множества мелочи, наподобие фрегатов и корветов. И не зря — председателя фонда, не дающего жизни любителям детской клубнички, не раз пытались изничтожить, ведь многие педофилы имели в своих странах немалый политический вес, а фондовцы на это не обращали внимания, уничтожая виновных, как бешеных собак. Причем публикуя записи наказаний в галактической инфосети с доказательствами вины. И договориться с ними было совершенно невозможно. Мало того, их во всем поддерживали правительства Кэ-Эль-Энах, Парга и Сторна. Не говоря уже о Драголанде — для драконов жизнь детей всегда была священна, и они готовы были в любой момент поддержать охотников на убийц таковых.

Все это бесило высокопоставленных педофилов до безумия, но поделать они ничего не могли и вынуждены были скрывать свои порочные пристрастия. Попытки легализовать педофилию хоть в одной стране не приводили к успеху, неизвестные силы тут же начинали скоординированную информационную кампанию в средствах массовой информации, и все усилия и затраты ни к чему не приводили. Но жажда властвовать над беззащитными у некоторых особо извращенных индивидуумов перебарывала страх, и они раз за разом покупали детей у жадных до денег работников приютов. И если об этом становилось известно, да хотя бы возникало подозрение о чем-то подобном, Фонд выходил на охоту на зверей в человеческом обличье. И все виновные в гибели детей несли страшное наказание, после чего более трусливые вынужденно отступались и терпели свою скотскую жажду, скрипя зубами от бессильной ненависти. Но предпринимали все возможные усилия, чтобы опорочить Фонд. Как и любым способом нагадить ему.

По прибытию на орбиту Сталлиума Кейтара связалась со столичным полицейским управлением, выйдя на комиссара Эрвина Стархоута, с которым в прошлом сотрудничала в резонансном деле маньяков-людоедов, среди которых оказались дети нескольких высокопоставленных господ, от скуки и безделья начавшие творить незнамо что. Они были жестоко казнены, невзирая на все усилия родителей спасти своих чад.

Эрвин сидел в своем кабинете и брезгливо кривился, читая на небольшом голоэкране поступившую из директората безопасности информацию. От него потребовали закрыть дело о найденных детских трупах. По отсутствию состава преступления! Жестокое убийство явно многократно изнасилованных мальчишек и девчонок объявлялось несчастным случаем. Хотелось бы связаться с Фондом, тем плевать на приказы любых директоратов, нашли бы убийц, но межзвездная связь была очень дорога, никак не по карману простому полицейскому комиссару, пусть и столичному. Поэтому когда Кейтара сама связалась с ним, Эрвин радостно улыбнулся — похоже, председатель Фонда где-то недалеко. Что это означало для насильников, педофилов и убийц он прекрасно понимал и обрадовался, что они не уйдут от наказания.

— Приветствую! — улыбнулась ему аарн. — Думаю, вы понимаете по какому поводу я связываюсь с вами.

— И вам здравствовать, — наклонил голову комиссар. — Понимаю, конечно. Детские трупы. Причем выброшенные на свалках нарочито небрежно, хотя их могли легко уничтожить с помощью мусорных конверторов и не оставить никаких следов. Словно кто-то хотел заявить, что ничего ему не сделают. И имел под этим некоторые основания. Вы, наверное, еще не в курсе, что мне поступило распоряжение из директората безопасности закрыть дело по отсутствию состава преступления. А это значит, что в случившемся замешана какая-то высокопоставленная сволочь. Очень влиятельная.

— Даже так? — вскинула брови Кейтара. — Что ж, обещаю вам, что ни одна сволочь, кем бы она ни являлась, безнаказанной не останется. Знаете, никогда не могла понять таких. Знают же, что от возмездия не уйти, но все равно тешат свои поганые страсти.

— Каждый считает, что он самый умный и хитрый, — брезгливо скривился Эрвин. — И искренне возмущается, когда его берут за жабры…

— Мне до их возмущения дела нет.

— Мне тоже. Даже если уволят.

— В таком случае предложу вам работу в Фонде, — заверила аарн. — Нам такие люди нужны.

— Благодарю, — скупо улыбнулся комиссар. — Рад, что не останусь без дела. А то со мной начали вести пространные разговоры разные скользкие личности, говоря, что не следует слишком усердствовать в расследованиях, поскольку сироты, мол, никому не нужны, они заслуживают своей судьбы. Не нужно мешать важным людям развлекаться. Одному господинчику из департамента образования я даже морду набил после таких откровений.

— Надо бы этого господинчика допросить как следует, он может что-то знать, — нехорошо прищурилась Кейтара.

— Да тут целую толпу допросить надо, — лицо Эрвина сделалось хищным. — Очень уж многие пытались мне намекать, что не надо слишком глубоко рыть, это чревато последствиями. Для меня. Списочек всех таких у меня составлен, передаю его вам.

Он развернул перед экраном лист пластибумаги, исписанный мелким почерком. Заносить эту информацию в компьютер комиссар не решился, слишком опасно. Директор Фонда мгновение всматривалась в этот лист, затем кивнула, говоря тем самым, что информация считана.

— Пусть ваши хакеры также взломают сервера главного полицейского управления Стальрада, думаю, информацию по расследованию еще не успели удалить, — продолжил комиссар. — Вы, кстати, сейчас где?

— На орбите Сталлиума, прямо над столицей, — ответила аарн. — Мои люди уже рассредоточились по городу, начинают работу.

— Очень хорошо, — задумчиво покивал Эрвин. — Я смогу в ответ на возмущенные вопли развести руками и заявить, что на орбите корабль Детского Фонда, а я на оный влияния не имею. Пусть попробуют вам предъявить претензии. Вы же получили разрешение от центрального Директората?

— Естественно, — подтвердила Кейтара. — Мы хорошо держим генерального за… не буду уточнять что. Поэтому формальные разрешения на вмешательство имеются, причем подписанные генеральным лично. Никто не подкопается.

— Тогда и вовсе отлично, — хищно осклабился комиссар. — С чего начнем?

— С допросов. И сканирования окружения чиновников департамента образования. И естественно, приюты, их надо проверить от и до. Сможете организовать?

— Смогу. Ваши люди имеют возможность считывания памяти фигурантов дела?

— Имеют, — подтвердила директор Фонда. — К меня еще и двархи наготове, вы должны были о них слышать.

— Слышал, конечно, — потер рукой щеку Эрвин, получивший окончательное признание в том, что перед ним человек загадочного ордена, в чем он до сих пор несколько сомневался, потому и решил проверить. Наверное, это к лучшему, аарн способны на многое, если судить по историческим хроникам. — Пронырливые существа.

— Более чем, — улыбнулась Кейтара. — О, мои люди начали аресты по вашему списку. Директора приютов, из которых исчезли дети, тоже взяты. Хотите присутствовать на допросах?

— Не на всех, — покачал головой комиссар. — Но на допросе человечка из департамента образования, о котором я рассказывал, и директора восьмого приюта хочу. Последний вообще редкая сволочь, он даже тогда, когда я вызвал его в комиссариат, прямо издевался над следователем, всем своим видом говоря, что никто ему ничего не сделает. Связей, мол, достаточно. И действительно, мне немедленно позвонили из департамента безопасности и велели не сметь трогать уважаемого человека. Пришлось отпустить, хотя подозрений по поводу господина Лархофта имелось предостаточно, слишком странно он себя вел в последнее время.

— Сейчас его подготовят, — заверила аарн. — Покажут пару записей о судьбе таких же, как он, чтобы впечатлился. Могу открыть гиперпереход прямо в ваш кабинет. Это уместно?

— Вполне, — кивнул Эрвин. — Предупрежу секретаря, что буду занят в ближайшие три часа, он никого не пустит в кабинет, а на звонки отвечать умеет так, что никто и ничего не заподозрит.

На подготовку своего временного отсутствия на месте службы ушло не больше десяти минут, главное было убедить искин не вести запись в это время, но комиссар давно научился обходиться с железнолобым истуканом, обмануть которого пронырливому человеку было совсем нетрудно. Затем на противоположной закрутилась знакомая по старым фильмам черная воронка гиперперехода, куда Эрвин, немного волнуясь, и ступил. Он оказался в строго обставленном кабинете, явно предназначенном для допросов, поскольку напротив кресел дознавателей находился жесткий железный стул, к которому как раз пристегивали возмущенно возражающего и угрожающего всеми возможными карами директора приюта. Тот, правда, нервно косился на боковую стену, где на голоэкране демонстрировалась казнь его тиумского коллеги. На редкость жестокая казнь.

Господин Лархофт искренне недоумевал, он не понимал, кто мог рискнуть его тронуть, зная о том, под чьей защитой он находится. Второй секретарь департамента безопасности! Это вам не просто так, это очень даже серьезно, такой человек любого способен защитить. Особенно директора приюта настораживали показываемые на стене сцены казней педофилов, произведенные проклятым Благими Детским Фондом, который лез не в свое дело и наказывал почтенных господ, виновных всего лишь в приятных развлечениях с никому не нужными выплодками, которые иного и не заслуживают. Сдохло несколько в процессе? Ну и что, туда им и дорога. Они же ничего из себя не представляют! Но в глубине души директору было сильно не по себе, он прекрасно понимал, что если попал в руки Фонда, то ему не помогут никакие связи — сволочам оттуда плевать на любые связи и любые деньги, откупиться от них не получится.

Когда в кабинет, в котором господина Лархофта пристегнули к неудобному железному стулу, вошли двое, он покрылся холодным потом, поскольку сразу узнал их. Столичный полицейский комиссар Эрвин Стархоут насмешливо, победно ухмылялся, заранее празднуя свою победу. Ну конечно, без этого подонка не могло обойтись! Что же ему все неймется-то? Мало денег предлагали? Да нет, достаточно, любой нормальный человек бы взял, кроме чокнутого моралиста. Но ладно он, комиссар зло давно и хорошо знакомое, как с ним бороться известно. Зато шедшая рядом с ним женщина была намного опаснее — лично председатель Детского Фонда Кейтара Арадо, чтоб ей в ад провалиться, твари поганой! Сколько прекрасных и доходных схем она обрушила, сколько уважаемых людей погубила. А все почему? Детей, видите ли, обижают. И что? Ну обижают, так в мире всегда кого-то обижают! Зато и он, и многие другие имеют неплохие деньги, а уважаемые господа получают возможность потешить свои страсти. Люди несовершенны, у них есть страсти, что бы моралисты ни утверждали. Но нет, принять то, что человек по своей сути — зверь, они отказываются, и не дают другим жить.

— Кого я вижу? — чуть ли не пропела Арадо, глядя на арестованного очень многообещающе, отчего того передернуло. — Сам господин Борес Лархофт, продававший детей убийцам директор приюта! Всегда хотела понять, как можно быть такой сволочью. Может просветите?

— А вы докажите! — скрипнул зубами упомянутый. — Я никому и никого не продавал, максимум списки воспитанников публиковал на нескольких сайтов. Так это ради сбора помощи от меценатов.

— Тогда почему после исчезновения очередного ребенка ваш счет пополнялся на внушительную сумму?

— Есть люди, которые ценят мои усилия по социализации будущих бандитов и проституток, вот они и оплачивали мою работу.

— Мы докажем, — пообещала глава Фонда. — Вижу, что говорить с вами бесполезно, пора приступать к допросу. Мастер Ратин, вколите ему сыворотку. Таниарх, начинай вести протокол и подготовься к считыванию памяти. Хотя надеюсь все же обойтись без этого, чревато психошоком.

Когда господин Лархофт услышал о последнем, у него потемнего в глазах. До директора приюта дошло, кто перед ним, да и глубина пропасти, разверзшейся перед ним, тоже стала ясна. Аарн, будь они прокляты! Так вот кто скрывается за Детским Фондом, отдавившим столько мозолей⁈ Как много высокопоставленных дам и господ мечтали выяснить это, надеясь остановить непонятную организацию, ни одного работника которой невозможно подкупить. Естественно, люди ордена всегда были неподкупны, да что там, неизвестно оставались ли они вообще людьми, становясь аарн.

— Да что вам до этих вылупков⁈ — не выдержал господин Лархофт. — Какое вам до них дело⁈

— А я сама из них, — неприятно усмехнулась Атаро. — И подобных вам ненавижу всей душой. Так что будьте покойны, воздам по заслугам всем виновным. Всех найду и воздам.

Неприметный человек в сером подошел к арестованному и вколол ему в шею какой-то препарат. Прошло несколько минут, и директор приюта словно отступил в сторону от собственного сознания, его место занял восторженный идиот, буквально жаждущий рассказать приятным людям все, что знает. Господин Ларъофт пытался сопротивляться, но ничего не получалось — его второе я легко выбалтывало все самые сокровенные секреты, подробно описывало схему получения денег и переправки красивых детей извращенцам. Его колотило от ужаса, директор прекрасно понимал, что после таких откровений он конченый человек, в Телли Стелл имелся один не писанный, но всегда исполняемый закон. «Делай, что хочешь, но не попадайся. Попался — пеняй на себя». Хорошо хоть, что пострадает не он один, все подельники тоже пойдут на каторгу, а извращенцев казнит Фонд. Как оказалось, у проклятой Атаро имелся карт-бланш от генерального директора, с которым она могла делать все, что пожелает, и никто слова ей не осмелится сказать. Это чем же генерального прижали, что он подписал такую бумагу? Наверное, имелись свои скелеты в шкафу, до которых добралась эта стерва.

Допрос закончили быстро, считывание памяти не понадобилось, а затем начались новые аресты, для которых задействовали местную полицию и директоратскую гвардию. Когда люди, оставшиеся нормальными, узнавали, что творили те, за кем их посылали, они буквально загорались гневом, никто и представить не мог, что в их благополучной на первый взгляд стране происходит такой кошмар. Суды на извращенцами начались через декаду, и были публичными, с народным голосованием, которое обеспечил Фонд. Приговор всем виновным был вынесен практически единогласно — смертная казнь. И извращенцы умерли, записи их казней были помещены в инфосеть, чтобы стать предупреждением для новых педофилов. Может, хоть кого-то из еще не проявивших себя это остановит.

После молниеносно проведенного расследования страх перед Детским Фондом в криминальной среде превысил все границы. Господа преступнички были готовы на все, чтобы не обратить на себя внимание этой жутковатой организации. На детские приюты посыпался поток пожертвований, причем жертвователи жестко контролировали, чтобы деньги шли именно на детей, а не чиновникам департамента образования, директорам и воспитателям. Это вызывало у тех зубовный скрежет. Еще бы, такой финансовый поток проходил мимо их карманов! И поделать ничего было нельзя, ссориться с мафией, взявшей на себя контроль за снабжением приютов, было глупо. Глупцы, а таковые все же появлялись, пытались выгадать что-то для себя, но быстро и страшно умирали, становясь примером для других. Мафиози были на все готовы, лишь бы за них самих не взялся Фонд. А требования последнего были очень просты — сироты должны жить в тепле, сытости и безопасности.

Кейтара была довольна проделанной работой. Жизнь сирот в Телли Стелл значительно облегчилась. Немногие выжившие извращенцы затаились, не решаясь даже пошевелиться. Она уже собиралась возвращаться домой, когда поступил срочный вызов от Линкая, отправившегося в Ринканг одновременно с ней.

— Приветствую, — улыбнулась женщина.

— Здравствуй, — резко кивнул т’онец, его эмообразы клубились багрово-черными цветами тревоги и надвигающейся беды.

— Что случилось⁈ — встревожилась Кейтара.

— Многое, — скрипнул зубами Линкай. — Выдвигайся на помощь, здесь кошмар творится. Такой жути я еще не видел. И объяви среди наших тревогу по красному коду. А прежде всего сообщи об этом магам. В Ринканге появилось что-то потустороннее, превращающее людей в чудовищ.

— Поняла… — протянула директор Фонда.

На борту эта-линкора взвыла сирена боевой тревоги. То же самое происходило на множестве кораблей и боевых станциях ордена Аарн, княжества Кэ-Эль-Энах и империи Сторн.

Аарн и их союзники были готовы с честью принять новый вызов.

[1] Более подробно данные события освещены в книге И. Эльтерруса «Познай свою суть», втором томе цикла «Раскрой свои крылья». (Прим. автора).

Глава 3.1

Надвигающейся по неизвестной причине на обитаемую Галактику кризис занимал практически все время Никиты, Семена, Рави и Дарли. Остальных, конечно, тоже, но так уж вышло, что основная нагрузка легла на этих четверых. Особенно в отсутствие Кержака Черного, отправившегося с экспедицией по поиску Тиналины Барселат. Его отговаривали, но старый орк уперся, бурча, что его присутствие крайне необходимо, без него не справятся, он так чувствует. Что ж, интуиции столь сильного и опытного вероятностного ментата следовало доверять, и его, скрепя сердце, отпустили.

Экспедиция ушла в другую вселенную по следу, определенному Багом Бенсоном. С тех пор она несколько раз связывалась с домом, но это были короткие отчеты — слишком энергозатратной являлась связь между разными вселенными. К тому же, когда экспедиция отойдет дальше, возможности даже такой связи исчезнут полностью. Разве что случится что-то такое, из-за чего придется срочно открывать проход в родную вселенную. Без проблем это можно было делать только из довольно близких реальностей, а вот из отстоящих далеко, до которых прямым проколом межпространственной мембраны не доберешься, весьма и весьма затруднительно. И, как уже говорилось, невероятно энергозатратно. К счастью, для ордена последнее обстоятельство особого значения не имело — пространство Бета обеспечивало его энергией в любых количествах. Еще Мастер позаботился. И для доступа туда, благодаря гиперфизикам, больше не требовался Аарн Дварх.

Судя по отчетам, ничего особо важного экспедиции пока обнаружить не удалось, она прошлась по нескольким реальностям, столкнулась с очередной версией Земли, где земляне самостоятельно вышли в космос и, конечно, сцепились друг с другом, так и не встретив других разумных рас. Экспедиция помогла русским отбиться от налета американцев и отправилась дальше, не обнаружив следов Тиналины.

Затем в еще одной вселенной остановила большую войну, начавшуюся из-за недопонимания между цивилизациями разного типа — ментально-активными и не ментально-активными, каждая думала, что другая просто не желает с ней общаться, когда та просто не слышала вызовов. Знакомая ситуация, с которой Аарн не раз сталкивались, потому и разобраться в причинах войны смогли быстро, после чего связали врагов между собой, оставив их договариваться самостоятельно.

На данный момент Кержак на дварх-крейсере «Темный Ветер» ушел вглубь некого тщательно охраняемого местной цивилизацией пространственного объема вместе с минимумом экипажа и неким местным адмиралом по прозвищу Железный Ник[1]. Дарли не стала особо разбираться в политическом устройстве той вселенной, она орден интересовала постольку-поскольку, и то только потому, что помочь Нику попросили Эрсай, Безумные Барды и местный Контроль. Иначе экспедиция давно бы ушла дальше, не сидела бы в той вселенной. Насколько было известно ылаг-адмиралу, было принято решение разделить экспедицию на три части, чтобы не терять времени, и последний отчет, об остановленной войне, пришел от одной из них.

Дарли сейчас, если честно, происходящее где-то там, далеко, не слишком занимало, у нее голова пухла от происходящего в Ринканге. Возникало ощущение, что страна одномоментно сошла с ума. Это не походило на воздействие «сверхов», было чем-то куда более жестким и страшным. Но чем оно являлось понять никто не мог. Если в Трирроуне и Парге, не говоря уже о Кэ-Эль-Энах, все шло относительно нормально, идеи доброты и взаимопонимания понемногу отвоевывали новые позиции в общественном бессознательном, то в Ринканге и соседнем Телли Стелл творилось что-то очень нехорошее, невзирая на всю оказываемую здоровым силам страны помощь.

Дарли выругалась, понимая, что смысла анализировать дальше нет, возможно, оперативные статистики Перлока Сехера и Биреда Касита смогут что-то понять, они талантливые и поголовно сумасшедшие, разберутся. Надо докопаться до первопричины того, почему ринкангское общество все более атомизируется, почему эгоизм среди населения лавинообразно нарастает, и принцип «Каждый сам за себя» становится все более популярным. Мало того, идет массовая популяризация одной из самых омерзительных и даже жутких идеологий — либертарианства. В прессе и социальных сетях вовсю обсуждают предложения отказаться от какого-либо социального обеспечения. Кое-кто вообще дошел до того, что требует расформировать детский Фонд и предоставить сирот их судьбе, легализовав насильственную педофилию. Это вообще ни в какие ворота не лезло, Дарли не видела никаких предпосылок для подобного и пребывала в растерянности. Нет, надо немедленно связываться с Перлоком и Биредом, пусть их ребята поработают и выяснят, откуда эта пакость вылезла.

— Не выяснят… — заставил ее вздрогнуть чей-то незнакомый холодный, шелестящий, одним своим звучанием пробирающий до костей голос. — Не их уровень.

Флаг-адмирал медленно подняла взгляд — напротив в непонятно откуда взявшемся мягком кожаном кресле удобно расположился мужчина, одетый в старопаргианском стиле — в приталенный черный сюртук и узкие полосатые брюки. В глазу у него был монокль. Истинный старозаветный джентльмен. Губы его кривились в сардонической ухмылке. Откуда он здесь взялся? Как в кабинет директора допустили кого-то постороннего? Порядки в Тарканаке были жесткими, военными, и просто так пропустить кого-то к директору ни охрана, ни секретарь не могли. А значит…

— Добрый день, Контролирующий! — встала и наклонила голову Дарли.

— Добрый день, — остался сидеть джентльмен. — Но я не совсем Контролирующий. Я из тех, кого вы называете Эрсай.

— Даже так! — едва не задохнулась от невероятной новости флаг-адмирал.

Это что же должно было случиться, чтобы ее удостоил визитом один из Воспитателей? Особенно если вспомнить, как их характеризовали все когда-либо с ними сталкивавшиеся. Сволочи. Просто сволочи, абсолютно не обращающие внимания ни на чьи чувства и топчущие других абсолютно безжалостно, если это им было для чего-нибудь нужно. Руководствуются исключительно целесообразностью. Все остальное не имеет для Эрсай никакого значения и потому игнорируется. По слухам, из-за такого подхода они не раз проигрывали, но меняться не собираются.

— Так что же привело вас ко мне? — опустилась в кресло Дарли, взяв себя в руки, она прекрасно понимала, что сущность такого уровня нужно хотя бы выслушать. — Что-то случилось? Что-то с Линой или с Кержаком?

— И да, и нет. И ваша девочка, и ваша экспедиция сейчас находятся в полностью закрытых даже для нас вселенных. Впрочем, орк правильно поступил, что разделил экспедицию натрое, две ее части недавно стали доступны для сканирования. Мы узнали, что сам он намеревался отправиться в место, куда бы мы забираться никому не советовали. Но дозваться до Кержака не можем, да и поздно, скорее всего, по некоторым признакам.

— Поздно? — нахмурилась Дарли, ей стало дурно от одной мысли, что старого орка не станет. — Он мог погибнуть?

— Вряд ли, — безразлично отозвался эрсай. — Но память и даже силу потерять вполне может. Что с ним дальше будет — понятия не имею. Проблема не он, а Тиналина Дарилия Барселат. Если наши подозрения о том, кто она такая, верны, то случиться может все, что угодно. И если она тоже сунулась в подобного рода аномалию, а она бы обязательно сунулась, если бы ее обнаружила, то ситуация может ухудшиться.

— Это вы отправили ее в путешествие через червоточину? — нахмурилась флаг-адмирал.

— Нет. Мы не знаем, кто именно. Но сделано это было из недоступных нам Сфер Творения, высших Сфер, причем кем-то очень могущественным. На месте провала Тиналины в червоточину было оставлено послание для нас в виде, недоступном никому уровнем ниже. Даже Сэфес и Безумные Барды ничего не обнаружили бы.

Рассказанное Воспитателем изумило Дарли до зубной боли. Лину отправил в червоточину кто-то из настолько высоких Сфер Творения, что даже для Эрсай они недоступны? А не врет ли этот тип? Для них же врать, как дышать, никогда не знаешь, когда они говорят правду. Так, по крайней мере, отзывались о Воспитателях все, кто с ними хоть раз сталкивался. Очень неприятные и очень жестокие сущности.

— Но я-то вам зачем понадобилась? — пристально посмотрела она на гостя. — За информацию о Кержаке и Лине я, конечно, благодарю, но что вы хотите от меня?

Эрсай некоторое время молчал, а затем снова заговорил, его голос был глухим:

— К моему глубочайшему сожаления, аномалия, подобная той, на которую натолкнулись Кержак, и, скорее всего, Тиналина Барселат, образовалась в вашей вселенной, и, мало того, в вашей галактике. На территории государства, именуемого Ринканг. Там ничего странного в последнее время не происходит?

— Ах ты ж паскудство! — не сдержалась Дарли, мгновенно получившей ответы на множество своих вопросов и понявшей, что происходит в несчастной стране. — Происходит, еще как происходит! Я перед вашим приходом как раз пыталась разобраться с тем, что там творится.

— Атомизация общества, очень быстрое нарастание эгоизма, противоречия разных слоев общества резко усилились вплоть до полной нетерпимости? — подавшись вперед, предположил эрсай. — Так?

— Кроме последнего, да, — подтвердила флаг-адмирал.

— Это только пока.

— И что делать?

— Боюсь, единственный выбор — уничтожение аномалии.

— А как ее уничтожить?

— Мю-бомба, — тяжело уронил эрсай. — Никакого иного варианта за все время противостояния с этими аномалиями не найдено. Только мгновенно возникающая черная дыра, в которую данный пространственно-ментальный объект может провалиться.

— Объясните мне, что за противостояние вы имеете в виду, — попросила Дарли, сцепив руки в замок под подбородком, глядя на гостя и размышляя, стоит ли прислушиваться к нему. Ей очень хотелось спросить, не «сверхи» ли это снова отметились, но почему-то язык не поворачивался, словно нечто невидимое запретило ей поднимать эту тему.

— В последние несколько сотен лет в разных вселенных начали появляться различные странные ментально-пространственные образования, на которые поначалу никто не обращал внимания, поскольку чаще всего они возникали либо в поясах астероидов, либо в не населенных системах, — после недолгого молчания начал объяснять эрсай, но при этом было видно, что рассказывать ему не слишком-то хочется. — Через двести-триста лет в этих вселенных начались большие проблемы — они стали отторгать любые системы Контроля и любые попытки упорядочить сиуры каким-либо образом. Все это сопровождалось быстрой атомизацией местного общества и резким нарастанием уровня эгоизма во всех конклавах, что вскоре приводило к кровавым гражданским войнам в до того спокойных странах. Войнам, которые велись до полного уничтожения населения. Кое-кто после этого, конечно, выживал, но не мне вам рассказывать, что представляет из себя постапокалиптическая «цивилизация». Вы с подобными сталкивались не раз.

Эрсай достал из воздуха стакан воды, залпом выпил его, отбросил в сторону пустой и продолжил:

— Мы далеко не сразу связали эти странные аномалии с происходящим. А тем временем нечто непонятное выдавливало нас (под нами я подразумеваю любые системы Контроля, как таковые) из все большего числа сегментов мироздания. Но поскольку их процент колебался на уровне десять в минус восьмой степени от общего количества, мы занимались этим вопросом, скажем так, спустя рукава. Но за триста лет удалось точно установить связь между аномалиями и нарастанием эгоизма. К ним отправилось несколько экспедиций — ни одна не вернулась. Единственное, что удалось выяснить — каждая из этих аномалий, помимо прочего, является системой неизвестно куда ведущих порталов, постоянно меняющих место назначения.

— Но я так и не поняла — я-то чем вам помочь могу? — хмуро спросила Дарли, которую начали гнести нехорошие подозрения, похоже, Воспитатели явно собрались загребать дар чужими руками, а именно руками ордена. И как бы Аарн это все не аукнулось так, что костей не собрать. — Уж мю-бомбу вам достать, думаю, не проблема.

— Увы, нам запрещено использовать что-либо подобное, — криво усмехнулся эрсай. — И я не закончил, погодите немного. Около тридцати лет назад ситуация стала меняться — аномалии начали появляться во все большем числе вселенных и все быстрее. Мало того, скорость и сила их воздействия выросли сразу на несколько порядков. В одной из хорошо знакомых мне вселенных, в которой я раньше часто проводил отпуск, вышеописанное заняло всего около двадцати лет. Раньше там имелось шесть крупных конклавов и более сорока мелких. Более двенадцати триллионов разумных. Сейчас население этой вселенной составляет едва ли сто миллионов…

Он пристально посмотрел на Дарли, затем дернул щекой и снова заговорил:

— Все системы Контроля, включая нас самих, оказались полностью бессильны. Никто даже проникнуть в зараженные вселенные не смог. Поэтому мы отправили зов о помощи в высшие, недоступные Сферы. Недавно пришел ответ. Два насыщенных ментальных образа, причем оба — на месте попадания Тиналины Барселат в червоточину. В одном из них юная Барселат, выплетающая в открытом космосе ментальную конструкцию непредставимой сложности и неясного назначения. За ее спиной находилось несколько других магов, одним из которых был Кержак Черный, причем в двух экземплярах. А второй образ заключал в себе слова: «Орден Аарн», плюс координаты ринкангской системы, в которой мы обнаружили упомянутую мной ранее пространственную аномалию.

— Но причем тогда мю-бомба?

— Мы несколько раз останавливали происходящее созданием искусственных черных дыр, куда проваливались эти аномалии, я об этом уже упоминал. После чего ситуация там нормализовывалась. Возможно, это поможет и сейчас. Но, думаю, свыше нам сообщили, что решать, как поступить с этой странной аномалией, предстоит не нам, а вам. Ордену Аарн. Поэтому…

Он встал, поклонился и торжественно произнес:

— Эрсай официально просят Орден Аарн о помощи! Речь идет о жизни триллионов разумных.

— Я немедленно соберу Совет Ордена и передам ему вашу просьбу, — тоже встала Дарли.

— Благодарю, — снова поклонился Воспитатель. — Разрешите завтра в это же время навестить вас, чтобы узнать результат совещания?

— Буду ждать вас.

Эрсай вместе со своим креслом расплылся туманом и исчез. А Дарли, не теряя время, связалось с Никитой, Рави и Семеном — следовало срочно обсудить случившееся. Те отозвались сразу.

— Что-то случилось? — недовольно спросил великий князь, которого оторвали от важного совещания.

— Да, — отозвалась директор Тарканака. — Очень важное. Меня только что навестил один из тех, кого именуют Воспитателями.

— Эрсай? — уточник альфа-координатор тайного ордена, переглянувшись с коллегой.

— Он самый, — кивнула Дарли. — И официально попросил помощи у ордена Аарн. Но мне почему-то совсем не хочется ее оказывать, мне кажется, что нас хотят использовать как, простите за откровенность, презерватив. Ловите образ.

Эмообраз, повествующий о случившемся, был осмыслен почти мгновенно, после чего аарн погрузились в размышления, ни одному из них тоже не захотелось становиться известным резиновым изделием, а именно к этому собрались подталкивать их Эрсай. Сами они почему-то не хотели использовать мю-бомбу, видимо, это было чревато нехорошими последствиями, и высокомудрые сволочи решили перевалить оные последствия на других, оставшись ни в чем не повинными и чистенькими. Обычный их стиль поведения. Добиться своего, подставив кого-то другого.

— Координаты аномалии они хотя бы сообщили? — поинтересовался Никита.

— Сейчас проверю, — ответила Дарли. — Да, в памяти моего биокомпа они есть, в коренную папку положили. И на том спасибо.

— Тогда следует немедленно отправлять туда экспедицию, — решительно заявил Рави. — Я вызвал Бага, пусть отправляется прямо на своем «Белом Стерхе», может, что-то сможет понять. Но с мю-бомбой спешить нельзя. Или нарвемся так, что костей не соберем. И не только мы, а вся галактика.

— Согласен, — поддержал его Семен. — Сначала все проверим, а затем уже будем решать. Не нравится мне поведение Воспитателей, очень не нравится. Не похоже на них. Что-то тут сильно не то.

— Кто у нас сейчас в Ринканге?

— Кейтара Арадо со своей командой из Детского Фонда, пытается хоть немного сгладить ситуацию. Там дело идет о возможном запрете Фонда и принятии всей страной идеологии либертарианства с полным запретом какой-либо взаимопомощи. Мало того, хотят запретить военному флоту хоть что-то предпринимать против кланов Дорат и Акадо. Народу это не нравится, но его никто не слушает, любые выступления подавляются полицией с нечеловеческой жестокостью. Боюсь, придется вводить туда наши войска.

— Это война, — скрипнул зубами Рави.

— Война, — кивнул Никита. — Но ты видишь другой выход?

— Нет, — задумчиво покачал головой великий князь.

— И я нет, — вздохнул альфа-координатор.

— Давайте не будем спешить, — попросил Семен. — Мне кажется, что в этом деле спешка хуже, чем при ловле блох. А вот негласно ринкангскому адмиралтейству следует помочь, у нас охотники простаивают. Пусть в полном составе снимаются с места и вылетают в Ринканг. Пиратам, по крайней мере, они покажут мать Кузьмы во всех видах и проекциях.

— Пожалуй, — согласился Рави. — Сейчас распоряжусь. Так, приказ отправлен, корпус сегодня же передислоцируется в Ринканг, договоренность с адмиралтейством все еще в силе.

— Баг отправился к аномалии на «Белом Стерхе», — сообщила получившая новую информацию Дарли.

Остальные переглянулись. Теперь им оставалось только ждать. Ох, как же они этого не любили! Но иного выбора не было.

* * *

Кейтара пребывала в полной растерянности, происходило что-то крайне непонятное и неприятное, возникало ощущение, что против Фонда действует какая-то очень мощная и хорошо законспирированная организация. Но ни одно расследование не подтверждало этого вывода. Казалось, действия разных людей и сил идут сами по себе, случайно, но при этом каждое вело к одному — превращению Ринканга в оплот абсолютного эгоизма, либертарианства самого худшего пошиба. Все попытки противодействовать этому проваливались, невзирая на приложенные усилия и затраченные средства. Если за этим кто-то стоял, то это однозначно был гений уровня Дарва ис Тормена, если не круче. Немного посомневавшись, Кейтара вызвала упомянутого — посоветовать что-либо мог только он, других политических манипуляторов такого уровня она не знала, а с графом довелось сотрудничать в нескольких вопросах, когда разбиралась с Тиумом и Моованом.

Когда на экране появилось сухощавое лицо аристократа, председатель Фонда поздоровалась и быстро объяснили причину вызова.

— Значит, подозреваете кого-то подобного мне? — задумчиво пожевал губами Дарв ис Тормен. — Перешлите данные, сейчас проанализирую.

Минут десять он молчал, затем медленно, отрицательно покачал головой и проворчал:

— Похоже, но единой силы за всем этим не стоит, одни и те же люди действуют по-разному в разных обстоятельствах. Мне кажется, что на них влияет некий неизвестный фактор, сводя поведение к какому-то общему знаменателю. Дам-ка я запрос по этому поводу.

Однако делать этого не пришлось, буквально через две минуты началась передача циркулярного сообщения по всему ордену и его союзникам — сообщение о наличии в Ринканге пространственно-временной ментальной аномалии, сводящей людей с ума на почве эгоизма. Все происходящее мгновенно стало ясным, граф дошел до наличия чего-то подобного чисто логическим путем.

— Не верю, — хмуро сказал Дарв. — Очевидный подлог.

— Аномалии не существует? — удивилась Кейтара. — А что тогда все это делает?

— Нет, я не о аномалии, она, скорее, всего есть, я о просьбе Эрсай, — скривился граф. — Что-то в этой их просьбе очень гнилое, видимо, за подобные действия должен быть откат, который они не хотят получать сами. Мою рекомендацию отказаться я передалв Совет, дальше пусть сами думают. А мы вернемся к аномалии. Значит, все происходящее в Ринканге — всего лишь последствия ее воздействия, причину мы устранить не можем. Но если не устранять последствия, то пока будет убрана причина, от страны ничего не останется, воцарится кровавый хаос, а этого мы допускать не вправе.

— Значит, будем снимать последствия, хоть это и вычерпывание воды решетом, — кивнула председатель Фонда. — Предлагаю заняться для начала прессой, местные инферы совсем охамели. Нужно напустить на них с десяток двархов, пусть почистят конюшни в местной инфосети, так столько инфопомоек, что слов нет.

— Да, с этого можно начать, — согласился Дарв, — но главное сейчас — предотвратить кровопролитие, это самое сложное. А к этому идет, сами видели местную прессу.

— Потому и я предлагаю подрезать крылышки их драгоценной прессе, чтоб ей провалиться — это немного облегчит ситуацию. Нужно изъять «властителей дум» в виде самых популярных инферов и блогеров, после чего подержать их несколько месяцев в одиночных камерах без доступа к инфосети.

— Да, это будет полезно, — тонко усмехнулся граф. — Помимо того следует немного прижать местных олигархов, что-то они совсем в последнее время обнаглели. Аномалия аномалией, но магнаты продолжают гадить везде, где только могут. Тот же Штайнер никак не успокоится, права была моя непутевая ученица — он однозначно курирует пиратские кланы.

Двое посмотрели друг на друга и распрощались, дел им предстояло столько, что голова кругом шла.

В Ринканге начали происходить странные с точки зрения местного населения события. Популярные сетевые издания вдруг перестали натравливать разные страты населения друг на друга, чем увлеченно занимались в последние полгода. А самое удивительное, напрочь исчезли статьи, восхваляющие «вольных бизнесменов» из кланов Дорат и Акадо, от которых население, прекрасно знающее, кто это такие, плевалось. Мало того, умолкли даже популярные блогеры. Как? Почему? Никто не знал, зато начали появляться совсем другие статьи, объясняющие, как некие силы при помощи замолчавших «властителей дум» пытались развязать в Ринканге кровавую гражданскую войну. Магнаты попытались прекратить их появление, нарушения своих планов они не терпели, но получили по рукам — преступный мир страны, получив жесткое распоряжение Дарва ис Тормена, выступил против. Когда до магнатов дошло, кто выступил против них, они были вынуждены несколько сбавить обороты. Но отправили к графу эмиссаров, возмущаясь вмешательством в их дела. На это получили ответ, что развязать гражданскую войну и залить Ринканг кровью им никто не позволит. И предупреждение, что если не прекратят подобного рода передел власти, то будут устранены.

Через двое суток в глубоком, хорошо защищенном бункере собрались шесть самых богатых и влиятельных магнатов Ринканга — Дорит Шалио Хорнер, Норет Ирсано Штайнер, Ирхен Отио Самис, Идвег Умео Торвиг, Райнер Стидо Ирхат и Дирен Хабио Остен. Люди, которым принадлежало в совокупности более девяносто процентов всех производств Ринканга, а помимо того множество активов в других странах. Они полагали себя всемогущими, но в который раз убедились, что это не так.

— Нам дали по рукам, — недовольно проворчал Самис, для него, как финансиста, случившееся оказалось болезненнее всего, остановка проекта гражданской войны вылилась для его холдинга в немалые потери. — Причем хорошо дали. Не могу только понять, почему. Какое дело ис Тормену до Ринканга? Мы никогда не переходили ему дорогу, когда он потребовал отказаться от наркотиков, мы это сделали.

— А вы не читали приложенных к его посланию документов? — приподнял бровь Штайнер, очень не любивший этого бесконечно подлого человека, немало гадостей ему сделавшего.

— Мои секретари сказали, что там ничего важного, — пожал плечами финансист.

— Гоните их поганой метлой, — хмыкнул текстильный король. — Там информация, причем достоверная информация, за достоверность которой граф Наргайский ручается своей репутацией.

— Даже так? — изумились магнаты, как выяснилось, никто из них не удосужился лично ознакомиться с полученными материалами. — А что там? За что он ручается?

— Где-то в пределах Ринканга обнаружена некая ментальная аномалия, которая сводит людей с ума, — с насмешливой ухмылкой сообщил Штайнер. — Там, где появляются такого рода аномалии, обычно начинается кровавая вакханалия, означающая по итогу гибель высокоразвитой цивилизации, как таковой. И наши игры в переворот ее приближают. Раз граф поручился своей репутацией, то так оно и есть, он не стал бы он рисковать ценой своего слова. А я ведь и раньше говорил, что этот ваш замысел ни к чему хорошему не приведет. Не сдадутся военные просто так. Тем более, что вскоре к ним придет помощь. Сегодня утром поступила кое-какая важная информация из княжества, она очень дорого мне обошлась, но она того стоит. И вы мне частично возместите затраты, или в следующий раз я с вами делиться не стану. Так вот, в распоряжение нашего адмиралтейства лично великим князем передан знаменитый Корпус Охотников. Думаю, все понимают, чем это чревато для подотчетных нам кланов. Я уже отдал приказ зависящим от меня подразделениям залечь на дно. То же самое советую и вам.

— Похоже, придется… — недовольно проворчал Ирхат, покосившись на задумчивого Остена. — Но нам с военными все равно в одной стране не жить, вы все это хорошо понимаете. Они лезут, куда их не просят. Я другого не понимаю. Великому князю-то что от нас надо?

— Он аарн, если вы забыли, — напомнил Штайнер. — А отношение аарн к пиратам всем известно — уничтожение там, где обнаружат. Для него то, что наши кланы ограничивают межпланетные перевозки — уже повод. Понять ради чего это делается он не в состоянии, ему важнее интересы быдла, которое никак не хочет становиться в стойло.

— Если против нас начали действовать совместно великий князь и граф Наргайский, то нам остается только сушить сухари, господа, — философски заметил Торгид, что для этого жизнерадостного здоровяка выглядело неестественным. — Сожрут.

— Сожрут, — согласился Штайнер. — Потому предлагаю действовать иначе. Нам давно пора расставаться с проектом кланов, да они и своевольничать слишком много стали. Думаю, стоит сдать их флоту, когда ситуация немного улучшится, чтобы самим выглядеть святыми и праведными. Как? А элементарно. Наши противники сейчас будут все силы прилагать к тому, чтобы не допустить большого кровопролития у нас, в Ринканге. Кто нам мешает присоединиться к ним в этом «благом» деле, а потом снять первые сливки?

— Никто, — по-змеиному усмехнулся Самис. — Я и сам об этом давно думаю. Так, пожалуй, и стоит поступить.

Шестеро магнатов, от которых в Ринканге зависело буквально все, переглянулись и медленно наклонили головы. Решение было принято.

[1] Все эти события подробно описаны в книге И. Эльтерруса «Познай свою суть». (Прим. автора).

Глава 3.2

Поступление на бюджет далось Игорю на удивление легко, что, впрочем, с его идеальной памятью было совсем не удивительно. Невзирая на довольно большой конкурс, он легко прошел, сдав экзамены на отлично. Мало того, немало удивил экзаменаторов, доказав пару теорем оригинальным способом. Арина тоже поступила, причем на «Прикладную информатику» с инженерным уклоном. Они с девушкой продолжали встречаться, с каждым днем все больше очаровываясь друг другом. Понимали друг друга с полуслова и полувзгляда, Игорь раньше никогда не верил, что так бывает. Оказалось, бывает.

Вот только о большой медитации, которую ученик обещал наставникам провести по прибытии в Красноярск, он совершенно позабыл. Обходился ментальным сканированием всего вокруг, держа под контролем местность на три километра от себя. Пару раз это помогло спасти людей, попавших под машины, их удалось выдернуть в последний момент телекинезом, причем парень сделал это так, что все выглядело случайностью. Наставники требовали от него всегда приходить на помощь, если может помочь, но при этом, по возможности, не раскрываться.

Ночами ученик лесных волхвов гулял по крышам города, не спускаясь вниз, если застройка была достаточно плотной. Как он сам себе говорил — косплеил Тарзана. Сна ему требовалось не более двух часов в сутки, а то и меньше, вот и приходилось чем-то занимать себя. Интересы обычных молодых людей, в том числе компьютерные игры, были Игорю полностью чужды и не интересны, вот и приходилось искать что-то другое. Нормального тренировочного зала он пока не нашел, все, в которых побывал, предназначались для начинающих, если показать там хоть десятую часть своих истинных возможностей, то точно засветишься, а это крайне нежелательно. Хотелось бы выйти на Воинов Пути, но как это сделать? Это великолепные бойцы нигде не показывались, хотя их, по словам дедов, с каждым годом становилось все больше. Вот бы в их знаменитые додзе попасть! Но это было крайне маловероятно.

Сегодняшние лекции оказались очень интересными, даже сопромат, от которого стонало большинство студентов. А уж на высшей математике Игорь оторвался по полной, вступив в спор с преподавателем и доказав, что многие задачи можно решать куда более простыми и действенными способоми. Тот сильно заинтересовался талантливым студентом и пригласил его после занятий на кафедру, пообещав познакомить с профессором Лукановским, чьи труды парень читал и очень высоко их оценил.

— Всем добрый день! — поздоровался Сергей Васильевич, заведя студента в комнату отдыха кафедры. — Хочу представить вам молодое дарование. Игорь Таширов. Кстати, Федор Иванович, ваш большой поклонник! Он сумел применить ваш знаменитый метод к аппроксимации множеств и доказал таким образом теорему Харитонова.

— Да что вы говорите? — удивился высокий худой старик в синем, поношенном костюме. — И как вы это сделали, позвольте спросить, молодой человек? Мне самому такое применение в голову не приходило…

— Здравствуйте, Федор Иванович! — слегка поклонился Игорь. — Позвольте покажу. У меня вот в этой тетрадке доказательство.

— Дайте! — велел Лукановский.

Получив тетрадку, профессор погрузился в ее изучение. Минут десять царило молчание, после чего старик поднял изумленный взгляд на Игоря и довольно долго рассматривал его, словно диковинную зверушку. Затем выдохнул:

— Но как⁈ Это же гениально! Невероятно просто и одновременно гениально!

— Мне зимой нечего было делать, — смутился парень. — Жил в таежном селе, далеко от цивилизации, охотился по мере необходимости. Вот и посвящал все свободное время математике и физике, мечтая о космосе. В интернете как-то раз наткнулся на ваши труды. Долго разбирался, а затем попытался применить ваш метод, очень уж он мне понравился своей лаконичностью.

— И никто вас не учил? — поразился Федор Иванович.

— Нет, — покачал головой Игорь. — Наш учитель математики в школе давал стандартную программу, а если я спрашивал что-то не по ней, отмахивался. Он одновременно вел еще химию и физику, бедняга зашивался — у нас, в Серегино, острая нехватка учителей, мало кто хочет ехать в такую глушь.

— Это у нас что же, новый Ломоносов из глухой деревни вышел? — пошутил профессор.

— Да куда мне до Ломоносова! — покраснел парень. — Мне еще учиться и учиться, чтобы толковым космическим инженером стать. Хочу разрабатывать космические корабли. А появится возможность — и самому летать.

— Достойная цель, — кивнул Федор Иванович. — А мы уж постараемся огранить такой алмаз, чтобы стал полноценным бриллиантом. Сразу тебе говорю, молодой человек, что у тебя будут дополнительные занятия лично у меня, во вторник, среду и пятницу, по четыре часа. Вот адрес, — он подал визитку. — Послезавтра в шесть вечера как штык.

— Буду! — обрадовался Игорь, о таком учителе можно было только мечтать. — Спасибо вам!

— Пока еще не за что, — хмыкнул профессор. — Если у тебя есть еще какие-то разработки, захвати с собой, посмотрю.

— Я принесу, — кивнул парень. — До свидания!

Он выскочил из комнаты отдыха, провожаемый одобрительными взглядами преподавателей, и не слышал состоявшегося между ними разговора.

— Побольше бы таких студентов, — вздохнул Сергей Васильевич. — Мы с ним сегодня спорили, а все остальные в группе на это смотрели, как баран на новые ворота. И ничего не понимали!

— Таких всегда было мало, — грустно вздохнул Емельян Петрович Стерненко. — Большинству интересно только гулять и развлекаться.

— Значит, нельзя упустить парня, — констатировал Федор Иванович. — Будем дрессировать по полной и давать все, что только сможет освоить. Надо же, таежный охотник — и гений в математике! А он гений, утверждаю это со всей ответственностью. Мне и в голову не приходило, что можно мой же метод так вот выкрутить. А ведь все верно, парнишка нигде не ошибся.

— Перспективный юноша, — согласился Николай Петрович Готлибов, один из самых строгих и бескомпромиссных преподавателей СибГУ, студенты боялись экзаменов у него, как огня. — Но надо посмотреть не загордится ли и потеряет ли стремление учиться. Я к нему обязательно присмотрюсь.

Остальные сотрудники кафедры высшей математики кивнули, талантливый студент заинтересовал всех. Они впервые столкнулись с тем, что только что поступивший первокурсник оказался способен на такое, и понимали, что подобный талант упускать нельзя. Надо будет сообщить ректору о появлении в университете вундеркинда. Он должен знать.

Игорь же и думать о встрече с преподавателями забыл, его ждала Арина. До постели у них дело так и не дошло, да парень и не собирался спешить. Эта девушка была ему слишком дорога, чтобы видеть в ней только сексуальный объект, а потому вполне можно подождать. При этом несколько первокурсниц с их факультета уже намекали, что совсем не прочь увидеть симпатичного парня в своей постели. Но ему были не нужны и не интересны пустые, надушенные куклы, увешанные украшениями. Арина, в отличие от них, косметикой почти не пользовалась, разве что губы иногда подводила помадой, но не любила этого. Одевалась просто и скромно, не напяливала на себя сверхмодные тряпки.

Девушка ждала у выхода из общежития. Увидев Игоря, несущегося навстречу, она радостно улыбнулась. Казалось бы, вечером расстались, но Арина уже соскучилась. Раньше она и представить не могла, что кто-то за какие-то пару месяцев станет самым дорогим на свете человеком. Она росла без матери, у тетки, которой племянница была не больно-то нужна, воспитывала только потому, чтобы люди не подумали о ней плохого. Старший брат и родители девушки погибли в автокатастрофе, когда ей было всего семь лет. У Игоря, насколько знала Арина, была примерно такая же ситуация, он не слишком распространялся о своем прошлом, сказал только, что дядьке своему и на понюшку табаку не нужен и больше в Серегино, где вырос, ни ногой.

— Привет! — парень поцеловал девушку в подставленную щечку, которая тут же заалела румянцем. — Страшно рад тебя видеть!

— А я тебя… — потупилась Арина, хитро поглядывая на него.

— Ах вот кого она скрывает! — заставил ребят обернуться томный женский голос, на них с явным интересом смотрела вульгарно накрашенная фигуристая девица с пышными светлыми волосами. — Познакомь хоть…

— Игорь, это моя соседка по комнате, Света, — с явной досадой представила незнакомку Арина. — А это, — она показала на еще двух подошедших девушек, довольно красивых брюнетку и шатенку, одетых довольно скромно, но дорого и со вкусом, — Лена и Ира, соседки по блоку, мы вместе готовим на кухне.

— Привела бы красавчика к нам, устроим групповушку, — томно, словно кошка в течке, потянулась Света, едва не вывалив наружу свою роскошную грудь, от чего соседки слегка покраснели, но с интересом уставились на Игоря, явно ожидая его реакции. Парень сделал вид, что ничего не заметил и ничего не слышал, его эти девицы интересовали меньше всего.

Что-то не давало ему покоя, зудело, словно муха где-то вдали, и ученик лесных волхвов сдвинул зрение в другой диапазон, после чего чуть не выругался. Света оказалась светлой ведьмой в поиске, что-то ощутившей при виде него, а значит теперь не отстанет, пока не уложит в свою постель. Хуже было другое, Лена с Ирой являлись темными, причем правильно инициированными темными, а это говорило о том, что они, как минимум, состоят в ковене. Не причинили бы какой вред Арине, от этих всего ожидать можно. Придется поставить на подругу защиту, которую слабые ведьмы никогда не преодолеют, а они явно слабые, видно, что еще мало что могут. Надо же какое невезение! Его девушка оказалась в одном блоке сразу с тремя одаренными. Как и почему? Это случайность или его кто-то ведет?

К счастью Игоря воспринимают простецом, не подумают, что защиту поставил именно он, скрываться деды научили ученика очень хорошо, теперь его даже высшие иерархи при помощи поискового ритуала не обнаружат. Но эта, на первый взгляд, случайность настораживала. Самое паршивое, что заинтересовавшаяся парнем светлая ведьма теперь точно не отстанет, пока не переспит с ним, после чего потеряет интерес. Вполне возможно, что придется сделать это, затем наложив на Свету полог молчания. Тогда быстро забудет, она сейчас в поиске, а светлые дамы в поиске напоминают кошек в течке. Тех, кто отказал им, запоминают и жестоко им мстят, зато тех, кто поддался, забывают быстро, теряя к ним всяческий интерес. Но это нужно будет как-то скрыть от Арины, она не поймет и не простит. Хотя Игорю очень не хотелось обманывать любимую девушку, но, похоже, придется. Вот что за невезение?

— Поделись красавчиком, Арина… — голос Светы стал глубоким, глаза загорелись потусторонним огнем. — От него не убудет… Мне на один раз всего, больше не надо…

— Я подумаю! — отрезала девушка. — Идем, Игорь!

Они поспешили прочь от общежития, слыша за спиной довольные смешки Светы, Лены и Иры. Краем глаза он заметил, что все три смотрят на него, как на добычу, причем с полной уверенностью, что эта добыча никуда не денется. Вот же сучки! Патентованные. Ситуация Игорю крайне не нравилась, настолько, что хотелось зубами скрипеть. Хорошее настроение испарилось, словно его и не было. Он не знал, что теперь делать.

— Они не отстанут, — констатировала Арина, когда пара заняла столик в кафе-мороженом и заказала молочные коктейли с пирожными, спиртное они оба не употребляли. — Извини, надо было назначать встречу в другом месте. И жизни мне не дадут теперь…

— Может снять тебе квартиру? — предложил Игорь.

— Я не могу позволить себе жить за твой счет, мы не муж и жена, — отрицательно покачала головой девушка. — А у меня денег на это нет, мне и общежитие — за счастье.

— Что тогда делать? — хмуро спросил парень.

— Есть один выход, — внимательно посмотрела на него Арина. — Вопрос, согласишься ли ты.

— Что за выход? — насторожился Игорь, интуиция буквально заорала, что сейчас он столкнется с немалой неожиданностью.

— Перед тем, как озвучить, я хочу кое в чем признаться, — понурилась девушка. — Негоже строить отношения на обмане. Ты мне страшно нравишься, даже больше, чем нравишься, боюсь, я в тебя влюбилась. Но сразу хочу сказать, что я далеко не девочка, и мужчин до тебя у меня было много. Тебя это смущает?

— Это не имеет для меня ни малейшего значения, — покачал головой парень. — Только ты сама. Ты мне тоже невероятно нравишься, я не верил, что так вообще бывает. Но я все время думаю о тебе…

— Тогда не буду скрывать ничего, не хочу, чтобы между нами были недоговоренности, — Арина прикусила трясущуюся губу. — У тетки в Сосновогорске я жила почти впроголодь. Денег на поездку в Красноярск и на поступление у меня не было и быть не могло, тетка на это не дала бы и копейки. Тебе надо объяснять, каким способом их могла заработать молодая девушка в городе, где нет никакой работы? Да, мне нестерпимо стыдно и до сих пор, но я это сделала и ничуть не жалею. Я вырвалась оттуда! А цена не имеет значения. Если это является препятствием для наших отношений, то я сейчас встану и уйду, ни на что не претендуя. Да, мне будет больно, но лучше так.

— Все, что было в прошлом, не имеет никакого значения, — ни мгновения не размышляя, ответил Игорь, подсознательно ощутив, что если задержится с ответом хоть на пару секунд, то потеряет любимую, а он полюбил эту чудесную девушку, ее прошлое действительно ничего для него не значило. Ей пришлось поработать проституткой ради того, чтобы вырваться из затхлого провинциального городка? Ничего страшного, он поймет и простит все. — Я тебя люблю, родная, только это и имеет значение, все остальное побоку.

— Спасибо… — вытерла слезы девушка, она, похоже, не верила, что после признания ей скажут такие слова. — Спасибо, родной… Ты — лучшее, что у меня есть в жизни… Не знаю, за какие заслуги Бог мне тебя послал… Я этого точно не заслужила…

Парень пересел ближе и прижал ее к себе, не обратив внимания на неодобрительный взгляд пожилой официантки. Некоторое время Арина тихо плакала, уткнувшись Игорю в грудь. Успокоилась она далеко не сразу, но все же успокоилась, допила молочный коктейль и подняла на собеседника заплаканные глаза. Затем негромко сказала.

— Мои соседки опасны, я… я не могу объяснить тебе, почему. Но опасны. Однако если дать им то, чего хотят, они успокоятся и оставят нас в покое. Возможно, тебе дико это слышать, но я прошу тебя переспать с ними. Особенно с Леной и Ирой, они, хотя на вид серые мышки, намного опаснее Светы.

— Я знаю, — уронил парень, поняв, что девушка нечто большее, чем кажется. — Видел ауры. Они темные ведьмы.

— Ты знаешь… — растерянно пролепетала Арина. — Так ты… не простец?..

— Нет, — позволит себе улыбку Игорь. — Ты, как выяснилось, тоже. А кто?

— Не знаю, как меня можно назвать, наверное, бытовой ведьмой, — тяжело вздохнула девушка. — Моя наставница говорила, что она и не темная, и не светлая, а просто ведьма, но вреда людям старалась не причинять, многим помогала, но большей частью занималась собой. Слыла гадалкой, гадала на Таро. Меня приметила еще в детстве, зазвала к себе и принялась учить. Прежде всего научила скрываться от постороннего взгляда, чтобы одаренные считали меня обычной девушкой. Наставницу до самой смерти не заподозрили в чем-либо, а колдуны, даже темные, в Сосновогорске есть. А ты кто?

— Лесной волхв, если ты слышала о нас.

— Наставница рассказывала, но говорила, что вы из лесов не выходите…

— Обычно не выходим, но у меня особые обстоятельства, — вздохнул Игорь. — Да и образование получить надо. Знаешь, а я рад, что можно больше от тебя не скрываться, не притворяться тем, кем не являюсь.

— Я тоже рада, — светло улыбнулась Арина, явно расслабившись. — Так ты переспишь с ними?

— Если тебя это не смущает, пересплю, — заверил парень.

— Очень хорошо, — удовлетворенно кивнула девушка. — Меня это совершенно не смущает, я не ревнивая, после всего, что прошла, ревновать было бы глупо. Девчонки считают меня обычной провинциальной дурочкой, наивной и невинной, так что получив свое, особенно на моих глазах, посчитают себя выше и умнее, после чего, скорее всего, отстанут. Ты только не очень старайся, сострой из себя эгоистичного мужчину, думающего только о своем удовольствии, тогда они больше точно не захотят. А даже если и захотят, не проблема, но это вряд ли. Не понимаю только, чего они за тебя так уцепились, чем ты им так понравился, а понравился точно, все три чуть ли не загарцевали при виде тебя.

— Видимо, что-то ощутили, недостаточно хорошо закрылся, — помрачнел Игорь, принявшись прозванивать защиту. — У меня же энергонасыщенность раз в сто больше, чем у обычного человека, наверное, что-то пробилось. Они, думаю, и сами удивлены, что запали на простеца. Но ты права, теперь, пока не попробуют, не успокоятся. Не повезло, что ты попала в один блок с тремя ведьмами. А Света еще и в поиске. Ты ведь знаешь, что такое светлая ведьма в поиске?

— Знаю, — вздохнула Арина. — Они в это время опаснее темных, любого понравившегося мужика буквально насилуют, да простец и сам за ними побежит, там такие флюиды во все стороны идут, что у мужчин мозги сразу набекрень съезжают. Светка, наверное, очень удивилась, что ты на нее не отреагировал и прямо сейчас за ней не побежал. Так что приходи завтра сразу после занятий, я тебя в общагу проведу, отведя вахтерше глаза. Благо суббота, впереди выходной, времени с запасом хватит. Девчонкам скажу, что придешь, сделаю вид, что обижена на них, даже поплакать могу. Им понравится, обязательно постараются, чтобы все на моих глазах происходило. Удивятся, когда я поучаствую. Ты не против?

— С чего бы я был против, моя хорошая? — улыбнулся парень, он был очень рад, что все непонятное стало понятным.

— Знаешь, до сих пор не могу поверить, что для тебя не имеет значения то, что я отдавалась неизвестно кому за деньги… — очень тихо сказала девушка. — Я ведь уже смирилась с тем, что ты, узнав все, сразу уйдешь, была уверена, что так и случится. И вдруг…

— Мне важна только ты сама, — опять обнял ее Игорь. — Пойми, малыш, ты мне очень дорога, и какая мне разница с кем ты там была до встречи со мной и почему. Я уже говорил, что не верил раньше, будто так бывает. Но увидел тебя и забыл обо всем. Мы ведь уже понимает друг друга с полуслова и полувзгляда. Ты заметила?

— Заметила, конечно, — едва заметно улыбнулась Арина. — Но боялась поверить.

Некоторое время ученик волхвов размышлял, а затем решил ничего не скрывать от любимой.

— Но я хочу сразу предупредить, что в моей жизни могут появиться еще две женщины, — с трудом выдавил он. — Из прошлой жизни, которую я помню очень фрагментарно. Наставники нашли меня потому, что, по их словам, во мне воплотилась некая великая душа. Ты случайно не читала книгу «Отзвуки звездного ветра»?

— Случайно читала, в нашей библиотеке она была, — ответила девушка. — А что? Хотя стоп. Я ведь сразу поняла, что это не просто книга, а отражение каких-то далеких событий, чего-то случившегося в реальности. Но ты не зря заговорил о ней… Ты хочешь сказать?..

— Да, — вздохнул Игорь. — Наставники утверждают, что во мне часть души Командора. Я сам в это поверить никак не могу, но когда читал, понимал, что многое было не так и не по описанным причинам, да и имена в книге неправильно написаны. Откуда я это знаю? Понятия не имею, но знаю. И если ты читала, то знаешь о каких женщинах я говорил.

— Тена Воринх и Ирма ран Сев… — назвала Арина. — Они?

— Да, только Тина Варинх и Ирна ран Сав, — опять вздохнул парень. — Они ищут мое новое воплощение, я это чувствую, иногда возникает ощущение, будто кто-то топчется по моей могиле. Хотя я и до сих пор не уверен, что я — это он. Но откуда тогда все эти воспоминания? Ран Даром я себя не чувствую, я Игорь. Только кем я стану, если остальные части души вернутся? Явно кем-то другим, не тем, кто я сейчас. И меня это пугает…

— Не надо бояться, — погладила его по щеке девушка. — Все будет правильно, я знаю это. Как ты говорил, понятия не имею откуда, но знаю. А с Тиной и Ирной мы найдем общий язык, я в этом уверена. Если, конечно, Ирна снова стала собой, а не осталась Марой. Давай просто жить, а там посмотрим. Ладно, уже поздно. Проводи меня до общежития, а завтра приходи. Сам знаешь для чего. Думаю, мы этих трех наглых сучек сильно удивим. Они ведь будут после всего ждать от меня слез и истерики, а я скажу, что мне понравилось.

— Могут захотеть продолжать, — заметил Игорь.

— Ничего страшного, получишь дополнительное удовольствие, — хихикнула Арина. — Ты не удивляйся, у меня бурная сексуальная фантазия, тебе понравится. Считаю, что в постели приемлемо все.

— Уверен в этом, — тоже засмеялся Игорь. — Пошли!

Он расплатился с недовольно поджимающей губы официанткой и проводил девушку до общежития, распрощался и решил прогуляться по городу, размышляя о случившемся. Его действительно совершенно не волновало прошлое Арины. Ну отдавалась она кому-то за деньги, и что? Никакого значения это не имеет, особенно в свете того, насколько им хорошо вдвоем. Словно часть собственной души встретил. От этой мысли Игорь похолодел. Ведь если в ней тоже кусок души ран Дара, то при объединении девушки не станет. Осталось только понадеяться, что это не так, Арина стала ему слишком дорога, чтобы ее терять. О предстоящем секс-марафоне с тремя ведьмами он совершенно не переживал, справится, знает подходящие плетения, да и не только классическим способом можно доставить женщинам удовольствие, есть и другие, не менее действенные.

За размышлениями Игорь не заметил, как забрался в район, где еще никогда не бывал, дома здесь стояли довольно плотно друг к другу, можно будет легко перепрыгивать с одного на другой. Для него легко и других столь же тренированных людей, а таковых очень мало.

В этот момент он ощутил жесткую необходимость подняться на крышу десятиэтажного дома, стоящего немного в стороне от других, там кто-то остро нуждался в помощи. Примерно то же самое парень чувствовал, когда бежал выручать Арину. Когда он понял это, то без малейших сомнений обежал дом, набросил на себя полог незаметности и, цепляясь пальцами за кирпичи, буквально взлетел на крышу.

Оказавшись наверху, Игорь заскользил к источнику шума, а невдалеке, судя по звукам, кто-то сражался на мечах. Подобравшись близко, он оценил ситуацию и кивнул — двое черноволосых мужчин в странных, рубчатых комбинезонах дрались с полутора десятками других. При виде их мастерства ученик волхвов только языком поцокал от восхищения — мастера, однозначно мастера. Но противников оказалось слишком много, и оба незнакомца уже были ранены. Сдвинув зрение в другой диапазон, Игорь сразу понял, что воины с черно-белой аурой противостоят серым, будь они неладны. Их мерзкие, скорее даже тошнотворные ауры говорили сами за себя. Парень разъяренно зашипел, после похищения наставников серых он ненавидел всеми фибрами души.

Осторожно достав нунчаки, которые всегда скрытно носил с собой, Игорь скользнул к ближайшему серому — следовало добыть себе оружие, нунчаки против меча слабоваты. К счастью, скрыт помог ему незаметно подобраться к выбранному воину. Один точный удар в висок, и серый рухнул замертво, вот только меч упасть не успел, ученик волхвов перехватил его и ринулся в бой, мгновенно срубив сразу троих. Мастера, поняв, что пришла подмога, оживились и усилили натиск. Игоря по-прежнему не видели, скрыт работал, и он беззастенчиво этим пользовался, убивая серых одного за других — жалеть этих тварей парень не собирался.

— Эй, кто бы ты ни был, у них здесь еще два наблюдателя, их нельзя отпускать живыми! — хрипло выдохнул один из мастеров.

— Понял, — отозвался Игорь и раскинул по крыше сканирующее плетение.

Оно сразу показало скрывающихся за пристройкой серых. Сделав двойное сальто, парень перелетел через пристройку и обрушил на не ожидавших этого врагов. Долго они невидимому противнику не сопротивлялись и были безжалостно зарезаны. Мастера тем временем справились с выжившими пятерыми противниками и принялись обтирать мечи от крови. Игорь, снова проверив крышу и убедившись, что живых серых на ней не осталось, снял скрыт и подошел к ним.

— Спасибо, друг! — улыбнулся старший, черноволосый мужчина лет двадцати пяти на вид, но видно было, что он насторожен. — Кто ты?

— Ученик лесных волхвов, — не стал скрывать Игорь, заметив, что собеседник после его слов сразу расслабился. — У меня с серыми тварями свои счеты. Ненавижу их. А вы Воины Пути? Если судить по аурам, да.

— Они самые, — подтвердил старший мастер. — С вами мы всегда были в хороших отношениях, так что спасибо еще раз, их было слишком много. А тебя хорошо учили.

— Двое старых зараз, — проворчал парень, — лет по четыреста каждому. Гоняли много лет, как сидорову козу. Но не зря.

— Да уж точно, что не зря, перерезал серых, как детей малых, — хохотнул младший мастер, выглядящий совсем молодо, лет восемнадцати.

— Скрыт помог, — объяснил Игорь. — Они меня просто не видели. Иначе бы не справился. Подло это, конечно, но иначе никак.

— Против этих ничего не подло, — отмахнулся старший мастер. — Не хочешь у нас потренироваться?

— С удовольствием! — улыбнулся парень. — С самого приезда в Красноярск ищу зал с нормальным тренером, но все, кого находил, пустышками оказались. Мне их одолеть раз плюнуть, толку-то у них заниматься.

— Есть парочка наших залов, там несколько уровней, — тоже улыбнулся Воин Пути, спрятав мечи в ножны. — Ты, наверное, только первые и видел. Если бы показал себя, тебя бы сразу направили куда нужно. Приходи в зал на Паровозной улице, в самом ее начале, в первом доме. Там скажешь тренеру, что ты от Носимо Судзуки, он тебя проводил к нам. Завтра как раз старшие мастера приедут, я им про тебя расскажу. Но сразу предупреждаю, что со временем придется пройти да-алль, если знаешь, что это такое.

— Да знаю, — поежился Игорь, вспомнив описание этого кошмарного ритуала. — Жуть, но штука полезная, наставники советовали обязательно пройти, если возможность выдастся.

— Это точно, сейчас, думаю, твое тело на пределе развития, а после да-алль оно выйдет на следующий уровень, тогда противников на планете, кроме Повелителя и глав иерархий, у тебя не останется.

— Там поглядим, — махнул рукой Игорь. — Приду. Все равно мне в Красноярске ближайшие пять лет жить, я в университет местный поступил, хочу инженером по космодвигателям стать. Очень хочется в космос.

— Думаю, с этим наши тоже помогут, сейчас довольно перспективные двигатели разрабатывают в Рязани, Иерусалиме и Лондоне.

— Кстати, а с какой это стати серые так распоясались? Наставники заверяли, что их давно перерезали…

— Прячутся, сволочи, — скривился старший мастер. — А в последние месяцы что-то им нужно в Красноярском крае, ощущение, что они со всей Земли сюда съехались. Не могу понять, что они ищут.

Игорь похолодел. Он прекрасно знал, что, а точнее, кто им нужен. Выходит, смена личности не сработала, и твари знают, что предполагаемый серый мессия не просто жив, а где-то здесь. Это очень, очень плохо. И что с этим делать ученик лесных волхвов понятия не имел.

Глава 3.3

Быстрым шагом войдя в отсек, где собрались заговорщики, Стэн Айдахо поприветствовал их. Лиго Ранхед кивнул ему, а Тирос Лауди только дернул щекой, что-то недовольно пробурчав, они были в не слишком хороших отношениях, но оба признавали полезность друг друга. Оба выглядели так, словно у них только что умер кто-то близкий.

— Чего такие хмурые? — поинтересовался Стэн. — Случилось что-то?

— Да уж случилось, — скривился Лиго. — Через разведчиков пришла информация, что магнаты решили сдать нас флоту и уже сделали первые шаги в этом направлении. Вот только старейшины почему-то спокойны, сидят, коньяк жрут и ничего не предпринимают, а ведь магнаты знают все наши укрытия. Все хвосты Проклятого им в глотку, тварям поганым!

— Мы предполагали, что это вскоре случится, — пожал плечами командующий боевым крылом клана Акадо.

— Но считали, что у нас есть еще два-три года, — недовольно проворчал Тирос. — Далеко не все подготовлено!

— А я как раз предполагал, что все это произойдет раньше, — почти незаметно усмехнулся Стэн. — И принял меры, хотя вы меня отговаривали. Так что временное убежище для наших людей подготовлено. Никому не известное убежище, магнаты и старейшины про него точно не знают.

— Ну ты и жук! — восхитился Лиго. — Но тогда надо начинать прямо сегодня, а то не успеем. Для перехвата власти у меня все готово.

— У меня тоже. Как и для эвакуации.

Стэн вырос среди пиратов клана Акадо, его усыновил старый одноглазый Дейв Айдахо, один из лучших клановских шкиперов, в свое время воевавший на стороне СПД, а сразу после Великой войны занявшийся самым обычным грабежом и быстро разбогатевший. Благо проклятого Благими ордена не стало, и беспощадную охоту на джентльменов удачи прекратили. Откуда старик взял ребенка и где родители того никто не знал, но однажды на «Веселой красотке» появился любопытный трехлетний пацан, донимавший экипаж бесконечными вопросами. И если кто-то грубил ребенку, то имел потом большие проблемы с капитаном. На корабле Стэн и рос, постепенно обучаясь всем нужным специальностям. Вот только к занятию пиратством всегда относился равнодушно, а то и отрицательно, но предпочитал об этом помалкивать.

К совершеннолетию выяснилось одно обстоятельство, которому Стэн сам немало удивился — он оказался хорошим манипулятором, добиваясь своей цели окольными путями, причем так, что никто не замечал его действий. Никто парня этому не учил, это пришло само. Но мало того, иногда у молодого пирата мелькали странные воспоминания, явно не его, которые он никак не мог идентифицировать. Пока однажды не посмотрел несколько старых орденских фильмов. И понял, что-либо в прошлой жизни был аарн, либо на него еще в детстве было оказано некое ментальное воздействие, записавшее в память события, в которых он однозначно не участвовал. Да и не мог, слишком молод. Но откуда ему до мельчайших подробностей знакомы лица и характеры Тины Варинх, Кержака Черного, покойных Сина Ро-Арха и Т’Сада Говаха? Была во всем этом какая-то странная мистика. И с каждым новым воспоминанием молодой пират терялся все больше, пока однажды не сказал себе, что раз такое ему дано, то это ради чего-то нужно Благим Защитникам. И на том успокоился, используя свои непонятно откуда берущиеся знания по мере надобности.

Когда Стэну исполнилось двадцать, погиб Дейв, во время абордажа пассажирского лайнера был застрелен охранными дроидами. Никто из других пиратов даже не пикнул, когда приемный сын старого Айдахо заявил права на капитанскую должность — как боец он был сильнее любого из них едва ли не на порядок, а уж пилотом таким, что старые асы только восторженно присвистывали, глядя на его пируэты на истребителе. Поговаривали даже, что Стэн — прирожденный пилот, но доказательств этому не нашлось, он вполне мог не летать, а прирожденный без этого просто загнулся бы.

Старейшины клана поначалу были недовольны молодостью нового капитана «Веселой красотки», но быстро смирились, убедившись в профессионализме парня. Он прорабатывал свои операции настолько тщательно, насколько это вообще было возможно. Причем, в отличие от большинства пиратов, никогда не убивал случайных свидетелей и сдавшихся военных, а таковые иногда бывали. Он высаживал их на нейтральных торговых станциях и малонаселенных планетах. Также не занимался захватом заложников и требованием выкупа, чем грешили очень многие из кланов Дорат и Акадо. На все выдвигаемые претензии Стэн отвечал, что, как капитан, сам решает, что делать его людям. И недоброжелатели затыкались, поскольку доходы от его операций превышали доходы других капитанов порой вдесятеро.

Постепенно молодой Айдахо приобретал в клане все больше влияния, не спеша отодвигая от власти уважаемых старейшин, причем делал это не обижая последних. Многие вскоре увидели в нем следующего главу клана, способного вывести Акадо на новые вершины. Ведь немало пиратов, особенно нанятые обманным путем, не хотели быть таковыми, но понимали, что их не простят, а потому вынужденно продолжали грабеж. Стэн же подсказал выход — следовало просто уйти из Ринканга, зарегистрироваться как обычная корпорация хотя бы в Телли Стелл и заняться, например, перевозками — транспортных кораблей у клана хватало. Или добычей редких руд. Да, это значительно труднее, но куда безопаснее. Да и в рамках закона можно остаться. Тогда за ними не будут гоняться, как за взбесившимися харшами, это уже сильно надоело. Но подобные разговоры молодой Айдахо вел далеко не со всеми, старейшины бы такого не поняли, они слишком привыкли с своему образу жизни, чтобы меняться.

В итоге нескольких хитрых комбинаций к тридцати пяти годам Стэн стал командующим боевого крыла, а два его единомышленника заняли должности анхара, заместителя второго старейшины, и кайтоса, заместителя главного инженера. На самом деле последний тянул на себе всю работу, поскольку старик Джахассимо только пил вино и щупал девок, ни на что другое он уже не был годен, поскольку впал в маразм. Троица заговорщиков принялась постепенно реализовывать свой план, одну за другой перехватывая нити управления. Рассчитывали они уйти через три года, но Айдахо подозревал, что придется уходить значительно раньше и готовился к этому.

— К сожалению, власть придется перехватывать жестко, — вздохнул Тирос. — Ты справишься?

— Почти все охранники старейшин на самом деле мои люди, — криво усмехнулся Стэн. — Да, ты прав, стариков придется гасить, они не поймут. Что с кораблями? Насколько быстро мы сможем загрузить все необходимое и уйти из системы?

— За три дня, меньше никак.

— Плохо, могут прихватить со спущенными штанами. Раз магнаты нас сдали, то флот вскоре заявится сюда в полном составе. Вот тогда-то нам кисло и станет.

— Станет, еще как станет — с досадой подтвердил Лиго. — Старики, чтоб им, турхо вонючим, в ад провалиться, про оборону не думали. Считали, что сюда никто не сунется. Да и не сунулись бы, если бы магнаты координаты не сдали.

Система, в которой располагалась основная база клана Акадо, находилась в туманности, за большим скоплением астероидов, никто и подумать не мог, что там что-то может быть. Провести корабли через заранее разведанные проходы могли только местные лоцманы. Потому старейшины не особо заботились о противокосмической обороне, поставили всего одну диспетчерскую призму и на этом успокоились. А на все доводы, что однажды кто-то обязательно преодолеет природную защиту, только отмахивались, говоря, что это совершенно невозможно. И ничто не могло поколебать их уверенность, что бесило молодую поросль пиратов до невозможности.

— Тогда не будем терять времени, — решительно заявил Стэн. — Чистка предстоит грандиозная.

Заговорщики кивнули друг другу и разошлись. Дел им предстояло множество, причем очень неприятных дел. Не прошло и двух часов, как хорошо вооруженные люди Стэна начали аккуратно нейтрализовывать сторонников Совета старейшин клана. Благо, те не ждали от молодых соклановцев подвоха и подпускали их близко, после чего следовал выстрел в голову, и никто не успевал никого предупредить о происходящем. В итоге появление в зале заседаний молодого Айдахо в сопровождении боевиков оказался для дегустирующих ахадский коньяк старейшин сюрпризом.

— Ну что, пурко вонючие, допрыгались? — насмешливо поинтересовался командующий боевым крылом. — Вы даже не знаете?

— Кто тебя сюда впустил? — брезгливо процедил Кейд Рухо, глава клана. — Передай им, что с них штраф. И чего мы не знаем?

— Магнаты сдали координаты этой базы флоту, — укоризненно покачал головой Стэн. — Надо уходить.

— Не мели чушь, мальчишка! — просипел однорукий Гуго Хриплый. — Мы слишком много об их делах знаем, чтобы они нас сдали. Опять твои дурные фантазии? Надоел!

— Да нет, это вы мне надоели, — с этими словами Айдахо выстрелил в Сиплого, а затем в Рухо.

Его примеру последовали боевики, и через каких-то пять минут власть в клане Акадо сменилась. Другие отряды в то же время нейтрализовывали остальных высокопоставленных сторонников Совета. Почти никто не сопротивлялся, бунт молодых пиратов оказался для стариков полной неожиданностью, и их буквально порвали в клочья.

После объявления о смене власти и предательстве магнатов население трех пространственных станций системы начало поспешно собирать манатки. Кроме немногих замшелых ретроградов, заявивших, что с предателями им не по пути. Те просто пожали плечами и оставили дураков в покое. Хотят дождаться флота, чтобы пойти на виселицу, их дело. Ведь пленных пиратов в последние два года, невзирая на противодействие магнатов, поголовно приговаривали именно к виселице и прилюдно вешали под восторженный рев народа, которому кланы, не дающие нормально жить, давно колом в глотке стояли.

Прошло два с половиной дня лихорадочных сборов, и караван загруженных людьми и оборудование боевых кораблей и транспортников навсегда покинул безымянную систему, бросив старые базы.

Стэн Айдахо стоял на мостике флагманского линкора, одного из немногих во флоте клана, и думал о том, что нужно сделать по прибытию на место. К сожалению, там только промежуточная база, следует как можно быстрее покинуть Ринканг, где они слишком засветились. А куда направиться? Тиум? Телли Стелл? Кроуха-Лхан? Похоже, все-таки Тиум, власти там почти нет, найти себе пристанище будет нетрудно, многие планеты, не то что пространственные станции, заброшены и никому не нужны. Но на новом месте придется сидеть тихо. И ни в коем случае не пиратствовать, чтобы и там не оказаться гонимым преступником.

Офицеры линкора смотрели на худое, словно топор, лицо командира, на нем читалась решимость. Жаль, что ни один аарн в этот момент не видел Стэна, он бы этого человека мгновенно узнал.

* * *

Флот охотников в сопровождении расширенной эскадры ринкангского Адмиралтейства не спеша подходил к астероидному полю, за которым скрывалась в туманности главная база клана Акадо. Наконец-то удалось выяснить ее координаты. Причем сдали их магнаты, уверяя, что сумели выяснить нужную информацию, подкупив кого-то из высокопоставленных пиратов. Никто в это, понятно, не поверил, о том, что именно самые богатые люди Ринканга контролировали пиратские кланы было известно всем, только доказательств этому не было.

— Командир, мы готовы к атаке, — доложил Т’Ред со своего дварх-крейсера. — Выпускаю разведчиков, согласно плану.

— Выпускай, — хрипло каркнул Лерк, полтора года назад, после ухода Василия Хоменко в отставку, возглавивший Корпус охотников. — Что говорит сканирование?

— На удивление все тихо, как будто там никого нет.

— Не нравится мне это. Они давно должны были узнать о нашем приближении и начать выстраивать оборону.

— Должны были, — согласился черный дракон, почесав когтем нос. — Все, зонды пошли. За ними корветы.

Некоторое время ничего не происходило, разве что зонды гибли один за другим, разведывая проходы в астероидном поле. Но их было не жаль, наштамповать зондов в любом количестве могла ремонтная фабрика каждого большого корабля, причем разных. Огонь по разведывательным корветам, идущим вслед за зондами, открыли только когда они прошли две трети поля, но как-то вяло и неуверенно, словно его вели искины, а не опытные живые комендоры, которых у пиратов всегда хватало. Когда до командующих операцией дошло, что базу прикрывает всего одна оборонная призма, они растерянно переглянулись — этого не могло быть просто потому, что не могло быть никогда! Ни один здравомыслящий военный не сделает такой глупости, а клановые старейшины не раз доказывали свое здравомыслие, хоть и страдали порой излишней самоуверенностью.

— Что-то здесь не то, — заметил ринкангский контр-адмирал Пимен Даэнбронн, представитель Адмиралтейства. — Сильно не то.

— Согласен, — резко шевельнул ушами Ирек. — Похоже, нас ждали.

— Однозначно ждали, — покачал головой ринканжец. — Но даже если ждали, то почему не обороняются?

— Они могли просто уйти, — предположил керси. — И где мы их в таком случае будем искать — ума не приложу.

Подавить оборонную призму смогли за каких-то полчаса, после чего несколькими залпами деструкторов сделали большие проходы в астероидном поле, и флот вошел в туманность. Первое же сканирование показало три пространственные станции, довольно большие, шахтерские разработки на безжизненных планетах и взорванный топливный терминал на орбите газового гиганта. Но никакой активности в системе не было, а это говорило о том, что Ирек, скорее всего, прав, и пираты сбежали.

Однако когда корветы приблизились к самой крупной станции, в них начали стрелять немногочисленные мезонные пушки, которые уничтожили за несколько минут, после чего началась высадка десанта. Высаживались гвардейцы Кэ-Эль-Энах, а на самом деле орденский легион «Дети Тумана». На захват станции через прямые гиперпереходы потребовалось не более получаса.

— Ну что там? — с нетерпением спросил Лерк, когда ему доложили, что станция в их руках.

— Есть небольшое количество пленных, — доложил моованец Нелк Тулак, командир легиона. — Около двухсот человек. По первым данным, полученным после допросов, пираты действительно ушли. Причем здесь был переворот, Совет старейшин расстреляли молодые капитаны, оставшиеся здесь называют их предателями. Некие Стэн Айдахо, Лиго Ранхед и Тирос Лауди. Причем, эти трое хотели прекратить пиратствовать и стать перевозчиками или шахтерами. Правда не в Ринканге, говорили что-то о Телли Стелл.

— Ну, если они проявятся там, отловим, — хмыкнул командир Корпуса. — Главное, что клан Акадо прекратил свое существование и больше не будет гадить в Ринканге. Теперь пора заняться кланом Дорат.

Поиски забившимся по щелям пиратов продолжались трое суток, за это время ринкангцы, кэ-эль-энахцы и аарн перерыли систему по камешку, скрыться не удалось никому — убийцам женщин и детей пришло время ответить за свои деяния. А уже перед самым отлетом Лерка словно что-то подтолкнуло попросить двархов найти изображение молодых бунтовщиков. Он и сам бы не смог сказать, что его подтолкнуло, наверное, интуиция. Но когда на экране появился главный из них, Стэн Айдахо, все до единого видевшие это аарн вдруг замерли на месте с вытаращенными глазами, а затем кто-то едва слышно прошептал, и в голосе его слышалось неверие:

— Мастер…

* * *

То, что проявила себя еще одна часть души Командора, очень обрадовало Дарли. Но это новое воплощение еще нужно найти и отловить. Что способен сотворить человек уровня Командора, не имеющий морального стержня того, она прекрасно себе представляла и заранее переживала. Это же кошмар! Его нельзя оставлять на свободе ни в коем случае! Он всю галактику на уши без особых проблем поставит!

Уничтожение пиратских кланов немного снизило накал эмоций в Ринканге, но ситуация все равно ухудшалась в геометрической прогрессии — аномалия продолжала воздействовать на людей, превращая их в безумцев. Но и идти на поводу у Эрсай никто из Совета ордена не хотел, понимали, чем это может быть чревато.

Социоматики не так давно закончили просчитывать распределение изменений на планетах страны. И чем ближе планета была к аномалии, тем дела на ней шли хуже. На двух самых близких вообще началась кровавая вакханалия, население вполне себе благополучных миров непонятно почему восстало. Люди разделились на три неравные части, которые тут же вцепились в глотки друг другу, причем аргументация каждой против двух остальных была простейшей — раз эти сволочи не разделяют наших единственно верных взглядов на что-то там, то они не люди и вообще не имеют права на жизнь, поэтому их уничтожение — благое и благородное дело. Армия с полицией вместо того, чтобы навести порядок, примкнули к той или иной части бунтовщиков.

Ошарашенное творящимся кошмаром правительство Ринканга, потерявшее какой-либо контроль над происходящим, обратилось за помощью к великому князю. Раван VII, недолго думая, ее оказал, отправив на восставшие планеты свои гвардейские полки, при этом снабдив гвардейцев психощитами — Дарли предупредила его, что возможно неизвестного рода ментальное воздействие на бойцов. Не просто же так сошло с ума население двух планет! Естественно, никто убивать пострадавших не собирался, их усыпляли ударами больших парализаторов с орбиты по местам скопления народа. Вот только беда, что очнувшись человек оставался таким же сумасшедшим и кидался на всех вокруг, как кровожадный зверь, не помня себя. Но в случае, если на него надевали носимый генератор психощита, становился нормальным и недоуменно спрашивал, где это он и как тут оказался.

Но невзирая на происходящее Совет ордена понимал, что убирать из галактики аномалию столь варварским способом, как создание искуственной черной дыры, все равно нельзя. Вот только что делать дальше Дарли не знала — исследования продолжались, но результатов не давали. Требовалась помощь, но от кого? Разве что Адай Аарн могли бы помочь, но где их искать?

— Лар даль Далливан, и где ты, скотина безрогая, ходишь, когда так нужен? — зло прошипела флаг-адмирал.

— За твоей спиной сижу, — ответил ей чей-то насмешливый голос.

— А раньше прийти не мог⁈ — Дарли медленно повернулась к Адай Аарн.

— А раньше мы просто не знали о происходящем, — помрачнел Лар, сидящий в повисшем в воздухе удобном, мягком кресле черного цвета. — Наши дорогие Эрсай, чтоб им провалиться, скрыли от нас и не только от нас все это. Я очень рад, что у вас хватило мудрости не пойти у них на поводу. Извини, что сижу, воплощался впопыхах, тело получилось не слишком удачное, ходить почти не могу. Возможно, даже попрошу, чтобы меня Целители ненадолго в ти-анх поместили. Но это потом.

— Ты знаешь, что это за аномалия такая?

— К сожалению, нет. И никто в Сферах не знает. Она возникла в очень многих вселенных, причем проявилась по странному алгоритму распределения. И действует везде по-разному. Любые попытки ее удалить откуда бы ни было неудачны. Точнее, поначалу они иногда кажутся удачными, но вот потом аномалия возвращается, правда, в другое место вселенной, но уже в нескольких экземплярах. А те, кто пытался ее удались, получают море неприятностей, у них буквально все начинает разваливаться. Проверки при помощи любых высших структур ничего не дают, о магии вероятности я даже не говорю. Эрсай, как всегда, решили загрести жар чужими руками, выдворить аномалию отсюда с вашей помощью, а потом посмотреть, что будет. Прилетит вам за это по голове или нет. А если прилетит, то что, как и когда. К счастью, я вовремя сообразил проверить, что происходит в вашей вселенной, вот и ринулся к тебе, чтобы не дать наделать глупостей.

— Мы давно уже не дети, — криво усмехнулась флаг-адмирал, — сами сообразили, что тут что-то нечисто. Но Эрсай все торопят, вчера очередной запрос прислали…

— Посылай этих долбаных умников на хрен! — буквально выплюнул Адай Аарн. — Достали до самых печенок своей беспардонной наглостью! Слава Творцу, на нас они никакого влияния не имеют, мы их уже которую тысячу лет имеем в виду.

Он потер виски ладонями и пробурчал:

— Извини, у меня после столь быстрого воплощения нестабильное эмоциональное состояние.

— Ничего, я понимаю, — улыбнулась Дарли. — Ты надолго к нам?

— Пока ситуация не разрешится, — вздохнул Лар. — Вот только когда и как? Понятия не имею. Некоторое время побуду здесь.

— Ты в курсе ситуации с Линой? И с Кержаком? Эрсай говорил, что ими были получены на месте провала девочки в червоточину два ментальных образа из высших уровней Сфер. Один о ней, выплетающей в открытом космосе ментальную конструкцию непредставимой сложности, за ее спиной Кержак Черный, причем в двух экземплярах, и еще кто-то. А второй образ о нас, ордене Аарн, плюс координаты системы с аномалией на территории Ринканга. Эрсай утверждали, что именно поэтому обратились к нам за помощью.

— Новая для меня информация… — нахмурился Адай Аарн. — Скрыли, как всегда. Хорошо хоть лгать они не способны, значит, правду говорят. Лину оставим пока, и она, и Кержак сейчас там, где нам до них не дотянуться. А вот второй образ… Это интересно, но совсем не значит, что вы должны взрывать мю-бомбу и создавать черную дыру. Образ может говорить о том, что именно ордену предстоит найти выход. Эрсай, по своему обыкновению, действуют нахрапом. Вот сколько раз уже они проваливались, пытаясь достичь своего наиболее быстро, но никак не хотят меняться…

— Зря ты вмешался, Адай, — раздался чей-то безразличный голос, и слева появилось еще одно кресло, в котором сидел уже знакомый Дарли эрсай. — Очень зря.

— Да ну?.. — эмообраз Лара так и заискрился ехидством. — Как я только что говорил, вы множество раз проваливались, хотя если бы приложили немного больше времени и усилий, то добились бы своего.

— Процент успехов обычно куда выше процента неудач, а значит мы действовали правильно.

— Уверен? Теперь я скажу — зря.

Флаг-адмирал уловила край ментального образа непредставимой сложности, который Адай Аарн бросил в Воспитателя, как бросают мяч. Она в нем ничего не поняла, видимо, просто не ее уровень.

— Видишь? — продолжил Лар, насмешливо ухмыляясь. — Это примеры нескольких последних ваших неудач, плюс алгоритм более щадящих действий, и если бы вы действовали указанным образом, то достигли бы успеха. Но вы захотели всего и сразу, вот и получили то, что получили. Ну и кто прав?

— Да, в этих случаях мы проиграли, — признал эрсай, пожав плечами. — Возможно, ваш способ помог бы избежать неудач, но затраты времени и усилий оказались бы намного большими. Проблема еще в том, что вы, похоже, не осознаете одной простой истины: очень часто разумные не желают понимать того, что обязаны понять, и заставить их сделать это можно только так: шоком и болью. А если ласково гладить их по головкам и сюсюкать, то они так ничего и не поймут, даже если некий результат и будет в итоге достигнут. Вот только он не даст главного — изменения сущности разумных, после которого они смогут решать куда более масштабные задачи. Вы тоже очень жестокий урок преподали своему детищу, ордену. И именно потому, что иначе Аарн ничего бы не поняли и продолжали действовать по-старому.

Теперь скривился уже Лар, видимо, эрсай сумел задеть его. Значит, именно они организовали войну Падения, чтобы научить орден чему-то? Как ни странно, хоть ей и было больно, Дарли признала, что иначе они действительно не поняли бы многого из того, что понимают сейчас.

— Иногда, да, иначе нельзя, — вздохнул Адай, потерев висок пальцами. — Но вы так действуете всегда, даже не пытаясь найти других способов. Не кажется ли тебе, что вы в этом похожи на старый орден? Вы давите, хотя во многих случаях можно было бы добиться, в том числе, и понимания, не так жестоко и подло. Вы начисто отрицаете основу мироздания, заданную Творцом, — доброту. Даже если у вас есть возможность, не изменив ничего, проявить доброту, вы этого не делаете. Так кто же вы тогда? И Творцу ли вы служите?

— Доброту… — повторил Воспитатель, горько улыбаясь. — Это еще вопрос, что считать добротой. А по поводу других способов скажу только одно: кризис обычно нужно разрешить очень быстро, и жестокость по отношению к отдельным личностям и структурам оправдана спасением куда большего числа разумных.

— Знаешь, может мне поставят за это на вид, информация для служебного пользования, но все же скажу… — пристально посмотрел на него Лар. — Вы и ваша политика почти превысили меру терпения. Тех, кто там, — он показал пальцем вверх. — И если вы не начнете меняться, не начнете сами хоть что-то понимать, то получите воздаяние полной мерой. И знаешь что? Мне вас совсем не жаль. Вот ни капельки.

— Даже так?.. — нахмурился эрсай. — Что ж, я передам сказанное тобой остальным. Может, ты в чем-то и прав. Но в эту ситуацию ты все равно вмешался зря.

— Погубить наше детище я вам не дам, — покачал головой Адай Аарн. — Вам нужно было проверить реакцию того, кто управляет этими аномалиями, и вы подставили под удар орден. А ведь реакция может быть любой.

— Для ордена это безопаснее, чем для обычной цивилизации, — возразил Воспитатель.

— Может, и так, — покачал головой Лар. — Но мы будем действовать иначе. Переданный вам образ не включал конкретной программы действий. А значит, не обязательно действовать грубым напором.

— И что ты собираешься делать? Мы за сотни лет перепробовали уже все. Результата ноль. Контроль, причем любой Контроль любого уровня, вытесняют из все большего числа вселенных, причем если бы это что-то этим вселенным давало, то мы были бы и не против. Но почти все эти вселенные через двести-триста лет после этого схлопываются, гибнут триллионы и триллионы разумных. Мы обязаны хотя бы выяснить, что происходит.

— Обязаны, ты прав. Но не ценой гибели ордена. И мы выясним. Ты не задумывался, почему вам передали именно это? Слова «Орден Аарн» и координаты системы аномалии?

— Много раз задумывался… — вздохнул эрсай.

— Так откуда ты взял, что орден должен именно создать искусственную черную дыру? — поинтересовался Лар. — Ты же не знаешь, что имел в виду передавший тебе образ.

— Теперь я вынужден признать твою правоту, — наклонил голову Воспитель. — Не знаю. Ты считаешь?..

— Да, — усмехнулся Адай. — Надо дать им, — он кивнул в сторону Дарли, — действовать так, как они решат. Право выбора, не забывай. Это мы его почти лишены — они нет. Думаю, это и хотели вам сказать. Пусть сами решают, что им делать. У аарн очень нестандартное мышление. Они найдут выход, уверен.

— Возможно, — задумчиво покивал Воспитатель. — Хорошо, будь по-твоему. Пусть пытаются. Одно только, ты уверен, что ей стоит помнить о нашем разговоре? — он пристально посмотрел на Дарли.

— А что, кто-то не знает о наших разногласиях? — отмахнулся Лар. — Основное мы обсудили на недоступном никому, кроме нас самих, уровне. А внешний слой?.. Думаю, знание о нем, наоборот, будет полезно. Я сам бывший аарн, и знаю их хорошо. С аарн лучше быть откровенными и не пытаться использовать их вслепую — результат тебе не понравится.

— Ладно, бог с ними, — слабо улыбнулся эрсай. — Одно дело, в конце концов, делаем. Пусть и по-разному.

— Именно, что одно, — тоже улыбнулся Адай. — Хорошо, что хоть это вы понимаете.

— Тогда я пошел. Буду нужен, зови. Я оставлю здесь сигналку, так что услышу.

— Хорошо.

Эрсай расплылся туманом в воздухе вместе со своим креслом. Лар тихо засмеялся, повернулся к Дарли и спросил:

— Ну и как тебе наши высокомудрые Воспитатели?

— Да чтоб они провалились, сволочи! — от души пожелала флаг-адмирал.

— Не надо, они нам еще пригодятся.

— Ну разве что…

Она несколько мгновений смотрела на бывшего гениального певца, потом спросила:

— Прости за откровенность, Лар, но ты сам не превращаешься в сволочь?

— Очень надеюсь, что нет, — помрачнел он. — Еще что-нибудь есть? А то мне дурно, вызывай Целителей, тело слишком неудачное получилось, нужно его хоть немного подправить.

— Да, есть, — резко кивнула флаг-адмирал. — Ты уже знаешь о разделении души Командора на четыре части?

— Знаю, конечно, — кивнул Адай Аарн. — И?

— Еще одна часть его души проявилась. Ты будешь смеяться, но среди ринкангских пиратов.

— Она могла проявиться где угодно. Нужно отыскать и отловить, пока не натворил дел.

— Ты можешь помочь с поисками? — прямо спросила Дарли.

— Могу, — задумчиво посмотрел на нее Лар. — Этот вопрос нельзя пускать на самотек, слишком многое в будущем от Мастера зависит. Но помогу не сейчас, мне слишком плохо.

Флаг адмирал по его виду поняла, что Адай едва держится — лицо посинело, дыхание тяжелое, руки дрожат, глаза закатываются. Действительно едва жив, это как же он ухитрился создать себе настолько неудачное тело? Впрочем, не до того, и она срочно вызвала Целителей. Те примчались меньше, чем через минуту, просканировали тело Лара и принялись грязно ругаться — они не понимали, как это нечто вообще функционирует. Поэтому забрали потерявшего сознание Адай и поспешили в медцентр, где поместили его в ти-анх. А Дарли осталась осмысливать происшедшее — ей было над чем подумать.

Глава 3.4

Экипаж «Искателя» за счет освобожденных рабов постепенно рос, он уже составлял, помимо аарн и воспитанников, пятнадцать человек. Больше не требовалось, да и находить достойных оказалось невероятно трудно — людей высокой этики в Единении почти не было, их вытравляли, словно дустом. Здесь выживали исключительно эгоисты, причем максимально жестокие и подлые. Почему эта несчастная цивилизация еще существовала Альмия понять не могла. Она несла мирозданию только и исключительно зло, и давно должна была превысить меру терпения высших сил. Но пока, почему-то, не превысила.

Первыми двумя новичками стали Шарет Ла-Эстерази и Кено Хайдар с работоргового корабля «Победитель». Первый был, казалось бы, пиратом, но на самом деле все свои силы отдавал ради спасения рабов, часто вступал в конфликты с другими пиратами, но спасал самых беззащитных. Больше трехсот человек спас! Не раз был избит и ранен из-за своего поведения, но продолжал заниматься неблагодарным делом. Наверное, его вскоре убили бы, но парню повезло — пиратский корабль был захвачен аарн. А второй являлся рабом, бывшим полковником космофлота Кандийской федерации, всю свою жизнь боровшимся с работорговлей и подставленный собственным начальством, которому правдоруб стоял костью в горле, мешая обогащаться. Когда они услышали, что экипаж странного корабля, переделанного из старого рашианского линейника, собрался уничтожить станцию «Гумбольт», главный центр работорговли в Единении, то без малейших сомнений присоединились к нему. А затем, пожив вместе с аарн некоторое время, решили отправиться вместе с ними в их родную вселенную. Не представляли раньше, что разумные способны так по-доброму относиться друг к другу.

Затем в экипаже появились две молодые женщины из Лангарского экзархата, Элисса Лорк и Танесса Ван, смуглые и черноволосые, сумевшие сохранить душу в адских условиях рабства. Они, невзирая на многократные изнасилования, остались добрыми и светлыми, как ни удивительно. Затем были взяты изестианец Мики Мохад и еще один кандиец Каят Лоэнгринн. После них были еще мужчины и женщины. Память каждого претендента просвечивал от и до сначала биокомп Даор, а затем кто-то из аарн — нельзя было допустить, чтобы в экипаже оказался хоть один пашу, он погубит все начинания, причем исходя чисто из своей эгоистичной природы. Нет, перевоспитать пашу, конечно, можно, но это долгая и трудная задача, сейчас Альмии со товарищи было совсем не до того — домой бы дорогу найти.

Последней в экипаже «Искателя» оказалась Найта Воранх, одинокая пожилая кандийская учительница языка и литературы, попавшая в рабство, когда пираты захватили корабль, на котором она летела в отпуск, первый за много лет. Повезло, что аарн освободили ее, а то «бесполезную старуху» уже собирались сбросить живой в конвертер — нелегкая и очень неприятная смерть. Найта вместе с Сейдой Соладиной, похищенной с еще не вышедшей в космос и пребывающей в веке пара родной планеты девушкой, принялась создавать на корабле уют, и на удивление удачно вписалась в экипаж. Вечерами женщина часто отдыхала в кают-компании, где с улыбкой легонько мяла мохнатые уши млеющего от этого керси, сидящего у ее ног.

Общее собрание Альмия собрала после того, как поняла, что пора браться за станцию «Гумбольт», работорговые корабли перестали появляться в ее окрестностях, к тому же в среде пиратов, к чьим сетям биокомп «Искателя» давно подключился, пошли слухи, что крупные государства Единения заинтересовалась мешающим «благородному бизнесу» линейником и отправили на его поимку объединенный флот. Это значило, что следовало покончить с работорговцами, после чего покидать эту вселенную, направляясь на поиски родной. Эти поиски могли занять не один год, а может, и не одно десятилетие. Грустно, но ничего не поделаешь. Не повезло.

— Итак, дорогие друзья, у нас все готово, — окинула собравшихся в кают-компании разумных Альмия, их, включая аарн и двух детей, было двадцать один. Говорила она по-кандийски, этот язык знали все. — Станция «Гумбольт» должна прекратить свое существование.

— Вы все-таки хотите обойтись без убийств? — хмуро спросил Конг Луар, один из трех десантников на борту, работорговцев и рабовладельцев он после пяти лет рабства ненавидел истово.

— Вы знаете, чем для нас это чревато, — тяжело вздохнула аарн. — Мы просто умрем от психошока.

— Не хотел бы я иметь такие ограничения, — поежился полковник Хайдар. — Но меня смущает другое. На станции больше трех миллионов разумных. Как успеть хотя бы разобраться, кто из них раб, а кто нет?

— Успеем, — вмешался Даор. — За прошедшее время мы вырастили еще два подобных мне биокомпа, причем втрое более мощных. Но при этом неразумных, благодаря чему я могу использовать их, как дополнительные вычислительные мощности. Малых дроидов произведено около двух миллионов и полмиллиона обычных. На внешней обшивке «Гумбольта» ими установлено более ста тысяч станерных и импульсных мин. Первые введут в бессознательное состояние людей, а вторые — искинов. Также мои сервисные киберы в количестве около двадцати тысяч сейчас прячутся в служебных помещениях станции, они от импульсных мин защищены и сразу после их срабатывания физически отключат все искины, кроме главного.

— План на первый взгляд хорош и должен сработать, — тяжело вздохнул Хайдар, — но вы забываете одно обстоятельство. На реализацию любого плана требуется в n раз больше времени и усилий, чем изначально планировалось. К тому же вполне вероятны неожиданности. Мины не затронут экипажи кораблей, находящихся вокруг станции, и малых станций системы. Там хватает небольших, хорошо защищенных орудийных точек, на каждой сидят опытные комендоры и бойцы на случай захвата. Плюс мы не знаем, где находится посланный по нашу душу флот, он может свалиться нам на головы в самый неподходящий момент.

— Все активные точки оборонных призм учтены, — заверил биокомп. — Также на станции смонтированы около пятидесяти тысяч локальных генераторов прямых гиперпереходов. Они замаскированы под станционное оборудование, никто ничего не заподозрил — я слушаю происходящее там постоянно. Проблемы могут быть только с новоприбывшими кораблями, все находящиеся в системе заминированы. А новых в систему не приходило больше трех суток. Я понимаю, что все может пойти не по плану, но…

— Выбора мы не имеем, — закончил за него Тин-Халет, щелкнув пастью, гвард выглядел решительным и собранным. — К тому же хочу сообщить, что я этой ночью завершил взлом главного искина «Гумбольта», а через него многих вспомогательных. Хорошо, что это получилось — искин находится в защищенной капсуле, так что импульсные бомбы могут на него и не подействовать. Но теперь это не страшно, он полностью наш. И метками своих я пометил только нас всех, на рабов навесил метки, как на мирных жителей, а вот пиратов — как противника. Так что наши шансы резко повысились.

— Это уже лучше, — кивнул полковник. — Значит, начинаем?

— Начинаем! — решительно заявила Альмия. — Пиратов отправляем на ту же планету, куда спровадили работорговцев с захваченных кораблей, их там долго еще не найдут. А рабов на Иранию, она не слишком населена, перед отправкой местное правительство получит предупреждение.

— Вы представляете, что поднимется в Единении после того, как станет известно, что кто-то овладел межпланетной телепортацией? — фыркнула Элисса Лорк, корабельный врач, переглянувшись с коллегой, Танессой Ван, обе были смуглыми и чернявыми, как и все уроженцы Ларнийского экзархата. — От кораблей разных стран тут не протолкнуться будет…

— Нам это будет уже безразлично, мы покинем эту вселенную, — улыбнулась Альмия. — Пусть шебуршатся сколько им угодно. Давать здешней жутковатой псевдоцивилизации такие технологии мы не вправе.

— Это точно, — проворчал Морит Дугер, второй десантник. — Наше хоть бывшее командование взять. Тут же пиратам продадут, лишь бы себе в карман что-то положить. Помню я этих сволочей продажных…

— А уж пираты, получив возможность безнаказанно проникать куда угодно, развернутся во всю широту душ, — поежилась Геата Уль-Эстази, в прошлом техник с тивадского корабля, а ныне занимающая ту же должность на «Искателе» и постепенно осваивающая профессию инженера по двигателям. — Такой кошмар всем устроят, что никому мало не покажется.

— Вот именно, — кивнула аарн. — Потому и нельзя никому ничего передавать. Знаете, мне кажется, что Единению до падения осталось совсем недолго, слишком у вас здесь скотские законы и обычаи.

— Мы тоже так думаем, — криво усмехнулся Хайдар. — Потому и решили лететь с вами, что больше жить в такой клоаке не хотим. Сил больше нет все это терпеть, слишком противно.

— Что ж, тогда не будем терять времени, — встала Альмия. — Высылаю каждому на биокомп его задачу.

Всем членам экипажа «Искателя» установили поверх имплантов орденские персональные биокомпы, которые Дарек сумел в конце концов вырастить, хотя это и нелегко ему далось. Но керси справился, только это и имело значение. Все же управлять живым оборудованием аарн при помощи мозговых имплантов Единения было почти невозможно.

Линейник быстро набрал скорость и нырнул в гипер, сразу уйдя на шестнадцатый уровень, где местные его никогда бы не обнаружили. Через полчаса он дойдет до станции «Гумбольт», и операция по ее уничтожению начнется. Главное — освободить рабов и убрать из реальности работорговую площадку, на которую завязано очень многое. Понятно, что свято место пусто не бывает, и через несколько лет заинтересованные господа создадут другое место для торговли людьми, так будет, пока это выгодно, но многие спасутся от страшной судьбы рабов.

* * *

Перк Байсом покосился на начальника смены, Орика Койно, и сглотнул горькую слюну — похмелье давало о себе знать, вчера они с приятелями хорошо приняли на грудь, а потом так развлеклись с рабынями, что одна, кажется, даже сдохла в процессе. Да туда твари и дорога! Нечего строить из себя невесть что и отказываться выполнять приказы, вот и получила по заслугам. Голова потрескивала, но похмелиться никакой возможности не было, старая сволочь Орик, видишь ли, любил порядок. Попробуй нарушь, сразу на хороший штраф влетишь, а долгов и так многовато. Придется терпеть.

Главная диспетчерская «Гумбольта» являла собой миниатюрную крепость и могла защитить находящихся внутри людей практически от всего. Неудивительно, ведь от диспетчеров оборонных призм зависела безопасность всех и каждого на станции, не зря им платили вдесятеро больше, чем кому-либо другому. Но и освоить эту профессию мог далеко не каждый, требовался инженерный минимум интеллекта в двести пунктов и очень хороший, дорогой имплант, а потом годы обучения. Зато именно благодаря опытным диспетчерам можно было, имея продуманную противокосмическую оборону, отбить практически любое нападение. На «Гумбольт» брали только опытных, имеющих на своем счету не менее пяти отбитых нападений диспетчеров, к тому же, невзирая на высокую оплату, не все приглашенные соглашались. Находились дураки, отказывавшиеся сотрудничать с пиратами и работорговцами, теша свою чувствительную совесть.

На прошлом месте службы, в лангарской системе Барзат, Перк встречал одного такого, ему предлагали огромные деньги, но тот с презрением отказывался. Зато сам он с удовольствием согласился и ни разу с тех пор не пожалел, ведь на пиратской станции не только оплата была хороша, но и имелась возможность творить с молодыми и красивыми рабынями все, что в голову взбредет. К таким красавицам в экзархате он бы, откровенно малорослый и, скажем откровенно, плюгавый, и подойти бы не решился, зная, что пошлют по известному адресу. Там уделом Перка были исключительно проститутки, пусть и дорогие — диспетчерам неплохо платили везде. Свободные женщины от него шарахались, что было невыносимо обидно. Зато здесь — совсем другое дело! Уж он отыгрался на всех этих тварях! Вспомнив, как с наслаждением издевался над пышнотелой тивадской сучкой, диспетчер довольно почмокал губами. Она так сладко визжала и плакала, он чувствовал себя при этом чуть ли не богом. Говорят, скоро привезут новую партию рабынь из далекого Изестиана, нескольких обязательно отдадут диспетчерам на потеху. Вот будет здорово! Ведь изестианки издавна славились своей необычной, даже слегка пугающей красотой, выглядели ведьмами с глазами, слегка вздернутыми к вискам и тонкими чертами совершенных лиц. Да и фигурами обладали такими, что любой мужчина при виде них слюни пускал. Ох, что он сделает с попавшей в его руки сучкой! Она быстро пожалеет, что на свет родилась.

Поступившие от искина данные заставили Перка оторваться от приятных мечтаний. Что там еще такое? Какие-то обломки пролетели мимо. Надо рассчитать их траекторию, пусть определят, какой идиот посмел выбрасывать мусор в окрестностях станции. Штраф ему впаяют астрономический!

— Что-то тут не то, — хрипло заявил Орик. — Уж больно кучно обломки летят. Может, и не обломки это. Тревожно мне.

Перк закатил глаза — опять этот старик со своей дурной интуицией. Как же он надоел! Ему не терпелось вернуться к своим фантазиям, но, делать нечего, пришлось сканировать обломки более тщательно. Все в порядке! Покореженные ремонтные и прочие дроиды. Но… Ах, проклятье, их траектория ведет к удару об поверхность станции! За поднятый шум с диспетчеров штраф сдерут. Он сообщил о своих выводах старшему диспетчеру, и тот удовлетворенно покивал, велев расстрелять кучу мусора. Перк послушно активировал орудия, и куча ломаных дроидов испарилась в плазменной вспышке.

— Все равно тревожно, — проворчал Орик. — Что-то творится вокруг нас паршивое.

— Ты о чем? — удивился Перк, его поддержал Марит, третий диспетчер.

— Вы что, не слышали, что к нам ни один работорговый корабль пройти не может? — удивился старик. — Исчезают. А рабы после этого обнаруживаются спящими на ближайшей планете, причем никто не знает, как они там оказываются. Наши шефы до хрена денег частным детективам заплатили, но те тоже ничего не выяснили. За последние три дня ни одного корабля в систему не пришло! Когда такое бывало? Так-то вот, ленивые вы задницы.

— Вот же паскудство… — поежился лангарец, представив, что вместо приятных развлечений с рабынями получит плен и каторгу.

Этого совсем не хотелось, и он принялся внимательнее всматриваться в пространство вокруг «Гумбольта». Если бы не это, то, наверное, все пропустил бы, а так обратил внимание на резкий всплеск гравитации в нескольких миллионах километров от станции, такое происходило, когда из гипера выходил большой корабль. Но аппаратура никакого корабля не фиксировала! Перк тут же доложил об этом Орику, тот без промедления, как следовало по инструкции, объявил тревогу. Но это, к сожалению, не помогло.

Станция содрогнулась, но что это было поначалу никто не понял. А когда на нее переключили внимание нескольких наблюдательных сателлитов, то стало ясно, что по всей ее поверхности взрываются какие-то заряды.

— Импульсные! — ошалело выдохнул Орик. — Откуда здесь столько импульсников взялось⁈ Это же предательство!

— Там не только импульсные мины, — вмешался Марит, коротко просканировав огромную тушу «Гумбольта», — но и станерные. На станции не осталось никого в сознании! Мы единственные, защита диспетчерского пункта спасла.

— Да твою же мать! — с яростью выдохнул старик, лихорадочно раздавая через имплант команды боевым сателлитам.

Вот только ни один из них не отозвался! Это было невероятно, невозможно, но происходило, и три диспетчера растерялись. Но затем Орик подключился к самым крупным в ручном режиме и отдал команду обстреливать участок пространства, в котором произошел гравитационный всплеск. Вот только это ничего не дало, а затем, словно ниоткуда, ударили мезонные заряды непредставимой мощности, ни одно известное орудие не было способно выдавать подобные. Но мало того, несколько сателлитов вдруг скрутила в абстрактные конструкции невидимая сила, так выглядели корабли, попавшие в пространственно-временные аномалии. Это что, кто-то научился создавать искусственные аномалии⁈ Но кто⁈ Как⁈ Когда⁈

Происходило что-то странное и невероятное, а диспетчеры больше не могли ничего поделать — главный искин станции перекрыл им доступ в систему, сообщив, что потеряно право доступа. Это означало только одно — его взломали каким-то образом, хотя это считалось совершенно невозможным, еще никому не удавалось взломать искин такого класса. Но все когда-нибудь происходит впервые, случилось и это. Мало прочего, на диспетчеров нацелились выползшие из стенных ниш турели, и искин потребовал спокойно сидеть и ничего не предпринимать, или нарушители будут уничтожены. Пришлось подчиниться, проклятой железяке ничего не докажешь.

К счастью, подключение к наблюдающим сателлитам никто отключать не стал, и диспетчеры с ужасом наблюдали за происходящим, не понимая, что тут вообще творится. Прямо над поверхностью станции возникли огромные черные воронки, откуда посыпались потоки дроидов неизвестных модификаций. Судя по сообщениям станционной видеоаппаратуры внутри происходило то же самое. Не прошло и двадцати минут, как «Гумбольт» оказался под завязку забитым чужими дроидами.

— Это чего же, телепортация? — ошалело спросил неизвестно у кого Перк.

— Похоже, она, — хмуро отозвался Орик. — Это кого же могущественного мы так разозлили?..

— Ни одна страна Единения телепортацией не владеет, — отрицательно покачал головой Марит, — я интересуюсь технологическими новинками, если бы ее разрабатывали хоть где-то, то информация об этом просочилась бы, такое не скрыть, как ни пытайся. Так что это чужие…

— Да не было поблизости никаких развитых чужаков… — растерянно пробурчал старик, потерев лоб ладонями. — Проклятье, что же делать⁈

— Мы ничего не можем сделать, — тяжело вздохнул лангарец. — Станция кем-то захвачена. Внутри десятки тысяч дроидов, глядите, все коридоры ими так и кишат. Только не пойму, что они делают.

А чужие дроиды действительно занимались совершенно непонятными вещами. Они застывали ненадолго над каждым упавшим человеком, после чего уносили его в черную воронку. «Гумбольт» стремительно пустел. Дроиды работали быстро, слажено, явно выполняя заранее заложенную программу. Куда они уносят людей? А главное — зачем? Причем не только пиратов, но и рабов, которых на станции было две трети из всех ее обитателей.

Видимо, загадочные захватчики не обнаружили главный диспетчерский пункт, слишком хорошую защиту он имел, да и располагался внутри крупного астероида, причем был хорошо замаскирован — ничто на поверхности гиганской скалы не выдавало, что внутри нее что-то есть. И если бы не взлом главного искина, то диспетчеры смогли бы причинить врагу немало неприятностей. Но теперь оказались полностью бессильны, могли только сидеть и с ужасом наблюдать за происходящим, надеясь, что их не найдут.

Прошло около суток, и станция полностью опустела. Все это время диспетчеры сидели тихо-тихо, отключив всю активную аппаратуру, которую позволил отключить главный искин. Их все так же то ли не нашли, то ли вообще не искали, и три человека молили про себя всех богов, чтобы так было и дальше. Они не знали, куда чужаки отправляли людей, в том, что это чужаки, не сомневался уже ни один, но совсем не хотели там оказаться.

Когда, согласно показаниям внутристанционных датчиков, на «Гумбольте» не осталось ни одного живого человека, произошло нечто жуткое, никак иначе охарактеризовать это диспетчеры не могли. Их потом не раз допрашивали и подвергали ментоскопированию псионы «Наследия» и других подобных организаций, поскольку эти трое оказались единственными свидетелями происшедшего. Рабы не помнили ничего, они просто уснули, а затем проснулись уже на планете Ирания, неподалеку от поселения Урун. Допросили их потом, конечно, всех, но это ничего не дало.

Десятикилометровый корпус станции, напоминающий вытянутую толстую сигару с надстройками и пилонами, внезапно начал сминаться, словно его плющил невидимый великан. Это было настолько страшно, что диспетчеры чуть не обделались от ужаса, они не знали оружия, способного на такое. А затем начался вообще какой-то кошмар. Неподалеку от шара смятого металла, в который превратилась станция «Гумбольт», вдруг вспыхнула яркая световая линия, сразу после этого начавшая расширяться. Горящий потусторонним светом провал в никуда заставил диспетчеров тихо завизжать от бесконечного ужаса, им казалось, что они сходят с ума. Да что там, им казалось, что из этого жуткого провала на них смотрит сам владыка Бездны.

Через несколько минут из темноты космоса появился покрытый оспинами и кавернами сплюснутый железный шар, весь покрытый пятнами ржавчины. Размеры его потрясали — больше трех километров диаметром. Но в том, что это чей-то корабль, не сомневался никто. Вокруг него светилось желтым светом силовое поле неизвестной природы, аппаратура диспетчерского пункта определить ее не смогла. От чужака последовал гравитационный импульс, и останки «Гумбольта» влетели в провал. После этого железный шар сделал то же самое со всеми находившимися в системе кораблями — их тоже опустошили дроиды. Затем провал в никуда закрылся.

Когда пространство вокруг очистилось от обломков, чужак некоторое время висел неподвижно, после чего полыхнул белым светом, да так ярко, что диспетчера ослепли бы без светофильтров. Они спасли. Железный шар начал разгон и непредставимо быстро набрал скорость. Это какие же двигатели там стоят, раз сумели разогнать настолько быстро такую массу? Но даже не это поразило, а открывшийся в нескольких тысячах километрах от чужака еще один провал в неизвестность, оттуда исходило уже не белое, а опаловое сияние. Неизвестный корабль нырнул туда, и провал схлопнулся. Все закончилось.

— Проверь искин! — тут же скомандовал Орик.

— Главный отсутствует, он был на станции, а искин диспетчерского пункта снова подчиняется нам! — обрадовано заявил Перк после проверки.

— Срочно отправляй сигнал бедствия во все стороны с указанием координат! — распорядился старик. — Иначе мы тут через декаду загнемся, запасов воздуха, воды и еды в пункте минимум.

На интересы погибших хозяев диспетчерам было плевать с высокого потолка, и вскоре во всех близлежащих системах получили сигнал бедствия с координатами «Гумбольта» и сообщением, что станция уничтожена. Это настолько изумило правительство Кандийской федерации, а затем и остальных стран Единения, что в безымянную систему отправилось более пяти флотов. Несколько кораблей направило «Наследие», сильно пострадавшее после последнего кровавого бунта против псионов, но постепенно восстанавливающее свое влияние.

Когда стало ясно, что в системе, где раньше располагался «Гумбольт», порезвились неизвестные чужаки, многие высокопоставленные господа лишились своих должностей, а кое-кто и вовсе пошел под суд. Особенно после того, как расследование показало, что это, скорее всего, те четверо странных чужих, за которыми охотилось «Наследие». Они, похоже, все-таки сумели создать корабль по своим технологиям, хотя все были уверены, что это невозможно. И как их теперь ловить не знал никто. А ловить было нужно, поскольку упускать такие технологии никто права не хотел. Страна, получившая их первой, получит огромные преимущества. И ради этого правительства и реальные власть имущие каждой готовы были на все.

Вот только лучшие ученые, обследовав место происшествия, твердо заявили, что, скорее всего, чужаки ушли в другую вселенную. Слишком в системе оказались изменены метрики пространства-времени. Но каким образом незваные гости это сделали никто сказать не смог. Яйцеголовые умники разводили руками и говорили, что современная наука не имеет даже теории межпространственных переходов. И за что им только такие деньги, дармоедам, платят⁈ Высокопоставленным дамам и господам осталось только заскрипеть зубами от разочарования и заняться своими делами, которых предстояло очень много. Ведь требовалось восстановить общедоступную работорговую площадку, слишком многим богатым и знатным она была выгодна.

Глава 4.1

Лар вошел в кабинет Дарли и улыбнулся своей знаменитой очаровательной улыбкой — все-таки великий бард был невероятно красив, настолько, что у любой женщины при виде него внутри все обмирало. Флаг-адмирал с трудом дождалась, когда он исцелится. Тело у Адай действительно оказалось крайне неустойчивым и готово было в любой момент прекратить функционировать. Целителям с величайшим трудом удалось его хотя бы относительно стабилизировать и привести в божеский вид. Но дать гостю из Сфер больше месяца существования они не могли, невзирая на все свои усилия — слишком неправильным и искореженным его тело получилось.

— Здравствуй! — поздоровалась флаг-адмирал. — Как ты?

— И тебе добрый день, — наклонил голову Лар. — Немного лучше.

— По твоей линии никаких новостей не поступало?

— Поступали. Причем не слишком хорошие. Кержак, Лина и еще кое-кто оказались в очень странном и нехорошем месте. Не уверен, что у них получится выбраться оттуда. Хотя если Лина все же та, о чьем появлении я вас предупреждал, то должна выбраться. Полной уверенности в том, что это она, все еще нет, хотя многие признаки говорят, что да.

— Но кем она должна стать? — не выдержала Дарли.

Лар некоторое время молчал, явно размышляя, затем со вздохом сказал:

— Наверное, нет смысла скрывать. Мы давно подозреваем, что Тиналина Барселат — так называемый а-фактор.

— Кто это?

— Разумное существо, обладающее возможностью обращаться к самой сути мироздания и просить о помощи. Их не появлялось много миллиардов лет. Оказывать им помощь обязаны все силы, вплоть до высших демиургов, включая недавно воплотившегося Черного, но только тогда, когда а-фактор объективно прав. Различные дары, от магического до пилотского, — это всего лишь составные части общего дара а-фактора. Он обычно прав, поскольку если попытается защищать что-либо неправедное и несправедливое, то суть мироздания его просто сожжет. И только а-фактор, боюсь, способен справиться со «сверхами», потому Тиналина и родилась.

— Если это так, то бедной девочке не позавидуешь… — поежилась флаг-адмирал. — Страшная судьба…

— Страшная, — подтвердил Адай Аарн. — Но при этом она способна спасти многих и многих, кого иначе не спасти. Она способна повернуть мироздание к доброте, показать другим путь во тьме.

Некоторое время помолчав, он продолжил:

— Оставим пока эту тему. Также поступила информация, способная помочь в ситуации с Ринкангом. Одну из трех эскадр разделившейся поисковой экспедиции возглавляет лор-адмирал Таниэль Сэтарион, эльф.

— Да, возглавляет, — не поняла к чему это он Дарли. — И что?

— Его инженеры и технологи сумели разработать генераторы, создающие защитное поле, способное прикрыть от излучения аномалии, и уже защитили им одну планету, тем самым остановив на ней ядерную войну, — пристально посмотрел на собеседницу Лар. — Срочно связывайся с эльфом, параметры ретрансляторов и конвертеров пространства, позволяющих сделать это, я пересылаю на твой биокомп, передай их Багу, он сообразит, как это провернуть. Думаю, нужно срочно перекрывать кораблями с такими генераторами границу системы, где расположена аномалия. Это поможет хотя бы снизить накал происходящего. А то ситуация ухудшается в геометрической прогрессии. Я отсюда вижу багровое облако, нависшее над несчастной страной.

Флаг-адмирал кивнула и без промедления переслала полученные от Лара данные Багу Бенсону. Тот обрадовался и пообещал сегодня же перенастроить конвертеры пространства «Белого Стерха» для связи с Таниэлем. Он сам уже голову сломал, пытаясь понять, что делать с проклятой аномалией, но пока так ничего и не придумал. А она продолжала воздействие, и жители Ринканга все больше сходили с ума.

— Ты обещал помощь в поисках Стэна Айдахо, — напомнила Дарли.

— Пока не вижу его, похоже, находится в гиперпространстве, — отозвался Лар. — Как только появится в обычном, я его идентифицирую.

— Хорошо, — кивнула флаг-адмирал. — Ты еще говорил, что от Мастера в будущем будет много зависеть. Можешь поделиться?

— Нет, — честно признался Адай Аарн. — Все это еще слишком зыбко, чтобы обсуждать, рано пока, не хотелось бы обратить на себя внимание кое-каких сил, они, желая хорошего, способны так нагадить, что никому мало не покажется. Эрсай по сравнению с ними — дети малые.

— Ясно, — скривилась Дарли. — Все как всегда, загадочные вы наши. Кстати, раз уж ты тут, спрошу еще кое-что. В одной из экспедиций в другую вселенную наши столкнулись с какими-то божественными детьми, если их можно так назвать, и те, испугавшись вероятностного ментата, занесли четырех аарн очень далеко от нашей реальности. Благо мы имеем с ними связь через эгрегор ордена. Ребята построили по нашим технологиям корабль, создали фазовые генераторы и конвертеры пространства, но не ушли сразу, а решили задержаться ненадолго, чтобы уничтожить работорговую станцию.

— У них с собой Целитель Душ? — удивился Лар.

— В том-то и дело, что нет! — улыбнулась флаг-адмирал. — Сумели справиться, никого не убив. Пиратов усыпили большими станерами и спровадили на далекую планету во фронтире, а рабов переправили на ближайшую малонаселенную планету. А затем покинули ту вселенную. Но сколько им придется искать дорогу домой? Не мог бы ты помочь?

— Не уверен, что смогу, — немного подумав, произнес Адай Аарн. — Передай мне данные по той вселенной, я справлюсь в нашем инфоцентре, есть ли по ней хоть какая-то информация.

Получив просимое, он надолго замолчал, а по прошествии десяти минут отрицательно покачал головой. После чего со вздохом сообщил:

— Слишком далекий от нас сегмент мироздания, настолько далекий, что туда даже через Сферы доступа нет. Но примерный маршрут досюда мне скинули. Придется ребятам последовательно перемещаться из реальности в реальность, причем в каждой их будут чем-то озадачивать. Увы, это так, высшая система, стоящая над всеми нами, уже учла их в своих раскладах. Это ведь Альмия со товарищи?

— Она самая, — подтвердила Дарли. — А что за высшая система?

— Если честно, я и сам не знаю, — развел руками Лар. — Известно только, что она существует и надстоит над всеми известными нам структурами Контроля и не только Контроля. Кое-кто подозревает, что это прямой инструмент в руках Творца. Но так ли это? Подтверждений нет. Система просто существует, и когда появляется необходимость, мы или эрсай, или еще кто-то вдруг получаем информацию о том, что следует сделать. Способ оставляют на наше усмотрение. Так вот, эта система включила в себя Альмию, и она также будет получать пожелания того, чего следует добиться в той или иной вселенной. Сообщать ей об этом или нет — решать тебе. Девушка, скорее всего, не зная о системе, будет думать, что ей самой захотелось того или иного.

— Ясно, — тяжело вздохнула флаг-адмирал, картина мира снова усложнилась на порядок. — Благодарю и за маршрут. При первом же сеансе связи через эгрегор я передам его Альмии. Ребятам теперь хотя бы не придется лететь наобум, а то можно было и столетиями дорогу искать, но так и не найти.

— Пока больше ничего нет, — подвел черту Адай Аарн. — Пойду посплю, Целители сказали, что мне желательно в этом теле побольше спать. Выдели мне, пожалуйста, каюту. Если поступит новая информация, касающаяся дел ордена, я тебе немедленно сообщу.

— Хорошо, иди, — Дарли, получив от биокомпа станции, на которой находилась, координаты ближайшей свободной каюты, попросила открыть туда проход. — Рада была повидать.

— Я тоже рад был тебя видеть, — мягко улыбнулся Лар. — Кстати, как высплюсь, сыграю пару десятков новых песен, разрешаю записать их. Подготовь хорошую гитару.

— Будет, — тоже улыбнулась флаг-адмирал, обожавшая его песни и невероятный голос. — Иди уже, спи.

Адай Аарн снова улыбнулся и покинул кабинет через прямой гиперпереход. А директор Тарканака осталась осмысливать новые концепции, которых сегодня свалилось на нее множество.

* * *

Не обращая внимания на привычные бардак и беготню ученых, Баг Бенсон стоял на смотровой площадке «Белого Стерха», смотрел в никуда и покусывал губу. Связаться с Таниэлем удалось только этим утром, но самого эльфа не было, однако всю нужную информацию инженеры экспедиции передали. Разобравшись в пересланном, гиперфизик долго ругался и стучал себя кулаком по лбу, не понимая, почему столь простой выход не пришел в голову ему самому. Может потому, что слишком простой? Он подозревал, что именно так. О чем речь, в этом направлении он даже не думал! А разработчики с «Черного Вала» использовали метод обычной глушилки, они, ничтоже сумняшеся, забили диапазон ментального излучения аномалии белым шумом. Чушь, на первый взгляд? Да, чушь. Но сработало же!

Понятно, что это не панацея, аномалия в любой момент может сменить ментальный диапазон, но ведь и генераторы можно сделать настраиваемыми. По крайней мере, это позволит хоть немного защитить несчастную страну, на глазах сходящую с ума — видел он записи творящегося на планетах Ринканга. Безумцы ломали все, до чего дотягивались, и рвали на части тех, кого могли поймать. Спасали пока что только психощиты, но на все население психощиты не навесишь, их просто нет столько, не производили, не думали, что это понадобится. К счастью генераторы, способные заглушить ментальное излучение можно создать быстро, за каких-то несколько часов.

— А что если после глушения попытаться сбросить аномалию не в другую вселенную, а в пену миров? — неожиданно предложил один из помощников Бага, черно-белый арахн Теру-Кхуу. — Помнишь, мы не так давно до нее достучались в одном из экспериментов?

— Помню, — подтвердил Баг. — Не знаю, надо посчитать. Но не будет ли отката?

— Неизвестно. Однако в обычную вселенную аномалию сбрасывать нельзя, она и там нагадит. И неизвестно что после этого случится.

— Согласен, права не имеем выживать за чужой счет. А пена миров вряд ли населена, а если и населена, то крайне мало. Хорошо, я просчитаю эту идею. А ты займись генераторами.

Расчеты, на удивление, заняли много времени, почти две декады. Теру-Кхуу и гвард Тир-Мораг к этому моменты успели разработать и произвести генераторы, после чего разместили их на кораблях пришедшего из Аарн Ларк флота, окружив ими систему аномалии. Активация глушилки прошла на первый взгляд незаметно, но люди на планетах Ринканга начали постепенно приходить в себя, изумляясь собственным поступкам. А кое-кто и вовсе не понимал, где он и что тут делает. Несчастная страна облегченно вздохнула и принялась восстанавливаться. Из Кэ-Эль-Энах, Сторна, Парга и Трирроуна пошли караваны с гуманитарной помощью, поскольку разрушено оказалось очень многое, да и десятки тысяч человек погибли. А если бы не удалось заглушить аномалию, то погибли бы миллионы, если не миллиарды.

— Дарли, Рави, — вызвал упомянутых Баг. — Тут идея возникла. Попытаться сбросить аномалию в пену миров, — тут ему понадобилось объяснять, что имеется в виду мешанина осколков миров и вселенных на границах мироздания, если их можно назвать границами. — Не могу обещать, что сработает, но попробовать, думаю, стоит.

— А не будет ли это равносильно взрыву мю-бомбы? — хмуро спросила флаг-адмирал. — Не слишком ли опасно?

— Не знаю, — честно признался гиперфизик.

— Давай лучше немного подождем, — предложил великий князь. — По последним данным, что-то серьезное происходит там, куда попали Кержак и Лина. Если у них ничего не получится, тогда и будем рисковать. Пусть пока глушилка поработает, ситуация благодаря ей немного сгладилась.

— Хорошо, — не стал спорить Баг, ему и самому идея с пеной миров не слишком нравилось, интуиция подсказывала, что все может пойти далеко не так, как задумывалось, а это чревато большими неприятностями.

Аарн никогда не любили ждать у моря погоды, но понимали, что сейчас иного выбора нет. На данный момент все зависело от Кержака Черного и Тиналины Барселат, по заверению Адай Аарн. Оставалось только пожелать им удачи.

* * *

Очередная опустевшая тиумская система порадовала бывших пиратов клана Акадо двумя заброшенными пространственными станциями, производственной и шахтерской, плюс относительно пригодной для жизни планетой с паршивым и довольно холодным климатом. Там имелось маловато воды, но выжить было можно. Да не собирались опытные астронавты жить на почве, не привыкли, станций хватит с головой, на них, после ремонта и запуска реакторов, можно расселить несколько сотен тысяч, а то и миллион человек. Пиратов же вместе с женами и детьми было всего сто пятьдесят тысяч, разместятся без особых проблем. Зато на поверхности планеты, в экваториальных областях, вполне можно растить сельскохозяйственные культуры и разводить животных на мясо.

— Думаешь, наши башибузуки захотят заниматься крестьянским трудом? — насмешливо поинтересовался Тирос. — Очень в этом сомневаюсь.

— Выход самый простой, — пожал плечами Лиго. — Рабы.

— Я против использования рабов! — решительно заявил Стэн. — Если мы испачкаемся в этом, то нам никогда не отмыться, а мы решили стать законопослушными, чтобы за нами снова не гонялись все вокруг. Так что лучше дроиды. Это несколько дороже, но зато никто и ничего нам вменить не сможет. Тем более, что над этим вопросом я уже задумался и запас больше ста тысяч сельскохозяйственных и промышленных дроидов, они у нас с собой, на борту транспортника «Керис Хайтаго».

— Ну, раз так, то и хорошо, ты прав, действительно лучше обойтись без рабов, за ними еще поди уследи, — пожал плечами главный инженер нового клана, названного Риатон.

— Что с запуском реакторов? — спросил новоиспеченный дахар, иначе говоря, глава клана.

— Примерно через трое суток запустим, они здесь старые, нужно провести профилактику, да починить некоторые. Также я отправил восемнадцать транспортников на ближайшую развитую тиумскую планету, кое-какие запчасти прикупить надо, деньги выделил из общака.

— Хорошо, пусть летят. Лиго, ты, как танхор клана, должен знать, что у нас с продовольствием.

— На данный момент хватит запасов на два года, но это если питаться довольно скромно, — ответил управляющий. — Как и Тирос, я отправил транспортники за продовольствием, посевным материалом и детенышами молочных и мясных животных, в Тиуме, понимаешь ли, разводят архасов, они и мяса, и молока дают втрое больше любых других. Но думаю, что следует еще подкупить сельхоздроидов, они лишними точно не будут. Да и специалистов толковых нанять не помешает — в Тиуме сейчас такая безработица, что найти нужных проблем не составит. Агрономы нам уж точно понадобятся.

— Делай все, что считаешь нужным, хозяйство клана в твоем ведении, — поднял руки Стэн. — Только просьба больше половины общака не тратить, нам надо иметь запас на черный день.

Когда до бывших пиратов довели решение руководства, они начали высаживаться на станции, которые следовало как можно быстрее привести в порядок. А это задача была не такая легкая, как могло показаться на первый взгляд — эвакуируясь из системы, тиумцы вывезли все, что только могли вывезти. А многое попросту уничтожили. Зачем-то. Хорошо хоть никто не додумался ломать системы жизнеобеспечения, их требовалось только немного подшаманить, и вскоре на станциях появилась атмосфера. Это вызвало немалое облечение, ведь большинство пиратов привезло с собой жен и детей. А на кораблях тем все-таки было тесновато. И неудобно.

Реакторы запустили, но работали они ни шатко, ни валко, требуя хорошего ремонта и калибровки, а запчастей пока не было. Инженеры и техники, возясь с ними, то и дело поминали хвосты Проклятого в чьих-то глотках, они не представляли до сих пор, насколько нищим был Тиум и каким старьем там пользовались. Да что там старьем, откровенной рухлядью! Но делать было нечего, и люди работали сутками, чтобы хоть как-то заставить эту проклятую рухлядь работать. Доступ во многие секции станций пришлось перекрыть — там был вакуум. Возникало ощущение, что ремонта не проводили добрых лет сто, если не больше. До сих пор пираты думали, что Ринканг — бедная страна, но теперь поняли, что их родина по сравнению с Тиумом богата. Стало понятно почему люди бежали оттуда как могли и куда могли.

— Стэн, — простонал Тирос дней через десять сплошного аврала на шахтерской станции, производственная все же была в чуть лучшем состоянии. — Это какой-то кошмар! Я никогда не видел ничего подобного! Они тут вообще ничего не делали, они просто бросали сектор за сектором, стоило в любом из них возникнуть поломке, ремонтировать никто не брался. Это как так⁈

— Видимо, совсем уж нищие были, — пожал плечами дахар клана. — Ничего, справимся, первые транспортники с запчастями пришли.

— Прийти-то пришли, — недовольно пробурчал инженер, — но нехватка самого нужного все равно очень острая, мы в половине секторов не можем запустить систему жизнеобеспечения. Но ладно ремонт, ты видел, какую на этих станциях грязь развели⁈ У меня ощущение, что местные здесь лет пятьдесят не убирались!

— Да кто их знает, может и не убирались, — раздраженно пожал плечами Стэн. — Ты мне лучше скажи в этой системе есть что-то интересное из ископаемых? Стоит шахтерские корабли закупать?

— Закупать их точно стоит, в двух соседних кое-что имеется, — после недолгого размышления сообщил Тирос. — Здесь в поясах астероидов только железо, медь, уран и никель в количестве. На планете также есть нефть, но глубоко, очень дорого добывать будет, не окупится. Еще разные редкоземы, но их добыча тоже с немалыми затратами связана. Зато в N-87234 и N-87239, до них всего по восемь-девять световых лет, хватает трансуранидов, и даже следы вария наши разведчики обнаружили. Но его добывать опасно, если варий действительно найдут и об этом узнает хоть кто-то чужой, то нас отсюда турнут. Надо будет продавать добытое очень осторожно и на другом конце галактики, сам знаешь его ценность.

— Да, если засветимся с варием, то точно турнут, — скривился дахар клана. — Хотя если продавать, например, в Лавиэн, то вряд ли, но транспортники должны быть сторонние, не наши, чтобы нас с этим не связали. Перегружать придется в пространстве. Но Проклятый с варием, в конце концов, нам и трансуранидов с головой хватит, чтобы безбедно жить. Главное продавать их не в Тиуме или Телли Стелл, а в Трирроуне или даже Парге. Впрочем, можно еще сунуться в Аствэ Ин Раг, святоши хорошо платят, да и продовольствие у них очень дешевое. Есть у меня кое-какие выходы на них, но нужна крупная партия, с одним-двумя кораблями не стоит соваться, могут и ограбить. Где думаешь шахтерские корабли покупать?

— В Трирроуне, естественно, там лучшие, — справился в своем портативном биокомпе инженер. — Но не я, а Лиго этим займется, это его епархия. Еще можно брать моованские корабли, на они дороже.

— А Кэ-Эль-Энах?

— Ты рискнешь связываться с княжеством? Я нет, еще поймут, кто мы такие. Мало нам тогда не покажется.

— Да, ты прав, с ним связываться глупо, — признал Стэн. — Уж больно у Равана спецслужбы толковые, могут и разобраться, что к чему.

— Я бы вообще старался не привлекать внимания стран, где монархами аарн, — поежился Тирос. — Сам знаешь, как они к нам относятся. Так что Кэ-Эль-Энах, Парг и Сторн отпадают сразу, туда никто из наших не полетит, мы не знаем, может магнаты передали им списки членов кланов. Лучше не рисковать.

— Об этом я не подумал, — нахмурился дахар. — Могли и передать. Жаль, конечно, самые богатые страны пролетают мимо. Но делать нечего. Пожалуй, святоши будут лучшим вариантом.

— Я тоже так думаю, — кивнул инженер. — Ладно, я побежал, дел немерено, опять вызывают, опять что-то случилось.

Не прошло и пяти минут, как его челнок вылетел из ангара «Веселой красотки», которую ради маскировки переименовали в «Дилу Ранхес», зарегистрировав корабль в том же Тиуме — за пару тысяч кредитов в этой нищей стране можно было купить все, в том числе и регистрацию.

Стэну в последние несколько дней было сильно не по себе, ему постоянно казалось, что его сопровождает чей-то внимательный взгляд. Он не раз оборачивался, но никого не обнаруживал, однако ощущение приближающихся неприятностей не давало покоя. Дахар клана не понимал, что с ним происходит, но был уверен, что за ним наблюдает кто-то неизвестный. Кто и как? Этого он не знал, но уверенность в наблюдении нарастала с каждым днем.

— Да кто ты такой⁈ — сжал кулаки Стэн. — Чего ты ко мне пристал⁈

— А тебе оно нужно? — заставил его вздрогнуть чей-то голос. — Что тебе даст это знание? Ты меня вряд ли знаешь.

— Может и знаю, — пожал плечами дахар. — Ты покажись.

— Хорошо, только сразу предупреждаю, что стрелять в меня бесполезно, в этой реальности нет оружия, способного причинить мне вред. Но, если хочешь, можешь попробовать, мне все равно.

Воздух сгустился в фигуру сидящего в кресле мужчины с длинными волосами, на редкость красивого мужчину, женщины перед ним, наверное, снопами падали. Вот только незваный гость, непонятным образом появившийся в каюте, оказался неправ. Стэн сразу узнал его, хотя в реальности никогда этого человека не встречал. Но видел в своих странных снах.

— Лар даль Далливан… — прохрипел он, роняя на пол плазмер. — Но откуда я знаю тебя?.. Откуда эти поганые сны⁈.

— Память понемногу возвращается? — задумчиво покивал гениальный певец. — Ожидаемо. Но пока только проблески, да?

— Да, — дахара клана трясло, он ничего не понимал, но понемногу осознавал, что сегодня узнает что-то очень для себя важное. — Откуда все это?..

Даль Далливан повел рукой, и на возникшем у стены голоэкране появилось изображение мужчины с волосами, заколотыми в хвост на виске. Чем-то его лицо было знакомо Стэну, он не сразу понял, что каждый день видит это лицо в зеркале, когда утром чистит зубы. Но так он никогда не выглядел! И уж точно ни разу в жизни не носил длинные волосы.

— Кто это? — глухо спросил пират.

— Илар ран Дар, Командор ордена Аарн, — ответил даль Далливан, с интересом глядя на собеседника. — Еще не понял?..

— Нет, — на самом деле дахар все понял, но изо всех сил гнал от себя это понимание, вот уж с кем он не хотел иметь никаких связей, так это с покойным Командором.

— Не лги, — бросил мертвый певец, а он точно умер, Стэн слышал о его гибели. — В тебе воплотилась четвертая часть его души, отсюда и воспоминания. И за тобой вскоре придут аарн, где бы ты ни прятался. Придет время, и все части души Мастера объединятся. Вы станете единым целым. Пойми, этого не избежать.

Дахар клана откуда-то знал, что незваный гость полностью прав, ему действительно никуда от объединения не деться, оно случится вне зависимости от его и остальных воплощений желания. Он как-то сразу поверил в то, что является частью Командора, это разом объясняло все странности в его не слишком долгой жизни. Было горько, что он всего лишь нечто временное, зыбкое, словно утренний туман, которому растаять под лучами солнца.

— Значит, аарн придут за мной? — едва слышно спросил Стэн.

— Обязательно придут, — подтвердил даль Далливан.

— И убьют всех из нашего клана, — горько усмехнулся дахар. — Я этого допустить не могу, я за этих людей отвечаю. Поэтому я готов сдаться, если орден оставит бывший клан Акадо в покое. Мы больше не пираты и никогда ими снова не станем! С нами женщины и дети. Дайте нам жить! Большинство попало в клан без своего на то желания, их заманили в него обманом, а потом не оставили выхода. Я меняю свою жизнь на их жизни!

— Ты делаешь это уже во второй раз… — задумчиво посмотрел на него незваный гость. — Достойно. Что ж, я передам. Думаю, на это пойдут. Аарн прекрасно помнят, как он, — даль Далливан кивнул на портрет ран Дара, — точно так же купил своей жизнью их спасение.

— Даже так?.. — криво усмехнулся Стэн. — Значит мне это присуще. Мы договорились?

— Договорились, — кивнул мертвый певец. — Думаю, тебе позволят даже жить здесь с условием, чтобы ты не покидал этой системы или хотя бы Тиума. Главное, чтобы ты не устроил чего-то неожиданного. Понимаешь, личности твоего масштаба способны всю галактику на уши поставить, даже не особо того желая. От вас слишком многое зависит. А тем более от тебя. В будущем.

— До него еще дожить надо, — отмахнулся дахар. — Я так понимаю, что прятаться бесполезно? Везде найдете?

— Прости, но найдем.

— Тогда я и скрываться не буду. Мне надо помочь людям выжить и обустроиться, а потому будь, что будет.

— Я тебя понял, Стэн Айдахо, — кивнул даль Далливан. — Бывай. Я пошел. Как будут новости, снова появлюсь.

С этими словами он растворился в воздухе. Дахар клана хрипло рассмеялся. Вот все и стало ясно, пронзительно ясно. Он подошел к переборке и постучался в нее головой, все еще в глубине души надеясь, что это наваждение. Но нет, боль отрезвила его. Он, в конце концов, не мальчишка. Нужно принимать свою судьбу с гордо поднятой головой.

И Стэн ее примет.

Глава 4.2

Мастерство пожилого японца Хироси из известного в стране восходящего солнца рода Танака впечатлило Игоря донельзя, его наставники не продержались бы против этого всегда безмятежного на вид желтокожего человека и десяти минут, причем вдвоем. А уж о нем самом и говорить не стоило, мастер заломал нового ученика за каких-то несколько секунд, причем без всяких усилий. Но все равно одобрительно отозвался о его уровне, сказав, что для столь молодого возраста парня неплохо натренировали, вот только школа совсем другая, хотя очень действенная. Поэтому портить ее не надо.

И действительно, Хироси вскоре разработал для Игоря индивидуальную программу тренировок, от которой тот чуть не взвыл — такого кошмара он раньше и представить себе не мог, его наставники по сравнению с этим узкоглазым извергом смотрелись, как добрые и ласковые дедушки. Но делать было нечего, сам согласился тренироваться у красноярского сэнсэя Воинов Пути. А ведь впереди ждал еще и да-алль, при котором маленькими, очень острыми ножами будут обнажать чуть ли не каждый нерв, смазывая его особыми настоями. Без всяких обезболивающих или наркоза! Правда, результат обещал быть отличным.

Мало того, институтские преподаватели тоже взялись за Игоря, не давая ему продыху и не слезая. Может и зря он показал перед ним свой настоящий уровень в высшей математике, но зато и учили его таким вещам, которым не научат больше нигде. Так что, наверное, это все к лучшему. Жаль только, что времени на общение с Ариной почти не оставалось, а эта девушка имела для него большое значение, настолько большое, что расстаться с ней означало погибнуть. Да что там, она стала частью его души.

Одно только немного раздражало — три ведьмы буквально прилипли к ним с Ариной, практически не разу влюбленным не удавалось остаться в постели вдвоем, все время к ним кто-то из других девушек присоединялся. К сожалению, его подруга, судя по ее поведению, не имела ничего против, наоборот, ей это почему-то страшно нравилось и вызывало горячее одобрение. Да и фантазия у Арины действительно оказалась той еще, некоторые вещи, предложенные девушкой, поначалу показались Игорю дикими и даже отвратительными, но потом он вошел во вкус и соглашался на все, получая от подобных игрищ огромное удовольствие. И вскоре подметил, что в процессе его источник медленно, но растет. А присмотревшись, понял, что-то же самое происходит и с девушками, потому они на него и западали — такая энергетическая подкачка возможна далеко не с каждым одаренным. Причем девушки, судя по всему, и сами не понимали, что с ними творится, но желание при виде Игоря испытывали дикое, готовы были его чуть ли не на улице насиловать. Да и Арина что-то от всего этого явно получала, поскольку глядя, как ее парень кувыркается с соседками, получала редкое наслаждение, от нее буквально плескало этим наслаждением во все стороны. И ее источник тоже рос.

Немного поразмышляв, Игорь смирился. От него, в конце концов, не убудет, совсем наоборот. Раз Арине так хочется и так нравится, то он ничуть не против. После того, как он сказал ей об этом, было много радости, визга и поцелуев, девушка настолько обрадовалась возможности делать все желаемое, что от счастья была сама не своя. Она ведь тоже не особо понимала, почему ей так хорошо, когда в их постели есть еще кто-то из женщин, но терять это невероятное ощущение не хотела. И с тех пор развернулась по полной, в результате чего вечером в квартире Игоря начали появляться незнакомые девушки из одаренных, которых в Красноярске оказалось довольно-таки много. Кто-то приходил на один раз, кто-то потом периодически наведывался. Особенно заинтересовались лесным волхвом Нинель, Мариам и Зейнаб, армянка, грузинка и азербайджанка с очень характерной для их народов внешностью, но при этом довольно симпатичные, они часто бывали у Игоря с Ариной, а она окончательно переселилась к нему. О чем речь, восточные красавицы навещали влюбленных, как минимум, два, а то и три раза в неделю, порой прихватывая подруг. Вчера, например, притащили двух эбеново-черных негритянок, внучек какого-то шамана, темных по сути, но непонятной этимологии. Впрочем, бывшие соседки Арины по общежитию тоже довольно часто захаживали в гости и приводили с собой других девчонок.

Но на все эти игрища много времени Игорь тратить не мог, на первом месте стояли учеба и тренировки, да и вложенные наставниками в его голову знания по энергетическому манипулированию требовали практики, без практики они вскоре превратятся в ничто. А этого допустить нельзя! Особенно важны были навыки по управлению биосферой, все-таки он лесной волхв, а не маг. Поэтому Игорь часто выбирался в тайгу, причем в одиночку, для Арины его тренировки могли быть опасными, и она прекрасно это понимала. Забравшись при помощи тайных троп в глушь, парень сканировал местность и начинал работать только после того, как убеждался, что людей в пределах десяти километров нет. Ведь лес, когда с ним работал волхв, становился крайне непредсказуемым и мог учинить такое, что потом никак не скроешь. А внимания государства хотелось бы избежать.

Сегодня Игорь решил забраться подальше, интуиция тянула его куда-то на северо-восток от Красноярска, что-то там было важное и интересное. Немного посомневавшись, молодой волхв, а он явно перерос уровень ученика и вполне мог называть себя волхвом, решил посмотреть, что там такое. Тайные тропы ложились под ноги словно сами собой, осенняя природа радовала хорошей погодой, что в декабре большая редкость. Свежий снежок слегка поскрипывал под подошвами мокасинов, которые Игорь предпочитал любой другой обуви. Солнце заставляло заснеженный лес блестеть, словно он был усыпан драгоценностями. Парень легко держался на снежной целине, не проваливаясь, как будто скользил на лыжах — лесные волхвы умели и такое.

Еще несколько раз сменился пейзаж, пока, наконец, Игорь не оказался около мрачного то ли кратера, то ли почти круглого оврага, окруженного искореженными, искалеченными деревьями, один вид которых вызывал отвращение. От него веяло застарелой жутью, словно там засело нечто потустороннее, чему не место в тварном мире.

— Ах ты ж пакость! — не сдержался молодой волхв, его чуть не стошнило от отвращения.

Ни один лесовик никогда не оставил бы такую мерзость убивать лес. Здесь не так давно, всего лет десять назад, принесли в жертву множество людей, изгадив природный источник, превратив его в гнилостное, застоявшееся болото. Плюс провели еще несколько отвратительных ритуалов, о которых Игорю рассказывали наставники, требуя, чтобы он уничтожал творящих такое любой ценой. И стирал с лица земли все следы их деятельности, пока они не залили гноем и кровью всю планету. Это кто же сподобился? И почему до сих пор никто не разобрался с этим оврагом? Это очень странно!

Спешить не стоило, можно было нарваться так, что костей не соберешь, и Игорь сел прямо в снег, собираясь погрузиться в транс — следовало внимательно обследовать все, поскольку странность происходящего не давала покоя. Почему те же Никанор с Максимом не пришли сюда и не навели порядок? Для них бы это никакого труда не составило! Да и для других сильных волхвов или шаманов. Но никто ничего подобного не сделал, и это вызывало настороженность.

Однако после трансового состояния и анализа через ментал стала ясна причина — овраг не был виден почти никому из одаренных. Его скрыли, причем очень пакостным заклинанием. Обнаружить, что здесь что-то неправильно, можно было только подойдя вплотную. Одаренные ощущали наличие оврага, словно ноющий зуб, но какой именно ноет и почему понять не могли. Но почему тогда гнилостную аномалию ощутил Игорь? Его словно что-то привело прямо сюда. Кто смог это сделать? А главное — почему именно он? Далеко не самый сильный лесной волхв, еще слишком молодой и неопытный. Всего лишь недавний ученик! Это если, конечно, не учитывать душу Командора. Хотя она тут явно не причем, эта пакость однозначно завязана на что-то земное. Стоп, он ведь до сих пор привязан к эгрегору денег! Может, потому и увидел? Все возможно, но оставлять такую рану на теле планеты нельзя. И нанесли ее, похоже, серые твари, чтобы им всем передохнуть. Еще один повод для ненависти к ним. Ничего, скоро с ними разберутся окончательно. Недолго осталось — Воины Пути уже отследили их основные укрытия.

Игорь, напрягая память, вспомнил нужный ритуал, деды обучали нерадивого ученика ему, хотя он тогда не понимал, зачем это нужно, но все же запомнил. И слава Роду Всевеликому! Иначе потребовалось бы искать старших, тех же Никанора с Максимом или возвращаться к сэнсэю Хироси. А это время, которого явно не хватало — молодой волхв всей душой ощущал острую необходимость поскорее покончить с аномалией, иначе может случиться нечто непоправимое. Пришлось приманить двух снежных баранов, как ни жаль, но их кровь понадобится. Попросив у бедолаг прощения за то, что вынужден умертвить их, Игорь сделал это и принялся создавать заготовку ритуала, для чего растопил снег у входа и выплавил прямо в грунте нужные магические фигуры, создав канавки для крови жертвенных животных.

На всякий случай проверив оружие, а с тех пор, как сэнсэй Хироси два месяца назад обучил его создавать небольшие пространственные карманы, Игорь носил мечи с собой постоянно, он удовлетворенно кивнул. Жаль, что халтан еще не заслужил, иначе имел бы эл-мечи и деструкторы, но чего нет, того нет. Зато под рукой всегда отличные катаны, выкованные много лет назад лет великим кузнецом Йоринори — их тоже подарил сэнсэй в благодарность за спасение учеников, и как Игорь ни отказывался от столь ценного подарка, мастер настоял. Если что, врагам мало не покажется, им даже огнестрельное оружие не особо поможет, создавать защитные поля Игорь тоже научился, пулеметную очередь, если понадобится, сдержит, хоть и недолго. Но он ведь на месте стоять не собирается, так что должен отбиться, ежели нарвется на кого-то. Хотелось надеяться, что не нарвется, но готовиться нужно к худшему. На всякий случай.

Изменив голос, Игорь начал читать первую литанию, одновременно формируя изолирующие плетения. Налитая в канавки кровь засветилась, затем загорелась опаловым пламенем. Светящаяся схема поднялась в воздух, резко расширилась и накрыла собой весь овраг. Оттуда раздался сперва глухой стон, а затем утробный вой, словно чему-то непонятному стало очень больно и страшно. Молодой волхв побледнел — там уже почти созрела некая тварь, как бы не адская гончая. Что случилось бы, если бы она вырвалась на свободу, Игорь прекрасно себе представлял — все ближайшие деревни и поселения были бы подчистую вырезаны. И охотиться за тварью пришлось бы долго и трудно, причем всем, кто хоть на что-то способен. Без жертв среди одаренных не обошлось бы. Проклятые серые подонки!

Литания шла за литанией, катрен за катреном, опаловое свечение над оврагом усиливалось, от него уже было больно глазам, а тварь внутри все не унималась, выла и бесновалась. Игорь сильно устал, пот заливал глаза, он отдавал все свои силы, пока, наконец, не завершил ритуал. Сияние сжалось в ослепительную точку, и овраг полностью выгорел, от твари не осталось и следа. Вот только далось это парню очень нелегко, ноги и руки подрагивали, он тяжело, с присвистом дышал.

— Браво, браво! — раздался чей-то насмешливый голос. — Неплохо справился.

Подняв взгляд, Игорь обмер. Метрах в пятидесяти от него стояло цепочкой около полусотни бойцов в каких-то подобиях серого кимоно. Кто-то держал в руках меч, кто-то автомат. Сдвинув зрение в другой диапазон, он даже пошатнулся — серые, причем опытные, очень сильные, прошедшие огонь, воду и медные трубы. Если бы он был свеж, то правился бы и с большим числом, но теперь был совсем в этом не уверен.

— Сдавайся, парень, — посоветовал старший серый, высокий шатен с рыбьими глазами убийцы. — Хватит бегать. Тебе не уйти от своей судьбы.

Так это, получается, была ловушка конкретно для него? Игорь глухо выругался — он сунулся в нее, как последний идиот. И не мог не сунуться при его-то воспитании, ни один волхв не оставит такой кошмар дальше гнить. Похоже, придется умирать — деды предусмотрели такой исход и научили его самоубийственному плетению, которое мгновенно уничтожит тело подобно орденскому Последнему Дару. Игорь не успеет ничего почувствовать, как уйдет на перерождение. Арину только жаль, она будет его ждать, а он не придет…

С кривой усмешкой Игорь достал из пространственного кармана мечи, укрепил их лезвия всеми известными ему плетениями, навесил на себя щиты и подготовил то самое, последнее плетение. Старший серый явно заметил это, поскольку хрипло рассмеялся, что-то достал из стоящего у его ног мешка и показал парню. Молодому волхву тут же стало не по себе — ловушка душ. То есть, если он здесь умрет, то его душу отловят и воплотят в того, в кого посчитают нужным. А потом воспитают ребенка по-своему. Допускать этого никак нельзя, появление инициированного серого мессии означает гибель Земли, ее стерилизуют, тем более, что здесь сейчас Палач. Как не допустить? Был один способ, но он означал уничтожение души, от которой после этого останется один голый атман, которому придется заново проходить весь цикл перерождений, начиная от амебы и земляного червя. Что ж, если иного выхода не останется, Игорь применит его. Молодой волхв с насмешливой ухмылкой принялся сплетать связку Осириса, от которой сразу повеяло первобытной жутью, причем делал это на глазах серого, специально показывая ему, что именно делает. Тот явно все понял, поскольку изменился в лице и растерянно спросил:

— И ты пойдешь на это, лишь бы не принимать верховную власть на планете? Ты сумасшедший?

— Власть? — покачал головой Игорь. — А на кой-она мне сдалась, не скажешь? Ты хоть понимаешь, что будет, если вы инициируете серого мессию?

— Мы победим! — уверенно заявил старший серый.

— Ты ошибаешься, — укоризненно посмотрел на него молодой волхв. — На Земле сейчас Палач, причем очень старый и опытный. Он стерилизует планету. Ты что, этого не понимаешь? Ты не понимаешь, что никто в Сферах Творения не допустит появления общества бездушных? Не хватит одного Палача, придут другие. Они от таких, как вы, целые вселенные очищали.

— А это мы еще посмотрим! Мы правы во всем, а вы — идиоты, не желающие понимать святых истин!

— Еще и идейный дурак, — тяжело вздохнул Игорь. — Ладно, в споре все равно смысла нет, каждый останется при своем. Скажу одно — по-вашему не будет. Хотите взять меня? Попробуйте. Душа моя вам тоже не достанется.

С этими словами он активировал связку Осириса и подвесил ее в ауре — теперь, чтобы заставить ее сработать, достаточно одного ментального импульса. А сам с катанами в руках ожидал серых. Старший махнул рукой, и на Игоря ринулось сразу с десяток воинов, причем неплохих мечников. Был бы он свеж, то срубил бы их за несколько мгновений, а так пришлось провозиться чуть ли не минуту — огромный срок.

Молодой волхв прекрасно понимал — он не справится с таким количеством врагов. Понимал это и старший серый, который видел свою задачу в том, чтобы каким-то образом лишить парня сознания, не позволив ему активировать связку Осириса. Слишком долго они охотились за серым мессией, которого похитили лесные волхвы, чтобы им всем провалиться, скотам бородатым. Скольких толковых людей они перебили! Не сосчитать.

На следующем десятке серых Игорь начал выдыхаться — слишком сильно выложился во время ритуала. А тут еще и автоматчики начали его обстреливать, вынуждая отдавать часть энергии на защиту. Значительную часть! И тогда молодой волхв сделал глупость с точки зрения наставников — позвал на помощь через ментал. Позвал того, кто способен помочь, сопроводив зов ментальным образом, повествующим о происходящем. Однако никто не отозвался, хотя чью-то заинтересованность парень уловил.

— Тебе не справиться со всеми, — покачал головой старший серый, когда парень покончил со вторым десятком нападавших. — Послушай, мы же не хотим ничего дурного, всего лишь свободы от всяких богов и палачей, мы всего лишь хотим сами решать свою судьбу и идти своим путем! Мне плевать на тебя, но эгрегор завязан именно на твою душу, и другому мессией не стать. Сдавайся, обещаю, что тебе не придется идти против своих моральных принципов!

— Я тебе не верю, — бросил Игорь. — Верить человеку с такой аурой будет только последний глупец. Я…

Его прервал скрип чьих-то шагов из-за спины, и парень скользнул в сторону, опасаясь, что его обошли. Но нет, это были не серые. На краю оврага стояла жуткого вида старуха, самая настоящая карга с отвисшим длинным носом, одетая в какие-то лохмотья. Она опиралась на суковатую клюку, щерила редкие зубы и щурила желтоватые маленькие глазки. Огромный горб не давал ей распрямиться. На плече незваной гостьи сидел большой черный кот, он весь распушился и шипел во все стороны. Но присмотревшись Игорь понял, что это далеко не кот, а самый настоящий демон, причем далеко не из слабых. От вида этой парочки мороз по шкуре шел. До молодого волхва не сразу дошло, кого он видит, а когда дошло, он сглотнул мгновенно образовавшийся в горле комок и нервно переступил с ноги на ногу.

Яга! Самая настоящая яга, старая и опытная, способная на такое, на что больше никто не способен. Привратница мира мертвых, стоящая на грани Хаоса и Порядка, их даже Палачи, насколько известно, предпочитали обходить десятой дорогой. Надо же, а наставники говорили, что ни одной яги на Земле не осталось, ушли они куда-то уже довольно давно.

— И чего это вы тут, милки, не поделили? — хрипло спросила старуха, окинув взглядом овраг, трупы серых и запыхавшегося Игоря.

— Поздорову тебе, бабушка! — низко поклонился парень. — Нашел я тут гадость одну, тварь в ней адская росла, это вот ее тут поместили, — он сформировал ментальный образ случившегося и словно бы протянул его яге, предлагая принять, но не навязывая, это было очень важно, не навязывать, не любят сильные навязывания. Та взяла предложенное и мгновенно считала, после чего вздернула косматую бровь, с явным интересом глядя на него.

— И тебе поздорову, добрый молодец, — сказала она после недолгого молчания. — Надо же, как матку-то серую спрятали, даже я ее не заметила, а то б сама закрыла. Негоже такое делать, негоже. А теперь им чего от тебя надобно?

— Привязали они к моей душе эгрегор денежный, сразу после рождения, и хотят из меня мессию своего сделать, — молодой волхв знал, что от сущностей такого порядка нельзя ничего скрывать, если скроешь или, не дайте боги, солжешь, будет намного хуже. — Но повезло, забрали меня у них волхвы лесные, Никанор с Матвеем, да вырастили тоже волхвом. Только эти никак не успокаиваются. А я лучше душу свою сожгу, чем их мессией стану!

— Да вижу уж, что за пакость ты в ауре своей подвесил. И наставников твоих я знаю, встречались с ними пару раз, — покивала старуха, затем повернулась к серым, явно не понимающим, что происходит и кто перед ними. — А вы чего скажете?

— Шла бы ты отсюда, бабка, пока жива! — словно выплюнул старший серый, не знающий, почему ему так страшно, словно видит перед собой невесть что. — Не лезь в то, что тебя не касается!

— Нет у тебя вежества, злыдень, — укоризненно покачала головой яга. — Так поди прочь отсюда, убогий!

Она взмахнула клюкой, и всех серых унес куда-то мгновенно поднявшийся ураган, причем Игорь ощутил только легкое дуновение на разгоряченном лице. Он облегченно вздохнул и тут же деактивировал связку Осириса — лишаться души совсем не хотелось, а умирать — тем более, ведь его ждала Арина.

Из-под снега словно сами собой выросли два пенька, на один из которых села старуха, а на второй указала клюкой. Парень не стал прекословить и тоже сел, наставники учили его никогда не спорить с сильными сущностями, если уж удостоился их внимания. Вот только он неосознанно изменил зрение и сразу понял, что кошмарная старуха — это всего лишь личина, а на самом деле перед ним статная, фигуристая женщина лет тридцати на вид, с толстой, с руку, наверное, черной косой, перекинутой через плечо. Она была не только очень красива, но и величественна. Одета просто, но добротно, в длинную полотняную юбку и легкую цветастую кофту.

— Заглянул, знать, за личину, — с одобрением сказала старуха. — Тогда не буду притворяться.

Старушечий облик мгновенно стек с нее, и яга мягко улыбнулась Игорю. Он задохнулся от восторга, таких красивых и желанных женщин он еще никогда не встречал, хотелось встать перед ней на колени и сделать все, что она только пожелает. Даже самые отвратительные вещи! Но затем молодой волхв вспомнил Арину и взял себя в руки, выстроив защиту, теперь его так просто не пронять. Да уж, любой ведьме до яги, как до звезды небесной. За ней действительно каждый побежит. Точнее, почти каждый.

— Молодец, — кивнула та. — Справился с наваждением. Да и рановато тебе со мной ложиться, выпью, трупом иссохшим опосля станешь. Лет через триста разве что созреешь. А вот праправнучка моя тебя попробует, обязательно, нельзя ей такую вкусную конфетку упускать. Тебя, гляжу, это не смущает, твоя девочка других только так к тебе водит. И даже скажу почему, она иначе не может. С моей Маришкой сразу общий язык найдут, твоя-то — тоже яга, токо неинициированная, вот и считает себя обычной ведьмой.

Игорь понял, что эта женщина полностью считала его память, и только вздохнул. Потом до него дошли ее слова о том, что Арина — яга.

— Так ее же учить надо! — всполошился парень. — Или сгорит к чертям собачьим!

— Сгорит, — подтвердила яга. — Вот Маришка ею и займется, а потом, летом, ко мне привезет. Они ж сестры двоюродные!

— Это как же так получилось? — удивился Игорь.

— Да влюбилась одна из моих правнучек в простеца, дуры кусок, — недовольно скривилась женщина. — Взяла бы, да побаловась, так нет, замуж за него вышла. По старому обряду, как-то уговорила на это. А потом закрылась от поиска, уехала с мужем черт-те куда. А когда кристалл, на нее завязанный, погас, стало ясно, что погибла. Знала я, что у нее дочка народилась, да найти не могла. Вот через тебя нашла, за что тебе большое спасибо. Так что не бойся, мы теперь Арину не бросим.

— Я тоже! — заверил парень.

— Но, наверное, дивился, что она к тебе девок таскает?

— Удивлялся.

— Для нее это нормально, Надька, мамка ее, тоже их к мужу толпами водила, — усмехнулась яга. — Для жизни нам надо, чтобы наш мужик с кучей баб на наших глазах игрался, мы от этого силу получаем. Да и ты тоже. Почуял, небось, что источник растет?

— Почуял, — вдохнул Игорь. — Только поначалу дико было. Потом привык. Главное, чтобы ей было хорошо.

— Так вот, Маришка к вас присоединится и инициирует Арину, — пристально посмотрела на него женщина. — И, скорее всего, к вам переселится, она сейчас тоже в Красноярске живет, на врача учится, пригодятся знания-то. Она на меня сильно похожа, разве что потоньше, да задница поменьше, но ненамного. И жадная до любви сильно, тебя точно не упустит. Но сразу говорю, что эти две сестрицы тебя, парень, заездят.

— Ничего, справлюсь, — заверил лесной волхв.

— Ну-ну, — как-то странно усмехнулась яга. — Ладно, пойду я. А ты дальше учись, особо плетениям новым. Я тебе в память кое-что положила, разберешься. Благодарю за то, что серую матку закрыл и тварь в ней упокоил, она бы натворила дел. Мало бы никому не показалось.

— Сэнсею рассказать об этом?

— Сам решай, большой мальчик уже. Но он ведь спросит, а чего это серым от тебя нужно? Готов признаться в том, кто ты?

— Не готов, — тяжело вздохнул Игорь. — Повелитель меня прибьет…

— Вот то-то же! — покачала перед его носом крючковатым пальцем яга, снова надевшая старушечью личину. — Все, иди. Завтра вечером жди Маришку, она вас сама найдет. Арине все расскажи, ей знать надобно, кто она такая.

— Расскажу, — пообещал молодой волхв и вдруг понял, что он один, старуха исчезла, словно ее здесь никогда и не было.

Интересно, а куда она вышвырнула серых? Они ведь не успокоятся! Придется хорошенько подумать, что дальше делать, чтобы опять им не попасться. Игорь уверенно открыл тайные тропы и двинулся к Красноярску, хотелось поскорее попасть домой, устал неимоверно.

Вечером Арина, узнав, что у нее, оказывается, есть двоюродные сестры и бабушка, которые ее долго искали, минут десять радостно прыгала, восторженно вопила и визжала, а затем вместе с двумя незнакомыми девушками восточного вида устроила парню такой секс-марафон, что он уже и не рад был. Тогда-то Игорь и задумался о словах яги, что две сестры его заездят. Но поделать тут ничего было нельзя, и вскоре он уснул. Следовало отдохнуть, день, похоже, предстоял тяжелый и длинный.

Глава 4.3

Баг нервно ходил туда-сюда по смотровой палубе «Белого Стерха» и привычно гримасничал, почесываясь, ему тут думалось лучше всего. Гиперфизик искал выход, но никак не находил его — глушилки работали, пока работали, но аномалия уже начала попытки преодолеть их, то и дело меняя диапазоны ментального воздействия. А это однозначно говорило о том, что ею управляет некий разум. Или хотя бы искин.

Ринканг, защищаемый глушилками, постепенно приходил в себя. Немало также дало исчезновение клана Акадо и полное уничтожение клана Дорат — никто больше не мешал межпланетным перевозкам, и торговля начала оживать. Простой народ, узнав, что проклинаемых всеми нормальными людьми пиратов больше нет, от души радовался — слишком много горя причинили ему жадные сволочи. Зато богатые и влиятельные отнюдь не были рады, они прекрасно понимали, что внешние силы уничтожили проект кого-то из них, и это дам и господ безмерно раздражало, никак не хотели принимать тот факт, что они не хозяева жизни и далеко не все от них зависит.

Однако похожие проблемы начались в Кроуха-Лхан, а это говорило о том, что там могла появиться еще одна аномалия. Сейчас поисковые экспедиции с разрешения императрицы обшаривали все до единой системы этой страны, а прежде всего ненаселенные, никому не нужные. Но ничего пока не обнаружили. Однако ее величество предупредили, чем чреваты подобные события, и Ариана III сильно встревожилась, начав без промедления принимать меры. По крайней мере, самых активных бунтарей и оппозиционеров СБ империи аккуратно изъяла и изолировала, пока не успели чего-нибудь натворить.

В какой-то момент в голову Бага пришла парадоксальная идея, и он, забыв обо всем, подбежал к ближайшей переборке, достал из кармана маркер и принялся писать прямо на ней многоэтажные формулы. К чудачествам гения на научной станции давно привыкли, но несколько других ученых заинтересовалось происходящим и принялись отслеживать, что пишет Баг, пытаясь по ходу разобраться. Но никому это не удалось, похожий на обезьяну гиперфизик мыслил совсем иначе, чем все остальные, и его выводы из знакомых большинству присутствующих формул межпространственного перехода вызвали буквально ступор — это было нечто совершенно новое, причем идущее вразрез со всем, что было известно до сих пор. Вокруг лихорадочно пишущего Бага воцарилась мертвая тишина, никто не хотел мешать гению создавать что-то такое, что перевернет мир.

Безумие продолжалось полтора дня, Багу подносили воду с едой и даже установили рядом с переборкой переносной туалет. Того все это интересовало мало, он делал очередные промежуточные выводы и шел дальше. Его коллеги записывали ход мысли гиперфизика на свои биокомпы, то же самое делал Шариарх, один из двархов «Белого Стерха». Наконец Баг вывел окончательную формулу, завершив ее десятком восклицательных знаков.

— Теперь я знаю, как убрать эту паскудную аномалию! — радостно провозгласил он, оборачиваясь к зрителям.

— Это не только для нее пригодится, — заметил темно-синий арахн Шеру-Гарху, один из множества учеников Бага. — Это вообще новый тип межпространственных переходов, надо срочно поработать вместе с инженерами и технологами, чтобы воплотить его аппаратно.

— Ох и непросто это будет, — заметил еще один ученик гиперфизика, орк Торх Рахрыз. — Вот, смотрите на это преобразование, — он ткнул пальцем в одну из формул наставника, — тут малейшая ошибка, и может схлопнуться пространство-время на n+2x уровнях. Ну, учитель, вы и выдали!

— Да вот, пришло в голову, — смущенно улыбнулся Баг, по-обезьяньи почесав бок. — Ничего особенного.

Остальные ученые только переглянулись. Ничего особенного! Походя сделал открытие, переворачивающее сами основы научного знания об очень многом, и ничего особенного. Впрочем, на Бенсона это похоже, о таком понятии, как гордыня, он даже не подозревал. И уж тем более никогда не отличался снобизмом. Одно слово — гений.

— Внимание! — заставил всех встрепенуться горящий багровым светом тревоги эмообраз Шариарха. — Срочные новости!

— Что случилось? — спросил Баг.

— Аномалия бесследно исчезла, без каких-либо причин и эффектов, ее просто не стало в течение двух миллисекунд, словно что-то извне погасило ее. Наша аппаратура ничего не зафиксировала!

— Странно… Вообще ничего не было?

— Нет, — сымитировал вздох дварх. — Даже мерность пространства не изменилась, а это должно было произойти при исчезновении аномалии такой мощности. Подозреваю вмешательство кого-то из высших.

— Кого ты подразумеваешь под этим термином? — насторожился Баг. — Контроль, что ли?

— Это не уровень Контроля, это уровень демиургов, а то и сверхущностей, — явно нехотя ответил Шариарх. — Больше никто не смог бы сделать такого без малейших последствий.

— Вот только им нам и не хватало… — растерянно сказал кто-то.

— Надо срочно сообщить Совету ордена, — решительно заявил Баг. — Дайте-ка мне связь с Дарли, Рави, Никитой и Семеном. Да и Исраэля с Михаилом подключите, они маги, может что-то посоветуют.

Вскоре вызванные появились на голоэкране напротив. Их тут же озадачили случившимся, передав все нужное одним сложным, многомерным эмообразом.

— Судя по всему, Кержак с Тиналиной справились, — после недолгого молчания произнесла флаг-адмирал. — Не спрашивайте меня, откуда я это знаю — понятия не имею. Просто чувствую, что это так.

— Мне тоже кажется, что именно они приложили руки к исчезновению аномалии, — кивнул великий князь. — Связаться с ними возможно?

— Не знаю, — развел руками Баг. — Сейчас попробуем.

К сожалению, связаться не удалось, межвселенская связь вообще не работала, Баг даже предположил, что изменились основные физические константы вселенной, ничем другим объяснить случившееся он не мог.

— А что, если попробовать связаться через эгрегор, как с Альмией? — вдруг вскинулся Никита.

— Это требует длительной подготовки, — отрицательно покачал головой гиперфизик. — Минимум, сутки, а то и двое, эгрегор не всегда отзывается на наши запросы. Но это выход. Я…

Его прервало неожиданное появление невдалеке длинноволосого индивидуума с гитарой за спиной, одет незваный гость был в широкие синие шорты и цветастую распашонку, в прическу было вставлено несколько цветков, в одном из ушей виднелось несколько колец. Внешний вид незнакомцы сразу дало понять, что перед ними Безумный Бард, только они могли напялить на себя такой кошмар и чувствовать себя при этом нормально.

— Всех приветствую! — наклонил он голову. — Кто я, вы уже поняли. Ирес Ранхози, меня послал Древнейший. Большая просьба в ближайшие пять суток не пытаться связаться с экспедицией, им там не до вас пока. Могу только сообщить, что с основной проблемой Тиналина справилась, она именно то, что мы подозревали. Чуть позже Кержак сам с вами свяжется. Готовьтесь к большому авралу, нам всем вскоре предстоит столько работы, что дышать некогда станет. Виновные во всем случившимся наказаны, но последствия их действий придется разгребать столетиями, если не тысячелетиями. Они такого натворили, что слов нет. Еще хорошо, что не работали вместе со «сверхами», это все же разные структуры оказались, хоть и со схожими принципами. Пока же просьба к великому князю. Найдите где-то неподалеку от вашей территории не населенную систему с параметрами, которые я поместил в корневую папку вашего биокомпа. Мы произведем ее замену на населенную из мини-вселенной. Это срочно. Там развилась очень странная и ни на что не похожая человеческая цивилизации. Кержак с Тиналиной только что покинули Эрум, именно они попросили Элифанию, дочь Аринасия, об этом.

— Сделаем, — кивнул Рави, найдя указанную информацию и тут же переслав ее в картографическую службу Кэ-Эль-Энах, сопроводив приказом срочно отыскать систему с указанными параметрами. — Значит, все уже в порядке?

— Ну, я бы так не сказал, — криво усмехнулся Безумный Бард. — Проблем столько появилось, что у нас вся структура на ушах стоит. Вам это тоже предстоит. Но больше никто не гадит. Пока что. «Сверхи», думаю, тоже напуганы — личное вмешательство Черного Демиурга, как никак. Это вам не фунт изюма. Кстати, дозвалась до нее Тиналина. Если бы не сумела, то и сама бы погибла, и экспедиция, и множество вселенных схлопнулись бы, включая, кстати, и вашу. Так что мы все по грани прошли.

— Даже так⁈ — переглянулись аарн, которым в голову не приходило, что ситуация настолько серьезна. — Выходит, девочка нас всех спасла?..

— Именно, — подтвердил Ирес. — Извините, покину вас. Дел столько, что голова кругом. Когда найдете нужную систему, сообщите Лару даль Далливану, он передаст нам, точку привязки я ему только что отослал.

С этими словами Безумный Бард растворился в воздухе.

— Весело было нам… — констатировала Дарли. — Значит, если бы Лина не провалилась в червоточину, то нам всем вскоре пришел каюк?

— Контролирующий вряд стал бы лгать, — хмуро сказал Семен. — Не лгут такие сущности, умолчать о чем-то могут, а лгать не будут. Терпеть ненавижу, когда от нас ничего не зависит! И ничего не поделаешь.

— Не поделаешь, — нервно дернул щекой Рави. — Но хорошо, что все благополучно закончилось. И мы получили подтверждение, что наши все живы. Раз просят пока их не беспокоить, не будем. Что там ты говорил по поводу нового открытия, Баг?

— Да вот… — смутился тот, показывая на исписанную формулами переборку.

И начал объяснять, что же он придумал, вот только они понимали едва ли пятую часть его объяснений. Но все равно внимательно слушали — слова гения фиксировались, в них разберутся эксперты. Помимо того каждый думал о рассказанном Безумным Бардом и о предстоящих вскоре заботах. Очень хотелось вздохнуть — ведь забот и так хватало. Но что делать, придется приложить все свои силы, чтобы разобраться с новыми проблемами.

* * *

Дарли сама пришла в медотсек — Лару опять понадобился ти-анх, тело на сей раз он действительно создал себе крайне неудачное. Целители как раз выводили Адай из лечебного транса. Пришлось подождать, пока он примет душ и оденется, после чего они вместе вернулись в кабинет флаг-адмирала.

— Ну что, ты уже в курсе? — в нетерпении спросила Дарли, едва успев сесть.

— Минуту, — поднял ладонь Лар, заказав себе у биокомпа стакан какого-то сока и залпом выпив его. — Вот теперь можно и поговорить. Отвечаю, да, я в курсе. Нынешний кризис практически завершен, однако последствия его, как и сказал Бард, придется убирать десятилетиями, а то и столетиями. Слишком нагадили господа эгоисты.

— Кто это, ты можешь объяснить?

— Трудно, но попробую. Дело в том, что уже эоны и эоны лет существует экзистенциональный конфликт между солидарами и эгоистами, назовем их так, хотя на самом деле все куда серьезнее и сложнее. Причем это конфликт на уровне демиургов, а то и выше. Как смогли эгоисты подняться до такого уровня? Понятия не имею, но, скорее всего, ценой хитрости и подлости, больше они ни на что не способны.

— Ничего не поняла, — повела плечами флаг-адмирал.

— Я же говорил, это трудно объяснить, — тяжело вздохнул Адай Аарн. — В общем, существуют две концепции общественного развития разумных существ. Это солидарный путь, чья эффективность доказана опытом и множеством перешедших цивилизаций, и звериный, эгоистичный, иначе говоря, имеется в виду общество, в котором каждый сам за себя и только за себя. Где разумные радостно рвут глотки друг другу ради малейшей выгоды. Фракция эгоистов очень долго пыталась доказать, что такие цивилизации тоже способны достичь перехода, но этого ни разу не произошло — перейти может исключительно солидарная цивилизация, доказательств этому множество. Однако эгоисты не успокаиваются, пытаясь добиться того, чтобы переходили именно скоты, а в пестуемых ими обществах таковыми является подавляющее большинство населения. У них ничего не выходит, но они продолжают пытаться. Причем чаще всего крайне подлыми и жестокими способами. В общем, это мировоззренческий конфликт. Однако то, что они вытворили сейчас, не лезет ни в какие ворота. Эти подонки сумели найти растущих детей высших демиургов и подкатиться к ним, добиваясь своего через игры, ведь дети любят играть, даже если эти дети почти всемогущи. И постепенно начали создавать при их помощи на очень глубоком уровне реальности свою контролирующую сеть, не имеющую почти никакой связи с эгрегориальной, которая изнанка мироздания. Причем создавать в виде надстройки, чтобы можно было управлять всем, до чего дотянутся, нигде не светясь. Подробно об их сети вам расскажут Кержак и Лина, они с этим столкнулись непосредственно. Самое страшное — никто не понимал, что именно происходит. Даже эрсай, даже Сферы — мы посылали туда запросы. И у эгоистов бы все получилось, если бы в жернова их мельницы не попал маленький камешек — Тиналина Барселат[1].

— Наш пострел везде поспел, — усмехнулась Дарли. — Активная девочка. Иногда даже чересчур активная.

— На сей раз ее активность пошла всем на пользу, — заверил Лар. — Иначе не уверен, что даже мы выжили бы. Наша вселенная точно схлопнулась бы, как и еще несколько тысяч. Всплеск инферно от гибели стольких разумных эгоисты намеревались использовать для преобразования мироздания по своим меркам. Но, похоже, те, кто там, — он указал пальцем в потолок, — что-то заподозрили, поскольку допустили почти одновременное рождение и инициацию Черного Демиурга[2], впервые за многие миллиарды лет, и а-фактора. Последней как раз и является Лина. Ее особенность в том, что она — дестабилизирующий фактор для любой сложной системы, причем не всегда, а только когда стремится к чему-то. Также она способна проникнуть в средоточие мироздания и там позвать на помощь. И ее услышат все. Помогать а-фактору, если он прав, также обязаны все, даже эгоисты, если бы она позвала их оттуда, вынуждены были бы помочь и действовали бы даже себе во вред.

— Вот как? — покачала головой Дарли. — Это очень большая ответственность.

— Она сможет позвать только, когда права, — напомнил Лар. — Если попытается сделать что-либо неправедное, то попросту сгорит. И прекрасно об этом знает, в средоточии ей были переданы знания, которые начнут проявляться по мере необходимости. Но учить ее все равно нужно, причем всему, чему только можно. Чем больше будет знать и уметь а-фактор, тем безопаснее для мироздания. Она и без путешествия к средоточию способна вселенные с ног на голову переворачивать, о чем вы уже знаете.

— Ох, знаем… — поежилась флаг-адмирал, вспомнив прогнозы социоматиков по поводу Лины. — Потому и обращаемся с ней, как с гранатой с не вынутым запалом. Девочка очень опасна.

— Более, чем опасна, — тяжело вздохнул Адай. — И самая большая проблема, что она до сих пор дитя дитем. Потому и убивает легко, что для нее все вокруг — игра. Умом понимает, что это не так, а вот душой — нет. Но сейчас ситуация начнет меняться, Лина взрослеет, мало того, она слилась телом с другой девушкой, внешне довольно сильно изменилась и унаследовала от донора кое-какие черты характера. После тебя мне надо будет поговорить с одним молодым человеком, давно и безнадежно влюбленным в девочку. Раньше он был ей не нужен, как и другие мужчины, но буквально в течение месяца у Лины начнет просыпаться женское начало. Нельзя допустить того, чтобы рядом с ней оказался неподходящий человек. При ее-то силе!

— А кто в нее влюблен? — помимо воли заинтересовалась Дарли.

— Ты его прекрасно знаешь, — усмехнулся Лар. — Принц Джавад, наследник сторнианского престола.

— Это когда же он ухитрился? — изумилась флаг-адмирал.

— Впервые встретил Лину, когда та отбила лайнер «Фаина» от пиратов, тогда и втрескался, но она шарахается от бедняги, как от зачумленного, — не стал скрывать Адай. — А он к ней относится, как Рави к Ланике.

— Не повезло парню… — укоризненно покачала головой Дарли. — Но он и не мог ей понравиться, красив и высок, конечно, но тютя тютей.

— Даже ты повелась на его маску! — хохотнул Лар. — Да-да, это хорошо просчитанная маска, чтобы отвадить придворных хищниц, от которых его, как урожденного аарн, тошнит. Да и вообще, наследника всерьез не воспринимают, а он исподтишка наблюдает за всеми и делает свои выводы. На самом деле решительности парню не занимать. Но я тебе этого не говорил!

— Поняла, — кивнула флаг-адмирал. — Рави знает?

— Конечно, вместе с ним эта маска и разрабатывалась, — подтвердил Адай. — Так что парень далеко не прост. Но это пока терпит, вернемся к нашим баранам. Бард просил подобрать систему с определенными параметрами, но не на территории княжества. Нашли?

— Сейчас справлюсь, — Дарли послала запрос через биокомп и тут же получила ответ. — Да, нашли. В шаровом скоплении с внешней стороны галактики, рядом с границами Кэ-Эль-Энах, всего в шестидесяти световых годах, так что с доступом проблем не будет. А для чего она нужна? Кого вы там собрались поселить? Что за Эрум?

— Одна очень интересная цивилизация, данные по ней пересылаю тебе на биокомп, долго рассказывать, — почесал ухо Лар. — Скажу только, что там вместо государств — два Храма и два Университета. И сразу три планетарных демиурга. Общественное устройство таково, что социоматики и оперативные статистики головы себе сломают, пытаясь разобраться.

— Ничего себе… Хотя разберутся, ребятишки у Перлока и Биреда талантливые. Еще что-то?

— Да, придется переселять в другую вселенную население огромной планеты, причем, ты не падай со стула, не шарообразной, а похожей на соединенные вершинами восемь конусов, площадь ее поверхности многократно больше площади обычных планет. В той вселенной, близкой к Хаосу, вообще планеты выглядят как угодно, но только не привычным нам образом. Их там тысячи и самых диких форм. Все населены, за ними придется присматривать, и это дело будет возложено на вас — ордену пора браться за серьезные дела. Да и все вселенные, через которые прошла экспедиция, придется отслеживать. Особенно важно проследить за одной, там вскоре к власти придет человек, которого и Барды, и Эрсай, и местный Контроль попросили спасти, он много лет провел в стазисе. От него очень многое зависит, нельзя позволить его сковырнуть — там слишком уж эгоистичная цивилизация, ее надо обязательно преобразовать.

— Ты так и не сказал, что произошло с затеявшими весь этот кошмар эгоистами, — напомнила флаг-адмирал. — Они опять остались безнаказанными?

— На сей раз нет, — широко улыбнулся Адай. — Негоже, конечно, радоваться чужим бедам, даже бедам эгоистов, но не могу не радоваться — слишком сильно они нагадили, в том числе и нам. Им казалось, что все предусмотрели, в ключевом мире они даже поставили главным магом Кержака Черного, и тот за сотни лет многого добился. Не надо делать такие большие глаза, это совсем другой Кержак, в его реальности за последними орками не прилетел орден, и они все погибли на той скале. Старик возродился в указанном мире и через некоторое время стал его верховным магом. Нашему пришлось хорошенько ему мозги прочистить, чтобы на место встали. Опять же подробно тебе расскажут Лина с нашим Кержаком.

Он ненадолго умолк, выпил еще стакан сока и снова заговорил:

— Возвращаюсь к рассказу. До активации управляющей сети эгоистов и схлопывания вселенных оставалось совсем недолго, требовалось провести последний ритуал. Но в этот момент вмешалась Лина. Она освободила плененную сверхсущность, впервые сработав, как а-фактор, тогда как эта сверхсущность просила принести ее в жертву, приняв девочку за истинного жреца и надеясь тем самым донести информацию до высших Сфер Творения. Но Лина все сделала по-своему. Она спасла пленника и уничтожила алтарь последнего ритуала. Но из-за этого информация до Сфер не дошла. Оставался один выход, срочно лететь на Эрум, где находился артефакт связи со Сферами. Вот только эгоисты это предусмотрели и возможность такой связи наглухо перекрыли, понимали, какова будет реакция, если об их художествах станет известно. Но когда Лина поняла, что ей никто не отвечает, она вспомнила, кто она такая и снова ринулась в средоточие мироздания, начав звать всех, кто может помочь. Не знаю, кто подсказал ей позвать Черного Демиурга, но Неника Сат ее услышала. И пришла. Быстро разобравшись в ситуация, она сделала нечто для меня непредставимое и стерла все следы деятельности эгоистов из мироздания, а их самих лишила оболочек душ и сбросила в самый низ лестницы воплощений, теперь им предстоит проходить перерождения заново, начиная с амеб и земляных червей. Но теперь за их душами будут пристально наблюдать и никогда больше не позволят подняться до Сфер. К сожалению, во всем этом кошмаре участвовали далеко не все эгоисты, и не замешанные остались безнаказанными. Они пока затаились, безмерно напуганные случившимся, но это только пока. Гадить будут, их суть такова, не гадить просто не способны. Да и некоторые сверхсущности явно были заинтересованы в происходящем и теперь нехорошо поглядывают на Лину издалека, ждут возможности отплатить ей. Девочке придется очень быстро расти, или ее сожрут. Намеренно говорю грубо, чтобы прояснить ситуацию.

— Ясно, — помрачнела Дарли. — Но я тут ничего решить не могу, вернется Кержак, посоветуемся, что сделать.

— Мы со своей стороны тоже поищем наставников для Лины, — заверил Лар. — И кое-какую информацию, сохранившуюся после ухода предыдущего а-фактора, передадим, он оставил некое подобие дневника. Артефакт, который сможет активировать только другой а-фактор. Но это позже, а пока мне надо поговорить кое с кем. Бывай! Будет что-то новое, сообщу. Но, скорее всего, раньше вернутся Кержак с Линой.

С этими словами Адай Аарн переместился на планету Калдар, в кампус Летного факультета Тарканака. В холле общежития сидел довольно красивый длинноволосый молодой человек, из-за его положения не было видно, насколько она на самом деле высок. Он явно о чем-то не слишком приятном размышлял, поскольку выглядел расстроенным. Лар пробежался по внешним слоям его памяти, оставаясь незамеченным, и удовлетворенно кивнул — Джавад все так же не мыслил жизни без Тиналины Барселат, хоть и понимал, что не нужен ей и на понюшку трубочного зелья.

Сформировав из воздуха кресло, Адай Аарн материализовался в нем и кашлянул, привлекая внимания. Джавад вскинулся и с недоумением уставился на неизвестно откуда взявшееся кресло, в котором сидел смутно знакомый человек и по-доброму смотрел на него. По орденской привычке принц попытался считать память незнакомца и не смог сделать этого, натолкнувшись на непроницаемый зеркальный щит.

— Здравствуй, Джавад! — эмообраз мертвого певца клубился приязнью. — Ты меня, вижу, не узнал. Лар даль Далливан.

— Вы⁈ — полезли на лоб глаза того. — Вот так фокус! Так вы живы⁈

— Нет, я стал одним из тех, кого называют Адай Аарн. Сейчас я пришел поговорить с тобой о Тиналине Барселат. Это очень важно.

— С ней что-то случилось⁈ Она давно не появлялась на занятиях…

— Многое случилось, — дернул щекой Лар. — Девочка сильно изменилась, даже потеряла старое тело, теперь выглядит вот так, — он вывел голограмму нынешнего вида Лины. — Уже снова похожа на себя, но, как видишь, прежней беззащитности нет и в помине, появилась уверенность в себе.

Джавад жадно уставился на голограмму, понимая, что мертвый певец вряд ли стал бы лгать ему. Девушка действительно стала другой, лицо жестче, на лице появилась россыпь веснушек, волосы немного порыжели. Округлилась во всех нужных местах, заполучив очень даже соблазнительную с точки зрения мужчины фигуру. Взгляд стал жестким, только по нему становилось ясно, что Лине многое довелось пройти.

— Что с ней было? — хрипло спросил принц.

— Попала в другую вселенную, а оттуда к мирам Хаоса, — не стал скрывать Лар. — Стала, наконец, тем, кем должна стать.

Он коротко поведал о случившемся с девушкой, отметив про себя, что о ее пропаже никому в Тарканаке не сообщали, там знали только, что курсантку забрали наставники. Наверное, это и к лучшему.

— Ей сейчас потребуется поддержка, — закончил говорить Адай. — Было бы хорошо, если бы ты ее оказал.

— Я ей не нужен, — горько усмехнулся Джавад.

— Лина еще маленькая, — мягко улыбнулся Лар. — У девочки позднее созревание, она просто не понимала, зачем нужны все эти женско-мужские игры. А сейчас у нее начнут просыпаться всякие разные желания, и очень сильные, настолько сильные, что противостоять им девочка не сможет. Лучше бы, чтобы рядом с ней был проверенный человек. Не уверен, правда, что Лина сможет соблюдать тебе верность, слишком энергонасыщенная у нее оболочка души, а такие существа всегда любвеобильны.

— Главное, чтобы ей было хорошо, — отмахнулся принц. — А если ей понадобится быть еще с кем-то, то какие проблемы? Я же аарн. Вы забыли?

— Влюбленные, даже аарн, могут и проявить эгоизм, — развел руками Адай. — Рад, что ты не из таких. Так вот, последнее. Скоро Лина вернется. И у нее понемногу начнут проявляться присущие девушке желания. Постарайся быть рядом, возможно, она оценит. Обещать, сам понимаешь, ничего не могу, но все может быть. Все теперь зависит от тебя самого. Раньше она от мужчин шарахалась, вскоре перестанет. Но будет не понимать саму себя, будет растеряна, и этот момент надо уловить. Понимаешь?

— Прекрасно понимаю, — подтвердил Джавад. — Постараюсь находиться рядом с Линой, если не погонит.

— Все может быть, — вздохнул Лар.

— Проблема еще в моем статусе, Лина терпеть не может аристократов и богачей.

— Все зависит от человека, как ты себя поставишь, так и будет. Ты только при ней свою маску тюти не используй, не поймет. Потом, когда все объяснишь, можно будет, но не раньше.

— Боюсь, тогда на меня снова хищные самки начнут охотиться, — нахмурился принц.

— Не в Тарканаке, — отрицательно покачал головой Адай Аарн.

— Твои слова, да Благим в уши… — вздохнул Джавад. — Но хорошо, я понял. И благодарю за то, что ты пришел предупредить меня.

— Ты ее по-настоящему любишь, — грустно улыбнулся Лар. — А это дорогого стоит. Девочке очень многое предстоит, и любящий мужчина за спиной поможет ей справиться с тяжелой ношей. Таких, как она, не рождалось миллиарды лет, на Лине величайшая ответственность. И нам стоит о ней позаботиться.

Немного помолчав, он пристально посмотрел принцу в глаза, попрощался и исчез. А тот остался размышлять о неожиданной встрече и полученной информации. Затем, приняв решение, встал и направился к станции гиперперехода — вскоре предстояли полеты на ламах.

[1] Подробно данные события освещены во второй книге подцикла «Раскрой свои крылья» — «Познай свою суть», повествующем о судьбе Тиналины Дарилии Барселат, а-фактора. (Прим. автора). — https://author.today/work/45890

[2] История Неники Сат, Черного Демиурга, описана в книге «Демиурги. Полигон богов». (Прим. автора). — https://author.today/work/29171

Глава 4.4

Сайгет проснулся, что-то разбудило его, что-то неясное, но тревожащее. Что-то вскоре должно было произойти. Но что? Она спал не первый десяток тысяч лет, давно потеряв надежду на что-либо. Древо было почти мертво, а его мозг, которым как раз и являлся сайгет, никого не интересовал. Да и живых кораблей в этой забытой высшими системе не появлялось очень долго. Что же изменилось? Вслушавшись, он понял, что — два ростка из восемнадцати, оставленных на спутнике шестой планеты, вокруг которой крутились останки Древа, на удивление выжили и сообщили, что меняется мерность пространства-времени. А это значит одно — что-то всплывает сюда из другой реальности. Невозможно и невероятно, но факт.

Интересно, кто это и что ему нужно в этой пустой вселенной? Нет, тут имелись свои цивилизации, но они все использовали мертвое железо, ни одна не выращивала живых кораблей, подобных Древу. Поэтому сайгет даже не пытался связываться с ними, когда кто-то прилетал в систему. Смысла не имело, да они и не услышали бы его зова — слепые и глухие. Иногда останки Древа обследовали, но ничего интересного чужаки для себя не находили и вскоре улетали. Неудивительно, основные органы погибшего корабля тоже умерли, жизнь едва теплилась только в гнездовище, где находился сам сайгет. Плюс там же спали двое выживших членов экипажа, Лиая-Ор и Кевер-Стан, которым, похоже, не суждено проснуться.

Изменения метрик пространства-времени продолжали нарастать, и это вызывало жгучий интерес сайгета — так выкручивать их его создатели не умели, они вообще считали подобное невозможным. Похоже сюда летят представители куда более развитого народа. Хоть бы только это были не любители мертвого железа. Впрочем, последние вряд ли способны развиться до уровня межвселенской цивилизации, они раньше уничтожали друг друга, яростно воюя по надуманным поводам. Глупцы! Их стоило бы назвать мертворожденными, никакого другого имени они не заслуживали.

В нескольких тысячах эстар от Древа вдруг вспыхнула горящая яростным белым светом линия, она резко расширилась до провала в Бездну, из которого выскользнул смятый металлический шар, от которого веяло чем-то жутким, пугающим до онемения. Сайгета постигло жестокое разочарование — это все-таки оказались мертворожденные, а значит смысла звать их нет. Однако он на всякий случай вслушался, ловя излучения жизни, после чего едва не сошел с ума от изумления. Этот странный корабль только снаружи был металлическим, а внутри — живым! Правильным! Как это возможно⁈

Некоторое время посомневавшись, сайгет все же отправил зов о помощи. Вдруг ему помогут? Очень хотелось спасти выживших! Некоторое время ничего не происходило, а затем ему ответили. Ментальные образы пришельцев несколько отличались от привычных, несли несколько смыслов, но были интуитивно понятными и очень четкими:

— Слышим вас. Какая требуется помощь?

— Кто вы? — поинтересовался сайгет.

— Орден Аарн, поливидовая цивилизация, — ответили незнакомцы.

— У вас странный корабль, снаружи мертвый, а внутри живой…

— Мы оказались в другой вселенной, где были вынуждены строить корабль для пути домой, используя местные технологии, потому он такой странный. Наши корабли в большинстве живые. У вас тоже?

— Да, — радости сайгета не было предела. — Я разум исследовательского Древа клана Жемчужного Листа, во время эксперимента по изменению метрик пространства-времени мы попали в поле тяготения черной дыры и были выброшены в другую вселенную, где нет живых цивилизаций, только мертворожденные, использующие мертвые материалы. Они слепые и глухие, моего зова ни один из посещавших систему кораблей не слышал. Выжило два члена экипажа в гнездовище, они спят, но ресурсы заканчиваются.

— Сколько вы уже здесь? — поинтересовались незнакомцы.

— Шестьдесят две тысячи семьсот сорок два среднепланетарных цикла.

— Координаты вашей вселенной вам известны?

— К сожалению, нет, — окрасились грустью ментальные образы сайгета.

— Мы сможем обследовать три близлежащие, но больше тратить времени возможности не имеем, нас ждет очень долгий и трудный путь домой, наша вселенная расположена с другой стороны миров Хаоса, — сообщили аарн. — Готовы принять выживших в экипаж, если не найдем вашу вселенную.

— Это решать выжившим.

— Хорошо, где они?

— В гнездовище, это самая защищенная часть Древа, — сайгет передал схему, подсветив место, где находились Лиая-Ор и Кевер-Стан.

— Вы находитесь там же? — поинтересовались аарн.

— Да, но меня не переместить, я выращен прямо в теле Древа.

— Ничего, справимся, наш товарищ хороший биотехнолог. Вы ведь разумны и имеете личность?

— Имею, — подтвердил сайгет, — но разумным не считаюсь.

— Это у вас, у нас искусственные разумы, обретшие личность, являются равноправными со всеми остальными, — ответили аарн. — На нашем корабле имеется разумный биокомп по имени Даор, думаю, вы с ним найдете общий язык, ему не хватает общения с равными по возможностям.

Сказанное крайне удивило сайгета, но и порадовало, и он задумался о том, чтобы остаться с этими странными пришельцами. Но это позже, прежде всего надо спасти экипаж. А вот потом он поглядит, смогут ли аарн перенести его из умершего Древа на свой корабль.

Случившееся вскоре поразило сайгета до глубины души — прямо в гнездовище закрутилась в воздухе черная воронка, напоминающая смерч, и из нее вышли двое разумных в живых скафандрах. По фигурам они напоминали создателей, разве что были несколько массивнее. Судя по очертаниям, мужчина и женщина.

— Где выжившие? — требовательно спросила последняя, ее ментальные образы опять же были ни на что не похожими, но понятными. — Нужно срочно переместить их в наш медотсек, после такого срока стазиса они, скорее всего, в плохом состоянии.

— В очень плохом, — подтвердил сайгет, — энергии настолько мало, что я едва могу поддерживать их жизни.

— Тогда не будем терять времени. Да, мое имя Альмия, рядом со мной стоит Сайди. Я прежде всего вероятностный ментат, если вы знаете, что это такое.

— Знаю, у нас они начали появляться.

Не думавший, что это когда-нибудь случится, сайгет запустил процедуру пробуждения, благо в гнездовище еще работала система жизнеобеспечения и удалось быстро восстановить атмосферу. Аарн проверили ее и сообщили, что за небольшим отличием у них на корабле такая же, то есть они тоже относились к кислорододышащим видам. Примерно через полчаса белесые, сочащиеся слизью мембраны стазисных гнезд лопнули, освобождая два гуманоидных тела. Они с трудом выбрались наружу и долго откашливались, только после этого обратив внимание на то, что в гнездовище не одни.

— Сайгет, кто это? — ментальный образ Кевер-Стана был слабым, но требовательным. — И сколько времени мы спим?

— Нам пришла на помощь другая цивилизация, орден Аарн, — ответил разум Древа. — Вы спали больше шестидесяти двух тысяч циклов. Будить вас раньше я не имел права, энергия на исходе, снова уснуть у вас не вышло бы. Однако нам всем осталось не больше трех циклов существования, после чего гнездовище тоже умерло бы.

— Сколько⁈ — ахнула Лиая-Ор. — Великие духи!

— Желаю здравствовать, уважаемые! — вмешалась Альмия. — Предлагаю перейти к нам на борт, при работе системы жизнеобеспечения энергии в гнездовище хватит на час, не более. А нам нужно еще перенести сайгета, оставлять его здесь будет черной неблагодарностью, он спас ваши жизни. Мы его не оставим. Прошу не удивляться, но у нас, в ордене, подобные ему являются равноправными разумными, он обрел личность.

— Приветствую вас! — поклонился, вежливо пошевелив ушами, Кевер-Стан. — И благодарю за то, что пришли на помощь. К какому народу вы принадлежите?

— Конкретно я человек, Сайди, стоящий рядом, тоже, — рядом с аарн возникла голограмма, на которой появился сперва гуманоид, почти такой же, как хиллары, следом за ними куцехвостый ящер и огромный черный кайсат, стоящий на задних лапах. — Однако на корабле есть также представители гвардов, это вот такие ящеры, и керси, это прямоходящие большие кайсатообразные. Ваш народ, в нашей галактике его называют эльфами, нам тоже знаком. Мало того, в ордене эльфы есть.

Рядом с тремя фигурами на голограмме возникла четвертая. Хиллар, явно хиллар, но не совсем — немного отличались форма и размер ушей, иные разрез и размер глаз, более стройная фигура. Да и слово «эльф» откуда-то было знакомо пустотнику, Кевер-Стан далеко не сразу сообразил, что его называл Лоуру-Хейм, мастер археологии, утверждавший, что когда-то их народ называли именно так. Выходит, старик был прав. Одно то, что в других вселенных тоже есть хиллары, а сайгет успел передать ему всю имевшуюся информацию о пришельцах, уже многое значило. Хотя понятие поливидовой цивилизации и было его сородичам совершенно чуждо, но они понимали, что у каждого народа свои законы и правила. Навязывать другим свои — величайшая глупость.

— Мы готовы перейти к вам на борт, — снова поклонился Кевер-Стан. — Вы поможете нам найти дом?

— Если это будет в наших силах, — ответила Альмия. — Ближайшие вселенные обследуем, но не уверена, что одна из них ваша — черная дыра могла закинуть вас куда угодно. Если не найдем, то предлагаем лететь с нами, мы ищем дорогу домой. К счастью, Контроль передал маршрут, и мы больше не летим наобум.

— Вы имеете прямую связь с Контролем⁈ — вытаращил глаза хиллар.

— Только когда им от нас что-то надо, — тяжело вздохнула аарн. — И точных ответов от них не добиться. Мы сталкивались с Безумными Бардами, Адай Аарн и Эрсай. По слухам еще когда-то был контакт с Сэфес, но я точно не знаю так ли это, не в курсе ситуации. Последние годы напряженно училась, как я уже говорила сайгету, я — вероятностный ментат, нам приходится учиться всю жизнь, благо она у нас долгая, не менее тысячи циклов.

— Мне неизвестны эти структуры, — опустил уши пустотник. — Нашу вселенную контролируют Летящие Вдаль. Хотя об Эрсай какие-то слухи в научной среде ходили.

— Их еще Воспитателями называют.

— О, тогда знаю! С ними лучше не связываться.

— Согласна, — вздохнула Альмия. — Очень неприятные сущности. И очень жестокие. Но давайте не терять времени, вам следует показаться медику. Целителей, к сожалению, на борту нет, но ти-анх, исцеляющая биованна, имеется. Думаю, вам не помешает полное восстановление тела.

— Я целительница! — сообщила Лиая-Ор. — Если с вашим ти-анх можно работать через ментальный контроль, то я вполне смогу, у нас имелись подобные лечилища в больших матках.

— Можно, конечно, у нас практически все управляется через ментальный контроль, — заверила аарн.

Из черной воронки, тем временем, выскользнуло множество похожих на насекомых механизмов, но не живых, отчего хиллары поморщились, они никогда не любили технологические устройства. Признавали их некоторую полезность, но не любили. А дроиды принялись вскрывать переборку Древа, за которой находился кокон сайгета, причем действовали на удивление быстро и слаженно. В итоге не прошло и десяти минут, как шестиметровый пульсирующий шар был отсоединен и унесен в возникшую сбоку еще одну воронку, намного большего размера, мозг Древа в нее легко вошел. А само оно, потеряв последний управляющий контур, словно бы вздохнуло и окончательно умерло. Но за три минуты до этого аарн и хиллары покинули гнездовище.

Лиая-Ор, оказавшись в помещении с трепещущими бирюзовыми стенами и поросшим шевелящимися черными щупальцами потолком, радостно улыбнулась — это так походило знакомые до боли госпитали клана, они выглядели, конечно, несколько иначе, но похоже. Назначение наполненной пузырящейся розовой слизью ямы в полу сразу стало ясно — лечищище. Она ментально потянулась к управляющему центру медотсека и без проблем получила доступ, продемонстрировав свою метку целителя. Сняв информацию, девушка восхитилась — возможности ти-анх в несколько раз превышали возможности самых совершенных хилларских лечилищ. А уж то, что мог делать управляющий всем этим мозг, вообще превосходило все известное. Ти-анх был способен воссоздать тело из нескольких клеток, причем очень быстро!

Она быстро задала нужную программу обновления организма, благо знаний для этого хватало, и повернулась к аарн, снявшим скафандры. Хиллара даже не заметила, когда они это сделали. Выглядели чужаки немного странновато, слишком маленькие глаза и круглые уши, но особых отличий в строении тела целительница не заметила. Зато появившиеся из еще одной черной воронки ящер и прямоходящий черный кайсат, немало удивили ее — цивилизация хилларов за всю свою историю так и не столкнулась с другими разумными расами, ученые даже предполагали, что их не существует. Однако оказались неправы — вот они, разум присущ и другим биологическим видам!

— Все готово! — с улыбкой заявила Лиая-Ор. — Программа задана. Нам действительно стоит подлечиться, столько лет в стазисе без последствий для организма не остались.

— Очень хорошо, — тоже улыбнулась Альмия. — Даор, мозг нашего корабля, проследит, чтобы все было в порядке.

Хиллары еще раз поблагодарили ее за спасение, разделись и без сомнений погрузились в розовую слизь ти-анх, им такой способ лечения был не в новинку. Аарн, постояли, затем переглянулись. Они прочли память спасенных и не обнаружили ничего, что вызывало бы настороженность. Знаменитой эльфийской надменности не было и в помине. Видимо, сказалось то, что хиллары никогда не встречали других разумных.

С момента ухода «Искателя» из Единения прошло больше трех месяцев, и путь предстоял еще долгий. Благо Лар даль Далливан передал маршрут, хотя бы стало ясно, куда двигаться. Божественное дитя в испуге занесло аарн по другую сторону миров Хаоса, и добираться оттуда до родной вселенной придется долго и трудно, причем не прямо, а делая такие круги и виражи, что понятий для их описания не нашлось бы ни в одном языке. Стало ясно, что без полученной от Адай информации Альмия со товарищи никогда бы нашли свой дом. Теперь же надежда на это имелась, хоть и весьма призрачная — мало ли что встретится по пути, могут и нарваться на кого-то сильного и агрессивного, цивилизаций, причем порой самого дикого толка, в мироздании хватало.

Больше шестидесяти восьми вселенных осталось позади. При переходе в очередную экипаж действовал по разработанному Даором алгоритму. После появления в реальном пространстве в ближайшие двадцать-тридцать систем рассылались зонды. Если нигде не находилось ничего интересного, то «Искатель» следовал дальше. До сих пор разумных ни разу не повстречали, хиллары оказались первыми. В общем, те же эльфы, но при этом чисто биологическая цивилизация, не признающая технологий.

По привычному алгоритму поступили и сейчас, невзирая на находку Древа. Зонды начали понемногу возвращаться, и один из них принес неожиданное известие — за четыре системы отсюда подавал сигнал бедствия разбитый корабль местных жителей, на сей раз явно принадлежащий технологической цивилизации. Конечно, точно сказать, что это за сигнал, было невозможно, для начала следовало освоить местный язык, а это можно было сделать только считав его из памяти кого-то из выживших.

— Что-то много в этой вселенной разумных сходу встретилось, — заметил Дарек. — До того было пусто, а тут вдруг…

— Случается, — резко щелкнул пастью Тин-Халет. — Летим?

— Конечно, — кивнула Альмия. — В космосе потерпевших бедствие не бросают. Можем помочь, значит поможем.

«Искатель» разогнался и ушел в гиперпространство, лететь предстояло не больше получаса.

* * *

Эрихар хмуро смотрел на Тираха, они уединились, воспользовавшись тем, что измученные тревогой и безнадежностью женщины уснули, не хотели, чтобы те услышали их разговор. Оба прекрасно понимали, что Кейта, Асия и Нара не одобрят идею, которую мужчины намеревались обсудить. Говорили очень тихо, склоняясь к уху друг друга и едва разбирая слова.

— Воздуха и воды осталось на декаду, не больше, и это при самой строгой экономии, — пристально посмотрел на собеседника инженер.

— Ясно, — закусил губу пилот. — Никто так и не ответил на вызовы?

— Никто… — тяжело вздохнул Эрихар. — Да и ответят, что потом?.. Денег у нас не осталось вовсе. Мы все потратили, рассчитывали, что заплатят аванс.

— Да отработали бы как-нибудь! — отмахнулся Тирах. — Хуже то, что нас при взрыве выбросило в пустую систему, где даже шахтеров не бывает. Потому и не слышат сигнал бедствия, иначе, сам знаешь, любой услышавший прилетел бы.

— Ты понимаешь, на какую тему я хотел с тобой поговорить? — хмуро посмотрел на него инженер, наивность его товарища часто поражала.

— Понимаю, — вздохнул пилот. — Нас на корабле пятеро, воздуха и воды на декаду. Если останется трое, то хватит на дольше…

— Именно, — кивнул Эрихар. — Так что, боюсь, нам с тобой придется воспользоваться уцелевшим шлюзом. Без скафандров.

— Придется, — хмуро согласился Тирах. — Тогда наши девочки проживут немного дольше…

Они понимающе переглянулись. Так уж вышло, что на новое место работы, шахтерскую станцию в системе Д-3456, они летели вместе с женами, а инженер еще и с дочерью, которой едва исполнилось пятнадцать. Пожадничали, вместе с другими нанявшимися туда же зафрахтовали кораблик второго поколения, причем дышащий на ладан. Однако он не первое десятилетие благополучно ковылял между десятком близлежащих систем. Кто мог подумать, что по дороге транспортник заденет краем аномалию? Вот его старенький гипердвигатель и не выдержал, взорвался. Почти все пассажиры и экипаж в полном составе погибли, выжили только они пятеро, да и то только потому, что лежали во время катастрофы в медкапсулах. Это старых друзей и спасло. Однако радости это им не добавило — транспортник выбросило в реальность на окраине пустой системы, где не было полезных ископаемых, а поэтому в нее никто не летал. Уже почти месяц выжившие, починив радиопередатчик, оглашали эфир сигналом бедствия, но никто так и не отозвался. Похоже, и не отзовется.

— Тогда не будет тянуть? — встал инженер, покосившись на кресло, в котором спала жена, с которой они больше двадцати лет прожили душа в душу. Ссорились, не без этого, но все равно любили друг друга.

— Пожалуй, — тоже встал пилот.

Однако полумертвый корабль внезапно содрогнулся, Тираха швырнуло обратно в кресло. Раздался металлический лязг, затем стук. Старые друзья обрадовано переглянулись — это могло означать только одно, их кто-то нашел и пристыковался. К счастью, один шлюз уцелел, так что стыковка должна пройти без проблем. Однако этого не происходило, какая-то сила подхватила транспортник и куда-то потащила.

— Силовой луч, что ли? — растерянно спросил незнамо у кого инженер. — Сюда что, большой корабль наведался?

— Да что ему тут делать? — покачал головой пилот. — Пошли на смотровую палубу, там мы, если помнишь, один отсек загерметизировали.

— Что случилось? — проснулись женщины.

— Нас кто-то нашел, мы пойдем на смотровую площадку, поглядим кто это, — пояснил Эрихар.

— Мы тоже пойдем! — решительно заявила Кейта.

Выжившие поспешили покинуть кают-компанию, в которой теснились, отключив подачу воздуха в другие отсеки. Сейчас пришлось подключить коридор и смотровую палубу. К счастью, главный реактор уцелел, поэтому энергии хватало, даже гравитатор работал и невесомости не было. Поэтому до нужного места добрались быстро. А там буквально кинулись к обзорному иллюминатору.

Увиденное потрясло выживших до открытых ртов и ослабевших ног. Не слишком далеко от полуразрушенного старого транспортника висел смятый, покрытый ржавчинами и оспинами металлический шар. Корабль к нему тянули какие-то огромные твари, похожие на спрутов. И чем больше приближался этот шар, тем яснее становились его циклопические размеры. Как минимум, несколько стерий. Это же не корабль, а целая пространственная станция!

— Нигде ничего подобного не строят… — негромко сказала Нара, половину жизни проработавшая на орбитальных верфях. — Это не наш корабль, не эланийский. Люди, это чужаки…

— Первый контакт с другим разумом, что ли? — вскинул бровь Эринар. — И нам, обычным работягам, повезло первыми с ним столкнуться? Не верю. Скорее всего ты просто не знаешь, что где-то построили этого монстра. Вот только почему он такой ржавый и мятый?..

— А кто его знает! — пожал плечами Тирах. — Меня больше удивляет, что нас вот эти твари странные тянут, а не силовой луч.

— Слишком далеко для луча, — пояснила Нара. — Думаю, сейчас подтащат ближе, луч и включится. Нас, похоже, в ангаре посадят, размеры этого корабля вполне позволяют.

Она оказалась права, когда борт чужака занял весь горизонт, многорукие дроиды, а это явно были дроиды, отошли в стороны, и транспортник потянуло к медленно раскрывшейся огромной диафрагме, прикрытой силовым полем. Прошло еще десять минут, и его аккуратно опустило в почти пустом ангаре, в дальнем конце которого виднелись два подобия челноков непривычной формы.

Случившееся после этого четко дало понять выжившим, что они действительно столкнулись с другим разумом, что это не эланийцы, поскольку ни одна страна Элании не владела телепортацией или каким-либо ее подобием. А уж когда из черной воронки вышли человеческая девушка, куцехвостый ящер и черный прямоходящий кот, окончательно стало ясно, что это действительно первый контакт.

— Прятаться смысла не имеет, — поежилась Кейта. — Мы в полной их власти.

— Вряд ли бы они стали спасать нас, если бы хотели причинить вред, — вздохнул Эринар. — Идемте.

Шлюзование прошло быстро, правда спускаться на палубу ангара пришлось по узкой аварийной лесенке — трап не выдвинулся. Оказавшись внизу, инженер первым направился к инопланетянам, с трудом скрывая любопытство. Подойдя ближе, он слегка поклонился и поздоровался.

— И вам здравствовать, — по-эланийски ответила девушка. — Приношу свои извинения, но знания языка я только что считала из вашей памяти. Мы пролетали мимо и услышали ваш сигнал. Можем доставить вас в ближайшую населенную систему, только укажите ее. Задерживаться, опять извините, не станем — нас ждет долгий путь, поэтому мы сразу, как доставим вас домой, покинем эту вселенную.

— Ваш корабль летает между вселенными⁈ — чуть не задохнулся от такого известия инженер, до него сразу дошло, что если об этом узнает правительство любой страны, то чужаков не отпустят, постараются захватить любой ценой. Немного подумав, он решил предупредить спасителей.

— Мы далеко не беззащитны, — мягко улыбнулась девушка. — Но за предупреждение спасибо. Вам требуется медицинская помощь?

— Слава Творцу Миров, нет, — отрицательно покачал головой Эринар. — Мы находились в медкапсулах, когда произошла катастрофа, это уберегло от травм. Все остальные на борту погибли. Мы летели на новое место работы, там предложили неплохую заработную плату, вот мы и согласились. Зафрахтовали вот этот транспортник, чтобы доставил в нужную систему, а он напоролся на гиперпространственную аномалию.

— Думаю, наши контракты уже аннулированы, а сбережения конфискованы на покрытие штрафа, — пробурчал себе под нос Тирах. — Так что на станцию лететь смысла нет. Не знаю, что мы вообще делать станем, последние деньги на фрахт угрохали…

— Знаете, мы бы вас наняли, у нас нехватка экипажа, — внезапно предложила инопланетянка. — Но если полетите с нами, то домой никогда не вернетесь, мы летим очень далеко, на другой конец мироздания.

— А мы дома кому-то нужны? — криво усмехнулся Эринар, обида за все случившееся с ним за последние годы горькой пеленой стояла в душе. — Там только деньги всерьез, а все остальное ничего не значит.

— У нас безденежная цивилизация, внутри ордена разумные имеют все нужное бесплатно. А во внешнем мире получают оплату, позволяющую ни в чем не нуждаться. Но все же предлагаю подумать, мы немного задержимся здесь, вы не первые, кого мы сегодня спасли, нужно поискать, где их дом.

— Тоже эланийцы? — не сдержала любопытства Асия, пятнадцатилетняя дочь инженера.

— Нет, совсем другая разумная раса, — возразила инопланетянка. — Не из вашей вселенной, возможно, из соседней. А теперь, думаю, вам следует отдохнуть и обсудить случившееся. Мое предложение о найме остается в силе, я вас просканировала, вы нам подходите. Такие разумные — большая редкость в цивилизациях корысти. А там посмотрите, может захотите тоже стать аарн. Мы представляем орден Аарн, поливидовую цивилизацию эмпато-телепатов, каковыми, в случае согласия, со временем станете и вы. И да, меня зовут Альмия, слева от меня Дарек Хайди, а слева — Тин-Халет.

Вскоре спасенных отвели в большую пятикомнатную каюту, снабдили информацие об ордене, показали, как заказывать еду с питьем, и оставили размышлять о своей дальнейшей судьбе.

Глава 5.1

Кержак появился неожиданно, никто не ждал возвращения поисковой экспедиции именно в этот день. Она вынырнула из иной реальности в половине светового года от Кельтана, столичной системы Кэ-Эль-Энах. Но, как вскоре стало ясно, не в полном составе. Вернулось не более трети кораблей, если не меньше. Неужели что-то еще случилось?

Старый орк в сопровождении Лины переместился в кабинет великого князя минут через десять после прибытия эскадры в систему, его уже ожидали сам Рави, Дарли, Никита, Семен и Дарв ис Тормен, за последним пришлось сходить одному из молодых ментатов. Также появился Лар даль Далливан в своем любимом кресле. Его прибытия не ждали, но ничего не сказали — Адай Аарн, как и любой другой Контролирующий, всегда отличался бесцеремонностью.

— Здравствуйте, что ли… — пробурчал Кержак, садясь, Лина последовала его примеру.

«А девочка очень изменилась, — подумала Дарли, задумчиво рассматривая ее. — Волосы порыжели, лицо и глаза стали жестче, фигура сильно округлилась в нужных местах, немного подросла, уже не выглядит беззащитным ребенком, как раньше. Нет, теперь это знающая себе цену молодая женщина, юной девушкой она не выглядит. Узнать можно, но явно добавились чужие черты».

— И тебе здравствовать, — в явном нетерпении уставились на него собравшиеся. — Рассказывай[1]!

— Да, мне есть, что рассказать, — покивал старый орк. — Как и ей, — он кивнул на девушку. — Много пришлось пройти, много проблем на наши головы свалились. Да и задач нам наставили столько, что слов нет…

— Ты общался с Черным Демиургом? — подался вперед Лар. — Или только Лина удосужилась?

— Только Лина, — поморщился Кержак. — То, что Демиург вообще пришла на помощь, уже чудо. Но и разобралась с затеявшими весь этот балаган она невероятно жестоко, просто стерла их из реальности, сбросила на самый низ лестницы перерождений. Наверное, это заслужено, но мне не по себе.

— Одно то, что примерно в одно то же время было позволено родиться Черному Демиургу и а-фактору, уже нечто невероятное, — заметил Адай Аарн. — Такие сущности без причины не воплощаются, их не появлялось несколько миллиардов лет, не было нужды. А теперь, выходит, нужда появилась. Скорее всего, никто, кроме Черного Демиурга, справиться с эгоистами не смог бы. А тебе, Лина, еще только предстоит сделать то, для чего ты предназначена. И я далеко не уверен, что это разборки со «сверхами».

— А кто такие эти самые «сверхи»? — хмуро спросила девушка. — Их не раз при мне упоминали, но я ничего о них не знаю… Благие, я же всего лишь хочу летать, а не разбираться со всякими сволочами! Неужели это так много?..

— Не знаю, — тяжело вздохнул Лар. — Но ты а-фактор, а это много значит. Очень много. Прости, я не знаю сколько именно. Честно скажу одно — у меня незавидная судьба, но тебе я точно не завидую. А по поводу «сверхов» поспрашивай потом своих наставников, они расскажут.

Девушке от его слов стало дурно. Она и сама понимала, что все случившееся с ней далеко не просто так, но надеялась, что проклятые приключения наконец-то закончились. А выясняется, что они еще и не начинались, что ей предстоит еще очень многое. Очень не хотелось, но ее, похоже, никто спрашивать не собирается. Опять швырнут в гущу событий, как кутенка в воду, и выкручивайся, как знаешь.

— У нас тоже немало интересных новостей, но они подождут, — заговорил Никита. — Кроме одной. Найдена еще одна часть души Мастера.

— А вот это очень, очень хорошо! — оживился Кержак. — Значит, осталось найти еще две? Скорее бы…

— Илар после всего этого сильно изменится, — вмешался Лар. — Вы даже не представляете, насколько. И, скорее всего, долго с вами не пробудет.

— Почему?

— Для личности его уровня в этой реальности нет достаточно масштабных задач. Его ждет путь. Куда? Не знаю. Но Владыка Хаоса мало на кого обращает внимание, а тут он буквально землю роет, чтобы выяснить малейшие подробности жизни Командора, причем за все двадцать две тысячи лет. Сверхсущность постоянно крутится вокруг нашей и соседних реальностей, на запросы не отвечает, но его интерес к Илару настолько высок, что его способен уловить любой способный такие вещи ощущать.

— Ясно, — раздраженно пробурчал Кержак. — Ладно, оставим это. Мы с Линой тоже столкнулись с очень многим, и эти события следует обсудить. Девочка, начни ты, я подхвачу рассказ.

— Хорошо, — кивнула та. — Тогда уж с самого начала. Вы тогда, наверное, удивились, почему я пощадила молодого пирата, ведь обычно я их уничтожала?

— Удивились, — подтвердила Дарли. — Какова причина?

— Ощутила, что его нельзя убивать ни в коем случае, поскольку от него зависит что-то очень важное в будущем. А потом выяснилось, что Роваса мало того, что был обманом заманили в клан, так он еще и прирожденный пилот, а их ценность сами знаете. Дядя Пимен очень обрадовался этому и предложил парню флотский контракт на двадцать лет. После обучения в Тарканаке за счет адмиралтейства. Тот, понятно, согласился, дураков, способных от такого предложения отказаться, нет. Помимо того я вспомнила, что следует помогать людям, если можешь помочь, и решила вылечить отца Роваса. Слетали на Севрас, вылечили старика, после чего отправились на Калдар через империю Сторн. Но неожиданно оказались на территории Сообщества Т’Он, после чего на «Надежде» рванул гипергенератор. Это на орденской-то яхте! Простите, граф, но я сразу подумала, что это вы решили мне козью морду устроить…

— В общем, так оно и было, — вздохнул тот. — Я был сильно обеспокоен твоим отношением ко всему, кроме полетов, ты даже к вероятностной магии относилась спустя рукава, что уж тут говорить об остальном. Вот и решил устроить тебе небольшую встряску. Невдалеке от места взрыва расположена одна интересная планета, тебе бы там для выживания пришлось использовать все свои возможности и способности. Своеобразный экзамен.

— Понимаю, — скривилась Лина. — Я сейчас за такое отношение сама себя крою последними словами, случившееся заставило меня очень многое пересмотреть и переосмыслить. Но, как я понимаю, на мое попадание в червоточину никто не рассчитывал?

— Это уж точно, — поежилась Дарли, вспомнив свой шок после случившегося. — Мы его светлости много чего высказали после этого. Но спровадил тебя в эту червоточину не он, а кто-то очень могущественный.

— Главное, что если бы этого не случилось, то у эгоистов бы все получилось, — добавил Лар. — В итоге наша вселенная, как и множество других, схлопнулась бы. Вас всех сейчас уже не было бы в живых.

— Я знаю, — кивнула девушка, — потому никаких претензий и не предъявляю. Хотя очень хочется, слишком многое пришлось испытать. Но вернусь к рассказу. Яхта оказалась в межгалактическом пространстве. И, мне стыдно в этом признаваться, но не признаться не могу, я начала искать выход как обычный пилот, даже не вспомнив о том, что я еще и вероятностный ментат. Мне напомнил об этом Ровас, которому я рассказала о своем пути в Тарканак. Парень оказался очень неплохим и неглупым. Еще одну ошибку я совершила, отправив его в ти-анх на установку биокомпа и не указав граничных условий, в итоге бывший пират получил полное преобразование тела и мозга по программе орденских легионов разведки. Извиняюсь, но что сделано, то сделано.

— Не страшно, — отмахнулась Дарли. — Хотя хорошо, что ты не стала это скрывать, этого самого Роваса придется обучать по особой программе. Что было дальше?

— Нам удалось обнаружить впереди несколько звезд, и я начала понемногу перемещать «Надежду» к ним. Пришлось сделать несколько сотен прыжков, но когда мы оказались на орбите населенной планеты, а там таковая имелась, стало ясно, что на ней идет война. К счастью, не ядерная. С помощью биоцентра яхты удалось освоить местный язык, после чего стало ясно, что социальное устройство Эрума дикое по нашим меркам. Планета была разделена на четыре области, принадлежащих двух религиозно-философским орденам и двум планетарного уровня университетам. Все они имели свои вооруженные силы, производства и признаки государств, но таковыми не являлись. Думаю, социоматики с ума сойдут, пытаясь разобраться, как там все работает.

У Лины пересохло горло, она заказала у местного биокомпа стакан любимого саргитового сока и написалась, после чего продолжила:

— В какое-то мгновение я вдруг ощутила, что должна кого-то забрать с планеты. Как позже выяснилось, на меня воздействовал один из трех местных демиургов, Танеа, чтобы спасти своего аватара — маленькую девочку, на глазах у которой боевики храма Охеа убили всю ее семью. Эти идиоты надеялись таким образом предотвратить появление аватара, но, наоборот, спровоцировали это. Тогда я впервые услышала от Танеа, что являюсь дестабилизирующим фактором, способным вывести из равновесия любую сложную социальную и не только социальную систему. Это, как раз, и является одним из признаков а-фактора. Не удивляйтесь тому, что я не переживаю, успела напереживаться вдоволь. Пришлось смириться с фактами. После разговора с третьим демиургом я поняла, что сами мы починить гипергенератор не в состоянии, и приняла решение выйти на контакт с руководством Таоранского университета, а прежде всего с ректором, Уно Тиэро. Как выяснилось, мы ему были не слишком интересны, слишком много проблем надвигалось на Эрум. По словам Танеа, Храмы Ивеа и Охеа около полутысячелетия служили не им, а кому-то пришлому. Подозреваю, что эта непонятная сущность имела отношения к эгоистам, поскольку после вмешательства Черного Демиурга бесследно исчезла.

— Скорее всего ты права, — кивнул Адай Аарн.

— Ректору явно хотелось спровадить нас с Эрума до начала основных событий, и он обрадовался, когда сканеры «Надежды» обнаружили в астероидном поясе восьмой планеты системы некий странный объект. Было принято решение слетать туда и проверить, что это. Возможно, это было ошибкой, возможно — нет. С нами отправился еще один прирожденный пилот из местных жителей, студент Арио Тайри, и четверо ученых, уже старых людей. Я их всех вылечила в ти-анх по дороге. По прибытию мы обнаружили странный объект, сейчас покажу его вам.

Сформировав образ через биокомп, Лина передала его местному дварху, молча слушавшему ее рассказ. Тот тут же сформировал голограмму, показывающую несколько сотен астероидов (неизвестно, впрочем, астероидов ли — слишком правильные формы девятигранных пирамид, октаэдров и додекаэдров они имели), связанных полупрозрачными то ли нитями, то трубами, извивающимися самым причудливым образом. По ним то и дело пробегали цепочки разноцветных огоньков, иногда сменяющиеся резкими белыми и синими вспышками. После каждой «астероиды» меняли цвет, а некоторые и форму. Причем все это выглядело настолько красиво и гармонично, что хотелось смотреть и смотреть.

— После проверки сканирующим плетением, показанным его светлостью, — девушка слегка поклонилось в сторону удовлетворенно кивнувшего ис Тормена, — стало ясно, что перед нами сложнейшая система пересекающихся, переплетающихся межмировых порталов, ведущих в огромное число вселенных, не говоря уже о миллионах миров. Причем простейшее изменение одного из сотен параметров меняло и точку назначения любого портала. После чего в сторону одного из октаэдров был запущен зонд. Это оказалось ошибкой. Объект фиксировался только визуально, аппаратура ничего не обнаружила, словно на его месте было пустое пространство. Выяснилось также, что он многомерный, точное число измерений установить не удалось.

Дарли отметила про себя, что девочка заговорила канцеляритом, видимо, так ей было проще описать происшедшее.

— А дальше… — Лина поежилась. — Дальше зонд был уничтожен, а это странное нечто обратило на нас внимание. Непонятно откуда пришел пакет сканирующих вероятностных плетений запредельного уровня сложности, я ничего подобного даже у Кержака не встречала. Я попыталась увести яхту, но ее все равно начало притягивать к октаэдру. От него к «Надежде» потянулись почти невидимые энергетические щупальца и быстро окутали ее коконом шевелящихся полупрозрачных нитей. Они достигли яхты каким-то внепространственным способом, преодолев двести с небольшим километров за несколько мгновений. Мои усилия ни к чему не приводили, вскоре гравитационный двигатель прекратил работу, биокомп сообщил о его отключении. А затем системы яхты начали выходить из строя одна за другой. «Надужду» подтягивало к октаэдру, изнутри него на нас наплывала звездная бесконечность. А затем мы провалились в нее, и больше я ничего не помню, остальные члены экипажа тоже.

Лина, которой эти воспоминания явно не доставляли удовольствия, снова заказала себе саргитового сока и залпом выпила его. Ее руки тряслись. Затем довольно долго молчала, ее не торопили, понимая, что девушка сильно переживает. Только минут через пять она опять заговорила:

— А потом, не знаю сколько прошло времени, таймер биокомпа показывал, что всего несколько секунд, я очнулась в совсем другом месте и в чужом теле, оно принадлежало некой Эдне Клаис. Причем, что удивительно, все мои импланты и биокомп находились на месте, в моем мозгу. Насколько я понимаю, произошло так называемое совмещение сущностей, но моя личность осталась ведущей.

— То, что биокомп и импланты переместились в другое тело, очень странно, — заметил Раван VII. — Этого не должно было произойти.

— Ты ошибаешься, — покачал головой Кержак. — При обычном переносе сознания такого бы не случилось, но при совмещении сущностей возможно все. Хорошо хоть тело получилось относительно здоровое, но преобразование Лине придется проходить заново. И советую провести его как можно быстрее, да и в более полном варианте, чем прежде.

— Память этой самой Эдны сохранилась? — поинтересовалась Дарли.

— Да, в полной мере, — подтвердила Лина. — Эдна являлась студенткой Академии Магии в мире Корхам, я, своей реакцией на перемещение в ее тело, выдала себя, и меня отвели в лазарет, где напоили успокаивающим зельем. А затем появился ректор. Это был старый орк, очень хорошо знакомый мне старый орк. Да-да, именно Кержак Черный. Вот только вскоре выяснилось, что это совсем другой Кержак, проживший другую жизнь.

— Мы слышали от Лара, что появился твой альтер-эго, — посмотрела на упомянутого Дарли. — Чем он отличается?

— Он не аарн, — ответил шаман. — И не способен таковым стать, поскольку сволочь. В его реальности никто не пришел на помощь последним выжившим оркам, они все погибли на той скале, откуда вы нас забрали. Альтер-эго сглупил и воспользовался одним паскудным артефактом, скипетром Короля Мертвых. Это была ошибка, показавшая, что им можно манипулировать, поэтому после смерти душу не-Кержака переместили в Корхам, где он занял тело молодого гнома. Но уже через год выглядел по-прежнему. С его талантами альтер-эго быстро стал местным верховным магом и ректором Академии Магии. Почему он поверил «этим», как местные жители называли эгоистов из Сфер, я не знаю, но поверил и принялся работать на них, создавая контролирующую сеть. И если бы Лина не помешала, то у него бы все получилось, девочка успела вовремя, за что тебе, милая, огромная благодарность от всех нас.

— Я просто делала то, что должна была сделать, — смутилась та, на что старый шаман удовлетворенно покивал, радуясь, что гордыни в ней нет и капли. С ее силой гордыня крайне опасна.

— Продолжай, — велел Кержак.

— Хорошо, — вздохнула Лина, мечтавшая поскорее добраться до кровати. — На первый взгляд в Корхаме все было неплохо, пока не начнешь разбираться. А после этого такая грязь начинает вылезать, что слов нет. Каждый новый узел сети создавался при помощи жертвоприношений и сложных ритуалов. Именно эти ритуалы спровоцировали Лес атаковать, а там лес не просто лес, а своеобразное разумное существо, примерно, как орденские планеты, — ему было нестерпимо больно. Однако корхамцы приспособились со временем, все их города и поселки стали летающими, за исключением деревень — жизни крестьян, да и вообще всех не одаренных, мало кого интересовали. Как вскоре выяснилось, вместе со мной перенеслись все, кто находился на яхте — Ровас, Арио и четверо ученых. Все они появились в чужих телах, тоже пройдя совмещение сущностей. Несколько позже мне удалось пообщаться с Лесом, а затем выйти на контакт с плененной «этими» сверхсущностью, которая поначалу приняла меня за истинного жреца и начала уговаривать принести ее в жертву, чтобы разрушить последний узел сети и сообщить о происходящем в Сферы. Мы с эрумцами и Ровасом похитили местный летающий корабль и нашли место ритуала, где я вдруг поняла, что приносить в жертву никого нельзя. Тогда и проявилась окончательно моя суть, как а-фактора. Я смогла разрушить основу сети, но появился местный Кержак и собрался меня убить, но ему помешало прибытие наставника, — она улыбнулась старому орку. — После объяснений до его альтер-эго дошло, что корхамцев просто использовали, как известное резиновое изделие. Сверхсущность сообщила, что нам следует отправляться на Эрум, экваториальный мост которого на самом деле являлся артефактом связи со Сферами Творения, их высшей частью. А сама осталась прикрывать, поскольку ощутила приближение «этих», и погибла, насколько мне известно. Мы послушались и улетели на Эрум, где я попыталась дозваться до Сфер, но не смогла, такая возможность оказалась напрочь перекрыта. И тогда я снова использовала свои возможности а-фактора, поднялась в средоточие мироздания и там дозвалась до Черного Демиурга, ее имя — Неника Сат. Она расправилась с «этими» и стерла из реальности их жутковатую сеть. Но последствия их деятельности исправлять нам с вами. Фу, закончила! Подробную запись всего случившегося я передам, кому скажете.

Девушка снова выпила сока, после чего села с видом, что ей больше нечего сказать.

— Коротко, из-за чего многое непонятно, — заметил Раван VII. — Но все равно спасибо. Запись, будь добра, сбрось дварху дворца, Инеарху, я ее потом просмотрю. Теперь твоя очередь, Кержак.

— Минуту, — поднял ладонь Лар. — Твоя картографическая служба нашла нужную систему для перемещения Эрума?

— Нашла, — кивнул великий князь. — Пересылаю координаты.

— Передал Элифании, — после недолгого молчания сообщил Адай Аарн. — К завтрашнему утру на месте найденной системы будет другая. Просьба немедленно собирать гуманитарную помощь, планета в тяжелом положении, особенно после случившегося — экваториальный мост рухнул, вызвав множество катаклизмов и катастроф. Потребуются продовольствие, медикаменты и сами медики. Эрумцы полностью генетически совместимы с людьми обитаемой галактики, так что особых проблем не будет.

— Отдал распоряжения, — на мгновение замер Раван VII.

— Мы тоже, — добавили Дарли с Никитой. — С кем выходить на связь там?

— С ректорами Саоранского и Таоранского университетов, они там наиболее вменяемые. Со святошами лучше соблюдать осторожность, хотя три демиурга и вернули себе власть над планетой, однако полтысячелетия под влияние эгоистов не остались без последствий.

— Также потребуется помощь населению Корхама, которое сейчас вывозится в другую вселенную, — добавил Кержак. — Там множество пригодных для жизни планет, оставшихся после перешедшей цивилизации. Координаты передаю. Им на новом месте нужно практически все. Мой альтер-эго руководит переселением, я обещал, что мы поможем.

— Естественно, поможем, — кивнули остальные аарн. — А кто перевозит?

— Эскадра Арху-Тхуу, — ответил старый орк. — Почти все имущество и население империи вошло в трюмы «Спиральной Волны», но остальные корабли тоже пригодились. Я передал в Аарн Ларк просьбу тоже собрать гуманитарную помощь, как уже говорил, требуется очень много всего, так что экспедиция будет готова только через трое-четверо стандартных суток. Ладно, теперь моя очередь рассказывать.

Он немного помолчал, отпив из стакана глоток какого-то темно-зеленого напитка, после чего продолжил:

— Три вселенных после старта мы прошли без остановок, так как никого в окрестностях выхода из червоточины не было. В четвертой мы обнаружили пиратов, атакующих населенную планету очередной Российской империи, там шло двадцать четвертое столетие. Мы, естественно, помогли, чем смогли, и отправились дальше, не обнаружив следов Лины. А вот затем произошло кое-что интересное. Через Элифанию, дочь Аринасия, мы получили просьбу о помощи от местного Контроля, Безумных Бардов и, как ни удивительно, Эрсай. Требовалось спасти в соседней вселенной человека, от которого в будущем очень многое зависит. Он несколько столетий проспал в стазисной капсуле на борту полуразрушенного линкора. Адмирал Ник Арвио Тонг, он же Железный Ник. Интересный и очень толковый человек. Вполне мог бы стать аарн, но у него иная судьба.

Кержак встал и прошелся вдоль стола, он выглядел хмурым и недовольным. Затем остановился и снова заговорил:

— Как выяснилось после считывания памяти попавшей к нам в плен аристократки, местные власть имущие следовали некому плану по оскотиниванию населения, атомизации общества, превращению людей в думающих только о себе эгоистов. Они находились под контролем «этих», как вскоре стало известно. В данной области местной вселенной имелся некий строго охраняемый объект, на который не допускали никого постороннего, только высокопоставленные дамы и господа имели туда доступ. Были случаи их омоложения после визита. Мы понимали, что пока не решим вопрос с Железным Ником, покидать его вселенную права не имеем. Поэтому экспедиция разделилась натрое, и две ее эскадры отправились дальше. Наша осталась, после чего было принято решение обследовать неизвестный объект, для чего пришлось взять под контроль одну из охранных станций.

— Зачем? — удивился великий князь. — Могли же просто пролететь мимо.

— Не могли, — вздохнул старый орк. — Не пускало нас дальше, даже я не смог проникнуть при помощи плетений перемещения. После взятия станции стало ясно, что за установку барьера отвечало оборудование, превышающее местный уровень развития на несколько поколений, если не порядков. Кто и как его поставил осталось неизвестным. В общем, я, оставив на «Темном Ветре», минимум экипажа, выдвинулся туда, чтобы проверить. И да, с нами отправился Железный Ник, моя интуиция четко дала понять, что так надо. Почему? Тогда я понятия не имел, понял это значительно позже. По прибытию мы обнаружили в центре закрытой области пространства слегка светящийся призрачным, потусторонним светом гигантский шар, по поверхности которого плыли разноцветные разводы, как по поверхности мыльного пузыря. Аппаратное сканирование ничего не дало, шар оставался для него невидимым. Пришлось использовать особого рода сканирующие вероятностные плетения. После получения результата их работы гиперфизик Монох определил, что этот «шарик» — на самом деле свертка сотен тысяч пространств и времен, иначе говоря, он, в разных формах, одновременно существовал в бесчисленном количестве вселенных. И в не менее большом числе времен, причем не только прямых и параллельных, но и угловых, спиральных и пес еще знает каких. Причем их совмещение происходило по какому-то сложнейшему алгоритму — мои плетения выяснили только само его наличие, не более. Монох также предположил, что это часть чьей-то саморазвивающейся транспортной системы, постепенно прорастающей в новые вселенные. Вполне возможно, что именно она изгнала отсюда местный Контроль. Позже выводы гиперфизика подтвердились.

Кержак выпил еще немного своего зеленого напитка, после чего сел и некоторое время сидел молча, постукивая пальцами по столу. Заговорил он только что-то обдумав:

— Больше понять ничего не удалось. Тогда я решил рискнуть и использовал плетение, разработанное в свое время Мастером — он все же был гением, что ни говори. При его помощи я ощутил чью-то заинтересованность, в шаре находился кто-то разумный, и попробовал пообщаться с ним. Мне ответил явный ребенок, сообщивший, что не знает, кто он такой, что он всего лишь помогает разделить на составляющие то, что не должно быть вместе. Мол, каждая разумная особь должна оставаться самой в себе, не объединяясь с другими. Его попросили это сделать некие сущности, чьи запросы обитатель шара слышал и исполнял. Затем он сказал, что мы очень интересные, а другие, приходившие раньше — скучные. А вот те, кто просит его сделать то или иное, никогда не приходили. Почему божественное дитя выполняло просьбы непонятно кого мне до сих пор неясно. Как его смогли убедить? Как такое вообще стало возможным? Не знаю, но стало. Тогда я еще не знал, что это только начало, и таких обманутых детей довольно много.

Он поморщился, воспоминания явно не доставляли орку никакого удовольствия, но в ситуации следовало разобраться.

— Тогда я спросил малыша, а чего хочет он сам. Он ответил, что не знает, ему просто скучно, потому разъединяет целое и объединяет разделенное. Причем делает это, не понимая, что другому тоже больно — как и все дети, им не так легко это объяснить. Понять можно, только самому прочувствовав, поэтому я посоветовал найти интересных ему существ, прочесть их память и прожить их жизни так, словно он — это они. Заблокировав на это время свою память — тогда можно лучше понять других, да и узнать о мироздании куда больше. Малыш ответил, что он в обычных разумных просто не влезет, слишком велик, на это я сказал, что не надо влезать в них полностью, достаточно скопировать память и смоделировать события из нее во внутреннем пространстве, но так, чтобы малыш чувствовал себя существом, которое моделирует. И ему будет очень интересно.

— Опять божественное дитя… — поморщился Семен. — Как ни столкнешься с ними, так проблемы. Альмию со товарищи, занесенных Благие знают куда, хотя бы вспомнить…

— Это да, — грустно вздохнул Кержак. — Но что делать, столкнулись. Обдумав мое предложение, дитя крайне заинтересовалось, но спросило, а чего хочу я. Я сказал, что хочу понять, что происходит, и найти пропавшую девочку. Оно попросила ее образ, я передал. Дитя обрадовано заявило, что та сейчас в том месте, где все началось. Только она перемешалась с другой девочкой, та была пустая, глупая, и моя ученица ее скушала. И там живут «они»!

— Скушала⁈ — возмутилась Лина. — Да меня никто не спрашивал! Я была бы рада вернуться в свое тело и оставить Эдне ее!

— Я просто передаю услышанное, не нервничай, — проворчал старый орк. — Дитя предложило отправить меня туда, где сейчас девочка. Я попросил, чтобы вместе с кораблем, оно обрадовалось интересной задаче, ведь там совсем другие физические законы, пришлось прикрывать корабль и все, что на нем есть, защитной пленкой инозаконного пространства, в итоге местные законы стали на ходу подменяться вашими, и все на борту работало без проблем. Уровень и сложность задачи представляете?

— Думаю, в полной мере способен представить себе такое только Баг, — поежилась Дарли. — Но сильно.

— Вот именно! — резко кивнул Кержак. — Для возвращения дитя разместило на дварх-крейсере некую штуку, а в голову дварх-капитана Рина-Дороха вложило знания, как ею управлять. Что за штука я, простите уж, не разбирался, других проблем хватало.

— Расспросим капитана и гиперфизика, — кивнула флаг-адмирал. — А дальше?

— Дальше? — недовольно скривился старый орк. — Дальше дитя взяло и переместило корабль во вселенную, близкую к мирам Хаоса, там, на одной из странных планет, как раз и находилась Лина. Я не успел его остановить. В итоге «Темный Ветер» оказался на границе странно выглядящей планетной системы с тройной звездой, причем звезды были сросшиеся и не шарообразные, а похожие на вытянутые в разные стороны игольчатые многогранники, смыкающиеся выростами. Иначе говоря, местное светило напоминало трехлепестковый огненный цветок, покрытый грязно-желтыми шипами.

Кержак вывел описанную картину на голограмме и полюбовался отвисшими челюстями собеседников, ничего подобного они не только не видели, но и представить себя не могли.

— Это вы еще местных планет не видели, — довольно оскалился он, вспомнив собственное изумление. — Сейчас покажу. Вставать не советую, чтобы не упасть. До меня сразу после переноса дошло, что дитя собралось в нас поиграть, а дети ведь часто ломают игрушки…

— Да уж не дайте Благие таких игр! — поежился Раван VII.

На голоэкране тем временем появились бесчисленные планеты в виде кубов, гантелей и разных геометрических фигур. Но не это было самым удивительным, а небесные тела в виде перепутанных клубков нитей, абстрактных конструкций и соединенных вершинами неровных конусов. Причем все они были кислородными и, похоже, населенными, что вызвало у зрителей буквально оторопь. На передний план вышла планета, представляющая из себя смятый и вытянутый клубок нитей, причем каждая из них была толщиной с четверть средней планеты обитаемой галактики и покрыта кислородной атмосферой, под которой просматривались моря и бесчисленные большие и малые острова. Ее площадь было страшно себе представить. Некоторые нити почти смыкались, их атмосфера перемешивалась. В какой-то момент огромный летающий ящер поднялся к границе атмосферы своей нити и резким рывком перескочил в другую, миновав короткий промежуток безвоздушного пространства. А затем его примеру последовал ободранный и неухоженный парусный корабль, который несли надутые каким-то газом серые пузыри.

— Как видите, разумные там живут, — потер виски Кержак. — Так, народ, извините, но я слишком устал, давайте продолжим завтра, нужно отдохнуть. Лина вон тоже носом клюет. Понимаю, что интересно, но сил нет.

— Хорошо, — аарн и граф встали. — До завтра.

А старый орк с ученицей отправились по выделенным им комнатам, рухнули на кровати, не раздеваясь, и мгновенно уснули.

[1] Читавшим книгу «Познай свою суть» можно эту главу не читать, тут идет сокращенный пересказ ее событий, однако имеются важные дополнения и уточнения. (Прим. автора).

Глава 5.2

На следующий день все те же собрались в кабинете великого князя в прежнем составе, только Дарв ис Тормен немного опоздал, был чем-то занят, пришлось даже специально отправлять за ним Николая Шаронского, который тоже решил участвовать в совещании. Не было только Лины, ее присутствие больше не требовалось, да и следовало обсудить кое-что, что ребенка, а она все еще оставалась во многом ребенком, не касалось. Девушка в компании Роваса и Арио отправилась в Тарканак на рейсовом лайнере, ее яхта, к сожалению, ремонту не подлежала, на ней выгорело все, что только могло выгореть, как и то, что не могло. Граф пообещал ученице приобрести новую, для его капиталов это были мизерные затраты, но когда это произойдет не сказал.

— Почему ты не захотел дальше рассказывать при Лине? — прямо спросила Дарли, когда все расселись.

— Есть кое-какие вещи, которых ей знать пока не следует, — недовольно проворчал Кержак. — Да и слишком они личные. Вам доверяю, ей пока еще не очень. Мне не нравится, что такое могущество получило, по сути, дитя. Капризное и многого не понимающее.

— Не только тебя это беспокоит, — тяжело вздохнул Рави, потерев лоб, — я себе уже все мозги сломал, пытаясь понять, что может показаться Лине несправедливостью, у нее очень специфическое мировоззрение. Была бы она аарн, все стало бы проще, но в орден она не хочет.

— Не хочет, — подтвердил старый орк. — Да и не подходит нам по многим параметрам, ты сам это знаешь.

— Знаю, — поморщился великий князь. — Девочка талантливая инеглупая, но, ты прав, еще дитя. И жестокость у нее детская.

— А вот я с вами не согласна, — вмешалась Дарли, — вчера наблюдала за ней и убедилась, что Лина сильно повзрослела после случившегося. Мало того, она впервые бросала заинтересованные взгляды на симпатичных мужчин, а это говорит о том, что ее развитие сдвинулось с мертвой точки.

— Это может быть не развитием, а наследием Эдны, — отмахнулся Кержак, — та, по отзыву моего альтер-эго, была весьма любвеобильна и слыла, простите уж за откровенность, шлюхой, благосклонностью которой пользовалось большинство парней на факультете, она никому не отказывала и ложилась в постель с каждым желающим. Не хотелось бы, чтобы Лина последовала ее примеру, это тоже ни к чему хорошему не приведет.

— Надеюсь, что ее первым перехватит Джавад, — заметил Лар. — Мальчик втрескался в нее по уши, но раньше она не обращала на него никакого внимания. Теперь, скорее всего, обратит — наследник очень хорош собой, в дедушку и бабушку пошел, а не в отца с матерью.

— Ох, не уверен, — покачал головой Дарв. — Лина терпеть не может власть имущих, и перспектива стать императрицей ее сильно напугает, от власти она шарахается, как демон от ладана. Но, ты прав, это был бы лучший вариант. Намного хуже, если она по рукам пойдет. Наследие шлюхи, в теле которой девочка оказалась, обязательно сыграет свою роль.

— Новая для меня информация, — нахмурилась Дарли. — К сожалению, да, такое наследие обязательно сыграет. Я передала в Тарканак приказ присматривать за ней, надеюсь, наставники смогут предотвратить неприятности. Или хотя бы купируют их.

— Рано пока судить, — Никита пристально посмотрел на Кержака. — Давайте не будем спешить делать выводы. Посмотрим на развитие событий. Меня сейчас куда больше беспокоят возможные действия «сверхов» после исчезновения эгоистов, они вполне способны попытаться снова внедриться в нашу реальность, а как они умеют гадить вы хорошо знаете.

— Да уж знаем, — все поежились, вспомнив столкновения с упомянутыми господами и их невероятную уверенность, что им даже сопротивляться не имеют права. Это настолько поражало, что для описания не находилось слов.

— Что было дальше, Кержак? — пристально посмотрел на старого орка глава тайного ордена. — Я же вижу, что тебе очень не хочется рассказывать. Случилось что-то, что тебя сильно задело?

— Случилось, — скривился тот. — Очень многое случилось, я осознал, что далеко на так хорош, как о себе думал. Во многом. Но скрывать будет глупо, надо вместе попытаться понять, что именно произошло и почему. Итак, оказавшись во вселенной с планетами дикой формы я позвал на смотровую палубу Железного Ника, подсознательно ощущая, что мы не зря его взяли с собой. То ли сработала интуиция, то ли мне внушили эту мысль откуда-то свыше — не знаю. Но гранд-адмирал буквально через несколько минут показал на планету, напоминающую расплющенную медузу с шевелящимися щупальцами по ободу, и заявил, что ему очень хочется попасть туда. Причем в конкретное место на конкретном острове, а острова там постоянно перемещались и сталкивались между собой. Он просто пальцем показал на один из них. После этого и я ощутил то же самое. На нас явно шло чье-то воздействие, позже стало ясно чье.

Старый орк снова скривился, ему явно было не по себе. Он довольно долго молчал, затем заказал себе стакан «Золота Дарна» и залпом выпил его. Поежился и продолжил:

— Сесть на планету, а она, как я уже говорил, напоминала собой распластанную медузу со щупальцами по ободу, оказалась очень непросто, атмосферу переполняли гравитационные аномалии и области пространственной нестабильности, без установленной мной защиты, вероятностной и некромагической, бот превратился бы в обломки, едва спустившись на пару километров. Пришлось прямо на ходу выплетать защитные связки для него и сопровождающего фрегата, иначе погибли бы. Но все же мы смогли сесть, нужное место находилось в большой пещере, расположенной в отвесной скале на высоте двухсот метров. На высоте десяти километров область нестабильностей закончилось, вот только меня не оставляло ощущение чьего-то любопытного взгляда, словно кто-то невидимый, но очень сильный, решал, что ему делать с незваными гостями. На всякий случай я подготовил плетение телепортации, готовясь вытащить бот на орбиту. В ментальном поле раздался чей-то смешок и возникло ощущение, что бежать не понадобится, меня успокоили, дав понять, что не собираются причинять вреда, а просто наблюдают за интересным объектом. Как позже выяснилось, это было еще одно божественное дитя. Но присутствовало не только оно. Стоило сесть, как от кого-то другого пришла уверенность, что Железного Ника обязательно надо доставить в пещеру, от этого зависит что-то очень важное. Знали бы вы, как я не люблю, когда меня используют вслепую! А эти, которые свыше, очень любят так делать, чтоб им всем провалиться!

— Так проще, чем пытаться объяснить упрямому индивидууму необходимость сделать то или иное, — хихикнул Лар, сам не раз так поступавший. — Пока он поймет, может оказаться уже поздно. А ты, прости уж, отличаешься изрядным упрямством. Но это был не я, сразу говорю. Кто-то куда как выше меня. И намного сильнее. Но и не дитя, понятно. Я вообще думаю, что вас с Линой вели с самого начала, слишком много «случайностей», вероятность который крайне низкая.

— Я тоже так думаю, — вздохнул старый орк. — Вернусь к рассказу. После того, как бот сел в большой пещере, мы обнаружили, что она искусственная, вот только обработаны ее стены были больше миллиона лет назад, причем однозначно развитой технологической или магической цивилизацией, которой сейчас на планете отсутствовала, местные жители были дикари дикарями. В дальнем конце пещеры обнаружился ход, спиралью уходящий куда-то в глубину скалы. Мы двинулись по нему. Чем глубже мы спускались, тем сильнее становился зов, который ощущал Железный Ник, он даже сказал, что там ждет часть его самого. Мои сканирующие плетения не могли пробиться сквозь камень, так что пришлось принять его слова на веру. Если гранд-адмирал был прав, то это значило, что просьба помочь ему исходила от кого-то уровнем повыше, чем Эрсай, они всего лишь выступили посредниками. А это значило, что этот кто-то предполагал, что экспедиция доберется до этой странной вселенной, а может, и позаботился, чтобы это случилось.

— Скорее всего, именно позаботился, — заметил Адай Аарн. — Я даже подозреваю, кто это мог быть, но только подозреваю. Эта личность обычно предпочитает не светиться и не любит, когда ее имя упоминают всуе. Потому, извините, промолчу, не хочу неприятностей.

— Ладно, — досадливо проворчал Кержак. — И у меня есть кое-какие подозрения, но я тоже оставлю их при себе. Когда мы достигли дна, то оказались перед бездонной пропастью, которую пересекал хлипкий мостик, перейти его можно было исключительно в одиночку. Причем состоял этот «мостик» из чистой магической энергии, структурированной особым образом. Я так не умею, сразу признаюсь. Рисковать не хотелось, и я решил переместиться на ту сторону. Но не смог! Ни одно плетение не срабатывало! Мало того, я вдруг понял, что даже перелететь на энергокрыльях эту пропасть не получится. Только пройти по мосту. Почему? Наверное потому, что это был экзамен. От кого? Не знаю, но вряд ли от дитя, хотя оно и принимало участие.

Выпив еще один стакан эликсира, старый орк ненадолго задумался, судя по исходящему от него эмоциональному фону, ему было что вспомнить об упомянутом экзамене.

— О том, с чем мы столкнулись, сообщил первый прошедший по мосту, один из легионеров, — наконец снова заговорил ментат. — По дороге он от чего-то отмахивался, с кем-то говорил, а ступив на ту сторону, сказал, что узнал много нового о себе самом. После этого на мостик ступил я. А дойдя до середины, внезапно оказался на своей родной планете, на той самой скале, откуда меня с учениками забрали в орден. Вот только это была какая-то другая реальность, в ней за нами никто не пришел, все погибли, все вокруг было усеяно мертвыми орками. И первым, что я увидел, было мое собственное мертвое, наполовину сгоревшее тело. Судя по примененным плетениям, я был убит Эльвинелем. Хуже другое — мой альтер-эго держал в руках один страшный артефакт, Скипетр Короля Мертвых, о котором в нашем мире ходило множество жутких легенд. А ведь я точно знал, что с ним нельзя связываться, он незаметно перекраивает сознание носителя, делает его жестоким и безразличным. Видимо тот Кержак настолько отчаялся, что решился взять Скипетр. Где он его добыл? Не знаю. Я испепелил эту пакость. Но перед тем обнаружил одного выжившего — моего ученика Гракха. Он умирал, у него была раздавлена грудь, спасло парня глупое детское заклинание «Каменное сердце», ставящее барьер вокруг сердца и легких. До сих пор оно считалось совершенно бесполезным, но после того, как спасло Гракха, стоит подумать о его использовании, оно может защитить хотя бы легионеров в случае взрыва.

— Вот именно! — кивнул Рави. — Обязательно попрошу тебя создать амулеты с «Каменным сердцем», раз оно позволило выжить орку, на которого свалилась каменная глыба, то его ценность несомненна. Но… это ведь была иллюзия?

— Как выяснилось, нет, — тяжело вздохнул Кержак. — Я исцелил Гракха насколько смог, после чего поместил его в стазисный кокон, а сам кокон в мой пространственный карман. Потом, как уже говорил, уничтожил скипетр, и все закончилось, я снова оказался на мостике. Перешел на ту сторону и понял, что ученик из иллюзии все еще в кармане. К счастью, перешедший ранее на эту сторону легионер разбирался в целительстве и имел при себе регенерин в достаточном количестве. Очень хороший препарат оказался! Хочу передать свою благодарность разработчикам, они создали чуть ли не мобильный ти-анх, позволяющий одним уколом исцелять разумного, которого обычная медицина галактики спасти не способна. И весьма быстро.

— Значит испытания регенерина можно считать удачными? — оживилась Дарли. — Это я настояла, чтобы он имелся на кораблях экспедиции. Очень полезное изобретение!

— Подтверждаю, — кивнул старый орк. — Более, чем полезное. Помимо Гракха был также вылечен старший брат Железного Ника, которого он, как и я, вытащил из «иллюзии». Этот мостик перемещал каждого в критический момент его жизни, давая возможность что-то изменить, и я очень сомневаюсь, что это делало божественное дитя, играющее в нас. Возможно, это был какой-то древний артефакт. Возможно, что-то иное. Но факт остается фактом. Из ниоткуда было вытащено четверо разумных, орк и три человека.

— Кто еще двое? — подался вперед Рави.

— Дварх-лейтенант Игорь Логвинов из русских офицеров привел из «иллюзии» сразу двоих, причем из разных времен. Своего дядьку, на его глазах провалившегося под лед, он, как выяснилось, всю жизнь фантазировал, как спасал того. И командира полка, в котором служил во время мировой войны, парень слишком уважал полковника и сожалел, что не мог его выручить. О них я подробнее расскажу позже. Поверьте, там есть что рассказывать. Но сперва о другом, это намного важнее. После того, как спасенные надели скафандры, мы двинулись дальше. Но внезапно некая сила переместила всю группу к входу в гигантский многомерный лабиринт, состоящий, на первый взгляд, из переплетающихся световых дорожек. Возникло ощущение, что его обязательно надо пройти. Да и Железный Ник сказал, что ему необходимо попасть в центр этого лабиринта. Четко ощущался чей-то напряженный интерес. А после моего заявления, что неизвестные ведут себя, как избалованные дети, в эмофоне распространилась чья-то обида. Это, в общем, и был один из божественных детей, которым эгоисты засрали мозги, простите уж за выражение, иначе сформулировать не могу. Именно засрали, причем сделали это на удивление профессионально. Я не представляю, что случилось бы, если бы сверхсущности с такими взглядами вошли в полное могущество…

— Кошмар был бы! — дружно поежились аарн, да и граф составил им компанию, он даже лучше них понимал, что могли устроить в мироздании всемогущие эгоисты.

— Внутри светового лабиринта было очень красиво, но меня эта надмирная красота настораживала, слишком она была нарочитой, словно скрывала за собой что-то нелицеприятное, — Кержак пожевал губами, выглядя при этом раздосадованным. — Но это так, прелюдия. К концу первого круга лабиринта началось кое-что очень неприятное, то и дело стали возникали картины моего прошлого, причем ситуации подгонялись так, что мне предлагали сделать другой выбор, чем сделанный когда-то, причем чаще всего нелицеприятный, вынуждая совершить пусть мелкую, но подлость. Но я отметал саму возможность этого, поскольку выбрал свой путь один раз и навсегда! Сволочью становиться я не собирался ни ради чего. Ни ради собственного выживания, ни ради помощи другим — такая помощь обойдется слишком дорого и в итоге погубит и тебя самого, и тех, кому ты таким образом помогаешь. Меня явно хотели сделать инструментом для грязных дел, но я продолжал отбрасывать предлагаемый выбор и в любой ситуации принимал наиболее этичные решения. Сущность, насылающая эти видения, моего поведения явно не понимала, поскольку от нее веяло недоумением и острой обидой, как от ребенка, у которого что-то отобрали, по-детски обижаясь на куклу, которая не хотела идти туда, куда вел ее играющий. Не понимая, что разумные существа — далеко не куклы, что им дано Творцом право выбора. Тогда я попытался передать «малышу» эту мысль всеми доступными способами. Не знаю поняли меня или нет, но я постарался сформулировать все как можно доступнее, словно разъясняя сложную тему не слишком умному ученику. Видимо, получилось, поскольку меня перестали соблазнять то богатством, то доступными женщинами, то властью, то еще какой-то чушью.

Кержак поежился, снова глотнул эликсира и поинтересовался:

— Понимаете теперь почему я не хотел, чтобы Лина это слышала?

— Понимаем, — кивнула Дарли. — Я бы тоже не хотела. Продолжай.

— Хорошо. Далее я увидел, что спасенный мной Гракх ведет себя неуверенно, смог связаться с ним через биокомп скафандра и объяснил, что все это наваждения. Затем сообщил то же самое остальным, а прежде всего ничего не понимающим людям, которых вытащил дварх-лейтенант. Сказал, что если кто-то не дойдет, то будет сам виноват. На удивление, дошли все, хотя ни один не рискнул рассказать, чем его соблазняли. В итоге стало ясно, что мы столкнулись с моральным калекой, не понимающим, что честь может быть дороже жизни. Но вскоре выяснилось еще одно обстоятельство…

— Прохождение лабиринта дало тебе что-то? — сразу понял суть проблемы Дарв.

— Да, я получил множество новых знаний и способностей, — вздохнул Кержак. — Причем разбираться в них еще предстоит не знаю сколько времени. Знания и умения проявляются постепенно, по мере необходимости. Мало того, все прошедшие через лабиринт стали одаренными, которых еще предстоит обучить, чтобы не натворили чего лишнего. Но вернусь к рассказу. От хозяина этого странного места снова начала распространяться уже знакомая жгучая детская обида и растерянность, примерно такие чувства исходят от ребенка, раскусившего конфету, оказавшуюся горькой. Или развернувшего пакет с подарком, в котором ничего не оказалось. Что это могло значить? Ничего хорошего! До меня дошло, что из-за этого опасность грозит всему мирозданию. Почему? Кто-то стал растить юных богов полными эгоистами, доказывая им даже в играх, что иначе быть просто не может, что каждый только сам за себя, а на остальных плевать. И вот ребенок впервые столкнулся с тем, что его игрушки повели себя иначе. Он просто не понимал, что происходит и обижался, а обидевшиеся дети вполне способны поломать «обидевшие» их игрушки. Но даже не это главное, а то, что случится, если выращенные таким образом, не имеющие никакой морали и этики всемогущие сущности выйдут в большой мир. Они же начнут ломать его через колено, изменяя согласно своим взглядам! А их взгляды страшны — они считают правильным, когда каждый готов драться с каждым, когда ради своей выгоды разумный способен обречь на гибель тысячи других и не испытать при этом даже угрызений совести. Ведь он же заботился о себе! А что другие из-за этой его «заботы» погибли, так и демон с ними, главное, что он, собой любимый, не пострадал. Представляете весь ужас ситуации?

— Не могу понять сути божественных детей, — закусил губу Никита. — Что они вообще такое?

— Дело в том, что когда какая-либо сущность переходит в состояние сверхсущности, ее сознание становится детским, причем на тысячелетия, — пояснил старый орк. — Это необходимо для того, чтобы осознать сложнейшие концепции и многому научиться. И только в это время возможно на таких «детей» воздействовать. «Эти» сумели каким-то образом вывести взрослеющие сверхсущности из игровых вселенных в реальные, где в результате их игр многое нехорошего произошло, что создало молодым сверхсущностям отрицательную карму. Вот из них «эти» и начали растить подобных себе эгоистов, так называемых сверх-хищников. Именно ради того, чтобы этот кошмар остановить, нас всех и привели туда. Я попытался поговорить с «малышом», но я не умею говорить с детьми. К счастью, вмешался человек, чьего вмешательства никто не ожидал. Дядька Игоря Логвинова, неграмотный и невежественный крестьянин, на первый взгляд, оказался истинным учителем. Да-да, не удивляйтесь так! У нас отныне есть истинный учитель. Невероятная и невозможная редкость, цивилизация, в которой их появляется хотя бы несколько, обычно готова к Переходу. Если бы он не погиб, то, может, и революции в их стране не произошло бы, и война не началась бы. Но его явно устранили, чтобы не мешал, одно его наличие могло сделать планету добрее на порядок. Так вот, он начал показывать «дитяти», как он выразился, сказки, вкладывая в них, что не надо делать другим того, чего не хочешь получить сам. Что им тоже больно, так же, как и тебе самому. И «дитя» это поняло! Иван сказал, пусть друзей приводит, он много историй знает.

— Истинный учитель — это просто здорово! — обрадовалась Дарли. — Вопрос: согласится ли он стать аарн?..

— Уже согласился, — заверил Кержак. — Сказал, что раз его воспитанник у нам, то и ему к нам дорога. Второй спасенный Игорем тоже захотел в орден после того, как многое узнал о нас. И тоже достоин. Но хочу закончить. Ощущения присутствия юной сверхсущности исчезло, оставаться около лабиринта смысла не имело, и я переместил всех к боту, использовав для этого новые знания и способности. А там выяснилось, что экспедиция Арху-Тхуу тоже в этой странной вселенной, она оказалась в ней, использовав чужую червоточину, поскольку попала в ловушку, разбираясь с чего началась война в одной вселенной. Отчет арахна я пересылаю, разберетесь. Затем на своем дварх-крейсере появились Николай с Таланиэлем, они смогли прорваться, использовав старые наработки моего ученика, что очень ценно. Впрочем, затем мы получили более простый способ, не использующий аномалий.

Он перевел дух, напился и устало потер лоб.

— Вскоре было получено послание от Лины, она просила помощи, утверждая, что если не сделает невозможным проведение ритуала создания последней точки псевдосети, то схлопнутся тысячи вселенных, в том числе, и наша. Позже стало известно, что девочка была полностью права. Все корабли эскадры, имеющие пилотами прирожденных, перешли на форсаж и направились к Корхаму, невзирая на риск. Успели мы в последний момент, мой альтер-эго уже собрался убивать Лину, ведь она разрушила результаты его пятидесятилетней работы. Не сразу удалось доказать не-Кержаку, что «эти» просто использовали корхамцев, как используют презервативы. Окончательно он понял, что был неправ, после того, как узнал, что девочка — а-фактор. Что случилось дальше вам известно из ее рассказа. Подробный отчет экспедиций, мой и Тиналины пересылаю всем, разбирайтесь и осмысливайте. А сейчас предлагаю обсудить кое-какие проблемы, возникшие в связи со случившимся.

— Что за проблемы? — приподнял бровь великий князь.

— Эрум хотя бы, который Безумные Барды переместили в найденное твоими картографами шаровое скопление, — напомнил Кержак. — С ним, думаю, будет немало работы, слишком странная социальная структура общества. Предлагаю отправить туда оперативных статистиков Перлока и Биреда, пусть разбираются, что там происходит и что можно сделать.

— Но это не все?

— Нет, конечно. Прежде всего важен Корхам, который мы переселили в одну небольшую вселенную, где хватает практически курортных планет, на одну из которых корхамцев сейчас и высаживают. За цивилизацией, сотворившей то, что они сотворили, нужен глаз да глаз. Оставлять ее без присмотра никак нельзя. Да и мой альтер-эго далеко не подарок. Скипетр, а затем и дальнейшие события, сильно изменили его, превратили в бездушную сволочь. Причем он даже не понимает, в чем проблема. Я пытался объяснить не-Кержаку многое, но он, повторяю, ничего не понял. Слишком привык руководствоваться исключительно целесообразностью.

— Да, это действительно проблема, — согласились остальные, разве что Дарв ис Тормен выглядел задумчивым.

Именно он заговорил после недолгого молчания:

— Думаю, стоит мне с ним пообщаться. Я смогу его понять лучше других, да и объяснить кое-какие истины, которые дошли до меня со временем. Может, это что-то даст. Думаю, стоит ознакомить твоего альтер-эго с историей многих цивилизаций, погибших и перешедших. Если он осознает, что эгоистическая цивилизация обязательно погибнет, то хотя бы задумается.

— Твои бы слова, да Благим в уши… — вздохнула Дарли. — Я просмотрела кое-что из полученных отчетов и понимаю, что Кержак полностью прав. Его альтер-эго действительно сволочь, но при этом не считает себя таковым. Надеюсь, ты сумеешь переубедить его, но не уверена.

Граф давно стал среди этих разумных своим, невзирая на свое прошлое и его грехи перед орденом. Он слишком изменился и слишком многое сделал, чтобы исправить свои ошибки. С Дарвом даже на «ты» в общении перешли, не боясь доверить самое сокровенное — ни разу после того, как Командор избрал его в ученики, не подводил.

— Третья проблема — странная вселенная с планетами дикой формы, — продолжил Кержак. — Там нужны наши постоянные форпосты, там тысячи населенных миров, и оставлять их без внимания никак нельзя. Появления еще одного Корхама допустить нельзя.

— Раз нужны, значит будут, — пожал плечами Семен.

— И последнее. Железный Ник и его страна, которую мы немного изменили. Там тоже понадобится работа Перлока с Биредом.

— Понадобится, значит пошлем их туда.

— Кстати, нет новостей от Альмии со товарищи? — поинтересовался Кержак, почесав щеку.

— Они идут из вселенной во вселенную, — ответила Дарли, поскольку была в курсе ситуации. — То и дело кого-то спасают, кого-то берут на борт, кого-то высаживают. Но лететь им еще не один год, слишком далеко от нашей вселенной находятся. Меня на данный момент куда больше заботит второе воплощение Мастера — Стэн Айдахо, нынешний глава клана Акадо. Да-да, не удивляйся, того самого. Клан, конечно, перестал быть пиратским и переместился из Ринканга в Тиум, но следить за ним стоит пристально. То трогать его не следует. Стэн сообщил Лару, что готов сдаться, если мы оставим в покое людей, за которых он отвечает.

— Характерно для Мастера, — оскалился Кержак. — Остальные два воплощения пока не найдены?

— Пока нет, но ищем, — вздохнула флаг-адмирал. — Сам понимаешь, что это далеко не так просто, как кажется.

— Но искать все равно нужно.

— Нужно.

И единомышленники принялись подробно осуждать, что необходимо сделать в первую очередь. На этих разумных лежала ответственность за всю галактику. Ответственность перед Творцом и самими собой.

Глава 5.3

Артефакт мигнул красным, сообщая, что объект поиска где-то недалеко. Аниш мысленно выругался, нецензурно помянув Шиву со всеми его присными, и приказал отряду сменить направление — проклятый урод носился по тайге, как оглашенный. Сегодня он был там, завтра — здесь, послезавтра еще где-то. И предугадать его перемещения оказалось совершенно невозможно. Судя по его действиям, серого мессию похитили в детстве лесные волхвы и обучили по-своему, только они умели так скользить по лесам. Воины Пути, иерархи Равновесия и, не к ночи будь помянут, Палач перемещались совсем иначе, они мгновенно оказывались в нужном месте. Серый же мессия двигался именно как волхв, он кружил вокруг отряда, словно хищник вокруг добычи. Мало того, какие-то люди то и дело резали отрядные дозоры. Мысли о том, что этим может заниматься сам мессия, индус тщательно гнал от себя. Если это так, то они окончательно проиграли, а о таком даже думать не хотелось.

— Командир! — подбежал к нему канадец Джереми Хондерсон, неплохой боец, но редкий дурак, по мнению Ариша. Как и все европейцы.

— Что? — резко остановился он.

— Опять дозор перерезали, не скрываясь, даже ветками трупы не присыпали, как раньше…

— Да чтоб вы все к Кали в гости провалились! — от души пожелал индус. — И что, опять зарезали, как малых детей?

— Именно так, — тяжело вздохнул Джереми. — Я лично осмотрел тела, никто даже оружия не достал. Возникает ощущение, что перед ними кто-то появился из ниоткуда, мгновенно перебил и ушел, они просто не успели среагировать. Это боец какого-то запредельного уровня. Причем он был один, я неплохой следопыт, утверждаю это со всей ответственностью.

— Кто же сопровождает нашу цель? — закусил губу Ариш.

— А это не может быть сама цель?

— Не знаю, но надеюсь, что это не так. Если так, то нам его не взять.

Индус с тоской оглядел выживших — их осталось не больше двадцати, а в поход после того, как стало известно, что серый мессия снова ушел в лес, вышло больше шестидесяти. Двух трети собранных со всего мира бойцов уже не было в живых. Серых остается все меньше и меньше с каждым годом. И если не инициировать мессию, то их вскоре и вовсе добьют. Еще и светлые с темными предали, переметнулись к Палачу, не понимая, что после инициации мессии того вышвырнут с Земли пинком под зад. Идиоты проклятые! Столько усилий послано псу под хвост!

Зимой большой отряд перехватил будущего мессию возле специально подготовленной ловушки и почти взял, тот был уже обессилен, но вмешалась какая-то непонятная старуха, оказавшаяся могучей колдуньей. Она одним заклятием вышвырнула серых за сотни километров от ловушки, причем разбросала их по огромной территории, многие оказались в разных европейских странах, а кое-кто и вовсе в Японии и Китае. Выбраться без документов оказалось довольно затруднительно, особенно из Поднебесной, где контроль местных одаренных был очень жесткий. Но выбрались и доложили о случившемся руководству. После этого любой поисковый отряд имел с собой особый артефакт, способный нейтрализовать самого сильного колдуна. Если, конечно, успеть его применить.

— Командир, нужно передохнуть, люди устали, — негромко сказал Джереми.

— Хорошо, — Амиш и сам смертельно устал, сегодня они прошли больше ста пятидесяти километров, двигались волчьим скоком, преследуя проклятого недомессию, чтоб ему неладно было.

Он снова достал поисковый артефакт и убедился, что выкормыш волхвов где-то совсем рядом, как бы не в нескольких метрах, и велел обыскать поляну, на которой остановился отряд. Ничего обнаружить не удалось, однако артефакт упрямо утверждал, что мессия здесь. Что это значит? Неужели он научился переносить свою ауру на что-то другое? Если это так, то охота на него сильно усложняется. А остановить ее нельзя, его инициация — единственный шанс для серых чего-то добиться.

Бойцы отряда распаковали свои мешки и принялись перекусывать, стоящие в охранении с завистью поглядывали на них, им самим предстояло дождаться, пока остальные поедят. Вот только они не успели — земля посреди поляны взорвалась, оттуда выметнулся человек с двумя короткими мечами в руках и принялся резать не ждавших ничего подобного серых, как беззащитных кутят. Не прошло и полуминуты, как в живых остался только сам Амиш, да и ему отрубили руки. Джереми умер последним, незнакомец смахнул канадцу голову походя, одним движением. Мечников такого уровня индус никогда еще не встречал. Впрочем, ему сейчас было не размышлений — боль в культях едва не свела с ума. Однако нападающий не позволил командиру отряда умереть, он что-то сделал, и кровь немедленно перестала хлестать, да и боль сошла на нет. Вот только Амиш остался полностью беззащитным и прекрасно это понимал.

— Вот теперь можно и поговорить, — негромко сказал незнакомец. — Давно хотел с кем-то из вас пообщаться. Ну чего вы ко мне привязались? Неужели непонятно, что я никогда не буду заодно с вами, сволочи?

Только тут до индуса дошло, кто перед ним, и он в сердцах выругался. Серый мессия собственной персоной, его ауру ни с какой другой не спутаешь. Так это он их резал? Ну что за дурак⁈ Ему принесли на блюдечке власть над миром, а он не желает ее брать! Он не выдержал и высказал все, что думал. Стоящий напротив парень отряхнул мечи и засмеялся, затем брезгливо бросил:

— Вам, видимо, в головы не приходит, что кому-то эта ваша власть и на понюшку табака не нужна? Я другого понять не могу, хотя чуть голову не сломал, пытаясь. Чего вы вообще добиваетесь?

— Свободы! — выплюнул Амиш. — Полной и абсолютной свободы!

— Свободы от чести, совести, доброты, любви и всего светлого? — насмешливо поинтересовался серый мессия.

— Да хотя бы! — повел плечами индус. — Это все вымышленные понятия, придуманные слабыми для облегчения себе существования. Сильный должен быть избавлен от них! Он должен иметь свободу делать все, что пожелает, и не нести за это никакой ответственности!

— То есть вы хотите получить свободу грабить, насиловать и убивать, не отвечая за свои преступления? — вздернул левую бровь парень, спрятав мечи в ножны. — Ну, вы и гнусь же! Забыли основной закон мироздания? Не делай другому того, чего не хочешь получить сам. С этим как?

— Это неправильный закон, он не должен существовать! — отрезал Амиш. — Сильный имеет право на все! А спросить с него может только другой сильный. И прав будет тот, кто выиграет схватку. Как в природе.

— Да уж, закон полубезумного зверья во всей его красе, — укоризненно покачал головой серый мессия. — А про разум забыли, да? Не понимаете, что именно этика дает развитие и толкает людей вперед и выше? Глупцы! Вы уже проиграли, от и до. Здесь Палач!

— Если бы ты согласился на инициацию, то вылетел бы этот Палач отсюда, как пробка из бутылки, — дернул щекой индус, одновременно размышляя, как бы сбежать. Хотя прекрасно понимал, что без рук совершенно беззащитен. — И ты все равно никуда не денешься, поймают и инициируют.

— Не выйдет. Ничего не выйдет. Хотя бы по той причине, что Земля стала одним из ключевых миров. А это значит, что если она не выйдет на высокий этический уровень, то будет стерилизована от разумной жизни. Если вы об этом знаете, но все равно продолжаете сопротивление, то вы идиоты. Конченые. Ну, а если не знаете, то просто невежды. За планетой сейчас такой пригляд, как никогда раньше.

— Откуда тебе это известно⁈ — вытаращил глаза Амиш, никогда не слышавший ничего подобного.

— Наставники рассказали, — криво усмехнулся серый мессия. — А потом и еще из пары источников подтверждение получил. Так что вы в пролете. Да даже если бы этого не было, я бы все равно не согласился — неинтересны мне апологеты «свободы» от совести. Думаю, даже ваша инициация не поможет. Вы хотя бы сначала поинтересовалась чья душа в ребенке, которого вы привязываете к своему эгрегору, а потом только привязывали.

— И чья же? — растерялся индус.

— Великого мага, прожившего много тысяч лет. Не вам, убогие, с ее носителем тягаться. Я еще не все помню и умею, но уж с вами справлюсь, если что. Но к делу. Сколько всего отрядов сейчас заняты поиском меня? Не советую молчать, поверь, пытать я умею.

— Да я верю, — поежился индус. — Пощады, насколько я понимаю, просить бесполезно?

— Да.

— Тогда хоть убей быстро.

— За этим дело не станет, — заверил серый мессия. — Ничего почувствовать не успеешь.

Амиш вздохнул и рассказал все, что ему было известно. После чего ему аккуратно свернули шею.

Игорь задумчиво посмотрел на мертвого индуса и вздохнул. Кто бы знал, как ему надоели эти сволочи! После того, как яга куда-то перебросила первый отряд, они как с цепи сорвались. Едва ли не еженедельно приходилось уходить в тайгу, искать и резать серых, парню совсем не хотелось, чтобы они нашли его в городе — могли пострадать дорогие ему девочки. А этого ученик лесных волхвов допустить не мог. О себе парень не думал — погибнет, так погибнет. Но Арина и Маришка должны находиться в безопасности.

Одно удивляло. Откуда здесь столько серых взялось? Как будто их хорошо проредили Повелитель с Воинами Пути, даже их покровителей на небесах и в преисподней уничтожили, а они все равно тут, и возникает ощущение, что их с каждым днем все больше. Игорь прекрасно понимал, что они не успокоятся и не отстанут, а значит придется продолжать свою маленькую войну. Плохо только, что сэнсей присматривается к нему все пристальнее — запах свежей крови на ментальном уровне никак и ничем не забить, чувствует старик, что ученик недавно убивал, и много убивал. Придется частично открыться японцу, не говоря, конечно, кто перед ним. Хотя Игорь прекрасно понимал, что постоянно скрывать это не получится. Однажды ситуация накалится настолько, что придется просить о встрече с Палачом и признаваться ему во всем. А там уж пусть будет, что будет. Убьет, так убьет.

При воспоминании о девочках губы Игоря тронула легкая улыбка. Он вспомнил, как Маришка первый раз появилась в их квартире. Ее монументальная фигура поражала, больше метра восьмидесяти роста, очень широкие бедра, но при этом ни капли лишнего жира, сплошные тугие, литые, хорошо тренированные мышцы. От юной яги шибало какой-то дикой, звериной сексуальностью, мужчины на улице при виде красавицы, если она того хотела, замирали на месте с ошарашенным видом. И долго стояли, пытаясь прийти в себя. Впрочем, девушка редко баловалась таким образом, обычно поступала наоборот, навешивала на себя пелену невнимания, и на нее не обращали внимания. Прошло мимо что-то женского пола, и ладно.

С Ариной Маришка сразу нашла общий язык и принялась обучать кузину необходимым в их семье вещам, которые та упустила, поскольку росла на стороне. И тем же вечером юная яга с полного одобрения Арины буквально изнасиловала Игоря, причем самыми извращенными способами. Но ему понравилось, даже больше, чем понравилось. С того дня девушек в его постель таскали уже две подруги — Маришка переселилась к ним. Хоть в однокомнатной квартире троим было и тесновато, особенно с габаритами юной яги, но им нравилось. А затем Игорь разжился деньгами, забрав карточки с тел убитых серых и взломав их ментальным образом — первые двое суток после гибели хозяина еще вполне можно было считать через астрал коды и любую другую информацию. После этого троица сняла большую, четырехкомнатную квартиру недалеко от университета, взяли такую потому, что у них в гостях постоянно бывали по три-четыре девушки. Иногда больше.

Узнав о том, что для его девчат естественно подкладывать под своего мужчину множество других женщин, Игорь успокоился. Раз естественно, то почему бы и нет. Ни малейшего усилия для их соблазнения парень не прилагал, ему дышать времени не хватало, чтобы еще и этим заниматься. Одаренных девушек и женщин приводили Маришка с Ариной и укладывали ему под бок, требуя сделать с теми то или иное. Игорь с удовольствием делал, отмечая при этом рост своего и партнерши потенциала. Часто он даже имен их не знал, да и не интересовался ими. В итоге спал он около двух часов в сутки, тренированному лесному волхву больше и не требовалось.

Что удивительно, ни одна из его партнерш не забеременела. Игорь даже начал размышлять на тему, не бесплоден ли он, но потом Маришка ему все объяснила. Оказывается, после первого секса с любимой, поскольку она яга, он мог оплодотворить только ее или ту, которой Арина позволит это. Причем сделала это девушка неосознанно, знаний о своей природе она тогда не имела. Так что по этому поводу можно было не беспокоиться.

Учеба тоже шла своим чередом, Игоря нагружали так, что только пищать и оставалось. Но он не пищал, а сцеплял зубы и учился, осваивая все новые математические методы. А затем в памяти начали всплывать неизвестные на земли разделы математические и физические разделы, практикуемые в обитаемой галактике — Командор, как выяснилось, обладал энциклопедическими знаниями во многих областях. Вот только передавать новые знания земным ученым парень опасался, сразу поймут, что это не его разработки. И зададутся вопросом откуда все это взялось. Другие воспоминания тоже приходили, и часто, вот только они для Игоря являлись чем-то наподобие интересного фильма, Иларом ран Даром он себя все так же не ощущал. Он сам бы во многих ситуациях поступил иначе, чем тот. Особенно раздражали и даже бесили воспоминания времен, когда его предыдущая личность являлась Темным Мастером, точнее, когда будущий император половины галактики только шел к власти. Сколько он зла сотворил! Не зря Командор столько времени искупал его, но так и не искупил.

Время до лета пролетело незаметно, и после сдачи курсовых экзаменов Арина с Маришкой уехали к бабушке. А Игорь привычно ушел в тайгу, ему в городе было неуютно. А там обнаружил, что местность вокруг Красноярска буквально кишит отрядами серых. Интересно, почему Повелитель с Воинами Пути и иерархией Равновесия допустили это? Трудно сказать, но парень принялся охотиться за подонками, которых ненавидел всей своей сутью. Он им ничего не забыл и ничего не простил.

Немного передохнув, Игорь раскинул над тайгой поисковую сеть и вскоре обнаружил еще один большой отряд серых, больше сотни. Определив, что те собрались делать, парень только ругнулся — твари готовились к большому жертвоприношению, собираясь создать очередной алтарь-ловушку. Для него, для кого же еще. Они откуда-то притащили около сорока женщин и детей, ведь от их мучений выход гавваха куда больше, чем от боли мужчин. Позволять подонкам сотворить то, что они хотели, ученик лесных волхвов не собирался, он сорвался с места и нырнул на тайную тропу, ведущую к месту событий, готовя все доступные ему боевые плетения — с таким количеством серых сразу он одними мечами не справится.

— Эх, бабушка, где же ты, когда так нужна? — незнамо кого спросил Игорь, и в в то же мгновение его выбросило с тропы.

— Здеся я, чего хотел? — выступила из чащи яга. — Поздорову тебе.

— И тебе поздорову, матушка! — бросил ей ментальный образ парень. — Глядите, что серые творят!

— Ах, выродки, чего удумали! — ахнула старуха. — Спасибо, милок, что вовремя их нашел. Идем!

Она грохнула клюкой о землю, и они оказались на краю большой поляны, в центре которой спешно сооружали алтарь. Немного в стороне под охраной нескольких десятков бойцов сидели плачущие женщины и дети. Если кто-то из них приподнимался или что-то спрашивал, то тут же получал хлесткий удар палкой от людей в сером. Видно было, что тем просто скучно, сочувствия к несчастным ни один из подонков не испытывал.

— Этих режь, милок, — указала на охранников яга, — это уже не люди, а зверье конченое. А теми, что в центре, я сама займусь, поспрошать их надобно.

Игорь понимал, как ему повезло, что старуха услышала зов, сам бы он не справился, не бог и даже не великий маг. Убили бы или, того хуже, поймали. А как на него подействует серая инициация парень знать не мог, не зря же серые уверены, что он их возглавит. Может, ему вовсе личность сотрут! А этого следовало избегать любыми способами.

Подготовив плетения, Игорь зло усмехнулся. Сейчас будет вам сюрприз, твари! Никогда не сталкивались с магией лесного волхва? Ничего, сейчас познакомитесь. Он отпустил плетения, и растения на поляне и вокруг нее начали меняться, готовясь атаковать тех, кого он обозначил, как «врагов леса». Зашевелилась земля, корни мгновенно нарастали, становились гибкими и длинными, ветки деревьев заострялись, трава превращалась в нечто хищное и жуткое. А когда поступила команда, вверх выстрелили тысячи гибких корней, опутали десятка два серых и под аккомпанемент их воплей утащили под землю. Трава разъела подошвы обуви еще нескольких и принялась растворять ноги людей, взвывших от боли. Превратившиеся в стрелы ветки сорвались в полет, пронзив еще около полутора десятков серых. Из крон деревьев потянуло сладковатым ядовитым запахом, они выпустили газ, способный усыпить медведя. К сожалению, дул довольно сильный ветер, и это не сработало.

Вздохнув, Игорь посетовал про себя, что легкий путь оказался тупиковым. Он вошел в боевой транс и двойным сальто влетел на поляну, принявшись сечь на куски ошарашенных серых, явно не ждавших нападения. Да и случившееся с товарищами сильно их поразило. Не каждый день деревья нападают на тебя! Парень сожалел, что не захватил с собой огнестрельного оружия, автомат сейчас бы очень пригодился, поскольку среди серых нашлось несколько неплохих мечников, которых не удалось убить сразу. Но справился, хоть и ценой двух неглубоких ран. Пришлось на пару минут отвлечься, чтобы зарастить их.

— Вы в порядке? — спросил он у ошарашенных женщин, подойдя. — Эти скоты не успели вам навредить?

— Машу, Веру и Иру изнасиловали и сильно избили, — ответила самая старшая из них, лет сорока, она выглядела строго и даже сурово, несмотря на свой оборванный вид. Наверное, учительница. — Вы кто?

— Да так, мимо проходил, — усмехнулся Игорь. — Увидел непотребство и решил вмешаться. Они вас в жертву на вон том алтаре принести собирались, бабоньки.

— Сектанты, что ли?

— Сектанты.

Остальным серым было не до них, ими занялась яга. Вопящих, пытающихся вырваться бойцов и магов притянуло друг к другу и склеило. Старуха стояла у этого слегка шевелящегося человеческого кома и что-то делала. Игорь вслушался — явно шел ментальный допрос, память серых листали, как открытую книгу. Он нервно поежился, осознав силу яги. А та, закончив допрос, стукнула клюкой по траве, земля расступилась и поглотила серых — оставлять в живых способных сотворить такое было нельзя.

— Прав ты был, за тобой они бегают, — подошла к освобожденным женщинам и детям старуха. — Вбили в свои дурные головы, что ты их возглавишь, когда личность перепишут, да не учли, чья в тебе душа. Переломишь инициацию, коли доведется ее пройти. Главное, не соблазнись, коли будут всякое предлагать.

— Уж как-нибудь, — усмехнулся Игорь, затем снова повернулся к освобожденным. — Вы откуда, бабоньки?

— Из Толстомысово, — ответила старшая женщина.

— Как они вас поймали?

— В клубе были на детском представлении, все неожиданно уснули, а проснулись… уже у них. Мужчин они не взяли, только нас…

— Сейчас отведем вас к окраине села, — заговорила яга. — Там, коли хотите, расскажете, что было, да никто вам не поверит.

— А вы кто? — напряженно уставилась на нее старшая женщина.

— Нечто по виду моему неясно?

Действительно, жутковатая старуха, как обозвала ее про себя директор школы, выглядела очень колоритно — огромный горб, вислый нос, лохмотья вместо одежды, маленькие глазки, в руках клюка. На горбу распушил хвост и шипел огромный черный кот. Вылитый сказочный персонаж. А затем произошло вообще нечто невероятное, старуха грохнула своей клюкой о траву, после чего с безоблачного неба прямо в нее ударила и впиталась черная молния.

— Баба Яга! — ошалело выдохнул кто-то из детей. — Это же Баба Яга!

— Она самая, милок, она самая! — расхохоталась старуха, в который раз ударяя клюкой об землю.

В то же мгновение местность вокруг изменилась, и пленники сектантов оказались недалеко от околицы родного села, они сразу узнали местность. А спасшие их странные люди, которые зачем-то притворялись сказочными персонажами, ведь парень, наверное, назвался бы, как минимум, Иваном-царевичем, исчезли.

— Знаете, Нина Матвеевна, а ведь они правы, — покачала головой сельский библиотекарь, — нам действительно никто не поверит… Попробуем рассказать, так нас сразу в сумасшедший дом спровадят…

— Спровадят, — вздохнула та. — Но что-то говорить надо. Что рассказывать будем? Дома ведь, наверное, переполох.

— Скажем, похитили террористы, а освободили наши силовики, только попросили не слишком обо всем этом распространяться. Мол, секретная операция.

— Так, пожалуй, и сделаем. В это поверят.

Игоря с ягой проблемы толстомысян ни в малейшей степени не волновали — спасли, и хорошо, пусть дальше живут, как знают.

— Благодарю, бабушка, что услыхала и пришла! — поклонился парень.

— Так к тебе и шла, потому услышала, — проворчала та, снимая с себя старушечью личину.

Игорь только головой покачал — ну до чего же хороша! Маришка, конечно, не хуже, просто намного моложе, разве что не умеет еще себя вести с таким достоинством, да и до статности бабушки ей пока далеко. Старшая яга не идет, а павой плывет, все в ней дышит спокойствием и уверенностью в себя. И уверенной женской силой.

— А хорош, хорош, — окинула его взглядом ведунья. — Маришка от тебя пищит в восторге, ни разу ее такой не видела, обычно она над мужиками только насмехалась, даже когда трахала их. А Аринка и вовсе жизни без тебя не видит. Влюбил девок в себя так, что только диву даваться и осталось. Так что надобно один ритуал провести, чтоб вы друг друга чуяли и отовсюду на помощь прийти могли. Да и свяжет оно вас сильнее.

— У меня будут еще две любимые женщины… — вздохнул Игорь, вспомнив Тину и Ирну, они стояли перед глазами, как живые.

— Не две, а три, — поправила «старуха», сейчас выглядящая роскошной молодицей, при виде которой у любого мужчины ослабели бы ноги. — Последнюю ты еще не повстречал. Встретишь, сразу узнаешь. И готовься, девки мои скоро созревать по-настоящему начнут, вот тогда как с цепи сорвутся, полгорода переимеют. Бандитов и всяких других скотов насмерть затрахивать будут. И тебе с этим придется смириться, да тебе и самому солоно будет. Думаешь, это они сейчас к тебе много баб таскают? Зря, это мелочи по сравнению с тем, что дальше будет. И делать тебе всем этим бабам придется не только тебе приятное, но и многое другое, на что другие мужики никогда не пойдут. Что? О том узнаешь, когда оно девкам понадобится. Я говорить не стану, рано, не поймешь, шарахнешься. И гляди, когда созреешь, я тебя тоже попробую. Жаль, ждать долго. Но ничо, подожду. Мне спешить некуда.

— Да это не я уже буду, а Командор… — тяжело вздохнул парень.

— Ой, дурашка! — весело рассмеялась яга. — Вы одно целое, ты пока этого не понимаешь, потом поймешь. В вас еще трое вольются, каждый свою жизнь прожил, свой опыт имеет. И станете вы, как сильно умные говорят, многомерной личностью. Давно пора было, да тянул этот твой Командор, дурью маялся. Тысячи лет прожил, а ума не набрался!

Сообщенное ею Игорю не слишком понравилось, но он прекрасно понимал, что смирится. Неприятно, конечно, было думать о том, что его девочки будут отдаваться другим мужчинам, но раз им это нужно, то деваться некуда. Да и не отдаваться они будут, а, наоборот, иметь, причем не спрашивая хотят ли этого те мужчины или нет, ни одна особь сильного пола против желания яги никогда не пойдет, просто не сможет. Чего бы эта самая яга от него ни захотела, пусть даже самых диких и извращенных вещей.

— Нечего сидеть, пошли! — стукнула клюкой снова надевшая старушечью иллюзию ведунья.

Они оказались на опушке какого-то странного леса, Игорь, невзирая на то, что лесной волхв, такого никогда еще не видел. От него веяло древностью и силой, там явно жил леший, которых на Земле давно не осталось, последний, по словам наставников, ушел в другой мир лет триста назад.

— В гости иду, хозяин лесной! — низко поклонился парень, прежде чем ступить под сень деревьев. — Прими дар мой небольшой! Возьми силы моей и крови, да позволь в лесу быть без горя и беды!

Он надрезал себе руку кинжалом и уронил несколько капель крови на комок мха, который тут же довольно заухал и превратился в низенького мужичка в лаптях. Обошел Игоря со всех сторон, одобрительно кивая, потом разрешающе махнул рукой и повернулся к усмехающейся яге.

— Знает вежество-то! Да и сам лесной волхв. Добре! Очень добре! Поможешь мне с одним болотцем, паря, тама беда.

— Помогу, лесной хозяин! — опять поклонился Игорь. — Что знаю и умею, все приложу, чтобы помочь.

Леший покивал и исчез. А яга показала на огромную кучу бурелома высотой с трехэтажный дом и пробормотала известный по сказкам наговор:

— Избушка-избушка, повернись к лесу задом, а ко мне передом!

Куча начала на глазах меняться, и вскоре превратилась в огромный терем в древнерусском стиле. Вот только никаких куриных лап Игорь не заметил. Не прошло и двух минут, как перед ним оказалось резное крыльцо. Дверь, ведущая внутрь, со скрипом отворилась, приглашая.

— Добро пожаловать, зятек! — повела рукой яга, с четко ощутимой иронией глядя на несколько ошарашенного парня. — Иди уж, девки все извелись, тебя дожидаючись. Прям щас и снасильничают. В горнице.

Игорь вздохнул, поднялся по ступенькам и вошел в дом сущности, которую в русских сказках именовали Бабой Ягой.

Глава 5.4

Гулкие шаги конвойных по железному полу корабельного коридора заставили Эстана вздрогнуть. Ну, вот и все, за ним пришли. Жизнь закончилась. Он не собирался ждать смерти от удушья, как другие приговоренные. Дождется разве что пока уйдет корабль, выбросивший его в открытый космос в скафандре с одним баллоном кислорода, и откроет шлем. Это будет всяко быстрее, да и мучиться особо не придется. Видел, как умирают от разгермитазации, не раз видел, это действительно быстро.

— Лицом к стене! — скомандовал старший из конвойных, войдя в камеру.

Сопротивляться смысла не имело, избитое тело едва слушалось, и Эстан покорно стал, куда было сказано. Если честно, ему было уже все равно, горькая, безнадежная обида огнем жгла душу. Воры торжествуют, оборонять планету нечем, а тот, кто попытался их разоблачить, приговорен к смертной казни. Мир несправедлив, он всегда это знал, до сих пор не представлял, что настолько. Похоже, бывший майор сил орбитальной обороны остался последним в Тиаране, кто еще помнил, что такое честь, совесть и долг. Остальные превратились в хищных зверей, думающих только о себе, о стране не думал никто. А ведь вскоре Кайнас нападет, это ясно любому здравомыслящему человеку. И победит — две трети орудий орбитальной обороны разукомплектованы, средства, выделенные на их ремонт, разворовали, не думая о том, что на том свете деньги не понадобятся — кайнасцам средства воров не интересны. Их не подкупишь, у них совсем другие деньги в ходу.

Для казни использовали старый буксир, переборки которого покрывали пятна ржавчины и потеки масла. Капитана, так обходящегося со своим кораблем, следовало бы поставить к стенке. Эстана конвоиры тащили под руки, поскольку идти после избиений и пыток он не мог. А дотащив до шлюза, заставили надеть оранжевый арестантский скафандр, на спине которого закрепили баллон с кислородом, один из положенных шести. Его хватит ровно на сорок пять минут, после чего человеку внутри предстояло медленно задыхаться, если не наберется смелости и не откроет лицевое стекло.

— Ну что, правдолюб? — подошел к приговоренному капитан первого ранга Гольсен. — Догавкался? Нечего было мешать людям деньги зарабатывать!

— Скажи уж прямо, воровать, — язвительно отозвался Эстан. — Меня другое интересует. Что вы все станете делать, когда придут кайнасцы? Им же на ваши деньги насрать, тиаранские креды у них не ходят. Будете из кредитных чипов стрелять? Так это не поможет.

— Да не придут они, — отмахнулся предатель. — А придут, договоримся. Здравомыслящие люди и среди них найдутся. Но тебя уже не будет. Тебя же предупреждали, просили — не лезь! Нет, полез, идиота кусок. Мне тебя даже жалко, но ты задел интересы адмирала, а он такого не прощает. Так что сам виноват. Промолчал бы и жил спокойно.

— Кайнасцы придут, ты бы хоть доклады разведки изучил сначала, а потом утверждал обратное, — криво усмехнулся майор. — И твой адмирал тоже. До нападения осталось не больше месяца! А вы орбитальные комплексы разворовали! Чем защищаться будете⁈

— Хватить хрень нести! — небрежно отмахнулся Гольсен, еще не знающий, что через какие-то три недели ему предстоит медленно умирать от ран на обломке орбитальной станции, осознавая, что тот, кого они все так презирали, считая неприсобленным к жизни идеалистом, был прав, а потому умирать ему будет куда обиднее и страшнее, чем в ином случае. — Все, кончился ты со своими дурацкими прогнозами. Именем Тиаранской республики! Эстан Тираос приговорен к смертной казни за государственную измену! Приказываю привести приговор в исполнение.

Один из конвоиров защелкнул лицевое стекло оранжевого скафандра Эстана и втолкнул его в шлюз, после чего внутренний люк закрылся. А затем, после открытия внешнего, приговоренного вышвырнули наружу, придав ему ускорение взрывом пиропатрона. Бывший майор полетел прочь от буксира. Тот не стал дожидаться его смерти, полыхнул двигателями и начал удаляться в сторону далекой второй планеты системы. Казнь Эстана состоялась на высокой орбите восьмой, ледяного шара, куда его тело и упадет через несколько лет.

— Ну вот и все, — сказал сам себе офицер, он, невзирая на разжалование, продолжал считать себя таковым. Он никого не предавал!

Наоборот, это родина его предала и убила. Только за то, что он не хотел становиться таким, как все, и жаждал ее защитить любой ценой. Значит, ни он, ни его верность, ни его честь стране не нужны. Да о чем речь, Эстана предали все, даже жена развелась с неудачником сразу после того, как его арестовали и обвинили в государственной измене, назвав так попытку разоблачить высокопоставленных воров.

Майор горько рассмеялся, понимая, что истекают последние минуты его недолгой жизни — едва тридцать пять исполнилось, еще бы жить и жить. Может, и зря он полез в это дерьмо? Нет, не зря! Долг и честь не позволили бы поступить иначе, а честь всяко дороже жизни. Ведь честь — это то, что ты думаешь о себе сам, а отнюдь не то, что думают о тебе другие. Тем она и отличается от репутации.

Эстан уже протянул руку к лицевому стеклу скафандра, когда недалеко от восьмой планеты, к которой он как раз повернулся спиной, что-то изменилось. Ничего подобного он никогда не видел и даже не слышал ни о чем похожем. Пространство вдруг рассекла пылающая белым светом линия. Затем она резко расширилась до провала в ледяную тьму, это явно был не обычный космос, а нечто жуткое, пугающее, потустороннее. Из провала медленно выполз слегка сплюснутый металлический шар, ржавый и мятый, он казался небольшим, но наличие рядом с ним знакомого астероида дало понять, что он на самом деле огромен — не менее пяти хартов в диаметре.

— Так что, тоже бывает? — растерянно спросил сам себя Эстан.

Надо же, контакт с другим разумом, а это точно не его сопланетники! И первым делом чужой корабль увидел не ученый или посол, а приговоренный к смерти преступник? Чудеса на постном масле и лахорьем молоке! Не бывает такого! Просто не бывает. Хотя… А какая ему разница? Хоть последние минуты жизни проведет интересно, не думая о скором конце.

Вот только умереть чужаки майору не позволили. Прямо в пространстве перед ним вдруг закрутилась черная воронка, из которой вылетел многорукий спрут, подцепил смертника и затащил в ту же воронку. Эстан оказался в просторной, уютно выглядящей гостиной, заставленной мягкой мебелью.

— Вы можете снять скафандр, — улыбнулась ему сидящая на мягком диване симпатичная девушка в черно-серебристом мундире с изображенным на левом плече лежащим на трехпалой когтистой руке нечеловеческим глазом, она говорила по-тиарански с незнакомым акцентов, но вполне понятно. Рядом с ней стоял высокий, тренированный парень, в котором с первого взгляда угадывался военный. — Атмосфера вам подходит.

— Вообще-то я приговоренный к смертной казни преступник, — заметив майор, открыв лицевое стекло и вздохнув местный воздух, он пах чем-то горьковатым и незнакомым. — А кто вы?

— Путники, — снова улыбнулась незнакомка. — Летим из вселенной во вселенную в поисках пути домой, наша родина находится с другой стороны миров Хаоса, лететь нам еще очень долго. А вообще-то мы представляем орден Аарн, поливидовую цивилизацию. Среди нас не только люди.

Только сейчас Эстан обратил внимание, что в углу гостиной действительно сидят не люди — ящер с огромной пастью и прямоходящий черный кот ростом с высокого мужчину. Они приветливо кивнули ему. Майор даже помотал головой в надежде, что наваждение исчезнет, но оно не исчезало. Он ущипнул себя и зашипел от боли. Значит, не бред. Действительно инопланетяне, которых за все триста лет космической экспансии таоране еще не встречали. Многие вообще сомневались, что оные существуют.

— Хотел бы я поприветствовать вас от имени Таоры, да не могу… — горько произнес Эстан. — Я же изменник…

— Извините, но ваша цивилизация нас совершенно не интересует, — развела руками девушка. — Если бы мы не обнаружили вас, то уже ушли бы в соседнюю систему, а там начали бы разгон для перехода в другую вселенную. Судя по проведенному первичному сканированию, ваша Таора — обычная хищническая цивилизация эгоистов, да еще и чисто технологическая. Такие практически всегда гибнут, ни одна еще не вышла на следующий уровень развития, не говоря уже о Переходе. Не спрашивайте пока, что это такое, позже объясним, но это цель любой цивилизации, достигают которой единицы из многих тысяч. И только солидарные, в которых разумные друг другу товарищи и братья, а не звери, рвущие глотки ради добычи. Кстати, я не представилась, меня зовут Альмия Бармин. Рядом стоит лор-лейтенант Сайди Тира-Наги из легиона «Белые Волки». Это — Дарек Тайди, он принадлежит к народу керси, а это — Тин-Халет, он гвард. При этом мы все аарн.

— Майор сил орбитальной обороны Тиаранской республики Эстан Тираос, — представился офицер. — В прошлом. Сейчас — приговоренный к казни за государственную измену преступник. Хотя все мое преступление состояло в том, что я попытался вывести на чистую воду высокопоставленных воров, из-за которых орбитальная оборона находится в ужасном состоянии и падет после первой же массированной атаки.

— Вы не первый такой среди нас, — улыбнулась девушка и рассказала историю некого Нио Геркат-Хартона, которому пришлось ничуть не легче, чем Эстану. У них даже звания совпадали. — Так что, если пожелаете, можете лететь с нами, мы будем только рады — у нас всегда рады людям чести. Вы нам полностью подходите, мы вас, простите уж, просканировали.

— А что это значит?

— Ваша память была полностью считана и проанализирована. Аарн — эмпато-телепаты, вы тоже станете таковым после посвящения. Ну, а если не захотите, доставим вас куда скажете. Выбор за вами.

Эстану после его слов показалось, что его ударили. Страшный выбор, тяжелый и горький. Навсегда покинуть родину? Хотя, а нужен ли он хоть кому-то на этой самой родине? Нет, не нужен, если его обнаружат где-либо в Тиаране, тот тут же казнят. Горькая обида опять всколыхнулась в душе. Как и непонимание, за что с ним так поступили. Лететь на Кайнас? Ну уж нет, вот это точно будет предательством, там из него выдавят всю известную информацию и тоже казнят. Или в концлагерь спровадят, что еще хуже. Знает, как кайнасцы относятся к тиаранцам. А вот улететь с чужаками предательством не будет, ведь им неинтересна республика, они просто летят домой. Пролетали мимо, увидели гибнущего человека и спасли. Просто так. На Тиаране у Эстана никого не осталось, родители мертвы, а жена ушла. Детей нет. Друзья? Нет больше таковых, все до единого отвернулись. Так что пусть живут, как хотят, они сами выбрали свою судьбу. Допустили в руководство флота воров, уничтоживших орбитальную оборону как таковую — значит, сами виноваты в том, что вскоре произойдет. Ему их судьба после всего случившегося безразлична.

— Мне некуда лететь, — уронил майор. — На родной планете меня тут же казнят. Разве что с вами, раз уж вы готовы меня принять.

— Готовы, — заверила Альмия. — Один вопрос: вы не сталкивались с цивилизацией остроухих гуманоидов на живых кораблях?

— Нет, до сих пор мы с другим разумом вообще не сталкивались, — отрицательно покачал головой Эстан. — Вы первые, с кем мы встретились.

— На контакт с вашим правительством мы выходить не будем, — брезгливо поморщилась аарн. — Видели в вашей памяти, каковы местные власть имущие. Мрази! Поголовно мрази! Ни одного порядочного человека.

— Мне горько с вами соглашаться, но это именно так, — тяжело вздохнул майор. — Нет среди них порядочных, только жадные сволочи. А если вдруг кто-то появляется, то его быстро сжирают, как сожрали меня. Не понимаю, как это могло случиться, но порядки в республике именно таковы.

— Значит, остаетесь с нами?

— Да.

— Тогда идемте в госпиталь, подлечим вам и установим в мозг биокомп, это очень полезная штука, — встала Альмия. — Подобие коммуникатора, которым вы управляете мысленно, но имеющее на порядки больше возможностей, чем известные вам. Также он даст возможность ментального общения.

Около стены взвихрилась черная воронка, куда она и увела ошарашенного Эстана. Они оказались в самом странном из когда-либо виденных майором помещений — комнате с трепещущими, покрытыми слизью коричневатыми стенами, явно живыми. На потолке мягко волновались черные щупальца, они что-то шептали, где-то вдали раздавался слабый перезвон маленьких серебряных колокольчиков. В полу бурлили пузырями несколько ям с розовой слизью. У стен в рваном ритме пульсировали белесые то ли грибы, то ли моллюски, на первый взгляд непонятно.

Гостей встретила невероятно красивая девушка с довольно большими и подвижными заостренными ушами и вытянутыми к вискам фиолетовыми глазами. Она мягко улыбнулась, ее улыбка была настолько доброй и ласковой, что у майора защемило сердце — никто еще так не улыбался ему.

— Здравствуй, Лиая-Ор! — поприветствовала ее Альмия. — Извини, что говорю голосом, а не эмообразами, наш новый член экипажа их еще не понимает. Эстан, познакомься с нашей Целительницей.

— Ничего страшного, — заверила та. — Рада знакомству с вами, уважаемый Эстан. Сейчас мы вас продиагностируем и подлечим. Раздевайтесь и забирайтесь в одно из лечилищ. Прошу не беспокоиться, сознание ненадолго отключится. Проснетесь уже здоровым.

Не сомневаясь ни мгновения, Эстан разделся, хоть и неловко было сверкать голым задом перед красивыми девушками, но врач есть врач, а Альмия, слава Всевышнему, отвернулась. Видимо, чтобы не смущать его. Майор совершенно не беспокоился о том, что ему могут причинить какой-нибудь вред — хотели бы, давно причинили, а то и вовсе спасать не стали. Стоило ему погрузиться в розовую слизь, как сознание погасло.

Вернувшись в кают-компанию, Альмия надолго задумалась, а когда снова заговорила, ее эмообразы горели цветами тревоги и озабоченности:

— Ребята, тут что-то не то. Смотрите, кого мы ни спасаем, они все нам подходят, ни одного пашу не попалось. Вспомните, в Единении мы тысячи рабов проверяли, а подходящих нашли единицы. Здесь же что-то странное. Возникает ощущение, что нас ведут, позволяя собрать экипаж для какой-то важной задачи. Другого вывода я сделать не могу.

— Вполне возможно, что и ведут, — щелкнул пастью Тин-Халет. — Меня этот вопрос тоже занимает. Нам словно подбрасывают нужных разумных. Даже эльфы, обычно отличающиеся запредельной спесью, оказались нашими, а это уже ни в одни ворота не лезет. Но ладно, они из биоцивилизации, а люди из технологических? Хоть шахтеры, хоть этот майор. Все наши! Да, скорее всего, нас именно ведут.

— Ну и пусть, — махнул хвостом вставший Дарек. — Вас это смущает? Меня ни капельки. Наоборот, это хорошо, раз нам предстоит что-то важное и тяжелое. Поэтому предлагаю не уходить сразу из этой вселенной, а проверить с десяток ближайших систем, вдруг там еще кого-то спасти нужно.

— Проверим, — кивнул Сайди. — Проблема в том, что остальной экипаж, кроме нас, все-таки не аарн. Биокомпы, конечно, дали им возможность ментального общения, но этого явно недостаточно. Альмия, ты сможешь провести Посвящение? Ты, насколько мне известно, в нем участвовала.

— Но не уверена, что вытяну его самостоятельно, — вздохнула девушка. — Слишком нелегкая задача, боюсь выгореть.

— Подумай, посмотри, — пристально посмотрел на нее гвард. — Хотя пока рановато, мне кажется, что мы еще не собрали всех, кого должны собрать.

— Тоже уверена в этом, — кивнула Альмия. — Но мне все же интересно, кто может нас вести. Явно кто-то из Сфер, не Эрсай и не Безумцы. Кто-то выше.

— Намного выше, — согласился керси, снова садясь.

— Ладно, хватит отдыхать, — с этими словами девушка решительно встала, вызвала Шарета Ла-Эстерази и попросила рассчитать вояж по ближайшим звездным системам в окружности сорока-пятидесяти световых лет.

Штурман молча кивнул и принялся за работу.

* * *

Зарплату снова урезали на двадцать процентов, и Кейдан не знал, что ему дальше делать, ведь цены только росли. Надо искать вторую работу, чтобы прокормить семью, жена все время требовала еще денег, но где и как ее искать? Любой запрос в сеть сообщит, что он является ведущим специалистом на «Орбитальных верфях Халдана», а там очень не любят, когда их инженеры подрабатывают еще где-то. Могут и уволить, если узнают, а это точно станет катастрофой. Сбережения, конечно, есть, но их совсем немного, на несколько месяцев разве что хватит, да и то при строжайшей экономии. А новую работу пойди еще найди — безработица в Телли Стелл немалая, инженеров-корабельщиков избыток, а спрос на корабли сильно упал после случившегося в Ринканге и скандалов в высших кругах Директората.

Похоже, несмотря на сильное нежелание, придется расставаться с любимым детищем, проектом атакующего тяжелого крейсера нового поколения. Чертежи и расчеты хранились в облаке государственной инфосети, а за это надо было платить — и немало. Слишком велик объем данных, ни на один кристаллический накопитель, доступный Кейдану, не поместить всего. Крупные фирмы проект провинциального инженера не заинтересовал, хотя был намного лучше всего, что сейчас имелось на вооружении. А с мелкими и связываться не стоило, они ничего не могут. Придется стирать, выбросив годы и годы работы в никуда. Как же больно от этого…

Вспомнив оскорбительные слова жены, брошенные ею в сердцах после того, как он сообщил ей о случившемся, Кейдан закусил губу. Он надеялся, что в сердцах. Обидно было так, что слов для выражения этого не находилось. Судя по всему, дело шло к разводу — они с Лиарой не спали вместе уже третий год, она избегала этого любыми способами. Наверное, нашла себе кого-то другого, побогаче и поуспешнее. Слава Благим, что хоть детей у них не было после гибели пятилетнего Риама во время катастрофы глайдера, на котором их детский сад летел на экскурсию.

Пискнул коммуникатор, сообщая о поступлении письма. Кейдан ткнул пальцев в иконку и удивился, увидев официальное, нотариально заверенное письмо от какой-то юридической конторы. Открыл его и горько рассмеялся. Ну, конечно! Уведомление о разводе. Прочитав все до конца, инженер только головой ошарашенно покачал. Лиара отсудила у него все, даже квартиру и старенький флаер, ему теперь некуда было возвращаться. Только одежду побросала в сумки, которые он мог получить в юридической конторе. Но почему его не уведомили о суде? Да и как вообще провели его без участия ответчика? Это же явное и однозначное нарушение закона! Надо самому нанимать адвоката, пусть разбирается. Но откуда взять на это деньги? Бывшая жена хорошо подобрала время, когда до следующей зарплаты осталось еще дней десять. При этом почти все деньги с предыдущей Кейдан отдал ей, оставив себе самый минимум для обедов на работе. Где и на что ему теперь ночевать? На улице? Нельзя, это автоматическое обвинение в бродяжничестве и ссылка на рудники. А спальное место даже в самой убогой ночлежке снять не на что. Похоже, Лиара на это и рассчитывает, понимает, должна понимать, что сразу после получения зарплаты бывший муж наймет адвоката, и она лишится очень многого, опытный юрист быстро выяснит, кто позволил провести суд с такими нарушениями закона. И мало этому кому-то не покажется.

Выдвинув ящик стола, Кейдан достал из его самого дальнего угла початую пачку сигарет, к которым не притрагивался несколько лет по настоянию Лиары, и отправился в курилку. Руки тряслись от полученных новостей и требовалось хоть немного успокоиться.

— О, привет! — встретил инженера удивленный взгляд коллеги, Орен Дайси. — Разве ты куришь?

— Очень редко, — недовольно проворчал Кейдан, ему этот болтун сейчас был совсем некстати. — Когда нервы не в порядке.

— Случилось чего?

— Жена бросила, да еще и отсудила все имущество. Причем мне о суде даже не сообщили!

— Не ты первый такой, — скривился Орен. — Недавно с Кейтом и Нехаром то же самое случилось. Первый ничо не смог добиться, второй нашел деньги на адвоката и треть обратно отсудил. Так его за это убить грозились! Щас появилась организация каких-то безумных баб, которые всех мужиков лютой ненавистью ненавидят. Они имеют свою юрконтору, да и на судей у них выходы есть, вот и грабят бедолаг подчистую. Слыхал, что несколько после такого с собой покончили. Твоя точно с этими сучьими феминистками связалась! Их почерк. Только и знаю, что гадить, твари поганые…

Если дела обстоят таким образом, то все еще хуже, чем Кейдан думал. Но оставлять все так он не собирался — слишком обидно. Вот только где найти денег? Кредит, что ли, взять? А дадут? Раньше бы под залог квартиры дали, а теперь вряд ли, нечего закладывать.

— Слышь, тут такое дело, — снова обратил на себя его внимание Орен. — Одна фирма ищет нестандартные проекты кораблей, они всем предложившим понемногу платят и даже за то, что им кого-то рекомендуешь, приплачивают. Ты говорил, что у тебя проект есть. Пошли им данные, хоть что-то заплатят. Тебе щас все в тему. Да и мне тоже.

— Да? — заинтересовался Кейдан. — А что за фирма?

— Да Проклятый ее знает! — пожал плечами коллега. — Из княжества вроде. Могу адрес тебе на коммуникатор выслать. Только подтверди им, коли спросят, что это я рекомендовал. Лады?

— Да мне нетрудно, подтвержу, — оживился инженер.

Из княжества⁈ Вот бы их заинтересовал проект, кэ-эль-энахские фирмы намного богаче всех остальных. Быстро просмотрев адрес, он выделил название. «Кельтанские корабли и системы». Надо же, столичная! Сделав запрос, Кейдан не поверил своим глазам — это оказалась одна из самых больших кораблестроительных фирм Кэ-Эль-Энах, она еще и пространственные станции строила. И двигатели производила. И много чего еще, вплоть до жилых блоков, обычных и пустотных.

Быстро докурив, он попрощался и поспешил в свой крохотный кабинетик. А там минут за двадцать подготовил письмо, описывающее проект «Тяжелый атакующий крейсер класса „Охотник“». После чего отослал. Вздохнул и занялся работой, стараясь не думать о своем положении, однако мысли о том позволят ли ему переночевать на диванчике в кабинете, то и дело прорывались. Работа была нудная и однообразная, проектирование технологических карт производства больших рудовозов, используя те или иные 5Д-принтеры. Но делать ее тоже кто-то должен был, и Кейдану за это платили. Пусть меньше, чем хотелось, но платили, а значит, он должен отрабатывать эти деньги.

Рабочий день уже заканчивался, когда неожиданный звонок коммуникатора заставил инженера оторваться от работы. Номер был незнакомым и, что удивительно, международным. Код княжества. Это кто ему может оттуда звонить⁈ По проекту, что ли? Так рано еще, обычно присылаемые проекты рассматривают в течение месяца.

— Добрый день, уважаемый! — появилось на экране лицо красивой смуглой девушка с толстой, черной косой, переброшенной через плечо, она настолько очаровательно улыбалась, что не улыбнуться ей в ответ было бы грешно. — Я вижу перед собой Кейдана Шайдаго?

— Да, уважаемая госпожа, — подтвердил он. — А вы ко мне по какому вопросу? Из княжества мне, как будто, некому звонить…

— Вы несколько часов назад отправили в нашу фирму ваш проект атакующего крейсера, — сделалась серьезной девушка. — Он заинтересовал наших специалистов, хотя, по их мнению, требует значительной доработки, поскольку вы явно не были знакомы с кое-какими технологическими новинками. Мы хотели бы предложить вам работу у нас. Вы сможете доработать свой проект и стать его ведущим инженером.

— Да я и рад бы, но у меня контракт, — тяжело вздохнул Кейдан. — Он закончится только через два года. Денег на оплату неустойки у меня нет…

— Это не проблема, оплатим, — заверила уроженка княжества. — Какова эта неустойка?

— Двадцать тысяч галактических кредитов, — назвал инженер неподъемную для него сумму.

— Всего-то? Половина вашей месячной зарплаты у нас.

Услышав это, Кейдан не поверил своим ушам. Таких зарплат не бывает! Сорок тысяч галакредитов? Не местных фитюлек, а галактических кредитов? Невозможно! Однако после того, как ему прислали контракт, где это было прописано черным по белому, инженер замер на месте с приоткрытым ртом. А потом весело засмеялся. Надо будет обязательно сообщить о его новой зарплате бывшей супруге, пусть эта сука локти себе сгрызет от досады. Обида на нее все еще горькой пеленой стояла в душе.

После того, как контракт был подписан, а аванс в размере шестидесяти тысяч галактических кредитов поступил на счет Кейдана, он немедленно нанял через сеть адвоката и обязал его разорвать договор с «Верфями Халдана», выплатив неустойку. Хотел было поручить ему также разобраться со странностями в бракоразводном процессе, но махнул рукой. Пусть Лиара наслаждается отсуженным, все же были в их совместной жизни светлые моменты, не стоит их марать мелочными разборками. А продолжит в том же духе, так жизнь ее накажет.

Закончив оформление, уроженка княжества сообщила, что Кейдану приобретен билет в каюту первого класса на лайнере «Риат Харданго», летящем в столицу Кэ-Эль-Энах. Вылетал лайнер этим же вечером, чему инженер только обрадовался — его здесь больше ничего не держало. Свои небогатые пожитки он из юридической конторы успеет забрать.

— Скажите, а можно задать вам странный вопрос? — пристально посмотрела на Кейдана девушка перед тем, как отключиться.

— Задавайте, — пожал он плечами.

— Что бы вы сделали, если бы небо вдруг загорелось разноцветными волнами, и оттуда прозвучал зов странных? — подалась она вперед.

— Выкрикнул бы Призыв, — мечтательно произнес инженер. — Арн ил Аарн! Как жаль, что это уже невозможно… А зачем вам это?..

Девушка с какой-то странной улыбкой хлопнула себя по плечу, и ее серый комбинезон мгновенно изменил цвет, став черно-серебристым, а на его левом плече словно из глубин вековечной Тьмы всплыло Око Бездны.

— Мы ждем вас, — произнесла она. — Ваш Призыв услышан.

И отключилась. А Кейдан остался с открытым ртом сидеть за своим столом. То, что он только что увидел, было невозможным и невероятным, но не являлось ложью, откуда-то инженер это знал.

Ну, раз так, то не стоит терять времени. Упускать выпавший на его долю редкий шанс Кейдан не собирался. А потому уже через шесть часов садился в лайнер с небольшим чемоданчиком в руках. Инструкции, куда прибыть на Кельтане, ему переслали по электронной почте.

Стоя на обзорной палубе, инженер наблюдал, как орбитальный терминал медленно удаляется, как становится все меньше голубоватый шарик родной планеты, которую он никогда до сих пор не покидал — слишком дороги межзвездные перелеты, не по карману обычным людям.

Наступал новый период в его жизни. Какой? Трудно сказать, но Кейдан надеялся на лучшее. В то, что он станет аарн, не слишком верилось, но он надеялся, что так будет. Надежды ведь, как известно, юношей питают и отраду старцам предают, так говорилось у одного классика.

Глава 6.1

Летающая платформа, на которой была выстроена Академия, неспешно плыла над зелеными лугами новой планеты, где не было ничего опасного, но Кержак стоял на ее краю и хмурился. Он, в отличие от остальных, прекрасно понимал, что спокойная и сытая жизнь крайне опасна для империи — она немедленно начнет разлагаться. Появятся группировки с различными интересами, каждая потянет одеяло в свою сторону, не считаясь с другими. Не пройде и двух поколений, как появится «золотая» молодежь, считающая, что ей все позволено, и начнет творить незнамо что. Хорошо его альтер-эго в этом их ордене, там ничего подобного и быть не может. После их Посвящения-то! Хотел бы он уметь делать что-либо подобное, но даже не представлял как к этому подступиться. Да, второй Кержак показал плетения, но там прямое обращение к первородным силам, а на его призыв они не откликаются. Старый орк не мог забыть направленную на него брезгливость, исходящую от Тьмы. От Света вообще тянуло безразличием. Это оказалось до глубины души обидно. Да, он натворил немало, но ведь не ради себя старался! Ради спасения страны. И что, теперь к нему нужно относиться с брезгливостью?

Ошибся? Да, ошибся. При воспоминании о том, как его использовали эгоисты, кулаки Кержака сами по себе сжались, маленькие желтые глазки зажглись гневом. Как он мог так опростоволоситься⁈ Почему поверил тварям⁈ Наверное потому, что не видел тогда выхода, пребывал в отчаянии, на этом его и подловили. И даже держали слово, помогали, но только в обмен на проведение ритуалов. Знай он для чего эти поганые ритуалы предназначены, никогда бы не согласился. Впрочем, чего уж тут, сам виноват. Сглупил.

Еще кое-что не давало покоя старому орку. Орден помог Корхамской империи и ничего за это не попросил. А это дорогого стоило! Перевез на новую планету, даже подарил несколько своих ацлахов, которые назывались космическими кораблями, способными летать между звездными системами. Планету Аарн нашли очень хорошую, климат восхитительный, растения прут из земли, словно под плетениями роста, причем даже без удобрений — крестьяне уже распахали и засеяли несколько десятков больших полей. С продовольствием проблем не будет. Но, к сожалению, сытая и спокойная жизнь империи строго противопоказана. Она расслабляет и заставляет каждого действовать только ради собственной выгоды. Уже начались интриги в Совете Архимагов, и это надо немедленно прекращать — последствия будут очень печальными. Беда, что этого никто, кроме него, не понимает. А когда требовалось выживать, то ничего подобного не было, все действовали заодно и прикладывали все силы ради выживания.

Внезапно завибрировал коммуникатор, и старый орк ответил. Как выяснилось, прилетели присланные его альтер-эго оперативные статистики. Прочитав объяснения, кто это такие и для чего нужны, Кержак надолго задумался. Может они сумеют найти выход? Хотелось бы, магические войны в Новом Корхаме совсем не нужны. А если ничего не предпринимать, то лет через сто они обязательно начнутся — эго и гордыня многих архимагов слишком велики, они считают только себя достойными власти. И будут этой власти добиваться любыми способами.

— Этрок, — вызвал Кержак одного из помощников. — Из ордена прилетели оперативные статистики, размести, будь добр, их в жилом корпусе Академии и предоставь доступ к любой информации, которую они потребуют.

— Сделаю, наставник, — отозвался тот. — Да, мне поступили запросы на постройку наземных поселений. Разрешить?

— А куда деваться? — вздохнул старый орк. — Нас съедят, если запретим. Пора строить также столицу. Здесь, слава предкам, Леса нет, некому нам вредить. Созови по этому поводу заседание Совета.

— Сейчас разошлю приглашения архимагам, — после недолгого размышления пообещал Этрок. — Примерно через два часа они прибудут в Академию.

— Хорошо, — кивнул Кержак.

Он бросил последний взгляд на проплывающие внизу леса и луга, вздохнул и вернулся в кабинет ректора. Предстояло многое обдумать, чтобы высказанные предложения были приняты. А противников в Совете у старого орка хватало, многие архимаги смотрели на все иначе.

На память пришел разговор с альтер-эго, и он снова вздохнул. Так его никто еще не препарировал. Трудно было даже представить, что они — одна и та же личность, только прожившая разные жизни. Однако это было так, и Кержак это прекрасно понимал. Но считал, что второй его ипостаси попросту повезло, хотя свои ошибки и признавал.

С двух сторон квадратного стола сидели два абсолютно одинаковых орка, разве что один выглядел немного моложе. Они задучиво сверлили взглядами друг друга, ведь им выпала редкая возможность — встретиться с самим собой, прожившим другую жизнь и имеющим другой опыт.

— Ты понимаешь, насколько исковеркал твою душу Скипетр? — хмуро спросил первый.

— Понимаю, — коротко ответил второй. — Не дурак. Основное я купировал, но, похоже, не все.

— Да, излишняя жестокость осталась. И безразличие к другим. А ведь один из основных принципов мироздания — помни, что другому тоже больно. И не делай ему того, чего не хочешь получить сам.

— Ранее я не верил, что данный принцип работает. Теперь убедился в этом. Но дело в том, что, невзирая на всю его правильность, в корхамском обществе он не приживется. Оно для такого просто не созрело.

— Я знаю, — кивнул аарн. — Но тебе самому советую хорошенько подумать над этим, пойдет на пользу. Мы, например, я имею в виду орден, не раз убеждались, что помощь другим обязательно окупается, особенно если ты помогаешь без всякой задней мысли и ничего не просишь взамен. Потому помогаем, если можем помочь.

— Я понял, — кивнул ректор Академии. — Это действительно окупается, но я всегда считал, что помогать стоит только тем, кто чего-то стоит, как личность.

— Это, в основном, верно, но бывают ситуации, когда надо помогать всем, кому можешь. Например, в случае общей большой беды.

— Не буду спорить, хотя не совсем согласен, есть настолько бесполезные разумные, что тратить на них силы попросту глупо.

— Даже они несут в себе частицу Творца, — вздохнул аарн. — К тому же бывают ситуации, когда разбираться в том, кто есть кто, просто некогда. Нужно спасать всех, кого можешь спасти. Повторяю, ты стал слишком жесток и безразличен, вспомни нашу жизнь до войны с Эльвинелем, мы с тобой тогда помогали всем, кто к нам обращался. Скажешь, нет?

— Да, так было, — подтвердил ректор. — Не знаю, может, ты и прав.

— Прав, сам смотри — мы вам помогли, хотя могли просто бросить на старом Корхаме. Но не считали себя вправе сделать это. Знаешь ли ты, что задача любой цивилизации — это Переход?

— Знаю, конечно. И?

— Ни одна эгоистичная цивилизация за эоны и эоны лет не перешла, — покачал головой аарн. — Чем добрее цивилизация, тем больше у нее шансов на Переход. Понимаешь? Доброта — вот основа всего. Но очень мало какой народ даже пытается строить доброе общество. У вас есть шанс построить его. Если захотите, конечно. В ином случае однажды Корхамской империи не станет. По той или иной причине. Скорее всего, она разложится и сожрет сама себя.

— Возможно, и так, — поежился ректор. — То, что разложение уже началось, я вижу, но не понимаю, как это остановить.

— Я пришлю оперативных статистиков, они способны выявить нужные меры. А то и вообще разработать естественную для вашего народа общественную структуру, причем дающую шанс на становление в течение нескольких поколений более доброго и направленного на развитие общества.

— Это что же, у вас есть такие специалисты⁈

— Есть, — подтвердил аарн. — Жди декады через три. Но прошу не скрывать от них реальную информацию, иначе они не смогут ничего сделать, для этого нужна полная правда о стране и ее общественных структурах. Вся правда, без каких-либо купюр.

— Хорошо, предоставлю — кивнул ректор. — И буду ждать. Сам я не знаю, что делать. Казалось бы ничего страшного на первый взгляд — всего лишь стремление разумных к достижению собственных целей, а как начнешь разбираться к чему это приведет, так волосы на голове дыбом встают. Эгоизм действительно страшная вещь, способная погубить все, к чему прикасается.

— Согласен. Но все же советую подумать о том, чтобы и самому стать добрее. Пересылаю тебе на коммуникатор запись о моей жизни в ордене. И скажи спасибо, что Лина сняла с тебя черную паутину, наложенную «этими». Если бы не Скипетр, она бы не легла на твою душу, но ты сам открыл ей путь.

— Понимаю, теперь понимаю. Я раньше о некоторых вещах даже думать не мог, словно пелена перекрывала определенные темы. Теперь мышление свободно, могу взглянуть на многие свои поступки с другой стороны. Однако проблема даже не во мне, а в том, что многие из наших архимагов и без паутины сволочи, и что с этим делать я опять же не знаю.

— Здесь я тебе не советчик, — развел руками аарн. — Решать тебе, у тебя своя жизнь, а у меня — своя. Чем могу, помогу, а дальше, ты уж прости, сам.

— Да это и землеройке понятно, — криво усмехнулся ректор. — Но все равно благодарю. Очень поучительно пообщаться с самим собой, особенно прожившим другую жизнь.

— Более чем.

Они о многом тогда еще говорили. На многое смотрели по-разному — у каждого имелся собственный опыт, диктующий восприятие того или иного. А следующим утром глава ордена Аарн покинул Новый Корхам, оставив своего альтер-эго осваивать планету.

На заседании Совета ничего интересного не произошло, разве что выбрали место постройки столицы, но Кержак отметил, что архимаги успели разделиться на группировки. Те еще не полностью оформились, но сам факт уже настораживал. Придется срочно принимать меры, пока не стало слишком поздно. Кое-кого вообще не помешает отправить на перерождение, иначе все начинания погубят.

Через двадцать пять дней после прибытия оперативные статистики представили ректору Академии свои выкладки. После их прочтения у него глаза на лоб полезли, ничего подобного старый орк и представить себе не мог. Четко расписанный план, что нужно сделать, чтобы добиться гуманизации общества. Кого надо нейтрализовать, кого поддержать, кого оставить в стороне. Какие общественные структуры следует создать, а какие уничтожить. Как действовать в том или ином случае в зависимости от внешних условий.

После знакомства с работой гостей Кержаку стало окончательно ясно, что империи как воздух нужны свои социоматики и оперативные статистики, они чрезвычайно полезны. Он поговорил с Никласом Стормером, возглавлявшим орденских специалистов, и тот пообещал принять корхамских студентов в университы Аарн Ларк, где социоматика изучалась в полной мере.

А сам старый орк долго осмысливал полученные данные, и только полностью осмыслив, начал действовать. Ему предстояло очень много работы. И ее за него никто не сделает.

* * *

После исцеления в ти-анх Уно Тиэро чувствовал себя великолепно, да что там, с давно забытой молодости он так хорошо себя не чувствовал, тело полнилось силой и энергией. Биокомп в мозгу тоже оказался весьма полезной штукой, дающей немало возможностей, особенно ректору понравилось мышление шестью потоками и абсолютная, полностью структурированная память огромной емкости. Все, что он когда-либо читал или слышал, теперь можно было вспомнить в мельчайших подробностях.

Перенос системы в другую вселенную остался для большинства населения Эрума незамеченным, разве что на ночной стороне на небе внезапно появились тысячи огоньков, на самом деле являющихся далекими звездами. Правда, система оказалась на самом краю большой галактики, которую местные жители называли обитаемой, и в определенное время года небосвод должен иметь привычный вид — черной, бездонной пустоты. Но пока это было не так, и эрумцы изумленно наблюдали за изменениями. Многие вообще не понимали, что это за огоньки такие наверху и откуда они вообще взялись. Впрочем, у людей хватало своих забот, и они вскоре привыкли. До неба ли, когда надо урожай собрать, сена накосить и семью как-то прокормить.

Зато постоянное прибытие космических кораблей инопланетян скрыть от народа не удалось, поэтому пришлось сообщить в общедоступных сетях о вступлении в контакт с иными цивилизациями и начавшейся торговле с ними. Это помогло объяснить множество появившихся в продаже необычных товаров, не говоря уже о всяческой технике — княжество Кэ-Эль-Энах, орден Аарн и империя Сторн буквально засыпали Эрум гуманитарной помощью, ежедневно приходили караваны кораблей с продовольствием, медикаментами, одеждой и техникой. Ректоры Университетов даже вынуждены были попросить немного сбавить темп, чтобы местные жители не разучились работать. Не хотелось, чтобы они становились паразитами-нахлебниками, от этого ничего хорошего ждать не приходилось. Храмы никто и ни о чем не спрашивал, инопланетяне с религиозными фанатиками никаких дел иметь не хотели и прямо заявили об этом в прессе, чем сильно вывели магистров из себя. Вот только поделать те ничего не могли и хорошо это понимали.

— К тебе можно? — заглянул в кабинет Кено Гуарди. — Доброе утро!

— Заходи, конечно, — пригласил Уно. — И тебе утро! Что-то случилось?

— Да не то, чтобы случилось, — вздохнул главный безопасник Таоранского университета. — Третий Созидающий захотел пообщаться ночью, снова пришел в девочку, и меня срочно вызвали, с постели подняли. Сообщил, что в этой вселенной никаких сторонних воздействий нет, можно свободно жить. А потом обрадовал…

— Обрадовал? — удивился ректор. — И чем же?

— Да в гробу я видал такие радости! — недовольно скривился Кено. — Он заявил, что ему не нужно строить храмы, что его храмы — наши Университеты!

— Только этого нам и не хватало, — спал с лица Уно. — Мы светские заведения! И религиозными становиться не намерены.

— Я ему так и заявил. На что Третий ответил, что его это полностью устраивает, сам терпеть не может всяких молитв и жертвоприношений. И всегда был покровителем ищущих знания. Поэтому невежественные крестьяне в последователях ему не нужны.

— Да чтоб ему весь день икалось! Надеюсь, это не принесет лишних неприятностей. Но ладно, раз уж ты тут, то давай обсудим наши дела.

— Давай, — придвинул себе стул и сел безопасник. — Утром опять пришел караван, больше ста огромных грузовозов, набитых под завязку, причем конкретно к нам, командующий конвоем сообщил, что караван для Саторанского университета придет завтра. Хозяйственные службы с ума сходят, пытаясь все привезенное выгрузить и распределить на хранение. Там столько, что только продуктов на несколько лет хватит. Не только нам, но и независимым поселениям. Слушай, свяжись ты с ними и скажи, что хватит!

— Свяжусь, — вздохнул ректор. — Вот уж любители помогать! Спасибо им, конечно, но это слишком как-то. Еще что-то?

— Да, с тем же караваном пришло больше пятидесяти подаренных орденом и княжеством космических кораблей разного класса, от истребителей до двух больших грузовозов и крейсера. Но у нас некому ими управлять!

— Это как раз вопрос решаемый, мы вскоре отправляем около шестисот лучших студентов обучаться в их знаменитый Тарканак. И еще шесть тысяч в различные университеты Аарн Ларк. Особенно меня интересует социоматика и ее производные. Чрезвычайно полезная наука! Но ты мне главное скажи, оборудование для планетарной станции гиперсвязи наконец-то доставили? Мне великий князь обещал. Нельзя быть слепыми и глухими, нужно знать, что происходит в галактике, а для этого необходим выход в галактическую инфосеть.

— Привезли, — подтвердил Кено. — Причем с ним прибыло шесть инженеров и около сотни техников для монтажа. Вот только скажи мне, откуда об этом узнали Храмы? Я получил от них требование поделиться аппаратурой.

— Придется поделиться, — тяжело вздохнул Уно. — Они слишком сильны, доводить дело до новой войны не хочется. Но по минимуму. А откуда узнали? Ты думаешь, что выловил всех их шпионов? Зря.

— Это да, умеют они людей вербовать… — досадливо дернул щекой безопасник. — Всех не выловишь, как ни старайся. Но сейчас все равно на порядок легче, чем было до перемещения системы.

— Еще бы, вспомни насколько легко стало, когда аарн блокировали излучение, — вздохнул ректор. — Нам еще повезло, что у нас природная сопротивляемость высокая была, не поддавались.

— Это точно, — поморщился Кено. — Иначе давно бы… — он досадливо махнул рукой. — Ладно, все это лирика. Что думаешь делать? Как выстраивать жизнь Университета?

— В первую очередь следует найти пригодную для жизни планету и организовать на ней колонию, — ответил Уно, размышляя, стоит ли делиться своими планами, слишком зыбкими они еще были. — Есть у меня ощущение, что надо покидать Эрум и устраиваться отдельно от храмовников, не дадут они нам спокойно жить. В звездном скоплении, куда нас переместили, имеются пригодные для жизни планеты, хоть и не слишком много, желательно застолбить их первыми. Хотя бы одну для начала. Гарантию даю, что Храмы раздобудут себе корабли тем или иным образом, купят где-нибудь — галактика большая, государств в ней хватает. Кто-то, да продаст. Хочу, чтобы к этому моменту у нас уже была, как минимум, одна, а то и две колонии.

— Хорошая мысль, — задумчиво постучал пальцами по столу безопасник. — Мне тоже не хочется жить в одном мире с храмовниками, слишком много между нами стоит крови. Они, хоть как будто и успокоились после изгнания их покровителя, остались прежними сволочами. И не думаю, что Ивеа с Охеа сумеют их изменить.

— Я тоже в это не верю, — согласно наклонил голову ректор. — Потому и задумываюсь о колониях. Будет куда отступать в случае чего.

— Да что ты меня уговариваешь? — удивился Кено. — Я полностью согласен.

— Да я не тебя, я себя уговариваю, — поморщился Уно. — Поскольку понимаю, сколько затрат и сколько труда понадобится на создание колонии. А наши ресурсы далеко не бездонны, невзирая на помощь Аарн и Кэ-Эль-Энах. Но делать это надо, причем как можно быстрее.

— Не раньше, чем у нас появятся свои пилоты, — отрицательно покачал головой безопасник. — Учеба в Тарканаке — минимум два года. Разве что попросить Арио Тайри, он прирожденный, поэтому уже сейчас способен управлять любым кораблем.

— Но он сейчас тоже в Тарканаке, — задумчиво покивал ректор. — Хотя я ему напишу, возможно, мальчик на каникулах сможет отыскать нужную планету. Желательно знать заранее, куда лететь, когда остальные пилоты выучатся. Остальным еще на поиск время потратить придется. А к мысли о необходимости колоний вскоре придут все — и Саторанский Университет, и Храмы, не один я такой умный.

— Ну да, мысль на поверхности лежит, — усмехнулся Кено. — Мы все друг другу смертельно надоели, возможность разбежаться по разным углам никто не упустит. Один вопрос, как отнесутся к этому Созидающие…

— А все равно, они нам не указ, — передернул плечами Уно. — Не боги и не господа. Да и Танеа только обрадуется расширению влияния. Впрочем, посмотрим. Пока мы не можем ничего сделать. Письмо мальчишке я сегодня отправлю, а до того подаренные корабли будут стоять на приколе. Ты, надеюсь, разместил их там, где агенты Храмов не найдут?

— Естественно, — заверил безопасник. — Доступ туда есть только по воздуху, и все тщательнейшим образом отслеживается. Никто не проникнет.

— Вот и хорошо, — кивнул ректор. — Ладно, на этом все. Мне сейчас надо княжество вызывать и орден, что-то переборщили они со своей помощью.

— Тогда я пошел.

И глава СБ Таорана покинул кабинет шефа. Тот некоторое время смотрел ему вслед, затем тяжело вздохнул и направился к небольшому пульту гиперсвязи, установленному в углу. Предстоял нелегкий разговор.

* * *

На смотровой галерее главного шпиля шестого Летного факультета Тарканской военно-космической Академии стоял очень крупный молодой человек, смотрел вниз на далекую пропасть со скалами, и мечтательно улыбался. Похоже, Лар даль Далливан оказался прав, и отношение Тиналины Барселат к нему все же изменилось. Принц заметил во взгляде девушки сильную заинтересованность, когда после ее возвращения подошел и предложил помочь нагнать программу. Та не стала шарахаться от него, как всегда шарахалась раньше! Наоборот с явным интересом осмотрела и, покраснев, сказала, что подумает.

Выглядела она сейчас совсем не беззащитной малышкой, как раньше, фигура стала просто потрясающей, лицо жестче, небольшая россыпь веснушек на щеках Лину совсем не портило, наоборот, придавало особую изюминку. Теперь она уже не казалась ребенком, Джавад увидел созревшую девушку, у которой явно появились желания, естественные для ее возраста. И очень обрадовался этому, надеясь стать первым, кем Лина в этом плане заинтересуется. А если ей понадобятся другие мужчины, так он их сам к ней за шкирку притащит и проследит, чтобы доставили девушке максимум удовольствия — ревность в среде аарн никогда не понимали и не принимали. Главное, чтобы любимой было хорошо! А остальное значения не имеет. Один из его хороших приятелей в Аарн Ларк вообще за Целительницей Душ ухаживал, и ему было совершенно плевать на то, что ей необходим секс в больших количествах.

— Привет! — появились из бокового выхода Санива с Миреком, не так давно начавшие встречаться. — Чего это ты так сияешь?

— Да так, — смутился Джавад. — Есть причина.

— Неужели наша недотрога наконец-то сдала позиции? — сразу поняла в чем дело старая подруга, она в свое время начала было подбивать клинья к принцу, но оба быстро поняли, что имеют слишком разные характеры.

— Не сдала, но уже не шарахнулась, как демон от ладана, — улыбнулся наследник престола. — Вы ее, кстати, сейчас не узнаете. Сменила тело, много чего прошла, сильно повзрослела.

— Ну и хорошо, а то была дитя дитем, — кивнула Санива, по-хозяйски обняв за талию Мирека. — А мы сессию почти сдали! Социоматику только придется пересдавать, блин. Профессор Тару-Аргуу слишком требователен, по-моему. Но ничего, через неделю-другую все равно сдадим. Кстати, тебя Кертан и Тисан искали, чего-то хотели, но нам не сказали, что именно. Просили связаться, как освободишься. Но мне думается, что-то связанное с Советом молодых монархов. Что они по этому поводу говорили на днях.

Интересно, что такого случилось, что Джавада ищут наследники престолов Кэ-Эль-Энах и Парга. Старые друзья были в курсе, что тютя — это всего лишь маска, они и сами постоянно носили психомаски, слишком многие хотели иметь на них влияние. Господа придворные и до сих пор не понимали, что такое аарн, тем более, урожденные аарн, все пытались нащупать у наследников болевые точки и давить на них. Естественно, ничего у них не получалось.

«Привет, разгильдяи! — Джавад вызвал через голар Кертана и Тисана. — Что там у вас случилось? Из-за чего такая спешка?»

«Да ничего особенного, — ответил кэ-эль-энахец. — Хотели обговорить наше возможное участие в одной интересной экспедиции. Отец обещал отпустить, да и по поводу тебя с Тисаном поговорить с вашими родителями. А ты не отзываешься!»

«Да я голар в закрытый режим перевел, надо было кое-что обдумать, — объяснил принц. — А что за экспедиция?»

«В ту вселенную, где твоя Тиналина погуляла, — вмешался паргианин. — Там такие планеты интересные! И цивилизаций разных целая куча».

«Оу! — обрадовался Джавад. — Это действительно интересно! Как тебе великого князя удалось уговорить?»

«Знаешь, даже особо уговаривать не пришлось, — ответил Кертан. — Он и сам понимает, что нельзя нас постоянно в тепличных условиях держать. А чего это ты не протестуешь, что Тиналина твоя? Раньше всегда руками и ногами отбрыкивался, если ее твоей называли…»

«Может, и будет таковой, — не стал скрывать принц. — Изменилась она сильно после всего случившегося, уже не шарахается от меня. Обещала подумать, когда я помощь предложил».

«Тогда надо и ее с собой брать, — заявил светлейший князь. — Как раз и сойдетесь ближе. Экспедиция, правда, долгая, не меньше, чем на полгода».

«Это если ее наставники отпустят, — вздохнул Джавад. — А вы себя никого пока не нашли?»

«Нет, девчат среди аарн много хороших есть, но души нам пока никто не задел, а хочется именно этого».

«Это большая редкость, сами знаете, не всем везет найти свою половинку души, — грустно вздохнул Тисан. — У меня есть одна интересная девушка, причем даже не наша, не аарн. История примерно такая, как у твоих папы с мамой была. Она горожанка, работает продавщицей в большом универмаге, не знает, конечно, кто я такой, а признаваться я боюсь. Да и нет там пока любви, нравится она мне очень, но что будет дальше еще неясно. Продолжаем встречаться, когда мне удается из дворца вырваться, а это нечасто бывает. Охрана уж больно хорошая, чтоб им. Понимаю, что люди свою работу делают, но как это раздражает!»

«У тебя хоть кто-то есть! — позавидовал Кертан. — А я вот пока никого не встретил. Наши, аарн, хороши, но как-то все не то, не хватает в них чего-то, чтобы за душу зацепило. А уж придворные светлые княжны, которые то и дело мне то коленку покажут, то грудь „случайно“ обнажат… Одна вообще сделала вид, что трусики потеряла и принялась их прямо при мне натягивать, думая, что я на ее красивое тело клюну. Да, там есть на что посмотреть, красавица редкая. Но все эти дамы, чтобы им провалиться, не понимают, что я их души вижу. А там такая грязь и мерзость, что от одного вида стошнить может!»

«Вокруг меня, думаешь, таких мало? — скривился Джавад. — Толпами вертятся! Я потому и придумал маску тюти, чтобы большинство отстало. И ведь сработало! Знали бы вы, как смешно, когда высокородные девицы пытаются мне навязаться, а я стою, как идиот, хлопаю глазками и строю из себя большого ребенка! Хотя парочка особо умных, думаю, все прекрасно поняли, но, поскольку умные, ко мне не лезут, наблюдают за ситуацией издали и явно развлекаются. Интриганки демоновы!»

«Такие опаснее всех, — заметил паргианин. — Я тоже нескольких подобных при дворе знаю, даже попросил дварха за ними особо присматривать, мне их интриги давно поперек горла стоят. Одна вообще настолько обнаглела, что пытается заговор раскрутить, у нее есть права на престол. Пока наблюдаю, но если перейдет грань, отправится на каторгу. Редкая сволочь!»

«Раз власти хочет, то точно сволочь. Да ну их всех, впрочем, надоели. Что там с экспедицией?»

«Отправится она примерно через полгода после тщательной подготовки и столько же пробудет там. В той вселенной необходимо создать сеть форпостов, чтобы наблюдать хотя бы за самыми крупными планетами, а там они есть площадью в сотни раз больше привычных нам круглых. И народы на них живут странные, за ними нужен глаз да глаз, чтобы чего лишнего не натворили. Сильных магов там хватает».

«Ясно, — кивнул Джавад. — Я даю предварительное согласие на участие, это обещает быть интересным. И Лину постараюсь уговорить».

«Хорошо! — улыбнулись Кертан с Тисаном. — Тогда мы побежали. Пока! Будет что интересное, вызывай. И не отключай больше голар!»

Связь прервалась, а Джавад посмотрел на друзей, после чего рассказал им о предстоящей экспедиции. Они сразу же выразили желание участвовать. Теперь осталось только уговорить Тиналину. Точнее, Лину, она, насколько помнил принц, терпеть не может свое полное имя. А это непростая задача.

Глава 6.2

Недовольно щелкнув зубами, Кир-Ванег принялся просматривать сводки. Он не знал, сколько времени ему еще придется провести в этой вселенной. Но приказ Кержака был однозначен — обеспечить безопасность Тройственной Федерации, в которой после изъятия большинства прежних власть имущих творилось Владыка Бездны знает что. Хищные соседи тут же попытались откусить себе кусок в виде пары ресурсных систем, но не учли наличия эскадры ордена, которая хорошенько наподдала им и быстро выдворила за пределы границ. Вой после этого в прессе поднялся страшный, федератов объявили предателями человеческой расы, связавшимися с неизвестными чужаками. Железный Ник, ставший во главе нового правительства, только посмеялся в ответ на все претензии, заявив, что пусть враги приходят и берут, если смогут, а не визжат, как городские девки, когда им игривый ветерок юбку поднимет.

Появление из ниоткуда легендарного, давно погибшего адмирала, вызвало шок во всех странах известного космоса. Естественно, его тут же попытались объявить самозванцем, на что был предоставлен генетический анализ — данные Железного Ника сохранились в архиве. После недолгого молчания, пресса Нарванского Директората, Энхардии и Итрийской империи заявила, что это клон. Однако населению Федерации было плевать на заявления врагов, люди радостно приветствовали ожившего героя, начавшего решительно наводить в стране порядок — публичные процессы над бывшими власть имущими шли чуть ли не ежедневно, их план оскотинивания населения подробно разбирался в газетах и инфосети. Казни приговоренных тоже были публичными, недавно еще важных и богатых дам и господ безжалостно вешали при большом стечении народа, рукоплескавшего этому. Оставшиеся в живых клановые аристократы в ужасе забились по щелям, надеясь, что до них не доберутся. Зря надеялись, Железный Ник прощать не умел, да и не стремился этому научиться. Он хорошо помнил, что творили ради своей власти эти люди, и собирался спросить с каждого виновного.

— Что с Итрийской империей? — повернулся гвард к Никласу Отомхо, оперативному статистику из гнезда Перлока Сехера и Биреда Касита.

— Ничего хорошего, — вздохнул тот. — Рабовладельческая страна, притом на глазах теряющая прежние этические императивы. Там тоже имеются подобные федеративным сволочам господа, разрушающие духовный стержень народа. Стержень у них, конечно, был отвратительный, но он хотя бы был. Теперь его нет, в итоге каждый творит все, что в голову взбредет. Жизнь рабов стала вообще нестерпимой, поголовный садизм молодежи, причем нарастающий. Если пустить ситуацию на самотек, то дело может дойти до воронки инферно.

— Проклятье! — приоткрыл пасть Кир-Ванег. — Каковы рекомендации?

— Распад страны, другого выхода нет. Затем становление либеральной демократии, невзирая на ее недостатки, она все же лучше, чем имеющееся сейчас. Так кошмар творится! Хотя, возможно, военная диктатура будет лучше, мы пока не все просчитали.

— Как этого добиться? Война?

— Ищем путь, война тоже крайне нежелательна, — поморщился социоматик. — Тоже может вызвать воронку. Кое-что уже прояснилось, это позволит намного улучшить ситуацию. Прежде всего, следует нейтрализовать итрийских священников, вбивающих пастве в голову, что рабство угодно Богу. Они из молодых такую мерзость растят, что у меня слов нет.

— Способ нейтрализации?

— Старый и проверенный. Изымать посредством телепорта, после чего ссылка на далекую безлюдную планету, откуда они никогда не выберутся.

— Очень хорошо! — клацнул зубами дварх-адмирал. — Операция разработана?

— Да, — подтвердил Никлас.

— Тогда приступайте! Это приказ.

— Будет сделано.

— Что с Нарваном и Энхардией? — поинтересовался Кир-Ванег.

— Там не настолько плохо, как в Итрии, но все равно паршиво, — тяжело вздохнул Никлас. — Эта вселенная вообще в страшном состоянии, еще лет сто, и спасти местные цивилизации окзалось бы невозможно, только распад и скатывание к дикости. По обеим странам могу сказать только одно — чтобы хоть немного нормализовать ситуацию, потребуется революция. Прежние власть имущие должны уйти в полном составе, если хоть один из них останется в новых властных структурах, то со временем разрушит их, стремясь вернуть привычную среду.

— Ясно, — передернул хвостом гвард. — Проработали концепцию?

— Еще не до конца, в обеих странах практически нет никакой оппозиции, ее очень качественно уничтожили, — покачал головой социоматик. — Но несколько групп с интересной идеологией обнаружены, сейчас мы тайно ведем их. Главное, что все они консервативные, патриархальные, стремящиеся вернуть старые моральные нормы, верность слову, честь и прочее в том же духе.

— Это действительно хорошо. Но готовы ли они будут перехватить власть, даже если она сама свалится в их руки?

— Увы, не готовы. Это, большей частью, молодые энтузиасты, еще не понимающие, что власть — это адский труд, ни минуты отдыха и ничего для себя. Наши агенты постепенно подготавливают их, но это не быстрый процесс. Поэтому для начала мы планируем устранение самых одиозных провластных идеологов и наиболее поддерживающих текущую ситуацию олигархов. Они просто исчезнут. Полностью просчитать последствия этого мы пока не можем, но имеющиеся расчеты говорят, что это должно снизить накал ситуации.

— Тогда действуйте, — распорядился Кир-Ванег.

Никлас кивнул и скрылся в прямом гиперпереходе. Его место занял заместитель командующего, лор-адмирал Горх Рувен, полуорк-получеловек, очень таланливый флотоводец, на которого гвард обратил внимание еще в Тарканаке, когда возглавлял его. Совсем еще молодой, но очень многообещающий, он мог со временем стать не хуже покойного Сина Ро-Арха. С тех пор Кир-Ванег брал его с собой в любую экспедицию. Совсем недавно Горх получил звание лор-адмирала и занял пост первого заместителя командующего.

— Приветствую, наставник! — вежливо оскалил клыки он.

— Здравствуй, ученик! — захлопнул пасть гвард. — Что у тебя?

— Опять Итрия, Нарван и Энхардия хотят пощипать Федерацию, — сообщил полуорк. — Последние две страны даже пропустили через свою территорию итрийский флот. Собираются на границе. При этом шлют ноты, в которых визгливо требуют, чтобы чужаки не вмешивались в дела человечества. Они там совсем с ума посходили, что ли? Одного урока оказалось мало?

— Трудно сказать, я тоже не понимаю, как мыслят идиоты, — развел руками Кир-Ванег. — Судя по всему, власть имущих трех стран очень напугала судьба их коллег из Федерации, вот и истерят. И они правы в чем-то, именно это их и ждет. Ни одна такая паскуда при власти не останется, это мы обеспечим. Ты сам с их флотами справишься?

— Да что там справляться! — презрительно фыркнул Горх. — Я в бой вступать не стану, расстреляю издали их лоханки. Даже убивать не буду, незачем. Мы, как ты сам знаешь, имеем на борту каждого дварх-крейсера малые генераторы фазового смещения, позволяющие открывать проходы в другие вселенные. Раньше не пользовались ими, хватало станционного на «Черном Вале», он мощнее, но недавно гиперфизики довели и малые до ума. Я просто открою проход в безлюдную вселенную прямо по курсу вражеских флотов, пусть там творят, что им угодно. Здесь они нам не нужны.

— Отлично! — потер ладони гвард. — В этом случае нам даже помощь Целителей Душ не понадобится! Для местных жителей флоты просто исчезнут. Но вселенную нужно подобрать безопасную, с хорошими, богатыми на ресурсы и продовольствие планетами. Пусть строят там новую цивилизацию. Может, их далекие потомки и выстроят что-то толковое. Хотя сомнительно, скорее всего, перебьют друг друга.

— Очень сомнительно, — усмехнулся полуорк.

В этот момент их настиг вызов Железного Ника. Тот появился на голоэкране и приветливо улыбнулся.

— Приветствую, Кир, Горх! — поднял он ладонь.

— И тебе здравствовать, Ник! — ответили аарн.

— До меня тут дошли сведения от разведки, что итрийцы, энхардийцы и нарванцы снова хотят нас на прочность попробовать? — весело спросил он. — Это так? А то мои генштабисты забегали, как куры в курятнике, когда туда хорек заберется.

— Хотят, — подтвердил Горх. — Да еще и кучу кораблей мелких стран, наподобие вольных баронств, королевств и пиратских кланов прихватили. Сегодня-завтра нападут.

— И? — вскинул бровь адмирал.

— Просто исчезнут, — довольно оскалился полуорк и поведал, что именно он запланировал.

— А неплохо! — хохотнул Железный Ник. — Пусть в пустой вселенной погуляют, им полезно, сволочам. Это получается, что они даже раза по вам выстрелить не смогут?

— Именно, — подтвердил Горх. — Сам знаешь, мы стараемся избегать убийств, насколько это вообще возможно.

— Мне этого, если честно, не понять, — повел плечами адмирал. — Предпочитаю, чтобы враг навсегда ушел и перестал гадить. Но это ваше дело, меня полностью устраивает, что противники Федерации лишатся флотов. А как именно — дело десятое. Их правительства обделаются от ужаса.

— И в этот момент власть имущие всех трех стран начнут исчезать, — добавил Кержак и рассказал, что задумали оперативные статистики.

Железный Ник откинул голову и расхохотался, он представлял себе, какая паника воцарится в высших кругах трех стран, и никак не мог остановиться. Вот уж порадуются, скоты! А уж что подумают проснувшиеся на безлюдной планете важных дам и господ, привыкших, что любое их желание исполняется слугами, можно только догадываться. Ведь слуг там не будет, как и техники. Чтобы выжить, придется работать. Своими холеными, изнеженными ручками. Заслуженное наказание!

— Могу только поблагодарить, — наклонил голову адмирал.

— Не за что, — последовали его примеру гвард с полуорком. — Ты и сам после лабиринта понял, кто мы такие.

— Да, по поводу лабиринта, — стал серьезным Железный Ник. — Полученный там дар все сильнее проявляет себя, вчера я захотел оказаться в спальне и мгновенно переместился туда. Захотел пить — графин с водой в руку прилетел. И так далее. Подобных эпизодов с каждым днем все больше. Сообщите Кержаку при первой возможности, пожалуйста. Мне надо как-то брать эти способности под контроль, сейчас они проявляются спонтанно.

— Сообщим, — пообещал Кир-Ванег. — Скорее всего, он пришлет к тебе ментата-наставника.

— Не уверен, что это поможет, — медленно покачал головой адмирал. — Это нечто большее, чем дар вероятностного ментата. Не понимаю, откуда я это знаю, но знаю твердо. Передайте мои слова Кежаку, он сам прошел эту штуку, должен понимать.

Попрощавшись, Железный Ник отключился. А аарн переглянулись и отправились в центр связи, следовало немедленно связаться с родной вселенной и сообщить о случившемся.

* * *

Безымянная пока система постепенно оживала, старые тиумские станции восстанавливались, но медленно, поскольку не хватало средств — слишком много оборудования требовалось закупить. А зарабатывать привычным способом было никак нельзя — не так давно в системе объявился дварх-крейсер княжества и на всех доступных волнах передал предупреждение, что если бывший клан Акадо вернется к пиратству, то будет уничтожен. После чего разогнался и ушел в гиперпространство. Это значило, что за ними присматривают. Обнаружить каким образом не удалось, видимо, была установлена какая-то скрытая сканирующая система. Ничего удивительного, орденская техника превышала любую другую, как минимум, на порядок. А Кэ-Эль-Энах нынче являлось филиалом ордена, это знали все заинтересованные лица и не питали никаких лишних иллюзий по поводу княжества.

Стэн в последние декады пребывал в сильном смятении — все больше воспоминаний Командора настигали его, причем они не просто приходили, дахар клана буквально заново переживал их. Это пугало и одновременно вдохновляло. Но Иларом ран Даром он себя по-прежнему не ощущал, воспоминания оставались чужими, словно отголосками просмотренного когда-то интересного инфофильма. Зато он все лучше понимал людей, видел их мотивы и желания, понимал, на что следует надавить, чтобы получить тот или иной результат. История Темного Мастера, владыки половины обитаемой галактики, пугала — тот был абсолютно безжалостен. Каким образом из этого чудовища вырос Командор? Стэн пока не понимал, но надеялся со временем понять. Он никому не рассказывал о происходящем с ним — не поймут, сочтут сумасшедшим. Хотя Лиго и Тирос, знающие своего дахара, как облупленного, давно поглядывали на него с подозрением, не понимая его поведения.

Первые два каравана с трансуранидами две декады назад ушли в Аствэ Ин Раг, их сопровождало солидное боевое охранение, поскольку желающих поживиться чужим добром среди святош хватало, недобитые сторонники старых порядков свирепствовали в святой иерархии, как только могли. Правительственный флот их безжалостно уничтожал, но не мог одновременно оказаться всюду. Поэтому торговцы летали в Аствэ Ин Раз только в составе больших конвоев, которые никакие пираты одолеть не смогут. К счастью, у клана Риатон хватало своих боевых кораблей, не требовалось платить наемникам за охрану.

Стэн с огромным удовольствием сам бы полетел с одним из конвоев, заскучал на одном месте, но одним из условий безопасности клана было его нахождение в Тиуме. Это безмерно раздражало, но ничего поделать дахар не мог. Поэтому оставался в системе, вникая в каждую мелочь.

Приход старых товарищей оторвал Стэна от размышлений. Сейчас он был рад даже Тиросу, с которым издавна был в плохих отношениях. Слишком измучили сомнения и непонимание происходящего. Если честно, хотелось признаться, слишком надоело варить все это в себе.

— Приветствую! — поднял руку дахар. — Случилось что-то?

— Да как тебе сказать, — скривился Лиго. — На первый взгляд все относительно нормально, мы даже специалистов на провинциальных планетах Тиума легко наняли, причем задешево, у нас, в Ринканге, за такую зарплату никто не пошел бы работать, а местные просто ухватились, без проблем подписали двадцатилетние контракты. На планете созданы около трехсот фермерских хозяйств и две мясофабрики. Плюс птицефабрика, через полгода у нас будут свежие яйца в больших количествах. На побережье десять рыбохозяйств. Когда все это полностью развернется, то продовольствием мы себя обеспечим от и до, даже на продажу останется.

— Зато у меня проблема на проблеме сидит и проблемой погоняет, — раздраженно проворчал Тирос. — Деньги закончились, а станции восстановлены едва ли на двадцать процентов. И когда будут новые поступления я не знаю. От караванов пока что никакой информации не поступало. Зато в одной из соседних систем обнаружено небольшое вариевое месторождение, мы начали его разработку, один транспортник уже полностью забил трюмы очищенным варием, благо, я сумел запустить очистные системы на шахтерской станции. Это около сорока миллионов галактических кредитов, даже если продавать по минимальной цене! Этих средств на полное восстановление обеих станций, конечно, не хватит, но они сильно облегчат ситуацию. Нужно продавать, ты, кажется, говорил, что у тебя есть выходы на лавиэнских торговых лордов?

— Есть, — пожевал губами Стэн. — Но не уверен, что они честно отторгуются, ради такого куша могут на все пойти.

— Придется рискнуть, — поморщился инженер. — Нет у нас выбора. Транспортник, кстати, не клановый, трирроунский, я нанял его в Мооване, хозяин фрахта там ждал.

— Он, надеюсь, не знает, что повезет? — подозрительно уставился на него дахар. — Не то сдриснет вместе с грузом, и ищи его потом.

— Нет, естественно, — усмехнулся Тирос. — Да и сопровождать груз будет десятка два хороших бойцов из самых доверенных и сто раз проверенных.

— Тогда лови контакты лорда кер Тарни, пересылаю их на твой коммуникатор. Сволочь, конечно, редкая, но относительно честно ведет дела.

— Это что, брат орденского дварх-адмирала Релира кер Тарни?

— Да, — подтвердил Стэн. — Плюс контакты лорда кер Ратси, одного из главных конкурентов кер Тарни. Вот с этим нужно соблюдать величайшую осторожность, всегда стремится обвести контрагента вокруг пальца. Главное, чтобы ни тот, ни другой не смогли выяснить, откуда поступил варий. Так что посылай в Основание самых ушлых наших торговцев, пусть будут готовы к любым неожиданностям. И…

Он поднял ставшие жесткими глаза на собеседников, помолчал и продолжил:

— Если захвата будет не избежать, то никто из знающих, откуда варий, живым в руки врага попасть не должен.

— Я все предусмотрел, — тяжело вздохнул инженер. — Корабль будет взорван, также каждый из наших ребят имеет вшитую в щеку капсулу с ядом.

— Хорошо, — кивнул Стэн. — Я…

Его прервала сирена тревоги, замигали красные лампы. Все трое вскочили и ринулись к пульту, чтобы выяснить причину. Белый, как мел диспетчер, доложил, что на границе системы вышли из гипера корабли княжества, у них всех включены транспондеры, четко говорящие об этом. Но, что странно, это были четыре больших грузовоза в сопровождении небольшой эскадры охранения, двух линкоров, шести крейсеров и двенадцати фрегатов. Флот клана без особых проблем ее разобьет.

— Что это может значить? — растерянно спросил неизвестно у кого Лиго.

— Понятия не имею, — не менее растерянно ответил Стэн.

— Как и я, — хмуро пробурчал Тирос. — Не нравится мне это. Чего им нужно?

— Сейчас узнаем. Диспетчер, вызови гостей.

— Сейчас, — отозвался тот.

Некоторое время ничего не происходило, затем на стенном экране появился военный в черно-серебристой форме ордена, от чего все трое бывших пиратов испытали неслабые ощущения, им показалось, что они с головой ухнули в ледяную прорубь. Это что же должно было произойти, чтобы аарн перестали скрываться⁈ Что-то очень нехорошее, с точки зрения клановых.

— Здравствуй, Мастер! — негромко поздоровался незнакомец, как-то странно улыбаясь.

— Я еще не он… — хрипло выдохнув Стэн, сразу узнавший этого человека, хотя никогда его вживую не видел. — Здравствуйте, дварх-полковник Бурцев… Вы за мной?..

— Нет пока, — отозвался командир «Снежных Барсов». — Рано. Привезли вам необходимое оборудование для ремонта станций. Готовы прямо здесь выкупить у вас всю имеющуюся руду, в том числе и вариевую, как и очищенный варий. Не нужно никуда летать, мы готовы забирать все, что вы добудете, прямо в вашей системе. По самым высоким рыночным ценам. Также можем поставлять вам все, что нужно для жизни.

— Почему⁈ — хрипло выдохнул ничего не понимающий Тирос. — Мы же бывшие пираты!

— Ваш дахар знает причину, — усмехнулся Бурцев. — У него спрашивайте, я не вправе отвечать. Пересылаю список и спецификации доставленного оборудования. От вас жду список руд и их количество.

Коммуникаторы всех троих пискнули, сообщая о приходе сообщения, после чего дварх-полковник опять улыбнулся и отключился.

— Что все это значит⁈ — резко повернулись к Стэну Тирос и Лиго.

— Сейчас объясню, — тяжело вздохнул тот, понимая, что скрывать больше ничего не получится, аарн почему-то решили раскрыть его перед соклановцами, но зачем им это понадобилось, дахар не понимал.

Он вывел на экран два портрета. Свой и Командора.

— И что это? Зачем нам твои изображения?

— Это — мое, а вот это — Илара ран Дара, Командора ордена Аарн, того самого великого мага, о котором сейчас легенды слагают. Теперь ясно?

— Ох, ты ж мать его так! — выдохнул Луго. — Ты что, его сын⁈

— Да хрен его знает! — пожал плечами Стэн. — Понятия не имею, откуда старый Айдахо меня притащил! Вам же известна моя история. Но что мордой мы с ран Даром один в один — факт. И аарн считают, что я должен со временем занять его место. Удивлялись наверное, чего это я в Тиуме сиднем сижу?

— Удивлялись, — подтвердил Тирос, — на тебя непохоже.

— Ультиматум мне такой поставили, я согласился обменять свою жизнь на жизни людей клана, — понурился дахар. — Другого выхода не было. Я еще и помню кучу аарн, которых в жизни не встречал. Вот этого дварх-полковника, командира легиона «Снежные Барсы», например, никогда не видел раньше, но узнал. Откуда я их всех знаю⁈ Понятия не имею! Но знаю.

— А-а-а-ренеть! — в один голос выдохнули инженер и танхор клана. — Вот это ты влип!

— Да уж влип, так влип… — тяжело вздохнул Стэн. — Потому они, наверное, и решили помочь. Аарн вообще странные.

— Это слабо сказано! — покачал головой Тирос. — Они на всю голову долбанутые! Но дай-ка я гляну, чего они нам там притаранили. Опаньки! Пять сотен инженерных дроидов высшего класса! Да таких, что хрен где купишь! ЭТГ-318! Я о них только читал, каждый больше сорока тысяч кредитов стоит. Возможности — закачаешься! Пятьдесят управляющих больших биокомпов. Пищевые синтезаторы. Биокапсулы для лечения. Системы жизнеобеспечния и еще до фига всего. Живем, братцы! С этим я станции за два месяца до нормального состояния доведу. Но…

— Что?

— Стоимость всего этого раз в десять перекрывает стоимость нашей руды! Даже включая варий.

— Значит, будем постепенно расплачиваться, — пожал плечами дахар. — И да, кто из вас займет мою должность после того, как меня заберут?

— Не знаем, — переглянулись инженер с танхором. — Нет у нас твоих талантов людьми управлять. Разве что Кирхана-младшего поставить, молодой еще парень, но очень толковый, справится, если помогать будем. Но слушай, этого никак не избежать?..

— Думаю, никак, — поежился Стэн. — За нами следят и все о нас знают. А за мной вообще наблюдает… вы не поверите…

— Кто? — подался вперед Лиго, он всегда отличался изрядным любопытством.

— Лар даль Далливан…

— Так он же давно умер!

— Ага, умер, — криво усмехнулся дахар. — Только появился передо мной, словно и не помирал. Он стал после смерти кем-то непонятным, каким-то высшим существом. Для него мгновенно появиться где угодно — вообще не проблема. Меня он увидит, где бы я ни спрятался. Так что прятаться бесполезно. Скажите спасибо, что я жизнь для клана выторговал!

— Да уж… — помрачнел танхор. — А что с тобой будет, говорил?

— Говорил, — дернул щекой Стэн. — Таких, как я, еще несколько. Они хотят объединить нас в одно целое и получить обратно своего Командора… В нем будет что-то от меня, что-то от других, но… какими мы станем после объединения? Не знаю, но, не побоюсь признаться, мужики, мне страшно…

— А кому бы на твоем месте не было страшно? — с сочувствием посмотрел на него Тирос. — Не знаю таких.

— Ладно, будь, что будет! — махнул рукой дахар. — Отошли полковнику список руд и спроси, можно ли будет расплачиваться постепенно.

Тирос быстро подготовил письмо и отправил. Не прошло и минуты, как его коммуникатор звякнул, сообщая о поступлении ответа. Инженер прочитал, затем неуверенно сказал:

— Пишет, что это подарок… Но если, мол, не хотим считать себя обязанными, то можем расплатиться тогда и так, как нам будет удобно.

— Расплатимся со временем, я действительно не хочу быть им обязанным, — решительно заявил Стэн. — Не по себе мне от их щедрости. Передай приказ, пусть отгружают руду. И грузовоз с варием сюда гони, тоже отдадим.

Следующие двое стандартных суток выдались для клана Риатон очень напряженными — из двух близлежащих систем везли всю добытую за прошедшее время руду и очищенные металлы, после чего перегружали все это на кэ-эль-энахские грузовозы. Перед самым их отбытием прилетел трирроунский транспортник с варием. Когда до его владельца дошло, что он вез, жадный деляга чуть не взвыл из-за упущенной выгоды, но было уже поздно — драгоценный минерал, без которого корабли не летали в гиперпространстве, выгрузили и передали дварх-полковнику, а волного торговца внесли в клановый черный список, чтобы больше никогда не иметь с ним дела.

Еще через два дня эскадра княжества покинула систему Риатон, переименованную в честь клана, оставив ошалевших от всего происшедшего бывших пиратов осмысливать новые реалии. Слухи о том, что их дахар — сын Командора, каким-то образом распространились по клану, и люди Стэну очень сочувствовали. Понимали, что с таким отцом его в покое не оставят.

Зато сам молодой Айдахо почти перестал переживать. Что случится, того не миновать. А пока надо жить. Не оставляя ничего не потом. Ведь этого «потом» может и не быть.

Глава 6.3

Ничто не нарушало величавый покой открытого космоса в забытом всеми разумными существами уголке мироздания, их не появлялось здесь несколько миллионов лет, как минимум. Только гигантский провал в пространстве, окруженный опаловыми язычками пламени, словно цветок лепестками, слегка мерцал. Однако мертвых кораблей, сбившихся в ком вокруг довольно крупного астероида, здесь хватало — они иногда выпадали из провала, вот только живых разумных на них почти не было. Переход через великое ничто обычно убивал все живое на борту, если корабль не имел особого рода защиты, а откуда ей взяться у молодой расы, никогда не сталкивавшейся ни с чем подобным? Хотя порой случались и исключения, вот только выбраться из ловушки выжившие не могли и вскоре тоже умирали.

Куда подевались создавшие все это? Да кто их знает! Пути сверхцивилизаций неисповедимы. Какие-то переходят, какие-то просто уходят. Куда? Опять же неизвестно никому, кроме них самих. А некоторые оставляют после себя странные объекты, над которыми поколениями ломают головы ученые менее развитых народов. Но понять для чего эти объекты предназначены удается далеко не всегда. Вот и провал в пространстве, ведущий в великое ничто, остался загадкой для всех, кто его исследовал. Его создали миллиарды циклов назад. Кто именно создал? Опять же неизвестно.

Но никто из исследовавших провал в далеком прошлом даже не подозревал, что он своеобразно разумен. Очень своеобразно! Чем он занимался? К чему стремился? О чем мечтал и чего хотел? Об этом знал только он сам, а он, кроме других потоков своего сознания, никогда и ни с кем не общался, никто из разумных, когда-либо побывавших возле провала, древнего не заинтересовал. Точно так же человека не заинтересует общение с муравьем и его муравьиные проблемы. А то и хуже — с бактерией. Примерно такова была разница уровней развития и мышления.

Небольшое изменение констант и мерности пространства вызвало слабый проблеск любопытства древнего. Похоже, впервые за многие миллионы циклов к нему в гости кто-то летел не через провал, как обычно. Причем, из другой вселенной. Одно это уже было странно, но не слишком — в далеком прошлом такое тоже случалось. Те же муравьи, но немного побольше других. Древний выделил одну стотысячную процента своих ресурсов на отслеживание происходящего и приготовился ждать. Однако ожидание оказалось недолгим.

Пространство рассекла ослепительно белая линия, мгновенно развернувшаяся в полыхающим огнем того же цвета разрыв, затем он сменил цвет на опаловый. Прошло несколько мгновений, и оттуда выскользнул ржавый, покрытый оспинами и буграми слегка сплюснутый металлический шар, тут же окутавшийся пленками защитных полей разного типа. Древний с некоторым удивлением отметил, что на борту неизвестного корабля имеется оператор вероятности. Правда, совсем молодой и плохо обученный. Но это дело поправимое, подучить совсем нетрудно. Если захочет учиться, конечно, ведь операторы вероятности обычно отличались немалой гордыней. Вот только этот оператор принадлежал к очень странному эгрегору, одновременно являясь личностью и частью огромного целого. Ничего подобного древний, невзирая на свой возраст и опыт, еще не встречал, и выделил из-за этого уже одну десятую процента ресурсов для осмысления и обработки новой информации.

Основу экипажа ржавого корабля составляли четверо разумных с очень высокой этикой, древний таких встречал довольно редко. Причем, они были трех биологических разумных видов, но все принадлежали к одному и тому же эгрегору. Необычно! А потому интересно. Остальные разумные на борту приближались по уровню этики к этим четверым, но явно не дотягивали до них. Следует понаблюдать за ними и вмешаться, если понадобится, чего древний не делал очень давно. Однако допустить гибели этих разумных нельзя.

Гости ненадолго задержались на месте выхода и почти сразу направились к кладбищу кораблей вокруг одинокого астероида. Интересно, что им там нужно? От шарообразного корабля к одному из разбитых кораблей потянулись сканирующие плетения, довольно неплохо проработанные, хотя можно было сделать и лучше. Оператор вероятности, похоже, нашел что-то ему интересное. Но что в этой группе металлолома может быть интересным? Древний отправил туда свое плетение и немало удивился, обнаружив на борту потерпевшего крушения транспорта замороженных разумных. Это как же он их раньше не заметил? Наверное из-за анабиоза, в нем их разум ничего не излучал, и древний принял их за мертвых. А гости сразу нашли. Любопытно.

От корабля гостей на астероид просыпалось несколько десятков дроидов, без промедления начавших резать переборки погибшего корабля в стремлении добраться до выживших. Через некоторое время они добыли четыре овальные капсулы, слегка помятые, но, как ни странно, до сих пор работающие, о чем свидетельствовали цепочки огоньков на них. Когда эти капсулы скрылись в люке ржавого шара, древний вслушался, подключив уже целых два процента ресурсов, ему стало не просто любопытно, а очень интересно, давно он ничего подобного не испытывал.

Альмия ожидала прибытия капсул с замороженными людьми в главной рубке вместе с Дареком и Тирахом, которому впервые доверили пилотировать «Искатель» во время межвселенского перехода, чем эланийский пилот заслужено гордился. Найти дом хилларов так и не удалось, и Лиая-Ор с Кевер-Станом вошли в экипаж линейника. Спасенные эланийцы тоже без сомнений сделали это, их дома ничего не держало, даже своего жилого блока никто из них не имел — слишком дорого для обычных работяг. А связываться с ипотечным кредитом не желали — это кабала на всю жизнь. А ведь если лишишься работы и пару раз не заплатишь месячный взнос вовремя, то банк отберет жилье, выбросив семью на улицу и не возвратив уже уплаченных средств.

Асия, дочь Эрихара быстро подружилась с Лейтой, которой недавно исполнилось пятнадцать лет. Две девочки из разных вселенных нашли общий язык и на удивление хорошо понимали друг друга. Вик тоже все время вертелся вокруг них. Члены экипажа «Искателя» охотно обучали детей всему, что знали сами. А за тем, чтобы они были обихожены, следила бывшая кандийская учительница Найта Воранх.

Последний спасенный, тиаранский майор Эстан Тираос, подружился с кандийскими военными, всем им было что вспомнить, особенно близко он сошелся с полковником Кено Хайдаром, они не раз выпивали вместе. И уже вдвоем настояли, чтобы начальную военную подготовку прошел весь экипаж — мало ли. Никто не стал спорить, следовало предусмотреть все возможное, ведь в пути можно столкнуться с чем угодно.

Очередные три месяца пути не принесли никаких неожиданностей, переходы из вселенной во вселенную, согласно полученного от Адай Аарн алгоритма, следовали один за другим. Несколько раз «Искатель» встречал чужие корабли, но те спешили от него побыстрее удрать. Преследовать их не стали — зачем? Не желают контактировать, так флаг им в руки.

Очередной переход привел линейник в очень странное место — полностью пустое пространство, только в нескольких тысячах километров от места выхода нашелся большой астероид, усыпанный обломками кораблей множества разумных рас, они были очень разными. Их, на первый взгляд, имелось несколько сотен, некоторые почти целые, другие вдребезги разбитые. Также сканеры уловили наличие где-то неподалеку пространственной аномалии, провала в какое-то иное пространство. Звезд вокруг не было вовсе, только черная, бездонная пустота.

— Здесь делать однозначно нечего, — неуверенно сказал Тирах. — Давайте улетим, что-то мне не по себе…

— Сначала обследуем обломки, вдруг там есть кто-то живой, — не согласилась Альмия.

После чего связалась с одной из освобожденных на станции «Гумбольт» рабынь, Ингеаной Раматхи-Катзит из Тивада, на «Искателе» ставшей оператором сканирующих систем, и попросила просканировать обломки кораблей на наличие выживших. Она была почти уверена, что это ничего не даст, но помнила, что они собрали еще не всех, кого должны собрать. Естественно, никого обнаружить не удалось, но Альмия, чтобы окончательно убедиться, сплела показанный однажды Кержаком поисковый вероятностный конструкт, способный обнаружить живых существ, даже если в их телах живы всего несколько клеток. Как ни странно, этот конструкт сработал и сообщил, что на одном из кораблей имеются кое-как работающие анабиозные камеры, в которых чувствуется слабое биение жизни, настолько слабое, что обнаружить его иначе было бы невозможно. Хотелось надеяться, что находящихся в них разумных еще можно спасти, и аарн отдала приказ отправить за капсулами дроидов, затем связалась с медотсеком и предупредила о скором появлении пациентов, пусть Лиая-Ор подготовит ти-анх и подготовится сама. Все же наличие в экипаже профессиональной Целительницы очень помогало, без помощи хиллары многих проблем избежать бы не удалось, например, с полным исцелением Эстана, у которого оказался настолько загрязненный организм, что ти-анх самостоятельно не справился бы. Целительница же добилась нужного результата за каких-то двое суток.

Добираться до анабиозных капсул пришлось около трех часов, они находились в дальнем трюме довольно большого корабля, по форме напоминающего вытянутый металлический кирпич, усеянный со всех сторон дюзами маневровых двигателей. У них имелся автономный мини-реактор, потому они до сих пор еще работали. Правда, работали всего четыре из нескольких десятков, остальные израсходовали свой ресурс.

Сразу после доставки капсул на борт «Искателя» ими занялись инженеры — Тин-Халет и Эридар. Вскрывать их не следовало, необходимо было провести штатную разморозку. Искины у капсул оказались на удивление примитивными, с их взломом гвард справился за несколько минут, после чего отдал команду на пробуждение. По ободу пластиковых овоидов пробежались цепочки огоньков, и они натужно загудели. Это продолжалось больше шести часов, а затем крышки капсул откинулись вбок.

К этому моменту аарн считали память пока еще спящих пробужденных и освоили их язык. «Стан-Ор-Зангар», научный корабль Зангарского Экзархата во время экспериментов по запуску врат неких Ушедших затянуло в них и выбросило в пустом пространстве. Он на большой скорости врезался в единственный имеющийся здесь астероид. Пилоты не ожидали перехода и не успели сориентироваться, переключившись на ручное управление, поскольку навигационный искин, на который они полагались, сгорел, как и почти вся электроника на борту. Во время крушения погибло больше двух третей экипажа и ученых. А выжившие большей частью были ранены, многие тяжело. Вскоре выяснилось, что система жизнеобеспечения дышит на ладан и проработает разве что два месяца. На призывы о помощи никто не ответил, их просто никто не услышал — здесь никого не было, даже звезд и планетных систем, не говоря уже о цивилизациях, только пустота.

В связи со смертью старших офицеров и научного руководителя экспедиции командование принял профессор физики Шай-Ор-Хаог, в прошлом служивший на флоте и вышедший в отставку в ранге старшего коммандера. После изучение ситуации ученый понял, что единственный выход — дождаться помощи, самим им не выжить. Он надеялся, что на родине смогут снова запустить врата Ушедших и найдут погибший корабль. Но когда это случится? Вряд ли скоро. Как тогда дождаться? На первый взгляд, это невозможно. Но на общем собрании выживших один из инженеров вспомнил о хранящихся в одном из дальних трюмов анабиозных капсулах. Это был выход, тем более, что, как выяснилось, данные капсулы имели свои мини-реакторы, способные проработать десятки тысяч лет. Их производили на найденном оборудовании древних, не особо понимая, как они работают. Дают энергию, и ладно, в Экзархате ко всему относились потребительски и большей частью пользовались заимствованными технологиями.

Предложение профессора о погружении в анабиоз, чтобы дождаться помощи, вызвало горячие дискуссии, хотя все понимали, что иначе не выжить. Поэтому после долгих споров решение было принято, и инженеры с техниками подготовили капсулы к работе. И через месяц последние члены экипажа уснули, не зная, проснутся ли они когда-нибудь.

— Альмия, они больше пятидесяти тысяч лет проспали… — ошарашено сообщил Тин-Халет, считав данные искинов капсул. — Неудивительно, что только четыре капсулы еще работают. Удивительно, наоборот, что все же работают, а не сдохли давным давно. Остальные больше двадцати тысяч лет назад приказали долго жить, а эти какие-то особые. Не знаю, в чем их особенность, надо разбираться.

— Когда они проснутся? — несколько невпопад спросила девушка.

— Так уже, лежат и пытаются понять, что происходит, да и дурно им после разморозки. Переходи на зангарский язык. Вот в этой капсуле руководитель экспедиции.

Альмия подошла к капсуле и увидела устремленный на нее растерянный взгляд пожилого человека со шрамом на щеке. Она мягко улыбнулась ему и негромко сказала на понятном ему языке:

— Добрый день, профессор! Мы обнаружили разбитый корабль и разморозили вас. Мы из ордена Аарн. Мое имя — Альмия Бармин.

— И вам добрый день, — хрипло ответил он. — Орден Аарн? Никогда не слышал о такой стране…

— И не могли, — сочувственно вздохнула девушка, ей было искренне жаль человека, потерявшего все родное и близкое, но и скрывать от него правду она не собиралась. — Извините за прямоту, но вы проспали больше пятидесяти тысяч лет. А мы вообще не из вашей вселенной.

— Больше пятидесяти тысяч лет… — повторил побелевший Шай-Ор-Хаог. — Святые боги! Да как же так⁈

— Дело в том, что врата закинули вас в так называемую закрытую мини-вселенную, вас и не могли найти. Причины почему это произошло я не знаю, для ее выяснения нужно исследовать эти самые врата. А нам некогда, нас ждет далекий путь домой через тысячи вселенных.

— Скольких удалось спасти? — взял себя в руки профессор. — Капсулы не предназначены для такого срока эксплуатации…

— Вместе с вами, четверых, — развела руками Альмия. — Остальные капсулы отключились очень давно, ваши четыре чем-то отличаются от остальных, потому и проработали столько.

— Я даже знаю чем отличаются, — обреченно вздохнул Шай-Ор-Хаог. — Они старые, производства Ушедших, найдены при раскопках, а остальные сделаны уже в Экзархате после обратного инжиниринга. Хоть реакторы в них тоже древние, но остальное явно было хуже, у нас не имелось нужных материалов. Заменили чем смогли.

Немного помолчав, он спросил:

— Что с нами будет?

— Для начала поместим вас в биованны и полностью вылечим, такой длительный срок заморозки не пошел вашим телам на пользу. Затем попробуем отыскать вашу вселенную, но, сами понимаете, обещать, что найдем, не могу — вселенных бесконечно много. В этом случае предлагаю лететь с нами, мы немало таких потерпевших кораблекрушения собрали по дороге. Если разделяете наши этические нормы, станете аарн и эмпато-телепатами. Если нет, то после возвращения выберете себе любую страну проживания — у нас освоена практически вся галактика.

— Вы телепаты⁈ — расширились глаза профессора.

— Да, становимся таковыми во время Посвящения в орден, — подтвердила девушка. — Как бы иначе я изучила ваш язык? Только взяв его из вашей памяти.

— И развита ваша цивилизация на порядки больше нашей, — задумчиво пожевал губами Шай-Ор-Хаог. — У нас об освоении всей галактики и полетах между вселенными даже не задумывались…

— Неизвестно чего достиг ваш народ за прошедшие тысячелетия, — попыталась утешить его Альмия. — Возможно, он уже перешел. Вам известна концепция Перехода в энерго-информационное состояние?

— Известна, — кивнул профессор. — Но в научной среде она считалась глупыми фантазиями доморощенных эзотериков.

— Нет, это не фантазии, — покачала головой аарн. — Задача любой цивилизации — совершить Переход. Однако эгоистичная цивилизация его никогда не совершит, скорее погибнет, только солидарная. Впрочем, сейчас вам не до философии, эти вопросы можно обсудить и позже. А пока прошу в медцентр, Целительница приготовила биованны и ждет. Кстати, прошу не удивляться необычному оборудованию, мы — большей частью биологическая цивилизация, у нас даже корабли живые.

— Биологическая⁈ — загорелись любопытством глаза ученого. — А я всегда полагал, что такие невозможны… Неправ оказался, получается. Будет очень интересно ознакомиться с вашими достижениями!

— Без проблем, — заверила девушка. — Вы можете ходить, чтобы пройти в соседний отсек, или перенести вас с помощью дроидов?

— Сейчас попробую, — ответил Шай-Ор-Хаог, осторожно садясь в капсуле. — Кажется, могу. А кто еще выжил?

— Не знаю, — покачала головой Альмия. — Они лежат и молча слушают наш разговор.

— Прошу встать! — повернулся к остальным трем капсулам профессор. — И представиться.

— Ло-Сай-Дораг, врач первой категории, — представилась средних лет почти лысая женщина с крупным носом, она явно села с большим трудом. — Вы правы, уважаемая, мне, по крайней мере, срочно требуется медицинская помощь, чувствую себя очень плохо.

— Ма-Ту-Руанх, — пискнула совсем юная девушка из третьей капсулы. — Техник. Простите, но я еще не могу двигаться…

— Хар-Ду-Саор, лаборантка, — медленно приподнялась еще одна девушка, очень красивая, с толстой русой косой. — Мне тоже пока трудно шевелиться, все болит.

— Сейчас поможем, — кивнула аарн.

Что она сделала, зангарцы не поняли, но стена напротив исчезла, открыв жутковато выглядящее помещение, напоминающее желудок какого-то огромного животного изнутри. Покрытые слизью и мелкими отростками стены противно шевелились, на потолке волновался лес черных щупалец, в полу бурлили розовой слизью четыре глубокие ямы.

— Мамочки! — ахнула лаборантка, схватившись ладонями за щеки. — Это что за ужас⁈

— Наш медцентр, — с понимающей улыбкой пояснила Альмия, реакция представителей технологической цивилизации на ти-анх была самой обычной. — Как я уже говорила, мы — в основном, биологическая цивилизация. Не беспокойтесь, вреда вам никто не причинит. В этих биованнах, — она показала на розовые ямы в полу, — человеку даже новое тело вырастить можно, а уж потерянные конечности и вовсе без проблем. Мы живем молодыми и здоровыми до тысячи лет.

— Невероятно! — широко распахнула глаза врач. — Хотела бы, если это возможно, ознакомиться с вашими способами лечения.

— Обратитесь к нашей Целительнице, — показала на подошедшую хиллару аарн. — Ее зовут Лиая-Ор. Она не откажет. А теперь прошу не сопротивляться, сейчас вас перенесут в ти-анх, встанете оттуда полностью здоровыми.

Из потолка выросли длинные, гибкие щупальца, которые осторожно подхватили размороженных и погрузили их в ти-анх. Одеты те были в простые серые комбинезоны без личных вещей, которые хранили в отдельном отсеке капсул. Вот только после столь долгого срока эти вещи явно пришли в негодность.

Лиая-Ор немедленно задала параметры сканирования пациентов, а получив результаты, только вздохнула и сказала:

— Только полное восстановление и преобразование тел по старшим алгоритмам, после тысяч лет замороженными у бедняг такое поражение клеток, что иначе не справиться. Причем для каждого надо разрабатывать свою программу, иначе никак. И лечение продлится не менее месяца.

— Месяца, так месяца, — пожала плечами Альмия. — Давно хотела спросить, как тебе у нас?

— Хорошо, — стеснительно улыбнулась хиллара. — Даже у нас дома не было такого доброго отношения друг к другу. Духовная атмосфера настолько светлая, что я словно купаюсь в целебном источнике все время. Душа отдыхает!

— Я рада! — улыбнулась аарн. — Ладно, пойду, надо еще понять, что это за провал в пространстве неподалеку.

— Давай лучше улетим, — поежилась Лиая-Ор. — Там что-то… нет, не страшное, но очень сильное и… безразличное. Оно нас раздавит, если что-то будет не по нему…

— То есть там кто-то разумный? — уточнила Альмия.

— Да, — неохотно подтвердила хиллара. — Кто-то могучий и безжалостный.

— Странно, что я сама не почувствовала… Хотя, когда применила сканирующее плетение, показалось, что в ответ пришло чужое, только…

— Что?

— Настолько профессионально выполненное, что я его не почувствовала, так, отголосок тени на грани восприятия, не более. Чей-то любопытный взгляд, так смотрят на ребенка, делающего что-то нелепое и смешное.

— Потому и говорю, что нам лучше улететь, — поежилась Лиая-Ор.

— Боюсь, не получится, если мы этого кого-то заинтересовали, — вздохнула Альмия. — Очень может быть, что нас привели сюда специально ради встречи с этим непонятным кем-то.

— Что, — встревожилась хиллара, — эти четверо тоже вам подходят? Тоже обладают высокой этикой?

— В том-то и дело, что обладают… — вздохнула аарн. — Схема работает, мы за всю дорогу так и не встретили ни одного пашу… Невероятно, но факт. Потому сейчас войду в транс и попробую пообщаться с этим кем-то.

— Ты очень рискуешь, — заметила Лиая-Ор.

— Другого выхода не вижу, — пожала плечами Альмия.

Покинув медотсек, она отправилась в рубку, где рассказала обо всем Тину-Халету, Дареку и Сайди. Они говорили эмообразами, поэтому их никто больше не слышал. Кроме невидимого и неслышимого свидетеля, но аарн о нем не знали. А древний все больше заинтересовывался этим странным то ли народом, то ли кланом, то ли еще чем-то. Орден настолько отличался от всего, с чем ему довелось сталкиваться за свою бесконечную жизнь, что оставалось только удивляться. Не могло само по себе возникнуть это невероятное общество! А значит его возникновение кто-то спровоцировал, кто-то сильный, кто-то из высших Сфер Творения, никому иному такое не было бы выгодно.

— Так что, ребята, я в транс, — завершила рассказ Альмия. — Попробую дозваться до этой непонятной сущности. Если что, помещайте меня в ти-анх и пробуйте вытащить из транса. Не уверена, что получится, конечно.

— Попробуем, — прищелкнул пастью гвард. — Но будь осторожна, пожалуйста! От могучих сущностей никогда не знаешь, чего ожидать. Вон куда нас всего лишь их детишки затащили! Как бы этот неизвестно кто еще дальше не забросил, с него станется. Думаю, он на это вполне способен.

Древнему стало смешно — вот ведь, ткнул пальцем в небо и угадал. Он действительно стоял на страже транспортной системы, которой уже миллиарды циклов никто не пользовался — ее создатели давно перешли, а молодые народы так ее и не обнаружили. А те, кто обнаружил, оказался незрелым и использовать не мог, для этого требовались как следует обученные операторы вероятности.

Вздохнув, Альмия отправилась в свою каюту, постелила коврик, на котором обычно медитировала, села в позу лотоса, поскольку чувствовала себя в ней наиболее комфортно, и принялась последовательно входить в транс, подобный тому, что требуется для подъема в Сферы Творения. Это удалось девушке на удивление быстро, словно кто-то невидимый помогал ей. А добравшись до средних слоев ментала, она сразу ощутила на себе чей-то поток внимания. Но обнаружить никого не смогла. Наконец, решившись, Альмия принялась выплетать поисковое плетение, показанное в свое время орденским магам Стевереном Ардаором. Но отпустить его не успела.

— Ай, как не стыдно, дитя, так небрежно работать! — накрыл девушку ментальный образ непредставимой мощи, такой мог быть, как минимум, у сверхсущности, а то и у кого-то повыше. — Я бы твоих наставников за такое небрежение долгом выпорол!

— Здравствуйте, уважаемый! — поздоровалась Альмия. — Простите, но я иначе не умею, даже это плетение показал нам очень опытный ментат, находящийся на грани личного Перехода.

— Только не думаю, что он выплетал его настолько небрежно, — укоризненно заявил неизвестный. — Придется мне тебя немного подучить, всегда считал своим долгом обучать молодых операторов вероятности.

— Искренне благодарна! — обрадовалась Альмия. — Но… Но нам нужно лететь домой! У меня нет времени…

— Не беспокойся, дитя, сколько бы времени ты ни провела в моих локациях, во внешнем мире пройдет разве что несколько ваших стандартных минут. К тому же ты научишься пользоваться транспортной системой, входом в которую является то, что ты называешь пространственным провалом. Эта система ускорит ваш путь вдесятеро, если не больше. Но для пользования ею следует стать опытным оператором вероятности, сейчас ты для нее еще никто, требуется, как минимум, планетарный уровень. А лучше системный.

— А что это за уровень? — оживилась девушка.

— Это способность создать из ничего планету и населить ее жизнью, возможно, даже видами, способными стать разумными, — доброжелательно ответил некто. — Кстати, можешь называть меня Древний. Мне миллиарды стандартных лет. Вы, аарн, меня заинтересовали, а я ведь считал, что в мироздании нет ничего, что способно вызвать мой интерес. Ошибся, получается, а значит далеко не все постиг, рано пока уходить. Системный уровень — это, соответственно, умение создавать звездные системы. Галактический — галактики. И так далее.

— Мамочки! — ошарашено пискнула Альмия, представив себе это. — Но сколько же мне придется этому учиться⁈

— Совсем недолго, — утешил ее Древний. — Каких-то двести-триста лет.

У девушки от столь «роскошных» перспектив все перед глазами поплыло. Одновременно она понимала, что отказываться нельзя — от такого не отказываются. Обучение у сущности возрастом миллиарды лет⁈ Подобной возможности больше никогда не представится! Утешало только то, что в реальном мире пройдет всего несколько минут.

— Я… Я согласна… — ментальный образ аарн дрожал, но одновременно демонстрировал ее решимость.

— Вот и хорошо, дитя, — удовлетворенно заявила сверхсущность. — Тогда приступим.

Альмия непонятным образом оказалась на бесконечной травянистой равнине, горизонта на ней не было — только бесконечная, тянущаяся вдаль плоскость. Воздух сгустился, и на траву ступил мужчина неопределенного возраста. Его внешность все время плыла и изменялась, ни одна черта лица не оставалась постоянной. От Древнего тянуло тяжелой, давящей силой. Девушка как-то сразу поняла, что ни одна реальность не выдержит его присутствия, просто схлопнется. Потому он и находился везде и нигде.

— Ну что же, дитя, начнем с использованного тобой плетения, — накрыл ее доброжелательный ментальный образ нового наставника. — Разберем его, — перед ними появилась раскладка плетения Стеверена, кое-как скопированная Альмией. — Это то, что сделала ты. А вот так оно должно выглядеть.

К счастью, полностью включаться в текущую задачу Кержак свою ученицу научил, и сейчас способность концентрироваться очень сильно помогла. Она принялась сравнивать две версии и сразу поняла, что сильно напортачила, оставив висячие концы, не завершив многие циклы и недоработав процедуры. Тогда как плетение Древнего было лаконичным, четким и выверенным до последней линии. Оно вызывало восторг уровнем исполнения. До такого далеко было и Кержаку, и Стеверену, а может, и покойному Командору.

— Теперь попробуй создать вот этот блок, причем создавай его сразу цельным, а не выплетай, — продолжил урок Древний.

— Разве это возможно⁈ — изумилась Альмия.

— Запомни, дитя, невозможного не существует. Все зависит только от тебя. Просто бери и делай. При должном уровне старания все получится.

Девушка поежилась, но послушно представила себе цельный блок и попыталась вывести его из воображения в реальность. Естественно, у нее ничего не получилось, только ошметки вероятностных нитей полетели во все стороны, от отдачи у нее заболела голова.

— Пробуй снова! — потребовал наставник.

Она пробовала раз за разом, час за часом, день за днем, декаду за декадой, без сна и отдыха, но почему-то не уставала и все время была свежа, словно только что как следует выспалась. А ведь раньше ее бы выбросило из транса через день локального времени, максимум! Одно это говорило многое о возможностях Древнего.

Прошло два месяца, прежде чем Альмия смогла материализовать сложный блок целиком, не выплетая его. Но наставник тут же задал ей более сложную задачу — организовать связь между разнородными блоками, имеющими связь с первозданными силами. Причем опять же не выплетая, это она сделала бы без особого труда, а целиком. Девушке было неимоверно трудно, но одновременно страшно интересно.

Она давно не помнила, сколько прошло времени, когда усвоила основное, с точки зрения Древнего, и была тут же переброшена в другую локацию — условное средневековье, где следовало создать и вывести к вершинам высокоэтичную цивилизацию. Причем все соседи вокруг были хищными и злобными. Мало того, следовало обойтись без насилия. Задача показалась Альмии невыполнимой, но она упорно начала решать ее. Сотни раз все рушилось, прежде чем она сумела найти выход.

Только когда объединившее планету государство запустило первые межзвездные корабли, девушка оказалась в новой локации. Она училась делать невозможное и невероятное, осваивала тысячи плетений, откладывая их во внешней памяти, а наставник привязал к ее душе один из пузырьков пены миров, где можно было хранить все, что угодно, от информации до космических кораблей. Ее сознание имело уже не шесть потоков, как раньше, а больше шестисот. И Альмия легко ими манипулировала.

Сложнее всего, наверное, оказалось работать с эгрегориальной Сетью, иначе она называлась Изнанкой мироздания. Там использовалась совсем другая математика, невероятно сложная и одновременно простая, но полностью чуждая. Освоить ее было почти невозможно, но Древний умел учить, и Альмия, в конце концов, разобралась. А разобравшись, поняла, как работать с транспортной системой, которую хранил ее наставник.

Наступило время последнего экзамена, и девушка оказалась где-то далеко, но однозначно в реальном пространстве, в огромном блуждающем вокруг желтого карлика астероидном поле — наставник, похоже, решил немного облегчить ученице задачу. Планет здесь не было, только астероиды и пылевые облака. Альмия поежилась и принялась стягивать огромные камни в кучу, одновременно сплавляя их в единое целое. Когда будущая планета обрела законченную форму, она принялась создавать на ней кислородную атмосферу. По завершении этого преобразовала всю пыль системы в воду и наполнила ею будущие океаны. Вычислила идеальные соотношения дня, ночи и времен года, после чего, наконец-то, занялась жизнью. Первыми девушка создала микроорганизмы и растения, и планета зазеленела. После этого настал черед рыб, земноводных и рептилий.

Сколько продлилась напряженная работа Альмия не знала, да это и не имело значения. Она творила и испытывала от процесса творчества изысканное наслаждение, ничто иное не могло с ним сравниться. И когда потомки хищных котообразных впервые встали на задние лапы, взяли в руки палки и разожгли огонь, она с гордостью сообщила наставнику, что закончила.

— Поздравляю тебя, планетарный оператор! — отозвался Древний. — Экзамен сдан. Можно было сделать лучше, но так тоже неплохо. Я прощаюсь с тобой, дитя! Но не навсегда, мы еще увидимся. Ты получила право использовать транспортную систему. Она не приведет вас сразу домой, но сильно сократит путь. До свидания!

— До свидания, наставник! — радостно улыбнулась девушка. — Огромное тебе спасибо!

— Не за что! Это мой долг — учить молодых.

Его присутствие перестало ощущаться. Альмия, осознав, что прожила в локальном времени четыреста двадцать лет, задумчиво хмыкнула и вернулась в тело, для которого прошло ровным счетом двенадцать минут. Вот только существо, открывшее глаза в ее каюте, уже не было той глупой и наивной девушкой-аарн, которой она являлось раньше. В ее глазах светились сила и мудрость.

— Ребята, готовьте корабль к старту, — вызвала пилотов Альмия. — Идите вот в эту точку, я выяснила, как использовать древнюю транспортную систему, провал — это вход в нее. Нам это вдесятеро сократит дорогу. Мы за несколько дней сможем вплотную приблизиться к мирам Хаоса. Иначе летели бы к ним лет пятнадцать, не меньше.

— Ты уверена? — недоверчиво спросил Тин-Халет, нервно передернув своим куцым хвостом.

— Да.

— Хорошо.

«Искатель» разогнался и нырнул в окруженный опаловыми языками пламени провал. Древний проводил взглядом скользнувший в великое ничто корабль и улыбнулся.

«Счастливого тебе пути, дитя!»

Глава 6.4

Тина Варинх задумчиво смотрела на человека, предложившего поискать Мастера в совершенно неожиданном месте — на Земле, откуда он был родом. Федор Николаевич Никитин, бывший полковник артиллерии русской армии, погибший во время мировой войны и вытащенный лор-лейтенантом Игорем Нагуровым из ниоткуда во время прохождения отряда Кержака через пропасть по светящейся дорожке. Он поддался уговорам бывших белых офицеров и стал аарн, даже прошел Посвящение, но от мыслей о Родине избавиться так и не смог. Вот и нашел предлог посетить ее. Компанию бывшему полковнику решили составить Николай Шаронский с женой Равлой и Ирна ран Сав. Тина и сама хотела отправиться с ними, но пока еще сомневалась, потому и решила встретиться с Федором сама.

— Почему ты думаешь, что Мастер может быть там? — наконец поинтересовалась она.

— Где вы только его ни искали, — пожал плечами полковник. — А там еще нет. Почему бы не проверить?

— Две части души Илара обнаружены в обитаемой галактике, точнее, одна в галактике, а вторая во внегалактическом шаровом скоплении. Осталось еще две. Главное — найти основу, тогда последнее воплощение отыскать будет проще.

— Вот и поищем на Земле. Моя интуиция буквально надрывается, говоря, что там происходит что-то важное.

— Что ж, почему бы и нет, аппаратура для перехода в закрытую область галактики сохранилась, — покивала Кровавая Кошка, ее эмообразы горели сдержанным интересом. — Нужно только доставить ее из Аарн Ларк. Но не думаю, что стоит отправлять большую экспедицию.

— Я тоже, — согласился Федор. — Трех дварх-крейсеров и боевой станции с сопровождением будет достаточно. Я уже говорил с Асиархом с «Пика Мглы», он не против снова отправиться туда. Даже Релир решил тряхнуть стариной и вспомнить прошлое, хотя давно уже дварх-адмирал. А вот легион возьмем сборный. По манипуле «Ищущих Мглу», «Бешеных Кошек», «Снежных Ягуаров», «Красных Волков» и «Ангелов Тьмы». Ты ведь с нами отправишься?

— Пожалуй, да, — после недолгого размышления подтвердила Тина, — сейчас как будто все затихло, можно потратить несколько месяцев на поиски. Вдруг получится найти. Хотелось бы еще четвертое воплощение обнаружить, пока все четверо не будут найдены, вернуть Мастера не получится, душа должна объединиться. Для этого потребуется еще и Аарн Дварх, а где его искать никто понятия не имеет, даже граф. Мару, тогда еще не Ирну, он покинул давно, она даже не заметила этого, и где теперь этот страшненький артефакт гуляет никто понятия не имеет. Это опасно.

Немного помолчав, она спросила:

— А чего лично ты хочешь от визита на Землю?

— Узнать, что случилось с моей родной страной, — не стал скрывать полковник. — Очень мне не понравилось то, что рассказал Игорь и другие русские. О революции и гражданской войне. Хочу знать, чем там все закончилось и как сейчас живется людям. Многие русские тоже заинтересовались этим, так что экипажи соберем быстро.

— Хорошо, принято, — кивнула Тина. — Работаем.

Подготовка была проведена довольно быстро, для экспедиции выбрали боевую станцию «Дальний Путь», а также дварх-крейсера «Пик Мглы», «Темный Всадник» и «Белый Дух», их сопровождали четыре номерных мета-корабля и шестнадцать фрегатов разведки. Также на станции имелись поисковые корветы в количестве и более четырехсот лам-истребителей. На всякий случай решили захватить также альфа-линкор «Стремительный».

Экипажи собрали за месяц, отбоя от желающих не было, многие земляне захотели навестить родную планету. Даже командиры легионов «Снежные Ягуары» и «Красные Волки», дварх-полковники Александр Бурцев и Остап Хомченко, решили слетать на Землю, желая посмотреть, что там изменилось и изменилось ли вообще. Все-таки на планете прошло больше ста лет, земляне вполне могли за это время выйти в космос.

Через два месяца экспедиция, подготовка к которой шла в столичной системе Кэ-Эль-Энах, снялась с орбиты девятой планеты системы и вышла за плоскость эклиптики, где в десяти световых минутах их ожидала боевая станция. Обменявшись кодами и объединив биокомпы в единую сеть, орденские корабли разогнались и нырнули в гиперпространство, двигаясь к окраине галактике. Они летели в точку, откуда можно было проникнуть в закрытую область пространства, в которой время шло в два раза быстрее.

Никто из аарн еще не знал, что это послужит началом событий, которые изменят не только орден, но и всю жизнь в обитаемой галактике.

Со временем.

* * *

По ночным улицам Красноярска и близлежащих городков и поселков скользили почти невидимые тени, заметить которые обычные люди не могли, отвод внимания прекрасно работал. Воины Пути проводили операцию очистки от набившихся в город последних серых Земли. Одного только не понимали старшие мастера — что этим сволочам понадобилось в Сибири? Почему они съехались сюда со всей планеты? И причину этого обязательно следовало выяснить, для чего придется брать множество пленных, а особенно руководство. Если удастся понять, кто в него входит.

Игорь не думал, что его тоже привлекут, но привлекли, сэнсей Хироси сказал, что негоже одному из лучших мечников города оставаться в стороне, когда остальные собой рискуют. Парень спорить не рискнул, но не ждал от всего этого ничего хорошего. Понимал, что обязательно проколется. Придется все же признаваться — и будь что будет.

Вместе с пятью другими старшими учениками из того же зала молодого волхва отправили на зачистку гнезда серых в Сухой Балке, где те устроили подземное убежище. С молодежью отправился один из мастеров, грек Андреас Димопулос, мужчина лет тридцати на вид, очень неплохой боец, но Игорь понимал, что без особого труда справится с ним, если придется схлестнуться. Его уровень за полгода, прошедшие с момента возвращения в Красноярск из владений яги, очень сильно вырос, но парень старался его не особо показывать. Однако сэнсей после первого же спарринга все понял и скупо похвалил ученика, сказав только, чтобы нос слишком сильно не задирал, найдутся бойцы и покруче. Но если Игорь будет стараться, то года за два станет мастером.

Во время пребывания в гостях у яги парень многому научился, та охотно делилась знаниями, передавая их прямо в его память. Требовалось только освоить, чтобы получить практический опыт. На следующий после прибытия день Игорь отправился с лешим к «болотцу», оказавшемуся огромным и почти бездонным болотищем, где чего только ни водилось. Оно начало пересыхать, поскольку иссяк подземный источник, питающий его. Исправить это оказалось довольно трудно, но молодой волхв справился, его такому учили. За что получил благодарность и благословение лесного хозяина. Тот даже пообещал прийти на зов Игоря, если тому понадобится скрыть какой-то лес от чужих глаз. А это однажды понадобится — любой лесной волхв годам к сорока создавал себе средоточие силы, к которому никто, кроме него самого, не имел доступа.

Слова яги о том, что у него будет пять любимых женщин, сильно задели молодого волхва. Он долго думал об этом, пытался вслушиваться в себя и внезапно понял, что Тина и Ирна вскоре будут на Земле, они, похоже, летят сюда. Но кто пятая? Как ее найти? Игорь понятия не имел, но с тех пор всматривался в каждую встречную симпатичную девушку, ведь яга сказала, что он сразу узнает свою суженую. Никто пока не заинтересовал. Сами же девушки буквально кидались на парня, он вызывал у них дикое желание, в том же университете десятки студенток пытались познакомиться, приходилось изобретать множество способов, чтобы избегать этого — ему хватало и тех, кого вечерами приводили Арина с Маришкой. На них бы сил достало! Тратить все время на женщин Игорь не собирался, хватало других забот.

Скорое прибытие аарн сильно беспокоило волхва, ведь Командором он себя по-прежнему не ощущал. Да, память того вернулась почти в полном объеме, но это была не его память, а словно какое-то кино. Безусловно интересное и волнующее, но всего лишь кино. Как с этим быть? Игорь понятия не имел, но осознавал, что искать выход все равно придется. Особенно теперь, когда женщины Командора летят сюда.

— Стой! — поднял руку назначенный командовать отрядом старший ученик Леонид, которого все из-за добродушного характера звали просто Леней. — Ребят, что-то не нравится мне обстановка. Воронье над балкой что-то сильно раскаркалось. Готовят там что-то.

— Может, и готовят, — пробурчал Зураб, — единственный, наверное, дагестанец в среди Воинов Пути города. — С этих паскуд станется. Надо кому-то вперед сходить.

— Давайте я, — предложил Игорь. — Я же еще и волхв, так что под скрытом пойду, не заметят.

— Иди, — позволил Андреас. — Только сразу вызывай через халтан, коли чего не так.

Халтаны выдали всем участвующим в зачистке, в том числе и молодому волхву. Жаль только времени освоить как следуют эту чудную штуку не было, особенно хороши оказались, по его мнению, деструкторы, разрушающие любую материю в молекулярную пыль. Да и возможность мысленным усилием превращать комбез в любую другую одежду и его защитные свойства немало стоили, парень даже из снов об ордене не помнил ничего подобного. Их живые комбезы и скафандры до халтана не дотягивали.

Набросив на себя плетение скрыта, Игорь направился к Сухой Балке, только называвшейся так, а на самом деле представлявшей собой не слишком большой пригородный поселок. Он несся, словно призрак, буквально стелясь над землей. Ощущение, что опаздывает, внезапно возникшее, стоило начать движение, не давало покоя. А таким ощущениям следовало доверять, они ни разу еще не подводили молодого волхва. Что же задумали серые? Вот же неймется тварям поганым!

Миновав пустую ночью автобусную остановку, он добежал до небольшого лесного массива в окружении Степной улицы, а там сразу вошел в слияние с лесом, взлетел на дерево и, напоминая Тарзана, понесся среди крон, абсолютно бесшумно, только легкий шелест листвы сопровождал прыжки молодого волхва с дерева на дерево. Ни одна обезьяна, наверное, не смогла бы такого повторить.

Люди в поселке спали, причем спали не естественным, здоровым сном, а наведенным, тяжелым и вытягивающим силы. Это говорило о том, что их усыпили, чтобы не помешали чему-то. Игорь тут же передал сообщение об этом Андреасу и Леониду, попросив вызвать, они вшестером могут и не справиться. Командир отряда, тоже встревожившись, без промедления связался с сэнсеем. Тот, зная, что его воспитанники зря паниковать не станут, распорядился выдвинуть к Сухой Балке резервы.

Поисковые плетения принесли результат, и Игорь направился к небольшой поляне почти в самом центре леска. Достигнув ее, замер на большой ветке, осматриваясь. На первый взгляд ничего необычного. Хотя, если присмотреться, то в центре поляны виднелось какое-то слабое мерцание. Там явно что-то было. Но что? Молодой волхв попытался разглядеть это в разных диапазонах зрения, но ничего не увидел. Тогда он вспомнил плетение истины, показанное прошлым летом ягой, и применил его. После чего выругался. На поляне проявился провал, ведущий в глубины земли. Оттуда веяло отчаянием, болью и горем. Там что-то происходило, что-то очень нехорошее.

«Андреас, — вызвал Игорь командира отряда через халтан, а те были все завязаны в единую сеть, — видишь провал?»

«Вижу, — отозвался тот. — Жди нас, сам не суйся».

«Нельзя ждать, иначе опоздаем, — возразил молодой волхв. — Придется рисковать. Там что-то прямо сейчас творится, если это не остановить, то последствия будут паршивыми. Чувствую я это. Так что я пошел, а вы за мной следом».

«Хорошо. Учителю я сейчас сообщу».

Выведя защитные системы халтана на максимальный уровень, Игорь прямо с дерева прыгнул в провал, по дороге срубив эл-мечами, преград для лезвий которых не существовало, двух непонятно откуда взявшихся серых. Тревогу они поднять не успели, умерли мгновенно, рассеченные напополам.

Внутрь вел узкий проход, весь завешенный охранными плетениями, в основном темными, хотя попалась и парочка светлых. Окутав себя еще одним скрытом, опять же показанным старой ягой, волхв понесся вниз по узкой лестнице, на которой, как ни странно никого не было. Зато снизу ощущалось присутствие большого числа людей. И, что хуже всего, оттуда несло свежей кровью, ее тяжелый запах спутать с чем-либо было невозможно. Похоже, серые опять затеяли большое жертвоприношение. Чего они хотят этим добиться? Эх, опоздали наставники с атакой, раньше надо было брать тварей, пока не натворили ничего. А теперь их так просто не возьмешь.

К счастью, яговский скрыт сработал, и Игорь скользил по лестнице, не потревожив ни единого чужого плетения. Спускаться пришлось минут пять, прежде чем он оказался в большом круглом зале, стены которого усеивали сложные магические схемы. А уж сложность нарисованных на полу фигур вообще зашкаливала. В их узловых точках торчали шипастые колья с насаженными на них телами еще живых людей, мужчин и женщин. Несчастные глухо стонали, сходя с ума от боли. Им не позволяло умирать особое плетение.

Творец, зачем все это⁈ Чего они этим добиваются⁈ Чтобы выяснить, следовало взять главарей живыми. А значит, следует хорошо продумать атаку. Остальные из их группы должны уже добраться до входа в подземный «храм», он отправил запрос Андреасу, тот ответил, что уже входят, попросив быть осторожнее. Подмога должна прибыть через пять-десять минут, сюда идет сам сэнсей в сопровождении старших мастеров. К сожалению, переместиться по нити в незнакомое место было нельзя.

Шестеро обнаженных по пояс серых заливали собранной в ведро кровью жертв канаки фигуры на полу, в центре ее горела призрачным светом пентаграмма, на углах которой медленно умирали на ритуальных алтарях пять когда-то красивых, а ныне страшно изуродованных и искалеченных девушек. В центре устанавливали искривленный, покрытый шипами толстый кол, к которому еще двое тащили еще одну русоволосую девушку. Она вырывалась, кричала, плакала, умоляла отпустить, но тварям не было дела до ее мольбы. Наоборот, к бедняжке подошел средних лет азиат и принялся наносить на ее тело ритуальные порезы кривым ножом, от чего бедняжка принялась кричать совсем уж надрывно.

В какой-то момент жертва подняла голову, уставившись в темноту широко распахнутыми, наполненными отчаянием и ужасом глазами, и Игоря словно ударили под дых. Яга говорила, что он обязательно узнает свою пятую. И волхв узнал — это была она. Позже, вспоминая случившееся, он решил, что в тот момент сошел с ума, ничем иным объяснить его поведение было невозможно. Да и не способен он был сотворить то, что сотворил, в обычном состоянии.

Сменив эл-мечи на деструкторы, Игорь принялся отстреливать подонков, первым делом уничтожив держащих девушку, затем устанавливающих кол. «Жреца» он не убил, только сжег ему одну ногу. А затем парень сорвался в безумный вихрь, он снова вызвал эл-мечи и принялся сечь забегавших в зал серых на куски. Они ничего не могли противопоставить ему, хотя пытались. Особенно старались колдуны, только все их заклятия и плетения скатывались с молодого волхва, как вода с промасленной бумаги. Автоматные очереди тоже ничего не давали, пули исчезали в защитном поле халтана.

Прошло две минуты, и к Игорю присоединились шесть Воинов Пути. Обычных серых они безжалостно резали, а тех, кто постарше, обездвиживали для последующего допроса. Вот только откуда-то набегали новые и новые бойцы, и довольно неплохие бойцы. Их были сотни, и это вызывало удивление — откуда они взялись? Портал, что ли, в глубине подземелья открыт?

В какой-то момент в зал спустились сэнсей и старшие мастера, тут же вступив в бой. В итоге сопротивление серых вскоре было сломлено, их поток иссяк — в глубине подземелья действительно обнаружили портал, созданный довольно необычным образом. Он вел на болтающийся в Тихом океане большой круизный лайнер, сейчас полностью пустой. Остался только обслуживающий персонал, который ничего о делах своих хозяев не знал.

Игорь двинулся к русоволосой девушке, тихо подвывающей от боли и страха. Вот только он не учел того, что «жрец» может прийти в себя, а тот пришел, подполз к суженой волхва и несколько раз ударил ее в живот кинжалом, после чего безумно захохотал, сквозь смех прорывались слова о том, что все равно никуда от своей судьбы мессии не деться. Парень в отчаянии ринулся к девушке и упал перед ней на колени, взмахом ладони отправив одноногого серого в беспамятство. Но было поздно, бедняжка умирала на его руках. Она широко распахнула глаза и едва слышно проклекотала:

— Я тебя во сне видела-а-а… Ты-ы-ы при-и-ише-е-ел…

И задергалась в предсмертных судорогах. То, что случилось после этого, никто не мог предугадать. В сознании Игоря словно что-то взорвалось, он вскочил, выплетая какое-то сложное, невероятное сложное плетение, которое в обычном состоянии никогда бы выплел. Он сводил воедино то, что нельзя было использовать вместе, не осознавая этого. В голове билась только одна мысль: «Спасти! Спасти ее!».

— Ты что творишь, парень⁈ — раздался сбоку изумленный возглас сэнсея, но Игорь не обратил на него внимания.

Он вливал в свое плетение саму свою жизнь и суть, отдавая не просто себя, а свою душу. И не знал, что где-то далеко в неизведанных пространствах шевельнулся, ощутив инициацию своего хранителя, древний артефакт — Аарн Дварх. И двинулся к нему через бесчисленные реальности, одновременно снабжая энергией, поскольку носитель делал что-то ему недоступное и мог погибнуть, а создание Владыки Хаоса не хотело снова ждать.

Тело умирающей девушки вздернула в воздух некая невидимая сила, его, а затем и всех остальных жертв скрыла многоцветная пелена, напоминающая туман, но тяжелая и блестящая. Сэнсей, понявший, что происходит нечто невероятное, отдал команду оттянуться к стенам зала, наблюдая за странным парнем и пытаясь понять, что тот делает. А этот ученик лесных волхвов действительно был очень странным, старик не раз размышлял о нем — что-то с ним было не так, такое мастерство в его возрасте было необычным. А уж то, что он творил сейчас и вовсе ни в одни ворота не лезло. Игорь явно спасает пострадавших, хотя сам Хироси полагал, что спасти их не сможет даже Повелитель или Госпожа, собирался даже отдать приказ добить их, чтобы не мучились. Но теперь он в этом уже не был настолько уверен.

Незримая сила, присущая скорее божеству, чем человеку, нарастала, у всех людей в зале заныли зубы и волосы встали дыбом. Казалось, сюда заглянул некто невероятно могучий и доброжелательно потрепал чеканящего жутковато звучащие заклятия парня по плечу. Хироси четко ощущал присутствие этого некто и понимал, что сюда снизошел кто-то из сверхсущностей, причем как бы не сильнее Повелителя. И эта сверхсущность явно благоволила к ученику лесных волхвов, помогала ему. Но почему⁈

Над скрытыми разноцветным туманом телами жертв вспыхнул яркий белый Свет, и это однозначно был истинный Свет, сама первооснова. А затем на них навалилась мягкая тяжесть истинной же Тьмы. Затем две первоосновы уравновесили друг друга, и возникло ощущения присутствия третьей — Равновесия. После этого наступил черед Порядка и, как ни удивительно, Хаоса. Но последний не нападал, не растворял все вокруг, а работал в одной связке с остальными. И это было абсолютно невозможно!

Чей-то стон заставил пространство вокруг заколебался, и Хироси ощутил присутствие Белой Леди, той, которой не ждут. Она молча наблюдала за происходящим, а затем… благословила тех, кто должен был пойти с ней, и ушла сама, не забрав их. Как это возможно⁈ Леди всегда забирает предназначенных ей! Иначе просто не бывает! Старого сэнсея колотило, он понимал, что стал свидетелем чего-то такого, чему и названия нет.

Под потолком зала возникло свечение, нарастающее с каждым мгновением, из него на жертв просыпались белые, трепещущие огоньки. Хироси осознал, что в тела умерших возвращаются ушедшие в белый канал души, и вздрогнул. То, что делал сейчас этот парень, было под не под силу ни одному человеку, не его это прерогатива — души в мертвые тела возвращать. Как? Как он смог это сделать⁈ Почему ему помогли свыше⁈ А ему однозначно помогли, ничем иным все это объяснить было невозможно.

— Инициировался все же… — прохрипел с пола одноногий «жрец». — Не делся никуда от свой судьбы… Ха-ха-ха…

Он захрипел, но при этом победно улыбался. Встревоженный его словами Хироси посмотрел на Игоря, продолжающегося творить запредельную магию, и покачал головой — ошибся этот подонок, не серой грязью шибало от парня, совсем не ею, а чистыми первоосновами.

Ученик волхвов, тем временем, завершал ритуал. Прозвучали последние катрены, незримая сила придавила всех в зале к полу, а затем медленно ослабела и исчезла. Вместе с ней перестало ощущаться присутствие первооснов. Туман вокруг жертв рассеялся, и выяснилось, что все они живы и полностью здоровы, даже те, кто был насажен на колья, сейчас стояли на своих ногах и ошалело оглядывались, не понимая, что происходит.

Поняв, что нужно срочно что-то предпринимать, пока люди не впали в панику, Хироси достал жетон, выданный на такой случай Повелителем, подошел к сбившимся в кучу жертвам и громко объявил:

— Имперская безопасность! Вас спасли во время спецоперации. Всем пострадавшим будет выплачена компенсация, однако вам придется дать подписку о неразглашении. Пожалуйста, не надо задавать лишних вопросов, операция секретна, единственное, что могу сказать — вы попали в руки сектантов, но мы успели вовремя.

— Благодарим вас! — наклонил голову высокий мужчина. — А что делать с тем, что мы помнит, как нас медленно убивали?..

— Гипноз, — коротко ответил сэнсей. — Майор, — обратился он одному из старших мастеров, тот действительно служил в МИБ и имел указанное звание, — выведите людей, перепишите их и развезите по домам. Не местных определите в гостиницы.

— Будет сделано, товарищ полковник, — принял игру тот. — Прошу следовать за мной.

Зная, что с имперскими спецслужбами лучше не спорить, спасенные потянулись за майором. Вскоре в зале остались только Воины Пути и Игорь, держащий на руках улыбающуюся ему русую девушку. Ученик волхвов выглядел смертельно уставшим. Да и неудивительно — после такого-то.

— Что ты сделал, парень? — подошел к нему Хироси.

— Я и сам не знаю, что это было… — тяжело вздохнул Игорь. — Наваждение какое-то. Когда понял, что она сейчас умрет, — он кивнул на девушку, спрятавшую лицо у него на груди, — словно с ума сошел.

— Да все ты знаешь… — прошипел с пола одногий «жрец», так и оставшийся искалеченным, его, как и остальных серых, первоосновы почему-то исцелять не стали. — Ты не ушел от своей судьбы!

— Дурак! — рассмеялся молодой волхв, разворачивая свою ауру, она сияла и переливалась первородными, чистыми цветами, грязи в ней не было и в помине. — Смотри! Ничего у вас не вышло! Что, опять хотели меня на живца поймать? Нашли ее и думали, что принеся мою суженую в жертву, заставите стать тем, кто вам нужен! А вот хрен вам, сволочи!

— Но почему?.. — сквозь зубы застонал серый. — Все должно было получиться…

— Да потому, что вы идиоты! — брезгливо выплюнул Игорь. — Я уже говорил одному из ваших, что перед тем, как привязывать свой эгрегор к ребенку, надо было проверить чья душа в него пришла. А вы не проверили! Да, я еще не он, но я почти все вспомнил!

— И чья же душа в тебе? — хрипло спросил «серый».

— Тебе его имя ничего не скажет, но могу и назвать. Илара ран Дара, Командора ордена Аарн! Великого мага возрастом больше двадцати тысяч лет. Не вам, убогим, с ним тягаться. Скажите спасибо, что я еще не он, он бы вас одним плетением с лица земли стер.

Игорю надоело прятаться, надоело притворяться, он решил больше ничего не скрывать — надоело! Из серого после его слов словно вынули стержень, он опал и закрыл лицо ладонями лицо, осознав что окончательно проиграл.

— Насколько я понял, они охотились за тобой? — холодно спросил сэнсей. — И да, я знаю, кто такой Илар ран Дар, Повелитель предупредил старших наставников, что этот маг может появиться на Земле. Но искали серые тебя не поэтому, они как раз не знали о Командоре. Кто ты еще? Зачем ты им? Чего они хотели от тебя добиться?

— Я тот, из кого они хотели воспитать серого мессию, — криво усмехнулся Игорь. — И сразу после моего рождения привязали мою душу к эгрегору денег, который я сегодня отторг и хорошенько придавил. Но меня маленького украли у них лесные волхвы, не дав провести инициацию после убийства родителей, и воспитали по-своему. Вот серые и бегали за мной, надеясь заставить инициироваться и стать тем, кто им нужен. Но я никогда бы на это не пошел, когда они меня почти взяли, был готов применить связку Осириса, только чтобы не попасть им в руки.

— Ты готов был уничтожить собственную душу, лишь бы не стать серым мессией? — улыбнулся Хироси, почему-то сразу поверивший парню, он откуда-то знал, что тот не лжет.

— Да, и сейчас готов, если потребуется, — заверил молодой волхв. — Так что если Повелитель решит уничтожить меня, то что ж, пусть будет так.

— Повелитель не станет ссориться с Владыкой Хаоса, который наблюдает за тобой, — отрицательно покачал головой сэнсей. — Теперь я понял, что недавно сюда приходил именно он. Без его помощи сотворить то, что сотворил ты, невозможно. Да и не будешь ты серым мессией, это ясно, как божий день.

— Тогда могу только поблагодарить, — улыбнулся Игорь. — Можно тогда я домой? Мне с девушкой поговорить надо. Мне ее появление яга предсказала, да-да, не удивляйтесь, старая опытная яга, они не все ушли с Земли. Только не думал, что это случится… вот так.

— Хорошо, — кивнул сэнсей. — Но завтра с утра как штык в зале. Прибудут Повелитель с Госпожой, они явно захотят с тобой пообщаться.

— Буду, — пообещал Игорь.

Затем он поцеловал девушку в доверчиво приоткрытые навстречу губы и тихонько спросил:

— Как тебя зовут, родная?

— Саша, — так же тихо ответила та. — Александра.

— Пойдем домой? Только у меня не одна женщина. Они нас ждут.

— Я знаю, я вас всех во сне видела… Пошли…

Игорь встал, все еще держа Сашу на руках, кивком попрощался с сэнсеем и исчез, переместившись неизвестным старику способом, на что тот только головой покачал.

Реальность в очередной раз изменилась. И все пошло совсем не так, как кое-кто из сильных планировал и предполагал.

В одной далекой реальности загорелась новая звезда.

Эпилог

Что-то произошло, что-то фундаментальное и невозможное. Каждый аарн, где бы он ни находился, встрепенулся, ощутив на короткое время присутствие Мастера. Это значило, что тот ожил. Где-то. Как-то. Почему-то. И его следовало найти. Как можно быстрее, ведь они так по нему соскучились.

Многие сверхсущности, ожидавшие совсем иного, вынуждены были скорректировать свои давно разработанные планы. Что-то основополагающее сдвинулось в Сферах Творения. Адай Аарн в глубинах иных реальностей только улыбнулись, они, в отличие от других, понимали намного больше. Досадливо скривились Эрсай, случившееся меняло для них очень многое. А остальные все это просто проигнорировали, у них хватало своих забот и проблем.

Тина, ощутив краткое пробуждение Командора, обрадовано вскрикнула и ринулась искать Ирну, которая, как выяснилось, мирно спала в своей каюте и все пропустила. Зато она видела сон, в котором совсем молодой на вид Мастер держал на руках русую девушку и нежно целовал ее. Что ж, они были совсем не против третьей подруги.

В непредставимой дали улыбался Владыка Хаоса. Освободивший его не разочаровал древнюю сверхсущность. Он достоин! Но пока ему еще рановато знать, чего именно он достоин и что его ждет. Ничего, можно и подождать еще несколько сотен или тысяч лет. Не к спеху.

Где-то в самых Высших Сферах зазвенели серебряные колокольчики, затем прозвучала торжествующая трель — еще одна крылатая душа прошла испытание и вскоре будет готова к вознесению.

Но всему в мироздании свое время.

Санкт-Петербург,

Ноябрь 2024 г. — Апрель 2025 г.

Nota bene

Книга предоставлена Цокольным этажом, где можно скачать и другие книги.

Сайт заблокирован в России, поэтому доступ к сайту через VPN. Можете воспользоваться Censor Tracker или Антизапретом.

У нас есть Telegram-бот, о котором подробнее можно узнать на сайте в Ответах.

* * *

Если вам понравилась книга, наградите автора лайком и донатом:

Отзвуки серебряного ветра. Мы – ищем! Прорыв. Часть вторая

Content

Отзвуки серебряного ветра. Мы — ищем! Прорыв. Часть вторая

Глава 1.1

Глава 1.2

Глава 1.3

Глава 1.4

Глава 2.1

Глава 2.2

Глава 2.3

Глава 2.4

Глава 3.1

Глава 3.2

Глава 3.3

Глава 3.4

Глава 4.1

Глава 4.2

Глава 4.3

Глава 4.4

Глава 5.1

Глава 5.2

Глава 5.3

Глава 5.4

Глава 6.1

Глава 6.2

Глава 6.3

Глава 6.4

Эпилог

Nota bene