Семь Нагибов на версту часть 6

Глава 1

Семь нагибов на версту

Том 6

Глава 1

— Баг, тупой ты ублюдок! Какого хрена ты творишь⁈ — с трудом выбравшись из-под грузного тела паучихи, я возмущенно посмотрел на рыжего, который с невозмутимым видом отряхивал себя от мусора. Отряхивалось плохо, но он старался.

— Я нас освободил — какие проблемы? Надо было самому тогда спасаться, а не вопить как резаному.

— Да нет никаких проблем, кроме того, что мы могли это самое твоё освобождение и не пережить! Эй, глупые самки, хватит валяться жопами кверху! Я вижу, что вы уже пришли в себя и готовы в бой, мочить супостата. Для глупых напоминаю, что он выглядит как мужик с рыжей шевелюрой и откликается на глупое прозвище…

— Буй, я тебя сейчас буду бить, — резко отозвался тот. — И наверное, ногами. Больно.

— Прилетала тут синица, грозилась море поджечь. Мне это часто обещают, но ни один ещё не сдержал своих обещаний. Так что отвянь, зануда, и осуществляй свои влажные фантазии с с теми, кто их оценит. А если такой умный, то лучше подумай, как мы наверх подниматься будем. Нет, я могу, конечно, полететь. Да, точно, я полечу, а вы сами уже.

— Умеешь летать?

— Все нормальные маги это могут. Вон, на Гордеева посмотри — парит аки птица. Или фея твоя — тоже видела небо не только снизу.

— Сможешь всех утащить, раз такой сильный?

— Смогу, если ответишь, на хера это мне? Пока мы с вами тут мило так общаемся, Первый отхватывает. Вот нюхом чую, что ему там плохо.

— Значит, мы должны помочь. Тащи нас наверх.

— Я тебе что, персональный водитель, что ли⁈

— Еще один ящик Квабульки?

— Вот с этого и надо было начинать. Нагибины за спасибо не работают. Держитесь крепче — Ямир экспресс сейчас вам покажет всю свою крутость и скорость!

Ох ты ж, мать моя берегиня — а силы-то я не рассчитал! Тяжелые они, что писец, особенно орк. В нем килограмм двести, наверное, а то и больше.

— Что-то медленно работает твой экспресс, — насмешливо заметила фея, летя рядом.

— А все потому, что кто-то слишком много жрет, — огрызнулся я. — Хотите быстрей, надо избавиться от балласта. Зеленый идеально подойдет.

— Нет, — Баг был сосредоточен. — Летим все. Тем более, что время есть — я знаю.

В общем, кряхтел я от натуги минут тридцать точно. И когда поднялся до верха, был полностью опустошен. Мой бездонный, казалось бы, источник в первый раз показал дно, и я едва не рухнул на пол, когда мы оказались там, откуда упали.

— Нам сюда, — Баг, посмотрев на бумажку, нажал неприметный кирпич, который открыл проход в стене. Сам я уже идти не мог — выдохся, поэтому меня подхватили под руки и потащили наверх.

— Стоим, ждем. Буй, не дергайся, я на тебя морок накинул, чтобы не заметили.

— Не заметили что? — не понял я.

В ответ тот повел рукой, и стена стала прозрачной, видимо, только с одной стороны. И то, что я увидел, мне очень не понравилось. Гордый, весь в крови, гордо стоял один, без команды. Вокруг него была толпа дам разной наружности, но все как одна со злющими лицами. Удар, еще один… Да они же его сейчас грохнут! Хер им, не в мою смену!

Я рванулся так, что кости затрещали, но у меня на плечах повисли орк и вампир.

— Отпустите, с*ки!!! Он же сейчас сдохнет!!!

— Не сдохнет, — Баг стоял с сосредоточенным видом, но ничего не делал.

— Я вам все кости переломаю, как приду в себя! — пригрозил я тем, кто удерживал меня. Попробовал опять рвануться, но не вышло. Ну и что мне оставалось делать? Только бессильно материться, потому как источник, хоть и наполнялся, но очень медленно. Будто ему что-то мешало это делать. Так что я загнул так, что даже стены покраснели.

— Да хватит уже! — рявкнул Баг, потеряв терпение. — К нему помощь пришла. Как я и думал.

Я посмотрел в ту сторону — мать моя берегиня! Да тут вороны со всего мира походу слетелись! Жесть. А уж как они расклевывали дамочек — век бы смотрел! Ну, и активно гадили на головы — не без того.

Потом появились боги, потому как наши победили и без нас. И зачем тогда мы вообще были нужны, спрашивается? А потом стена, разделявшая нас с Гордым, растаяла, и мы, подхваченные эфиром, полетели вперед.

— Ну, и на хрена был этот спектакль? –поинтересовался Хранитель. — Могли бы и помочь.

— А я и не собирался все делать за него, — спокойно ответил Багрянин. — Спасение утопающего — дело рук самого утопающего. Было бы совсем критично — вмешались бы. А так он все сделал сам — молодец.

— Вы все видели⁈ — обалдел Гордеев.

— Ага. Они меня держали. А я так хотел набить морду этим су*ам! — вылез я вперед, стряхнув орка и вампира. Источник заработал в полную силу и теперь я уже мог жахнуть. — Не по-пацански это — стоять в стороне, когда твоего друга бьют. Сорян, Первый, но Баг походу с гнильцой оказался.

— Я твоей мордой сейчас весь пол вытру!!! — вспыхнул тот. — Он мог справиться сам — и справился. Ты же видел, что мы полностью контролировали ситуацию и успели бы вмешаться!

— Бла-бла-бла… Именно так и говорят всякие трусы.

— Готов ответить за свои слова⁈

— Да хоть сейчас. Да не держите меня, самки богомола! — Я попытался двинуться к рыжему, но на мне опять повисли эти самки. — Все равно по возвращению вы пойдете на хер, вместе со своими планами! А ты, Баг…

— Думаю, ему тут больше нечего делать, — высказался Перун, и открывшийся портал втянул в себя всю нашу компанию.

Я огляделся и обнаружил себя сидящим на полу. Тут же был и Перун с Лихобором.

— Я злой настолько, что у автора слов не хватит, чтобы описать мое состояние! -с угрозой заявил я им, готовясь хорошенько врезать. Правда, кому конкретно, я еще не определился, но за этим дело не станет. Впрочем, эти… сидящие тут, идеально подойдут.

— Остынь, Ямир. Все закончилось. Вы справились — молодцы. И достойная награда не заставит себя ждать. Первое — ты уже знаешь координаты своего мира…

Я прислушался к себе — ага, знаю, но…

— Но… — продолжил он, — сейчас ты туда переместиться не сможешь. Для открытия такого перехода и стабилизации временных потоков тебе нужна благодать. Я специально тебе пока ее не давал, дабы ты уверенно освоил остальные стихии. Но теперь уже можно.

Он картинно повел рукой, и я тут же почувствовал, как внутри меня будто надулся небольшой пузырь, а после лопнул, окатив внутренности энергией.

— Научись с ней работать и тогда сможешь отправляться туда, куда захочешь. Кстати, советую, как освоишься здесь, посетить мир Гордеева. Там теперь концентрация благодати выше и у тебя лучше получится ее понять и принять.

Что же до остального — дарую тебе право призыва меня на поле брани. Ну, не меня лично, конечно — этого мироздание не потерпит, а моего духа. Поверь мне, это более чем достойная награда.

— Ладно, принимается, — скрипнул я зубами, все еще злясь. — А с этими что? Ну, с Марго и её компанией?

— С ними сам разберешься. Но в принципе награду я им уже выдал, — как-то засуетился он, пряча глаза.

Падазрительна!!!

— И что за награда? — подобравшись, приготовился я к прыжку. По-любому успею схватить его за бороду и стукнуть об стол. Прежнее почитание, если и было, растаяло без следа.

— Сам узнаешь. То не моя тайна. Все, иди уже, а то заждались тебя…

— Что за награда, гад?!!! — в бешенстве заорал я, чувствуя, как меня против моей воли затягивает портал.

Моргнул — лежу в своей постели, в своей комнате в Москве. Так, посмотрел на время — ага, судя по дате, меня не было пару дней. А там я был где-то с неделю. Один к двум с половиной получается. М-да, и как боги с этими временными потоками работают и не путаются?

И все же — чего пожелали эти озабоченные самки? Ну, казалось бы, все прояснили, расставили все точки — и отступи уже. Так нет же, лезут и лезут со своими неосуществимыми планами!

Так, фигня война, главное маневры. На часах час ночи, время баиньки. Я принял наконец-то теплый душ и с кайфом рухнул на мягкую постель, уютно завернувшись в одеяло, и заснул. К счастью, без снов. Все-таки всякие превозмогания — не мое, факт. Нет, я смутно припоминаю, что в своем старом мире мог неделями шастать по лесам, ночуя на голой земле. Но зачем спать на холодном, если можно спать на теплом? Выбор же очевиден.

Утро красит нежным светом — мой персональный враг опять как-то проник через плотные шторы и ударил меня по самому больному. Мысленно пообещав — уже в который раз, — с ним разобраться, я открыл глаза. Зрелище, представшее моему взгляду, было прям завораживающим.

С одной стороны от меня лежала Ишет, с другой Амалия, в ногах сидела Саша, рядом с которой парила Рокси. И что самое интересное, мои дамы не спали, а пристально смотрели на меня.

— Ты где был? — тут же задали уже набивший мне оскомину вопрос.

— Перун в другой мир выдернул. Его надо было спасти, а без меня он отказывался спасаться.

— И что?

— Глупый вопрос. Спас, конечно.

— Даром? — а вот это уже умничка Ишет. Хозяйственная она — вся в меня.

— Чтобы я — и за просто так⁈ Милая, ты обо мне плохо думаешь. Пару ящиков раритетного бухла прихватил. Остальные плюшки не материальные, но очень нужные.

— Продемонстрируй. Что это за выпивка такая, что ей расплачиваются за спасения мира?

Бутылка была явлена на свет и тут же сцапана ловкой рукой демоницы.

— Проверим, проведем анализ, повторим, — авторитетно заявила она, будто прочитав мои мысли, и под заинтересованными взглядами остальных ловко спрятала ее в кольцо.

— И что тут было, пока меня не было? — чуть поерзав, я устроился поудобней, чтобы Рокси могла сесть на меня. Когда она мелкая, то веса вообще не чувствуется.

— Ох, было. Много чего. Ты пропал во время пьянки. Дэн что-то бубнил про встречу с богами, Белиал с пьяных глаз вообще ничего вспомнить не мог. Но был уверен, что никакой угрозы не было. Короли посовещались и отправились по домам. Правда, просили, как ты появишься, сразу им сообщить.

А вчера прибегал гонец из дворца — тебя на прием вызывали. И узнав, что ты отбыл в неизвестном направлении, очень ругались. Почему-то решили, что ты дома, просто никого не хочешь видеть. Чуть штурмом поместье не взяли. Правда, когда сработала защита, успокоились и ПРИКАЗАЛИ!!! –нет, ты прикинь! — приказали тебе явиться во дворец.

— Так, мне кажется, годы заточения не пошли императору на пользу. В общем, забили и проехали. Овес к коню не ходит. Ему надо, вот пусть сам и тащит к нам свой венценосный зад. А мне некогда, и у меня лапки, которые надо тренировать в новой для меня магии. Поэтому я сегодня планирую отправиться в Брехт, подальше от столицы, поближе к Проклятым землям. У меня там Пожиратель недобитый засел и к нему у меня есть парочка вопросов. Обматерить Нагибина и выжить — это опасный прецедент. Зло должно быть наказано во всех позах.

— Кстати, об этом, — Саша стала подбираться ко мне, попутно начав раздеваться. — Я очень злая, поэтому меня надо наказать.

— Ох, и нас тоже, — послышалось шевеление.

Правда, Ишет шустро отодвинулась, смотря на нас горящими глазами. Поражаюсь ее выдержке. Рокси, долго не думая, увеличилась в размерах и была уже без одежды.

— Эй, вы же часто не любите!!! -возмутился я развратному поведению феи.

— Я — Кровавая пикси и люблю часто, долго и регулярно! Поэтому нефиг болтать, когда рядом с тобой самые красивые девушки мира лежат!

— Гаремы — зло, — только и успел я подумать, прежде чем с головой погрузиться в омут разврата…

— Сим, я не останусь. И на приказы императора мне наплевать, — за завтраком собралась вся наша семья.

После охов и ахов и моего максимально сжатого рассказа о том, где я все-таки был, мы вернулись к делами насущным.

— Может, не стоит вот так сразу…

— Сим, отвали, а? Сказал — нет, значит, нет. Я еще с него спрошу за то, что посмел тут свои права качать. Пусть не забывает, кто спас его задницу. А то до сих пор бы гнил в темнице у эльфов. Кстати, что там с главным заговорщиком?

— Должны казнить вроде через пару дней. Во дворце, да и не только в нем идут массовые чистки. Думаю, популяция эльфов в нашем мире сильно уменьшится.

— Это правильно. Ушастые — зло, и бесят. В общем, тут я на его стороне, а в остальном, как уже и сказал, мне плевать. Дочкой пусть своей командует.

— Она, кстати, тоже приезжала…

— И дай угадаю — была очень недовольна, да? Сим, запомни раз и навсегда — МЫ нагибаем этот мир и всех в нем живущих, а не наоборот. Кто не понимает — Ирий ему пухом. В общем, я возвращаюсь в Брехт, где буду творить и вытворять. Осталось у меня еще одно большое и незавершенное дело, к которому надо подготовиться.

— Просветишь?

— Не сейчас. Это личное и касается именно меня.

— Но у нас на носу прием…

— Вот ты его и проведешь, а мне некогда. И к тому же всем плевать, кто тут рулит. Столбы заряжены, и о нашем роде можно забыть на ближайший год. Так что делайте что хотите. А мне лень. И вообще, я не люблю большое количество разумных, собранных в одном помещении.

— Так не делается.

— Посмотри на меня и повтори это еще раз. Если уж так принципиально, повесишь большой экран, с которого я толкну приветственную речь. На большее я не согласен. И вообще, мне ещё надо диплом ку… в смысле, получить. Сам же ныл, что без образования нельзя. Вот и займусь. А сидеть в столице еще неделю я не согласный. Кстати, тут минотавр с ушлым гномом не появлялись?

— Были такие, — кивнул Эндрей. — Уже работают. Проблем от них нет. Платят в казну рода пять процентов от прибыли.

— Нормально. Они правильные мужики, не то, что некоторые. Как-нибудь их навещу.

— Где ты с ними познакомился и от чего такая честь?

— Это длинная история, брат. Потом расскажу. Все, раз со всем разобрались, я в Брехт. Девушки собирайтесь, кто хочет отправиться со мной. А я пойду Соль с Этери навещу. Пора уже им определиться.

Разговор с ними вышел простой. Орчанка уже присмотрела машину и собиралась в дорогу. Для нее, не любившей сидеть на одном месте, эта работа была идеальной. Ну а эльфийка решила ехать со мной, перед этим заскочив к родителям. Но зная, что это может затянуться, я сказал, чтобы она спокойно все сделала, а как будет готова — позвонит мне, и я перенесу ее к себе порталом.

Кстати, Аврора со Стеф, почувствовав себя свободными, тоже решили не оставаться в столице и отправиться в Льен с целью посмотреть наши новые владения. А потом и по остальным проехаться. Все-таки по договору боярства мне положены три анклава, вот они и решили неузнанными пройтись и все узнать из первых рук. Идея была отличной и всецело мной одобренной.

Была, конечно, мысль, что новый-старый император может зажать мое боярство, но я ее откинул. Что-то дать Нагибиным, а потом попытаться это что-то забрать дураков не было. Я ж и обидеться могу, а пример Гавриила еще у всех на слуху.

Так что сборы были недолгими. Все мои дамы решили отправиться со мной, потому как негоже невестам отпускать жениха одного. Может ведь загулять и упаси боги еще одну себе жену найти. Так что меня собирались оберегать, что меня в принципе устраивало.

Громмаш, весело фырча мотором, был готов на подвиги, прошел полное техническое обслуживание и был заряжен на победу. Несси в виде секси-офицерши отдала мне честь, приветливо распахнула двери, а после, резко газанув, влетела в открывшийся портал….

Что ж, началось стремительное движение к завершению истории. И если честно, я радовался этому. Мы вышли на финишную прямую, и Громмаш уже несется, закрывшись щитами и приготовив магические метатели. Что нас ждет впереди — наверное, даже боги не знают. Но я уверен — все у нас получится, не будь я граф Прототороссийской империи, боярин Ямир Ярославович Нагибин…

Глава 2

Глава 2

Переместились мы где-то в километре от поместья — это место я знал, народу тут обычно не бывает.

Кстати, когда я Дэна сюда отправлял, он именно тут лазил, но не понравилось ему. Земля, говорит, невкусная. Фиг его знает, что это значит, но он решил остаться в Москве. Ну и пусть — нам дополнительная охрана точно не помешает.

Громмаш бодренько покатился по дороге, и вот уже впереди мелькнули гербы нашего рода. Ворота при виде нас среагировали на «свой-чужой» и приветливо распахнулись. Охрана, скользнув по нам внимательными взглядами — ну да, мало ли кто решит спрятаться под нашими гербами, — дала добро, и мы въехали внутрь.

Ишет сразу направилась на кухню, обещая приготовить обалденный ужин. Саша кинулась звонить отцу, Кате, еще кому-то… Ну да, это ж ее родной город, и она была откровенно рада, что мы тут решили обосноваться. Все-таки столицу она, как и я, недолюбливала.

Амалия к чему-то принюхалась и направилась в сторону небольшого здания, которое было переоборудовано под лабораторию. Оттуда раздавались крики, что-то кипело — дым, почему-то розовый, вовсю валил из трубы.

Ну, а мы с Рокси просто пошли в дом. Сейчас наведем тут порядок и поедем в местную школу или академию магии. Помнится, я хорошо так поругался с местной ректоршей. Вот и посмотрим, сколько она готова будет заплатить, чтобы я у них не учился. Отказать она мне не сможет — учеба Нагибиных закреплена на законодательном уровне. Это я могу на нее забить, а она на меня забить не сможет. Мол, крутись как хочешь, но год обязан отучиться, дабы лучше понимать и контролировать силу. А так как я теперь ее понимаю и контролирую лучше всех, думаю, с дипломом проблем не будет. Согласен даже на открытые экзамены, когда поглазеть на меня соберутся все, кто не занят….

Графиня Елизавета Михайловна Потоцкая, вот уже как пятнадцать лет бессменный ректор боевой школы магии имени Романова, была сильно раздражена. Это я видел и, можно сказать, наслаждался этим. А все почему? Да потому что дамочка, совсем потеряв страх, совесть и остатки чувства самосохранения, попыталась сходу указать нам с Рокси на дверь. Пришлось ей напоминать один из пунктов нашего договора с империей. Ну, и немаловажным фактором в этом были мои слова, что я не сильно буду плакать, когда ее сошлют на каторгу за его нарушение. А может, даже и казнят, если судья попадется очень уж суровый.

И вот мы сидим в ее кабинете и с каждой секундой градус напряжения растет все сильней. На мое предложение сдать все досрочно она ответила отказом. Сразу и категоричным. Мол, я молод еще и нифига не знаю, чтобы вот так и сразу. Предложил провести ей демонстрацию.

Она тут же стала отнекиваться, что все заняты, разгар учебного дня. Приходите завтра, или послезавтра, а лучше вообще не приходите.

Рокси, очень тонко чувствующая мое настроение, поняла, что я сейчас так жахну, что придется школу отстраивать заново, и выдала такую словесную тираду, в которой приличными были только паузы между словами. Походу, у мелкой уже входит в привычку с ней ругаться.

Ректор замерла, понимая, что проигрывает по всем фронтам. Однако через секунду у нее мелькнула в голове глупая мысль — иначе с чего бы она так заулыбалась? И она неожиданно покладисто согласилась провести досрочный экзамен. Валите, мол, на арену — вас проводят, а я с группой преподавателей подтянусь минут через тридцать.

Это меня вполне устроило, и мы с Рокси в сопровождении чуть дерганого студента пошли туда, куда послали. Доведя нас до места, он как-то странно икнул и свалил так быстро, что я уж подумал, что он освоил волшебство телепортации.

— Тебе не кажется, что нас сейчас буду пытаться нагнуть? — задумчиво спросил я у пикси, которая выросла, став практически одного роста со мной.

— Ну, они, наверное, попытаются, — ответила она. — Эй, не надо смотреть на меня таким жадным взглядом! Ну, по крайней мере, не здесь. Я девушка приличная и заниматься этим, когда все смотрят, не могу. Впрочем, если ты создашь щит отрицания, то можем и заняться…

— Предпочитаю это делать на чистых простынях и в постели, — ответил я, с трудом отводя от нее глаза.

Ну да, магия пикси — она такая, разумным сильно бьет по мозгам. И даже я, со всей своей большой устойчивостью к этому, иногда попадаю под раздачу. Ну, и не будем забывать, что она в принципе редкостная красотка.

— Ну и ладно, — ничуть не обиделась она. — Кстати, когда ты разговаривал с теми тремя, ну, мулатками… Гугуша, кажется, и еще двое, их имен я не запомнила… Так вот, мне показалось, что ты был с ними как-то слишком мягок. Они ж без разрешения использовали родовой герб на продукции.

— Твоя правда. И я бы их наказал очень жестко, если бы все, что они ни выпускали, не было отличного качества. К тому же заметь — девяносто процентов прибыли они отдают роду, оставляя себе средства лишь на закупку необходимых ингредиентов и небольшие зарплаты.

— Да как же небольшие⁈ Пять тысяч в месяц у них на каждую приходится — огромные деньги!!!

— Я не пойму, когда ты успела стать такой жадной? Это вообще-то наша родовая черта.

— Наверное с кровью передалось, -пожала она плечами. — И все же?

— И все же, я решил оставить все как есть. Деньги они платят, клятву принесли, в слуги рода я их принял — потому как они честно дела ведут. Пока нет убытков и урона чести — все можно. Ну, поругал немного за своеволие, да и хватит.

— А Верочка? Вон как глазки тебе строила. Ты ж ее вроде как спас? Будешь жениться на ней, как и положено порядочному принцу?

— Во-первых, я не порядочный, а во-вторых, ни разу не принц. Поэтому никаких движений в сторону ее тела не будет. Большие гаремы — зло. Да и зачем мне кто-то, если у меня есть вы?

— Ты об этом знаешь, а она, думаю, нет.

— Это ее половые трудности и уж точно не мои. Мне за глаза хватит того, что есть, и расширяться я более не намерен.

— Ну-ну. Свежо предание, да верится с трудом.

— Не язви, а то накажу.

— Да, мой господин. Я плохая девочка, поэтому накажите меня, — заржала эта хамка и быстро увернулась от моей руки, которой я хотел призвать ее к порядку посредством ударов по заднице. — Ой, смотри — к нам делегация идет!

И правда, послышались шаги — такие уверенные, тяжелые. Вот точно ректор им хвосты накрутила, и они готовы нагибать.

Я посмотрел на комиссию, что реально шла к нам, как на бой. Впереди вышагивала сама ректор, а позади нее еще двое: эльф, затянутый в кожу — видимо, будет щупать меня на предмет мордобоя. И дама лет сорока — ангел и, видимо, маг. Сейчас узнаем.

— Итак, комиссия школы боевой магии имени Романова славного города Брехта в составе ректора школы, Елизаветы Михайловны Потоцкой, мастера-преподавателя боевых искусств Флориэля из дома Утренней Росы и мастера-преподавателя по боевой магии Вилаэль из дома Небесные ключи, готова принять выпускной экзамен у студента-недоучки Ямира Ярославовича Нагибина. В ходе экзаменов мы проверим его на знание теории, контроля магии и возможности защитить себя — то есть, на владение телом. Итак, уважаемые преподаватели, кто хочет начать первым?

— Позвольте мне, — смело вышла вперед ангел. — Все мы знаем, что эфирные потоки во всех мирах разные. И так же нам известно, что и эфир там неоднороден. Эту теорию прекрасно доказали ваши предки, господин Нагибин, посетив Проклятые земли и дав этому явлению название — дикий эфир. Так вот, у меня к вам вопрос — как вы, находясь там, с этим справились? Как вы смогли стабилизировать потоки так, что они не нанесли вам вреда? Объясните и обоснуйте это с теоретическими выкладками. А после…

— Нет, — бесцеремонно прервал я ее.

— Что — нет? — опешила она. — Вы отказываетесь отвечать на вопрос?

— Конечно. Потому что вы сунули свой нос в тайну рода Нагибиных. Никто, кроме нас, не знает, как там все происходит. Никто, кроме нас, не знает, как с этим бороться. И никто, кроме нас, не может судить о правильности ваших рассуждений. Я не знаю, что вам сказала госпожа ректор, но мне вся ваша теория по боку. Нагибины в академии учатся контролю и только ему. Впрочем, я могу все это обосновать, конечно, завалить вас цифрами и умными графиками, но делать этого не буду, по уже озвученной причине.

И давайте уже перейдем от теории к практике, потому как у меня не очень много времени и не хотелось бы его терять на глупости.

— Вы считаете глупостью знания?.. — влез эльф.

— Знания, которые мне не нужны — безусловно, — энергично кивнул я.

— Вы в себе слишком уверены, господин Нагибин.

— Ну, наверное, это потому, что пока вы тут сидели с умным видом, я заряжал столбы. К которым вы, со всеми вашими знаниями, даже приблизиться не сможете. Все, мне наскучил этот разговор. И вообще, предлагаю совместить — мы с Рокси без магии одолеем вас троих. Вы же можете пользоваться всем, чем захотите. Вас же сила интересует?

Что же касается контроля… — я зажег на руке небольшой шар огня, а после втянул его обратно, — … с ним, думаю, вопросов никаких нет. Ну как, рискнут многоопытные преподаватели втроем выйти против двух неразумных студентов?

— Ваша самоуверенность граничит с безумием. И чтобы доказать последнее, я согласна, — сверкая глазами, заявила ректор, а двое преподавателей просто кивнули. Причем ушастый был прямо-таки очень доволен. Ну ничего — я посмотрю на твою улыбку, когда твои яйца стекут в сапоги. Ибо вас и так много, поэтому не надо вам размножаться.

— Три минуты на подготовку, — заявила Михална и отошла на метров сто. В данном случае расстояние имеет значение — каким бы ты быстрым ни был, пока добежишь, тебя десять раз в лаве искупают.

— Так, Рокс, — зашептал я фее. — На тебе резкие атаки сверху. Мы без магии, но о щитах никто не говорил. Поэтому я на тебя их штук двадцать навешу. Резкий рывок, удар — и снова вверх. Возьми на себя ангела — она послабей будет. С остальными я сам разберусь. Используй артефактный меч — им ее щиты на раз проломишь. И не убивай — можешь не сильно покалечить.

— Поняла, — кивнула она, уменьшаясь и взлетая на высоту метров в пять.

Я же добавил нам щитов, на руки привычные кастеты — про оружие тоже речи не шло.

— Начали! — крикнула ректор, активируя защитный купол над полигоном. И тут же эльф, окутавшись мерцающим щитом, кинулся ко мне. В руках он сжимал два парных изогнутых кинжала, от которых исходила легкая зеленоватая дымка. Такой, если воткнуть поглубже, может сразу отправить на встречу с богами. Но ключевое слово тут «если».

Ангел же решила ударить по Рокси, справедливо, как ей казалось, рассудив, что мне потом одному против них троих не выстоять. Поэтому она, взмахнула крыльями и сразу показав, что они у нее не декоративные, и дамочка имеет ранг архимага, потому как только они могли летать. Два столба света, вырвавшиеся из ее рук, извиваясь в полете, устремились к пикси.

Та, видя такое непотребство, включила форсаж, и буквально размазавшись в воздухе, ловко проскользнула между ними и рванула к дамочке, размахивая мечом.

Дальше я не видел, потому как эльф как раз добежал до меня. Взмах ножами, уклон, жесткий пинок, проламывающий щиты, и вот он уже катится по земле, сплевывая кровь. И это я еще в полсилы ударил, иначе бы совсем прибил. Сломанные ребра входят в легкие и все — пишите письма.

Эльф вскочил — морда скривилась от боли. Достал склянку, видимо, с зельем регенерации и вылакал ее. Читер несчастный. Ну да ладно — она ему больше не поможет.

На этот раз он атаковал осторожнее. Понял, что стиль быка в моем случае не работает и смести меня мощью не получится. Закружил вокруг, делая ложные выпады, намечая атаку. А я что? Я стою, едва не зевая. Один раз он сунулся слишком близко и получил по сильно выдвинутой ноге. Отскочил, хромая, и опять схватился за зелье.

Но мы же с вами знаем, больше трех нельзя — иначе потом таким откатом накроет, что пластом неделю лежать будет. А можно и вообще помереть, если тело слабое.

Тем временем ректор, до поры стоявшая в стороне, там оставаться не пожелала и применила на мне свое колдунство. Ничего особенного — просто ветер, который попытался сжать меня со всех сторон, чтобы банально замедлить.

Ну, я и позволил ему это сделать, потому как гоняться за ушастым не хочу — пусть в себя поверит и сам максимально приблизится. Тот оправдал мои ожидания. Увидев, что я замер и даже с немного испуганно-напряженным лицом, он небрежной походкой направился ко мне, зловеще проводя лезвиями ножей друг об друга.

Наверное, он думал, что сможет меня этим напугать. Но все, чего он добился — лишь разозлил, потому как подобные звуки я терпеть не могу.

Я усиленно делал вид, что сопротивляюсь все усиливающемуся напору, ректор напряглась так, будто хочет в туалет, пытаясь меня сдержать, и эльф понял, что надо торопиться. Поэтому он и рванул ко мне, намереваясь сделать больно наглому выскочке.

Высокий прыжок, недолгий полет — и вот его тело в двух местах — груди и паху — встречается с моими выставленными вверх кастетами.

О, этот сладкий крик боли! Все, не делать ему больше эльфят. Ну разве что позже — медицина в этом мире творит чудеса.

Еще один взмах, и воздушная магическая ловушка, столкнувшись с моими руками, развеивается. Адамантий рулит, но не все им могут рулить.

Я подошел к валяющемуся эльфу и сломал ему обе руки, чтобы он не смог выпить зелье. Пусть прочувствует всю сладость поражения. Негуманно? Так я не страдаю подобным пороком. Есть враг — бей. А мучиться угрызениями совести не мое. Если бы он честно вышел против меня на кулачках, зная, что я без магии, то тогда и разговор был бы другим. Но он решил меня нагнуть и унизить. За подобное я всегда наказываю болью.

Затем я прикинул расстояние до ректорши, сделал поправку на ветер, взмах рукой… И проверенный способ — кастет в лоб, — срабатывает на ура. Та такой подляны не ожидала и поймала его своей пустой головой, после чего, удивленно ойкнув, рухнула на землю, потеряв сознание.

М-да, были бы мозги, было бы сотрясение. А так отделается шишкой. И что там у Рокси?

А у той было все нормально. Ангел, находясь в воздухе, много сил тратила на поддержание полета. Поэтому ничем серьезным запустить в юркую пикси не могла. Опуститься вниз она тоже не могла — это было чревато на краткий миг нарушением контроля, чем сразу воспользуется фея. Вот и приходилось ей отбиваться ледяным мечом, вертясь во все стороны и безнадежно не успевая.

А мелкая, войдя во вкус, долбила противницу, кусая со всех сторон подобно рою ос резкими ударами меча по щиту. Ангел уже явно устала, а вот Рокси только разошлась.

— Заканчивай с ней, — крикнул я с земли. — И пойдем поедим. А то у меня желудок скоро себя переваривать начнет.

— Ща. Накажу и пойдем, — крикнула она.

Преподша неразумно отвлеклась на мой крик, и это стало ее ошибкой. Резко ускорившись, пикси влетела в нее, окончательно снеся щит. Удар был настолько сильным, что та потеряла контроль и рухнула вниз. Десять метров — это не смешно и опасно. Поэтому я проявил благородство и поймал падающее тело. Ниче такая, упругенькая. Но к демонам пошлые мысли.

— Мы победили, — Рокси дала мне пятюню.

— Мы закончили с отличием школу магии, — ответил я.

— Так мы выпускники⁈ А где выпускной бал?

— Организуем, — кивнул я. — Море бухла и пьяные студентки гарантируются.

— Не надо бухла, — содрогнулась она. — Я от твоего Дэна еле успела улететь. Чуть не напоил, дубина стоеросовая. Причем так предлагал выпить, что я едва не согласилась. Но мы отвлеклись — добивать будем или нет? — спросила она, и я задумался, глядя на валяющиеся тела…

Глава 3

Глава 3

— Да, Дэн может, — усмехнулся я своим воспоминаниям. Потом принял решение:

— Эй, госпожа ректор, хватит валяться на холодной земле! Я же прекрасно вижу, что вы уже пришли в себя и прям жаждете выписать нам дипломы. Желательно с отличием. Как там они у вас называются? Золотые? Вот такие и хочу — люблю все, что блестит. И нет, не желательно, а обязательно. А то я буду настаивать на переэкзаменовке. Но на этот раз буду пользоваться магией.

— Чем это ты меня? — сев, она потерла лоб.

— Кастет кинул, — бесхитростно ответил я, поднимая его с земли. — Адамантиевый. Подарок Перуна, если что. За обычное оружие разговора не было. И?

— Будут вам дипломы, — поморщилась она. — Заслужили.

— Тогда пришлите их по почте. Кстати, к вам скоро прибудет новая студентка — слуга нашего рода. Прошу отнестись к ней с особым вниманием. Мы самые крутые!

Не обращая внимания на страдальческое выражение лица ректора, мы с Рокси стукнулись кулачками и пошли на выход. Маленькое дело сделано. Теперь осталось за большим — достойно отметить. И я, кажется, знаю, где мы это сделаем.

Уютный ресторанчик встретил нас вкусными запахами. Легкое пиво со шпикачиками и квашенной капустой пошло на ура. Ну ладно — пиво было безалкогольным. Еще не время бухать, но важна атмосфера. К тому же следовало поберечь печень перед вечерним застольем. У меня, конечно, регенерация, но слабый желудок. Особенно после маски Квасила, чтоб ему всю жизнь пиво безалкогольное пить. Вот прям как мне сейчас. Мы тихо-мирно сидели, отмечали свою победу в очень узком кругу…

— Ямир Ярославович? Ваше Сиятельство? — подошел к нам бодипозитивный мужик весом как два меня.

— А кто спрашивает? — холод в моём голосе был прямо-таки арктическим. Не люблю, когда отвлекают.

— Ох, простите. Меня зовут барон Лихтман. Карл Лихтман. И я являюсь владельцем небольшой, но очень богатой каменоломни, что находится на севере немецкого анклава. Я понимаю, что помешал вашему обеду, поэтому буду краток. Мы не столица и слухи доходят до нас с опозданием. Но нам стало известно, что вы получили боярство и выбрали наш город в том числе.

— Откуда? Эта информация еще официально не разглашалась.

— Ох, поверьте. У нас свои источники и они никогда не врут, да и слухами земля полнится. Так вот, к делу — я прекрасно понимаю, что вы молоды и энергичны. Возможно, именно этого нам и не хватало. Наверняка вы начнете что-то изменять, строить. Так вот, я готов поставлять вам отличный камень по самым низким ценам в регионе. Поверьте, проверьте и убедитесь, что я прав. Вот моя визитка — звоните в любое время дня или ночи. А теперь позвольте откланяться и пожелать вам приятного аппетита.

Мужик свалил так же быстро, как и появился. И после него к нашему столу началось настоящее паломничество. И как только меня нашли? Тут были все — лесозаготовители, угольщики, владельцы строительных фирм, промышленники и прочее. Меня это раздражало, но я слушал всех, потому как деньги сами себя не заработают. И всем обещал рассмотреть их предложения, после чего с ними свяжется мой человек, дабы обсудить детали.

Что за человек, я пока не придумал, но думаю, найду подходящего. С сомнением посмотрел на Рокси, но увидев ее кулак, красноречиво показывающий, что работать она не собирается, отмахнулся от этой идеи. Моя пикси слишком ветрена и натура увлеченная. Причем увлекается она совсем не делами.

В общем, обед прошел скомкано, что не добавило настроения ни мне, ни бесившейся пикси. Под конец она не выдержала и заорала на весь ресторан, чтобы нас оставили в покое и дали нормально пожрать. Иначе она тут все разнесет. Пара мужиков, что с разных сторон приближались к нам, резко передумали и сменили маршрут.

Расплатившись, мы покинули ресторан, мстительно не оставив чаевые. Еще и громко всем сообщив, что нам тут не понравилось и род Нагибиных не рекомендует посещать это заведение. На бледное лицо управляющего — подозреваю, что это он слил о нас информацию, — было больно смотреть. Но кого е…т чужое горе? Не нас точно. Я вообще мог притормозить и спросить у него за испорченный обед, но не стал, потому как очень жалостливый.

Дальнейший путь мы проделали пешком, отпустив Громмаш. Вот так вот просто решили пройтись. Осень уже вовсю вступила свои права и даже потихоньку готовилась уступить место зиме. Воздух пах сыростью, которую приносило со стороны моря. А мы шли, по пути заглянув в парк развлечений, в котором по причине буднего дня народа было не так много. Гербы мы скрыли, дабы избежать ненужного внимания.

И нас таки никто не узнал — то ли маскировка помогла, то ли охрана, зорко бдящая, чтобы на нас даже косо не посмотрели. В ресторане-то мы без нее сидели, и это оказалось ошибкой. Впрочем, я не жалуюсь, потому как связями надо обрастать. Это Рокси может вольно порхать, а я глава рода — на мне ответственность лежит.

Так что мы погуляли и направились в поместье, потому как у нас все-таки сегодня выпускной и мы должны это непременно отметить. И с размахом. Ну, и выпускной бал никто не отменял — не знаю, почему пикси вцепилась в эту идею, но она типа всегда о нем мечтала и у нее даже подходящее платье для этого есть. Поэтому я позвонил Саше, как самой знающей местный бомонд, и когда мы вернулись, весь дом стоял на ушах, готовясь к приему гостей.

До него еще было два часа, форма одежды предполагалась самая демократичная, состав молодежи был разномастный, мне ничего не надо было делать, поэтому я малодушно свалил в кабинет, где решил поработать с бумагами. Подчиненные — это хорошо, но руку надо держать на пульсе. Чтобы вовремя нажать и отключить этот самый пульс на проворовавшейся теле. Нет, так то клятву мы, конечно, усилили, но разумные всегда найдут лазейку — дай только возможность.

Мне никто не мешал, поэтому я полностью погрузился в графики и схемы. И даже спустя какое-то время стал что-то в них понимать. Тут, конечно же, требовалось иное образование, чем было у меня — это в магии я специалист, а вот в экономике, откровенно говоря, плаваю. Ничего, дадут боги спокойной жизни — выучусь. Какие мои годы? Было бы желание — остальное купим.

— Ямир, через полчаса начнут прибывать гости, — просочилась ко мне Ишет.

— Иди ко мне, милая, я тебя потискаю, -приглашающе распахнул я руки. — А то у меня стресс, и только твои губки способны его снять.

— Ты не представляешь, как пошло это прозвучало. Мне нравится, — довольно жмурясь, сказала она и телепортировалась на мои колени, подарив нежный поцелуй.

— На том и стоим.

— Я чувствую, — поерзала она на мне. — Уже жду не дождусь нашей свадьбы. А то скоро крышу окончательно снесет, глядя на довольных вас. Но я потерплю.

— За это я тебя и люблю. Ты молодец. Уважаю. И что у нас на ужин? — сменил я тему, потому как мысли от ее близости пошли совсем не туда.

— Много чего. Уж поверь, нам найдется чем удивить гостей. В грязь лицом точно не ударим. Кстати, я ж тебя не поздравила с получением диплома. Теперь ты вполне состоявшийся разумный с образованием.

— А до этого был не вполне?

— До этого, каким бы ты сильным ни был, тебя все равно не воспринимали как главу рода. Максимум как сильного воина и мага — не более. Тебя можно бояться, но вести с тобой дела — нет. А сейчас все изменилось. Да ты и сам, наверное, это заметил. Мне Рокси рассказала, как вас поймали в ресторане и закидали выгодными предложениями.

— Ага, и это проблема, потому как я в этом не разбираюсь, а где взять того, кто в этом шарит ума, не приложу. У меня из таких только Катя, но она трясет головной офис, ее дергать нельзя. Правда, у нас братья-демоны отвечают за промышленное крыло рода, но доверия к ним особого нет — вон какой бардак развели. Подумаю, что и кому поручить. Без дела никто не останется.

— Все, хватит говорить о важном, но сейчас не нужном. Иди переодевайся и спускайся вниз. У нас все-таки праздник, а не семейный совет.

— Ты права. Пошел я.

Получив еще один поцелуй, я, вполне успокоившийся, направился к себе. Переоделся — легкие штаны, футболка серого цвета, максимально брутальное лицо — чем не жених?

Внизу уже слышались голоса. Но я пока выходить не спешил, давая своим будущим хозяйкам самим разобраться. Пусть привыкают — глава рода занят умными мыслями о вечном и отвлекать его нельзя.

Выдержав театральную паузу, я все же решил явить себя народу и когда уже выходил, столкнулся нос к носу с Амалией, которая как раз шла меня звать. Полюбовавшись на своего ангела, отчего она покраснела, я подхватил ее под руку и пошел в народ.

А народ уже начал гулять. По моим прикидкам их тут собралось человек сорок разных рас и полов. Столы ломились от закусок и выпивки, бассейн, накрытый куполом, дабы не остывал, весело блестел магическими огнями, играла заводная музыка. В общем, вечеринка началась.

Под потолком парили воздушные шарики с нашими с Рокси именами, а так же с надписями: выпускник года, на свободу с золотым дипломом и даешь каждому студенту по студентке. И когда только успели все сделать?

В толпу я влился так же естественно, как в их желудки алкоголь. Никого не зная, я тем не менее легко общался со всеми. Тут были и мои сестрички-воровки, мелькала Верочка, нарезавшая вокруг меня постепенно сужающиеся круги. Рокси в довольно откровенном платье стреляла глазками, развлекаясь во всю. Ну, и мои красавицы блистали так, что хотелось зажмуриться и позавидовать самому себе.

Иногда раздавались тосты в честь нас и толпа встречала их восторженным ревом. Тут приграничье и к Нагибиным, как я и говорил ранее, отношение другое. К тому же присутствие тут довольной дочки бургомистра внушало осторожный оптимизм.

— Спаситель! — горячо дохнула на меня парами алкоголя Верочка. Все же добралась до меня.

— Сегодня он будет спасать меня, — Рокси бдила и следила. Иначе как бы она так быстро оказалась рядом.

— Но я его так и не отблагодарила за спасение, — уперлась та, эротично выпячивая грудь.

— Можешь сказать ему простое человеческое спасибо. Он не гордый и в особых благодарностях не нуждается.

— И все же я настаиваю. Что? Куда вы меня тащите… — чуть не завопила она, когда Гугуша и Жасмин уволокли ее подальше от меня. Ну да, и они бдили и делали все, чтобы мое сиятельство не напрягалось и, упаси боги, не разозлилось.

— Так, хочу танцевать, — проследив за ними, пикси подхватила меня под руку. — Мы молодцы и поэтому нам можно и пошалить.

Я ж не дурак, чтобы оказываться от подобного. Да и надоело, если честно, отыгрывать взрослого. Поэтому мы, отбросив все проблемы, просто пошли зажигать под разухабистую музыку, не думая о завтрашнем дне.

Зато он думал о нас и напомнил мне о себе яростным воплем мобильного телефона. Утром. Не разбираясь, какая сволочь мне звонит в такую рань, я принял вызов, обматерил того, кто был на том конце провода, и вырубил аццкую машину.

Потом поворочался, понял, что окончательно проснулся, выбрался из груды тел — развратом, кажется, тут даже стены пропитались, и пошлепал в душ.

Посмотрел на часы — оказывается, не такая уж и рань — десять часов. С хрустом потянулся, размялся и пошел на поиски завтрака. Хотя, судя по вопящему желудку, можно было сразу и пообедать.

Стол накрыли быстро и так же быстро я позавтракал. Не люблю откладывать дела на потом и главное среди них сейчас — благодать, которую надо понять и простить. Ну, и научиться ей пользоваться. А для этого мне нужно максимально уединенное место, желательно где-нибудь на природе. Хорошо бы в горы податься, но и море тоже, думаю, сойдет.

Почему в горы? Ну, я раньше часто видел в фильмах, что герой познает себя, забравшись подальше от всех, видимо, чтобы не подглядывали и не ржали, глядя на то, как он лажает.

Я поблуждал, нашел хорошее место — деревья скрывают от всех. На краю сознания слышится шелест волн. Сел в удобное кресло, достав его из кольца, потому как жопой на холодную землю — не наш метод. Я еще детей хочу завести.

Погрузился в себя — источник порадовал четкими формами и отсутствием видимой границы. А вот и шар с благодатью — висит в небе и сияет как солнце. И чего с ним делать? Спросить бы, да не у кого. Ладно — первое правило алхимии: смешать ингредиенты в малых дозах и надеяться, что не рванет.

Я зачерпнул из источника, взял щепотку благодати — соединил, готовясь удрать. И ничего — все смешалось и что получилось, непонятно. Возвращаться в реальный мир я не спешил, потому как совершенно не ясно, как этот состав поведет себя, покинув меня. Черт, надо было сначала адамантием тренировочный зал обшить, а потом экспериментировать. И что делать?

Ладно, рискну — направлю вверх, а там посмотрим. Буду надеяться, что не рванет. Я вынырнул, накинув на себя штук сорок щитов, так, что почти ничего не видел. Поднял руки вверх и, помолясь, отпустил плетение. Оно появилось, как-то странно мигнуло и… погасло. Сказать, что я был разочарован, это ничего не сказать. И это и есть та великая сила, которой пугают смертных? Или это я что-то делаю неправильно?

Что там Перун вещал про мир Гордого? Мне туда, значит, надо перед тем, как рвануть в свой старый мир. Так, координаты его у меня есть, но сил попасть в гости к принцу нет. Потому как я пока не понимаю, как. Значит, будем работать и экспериментировать. Главное ведь желание — правда?

Телефон вновь разразился возмущенной трелью. И когда это я его успел включить? Я с сомнением посмотрел на него, подозревая во всех смертных грехах сразу, но тот не спешил каяться, просто трезвоня изо всех своих сил. Глянул — номер незнакомый. Брать или не брать — вот главный вопрос, который волнует всех девушек на первом свидании. Но я ж не они, поэтому сомнениями не мучился и, приготовив вступительную речь, правда, сократив количество матерных в ней слов, все же ответил.

— Нагибин!!! — взорвалась трубка возмущенным воплем. — Я понимаю, что сам черт тебе не брат, а будущий тесть. Но материть императора как-то слишком, не находишь?!!!

— А не хрен в такую рань звонить, еще и с неизвестного номера.

— Десять утра, для тебя это рань⁈

— Мы вчера отмечали получение дипломов, поэтому я поздно лег. Ты чего хотел-то?

Трубка возмущенно посопела, покряхтела, попыталась сбросить соединение, но ей не дали. Минутная пауза, за время которой, я уверен, император мстительно подписал парочку смертных приговоров, чисто чтобы спустить пар, а после все-таки ответила:

— Ты мне нужен в столице.

— Не хочу и не пойду. Своих дел по горло.

— Я тебя должен наградить. Торжественно. Это в твоих интересах.

— Пришлите награду почтой или банковским переводом. Я очень демократичный и не люблю толпу. Прежний договор с самозванцем действителен?

— Ну, там есть несколько сомнительных пунктов… — заюлил он.

— Паша, не буди во мне хомячка — это страшно жадный зверь. Там всего три пункта и несколько тебе не нравятся? Я настаиваю на всех трех. А ты знаешь, каким я могу быть убедительным.

— Ты мне что — угрожаешь?!!!

— Считай как хочешь и помни, что не стоит становиться между Нагибиным и его наградой. В общем, жду все подписанные бумаги. И если я их не увижу, то приеду лично их забрать, как ты и хочешь. Но не уверен, что это тебе понравится. Свяжись с моими сестрами — она расскажут за боярство и о том, что я выбрал. И помни главное — мне не нужна власть и я ей не интересуюсь, ровно до того момента, пока она не интересуется мной. Все, конец связи.

Ладно, с этим разобрались, а теперь продолжим. Время есть, но терять его не следует. Благодать, говорите, самая сильная магия, говорите… Что ж, увидим…

Глава 4

Глава 4

Три недели спустя

— ЯМИР!!! — вихрем ворвалась ко мне на адамантиевую арену возбуждённая Рокси.

— Да блин!!! — от неожиданности дернулся я, отчего тщательно выстраиваемый уже полчаса сложнейший конструкт рассыпался мелкими звездочками.

— Ой, прости, — испуганно попятилась она, увидев мое почерневшее от злости лицо.

— Что — прости?!!! Я для кого большую табличку на двери повесил — НЕ БЕСПОКОИТЬ! ИДЕТ ВАЖНЫЙ ЭКСПЕРИМЕНТ!!!

— Я не заметила…

— Да она на пол двери висит! Еще и моргает магически!!!

— Ну прости. Я же не нарочно!

— Если то, зачем ты меня отвлекла от дела, окажется не слишком важным, то ты сегодня же отправишься с инспекцией на наши адамантиевые рудники.

— Это на север, что ли⁈ Там холодно, и вообще, говорят, это вредно…

— Говори, зачем явилась, и не испытывай моего терпения.

— Там к тебе Лиза приехала. Ну та, которая принцесса. Хочет тебя видеть.

— А я ее видеть не хочу. Пусть валит обратно. Мне ее выступления еще во дворце хватило.

— Но она привезла какие-то очень важные бумаги. Утверждает, что ты их ждешь.

— Так забери сама. Мне некогда, я занят, у меня мигрень и больное сердце.

— Ты же говорил про слабый желудок…

— И он тоже.

— Ну Ямир… — заныла она. — Отвлекись хоть чуть-чуть. С этой ареной ты нас совсем забросил! Как адамантием тут все сделали, так и сидишь тут целыми днями. Даже поесть тебе сюда таскают.

— Потому что так надо. У меня новая магия и я с ней пытаюсь научиться работать. А у меня ни хрена не получается!!! — заорал я, в бешенстве выпустив в стену столб пламени.

— Ты просто устал. Тебе надо отдохнуть, развеяться. Не надо так себя загонять.

— Ладно, уговорила, — выплеснув гнев и чуть успокоившись, я вздохнул, понимая, что мелкая права. Слишком уж я привык, что все мне легко дается, и когда застрял, стал беситься.

Я быстро очистился бытовыми плетениями и пошел наверх, потому как арену оборудовал в подвале, предварительно максимально укрепив ее стены. Почти неделю ее собирали под моим жестким контролем. Зато теперь я был спокоен и уверен, что могу на ней творить любую магию, без опаски что-то разрушить.

— Где она сидит? — спросил я ожидавшую меня пикси.

— В библиотеке. Там умных книг много. Глядишь, и проникнется духом мудрости.

— Максимум, чем она там проникнется, это духом сна. Минут через десять гоните ее в мой кабинет.

— Мне побыть с вами?

— Не думаю, что принцессе понравится, если ее очередное унижение увидят посторонние.

— А ты ее собираешься унижать?

— Скорей всего, да. Лиза изменилась, власть почувствовала, вот и пытается всех под себя прогнуть. А когда не получается — бесится.

— Прям как ты? — хитро улыбнулась она.

— В точку. Все, я пошел. Не забудь — через десять минут. Не раньше.

Я зашел в кабинет, чуть поерзал в удобном кресле, включил комп, дабы казаться совсем уж занятым. Пара жутко важных на вид бумажек уже лежала на столе — я краем глаза увидел, что это акты закупки продуктов. С интересом глянул на итоговую цифру — не хило мы так едим! Но в принципе, это и понятно — народа в поместье много живет. Подумав, я перевернул бумаги написанным вниз, дабы создать ауру секретности и в случае чего многозначительно на них посмотреть. Пафос — наше все. Да и не хотел я с Лизой долго разговаривать — бесит.

Принцесса ворвалась в кабинет как ураган, едва не снеся дверь. Я посмотрел на нее усталым и немного раздраженным взглядом. Не люблю, когда с моим имуществом неаккуратно обращаются. Она быстро огляделась и плюхнулась на стул напротив меня. В руках она сжимала небольшую сумку, явно дипломатического вида, украшенную вензелями правящего рода.

— Привет, — просто поздоровалась она.

— Ваше Высочество, — привстал и обозначил поклон я, сразу переводя разговор в строго официальное русло. Но ей это почему-то не понравилось.

— Ямир, ты можешь по прежнему называть меня Лизой.

— Не вижу в этом необходимости, Ваше Высочество. И из вашей речи попрошу убрать панибратский тон. Вы же здесь с официальным визитом — вот и будьте любезны соответствовать.

— Мстишь мне, да? Наверное имеешь право. Ну прости меня — признаю, я была неправа. Столько всего разом свалилось. Вот и сорвалась на тебя. А на кого еще? Любой другой в ногах бы валялся, вымаливая прощение, а мне от этого только хуже становилось бы. Но тебя не пробить, а злость выплеснуть надо было.

— Рад, что помог вам в этом. И все же, мне хотелось бы узнать о цели вашего визита.

— Как же с тобой сложно, — огорченно вздохнула она. — Да, ты прав — цель есть. Вот, — положила она сумку на стол. — Тут бумаги о присвоении тебе официального статуса боярина — об этом было неделю назад сообщено на всю страну. Как ты и хотел — немецкие, французские и испанские земли отходят под твое управление. Тут же ещё договор о невмешательстве короны в дела рода Нагибиных — отныне вы сами себе судьи. Правда, есть там пара оговорок — потом посмотришь. Империя имеет право вмешаться, если вы уж совсем беспредел начнете творить. Но о своем вмешательстве она официально предупредит. Ну, и деньги — банковский перевод ты видел. Более корона не считает себя чем-то должной или обязанной вам и тебе. Ну, и от себя лично отец освободил вас на пять лет от уплаты всех налогов, включая боевые трофеи.

— Неплохо, — последний пункт был неожиданным и прям впечатлил меня. Учитывая наши обороты, это прибавит в казну рода просто огромные суммы. Что ж, император не разочаровал, что не может не радовать. — А что с этим, ну, самозванцем?

— Казнили по-тихому, — пожала она плечами. — До сих пор идут зачистки по всей стране и даже за ее пределами. В этом оказались замешаны не только эльфы… Но не суть. Главное, что порядок восстановлен и трон занял тот, кто должен. Зря ты, кстати, не приехал на церемонию награждения — было весело.

— Мне в вашем дворце более делать нечего, о чем я и сообщил императору. У меня и тут дел выше крыши. А еще я удивлен, что ВЫ, Ваше Высочество, решили лично привезти мне документы. Ведь для этого достаточно было обычного курьера.

— Захотела и привезла. Ямир, ну хватит уже! Я все поняла и раскаялась. И я очень благодарна тебе за спасение отца. Он рассказал мне, как все было. И мне стало понятно, почему ты меня не посвятил в детали. Я не такая глупая, как, возможно, видится со стороны. И не переживай — о твоем участии в этом деле знает очень небольшое количество разумных. По пальцам одной руки можно пересчитать.

— Да я и не переживаю. Сохранить тайну — это больше в ваших интересах, мне-то все равно. Одним врагом больше или меньше — наш род к этому привык. Узнала о деталях — хорошо. Поняла, что была неправа — отлично. Дальше-то что? Вы ведь не просто так приехали к нам из столицы?

— Ямир, я очень хочу наладить отношения, чтобы все вновь было так, как раньше. Я твоя…

— Стоп, Ваше Высочество. Вы не моя и моей никогда не были. И не будете. Между нами нет никаких отношений. Еще давно моим прапрадедом было чётко сказано — держаться от правящего рода подальше, иначе втянут в свои игры. И я намерен придерживаться данного совета. Хотите помириться — считайте, я все забыл. Можем все начать заново, но так, как было, уже не будет. Вы принцесса, а я, как вы правильно сказали — простой граф. У нас разные пути и дороги. И нигде они не пересекаются. У меня множество планов на жизнь, но ни в одном из них нет ни вас, ни ваших родственников. Поэтому я был рад вас увидеть в здравии, и всегда ваш приезд будет для нас значимым событием. Но не более. Мы чужие и такими и останемся.

— Так, значит, — грустно сказала она, и мне показалось, что сейчас она разревется.

Я сжал сердце в кулак, чтобы не поддаться жалости. Не мог я ей дать, чего она хочет. Не люблю я ее и никогда не полюблю. Она во мне даже простого мужского желания не вызывает, а это тревожный звоночек. Поэтому я и был с ней максимально откровенным, на грани грубости. Пусть уж лучше ненавидит меня, чем так мучается.

— Я поняла. Надеюсь, когда-нибудь ты изменишь свое решение. Долгой жизни.

Медленно поднявшись с места, уже без первоначальной порывистости, она вышла, аккуратно прикрыв за собой дверь.

Вот почему так? Вроде все правильно сделал, а чувствую себя сейчас последней сволочью. И даже заветная сумка с документами не поднимает настроения. Такая вдруг апатия на меня накатила, что хоть волком вой. Даже был порыв побежать за ней и вернуть. Но я усилием воли подавил его. Это сиюминутная слабость, за которую я потом всю жизнь расплачиваться буду.

— Прогнал все-таки? — просочилась пикси ко мне. — А чего тогда такой кислый? Ты ж этого сам хотел.

— Не всегда наши решения, идущие от головы, совпадают с желаниями сердца.

— Запал на нее, что ли? — удивилась она. — Так чего прогнал тогда?

— Нет, не запал. Просто жалко ее стало. Одна она, хоть и семья большая. Ладно, оставим это. Ты там что-то вещала про отдых? Есть конкретные предложения или так — чистая импровизация?

— А поехали в аквапарк? Девушки в купальниках тебе точно поднимут настроение.

— Поехали. Мне все равно, куда. А то стены дома стали давить на меня.

— Эк тебя торкнуло. Ладно, будем лечить ударными дозами веселья. Иди собирайся — встречаемся внизу.

Что могу сказать — реально помогло. Отдохнул морально, скатился с пары горок, легкий флирт с двумя незнакомками, чьи имена я не запомнил. Рокси не мешала, оставаясь чуть в стороне, проявив несвойственный ей такт. Она прекрасно понимала, что все это несерьезно, и я просто выпускаю пар.

Потом к нам туда заявилась Соль — после учебы сразу завернула, наверное, ее пикси позвала. И сразу внесла в нашу компанию веселый дух студенчества, принявшись рассказывать о своей учебе с юмором и примерами. У нее там уже появились парочка подружек и даже заклятые завистники. Вроде даже дуэль намечается, но это пока неточно. С ее крепким кулачком и большим источником уже многие успели познакомиться, поэтому особо не задевали. Ну, и тот факт, что она является слугой рода Нагибиных, хорошо остужал горячие головы.

Мои невесты вникали в дела рода и были так же жутко заняты. Они создали совет трех и каждый вечер собирались у меня, сделав мою комнату своеобразным штабом, где обсуждали текущие проблемы. Иногда просили открыть куда-либо портал, чтобы разобраться на месте. Меня это радовало, но личная жизнь, по причине всеобщей усталости, почти сошла на нет. Впрочем, я и сам от них далеко не ушел, целыми днями пропадая на арене.

Еще неделя понадобилась мне, чтобы разобраться с благодатью. На решение проблемы меня, как ни странно, подтолкнула именно Рокси — казалось бы, самая ветреная из всех моих девушек. Наблюдая за тренировками, она иногда летала вокруг, сделавшись маленькой, и от скуки соединяла в максимально малых дозах эфир, после чего лепила из него воздушный шарик и резко увеличивала его в размерах. А после отпускала и сбивала его любым плетением. При этом он красиво взрывался, играя разными цветами.

Оказалось, моя проблема в том, что я соединяю, как привык, благодать с эфиром внутри себя, а надо было выпустить их наружу и уже тут объединять в одно целое. Дальнейшие эксперименты показали, что я прав, но мне по-прежнему не хватало скорости. Нет, по отдельности магия срабатывала мгновенно, а вот вместе… И еще мне приходилось отвлекаться и следить за этим, иначе ничего не получалось.

Мне нужна была встряска, нужен был адреналин, нужно было пройтись по краю. Поэтому я не придумал ничего лучше, чем отправиться в Проклятые земли. Похожу в одиночестве, поищу Пожирателя, подумаю о смысле жизни, да и вообще, гляну, что там и как. Давно же хотел, да все недосуг было.

Так что на вечернем совете я собрал всех и объявил, что отправляюсь туда немедленно. Время суток значения не имело, потому как там всегда день. Меня попытались отговорить и даже устроили маленькую истерику — но я был непреклонен. Сидя тут, я ничему не научусь. Казалось, еще немного, и я начну мхом зарастать. Так что перецеловав всех, проверив на предмет пищи кольцо, я открыл портал и шагнул к границе Проклятых земель. Прикинув маршрут, я взмыл в воздух, окутавшись щитами, и полетел, не особо торопясь, наслаждаясь чувством свободы.

К столбу приближаться смысла не было и я двигался вдоль хоженой тропы, используемой местными рейдерами для похода в земли. Сейчас на ней никого не было и в ближайший месяц еще не будет. Потому как после зарядки эфирный фон был настолько высок, что выжить кому-то вариантов вообще не было. Это было мне на руку, потому как пожиратель не сможет найти себе новую жертву до того, как его найду я. А в том, что у меня получится это сделать, я и не сомневался — есть, знаете ли, способы.

Переход я ощутил очень хорошо. На миг как-то сразу стало зябко. Источник будто острой иглой кольнули — он как-то напрягся внутри меня, засиял — и тут же все негативные последствия прошли.

Глубоко вздохнув полной грудью и не почувствовав абсолютно никаких запахов, что было странно — лес же все-таки, я пошел дальше, куда глаза глядят. Это момент перехода меня немного беспокоил. Все-таки слышать — это одно, а вот самому убедиться — уже совсем другое.

Ну а дальше я сделал поисковое плетение, которое и должно было мне найти пожирателя. Простейшее из всех, мне известных, но при этом самое эффективное в данной ситуации. Тут все как? Все живое, что водится здесь, имеет прямую связь с этим местом, а этот урод нет, потому как они все материальные, а он суть эфирная. Сложно объяснить, но смысл в том, что мое плетение реагировало на любую аномалию, непохожесть и отклонение.

Создав таких плетений штук сто, я выпустил их в разные стороны. Теперь точно найдут. А сам пошел, оглядываясь по сторонам, в поисках чего интересного. Потом идти мне надоело и я полетел. Расход эфира на это тут был существенно выше, но не критично. Иногда я видел, как подо мной пробегали странные животные, от вида которых легкий холодок проходил по спине. Иногда я чувствовал чей-то любопытный взгляд, но кто на меня смотрел, так и не увидел.

Адреналин, послушно выплеснувшийся в кровь, разгонял ее, заставляя быстрей течь по венам. Быстро миновав места, в которые заходили разумные, я летел дальше. Руины непонятного города привлекли внимание моего внутреннего кладоискателя, и за неимением иного ориентира я отправился туда.

Разрушенные высотки молча смотрели на меня пустыми провалами окон. Спустившись вниз, я увидел, какую цену взяли за свой приход Проклятые земли. От царившей здесь мёртвой тишины было жутко. Мои шаги эхом отдавались среди безлюдных улиц, а земля скрипела под ногами. Иногда попадались истлевшие человеческие кости со следами зубов на них.

Я зашел в пару домов ради интереса — пусто. Будто по ним прошелся опытный грабитель, вынеся все, что было можно. Никого и ничего. Только эхо…

Просто так бродить оказалось скучно. К тому же я ощущал нечто плохое, затаившееся не так далеко от меня. Километров десять по прямой, если быть точным. И это нечто ждало меня, сидя в засаде, но понимая, что я о ней знаю. Решив, что именно этого мне и не хватает, я смело пошел туда, где ждали. И в этот момент поисковое плетение дало сигнал. И где, вы думаете, прятался Пожиратель? Да как раз там, куда я и шел.

— Попался, — прошептал я. — Ходи ко мне. Гули-гули…

Резко ускорившись, я рванул в нужную сторону, на ходу окутываясь щитами и создавая вокруг себя эфирные воронки, из которых могло вылететь все, что угодно. Мне угодно. Уверен, мне есть, чем удивить тех, кто меня ждет. Когда я доберусь до них, то неживые позавидуют давно уже мертвым. Ибо маска Мораны, скользнувшая на мое лицо, не знала слово «пощада»…

Глава 5

Глава 5

Воздух буквально встал стеной, когда я на огромной скорости понесся сквозь него. Охотничий азарт захватил меня со страшной силой. Мне даже показалось, что у меня во рту выросли острые клыки, жаждущие впиться в плоть. Правда, наличие последней вызывало сомнения, но важен сам факт.

Внизу замелькала земля, иногда мои глаза выхватывали силуэты необычных животных… Но ими я займусь позже, если ещё будет интересно. А вот то, что меня ожидало… Я прям нутром чувствовал, как его взгляд становится все более агрессивным и более голодным, что ли.

Интересно, что это может быть? Нет, я слышал про центр Проклятого леса, но тут как бы совсем окраина. Каких-то пятьдесят километров от границы. Или настолько оголодал тот, кто там всем управляет, что рискнул так приблизиться?

Ну, мне же проще — бегай потом по огромной территории, ищи. А тут хотели, получите — нате. Люблю, когда вот так, без особых прелюдий. Только моим невестам об этом не говорите, а то еще обидятся. Они у меня натуры романтичные и не поймут такого…

Когда до непонятно чего осталось всего с километр, я все же тормознул и спустился вниз. Пространство тут было чистым — какие-то поля, заросшие серой травой, относительно ровная дорога. Нормально. А драться в воздухе мне пока непривычно и, кстати, над этим стоит поработать. Но это потом как-нибудь.

Дальше я шел пешком, сканируя вокруг биение жизни. Но было тихо и никого. И все же я знал, что кто-то тут точно есть. Вот прям по курсу, по идее, в пределах видимости. Правда, я по-прежнему никого не видел.

— Выходи на битву, неведомая и невидимая тварь! Я знаю, что ты тут! -заорал я в пустоту, готовясь жахнуть так, что небо заплачет.

— А я тебя ждал, — появился черный сгусток тумана.

— Ты из дикого леса, дикая тварь, — опять вспомнилась классика. — Чего тебе надо?

— Ты еще не понял, глупый человек? Мне нужен ты. Точней, твое тело, твои возможности. Мое бывшее было хорошо, но по сравнению с твоим очень слабым…

Его слегка шипящий голос был похож на змеиный. И мало того, что неприятный для слуха, так еще и имел слабый гипнотический эффект. Меня-то этим не пронять, а вот обычного человека очень даже и проймет.

— Так тренироваться надо было больше. И холодной водой по утрам обливаться. А ты небось на жопе сидел, да жрал всякую гадость. Откуда ж силы в таком теле появятся? Но хватит болтать — отведай-ка силушки богатырской!

Ну да, разговор двух врагов перед битвой — это канон. Только в обычных книгах злодей при этом готовит суперубойное оружие, а герой просто чешет языком. А потом сильно так удивляется, когда по нему прилетает.«Коварный враг!!!» — обычно возмущается он. Нет, дебил, это не враг коварный, это ты идиот.

Ну, в общем, так как я ни разу не он, то во время милой и задушевной беседы я потихоньку окутывал пространство эфиром. А этот делал то же самое, только черным дымом.

Действовать мы стали одновременно. Он рванул ко мне, пытаясь сходу залезть в меня. А я попытался заключить его в кокон, дабы сдавить и растворить. Обломались оба.

Он — потому как в меня залезть не получилось, я вовремя сообразил заполнить внутри себя все пространство благодатью. Она обжигала Пожирателя, не позволяя ему попасть внутрь. А я — что мой эфир спокойно проходил сквозь него, совсем не собираясь как-то того тормозить.

Ну, и пока мы оба тупили, пытаясь понять, где налажали, я вспомнил исторические хроники по борьбе с пожирателями. Говорят, рекомендацию написал сам Хранитель миров.

… Сами по себе они не материальны и с легкостью захватывают тело любого разумного, съедая душу — отсюда и название «Пожиратели». Но если они все же оказываются во внешнем мире без носителя, то тогда обретают форму, которая напоминает воздушный шар — снаружи оболочка, внутри, можно сказать, газ, являющийся их сутью. Разрушь оболочку — и пожиратель становится уязвимым. Но как же это сделать, если их не берут обычные эфирные плетения? Точнее, обычным эфиром можно, конечно, в итоге ее разрушить, но сил и времени это займет порядочно. В обычном состоянии их оболочка очень адаптабельна и буквально за мгновенья может подстраиваться под любой урон. Вода — значит, сопротивление воде, огонь — значит, огню.

Кто-то может сказать, что надо их атаковать магами разных стихий, и он был бы прав, если бы не одно «но» — плетения бьют неравномерно, и пожиратель все равно успеет выставить защиту. Кто-то предложил обрушить на них глыбу льда и одновременно снизу ударить землей — тот же эффект. Огонь с воздухом? Заключить в плотный кокон огня и ударить воздухом? Не получится — одно уничтожит другое. Какие бы вы комбинации не попробовали, все равно эффект будет слабым. И не забывайте, что их миллионы и миллиарды, а нас намного меньше. Пока будете долбать одного, остальные вас уничтожат.

И какой же есть выход, спросите вы? Маг сам должен бить одновременно дружественными стихиями, причем, наносить либо короткие сильные удары, либо использовать массовые плетения, не забывая удерживать управляющий контур…

Ну, в общем, звучит немного мудрено, но как я понял, суть в том, чтобы жахнуть одновременно всем, сведя в одну точку все стихии. Причем надо сделать это максимально быстро и точно. Ударить нужно так, чтобы сила, влитая в плетения, была одинаковой. А что для этого нужно? Конечно же, идеальный контроль, который у меня был. Ну, и ещё надо точно знать, куда бить, потому как этот гад, став туманом, не спешил превращаться во что-то материальное.

Еще и взгляд этот со стороны — вот чую, готовит он подляну, а какую, понять пока не могу. Но пока сидит тихо, и то ладно, а этот орет от возмущения. Пора с ним заканчивать.

Яркая вспышка, на секунду разогнавшая туман, и вот я вижу его средоточие. И тут же бью туда, как написано в учебнике. Строго по схеме — мгновенно сплел все стихии и ударил.

Рев боли, громкий «Чпок»… И на этом, собственно, и все. А что? Ожидали эпическую битву? Да нифига! Судя по описанию, этот представитель пожирателей был слабеньким и трусливым. Не иначе, как хорошо прятался, потому и выжил. Кстати, я вроде читал, что ими управляла их главная, а этот вроде как сам по себе. Непонятна и падазрительна!!!

Ну и ладушки. Одним уродом в этим мире меньше стало. Я герой, и все целуют мой зад. Ну, или дарят подарки и делают солидные переводы в банк. Последнее прям приветствуется.

— Так, кто там смотрит искоса,

низко голову наклоня?

Монстр страшный хочет Вискаса?

Нету Вискаса у меня.

Появись, покажись, а то я сам найду.

— Так вот ты какой, — раздался голос, и возле меня возник призрачный силуэт… Ну, не знаю, кого-то. Пол существа был с первого взгляда не понятен. И по второго тоже, потому как рассмотреть его не получалось — он плыл, как бы растекаясь в пространстве. Но голос вроде как женский.

— Ага, я такой. А вот кто ты такой — или такая?

— Я та, что правит всем видимым. Я тот, чье могущество неоспоримо. Я прекрасна!!! Я ужасен!!! У меня…

— Биполярочка, — прервал я их. — Причем в ярко выраженной форме. Он — она — вы уж определитесь.

— Мы двуедины, глупое неразумное!!! -взвилось оно от возмущения.

— Два в одном? Для этого есть совсем не толерантное слово, которое и произносить-то вслух стыдно. Но это ерунда — всякие извращения и извращенцы меня не интересуют. Ты вот что скажи — чего тебе надобно и как тебя убить, чтоб не мучилось?

— Убить меня хочешь?!!! Я пожру твою душу и тело! Я сотру из мироздания даже упоминание о тебе. Я выпью твою суть, заставив ее вечно страдать в безвременье…

— Сколько громких слов и ни одного ответа. Давай конкретно — чего тебе надо?

— Я хочу наружу, а ты мешаешь. Эти ваши столбы…

— Нет, так-то твоё желание мне понятно, — прервал я ее-его. — Жрать-то всем охота, а ты, видать, совсем оголодало. Но видишь ли, те разумные, живущие там, категорически против этого. И даже я против этого, потому как пока ты тут, мне и слава, и почет, а как вылезешь и всех сожрешь, кто мне почет оказывать будет? Налицо тупик и конфликт интересов. Но надо как-то решать.

— Что тут решать? Убью тебя, и дорога открыта.

— Ты дура — дурак? Такие, как я, еще есть. Но они умней, сюда не лезут, а мне вот любопытно стало посмотреть, кто в теремочке живет. И да, помру я — и сюда полезут те, кто сильней меня, дабы покарать виновного. Надо тебе это?

— И что ты предлагаешь? Я не могу не расти. Я не могу не развиваться. Мне нужны новые земли!

— Не нужны. На хрена они тебе, если у тебя их и так завались? Подумай над тем, что тебе реально нужно.

— Еда, пища, свежая кровь!!! — завопило оно.

— Ну а как тебе ее доставить, если все дохнут на подходе? Сюда ни кабанчика не притащить, ни еще какую зверушку. Земля всех выпивает.

— Я могу делать проходы, — задумалось оно. — Не надолго, но могу.

— Вот это уже конструктивный диалог. Давай так — я подумаю, как все это организовать, и встретимся еще раз. Мы тебе предоставим еду, а ты нам свободный проход по твоим землям. Но только тем разумным, у которых будет вот такой знак на груди, с моей магической меткой, которую ты хорошо чувствуешь, — показал я ей свой герб. — Нам же не надо, чтобы тут свободно шастали всякие, да тебя попусту тревожили?

— Не надо. А если полезут, я их съем.

— Твое право. Прям хорошо поговорили — я доволен. И да, кстати, как звать-то тебя? Если что, я Ямир.

— Зови Лесса — Лес. И так, и так можно.

— Понял, принял, записал. Тебе, кстати, много еды-то нужно?

— Чем больше, тем лучше, — облизнулась он — она. — Ее много не бывает.

— Ладно, порции потом согласуем. В следующий раз когда приду, притащу побольше живности. Главное, не убей их на подходе.

— Мы будем ждать, — прошелестел голос и призрак растаял. Как и голодный взгляд, что давил не хуже пресса.

Интересно, Лесса, она все-таки кто? Разумная тварь или оживший артефакт? Проверить бы, да желания нет.

Решив, что на сегодня мне приключений хватит, я пошел обратно. Программа-максимум тут выполнена. Пожирателя грохнул — надеюсь, он был тут один, с местной властью договорился. Кстати, я думал, будет эпическая битва, а все оказалось намного проще.

И нет, я не добрый Дед Мороз и ничего, что идет во вред роду, делать не буду. Да и добрый Дед Мороз — миф, придуманный для детей. Эти земли никому не мешают, а вот держать за яйки правителей очень даже позволяют. Так что я их оставлю за собой и только мои тут будут свободно ходить. Ну, или представители нашего рода. Это добавит нам еще больше зависти, ну и авторитета тоже. На первое мне плевать, а второго много не бывает.

Долетев до разрушенного города, я тормознул, осененный догадкой — это ж место, где жила куча людей, судя по развалинам. А где люди, там что? Правильно — банки!!! А где банки, там деньги, а где деньги, там я!

Воодушевившись, я принялся нарезать круги, прикидывая, где он может быть. Наверное, в центре. И знаете, что? Я таки его нашел, потому как он гордо возвышался среди разрушенных зданий, радуя крепкими стенами и рухнувшей крышей!

Спустился, вежливо отодвинул ржавую петлю на двери и даже постучался. Чего? Я вежливый кладоискатель. Зашел внутрь — тишина и ни одного клиента. Эдак они, наверное, в убыток себе работают. Но пофиг — запах денег уже просочился через стены и манил меня, как хорошая выпечка и кусок мяса.

Я безошибочно пошел вниз, в подвал, чуть паря над землей, справедливо опасаясь, что тут все может рухнуть. Ого, солидно!

Тяжеленная сейфовая дверь, чуть тронутая разрушением, внушала. Как и следы когтей на ней. Но вот кусок разрушившейся стены рядом с ней порадовал ещё больше. Просочился внутрь — печальная картина. Около десятка истлевших тел. Походу твари до них не добрались, и они банально умерли от голода, не сумев выбраться обратно. Дверь, видимо, от удара чуть перекосило, и замок заел. А говорили, что жители организованно покидали эти места. Врут, значит.

Ладно, это все плохо, но я тут не за этим. Скорбеть об умерших потом буду. Я огляделся и довольно улыбнулся — огонек, освещающий комнату, послушно показал мне валяющие прямо на полу слитки золота. А еще вскрытые банковские ячейки и вываленные из них украшения, разряженные, но явно дорогие артефакты.

Спустя час я, вполне довольный жизнью, покинул банк, не забыв похоронить тела. Ну да, я сентиментален. Да и не трудно мне было предать их земле. Поэтому закопал, поставил охранный знак Сворога, да запечатал могилы. Теперь их души, если они еще остались тут, спокойно уйдут на перерождение.

Все, на сегодня лимит хороших дел исчерпан. Поэтому домой я направился с тяжелым грузом золота, лежащим в кольце. Не знаю, какая там сумма, но точно с шестью нулями — не меньше. Нет, так-то жадность во мне поутихла, но желание заработать никуда не делось. А если золото под ногами валяется, то грех его не поднять. Не зря говорят, что оно к Нагибиным само в руки просится.

Спокойно долетел до границы — в Проклятых лесах порталы не работали. Не то, чтобы были сложности — нет. Просто не открывались. Скорей всего, этому мешал сильный эфирный фон. Ну да мне не трудно и полетать немного.

Спустился вниз и по привычке заглянул внутрь себя. Увиденное удивило — благодать, что я выпустил, так и оставалась во мне в виде сияния, обволакивая все внутри, включая источник. Попробовал выпустить ее, и это произошло мгновенно. Причем она уже была связана с эфиром. Ну ни хрена ж себе! И так же спокойно она взаимодействовала с тьмой и светом.

Блин, мне нужен совет! И срочно. Пока я не разберусь, что к чему, в свой старый мир не вернусь. Там я появлюсь, владеющий всем и будучи на пике возможностей, потому как заруба, подозреваю, будет знатная. Значит, мне по силе надо стать таким, как эта парочка — ангел и демон, который мне каналы поправил.

Значит, пора опять навестить Гордого, как и советовал Перун. К Багрянину не пойду, потому как не сдержусь и морду набью ему. А еще там мир был со странностями и просто так туда не сунешься — шанс сразу помереть стопроцентный. Да и не знал я, где он находится. А с этим вроде сработались, да и без заскоков он аристократических.

Впрочем, мне там не гулять, а поучится надо. И желательно в тишине и одиночестве. И теперь главный вопрос на мильен золотом — идти сейчас или сначала домой, а потом идти?

С одной стороны, я своих предупредил, куда отправился и что могу задержаться. С другой стороны, не скажешь и задержусь — поднимут панику. Время у нас течет по разному, насколько я помню. Ну, у них где-то в два с половиной раза быстрей, значит, надолго я не пропаду. Но кто знает, сколько мне на все понадобится времени? В общем, прикинув так и эдак, я решил все же предупредить своих.

Открывшийся портал привел меня в поместье, а после я назначил общий сбор, громко вопя об этом на весь дом. Время было ранее — как оказалось, я в Проклятых землях почти всю ночь прошлялся, но спать мне не хотелось. В отличии от остальных. Но это даже хорошо.

В общем, пока они сонно зевали и спрашивали, какого, собственно, ху… черта я ору на весь дом, я сделал важное сообщение, что ухожу, но обещаю вернуться. Мол, божественные дела и все такое. Меня не ищите. Потому как куроле… в смысле, спасать мир буду в другом мире. Это мой долг как героя, поэтому всех обнимаю, целую во все места.

Ну, и открыл портал по координатам Перуна. Торжественно махнув рукой и не слушая злобного вопля Рокси, которая сообразила, что все опять пройдет мимо нее, я сделал уверенный маленький шаг к большим приключениям, что звали меня…

Глава 6

Глава 6

На этот раз портал был не привычного белого цвета, а такой, с веселенькой синевой. Прожевав меня и выпив больше половины источника, он выплюнул меня в центр знакомой площадки. Нет, не в крепости, где мы появились в первый раз, а на полигоне.

На меня сразу направили много оружия тренировавшиеся тут послушницы, а за их спинами замерли Старшие, готовя что-то убойное.

— Спокойствие, только спокойствие, -примиряюще выставил я вперед руки. — Забыли меня, что ли? Я Буй, тот, кто участвовал в спасении вашего мира. Ну, в одной компании с вашим принцем и одним рыжим придурком.

— С какой целью ты вернулся? -выдвинулась вперед, видимо, их главная.

— На вас посмотреть, да себя показать. Что за глупый вопрос? Надо, значит, раз пришел.

— О тебе будет доложено в столицу. А пока посиди в том доме, где вы были раньше. Помнишь его?

— Проверяете — не доверяете? Что ж, имеете право. Знаю, помню, подожду вашего Гордого. Но недолго. Дела у меня, знаете ли.

Махнув чуть дернувшимся дамам рукой, я пошел в наш старый дом, который, надеюсь, еще не успел меня забыть. Источник восполнялся большим темпом и часа через три, думаю, будет полон.

Знакомые голые стены, максимальный минимализм. Я растянулся на узкой койке, представив, что лежу на мягкой, широкой перине. Но то ли воображение сегодня буксовало, то ли я такой впечатлительный, а может, все дело было в жестких досках кровати… В общем, мне было некомфортно. Но я решил превозмогать, чтобы потом было чего предъявить Гордому. Мол, вон вы как гостей встречаете. Ну, и счет ему на пару миллионов золотом выставить. И это еще со скидкой. Так сказать, по-дружески.

От нечего делать я погрузился в медитацию с целью посмотреть, что происходит у меня внутри и понять, как я докатился до жизни такой веселой и богатой.

Недолго думая, потому как долго — это не мое, я занялся экспериментами, пытаясь понять вообще суть благодати и откуда она берется во мне, сколько у меня ее есть и на сколько вообще ее хватит. Нет, то, что ее мне дал Перун, я помнил. Но сколько он дал — много или мало? А если закончится, то где ее брать? Или она восстанавливается сама? А из чего или из кого? Что на это влияет?

— Познай непознанное, — максимально глупо и пафосно говорил еще в моей прошлой жизни волхв Белослав.

Тогда казалось это глупым, а вот сейчас эта фраза заиграла новыми красками. Мне даже захотелось на миг стать похожим на него. Ну, типа вещать непонятное с максимально умным выражением лица. И глядя на ничего не понимающую толпу, снисходительно так улыбаться, мысленно обзывая всех глупыми и недалекими.

Вопросов вагон и десяток тележек, а ответов на них нет. Ну да ничего — местный принц вроде знающий мужик и сможет объяснить незнающему мне все нюансы. Главное, чтобы слишком дорого за консультацию не взял. Впрочем, у меня есть, что предложить на обмен, не сильно ударив при этом по собственной жадности.

Так что я разбирался в себе, не заметив, как пролетело время. А когда открыл глаза, увидел лежащего на соседней койке Гордеева, который лупился в планшет. И судя по звукам, что от него исходили, смотрел какую-то киношку. Возможно, даже порнуху. Очень уж эротично героиня там страдала.

— Очнулся? — отложил он модный девайс и с хрустом потянулся. — Видел, что ты медитируешь, и не стал отвлекать.

— Это ж сколько времени прошло? — я сделал то же самое, чувствуя, как затекло тело.

— Да почти шесть часов уже прошло, как ты прибыл.

— Это я неудачно отвлекся. Но не суть и сразу к делу — помощь твоя нужна.

— В чем? — напрягся он.

— Не парься. Консультация нужна насчет благодати. Дед сказал — вали к Гордому. Он поможет. Ну, и мир у него к этому хорошо расположен. Он же и координаты твои дал.

— Дед? Перун в смысле? — успокоился он.

— Ну не Черкасский же. Этот у меня огонь, но за мою магию не знает.

— Хорошо. По факту я тебе сильно должен, а в должниках быть не люблю. Что ты хотел узнать?

— Все. Откуда она во мне берется, как ей управлять, как восполнять. Да и вообще, что она реально может, кроме открытия портала? А еще, — я прислушался к себе, — есть хочу. Прям очень. Похоже, переход и медитация все силы сожрали.

— Знакомо, — понимающе усмехнулся он. — Я, когда на Аштаэлию перемещался, тоже подобное испытывал.

— К Рыжему в гости ходил? — чуть не сплюнул на пол я. — Лучше бы ко мне завернул. У меня там море и всяких развлечений полно. С принцессой бы познакомил. Горячая штучка, и маг неплохой.

— К тебе не мог, потому как порталами не владею. Это иной вид магии, пока мне недоступный. А Баг дал мне артефакт, чтобы я мог вызвать его.

— Прошаренный тип. Я бы на твоем месте с ним даже в одном мире не жил.

— Да нормальный он. Просто считает, что спасение утопающего — дело рук самого утопающего. А если уж совсем тонет, только тогда поможет. Политика у него такая — максимальное невмешательство. Не иначе, как от своего бога перенял.

— В моем мире невмешательство зовется трусостью. Да и Хранитель этот постоянно везде лезет. Ладно, хватит о нем — бесит.

— Хорошо. Пошли поедим и подумаем, как тебе помочь.

— Только я то, что подают вашим послушницам, есть не буду. У меня лапки и максимально нежный желудок.

— Не переживай. Ты гость и питаться местной пищей тебе не нужно. Хотя она такая не просто так.

— А за деньги?

— Нет, бесплатно, — рассмеялся он. — Я в этой школе два года провел и питался как все. Ох, как вспомню, так вздрогну! Впрочем, всё равно хорошее было время.

— Рад за тебя. А я вот не люблю всего этого. Превозмогания точно не про меня.

— Каждому свое. Поедим в столовой — там сейчас никого нет. Ну и разговору никто не помешает.

В общем, общение получилось содержательным. Гордый, как я и думал, оказался нормальным мужиком и отвечал на вопросы честно, не пытаясь торговаться или что-то утаить.

Разговор наш с ним затянулся почти на два часа, но стоил каждой потраченной на него секунды. Потому как за это время я узнал больше, чем за всю жизнь. Теперь мне многое стало понятным, на что-то открылись глаза, а на что-то — например, на свою глупость, — хотелось их закрыть.

— Надеюсь, я ответил на все твои вопросы? — спросил он, делая глоток чая.

— Да. Мне… надо все обдумать. Если ты не против, я поживу немного в твоем мире? Уйду подальше в лес, чтобы никого не тревожить.

— Да живи сколько хочешь, — отмахнулся он. — Мой мир — твой мир. И еще, Буй… Помирись с Багом. Он хороший парень.

— Посмотрим. И это… больше не зови меня Буй. Теперь я Велимудр, — моя одежда изменилась, став похожей на одеяния волхва.

— А чего так? — заинтересовался он.

— Потому что так выглядит стильно и веет духом старины. Ну, и зверушки местные, увидев мою крутость, не рискнут даже подумать, что я их обед. К тому же в такой одежде легче напитываться мудростью предков!!!

Выйдя наружу, я глубоко вздохнул, ощущая эфирные потоки, напоминающие дикий эфир Проклятого леса, взлетел вверх, почувствовал центр, где он был максимальной концентрации, и полетел туда.

Отмахав километров сто по прямой, я нашел хорошее место — поляна, небольшая речка, высокие деревья, и решил, что это именно то, что мне нужно. Мягко опустившись вниз — ну да, над посадкой я все-таки поработал, — я достал из кольца комфортную магическую палатку, стол, удобное кресло… В общем, на обустройство быта у меня ушел где-то час.

Потом ко мне в гости наведался местный мишка. Ревел так грозно, лапами бил. Я от щедроты души выделил ему бутылку самогона — тот выхлебал её чуть ли не одним глотком, понял, что добавки не будет, и жалуясь на весь мир, ушел.

Я же сел в позу медитации и погрузился в себя. Потом чертыхнулся, и решил, что так нельзя. Мне нужна была максимальная концентрация, вера в то, что все, что я делаю — это правильно. А еще холодный ум и идеальная память. На помощь пришла очередная, очень редко используемая мной маска Даждьбога.

— Гой ты, бог Даждьбог,

Что сияет в Прави как солнце ясное.

Величие твое — в помыслах твоих,

А знания необоримая сила.

Помоги мне осознать Твою мудрость.

Помоги мне понять, как применять Твое Слово.

Дай мне понимание себя и других.

Научи меня, как жить по Твоим заветам.

Гой ты, бог Дажбог, владетель знаний мирских

И мудрости божественной.

Слава тебе. Слава…

С последними словами я почувствовал, как внутри меня образовалась легкая пустота. Тело сделалось немного вялым, а вот голова заработала как идеальный и самый прокаченный компьютер.Все верно — так и должно быть. Теперь я ничего не упущу, смогу лучше понять, что мне говорили. Память послушно выхватывала любые упоминания, слышанные мной ранее в любом из миров, и послушно выстраивала логическую цепочку. Так я что я, с небольшими перерывами на сон и еду, оставался на месте, думая, решая, планируя, выстраивая логические цепочки.

Иногда приходилось отвлекаться на медведей. Ну да, эти толстожопые напрочь игнорировали мои магические барьеры и внезапно подумали, что я тут для них поляну накрываю.

Тот, что приходил раньше и получил от меня бутылку, решил, что бухать одному скучно и привел с собой друзей. Халявщики вылакали ещё по бутылке и свалили. На следующий день опять приперлись — пришлось снова поить, потому как драться в таком состоянии не хотелось. Снять с себя маску можно быстро, а вот потом справиться с дикой головной болью быстро как раз не получится. Я был согласен потерпеть ее один раз, но не более.

Но мое терпение закончилось, когда в один из дней их заявилось целых пять штук, и они принялись хозяйничать на моей поляне — перевернули стол, завалили палатку и громко ревели, требуя выпивки. Тут я психанул и явил им иллюзию страшного дракона. И главное, очень голодного. А уж как он ревел!!! От этого мишки задали стрекоча и больше не появлялись.

Правда, один из них, ну, тот первый, все же рискнул появиться в самом конце, когда я, усвоив все, снял маску, уже откатался в приступе боли по земле, собрав всю грязь на лицо и одежду, ну, и регенерировал кучу микроинсультов.

За неимением лучшего собутыльника, я ему налил, выпил сам, угостил того конфетами и куском пирога. В общем, расстались мы с ним если не друзьями, но хорошими приятелями, это точно.

Теперь я хорошо понимал, что такое благодать — сила богов, дарованная им молитвами людей. Ну, и свою суть аватара тоже. Типа дед мне дал плюшки, так сказать, авансом и скорей всего потребует отработки. Но только он просчитался с этим. Не я ему должен, а он мне. Да и благодать мне по сути не нужна — прыгать по мирам и что-то там делать? Да в топку такие путешествия! Мне и в своем хорошо. Вот разберусь с семьей и демонами и тогда…

Стоп, а что тогда? Семья — я ж теперь и выгляжу по-другому, и мыслю. От былого Мирослава и следа не осталось. Нет, мои чувства к ним были сильны как никогда — пелена, что закрывала воспоминания о них, спала, и если честно, я был очень зол. На то, что ее вообще мне поставили. На то, что я о них практически забыл, вспоминая как бы фоном. Мне было стыдно перед Хвостиком — нашел тут себе кучу баб и развлекаюсь. Впрочем, она же могла тоже выйти замуж. Скрипнув зубами, я понял, что приму это, потому что права не имею что-то иметь против.

Что же до семьи… Захотят ли они уйти со мной или останутся в старом мире? Узнают ли меня? Почувствуют? Как мне им доказать, что я это я? Народ у нас очень недоверчивый и любое непонятное встречает с агрессией. Сам-то я в том мире уже не останусь, но попытаюсь забрать их с собой. После того, как разберусь с демонами, им там делать будет нечего. А тут я им найду, чем заняться.

Отец — кузнец, один из лучших. Немного магии и его оружие будет нарасхват. Мама — берегиня. Лучше нее никто дом не защитит. Любомира — да фиг ее знает — выдам замуж и пусть мужу мозги выклевывает. Но она и там сильная, а в моем мире, наполненном магией, кто знает, какие способности у нее появятся. Хвостик — если примет местный уклад, станет моей женой. Все еще люблю ее, хоть и мысли об этом были спрятаны глубоко внутри меня. И это бесило. Найду и покараю. И возможно, даже анально.

Ладно, хватит рефлексировать. Уходить, не попрощавшись с хозяином земли этой, было бы неправильно, поэтому я быстро собрал вещи, восстановил бытовой магией поляну и полетел обратно в школу Велеса или, как они ее пафосно называли, Школу Смерти. Но не успел я набрать высоту, как в меня прилетела сеть. Магическая, адамантиевая. Спеленав в кокон, она потащила меня вниз, при этом больно обстучав об ветки.

— Нашли, — открыв глаза, потому как больно стукнулся головой, я посмотрел наверх. Ну да, расслабился, не успел вовремя среагировать. Но кто ж знал…

— Марго, я когда освобожусь, найду самую большую палку в этом лесу и буду лупить тебя ей, пока ты не начнешь вопить от боли. Вас, кстати, это тоже касается, — пригрозил я ухмыляющимся Ром и Эль.

— Грозный Ямир. Гроза всех баб и Проклятых земель. Лежит беспомощный у наших ног, -рассмеялась ангел.

— Тебя я буду бить горящей палкой.

— Не будешь. Потому как не сможешь. Знаешь, что мы попросили в награду у Перуна? Чтобы на нас твоя магия не действовала. А наша на тебя очень даже. Теперь мы контролируем род Нагибиных. Но это как бы бонусом. Важней другая награда…

— Я вас и без магии порву на клочки!!! Отпустите меня, бешеные самки!!! Когда я освобожусь, вы будете умолять меня о смерти!!!

— Что тут происходит?!!! — Гордый возник просто появившись в воздухе. И его бабы тоже были с ним. Стоят, зыркают так недобро.

— Они меня схватили!!!

— Мы отправляемся домой. Просим прощения за этот инцидент, — чуть не хором произнесли эти твари, мелькнул портал и меня в него закинули, как мешок с картошкой.

Опять удар, теперь об жесткий пол. Следом вышли они. От бешенства у меня аж сосуды в глазах полопались.

— Что вы хотите? — я чувствовал ток магии, но он был как бы в капсуле. Очень похоже на то, что делал со мной Тирион в мире пикси. И я знал, как с этим бороться — просто нужно немного времени.

— Неужели я слышу в твоем тоне намек на вежливость? — усмехнулась Марго. — Что же до твоего вопроса — мы хотим все. Все, что ты имеешь — власть, деньги, влияние. Отныне ты подчиняешься нам. Внутри тебя есть частичка нашей силы, одно неверное движение — и ты труп. Мы долго ждали и терпели, с нас хватит. Теперь мы твои хозяйки!!! Ты понял, самовлюбленный, напыщенный индюк?!!! — заорала она.

— Не горячись, Марго, — Ромиэль приобняла ее. — До него еще не дошла вся глубина ямы, куда он рухнул. Но скоро он все поймет и сделает всё так, как мы скажем. Иначе его ждёт мучительная смерть. И да, мы запрещаем тебе говорить кому-либо о том, что ты о нас узнал. Теперь ты раб!!! — и все три дуры счастливо рассмеялись.

— Как вы меня нашли? — мне надо было потянуть чуть время. Кажется, я нащупал чужую частичку внутри себя.

— Портал, настроенный на тебя. Мы всегда знаем, где ты, и можем тебя найти и переместиться к тебе. Или призвать. Ты еще не понял, да? Ты в полной нашей власти. Более того, мы даже можем управлять твоим телом — ты теперь кукла, Ямир. Безвольная, мерзкая кукла….

— Есть! — мысленно с облегчением выдохнул я. Найти сложно — уничтожить очень легко. Но надо знать, где и что искать. Я знал. А так как эта дрянь во мне не успела пустить корни, то и избавился я от нее легко.

Под их изумленными взглядами я начал вставать.

— Лежать!!! — рявкнула Марго. — Но как… Не работает⁈

Адамантий поплыл, освобождая меня. Те в ужасе стали окутываться щитами, что-то вопить… Шипы из кастетов точно вошли в их тупые головы и в нашем мире на трех дур стало меньше. Брезгливо посмотрев на тела, я выпустил огонь, что испепелил их, а после открыл портал в свой старый мир.

У меня было много вопросов к Перуну, и когда я их задам, небеса содрогнутся и заплачут. Но этом потом. Пора встретиться с семьей….

Глава 7

Глава 7

На этот раз переход был дольше и сложней. Эфир рухнул будто в бездонную бочку, разом сожрав больше половины запаса. А еще накатила слабость — казалось, мои внутренности засунули в центрифугу, хорошо так прокрутили и выплюнули обратно, за ненадобностью.

Опершись о потрескавшуюся стену, я поливал содержимым желудка землю, поставив в голове галочку — впредь не есть перед подобными переходами! Пара минут понадобилась мне, чтобы более-менее прийти в себя и осознать, что все получилось.

Как я это понял? Мой бездумный взгляд зацепился за грязную бумажку на стене, в которой все желающие быстрой работы приглашались… ну, куда-то. И номер телефона — вполне понятный и привычный живущим в этом мире. Очередной развод и прямая дорога в лапы местного правосудия — знаем, плавали. В свое время нам целую лекцию об этом читали, мол, так и ловят заблудшие души, потому как все сомнительные конторы этого мира контролировались демонами и их подручными.

Я привычно потянулся к эфиру — м-да, а его тут совсем мало. Портал пока не получится открыть — расход будет просто чудовищным. Магический фон здесь низкий, практически незаметный. Впрочем, мне много и не надо. Источник, подобно самому мощному насосу, уже активно работал, восстанавливая потраченное. Это займет больше времени, чем обычно, так что надо запомнить, что не нужно творить ничего масштабного. А то так и без эфира можно остаться.

А вот благодать хорошо восполнялась. Я прямо физически ощущал ее поток. При этом он был намного сильней эфирного. Сила веры тут в людях была сильна, и похоже, местным богам ее хватало с избытком. Настолько, что и мне что-то перепадало.

Конечно, они могут заметить отток, но мне пофиг. По силе я стал таким, что запросто могу навалять любому из них. Ну, или сойтись на равных уж точно. А заодно спросить, как они допустили приход в этот мир демонов. Впрочем, в том, что наша встреча вообще состоится, я не был уверен — скорее всего не рискнут они показаться, потому как незачем, благодати тут на всех хватит.

Я преобразил одежду пикси в соответствии с местной модой — здесь было начало зимы, погода стояла довольно прохладная. Но тратить эфир на поддержание температуры было глупо. И так костюм жрал его как не в себя. Это в других мирах я этого даже не замечал, а тут потери были существенными, но терпимыми. Менять ее было бы верхом глупости — она и прямое попадание выстрела из танка в упор выдержит. И это без всяких щитов.

Теперь надо было понять, куда конкретно меня закинул портал, и раздобыть местной валюты. Так-то раньше я с этим не заморачивался, а тут осознание того, что у меня нет денег, выворачивала мое сознание. Нет, в кольце много чего есть — и золото, и камушки драгоценные. Но в местных магазинах точно не поймут, когда я расплачусь за бутылку воды золотой монетой.

Значит, мне нужно найти что-то типа ломбарда. Но для начала понять все же, где я нахожусь. В случайности я не верил, и раз меня забросило именно сюда, ззначи, в этом есть какой-то смысл. Вот его мы и будем искать.

Оглядевшись — судя по всему, тут стояло раннее утро, — я набросил на себя небольшой воздушный морок и направился из переулка наружу, надеясь хотя бы по косвенным признакам разобраться, где я нахожусь.

Ладно, насчет раннего утра я точно погорячился — окраина города уже вовсю кипела жизнью. Сновали уже позабытые мною модели автомобилей, спешили куда-то люди. Чуть вдалеке дымили трубы какого-то завода — привычная цивилизация, основанная на физике, а не на магии. Но тут мне, собственно, делать было нечего — все нужные конторы всегда располагались ближе к центру. И там же можно было добыть нужную информацию. И обязательно телефон. С покупкой которого, как я вдруг понял, у меня сразу бы возникли проблемы — документов-то у меня нет. Как мне оформить симку и, главное, на кого? Впрочем, деньги с легкостью решили бы эту проблему — надо было их лишь добыть. Мне нужна информация и…

— Эй, малой, а ну тормози, — услышал я голос и, поняв, что обращаются ко мне, мгновенно осатанел. Отвык я, знаете ли, от подобного. Хотя это мне даже на руку.

Трое красавчиков весьма грозной, хоть и несколько помятой наружности, спешно взяли меня в полукольцо, ненавязчиво отрезая от взглядов прохожих. Правда, те особо на нас и не смотрели, занятые своими делами. Принцип «моя хата с краю» действовал во всех мирах.

— Это вы мне? — стараясь не заржать, глядя на их возмущенные физиономии, спросил я.

— Ты чего без спроса шляешься по нашему району? И почему я раньше тебя не видел? — один из них, одетый чуть поприличней остальных и не с такой отекшей рожей, дышал на меня перегаром и возмущением.

— Случайно забрел, — пожал я плечами. — А что, нельзя?

— А ну, пойдем-ка, поговорим, — он положил свою лапу мне на плечо, и я едва сдержался, чтобы не сломать ему руку, содрогнувшись от омерзения. Но этот дурак воспринял это как проявление страха и довольно ухмыльнулся.

— Не боись, мы только поговорим по-быстрому, — старательно подталкивал он меня к переулку, из которого я вышел. Меня это безлюдное место тоже устраивало, поэтому я не шибко сопротивлялся. — Не люблю долго говорить, да и дел у нас много. В общем, ты нам должен. Выворачивай карманы и гуляй себе дальше.

— А можно вопрос? Ну, насчет того, где можно погулять?

— Насчет достопримечательностей хочешь спросить? — заржал он. — Ну давай, удиви меня.

— Как называется город, в котором мы находимся? Есть ли тут ломбард? И сколько пройдёт времени, прежде чем найдет ваши холодные трупы местная полиция?

— А ты смешной, — вопреки своим словам, он почему-то перестал смеяться и в его руке мелькнул нож. — Ломбард, говоришь? Город, говоришь? Держите его, пока я карманы проверю! И рот заткните, чтобы не орал.

Его собратья по несчастной любви их пап и мам двинулись ко мне, неумело играя ножами. Подпустив их поближе, я провёл удар в челюсть — и вот первый падает. Второму достался удар в живот — и вот земля увидела его завтрак. А потом и с лицом познакомилась.

Делов на секунду, и вот два мешка валяются у моих ног. К чести главаря, соображал он быстро, и когда я посмотрел на него, то увидел лишь удаляющуюся спину. Подцепив ногой валяющийся камешек, точно отправляю его тому в голову. Слышится удар, протяжный «хе-е-ек» — и бесчувственное тело падает, не добежав до выхода пару шагов.

Воздухом подтягиваю его к друзьям, начиная проводить профилактическую беседу, подкрепляя ее для убедительности ударами ног по всем доступным местам. Не воруй, не грабь, не прелюбодействуй — вот основной посыл, который они, судя по издаваемым звукам и мычанию, восприняли очень хорошо. Прям Багряниным себя почувствовал, чтоб ему умной книжки не читать.

— А теперь, господа тунеядцы, воры и грабители, отвечаем на заданные ранее мной вопросы. Честно и откровенно, иначе будет больней, чем сейчас.

— Да ты знаешь, на кого наехал, перхоть⁈ — попытался качать права вполне пришедший в себя главарь.

— Вы.

— Что вы? — не поняло тело.

— К человеку, возле ног которого лежит твоя избитая тушка, надо обращаться на вы и желательно шепотом, чтобы громким голосом не раздражать его нежный слух. Так что — будем сотрудничать со следствием или продолжим играть в молчанку?

— Так ты легавый, что ль? — задал он каверзный вопрос и тут же взвыл от боли.

Не люблю, когда оскорбляют людей, на плечах которых лежит обеспечение хоть какого-то подобия порядка. Да, их можно не любить, но когда у тебя проблемы, к кому побежишь? Вот то-то же.

— Я могу бесконечно повторять свои вопросы и пинать вас ногами. Поэтому, если вам это нравится, то продолжим.

Серьезность ситуации они поняли где-то минут через пять непрерывного избиения. К этому моменту они прониклись пониманием, что я не из полиции — там люди добрые работают, а я почему-то злой. Не бандит — в этих структурах злые работают, а я их еще не убил. Но и не простой человек — такие так ногами месить не умеют. Так что зауважали меня и раскололись.

Находились мы, к моему облегчению, в Сибири, в городе Елизаветинске, население которого составляет около ста тысяч человек. Вполне себе современный, опутанный венами железнодорожных путей промышленный город.

Их троица входила в большую банду с пафосным названием Северные Клыки и держала под собой половину города. Другую — более богатую, застолбила официальная власть, с которой местные бандюки предпочитали не ссориться и работать, так сказать, сообща.

Получив подробное описание того, что мне нужно, я приказал им выворачивать карманы, разом став богаче на двадцать тысяч рублей — не иначе как с утра уже кого-то потрясли, и вполне себе современным телефоном, с которого я снял блокировку.

Бандюки, офигевшие от того, что их ограбили, притихли, синея отбитыми мордами. Я еще раз прочитал им лекцию о законопослушании и вырубил их и уже во второй раз за это время направился к выходу с переулка. Кстати, у одного из них обнаружился паспорт, на который я наложил легкую иллюзию, заменив его физиономию на свою и чуть подправив возраст. Серьезной проверки подобное не выдержит, но мне и не надо. До своих доберусь, а там и о легализации подумаю.

Прежде чем начать действовать, мне надо было разобраться в обстановке и принять эфир этого мира. Подозреваю, что еще и поэтому он медленно наполнял меня. А на это, судя по моему опыту, надо было пару дней.

Потыкав пальцем в смартфон, я направился к ближайшему ломбарду — денег этих мне было мало, даже на первое время. Цены на Севере кусались очень сильно и надо было раздобыть наличность.

Во все времена и во всех странах места, где облапошивали народ, скупая их ценности за бесценок, принадлежали криминалу. Хоть государство и пыталось периодически регулировать этот рынок, но ничего не получалось. Бандюки платили больше и документы не особо спрашивали. Для них прибыль была важней простой бумажки.

Но мне пофиг — обмануть себя не дам. Главное, сдерживаться, потому как тут я ни разу не аристократ и мои привилегии не работают. А драться со спецназом в мои планы не входило. Быстро зашел, сделал, ушел. Ну, и воздушную маску на лицо, чтобы камеры наблюдения не сняли.

Час ходьбы строго по навигатору и вот я уже толкаю неприметную дверь в небольшом торговом павильоне. Улыбчивая девушка, настраивающая на хороший лад, спросила, чем может помочь.

Я достал из кармана заранее приготовленную золотую монету и протянул ее в окошко. Та придирчиво ее осмотрела, провела анализ, удивилась качеству золота и предложила цену, нае**ав тысяч на тридцать. Увидев мое лицо, она тут же исправилась и добавила двадцать. Я согласился и выложил еще три монеты.

На этот раз скрыть удивления она не смогла, но после тщательной проверки полностью со мной рассчиталась. Почти пятьсот тысяч — на эти деньги жить можно и даже регулярно. Особо не пошикуешь, но мне на первое время хватит. А там найду, как заработать, если нужда в наличности появится.

Теперь мне нужно было на железнодорожный вокзал. Сутки пути до городка Добрый, а там уже на машине и до Свичи недалеко.

Я зашарил глазами в поисках такси, но конечно же, по закону подлости ни одного поблизости не увидел. А лететь самому — нет, пока эфир во мне не станет стабильным, я на такой опасный эксперимент не решусь. Магичить, конечно же, могу, но лучше подождать.

Опять сверился с навигатором, пошел в нужном направлении. И спустя минут десять понял, что за мной следят. Опытного ассасина не обманешь — направленный на меня взгляд я почувствовал бы даже из другого мира. А тут какие-то дилетанты, сидящие в машине. Ну точно, из ломбарда слили информацию. Что ж, посмотрим, что они будут делать. Впрочем, я даже немного облегчу им задачу. Посмотрим, что смогут предложить богатые разбойники бедному аристократу.

Я нырнул в первый попавшийся переулок, потом дворами в другой, попал в тупик — хорошо. Машина, уже не скрываясь, ехала за мной и тормознула в метрах тридцати. Из нее вылезла парочка необремененных интеллектом амбалов, которые, не торопясь, двинулись ко мне.

— С нами поедешь, — на ходу бросил один.

— Не поеду, — обломал я его.

Тот посмотрел на меня пустым взглядом, а после занес руку для удара. Боже, как медленно! Сломать или нет? Впрочем, зачем напрягаться, если можно не напрягаться? Я дал себя ударить — щиты работали вовсю. Бил тот сильно, поэтому тонкий скулеж от боли в сломанном кулаке был немного неожиданным.

Второй долго думать не стал и схватился за пистолет. Посмотрев на него тяжелым взглядом, я мгновенно ускорился. Один удар — сломанная рука и челюсть. Ну, и валяющее тело под ногами. Машина, взвизгнув шинами, попыталась уехать, но воздух уже связал ее, не давая сдвинуться с места.

— Вылезай, — вежливо постучал я по лобовому стеклу рукояткой отобранного пистолета. С собой, наверное, заберу, в качестве сувенира. Хоть и не любил я огнестрел, и в том мире он был практически бесполезен, но было в нем что-то завораживающее.

— Ты хоть понял, с кем связался⁈ –дверь распахнулась, выпуская худосочного мужика крысиной наружности.

— Мне этот вопрос уже сегодня задавали. Ты, кстати, тоже выходи, — кивнул я еще одному пассажиру, приветливо взмахнув пистолетом.

Теперь надо было действовать быстро, пока возмущенные обыватели не вызвали полицию. Так-то я успею, конечно, сбежать, но мое нутро Нагибина восставало от этого. Грабители для нас — злейшие враги, и оставлять зло безнаказанным совесть не позволяла.

Мужик, тоже кряхтя, вылез, возмущенно уставившись на меня. Но мне-то похер на его возмущение.

— Значит, из ломбарда заложили, и вы решили потрусить залетного лоха, да? И не подумали, что у него просто так не могут оказаться на руках старинные дорогие монеты. Вы хоть подумали, что я тут не просто так? Нет, да? Не подумали, что за мной могут стоять серьезные люди…

— О подобном нас всегда предупреждают. Так что не надо нам тут заливать. За тобой никого нет — мы проверили. Даже тебя нет, что странно, — пробормотал он.

— Экие вы быстрые, — обалдел я. — За пару минут управились. Впрочем, я справлюсь быстрей. Выворачиваем карманы и достаем оттуда все честно награбленное.

— Да как ты сме… хр-р-р, — захрипел он, когда мой кулак воткнулся ему в печень.

— Я два раза не повторяю. Все достали, положили на капот и сделали три шага назад, а то… — передернул я затвор пистолета, сделав максимально злое лицо.

Те сразу прониклись и суетливо принялись доставать все, что есть. Далее я их чуть придушил воздухом, обыскал машину. Тяжелый чемоданчик, обнаружившийся в глубине салона, порадовал меня сложенными пачками денег. Это я удачно зашел — почти пятьдесят миллионов! И откуда у этих упырей такие деньги, спрашивается? И почему такая маленькая охрана? Типа расслабились в своем городе? Напрасно.

Без сомнений спрятав все в кольцо, я перекидал вырубленные туши в машину, включая начинающих приходить в себя грабителей. Пара ударов, и теперь они очнутся не раньше, чем через пару часов. А потом пусть поищут меня — на мне была иллюзия, которую я сменил, зайдя в тень арки сквозного подъезда. Как, собственно, и внешний вид одежды. Теперь фиг найдут и пусть радуются, что я такой добрый и оставил их жить. Впрочем, оставлять за собой шлейф трупов я пока не планировал. Иной мир, иные правила.

Так, теперь пора на вокзал. Решив, что приключений мне на сегодня хватит, я сверился с картой, дал эфир в ноги и через дворы понесся к нужной цели. Меня не увидят и не заметят. Для всех я был легким ветерком, что буянит среди начавших падать с неба снежинок. Судя по дате, через пару недель наступит Новый Год. Что ж, теперь у меня есть деньги на подарки близким. Главное, чтобы они меня узнали и приняли. А там… Там посмотрим.

Глубоко вздохнув, я еще больше ускорился, с нетерпением ожидая того момента, когда смогу их всех обнять…

Глава 8

Глава 8

Попетляв немного по городу, потому как на центральные улицы, где всегда толпилось много народа, я выходить не хотел, я таки добрался до места назначения. Большое и местами даже величественное здание вокзала встретило меня теплом и мягким светом. Ну, и давно забытой очередью к кассе.

Простояв в ней полчаса и даже мысленно успев подраться с каким-то карапузом, что строил мне рожи из-за спин родителей, я оказался у заветного окошка. Суровая и явно потрепанная жизнью мадам спросила, куда я собираюсь свалить из их славного города. Осуждающе еще так спросила.

Ну, и услышав название Добрый, явно усомнилась в моих умственных способностях. Мол, зачем такому красавчику, как я, ехать в такую глушь. Правда, деньги за билет сразу привели ее в хорошее настроение и она мне протянула вожделенную бумажку, дающую право на место в купе и даже на нижней полке. Вот и славно. Честно говоря, я думал, тут хотя бы паспорт потребуют, но похоже, тут всем было на это плевать. Поезд был проходящий, до него еще было шесть часов.

Прикинув, что и как, я направился в местный ресторан, находящийся на другой стороне дороги, надеясь, что меня там не отравят. Хотя запахи из него доносились вполне себе приятные, даже с намеком на некоторую изысканность.

Ну, чего-то такого я и ожидал — высокие потолки, безвкусная лепнина на стенах, много искусственного света и полупустой зал по причине утра. До обеденной, самой горячей поры еще оставалась пара часов, и они, видимо, только открылись. В очередной раз сменив внешность, я удобно расположился за столиком в глубине зала и принялся изучать меню.

Угодливый официант, наметанным глазом оценив мою богатую одежду, уже был на низком старте и в его голове явно крутился вопрос — на сколько он сможет нае*ать такого щедрого меня? Я же думал, на сколько обую его, потому как зло должно быть наказано. Мы, Нагибины, всегда платим по счетам, но только в том случае, если с нами ведут дела честно. Поэтому у него был шанс получить хорошие чаевые, если не будет сильно борзеть. Или уйти в глубокий минус, если все же рискнет на мне нажиться. Я делал ставку на второе, но где-то глубоко, в самой глубине души надеялся на первое.

Для начала я заказал уху — в холодное время года самое оно. К тому же ее готовили тут из местной рыбы, и официант очень уж активно ее расхваливал. Вкус оказался более чем хорош, хотя я рыбу и не люблю. На второе, конечно же, я выбрал мясо с картошкой по-домашнему с овощным салатом. С учетом севера и дороговизны, это считалось прям транжирством, которое я мог себе позволить.

Алкоголь я не пил принципиально, чем, похоже, очень расстроил парня. Но чтобы прям с утра — и прикладываться к бутылке⁈ Я до такого ещё не докатился. Правда, в народе бытует мнение, что по утрам алкоголь можно пить аристократам, но в этом мире я твердо решил быть обычным человеком и вести себя соответственно. Да и не люблю я всякие возлияния просто так, без повода. И компании к тому же подходящей не было.

Поэтому я взял чай на травах, который мне очень даже зашел. На десерт, отказавшись от всяких непонятных безе и парфе и клафути, заказал простых и понятных пирожков с вареньем из морошки. Они сиротливо стояли в конце списка, чем и привлекли мое внимание. Всегда уважал эту ягоду за ее вкус и полезность. Помню, давно еще, когда отправлялся на вылазки, всегда брал с собой баночку с таким вареньем, а после с удовольствием пил с ним чай. Бодрило хорошо и витаминов в ней много. А еще навевало приятные воспоминания.

Очень довольный, я сидел и копался в телефоне — чувство сытости и тепла наполняло меня, настраивая на нужный лад. Но ровно до того момента, как мне принесли счет. Увы, я оказался прав — меня собирались банально и крайне нагло поиметь. Уха из обычной превратилась в императорскую, нежный стейк весом триста грамм стал весить шестьсот. Картошка — да я и не заметил, как сожрал целый килограмм! А уж салат — по ощущениям, овощи для него привезли из южных широт, для чего специально гоняли самолет. Так что сумма чека ненавязчиво выросла почти в три раза от первоначальной, разом разрушив все моё благостное настроение. Скромный завтрак обошелся мне не в пять тысяч, как предполагалось, а во все пятнадцать без малого.

Со вздохом достав из кармана три пятидесятирублевые бумажки, я незаметно наложил на них иллюзию пятитысячных и протянул светящемуся от собственной крутости официанту. Еще и с барского плеча разрешил оставить сдачу себе. Была мысль положить среди них одну настоящую, но я ее отбросил — раз уж решил наказать, то и делать это надо полностью, а не частично. Спадет иллюзия минут через двадцать после моего ухода, а там потом пусть ищут, куда он их засунул.

После того, как официант удалился, держа в руках деньги, я собрался на выход. Делать мне тут было нечего.

До поезда оставалось еще чуть более трех часов и требовалось как-то убить время. С этой целью я направился в ближайший магазин, где накупил всяких сувениров — будет, чем порадовать Рокси и компанию. Потом послонялся по торговому центру, где пополнил запасы еды в кольце. Брал в основном всякую вредную пищу типа чипсов и газировки. Хоть и гадость, но экзотика же. Один раз можно и отравиться — арена все нажранное непосильным трудом сгонит.

Последний час перед отправкой я провел в теплом здании железнодорожного вокзала, слегка придремав, не забыв окружить себя силовым полем, во избежание всяких инцидентов и чтобы уберечь от соблазнов мелких местных воришек.

Оставшееся время пролетело хоть и бесполезно, но быстро. Можно было, конечно, почитать новости этого мира, посмотреть, что происходит, но я рассчитывал сделать это в поезде — делать-то в дороге все равно нечего. Да и вообще, я находил в этом своеобразную прелесть. Убаюкивающий стук колес, мелькающие за окном пейзажи — романтика же. Да и ездил я на поезде всего один раз, лет эдак десять назад. Поэтому для меня это ново и интересно.

Посадка прошла штатно — уставшая проводница равнодушно скользнула по мне взглядом, проверила билет и показала куда идти, махнув рукой в сторону купе. Мое оказалось третьим от входа, и что было хорошо, следующим шел вагон-ресторан, который я так же собирался посетить чуть позже. Вряд ли, конечно, меня там изысканно накормят, но было любопытно.

Впервые за долгое время я, откинув всякие мысли о спасении мира, разумных и прочего, просто путешествовал. Был не крутым магом или аристократом, а обычным парнем. Не надо было следить за манерами, не надо было гордо задирать нос, тыкая собеседника в собственную аристократическую значимость — все это отошло в сторону. Тут иной мир, иные порядки, о которых мне, уже привыкшему к другому, предстояло вспомнить.

Распахиваю дверь — ну, привет, мои будущие попутчики! И кто тут у нас? Семья — девушка приблизительно моего возраста, ничего особенного, но приятная; пацан лет тринадцати — рыжий как Баг — падазрительна! И с ними бабка лет семидесяти, бойкая с виду.

Знакомство, вежливые, ничего не значащие слова. Правда, они удивились полному отсутствию у меня багажа — мой косяк, признаю, — но я сказал, что просто еду налегке и не люблю обременять себя в дороге вещами. Вот так на мелочах и сыпятся шпиёны! Привык все таскать в кольце. И если в моем мире это не вызывало подозрения, то в этом… Дьявол кроется в деталях, так, кажется, говорят? Но особо они приставать не стали — моя богатая одежда не вызвала подозрений, мол, у мажоров свои причуды.

Потом начался процесс более тесного знакомства — врать откровенно не хотелось, но и правду говорить я не мог. Сказал, мол, был далеко, а теперь возвращаюсь домой. Сам учусь в… Я выдумал название на ходу, но главное, далеко отсюда и прям отличник, спортсмен, начинающий бизнесмен и просто завидный жених.

Бабка при этих словах понимающе захихикала, а вот девица стрельнула в мою сторону заинтересованным взглядом. Чур меня, не надо мне того этого! И так количество баб на квадратный сантиметр моего тела зашкаливает. Большие гаремы — зло, это я вам ответственно заявляю!

Случайные попутчики — им можно говорить все, что угодно. Встретились и разошлись, чтобы больше никогда больше не пересечься. Это нормально, это правило дороги — поэтому тут было можно нести любую чушь, за которой не чувствуешь мелькающих за окном километров.

Семья оказалась занятной — ехали они из Верхнеуральска, где жили их родственники, которых бабулька навещала. А внуков взяла с собой за компанию — мир посмотреть, да ей старой помочь, если понадобится.

Сами-то они живут в Добром и промышляют охотой, а так же имеют небольшой магазин, где продаются изделия из меха. Данная новость меня очень заинтересовала. Я, конечно, помнил, что лучшие друзья девушек, это брильянты. Но на втором месте стоят всякие шубы из натурального меха. Поэтому я собирался посетить их замечательный бизнес и оставить там неприличную сумму денег.

Бабулька, смекнув, что перед ней важный и состоятельный клиент, распелась соловьем, и мне тут же были представлены на телефоне фото ассортимента. И выглядело это, я вам скажу, очень круто. Мое восхищение было увидено и оценено крайне положительно. А еще мне показалось, бабка решила не упускать меня из своей видимости, дабы не убег к конкурентам.

Так что на этой волне мы стали почти друзьями, потому как по себе знаю — хороший и главное денежный клиент, не кичащийся своей важностью, становится почти членом семьи для любого торгаша. А если он еще и постоянный… Правила ведения дел работали одинаково во всех мирах и это было правильно. Кому, как не мне, лишь недавно избавившемуся от патологической жадности, об этом не знать.

— Станция Нагибинская. Предъявите документы, — вошли к нам в купе двое парней.

О как, аж родным домом повеяло. Пока один из них в форме сержанта полиции изучал документы, второй — лейтенант, незаметно сканировал нас всех. И я его знал, точней узнал — Стешка Ливнев, он был старше меня на три года и носил звание младшего волхва. В его задачи входило отслеживать Меченных еще на дальних рубежах Свичи и выявлять всех подозрительных.

Шалости ради я чуть открылся, и тот моментально почуял мою темную силу. И в то же время он чувствовал светлую, а еще эфир, а еще благодать… По его вытянутому лицу я понял, что он нифига не понял и просто завис, пытаясь понять, что же он увидел. В его голове крутилась тысяча вопросов, а перед глазами вставали много раз читанные лекции по обнаружению темных сил. Но то, что он читал, и то, что ощущал, вообще не совпадало.

Поблагодарив нас, его напарник пошел на выход, потянув озадаченного Пашку с собой. И тот вышел, как зомби, не осознавая того, что происходит. Впрочем порядок его дальнейших действий я знал, потому как на его месте сделал бы то же самое — увидел что-то непонятное, сообщи старшим. Они сами разберутся. Уверен, как только он сойдет с вагона, сразу свяжется с нашим городом, сокрытым от людских глаз. Ну, а по прибытию меня точно встретят. Это упрощало мне задачу, потому как добираться до Свичи своим ходом очень долго, а попуток в ту сторону не бывало. Хотя можно было воспользоваться дежурным транспортом, что всегда находился в Добром. Но брать у своих без спроса не хотелось. Поэтому все происходило ровно так, как и планировалось. Я знал, что меня заметят, заинтересуются и пойдут на контакт. А дальше, как говорится, дело техники.

— А чего это они документы проверяют? — спросил я бабку.

— Так времена нынче неспокойные. Люди, говорят, пропадать стали часто. Не иначе, маньяк какой-то завелся, не приведи Господь, — перекрестилась она. — Ну, и порядок быть должен — места-то у нас суровые. Сгинешь, так хоть будут знать, кто и откуда. Ну, и кому весть об этом послать.

— Не знал. Давно дома не был, да и мои о подобном не рассказывали.

— Заботливые они у тебя. Видать, не хотели, чтоб тревожился.

— Костя, а ты на море был? — влезла девчонка. Ну да, я представился тем именем, что было в паспорте.

Ее брат, развалившись на верхней полке, гонял игрушку и на нас вообще не обращал внимания, спускаясь вниз только чтоб поесть или в туалет.

— Конечно, и не один раз, — уверенно кивнул я. Далее пришлось рассказывать о том, какое оно теплое и ласковое. Девчонка завистливо вздыхала, бабка силилась вспомнить, как лет сорок назад тоже отдыхала в ведомственном санатории.

Потом пришло время ужина. Меня настойчиво звали к столу, но я, сославшись на нежелание их объедать, все же отправился в вагон-ресторан. Решив особо не наедаться, я заказал себе горячий суп, ну и на десерт пирожные с чаем.

Людей было, как ни странно, тут не очень много. Пожилая пара, о чем-то увлеченно беседующая, и три моих ровесника — эти вели себя шумно, весело и в то же время прилично. Никого не цепляли, алкоголь не употребляли. Из их разговоров я понял, что они из земельного училища и едут на практику в Добрый. Приключения манили их, жизнь была окрашена в розовый свет. Ну и то, что они вырвались из-под опеки родителей, играло не последнюю роль в их настроении. На их фоне я чувствовал себя древним и все повидавшим стариком. А ведь я даже чуть младше их.

Мою хмурую физиономию они заметили не сразу, но увидев, тут же переключились на меня. Их вольной и радостной душе претило, что кто-то в этом мире может скучать. Вот она, широта души жителей Сибири — неважно, кто ты — тебя всегда примут, обогреют и словом ласковым, и делом.

Я и сам не заметил, как в процессе общения с ними ушла непонятная грусть, забылись тревоги, и спустя минут двадцать мы болтали так, будто знали друг друга всю жизнь. Видимо, этого мне и не хватало — вот такого, простого человеческого общения. Да и за месяц, проведенный в лесу мира Гордеева, я немного отвык от людей.

В купе я вернулся уже за полночь, когда все мирно спали. Умостившись на узкой кровати, я по привычке окутался щитами, поставив сигналку на дверь. И как оказалось, не зря.

Спустя пару часов ее кто-то попытался открыть. Замок тихо щелкнул, я проснулся и заблокировал дверь эфиром. Кто-то, кто был за ней, дернул её ещё пару раз, недоуменно затих, а после послышались удаляющиеся шаги.

А я даже вставать не стал, обошлось, да и ладно. Пока привлекать к себе лишнее внимание мне не хотелось. Вор не убийца, и если это не касается моего имущества, мне плевать. Каждый должен уметь позаботиться о себе сам.

Мои попутчики беззаботно спали, да и я тоже — магия защитит от всего, а вот от нее защиты в этом мире по факту и не было. Как там говорил Перун — ты вернешься в свой мир самым сильным, обладающим невероятными способностями и только сам будешь решать, как ими распорядиться. Конечно, велик соблазн разойтись тут так, чтобы целые страны склонились передо мной. Но мне-то это не нужно — вот совсем. Не люблю править, не люблю отдавать приказы, да и вообще, сама концепция власти мне чужда — лгать, предавать, угодливо улыбаться в лицо собеседнику, пряча за спиной кинжал… Это точно не мое.

Все, чего я хочу — это очистить свой мир от нечисти. Убить того, кто решил, что ему все дозволено. Того, кто возомнил себя богом. И мне будет очень приятно смотреть, как он катится со своего пьедестала вниз. И я это увижу. А пока спать.

Поезд мирно отматывал километры. За окном проносился морозный пейзаж, скованный стужей. А нам тут было тепло. Уютно завернувшись в одеяло, я спал и мне снились хорошие сны о моей семье, мирной жизни и, кажется, во сне я даже улыбался…

Глава 9

Глава 9

Звенели колеса, летели вагоны,

Гармошечка пела: «Вперед!»

Шутили студенты, стучали вагоны,

Дремал разночинный народ.

Я думал о многом, я думал о разном,

Смоля папироской во мгле.

Я ехал в вагоне по самой прекрасной,

По самой прекрасной земле!

да… да… да.

Дорога, дорога, ты знаешь так много

О жизни моей непростой.

Дорога, дорога, осталось немного.

Я скоро приеду домой.

(гр. «Любэ» — Дорога)

Утро я встретил бодренько. Легкий мандраж от скорой встречи с родными быстро перерос в более сильный. Мне казалось, что поезд едет непозволительно медленно. У меня даже возникло желание плюнуть на все и, выскочив наружу, полететь. Но местный эфир еще не до конца был принят моим источником, поэтому пришлось превозмогать. Да и жрал полет его как не в себя, а восполнялся медленно. Поэтому, оставив глупые мысли и сонно шевелящихся попутчиков, я быстро сделал свои дела и пошел на завтрак.

Сегодня людей тут было не в пример больше, чем вчера — лица у всех были оживленные и довольные. Народ уже предвкушал конец поездки — ведь многие тут едут и по пять-шесть суток. С чего бы небольшой городок на окраине Сибири пользовался такой популярностью, я не знал, да и не хотелось вникать в лишние подробности. Вчера я новости этого мира так и не почитал, поэтому сегодня был настроен восполнить пробел в образовании.

Сколько меня тут не было — по моим прикидкам, пару месяцев плюс-минус, а по ощущениям прошли года. Судя по дате, время у нас течет одинаково, с совсем небольшой разницей. Если бы миры совсем синхронны были, то и портал открылся бы легче. А так даже небольшой сдвиг требовал точных расчетов и огромного расхода магии.

Попивая горячий чай с ватрушками, я лениво копался в телефоне, пролистывая новости. Но ничего особо интересного не увидел — все как всегда. Запад насильно насаждает свои ценности, удивляясь, что не у всех они растут. Наше правительство уверенно рассказывает нам, как хорошо мы с вами живем, забыв уточнить, кто именно эти загадочные «мы». Нет, так-то все и так знали, о ком речь, но у нас свобода слова, за которую лет пятнадцать можно получить. Кто-то с кем-то грызся, кто-то кому-то угрожал… Новости культуры… На этом, собственно, и все.

Понимая, что за время моего отсутствия ничего критичного не произошло, я успокоился. Ну да, ЧСВ у меня уровня бог — мол, пропал, и мир сразу рухнул в пропасть. Боюсь, он даже не заметил того, что меня нет. Но вот что интересно — заметил ли он мое присутствие? Я иногда слышал, что миры на самом деле живые, и если научиться их слышать и понимать, можно подняться до невиданных высот. Но то ли я плохо слушал, то ли он не хотел со мной болтать, но в голове была тишина.

На этот раз я ел в одиночестве, а после, вернувшись в купе, просто лежал, бездумно глядя в потолок. Бабулька поначалу пыталась меня растормошить, но быстро поняла, что это бесполезно, и занялась своими делами. Как, собственно, и ее внуки, уже с нетерпением смотревшие в окно и, кажется, считающие километры.

Ехать нам надо было еще часов пять, поезд шел даже с опережением графика. Видать, тоже устал и торопился домой.

На собственном опыте знаю, что любая дорога рано или поздно заканчивается — закончилась и наша. Тамбур мгновенно наполнился людьми, начавшими занимать выход из вагона еще за полчаса до прибытия на конечную станцию. Будто они думали, что не успеют выйти. Я же никуда не торопился — меня сами найдут. И встретят — в этом я был уверен. Взяв у бабульки адрес их магазина и клятвенно пообещав туда заглянуть, я едва ли не последним покинул вагон.

Усталая проводница нашла в себе силы пожелать мне доброго пути и скрылась внутри, отрезав меня от тепла. Ну а ледяной ветер сразу кинулся в атаку, решив, что я подходящая жертва. Но наткнувшись на невидимый барьер, обиженно кинул в меня снежинками и улетел на поиски более легкой добычи.

Я встряхнулся, огляделся и потопал на выход с железнодорожного вокзала. Этот город я знал — приходилось раньше бывать, хоть и нечасто. Я, как вольный охотник, больше по всяким мелким селам да лесам шатался, в поисках врагов. А за наружное наблюдение и контакты с внешним миром у нас отвечали другие.

Кстати, вот и они — легки на помине. Шифруются так, но идут решительно. И всю приближающуюся ко мне троицу я знал. Светка Артемьева — училась со мной в одном классе, знахарка и ведунья. Васька Липец — этот постарше меня года на четыре будет. Тоже опоясанный витязь — силовая поддержка. Ну и волхв — не старший, но очень сильный, Иван Залесов. Он у нас как-то раз урок даже вел. Владеет личной магией и может здорово удивить врага. Правда, и сам потом ляжет. Этот самый опытный в компании и опасный.

— Константин Дубов? — поинтересовался волхв.

— А кто спрашивает? — я чуть не сказал, что они ошиблись, но потом вспомнил, что именно это записано у меня в паспорте.

— Это неважно. Пройдемте с нами. У нас есть к вам вопросы.

— А с вами — это с кем? — начал валять я дурака. — Вы вроде не милиция, не прокуратура и даже, не к ночи будет помянуто, ФСБ…

— Мы… иная структура. Не переживайте, вас ни в чем не обвиняют. Мы просто хотим поговорить — не более.

— Вас вон трое. Вот и говорите друг с другом. А меня мама учила не разговаривать с незнакомцами и незнакомками.

— Не валяйте дурака. Мы прекрасно знаем, что вы не тот, за кого себя выдаете. С какой целью вы прибыли в Добрый?

— А с какой целью интересуетесь? Я гражданин России и имею право свободно перемещаться по ее территории. И вообще, вы мне надоели — тут холодно и уныло. Уходите, непонятные люди, иначе я вызову полицию.

— Тебе это не поможет, темная тварь! -вдруг с ненавистью в голосе зашипел Васька и попытался меня схватить. Но его рука безвольно скользнула с моего щита, мазнув по воздуху.

Тот на миг замер, я почувствовал слабый, будто эхо, толчок эфира, его рука сжалась и попыталась проделать то же самое. Но увы, слабым смертным не дано схватить сильнейшего мага, если он того не пожелает.

— Ну кто так хватает? Чему тебя учили? — усмехнулся я, после чего перехватил его руку, нежно сжал и резко дернул, заставив его упасть на колени.

Волхв, до этого с легким напряжением следивший за нами, напрягся сильнее и стал собирать вокруг себя эфир, явно готовясь сократить себе этим жизнь.

— Не дергайся, Иван. И ты, Света, не спеши хвататься за пузырьки — против меня это не сработает, только лишнее внимание привлечете.

— Откуда ты нас знаешь? — Васька резко вскочил, и они синхронно сделали шаг назад, готовясь к атаке.

— Я много чего знаю, но не обо всем можно говорить на открытом воздухе. Пойдемте в кафешку, что ли? Поедим. Ну, и поговорим, как вы этого и хотели. Вы мне расскажете новости и, надеюсь, отвезете в Свичь.

— Ты никогда не попадешь в наш город, темная тварь! — с угрозой во взгляде сказал витязь.

— Эх, Васька, Васька… Вот сколько тебе лет уже, а как был грубияном, так им и остался. Ну какая же я темная тварь, когда во мне тьмы всего треть? А еще свет есть, и эфир — ну, манна по-местному. Капелька благодати и добрая улыбка. Где тут тьма-то? Вон, Иван стоит и не кидается на меня — понимает, что нифига не понимает. А ты сразу в драку лезешь.

Развернувшись, я направился к знакомому зданию, где, точно знал, смогу поесть и даже не отравиться. А вся великолепная троица потащилась следом, что-то обсуждая вполголоса. При желании я мог бы подслушать их разговор, но зачем? И так знаю, о чем они шепчутся. Вот сейчас Васька чуть отстанет и будет звонить в Свичь и докладывать, что они столкнулись с непонятным мной, и если что, памятник себе он хочет в центре города. Все строго по инструкции, но мне это тоже на руку — пусть шевелятся, столы накрывают, что ль… Блудный сын вернулся — все должны радоваться…

— Итак, — утренние ватрушки уже давно переварились и тело требовало новых калорий. — Рассказывайте все по порядку.

— Мы не твои подчиненные, темный, -окрысился Васька.

— Но вы же сами хотели просто поговорить. Вот и говорите — я весь внимание.

— У нас всего два вопроса — кто ты такой и откуда знаешь о нас?

— О вас — это о ком? О городе волхвов Свиче? О ее школе, о вашей борьбе с Меченными, о других поселениях, сокрытых от людских глаз? А может вам рассказать о Белославе? Или вас интересует кто-то конкретный? Вы спрашивайте, не стесняйтесь!

— Ты не можешь всего этого знать! Ты не наш, чужак, — витязя было не остановить.

Ох, чую, не выдержу и дам ему по зубам, чтобы впредь открывал рот только по делу и не вмешивался в разговор.

— Ты знаешь всех, кто и где живет? Прям каждого жителя?

— Не столь важно, кого знаю я. Важно, что очень немногие знают меня. А ты знаешь, как меня зовут. Отвечай.

— Хорошо, — кивнул я. — Расскажу. Но прежде ответьте мне на один вопрос — что с семьей кузнеца Авдеева?

— А что с ними станется? — влезла Света. — Живут, как и прежде. Правда, с тех пор, как его сына Мирослава убили, он стал совсем затворником. А почему ты интересуешься?

— Надо значит. Хорошо, что нужно, я услышал. Что же до меня — считайте меня своим союзником в борьбе с Меченными. Я, собственно, и иду в Свичь, чтобы встретиться с волхвом и все обсудить.

— Ты не попадешь туда, пока мы не убедимся, что это безопасно, — покачал головой Иван.

— Попаду. С вашей помощью или без, но сегодня я буду в городе. Просто без вас дорога займет больше времени.

— Ты в себе настолько уверен?

— Эх, знали бы вы, как мне часто задают этот вопрос. Особенно в последнее время. Ну сам посуди, Иван — уловки витязя на меня не действуют. Вон, он даже схватить меня не смог. Зелья Светы — ну, от них я максимум поежусь, если за воротник попадут. Ты, видящий незримое, пока соберешь свою магию для удара, я уже буду на пол пути к городу. Вы не сможете меня остановить или хотя бы задержать. Да и не советую — одно дело делаем, хоть вы мне пока и не верите. Но уверяю вас, после того, как я окажусь в Свичи, все вопросы отпадут. Моя история слишком невероятна, чтобы в нее сходу поверить. Потребуются доказательства. Но не вам я их должен предъявлять.

— И какая у вас цель, Константин?

— Зовите меня Ямиром, — поморщился я.

— Ямир?

— Не спрашивайте. Имя такое. Редкое. А цель такая же, как и у вас — очистить мир от нечисти.

— Можешь это доказать?

— Доказать? — задумался я. — Ну что ж, небольшая демонстрация не повредит. Скажи мне, Иван, за сколько времени ты сможешь создать на руке огонь и сколько его сможешь продержать, чтобы не умереть?

— Это тайна… — начал он.

— Не парься — я знаю ответ на этот вопрос. Пара минут напряженного пыхтения и год жизни как минимум будет стоить тебе это простейшее плетение. Что же до меня… — по мановению моей руки искажающий вид полог окружает нас, — … я могу держать его бесконечно долго.

На моей руке вспыхивает пламя сантиметров тридцать в высоту. Веселый огонек делает вид, что трепещет на лету. Вся троица завороженно смотрит то на него, то на меня, ожидая, когда я потеряю сознание от истощения. Столько его удерживать не смогут даже сильнейшие волхвы. В этом мире работало одно правило: создал — отпускай. Вот так контролировать плетение не может никто.

— Это иллюзия или гипноз! — первым не выдержал Васька и попытался схватить пламя. И, вполне ожидаемо обжегшись, завыл, тряся рукой.

— Ты больной? Кто ж руку в пламя сует? И тебе ли не знать, что на нас не действует ни гипноз, ни иллюзии. Если конечно не я их наложил — мои действуют на всех. Давай сюда — полечу.

Погасив пламя, я схватил ладонь этого идиота, запустив регенерацию. И спустя пару секунд от ожога не осталось и следа.

— Это вообще как⁈ –не веря своим глазам, он вертел рукой, разглядывая место, где был ожог.

— Молча. Но могу покричать, если хочешь.

— То, что ты показал — невозможно, -выдохнул волхв.

— Ну, значит, ты ничего не видел, -пожал я плечами и, увидев приближающегося официанта, убрал искажение. Есть хотелось — жуть. Поэтому я, не обращая на них более внимания, накинулся на еду.

— Так ты настоящий маг. Тот, о которых пишут в легендах, — капитан очевидность выдает умную мысль.

— Почти. Только в этих сказках — легендах описываются слабые маги. А я сильный. Даже по меркам своего мира.

— Своего? То есть, ты пришел оттуда? –кивает он на потолок.

— И оттуда, и отсюда. Я, можно сказать, дитя двух миров. И этот мне такой же родной, как и тот.

— И ты на нашей стороне? Почему?

— Ты плохо меня слушал, Иван? Сказал же, что этот мир мне родной. И то, что творят тут Меченные, мне не нравится. Я тут не так давно общался с одним архидемоном и он мне много интересного рассказал о происходящем. В общем, есть шанс раз и навсегда с этим покончить. Но для того, чтобы начать, мне надо легализоваться и нужна база. Свичь в этом плане подходит идеально.

— Ты хочешь, чтобы мы тебя туда отвезли?

— Да я уже об этом тебе несколько раз сказал!!! Позвони, сообщи, скажи, мол, едем с сильным магом — свистать всех наверх и приготовить теплую встречу с баней, цыганами и медведями. Уверен, если навалитесь всей толпой, то сможете рассмешить меня до смерти. Победа века — в историю войдете. Правда, скорей всего посмертно.

— Что?

— Да ничего, дятел! — растерял я остатки выдержки. — Достал уже своей тупостью! Поднимайте свои жопы и пошли к машине. Вечереет. А по темному лесу ехать — такое себе удовольствие.

— Я не могу сам принять такое решение, уж извини, — ничуть не обидевшись на мои слова, волхв встал и отошел в сторону, на ходу доставая телефон.

Что ж, я и не рассчитывал, что будет легко. Понимаю ведь, они специально тупят, пытаясь поймать меня на лжи или противоречии. Но не получится у них. Потому как все, что я говорил — правда.

— Поехали, нас будут ждать, — вернувшийся к столу волхв.

Расплатившись за всех, хотя к своим порциям они так и не притронулись, мы дружной, но с подозрением следящей друг за другом компанией вышли на улицу.

Васька сразу рванул куда-то во дворы за машиной, мы стояли и ждали его. Светка с интересом поглядывала на меня — ну да, иллюзию я давно снял, и сейчас перед ней был вполне себе симпатичный парень. Сильный и полный загадок. Ну как не заинтересоваться? Еще по школе я помнил ее влюбчивую натуру и уже тогда старался держаться от нее подальше. Именно она первая пошла в атаку на мое тело после гибели Даниэлы, желая занять ее место. Странно, что с таким темпераментом она до сих пор в девках ходит.

Старенькая «Копейка», выглядевшая так непрезентабельно, что ее даже бомжи побрезговали бы тащить в пункт сдачи металлолома, дребезжала всеми частями и грозила развалиться на ходу. Но я-то знал, что под внешне ржавым капотом стоит мощный мотор, а в салон и президент не побрезгует сесть. Маскировка наше все, хотя, как по мне, это уже немного перебор. Подобные раритеты на ходу редки и, кажется, еще больше привлекают внимания, чем отвлекают его.

Мы быстро расселись в машине — Васька за рулем, Света спереди, а рядом со мной сел напряженный волхв. Не доверяют. Что ж, их право.

— Прости, Ямир, но глаза мы тебе завяжем. Если ты и так знаешь маршрут, то тебе это не будет в тягость. А если нет, то и знать незачем. Нашими дорогами не каждый ходить может и пусть тайное пока останется тайным

— Делай, — кивнул я, мысленно уже находясь дома.

Как встретит меня моя семья? Узнает ли? Смогу ли я их убедить? Что ж, скоро я всё узнаю. Скоро я наконец буду дома и уверен, сердце матери признает меня в новом теле. Не может не признать…

Под громкое фырчанье мотора мы приближались к цели, а мое сердце с каждым километром стучало всё сильнее и сильнее…

Глава 10

Глава 10

Тонкие пути — именно так назывались дороги, по которым передвигались жители нашего города. Казалось бы — обычная дорога. Ан нет — магическая. Уж не знаю, кто и в какие времена их создал, но даже сейчас я чувствовал питающую их магию. И мне, как мастеру-артефактору, было жутко интересно разобраться с этим. Потому как если обычная дорога до Свичи занимала часов пять, то по этой мы добирались в два раза быстрее.

Никакой темный не мог ею воспользоваться, и я понимал, почему мы поехали по ней — еще одна проверка, которую я, несмотря на настороженные взгляды других пассажиров, с легкостью прошел. После этого они чуть расслабились и уже не так сильно ожидали подвоха.

Я же при пересечении ее границы ничего не почувствовал. Ну, разве что легкое касание — будто ветерок по коже прошел, вот и все. Значит, признала меня дорога, вспомнила того, кто не единожды раньше ходил по ней.

За время нашей поездки волхву несколько раз приходили сообщения на телефон и он, отворачиваясь от меня, что-то быстро писал в ответ, забывая, что я и так как бы ничего не вижу. Кстати, свой честно отжатый у грабителей аппарат я сжег. Технологии этого мира зашли далеко и кто знает — вдруг по нему меня смогут отследить. Вряд ли, конечно, но лучше не рисковать.

Дорога петляла, как взбесившаяся змея, скользящая между деревьев. Иногда мне даже казалось, что мы едем обратно или вообще не в ту сторону. Но я-то знал, что это обман, с целью запутать, запугать, смутить незваных гостей, если они все же найдут способ на нее ступить.

Повязка чуть давила на лицо, но я и с ней все прекрасно видел. Мне, как и любому магу, чтобы знать, где и кто находится, глаза давно не были нужны. Ну а для ассасина абсолютная темнота была скорей помощницей, чем каким-то препятствием.

Наконец, спустя некоторое время, я почувствовал, что движение стало замедляться. Мы тарахтели уже по главной улице Свичи, направляясь к дому Белослава — верховного волхва, который отвечал за любую непонятную, да и понятную тоже магию.

Скрипнув тормозами, машина наконец остановилась. Рука волхва коснулась моего лица, снимая повязку. Я чуть сощурился, привыкая к яркому свету. Нужды в этом не было, но стоило показать моим сопровождающим немного слабости. А то совсем я им самооценку опустил. Еще не дай боги, бухать начнут с горя.

Я покинул салон раритета, с хрустом потянулся, глядя на встречающую нас делегацию, сплошь состоящую из витязей и волхвов. Все воины, прошедшие множество битв, всех я знал. И все они крайне настороженно смотрели на меня. Чуть в стороне я заметил отца. Ну да, он не воин — кузнец. Но в его силе сомневаться никому бы и в голову не пришло. Кузнецы — они особая каста, под защитой Сварога. Что ж, теперь мой выход, полагаю.

— Долгой жизни. Позвольте представиться, я граф Протороссийской империи боярин Ямир Ярославович Нагибин. Архимаг, в шаге от Высшего Повелевающего, — и глядя на их обалдевшие лица, добил, — Аватар Перуна.

— Вы правда из другого мира? — вышел вперед Белослав.

— Всмотрись в меня, старый волхв, и сам скажи, — улыбнулся я старику.

Тот подошел, замер, глядя мне в глаза. Его рука потянулась ко мне, но, едва дотронувшись до щита, замерла в сантиметре от моего лица.

Усмехнувшись, я впервые за долгое время полностью снял с себя защиту, почувствовав себя голым. Но опасности для меня тут не было. Да и восстановить ее было делом доли секунды.

Более не встречая сопротивления, пальцы старика коснулись моей кожи. Он замер, будто всматриваясь в себя, а я прекрасно видел, что он делает. Незримые для остальных нити, но прекрасно видимые мной, вошли в мое тело и зашарили по нему в поисках моей сути.

Посмотрев на это, я понял, что мы так долго можем стоять, а силы старика не бесконечны. Ну, и направил их куда надо — навредить бы он мне не смог, даже если бы сильно захотел, его нити были настолько тонкие, что казалось, дунь — и они развеются, а вот узнать… На это я, собственно, и рассчитывал. И не прогадал.

Его глаза на миг стали большими. Отшатнувшись от меня, будто получив физический удар, он сделал шаг назад, а его старческие губы прошептали:

— Не может быть! Если это правда… Если это рука бога… Я не верю!..

— ВЕРЬ ЕМУ!!! — неожиданно громыхнуло так, что, казалось, само небо рухнуло на землю.

Рядом со мной возник высокий воин и положил руку мне на плечо.

— Перун!!! — изумлённо выдохнула толпа, и всё склонились в низком поклоне.

— Не благодари, — довольно оскалился он, глянув на меня.

— Это за что же? — уже злобно оскалился в ответ я, сбрасывая его руку. — Чего приперся⁈

— Ты повежливей бы…

— Повежливей?!!! — зашипел я. — Да тебя прибить мало за то, что ты сделал!

— А что я сделал? Помог вот…

— Умолкни и не беси меня сильней, чем есть. Кто вручил этим дурам власть надо мной? Я, что ли⁈

— Ну, вручил, и что? Я знал, что ты сумеешь освободиться.

— А меня ты об этом забыл предупредить⁈

— Это было их желание. Ты сам сказал, чтобы мы с ними без тебя решали.

— И что? Я так же четко сказал, что их желание не должно касаться меня. Нигде не видишь противоречий?

— Да они бы тебе ничего не смогли бы сделать…

— Но они сделали!!! — заорал я. — Будь я хоть чуть слабей, заставили бы плясать под их дудку! Их смерть на твоих руках, Перун. Ты в ответе за то, что произошло. И твой долг передо мной сильно вырос.

— Я тебе ничего не должен, мальчишка!!!

— Да ну? А знаешь что? Пошел бы ты на х*й со своим аватарством!!! Можешь забирать из меня свою благодать — обойдусь без порталов. Впрочем, я и без нее теперь могу их открыть. А себе ищи другого идиота. А я найду более адекватного бога. Вон, к тому же Хранителю напрошусь — на твоем фоне он прям душкой выглядит. Да и посильней тебя будет.

— Да ты соображаешь, о чем вообще говоришь, смертный⁈ — загрохотал он, увеличиваясь в размерах.

— А ты соображаешь, что делаешь?!!! –не желая смотреть на него снизу вверх, взлетаю я. — Вот тебе мое последнее слово — еще раз вмешаешься в мою жизнь без моего разрешения, и наши дороги разойдутся. И ТЫ МНЕ ДОЛЖЕН!!! И поверь, я придумаю, как и чем ты мне этот долг отдашь. А нет — можем схлестнуться прямо сейчас. Ты тут ослабленный бог, а я по-прежнему сильнейший архимаг. Думаю, наши силы почти равны. Запомни — всего в этой или той жизни я добился сам. Аватар — это добровольное служение, а ты меня не спрашивал, желаю ли я этого. Просто поставил перед фактом. Поэтому я тебе ни хрена не должен и выполнять твои просьбы — не приказы, именно просьбы, — пока ты не рассчитаешься со мной, не намерен!!!

— После поговорим об этом!!! –громыхнув, он растаял в воздухе.

Вот, опять сбежал на середине разговора! Ну что за идиотская натура⁈ Р-р-р-р, бесит!!!

— Хватит уже спину гнуть! — рявкнул я, опускаясь вниз и глядя на народ. — Ушел он, но обещал вернуться, бумеранг херов.

— А… Ямир… Ты бог? — первым пришел в себя Белослав.

— Нет. Но зад надрать смогу, наверное, многим из них. Так, у меня есть одно дело, не терпящее отлагательств. Потом продолжим.

Гневно рыча, шагаю сквозь расступающуюся передо мной толпу к отцу. Тот смотрит настороженно, пудовые кулаки сжаты. Если ударит, то я сразу освою волшебство телепортации.

— Нам надо поговорить, — бесячая меня фраза сама срывается с моих губ, после чего я хватаю его за руку и тащу домой.

Дорогу к дому я и с закрытыми глазами найду. На ропот толпы за спиной я не обращаю внимания — я такой сейчас злой, что могу и обидеть. Всю торжественность момента похерил Перун, собака сутулая!

Отец как завороженный идет за мной, нифига не понимая, но готовясь ударить, если что-то пойдет не так. Я чувствую его напряжение. Ничего, батя, скоро ты напряжешься еще сильней.

Вот наша калитка. Вот мой дом родной. Уверено тяну его дальше — туда, где за обеденным столом всегда собиралась наша семья.

— Владислав, это ты? Быстро у вас все закончилось, — слышится из кухни голос мамы. Едва сдерживаю порыв, чтобы не кинуться бежать к ней. — А мы…

Выйдя, она замирает, осознав, что ее муж привел в дом чужого человека. Сила берегини вспыхивает вокруг нее, но пока не атакует.

— Долгой жизни, госпожа Дарья, -отпустив руку отца, кланяюсь я ей. — Здравствуй, мама, я вернулся, — с трудом сглотнув ком в горле, почти шёпотом продолжаю я.

— Что⁈ — как от удара отшатывается она.

— Ты что несешь⁈ — тень отца, грозно нависшего надо мной, закрывает обзор. — Своего сына я схоронил…

— Несколько месяцев назад, -заканчиваю я за него. — Сколько стрел тогда в меня попало? Я насчитал три. Может, их было и больше. Так, давайте сядем и поговорим. Я слишком долго к этому шел и, кажется, забыл все слова, что приготовил.

— Покинь мой дом, негодяй!!! — гремит отец.

— Подожди, милый. Давай выслушаем его. Это странно, но я не слышу в его словах лжи.

— Темные и не на такое способны!

— Перун, — напомнил я.

— А… Ну да, — смутился он. — За тебя поручился наш бог. Хорошо. Садись и говори. Но бойся солгать в доме моем!!!

— Даже в мыслях не было. Но прежде ответьте — где Любомира?

— Так они к бортнику Степану ушли, за воском. Скоро вернуться должны.

— Они? — зацепился я за слово.

— Стоп! — хлопнул по столу отец. — Никаких расспросов, пока мы не поймем, кто ты.

— Да Мирослав я, отец. Ты уже это и сам понял. В другом теле, с иными возможностями, но это я. Вы же помните, как меня убили? Подло, в спину. Думал, все — отбегался витязь. Но боги решили по-иному, закинув меня в другое тело, в иной мир…

Мой рассказ длился долго. Сам не заметил, как на столе появился отвар из трав, которым я смог смочить пересохшее горло. Я говорил — и картины прожитой жизни вставали у меня перед глазами, проматываясь бесконечной лентой. Я не заметил, как пришла сестра, из-за спины которой выглядывало столь любимое мной лицо… Хвостик, она тут, она с ними! Застыв у порога, они слушали меня, иногда вздрагивая, иногда гневно сжимая кулаки.

Батя пялился мне в лицо и в его глазах горел сварожий огонь ярости. Мама слушала молча, лишь закрыв лицо рукой. Иногда из-под нее на стол падали слезы.

— Боги — они не добрые и не злые, -закончил я. — Они мыслят по-иному. Привыкнув к всеобщему почитанию, они забыли о тех, на ком держится их существование. Я видел разных богов, но суть у них всех одна — ты мне все, а я потом подумаю, что дать тебе в ответ. Торгаши похуже меня, — нашел в себе силы улыбнуться я.

— Если ты действительно мой сын Мирослав, а не сущность, укравшая воспоминания нашего сына, то ответь мне на один лишь вопрос — готов ли ты пройти проверку кровью?

— Готов. Но толку-то? Во мне сейчас кровь Нагибиных течет. Тело-то не мое. Но есть один способ — не сильно для меня приятный, но ради вас я на него пойду. Мама, ты берегиня, в доме своем властью полной обладаешь. Я открою себя всего, сниму все барьеры, обнажу перед тобой душу, которую ты при желании сможешь уничтожить. И сделаю так, чтобы то, что увидишь ты, увидели и все остальные. Может, тогда вы мне поверите. Это опасно — мир может не принять меня и развеять, но если это нужно… Действуй.

— Подожди!!! — закричала она, но я уже создал проекцию своего астрального тела — души, скинул защиту и полностью раскрылся миру.

На краткий миг я почувствовал всех живущих в нем — их радости и печали, их желания и стремления. Увидел темные пятна, что покрывали землю подобно раковым опухолям. Мерзки они были, как и нити, тянущиеся от них. Но были и светлые пятна, чистые, несущие свет. Работы мне предстояло много, но самое главное — я увидел центр всего этого. Грубое пятно мрака, которое пульсировало, будто живое.

Почувствовав мое внимание, оно заходило волнами и выстрелило в мою сторону щупальцем-отростком. Да только расстояние между нами было велико — не долетело оно, развеялось, не пройдя свет. А еще я почувствовал легкие тёплые касания — так мать гладит по голове сына, радуясь его успехам.

Мир принял меня, а я его. Это было прекрасно, лучше, чем оргазм, лучше, чем все, что я до этого испытывал. Казалось, энергией была наполнена каждая клеточка моего тела. Радостно засмеявшись, я вернулся обратно.

На миг, на мгновенье, на долю секунды опередив ближе всех находившегося ко мне отца, проскользнув под рукой сестры, что так же стояла у порога, на мне повисла Хвостик, заливая меня слезами. И тут же я оказался погребен под телами. Все меня обнимали, тискали, плакали и смеялись. Признаюсь и не стыжусь этого, из моих глаз тоже текли слезы — слезы радости и облегчения.

В дверь, не прося разрешения, шагнул волхв Белослав и с ним еще трое, состоявших в совете города. Окинув взглядом открывшуюся ему картину, он согласно кивнул головой.

— А я-то думал, померещилось мне. Значит, ты все-таки Мирослав.

— На половину. Другая половина во мне от Ямира. Мы единое целое с ним. Нет двух — есть один.

— Хорошо. Тогда не будем вас отвлекать. Как успокоитесь, жду тебя в общинном доме. — А после он завис на чуть и добавил: — Завтра жду. Мы ж не звери какие, — и улыбнувшись, вышел.

— До сих пор не могу поверить, что ты — это ты, — Любомира смотрела на меня так, как может только смотреть любящая сестра на брата.

— Я сам к этому долго привыкал, -погладив по голове прижавшуюся ко мне Хвостика, я вдохнул уже позабытый запах ее волос. — Ты так и не начала говорить?

— Начала, — чуть слышно сказала она, отчего я ее едва не уронил.

— Ага. В тот день, когда тебя убили, и начала, — кивнула сестра. — Какие она проклятья небу слала, ты бы слышал!..

— А эти, что напали на нас, Твердичи…

— Ушли они, сын. По лесам где-то прячутся, а мы найти их не можем. Набеги постоянно делают. Кружат на одном месте, будто ищут чего.

— Найдем, отец, — злобно усмехнулся я. — Теперь найдём. Я знаю, где они окопались. В пепел обращу каждого.

— Да, насчет магии, сынок, -встрепенулась мама. — Я вот насчет нее не поняла — это как?

— Да просто все, мам…

Щелчок пальцами, и на столе закружились четыре шарика — эфир, тьма и свет. Благодать я тратить не стал — фиг его знает, того Перуна — вдруг и правда перекроет? А мне она ещё нужна для возвращения обратно. А может, и не нужна — посмотрим. Есть задумка одна — позже проверю.

— В том мире все в той или иной степени ей владеют. Научиться ей можно, если дар есть. У вас есть, но он не раскрыт просто.

— Сможешь это сделать? Ну, раскрыть? — подалась она вперед, сжав мою руку.

— Смогу, и мы об этом тоже поговорим.

— Так ты у нас теперь, значит, граф. Самый настоящий? — сестра с горящими от любопытства глазами смотрела на меня.

— Сиятельный граф, прошу заметить.

— А в чем разница?

— А в том, что всяких графьев там, как блох на собаке, а сиятельный лишь я один. К тому же боярин. Если брать местными мерками, типа президент трех стран. Мне в том мире никто не указ. Вон, император полез, так я сменил императора. Король ангелов через губу разговаривал, так теперь у них новый король. Так что я круче Эвереста и владения мои обширны и неисчислимы, — самодовольно улыбнулся я.

— И этого ты добился всего за несколько месяцев?!!!

— Ну, я ж рассказывал вам про мир пикси и столбы. Так что для меня там десятки лет прошли. Но если брать реальное время, то да — за пару месяцев всего.

— И какие у тебя планы теперь, сын? Не верю, что ты вернулся просто так — боги даром ничего не дают.

— Все, что имею, заработано лично мной, — злобно оскалился я, вспомнив свои приключения. — Что же до остального — вас хотел увидеть в первую очередь. Ну и во вторую — обломать планы Асмодея на наш мир. И я знаю, как это сделать…

Внимание — график выкладки изменился. Теперь главы будут выходить 5 раз в неделю с понедельника по пятницу.

Глава 11

Глава 11

…Значит, ты хочешь, чтобы мы пошли с тобой? — отец с задумчивым видом крутил в руке небольшой бокал с вином.

Когда первые восторги стихли, мама принялась накрывать на стол. Ну, и я в стороне не остался, добавив кучу всего из другого мира, включая алкоголь. Подарки — драгоценности и артефакты были вручены. Визгу-то было! Отец получил зачарованный меч пикси и долго вертел его в руках, изучая качество стали. Мои адамантиевые кастеты вызвали у него восхищенный вздох и зуд профессионала, желающего поработать с неизвестным металлом.

— А что вам тут делать, когда все закончится? Ну ты сам подумай — разве тебе не хочется посмотреть на другой мир, пожить для себя? Все дороги открыты для семьи Нагибиных. Нам никто не указ, нет такой силы, что могла бы заставить нас перед кем-то склониться. Опять же, мой авторитет нагнет любого, кто посмеет хотя бы косо в вашу сторону посмотреть. И поверь мне, это не пустые слова. Нагибиных, пусть и не любят, но уважают точно. Там ведь у меня тоже семья, и я хотел бы, чтобы она стала и вашей тоже. Любку вон замуж выдадим. А то девке двадцать один год, а все выбирает. Там такие парни есть — на любой цвет, форму и содержание.

— Да ну тебя, — смущенно отмахнулась сестра. Хотя мои рассказы об ангелах ее заинтересовали. — И это ваше многоженство…

— Тут уж придется смириться — иной мир, иные нравы. Но тебя ж никто не заставляет идти второй или третьей — как сами договоритесь. А вот я был скован договором, хочешь — не хочешь, а надо.

— Мне это тоже не нравится, — Хвостик, в миру оказавшаяся Аленой, возмущенно хмурила брови, чем-то неуловимо напомнив мне Рокси. — Делить своего мужчину с кем-то — это плохо.

— Это жизнь, милая — там так заведено. Но я не настаиваю, потому как права не имею. Решишь уйти — я пойму.

— Вот еще! — возмущенно задрала она носик. — Я теперь от тебя ни на шаг! А с твоими невестами сама разберусь. Старшей женой буду я.

— Как скажешь, милая. Я в эти дела не лезу — своих, как вы понимаете, полно. Пойми, отец — мне нужны верные люди. Наш род развивается, он очень большой — за всем пригляд нужен. На старую родню надежды нет — они те еще упыри. А своих не хватает. Да и в конце концов — что вас держит в этом мире? С демонами и Меченными я разберусь, а после чего? Так и жить в Свичи, не познав новое? К тому же ты кузнец — да в Брехте твое оружие с руками и ногами оторвут! А уж когда магию освоишь…

— Магию? — в его глазах загорелся огонь. — Ты и вправду сможешь это сделать?

— Конечно. Но только там. Тут слишком слабые потоки и нормально раскачать источник не выйдет. В каждом из вас он есть, но настолько маленький, что его практически не видно. Чуть лучше обстоят дела у мамы, но он, неправильно сформировавшись, подсоединился не к внешнему эгрегору земли, чтобы оттуда наполняться эфиром, а к ее сути. Отсюда и медленное создание даже самых примитивных плетений и потеря жизненных сил.

Помнишь, мам, когда на нас Твердичи напали и ты им глаза выжгла? Так вот, я за долю секунды могу выдать тысячу таких плетений — и даже не замечу расхода. Правда, на меня все же равняться не стоит. Даже по меркам того мира я самый сильный. Архимагами, конечно, я вас не сделаю, но до магистров, думаю, точно подтяну.

— И когда это ты стал таким умным? -усмехнулся отец.

— Я как-то сказал брату Симуэлю, что Жизнь — лучший учитель, а Смерть отлично принимает экзамен. В общем, уверен, вам у меня понравится.

— Придется сменить фамилию…

— Да какая разница, как называться? Главное то, что у тебя внутри, а не то, что выставлено напоказ.

— Я верю тебе, сын. Ты повзрослел, стал воином. И мы, если мать не против, пойдем с тобой и за тобой.

— Не против, — счастливая мама вытерла краем платка слезу и улыбнулась. — Разве я могу разъединить семью?

— Вот и классно! — я и сам не думал, что всё получится так легко. — Вот и отлично. Уверен, вам у нас понравится. У меня поместье в Брехте с видом на море, воздух там — закачаетесь! А уж с в столице, так вообще — почти дворец, лишь чуть-чуть уступающий императорскому.

— Ладно, поздно уже. Мирослав, твоя комната свободна. Там тебе постелили. Об остальном завтра поговорим.

— Хорошо, отец. И привыкай называть меня Ямир. Мирослав все же умер — не будем тревожить его память.

— Я… постараюсь, — кивнул он, после чего я направился к себе.

Вот и моя комната — будто я и не уходил никуда. Все как в день смерти. Я без труда нашел в стене след от стрелы. Видимо, на память оставили.

Я скинул с себя одежду, очистился бытовым плетением и юркнул под одеяло. Вытянулся с хрустом — хорошо! Знакомые запахи трав нежно щекотали нос, успокаивая расшалившиеся нервы. Я ведь до последнего не знал как все пройдет, а тут смотри как легко получилось. Ох, как вернемся, как зажжем, размечтался я. Любка точно споется со Стеф и Авророй. А Хвостик, наверное, с Сашей. Хотя моя Рокси очень коммуникабельна. Уверен, что примут их хорошо — останется дело за малым. Под сильнейшей магической клятвой, которую я с них возьму, нужно будет рассказать им всю правду. Надеюсь, меня после этого не будут ненавидеть. А еще…

— Не спишь? — ко мне в комнату проскользнула Алена и юркой рыбкой нырнула под одеяло.

— И зачем?

— И затем, — передразнила она меня. — Мы не закончили, если ты помнишь. Ты уже давно должен быть моим мужем. И раз ты еще не женат, то завтра мы распишемся — как положено. А уж большую свадьбу сыграем у вас.

— Тебе так важен штамп в паспорте?

— Нет. Но я так хочу. Мне так спокойней. Теперь я сплю с тобой. Но пока не распишемся, держи свои ручки при себе.

— Эх, и куда девалась та девушка, которую я тут оставил? Скромная, добрая, ласковая…

— Сдохла вместе с суженым своим. Который ее бросил тут одну, а обещал любить до гроба. Я и верила, хоть и не думала, что это произойдет так быстро. А теперь, пока ты ещё не спишь, расскажи мне еще о твоем новом мире…

Утром я даже не сразу сообразил, где нахожусь и что за девушка спит рядом. Спросонья нащупал мягкую попку, но приставать не стал, помня, что сон свят. Хоть и не понял по ощущениям, кто это. Потом продрал глаза, все вспомнил, улыбнулся новому дню и тихо, чтобы не разбудить Алену, выскользнул из постели.

Дом еще спал, было раннее утро. Но мне уже не спалось — тело было бодрым и прям дышало энергией. Легкая разминка — бой с тенью. Клинок света в одну, тьмы в другую, и пошел выполнять весь комплекс — хорошо, что двор большой.

— Экий ты быстрый стал, — услышал я голос отца и замер. Мечи испарились, а тело очищалось от пота. Мороз меня не брал, но ветер был зябкий.

— Это на минималках все, отец. Если бы я двигался по-настоящему, ты бы меня даже не увидел.

— Да? — неуверенно спросил он, с сомнением глядя на меня.

— Ага, — похлопал я его по плечу, находясь уже у него за спиной.

— Это ты как?.. Чудеса! Силен.

— Ха, я круче гор, — я поднял пафосно руку и пропустил от отца банальный удар по шее. — Бьешь, будто конь копытом, — потирая ее, я отошел на пару шагов.

Ну не показывать же родителю, что его удар для меня был настолько медленным, что я успел бы добежать до Москвы и обратно, пока он его завершил.

— Пошли завтракать, герой. Потом к деду Матвею зайдем — он как раз парней гоняет. Вот и покажешь свое мастерство. Чтобы люди за тобой пошли, они должны верить в твою силу и правоту.

— Не надо мне, чтобы за мной шли, -замотал я головой. — Сам справлюсь. Еще не хватало, чтобы кого-то ранили или, не дай боги, убили.

— Сам, — передразнил он. — Если ты воин, то должен знать, что такое прикрытая спина. Пошли и не спорь. А после к Белославу зайдем. Послушаем, что он скажет.

— Ты не понимаешь, отец — та мерзость, что тут обосновалась, вам не по силам. Все эти меченные, одержимые — просто слабые отголоски той или того, кто реально тут правит. Ад — реален, как и живущие в нем демоны. Ай, ладно, два раза повторять смысла нет. Хочешь в школу — пошли. Время пока есть — я уже почти адаптировался к эфиру этого мира. Осталось совсем чуть. И пока этого не произойдет, метаться смысла нет.

Быстрый завтрак — сестра и Алена, две бездельницы со слов мамы, еще бессовестно дрыхли. Хотя они у нас дамы занятые — знахарки, ну и мечами помахать горазды. Доход с этого имеют, и неплохой, но особо напрягаться не любят. Посмотрю потом, что они там варят. Не зря же я мастер-алхимик — может, чего и присоветую.

Чмокнув маму, мы с отцом пошли на выход.

Город уже просыпался — слышались голоса людей, сновали машины. На нас оглядывались — новое лицо всегда привлекает внимание. Уверен, обо мне сегодня ночью только ленивый не говорил. Мою ругань с Перуном не видел только слепой. Ну, и к тому же появление бога — это в принципе событие мирового масштаба. А чтоб с ним так еще разговаривали…. В общем, думаю, мне уже приписали кучу всего, о чем я даже не догадываюсь.

Так и шли под перекрестьем любопытствующих взглядов — благо, было недалеко. Отец искоса поглядывал на меня, думая, что я этого не замечаю. Я сначала не понял причину, пока он не выдал:

— Ты странно двигаешься. Будто земля не держит тебя, и ты по ней скользишь, пытаясь… Даже не знаю… Удержаться, что ли.

— Ну так я ж под щитами иду. А один из них воздушный, который не терпит оков. Вот и пытается все время подкинуть меня в небо. Лучше, как говорится, плохо лететь, чем хорошо идти. Хотя, как по мне, спорное утверждение… М-да, — задумался я, вспомнив, сколько раз, пока учился летать, падал.

— Каждая стихия, отец, что-то привносит свое в рисунок боя. Воздух — скорость, вода — ловкость, земля — умение защититься, а огонь — силу удара. Тьма затуманивает мозги врагам, а свет слепит, ошеломляет. Соедини все это, и получится воин, способный в одиночку справиться с целой армией.

— Ты способен?

— Наверное, — пожал я плечами. — Предела своих сил я не знаю. Но тут на Земле, думаю, сильней меня никого нет. Я ведь, по сути, практически равен богам. У меня нет их возможностей влиять на людей, на их разум. И вера в меня мне не нужна, а вот силы хоть отбавляй. Ничего — вернемся в мой мир, сам все увидишь. Я там тебе такую кузню отгрохаю, что и летоход сможешь собрать, если захочешь. И от заказчиков отбоя не будет — наш род знают все, все зависимости от расположения. А уж герб…

— А кстати, какой он? — заинтересовался отец. В ответ на это я показал ему средний палец. Тот аж замер от возмущения и собрался мне врезать…

— Я серьезно. Это и есть наш герб, — моя одежда поплыла, принимая привычный вид. Ну, и герб, который нельзя не заметить. — А девиз, знаешь какой? Только не падай… Мы на бую вертели мир.

— Вы странные, — ответил он, чуть успокаиваясь.

— Не вы, а мы. Ты тоже скоро станешь нашей частью, сразу после обряда. Уверен, дух рода обрадуется такому пополнению.

— У вас и такое есть?

— Пап, у нас много чего есть, о чем тут вы даже и не слышали. Иной мир, иные возможности. Если у меня в невестах ангел и демон, то почему домом не править духу рода? Кстати, нашего домового с собой заберем. Видел я, как он вчера на меня испуганно таращился. Переживает, что бросим его.

— Ты его видел⁈ — опять остановился он. Черт, такими темпами, мы до вечера идти будем!

— Видел, конечно. Он не особо-то и скрывался. Поговорю с ним вечером. От меня, пап, не спрятаться, не скрыться.

— Грозный ты, Мирослав… Ой, прости, Ямир. Кстати, а как тебя остальным представлять будем?

— Так Ямиром и представляйте. Ну, типа дальний родственник объявился, силы большой. А жил все это время в жутко секретном месте. Уверен, Белослав что-то подобное тоже скажет.

— Добро, — кивнул отец, толкая знакомую калитку.

Внутрь небольшого здания мы не пошли — зачем мне лезть в теорию? Нет, мы сразу отправились на стадион, где уже началась тренировка у будущих витязей и волхвов. Старший класс — выпускной. Уже все мнят себя великими борцами со злом. Знаю, сам таким был. Человек пятнадцать вовсю охаживают друг друга кулаками или тренировочными мечами. А еще пятеро, расположившись возле стрельбища, пускали в мишени стрелы.

— Здрав будь, дед Матвей, -поприветствовал отец нашего уже незнамо сколько лет бессменного учителя молодежи. Был он сед как лунь и одет, несмотря на мороз, в простую рубаху и штаны.

— И тебе не хворать, Владислав. Смотрю, не один ты пришел — гостя привел?

— Долгой жизни, уважаемый Матвей, -слегка поклонился я ему.

— Воин? — опытные глаза старика сразу выхватили необходимое буквально по одному моему движению. — Нет, не просто воин.

Два шага ко мне — и вот его кулак устремляется мне в лицо. Медленно, очень даже. Но со стороны кажется, что быстро.

Я с легкостью уворачиваюсь, подбив его руку, а после, чуть сместившись, дергаю, отчего дед проваливается. И если бы я его не поддержал, он рухнул бы на землю.

— Мастер, — заканчивает он. — В столь юном возрасте и такая сила? Это где ж так молодых-то гоняют? Я бы и сам, признаться, взял пару уроков.

— Родич это мой, Ямир. Ты ж видел вчера, что у дома Белослава творилось.

— Видел, как не видеть. Старый я, а не слепой. Значит, это он с богом-то на равных разговаривал? Что ж, неудивительно тогда. А сюда зачем пришли? Силой похвалиться, али дело есть?

— Да вот хотел Ямиру школу нашу показать, с тобой вот познакомить. А то юности свойственна высокая самооценка. Но вижу, что зря пришли, раз даже ты в нем мастера признал.

— Даже я признал, — захохотал дед. — Да этот юноша с десяток таких, как я, на землю положит и даже не запыхается. Не ему у меня, а мне у него учиться надо. Возьмешь в ученики старого деда? — подмигнул он мне.

— А чего ж не взять-то? Старый ещё не значит немощный. А в тебе запала еще лет на сто хватит.

— Хоть и вижу, что льстишь, а приятно, -усмехнулся он. — Ну что, неслухи, -обратился он к стоящим ученикам. — Поняли ли чего с того, что увидели?

— Поняли, что он сильнее тебя, -раздалось из толпы.

— И все? Кто увидел, что сделал этот воин?

— Да как же увидеть его движение, если мы даже твое не заметили? — вперед вышла высокая девушка. Вроде ее Даряна зовут, дочь волхва Родогора.

— Не глазами смотреть надо было, но духом своим. Учу вас, учу, а все без толку. Вот как таких в мир отправлять, ежели они еще даже думать не умеют, не то, что сражаться?

— А правда, что вы магией владеете? Ну, той самой, о которой в сказках пишут? — спросила девушка, подойдя еще ближе.

В ответ из моей руки высоко в небо вылетает огненный шар и расцветает там прекрасным пламенным цветком, тут же рядом с ним появляется такой же водный, и они начинают кружиться будто в хороводе, ускоряясь все сильней и сближаясь. И в конечной точке они резко прыгнули друг на друга, создав яркую вспышку и облако пара, который сразу развеялся.

— Чудеса! — выдохнула она с восторгом.

— Да уж, — дед Матвей был впечатлен не меньше ее.

И тут же я оказался погребен под шквалом вопросов. Нет, это не ученики — это монстры какие-то!

— А ну, угомонитесь, охламоны! — взревел дед. — Ямир. Я тебя очень прошу — расскажи ты им, да и всем нам о магии своей. Ты ж понимаешь, что после показанного просто так уйти тебе не дадут.

— Почему бы и нет? Время еще есть — можно и рассказать. Собирайте всех желающих — проведу открытый урок.

Кивнув довольно скалящемуся отцу, я под обалдевшими взглядами народа достал из кольца кресло и, усевшись в него, приготовился ждать. Другим из мести не предложил, а то лицо папы скоро лопнет от удовольствия. Ну как же, его сын — и такой вот сильномогучий маг. Так что капельку аристократический спеси можно и показать. А там поглядим.

Ну, и пока народ с шумом собирался, я прикинул, что можно говорить, а что нельзя, настроился на нужный лад. Пришло время принести в этот мир немного знаний из другого. Это и им на пользу, и мне лишний раз повторить не лишним будет. Поехали…

Глава 12

Глава 12

Послушать меня собралась едва ли не вся школа. Услышав про лекцию и, конечно же, увидев представление в небе, народа сбежалось — жуть! А так как стадион не был приспособлен для того, чтобы меня все слышали и видели, пришлось импровизировать.

Под восхищенными ахами поднимаюсь вверх метров на пять — так и я вижу всех, и они меня тоже. Голос мой чуть усилен магией — поэтому и слышат тоже. Ну а после…

Чего долго выдумывать — лекцию по общей магии из академии я помнил хорошо. Правда, пришлось заменять некоторые понятия, чтобы было ясней, но я с этим справился. Пересказывать ее смысла нет — своими словами и максимально доступно я объяснил слушателям, откуда магия берется и почему маги в нашем мире такие слабые.

Можно ли это исправить? Можно, но очень сложно и крайне опасно. Как и любое вмешательство в организм. Наш мир находится в стороне от основных эфирных потоков, поэтому и развивается больше как механический, чем магический. От магии вообще одни проблемы.

В последнее ожидаемо не поверили. Ну да, все хотят летать как птицы и швыряться огненными шарами. Так же, как не поверили и моим словам про ответственность и силу. Молодые — у них лишь ветер в голове и желание подраться.

В общем, завершив все в духе — наше дело правое и победа будет за нами, я опустился, сделав глоток минералки, чтобы промочить пересохшее горло.

Выслушав слова благодарности и пожелания приходить еще, мы наконец отправились к Белославу.

— Пап, съешь лимон, — сказал я, шагая рядом.

— Это зачем еще?

— У тебя рожа слишком довольная.

— А чего ж мне не быть довольным, глядя на повзрослевшего и поумневшего сына?

— Гордыня — грех.

— Это у верующих в чужих богов. А наши не возбраняют гордиться плодами дел своих.

— Ты не представляешь, как пошло это сейчас прозвучало.

— Ох, Ваше ж Сиятельство, вы изволили оскорбиться? — заржал он. — Или как там к тебе положено обращаться?

— Именно так и положено. А еще я глава рода. Самого сильного. А еще спаситель мира. А еще у меня будущий тесть король. А еще…

— А еще твоя фамилия Зазнайкин и Носозадирайкин.

— Я Нагибин!!! И это звучит гордо!

— Ты в первую очередь Авдеев и не забывай про это. Род, он корнями к земле прирастает. Обруби их — и унесет тебя ветер, как перекати-поле неразумное. Помни, кем ты был, прежде чем таким стать.

— Да помню я. Привык уже просто уже. Да и мир тот — там сословия не сказки, а суровая реальность. Деление максимально жесткое, а порой и жестокое. Нет, за порядком следят, конечно, едва ли не лучше, чем здесь, но перегибы на местах, сам понимаешь, случаются.

— Это, как я думаю, есть везде.

— Но не везде на это обращают внимание. По сути наши миры похожи — замени слово аристократ на чиновник, и смысл не особо поменяется. Ну, а Высшие рода — это что-то типа наших олигархов, а их дети — типичные наши мажоры. В случае чего сразу начинают тыкать в лицо именем папочки.

— Ты тоже… тыкал? — усмехнулся он.

— Нет. Мне это не надо — нас и так все ненавидели и боялись. А папочка этого тела — конченый ублюдок. Как власть над родом мне передал, так и свалил на другой конец мира, где еще не успел накуролесить. Ну да гнилое нутро в любом случае вылезет, и уверен, что скоро я прочитаю о нем некролог. Отомщу, конечно, потому как иначе не поймут, но плакать особо не буду. Да и никто не будет — сдохнет он, и мир станет реально чище.

— Он действительно настолько плохой?

— Даже хуже. Я тебя потом со Стефанией и Авророй познакомлю, так они тебе много чего интересного расскажут.

— Демон и ангел — чудны дела ваши, боги. Это они ж мне теперь дочерьми будут приходиться?

— Не. Мы ж родовичи, а не родичи.

— А в чем разница?

— Ну, кровь у нас одна, а расы разные. Поэтому и родней в прямом смысле слова считаться не можем. По факту и по местным законам я могу на них даже жениться. Гены в этом случае передаются от матерей. И ребенок рождается всегда одной с ними расы. Там сложно все и крайне запутанно.

— А эта твоя, ну, которая пикси? Ты ж с ней кровью поделился, она тоже родович?

— Не. Рокси — это Рокси, — тепло улыбнулся я, вспомнив ее. — Она полностью магическое создание, и на нее законы физического мира вообще не действуют.

— Действительно, все запутанно.

— А ты как хотел? Я тоже не сразу разобрался со всем, а адаптироваться пришлось быстро. А еще ломка от слияния двух душ корежила на всех планах. Думал даже, сдохну — хорошо, что тело досталось сильное, выносливое. Почти как мое прежнее, но с перекосом в сторону магии. В общем, не заморачивайся — на месте разберетесь. Тем более вам, в отличии от меня, особо-то и торопиться будет нечего.

— Я так понимаю, что после всего… Ну, когда все закончится, нам всем тут будет делать нечего. А что, если кто-то еще захочет уйти с нами?

— Возьму всех, но под магической клятвой и с принятием в слуги рода. Ничего особенного — преданность и не навреди. Мне верные люди край как нужны, но и рисковать я не имею права. Жильем обеспечу и работой, но нянькой, сам понимаешь, не буду. Так что решение уйти со мной должно быть максимально взвешенным и продуманным. Ну, и как факт — они должны будут безоговорочно принять, что я главный и они подчиняются мне. Тут без вариантов. Иначе их просто не поймут, да и меня тоже. Проявишь чуть слабость, и тут же сожрут. Тот мир сложней в этом плане.

— Да и у нас так же.

За разговором я и не заметил, как мы дошли до дома Белослава, где и проходили все важные совещания. Вопреки досужим мнениям, это был обычный дом — без всяких идолов, висящих по углам, трав, отгоняющих нечисть, и прочего, что им приписывают. Потому что надо различать — есть дом, где он непосредственно живет, а есть Обитель — то есть, место, где обитают духи, место, где волхв взывает к богам и проводит обряды, где есть все вышеперечисленное.

Нас уже ждали — большой круг из десяти человек, спешно пришедших к нам с помощью легкоступа со всех главных общин. Магия это была сложная и использовалась только в крайних случаях. Мой, видимо, как раз и был крайний. Кроме них, тут ещё сидели и три витязя — опоры. Закаленные во многих боях, давно перешагнувшие за пределы своих сил, были они суровы и казались богатырями, сошедшими со страниц сказок.

Отец при виде этого сборища собрался было свалить за дверь — он хоть и знатный кузнец, но тут ему было делать нечего. Но я не дал. Пусть посидит, да послушает. Сам же я, нисколько не сомневаясь в своем праве, подошел к длинному столу и сел во главе, только с другой стороны. Были еще свободные места, но я выбрал именно это, дабы сразу показать, что я тут равный и разговаривать с ними буду как с равными.

Посмотрев на скромно присевшего рядом батю, я поймал скрещенные на мне взгляды и едва заметно улыбнулся. Сурово смотрели на меня они, даже с некоторой неприязнью — ну как же, с их точки зрения, пацан несмышленый, а ведет себя как старец многомудрый. Видать, не до конца они поверили рассказу Белослава. Но я это и предполагал, и мне есть, чем их удивить, но для начала послушаем.

— Как к нам к тебе обращаться? -наконец нарушил тишину Белослав.

— Вам с полным титулом или сокращенный вариант?

— Пожалуй, лучше сокращенный, — волхв был внешне серьезным, но в глазах его застыл смех.

— Ну тогда просто Ямир.

— Ты пришелец из другого мира, — ткнул в меня пальцем один из витязей.

Их имен я, к сожалению, не помнил. С трудом удержавшись от порыва его сломать — у меня ж рефлексы, — я сделал покерфейс.

— Какие ваши доказательства?

— Я чувствую в тебе силу, чуждую нам. Ей тут не рады.

— Это не тебе решать, — перебил его другой волхв. Кажется, его звали Алексей, но это не точно. — А вы, -посмотрел он на меня, — можете опровергнуть или подтвердить его слова?

— Я из этого мира. Но и из другого тоже. Перун забрал меня и он же вернул обратно, — скрывать смысла я не видел. Но и всей правды, конечно же, не скажу.

— Это невозможно!..

— Немыслимо…

— Да врет он все!..

Тихая комната моментально взорвалась шумом и выкриками. Взрослые дядьки вели себя как подростки. Спорили, ругались, чуть за бороды друг друга таскать не начали.

— Хватит!!! — рявкнул Белослав, хлопнув ладонью по столу. — Объяснись, Ямир.

— Ну, скажем так, я был рожден в этом мире, а потом волей Перуна был перемещен в другой. И вот теперь вернулся, чтобы закончить начатое. Ты же сам все видел.

— Что именно закончить?

— Уничтожить демонов, пришедших сюда, и закрыть врата.

— И для чего это тебе?

— Хочется щелкнуть по носу Асмодея. Ну, и грязь у себя дома я не люблю.

— Маршал Ада? Ты уверен, что он за этим стоит?

— Ну, скажем так, я получил информацию из первых рук. Проверить ее, как вы сами понимаете, у меня возможности не было, но прозвучала она правдоподобно. Да и мне, собственно, нет разницы, кто у них там главный — мне надо прекратить вторжение, и я сделаю это. До остального мне нет дела.

— Почему мы должны тебе верить? — а вот этого волхва я знаю. Добромысл из-за Уральских гор. Приходилось как-то бывать в его поселении.

— Не должны. Можете не верить — мне все равно. Наши планы совпадают, но мне вы, как союзники, в принципе не нужны. Простите, но наши силы и возможности несоизмеримы. Да, против Меченных вы можете пойти в бой на равных. Но с прислужниками или самими демонами уже нет. Там нужна магия, который вы не обладаете.

— Ага. Подошли к самому интересному. Нам тут столько всего рассказали, что и верится с трудом. Можешь продемонстрировать?

Пламя, повинуясь моей воле, вспыхнуло в центре стола, чуть зависнув над ним, чтобы не спалить. После этого я достал из кольца булочку с вареньем, угостил ей отца, и сам тоже стал жевать, запивая соком. Нет, это не было хамством — просто еще одной демонстрацией.

— Настоящий, я чувствую тепло, — витязь оказался умней своего младшего товарища и не стал совать в него руку, ограничившись тем, что просто приблизил ее к пламени. После этого все взгляды присутствующих опять скрестились на мне.

— Если вы ждете, что я упаду тут от бессилия, то спешу вас разочаровать — подобная магия является простейшей и не забирает моих сил. То есть, естественный приток эфира перекрывает его расход.

— Что еще ты можешь… Ну, кроме этого?

— А вот это уже не ваше дело, — грубо оборвал я его. — Мои тайны и возможности останутся при мне.

— Тогда как ты собрался с нами взаимодействовать, если не хочешь о себе ничего говорить?

— Да никак, — пожал я плечами. — Ты меня, наверное, плохо слушал. Я не нуждаюсь в вашей помощи, хотя, если сможете меня легализовать, мне будет чуть проще. А нет — так сам справлюсь.

— Тогда зачем мы тут все собрались?

— А это не ко мне вопрос. Меня позвали — я пришел. Но могу и уйти — тут у вас, говорят, Твердичи неподалеку окопались. Вот и навещу их.

— Знаешь, где они⁈ — подался вперед другой витязь.

— Знаю. Завтра навещу. Сам… — прервал я начавшийся шум. — У меня с ними, можно сказать, личные счеты. Ну, и небольшая демонстрация силы не повредит. Так сказать, покажу намерения.

— Ты иди, Ямир. Думаю, все, что нужно, мы увидели. Я потом сам к тебе зайду, — подвел итог Белослав.

— А почему он с кузнецом?.. — раздался голос, но я его уже не слушал.

Белослав умный дед и сам все разрулит как надо. Главное, я на них посмотрел, да себя показал. Теперь, если окажусь в их краях, хоть за демона не примут. Но отличительные знаки Свичи лучше надеть, дабы избежать ненужных вопросов.

— Ну что? — спросил я батю, после того, как мы вышли.

— Не договоришься ты с ними, — покачал он головой.

— Так и я не собираюсь договариваться. Зачем мне это? Я и сюда-то пришел только для того, чтобы вас увидеть. А так вполне мог начать и со столицы. Туда я тоже отправлюсь, но чуть позже. Хочу — не хочу, а встретиться с президентом страны придется. Кто там у нас отвечает за контакты с нами? Помню, что вроде есть такая служба, но как-то не интересовался никогда.

— Это тебе Белослав скажет. Почти все контакты через него идут, да совет волхвов. Но главный он. Кстати, услышал я насчет документов — мы о твоей смерти не оповещали никого. Так что чуть изменим имя…

— Не нужно этого, — перебил я его. — Я про них сказал, чтобы посмотреть на их готовность сотрудничать, если придется. А так — мою иллюзию не всякий архимаг распознает. Да и я сам пройду куда угодно, никем не замеченный. Вот чую, завтра эфир в норму придет, и тогда начну действовать — сам все увидишь. А теперь самый главный и серьезный вопрос этого дня…

— Это какой же? — заинтересовался он.

— Где у нас тут браки регистрируют? А то Хвостик меня опять похоронит, если мы не распишемся.

— Придумаем что-нибудь, — рассмеялся он. — Но документы нужны — официальные. А у тебя…

— Они сейчас появятся.

Достав паспорт, что я забрал у бандюка, я чуть влил в него эфир, изменяя написанное, и протянул отцу.

— Хм, Ямир Ярославович Нагибин…

Мое фото было симпатичным и даже немного брутальным. Ну, а номера и прочее я просто придумал. Какая разница, если в моем мире мы все сделаем заново и по иным правилам?

— Сойдет, — махнул рукой отец. — Не отличить от настоящего. Да и кто будет там присматриваться?

— И то верно, — согласился я…

— Вы где были? — Хвостик стояла у дверей, уперев руки в боки.

Отец, посмеиваясь, вошел внутрь, а меня тормознули на пороге.

— Бились с темными силами, — на полном серьезе ответил я. — И конечно же, победили. Требую поцелуй для героя!!!

— Ты должен был меня разбудить и взять с собой.

— Вот еще. Война — дело мужчин.

— Я сильная!!!

— Нисколько в этом не сомневаюсь. Но все же, когда стреляют пушки, пистолетики молчат.

— Это кто пистолетик? Это я пистолетик?!!! Да я одна могу вый… м-м-м-м…

Лучший способ заставить замолчать женщину — это ее поцеловать. С минуту я не отпускал ее, а потом уже она вцепилась в меня.

— И запомни, милая, — оторвавшись от ее губок, я серьезно посмотрел на нее. — Это был первый и последний раз, когда ты разговариваешь со мной в таком тоне. Во мне очень много от аристократа Протороссийской империи и я не привык к такому отношению. Я с удовольствием расскажу тебе все, что посчитаю нужным, поделюсь проблемами и переживаниями, но отчитываться НИКОГДА не буду.

— Я… я постараюсь, — кивнула она.

— Вот и славно. И вообще, кто-то хотел замуж? Пошли тогда — будем жениться.

— Что? Прямо сейчас⁈

— Ты ж сама сказала — завтра. Вот и пошли. Или подожди официальной свадьбы в другом мире. Мой вынужденный отдых подходит к концу.

— Нет уж. Что мое — то свято. Я буду первой. Дай мне пять минут, — чмокнув меня в щеку, она испарилась.

— Ну что, мать. Пойдем женить молодых? — рассмеялся отец.

— Вы идите. А я буду праздничный ужин готовить. Там и тебя с Любомирой хватит.

— Черт, точно! Нужен же свидетель, — вспомнил я.

— Не нужен. Сейчас иные правила. Иди тоже переоденься.

— Это я запросто.

Моя одежда вновь изменила вид, став классическим костюмом-тройкой.

— Удобно, — оценила вышедшая сестра. — И она какую хочешь форму принять может?

— Ага. Только глазками не надо сверкать. Эфира ткань жрет как не в себя. Так что другие обходятся обычными вещами.

— Все-то у тебя не как у людей…

— Забудь это слово, мы говорим — разумных. И да, у меня не так, потому что я особенный. Высший граф Протороссийской империи, защитник мира, спаситель благородных и не очень девиц, и прочее, и прочее…

— Балбес ты. Каким был, таким и остался. И это здорово, брат, — обняла она меня. — А теперь пошли, хочется мне посмотреть на твое глупое лицо, когда надо будет невесте одеть на палец кольцо.

— Б*я-я-я!!! — забился в мысленной истерике я. Впрочем, Нагибины не сдаются. Ща порешаем…

Глава 13

Глава 13

Регистрация прошла… обыденно. Заплатили госпошлину — в последний момент я вспомнил, что денег у меня более чем достаточно. А то уже собирался просить у отца. Обменялись кольцами — ага, сестричка вон как глаза выпучила. Мне-то на палец Алена — Хвостик надела мое собственное, а вот я ей, порывшись в своих запасах, колечко-артефакт из золота с сильнейшей защитой от физического урона. Один удар архимага так точно выдержит. Ну, или выстрел танка в упор. Правда, подставляться под такие удары, конечно же, не рекомендуется, потому как откинуть может очень далеко.

Все равно внешняя атрибутика этого мира в моем не будет иметь никакой ценности. Там вообще редко щеголяли символами брака. Ну, по особо торжественным случаям мужчины одевали церемониальный наруч из золотого, серебряного или бронзового металла, на котором количество драгоценных (или не очень) камней символизировало количество жен. Ну, а дамы носили браслеты с гербами рода. На этом, собственно, и все.

После церемонии мы довольные шли по городу, не замечая никого вокруг. Дом встретил нас вкусными запахами и принарядившейся мамой. Она и благословила нас, утерев тайком слезу, кстати и сестре попеняла, что та всё в девках ходит, а потом всех за стол усадила.

Все было скромно, по-домашнему, но я бы все это не променял и на тысячу пиров во дворце. В разгар веселья заявился Белослав. Тоже толкнул приветственную речь, призывая богов благословить брак. Не чинясь, уселся за стол, оставив на время умные речи. Нашу семью уважали и любили в городе. Поэтому никто и не удивился, что он лично пришел в гости. Хотя новости уже успели распространиться как лесной пожар и только глухой не слышал, что в доме кузнеца живет тот самый маг, что с богом на равных разговаривал.

Поэтому и забегали к нам соседки исключительно по своим делам, коих сразу появилось очень много. Ну, и мужики вдруг вспомнили, что им позарез нужен кузнец. Приходили и оставались, потому как не усадить гостя за стол — грех великий. Правда, повод застолья ото всех, кроме волхва, скрыли — незачем им много знать. Просто отмечаем приезд дальнего родственника, вот и все. Версия, конечно, была шита белыми нитками, но кому какое до этого дело? Ну, и в отделе регистрации я чуть надавил ментально, заставив регистраторшу тут же забыть наше посещение. Без природной защиты моего мира это тут оказалось сделать очень легко. Другое дело, что я ментальным магом не являлся, поэтому действовал крайне осторожно из боязни банально спалить ей мозги.

Под шумок я отдал отцу десять миллионов рублей.

— Забрал у каких-то бандюков — не парься, — без особых подробностей объяснил я ему. — Начинай делать запас того, что тебе понадобится в новом мире. О количестве не беспокойся. При желании я и наш дом по частям перетащить смогу в кольце.

Заговорив о кольце, я вспомнил, надо вручить подарки семьям в честь свадьбы! А так как Хвостик была сиротой, то подарил своим.

Поэтому отцу тут же был торжественно вручен боевой клевец, по типу того, что был у Этери. Только тяжелей и с рунами на крепость и усиление. Сестре я подарил гребень зачарованный — дотронься им до волос и представь, что хочешь увидеть, и твои волосы мало того, что очистятся и станут здоровее, так еще и прическу сделают какую пожелаешь. Магию артефакт потреблял из небольшого накопителя, встроенного в рукоятку, и хватить его должно было очень надолго.

С мамой пришлось поломать голову — что нужно берегине? Защита дома? Но какой смысл защищать то, что мы скоро покинем? Поэтому я выбрал для неё пояс, что усиливает концентрацию и снимает усталость. Ну а с Хвостиком пока повременим — ей я подарок вручу позже, уже в своем мире. И даже знаю, что именно подарю.

— Мы вам во времянке все приготовили, — шепнула мне мама, глядя на разгоряченных гостей. Шумное застолье продолжалось и все уже забыли повод. Но не мы.

Я подхватываю Хвостик и мы, никем не замеченные, отправляемся в наш временный дом. Полог тишины, шуршание одежды, жадные губы. Стон боли, переходящий в стоны страсти. Мир застыл, любуясь на двух любящих друг друга…

Утро встретило меня выспавшимся и прекрасно отдохнувшим телом. Алена спала — все-таки для нее первый раз оказался весьма болезненным, хоть я и лечил ее в процессе. Ну, и не магу с магом сложно — темпераменты и силы разные. Поэтому, кстати, сильнейшие из них и заводили большие гаремы — одной, двух или даже трех иногда было мало сильному магу.

И да, эфир полностью теперь был под моим контролем. Наконец-то усвоившись источником, он стал работать как надо. И приток его существенно увеличился. Теперь я могу реально жахнуть, не особо переживая. Наполнение, конечно, меньше, чем в моем мире, но мне и этого хватит.

Я потянулся, чмокнул спящую жену в лоб и вышел во двор. Ну да, теперь я женатый человек — непривычно как-то. А с другой стороны мне нравится — она более других заслужила счастье, и я сделаю все, чтобы ей его дать.

— Чего не спишь, молодожен? — отец сидел на крыльце и щурился на солнце. Мороз стоял крепкий, но ему все нипочем. Как, собственно, и мне, но для маскировки я создал себе теплую одежду.

— Ну так я ж герой. Пора на подвиги, -улыбнулся я ему.

— До завтрака дракона пойдешь бить? Али как поешь? — поддержал он тон.

— На голодный желудок — это только всякие прЫнцы сражаются. А я исключительно на сытый.

— Вот оно как. Ну что ж, пойдем поедим, да о планах твоих поговорим.

— Пойдем. Только вопрос есть — а ты чего не на работе?

— Позже пойду. Ничего срочного там нет.

— Хорошо, если так.

Чмокнув по очереди в щеку маму, мы с отцом сели за стол, следя за тем, как она накрывает на стол. Сегодня на завтрак был яблочный пирог, от запаха которого у меня заранее потекли слюни. Кстати, вспомнилось, что Рокси мне тоже такой должна. Я забыл, а она не напомнила. Вернусь, стребую с процентами.

Нежный, с румяной корочкой, пирог был великолепен, и мне стоило огромного труда не съесть весь. Правда, когда мама сказала, что она испекла два, мой внутренний дракон взревел и с воплем «Мое!» отрезал сразу себе еще и еще. Отец только что не смеялся, глядя на меня.

— Чего? — жевать и говорить было сложно, но я справился.

— Вроде бы и взрослый уже, а ведешь себя как ребенок.

— Ты ничего не понимаешь!!! Все пройдет, а вкусный пирог останется и достанется кому-то другому. Тебе не понять. Вот помню, принесли мне соседки пирог — там эльфийка была, тифлинг и еще кто-то, не помню точно… И пока я отвлекся, Рокси его весь съела! Как я страдал!!! Поэтому взял за правило — видишь вкусняшку, варежкой не щелкай. И вообще, даже Хранитель миров, чтоб ты знал, выпечку очень уважает. И за кражу ее может и мир разрушить.

— Это какой такой Хранитель?

— А, вы ж не знаете. Есть боги, а он тот, кто стоит над ними. Ну, типа самый главный. По виду — обычный парень. А по силе… Ну, я даже и не знаю, с кем его можно сравнить. Нет его сильней среди всех миров.

— И ты его знаешь?

— Ага. Приперся как-то на запах выпечки, кстати. Мне Ишет поляну накрыла, а тут этот нарисовался. Хорошо так посидели.

— А Ишет? Прости, я не запомнила пока имена всех твоих невест.

— Дочь короля демонов Сатанаила Третьего. Тоже, кстати, нормальный мужик. Тебе, пап, понравится. Правда, мы с ним чуть морды друг другу не набили в свое время. А сейчас я даже почетный гражданин Ашрама — ну, так королевство демонов называется. Как Дагона — местного архидемона грохнул, так и подобрел сразу. Не любил он его сильно. Ну, а когда я у ангелов переполох устроил, так вообще растекся медом по трону. Знающие люди говорят, ржал как сумасшедший. Боялись даже, помрет.

— Чудны дела ваши, боги, — вздохнула мама. — Ты о таких вещах так спокойно говоришь, сынок. А у меня от твоих слов сердце замирает. Сколько же ты раз был на краю гибели?

— И не сосчитать, мам. Но зато стал сильней и почти не осталось тех, кто рискнет перейти мне дорогу. Да и вообще — умирать не так страшно, как многие думают. Обидно, да, но не страшно. Особенно когда тебе не за что стыдиться своей прожитой жизни.

— Родители не должны видеть смерть своих детей, — без стука вошел к нам Белослав.

Черт, ему тут медом, что ли, намазано?

— Но дети должны защищать своих родителей.

— Тоже верно, — не стал он спорить. — Не буду долго говорить — вчера не до того было. Скажу главное — мы хотим помочь, а не отсиживаться в стороне, пока ты делаешь за нас нашу работу.

— Похвально, — кивнул я. — А я думал, упретесь, да пошлете меня куда подальше.

— Были и такие мысли. Привычный уклад тяжело менять, и многие не любят перемены. Но не идти вперед, значит, стоять на месте или идти назад. Не все это видят, но с каждым годом ситуация ухудшается. Все чаще происходят нападения, все чаще мы сталкиваемся с сильным противником. Еще лет двадцать, и я думаю, нас попросту сметут.

— А может, и раньше, — добавил я. — Что ж, мне есть чем вам помочь и я могу найти для вас противника по силам. Дай-ка свой телефон.

Дед удивился, но молча протянул мне его. А я открыл карту мира, быстро сделал скрины — отметки на ней. Всего двадцать штук.

— Это что? — посмотрел он на экран.

— Это места, где сидят Меченные. Точки, как ты сам видишь, разбросаны по всему миру, но если ударите одновременно по всем, то есть шанс сильно их ослабить.

— Откуда ты это знаешь?

— Белослав, скажи мне, ты не задумывался, откуда Меченные знают расположение всех поселений, подобных нашему? Вот представь себе яблоко. Пятнышки гнили на нем — это демоны, чистые участки — так сказать, нейтральные земли, ну а самые сочные, которые хочется укусить — мы. И демоны их прекрасно видят. Так же, как теперь вижу их я, а вместе со мной и вы.

То, что я появился в этом мире, они уже знают — столь сильное возмущение эфирных потоков не скрыть. Но кто я и зачем сюда пришел, они пока не догадываются. Или уже догадались — не суть. Главное то, что они точно не знают мои возможности.

— Почему не знают?

— Да потому что я и сам их все не знаю, — улыбнулся я. — Чтобы понять, откуда я, нужно время и личный контакт. Первое я им не дам, а второе будет для них последним. А еще, что немаловажно, их вводит в смятение и непонимание темная сторона моей силы. Да, ее всего треть, но она есть. А непонимание — это сомнение, первый шаг к поражению.

— Мудрено все ты говоришь…

— Ну, в общем я приду и надеру им жопы.

— Вот так понятней сразу стало, — усмехнулся он. — А скажи… Что там, ну, когда умираешь?..

Мама и отец тоже замерли, ожидая моего ответа на вопрос.

— Да я толком и рассмотреть ничего не успел, — пожал я плечами. — Яркий свет, потом тропа. Куда ведет- не знаешь. Но тянет тебя в определенном направлении. Потом вспышка — и вот ты снова в мире живых. Сами понимаете, мне тогда как-то не до любования достопримечательностями было. Жизнь после смерти определенно есть, но вот какая — это лишь боги знают. Мне вот повезло сохранить память. И есть ещё подобные мне. Но сколько их, этого не знаю.

— Ну, хотя бы так, — степенно кивнул волхв. — Верить в богов и знать, что они реально существуют, сам понимаешь — разные вещи. Чаще бы они в мир являлись…

— Нельзя. Принцип равновесия и невмешательства. Тем более, что этот мир не магический, и чтобы тут появиться, надо потратить кучу сил. Перун, на краткий миг пришедший сюда, смог это сделать лишь потому, что я его аватар — мы с ним связаны.

— А аватар — это?..

— Сплошные обязанности без всякого соцпакета и достойной оплаты. Геморрой, в общем. Хорошего я от этого аватарства ничего не увидел, а вот дерьма, простите за мой язык, пришлось хлебнуть предостаточно. Все хотят твоими руками свою работу сделать. Получилось — молодец, и дружеское похлопывание по плечу — это в лучшем случае. Проиграл — пшел вон, щенок, я себе другого найду. Так что не советую, а если будут предлагать, требуйте договор с четко прописанными в нем гарантиями и обязательствами.

— Говорить с богами о деньгах…

— Можно и нужно, — перебил я его. — Потому как они те еще скупердяи. Знаем — плавали.

— Страшные вещи ты говоришь, Мирослав…

— Ямир, зови меня Ямир, дед. Мирослав умер в этом мире. А насчет остального — не так страшен демон, как его малюют. Так же смертны и так же дохнут. Проверено, причем неоднократно. Ладно, можно бесконечно болтать, но работа сама себя не сделает. Пойду Твердичей навещу.

— А где они окопались?

— Да не сильно-то далеко от вас. В лесу они, километрах в ста, если по прямой.

— Да мы там каждый клочок земли прочесали!..

— Ну, есть варианты, как можно спрятаться от вас. Я точно не знаю, что там есть. Через тьму трудно различить объекты. Но то, что они там, точно. Так что смотаюсь, проверю. Себя покажу, на демонов посмотрю.

— Сам-то справишься?

— Это как-то обидно сейчас прозвучало. Да я архидемона Дагона ногами запинал и даже не вспотел, а тут простые Меченные. Пара минут, если легонько ударить. Так, ладно — пока все спят, я полетел. Если Хвостик проснется раньше, скажи, что в магазин за хлебом пошел.

Я вышел на улицу, вдохнул морозный воздух, окутался щитом из ветра для маскировки и взмыл в небо. С высоты посмотрев на своих родных, что шарили по нему глазами в поисках меня, я сориентировался по внутреннему компасу и рвавул на запад. Туда, где четко чувствовал эманации тьмы.

Эфир спокойно тек сквозь меня, наполняя источник, полет жрал не так уж и много — больше, чем в моем мире, но не критично. Прикинув скорость, что я могу теоретически развить, я понял, что до, например, Москвы спокойно часов за шесть долечу. Правда, устану при этом как собака, но потенциал впечатляет. Еще надо над порталами внутри мира поработать. Будут они тут жрать благодать или нет — бо-о-о-ольшой вопрос. А ее следует поэкономить до возвращения обратно. Фиг его знает, этого Перуна — отключит в нужный момент, и застряну тут навсегда. Хотя я уже прикинул, как можно без нее вернуться, но рисковать не хотелось.

Я летел над морозным лесом, где снежные покрывала укутывали землю, словно нежный шелк, убаюкивающий все живое под собой. Ветки сосен, словно изумрудные стрелы, пронзали холодное небо, отражая утренний свет, который играл на их ледяных иглах. Ветер шептал свои древние сказания, зная тайны, хранящиеся в глубине леса, про каждую тропинку, где охотятся волки и где в тишине пробежит лесной олень.

Подо мною разрастались безмолвные просторы, застывшие в ожидании весны, когда все вновь расцветет и оживет. Я чувствовал, как мороз касается кожи, проникая в самую душу, наполняя сердце тем сладким надрывом, что знаком каждому искателю приключений. Внезапно меня охватило чувство единства с этой дикой симфонией — тяжелой, мирной, но полной жизни.

Я словно парил над этой зимней сказкой, где каждое мгновение напоминало о хрупкости момента, о быстротечности жизни. Лес шептал мне о вечности, и я понимал, что в этой холодной красоте скрыты тепло и надежда, которые ждут своего часа, чтобы вновь зазвучать…

— Попались! — благостные мысли моментально ускакали прочь, стоило мне увидеть конечную цель путешествия. Морозная дымка, скрывающая все от людских взоров, поплыла, открывая мне вид на дома, которых тут в принципе не должно было быть. Из труб поднимался легкий дымок, но пах он не сожженными дровами, а гнилью тьмы, что неприятно щекотала ноздри.

Внутри поселения сновали люди, о чем-то говорили, спорили и даже ругались. Я видел их черные души, видел мрачную ауру этого места и понимал, что не живые они, а пустые сосуды для демонов. А значит, и бить я их сейчас буду без жалости и безо всякой пощады.

Вспыхнув яркой звездой, я обрушился с небес на своих убийц…

Глава 14

Глава 14

— Что, с*ки, не ждали⁈ — зашипел я, выпрямившись во весь рост. Упал я удачно — иначе и не могло быть, — в самый центр толпы, разом развоплотив с десяток Меченных.

Короткий взмах рукой, и еще пять человек рассыпаются пеплом, столкнувшись с росчерками света… Потом еще несколько и еще… Свет беспощадными волнами расходится от меня, беспрепятственно проходя сквозь тела, уничтожая их.

Сразу послышались испуганные крики, вопли — твари так привыкли отыгрывать настоящих людей, что даже сейчас им подражали. Но делали это так, без души. Впрочем, среди них я чувствовал и живых — да, пораженных демонами, да, с черными душами, но живых. И эти особи для меня были еще хуже тех. Добровольно продавшиеся, признавшие власть демонов — их я истреблял с особым удовольствием.

В меня летели стрелы, копья, иногда легкая магия — в этом мире, наверное, считавшаяся крутой, — но увы, чтобы меня достать, этого было бесконечно мало. А вот я доставал их везде. Четко ощущая каждую тушку, я перестал бить по площади и наносил точечные уколы, всё так же не двигаясь с места.

Нет, я не валил всех без разбора — их верхушку я оставлял напоследок. Так сказать, на десерт. И все ждал, когда же они вылезут, потому как в глаза их черные посмотреть хотел. Это был долгожданный момент моей мести, и я желал растянуть его как можно на дольше. Ждал и наконец дождался.

Пятеро — ровно столько вышло ко мне этих подобий разумных. С душами, захваченными тьмой, с искореженной сутью и черной ненавистью ко всему живому. Такие не достойны жить. Хотя какая же это жизнь — скорей существование.

— Хватит убивать моих людей!!! –рявкнуло одно из них, таращась на меня злобным взглядом.

— А если нет, то что? — мне прям стало любопытно, чего они могут сделать.

— Ты же темный, мы на одной стороне!!!

— Нифига, собака ты сутулая! Я на своей собственной и уж точно не на вашей, гнилой. К тому же, где ты тут вообще видишь людей-то? Лично я вижу тварей богомерзких, спрятавшихся в людской оболочке.

— У нас есть высшая цель…

— Какая? Банальный захват мира? А потом-то что? Думаете, вы нужны Асмодею? Да плевал он на вас и ваши гнилые, практически уже сожранные душонки! Вы, наверное, не видите, но от вас, от вашего «Я» уже ничего не осталось. Ваш контракт изначально был ложью, а вы, идиоты, даже мелкий шрифт не догадались прочитать.

— Откуда ты знаешь про Асмодея?!!! –едва не завизжал он, подтвердив слова, сказанные ранее архидемоном Леонардом. — Кто ты вообще такой⁈

— Я тот, мрази, кого вы убили, когда напали на город волхвов! Я тот, кто восстал из мертвых и вернулся, чтобы отомстить! Я карающий меч в руках светлых богов. Я ЯМИР НАГИБИН, СИЯТЕЛЬНЫЙ ГРАФ ПРОТОРОССИЙСКОЙ ИМЕРИИ!!! Я пришел, чтобы казнить и миловать. Но сегодня я буду только казнить.

— Подожди… — заорал он.

— Карающая Длань Света! — патетично выкрикнул я, и от меня хлынул свет, закручиваясь в вихревые спирали. Миг, и они погрузили в себя стоящие тела.

Раздался вопль боли, рев демонов, что пытались выбраться из людских оболочек, но свет был неумолим. Образовавшимися внутри него острейшими шипами, он слой за слоем перемалывал кожу, мясо, кости, а после добрался и до сути демонов. Они бились о стенки, становились бесплотными духами, но все было тщетно. Кокон сжимался, крики становились все тише, пока с громким хлопком они не развеялись. Я уничтожил и род предателей волхвов, ставших на путь тьмы, и тех, кто ими управлял.

Это не было классическим изгнанием — нет. Я именно убил демонов и надеюсь, те, кто должны, это почувствуют. Потому что время обороны прошло — так битву не выиграть. Теперь мы будем нападать и платить врагу его же монетой.

Вспыхнув пламенем, я обрушил на поселение огненный шторм, что за мгновенье обратил все тут в пепел. Никто не скрылся от моего гнева, никто не спрятался и не смог сбежать. Столб дыма, что поднялся высоко в небо, думаю, был виден издалека. Пусть он будет предупреждением тем, кто считает, что все останется по-старому.

Погасив огонь — деревья сырые, но кто его знает, — я полетел обратно домой. Больше поблизости Меченных не было. Да и гоняться за ними по всей Земле я не планировал. Для этого есть другие рода, которые вроде как хотели помочь. Вот пусть и займутся. А я, так сказать, буду бить по центрам принятия решений. Их немного, но они есть. Причем один из них как раз находится в Москве. Жирная такая клякса. Окопались прям под носом у начальства. Ну да ничего.

Интересно, а что полагается за спасение страны и мира? Впрочем, у меня вроде как есть твердая такса. Ее и озвучу. И не хрен мне тут взывать к геройству. Халявы не будет, даже если это мне тоже нужно. Я вообще могу на все забить, забрать семью и свалить. Но нет, сижу, делаю. А время деньги. Возьму благородными металлами и каменьями драгоценными. Мелочь, а все ж приятно. Даром Нагибины не работают — хорошее правило и не хер его нарушать. А то так и привыкнуть можно.

Управился я с делами где-то за час. Вернувшись, застал Хвостика и сестру завтракающими. Любомира ее подкалывала, а та краснела и вяло отбивалась.

— Явился! Сбежал от молодой жены неизвестно куда. Что, так все было плохо? — с ехидцей поинтересовалась эта язва.

— Нет. Она так крепко спала после ночи любви, что мне ее стало жалко будить.

— И где был?

— За хлебом ходил.

— А хлеб где?

— Не привезли еще.

— Врешь и не краснеешь!!!

— Любка, знаешь чего мне больше всего хотелось раньше? — с прищуром посмотрел я на нее.

— И чего же? — начала осторожно отодвигаться от меня она, предчувствуя беду.

— Надрать твой тощий зад!!! — заорал я и кинулся на нее. Она с визгом от меня. И чуть не снесла маму, что явилась на шум. Мокрое полотенце в её руках сначала встретилось со спиной сестры, а потом и мне перепало. Наведя таким образом порядок, мама удалилась, пригрозив вернуться, если будем шуметь.

— Какие планы на сегодня? — прижалась ко мне жена. Хм, какое прекрасное слово…

— Буду выходить на контакт с правительством. Отдыхать позже будем. Свадебное путешествие я тебе самое лучшее организую — такие места покажу, закачаешься.

— А эти твари — Твердичи? К ним когда пойдешь?

— Да я как бы у них уже был.

— Когда⁈ — ахнула она.

— Был, был, — опять без стука заперся к нам Белослав. Вот точно поставлю магическую ловушку, настроенную специально на него! — Дым до сих пор не развеялся. Прикинул я тут место — а ведь мы там не один раз бывали. А не находили ничего.

— Прятались они хорошо. Да взгляд отводили. Их главный — сильный был. Ну, это он думал, что сильный.

— А по факту?

— А по факту оказался такой же слабак, как и остальные. Я спалил их всех вместе с демонами, что внутри сидели. С изгнанием заморачиваться не стал — долго, да и вернуться потом могут, как силы обретут. Поэтому и убил, окончательно развоплотив.

— Ох, силен ты, Ямир Ярославович, -внезапно поклонился он. — От всего города тебе спасибо за это! Выжег заразу железом каленым, как предки нам завещали.

— Да ладно тебе… Для всех же стараюсь, — внезапно засмущался я, а в голове уже бил набат. Алярм!!! Ямир, приди в себя!!! Еще немного, и ты начнешь творить бесплатное добро. По миру пойдем!!!

— Это да. Боги сил много тебе дали. Но послушай старого деда — надо ее с умом применять. Если уж ты…

— Стоп, волхв, — мой тон сразу стал холодным и колючим. — Не совершай тех же ошибок, что совершили многие до тебя. Не пытайся мне говорить, что мне делать или как-то управлять мной. Нагибин слушает лишь одного разумного — это себя. И я же сам мерило своих побед и поражений. Никому я подчиняться не буду, ни в чьих советах не нуждаюсь и любую попытку на меня надавить буду воспринимать как нападение. Я не нуждаюсь в вашей помощи, а вот вы в моей очень даже. Не смотри на мой возраст — он обманчив. Разумом я старше тебя на тысячи лет и прожил не одну жизнь. Поэтому забудь про все, что ты хотел сказать, и начни речь заново, не пытаясь мне что-то внушить. Или покинь этот дом и больше в нем не появляйся. Тебе будут тут смертельно не рады.

— Горд ты слишком, — лицо старика пошло красными пятнами.

— Зато не прогибаюсь ни под кого и даже боги мне не указ. А уж если они это поняли, то и ты должен. Вызывай свой контакт из правительства — с ним буду говорить. А нет — сам в Москву отправлюсь. За полдня, думаю, доберусь.

— Он тебя уже ждет в моем доме.

— Ну так пошли — чего зря воздух сотрясать?

Чмокнув притихшую Алену, я поправил одежду и вышел. Зря волхв так себя повел. Теперь я был порядком раздражен, а это плохо для переговоров. Мне нужна холодная голова, а не бешенство огня, что бушует в груди. Поэтому снова пришлось прибегнуть к маске Морены. Лишь чуть, легкой дымкой скользнуть по моему лицу, приводя мысли в порядок.

Шли молча — Белослав думал о своем, а я просто шел. Без мыслей, без чувств — легкая корка льда уже сковала мою голову, не позволяя лишним эмоциям появиться на лице. Все, что надо сказать — я скажу. Примут — ладно. Нет — и без них справлюсь. Но пусть потом не обижаются, когда некоторые из высших чинов в государстве скоропостижно скончаются.

В уже знакомой комнате одиноко сидел человек в сером костюме и гонял чай. Высокий, можно сказать, худой, с цепким взглядом и стальным светом в глазах. Ясно. Этот привык командовать и не идти на компромисс. Посмотрим.

— Иванов Иван Иванович, -представился он протянув руку. Как банально.

— Сидоров Сидор Сидорович, — ответил я пожимая ее.

— Вы серьезно? — проявил тот эмоции.

— А вы? — безэмоционально спросил я. А после сел напротив, всем своим видом показывая, что мне плевать.

— Мы знаем, что вас зовут Ямир Нагибин…

— Если вы знаете, как меня зовут, значит, и знаете, как правильно обращаться к сиятельному графу, -перебил я его. — Если я тут Сидор, то можно на ты. Если Ямир, то на вы и с положенным титулованием.

— У нас нет графов.

— Так я и не ваш. Будем и дальше препираться или перейдем к делу?

Лицо сидящего перекосило от злости. Не привык, что с ним так разговаривают? Мелкая кочка, возомнившая себя горой, удивилась, когда на нее наступили? Привыкай. То ли еще будет.

— Мы знаем, что вы маг из другого мира. И это беспокоит нас, потому что мы не уверены в ваших намерениях. То, что мне рассказывали, больше похоже на выдумку. И хотя у меня нет оснований не доверять словам Белослава, я все же хотел все увидеть своими глазами.

— Хорошо, — кивнул я. — Это будет последний раз, когда я выступаю в роли ярмарочного шута. Далее те, кто осмелиться просить меня что-то продемонстрировать, пойдут по известному во всем мирах маршруту.

— Это не слишком…

— Нет. Повторю — я вам не шут и не фокусник. Вы нуждаетесь во мне, а не я в вас. Наша с вами встреча — не более, чем моя прихоть. В моем мире я нахожусь на самой вершине власти и не привык действовать по чьей-то указке.

— А что? У вас графы правят империями?

— Не все. Один. И не правит, а не дает править собой.

— Вы же понимаете, что мы не потерпим рядом с собой неуправляемую силу?

— Вот точно так же, помнится, говорили мне про императора…

— И что с ним стало?

— Его казнили. В моем мире правосудие менее избирательно в методах. Абсолютная монархия и никаких либеральных дворян. Но и монархи смертны, как показывает практика.

— Угрожаете?

— Ставлю перед фактом. Мне все равно, что обо мне думаете вы или ваше правительство. Мне безразличны ваши действия, пока они не мешают мне. И я буду карать, невзирая на чины и звания. Мне неважно, кто это будет — президент или последний пьяница. Те, кто продался демонам, сдохнут. Тут без вариантов. И бойтесь мне вставлять палки в колеса. А теперь… Вы, кажется, хотели демонстрации — вот самая малая из них…

Его тело сковало воздухом, голова оказалась в водяном пузыре, ноги провалились в пол, крепко сжатые досками, а руки вспыхнули ярким пламенем.

Тридцать секунд я продержал этого напыщенного индюка скованным, заставив нахлебаться воды, дабы он не подумал, что это обман. Мой огонь не тронул его, однако рукава спалил.

Развеяв плетения, я невозмутимо достал из кольца чашку с горячим чаем — раз тут меня не угощают, значит, буду пить свой, — и сделал маленький глоток. Хоть я и был под маской Морены, не мог не оценить его тонкий аромат. Ишет делала — вкусно и очень бодрит. Прям домом повеяло.

— Вы это специально⁈ — его глаза полыхнули ненавистью, после того, как он прокашлялся.

— Все мои демонстрации будут подобны вашей. Если я захочу, конечно. Так что предупредите вашу верхушку, если у них возникнут сомнения в моей силе.

— Вы хотели встретиться со мной. Я вас слушаю, — быстро взял он себя в руки.

Что ж, принял поражение достойно. Посмотрим, что дальше будет.

— Именно так. Мне известно, что часть Меченных окопалась в столице и в самом Кремле. По прибытию я проверю все окружение президента и если обнаружу таковых, я их уничтожу.

— Не слишком ли это…

— Не слишком. Среди них людей нет. Пустые оболочки, захваченные воинами Асмодея. А если и есть живые, то они продались тьме. Предатели рода людского жизни не заслуживают.

— И мы должны вот так запросто поверить в ваши слова?

— Ну почему же просто поверить? Создать артефакт, реагирующий на темную силу, несложно. Ну, и в момент гибели демон всегда стремится покинуть разрушающуюся оболочку и становится видимым. Так что ни о каком слепом доверии речь не идет — вы все увидите сами.

— Как долго вы его будете делать?

— День, может чуть больше. Сам он прост в использовании, но вот накопитель требует изначальной тонкой настройки. Потом будет работать как часы.

— Тогда и встретимся завтра…

— Нет. Отправляйтесь в столицу с докладом сегодня. Нам больше не о чем говорить. Как только я его соберу, полечу следом. И поверьте мне, у меня на дорогу уйдет гораздо меньше времени, чем у вас. И да, ни с кем, кроме президента, я разговаривать не буду. Мелкие сошки меня не интересуют. Как и ваша бюрократическая машина. Получится у вас организовать с ним встречу — хорошо. Нет, значит, буду действовать сам.

— Вы уже мной командуете?!!!

— Это лишь рекомендация. Как поступить, решайте сами. Более пока нам говорить не о чем. Всего доброго, — короткий поклон, и я вышел наружу.

Волхв, все это время находившийся в комнате, во время нашего общения не проронил и слова. Лишь наблюдал, делая свои выводы.

Кстати, насчет артефакта я не шутил. Его реально можно было собрать на коленке из имеющихся у меня в кольце материалов. Ну, и в качестве накопителя я использую болванку, которых я кучу накупил еще в Брехте. Волью туда свет, а когда он будет приближаться к тьме, начнет сиять. Просто все, как и все гениальное. А с этим больше встречаться не буду — незачем. Болван, коих я до хрена видел в своим мире. Но там я просто стучал кулаком по столу или возил их мордой по асфальту. А тут пришлось сдерживаться.

Ну не привык сиятельный граф, чтобы с ним разговаривал на равных простолюдин! Моя аристократическая кровь Нагибина буквально вопила от возмущения и требовала покарать наглеца. И если бы не маска Морены, так бы и произошло.

Впрочем, рассчитывать на иное было глупо. Другой мир, иные правила. Тут так же, как и в моем, пока не докажешь, что право имеешь, с тобой и разговаривать никто не будет. Надеюсь, я до этого Ивана все, что нужно, донес и он все понял. Ну а нет, так и суда нет. Не привык я, знаете ли, кого-то уговаривать или чтобы кто-то сомневался в моих словах. А я, пожалуй, займусь сейчас артефактом и отправлюсь в Москву. Тянуть дальше нечего, да и смысла нет. Хочется уже наконец отдохнуть от всего, а значит, за дело…

Глава 15

Глава 15

Ново-Огарёво. Резиденция президента Россиской Федерации.

Сидя в удобном кресле, генерал-лейтенант Алексей Владимирович Романов, глава шестнадцатого отдела секретных операций по изучению и локализации паранормальных явлений Федеральной службы безопасности, просматривал бумаги и ждал вызова к президенту. Рядом с ним в форме полковника того же отдела сидела невысокая черноволосая девушка, которая со скучающим видом смотрела то по сторонам, то на молодую секретаршу, что периодически стоила глазки ее мужу, сидящему рядом.

Ну да, они были муж и жена и вот уже скоро готовились отметить жемчужную свадьбу — почти тридцать лет вместе, а будто их и не было, этих счастливых лет, проведённых вместе. Покосившись на жену, Алексей едва слышно вздохнул, улыбнувшись своим мыслям.

Казалось, все было словно как вчера. Вот он, молодой выпускник с отличием Академии ФСБ, сияя погонами и пышущий здоровьем, идет на выпускной бал. А там она, тоже офицер, прекрасная, как цветок розы. Она будто искала кого-то в толпе, а найдя, стремительно подошла к нему и смело взяла его за руку. И так крепко, что они с тех пор эти руки и не размыкали.

Их роман был бурным, мгновенным. Юный ловелас, покоривший в свое время не одно девичье сердце, внезапно осознал, что нашел ту единственную, с которой он хочет и дальше идти по жизни. Потом была свадьба, и когда они остались наедине, она как-то странно посмотрела на него, а после коснулась рукой его лба.

Тогда он все и вспомнил — всю свою прошлую жизнь во дворце, переселение в тело юного Торвигга, о том, как боролся за власть, как правил, как жил… Все промелькнуло у него перед глазами. А главное, там была она — бесправная рабыня Тэйни Алгомская, ставшая ему верной спутницей и телохранителем. И вот спустя столетия она его нашла и вновь стоит рядом, смотря на него своими черными глазами, в которых хочется видеть одобрение его действиям.

Тут, в этом мире, она была дочерью африканского генерала и ее звали так же — Тэйни. Отец перевез их в Россию, опасаясь за жизнь семьи, и тут же оформил им гражданство. На родину они так и не вернулись, а генерал был убит бунтовщиками в ходе переворота, поддержанного Западом.

Они тогда проговорили всю ночь. Ей многое нужно было рассказать, а ему понять. Нет, она не была богиней, но сила ее была равна божественной. Уходя на перерождения, она сохраняла как свою душу и память, так и тело, которое восстанавливалось. Оставаясь в тени, она следила за нашими потомками, иногда направляя их, иногда оберегая от глупых поступков. И все это время она искала его, но лишь в последнем перерождении она почувствовала его появление на свет в другом мире.

Найдя его, она прошла новое рождение и стала ждать, издалека наблюдая за ним, решая, достоин ли он возвращения памяти и знания. Знания, что ничего пока не кончилось и главная его битва еще впереди.

А дальше… Дальше была жизнь. Он быстро продвигался по службе, как, впрочем, и она. Потом пошли дети.

Дочку они, посовещавшись, назвали Дашей. Она у них трудится в дипломатом при Министерстве Иностранных Дел. Сын — Иван, пошел по стопам родителей и служит в отцовском отделе, вместе с ним курирует очень перспективное направление с кодовым названием «Волхв». Завидный жених, он уже и девушку себе хорошую присмотрел. Летом, дадут боги, свадьбу сыграют. А дочь все никак не определится с личной жизнью, успешно строя карьеру. Впрочем в любовные дела детей они с Тэйни не лезли.

И вот по его линии вчера пришел доклад, от которого у него, опытного генерала сейчас, а ранее императора, волосы встали дыбом. Жена, прочитав бумаги, сделала однозначный вывод — надо идти к президенту и настаивать на встрече с этим иномирным графом.

Сам Алексей — его магия пробудилась месте с памятью, — увы, выше мастера по их классификации подняться не смог, и прочитав описание того, что граф сделал с полковником Медведцевым на встрече, пришел к однозначному выводу, что тот архимаг. Так легко оперировать всеми четырьмя стихиями больше никто не мог. Да и вообще, в его время это было в принципе невозможно. Маги имели лишь одно направление, и огонь не мог использовать ничего, кроме огня, а маги всех стихий считались выдумкой.

И вот он явился сюда, в этот мир, чтобы что? Просто помочь? Возможно. Но в бескорыстие он не верил — маги такой силы ничего не делают просто так. Главное, чтобы выставленный им после всего счет оказался для них посильным.

Еще вчера обсуждая все это, Тэйни привычно зависла, общаясь с духами, но на этот раз общение заняло много времени. В себя она пришла мрачной и очень уставшей.

В общем, в мире духов царит хаос. Ад получил оплеуху и Асмодей в ярости. Что предпримет генерал-архидемон, чтобы наказать пришлого мага, не знал никто. Но о том, что его ответ будет ужасен, они догадывались. Поэтому им и надо было переговорить с президентом и попросить отнестись к словам иномирного мага со всей серьезностью.

Ну а еще Алексей рассчитывал на давнюю дружбу с ним — вместе учились, вместе выпустились. Только дороги у них под конец разошлись. Друг пошел в политику, а он так и остался служить.

Бесшумно отворилась дверь и оттуда вышел советник президента по экономическим вопросам. Очень недовольный советник. Равнодушно скользнув по ним своим рыбьим взглядом, он пошел дальше. За него Алексей знал — либерал до мозга костей. Купленный и проданный Западом. Недолго ему осталось. Пара дней, и он сменит место жительства на менее комфортное. Работа по нему закончена и все ждут отмашки. Кажется, сейчас она и последует.

— Вас ожидают, — сексапильная секретарша, постаралась придать голосу максимум очарования.

Ну да, на Алексея, который, несмотря на свои пятьдесят пять лет, выглядел от силы на тридцать пять, засматривались многие девушки. Куртуазный в общении, любитель здорового образа жизни, он привлекал многих. Но в его жизни на протяжении всех этих лет была только одна женщина — его любимая жена. На других он даже и не смотрел. Хотя что и говорить — она выглядела еще моложе него и до сих пор вызывала в нем сильную страсть.

Он поправил форму, посмотрел на себя в большое, в рост человека зеркало, и после открыл дверь, галантно пропустив жену вперед.

Небольшой кабинет, обставленный крайне лаконично, в очередной раз предстал перед ним. Минимум мебели и роскоши, которую президент не любил.

Доброжелательно им улыбнувшись, при этом уделив особое внимание Тэйни, тот кивнул им на удобные кресла и вызвал секретаршу, приказав принести чай. Это было хорошим знаком — президент был чем-то очень доволен и собирался общаться с ними неформально, как со старыми друзьями, коих у него за время правления почти не осталось.

Алексей знал, что его проверяли бесчисленное количество раз. Что под него копали, что его упрямство, полное отсутствие стяжательства, а так же преданность Родине, как бы пафосно это не прозвучало, многих бесило. И пусть его секретный отдел был не особо интересен остальным, в последнее время внимание к нему увеличилось. Как со стороны правительства, так и со стороны прочих обитателей Кремля.

— Господин президент… — начал он.

— Оставь Леша, — поморщился тот. — Мне этого лизоблюдства от остальных хватает.

— Пока я делаю официальный доклад, вы для меня господин президент. А вот когда закончу, станете старым другом, — улыбнулся он.

— Хорошо. Давай уже. Догадываюсь, о чем говорить хочешь. О нашем госте?

— Ваша осведомленность меня иногда пугает, — ответил генерал, чуть поежившись от его взгляда, который, даже когда они учились в академии, всегда пугал. — Ну да, о нем самом.

— И что думаешь? — протянул президент руку к папке, которая немедленно была ему вручена. Открыв её, он стал листать её содержимое, иногда делая пометки на полях.

— Думаю, эта встреча необходима нам больше, чем ему.

— Он опасен? Нет, не так — он опасен!

— Безусловно. Если то, о чем мне докладывают, правда — а сомневаться в этом смысла нет, — то я даже не знаю, что мы можем ему противопоставить.

— Ты и сам ведь сильный маг, Алеша. Да ладно тебе — не делай такие большие глаза. Ваша семья всегда вызывала вопросы, и поверь мне, друг — я все знаю. Нет, не потому, что не доверяю тебе, а просто интересно, зачем было это скрывать от меня?

— Эта сила — ей лучше не пользоваться просто так. Поэтому и скрывал — начинаешь на нее надеяться, становишься самоуверенным, и она тебе в нужный момент подводит. Что же касается моей магии — то рядом с ним ее не существует. Сравнивать нас — это как сравнить силы маленького ребенка и опытного бойца, прошедшего сотни битв. Может ребенок убить его? Да, при определенных обстоятельствах. Но если боец опытный, то там даже и шанса не будет.

У нас есть своя классификация магов — так вот, я, если оперировать привычными терминами, слабый мастер, а он выше на две ступени, сильный архимаг.

— Ты уверен? — нахмурился президент.

— Для сомнений в этом нет причин, -сказала Тэйни. — Он силен, и хорошо, что он на нашей стороне. Подобным ему нет смысла играть с теми, кто слабее. Если, конечно, он не испытает от этого удовольствие. А судя по отчету, этого не происходит. Его демонстрация силы, возможно, грубая и на грани приличия — это всего лишь желание избежать ненужных вопросов в дальнейшем. Достигшие таких высот очень ценят свое время, как никто понимая его быстротечность.

— Вы так много знаете об этом?

— Работа у нас такая, — чуть улыбнулся Алексей. — Вы же знаете, как за глаза называют наш отдел — сказки и предположения. Никто не верит в настоящую магию, никто не помнит, как это было в старину…

— Верно, — кивнул президент. — И в этом наша слабость. Мы не готовы противостоять одному человеку. А если подобных ему придут сотни, тысячи, миллионы?

— Ну, насчет миллионов я очень сомневаюсь, таких высот способен достичь далеко не каждый. А вот послабей его — возможно. Все зависит от уровня развития его мира, и вот это очень грустно. Судя по увиденному, он спокойно обращается с сотовым телефоном, а это значит, что в его мире он есть. То есть, они развиты технически. А техника — это в первую очередь…

— Оружие, — закончил за него глава государства.

— Именно. Всех их возможностей мы не знаем и можем предполагать все, что угодно. Однако я не думаю, что такое вообще возможно. Он пришел один, агрессии не показывает, говорит четко и по существу. Опять же, по рассказу волхва Белояра, он аватар нашего — подчеркну, именно нашего, — бога Перуна, что издревле являлся славянским богом войны.

У нас он появился — не у американцев или европейцев. Да и по виду наш, русский парень. И помочь хочет, правда, есть один нюанс — подобные ему просто так не работают. Ну, в смысле, за спасибо. Надо будет придумать, чем его отблагодарить. Сам-то он не скажет, но обиду может затаить. А оно нам надо?

— Придумаем. Чай не самая бедная страна в мире. За нами, как говорится, не заржавеет. И если подытожить — ты рекомендуешь мне с ним встретится. Что решим по безопасности?

— Да ничего, — пожал Алексей плечами. — Если он захочет напасть, то у нас со всей нашей мощью шансов против него нет. Можно, правда, послать к нему вашего двойника, но боюсь, он может раскрыть обман. Тогда ни о каком доверии к нам даже речи идти не будет.

— Рискнем. Уж в трусости нас точно не смогут обвинить. К тому же одно дело делаем — не может наш русский граф-аристократ оказаться врагом. Не верю. Если в том мире, откуда он пришел, ценится честь и благородство, то он нам друг.

— Верно, — кивнул Алексей. — Но не все это поймут.

— Поэтому и проведем нашу встречу тайно. Уберем лишние глаза — впрочем, я уже этим занялся. А ты что скажешь, красавица? Вот сколько знаю тебя, а ты все не меняешься. Повезло тебе, друг, с женой.

— Это да, — улыбнулся он. — Она самая лучшая.

— Ох, засмущали совсем, — на лице Тэйни мелькнула улыбка, но она тут же вновь сделалась очень серьезной. — Тот, кто пришел из-за грани миров, силен — мой муж правильно сказал. Духи мира трепещут от его мощи, но не боятся его. Мудрый медведь пришел вершить свой суд, и те, кто не склонятся перед ним, падут.

— Медведь? — президент за много лет общения привык, что она как бы не от мира сего, но все равно каждый раз переспрашивал.

— Именно. Он медведь — страшный в своем праведном гневе. Его вайтель силен и мощь его протирается до неба. Незримой живым тенью накрывает он все, на что падает его взор, от которого не спрятаться, не скрыться. И бойтесь те, кто ошибется в его миролюбии. С улыбкой он порвет вас, а потом, не оглядываясь, пойдет дальше. Дикий зверь, что не поддается дрессировке — бойтесь пытаться им управлять.

— И не будем, — завершил разговор президент. — Когда, говоришь, он прибудет?

— Через час где-то, — посмотрел на часы Алексей. — Мы договорились встретиться с ним на Одинцовских курганах. Сначала я сам с ним побеседую, если позволите, а потом уж проведем встречу с вами.

— Действуй, — кивнул он. — Я вам всецело доверяю. Смотрите и решайте сами. Жду твоего звонка.

Развернувшись и четко, по-военному печатая шаг, они вышли за дверь, так и не попив чаю.

— Что думаешь, Алеша? — Тэйни с тревогой посмотрела на мужа.

— Чего тут думать — трясти надо, -пошутил он. — А если серьезно, то не знаю. Наверное буду играть в открытую. Мы, аристократы, всегда сможем найти общий язык.

— Откроешься ему?

— Придется. Если он граф и умеет чувствовать ложь, то он мне поверит. А у аристократов чинопочитание в крови. Ну, или как минимум уважение к правящему роду. Неважно, в каком я теле — бывших императоров не бывает.

— Что ж, возможно, это правильное решение. Но я духов на помощь все же позову. И не забудь перед встречей накинуть на себя щит. Знаю, что магия тут работает хуже, но хоть какая-то защита от него.

— Да он ее даже не заметит.

— Мне так будет спокойней.

— Хорошо, — покладисто кивнул он. Покой жены для него всегда стоял на первом месте. — А теперь поехали. Я приказал сегодня закрыть место встречи для туристов. Наши люди уже все проверили и оцепили. Ну и подготовили для переговоров.

— Будешь еще с собой кого-то брать?

— И нас двоих хватит. Хотя, будь моя воля, я и тебя бы не брал.

— На это твоей воли нет. Не для того я тебя века искала, чтобы опять потерять…

Одинцовские курганы — древнее славянское захоронение, имеющее не только историческую ценность, но и сакральный смысл. Всякий умеющий чувствовать, находясь тут, ощущал тонкую грань между миром живых и миром мертвых. Тэйни говорила, что тут общаться с духами намного легче, чем в любом другом месте. Да и сам он, далекий от религии человек, любил тут бывать. Казалось, тут воздух, пропитанный запахом леса, был совсем иным. Бодрил и хорошо прочищал голову.

Большая палатка, рассчитанная на человек десять, уже стояла в нужном месте. Внутри был накрыт стол, поставлены удобные кресла. По всей округе работали глушилки, напрочь блокируя любую связь. Сотрудники отдела, а так же спецназ были на позициях и скрыты от любого глаза. Даже он, опытнейший служака, не смог понять, где они.

Это, конечно, было бесполезно, но с подобной охраной как-то всё же спокойней, что ли. Не зная, чего ожидать от их гостя, он задействовал все доступные ему ресурсы. Лучшие из лучших следили за небом и землей, давая ложную надежду на защиту. Он все это понимал и не расслаблялся.

— Пришелец тут, — еле слышно сказала Тэйни.

И полог палатки откинулся, пропуская того внутрь…

*Читай «Ненаследный сын императора».

Глава 16

Глава 16

Расступись, весь адский сброд,

Настежь кабинеты.

Добрый молодец идет

Воровать секреты…

Ямир Нагибин. Очень раздраженный Нагибин.

— Вот скажите вы мне, — сходу заявил я, входя в палатку. — Какой идиот догадался наставить тут глушилок? Связь же ни хрена не работает, навигатор тоже! Так еще и народу кучу сюда нагнали. Биение жизни больше сотни тел показывает. И как мне было вас искать?!!! Хорошо, вы маги, хоть и слабые. На эфирные потоки ориентировался. Так, и кто тут у нас?

Убрав один слой щита, на который намерз иней, я встряхнулся и посмотрел на встречающую сторону. Мужик, явно казенной наружности. Но, стоит сказать, очень благородной. Высокий, крепкий, как вековой дуб. Волевое лицо, карие глаза, настороженно смотрящие на меня. Генерал, не меньше.

С ним девушка. Застыв, словно мраморное изваяние, она чуть настороженно смотрела на меня, почти не моргая. Её темные, полуприкрытые тяжелыми верхними веками глаза напоминали самую глухую, беззвёздную ночь. Чёрные волосы отливали жестким блеском, туго заплетенные в две косы, опускались ниже пояса, украшенные диковинными перьями и бусинами… Её кожа отливала красноватым оттенком и казалась такой совершенной, что меня охватило непреодолимое желание коснуться её, чтобы убедиться в том, что она — существо из плоти и крови, а не идеальное творение рук неведомого ваятеля.

Проверив себя на ментальную атаку, я встряхнул головой, отгоняя непрошенные мысли. Чего это меня вдруг на экзотику потянуло?

— Ваше Сиятельство Ямир Ярославович Нагибин? — по всем правилам высшей аристократии спросил мужик.

— Именно так. С кем имею честь? –мгновенно переключился я.

— Его Императорское Величество Алексей Александрович Романов. А это моя супруга Тэйни Алгомская.

— Ваше Величество, — чуть склонил я голову скрывая удивление. Он не лгал, я это чувствовал, тогда что?

— Вы удивлены, не правда ли? — Алексей жестом пригласил мне сесть. — Скажем так, это моя не первая жизнь.

— Попаданец, — с облегчением кивнул я. Что ж, это все объясняет.

— А вот теперь вы НЕ удивлены.

— Просто уже приходилось встречать подобных вам… И мне.

— Ясно, — кивнул он. — Это тело, как я понимаю, вам не родное.

— Верно, — скрывать смысла не было. Палатку я окружил таким пологом отрицания, что сюда даже боги не сразу пробьются. Попутно я ощущал любое движение вне ее. — Я родился и умер в этом мире. А теперь вернулся, чтобы закончить начатое.

— Я так, собственно, и подумал, — получив подтверждение своим предположениям, мужик выглядел довольным. — Как я могу к вам обращаться, граф?

— Если по-простому, зовите Ямиром. Тут все-таки иной мир и благородных сословий не существует.

— Хорошо. Тогда и вы меня зовите Алексей, а мою супругу — Тэйни.

— Приятно, — кивнул я. — Приятно встретить тут понимающих людей. К тому же вы маг, хоть и с покореженными каналами. Тяжело эфир по ним, наверное, пропускать.

— Есть такое, — поморщился он. — За их развитием с детства следят, а я осознал себя магом, когда уже был взрослым.

— Понимаю. Вместе с памятью души вернулся и контроль эфира. Но в силе, я думаю, вы сильно просели. Минимум на одну ступень, если не больше.

— Верно. В своем мире я был магистром.

— Не сочти, Алексей, за грубость, но как император может быть магистром? Его же банально убьют?

— Ну, скажем так, в те времена магия у нас была не слишком хорошо развита. Существовали, конечно же, архимаги, но их было крайне мало. И сила страны исчислялась простыми людьми, а не магами. Впрочем, на службе каждого правителя были преданные лично ему сильнейшие одаренные.

— Звучит нелепо, как по мне. Что мешает такому одаренному захватить власть?

— Ответ кроется в вашем вопросе. Вы граф, но я уверен, что по силе многих у себя переплюнули. Так что мешает вам захватить власть у себя в мире?

— Туше, — улыбнулся я. — Не люблю все это — дворец, придворные лизоблюды, и прочее. Предок завещал держаться от этого подальше.

— Он был мудрым человеком…

— Мразью конченой. Сдох, и о нем никто и хорошего слова не сказал. Но не будем о грустном — давайте перейдем к делам?

— Может, сначала подкрепимся? –указал Алексей на стол, заставленный едой.

— И то верно, — довольно потирая руки, кивнул я, после чего достал из кольца бутылку Квабульки. Редчайшее вино, но с ними его и выпить не грех. Редко мне встречаются достойные разумные, поэтому и общение с ними я очень ценил.

Выпили, закусили. Первая хорошо пошла — повторили. За едой плавно потек разговор. Бывший император мне до конца не доверял, и это было правильно. Впрочем, переубеждать я его не стал — слишком расслабляться тоже не следует. Пусть немного понервничает, держать нервную систему в тонусе полезно для организма.

А вот его жена полностью расслабилась. В магическом зрении она выглядела как эдакий шаманский тотем, рядом с которым вились духи. В основном слабые, но была парочка и посильней. Один попытался ко мне сунуться, но обжегшись об ауру, быстро слинял, завывая от боли. Правильно, не хрен лезть. А то мог бы и спалить его, но угрозы с его стороны не было, лишь чистое любопытство, поэтому и не стал.

Так вот, о жене — странная она. Смотрит своими черными глазищами, будто в душу пытается залезть. И взгляд такой, совсем не пишущийся с ее возрастом. Будто ей пару веков, не меньше. Так на меня иногда смотрела королева пикси и было немного жутко. Тогда, но сейчас меня этим не взять и в мою голову не влезть. Магией ментальной я, конечно, владею на самом дилетантском уровне, можно сказать, что и не владею. А вот защищаюсь от нее очень даже хорошо. Нас, как говорится, этому учили.

В общем, выложил я им все как есть — без прикрас и преувеличений. Свои цели обозначил, как и то, что бесплатно не работаю — мол, это вредит карме. Теме об оплате, как мне показалось, этот даже обрадовался, чем поверг меня в удивление. Правда, он позже объяснил, что в бескорыстие не верит. А вот то, что я сразу сказал насчет оплаты, его успокоило. Мол, нормальный маг, ничего не делающий просто так. Договорились — ударили по рукам.

Нет, ну я его прям зауважал, честное благородное! Ни тебе торгов, ни попытки обмануть — непривычно и даже немного подозрительно. Впрочем, или я совсем разучился разбираться в людях, или он играл со мной в открытую. И мне это очень понравилось. Причем настолько, что я, прям не сходя с места, предложил поправить немного его каналы. Правда предупредил, что будет очень больно.

Тот согласился, не задумываясь, чем еще больше уверил меня в своей честности. Вот так пускать абы кого в своей внутренний мир — это огромнейший риск. Одна ошибка, и от него даже пепла не останется. Источник пойдет вразнос, эфирные каналы полыхнут так, что даже душа растворится.

Поэтому, встав позади него и положив руки ему на плечи, я действовал крайне осторожно, предварительно сковав его воздухом, чтоб не дергался, пока я выпрямляю каналы.

Час кропотливой работы, и вот они сияют приятным светом. Ну, я и ранг ему немного поднял. Теперь он крепкий мастер, совсем чуть не дотягивающий до магистра.

Его жене я предлагать помощь не стал — там у нее так наверчено, что сам архидемон Леонард ногу сломит. К тому же она Говорящая с духами, а у них все не как у обычных разумных.

Мужик оказался стойким. И не пикнул ни разу, хотя я знал, как его ломало. Лишь зубы крепче стискивал, да дрожал от напряжения. А как все закончилось, хлопнул стакан водки, выдохнул пламя и расплылся в довольной улыбке.

— А теперь в нумера!!! — провозгласил он, залихватски подкручивая несуществующий ус. Но наткнувшись на колючий взгляд жены, сразу переобулся. — Я хотел сказать к президенту, ага.

Чуть пошатываясь, он первым вышел из палатки. Эк мужика-то вставило! Кто ж сразу после внутреннего эфирного шторма алкоголь пьет? Впрочем, это все быстро пройдет. Предупредить его, чтоб в ближайшие сутки не пил? Неа, не буду. Пусть расслабляется.

— Всем отбой, все свои! — заорал он в пустоту.

Правда, таковой она оставалась недолго, и буквально сразу вокруг нас началось шевеление. Поляна мгновенно наполнилась людьми в штатском и военном облачении, послышались голоса, приказы и местами даже мат.

— Пойдем, друг Ямир, я тебя на своем «Аурусе» покатаю, — сказал он мне, взяв под руку осуждающе смотрящую на него жену.

— Прозвучало это несколько пошло, хотя и интересно. А чего Аурус-то? Я думал, всякие чиновники на иномарках ездят — ну, на лимузинах или на худой конец на мерседесах?

— Надо поддерживать отечественного производителя. Да и не совсем она моя — служебная. У меня другая, но тоже ничего.

Служивые тем временем, образовав коридор, молча провожали нас взглядами. Пьяный генерал вовсю рассказывал, как на новый год 31 декабря они с президентом по старой традиции… Я не вникал, а вот агенты сделали страшные лица, грозя смертельными карами, если об услышанном тут хоть кто-то обмолвится. Типа, государственная тайна, кто там и с кем в бане.

Черная машина, сверкая хромом, приветливо распахнула перед нами двери теплого салона. Куртуазно пропустив даму вперед, я проник внутрь, а после туда же влез и генерал. По-хозяйски оглядевшись, он быстро нашел неприметную кнопку, схватил из открывшегося мини-бара бутылку с непонятной этикеткой и быстро сделал из нее глоток, довольно крякнув.

Его жена даже не препятствовала, похоже, смирившись с неизбежным. Но по мелькавшим в ее глазам молниям, я понял, что мужику хана. Ох, и отгребет он дома!

— Уважаемая Тэйни, не надо на него так смотреть, — решил я спасти бывшего императора. — Это все эфирный шторм. Через пару часов пройдет.

— Я все понимаю. Но думала, что Алексей окажется крепче.

— Без вариантов. Я ему почти ранг поднял. Тут у кого хочешь крышу снесет.

— Кстати, об этом. Я считала, что исправлять каналы могут только боги или подобные им. А вы человек.

— Я считаюсь аватаром Перуна, поэтому и возможностей у меня больше.

— Считаюсь?

— Ну, это он так думает. Но если не выполнит моих требований, пойдет лесом.

— Посылать бога…

— Можно и нужно, чтобы не борзел. Слишком уж они много о себе вообразили. Все им должны, а они никому и ничего. У меня к вам тоже есть вопрос — ваша магия. Она относится скорей к шаманизму, чем к элементальной или какой-то иной. Есть у нее свои плюсы и минусы, но я не о том. Ваши духи — они же много чего рассказывают. А я слышал, что у каждого разумного есть зверь, олицетворяющий его силу. Мол, его дух — это и есть он. Скажи, если не секрет, что обо мне сказали ваши?

— Медведь. Вы медведь — яростный в сражении и великий в своей мудрости.

— Медведь? — задумался я. — Что ж, хорошо, что не крыса.

— Крыса — очень сильный дух, зря ты так. Хитрая, юркая, найдет выход из любой ситуации. А когда ее загоняют в угол, резко возросшей мощью может смертельно удивить. Нет слабых духов, есть слабый носитель их знаний.

— Благодарю. Это интересная информация.

— А что мы такие грустные сидим? –оторвался от полупустой бутылки генерал. — Давайте выпьем за дружбу!!!

— Как скоро это пройдет? — тревожно посмотрела на меня его жена.

— Еще где-то час. Не переживайте. Когда будет нужно, я уберу влияние алкоголя. Правда, голова у него будет жутко болеть, но уверен, что он сможет себя подлечить. Кстати, а как он умер?

— В своей постели в окружении детей и внуков, — с гордостью сказала она. — Он был достойным правителем. Не без греха, конечно, но достойным.

— Править и не замараться невозможно. Что ж, это радует. Мне как-то не очень везло в моей жизни на хороших людей. Ну, по крайней мере, в первой ее половине. Сейчас ситуация начала исправляться. Честно говоря, не думал, что встречу тут кого-то подобного вам.

— Мы тоже не ожидали встретить в этом мире архимага и настоящего графа, -улыбнулась она. — И не сочтите за комплимент, вы один из самых адекватных людей, причем настолько сильных. Юноша с глазами старца. У меня, кстати, дочь есть — прелестное создание…

— Не-не, — сразу открестился я. — У меня с женщинами перебор. Простите, но сразу нет…

Громкий смех разорвал тишину машины. Смеялись все, и остатки напряжения, что еще были между нами, уходили через приоткрытые окна. Ну да, их пришлось открыть, чтобы не охмелеть от мощного дыхания генерала, который, вылакав одну бутылку, присматривался ко второй.

К резиденции президента мы подъехали, когда уже начало темнеть. Машина, чуть скрипнув тормозами, остановилась немного в стороне от главного входа, и мы, окруженные людьми служебной наружности, вошли в неприметную дверь.

Генерал морщился, на ходу потирая голову — ну, я его протрезвил, воззвав к богу Квасилу. Тут было как бы действие его силы наоборот. Попросил его лишить веселья на три дня, и генерал тут же стал трезвым, но с дикой головной болью. Проклятье, оно такое, ага. Зато теперь несколько дней может бухать как не в себя и не пьянеть. Правда, голова все равно будет болеть. И чем больше выпьет, тем сильней.

Вообще, место, где жил, можно сказать, правитель большого государства, не впечатляла. У меня поместье в Брехте, и то наверное побольше будет. Впрочем, как я слышал, у него их много и не все такие скромные. Но не мне, графу, его судить — может и делает. А о судьбе народа гораздо лучше думается, лежа на мягкой кровати или сидя в удобном кресле, чем на стареньком, продавленном матрасе.

Миновав несколько пустых коридоров — ну, типа пустых, но я-то чуял биением жизни, что за стеной за нами внимательно следят, мы оказались как бы в тупике. Генерал приложил к стене руку, посмотрел на нее глазом, покашлял — я уж думал, заставят кал-мочу сдавать и пару литров крови. Но нет. Дверь решила, что это все-таки свои, и бесшумно отъехала в сторону. Ну, и дальше мы в установленном порядке по старшинству зашли внутрь.

Внутри оказалась интересная компания, состоявшая из двух мужичков строго казенного вида и с блеском больших звезд в глазах. И еще один. Сухонький такой, невысокий. Но властью от него так и несло. Ясно. Правитель всея Руси удостоил меня своим вниманием. Расплакался бы от счастья, но боюсь, начну смеяться. Все такие серьезные — прям беда. Пришлось чуть активировать маску Морены, чтобы сбить не нужное сейчас веселье.

— Господин Нагибин? –полувопросительно-полуутвердительно спросил он.

— Ну, смотря кто спрашивает, — черт, надо маску сильней одеть, потому как не помогает.

— Зовите меня Президент. А это мои помощники: Иванов Иван Иванович — он отвечает за службу внешней разведки; и Петров Петр Петрович — он у нас отвечает за армию.

— Ну а я Сидоров Сидор Сидорович. Главный по тарелочкам. Очень приятно.

— Мы знаем, кто вы, — блеснул служивым интеллектом Иванов.

— И откуда, — добавил Петров.

— Ваше имя нам известно, — закончил Президент.

— Ну, если так, — я прошел дальше и сел в кресло. С хера ли я должен стоять, когда они сидят? — то решайте сами. Если я Ямир, то попрошу обращаться ко мне Ваше Сиятельство или Ямир Ярославович. Если Сидоров, то можно на ты и просто Граф. Подобную лекцию я уже читал вашему человеку. Жаль, что он ей с вами не поделился.

— А он нахал, — чуть уважительно протянул Петров.

— Ага. Храбрый нахал, — подхватил Иванов.

— Но вроде бы наш храбрый нахал, -закончил Президент.

— Неа, не ваш, — в моей руке возникла чашечка кофе. Раз не предлагают чужое, буду пить свое. Ну, и конечно, я догадался, что меня проверяют и пытаются раскачать эмоционально. Эх, глупые люди. Там, где вы этому учились, я преподавал. — Я свой собственный. Ну, и немного мамин с папой. Вы пока для меня никто и тут я нахожусь исключительно из своего любопытства и небольшого желания помочь. Вот прям совсем небольшого. И прежде чем мы начнем, ознакомьтесь вот с этим важнейшим документом, без согласования которого мы работать с вами не будем.

В моей руке возник мой прайс-лист, где были указаны расценки на все — и за спасение мира, и за оскорбления, и за попытку убить. И судя по их лицам их это заинтересовало. Иначе с чего бы им так бледнеть? Ах да, я ж цену указал в золоте. Ну, посмотрим…

Глава 17

Глава 17

— Но позвольте — двадцать тонн золота⁈ Вам не кажется, что это перебор⁈

— Этот мир стоит дороже!!! — пафосно воскликнул я. — Да и вообще, я вам ещё скидку сделал, как родным. Как говорит одна моя знакомая гоблинша — все людям, ничего себе.

— А вот это, — Петров старательно водил пальцем по листку, выискивая знакомые буквы. — Оскорбление аристократа — от одной тонны золота до трех. Повторное оскорбление или попытка нанести травму — от трех тонн до пяти с удалением любой выбранной конечности. Кто будет выбирать, согласовывается отдельно. Третье оскорбление с попыткой убийства — смерть и восемь тонн золота. Это вообще как? Вы думаете, что у каждого жителя Земли золото в подвале хранится⁈

— Ну так меня и не каждый оскорбить может. В своем мире я обычно сразу перехожу к третьему пункту и только для вас сделал исключение. Поэтому расценки очень справедливые. Не сможет заплатить он, заплатят родственники, друзья, знакомые. Если и они не смогут — значит, государство, чьим гражданином он является. Как по мне, все честно — держи язык за зубами или плати. Поэтому в ваших интересах оградить меня от неадекватов.

Этот вариант предусматривает, что я как бы берусь за все это официально, с вашей поддержкой. Тогда, прежде чем что-то сделать, я вас официально предупрежу и объясню свои мотивы. Но есть, конечно же, и второй вариант — я действую самостоятельно, деньги забираю сам, не впутывая правительство. Но тогда и объяснять ничего не буду.

— Вы серьезно считаете, что мы можем вам позволить убивать наших граждан, только потому, что на вас косо посмотрели?

— Нет, за косо посмотрели просто денежный штраф — читайте внимательно. Это просто оскорбление. А вот если посмотрит два раза подряд косо, что-то скажет плохое и попытается меня, например, ударить — тут уж извиняйте. Я стану богаче, а неразумный бедней и весить станет легче, что тоже идет в плюс. Обещаю резать максимально быстро и безболезненно. Ну и подлечить, пока ваши врачи не приедут. Я ж не отморозок какой и все понимаю. Беспредельничать не буду, но и об себя не дам ноги вытирать.

— Алеша, а ты что молчишь? — обратился Президент к бывшему императору. — И чего это у тебя вид такой бледный?

— Мигрень мучает, сил нет, -поморщился тот. — Пройдет. А насчет этого — предлагаю полностью принять предложение графа. Он настоящий аристократ и не обманет. Не знаю, как вы, а я ему верю.

— Судя по докладам, граф сильный маг, — пожевав губами, заметил Иванов. — Не мог он тебя, ну например, заколдовать? Понимаю, что это звучит дико, но и ситуация нестандартная.

— Не мог, — вмешалась Тэйни. — Пока граф ни в чем нас не обманул. А вы знаете, что я, как никто другой, могу распознать ложь. Он честен с нами и надо отплатить ему тем же. Более того, его требования приемлемы — мы бедней уж точно не станем, а вот от многих проблем избавимся. Быстро и как бы оставшись в стороне. В случае поимки, например, он сам по себе. Не возражаете, Ямир?

— Даже поддерживаю. Кто я и откуда, никто не узнает и конечно же с вами не свяжет. Впрочем, вариант моей поимки ниже арифметической погрешности. Ну, то есть фиг им, а не графское тело — это если по-простому.

— Прежде чем мы примем окончательное решение, я бы хотел увидеть демонстрацию возможностей нашего гостя, ну и услышать его конкретные предложения. И да, я знаю, что вы не шут, но и нас можно понять — вы представляете собой неизвестную силу, с которой мы должны считаться. Так вот нам и хотелось бы ее понять.

— И что вы подразумеваете под демонстрацией? Я, например, могу тут все залить огнем. Но тогда никто из вас не выживет. Могу заморозить — результат тот же. Могу… Да собственно, я могу все. Что вы хотите увидеть?

— А есть что-то менее разрушительное в вашем арсенале?

— Конечно есть. И я его продемонстрировал практически сразу, как вошел. Вы не обратили внимания на кружку, из которой я пью чай? Она не ваша — моя. И напиток в ней горячий и почему-то не кончается.

Так же я не сижу на вашем, кстати, очень неудобном кресле, а парю над ним, создав воздушную подушку. К тому же, я накрыл эту комнату пологом отрицания, дабы отключить любую прослушку, коей тут напихано просто невероятное количество.

— В этой комнате нет записывающей аппаратуры!!! — напрягся президент.

— Там, там, а еще там, и вон там. Да и в куче других мест, — показал я на стены и потолок. — Но не переживайте, я ее уже спалил. Не люблю, когда без просу лезут в мои дела.

— Ваня, разберись! — рявкнул Президент. — Позже. Вы уверены, что уничтожили их все?

— Агась, — чай мне порядком надоел, чую, он у меня скоро из всех щелей польется, поэтому я пил… сок. — Если я не захочу, меня даже боги не услышат.

— Как мне кажется, они и в обычное время нас не слышат.

— Ошибка. Слышат. Но слишком ленивые, чтобы реагировать. Ну, или считают, что вы и без них справитесь. Думаю, с демонстрацией разобрались. Что же до остального… У вас тут есть карта мира?

Деревянный стол, за которым мы сидели, вдруг пошел рябью и вся его поверхность превратилась в экран. Президент что-то там нажал, и вот передо мной предстала карта и весьма подробная.

— Включите в плату за спасение мира вот такой же стол, — тыкнул я пальцем где-то в районе Австралии. Она сразу увеличилась в размерах. Нет, это мне не надо. Ну и потом я по памяти поставил метки, где и кто находится.

— А вот тут, — карта послушно приблизилась, — город Йорк, что на севере Англии. Это их логово. Туда я, собственно, и направлюсь, перед этим уничтожив ключевые точки здесь и здесь, — опять потыкал я карту.

— Вы обещали сделать какой-то артефакт…

— Ах да, совершенно забыл, — хлопнул я себе по лбу. — Вот, держите маленький презент в счет будущей работы.

— Что это? — Президент вертел в руках красивую ручку. Ну да, почти две тыщи стоила в магазине.

— Ручка. Судя по цене, хорошая. Ей можно писать и подписывать всякие документы — ну, типа смертной казни или помилования. А еще обратите внимание на красивый камушек вместо кнопки выдвижения пасты. Видите, он светится красным. Это он реагирует на темную силу — мою, если кто-то не догадался.

— Вы Темный? — ощутимо напряглись все.

— На треть во мне кровь демона. Еще треть ангела и оставшаяся треть — человека.

— А остальные десять процентов?

— Ну, если так подумать, наверное, от пикси.

— Это кто еще?

— Феи такие. Мелкие, но ударить могут сильно и очень больно.

— Сколько же в вас всего намешано⁈

— И не говорите. Сам от этого страдаю. А с другой стороны, я вобрал в себя самое лучшее от этих рас, став сильней. Так вот, как этой ручкой пользоваться… Нажали на камень, она обычная ручка. Надавите еще раз — артефакт, улавливающий темную силу. Чем ближе к ее носителю, тем сильней камень светится. Ну, я туда еще смог небольшое пассивное плетение защиты запихнуть. Один удар магистра точно выдержит, а потом рассыплется. При экономном применении хватит где-то на год.

Кстати, поздравляю вас всех — вы чисты. Иначе бы из этой комнаты вы не вышли. Слишком много услышали. Но не все так радужно. Тут у вас я насчитал пятнадцать демонических тварей или продавшимся им. Один причем прямо совсем рядом, буквально за дверью сидит.

— Скажите, Ямир Ярославович, — ого, люблю вежливость. — Если мы его прямо тут допросим — смогут демоны узнать об этом?

— Исключено. Если только не убьем. Гибель своих они чувствуют. Но понять, кто именно умер, смогут не сразу — слишком уж их много. Думаю, срок от суток до трех. Но это неточно, надо проверять.

— Поможете? — сделал он знак бывшему императору.

— Да не вопрос. Но что по оплате?

Тот задумался на мгновенье, чуть пожевал губу, после чего написал «утверждаю» и поставил размашистую подпись на двух экземплярах.

— С вами приятно иметь дело, -расплылся я в широкой улыбке, засовывая свой в кольцо. — Открывайте и спрашивайте что хотите. Он честно ответит на все вопросы.

— Дмитрий Степанович. Заходите, вас ждут, — сказал генерал, и в кабинет вошел очень бодипозитивный человек, с гордостью несший вперед свое необъятное брюхо и три подбородка.

Зайдя, он обвел взглядом всех присутствующих, чуть удивился незнакомому лицу в виде меня. Правда, удивление тут же сменилось гневом, который он постарался скрыть. Ну да, кошка почуяла мышь и теперь решает, как ее ловчее поймать. Вот только она не догадывается, что вместо мышки ее в засаде ждет злющий пес.

— Я не вовремя? — спросил он, застыв у дверей и чуть вздрогнув, когда они за ним закрылись.

— Ну что вы! Разве такой занятой человек как вы может прийти не вовремя? Проходите, присаживайтесь и рассказывайте. Тут все свои.

— Я пожалуй чуть позже зайду, — он нервно сглотнул и попытался делать шаг назад, но конечно же, не смог. Мой эфир уже сковал его, а свет, подобно охотничьему псу, впился в темную суть. Не терзая, но ощутимо запустив клыки.

— За сколько продался демонам, гад⁈ — грохнул кулаком по стулу Иван Иванович, чуть скосив глаза на ручку, которую держал в руках Президент. Камень на ее конце светился ярким красным светом и смотрел точно на гостя.

— Я не понимаю, — залопотал тот и тут же скрючился от боли. Мой пес глубже вонзил свои клыки.

— А вот наш друг из другого мира прекрасно это понимает, — сказал бывший император. Без натуг подняв тело этого оленя, он перенес его ближе к столу и швырнул на пол, как мешок с дерьмом. — Говори, мразь!

Удар в жирное тело прошелся по нему волной, но лежащий даже не пикнул. Его взгляд нашел меня и я почувствовал, как он пытается влезть мне в голову. Хорошая попытка сбежать, но нет. Я полыхнул светом, сжигая невидимые нити, и тот забился от боли.

А потом я ударил в ответ, ломая его барьеры. Говорил же, что ни разу не менталист, но его здоровье меня беспокоило в последнюю очередь. Все равно живым он отсюда не выйдет.

— Вы все умрете! — замерцали его глаза тьмой, но тут же погасли от моего удара.

— Но ты сдохнешь первым, — сказал я. — Он весь ваш. Но недолго. Минут десять, и его мозг превратится в кашу, а демон будет развоплощен. Увы, я хреновый менталист и на большее меня не хватит.

И вопросы посыпались один за другим, еще и под запись. Мужики проявили в этом деле сноровку, спрашивая четко и по существу. Посыпались фамилии, имена, даты, пароли и явки.

Ну а я что? Мне стало банально скучно. Он говорил о ком-то, кого я не знаю и знать не хочу. Поэтому я отсел, чтобы не мешать спецам, и просто смотрел, как из демона выбивают информацию. Без жалости и сострадания, да и вообще без эмоций.

Наконец демон, издав вой, вылетел черной дымкой, растворившись в воздухе. Я понимал его горе — рассказать он о своей смерти не сможет, потому как я спалил его суть, и эта смерть была для него окончательной. Ну, на это я, собственно, и рассчитывал.

Генералы сидели чуть пришибленные, слушая фамилии. Судя по всему, они не ожидали такого размаха. Если прямо сейчас начать чистки, то страна останется без большого числа управленцев и военных. А если не начать, кто знает, какой приказ они получат через минуту, через час или день…

— Что будем делать с телом? — спросил Алексей. — Слишком много людей видели, как он прибыл в резиденцию.

— С этим я могу помочь — есть у меня подходящая способность. Так что уйти могу, а дальше буду выдвигаться в Англию.

— Сами? Там может быть опасно.

— Именно поэтому я и пойду один. Сам я могу спрятаться, убежать или атаковать. А с вами мне придется защищать еще и вас. Нет, я работаю один, и это не обсуждается. К тому же находиться рядом с разбушевавшимся архимагом — крайне хреновая и смертельно опасная затея. Представьте себе, что вы находитесь в эпицентре ядерного взрыва, причём абсолютно голым — эффект очень схож.

— Подождите, у нас еще есть вопросы, -прервался вроде Петров. — Вы говорили про демонов и ангелов. Не могли бы поделиться подробностями? И не окажется ли так, что ангелы — наши союзники в борьбе с исчадиями Ада? И если да, то как их призвать?

— Не окажется. Это у вас их рисуют благостными, несущими свет. Но по факту одни от других ничем не отличаются. Только видом. Что же до остального… Далее пошла лекция о взаимодействии разных рас, их отличиях и слабостях. Это мне ничего не стоило, а вот для них будет полезным. Чтобы рассчитывали в первую очередь на свои силы, а не на то, что кто-то сделает работу за них.

Слушали меня внимательно, мне даже понравилось. В конце я даже встал и стал расхаживать по кабинету, активно жестикулируя. Рассказал о коварстве демонов, о хитрости ангелов. Незаметно перешел и на другие расы. Эльфы у меня вне зависимости от пола были лицами нетрадиционной сексуальной ориентации, гоблины — пронырами, знающими толк в деньгах и артефакторике, гномы — жадинами, но разбирающимися в экономике, а пикси — симпатяжками и отличными хакерами. Богам от меня тоже досталось — с такой характеристикой их даже мыть общественные туалеты бы не взяли. Разошелся я — аж ух!

Ну, и было приятно смотреть на их выпученные глаза. То, о чем я так свободно рассказывал, для них было чем-то невероятным и в то же время притягательным. А уж когда они услышали, что магией в моем мире владеют даже дети, то мне показалось, что они срочно захотели переселиться в него. Даже послышались робкие вопросы насчет этого — но я их сразу обломал. Мол, портал пропустит лишь тех, кто связан со мной кровными узами или узами брака перед ликом богов. И усыновить не предлагать и еще одну жену тоже!!! В общем, живите где живете — вам и тут хорошо.

Они, конечно, расстроились, но не сильно. А потом поступило интересное предложение ударить по всем точкам скопления демонов одновременно, чтобы не успели сбежать. А вот это дело.

Я сел, опять пошла в ход карта. Высокие начальники попросили меня снять полог, который блокировал мобильную связь, и принялись кому-то звонить.

В ходе переговоров выяснилось, что им на полную синхронизацию действий надо двое суток. Я подумал, прикинул — приемлемо. Задействуют все общины волхвов, спецназ разных стран, где они имеют влияние. Отлично. Мне же будет проще.

Я ещё раз категорически заявил, что брать с собой никого не буду. Опасно. Но для связи согласился взять какой-то навороченный телефон, полностью исключающий прослушку и работавший на какой-то своей особой волне. Звонить на него мне смогут только тут присутствующие. Впрочем, как и я им. Другому никому не выйдет — у него точечная привязка к определенным номерам. Круто, че.

Наконец все было обсуждено, литры кофе закончились, голова гудела от обилия информации. Но хорошо посидели — не отнять. Я думал, будет намного сложней. Говорят, бюрократию придумали демоны, но я-то знаю, что это ангельская работа. Только они могут так завалить вас бумагами, что и через сто лет не разгребетесь. К чему это я? А к тому, что пока мы сидели, во все стороны рассылались приказы, уведомления и распоряжения. Государственная машина, как хорошо смазанный механизм, начала свою работу без долгих и ожидаемых мной раскачек.

После этого я попрощался со всеми и в образе чиновника в сопровождении бывшего императора, подхватив тело того, который Дмитрий — засунул его в кольцо, да и все, — направился на выход.

Пожав Алексею руку, я сел в ожидавшую меня машину. За рулем сидел Меченный и он сразу понял, что я не его хозяин. Пришлось его незаметно вырубить и дальше рулить самому.

Отъехав подальше, я повернул на проселочную дорогу, после чего взорвал машину, оставив в ней и водителя, и труп ранее приконченного мужика. Пусть теперь думают, да гадают, кто это сотворил.

Дело сделано. Теперь полетели в Англию…

Глава 18

Глава 18

Лететь к месту назначения я решил на самолете, потому как своим ходом добираться туда будет долго, да и навигатор постоянно сбоил, из-за чего я боялся банально заблудиться. Ну, и к тому же лететь с комфортом казалось мне гораздо предпочтительней, чем лететь без него.

Проблема была лишь в том, что заграничного паспорта у меня не было. Впрочем, мне он и не нужен, с моими-то навыками.

Подойдя к кассе и используя иллюзию, я с лёгкостью купил билет до Варшавы. На мою рожу даже не посмотрели, потому как в документе было черным по белому написано, что я являюсь гражданином Дании и мне пофиг на границы. Тетка со стеклянными глазами, находясь под легким внушением, без разговоров выдала, что нужно, и я был свободен.

До отлета было еще полчаса, вещей у меня, понятное дело, не было, поэтому я спокойно отправился в зал ожидания, получив печать в паспорт. Опять же всё прошло без проблем — магия все-таки рулит. Как оказалось, легкое внушение я могу делать безо всяких усилий. Не надолго, на минуту максимум, если не напрягаться, но этого хватило с головой.

Из Варшавы я собирался переместиться в город Пшеск — ну, там скорей большое село, чем город, — где и находится моя цель. О ней я ничего не рассказал Президенту и его окружению. Потому как это моя законная добыча. Именно они курировали нападение на нас Твердичей. Именно они наводили Темных на волхвов. И они сегодня сдохнут.

О том, что они скрываются именно там, нам было известно и раньше, но вот добраться до них никак не получалось. Но сегодня все изменится. И об этом никто не узнает — уж я позабочусь. Обставлю все как банальную месть волхвов. Это происходит сплошь и рядом — издревле Темные и Светлые режут друг друга. Обойдусь колюще-режущими ранами. Никакой магии, которую могут почувствовать демоны. Типа пришли, покрошили и свалили. А с учетом крайнего захолустья, камер в нем отродясь не было, а про интернет только в газетах и читали. Так что обычными человеческими способами понять, что произошло, точно не выйдет.

Перелет ничем особенным не запомнился, кроме разве что симпатичной стюардессы, которой я усиленно строил глазки. Но так как-то же самое делала вся мужская холостая (и не только) часть пассажиров самолета, я ей ничем не запомнился, что было мне на руку. Всех возможностей спецслужб я не знал, поэтому решил не выделяться.

Зачем нужны были все эти пляски с бубном? Да соскучился я по этому миру, вот зачем. Магия может многое, но привыкая ею пользоваться, забываешь о простых человеческих радостях.

Приземлились, я вновь без проблем прошел регистрацию. Таксист, вполне сносно разговаривающий по-английски, сразу понял, чего я хочу. Богатый господин платит — он везет, хоть на другой конец мира. Но туда мне пока не надо было, поэтому мы просто поехали в сторону нужного мне места. Полдня пути, и вот мы в пригороде Катовице.

Я расплатился с таксистом, вышел из машины, неспешно размял ноги. Зайдя в подворотню, сменил облик, по пути шуганув бандитского вида компанию, что с подозрением ко мне приглядывалась. Размышлял над образом я недолго, просто скопировав внешность случайно увиденного прохожего. Явил им иллюзию пистолета и качнул им в сторону, сделав максимально злобное лицо. Те намек поняли и испарились.

Тут мой желудок возмущенно заурчал, требуя хлеба и зрелищ. Ближайшее кафе оказалось очень неплохим, и мне было даже жалко расплачиваться с приветливой официанткой иллюзорными долларами. Правда, за это я дал ей настоящие рубли, и намного больше, чем стоил мой обед. Найдет, где поменять.

Мой навигатор тут не работал — пришлось покупать новую сим-карту. И уже активировав ее, находить Пшеск. Прикинул расстояние — около двухсот километров по прямой. Работаем.

Накинув на себя воздушные щиты, надёжно скрывшие меня от посторонних взглядов, я взмыл вверх и полетел, набирая скорость. Прикинул, что таким темпом минут за сорок доберусь, особо не напрягаясь. Так, собственно, и произошло.

Опустился вниз я возле придорожной гостиницы, за пятьдесят километров от города — внутрь пока соваться не стал. Ночь на дворе, фиг его знает, где и кто засел. Бегай потом по темноте, вылавливай их.

В гостинице царил полный бардак — у меня даже паспорта не спросили. Я взял единственный хороший номер, располагавшийся на третьем этаже, чуть усилив иллюзию денег. Продержится часов десять — мне хватит.

С удовольствием принял душ и завалился на чистые простыни. А ведь скоро Новый Год. Хотелось бы его встретить уже в своем мире. Ну да, этот я уже своим не считал. Что меня тут держит, кроме семьи, которая уйдет со мной? Ничего. А там у меня целая жизнь.

Поставим большую ель, нарядим, подарки разложим. Любил я этот праздник, за то, что он веселый, а еще за надежду. Надежду, что новый год будет лучше старого. И желание всегда загадывал под бой курантов, и верил, что оно сбудется. Почему? Да потому что нельзя жить, не веря в сказку. От этого будни становятся серыми и безвкусными.

И как там мои, интересно? Скучают небось. Рокси вообще бесится, наверное, что я ее с собой не взял. Но нельзя ее было брать, все-таки межмировой портал в иное измерение — кто знает, как он отразился бы на магическом существе. Может, и никак, а может, и нарушил бы чего в потоках. Это она в свой мир и из своего спокойно перешла, а тут иное совсем. Ну да ничего, вернусь с подарками — простят. Шуб вон накуплю и побольше. Их все девушки любят. И по два золотых слитка каждой вручу. Нет, два много — по одному дам. Сувенир из другого мира и все такое.

Родителям рядом со мной поместье прикуплю, чтобы дом был большой, со слугами и всякими защитами. Как раз то, что в этом мире заработаю, им и отдам на развитие. Моя семья не должна хоть в чем-то нуждаться. Эх, планы — огонь, скорей бы их осуществить! Соскучился я уже по всем, если честно. Впрочем, уверен, за пару дней со всем управлюсь тут, а там домой…

Сон накрыл меня теплым одеялом, и я крепко заснул, не забыв окружить комнату щитами, через которые и боги бы не сразу прошли…

Мир Нагибина

— Нет, ну не гад ли! Блудит, вот чую своими крыльями, блудит!!! — синекожая девушка нервно металась по комнате.

— Рокси, остынь. А то у меня голова уже кружится, — Ишет, сидя за столом, листала большую книгу, явно магического происхождения.

— Ага, это тебе легко — раз ушел, значит, так надо. Раз не взял с собой, значит, так надо… Ты всегда находишь ему оправдание!!!

— Верно, — кивнула та. — Жена, даже будущая, должна всегда поддерживать своего мужчину, а не трепать ему понапрасну нервы. Вот ты летаешь, злишься, а толку то?

— А то, что если я не выскажусь, то взорвусь от злости! Опять он поехал развлекаться, а меня с собой не взял! И ладно, когда заряжал столбы, а сейчас-то что? И вообще, где он таскается? В нашем мире его точно нет.

— Да кто ж его знает. На все воля богов.

— Чего шумите? — в комнату вошла Саша и плюхнулась в мягкое кресло, с видимым удовольствием вытянув ноги.

— Рокси на Ямира жалуется, -улыбнулась Ишет.

— А чего? Он вернулся? — оживилась та.

— Нет. Поэтому и бесится. А ты где была?

— С Соль ездила. Она связалась с отцом девушки — ну, того призрака, что они встретили на дороге. Тот нашел могилу дочери и приезжал благодарить. Хороший человек, жаль его. Он хотел Ямира видеть, но увы… Главное, что теперь он может хоть на могилу дочери сходить. Ну, и знает, что за ее смерть отомстили.

— Это да. И все же, где он может быть? Он вообще что-либо говорил?

— Так ты ж знаешь Ямира, он скрытный до невозможности. Но вот что интересно — пропали три его подруги. Ну эти, помните, что его в академии преследовали? К нам пришел запрос от Болконских по поводу его дочери. Мы, конечно, ничего не знаем, но вот какое дело… Пропали они почти одновременно с ним, и все трое сразу. Просто совпадение? И найти их не могут, вот совсем. Хотя их родители подключили все ресурсы. Невозможно вот так просто исчезнуть — хоть какой-то след, да останется. А тут тишина, будто и не было их никогда.

— Если честно, мне глубоко плевать на этих дур, — заявила Рокси. — Они еще в академии Ямиру прохода не давали.

— Да мне, собственно говоря, тоже. Просто странно это.

— У Нагибиных все странно. А еще заметили, как притихла столица? То постоянно звонили, что-то требовали, а тут прямо мёртвая тишина. Как-то подозрительно.

— Ну так Ямир Лизе от ворот поворот дал. Она, конечно, этому не обрадовалась, но император, кажется, доволен. Уж точно давно ей жениха подыскал.

— Жалко ее.

— Не жалко, — отрезала Рокси. — Нам самим мало. Еще одну бабу я возле него не потерплю. Сам кричит, что большой гарем зло. А чуть что — так вот, знакомьтесь, моя невеста!!! И где он только их находит⁈

— Ищущий обрящет, — пожала плечами Саша. — Но да, как-то нас многовато стало. Скоро придется график посещений составлять.

— Не скоро, а уже. Я составила, — сказала Ишет. — Причем учла, что у него есть не только мы. Вон, подружки Рокси точно успели запрыгнуть к нему в постель.

— Они право имеют! — окрысилась та. — И выбор свой сделали задолго до вас. Они за него против десятков пикси бились и преданней разумных не найти. И польза от них большая роду, сами знаете. Но они не конкурентки — в отличии от нас, обычных разумных, этим секс часто не нужен. Раз в месяц, и то с натяжкой. У нас физиология другая.

— А у тебя?

— Я Кровавая пикси. Мне надо регулярно и много. И вообще — что за наезды?

— Да я не в претензии, просто озвучиваю факты. У сильного мужчины должно быть много женщин. Еще Этери эта и Соль… А про скольких мы не знаем? В общем, свободные окна я на всякий случай оставила. И да, мне тоже интересно, куда он делся.

— В другом мире он, — вошла в комнату Амалия. — Не магическом.

— Откуда знаешь?

— Оттуда, — показала она пальцем в потолок.

— Поясни, — напряглась Ишет.

— Видение мне было. Ночью. Явился непонятно кто, но явно из нашего ангельского пантеона, и предупредил, что Ямиру скоро понадобится наша помощь. Сказал быть готовыми. Поэтому поднимаем свои жопки и айда в арсенал. Не знаю, что значит быть готовыми, но как по мне, надо перед этим принять душ. Вдруг ему помощь интимного плана понадобится. А может, и военного — значит, в душ идем обвешанные атакующими артефактами. Кстати, Симуэля я уже предупредила, он собирает родовую гвардию. Ориентировочная дата — завтра. Во сколько точно, пока не знаю.

— Ты уверена? Ну, что это не просто сон?

— Уверена. Потому как я проснулась, держа в руке вот это, — она разжала кулак, и все увидели светящийся синим камень. — Как только он станет белым, надо влить в него эфир, и откроется портал в иной мир. Не магический. То есть, эфира там мало. Мне дальше пояснить или сами догадаетесь о накопителях?

— И какие брать? — Саша поверила сразу и уже начала прикидывать, что к чему.

— Это скажет Симуэль. У него опыта в таких делах больше. Так же предупреждены все Нагибины. Рокси, ты одна осталась. Они что-то говорили за Круг Семи. Я не в курсе, у него спросишь. Ну, и что сидим? Кого ждем? Как говорит Ямир — поднялись и поскакали в ритме бешеного тушканчика!

И спустя минуту комната опустела. Что ж, посмотрим, что из этого выйдет.

План богов. Где-то в нереальности.

— Муж мой… Я тебя очень люблю и за эти века стала любить еще сильней. Но иногда мне хочется тебя стукнуть так, чтобы мироздание затряслось!

— Так и будет, если ты это сделаешь, -кивнул Влад, вольготно развалившийся на диванчике.

У него на коленях сидела невозмутимая Мирами и тихо млела от близости с любимым мужчиной. Остальные девушки, что собрались тут, с легкой завистью смотрели на это и так же поглядывали на разбушевавшуюся Селену.

— Ну вот скажи мне — зачем? Зачем ты все это затеял?!!! И не говори про скуку, а то точно стукну.

— Скука, — довольно скалясь, сказал Влад и чуть дернул головой, пропуская мимо себя огненный шар такой мощи, что мог испепелить целый мир.

— Да чего ты к нему пристала? — девушка со смуглой кожей грациозно потянулась и сонно приоткрыла глаза. — Если он что вбил себе в голову, так ничем не выбьешь.

— Я тебя тоже люблю, Эйелен, — сказал тот и послал ей воздушный поцелуй, вложив в него немного концентрированной благодати.

Та с удовольствием его приняла, растворила в себе и довольно улыбнулась.

— И все же я хочу знать…

— Ладно, ладно. Не кипишуй. Просто все. Мироздание заканчивает свой виток, который длился больше десяти тысяч лет. Уже скоро произойдет полный оборот, и что будет дальше, я не знаю. Возможно, нас не станет. Возможно, на смену нам придут новые боги. Может, люди станут равными богам, и мы будем не нужны. Поэтому я хочу закрыть все дыры, решить все вопросы и закончить все дела. Если уж придется уйти, то так, чтобы пришедшие следом за нами не ругались на оставленный бардак.

— Ты это сейчас серьезно? — все сидящие в комнате девушки напряглись. — И если это так, то почему ты настолько беспечен?!!!

— Да потому, что сделать ни я, ни вы ничего не сможем. Как и на что-то повлиять. Что будет дальше, знает лишь Творец, но я так и не смог его найти.

— Но я не хочу умирать!!!

— Никто не говорит о смерти. Просто мы станем иными, обретем новую жизнь, переродимся в смертных. Не знаю и знать не хочу. Все будет, как решит оно, а над его решениями никто не властен. Уверен, мы были хорошими богами, так что есть шанс, что все останется как прежде.

— Какой шанс?

— Ну, где-то процентов двадцать, я думаю. Может, больше или меньше. Не знаю. Я Хранитель Равновесия, а не мудрости. Впрочем, он тоже нифига не знает.

— Твоя пассивность меня убивает!!!

— А недавно ты тоже самое говорила про активность, — подмигнул он ей и та мгновенно залилась краской.

— Но так же нельзя. Надо что-то делать!

— Ну так и делайте. Или не делайте. Все равно уже скоро все решится.

— Ты нас не любишь!!!

— Люблю.

— Не хочешь нас спасти!!!

— Хочу.

— Но при этом ничего не делаешь.

— Именно этим я вас и спасаю. Кто знает, куда качнутся Весы Равновесия, если я внезапно начну активничать. А так все идет своим чередом. Маятник нашей судьбы запущен и где он остановится, никому не ведомо. Но могу сказать одно — наша история, та, к которой мы привыкли, подходит к концу. Как было, уже не будет, а как станет… Ну вы поняли.

— Я не поняла, все ли я поняла.

— Понимаю — это сложно. Но если постараться, то можно.

— А что происходит в твоем старом мире? Я вижу, что ты за ним пристально наблюдаешь.

— О-о-о-о, там как раз сейчас происходит самое интересное. Представьте себе — сильный архимаг возвращается в свой старый мир после смерти, сохранив всю свою силу. А еще он молод и горяч. А еще, кроме него, магией там толком никто и не владеет — в основном, шарлатаны одни. А еще ему есть кому отомстить, да и вообще, он имеет своеобразный взгляд на жизнь.

— И что с того? Ну погуляет он там. Ну убьет с десяток разумных…

— Э-э-э, нет, он не за этим там. Слышали про планы Ада?

— Это про ползучую экспансию?

— Ага. Они ж почти две тысячи лет окучивают Землю. И вот вышли на финальный рывок. У них все готово, все нужные демоны стоят на ключевых постах. Открыты все двери и даже окна. Тут приходит он…

— Герой?

— Ну, я бы так его не назвал. Скорей наемный работник, имеющий свой интерес. Потому как даром он не работает и все измеряет деньгами. Но при этом благороден, честен и выпить не дурак. А еще не любит демонов, которые его убили.

— И что?

— А то, что скоро Асмодей получит большой щелчок по носу. Их планы полетят бесам под хвост, вложенные ресурсы пропадут. Из-за этого они уменьшат давление на другие миры и… Хотя чего говорить — смотрите и сами все увидите…

Глава 19

Глава 19

Я проснулся, с хрустом потянулся — на часах было ровно шесть утра. Можно и выдвигаться. Душ, легкий завтрак продуктами из кольца, распахнутое окно — и вот я, накинув воздушный щит, закрывающий меня от чужих взглядов, летел в Пшонь. Лететь нужно было всего десять минут, и я окажусь на месте.

Опустился — раннее утро, народа в поле зрения нет. Миновал дорожный указатель, который приветствовал меняв этом славном городе, которому почти пятьсот лет. Уверен, что не больше трехсот, но поляки любят все преувеличивать, включая собственную значимость.

Если можно было бы одномоментно собрать в одном месте всех сторонников идеи «Польска от можа до можа» («Польша от моря до моря») во всех ее вариантах, то в дурдоме появилась бы отличная густонаселенная палата. Не зря их еще Черчиль называл «Гиенами Европы». Почему?

Да потому, что от каждой страны как Речь Посполитая, так и позже Польша пыталась, как говорится, «откусить кусочек». Собственно, по этой самой причине ее и прозвали «гиеной». Правда, говорят, что фраза вырвана из контекста, но мне все равно.

Насвистывая неприличный мотивчик, я обычным прогулочным шагом пошел по дороге к виднеющимся вдалеке домам. Лететь было нельзя, тут уже могут засечь. Эфиром пока пользоваться тоже, поэтому я максимально погасил все его завихрения, оставив себе лишь личные щиты, которые меня еще и скрывали от всяких взглядов и практически не фонили. Возможно, я и перестраховываюсь, но, как говорится, лучше перебдеть…

Часа полтора ходьбы, и вот я уже внутри небольшого городка. В интернете писали, что все его население составляет около десяти тысяч жителей. Вот только я чувствовал, что их тут намного меньше. И живых разумных, обычных, не зараженных демонами, тут нет. Значит, любой встречный мне враг.

Тогда как я так спокойно сюда зашел? Не верю, что они свои границы не охраняют. Ловушка? Весьма вероятно. Полезу ли я в нее? Конечно. Нехорошо заставлять демонов ждать, они же старались, готовили встречу. Правда, с кем, они не знают и уже не узнают.

Наконец биение жизни закончило свою работу, и я точно узнал, где и кто находится. Но убивать всех нельзя — мне нужен живой свидетель, который расскажет о нападении волхвов. Это заставит их главных напрячься и стянуть силы к управляющему центру. Там я их разом всех и накрою.

Теперь мне предстояло сделать то, что можно считать полным безумием. Применить маску, которая относилась к трем запрещенным.

Кривда — Богиня лжи, обмана, неправды. Дочь Суда и Недоли. Страшная и смертельно опасная маска, применять которую категорически не рекомендовалось. Почему?

Да потому, что когда я под ней, любой встреченный мной разумный, включая богов, безоговорочно верил в то, что я говорю. Любая, даже самая сильная ложь принималась за истину, зачастую ломая привычный мир поверившего в нее. При этом он видел во мне нечто большее, непостижимое, возвышенное.

Но откат тоже грозил неприятностями: после того, как маска снималась, я не мог лгать — вот совсем. Более того, был обязан ответить на любой вопрос или сдохнуть в поисках ответа. То есть, если меня спросят о том, чего я не знаю — например, сколько звезд на небе, я обязан найти точную — иная не подойдет — информацию и сообщить ее спрашивающему. Отказаться нельзя, соврать нельзя. А если нет возможности найти ответ на этот вопрос, я просто сойду с ума, разыскивая его.

Даже банальный вопрос — у вас все в порядке? — мог меня убить. На него я был бы обязан подробно рассказать о своих проблемах, переживаниях, замыслах. И если бы человек мне не поверил, мне бы пришлось его убеждать в своей правде. Хоть всю жизнь ходить за ним. И в то же время были, конечно же, ограничения.

Вы можете принести мне все свои деньги? Да, могу. Но не принесу, потому что это уже действие, а не ответ на вопрос. Работал откат ровно столько, сколько я носил маску Кривды. Поэтому перед снятием рекомендовалось забиться в самую глубокую щель, где бы не было жизни. Даже насекомых, которые так же меня могли бы о чём-то спросить, и я бы понял вопрос. Вот только понимать — не значит мочь говорить на их языке.

Сложно это до безумия, но в данной ситуации у меня не было выхода. Мне нужно было убить всех, кроме одного, и в то же время сделать так, чтобы отпущенный мной демон свято верил в то, что это сделали волхвы. Чтобы под любыми клятвами, при любом влезании в его мозги он сказал то же самое. Действие маски на разумных было ультимативным и от этого еще более страшным.

Глубокий вдох — выдох. Настроился на всех: иглы воздуха — материального, не магического, что острей стали, — зависли возле каждого обитателя Пшони. Кроме одного, что находился ближе всех. Я чуть с ума не сошел, держа их всех под контролем. Физический воздух был капризен и не хотел подчиняться. От напряжения аж сосуды в глазах полопались. А теперь:

Кривда — Богиня лжи, обмана, неправды.

Дочь Суда и Недоли.

Словами говорю, силой Кривды заговариваю.

Гляди не гляди, не увидишь. Не узришь, не почуешь.

Как взглянешь на меня, то увидишь себя.

Задумаешь зло, к тебе вернется оно.

Кривдою укрылся, за Кривдой схоронился.

Меня не взять, никому не достать.

Моя ложь, твоя правда.

Мое неверие — вера твоя.

Мои слова истина,

Мои деяния — воля богов.

Отзовись, опустись, в словах моих себя воплоти.

Гой.

Замер, прислушиваясь к себе — ничего такого не чувствую. Хорошо. Щелчок пальцами, и чуть больше тысячи тел падают, в один миг лишенные жизни. Демоны и их порождения, сидящие внутри, растворяются, отправляясь в Ад. Без телесной оболочки они сейчас существовать не могут.

Воздух, взревев, начал носиться, рубя тела, имитируя страшный бой и разрушения. Пара минут, и все, кто увидит эту картину, подумают, что тут бились не на жизнь, а на смерть. А теперь надо торопиться.

Искомый демон сидел у себя в доме, тупо пялясь в одну точку, потому как я перед этим хорошо долбанул его по мозгам. Заметил, что с каждым разом мне давалось это все легче и легче. Глядишь, так и менталистом стану.

— Смотри на меня, — зафиксировал я его голову.

— Слушаю, Великий, — покорно склонился он.

— На нас напали волхвы и витязи. Внезапно, коварно, устроили резню. Мы даже ничего сделать не успели. А после они сбежали — куда, мы не знаем. Ты жаждешь мести, ты сильно от них пострадал. Теперь тебе надо передать сообщение нашим, а после умереть от потери крови. Тебя ранили во многих местах, и это тело уже не выдерживает дух.

— Твое слово — моя жизнь, — вновь склонился он.

А после его взгляд расфокусировался — он пошел жаловаться. Ну да, я переиграл изначальный план и передумал его отпускать. Долго будет добираться, а время-то идет. Мне еще в Англию надо успеть.

— Готово, Великий. Старшие знают о произошедшем и страшно отомстят. Прости, но теперь мне пора умереть.

Захрипев, он повалился на кровать, истекая кровью из многочисленных ран. Да, вот такая она, сила внушения. Поверил в это — и все материализовалось. Страшно до жути.

Я прикинул — судя по всему, маску я носил не более двадцати минут. Опять биение жизни — никого. Пришлось рискнуть и поставить вокруг себя щит Отрицания. Лететь было нельзя — мог встретить на пути какую-нибудь зверушку или насекомое. Хотя какие насекомые зимой? Да фиг его знает — блохи там всякие или еще кто. Щит, конечно, могли засечь по остаточному следу, но я надеялся, что он развеется раньше.

Опять вдох — выдох, снять маску. Сознание отключилось. Нет, я видел себя сидящего как бы со стороны, но телом не управлял. Мои губы что-то шептали, но слов я не понимал. Остекленевшие глаза, казалось, смотрели куда-то за горизонт и вообще ни на что не реагировали.

Мой внутренний таймер отсчитывал минуты, а я молился всем богам, чтобы ничего не произошло. Почему? Да потому, что мое поле отрицания сразу приказало долго жить, попросту развеявшись, сразу после снятия маски. Все должно быть честно.

На последней секунде отката я с ужасом почувствовал, что в комнате кто-то появился, и я даже успел уловить мысль-вопрос: «Еда и как мне его…». Но тут действие спало, и я облегченно выдохнул.

Таракан — а это был именно он, поспешно шмыгнул под кровать, справедливо опасаясь за свою жизнь. Потому как я догадался, что он хотел узнать, как меня можно сожрать. И я бы ему, конечно же, рассказал — на время ответа таймер становится на паузу. Страшная маска — ну ее на хрен! Но опыт полезен, теперь я лучше понимаю ее слабые стороны.

Так, а вот на это я не рассчитывал. Как-то быстро они. Биение жизни почувствовало сильные эфирные всплески от открывшихся порталов. Читерство, мать вашу! Им, значит, можно, а мне нельзя?!!! Да и хрен с вами — пусть тогда думают, что волхвы тоже так научились. Зря только шифровался. Время до атаки у меня есть. От Варшавы до Лондона где-то часа три. А от него до Йорка своим полетом пара часов максимум, это если не торопиться. Поэтому отправлюсь-ка я домой. Туда, где я был, я могу спокойно открывать портал, что я, собственно, и сделал. Миг, и вот я стою у дверей родного дома.

— Мирослав!!! В смысле, Ямир, — повисла у меня на шее Хвостик.

— Явился, не запылился, — сестра, подбоченясь, стояла во дворе. Ух, грозная она у меня! Красотка на мильен баллов, но характер у нее… Заранее соболезную ее будущему мужу.

— Я как тот бумеранг — всегда возвращаюсь туда, где меня ждут.

— Ты где был?

— В Польше порядок наводил. Если тебе от этого станет легче, то тех, кто отправил к нам Твердичей, больше не существует. Вроде никого не упустил.

— Ты один справился с целым городом?!!!

— Я и с двумя могу, и с тремя, если постараюсь, — напустил я на себя пафосности и загадочности. — Магия рулит, если ты этого не знала.

— Знала. Но слышать одно, а вот увидеть…

— Да чего там видеть? Ее надо прочувствовать.

Воздушный эфир подхватил ее и поднял на пару метров над землей.

— Немедленно опусти меня на землю, а то хуже будет!!! — завопила она. — Мам, он меня обижает, — пожаловалась она ввышедшей на шум хозяйке дома.

— Вранье. Я просто учил ее летать, — тут же открестился я. — Она говорила, что не умеет, а я говорил, что умеет. Выиграл я и заслужил вкусный кусок пирога, запах которого я даже через закрытую дверь чувствую.

— Ох, взрослые же люди, а ведете себя как дети, — вздохнула мама, скрывая улыбку. — Идемте домой, завтракать будем.

— Моему телу вообще восемнадцать всего, поэтому имею право.

— Ты теперь женатый человек, поэтому веди себя достойно, — укусила меня за ухо Алена.

— Ай, это больно!!! Ты провинилась и чуть позже я тебя накажу.

— Ой, прям боюсь-боюсь!!!

— А зря. Ты ж не знаешь, как я умею наказывать.

После этого я зашептал ей на ушко, что я с ней сделаю, когда мы останемся наедине. Видимо перестарался, потому что наказанной она захотела стать прямо сейчас.

Я опустил на землю пышущую злобой сестру, увернувшись от подзатыльника, и мы пошли в дом.

Довольно щурясь, я ел домашнюю выпечку и мысленно уже прикидывал, где в Брехте можно открыть пекарню. Такие шедевры должны попробовать все. И цену поставить такую, чтобы эти все сразу поняли, что тут вам не всратые звезды Мишлена, а оттопыренный палец Нагибина.

— Ты как оголодавший хомяк.

Нет, я Любомиру точно накажу! Уже на шею села и ноги свесила, пользуясь моей братской любовью.

— А ты как самка богомола. Всех мужиков распугала.

— Это не мужики — это слизни трусливые какие-то.

— Ну да. Кому понравится, если ты на первом свидании предлагаешь парню потягаться на руках? И нет бы, чтобы проиграть для вида — побеждаешь же. А потом удивляешься, что тебя сторонятся.

— А нафига мне слабый муж? От сильного самца и потомство будет сильное. А от этих… Даже говорить не буду.

— Моя муж самый сильный, — прижалась ко мне Хвостик.

— Ага, с кучей невест.

— Фигня. Они ТОЛЬКО невесты, а я УЖЕ жена. И вообще, я тут славянский Домострой почитала и по всем правилам они мне будут подчиняться, не смотря на статус вне семьи. Так что я там буду главной графиней Нагибиной. Звучит же круто!!!

— Ну не то, чтобы подчиняться, -приопустил я ее на землю. — Что старшая — да, что прям командовать ими можешь — нет.

— И в чем тогда выгода старшинства?

— Статус — это очень важно в том мире. Ну, и еще хотя бы в том, что управление поместьем будет на тебе. Ты будешь решать, на какие бытовые нужды и сколько пойдет денег. Считай, касса дома будет в твоих руках. А еще ты можешь выбирать, идти, например, со мной на прием к императору или не идти. Или кто пойдет вместо тебя. Так же будешь судьей во всех спорах между женами. Да там много чего — потом почитаешь, когда переместимся.

— Сынок. Нас тут по тревоге подняли. Почти пятьсот витязей и волхвов спешно собрались и куда-то уехали. Это как-то связано с тобой?

— Ага. Напрямую, мам. Через сутки будет нанесен совместный и одновременный удар по всем точкам скопления демонов.

— А ты?

— А я долбану по Йорку, что в Англии. Так жахну, что даже пепла не останется.

— И как ты туда попадешь?

— Так порталом же. У меня есть в Польшу. А оттуда до нужного места несколько часов лета, если не торопиться. Успею.

— Хорошо тебе, — завистливо вздохнула Хвостик. — Можешь быстро переместиться куда хочешь.

— А куда я хочу? — вдруг задумался я. — Ага, знаю! А ну-ка, мои красавицы — собирайтесь! У нас с вами сейчас будет грандиозный шопинг!!!

— Что ты имеешь в виду? –подозрительно посмотрела на меня мама.

— А то и имею. Мне тут один адресок подсказали, где шубами торгуют. А у вас, как я вижу, их нет — ну, таких, как на картинке нет. А значит я, как любящий сын, муж и брат, просто обязан вас ими обеспечить. Полчаса вам на сборы, возражения не принимаются, траты беру на себя. Разбежались.

— Сынок, но это очень дорого…

— Мам, не дороже денег этого мира, которых у меня много и которые в моем мире простые бумажки. Не сомневайся.

— Хорошо…

И вот я один сижу и довольно смотрю в окно. Порадовать покупками любимых — что может быть лучше? Хвостику куплю лисью, маме песцовую, а Любке — даже не знаю, но отомстить хочется. Посмотрим.

— А это не опасно? — Любомира чуть поежилась, с сомнением глядя на открывшийся портал.

— Опасно. Если не знаешь, куда он ведет. Или если его создал слабый маг, и он захлопнется в процессе прохождения. Или если он стоит в нестабильной зоне. Или…

— Я как-то передумала куда-то идти. И вообще, зачем мне шуба? Как-то же…

Но я ее не слушал — смачный шлепок по ниже спины, и она влетает в портал.

— Любомира тебя прибьет, — улыбнулась мама, бесстрашно шагая следом. Ну, и потом последовали мы с Аленой, что крепко держала меня за руку и зачем-то зажмурилась.

Добрый встретил нас совсем не добрыми порывами ветра и полупустыми улицами. Окутав всех щитом, чтобы стало теплей, я сверился с навигатором, и мы пошли по адресу, что оставила мне бабулька.

Хотя можно было и не сверяться, мои тут бывали не раз и все знали. Да и я раньше бывал, но признаюсь честно, подзабыл со всеми этими событиями.

Любка дулась — ну как же, покусился на святое, мама посмеивалась, а Хвостик, пряча улыбку, смотрела на меня осуждающе. Звякнул колокольчик открывающейся двери, и я увидел старую попутчицу.

Она меня тоже узнала — тут же раздались радостные ахи-охи. А уж как она удивилась, узнав, чей я родственник — моего отца знали многие, как и его семью. Хороший кузнец был на вес золота, а батя только что не лучший. В общем, появился шанс, что нас тут не надурят.

Я внимательно осмотрел товар, прикинул цены и понял, что могу скупить тут практически все. Потому как соболиная шуба тут по деньгам раз в десять, а то и больше, дешевле, чем такая же шуба, например, в Москве.

Бабка была в откровенном шоке, когда я вывалил ей на стол кучу денег и спокойно стал паковать товар, сметая все подряд. Мои красавицы уже все выбрали, а остальное подарю родне и невестам из другого мира. Так что расстались мы очень довольными друг другом, а после я открыл портал в Москву. Денег еще было много, и надо было устроить шопинг уже в столице. Ух, сейчас развернусь!..

Глава 20

Глава 20

«Ух, сейчас развернусь!..» — самодовольно думал я. И сильно ошибся. Вы видели цены в ЦУМе? Нет, реально! Я вообще сначала подумал, что это номера телефонов на товарах висят.

Поэтому пока мои залипли перед какой-то яркой витриной, украшенной елкой с игрушками, я свинтил в стоящий рядом ломбард. Посмотрел на цены, прикинул, сколько мне надо денег, и вывалил перед охреневшей девушкой-приемщицей сотню золотых монет высшей пробы.

Та быстро справилась с шоком, провела проверку и куда-то позвонила: мол, у нее столько денег в кассе нет. Я напрягся, потому как знаю, что ломбарды тесно связаны с криминалом, да и ждать не хотелось.

Но нет. Трое сурового вида мужичков, с оттопыренными в районе груди пиджаками — явно там скрывалось оружие, скоро притащили большую сумку. Я пересчитал деньги — пятьдесят миллионов. Нормально. Паспорт, кстати, у меня спросили и тщательно переписали данные. Пофиг — через два дня меня в этом мире уже не будет. Ну и информация в нем была, конечно, далека от реальной.

Разошлись мы нормально -я слегка намекнул, что проблем не ищу, но могу их доставить. Вняли, при легком воздействии на мозги. Нет, может, они и не замышляли чего-то такого, но береженого… Ну, вы сами знаете.

Я вышел, незаметно вернув прежнюю внешность. Ну да, вы ж не думали, что я туда пойду так, как есть — молодой пацан с кучей золота? Тут я был в роли этакого делового бизнесмена, вылезшего откуда-то из глубинки — невероятных размеров и опасности. Перестраховался, чтобы не увеличивать количество трупов.

Мои даже не заметили моего отсутствия, да и ладно. Присоединился к ним, мы зашли внутрь — и понеслась!

Разгулялись девки на все миллионы. Это для меня столица — что-то обыденное и не особо интересное, а для них, можно сказать, провинциалов — новый, неизведанный мир. Мы ведь живем достаточно обособленно. И если волхвы да витязи еще путешествуют по миру, то остальные нет.

Так что скупались мои дамы от души. Часто слышался смех, веселье, которому поддалась даже обычно строгая мама. Ну а потом знаете что? Ага, добрались до всеми нами, мужиками, любимого отдела женского белья.

Меня сразу ограбили на несколько миллионов и вытолкали прочь. Хотя я и не сопротивлялся — на Алену я бы, конечно же, с удовольствием посмотрел — и посмотрю, но остальные — табу. Правда, кого там Любомира собралась соблазнять всякими рюшечками и полосочками, мне непонятно, но даже думать об этом не хочу.

Поэтому я с удобством расположился в кафешке напротив, через стеклянную дверь которой я видел все, что творится в отделе, не особо всматриваясь. Просто бдил и охранял, запивая легкую и пока не понятную мне тревогу крепким кофе.

Режим сканирования работал в полную мощность, но ничего подозрительного я не видел. Может, с отцом чего? Но нет, моя метка на нем уверенно двигалась вперед — ну да, он за каким-то хреном поперся со всеми остальными. При этом ни витязем, ни волхвом он не был. Просто сильный человек, знающий, с какой стороны надо за меч хвататься. Хотя он больше все же предпочитал молот. Но пошел. Ладно, в его подарке есть функция защиты от всякой гадости, так что, думаю, ему ничего не грозит.

Достаточно быстро — не прошло и двух часов, как они дружной и слегка краснеющей ушками толпой вывались из бутика, нагруженные пакетами. Я незаметно запихнул все в кольцо — не таскаться же с ними по магазинам.

Далее мы просто бродили по столице — снежная Москва играла вечерними красками и зазывала предновогодними огнями. Вокруг стоял шум, было много людей, в основном находящихся на позитиве. Но, как говорится — делу время, и пора было возвращаться. Пустой переулок, портал, шаг — и сразу в нос ударил запах гари и звон оружия.

— Стоять тут и не двигаться! — рявкнул я, накидывая на них щиты, а после рванул на шум битвы.

Черт, неужели твари смогли уловить мой эфирный след⁈ Или просто пришли мстить туда, где знали, кто живет? Неважно.

Биение жизни показывало, что все только началось, и оставшиеся силы Свичи вполне спокойно удерживают разбушевавшихся Меченных. Но тех больше, а значит, надо торопиться. Впрочем, давно хотел испытать одну штуку, да вот как-то все повода не было. А тут как бы условия идеальные.

Накачка эфиром, и от меня во все стороны хлынули волны света. Треть запасов сразу улетела в трубу, но оно того стоило. Подобно огромному цунами, столб вырос до небес, а потом рухнул, залив светом просто огромную территорию. На людей это подействовало подобно хорошему допингу — вернулись силы, больные почувствовали себя лучше, многие раны и болячки вообще исцелились. А вот демонам пришлось кисло — для них это было подобно ушату холодной воды в лютый мороз. Некоторые, из более слабых, сразу развоплотились, а те, что посильней, резко потеряли в силе. Стали более медленными, заторможенными.

Подумал, прикинул — просто так их завалить будет скучно. Да и мало Меченных пришло — всего-то пятьдесят рыл. Мне ж это так, на один укус. Поэтому я создал в руках световые мечи — я джедай, епт, на светлой стороне силы! Сделал одежду как у Люка Скайуокера, лицо максимально одухотворенное — вдруг кто снимает, и пошла жара в лютую стужу.

Где махнул — там улочки, а кишки в переулочке. Головы так и летели. Порхал как бабочка, а резал как взбесившаяся циркулярная пила. Во время очередного замаха, заметил себя в витрине и прям проникся. Что за лев этот тигр?!!! Зарычал еще так натурально. Но потом вспомнил, что нахожусь в другом образе, вернул одухотворенность и погнал городских пинками по жопам.

Народ приохренел знатно, когда враги внезапно закончились. Последнему я набил морду, постоянно спрашивая: «Ты меня уважаешь? Темной силе продался ты. Но свет зажжет в твоей душе очистительное пламя».

Спалил я его в общем, забыв спросить, чего они вообще проперлись и как нас нашли. И застыл в максимально пафосной позе, чтобы, значит, все прониклись моей крутостью.

Ну да, я немного выделывался. А чо такова?!!! Мне восемнадцать лет вообще-то — года, прожитые в столбах, не в счет, — поэтому имею полное право вести себя немного неадекватно. Да и вообще, очень мне понравилось быть самой громкой лягушкой в этом болоте. Привык, знаете ли, что враги пусть и слабей меня, но все же могут удивить. А тут слабые, даже неинтересно. Однако дабы не обесценивать важность победы, я сделал героический вид, что устал и вообще прошел прям по грани.

Поверили. Вот не люблю обманывать людей, но тут как бы можно. Это ж не для выгоды какой, а просто для того, чтобы не думали, раз я тут, можно расслабить булки.

— Зло повержено, враг разбит, победа будет за нами! — провозгласил я, одухотворенно глядя в никуда. И на меня ожидаемо обрушились приветственные крики. Вот даже Белослав стоит и довольно щурится. Будто бы не я, а он их всех выпилил.

— Ямир! — у меня на шее повисла Алена.

— Что Ямир? Я вам где сказал быть? Ладно, у тебя в голове до рубля пятнадцать копеек не хватает, но мама… Ты-то куда?

— Я уже один раз увидела смерть собственного сына и больше не хочу, -тихо сказала она.

— Смерть? Вот от этих вот? — показал я на валяющиеся тела. — Ты вот сейчас меня почти оскорбила. Слабые, никчемные тушки. Да если бы меня хоть один из них ранил, я бы со стыда сгорел.

— Готов, Ямир? — отвлек меня подошедший волхв.

— К чему? — подозрительно сощурился я. После таких слов обычно идет предложение, от которого сложно отказаться. И очень часто оно не несет никакой материальной выгоды.

— К завершающей битве. Наши уже выдвинулись на позиции. Завтра ближе к обеду будут на месте.

— А, ну к этому я всегда и везде.

Поднявшаяся на загривке шерсть успокоилась. За это мне уже заплатили. Ну почти, но я доверял президенту. Потому как очень доверчивый. А если обманет, в стране произойдут внеочередные выборы. У меня уже есть в этом опыт.

Так, и не надо меня тут обвинять в корыстности и говорить, что мне это тоже надо. Нагибины забесплатно не работают — точка. Я вообще мир целый спасаю и имею право на материальную компенсацию. Вон, каждый житель Земли если скинется хотя бы по рублю, у меня будет и новое поместье, и машина, и приданое для Любки. Я брат, хоть и младший, но думать обо всех должен. Цены растут, инфляция и все такое.

— Успеешь вернуться?

— Конечно. Пара часов, и я на месте.

— А как же разведка перед боем? Пойдешь вперед с открытым забралом? Не слишком ли опрометчиво и опасно?

— Опрометчиво и опасно кушать просроченную еду. Все остальное в пределах нормы. Не переживай, дед — приду, нагну и уйду. На изи. Как эфиром об морду.

— Нельзя полагаться только на магию — она может подвести.

— А кто сказал, что только магия рулит? У меня много чего интересного в загашнике есть. И не забывай, Белослав — это ты перед собой видишь молодого парня, а по факту я намного старше тебя, если брать в расчет временные аномалии, в которых я жил. А там я и войска на битву водил, и грозных демонов уничтожал. Да много чего. Так что все будет хорошо.

Ладно, мавр сделал свое дело, мавр хочет есть. Кто куда, а мы домой. Мне еще своих дам надо наказать за то, что ослушались приказа главы рода.

Ну, в общем, я опять раскланялся и под радостные крики толпы, подхватив семью, пошел домой. Ну а там, особо не стесняясь мамы и в выражениях, сказал все, что о них думаю. Долго так говорил — минут пять, и даже ни разу не повторился. Потом как-то выдохся, вывалил прям на пол все их покупки и пошел ждать заслуженный ужин.

Осознав, что моя речь не произвела на них никакого впечатления и, судя по звукам из соседней комнаты, разбор купленных вещей может затянуться, я достал из кольца продукты, накрыл себе скромный стол и принялся за еду.

Вот так вот — глава великого рода, а даже поужинать не с кем. Все меня бросили. Продались за шмотки и красивое нижнее белье. Куда катится этот мир и стоит ли его после этого спасать?

Прошло полчаса, и вот уже мама накрывает на стол, а я, вполне сытый, равнодушно за этим наблюдаю. Хвостик молчит, понимая, что я могу быть обижен. Ну да, хорошая же она жена, которая вместо того, чтобы накормить голодного мужа, занялась развлечениями.

Потом меня опять принялись расспрашивать за мой мир, и я отвечал. Несмотря на внешнюю веселость, я чувствовал их страх за отца, за тех, кто ушел вместе с ним. Надо было снять напряжение, отвлечься, поэтому я и выступал в роли сказочника. Прошелся по родне, дав каждому весьма точную характеристику, за которую, думаю, мне еще прилетит, если узнают. Рассказал за императорскую семью — ну, тут встретил полное наплевательство. Что им какой-то император, когда наш президент круче. За всяких завистников — на этих дружно решили не обращать внимания. Ну, и отдельно поведал про моих невест — тут слушали все очень внимательно.

Хвостик даже достала блокнот, делая какие-то пометки. А после заявила, что хочет узнать содержимое моего кольца. Мол, я транжира, а деньги любят счет. Идея показалась интересной не только ей, и на меня уставились три пары требовательных глаз.

Попытался отмазаться — мол, это слишком интимно, чтобы показывать всем. Не проканало. Потом сказал, что помещение слишком маленькое, и если я все достану, они утонут, потому как я сам не помню, сколько всего в него пихал. Тогда они предложили выйти во двор. Ну, а там я просто взял, да и вывалил часть того, что забрал у пикси. Увидев гору золота и брульянтов почти до крыши, мои аж на задницу присели.

— Сейчас считать будете или на потом отложите? — ехидно поинтересовался я. — Тут приблизительно треть от того, что у меня есть. Думаю, за пару дней управитесь, а потом я вам еще подкину работы.

— Убери, — мама была ошарашена. — Потом посмотрим.

— Да как скажете, — пафосный взмах рукой и все, что нажито непосильным трудом, опять вернулось обратно.

— И сколько ты можешь утащить в нем? — хозяйственная Алена уже прикидывала, как это можно использовать.

— Очень много. Пределов не знаю. Это, наверное, самое большое хранилище из всех существующих. Древнейший артефакт, мне по случаю достался. Так что если надо что-то быстро перенести, обращайтесь. А теперь всем отдыхать.

Подхватив за руку моментально покрасневшую жену, я потащил ее в спальню. Я ж помнил про наказание и надо было ее прям серьезно наказать. Чтоб больше даже не думала менять своего мужчину на всякое белье. Правда, когда она мне его продемонстрировала, я немного изменил свое мнение. Но это уже другая история, с 18+…

Проснулся я точно по будильнику, в шесть утра. Пора вставать, а так хочется поваляться. Лапнул рукой пустую подушку — и куда это запропастилась моя благоверная? Судя по холоду, встала она уже давно. Непорядок. А если учесть, что мое наказание ночью затянулось, так вообще странно.

Вылез, принял душ, пошел искать прекрасную половину человечества. Половины в полном составе обнаружились за столом, еще и при полном параде. Ну, в смысле, одетые по-походному с большой решимостью на лицах.

— Это за собрание знаков препинания? — задал я провокационный вопрос.

— Почему препинания? — ответила вопросом на вопрос Хвостик, заставляя задуматься о ее национальности.

— Потому что чую, что будем сейчас препинаться и препираться. Только суть пока не уловил.

— Мы идем с тобой, сын, — грозно сказала мама.

Эх, а утро так, в общем, неплохо начиналось…

— Нет, не идете, — так же грозно ответил я, намазывая на хлеб масло.

— Идем, и это не обсуждается.

— Верно. Приказы главы рода не обсуждаются, поэтому не идете. Вам там делать нечего. Со мной, когда я магичу, опасно находиться в радиусе как минимум километра.

— Уверена, есть способы защитить нас от твоей магии.

— От моей магии, мам, защиты нет. Не существует. Не придумали. Даже бога, если встанет рядом, может ощутимо тряхнуть, а то и развоплотить. Если жахну максимально сильно -а я так и планирую, — то выжить шансов нет. И о хорошем посмертии тоже можно забыть — душу просто разорвет от силы удара. Так что нет, не идете.

— Мы идем, Мирослав, и это не обсуждается. Один в поле не воин — ты это прекрасно знаешь. А еще ты слишком самоуверен. Кто знает, как оно все повернется — ты можешь лишиться магии, ты можешь быть ранен, да все что угодно может произойти. Может, тебе понадобится пара секунд покоя, чтобы принять решение — и тогда мы поможем. Я маг, берегиня, и не надо сбрасывать со щитов мои возможности. Люба…

— Я мечник, и не из последних. Меня оставили охранять город, но уверена, в этом нет необходимости, — взмахнула она двумя парными кликами. — И поверь, мне найдется, чем удивить любого, кто сунется. Я помню, как ты прорывался ко мне и как получил стрелы в спину. За мной долг жизни и я намереваюсь его вернуть.

— Ну а я хорошо владею сулицей, -рядом с Аленой лежали три копья, а на поясе я видел с десяток метательных ножей. — И близко к себе никого не подпущу. Мы долго думали, говорили и решили, что пропустить эту битву не имеем права. Так что мы идем с тобой. А захочешь нас защитить, придумаешь как. Но тут мы не останемся. Меня предки проклянут, если я тебя оставлю одного. Второй раз становится вдовой я не желаю.

— Решили вы, да? — легкая злость просочилась наружу. — Что ж, хорошо. Тогда слушаем меня. Мои приказы не обсуждаются, сказал лежать — лежите. Скажу прыгать — прыгаете. Отправляемся немедленно. Сейчас я открою портал в Варшаву. Оттуда полечу в Лондон — сам, по навигатору. Вас не возьму — там такие перегрузки будут, что никакие щиты не спасут. И вот уже оттуда открою портал сюда и далее вместе, спокойно мы отправимся в Йорк. Другого варианта нет.

— Не обманешь?

— Нет. Так даже лучше. Мне будет спокойней, если вы будете рядом. Что же касается защиты — придумаю на месте. Поэтому, если у вас все — готовьтесь. Где-то через два, максимум три часа в этом месте появится портал. Не прощаюсь.

И не дав им ничего сказать, я переместился в Польшу. Планы чуть изменились, поэтому следовало поторопиться…

Глава 21

Глава 21

Ад. Ставка Асмодея. Очень злого архидемона и генерала.

— Докладывай. И тщательно выбирай слова. А то я не посмотрю, что знаю тебя две тысячи лет.

— Величайший, — склонился в раболепном поклоне испуганный демон. Его рога, покрытые золотом, показывали высокий ранг, обычно бесстрашное лицо было испещрено множеством шрамов, но сейчас он дрожал от страха, как самый мелкий бес. — У нас тут возникли непредвиденные обстоятельства…

— Продолжай, — с показной благосклонностью кивнул Асмодей, и демон задрожал еще сильней, ничуть не обманувшись его милостивым тоном. — А я запомню твою фразу и применю ее, когда буду докладывать обо всем Люциферу.

— Мудрейший. На нас напали.

— Знаю.

— Основные точки влияния уничтожены.

— И это я знаю. Удиви меня.

— На земле появился посланник богов!!!

— Каких именно?

— Тут мы можем только гадать, Сильнейший. Явно прослеживается след Перуна. Но еще, кажется, в происходящем замешан сам бог Равновесия.

— Что⁈ — моментально потерял тот свою невозмутимость. — Каким боком тут может быть замешан Хранитель миров?!!!

— Мы не знаем, Высочайший. Его помыслы закрыты от нас.

— Да они от него самого у него закрыты!!! — зарычал Асмодей, бешено сверкая глазами. С видимым усилием воли он сдержал рвущийся наружу гнев и посмотрел на распростершегося в ужасе на каменном полу демона. — Так, теперь подробности. Выводы я сделаю сам.

Тот, дрожа, с трудом поднялся, опустил голову, чтобы не встречаться взглядами с повелителем и монотонно забубнил:

— Все началось с того, что мы потеряли связь сперва с одним из поселений Послушников в Сибири. Причем это было одно из сильнейших поселений в регионе. Связь будто, а одно мгновение обрубили, а демоны, живущие там, не вернулись даже в изгнанном состоянии, окончательно развоплотившись.

Потом исчез один из наших Послушников при президенте России и так же не успел ничего передать. После этого там же были заключены под стражу все — я повторю, абсолютно все наши последователи. Но эти ничего толком не говорят — их просто арестовали и заперли. Живы, относительно здоровы — только кого-то там помяли, и теперь они абсолютно бесполезны.

Уже тогда мы насторожились и все наши ключевые точки были приведены в боевую готовность. А после пропала связь с городом Пшонь, в котором находился контролирующий артефакт. И опять никакой информации. Все, что у нас получилось — это засечь остаточный след портала. Собранная группа быстрого реагирования, состоящая из сильнейших демонов, отправилась туда и… не вернулась. Опять без изгнания — их просто уничтожили. А как вы знаете, проделать подобное могут лишь боги или их аватары.

— Откуда в немагическом мире мог взяться подобный разумный?

— Этого мы сказать не можем. Но след был сильный. При этом у убитых напрочь отсутствуют следы магического вмешательства. Тот, кто их отправил на перерождение, явно хотел, чтобы мы подумали на обычные разборки с людьми. И так бы и случилось, если бы не обнаруженный след портала. Нам поступило донесение о нападении волхвов. Мы проверили — говоривший был искренне в этом уверен и не находился под посторонним влиянием. И все же это был маг — очень сильный. Равный по силе нам или даже выше. А это опять же могут быть либо боги, либо их аватары. Причем не абы какие, а сильнейшие из них.

— Откуда мысли о том, что в этом замешан Хранитель?

— Не так давно, как вы помните, за один захолустный мир сцепились Темные и Светлые боги. Все решала битва три на три. То есть, три аватара Темных против трех Светлых. Так вот, один из них принадлежал Велесу и был рожден в том мире, вторым был аватар Хранителя, его мы знаем очень хорошо и ни с кем не перепутаем. А вот третий участник битвы со стороны Светлых — аватар Перуна, — до конца так и остался для нас темной лошадкой. Информация по нему минимальна, сила непонятна — он во время сражения предпочитал наносить больше физический урон, чем магический. Ну, и ко всему прочему вел себя абсолютно неадекватно, что натолкнуло нас на мысли, что это игра.

После этого он пропал из нашего поля зрения, потому как следить за аватарами богов — занятие неблагодарное и зачастую ведущее к смерти. И вот мне кажется, что это именно он объявился у нас на Земле. И действует слишком уж прямолинейно, в духе бога воинов.

— Или кто-то хочет, чтобы мы подумали на него. И если он принадлежит Перуну, причем тут Хранитель?

— Победой в той битве было одно желание. Кто знает, что загадал аватар? Не исключаю возможность призыва тени силы бога Равновесия. Сам-то он вмешаться не сможет, а вот отголоском силы помочь может. Он должен аватару, а значит, весы Мироздания не качнутся.

— Звучит настолько глупо, что вполне в духе Хранителя. И чем нам это все грозит?

— Проигрышем. Если все, что мы предполагаем — правда, на Земле появился единственный маг ужасающей силы. В мире, где магия считается выдумкой. И нам абсолютно нечего ему противопоставить.

— ЧТО-О-О-О-О?!!! — взревел Асмодей. — Больше двух тысяч лет подготовки бесу под хвост?!!!

— Но у нас на Земле нет силы, которая может его остановить…

— Я сам туда пойду!!!

— Прошу простить меня за дерзость, Сильнейший, но вы никак не можете!!! — демона настолько ошарашили слова Асмодей, что он на время забыл о страхе, настойчиво ища умоляющим взглядом глаза повелителя. — Явившись туда в своем реальном теле, вы нарушите баланс сил, и боги получат право на ответный удар! И к тому же для этого надо будет провести призыв, принеся в жертву тысячи душ…

— Плевать! На все плевать!!! Если я не захвачу этот мир, то я его уничтожу!!! Чем стать посмешищем для всего Ада — лучше самому уйти в Ничто! Мне этого никогда не простят, а мое имястанет символом позора!

— Но Владыка Люцифер этого не одобрит. Он совсем недавно сумел наладить отношения с Хранителем миров и вновь ссориться с ним не захочет…

— Это если в этом замешан сам Хранитель.

— Вероятность этого очень высока. К тому же вспомните — он является для него родным. Именно из него дух бога Равновесия был перенесен Высшей элементалью Маррой в иное тело. Люди сентиментальны и трепетно относятся к своим корням.

— Хранитель не человек!!!

— В прошлом человек. И в нем много осталось от этой расы. Если мне позволено будет сказать, я считаю риск не оправданным.

— И оставить все как есть? Сдать ему целый мир? Расписаться в собственном бессилии?!!! Сколько ресурсов мы уже потратили? Сколько веков готовили вторжение? С каким трудом удерживали баланс? И теперь все вот так вот бросить?!!! Готов призыв, Абигор. Хоть всех пусти под нож, но я должен попасть в этот мир! И готовь Тринадцатый легион демонов Разрушения. Не захватим, значит, уничтожим. У тебя три часа, а после мы выступаем. Пусть звуки трубы Иерихона вновь услышит весь Ад!

— Но Повелитель Люцифер….

— Плевать. Победителей не судят. А проигравшим уже все равно. ИСПОЛНЯЙ!!! — взревел он, и того будто ветром снесло.

Задумчиво посмотрев на то место, где только что стоял его ближайший соратник, он повел рукой и шагнул в нишу, открывшуюся в стене.

Посмотрев на оружие и артефакты, хранившиеся тут, он неспешно принялся экипироваться. Асмодей был не глуп и понимал, что ничего хорошего его не ждет. Он прекрасно помнил, с каким трудом удалось убедить повелителя Ада доверить медленную экспансию на Землю именно ему — демону похоти и семейных неурядиц. Ну да, все считали его никчемным, не умеющим планировать. А уж об управлении войсками и речи не шло.

«Повелитель борделей» — так за глаза называли его, забывая, что без этих самых борделей разгоряченные после битвы воины, не найдя, где можно выпустить пар, начнут резать друг друга. Так уже неоднократно было. Вельзевул тогда ревел от бешенства и осознания того, что его обошел какой-то слабый архидемон.

Тупой вояка, который дальше меча ничего не видит. Асмодей не был слабым, каким его считали все остальные. Отнюдь. Каждая шлюха во всех мирах, даже не зная о нем, давала ему силу, любой разлад в семье, любая ссора давали ему силу. Миллиарды и миллиарды разумных питали его. Мало кто догадывался об этом и еще меньше было тех, кто об этом реально знал. А он был достаточно умен, чтобы не показывать истинное свое могущество, предпочитая болтаться в самом низу иерархии Высших демонов.

И вот теперь так тщательно созданный им план трещал по швам из-за одного человека⁈ И несмотря на то, что он до дрожи в коленях боялся Хранителя миров, он все же решил бросить ему вызов. Потому что иначе его ждет участь хуже, чем забвение…

Дворец Его императорского Величества Павла Пятого

— А я сказала, что не выйду!!! — Лиза, а точней, Елизавета Павловна Романова изволила гневаться на своего отца.

— Выйдешь, и это не обсуждается. И так уже по империи слухи поползли о твоем рабстве у Нагибина. Какой позор!!!

— Не меньший, чем повестись на россказни своего ныне покойного братца и просидеть в плену столько лет. Если бы не я, так бы и гнил в тюрьме. И я так же чиста и невинна, как и была. За что честь и хвала Ямиру, черт бы его побрал с его принципами! Я вижу возле себя только одного человека — графа Нагибина. Все остальные идут лесом, полем и оврагами.

— Это не обсуждается. Принц Сунь Винь прекрасный представитель Синьской династии королей. Ну сама подумай — за кого тебе еще идти? Романовы женятся или выходят замуж только за людей. И наследует престол только человек. Ты лучше меня знаешь правила.

— Вот и выдай за Нагибина.

— Да что ты к нему прицепилась!!! –психанул он. — Нагибин то, Нагибин се. Везде он. Шагу нельзя ступить, чтобы не услышать их фамилию!!! Зря мы им дали столько воли.

— А куда бы ты делся? Напомнить, кто тебя спас? Напомнить, кто у нас сильнейший маг? Или напомнить ваш с ним договор? Мог бы и не соглашаться на него. Правда, что было бы после этого, думаю, объяснять не надо. Делай что хочешь, договаривайся как хочешь, но моим мужем должен быть Ямир. Кстати, это и в твоих интересах.

— Не вижу ни одного.

— Потому что годы заточения притупили твое зрение. Ты хотел влияния на Нагибина? Так вот, если я стану его женой, оно у тебя появится. Уж поверь, я не забуду род, который дал мне жизнь. Ямир своеволен, но ночная кукушка всегда перекукует.

— Не будет никакой кукушки. Он официально объявил о своем выборе. А мы, согласно договору, уже не имеем права вмешиваться. Да и раньше могли только после двадцати одного года. Так что забудь. Попыталась — не получилось. Забыли и поехали дальше. Нагибины — зло, которое нужно терпеть, и я не хочу, чтобы оно стало вхоже во дворец.

— Да какое, к демонам, зло⁈ –психанула она. — Ты же с ним говорил, он тебе помог. Да он адекватней всех наших придворных! И слово честь для него не пустой звук. Хватит мерить его привычными понятиями. Он не такой, как остальные Нагибины — сам же видел.

— Нам-то что от этого? Ямир тебе отказал — смирись, забудь и живи дальше. Все, я больше не желаю выслушивать этот бред. За кого сказал, за того и пойдешь. А теперь оставь меня, я и так слишком много времени потратил на все эти пустые разговоры.

Посмотрев вслед вышедшей дочери, что с такой яростью хлопнула дверью, что она едва не слетела с петель, император вернулся к срочному докладу из Тайной канцелярии, который принесли как раз перед ее приходом.

Наткнувшись на ненавистную фамилию, он скривился, но продолжил читать. И чем дальше вникал, тем тревожней на душе у него становилось. Ямир пропал — в очередной раз. Его нигде нет, следящий артефакт показывает пустоту. То есть, он не в нашем мире. Значит, его слова, что если он захочет уйти, то уйдет, не хвастовство мальчишки, а подтвержденный факт.

Но мало того, агенты докладывали, что внутри их поместья началось нездоровое движение. Родовая гвардия поднята по тревоге. Туда экстренно со всех концов мира слетаются отряды Симуэля, оставляя на охране лишь небольшую часть.

Что это? Война? Нагибины готовятся выступить против кого-то настолько сильного, что собирают, по сути, целое войско? А ведь там не только люди, но и боевая техника. И как они все там умещаются?

И ведь и спросить не у кого. Нагибины очень трепетно относятся к своим секретам. И если узнают, что к ним кто-то полез, проблем не оберешься. Но и не обращать внимания на подобную силу, собирающуюся в центре столицы, тоже было нельзя. Подумав, он вызвал секретаря и сказал ему пару слов. И вот спустя долгих двадцать минут нервного ожидания к нему в кабинет вошел канцлер империи и его старый друг.

— Заходи, Миша, и давай без формальностей, — крепко пожав тому руку, Павел жестом указал на кресло напротив себя. — Догадываешься, зачем я тебя вызвал?

— А чего тут гадать, Паша. Сборы гвардии Нагибиных тебя всполошили?

— Ну не то, чтобы… А если и так? Что происходит?

— Мы ж неформально говорим, верно? По-дружески? Так вот, я тебе скажу — угрозы для тебя лично и для империи в этом никакой нет. Не на вас направлен гнев главы рода.

— Подробности будут?

— Не лез бы ты в это дело, Паша.

— Не тебе решать, куда мне лезть, а куда нет, Миша, — вспыхнул он. — Я император самой большей страны этого мира и не знаю, что творится у меня под носом!!!

— Да ничего не творится. Сборы у них, воевать собрались. С кем, не знаю — я все-таки не Нагибин, хоть во мне и есть их кровь. И никто не знает, даже непосредственные участники. Возможно, знают его невесты и родные, но их, сам понимаешь, не спросишь и не допросишь. Повторю — угрозы ни тебе, ни твоему правлению нет. Тут что-то более масштабное, а вот что, пока не пойму.

— А про то, что Ямира нет в этом мире, ты знаешь?

— Знаю, как не знать.

— То есть, если он не вернется, мы под угрозой уничтожения?

— Да почему ж не вернется-то? Вернется. С победой вернется — я его хорошо изучил. Наконец-то во главе рода стал достойный человек. И разумен не по годам, и семья стала настоящей семьей, а не клубком вечно шипящих друг на друга змей. А избранницы его? Любо-дорого посмотреть на них. Моя вон внучка — даром, что всех женихов отшила, а на этого поглядывала. Только и разговоров о нем последние дни.

— И твоя туда же, — вздохнул он. — Может, этот их как-то… ну, околдовывает, что ли? Откуда, черт возьми, такая всепоглощающая любовь?

— Силу чувствуют. Ум, знания, волю — выбери то, что хочешь. А еще не похож он на остальных парней. И прием, на котором тебя посадили на трон, наглядно это показал. Пока все тупили, суетились и обмахивались веерами, Ямир действовал. Спокойно, без суеты. А когда увидел, что его помощь больше не нужна, так же тихо покинул дворец, не став выставлять свои заслуги. Понимаешь, к чему я веду?

— Понимаю. А еще понимаю, что ты выгораживаешь своего родственника и отходишь от темы — для чего они собирают гвардию?

— У меня есть лишь предположение.

— Ну давай хотя бы его.

— Думаю, Ямир в другом мире столкнулся с чем-то или кем-то, кто оказался равен ему по силам или сильней. Вот и затребовал помощь.

— Сильней Нагибина?

— Миров много.

— Ваше Величество!!! — ворвался к ним, наплевав на этикет, его личный секретарь. — По всему городу отрываются мини-порталы, из которых выходят люди с гербами Нагибиных и быстро несутся к их главному поместью! А внутри него открылся огромный портал, высотой больше десяти метров!!!

— Ну вот, Паша, чую, скоро ты получишь ответы на все свои вопросы. А теперь извини — я должен быть там, чтобы понять, чем нам это все грозит.

— Иди, Миша, и держи меня в курсе всего, что там происходит. Чует мое сердце, добром это не кончится. И распорядись на всякий случай, чтобы к их поместью стянули войска.

— Как прикажете, Ваше Величество, -поклонился Черкасский, а после быстрым шагом покинул кабинет.

А вслед за ним, выскользнув из-за колонны, побежала и Лиза…

Глава 22

Глава 22

Варшава негостеприимно встретила меня мокрым снегом и ледяным ветром, который, казалось, промораживал каждую, даже самую мелкую косточку в моем организме.

С сомнением посмотрев на небо, я решил, что сегодня точно не летная погода. Поэтому потопал в здание аэропорта. Расписание рейсов я знал, мой паспорт гражданина Дании не вызвал никаких вопросов, и вот я уже прохожу регистрацию на рейс до Лондона.

Как-то внезапно накатила грусть — все радуются, веселятся, у всех предновогоднее настроение… Один я болтаюсь по мирам и никак не могу успокоиться. И вместо того, чтобы сейчас сидеть дома в уютном кресле перед растопленным камином, в окружении своих красавиц, опять решаю межмировые проблемы. А оно мне надо? Вздохнув, я признал: самое противное, что надо. Ну не могу я уйти, оставив свой родной мир на растерзание демонам. Душа витязя, который клялся бороться с Тьмой, этого не вынесет.

Ещё раз тяжело вздохнув, я загнал эти мысли глубоко в себя, оставив на тот момент, когда захочу похандрить. Иногда, знаете ли, даже крутому супергерою хочется себя пожалеть, а поводов для этого ничтожно мало. А тут уже готовый шаблон.

Решив на этот раз не выделяться, я взял билет в эконом-класс, и это оказалось моей огромной ошибкой. Мало того, что этот самолет и сам был… Ну, скажем так, не первой свежести, и если бы я не умел летать, фиг бы в него сел. Так еще и место досталось в проходе.

На мою беду, через два кресла от меня сидела тучная полячка с двумя своими спиногрызами. И эти два чудовища, как только самолет оторвался от земли, внезапно поверили в себя и явили всем пассажирам свое истинное нутро. Да, сейчас модно называть подобное поведение гиперактивностью, но я знаю куда более точное, хотя и менее толерантное определение — невоспитанные пи*юки. Они принялись с дикими воплями носиться по салону, едва не сбивая с ног замученную стюардессу, бесцеремонно приставать к пассажирам и что-то орать на своем великом и могучем.

Их мамаша отнеслась к подобному абсолютно наплевательски и, воткнув в уши наушники, показывая нам свой опыт в этих делах, расслабленно растеклась по креслу. И все терпели, потому как нельзя в приличном европейском обществе делать этим утыркам замечание, которое нарушит их права. А то, что они их нарушают по отношению к остальным пассажирам, было плевать.

Но я терпел и превозмогал, прокачивая силу воли и усмиряя жажду убийства. Но она не усмирялась. В конце концов я не выдержал и незаметно создал у них под ногами иллюзию дыры в самолете.

Как они визжали!!! Метнулись к матери, размазывая сопли и вопя, что мы падаем. Тут уже стюардесса не выдержала и сделала той замечание. А когда мамаша попыталась включить «яжемать» и «онижедети», пообещала ее высадить в аэропорту с волчьим билетом. После этого наступила блаженная тишина и дальнейший полет прошел спокойно.

Опять порядком задолбавшая регистрация, опять серое небо и мокрый снег. Грязь и унылость столицы Англии не скрывали даже по-новогоднему украшенные витрины магазинов. А еще толпы смуглокожих мигрантов, у которых в глазах было явно написано желание испортить всем праздник.

Не обращая ни на кого внимания, я шел по улице в поисках неприметного уголка, откуда смогу стартовать в Йорк. Все-таки магия иллюзии у меня не мгновенная — нужна пара секунд, и делать это посреди толпы было не хорошо. Фиг его знает — может, тут агенты демонов есть. Заметят, так потом не отвяжешься.

Полчаса безуспешных петляний, и вот, как мне показалось, я нашел нужное место. Воровато оглядевшись, я нырнул в тёмный переулочек, в котором дико воняло мочой, и нос к носу столкнулся с сидящими там красавцами в количестве пяти морд.

При виде меня они оживились, что-то радостно залопотали на своем, не аглицком, и сделали приглашающий жест — проходи, мол, не стесняйся. И ножами так приветливо махнули. А я что? В скромности никогда замечен не был. Раз зовут, надо идти — вдруг у них тут распродажа или вообще чего бесплатно раздают.

Так, отвечая своей искренней улыбкой на их, я двинулся вглубь, а остальные за мной. Наверное, хотели экскурсию провести. Правда, пока никаких достопримечательностей, кроме пошарпанных стен, вокруг не наблюдалось, но местным видней.

Тупик — как неожиданно!!! Повернулся — смотрю, мои экскурсоводы улыбаются еще шире. Вот уважаю. Так и надо — если уж грабить, то культурно, вежливо и непременно улыбаясь. Впрочем, не до сантиментов сейчас. Потому как у Нагибиных грабеж — это не прощаемый грех. Поэтому я влупил со всей силой аристократического гнева в ближайшую улыбку. Зубы отдельно, тело отдельно. Разброс метра три и попутно сбитые еще два тела. Почти страйк, но ещё есть, куда стремиться.

Еще один попытался изобразить что-то в стиле капоэйры, перебрасывая нож из руки в руку. Я подловил момент и чуть сбил траекторию. Железо звякнуло об асфальт, а потом на него упало удивленное тело. Ну да, он же не на меня смотрел, а на нож, гадая, как это он так хитро вылетел.

Остальные мудрить не стали и, грозно прокричав что-то на своем языке, который я не понимал, кинулись ко мне, видать, желая продолжить экскурсию.

Увернулся, по пути чуть подкорректировав бег одного из них в сторону стены. С громким шмяком он сполз по ней, обнимая словно родную. Хотя, наверное, так оно и было — они же тут вроде как живут.

Двое оставшихся поздно сообразили, что экскурсия пошла не по плану. Треснув их головами друг об друга, я еще раз прошелся по стонущим телам, вырубая их. Мне свидетели не нужны. Потом обыскал безвольные тушки, став разом богаче на триста фунтов — это у них там деньги такие, и четыре ножа. Спрятал все в кольцо, в качестве сувениров. Ну а после, выдохнув, наложил на себя воздушный щит и взмыл в небо.

Прикинул скорость, сверился с навигатором и рванул так, чтобы прибыть часа через полтора-два максимум. До совместной атаки было еще часа четыре, так что я успевал с запасом.

Радуясь, что сегодня, наверное, все кончится, я несся быстрее ветра, распугивая встречных птиц, которые меня, конечно же, не видели, но как-то чувствовали. Города и села положение мной так и мелькали, но я редко смотрел вниз — чего я там не видел? Вроде европейская страна, а живут будто в средневековье. Нет, я понимаю, хорошо гордиться стариной и ее памятниками, но жить так же… Не для меня ходить на дырку и спать на соломе. Комфорт — наше все, кто бы что ни говорил.

Наконец навигатор приказал снизить скорость, если я не хочу улететь куда-то далеко.

Клифтон — пригород Йорка. Во времена Римской империи дорога, проходившая через Клифтон, вела к римской крепости в Йорке с северо-запада и направлялась к переправе через реку. Вторая дорога, которая выходила из крепости через северо-западные ворота, в конечном итоге соединялась с первой.

И вот возле первой я и приземлился, оказавшись среди небольших домов по виду постройки века эдак восемнадцатого. Биение жизни сразу показало мне живых людей, коих оказалось совсем немного. И в основном они расположились на окраине, как раз рядом со мной. Были они прислужниками демонов на добровольных началах или жили в счастливом неведении, я не знал и знать не хотел. Мне надо было переправить сюда своих, а для этого нужно помещение, чтобы не сильно светить эфиром. Все-таки в стенах дома его проще экранировать, потому как замкнутое пространство само по себе чуть гасило всплески.

Определив, в каком именно строении находится только один человек, я едва заметной тенью скользнул по дороге, потом перемахнул через низкий забор. Осторожный стук в дверь, кряхтящий, возмущенный крик, и вот она раскрывается. На меня уставился, подслеповато щуря глаза, древний старик.

Неожиданно его рука резко выпрямилась, и он, цапнув меня за воротник, втащил внутрь. Потом высунулся, огляделся и тщательно запер дверь на все замки. Я стоял и наблюдал за ним, не скрывая любопытства. Это вообще чего сейчас было?

— Проходи, чего застыл-то? — дед, тяжело опираясь на трость, пошел вглубь дома, ну а я за ним.

Небольшая комната, в которой жарко горел камин, два потертых кресла перед ним. Старик устало присел в одно и жестом пригласил меня сесть в другое. Я сел — любопытно же.

Тот тяжело вздохнул и молча уставился на меня своими бесцветными глазами, в которых отражалось пламя камина. Воистину жуткое зрелище. Был он стар — прям очень. Лет девяносто точно навскидку бы дал. Худое, можно сказать, даже высохшее тело, костлявое, морщинистое лицо, редкая седая борода, глубоко посаженные глаза. Рука, сжимавшая трость, была настолько сильно обтянута кожей, что явно виднелись кости.

Я изучал его, а он меня. Долгие пять минут мы просидели в абсолютной тишине, нарушаемой лишь легким треском дров. Наконец он сделал глубокий вздох, чуть собрался…

— Ты кто? — спросил он, не сводя с меня взгляда.

— Благородные люди, начиная беседу, всегда представляются первыми, -ответил я, невольно скосив глаза на очень старый портрет, висевший над камином. На нем был изображен мужчина в строгом мундире, с графским знаком на груди.

— Благородные… — с издёвкой в голосе протянул он. — Что может знать мальчишка из России о благородстве?

— Откуда вы знаете, что я оттуда?

— Я стар, но не слеп. И отчетливо слышу, что английский для тебя не родной язык. Характерный акцент для северных варваров. Но суть не в этом — мои глаза видят у тебя на пальце родовой перстень с гербом. Неужели у вас опять зародилась монархия?

— У нас, — это слово я выделил, — не зародилась, а всегда и была. И чтобы развеять все сомнения, позвольте представиться — граф Ямир Ярославович Нагибин.

Встав, я, как и положено по этикету, отвесил небольшой поклон.

— Надо же, не врешь, — удивился он. — Вот уж не думал, что когда-нибудь увижу подобное. Но где же мои манеры — лорд Стен Анванли Четвертый, к вашим услугам, — тяжело привстав, он сделал такой же поклон. — Чаю, граф?

— Пожалуй, пока откажусь. Я несколько стеснен во времени, лорд, поэтому хотелось бы побыстрей завершить нашу, несомненно приятную беседу.

— Завершить, — закашлялся он смехом. — Так она еще и не началась. Кто ты такой, мы уже выяснили, но вопрос — что ты тут делаешь, остался открытым.

— Турист я. Вот, приехал на вас посмотреть, да себя показать.

— Турист, говоришь? И откуда ты взялся? Я вашего брата, если память мне не изменяет, лет пятьдесят в этих краях не видел.

— Что? Совсем нет достопримечательностей, что не ездят?

— Да как же не быть-то? Есть, конечно. Но они больше на местных, так сказать, расчитанны.

— А поподробней? — подобрался я.

— Ну есть, например, ратуша семнадцатого века. Правда, закрыта она уже лет сорок как, но снаружи вполне себе симпатично смотрится. Или вот дом мэра — тоже монументальное здание. Пустое, как сам понимаешь. Или вот городская тюрьма…

— Пустая?

— Ваша проницательность делает вам честь, граф. Конечно же, пустая.

— А есть ли в округе не пустые достопримечательности?

— Ну как же не быть? Есть и такие, конечно. У меня даже карта припасена с отметками.

Кряхтя, дед встал, вышел в соседнюю комнату. Там что-то зашуршало, упало с грохотом, послышался тихий мат, и вот он вернулся, держа в руках небольшой тубус. Открыв его, он вытащил туго свернутый лист, на котором была подробная карта Йорка, испещренная разными знаками.

— Вот смотри, — он ткнул худым пальцем в крестик, — это Йоркский собор. Там всегда находится куча народа. Но соваться туда не советую.

— Почему?

— Кто туда пошел, обратно уже не вернулся. Дальше Церковь Святой Троицы — святости в ней ни на пенни, а проблем собрать на тысячу фунтов сможешь. Музей Замка — раньше было весело. Теперь оттуда постоянно слышны вопли ужаса. Или вот — Замок Говарда, со всеми его подземельями. Это, так сказать, центр Клифтона. Там жуть жуткая и очень много странностей. Еще есть музей шоколада, завод по производству какао, центр викингского Йорвика, — его палец постоянно скользил по карте, тыкая в нужные места. — Везде куча народа. Но общаться с ними… Не советую, м-да. И как тебе?

— Не скажу, что впечатлил, но места интересные, ага. А сколько народу проживает в вашем славном пригороде?

— Ну, раньше тысяч двадцать точно было. Потом стало меньше. А вот лет тридцать назад сильно увеличилось. Я бы сказал, что раза в два, но боюсь ошибиться и приуменьшить.

— Ага. Значит, плодятся и размножаются. А скажи-ка мне, лорд…

— Зови меня сэр.

— Сэр?

— Именно. Кичиться длинной родословной и аристократическими званиями, сидя в этой халупе, — обвел он рукой помещение, — по меньшей мере глупо. Да и забудешь ты о том, как меня зовут, едва выйдешь наружу.

— Аристократ — это состояние души, а не то, что его окружает.

— Верно. И все же не нужно. Отвык, знаешь ли. А ведь когда-то был представителем Палаты лордов. Большими делами занимался. Эх, да чего вспоминать о прошлом, когда и настоящее не понятно. Так вот, ответь мне на мой вопрос — ты кто и зачем прибыл сюда? Я ж вижу, что ты не удивлен, но почему-то тратишь свое время на старика, которого иной бы посчитал за сумасшедшего.

— Откуда мне знать, если я тебе расскажу, что ты не побежишь кричать об этом на всю улицу?

— Да ты посмотри на меня, — зашелся он в каркающем смехе. — Куда мне бежать?

— Ну, не знаю. Куда-то туда, — махнул я в сторону двери. — Ты же сам говоришь, они тут все странные, а вот тебя почему-то не трогают.

— Ну так я давно слыву городским сумасшедшим. А психи не интересны даже непонятным этим.

— А в чем ты видишь их непонятность?

— Молчат они. Почти не разговаривают. И двигаются будто неживые. А иной раз глянет на тебя такой вот черными провалами глаз, так и кажется, что в самую глубокую яму посмотрел. Страшно аж до жути. Я уже забыл, как звучит детский смех, давно не слышал простой человеческой ругани. Даже нет толп мигрантов, коих, по слухам, у нас в стране столько, что и плюнуть негде. А тут их нет — вот совсем. Нет, приехал как-то автобус с ними, да тут и остался. С тех пор я ни автобуса, ни этих самых и не видел.

— Так, может, они по другой дороге уехали?

— Одна она у нас осталась. Вторую, еще когда я был молодым, разрушили. Вроде собирались новую начать строить, да так и не начали. Так что мы тут как в мешке, а горловина тут проходит. Правда, я в толк пока не могу взять — как это они тебя пропустили и до сих пор не явились? Не любят они чужаков или любят, тут уж как посмотреть. Так зачем ты тут?

— Рвать я их, дед, буду, потому как правильно ты сказал — не люди они, а демоны, прямиком из глубин Ада явившиеся.

— А ты, значит, против них выступаешь. Один? Силенок-то хватит?

— Ну почему же один-то? Есть кому меня поддержать. И ты это… Не удивляйся, в общем. Ты вообще про магию слышал когда?

— Магию? Ну, в сказках, помню, было такое. А к чему вопрос?

— А то, что сказка сейчас станет явью. На вот, хлебни для храбрости, — я под его изумленным взглядом явил бутылку коньяка, лимон и небольшую рюмку.

Тот недоверчиво посмотрел на нее, понюхал и, вполне профессионально открыв, набулькал с горкой. Зажмурился, как-то очень по-русски екнув, вылакал благородный напиток.

— Готов, — сказал он, напрягшись, будто перед стартом.

— Ну, готов, так готов, — ответил я, и тут же в центре комнаты засветился портал.

Пара секунд ожидания, и вот из него вышли мама, Любомира и Хвостик.

Дед удивленно икнул, мои замерли, портал поспешно захлопнулся за их спинами, а я набулькал себе в рюмку коньяка и тоже выпил.

А теперь предстоит самое интересное…

Глава 23

Глава 23

— А вот про такое я даже в сказках не читал, — изумленный старик, ничуть не сомневаясь, налил себе еще рюмку и махом выпил. Что-то он зачастил прикладываться к выпивке. А ну как сердце не выдержит?

— Мы где? — мама быстро взяла себя в руки и принялась осматриваться.

Люба и Хвостик все так же стояли, замерев без движения. Кажется, у них шок от перехода.

— Англия, пригород Йорка. А этот дед — один из немногих выживших. В общем, он частично в теме, но особо болтать при нем не стоит.

— О да, милые дамы. Я в теме, — пьяно икнул тот. Ну да, коньяк-то у меня крепкий, а этот его глушит еще и без закуски. — И кто же вы, прелестные создания?

— Это моя семья — мама, сестра и жена, — запустив незаметное сканирование, я постепенно накрывал им весь город. Карта — это, конечно, хорошо, но надо и самому во всем убедиться.

— Ты даже семью с собой не побоялся притащить? А они такие же сильные, как ты? И могут тоже вот так вот…

— Могут, они все могут, дед. И даже то, чего не могу я. Мам, на тебе защита этого дома — я чувствую, тут живет мелкая нечисть. Уверен, что это домовой. Найди с ним контакт.

Люба — проверь весь дом, двери и окна на запор. Сама придумаешь, чем их укрепить. Алена — на тебе чердак. Устрой там наблюдательный пункт. Чтоб даже муха незаметно не пролетела.

— А ты чем займешься? — Люба хоть и понимала по моему напряженному лицу, что я занят, но природное любопытство сыграло свою роль.

— А я вычисляю всю мерзость, которая находится в городе, и ищу их главного. Потом заманю сюда, грохну. Контракт разорвется и демоны сгинут, потеряв право находиться на Земле.

— Думаешь, что вот так все просто будет?

— Нет, не думаю, поэтому работаю, чтобы максимально упростить. Поэтому и ищу. Только пока нифига не получается.

— Тот, кого ты ищешь, должен быть светлым, — неожиданно сказала мама.

— Чего⁈ — отвлекся я. — Это как? Он же демонам продался!!!

— И что? Для исполнения контракта его душа должна быть чиста. Поэтому как там было у классика? Ищи луч света в темном царстве.

— М-да, это все упрощает и усложняет одновременно. Мне придется разделить потоки, а это чревато преждевременным обнаружением.

— Тогда надо просто подождать сигнала к атаке и ударить. Как я понимаю, ты не можешь просто так взять и уничтожить тут всех?

— Неа. Защита такая стоит, что сходу не проломить. Не иначе, кто-то из Высших демонов постарался. И я даже знаю, кто. Но мне, как ты понимаешь, от этого не легче. Жахнуть-то я могу, но вот развеется едва ли половина. А потом оставшиеся в ответ жахнут по нам. И тут вопрос — выдержит мой щит или нет. Но на всякий случай я открою портал домой. Если что — мигом в него и сидите дома как мышки.

— Мы никуда не уйдем! — воинственно заявила Хвостик.

— Уйдете. Это было моим условием — выполнять все мои приказы. Сам я себя одного смогу защитить и если станет совсем уж туго — удрать. А с вами придется тяжелей. Но это на крайний случай — мой щит не всякий бог сходу проломит, а там и ответка прилетит.

— Не будь столь самонадеянным, -раздался легкий хлопок, и рядом возник Хранитель Миров.

— Это кто? — тут же напряглась моя мама, а Любка решительно схватилась за мечи.

— Позвольте вам представить… — начал я.

— Не нужно. У меня пока еще есть язык и за себя могу сказать сам, — ответил тот, улыбнувшись самой искренней улыбкой. — Итак, позвольте мне представиться — Владислав Андреевич, князь Громов, Высший маг, Бог Равновесия, Хранитель миров и прочее, и прочее.

— Хранитель? — чуть нервно икнула мама, переведя вопросительный взгляд с Влада на меня.

— В общем, среди богов он главный, -кратко пояснил я. — И чего пришел? У нас тут как бы битва намечается, а тебя с твоими божественными вспышками засечь могут.

— Чтоб меня — и засекли без моего на то желания жалкие демоны? Не смеши моего Бурана!

— Интересное ты имя своему нижнему другу дал, — не сдержался и заржал я. — А чего не Гнедой, например, или Савраска? Можно еще Торнадо, чтоб прям звучало.

— Смотри, при нем это не ляпни. Буран — это конь-дух, самое злобное существо во всей Грозди миров. И напрочь лишенное чувства юмора. Так, у нас тут лишние уши, я погляжу, — он щелкнул пальцами, и дед застыл с поднесенной ко рту рюмкой коньяка. Пока мы болтали, он почти бутылку приговорил. Силен!

— И кто эти прекрасные дамы?

— Ой, сам будто не знаешь. Но мы отвлеклись — ты чего пришел? Помогать тебе нам нельзя — весы Мироздания могут качнуться.

— Могут, поэтому и не буду. Делом не буду, а вот словом запросто. Нет, никаких тайн по типу где лежит самый вкусный во все мирах пирог с вишней, конечно, не открою, потому как и у стен есть уши, но совет дам.

Ты уверен в своей победе — хорошо. Но ты самоуверен — это плохо. Ты хочешь уничтожить тут все… Этого достаточно — так сказал Совет Спарты, не став разрушать Афины после победы в Пелопонесской войне, так сказал и Александр, в отместку за Москву не став сжигать Париж, чего, в общем-то, от него вполне справедливо ожидали. Не уподобляйся проигравшим, сильнейший архимаг мира может позволить себе быть великодушным. Прекрати размазывать врагов своих как муху по стеклу, — горящий золотом взгляд уставился на меня. — Остановись, кроме тебя, найдется кому быть в первых рядах.

Когда-то давно, в своей прошлой, можно сказать, жизни был я частым гостем в Павловском полку, и был у меня там тезка, майор Степашин. Инструктор рукопашного боя, если что. Ох, и гонял он витязей — любо-дорого посмотреть было. Но речь не о том. Так вот, Владислав Анатольевич любил присказку: чтобы вступить на поле боя в рукопашную схватку, гвардеец должен потерять винтовку, пистолет, нож, пехотную лопатку, связь со своей группой, выйти на ровную площадку без единой палки или камня, и самое главное, — он даже вверх палец поднял, — после всего этого найти на этой ровной площадке второго такого же дурака.

Понял, о чем речь? По глазам твоим вижу, что понял, — кивнул Хранитель. — Никто и никогда не будет стремиться предоставить на поле боя равные условия всем участникам, и сила одаренных — пусть даже она уже и пасует в отдельных случаях перед техническим прогрессом, — это фактор на века. Ты графа Наумова в Московской Академии Магии застал?

— Нет. Я в ней, по сути, и не поучился даже.

— Жаль. Он, помнится, любил частенько повторять: когда вы, господа курсанты, пойдете в рейд по тылам противника, и когда вас поймают… а когда-нибудь вас обязательно поймают, вас будут допрашивать и даже пытать. Но вы ни-че-го, — раздельно и явно копируя интонации графа Наумова, выделил он последнее слово, — супостату не расскажете. Не потому ничего не расскажете, что столь сильны духом, а просто потому, что ничего важного знать не будете!

К чему это я, решил что-то делать — делай. Но других не втягивай. Тех, кто хоть и может встать рядом с тобой плечом к плечу, но без шанса выжить. Ты держишь их в неведении своих планов — возможно, это и правильно. Меньше знают, крепче спят. Но не обладая всей полнотой информации, они не смогут действовать правильно, превратившись в обузу. И да, Ямир — научись прощать. Научись щадить врагов — нет, не всех. Но иногда надо давать шанс даже самому последнему злодею.

— Ты это к чему вот все это? — гневно сощурил я глаза. — Кого ты там призываешь пощадить? И что значит — не все им рассказал? У меня от семьи секретов нет.

— Ты все скоро узнаешь, Ямир, и поймешь. Все это, — показал он рукой вокруг себя, — не то, каким видится и кажется. Тебе надо будет сделать выбор. И от того, каким он будет, так и сложится дальнейшая твоя судьба. Так что помни мои слова, — сказав эту глубокомысленную чушь, он растаял в воздухе.

— Это вот что сейчас было? — спросила мама, тяжело садясь в кресло. Кажется, ноги ее не держали.

— Очередное глупое пророчество из разряда — догадайся сам, потому как нам лень объяснять. В основном, это пустые слова и чуть жути, чтоб проникся.

— Ох, сынок. Со страшными людьми ты общаешься…

— Так это не человек. Бог он, бог Равновесия. А еще, судя по отзывам, главный по возмущению мироздания. Я много слышал о нем и почти ничего хорошего. Нет, так он вроде на нашей стороне, но его методы… В общем, лучше его не слушать и делать как задумано.

— Но он сказал…

— Плевать. Боги не видят будущее, как думают многие смертные. Они видят вероятности, из которых складывают картину. Поэтому его слова могут значить все или не значить ничего. Понимаешь, мам — вероятности, а не определенности. Может статься так, что он вообще хотел меня банально запутать.

— Но зачем это ему?

— Чтобы я начал сомневаться. Чтобы поступил так, как он хочет. Пойми, он не добрый и не злой — он равновесие. И судя по всему, весы качнулись, а вот в какую сторону, я не знаю. Поэтому его слова могут быть нам как во благо, так и во вред. Ему плевать на смертных, коих мириады живут во всех мирах. Ему нужен баланс между темным и светлым…

Бум! Я едва успел отскочить от открывшегося портала, засиявшего белым светом. Из него величественно выплыл высокий ангел, сжимающий в руках меч.

— Возрадуйтесь, смертные, ибо грядет пришествие Света в мир Тьмы!..

— Э-эм, Уриэль? — с сомнением посмотрел я на него.

— Чего? — моргнул он, разом растеряв свою величественность. — Тысяча дохлых демонов, привык уже вещать при каждом появлении!

Он быстро оглядел комнату, заметил народ и, протянув к ним руку, произнес:

— Забвение.

Дед, уже не стеснявшийся пить из горла, так и замер с поднесенной ко рту бутылкой. Однако мои, как стояли, возмущенно хлопая глазами, так и остались стоять. Ангел посмотрел на свою руку, зачем-то потряс ей и опять принялся за свое:

— Забвение!

— Не сработает это с моими. В моей защите щепотка благодати есть.

— М-да, уже второй раз за несколько веков осечка, — огорченно признался он. — Первый раз на Владе — ну, тут все понятно. А вот второй раз здесь — а ты ни разу не он, — вдруг как-то обиделся он.

— Говорят, у мужиков в возрасте такое бывает, — с сочувствием сказал я ему. — Отдохни, скатайся на горячие источники. Отпуск, в общем, возьми.

— Взял бы, да кто ж его даст, — горько вздохнул он. — Лет сто только заявление рассматривать будут, а потом столько же принимать решение. Уже даже демоны смеются над нашей бюрократией… Но я тут не за этим.

Ничуть не сомневаясь, он подошел к деду, взял у него из руки бутылку, принюхался и залпом допил то, что там оставалось. Потом довольно крякнул, занюхал рукавом, его чуть передернуло и на лице засияла улыбка.

— Дамы, — куртуазно поклонился он. — Вы прекрасны, как полураспустившийся бутон розы с каплями утренней росы…

— Так, ты перья-то пригладь. А то ишь, распушил!!! — тут же осадил я его. — Одна из них моя мама — замужняя женщина, вторая моя жена, а за третью я сам лично тебе в морду дам, потому как это моя любимая сестра.

— Сестра не жена. А значит, свободна, — как-то пьяно икнул он. С чего бы это его так развезло?

— Вот еще. Нам только пернатых в роду не хватало.

— Они у тебя и так есть. Так что не надо мне тут расистских высказываний. И вообще, ты сам на треть ангел, так что не гунди.

— Ты чего приперся-то? У меня тут битва намечается вроде как.

— Чего? Ах да, битва. Вот, помню, позвали мы как-то Влада в Рай. А он возьми, да и сломай Софиэль — между прочим, непорочную, и ангела любви и благодетели. Но кто ж знал…

— Ближе к делу.

— Совсем ты меня заговорил. Битва, ага. Так я вот насчет нее и пришел.

— Помочь хочешь?

— Да. То есть, нет. Ну, не совсем. Если кратко — это наш мир. Ну как, наш — в нем верят в Творца, под разными именами, но не суть. В нем верят в нас и поток благодати из него очень существенен. И нам крайне не хотелось бы его терять.

— Ну так и надрали бы зад демонам сами.

— Мы не можем. У нас договор равенства сил. До Армагеддона еще далеко и не пришло время выводить ангельские полки на последнюю битву. К тому же демоны договор не нарушили и действуют в его рамках. Да, прошли по грани, но формально нам придраться не к чему. Люди свободны в своем выборе веры и сами решают, кому отдавать свои души.

— Ну да, я слышал про свободу выбора. А ты уверен, что ее предоставили всем?

— Иначе никак, — замотал он головой. — Или добровольно, или договор будет нарушен.

— И что же вы сделали, чтобы этому помешать? Если ты не заметил, тут собрались люди, абсолютно не верящие в вас. Те, кого ваши последователи презрительно называют язычники. И те, кто по-настоящему борется со злом, а не пустословит в храмах, призывая в благочестию, будучи погрязшим в грехах.

— Ну да, мы не идеальны и, признаюсь, несколько отвлеклись на другие миры. Это для вас, смертных, годы имеют значение, а мы все меряем веками и тысячелетиями. То, что для вас целая жизнь, для нас лишь краткий миг.

— Но именно этот миг и называется жизнь. Но вам, вечно живущим, этого не понять. Но ты не ответил на вопрос — чего хочешь?

— Ты знаешь, кто против тебя выступает? Ах да, Леонард же говорил об этом. Так вот, Асмодей, может, и не самый сильный демон, но, пожалуй, самый хитрый из них. Эдакий серый кардинал Ада, стоящий за многими неприятностями мира живых. Он долго шел к этому и не захочет проиграть в последний момент. Уверен, что если все пойдет не по плану, он решит вмешаться лично. И вот когда это произойдет, я хочу, чтобы ты позвал нас.

— Зачем?

— А затем, что в этом случае договор будет нарушен, и мы получим полное право вмешаться и жестко наказать демонов. При этом они ответить не смогут, иначе мироздание их сурово накажет.

— Ага, то есть, вы хотите решить свои проблемы моими руками. Как это знакомо. И какая предполагается плата?

— Плата? А нашу помощь ты не считаешь платой?

— Ну, пока я в ней не нуждаюсь. И вообще, я планировал призвать на битву богов своего пантеона. Пора бы им уже выходить из тени и начинать восстанавливать потерянную за века паству.

— Это неприемлемо!!! Это наш мир!..

— Который вы практически просрали. Так что или плати, или катись. В вашей помощи я не нуждаюсь.

— Ладно, Ямир. Чего же ты хочешь в качестве платы?

— Неа. Это так не работает. Вдруг я захочу меньше, чем ты можешь предложить? Я ж потом сильно огорчусь. Так что ты сначала скажи, что у тебя есть, а я решу, что из этого мне надо.

— Мы не торгуемся. Мы…

— Еще как торгуетесь. Я знаю и видел это много раз.

— Не сравнивай нас, истинных детей творца, с теми, кто обрел мирскую жизнь! Они лишь наши жалкие копии, смертная раса, имеющая схожий с нами облик. Ты же, например, не сравниваешь себя с обезьяной, хотя вы и похожи? В общем, не буду долго тебя задерживать — просто призови нас, если станет туго. И мы придем и поможем. Нас, собственно, устроит любой расклад — с нами ты победишь или без. А что касается твоих богов — с ними мы будем разговаривать отдельно. Если вообще будем. Нет у них тут власти и не будет. Надеюсь, до скорой встречи, — опять моргнул портал, и Уриэль исчез.

— Это и вправду был ангел? — прошептала Люба.

— Архангел, если точней. Вроде как приближенный Михаила. Очень сильный.

— И ты вот так свободно с ним разговаривал и даже спорил?

— Кстати, это хороший вопрос, Ямир. Я чем больше узнаю тебя, тем меньше чувствую в тебе своего прежнего сына. Ты стал иным.

— Мам, не я такой — жизнь такая. Просто я привык уже ко всему этому, вот и не заморачиваюсь. И вы привыкните, потому как у меня часто бывают подобные гости…

И я словно накаркал. Опять знакомо бумкнуло.

— Да что ж такое-то?!!! Сегодня в моём расписании день посещений, что ли?!!! — возмущённо заорал я, глядя на возникший на этот раз черный портал…

Глава 24

Глава 24

— Да что ж такое-то?!!! Сегодня в моём расписании день посещений, что ли?!!! — возмущённо заорал я, глядя на возникший на этот раз черный портал.

— Чего орешь как оглашенный? — вылез из него Леонард. Быстрый взгляд по сторонам, глубокий вздох. — Опоздал, да? Чую дух Влада и вонь ангелов. Небось, Уриэль успел тут побывать?

— Ага. Только что ушел. А у меня тут битва. А вы мешаете. Я уже устал за сегодня задавать этот вопрос, но все же спрошу — чего надо?

— Поговорить. Что же еще?

— Знаешь, я уже сыт по горло всеми этими разговорами! У меня приблизительно через полчаса война намечается, а вы подготовиться не даете!!!

— Да чего там тебе готовиться-то? –отмахнулся он. — Как всегда влупишь эфиром по площади, а потом добьешь уцелевших. Но речь не о том. О чем с тобой говорил Хранитель, я спрашивать не буду — это его дело, в которое влезать я под стахом развоплощения не буду. Что же касается ангела… Если не тайна, что он тебе пообещал?

— Золота до потолка и любые три артефакта из сокровищницы Михаила на выбор.

— Врешь. Ангелы известные бессеребренники. У них ни хрена нет. А если он все же подобное предложил, то обманет.

— А что и за что хочешь предложить мне ты?

— За что? Наверняка он просил тебя призвать его воинство, если сюда явится Асмодей. Так вот, я хочу, чтобы ты этого не делал.

— А что взамен?

— Взамен Асмодей сможет привести лишь неполный Тринадцатый легион — тысяч пять-семь, не больше.

— Неинтересно. Хоть пять, хоть десять. Если призову ангелов, то они его раскатают за пару секунд. И вообще — ты ж вроде по дипломатии, а лезешь к военным.

— Так-то оно так. Но видишь ли, какое дело — то, что Асмодей продует, не так страшно. Всегда можно начать все заново. Но если вмешаются ангелы, то нам в эту реальность путь будет закрыт — понимаешь, чем я?

— Так это же прекрасно!!! Обязательно их призову.

— Не спеши — давай договариваться.

— О чем? Как по мне, расклад идеальный. Он приходит, получает по щам, сваливает — и на Земле царят тишь и благодать. И вообще — раз вы все знаете, то почему не остановите его?

— У нас… Ну скажем так, есть силы, которые устраивает его поражение. Этому хитрожопому выскочке, возомнившему себя великим полководцем, давно стоило рога пообломать, да все как-то руки не доходили. А тут как раз такой шанс выпадает.

— Хорошо. И что же богатый ты можешь предложить такому бедному мне, чтобы я их не звал?

— Ну, например то, что мы не будем препятствовать возвращению старого пантеона богов на Землю.

— Ты не понял. С богами договаривайтесь сами — я тут как бы сам по себе. Поэтому вернутся они сюда или нет — дело десятое. Сам-то я тут не останусь и семью с собой заберу. Поэтому, как говорится, после нас хоть потоп. Ты конкретно предлагай. И не спрашивай, чего я хочу — сам подумай о размере своей благодарности.

— Могу дать тебе допуск на Аштаэлию.

— Это еще куда и зачем мне туда?

— Ну, с недавних пор это центр знаний всех миров. Лучшая магическая академия, порталы во все миры, эксклюзивные товары, которых нет больше нигде. Попасть туда очень трудно, и без допуска этот мир тебя просто уничтожит.

— Звучит интересно.

— Еще бы. Но не больше, чем на три дня — дольше гостевой допуск не действует. Однако тебе и этого с лихвой хватит. Договоришься с местным правителем, и он выдаст тебе постоянный.

— А он кто?

— Аватар самого Хранителя миров.

— Это не Багрянин случайно? — напрягся я.

— Знаешь его? — демон был сильно удивлен.

— Пересекались как-то. Ладно, я тебя услышал и подумаю. Предложение интересное, но с душком. А теперь мне все-таки надо готовиться к битве — времени совсем не осталось.

— Ухожу. Подумай над тем, что я сказал, — рыкнул демон и растворился в портале.

— Ямир!!!

— Да что, мать вашу?!!! — психанул я.

— Чего орешь? Разговор есть.

— Опять ты? Достал. У меня тут битва…

— Не начнется, пока мы не поговорим. Кстати, о ней — какую ты хочешь?

— Ты меня спрашиваешь? Откуда я знаю, какую хочу. Эпичную, но чтоб без превозмоганий. Огласи все варианты.

— Да просто все. Есть такой — вышел и всех прибил. Вот так вот, с одного удара. Есть другой — вышел и прибили тебя. Типа не рассчитал сил и все такое. Хреновый конец, но имеет место быть. Ну, и наконец третий — бой на грани, когда придется задействовать все ресурсы, чтобы победить.

— А без превозмоганий никак?

— Без вариантов. Хочешь красиво, придется напрячься. Я, в отличии от тебя, творить магию по щелчку пальцев не могу.

— И в чем это будет выражаться?

— Узнаешь. Если все расскажу, будет неинтересно в первую очередь тебе. И что ты решил?

— Ну, давай тогда третий. Но только чтоб небо содрогнулось от нашей доблести и отваги! Но сильно ее не затягивай.

— Меньше пафоса.

— Поздно. Тут без него сейчас никак. Так что жарь, а я поддержу.

— Забились. И это, Ямир….

— Чего?

— Мне понравилось с тобой работать. Так что удачи…

— И мне с тобой, Творец. Погнали…

Телефон разразился внезапной трелью, да так, что я его едва не уронил.

— Слушаю! — рявкнул я в трубку.

— Мы на позициях. Готовность десять минут. Сверим часы, — раздался в ней голос бывшего императора.

— У меня энцать часов.

— Аналогично. Отсчет пошел.

— Понял, принял, готов бить морды.

— До связи, — отключился он.

— Все слышали? — обратился я к своим. — Дед, если есть какой подвал, рекомендую спрятаться там.

— Да ни хера! — пьяно качнулся он. — Чтобы я прятался от врагов? На чердак полезу — оттуда все лучше будет видно. И это — у тебя еще одной бутылки не найдется? А то эта как-то подозрительно быстро кончилась.

— Держи, — протянул я ему демоническую настойку. — Лучшее пойло демонов. Проберет до души.

Все помнят свои задачи? Тогда разбежались — все вопросы потом. А наружу за мной не ходить под страхом поротой жопы. Мам, надеюсь на твое благоразумие. Защищайте дом и портал. Чую, он нам понадобится, если что-то пойдет не так и придется утаскивать мою тушку.

Обняв всех, я шагнул за дверь, а после накрыл дом десятком щитов, напрочь закупоривая все ходы и выходы. Теперь зайти или выйти отсюда смогу лишь я, и это убережет их от необдуманных поступков. Ну, а если я помру, то магия сама рассеется. Теперь надо было найти главного.

Сосредоточившись, я стал выпускать темный эфир, мягко обволакивая им город. Был момент, которой я не учел — количество жителей. Находясь в пригороде Йорка, я почему-то посчитал, что это все — но нет. В самом городе жило больше ста тысяч человек!!! Из которых девяносто процентов были или сами демоны, или Меченные. И даже для меня это был перебор. Вот что значит мыслить как боец-одиночка, не продумав стратегию общего боя. Поэтому теперь пришлось сильно напрячься, чтобы полностью его охватить, оставаясь тут, в пригороде. Менять место дислокации было поздно, да и незачем. Уверен, как только меня обнаружат, они все сами явятся сюда. А моя основная задача не дать им уйти. Вот я и пыхтел, напрягая каналы, разгоняя плетения и накрывая просто огромную площадь силой.

При этом я еще и искал того, кто за этим стоит. Луч света в темном царстве — звучит очень поэтично, но по факту жесть как сложно! Представьте себе, что вы в корыте с грязью ищете чистую мелкую золотую монету. Сколько вам надо перебрать гадости, пока вы на нее наткнетесь?

А грязь еще при этом бурлит, не стоит на месте, постоянно смешиваясь с уже проверенной. Вот мне и пришлось поработать эдаким ситом. И я бы раньше все успел сделать, если бы не задержали гады. Приперлись, высказали свои неинтересные условия и пожелания и свалили. Этих призови, этих не призывай, все не так, как видится и кажется… Напустили тумана, и типа сам додумывай. Причем бесплатно — хоть бы мильен какой на счет перевели, жадины!

«Контроль и концентрация» — часто повторяли на лекциях в магической школе для одаренных мальчиков-аристократов, но мне их слова почему-то впрок не идут. Пора уже приводить в порядок дела, причем в первую очередь в голове — потому что импульсивные действия в моей ситуации могут принести серьезные проблемы. Ввязаться в бой, а там видно будет — так себе стратегия. Сейчас бы мне начинать разбираться с причинами, а не работать с последствиями. Тем более уже получилось узнать истинную подноготную происходящего, за что спасибо Леонарду.

Фиг, буду действовать сам, как решил. А ишь чего удумали — спасти мир моими руками, а все плюшки за это забрать себе! Губы раскатали. А они у них сильно не тренированные — раскатываться любят, а с закатыванием проблемы.

Нет, президент мне, конечно, предложил всякую оплату, но это он. А эти… У-у-у, зла на них не хватает! По миру пойду, если так продолжу. И это еще Перун не нарисовался, а то тоже бы предложил… Ничего. И я должен был бы быть ему благодарен за эту щедрость.

От мрачных мыслей меня отвлекло сообщение на телефон:

— Начали!!! — проорало оно дурным голосом.

— Ну, начали так начали. Чего орать-то?

Жаль, что я не нашел пока этого муденя, заключившего контракт с демонами, но думаю, в процессе он сам объявится. Всякие злодеи очень любят говорить пафосные речи перед тем, как сдохнуть. Это канон и, надеюсь, он не будет нарушен.

Так что я, как Танатос, щелкнул пальцами и тысяч пятнадцать демонов — все, кого успел незаметно окутать светом, — развеялись. А вот эффект был намного красивей, чем ожидалось.

Черное облако мгновенно вспухло нал городом и окрестностями, устремилось ввысь, ударилось о мой щит и растеклось по нему, растворяясь в яркой вспышке.

И тут же поднялся такой вой, что хотелось закрыть уши. Душераздирающий, полный ярости и боли. Он, казалось, проникал везде, грубо обволакивая и пытаясь проникнуть в душу, поднимая с ее дна все мерзкое, что в ней было.

Защита сработала как надо, засияв чистым светом, ударившим высоко в верх и… чётко показывая всем, кто, а главное, где тут шалит. Что ж, это в моем стиле, и щас я вас научу Родину любить!

В моих руках возникли призрачные пулеметы, заряженные светом, и как только из-за домов показались первые Меченные, спешащие к раздаче, я открыл огонь. Рядом возникла ещё пара минометов, что стали выпускать по приближающимся врагам световые мины, за спиной лязгнул гусеницами танк Т-34, каким я его помнил на картинках, и пушка сорокопятка.

Все это горело ярким светом, грохотало и стреляло по врагу, работая на моем эфире. В небо поднялась иллюзия «Кукурузника», принявшись активно забрасывать противника бомбами. Все это было оружием Победы, и мне показалось символичным, чтобы враг человечества был разбит именно им.

Потом мне и этого показалось мало, и вокруг меня стали возникать еще пушки, много пушек, прям до хрена пушек — благо, место позволяло развернутся во всю ширь.

Горит в сердцах у нас

Любовь к земле родимой,

Идём мы в смертный бой

За честь родной страны.

Пылают города,

Охваченные дымом,

Гремит в седых лесах

Суровый бог войны.

Артиллеристы,

Точный дан приказ,

Артиллеристы,

Зовёт Отчизна нас!

Из многих тысяч батарей

За слёзы наших матерей

За нашу Родину —

Огонь, огонь!

— Да-а-а-а, мать вашу!!! Огонь, огонь!!! — орал я, как безумный, видя, что под моими ударами Темные разлетаются в разные стороны.

Свет пробивал их тела, заставляя корчиться в муках демонов, сидящих внутри. Простым людям подобное было безвредно, но для этих… Этим было плохо, потому как защиты у них от моего света не было. Сотнями они гибли, но на смену им приходили тысячи и тысячи.

Я видел, как черный вал набирал обороты, катясь в мою сторону. Как до меня начали доставать некоторые атаки тьмой — это уже напрямую демоны подключились. Пока их было немного, но я не обманывал себя. Еще чуть-чуть, и мне придется напрямую схлестнуться с теми, кто считал этот мир уже своим.

Боялся ли я? Да нифига! Меня захлестнул такой адреналин, что казалось, он вот-вот из ушей хлынет. Битва, настоящая, реальная, когда можно не оглядываться себе за спину, когда можно ей полностью отдаться, понимая, что твое дело правое! Все эти разговоры за деньги, это ж скорей дань привычке, чем реальные требования. По факту я ненавидел этих тварей всей душой и уйти с Земли, не очистив её от этой грязи, я не мог.

А лавина была все ближе и ближе. Моя артиллерия бьет на сверхмалой дистанции, но уже просто не справляется. Походу пришло время для рукопашной. Максимально ударить сейчас по площади — это значит остаться совсем без эфира. Рано пока. Да и размяться хочется, если честно.

Как там у джедаев было? Да пребудет с тобой сила? Да пребудет! Из моих рук выросли два светящихся меча. Ветер в ноги, гигантский прыжок в центр толпы, и пошла потеха.

Узнай, родная мать,

Узнай, жена-подруга,

Узнай, далёкий дом

И вся моя семья,

Что бьёт и жжёт врага

Стальная наша вьюга,

Что волю мы несём

В родимые края.

Артиллеристы,

Точный дан приказ,

Артиллеристы,

Зовёт Отчизна нас!

Из многих тысяч батарей

За слёзы наших матерей

За нашу Родину —

Огонь, огонь!

Краем глаза я контролировал дом, из которого иногда вылетали яркие вспышки света. Не иначе, как мама все-таки договорилась с местным домовым и смогла воспользоваться силой берегини. Ну, и конечно же, не удержалась и влезла в драку.

Еще с чердака летели стелы — обычные, не магические. Но вонзаясь в тела Меченных, они их здорово замедляли, а при хорошем раскладе могли и убить физическую оболочку. Интересно, это кто так стрелять из лука у нас может? И где они его взяли, спрашивается? Я вот с луком никогда не ладил. Да и вообще, с любым дистанционным оружием, кроме кастетов, выстреливающих шипами. Надеюсь, до них сегодня дело не дойдет — завязнуть в бою, подпустив врага так близко, мне совсем не улыбалось.

Хорошо, что нематериальные предметы дом пропускает, а то бы они настрелялись. А вот впускать не впускает. Поэтому пальнуть по ним с улицы фиг у кого получится. Так что пусть развлекаются, почти как в тире. Все лучше, если бы за мной ломанулись.

Однако это уже начинает немного напрягать — рубишь их, рубишь, а меньше не становится. Моя артиллерия работает исправно, с каждым выстрелом уничтожая десятки, а то и сотни демонов с помощью света. А вот обычный эфир тут не помощник — толку то, если я разрушу их тела? Воплотятся или в другие, или в своем истинном обличье продолжат биться. А оно мне надо? Поэтому только свет, чтобы уж наверняка.

Увеличил размер клинков до трех метров и закрутил их вокруг себя эфиром. Чтобы освободить руки — надоело просто махать. Ну, и пошел потихоньку вперед, не переставая искать того, на ком завязан контракт. Потом мне пришла в голову идея отработать разные связки — это ж какое раздолье для фантазии!!! И главное, что сдерживаться не надо.

И в демонов полетели Иглы стужи, Кара Земли, Скальпель в руке интерна — воздух плюс вода, Хромой Заяц — земля плюс воздух, Пожарный пионерского костра — огонь плюс вода. И еще много всякого, на что была способна моя фантазия. И в каждое плетение я вкладывал частичку света, чтобы впустую не тратить эфир.

Эпичненько получилось, что тут сказать. Демоны разлетались на части, испаряясь на лету. Мое продвижение резко ускорилось. А я вошел в раж, чуя близкую победу.

Пробьёт победы час,

Придёт конец похода,

Но прежде чем уйти

К домам своим родным,

В честь армии родной,

В честь нашего народа

Мы радостный салют

В полночный час дадим.

Артиллеристы,

Точный дан приказ,

Артиллеристы,

Зовёт Отчизна нас!

Из многих тысяч батарей

За слёзы наших матерей

За нашу Родину —

Огонь, огонь!

(«Марш артиллеристов», П. Явецкий )

А потом демоны из первой линии в количестве незнамо скольких тысяч взяли разом, да и сдохли. Вот это поворот!!!

Глава 25

Глава 25

Семь Нагибиных, семь огней,

Семь стихий, семь судеб, семь теней.

Ветер, пламя, вода и земля,

Я за них и они за меня.

Семь сердец, как семь звёзд в ночи,

Каждое — тайна, каждое — ключи.

В каждом — сила, в каждом — путь,

Семь дорог, что в вечность зовут.

Семь Нагибиных, семь миров,

Семь начал, семь столпов, семь основ.

В каждом — жизнь, в каждом — страсть,

Семь огней, что не дадут упасть.

Семь стихий, семь душ, семь сил,

Семь сердец, что мир сотворил.

В каждом — правда, в каждом — свет,

Семь Нагибиных — семи звёзд ответ.

Я один из Семи в этом вечном строю,

Мы весь мир… Вертели на бую!!!

(Т. Машуков, «Гимн Нагибиных»)

А потом демоны из первой линии в количестве незнамо скольких тысяч взяли разом, да и сдохли. Вот это поворот!!!

А после этого над нами раскрылся портал на пол неба — красного цвета, с черными всполохами молний. И от мертвых Меченных к нему потянулась тонкая дымка, которая, поднимаясь все выше, сливалась в единую бурлящую реку.

Мой щит, накрывавший всю территорию, протяжно застонал, и не успел я ничего сделать, как он лопнул, растворяясь в воздухе.

А потом раздался звук. Ну такой, знаете, как ревет бешеный бык, когда ищет самку. Противный и пробирающий до костей. Наверное, его коровам это и нравится, но я ж, слава богам, не они! А рев трубы все нарастал и нарастал. А потом из портала хлынули демоны — вот прям до хрена! Крылатые, большие и маленькие, закованные в броню, сжимающие в лапах оружие.

Приземлившись, они становились строем в полукилометре от меня. При этом между нами не осталось ничего — ни речушки, ни зверушки — ровная площадь, которую хорошо убрал местный дворник.

Потом опять раздался рев, но уже не трубы, а живого существа. Высокий, нет, просто огромный демон, метров десяти в высоту. Его рога, окутанные молниями, пылают ярким светом преисподней. В его глазах отражаются все грехи множества миров. Его рот раскрыт в оскале, а из горла вырывается рев, способный любого свести с ума. Кожаная броня подобно перчатке облегает мускулистое тело, а лапы сжимают полуторный меч.

— Я Асмодей, выразитель мести и безумной ненависти! — оглушительно заревел он. — Моё дыхание пропитано злом, а глаза мои отражают страшные картины разрушений, которые умышленно причиняю я, с надеждой на освобождение от пленительных пут любви, что по-прежнему порабощают души людей!

Моё возвращение простирается над землёй, словно мрак покрывает звёздное небо, и я бреду по всем уголкам нашего существования. Моё явление напоминает обличья зловещих демонов из давних древних сказаний, носивших в себе силу тьмы и измены.

Мир утрачивает невинность, когда я следую по своему пути, и сопровождает меня веяние проклятий и разрушений, и все это наполняет мою жизнь мистическим смыслом, сокрытым в глубине древних легенд.

Я, Асмодей, Князь Преисподней, предстаю перед вами, жалкие дети Адама, с обвинительным заключением. Веками вы топтали заповеди Творца, глумясь над природой и друг над другом. Ваша история — это хроника беззакония, отвратительная пьеса, полная эгоизма, алчности и бездушия.

Вы, люди — существа, одержимые властью. Ваша жажда господства над всем, что вас окружает, не знает границ. Вы, подобно саранче, пожираете всё на своем пути, разрушая хрупкий баланс природы. «Ибо все, что в мире, — похоть плоти, похоть очей и гордость житейская, — не от Отца, но от мира сего.» (1 Иоанна 2:16) Человек — единственное существо, которое разрушает место, где живет.

Вы, люди — существа, лишенные сострадания. Вы возводите стены между собой, разделяя мир на «своих» и «чужих». Ваши войны — это кровавый спектакль, который вы ставите раз за разом, неспособные к миру и взаимопониманию. «Любовь терпелива, любовь добра, она не завидует, не хвастается, не гордится, не бесчинствует, не ищет своего, не раздражается, не злопамятна, не радуется неправде, а радуется истине; все покрывает, всему верит, всего надеется, все переносит.» (1 Коринфянам 13:4–7)

Вы, люди — существа, погрязшие в грехе. Вы отреклись от истины и добра, следуя ложным идеалам, которые вы сами себе создали. «Не будьте угодны этому миру, но преобразуйтесь обновлением ума вашего, чтобы вам испытать, что есть воля Божья, благая, угодная и совершенная.» (Римлянам 12:2)

Вы, люди — существа, утратившие гармонию с природой. Вы поработили ее, осквернили ее, забыв, что она — ваш дом, ваша мать, ваша кормилица. «О, если бы ты был мудр, Израиль, если бы ты знал, что хорошо и чего требует от тебя Господь — правосудие, милость и смиренномудрие! Вот, блаженство для тебя…» (Книга пророка Михея 6:8)

Вы, люди — существа, преисполненные гордыни. Вы считаете себя венцом творения, забыв о том, что являетесь лишь частью сложной экосистемы. «Гордыня предшествует падению, а надменность — разложению духа.» (Притчи 16:18)

Вы, люди — существа, забывшие о своей духовной природе. Вы погрузились в материальные блага, забыв о поисках истины и смысла жизни. «Ибо что пользы человеку, если он приобретет весь мир, а душе своей повредит?» (Матфея 16:26)

Я, Асмодей, воплощение мести, ненависти и разрушения. Я пришел в этот мир, дабы сделать его своим. Я пожру души людей, я растопчу их веру, я уничтожу добродетель. Я Истинный Предвечный и я, ваш судья и палач, объявляю приговор. Человечеству, за его неумение жить в гармонии с природой и друг с другом, за его жадность, жестокость и бездуховность, за его отказ от божественной истины — быть уничтоженным. Пусть мир вернется к своему первозданному состоянию, свободный от вашего мерзкого присутствия. Да будет так!

— Подавишься, урод!!! — вроде бы тихо сказал я, но он услышал.

— ТЫ!!! Мелкая букашка на теле мироздания. Как посмел ты вмешаться в наши планы⁈ Как у тебя храбрости хватило перейти мне дорогу⁈

— А чего? — мне надоело смотреть на него снизу вверх, поэтому я и взлетел. — Если какой-то гавнюк возомнил себя центром вселенной, то этого его проблемы. Ты вообще кто такой? Давай, до свидания. Приперся незваным, так еще и наглости хватает права тут качать.

— Нас призвали в этом мир. ОН НАШ!!!

— Договорчик есть, подписанный всеми его жителями? Или бумага о делегировании полномочий тому, с кем ты там заключил контракт? Один не может решать за всех, поэтому пошел на хер. Ну, или на хер пошел, что в принципе одно и то же.

— Храбрая букашка, поверившая в свои силы.

— А чего? Ну, я уж точно не слабей тебя буду. Я с богами на равных разговаривал, и ничего. И кстати, одного архидемона уже помножил на ноль. Могу и второго, если надо.

— Не сравнивай меня с ними!!! — заорал он, наливаясь яростью.

— А в чем разница-то? Он вон тоже орал громко и говорил, что самый могучий, самый наилучший. И вообще молодец. Но папа ж не верит, пока не проверит. А проверку-то он и не прошел — сгорел на работе. Ну, или замерз — не суть.

— Я Высший. Я Один из Тринадцати. Я сильный. Я Могущественнейший. Я…

— Головка от буя. Достал уже вопить, как свинья недорезанная. Ты чего приперся, урод? Войны богов хочешь? Против Хранителя миров пойдешь? А Люцифер в курсе этого? Как бы потом он твои яйки не поджарил на медленном огне.

— Тебя не касаются дела Ада, смертный, — громыхнул он.

— Ну, говорят, аватары могут быть и бессмертными, — сказал я, задумавшись.

А ведь точно — я такое где-то слышал. Это что ж получается? Я буду жить стопитсот лет и всех переживу? Так-то хреновая перспектива, как по мне.

— А вот это мы сейчас и проверим!!! –загрохотал он. — ЛЕГИОН, К БОЮ!!!

— Не так быстро, — раздался вдруг в наступившей тишине голос.

Раздался треск портала, и вот из него… вылетает Рокси и виснет у меня на шее. Следом выскакивают мои невесты. А после множество порталов стало раскрываться за моей спиной, выпуская тысячи разумных.

Тяжело прогрохотала техника — я, признаюсь, не особо интересовался оружием магического мира и вот теперь, можно сказать, впервые увидел его. Какие-то футуристические танки, только парящие над землей.

Блеснув крыльями, в воздух поднялись ангелы и демоны, одетые в сияющие доспехи с накладками на крыльях. Видимо, именно благодаря им они могли летать.

Суровые маги, вооруженные метателями, расчеты силовых установок шустро развертывали оборудование. Гвардия Нагибиных явилась в полном составе.

— Ямир. Ты должен простить Велиса, иначе круг будет разорван. Семь цветов силы, Семь троп мироздания, Семь Нагибиных.

— Я… прощаю его и снимаю опалу, -проговорил я, с трудом сглотнув ком в горле.

Они пришли. Моя семья из далекого мира пришла ко мне на помощь. Это приятно, черт возьми!

— Прости, брат, — подошел он, покаянно склонив голову.

— Надеюсь, это послужило тебе уроком. Но я рад, что ты пришел.

— Как же я мог пропустить подобное? Ведь мы семья, — робко улыбнулся он.

— А биться против своих не страшно? –кивнул я на демонов.

— Они не наши, — грозно нахмурила брови Ишет. — Высшие, — сказала как сплюнула. — Мерзость, потерявшая честь и совесть. С удовольствием надеру им задницу. А потом тебе, чтобы впредь не удирал так быстро.

— Да!!! — дружно завопили мои невесты. — Побьем, но потом!!!

— Мне еще долго ждать⁈ — диким ором напомнил о себе Асмодей, все так же вися в небе.

— Пять минут, — крикнул в ответ Симуэль.

— Ну прям какая-то чересчур правильная битва, — буркнул я.

— Врага можно ненавидеть, но при этом уважать, — затянул свою шарманку душнила Симуэль. Черт, я уже и забыл, как он может качественно мозг выносить!

— А это кто? — увеличившись в размерах, Рокси показала на моих маму, Хвостика и Любомиру, что выскочили из дома и колотили руками по щиту. Звуков он, в отличии от предметов, не пропускал.

— Это тоже моя семья.

— Семья? — нахмурилась Стефания. — Объяснишь?

— Давай позже. Надерем зад демонам и тогда поговорим. Мне вам многое нужно рассказать. А пока примите как факт.

— Тогда выпусти их!!!

— Нет, там они под защитой. К тому же они не маги. Вы сами-то как? Эфира тут мало, и мне пришлось несколько дней переваривать его, чтобы привыкнуть.

— Нормально. Мы подготовились. Нам, ну скажем так — помогли. Так что мы готовы к бою и готовы надрать всем зад!!! — воинственно заорала она, и гвардия поддержала ее одобрительным ревом.

— По местам!!! Леон, — кивнул Симуэль седому магу, — на тебе войска, как и договаривались. Я буду занят.

— Да, господин, — поклонился тот и растворился в толпе.

— В круг, Нагибины, в круг! Пришло время найти того, кто открыл врата мерзким отродьям ада. Ямир, направляй, мы следом.

— Что происходит? — Саша с тревогой посмотрела на меня.

— Сейчас ты поймешь, почему мы самый сильный род нашего и не только мира, — сказал я, направляясь к своим.

Рокси, Стефания, Аврора, Велис, Эндрей, Симуэль образовали круг, в середине которого был я. Наша задача проста — найти эту мразь. Сам бы я долго ковырялся, да и не дали бы мне спокойно сосредоточиться. Но круг Семи — это другое дело. Пока в нас есть эфир, через наши щиты никому не пробиться.

— Начали! — скомандовал Симуэль.

— Легион, в бой!!! — одновременно взревел Асмодей.

— Огонь! — колыхнулась волна наших войск.

— А-а-а-а-а!!! — завизжали девчонки, взрываясь эфиром.

Ровный строй демонов качнулся назад, будто отталкиваясь от земли, и пошел вперед.

Расстояние между армиями постепенно сокращалась. На полукилометровой дистанции над воинами моими прозрачной фиолетовой плёнкой расцвёл защитный купол. Под ним сотни куполов поменьше. Как я и думал, из рядов демонов вперёд выбегают разрозненные единицы, темные культисты, сами демоны, Меченные и люди на службе демонов. В надежде проредить пехотные ряды, они осыпают купола своими заклинаниями.

Когда мы подходим ближе, на помощь к ним приходят твари пострашней. На дистанции приблизительно трех сотен метров появляются метатели здоровенных копий. Вот именно они-то и прошивают магический барьер, как иголка входит в подушечку для булавок. Отразив магические атаки, от физических попаданий мы начинаем нести первые потери.

Ответа нашего долго ждать не пришлось. Враг проворонил момент появления над ним ангелов. Огромная высота, точность минимальная, но она сейчас и не требовалась. Попасть в войско — задача не особо сложная. Просчитанная высота, фитильные и магические гранаты, осколочная и зажигательная начинка. Пятьсот ангелов, триста наших демонов. Сейчас, в первой волне в небе приблизительно половина от всех наших летунов. Пятьсот истребителей и триста бомбардировщиков, каждый из которых несёт с собой приблизительно пятнадцать кило подарков, которые будут скинуты за считанные секунды. Двадцать тонн взрывчатки и горючих смесей сейчас, двадцать потом, а ещё… Ещё на взлёте ждали забитые бомбами, порохом и магическими гранатами здоровенные возы.

Огненной волной, взрываясь на высоте и рухнув на землю, нанося врагу огромнейшие потери, бомбардировщики с первого налёта, первого сброса полностью оправдали все возложенные на них ожидания. Горела плоть, плавился металл, всё пылало в тот момент, когда оказавшаяся в ловушке вражеская пехота своими зубастыми лицами в упор жрала выпущенные световые пули моих магов. Преграда, стена, не высокая, но внезапная, резко выросла между нами.

Враг остановился, мои маги, идущие позади авангарда пехоты, по навесной принялись заливать его построение всем, чем только можно. Огонь, лёд, вода, молнии — все возможные стихии рвали вражеские орды. Наваливаясь один на одного, демоны и их прихвостни перли, наступали, отказываясь сдаваться.

Однако демоны показали нам, что не мы одни такие умные. Поздно спохватившаяся, осознавшая, что ПВО не работает, в небо роем из крылатых созданий и чудовищ поднялась вражеская эскадрилья. Во главе которой, нарушая все законы физики и природы, летела огромная крепость.

— Это Астарот!!! — услышал я гневный вопль. — Поднять щиты, сжать булки, приготовить стрелы света!!!

Хм, странно. Астарот — один из высших демонов, герцог Ада, и, как говорят, один из самых сильных. Он покровитель сражений и битв, пожиратель душ, Отец Палачей. Также говорят, что Астарот — одно из воплощений смерти. Каким это образом Асмодей уговорил его принять участие в своей авантюре? Ведь по статусу он ниже его. Да и, как я слышал, Астарот крайне не любил подчиняться кому-либо.

Мое сознание будто бы раздвоилось — одна часть направляла нашу силу на поиски предателя рода людского, а другая следила за битвой. У меня до безумия чесались кулаки, а от желания ворваться в битву скрипели зубы. Но я понимал, что там пока моя помощь не требуется, и чем быстрей я найду эту мразь, тем быстрей все закончится.

— Попался, — зловеще прошептал я, наконец-то наткнувшись на светлое пятно.

Моя семья стояла с отсутствующими лицами, щедро делясь со мной энергией. В данный момент их сознание, отделившись от тела, было полностью раскрыто миру. Это помогало нам легче взаимодействовать и уменьшало потери.

— Круг завершен, — произнес я ключ-фразу, разрывая соединение.

— Нашли! — с облегчением выдохнула Стеф, чуть пошатнувшись. Впрочем, на их бледные лица быстро возвращался румянец.

— Ага. И сейчас кто-то отгребет. Если устали, идите в дом, а я пойду в гости.

— Устали⁈ Ну уж нет — от слияния я столько энергии нахапала, что меня сейчас разорвет!!! И не для того я проходила через портал. Хочу рог этого парящего демона! Я из него себе кубок сделаю. Иди сюда, ящерка переросток!!!

Все остальные, услышав об этом, стали делить шкуру неубитого Астарота, а я, окутавшись иллюзией, взлетел в небо, попутно сбив парочку особо наглых демонов.

Пришло время вернуть долги и подвести итоги.

— Ветер в харю, я ху*рю!.. — заорал я, кометой устремляясь к нужному месту. Пошла жара…

Нарооод. Кто еще не поставил лайк Ямиру? Поддержите его в последней битве за наш мир!!!

Глава 26

Глава 26

Меня распирало от притока огромной силы так, что казалось, я вот-вот лопну. Это и была тайна круга семи Нагибиных — циркуляция энергии. Поиск нужного разумного был как бы побочным эффектом. Главное было в том, что мы, замыкая круг на себя, обменивались энергией, насыщая ей источники. После чего на короткое время наши силы возрастали кратно.

И если для того, чтобы найти свою кровь — то есть, одного из нас, тратилась наша энергия, то вот от поиска любого чужого энергия наоборот, в нас прибывала, потому как черпали мы ее из окружающего мира, уподобившись мощнейшему насосу.

Часто подобным пользоваться было нельзя — нагрузка на каналы шла бешеная. Да и эфир надо было выпустить, иначе разорвет. Но сейчас ситуация была самой подходящей — было где разгуляться, вообще не сдерживаясь.

Мои теперь на небольшой срок стали, можно сказать, практически вровень с богами, и бедному демону Астароту я даже заранее сочувствую. Разберут его на органы и сувениры, еще и передерутся.

Что же касалось меня, то тут все было еще радужней. Мало того, что я полностью восстановил потраченное, так и еще и до того огромный мой источник увеличился теперь ещё раза в два. А если учесть немалую пропускную способность моих каналов, то я даже и не знаю, кто сейчас выстоит против моего удара.

Так что разберусь с предателем рода людского, а после набью морду Асмодею. Этот похотливый демон мой. К тому же его меч мне понравился — симпатичный такой, и камушки явно драгоценные на рукояти хорошо блестят. Дорогой, наверное, что писец. Мое, не отдам!!!

Ага. Вот эта улица, вот этот дом. Там эта барышня, что щас нагнем… Нет, фу, это не барышня — сигнатуры у него мужские. Плохая рифма — вы, если что, ничего не слышали.

Невысокое здание — всего три этажа и симпатичная крыша. А демонов-то вокруг собралось видимо-невидимо. Тут тебе и летающие твари, и бегающие, и ползающие. Даже бестелесных призраков согнали. И много так — вон, все двери и окна облепили. Стоят, таращатся и думают, что я их не вижу. И самое интересное, что они не видят меня.

Я завис над ними всеми, размышляя — ударить так, чтобы разом все сдохли, или все же выпилить этих по одному. Если жахну разом, то нет гарантии, что уничтожу этого гада. Вдруг у него какая-то защита есть — почует неладное и свалит каким-нибудь незарегистрированным порталом.

А начну по одному убивать — так могут заметить, и итог будет тот же. После недолгих размышлений я решил воспользоваться третьим вариантом и навыками асасина, чтобы уж наверняка.

Вообще, странно, конечно, что демоны притащили этого урода сюда. Могли бы и получше спрятать. Впрочем, всё равно на Земле нет места, где бы я его не нашел, а тут у них раздолье и многоуровневая защита. И все же охрана, как по мне, хлипковата… Или это я свои возможности завышаю? Что ж, пришло время это проверить.

Так, этот гад, как и водится у всех злодеев, засел где-то внизу. Ну да, под землей ему самое место, но это становится проблемой — как туда незаметно попасть? Уверен, грохни я хоть одного из демонов, как об этом узнают остальные. Они ж не глупцы и связь хоть какую-нибудь плохонькую, да наладили.

Использую «Взгляд сквозь стены» — крайне специфическое плетение из магии земли. Его еще негласно называли «Взглядом извращенца», потому как при правильной настройке можно было видеть сквозь одежду девчонок. Правда, любой элементарный щит сводил весь эффект от Взгляда на ноль, но тут как бы условия позволяют. Нет, пробиться сквозь защиту демонов я даже не пытался, а вот если начать чуть в стороне, могло получиться — город-то старый. Наверняка тут есть всякие коммуникации, канализации и прочее. Раньше-то строили с размахом, да так, что при должной сноровке по ней и армию можно провести.

Так, ага, нашел. Есть что-то подобное метрах в трехстах от дома. Тянется прямо к нему, а потом обрывается. Небось завалили проход, замуровали, демоны. Но для меня это не проблема.

Нахожу ближайший к подземельям люк, крышка беззвучно приподнимается, и я свечой ухожу вниз, не забыв заткнуть нос воздушной пробкой. Мы ведь помним, что у меня слабый желудок? А нечистоты и прочие проявления человеческих отходов — его первейшие враги.

К счастью, эта канализация хоть и была действующей, но относительно чистой. Город-то современный, хоть и старый. И уже давно все в нем переделано. К тому же холод частично убивал смрад. Не до конца, но убивал.

С отвращением посмотрев на зловонную жижу под ногами, я решил, что даже спасение мира не стоит того, чтобы я по ней шел, поэтому я полетел. Прямо над ней. Низенько так, косплея супермена с вытянутой рукой, потому как освещением тут и не пахло, в отличии от остальных запахов.

Ночное зрение у меня было, но работало как-то хреново. Оно больше на сумерки было заточено, чем на совсем уж полную темноту. Мне сюда хотя бы минимальный источник света в виде луны, и мне бы с головой хватило. Но чего нет, того нет. А зажигать свет я опасался из боязни быть обнаруженным раньше времени.

Поэтому, периодически сверяясь со Взглядом, я двигался вперед, придумывая жуткие кары тем, кто заставил меня сюда залезть. Ну, и включив счетчик, потому как это форс-мажор, требующий дополнительной оплаты. В договоре нигде не было прописано, что я ради спасения мира должен был искупаться в нечистотах.

Первые метров сто было ещё относительно нормально. Дерьмо парило внизу, я парил над ним — все при деле. А потом канализация стала вдруг сужаться. Мне пришлось опуститься ниже, потом еще ниже. Стараясь не смотреть на проплывающую мимо меня реку всяких отходов, я, едва сдерживая рвотные порывы, двигался вперед, с каждым метром сатанея все сильней и сильней. Нет, об этом моменте никто не узнает. Никогда! Настоящий герой побеждает в блеске славы, а не весь заляпанный дерьмом! Это, мать вашу, не канон!!!

Да лучше бы я со всем войском демонов сцепился, чем вот так вот… Какой позор!!! Дерьмовый граф Нагибин — несмываемое пятно на моей репутации.

Спустя время мне вообще пришлось погрузиться в эту мерзкую жижу — настолько сильно сузился тоннель. Как я умудрился не сблевать — даже не спрашивайте. Просто идея делать это внутри щита оказалась совсем уж дерь… не будем вспоминать это слово! Хреновой, в общем.

Когда я наконец добрался до завала, то едва не расплакался от облегчения. К этому моменту я был готов наплевать на всю конспирацию и разнести тут все к чертовой бабушке. А если подвернется под горячую руку, то и дедушке.

Большие камни, слипшиеся вместе, не стали для меня преградой. Мои руки, усиленные эфиром, с легкостью их разгребали, выворачивая сразу большие куски. Я как бур пер вперед, надеясь на свет в конце тоннеля. Уперевшись в реально огромный валун, я поднапрягся и вырвал его вместе с частью стены. И… меня буквально смыл поток дерьма, который сдерживал этот камень!

Столько нервных клеток, сколько я потратил в этот момент, я не тратил никогда! И блин, даже заорать было нельзя — звуки в тоннеле разносятся далеко. И если шум нечистот можно было еще спустить, то звуки матерной русской речи сразу бы насторожили всех.

Протиснувшись в образовавшуюся дыру, я полетел дальше, даже не очистив себя, потому как решил оставить все как есть. Запахом, доносящимся от меня, тоже можно было пытать врагов, и я твердо решил, что этот гад познает все прелести дерьмовых ванн! В общем, я его решил в нем утопить. И не надо мне тут заливать про гуманность — сначала пройдите моим маршрутом, а потом уже умничайте…

Стоя возле канализационного слива, я едва не плакал от счастья — дополз, долетел, добрался! Глубокий выдох, потому как вдох тут сделать вообще не вариант, несмотря на все фильтры, и я медленно поднимаюсь вверх. Четко чувствую объект поиска прямо над головой. Ну, теперь можно и пошуметь — уйти от меня не получится.

Мой эфир с ревом вырывается наружу, разнося пол, часть стены и перекрытия. Следом за ним вырываюсь и я. Щиты на максимум, дом накрыть непроницаемым пузырем света.

От этого все находящиеся внутри призраки и часть демонов сразу дохнут. Стираю рукой жижу с лица, быстро осматриваюсь — оказывается, я чуть промахнулся. Нужный человек находится в соседней комнате. Рывок — дверь я даже не заметил, тупо ее снеся телом.

Попался, гад! Комната — большая. В центре стол, заставленный едой. За ним сидит высокий потц, косплеющий джентльмена. Длинные светлые волосы, затянутые в «конский хвост», щегольский черный костюм, расшитый серебряной нитью. Ну, и гейская бородка — куда ж без нее.

Рядом с ним две суккубы в ранге архидемона. Еще две жмутся возле стены и шипят на свет. Еще нахожу взглядом троицу обычных монстров, от которых так и пышет тьмой. Похоже, я прервал чей-то обед. Печалька, конечно. Я вот тоже не люблю, когда мне мешают есть.

— Всем здрасти, привет, бонжур и это, как его — хероу!

Взмахнув рукой, я отшвырнул налипший на неё кусок дерьма в сторону сидящего мужика и бесцеремонно плюхнулся на стул за другим концом стола.

— И чего застыли? Что за ужасный сервис? Мне сказали, что тут наливают. Вон ты, хвостатая-рогатая. Притащи-ка мне граммов сто водочки. А лучше сто пятьдесят. Эй, мужик, хватит блевать под стол — ты мне аппетит портишь!

Ну да, джентльмена, которому мой вонючий подарочек прилетел прямо в лицо, теперь знатно выворачивало. И судя по интенсивности звуков, процесс мог затянуться.

— Уходи! — отважно вышел вперед огромный, метра под три ростом, демон. — Тебе тут не рады.

— Верю. Еще как верю. Кто ж гостей приглашает пройти через канализацию? Только тех, кому не рады. Но зато я невероятно рад вам — хочешь, верь, хочешь, не верь. Так спешил на встречу, что даже переодеться не успел.

Щит вспыхнул, и бытовое плетение очистило меня от макушки до пяток. Пытать кого-то запахом, конечно, хорошо. Но при этом и я ощущал себя этим пытуемым.

— Итак, господа внеземные захватчики, сиречь инопланетяне — чего сидим? Кого ждем? Если меня, то я пришел. Если с моря погоды — так надо прогноз посмотреть. Если Асмодея — так он занят. Всех перечислил или кого забыл? Так что собрались и с вещами на выход. Поезд в Ад отправляется с соседнего пути. Занимайте места согласно купленным билетам.

— Ты кто? — наконец соизволил прийти в себя непонятный мужик.

— Ах, где же мои манеры? Позвольте представиться — боярин Протороссийской империи, граф Ямир Нагибин. Аватар Перуна, архимаг и просто красавчик. С кем имею неудовольствие сидеть за одним столом?

— Я Одхан, вождь кельского племени Навантов.

— Это ж сколько тебе лет, дядя? — чуть приохренел я.

— Больше двух тысяч, — с гордостью сказал он, чуть скривив губы.

— Это тебе демоны дали бессмертие, да? За сколько Землю продал, гад?!!!

— Тебя это не касается, жалкий смертный. Час пробил. Труба Иерихона прозвучала. Легионы Ада пришли, чтобы взять свое. И я буду править вместе с ними!!! Приди, Асмодей, и исполни контракт! — завыл он, потрясая неожиданно большими кулаками.

Походу раньше все-таки этот урод был воином. Ну, тогда, когда была старина глубокая.

— Не успеет, — сказал я, вставая. — Знаешь, сначала я тебя хотел просто убить. Потом утопить в дерьме, а сейчас мне тебя даже жалко стало. Столько времени жить, ждать, видеть, как умирают близкие — я такого даже врагу не пожелаю. Так что самое лучшее, что я могу сделать для тебя — оставить жить. Жить без души, медленно гнить в своем теле.

— Мы знаем, кто ты — пришедший из другого мира. И мы приготовились к твоему приходу, — заявила одна из суккуб, и в этот момент огромная тяжесть упала на мои плечи.

Кресло подо мной с треском развалилось, а тело, тоже затрещав от страшных перегрузок, едва не расплющилось. Казалось, кровь хлынула из всех отверстий, мгновенно залив глаза, уши, рот. Причем пакость, которой меня ударили, напрочь проигнорировала все щиты. Это что за, мать вашу, колдунство такое-то⁈

Распластавшись на полу, я хрипел, пытаясь пропихнуть в легкие воздух и хоть чуть пошевелиться. Но маска Мораны, уже скользнувшая на мое лицо, охладила голову, заставляя ее отрешиться от происходящего и начать думать.

Подобную магию я знал, точней, вспомнил. Магия земли — не обычная, а завязанная на первостихию. То есть, изначальную, от которой все пошло.

Страшна она в своей мощи и нет силы, чтобы ей противостоять. Но горе тому, кто не сумеет совладать с ней. Разорвет, уничтожит, развеет душу, лишив перерождения.

Сопротивляться ей бесполезно, пытаться использовать тоже. Это ж как демонов-то припекло, что они пошли на такое⁈ Тем более, этот мир для них чужой и сопротивляется влиянию. На долго их не хватит, вон как лица посерели от натуги. Но такими темпами они успеют раньше грохнуть меня, чем сдохнут сами.

Но и тут есть нюанс — каждому действию есть противодействие. Надо просто знать, что это и как его применить. Нет, не воспользоваться им, а… перенаправить. Я это знал, осталось лишь сделать. У меня минута, не больше, так что прочь все лишние мысли из головы. Работаем.

Погружаюсь в себя, забыв про боль, отрешившись от окружающего мира. Туда, где ярким светом сиял источник. Был он спокоен — что ему до нагрузки на тело носителя? Благодать золотыми переливами окружала его, создавая небольшие волны. Каналы, что принизывали всю мою суть, уверенно качали эфир, поддерживая щиты.

Все было хорошо и спокойно. Но теперь пришло время этот покой нарушить. Я тот, кто был рожден в этом мире. Тот, кого этот мир помнил. Он любил всех живущих в нем, и все, хоть и не осознанно, любили его, отдавая ему частичку себя при рождении. И вот к этой частичке я и воззвал, полностью раскрывшись.

Ответ пришел сразу и был он страшным. У меня перед глазами замелькали тысячи битв, миллионы смертей. Я видел, как рождаются люди, страны и как они уходят. Как меняются континенты и как изменяется сам мир под влиянием самого страшного и неподкупного судьи — Времени.

Я чувствовал, как трещит мироздание, как на грани находятся скрепы, что удерживают его… от чего? Разрушения? Изменения? Рождения чего-то нового? Я видел богов и людей, видел чудовищ и тех, кому не мог дать название. А еще я видел черную нить контракта, связывающую Ад и наш мир.

Мое тело ломало, но мой дух, впитывая информацию, креп. Знания, основы, умения — все это причудливым образом сплетаясь, давало мне видеть общую картину.

А еще я видел прекраснейших женщин, что с улыбкой смотрели на меня. Я не знал их, но чувствовал их невероятную мощь. Хранители миров, Высшие Элементали, будто подсказал мне кто-то. Марра, Рракота, Лея и Феникс — прекрасные в своей силе и ужасные в гневе.

Моя рука, сотканная из звезд, сама потянулась к ним. Их смех, будто звон серебряных колокольчиков, разорвал благостную тишину. И как по команде, они одновременно коснулись моей руки, а после растворились, все так же улыбаясь мне.

Мир померк. Я стремительно возвращался в тело. Меня затягивало будто огромным пылесосом. Сначала навалилась боль — впрочем, она стремительно уходила, потом вернулся слух — я услышал панические крики демонов, потом прояснилось и зрение. Я их увидел и мои губы сами расползлись в хищном оскале.

С хрустом я стал подниматься с пола, сопротивляясь теперь уже не такой уж и сильной тяжести. Тело еще сопротивлялось перегрузкам, но с каждым мгновеньем справлялось с этим все лучше и лучше.

— Это было сильно, — выдохнул я, осматриваясь и намечая цели. И видел все и всех. А так же отчетливую связь этого кельта с демонами. Нить контракта. — Теперь моя очередь.

И эфир взорвался…

Глава 27

Глава 27

Первостихия, направленная на меня, извернулась змеей и ударила по находящимся в комнате. И тут же они просто взорвались кровавой пылью, которая повисла в воздухе. Все, кроме этого кельта, который с выпученными глазами смотрел на происходящее. Его окружала темная дымка, через которую я не смог так просто пробиться.

— Не позволю! — раздался громогласный рык, и помещение распорол огромный меч, как бы отделив меня от него.

А после послышался треск, и потолок, а так же все, что было над ним, просто смело, оставив нас под открытым небом.

— Да кто тебя спросит, — пробормотал я, мгновенно сменяя стихии в попытке проломить его защиту и уничтожить нить контракта.

— Жалкий смертный, возомнивший себя богом!!! Тебе не сломить печать Ада!

— Да, кстати, — опомнился я. — Не обязательно же убивать этого оленя, чтобы разорвать контракт. Можно банально грохнуть тебя.

— Меня⁈ — загрохотал он. — Самонадеянная букашка!!! Да отвали от меня! — отмахнулся он от Рокси, что яростно кружила вокруг него.

— Меч, если что мой, — сразу застолбил я трофей.

— Мне и его рогов хватит! — проорала она. — Да стой ты спокойно! Обещаю, больно не будет.

— Да вы совсем страх потеряли, смертные?!!! — демон был в ярости. — Умрите!!!

— Да щаз-з-з-з, — отбил я стрелу тьмы. — Я по пятницам не умираю.

— Сегодня вторник!!!

— Тем более.

— Я вас сокрушу, я вас пожру…

— Тебе лишь бы пожрать. Получи, гад — Воздушный поцелуй сковородки!!! — Рокси как-то лихо свистнула, с земли поднялась раздолбанная машина, сплющилась и зарядила демону по морде. Ох, как же он орал!!! Зубы и слюни так и полетели во все стороны.

Ну, а пока он отвлекался, я, продолжая давить на кельта, что по-прежнему сидел на месте, будучи не в силах сдвинуться, оглядел поле боя, поднявшись чуть повыше.

Что я могу сказать — демонов били в хвост и в гриву. Астарот валялся на земле, окруженный мерцающим и постепенно угасающим щитом. Вокруг него столпились ангелы, заливая того светом. Во главе их стояли Симуэль и Аврора, все еще не растратившие силу круга, и они-то похоже лупили больней всего.

Остальное наше войско перемалывало всех, кто не имел души, в фарш. Хорошо работала техника, плюясь световыми снарядами — видать, заранее подготовились. Архимаги, войдя в раж, выплеснули весь свой арсенал, оставляя после себя метровые проплешины обгорелой земли.

Ну не были демоны и их подручные готовы к подобному. Против армий земли они бы не просто выстояли, но и победили. Но против магов, знающих их слабые места, у них не было и шанса.

Так что это была не битва, а избиение, и это мне нравилось, черт возьми! Вот так вот прийти в чужой мир и сразу показать, кто тут батя, могут только Нагибины. Нагнем и не разогнем — это работало все всех мирах.

Да, у нас тоже были потери, и я потом лично буду оплакивать каждого из павших. Но это будет потом. Сейчас надо было раздавить гадину и не дать ей вернуться.

Не переставая давить, чтоб кельт не убег, я развернулся к Асмодею

— Рокси, в сторону. Следи за этим упырем, что сидит внизу! — рявкнул я, взлетая вверх.

В моих руках зажглись мечи света, а из спины символично выросли иллюзии крыльев из молний. Никаких ангельских — нефиг отдавать им все лавры. Тем более, что призывать я их не собирался, мне Леонард, в отличии от них, сделал конкретное предложение, которое меня заинтересовало. Да и вообще, демоны вели более честную политику, как бы ни странно это не прозвучало.

А еще я был хоть и хреновым, но все же аватаром Перуна — бога воинов и молний. Надо мириться с дедом, а то обидится еще:

Владыко Небес Перун, царь богов,

что сидит на сияющем троне Прави.

К тебе обращаюсь я — с чистыми помыслами

и верой в силу твою.

Проявись во мне оком Сварожьим,

чтобы видел я все.

Проявись во мне словом праведным,

словом мудрости — и пусть правит оно моей жизнью. Проявись во мне силой Рода,

дабы смог я повергнуть врагов твоих.

Вручаю тебе душу и тело мое, ибо помыслы мои чисты, а вера крепка.

Слава Тебе, родич Перун. Слава!!!

Я — Ямир Ярославович Нагибин, я пришел, чтобы карать убийц! Сегодня я буду не воином, сегодня я буду палачом. Я — боярин Протороссийской империи, я — Сиятельный граф и защитник мира, я — аватар Перуна и сильнейший маг из живущих.

Ветер — мои крылья, огонь — мое разящее копье, земля — моя защита, вода укрепит мой дух. Надо мной лишь небо, подо мной — мать-земля. Руки мои — карающий меч, сила моя — вера людей. Пока я жив, больше никто не умрет. Так было, так есть и так будет!!! — нужные слова будто сами рождались в моей голове и несли в себе такую мощь, что хотелось зажмуриться. Но вместо этого я смотрел на врага и сердце мое яростно колотилось, предчувствуя победу.

Вскидываю мечи, и выпущенное копье тьмы разлетается на осколки, ударившись о них. Круговой взмах, и пелена огня, что грозила сжечь мою суть, развеивается. А из моих рук в ответ уже летят Серпы Разрушения — магия света и частичка благодати.

Щиты демона разлетаются в клочья, а его тело покрывается множеством разрезов, из которых толчками вытекает кровь. За моей спиной появляется облик Перуна с зажатыми в руках молниями.

— ГРА-А-А-АХ!!! — со страшным треском они срываются и окутывают Асмодея, терзая его тело.

— Я так просто не сдамся!!! — ревет тот и замирает.

Из его груди вылезает ледяное копье размером с бревно. Мечи-ножницы ярко сверкнули, и его голова, будто не веря, что все кончилось, медленноотделяется от шеи и тело стремительно летит вниз.

— Прости, не удержалась, — кается и развеивает сосульку Рокси

— Да и пофиг, — стряхнул я кровь с мечей и затем так же их развеивая. — Но его меч мой.

— Ага. А рога мои. А с этим что? Нет, так-то он весело бьется в судорогах, но оно нам надо? — показала она на кельта.

А тот реально сидел как и прежде, вот только дергался, как параличный.

— Сам подохнет. Тело без души, которую у него перед смертью успел таки вырвать Асмодей, долго не протянет. Пару дней, и сгниет заживо.

— Может, тогда грохнем, чтоб не мучился?

— Неа. Мне сказали пощадить врага. Вот я и щажу. Все честно.

— Как-то вообще не эпично получилось, ты не находишь? Я-то думала, тут такая драка будет, что небеса содрогнутся, а тут раз — и все. Вон, и войско демонов развеивается, и Одержимые ваши подохли.

— Ну так контракт разорван, вот они и свалили к себе. А те, кого они захватили, померли. Нет, кто-то, наверное, остался, но их совсем мало и проблем они больше не доставят. Новый контракт им не заключить — сил не хватит и ресурсов. Я эту победу посвятил Перуну, а значит, он в этой реальности силу обрел. А следом и остальные из его пантеона. А наши в отличии от остальных сюда чужаков не пустят.

— И что теперь?

— Мародерим и пойдем знакомиться с семьей. Ну, и с президента надо стребовать свое. А после отправляемся домой. Это мир мне изрядно надоел и хочется уже своего, родного, ну, не знаю… привычного.

— ПОБЕДА!!! — раздается рев сотен и тысяч разумных.

— Победа! — к нам бежит моя семья.

— Победа, — целую я всех и обнимаю.

— Убью, гад!!! — раздается возмущённый вопль Любомиры, ломающий всю торжественность момента.

Ну да, щит с дома я снял, и вот ко мне несутся три разъяренные фурии.

— Рокси, ты ж меня любишь и не дашь погибнуть смертью позорной? — трусливо попытался я спрятаться за пикси, которая сейчас была большой.

— Заслужил? — спросила она.

— Ну разве что чуть-чуть. Но это же не повод…

— Я на тебя обижена. Поэтому разбирайся сам. А если выживешь, мы еще с тобой поговорим.

— Предательница!!! — завопил я, срываясь на бег.

Мои невесты хлопали глазами, войско тоже с удивлением глядело на удирающего зигзагами всесильного графа Нагибина. А я что? Я жить хочу, поэтому и бежал…

— Вот так все и было, — закончил я рассказ.

Мы — это я и моя семья из того мира и этого, сидели за большим столом в Свичи. Все дела были сделаны, победители награждены и пришло время уходить. Но перед этим я решил расставить все точки и убрать многоточия из наших отношений. Ну, и недосказанности тоже.

— Значит, ты не совсем наш брат, верно? — спросила Аврора.

— Я — это Ямир. Но я — это и Мирослав. Две души в одну слились. Я получил его знания, опыт, память, а он возможность хорошего посмертия. Так бы они растворились в горниле перерождений, а его темная душа ушла бы в Навь. Но благодаря очищению он стал светлым и избежал, ну скажем так, загробных мук.

— Кровь не может лгать — Ямир наш, — убеждённо высказался Симуэль. — И в нем дух нашего брата. Это много раз проверено и подтверждено Хранителем рода.

— А я чувствовала, что в тебе что-то не так, — заявила Стефания. — Как-то ты сильно изменился. Но… Я, если честно, этому рада. Ведь именно благодаря тебе мы стали настоящей семьей. Поэтому, что бы все ни решили, для меня ты всегда останешься младшим братом и главой рода Нагибиных.

— Поддерживаю.

— Сомнений нет — он Ямир, -одобрительно кивнули остальные.

— Теперь что касается моей прежней семьи — они уходят с нами. Я придумаю, как их легализовать, но они войдут в род, с теми же правами, что и у вас. И поверьте мне, вы этому будете очень рады. Обращусь к императору — уверен, он мне не откажет.

— Не откажет, если ты женишься на Лизе. Я слышал, она ему всю плешь тобой проела.

— Она хорошая девушка, но нет. Найду иной способ. А теперь прошу всех высказываться.

Спустя час я открыл портал в поместье, куда мы все вместе и ушли. Мама не скрывала слез, прощаясь с родным домом, отец сурово хмурил брови. И лишь Любомира довольно улыбалась, да Хвостик держалась ко мне поближе. В руке у нее была корзинка, в которой сидел домовой, решивший отправиться с нами.

— Шагай давай, — чуть подтолкнула меня в сипну Рокси. — Хватит гуляний. У тебя вон свадьбы на носу. И все, что я могу тебе пожелать, — ее рука цепко схватила меня за зад, — так это не сдохнуть в первую брачную ночь.

— Б*яяя! — только и успел простонать я, шагая в портал. Я-то думал, все уже закончилось, но оказывается, главная битва была еще впереди.

Но пофиг. Мы не боимся трудностей, мы смело идем вперед с гордо поднятой головой. Мы на бую вертели этот мир и все его правила. Я, Ямир Нагибин, хоть и боюсь, но принимаю вызов судьбы. По-о-о-оехали!..

Три месяца спустя…

— Ямир, Ямир. Я-МИ-РРРР!!!

— Отвали, Рокси, не до тебя сейчас. Не видишь, я занят.

— Да хватит тебе сидеть тут и тухнуть! Никуда твои Проклятые земли не денутся. Первый караван уже вернулся и они столько всего привезли, что Эндрей чуть слюной не захлебнулся, подсчитывая приблизительные барыши.

— Деньги — это хорошо. Они, знаешь ли, счет любят. Это тебе можно порхать и бездельничать, а мне работать надо.

— Ой, говоришь прям как твоя мама!

— А ты против? Так возьми и скажи ей об этом.

— Не хочу. У нее рука тяжелая. Вот как она без грамма магии может так влупить, что потом задница целый день болит?

— Ну, магия-то у нее проснулась, хоть пока и на слабом уровне. Как, впрочем, и у остальных. К тому же она берегиня и в доме своем силу большую имеет. От нее никакая защита не спасет, -сказал я, потирая затылок, по которому тоже недавно прилетело, когда я попытался стащить на кухне пирожок с вареньем. Никакого уважения к главе рода!

За эти несколько месяцев много чего произошло. Адаптация родителей не проходила гладко — все эти аристократические замашки были им чужды, мир казался недружелюбным, хотя их все поддерживали. Да и вообще, все тут было иным. Но справились, влились.

С легализацией проблем не было — я их просто принял в род, имею право. На общем собрании представил как достойнейших людей. А если кому-то это не понравилось, могут поцеловать меня в зад и кинуть вызов. Но всех все устроило.

Потом были похороны погибших — семьям выплачена достойная компенсация, а их дети смогут поступить в любой университет или академию. Род оплатит учебу.

Далее свадьба — тот еще треш. Разом и со всеми, включая Рокси, которая, конечно же, не захотела оставаться в стороне.

Выдержал и даже не стерся — магия рулит. Но больше делить постель разом со всеми — увольте! Я жить хочу и желательно не инвалидом.

Хвостик поначалу все это, откровенно говоря, хреново воспринимала. Ревность — штука страшная. Но убедили, объяснили — кажется, успокоилась. Правда, иногда на нее что-то находит, и тогда лучше бежать. Женские заморочки — я не вникал.

Отец, как и хотел, открыл кузню — заказов у него хоть отбавляй. Герб Нагибиных — гарантия качества. Все рейдеры теперь заказывают оружие у него. И не только они.

Любомира пока вникает в происходящее и, кажется, стала строить глазки Симуэлю. Иначе с чего бы это она так близко сошлась с его невестой Катей? Брат, конечно же, ни хрена не замечает и ведет себя как чурбан. Надо ему глаза-то открыть, а то так и помрет дураком.

Так что у нас тишь да гладь, не считая постоянных атак Лизы на мое тело, от которых я пока успешно отбиваюсь. Мои жены сразу отказались меня спасать и, кажется, сговорились с ней. Но фиг — слово Нагибина тверже адаманития. Сказал — нет, значит, может быть… Черт, что-то я заговариваться начал! Нет, значит, нет.

Вот так и живем и, главное, регулярно. Кстати, сегодня утром Хвостика как-то тошнило от запаха рыбы. Несвежую, что ли, подали? А у остальных жен вдруг заблестели глаза. Скрывают от меня что-то. Пойду разберусь, а то от воплей Рокси уже голова трещит. Надеюсь, все хорошо, а то не люблю сюрпризы. Да и что может произойти в нашем спокойном мире, когда на его страже стоит боярин Ямир Нагибин?..

Эпилог

За огромным столом, конца которому было не видно, собралось множество гостей. И кого тут только не было — вон парень с огненно-рыжей шевелюрой что-то рассказывает красивой девушке с такой же рыжей прической. Ее острые черты напоминали беличьи, но говорить об этом Прыгающему ужасу Академии в лицо не каждый бы решился.

Или вон другой светлый, с перстнем наследника престола, сидит рядом с таким же светлым парнем с неприличным гербом на груди, и они, дружно чокаясь, с одобрительным ревом встречают каждый тост.

Или ещё вон, скромно в отдалении сидит колоритная парочка — высокий, похожий на медведя мужчина, нежно обнимающий смуглую девушку. Иногда он что-то шепчет ей на ушко, отчего она смущенно краснеет.

На почетных местах, ближе к началу стола, расположились писаные красавицы. Тут и эльфийка, тут и две девушки, похожие друг на друга, словно близнецы, тут и… Да всех не перечислить.

Ну, и во главе стола сидели они — виновники торжества. Богиня веселья и озорства Ирина и Хранитель миров, бог Равновесия и прочее, и прочее… На девушке было свадебное платье, на парне строгий костюм.

Они были довольны, счастливы и с удовольствием целовались, когда звучали крики «Горько». И если девушка прямо-таки светилась от наполнявшего ее блаженства — наконец-то она добилась того, о чем мечтала все эти века, — то на лице парня иногда появлялась чуть напряженная улыбка.

В его глазах отражался свет огромной новогодней елки, что стояла напротив и весело переливалась огнями. Куча подарков под ней, казалось бы, так и требовала, чтобы их поскорей открыли.

— ОДИН!!! ДВА!!! ТРИ!!! — хором стали считать гости бой курантов — традиция, которую хозяин праздника завел в этом мире.

И с каждым ударом его лицо становилось все напряженней, а рука, сжимавшая руку уже жены, нервно подрагивала.

— С НОВЫМ ГОДОМ!!! — заорали все с последним ударом.

Он напрягся, но осознав, что ничего не произошло, расслабился и радостно засмеялся.

— С новым счастьем, — поцеловал он девушку.

— Все на улицу. Ща пустим фейерверки. Ух, как я жахну!!! — крикнул тот, у которого герб.

— Я жахну круче! — вторил ему тот, который наследник.

— Долгой жизни, — прошептал неприметный человек, сидящий на самом краю стола. Был он самым незаметным тут и если бы на него обратили внимание, то не смогли бы ответить на вопрос — а это вообще кто? Но он и не хотел, чтобы его замечали. Все, что было нужно, он сделал.

— Живите долго, дети мои, — смахнул он рукой набежавшую слезу. — Вы стали взрослыми, а значит, мне пора уходить. Теперь все это принадлежит вам, и вы теперь полноправные хозяева всей Грозди миров.

После этих слов он медленно растворился в воздухе. Его ждала новая, только что зародившаяся вселенная, где все, как обычно, шло наперекосяк и требовало его внимания. А тут теперь справятся и без него…

Привет, мой читатель. Благодарю, что ты дочитал эту книгу и все остальные. Несколько лет я рассказывал историю Влада и компании, но теперь пришла пора поставить в ней окончательную точку. Мне немного грустно от того, что все закончилось, но радостно, что у меня все получилось.

Теперь пришла пора взяться за новый труд и создать новую вселенную. Будет она иной, с другими правилами и законами. И надеюсь, найдет такой же отклик в ваших сердцах, как и эта.

Поэтому я не прощаюсь, а говорю до свидания. Скоро увидимся. Ваш Автор.

Конец.

А теперь как и обещал новый цикл — закончились приключения одних героев и начинаются других. Итак встречайте — Индульгенция 1. Без права выбора:

Я родился…Нет, не так. Я сдох. Убили сволочи. Нет, так то сначала они убили моих родителей, потом я их нашел и грохнул. А потом те кого не добил пришли за мной и мы дружно померли. Весело? Но это только начало. Перенесся я в новый мир. Тело наследника князя — можно всех нагибать и любить. Но какого черта все время нагибают меня и я начинаю привыкать, что у меня все болит? Какое то не правильное попаданство!!! В общем семья — твари. Девушки — меркантильные и похотливые дуры, кроме призрака Навки, но она не в счет. Друзья — конченные отморозки, но такие милые, особенно Танька. Так что теперь надо быстро понять, куда, кому и на какую глубину. Говорят бывало и хуже. Но я скажу так — хуже не бывало…Потому как меня сейчас кажется пришли убивать. Уже в который раз…

Приключения Видара Раздорова начинаются. https://author.today/work/412776

Nota bene

Книга предоставлена Цокольным этажом, где можно скачать и другие книги.

Сайт заблокирован в России, поэтому доступ к сайту через VPN. Можете воспользоваться Censor Tracker или Антизапретом.

У нас есть Telegram-бот, о котором подробнее можно узнать на сайте в Ответах.

* * *

Если вам понравилась книга, наградите автора лайком и донатом:

Семь Нагибов на версту часть 6

Content

Семь Нагибов на версту часть 6

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Глава 20

Глава 21

Глава 22

Глава 23

Глава 24

Глава 25

Глава 26

Глава 27

Nota bene