Падший–3

Глава 1

Самая изощренная хитрость дьявола состоит в том, чтоб уверить вас, будто его не существует…

— Привет, красавчик. Заказывать что-нибудь будем? — Раздался рядом приятный, чуть хриплый женский голос.

Я поднял взгляд, оторвавшись от созерцания пустой тарелки, возле которой одиноко лежали приборы, обернутые салфеткой. Заказать ужин сегодня придется, потому что мой сосуд весьма активно напоминает больной головой и ноющим желудком, что человеческое тело, увы, слишком слабое.

Возле столика, оперевшись о него одной рукой, стояла та самая девица, которая в прошлый раз открыла дверь нам с Марковым. Имею в виду нашу с ним фееричную прогулку по Пристанищу.

Стоило подумать о патологоанатоме, как внутри завозилась привычная злость. Привычная, потому что она, дрянь такая, никак не хочет уходить. Злость.

Хотя я не против. В сложившихся обстоятельствах, наверное, будет лучше, если останется эта глухая ненависть к Кукловоду. Она для меня как маяк для корабля во время бури.

— Болеешь? Похмелье? — С усмешкой спросила официантка.

Сегодня на девушке была короткая юбка в складку и крупную клетку, навевающая мысли о Шотландии, очередная футболка с вырви-глаз принтом и высокие ботинки с тупыми носами. Свои красные волосы девица собрала в высокий хвост. Губы в цвет волосам она накрасила такой же красной помадой. Ярко выраженный вариант агрессивной сексуальности.

— Привет, Крис. — Улыбнулся я официантке, а потом машинально опустил взгляд, уставившись на ее бёдра.

Не то, чтоб меня очень волновало физиологическое строение тела девицы, видали и поинтереснее. Просто конкретно в этот момент мое внимание привлёк тот факт, что в деле не фигурировал хвост.

Похоже, Мантикора использует небольшое заклятие для отвода глаз.

Я переключился на демонское зрение. Точно! Теперь вижу. Вот он, родимый, раскачивается из стороны в сторону, поигрывая кисточкой. Вчера она его спрятала под широкие, расклёшенные брюки, поэтому использовать различные фокусы ей не пришлось.

— Давай вискаря бутылку. — Улыбнулся я девушке.

— Снова без закуски? — Она подняла вопросительно брови и на секунду я заметил некое подобие уважения, мелкнувшее в ее взгляде.

Мантикоры, они такие. У них понятие мужественности заключается исключительно в принципе:«А тебе слабо?». Чтоб произвести впечатление на Перевертышей, достаточно бросить им вызов или ответить на их.

Конкретно эта Мантикора знала, что мне не слабо. Уже два дня как. Потому что ровно два дня подряд я прихожу в бар, изображая из себя богатенького придурка-смертного, который с тоски и скуки не знает, чем ему заняться.

Вчера я нажрался в усмерть именно по причине спора «на слабо». Вернее, все присутствующие думали, будто я нажрался в усмерть. На самом деле — ни в одном глазу. Но пьяного сыграл отлично.

Мои оппоненты выбыли из гонки еще на второй бутылке. Дольше всех, как ни странно, держался какой-то клерк скромного вида. Я бы никогда не подумал, что в маленького тщедушного паренька влезет столько алкоголя. И да, все они были смертными. Черт… Так, наверное, ничего не понятно.

Пожалуй, лучше сначала и по порядку.

Естественно, мои посиделки в баре «Зелёный гоблин» заключались вовсе не в желании напиться. Хотя, это тоже. Я начал понимать, почему людишки при любых серьезных проблемах хватаются за бутылку. Действительно отвлекает.

С того момента, как исчез Марков, прошло двое суток. Сорок восемь часов. Две тысячи восемьсот восемьдесят минут человеческого времени. А я пока не продвинулся ни на шаг с места. Вернее всего лишь сделал крохотный, очень скромный рывок, которого было слишком мало.

Найти бар оказалось достаточно просто. Он действительно находился там, где и говорила убитая мной вампирша. Девочка Лизи…

Сказал бы, пусть земля ей будет пухом, но не скажу. Если бы можно было воскресить эту дрянь, я бы ее непременно воскресил. С одной только целью, чтоб потом снова уничтожить.

Когда я понял, что вся суета, устроенная вампирами, была лишь отвлекающим маневром, меня от бешенства чуть не разорвало на части.

Ну еще, пожалуй, имелась злость на самого себя. Нужно было сразу догадаться, что это — ловушка. Нужно было!

Очевидно же, отправляя за мной вампиров, Кукловод обрек их на смерть. Значит, для столь необдуманного поступка имелись серьезные причины. Гораздо серьезнее, чем веселые гонки по заброшенной промзоне.

Вампиры дорожат друг другом. У погибшего молодняка имеются Старшие. Те, кто их обратил. И смерть отпрысков, своих ненаглядных Птенцов, они почувствовали, как свою собственную. Уверен, теперь парочка древних вампиров ищет того, кто заключил договор с молодыми кровососами.

Вампиры просто так не работают, имейте в виду. Они всегда подписывают бумаги, принимая заказ. Чертовы бюрократы.

И да, чтоб вы понимали, Дети Ночи — лучшие в мире убийцы. Естественно, их наниматели понятия не имеют, с кем заключают контракты. Думают, что это такая прикольная тайная организация, профсоюз киллеров.

В основном работают молодые. Старшие почивают на заслуженных лаврах, отсиживаясь и отлёживаясь в своих древних замках. У вампиров с возрастом развивается какая-то маниакальная страсть ко всякому старью.

Так вот… Кукловод, а я уверен, четверку ублюдочных детишек нанял именно он, не мог не понимать, что юные кровососы сдохнут. Соответственно, он не мог не понимать, что глава семейства, или главы (смотря сколько родителей было у детишек, один их обратил вампир или несколько) непременно захотят разыскать того, кто уничтожил целых четыре Птенца. А Старшие — это вам не тупой молодняк. Они будут долго, очень долго искать виноватого. Даже если для этого потребуются несколько столетий. И непременно найдут, уверяю.

Да, в итоге их ждет неприятный сюрприз, когда они узнают, что заказчиком был Падший, но не сомневаюсь ни на секунду, это вампиров не остановит. Месть — святое дело для Детей Ночи. Они непременно придумают какой-нибудь особо извращенный способ, чтоб наказать демона.

Ради чего можно пойти на такой риск? Только ради возможности заполучить Говорящего.

Тот придурок в рясе, который потом как чертова матка извергал из своего нутра полчища жуков, упоминал, что для ритуала, который освободит Хаос, нужна ангельская кровь, демонская кровь и Говорящий.

У Кукловода получилось один раз собрать вместе все компоненты, но по итогу вышла ерунда. Поэтому он решил в этот раз действовать иначе. Сначала выкрал у меня из-под носа Маркова. Следующей, по идее, будет майор Машурина.

Почему я уверен, что именно она? Потому что нефилимы не грибочки, почкованием не размножаются и по весне из-под земли не вылазят. Думаю, кроме Марии Семёновны в мире смертных от силы найдётся еще парочка подобных ей, но их еще поди разыщи.

А тут — готовая девица, данные которой известны.

Поэтому, смывшись с территории промзоны, я в первую очередь набрал номер блондинки. Она своими собственными ручками вбила его в мой мобильник при нашей последней встрече.

— Чтоб в следующий раз прежде, чем поехать на место преступления, ты имел возможность позвонить мне. — Заявила майор, набирая цифры в записной книжке телефона.

Мария Семеновна ответила сразу после первого же гудка. Это было так резко, что я даже слегка прибалдел, оторвал трубку от уха и с удивлением посмотрел, верно ли набран номер.

— Да?

Голос блондинки звучал несколько странно. Я бы подумал, что она смущена, если бы не видел эту девицу несколько раз. Смущение — точно не про нее.

— Товарищ майор, слушайте меня очень внимательно. Вам нужно быть предельно осторожной. Очень осторожной. Вы же можете носить при себе оружие? Вот носите везде и всюду. Даже спать ложитесь с ним. Вас попытаются украсть. Похитить. Это связано с теми парнями, которые нам уже встречались. Информация достоверная. Не спрашивайте пока, откуда я это знаю. Объясню позже. Запомните вот что. Это очень важно. Если ситуация выйдет из-под контроля и вы будете понимать, что сами не справляетесь, закройте глаза, представьте меня и орите, что есть сил. Обзывайтесь, оскорбляете — любые варианты сгодятся. Главное — очень четко представляйте мое лицо. Особенно глаза. И… Будет очень хорошо, если в этот момент вы назовёте меня Люцифером. Тоже не спрашивайте почему. Считаете, это мое второе имя. Семейное прозвище.

— Что за бред, Забелин? — Поинтересовалась блондинка. — Ты где, вообще? Ты пьяный? Я… Хотела бы встретиться. Наверное. Поговорить надо.

Ее голос снова сменил интонацию. Он стал более уверенным. Вот такая майор Машурина мне ближе.

— Вы можете считать это бредом, можете меня окончательно и бесповоротно записать в психи. Только сделайте, как я говорю, если поймете, что ситуация напоминает огромную, глубокую задницу. И да… Меня не будет пару дней. Сильно там не беситесь.

Я скинул звонок, не дожидаясь ответа блондинки. Вряд ли она скажет что-то приятное.

В чем был смысл столь нелепых указаний? Все очень просто, на самом деле. Мария Семеновна — дочь Архангела. Значит, если она реально испугается и громко позовет Люцифера, особенно представляя меня, это слегка всколыхнет эфир, и я непременно почувствую зов. Девица находится на грани инициации. Сейчас ее благодать очень сильна.

Просто конкретно в данный момент у меня нет возможности отираться рядом с блондинкой. Таскать ее с собой — тем более. Не уверен, что она оценит правду о своём рождении и о существовании потусторонних сущностей, которые шляются среди смертных.

Это, конечно, неизбежно, учитывая максимально близкое родство с Архангелами, однако лично я не желаю принимать первый удар на себя. В конце концов, у блондинки есть папаша. Не верю, что он с концами плюнул на девчонку. Скорее всего просто ждёт подходящего момента. Светлые, они такие. Хитрожопые.

В любом случае, у меня сейчас имеется более важное дело. Нужно срочно разыскать Степана.

После разговора с майором я отправился к театру, о котором говорила вампирша. Видок у меня, конечно, был еще тот, но тратить время на поездку домой, на переодевание, очень не хотелось. Поэтому я заскочил в первый попавшийся торговый центр, чтоб купить шмотки.

Хорошо, когда бросился в погоню за смертным, банковские карты остались в машине вместе с телефоном. А соответственно, не пострадали от огня.

Мое появление несомненно продавщицам магазина брендовых вещей запомнится надолго. Зато я лишний раз убедился, как высоко смертные ценят деньги. Стопка снятых в банкомате наличных быстро избавила персонал от желания вызвать полицию.

Справа от рекламного щита, стоявшего рядом с театром, действительно обнаружился вход в бар «Зеленый гоблин». Проблема была лишь в том, что это — обычный человеческий бар. Так думал я, пока не попал внутрь.

Помещение заведения отличалось от того, где были мы с Марковым. Оно выглядело более современным и подходящим для смертных. Но между столиками суетились две официантки, одна из которых была Мантикорой. Той самой.

Я сначала даже не поверил глазам, когда увидел девку. Потом огляделся по сторонам и не поверил глазам второй раз.

За барной стойкой ошивался фавн. Естественно, он вообще ни разу не был похож на фавна. Просто я узнал его физиономию даже без меха на лице.

Здесь, в той части бара, которая находилась в мире смертных, он выглядел как обычный парень с бородой и блудливыми глазами.

Вот тогда я начал понимать, в чем суть. Видимо, «Зелёный гоблин» имеет два зала. Первый — для людей и находится он на самом виду. Второй — в пространстве «нигде».

Естественно, ни Мантикора, ни фавн не должны были догадаться, что перед ними демон, тем более Падший. Начнутся вопросы: А кто? А что? А почему? Проще закосить под мажора, коим я, собственно говоря, и являюсь, ищущего остроты впечатлений.

Когда мы с Марковым попали на дурацкое собрание будущих революционеров, там присутствовал смертный. Видимо, один из адептов Кукловода. К тому же, не стоит забывать про небольшую армию бритоголовых солдатиков. То есть, Кукловод с огромным удовольствием использует людей в своих ролевых играх.

Получается, лучшая конспирация — выглядеть человеком и вести себя как человек. Тем более, у меня есть замечательный вольт, который поможет спрятать демонскую суть. При встрече с Пифией я не использовал его во всю мощь. Теперь можно и развернуться.

В роли человека я быстрее проберусь в ряды служителей неизвестного мудака. Тем более, Антон Забелин — сын одного из богатейших людей страны. У него имеется много баблишка. Весьма хорошая кандидатура для служения Кукловоду.

Нужно только обратить на себя внимание правильными методами, чтоб персонал донес Хозяину о молодом придурке, который готов тратить деньги налево и направо, который не сильно умен и который согласен на любые приключения, опять же от небольшого ума.

Если Кукловод заинтересуется столь полезной персоной, он даст команду своим халдеям, чтоб они ангажировали Антона Забелина в замечательное приключение по уничтожению мира. Уверен, мой враг не ходит на встречи со смертными лично. Хотя, очень жаль… А вот когда Мантикора и фавн привлекут меня к участию в их междусобойчике, я смогу выйти на Кукловода.

Вот чем я занимался два дня. Являлся в бар и устраивал веселье. Судя по тому, как сегодня мою персону встретила Мантикора, процесс шёл весьма успешно.

— Держи! — Кристина шлепнула прямо передо мной два пузатых стакана, бутылку виски, а потом спокойненько уселась за мой столик.

Кстати, да. Мантикору зовут Кристина. Это я выяснил еще в первый день. Фавна — Никита. Мои выступления были настолько яркими, что мы практически стали друзьями за эти два дня. Я умею быть весьма симпатичным малым. В конце концов, Дьявол — это ложь, хитрость, манипуляции. Дьявол залезет под кожу кому угодно.

— Ты — Антон Забелин. — Сказала девица обиженным тоном.

Естественно, я никому не озвучил свою фамилию. Так было задумано. Подручные Кукловода сами нашли информацию о парне, который в состоянии напоить всех посетителей бара.

— Да. — Согласился я. — И что?

— Почему не сказал сразу? — Мантикора, нахмурившись, смотрела мне прямо в глаза.

— О-о-о-о-о… Ну началось…

Я схватил бутылку, плеснул вискаря в оба бокала, один подвинул официантке. Она сразу притащила тару в нужном количестве, значит, отказ не предполагается.

— Потому что достали! Стоит прозвучать моей фамилии, все сразу прыгают на цырлах. За папашиным баблом никто не видит меня. И не хочет видеть.

Я поднял свой стакан, залпом опрокинул вискарь и налил еще.

Мантикора повторила мою манипуляцию, затем подвинула пустой бокал, намекая, что можно повторить.

— Ты представляешь, что такое быть мной? Всем плевать на Антона. Никто даже не хочет узнать, кто такой Антон. Зачем? Главное — его папаша и счет в банке. А мне… Знаешь что?

Я подался вперед, наклоняясь к Кристине.

— Мне хочется сделать что-то реально крутое. Вот прямо реально. До хрена чего пробовал, все не то. Хочу, чтоб аж башку срывало. Понимаешь?

— Понимаю. — Кивнула Мантикора.

Она одним глотком выпила вискарь, а потом снова уставилась на меня. Судя по всему, дамочка собирается прощупать почву. Отлично.

— Скучно жить тебе, да? — Спросила официантка. — Ничего не радует?

Я открыл рот, собираясь рассказать Мантикоре, как тяжело жить современному мажору в этом жёстком мире, но вместо заготовленных фраз выдал тихий протяжный стон:

— Да ладно… Не может быть. Этого просто не может быть…

Мой взгляд был устремлен на входную дверь бара. Естественно, не просто так. В самой двери ни черта интересного нет. А вот в девушке, стоявшей на пороге, интересно было все. Особенно один вопрос: какого черта она здесь делает?

— Забелин! — Громко крикнула Мария Семёновна на весь зал и помахала мне рукой.

Конечно же, это была майор Машурина собственной персоной. Твою ж, сука, мать!

Глава 2

Самый лучший способ подбодрить себя — это подбодрить кого-нибудь…

— Мария Семеновна, вы можете оставить меня в покое на несколько дней? — Спросил я блондинку.

Потом, пользуясь ее секундным замешательством, пока она смотрела на меня внимательным взглядом, в котором присутствовало выражение, подозрительно похожее на заботу и переживание, опрокинул еще один стакан виски внутрь своего организма.

Первая бутылка уже готова была показать мне свое донышко, а значит, пора заказывать вторую. Вот только для начала не мешало бы избавиться от настырной девицы, конкретно в данный момент очень сильно мне мешавшей.

Из-за появления майора, Мантикора, которая, судя по всему, готова была сделать кое-какое заманчивое предложение, ушла к барной стойке, откуда теперь с сомнением наблюдала за нашей парочкой.

А вот блондинка никуда уходить не собиралась. Она очень даже основательно устроилась за моим столиком, с мрачным видом изучая, как я напиваюсь.

Впрочем, с последним пунктом не все так просто. Имею в виду — «напиваюсь». После своего прошлого опыта с Марковым, я понял, как можно пить человеческий алкоголь, при этом не пьянея. Достаточно ускорить метаболизм, чтоб спирт быстро перерабатывался организмом, не задерживаясь в крови. Так как кровь у меня пропитана демонским флёром, то сделать это совсем несложно.

Зато для окружающих я выглядел человеком, который уже достаточно пьян. В том и заключался мой план.

Я отодвинул пустой стакан, затем, посмотрев на блондинку мутным взглядом, сказал:

— Несколько сраных дней, товарищ майор. Неужели это настолько невыполнимая просьба?

— Слушай, я тебя, может, и рада оставить в покое, но не могу. Мало того, твой последний звонок заставил меня усомниться в твоем здравии, так еще с момента, как ты появился в нашем отделе, происходят странные вещи. — Заявила девица.

Она с каждой минутой мрачнела все больше и больше. Ей явно не нравилось наличие виски на столе. Привередливая особа.

— Отдел МВД Западного Бирюлево — сам по себе очень странная вещь. Не находите? — Усмехнулся я. — У вас в уголовном розыске работают полтора дебила, которые если что и способны разыскать, то в лучшем случае — свою пипиську в штанах. Хотя, насчёт Гены и в этом не уверен. Капитан Мальцев — еще куда ни шло. Ничего так мужик. Ну и вы — настырная, назойливая дамочка, которая не дает спокойно напиться человеку, в этом очень сильно нуждающемуся. Лучше бы, Мария Семеновна, боролись с преступностью. Хоть какая-то от вас польза была бы.

Блондинка выслушала меня молча, но как только я после окончания своей искренней, проникновенной речи, потянулся за новой порцией виски, резко выхватила бутылку из-под моего носа.

— Хватит лакать! И строить из себя идиота — тоже. Ты прекрасно понял, о чем я говорю. Сначала — история с дракой, в которой оказался замешан почему-то только Петрович, но я знаю доподлинно, ты был с ним. Трое нападавших — три овоща по итогу. Ни один не может внятно говорить и мыслить. Хотя по словам Мальцева, в кофейню они вошли вполне адекватными, но крайне агрессивными. Что тоже непонятно. К Петровичу ни у кого настолько серьезных вопросов быть не могло. И вот что еще. Я пробила этих троих товарищей. Не поверишь, но люди, которые напали на нас с тобой и Маркова, состоят той же организации, что и троица загадочных парней, устроивших драку в кофейне. Какая-то дурацкая спортивная секция, в которую принимают исключительно после восемнадцати. Странное условие, да? Кроме того, они проповедуют поклонение некоему несуществующему… черт… это даже не бог. Это какая-то хрень. Они называют ее Хаосом. Их желание бить лбы перед странной субстанцией, в принципе, не является таким уж преступлением. Они свою дебильную веру нигде не проповедуют. Новых адептов не ищут. Вообще никак не светятся. То есть, чисто теоретически, обвинить их не в чем. Если люди хотят поклоняться кастрюле или «Черному квадрату» Малевича, кто их за это накажет? Тем более, у всех, как по заказу, имеются справки о психическом состоянии здоровья и оно в норме. То есть, на первый взгляд все чисто. Если не учитывать одного факта. Чуть больше года назад это была всего лишь спортивная секция. Без подобных странностей. Да, ребятки активно придерживались лозунга:«Я — русский!», имели националистические наклонности, являлись фанатами определённой футбольной команды, периодически устраивали нелегальные бои без правил, однако с верой у них проблем не имелось. В то же самое время, то есть около года назад, они исключили из своих рядов всех несовершеннолетних и тех, кто имеет нормальные семьи. На данный момент в их секте… черт… секции…

Майор Машурина задумалась на минуту, оценивая свою оговорочку с точки зрения актуальности, а потом снова продолжила:

— Нет, пожалуй все-таки в секте. Так вот, в их организации на данный момент остались только те парни, у которых либо нет семьи, либо никогда не было, либо разорваны контакты с близкими. Они по-прежнему тренируются. Бокс, дзюдо, еще пара направлений, но при этом их организация выглядит как чертовски закрытый, изолированный от посторонних клуб…

Майор Машурина резко замолчала, уставившись на меня суровым взглядом. Просто я в этот момент, пользуясь тем, что она отвлеклась на рассуждения, поднял руку вверх. Это был сигнал для официантки.

Буквально через минуту на моем столике появилась новая бутылка виски и несколько тарелок с нарезками: сырной и мясной.

— Красавчик, думаю, тебе это не помешает. — Усмехнулась Кристи, взглядом указав на еду, потом склонилась прямо надо мной и тихо сказала. — Для особо почётных гостей у нас есть вип-услуга. Избавляем их от нежелательной компании.

— Эй! — Тут же среагировала блондинка. — За языком следи!

Мария Семёновна сунула руку в нагрудный карман кожаной куртки и вытащила удостоверение. Естественно, не для того, чтоб самой на него посмотреть.

— Начальник уголовного розыска отдела МВД Западное Бирюлёво майор Машурина.

Мантикора хмыкнула демонстративно. В «ксиву» она даже не заглянула. Потом еще ближе наклонилась ко мне.

— Имей в виду, красавчик, если захочется уединения, только маякни.

После чего Кристина, игнорируя возмущенное сопение блондинки, развернулась и направилась обратно к фавну, который за барной стойкой полировал специальной тряпочкой бокалы.

Он, кстати, тоже, с того момента, как Мария Семеновна устроилась за моим столиком, каждые пять минут поворачивался в нашу сторону и внимательно рассматривал нас обоих. Имею в виду, меня и майора.

Видимо, мои предположения верны. Эти двое, официантка и фавн, решили подтянуть богатенького мальчика к своим делам. Соответственно, левая особа, явившаяся очень не вовремя, им помешала. На тот факт, что эта особа является начальником уголовного розыска и Мантикоре, и бармену было искренне плевать. У них совершенно другие авторитеты в почёте.

— А как вы меня вообще нашли, кстати? — Поинтересовался я у блондинки, отвлекая внимание девушки от персонала заведения.

Ни к чему Марии Семеновне их разглядывать. С ее рвением это может иметь последствия. Запомнит еще, чего доброго, свою обиду на пренебрежительное отношение Мантикоры, и полезет копаться в ее биографии. Не сомневаюсь, майор точно что-нибудь найдет. Очень уж дотошная.

— Забелин… — Блондинка посмотрела на меня с таким выражением, будто я ей в душу плюнул. — Ну ты за кого меня принимаешь, не пойму? И меня, и весь уголовный розыск. По телефону, по банковским картам. Как еще?

— Хм… — Я тихонечко потянул в свою сторону новую бутылку вискаря. — Сдаётся мне, это не совсем законно. А как же разрешения всякие, согласования…

Взгляд Мари Семеновны сменился с обиженного на «ты дурак, Антоша?». Судя по такой реакции, кровь у дамочки хоть и Светлая, а вот помыслы — темные. Она явно не прочь обойти кое-какие правила ради своих интересов.

В этот момент внимание блондинки отвлекло что-то, происходившее за моей спиной. Она нахмурилась, а потом недовольно произнесла:

— Господи… Этим что надо? Забелин, там стоят какие-то люди и пялятся прямо на тебя. Не то, чтоб у меня сильно развивалась профдеформация, но я будто ощущаю от них угрозу.

Конечно, ощущаешь… Ты же чертов нефилим. Ты прекрасно чувствуешь своих врагов, то есть демонов. Вот так хотелось сказать мне, но я, конечно, не сказал. Боюсь, тогда майор окончательно запишет меня в психи. У нее и без того вопросов — вагон и маленькая тележка.

А вот насчет того, кто находился сзади… Мне не нужно было смотреть глазами. Я их почувствовал ровно за секунду до того, как новых гостей бара заметила блондинка.

Однако изображать из себя экстрасенса не самая лучшая идея. Обычный, нормальный человек в подобной ситуации развернется и посмотрит, о чем идет речь. Поэтому я именно так и поступил. Развернулся, посмотрел.

Прямо за моей спиной, рядом с нашим столиком, замерли две девчонки, лет восемнадцати. Судя по рюкзачкам, внешнему виду и неиспорченным взглядам, скорее всего — студентки. Одна из них, по-моему, вчера была в баре. По крайней мере, сегодня ее взгляд был полон восхищения, значит, у малышки родилось что-то наподобие влюблённости.

Забавно… Мне даже не нужно напрягаться, чтоб нравится смертным женщинам. Их тянет ко мне, как мух на мед. Ну… Надеюсь слово «мёд» в этой фразе более уместно, чем другое, не столь приятное определение.

Я прямо почувствовал себя звездой. Просто выражение лиц у этих девиц было такое, словно они хотят подойти еще ближе и с придыханием попросить у меня автограф. Девицы, кстати, полностью, то есть окончательно и бесповоротно, были смертными. Опасность исходила не от них.

Я отвернулся, не сказав девушкам ни слова, затем налил себе вискаря и с задумчивым видом принялся его потягивать. Притворился, что не замечаю гупышек. Маленькие девочки оказались не в том месте и не в то время, о чем они пока еще не знают. Однако есть ощущение, что скоро поймут, сколь неподходящую компанию себе выбрали.

Настоящая проблема заключалась отнюдь не в студентках. Она заключалась в том, что обычно со студентками бывают еще и студенты. Вот к эти парням, количество которых равнялось цифре «два», вопросы имелись.

Не прошло и секунды как чья-то рука упёрлась в стол справа от меня.

— Ты тот самый супергерой, который вчера напоил весь бар, выиграл кругленькую сумму, а потом снова напоил весь бар? Антон Забелин, верно?

Парень, задавший вопрос, выглядел как кинозвезда с обложки модного журнала. Его брендовый пиджак в полоску создали в специальной лаборатории, не иначе. Эти полоски были настоящим произведением искусства. Мечта перфекциониста.

— Ты мне? — Поинтересовался я равнодушным голосом.

Хотя, скажем честно, ситуация портилась буквально на глазах. Она и до этого была не очень. А сейчас устремилась в сторону отметки «ноль», чтоб пересечь ее и вообще уйти в минус.

Девчонки-студентки на самом деле вполне обычные смертные. Это я понял сразу. А вот парочка молодых малолетних мудаков — нет.

Вернее, чисто внешне, они, конечно, люди. Богатенькие сынки богатеньких родителей. Как и Антон Забелин. Только конкретно в данный момент их тела были ангажированы демонами. Я ощущал присутствие адовцев так же четко, как растущее недовольство майора Машуриной.

Блондинка явно планировала провести этот вечер иначе. Она разыскала меня, чтоб организовать воспитательную беседу в стиле:«Заботливая мамочка наставляет на истинный путь глупого сынишку» и заодно добиться правды. Но ее намерения разбились о внешние факторы.

Сначала наглая официантка, теперь какие-то сопляки, желающие то ли сразу дать мне в рожу, то ли выкатить для начала претензии.

На самом деле все гораздо проще. Вышел срок, обозначенный Отцом. Раз в данный момент рядом со мной стоит человек, одержимый демоном, о чем сам смертный, конечно, не догадывается, значит сезон Охоты объявлен открытым.

В принципе, у адовца, который сейчас замер рядом, опираясь о стол, нет весомых доказательств, что я — Люцифер. Скорее всего, он со своим дружком просто провел анализ, мозговой штурм и все такое, составил список странных людей, вокруг которых происходили не менее странные события, и теперь этот список шерстит.

Это говорит о том, что богатеньким студентиком управляет кто-то из Высших демонов. Контроль за телом перехвачен не полностью. Просто у мальчишки откуда-то взялась сильная ненависть ко мне. Демон всего лишь направляет его и смотрит через парня на ситуацию. Если что-то пойдет не так, тогда уж он заберет себе сосуд целиком.

Судя по задаткам стратегического планирования, это — один из командиров Белиала. Он их сильно гоняет насчет теории тактической войны и соответственно, насчет умения вести Охоту. Черт его знает, как в следующий раз пойдёт наше противостояние с Небесами. Вдруг придётся партизанить или организовать военные действия долгоиграющего характера.

Собственно говоря, это была моя инициатива. Я сам велел Белиалу подготовить некоторое количество командиров в Легионах, которые умеют думать башкой. Не зря говорят, что инициатива создает проблему инициатору. Вот и не верь потом смертным с их народным фольклором.

— Говорят, ты тут вреча кичился, что можешь купить не только этот бар, но и все увеселительные заведения Москвы. — Продолжил студентик, изучая меня потемневшими глазами. — Говорят, ты вчера тут пытался «снять» мою девушку.

Парень кивнул в сторону студенток. Вопрос абсолютно нелепый, конечно. Я вчера кого только не «снимал». Впрочем, для повода такая предъява сойдёт. Типа явился один крутой сопляк померятся яйцами с другим крутым сопляком.

Ну молодец, командир. Молодец. Неплохую стратегию придумал. Сейчас он будет всячески меня провоцировать, выводя на то, чтоб я проявил свою суть. Вспыльчивый характер Владыки в Аду известен всем. Как же охренительно вовремя в моем кармане оказался вольт ведьмы.

Не будь я Люцифером, поверил бы в судьбу. Благодаря маленькой куколке, никто из жителей Ада или Небес не почувствует во мне ни капли Флёра. Если бы наша встреча состоялась при других обстоятельствах, не в этом баре, если бы я не притащил с собой вольт, адовец даже говорить не стал бы. Он использовал бы эффект неожиданности.

Зачем сталкиваться с Владыкой Ада лоб в лоб, если можно ударить со спины? А сейчас у демона просто нет уверенности, верно ли он выбрал цель. Сто процентов мои предположения правильные. Он пока что проверяет список возможных кандидатур.

Я видел, как в зрачках смертного отражается адово пламя, чувствовал еле ощутимый, но такой знакомый запах серы.

Интересно, каким в списке был Антон Забелин и чем он привлёк внимание? Научил на свою голову… Думал, у нас должны быть командиры, которые полагаются не только на силу и Флёр. Вот теперь — держите распишитесь.

Парень продолжал пялиться на меня со смесью высокомерия и скуки, но я прекрасно чувствовал его напряжение. Демон пребывает в состоянии боевой готовности. Это тоже не самый хороший знак. Никогда не знаешь, что адовец вроде него собирается сделать.

Смертный держал одну руку в кармане, второй опирался о стол. А в кармане может быть что-угодно, от «косяка» до водяного пистолета или оружия, способного в одну секунду грохнуть смертного, чтоб отправить Владыку Ада домой.

Потом, конечно, парнишка будет сильно удивляться, не понимая, что на него нашло. Но это — потом. Сейчас его действия — итог влияния демона.

Почему я не спросил у Чезаре, что Отец пообещал в качестве вознаграждения тому, кто водворит блудного сына на законное место? Любопытно. По крайней мере ни один демон за «спасибо» не оторвал бы свой зад. Значит приз победителю достанется охренительно крутой.

— Прошу прощения. — Ответил я, не отрывая взгляд от своего бокала. Крутил его в руке и пялился в золотистую жидкость, — Не говорю по-французски. Или это китайский? Не понял ни слова из того, что ты сказал.

— Считаешь себя дохера крутым. Понимаю. — Усмехнулся студентик. — Потому что у тебя фамилия Забелин и твою спину прикрывают папины связи во всех возможных структурах. Вот только, знаешь, на каждую крутую задницу всегда найдётся хер с винтом. Ты вообще знаешь, кто я такой? Ты знаешь, кто мой отец?

— Возможно тебе нужен мудацко-русский разговорник… Слышал, в жопе мира, где тебе и место, есть несколько прекрасных книжных магазинов. Можешь отправляться в путь.

Я поднял взгляд и посмотрел на студентика. Его друг уже стоял рядом. Он переместился ближе к нам, оттеснив девчонок в сторону.

Этот человек не был таким красавчиком, как агрессивный студент. Да и его костюм оказался не так хорош. Причём второй смертный явно пытался сопротивляться одержимости. Он не очень понимал, откуда вообще у него появилось желание отправиться в этот бар и бодаться со мной. Его человеческая суть отчаянно пыталась разобраться в ситуации. Поэтому он старательно сохранял хладнокровие перед девушками, но находился примерно в шестидесяти секундах от того, чтобы удрать.

Что любопытно, оба парня, а вернее демоны управляющие ими, еще пока не понимали, в какое место попали. Они не обратили внимания на Мантикору и фавна, не заметили присутствия потусторонних сущностей. Главной их целью был я.

Кстати, чтоб вы понимали, среди людей на самом деле ошивается огромное количество тех, кого смертные считают героями сказок или легенд. Просто вы их никогда не узнаете. Они скучно выглядят — как люди, являются людьми и изо всех сил стараются затесаться среди других людей, даже если иногда одеваются как денди из девятнадцатого века или жрецы майя.

Мир смертных — это какой-то бесконечный маскарад. Здесь нужно прикладывать много сил, чтоб оставаться незаметным. Потому что люди вообще всегда носят маски.

То ли дело Ад. Там всё просто. Там нет друзей, лишь вечно сменяющаяся череда союзников и врагов. Там нет жалости, верности или покоя. Ад — это двадцатичетырёхчасовые тусовщики и приятель, с которым ты вчера делил окоп, а сегодня — это уже голова на конце шеста, как предупреждение о начале войны.

Здесь же, в мире смертных, всё мягкое, белое, как рыбье брюхо. А внутри — гнилые кишки. «Нормальные» люди, на самом деле, — существа с желе вместо хребтов. Знаете старую шутку:«Как узнать, что адвокат лжёт? Он шевелит губами». Здесь, среди людей, каждый из них — долбаный адвокат.

Я молча отвернулся от студентов и вернулся к своей выпивке. Если демон рассчитывал, что под видом Забелина скрывается Люцифер — хрен ему. Я сейчас никак не могу обнаружить себя. До тех пор, пока не решен вопрос с Кукловодом, возвращение домой отменяется. В любом другом случае уже давно пролилась бы кровь. Владыка Ада просто не может позволить остальным демонам проявить хоть каплю неуважения к своей персоне.

Студентик издал какой-то невразумительный звук, собираясь предпринять ещё одну атаку. Однако, именно в этот момент закончилось терпение майора Машуриной. Она и без того молчала целых пять минут. Кроме того, с добродетелями у девицы какой-то напряг. Человеколюбие и лояльность ей не знакомы.

— Если ты сейчас снова откроешь рот, я воткну вилку тебе в глаз. — Тихим, но очень злым голосом высказалась блондинка. — Неужели не понятно, что люди хотят побыть наедине, потому что у людей важный разговор. Лично мне вообще глубоко насрать, кто там у тебя папа. Мне насрать и на то, кто у него папа.

Мария Семеновна ткнула пальцем в мою сторону. На тот случай, если студентик не понял, о чем речь.

— Но мне не насрать, когда всякие молодые, высокомерные придурки мешают конкретно мне. Хочешь доказать, насколько ты крут, приходи завтра. А сейчас, пошел вон.

Я мысленно передал привет спокойному вечеру и тем планам, которые у меня имелись. Мантикоре и фавну, кстати, тоже. Потому что сейчас, наконец, отметка «ноль» будет пресечена и нас ждёт то самое падение в минус.

Майор Машурина привлекла к себе внимание. Естественно, демон, контролирующий малолетнего придурка, уставился на мою спутницу, изучая человека, который посмел говорить с ним в подобном тоне. То, что блондинке о демоне не известно, оправданием или смягчающим фактором не считается.

И конечно же, адовец не мог не понять, что смотрит на нефилима. Надеяться, что он проигнорирует столь волнительный факт, глупо. Это было так же вероятно, как если бы антилопа гну начертила конструкцию нового термоядерного реактора, построила его, а потом запустила с командой таких же антилоп.

— Ты кто? — Спросил студентик внезапно охрипшим голосом.

Демон начал усиливать контроль. У демонов на нефилимов прямо настоящая аллергия. Полнейшее неприятие на уровне рефлексов. Наверное, сказывается тот факт, что с одной стороны нефилимы вроде как Светлые, но с другой, вроде как не настоящие Светлые. Их можно убивать. А значит…

— Твою ж, сука, мать… — Высказался я от души, отодвигая тарелки в сторону, а вот бутылку виски подтягивая поближе.

Если драка неизбежна, нужно бить первым. А теперь вполне понятно, что она не избежна. Только мне еще, ко всему прочему, нужно вести себя как человек, не используя демонские фокусы Падших. Я в Аду так часто не дрался, как в мире смертных. Честное слово.

— Вот и поговорили. — Сказал я майору Машуриной, а потом резко поднялся на ноги, оттолкнув стол.

Глава 3

Средства для достижения цели всегда имеются, их только надо увидеть в том, что тебя окружает…

В общем-то, как показывает мой новый опыт, мордобой, он и есть мордобой. Банальный, агрессивный, но крайне увлекательный.

Я даже в какой-то момент понял, что начинаю входить во вкус. А почему бы и нет? Нормальный метод ведения диалога. Вернусь в Ад, так и буду действовать. Чуть что на Совете пошло не в ту сторону — на-ка! Дал в морду своим «советчикам» и все. Вопрос решен.

Мне кажется, в подобном ключе Советы, вызывающие у меня нервную дрожь своей традиционной скукотищей, обретут новый окрас.

Разобраться с парочкой молокососов не составило труда. Даже при том, что ими управляли демоны. Тут ведь в чем дело. Адовцы тоже не могли развернуться на полную катушку. С их стороны это была всего лишь разведка боем. Соответственно, драка вышла короткая, но продуктивная. Через пять минут из бара вылетел первый — пижон в полосатом пиджаке. Вслед за ним отправился и второй.

Демоны отпустили контроль над людьми сразу после начала нашего прямого «диалога», когда подумали, что никаких признаков присутствия Люцифера в Забелине не имеется. Им в голову не могла прийти ситуация, в которой Владыка Ада предпочтёт банальную драку возможности уничтожить, испепелить или вырвать сердце наглым смертным.

Соответственно, как только мой кулак прилетел пижону в физиономию, адовцы сделали вывод, будто ошиблись, и отошли тихонечко в сторону, оставив студентиков самих разбираться с начавшейся потасовкой. Чисто демонская стратегия, согласен. Замутить проблему, а потом тактично умыть руки.

Самое интересное, Мария Семеновна ухитрилась в процессе мужского «разговора» между мной и смертными одному из них навешать пару оплеух. По-моему, это произошло в тот момент, когда более скромный дружок пижона хотел исподтишка, со спины, ударить меня чем-то тяжелым по голове. Ну не гнида тебе?

— Ты что, гадёныш, Владимира Владимировича Маяковского не читал? Что такое хорошо и что такое плохо не знаешь? Нет? Ну сейчас объясню. — Рявкнула майор и сразу же, не оттягивая момент, занялась воспитанием подлеца.

В общем, драка закончилось моей абсолютной победой и, скажу честно, я испытал даже некоторое удовлетворение от данного факта. От того, что мне вовсе необязательно использовать Флёр, дабы поставить всякую шваль на место. Очень необычное чувство.

Правда, один минус все же имелся. Мантикора и Фавн окончательно пришли к выводу, что разговор сегодня не состоится, а потому решили все свои предложения отложить до следующей встречи.

— Слушай, хотела кое о чем с тобой посекретничать, но вижу, нынче ты просто на расхват. — Усмехнулась Кристи, когда я оплатил счет и мы с майором Машуриной собрались уходить из «Зеленого гоблина».

Это было мое решение — закончить посиделки. Вполне понятно, блондинка не отстанет, она не бросит меня одного в баре и до победного будет отираться рядом, как заботливая мамочка.

Мария Семеновна окончательно уверилась в наличие проблем у Антона Забелина и как доблестный сотрудник полиции очевидно хотела эти проблемы решить. Соответственно, сидеть в баре дальше — смысла нет, потому что в ее присутствии Мантикора доверительных разговоров вести не станет. А вот какие-нибудь новые проблемы заполучить — шанс велик.

Охота началась, это уже понятно. Значит, мне нужно быть теперь втройне осторожным.

— Люблю разговоры с симпатичными девушками. — Ответил я официантке. — Постараюсь, чтоб ты не скучала. Завтра загляну. Сегодня, пожалуй, действительно все пошло не по плану. Не балуйся тут без меня.

Я подмигнул Кристине и направился к выходу. Майор Машурина конечно же на всех парах устремилась вслед за мной.

Она явно очень хотела покинуть бар, но исключительно в моей компании. Правда, пока не понимаю, какими будут дальнейшие действия блондинки. Я, если что, собирался поехать домой.

Вечер уже не задался. Только время впустую потратил. Жаль, конечно. Мантикора готова была сделать то самое предложение, это сто процентов. Спасибо майору Машуриной, что она как обычно все обгадила.

Может, это ее благодать так действует? Может, это именно ангельская половина заставляет блондинку появляться не то время и не в том месте, чтоб испортить момент?

В своем стремлении побыстрее свалить из бара, Мария Семеновна ускорилась, обогнала меня и оказалась перед дверью первой.

— Поедем на моей машине. — Бросила она через плечо. — Ты пьяный. Возражения не принимаются.

Однако, не успели мы выйти на улицу, как меня кто-то поймал за куртку. Я резко обернулся, собираясь с силой оттолкнуть еще одного смертного, решившего окончательно испортить этот вечер, но, к счастью, во́время остановился.

Девочек бить нельзя. Особенно таких хорошеньких, похожих на сладкую булочку с глазурью.

Рядом стояла одна из студенток, сопровождавших пижона и его трусоватого друга. Юная особа смотрела на меня со странным выражением лица. Странным оно было из-за дергающейся щеки и языка, который каждую секунду облизывал то верхнюю губу, то нижнюю.

Я бы мог предположить, что девчонка меня соблазняет, но тогда не понятна природа ее нервного тика. Женщины, конечно, по-всякому реагируют на Люцифера, однако сейчас, по-моему, дело точно не в безумном желании. От страсти человека настолько перекосить не может.

— Что случилось, малышка? — Спросил я, на всякий случай расплываясь в улыбке.

Мало ли. Может, она буйная. А вот насчет «малышки» — это не флирт с моей стороны. Отнюдь. Это — констатация факта.

Девочка на самом деле выглядела как куколка. Небольшого роста, смазливая, с широко открытыми, выразительными глазами и светлыми волосами, она напоминала пресловутую Барби. Мне даже захотелось потрепать ее за пухлые щечки, на которых очень мило смотрелись две симпатичные ямочки. Если бы не перекосившаяся физиономия, я бы назвал студентку красоткой.

— Нужно срочно кое-что сказать тебе. — Заявила «малышка» суровым, чуть хрипловатым басом, который подошел бы скорее матёрому бандиту, чем смазливой восемнадцатилетней смертной.

Девчонка моргнула, позволяя чёрной тьме заполнить ее глаза.

— Ах ты ж! Чезаре! Чтоб тебя!

Я, нервно вздрогнув, повел плечом. Затем посмотрел в сторону машины майора, желая убедиться, что она столь странные метаморфозы, происходящие со всякими юными дамочками, не заметила.

К счастью, Мария Семеновна уже находилась на приличном расстоянии и была очень занята. Она открыла дверь тачки и ковырялась в кипе документов, лежащих на пассажирском сидении. Освобождала для меня место.

— Что за информация? — Я снова уставился на студентку, которая хлопала длинными ресницами, изучая меня чёрными провалами глаз. — И убери ты уже эти признаки одержимости. Ужасно смотрится, особенно на чуть ли не детском лице. Прямо фильм ужасов какой-то. Чего тебя вечно на девок тянет?

— Повелитель, ты же знаешь, женщины, они крайне эмоциональны, а значит более открыты, чем мужчины. Мне приходится рисковать, чтоб передать тебе ту или иную информацию. Бодаться с каким-нибудь туповатым, твердолобым смертным не хочется. У них сосуды непробиваемые. А дамочками легко управлять. Время-то поджимает.

— Хорошо. Черт с ними. Рассказывай.

— Новостей несколько. Первая — в Аду разброд и шатания. Все начинает рушиться. Легионы узнали о твоем исчезновении и теперь рвутся в бой. Считают, ты решил единолично отправиться на Небеса, чтоб захватить все лавры себе.

— Идиоты… — Покачал я головой. — И меня считают, видимо, идиотом.

— Дальше… Белиал по уши увяз в делах с некоторыми старыми генералами. Не сильно большая компания, по совести сказать — Абаддон и Бафомет. Однако, под руководством Белиала могут создать проблем. Они пытаются завербовать младших офицеров для полноценной революции, пока тебя нет. Мамона рьяно занялся перестройкой, транжирит деньги, как не в себя. Еще немного и вместо Пандемониума он выстроит новый Эдем. Астарот каждое утро пробирается в твой замок и примеряет кресло Владыки под свой тощий зад. Вельзевул, Асмодей, Азазель — вообще пустились во все тяжкие. Того и гляди наш драгоценный Ад развалится по частям.

— Все как обычно, ничего нового. Наоборот, ожидаемо. — Пожал я небрежно плечами.

— Ладно. — Кивнула девчонка. — Тогда — главная новость. Охота открыта. Здесь, в мире смертных находится Архангел Михаил. Насколько мне известно, он остановился в Four Seasons Hotel Moscow. Чертовы чистоплюи любят дорогие местечки.

— Вот как… — Я завис, уставившись в одну точку на стене, прямо за «малышкой».

Архангел Михаил. Воин, защитник, целитель и хранитель. На Небесах он занимает много должностей. Глава Светлого Воинства, один из ангелов присутствия, Князь Света, Ангел Истины, Ангел Покаяния, Праведности, Милосердия и Спасения. Список в общем-то немаленький. Отец, выходит, не стал размениваться. Сразу отправил ударную силу. Вытащил козырь из рукава в обход шестерок.

— Хорошо. Понял… — Я кивнул своему секретарю, прячущемуся за образом юной девицы. — Ты молодец, Чезаре. Вот это действительно была важная информация. Теперь уходи, пока моя спутница не заподозрила нас в каких-нибудь непотребствах.

— Слушаюсь, Повелитель.

Девчонка склонила голову, выражая почитание, а уже через мгновение удивлённо вскинулась и оглянулась по сторонам. Взгляд ее был растерянным, а лицо испуганным.

— Здравствуйте… — Удивилась она, заметив мою персону. — А… Мы тут зачем?

— А мы тут идём домой. — Ответил я «малышке». — А вы тут идёте обратно в бар.

Думаю, такого объяснения вполне хватит. Все равно бедняжка последние пять минут свой жизни теперь не помнит. Чезаре ушёл обратно в Ад и смертная в данную секунду тщетно пытается понять, каким это чудесным образом ее занесло на порог заведения, хотя совсем недавно она находилась внутри.

Я помахал растерянной девушке рукой, а потом быстрым шагом двинулся в сторону майора Машуриной и ее неудобного корыта.

Планы изменились. Мне срочно нужно встретиться с Михаилом. Казалось бы, странное желание, не правда ли? Но нет. Оно — очень даже оправдано.

Главный Архангел папиного войска — крайне неприятный тип. И да, он к своей работе относится очень фанатично. Этот будет лбом сносить стены, лишь бы разыскать беглого Владыку Ада. Но!

Михаил до последнего пёрышка своих белоснежных крыльев предан интересам Света. А еще он до одури любит смертных. Нянчится с ними, как ребенок, который тащит в дом всех бродячих котов и собак, нуждающихся в помощи. Поэтому, Михаил — один из немногих Архангелов, с кем можно договориться.

Естественно, я ни слова не скажу ему о Сердце Лилит. От подобной новости Архангела перекосит похлеще, чем студентку из-за одержимости демоном. Тогда мы точно не придем к консенсусу. Я преследую именно такую цель на данный момент.

Если Михаил будет бегать за мной, а я буду бегать от него, это займет все мое время и сильно помешает в поисках Кукловода. Ну и Маркова, конечно. Его тоже необходимо найти. Однако, когда я преподнесу Воину Света свою, слегка изменённую правду, мы сможем договориться, чтоб он не только дал мне время, но и помог.

Я знаю брата очень хорошо. Он, в отличие от других Светлых, достаточно разумен и практичен. Угроза миру смертных в любом случае перевесит Охоту. Тем более, когда объект Охоты сам к нему явится с предложением, от которого невозможно отказаться. В общем, я должен прямо сейчас попасть в этот чертов отель.

— Эй, Забелин, что с лицом? Ты как-будто в один момент протрезвел. Вот что свежий воздух животворящий делает.

Мария Семеновна закончила свои манипуляции с бумагами, освободила пассажирское кресло и теперь стояла возле машины, ожидая, когда я подойду ближе.

Я подошёл. Только со стороны водителя. Быстро открыл дверь, наклонился, вытащил ключ, а потом, развернувшись в противоположную сторону, размахнулся и зашвырнул его в ближайшие кусты.

— Ты охренел⁈ — Крикнула блондинка, рванув в сторону, куда улетел ключ от ее тачки. — Придурок, блин! Ты что творишь⁈

Пользуясь первой реакцией майора Машуриной, я в два шага оказался возле своей машины, открыл ее, прыгнул за руль и сразу же сорвался с места.

По-моему, Мария Семеновна что-то кричала вслед моему «Bugatti». Расстроилась, наверное, что ее снова исключили из праздника жизни. Но я уже не обращал на девушку ни малейшего внимания. Я мчал в сторону центра Москвы.

Пожалуй, появилась надежда на благополучный исход всего мероприятия. Отец хотел сделать как лучше и послал своего главного Архангела. Пожалуй, впервые, его поступок действительно стал самым прекрасным решением.

Не прошло и получаса, как я уже заходил в холл отеля, где по словам Чезаре кайфует мой братец Михаил.

Сходу, не останавливаясь, сразу направился к стойке ресепшн, за которой отирался портье — напыщенного вида парень, лет тридцати.

У него было настолько охреневшее от своей значимости лицо, что он скорее напоминал индюка, чем нормального человека. Специально они что ли подбирают персонал для подобных мест? Главный критерий — покажи себя говнюком?

— Добрый вечер. Чем могу помочь? — Спросил этот смертный, как только я оказался рядом.

Конечно, надо признать, уровень отеля более, чем приличный. Здесь даже портье, свысока смотревший на мой не особо презентабельный вид, был одет лучше, чем дирижёр симфонического оркестра.

А я… Драки, знаете ли, не способствуют аккуратности и опрятности. Ну подумаешь, немного порвался рукав, чего уж рожей кривить.

Портье расплылся в улыбке, однако сдается мне, она была неискренней. Его зрачки расширились, словно при моем появлении он решил, что я собираюсь красть мебель из холла. Ну или начну просить подаяние.

— Здесь остановился один мой друг, но у меня нет номера его апартаментов. — Заявил я, облокотившись на ресепшн и рассматривая «индюка» уверенным, немного даже высокомерным взглядом.

Это, конечно, сбило смертного с толку, заставив сомневаться. Вдруг я — какой-нибудь эксцентричный миллионер, не особо заботящийся о своем внешнем виде. Правда он тут же снова покосился на рваный рукав моей куртки и еле заметно поморщился. Думаю, версия насчёт миллионера все же была отвергнута.

— Конечно. Как зовут вашего друга? — Вежливо спросил «индюк», повернув к себе экран монитора.

Вежливость ему, кстати, давалась с трудом. Он бы с гораздо бо́льшим удовольствием выкинул человека в рваной одежде за порог отеля. Желательно пинком.

— Не знаю. — Совершенно искренне ответил я.

Архангелы в мире смертных, естественно, не представляются настоящими именами. Им нравится вся эта игра в обычных людишек. Обычных, но очень богатых.

— Прошу прощения? — Портье иронично изогнул бровь.

Его это «прошу прощения» прозвучало так, будто на самом деле извиняться должен я. За то, что посмел очернить столь прекрасное место своим несоответствующим видом.

— Он не станет давать настоящего имени, и мне не известно, каким конкретно именем он пользуется сейчас. У него их много.

Я снова был предельно честен и откровенен.

Администратор приподнял вторую бровь, выражая максимальную степень даже не иронии, а сарказма. У него, наконец, появился повод выпустить своего внутреннего надменного гада, чему «индюк» был ужасно рад.

Не люблю я этих людишек, которые сидят на должности старшего помощника младшего конюха, а важности напускают сразу на императорскую корону. Мелкие, бесполезные букашки, возомнившие себя кем-то значимым.

— Ну, я не знаю, чем могу помочь в таком случае. Наверное, вам и вашему другу следовало заранее решить эту проблему. Вы вообще уверены, что он здесь? Мы специализируемся на довольно эксклюзивной клиентуре.

Голос портье буквально сочился ядом.

— Он будет в вашем пентхаузе. Самом большом из тех, что у вас есть. — Спокойно ответил я.

Главное, не заводиться. Главное — держать себя в руках. Дыши, Люцифер. Дыши…

Администратор улыбнулся так неприятно, словно я насекомое, и он решает, наступить на меня или прыснуть «Дихлофосом», а потом продолжил тешить свое сраное человеческое самолюбие.

— Боюсь, вы ошибаетесь, если только ваш друг не саудовский принц со свитой из тридцати пяти человек. — Произнёс «индюк» наимерзейшим голосом.

— Снова проверьте ваш список. Получше желательно. Я знаю, что он здесь. Может, принц выписался?

— Комнаты принца забронированы на полгода, так что нет никакой ошибки.

Администратор смотрел на меня и взгляд не отводил. Выражение его лица стало совсем противным. Даже верхняя губа оттопырилась, будто смертный собирается плюнуть прямо мне в лицо.

Честно говоря, очень сильно захотелось пробить дыру в фасаде стойки, а потом со всей силы долбануть его по яйцам, чтоб он пару дней разговаривал только фальцетом. Или вообще их оторвать. По-моему, из этого «индюка» выйдет отличный евнух. Но…

Думаю, убийство всех, кто мне не нравится, может быть контрпродуктивным. Нужно учиться пользоваться внутренним голосом, как делают большие, самодостаточные мальчики. Тем более перед встречей с Архангелом Михаилом. Светлый сразу почувствует на мне кровь человека.

Поэтому я широко улыбнулся в ответ и милым, спокойным голосом произнёс:

— А вы уверены, что у вас нет другого пентхауза, расположенного где-то поблизости? Какое-нибудь неофициальное место, которое вы держите для особых гостей?

— Нет, я уверен, что у нас нет ничего подобного. И без имени или номера комнаты я вынужден попросить вас покинуть отель.

— Вынужден попросить меня уйти — это то же самое, что велеть мне уйти? Очень запутанное предложение, знаете ли.

Портье «сломался» на пару минут, переваривая мои слова. Пытался найти в них логику и смысл. Не нашел. Естественно, он же — тупой, высокомерный идиот.

— Пожалуйста. Не вынуждайте меня вызывать охрану. — Заявил администратор более строгим голосом.

Все правильно, когда ситуация начинает заходить в тупик, маленькие детишки зовут парней постарше. Ох, как мне нравится вся эта психология смертных.

— Нет, ты не хочешь звать их, потому что тогда мне придётся превратить тебя в тряпичную куклу. — Усмехнулся я, а потом, подавшись вперед, задушевным голосом спросил, — Хочешь предскажу тебе судьбу?

— Прошу прощения? — Снова повторил он дежурную фразу.

«Индюк» слегка растерялся, но все еще пытался удержать выражение превосходства на своей физиономии.

— Дай на минутку твою руку.

Он попытался спрятать обе конечности, однако я был быстрее. Мёртвой хваткой вцепился в его правое запястье и потянул к себе. Сердце смертного колотилось, как двигатель моего «Бугатти». Я ощущал каждый его удар.

Портье порытался позвать охрану, но не смог даже открыть рот. Его буквально парализовал страх.

Это то самое чувство, которое испытывает зебра, когда понимает, что ее филейная часть уже оказалась во рту у льва, а обе задние ноги гладает не понятно откуда взявшийся аллигатор.

В мои планы не входило, чтоб бедолагу хватил удар, поэтому я быстро пальцем нарисовал у него на ладони один-единственный демонический символ, а затем сжал ее в кулак.

Это — особый фокус, который мы, Падшие, используем на своих более тупых врагах. Ничего вредящего здоровью. Сейчас «индюк» просто полюбит весь мир, вспомнит, что должен вспомнить, и захочет много говорить. Состояние легкого, радостного опьянения. Вот что его ждёт.

Конечно, можно было бы задействовать мое любимое: «Чего ты желаешь больше всего на свете», но это Михаил тоже почувствует и наша беседа не задастся с первых секунд. Здесь же — ма-а-а-аленькое, крохотное заклятие, которое освежит память смертного, сделает его чуть лучшим человеком, чем он есть на самом деле.

Я знаю, как действуют мои Светлые братья. Они стараются остаться незаметными, но при этом очень любят роскошь. Соответственно, тоже позволяют себе небольшие шалости.

Например, конкретно этот администратор сто процентов заселял Архангела Михаила, но о данном факте не помнит. Сам забыл? Конечно, нет. Брат постарался. На ауре «индюка» остался лёгкий, почти незаметный след воздействия Благодати.

Глаза портье остекленели. Он смотрел мимо меня, не глядя ни на что конкретно.

— Слышишь, человечек? — Позвал я его.

«Индюк» улыбнулся. На этот раз очень мило. Словно он — очень хороший человек, беседующий с другим очень хорошим человеком.

— Да, конечно. Чем могу помочь?

— Мне нужно, чтобы ты сказал имена ваших особо важных гостей. Не принцев или кинозвёзд. Ваших по-настоящему особенных гостей.

«Индюк» опустил взгляд и принялся что-то выстукивать на клавиатуре компьютера.

— У нас есть только один гость, который похож на человека, которого вы ищете. Господин Михаил Распутин.

Я еле сдержал смешок. Распутин… Ну и чувство юмора у Архангелов.

— Да, это наверняка он. Где его номер?

Администратор тихонько захихикал. Его пёрло от состояния эйфории, которое спровоцировало мое заклятие. Думаю, нужно оставить его в таком состоянии навсегда. Дурачком он выглядит гораздо приятнее.

— Вы поднимаетесь на лифте на верхний этаж. Нажимаете кнопку «стоп», считаете до пяти, а потом еще раз раз нажимаете. Лифт откроется в пентхаузе для особых гостей.

— Спасибо. — Кивнул я «индюку».

— Вам спасибо. И господину Распутину. И вам. Еще раз. Боже… Какой же вы прекрасный человек… Я счастлив, что есть такие люди! — Окончательно «поплыл» смертный.

— Да, это скоро пройдёт, так что наслаждайся, пока оно длится.

Я направился к лифту и сделал все те манипуляции, о которых сказал портье. Поднялся до последнего этажа, нажал на кнопку «стоп».

Один. Два. Три. Четыре. Пять.

Двери разъехались в стороны, выпуская меня в огромный гостиничный номер. Первая же комната была настолько напичкана золотыми статуями, мрамором и антиквариатом, что Калигула счёл бы это безвкусицей, рыдая от ужаса.

Я вышел из лифта и огляделся по сторонам в поисках Михаила.

— Ты опоздал.

Голос прозвучал со стороны высокого окна, возле которого, спиной ко мне, стоял белокурый мужчина в смокинге.

Глава 4

Настоящий друг рядом с тобой, когда ты не прав…

— Опоздал? Ты сказал «опоздал»? — Поинтересовался я насмешливым тоном, изучая спину мужчины, который замер возле окна.

Любит он всякие эффектные позы и эффектные сцены. Этого не отнять. Впрочем, почти все Светлые грешат тягой к театральщине.

Архангел Михаил,(а в номере, конечно же, был он), пялился в стекло с таким интересом, будто ничего более увлекательного, чем людской муравейник внизу, брат не видел за всю свою долгую жизнь. Что уж там столь любопытного он нашёл, не знаю. Всего лишь улица, по которой идут смертные, торопясь решить свои жалкие проблемы.

Естественно, я не очень поверил в расслабленную позу Архангела. Поэтому держал правую руку в удобном положении, чтоб в любой момент явить гладиус. Как говорится, доверяй, но проверяй. Особенно Светлых проверяй. А лучше вообще не доверяй. Любят они ударить исподтишка.

Не думайте, будто цвет их белоснежных крыльев делает такими же чистыми и белыми их помыслы. Хрен там! У Архангелов очень гибкое понимание правды и честности. Это тот самый случай, когда работает поговорка:«Ради бо́льшего жертвовать малым». Если в интересах Небес нужно бить в спину, ни один из Светлых не усомниться ни на секунду в подобном решении. Правое дело ведь.

Поэтому, на всякий случай, к худшему развитию событий я тоже был готов. Не хотелось бы, конечно, схлестнуться с Предводителем Небесного Войска. Много будет шума. Можно просто сразу отправить Отцу геолокацию своего месторасположения. Но… Посмотрим, как пойдет.

— Конечно, опоздал. — Ответил Михаил, а затем, оторвавшись от созерцания вечерней Москвы, повернулся ко мне лицом. — Я ждал тебя раньше. Целый день уже нахожусь в мире смертных, а ты не чешешься.

— Поразительная уверенность в себе и своей значимости… — Протянул я.

Затем пожал небрежно плечами в подтверждение сказанных слов и прошёл вглубь комнаты.

Михаил заговорил со мной, это уже можно считать хорошим знаком. Я ведь не просто так обрадовался, узнав, кого именно отец отправил на поиски блудного сына.

Ангел Истины весьма категоричен и несдержан. Он не умеет врать, плести интриги, скрывать под сетью, созданной из сладких слов, грязные цели. Слишком нетерпеливый. Его хватит на два-три лживых предложения, а потом он сразу перейдет к действиям.

Горячий парень, что поделаешь. Нас с ним папа создавал в одно и то же время. Видимо, настроение у Творца в тот момент было не самое спокойное. Мы с Михаилом достаточно сильно похожи в плане взрывного характера.

— Проходи, обсудим сложившуюся ситуацию. — Спохватился Михаил, сделав вид, будто не заметил, что я вообще-то уже прошел.

Он широким жестом указал на гостиную. Наверное, это была гостиная. Не берусь утверждать. Сложно определить, для чего какая комната предназначена, если они все, как одна, напоминают музей безвкусицы, напичканный предметами роскоши.

Я не стал заострять внимание брата на том, что прекрасно обошёлся без его разрешения, просто молча направился в дальнюю часть гостиной, где лицом друг к другу были сгруппированы кресла и диваны.

Уселся в мягкое кожаное кресло и… еле сдержал стон удовольствия. Все-таки в смертном теле ты начинаешь обращать внимание на вещи, которые Владыку Ада раньше совсем не удивляли и не интересовали. Есть несомненные плюсы в жизни людей. Точно есть.

Без преувеличения я мог назвать это кресло самым уютным предметом мебели во Вселенной. Моей заднице было так хорошо, что она сразу захотела развестись со мной и выйти замуж за него.

— Ну что, Люцифер, убил в последнее время кого-нибудь интересного? Расскажи. У тебя же вечно что-нибудь да происходит.

Абсолютно серьёзным тоном заявил Архангел, устраиваясь напротив меня в точно таком же кресле.

Судя по лёгкой тени удивления, мелькнувшей на лице брата, мысли моей задницы он разделял.

— Не-а. Те, кого я недавно убил, уже были мертвы, и просто нужно было им об этом напомнить.

— Уверен, что они это оценили.

— Никто не жаловался.

— Кто это был?

— Вампиры.

— Молодые? Боже, ненавижу их…Мерзкие существа… В следующий раз, когда кто-нибудь из твоих родственников решит создать новый вид нежити, сделайте его, пожалуйста, не столь отвратительным.

Михаил сунул руку в карман, вытащил оттуда пачку сигарет и закурил. Выражение лица у него стало такое, будто мы с ним два подростка, которые спрятались от строгих родителей и теперь нарушаем все запреты, установленные в семье.

Он стрельнул в мою сторону хитрым взглядом. Наверное, ему хотелось, чтобы я попросил и себе. Именно поэтому я не попросил.

Вообще, конечно, чертовски несправедливо. Светлые каждый раз, когда оказываются в мире людей, позволяют себе вот такие шалости. Они могут выпить алкоголь, покутить, погулять, поиграть на бирже. Им за это ничего не будет. А нам, Падшим, даже носа нельзя высунуть из Ада.

— Почему ты здесь, среди смертных? — Начал я издалека, будто совершенно не в курсе ответа на данный вопрос. — Разве ты не должен быть на Небесах, устраивая порку виновным и тренеруя своих генералов? Или ты досрочно уходишь на пенсию, чтобы больше времени проводить с внуками?

— Смешно. — Кивнул Михаил, выпуская в потолок колечки дыма.

Лицо у него при этом оставалось совершенно бесстрастным. Ни один мускул не дрогнул. Если мой брат и смеялся, то у него чертовски умело выходило это скрывать

— Отец решил, что ситуация из ряда вон выходящая. Ты никогда не творил ничего подобного. Вот так запросто взять и бросить Ад… — Михаил осуждающе покачал головой. — Полнейшая безответственность Самаэль. На тебя возложили столь важные обязанности…

О-о-о-о-о… Началось. Братец перешел на мое первое, ангельское имя. Сейчас последуют нравоучения. А я их слушать совершенно не хочу. Поэтому пришлось перебить Архангела.

— Не возложили. Меня поставили в условия, где я не смог отказаться. Попрошу не путать. Ты как-то ненавязчиво перескочил пару тысяч лет, потраченных мною на то, чтоб дыра, в которой никто не способен выжить, превратилась в приличный Ад.

Я поднялся с кресла, совершенно в наглую подошел к мини-бару, вытащил оттуда бутылку виски и вернулся обратно в кресло. Оно слишком великолепно, чтоб надолго оставлять его в одиночестве.

— Ты забыл, наверное, брат. Папа дал мне пинка под зад, отправив в абсолютную жопу мироздания. Его в тот момент как-то не сильно беспокоило, выживу ли я и мои товарищи по несчастью. А потом, когда оказалось, что всё-таки выжил, папа придумал крайне удобную вещь. Велел создать Тюрьму и Девять кругов Ада. Очень удобно, когда существует место, где работает до хрена персонала, готового отрываться на грешниках вместо вас, чистоплюев.

— Ты сам виноват. — Категорично отрезал Архангел, сделав вид, будто последнее слово он не слышал.

— Ок. — Я понял свободную руку вверх, изображая расхожий жест смертных «сдаюсь».

Вторая рука была занята виски, которое я собирался открыть и сделать пару глотков. После того, как опытным путем был найден способ, давший возможность пить и не пьянеть, а значит не болеть утром с похмелья, я полюбил этот напиток за его густой, насыщенный вкус.

Когда буду покидать мир смертных, непременно прихвачу с собой два… нет, три… черт! Десять ящиков виски прихвачу. А лучше найду себе какого-нибудь ответственного поставщика, который будет передавать мне свежую партию раз в месяц.

— Итак… — Михаил сделал последнюю затяжку, с сожалением посмотрел на окурок, потом, с таким же каменным лицом, затушил его пальцами и проглотил. Не накурился, видимо. Давненько не бывал среди людей. — Я сразу знал, ты придёшь, как только поймешь, что началась Охота и главным Загонщиком Отец выбрал меня. Потому что мы с тобой всегда умели договариваться. Возникает вопрос… Самаэль, какого черт…

Архангел резко замолчал, проглотив окончание слова. Да-да-да. Кое-какие вещи Светлые не могут себе позволить даже здесь, в человеческом мире. Например, употреблять подобные выражения.

— Самаэль… — Выдохнул брат, а затем попробовал высказаться иначе. — Что заставило тебя поступить столь неразумным образом? Я знаю тебя лучше, чем кто-либо. Нас Отец создал первыми. Помнишь? Мы столько времени провели рядом, плечо к плечу. Я уверен, должна быть причина, по которой ты вдруг оказался здесь, среди людей. И я готов ее выслушать. Потом мы с тобой быстренько придумаем решение, чего бы оно не касалось, и вернем тебя в Ад. Там творится абсолютный бардак без твоего контроля. Такое чувство, будто учительница младших классов вышла из кабинета и детишки сошли с ума от запаха свободы.

Я не стал ломаться и выложил Архангелу все. Вернее, почти все. В моей интерпретации версия побега выглядела следующим образом.

Владыка Ада заметил кое-какие странности. В мире смертных началась непонятная движуха вокруг мутной организации бритоголовых придурков. Пару раз всплыло слово «Хаос» и это вызвало у Владыки Ада легкое волнение.

Затем началась история с Суккубами, которые вдруг принялись охотиться вне территории, обозначенной в Договоре. Да еще в качестве сосудов демоны похоти вдруг начали выбирать девственниц. А это уже вообще ни в какие ворота не лезет.

Поэтому Владыка Ада, как ответственный ангел, хоть и Падший, отправился лично посмотреть, что происходит. В итоге нашёл Говорящего и ниточку, ведущую к Кукловоду.

Дальнейшая часть рассказа соответствовала истине почти на сто процентов. Я рассказал про все события, которые случились с момента моего появления в мире смертных. Утаил только факты, касающиеся Сердца Лилит. Я вообще утаил, что Артефакт находится среди людей.

— Хм… — Михаил задумчиво уставился в одну точку. — Быстренько не получится, выходит так. Ты утверждаешь, что не́кто имеет цель выпустить на свободу Хаос. Для этого таинственный Кукловод подмял под себя определенное количество смертных, попытался провести специальный ритуал, в котором фигурировали ты, Говорящий и нефилим, а кроме того, совершенно не понятно для чего, подбирает для Суккубов сосуды, чтоб затем их убить. Знаешь…

Архангел помолчал буквально минуту-две, переваривая свои же слова, а потом снова продолжил.

— Я бы мог подумать, что ты лжешь. История выглядит слишком фантастической. Но это банально и пошло. Князь Лжи пытается надурить Ангела Истины… Поэтому, думаю, все сказанное тобой — чистая правда. И это очень, очень плохо. Мы могли бы сообщить Отцу, но…

Михаил снова прервался на обдумывание ситуации. Лицо его уже не выглядело столь бесстрастным, как в начале нашей беседы. Оно мрачнело с каждым мгновением.

— Но ты сам знаешь, что будет, брат. — Продолжил я вместо Михаила. — Он даже не дослушает до конца. Сразу велит меня отправить в Ад, а Кукловода не примет всерьез. Либо даст тебе распоряжение разобраться с назревающей проблемой. Но найти этого мудака можно только с моей помощью. Ты не можешь этого не понимать. А проблема, она не назревает. Она уже назрела. И ее вот-вот прорвёт.

— Согласен. — Кивнул Светлый. — Скажи, почему ты не разыщешь Говорящего по Метке?

— Потому что у меня такое ощущение, что Метка заведет меня в ловушку. Я чувствую Толика слишком хорошо. Он похож на маяк, который в ночи светится ярким солнцем. Эти дни я пытался разыскать Маркова обычным способом и заодно разобраться с баром. А вернее с идиотами, которые решили устроить революцию. Сам понимаешь, хоть они и придурки, но это — мои придурки. Имей в виду, с адовцами, когда все закончится, разберусь сам. Накажу, как сочту нужным.

— Не вопрос. Согласен, оправданное замечание. Думаешь, Метку используют как наживку? Чтобы… Чтобы, что? Убить тебя?

— Хм… Убить? Возможно. Конечно, вряд ли он хочет убить меня насовсем раньше положенного срока, но это физическое тело, в котором я обитаю среди людей, может быть повреждено или даже уничтожено. Ведь будет неловко, если оно, к примеру, окажется изрешечённым пулями, не находишь? Мы не хотим подобной негативной шумихи? Потому как не понятно, что на данный момент замыслил Кукловод. Вдруг это — один из этапов его плана. Я побегу за Меткой, меня убьют, вернее мое смертное тело, а настоящего Люцифера посадят в специальную клетку. Почему, нет? Вполне рабочая схема. Таким образом у Кукловода окажутся Говорящий и Падший. Причем Падший в своем первозданном виде. Останется только притащить нефилима. А это, уверяю, совсем несложно. Знаешь, раньше я бы именно так и поступил. В ярости кинулся бы на свет Метки, чтоб уничтожить врага. Просто это недолгое время, проведённое среди людей, оно слегка изменило некоторые мои взгляды.

— Ты стал мягче? Добрее? Ты готов прощать? — Архангел Михаил чуть подался вперед, сканируя меня пристальным взглядом своих прекрасных синих глаз. Когда-то и у меня они были такими…Глаза, естественно. Речь о них.

— Пф! Нет, конечно. Неужели ты хоть на секунду подумал, что я позволю кому-то из ходячих экскрементов, которыми кишит этот мир, оскорбить меня безнаказанно? Я специализируюсь на муках, которые длятся миллион лет. Поверь мне, ты понятия не имеешь, как выглядит настоящий ужас, и какие жуткие вещи я делал, чтобы удержать свой трон. Так что, нет. Я не изменился. Всего лишь начал думать прежде, чем что-либо предпринять. Ситуация не стандартная. Напомню, на кону стоит мир Смертных. Только представь, что случится, если этот мудак проведёт ритуал и Хаос действительно явится сюда. В общем, брат… Предложение такое. Дай мне время. Дай нам время. Не сообщай Отцу о нашей встрече. Мы сработаем командой, как в старые добрые времена. Ты будешь рядом со мной, пока я нахожусь в мире смертных, потому что в решении этой задачи, касающейся Кукловода, мы с тобой партнеры. А потом, когда разыщем ублюдка, я без малейших споров вернусь в Ад. Только… Убить его хочу сам. Своими руками. Его нельзя оставлять в живых.

Михаил несколько мгновений смотрел на меня тяжёлым, внимательным взглядом. Думал. А потом вдруг резко посветлел лицом и расплылся искренней, настоящей улыбкой.

— Знаешь, именно в такие моменты, когда наш Люцифер распаляется, когда слова и сила убеждения льются рекой, я понимаю, как один ангел убедил треть рабочих пчёл Небес перевернуть существующие устои с ног на голову. Вот только лишь у этой трети были яйца, чтоб последовать за Люцифером в изгнание. Ты не знаешь об этом, но…многие другие ангелы тоже прислушивались к твоим крамольным речам. Вот почему Отец низверг тебя. Ты действительно был опасен для всех. Просто остальные были слишком напуганы, чтобы присоединиться к вечеринке. Твои речи… Это твое самое сильное оружие. Любой другой дважды подумал бы, прежде чем показать Отцу средний палец. А ты и показал, и сбежал. Не хвалю тебя за это! Имей в виду! Но знаешь… Я в то время был слишком занят. Находился далековато от эпицентра событий. Если бы присутствовал на Небесах… Я бы, наверное, тоже очень хорошо подумал, стоит ли оно того. Стоит ли поднимать бунт, чтоб потом оказаться в Аду. Но…вполне возможно, присоединился бы к тебе. Итак… Какой ты видишь конкретно мою роль? Нам нужно обсудить стратегию.

Михаил выбрался из кресла, подошел к бару, вытащил оттуда два пустых стакана. Затем вернулся и, отняв у меня бутылку, налил алкоголь туда, где ему и место. Один стакан закономерно оказался в моей руке.

— Твоя роль… Хорошо, давай обсудим. — Согласился я. — Нам нужно решить на данный момент два насущных вопроса. Первый — попасть снова в бар, а затем через Мантикору и Фавна влиться в это идиотское революционное движение. Поэтому, ты сыграешь роль моего охранника. Антон Забелин иметь друзей не может, особенно настолько привлекательных. Он не потерпел бы рядом конкурента. А вот охрана…Здесь, среди смертных, все богатые люди таскатся со своей собственной охраной. Внешность твою слегка изменим…

— Охранник… Ну, не знаю… — С сомнением высказался Архангел.

— Да ладно, брат! Отличное прикрытие. Я считаю, это будет идеальная работа для тебя. Ты встретишь множество новых потрясающих объектов для ненависти. Представь только… Мы проберемся в самый центр заговора против Небес и Отца. Вокруг — лишь представители темной стороны. Твои враги. Будешь настоящим Джеймсом Бондом. Агент 001. Как 007, но только 001. Сечёшь?

— Надеюсь, ты лучше торгуешься, когда покупаешь души смертных, — От души, во весь голос рассмеялся Михаил. — Я чувствую себя девицей, которую развратник склоняет к порочной связи.

Светлый снова налил нам виски, а потом вообще расщедрился. Протянул мне пачку сигарет. Все-таки мой план относительно Михаила сработал. Для него целостность Мироздания, особенно благополучие сметных, всегда стояло в приоритете.

— Владыка Ада не торгаш. Не путай, брат. — Усмехнулся я, отсалютовав Михаилу бокалом, — Да мне и не нужно им быть. Каждый день люди ежесекундно предлагают Люциферу свои души. Они приносят их мне под дверь готовыми к употреблению. Это как доставка пиццы.

— Пицца… Самаэль, из-за твоих образных сравнений я проголодался. Но… — Михаил отставил бокал в сторону и резко поднялся с кресла. — У нас есть дела. Я тут обнаружил кое-что крайне любопытное. Вообще, если честно, проводил разведку, стараясь найти твой след. А наткнулся на нечто весьма странное. В тот момент не обратил внимания. Решил, смертные опять развлекаются. Ну эти… Твои поклонники, которые сатанисты. Однако, в свете истории, которую ты поведал, думаю, нам нужно прямо сейчас отправиться в это место и проверить, что там случилось. Есть ощущение, нас ждет очередное убийство, связанное с делами Кукловода.

Глава 5

Повседневные неприятности никогда не бывают мелкими…

— Так… Еще раз… Уточняю исключительно для собственного понимания и ясности ситуации. Мы сейчас вломимся в этот дом, чтоб увидеть нечто таинственное, о чем ты пока не желаешь рассказывать. Верно?

Я вопросительно уставился на Михаила, ожидая ответа.

Архангел замер рядом со мной, но при этом вообще не обращал внимания на мою персону. Между прочим, хочу заметить, это несколько обидно. Моя персона была единственным светлым пятном в том убогом месте, где мы находились. Не поверите, но Михаил притащил меня…

Ну-ка… Дружно…Та-дам! В Бирюлево!

Готов отдать пару адовых гончих за то, чтоб этот район был признан самым хреновым местом во вселенной. Почему-то любая самая поганая задница непременно связана именно с ним.

Вернее, мы находились где-то возле очень далекой окраины Бирюлёво. Да, согласен. Звучит абсурдно. Далекая окраина Бирюлево… Это как если бы у весьма плохого финала оказался еще более плохой финал.

Местечко, которое привлекло внимание Светлого, являлось остатками умирающего под натиском новостроек, частного сектора. Чтоб найти его нужно было постараться. Домики прятались за деревьями, словно очень сильно стеснялись показать свое скромное, неумытое лицо. Их было мало. Совсем мало. Не больше десяти штук.

Конкретно в данный момент мы стояли возле забора одного из домов. Я был готов войти на территорию и посмотреть, что же там такого необычного приключилось, если сам Архангел Михаил обратил на это внимание. Но Светлый буквально впал в ступор, замерев перед калиткой, ведущей во двор.

Такое чувство, будто брат очутился вне времени и пространства. Он смотрел вперед, а если говорить более конкретно, на старый деревянный дом с мезонином и черными провалами окон.

Судя по темноте за стеклами, там либо никого нет, либо люди спят. Если что, смертные вообще имеют такую глупую привычку — спать по ночам. А на улице уже была глубокая ночь. Все эти перипетии: походы по барам, драки, встречи с Чезаре и Светлым братом, растянулись на несколько часов.

То есть, варианта два: либо мы проникнем в пустой дом, либо мы проникнем в дом, чьи жильцы явно гостей не ждут. Не то, чтоб меня волновал вопрос законности наших с Михаилом действий с точки зрения человеческого уголовного кодекса, просто хотелось бы ясности в понимании ситуации.

Однако Архангел никаких пояснений не давал, а очень даже наоборот. Напускал максимальное количество тумана на ситуацию. Что это за дом и зачем он нам нужен, пока оставалось секретом. Естественно, в первую очередь для меня.

Строение выглядело достаточно старым и, пожалуй, больше годилось для каких-нибудь тайных вечеринок бомжей. По крайней мере, если у них подобные тусовки случаются, то проходить они должны именно в таких домах. Однако, в то же время, жилище не было разрушено или заброшено окончательно.

Да, дому однозначно не один десяток лет. Я, если честно, вообще не понимаю, как он сохранился в столице где на каждый квадратный метр приходится пять новостроек и шесть многоэтажек.

Однако дом несомненно был, как и ещё несколько таких же домов. Я видел их своими глазами, при желании мог потрогать своими руками. А еще, несмотря на крайне непрезентабельный вид, конкретно в этом доме однозначно кто-то жил. Ну или часто бывал.

Тропинка, ведущая к порогу, была основательно утоптана. По ней ходили как минимум несколько раз в неделю. Старый сад казался заброшенным и заросшим, но тем не менее, за досчатым забором я смог разглядеть место под раскидистой яблоней, где скорее всего часто готовили. Там стояла металлическая конструкция, напоминавшая мангал. Судя по куче свежей золы, буквально недавно именно этим хозяева и занимались — жарили шашлык.

Я прищурился, изучая дом более внимательно, уже своим, родным взглядом. Михаил продолжал молча пялиться в чёрные окна, будто пытался там что-то рассмотреть и мне, честно говоря, стало скучно. Раз никто отвечать пока не собирается, думаю, есть смысл просканировать ауру загадочного жилища.

Кстати, да. Чтоб вы понимали, дома тоже имеют свою ауру. Как правило, она зависит от поведения жильцов. Если хозяева — люди сомнительных качеств, если они то еще говнецо, то и домишко будет иметь специфическую атмосферу.

— Забавно… — Протянул я вслух буквально через мгновение. Ровно столько мне понадобилось времени, чтоб оценить ситуацию. И ситуация, прямо скажем, выглядела не лучшим образом.

Особо сильно напрягаться не пришлось. Едва «включилось» демонское зрение, я сразу увидел нечто крайне волнительное.

Дом окутывала тьма. Впрочем, гораздо правильнее будет говорить Тьма. С большой буквы. Она клубилась плотным, непроницаемым дымом, и этот дым был мне знаком.

— Брат, я, конечно, дико извиняюсь, что отвлекаю тебя от созерцания жилища смертных. Понимаю, на Небесах ничего подобного ты не встречал и тебя, наверное, таращит от того, что бывают столь любопытные вещи. Боюсь показаться слегка тревожной личностью, но… ты видишь то же самое, что и я?

— Я вижу Зло. — Коротко ответил Михаил.

Его лицо как-то осунулось и было белее обычного. Даже золотистые локоны Архангела словно в момент выцвели и потускнели.

Да, да, да. Знаем мы эти психологический выверты Светлых. Рядом с местом, где творился не просто грех, а нечто очень зловещее, они будто впадают в депрессию. Говорят, от сильной концентрации Зла ( тоже с большой буквы) страдает тонкая душевная организация Архангелов.

Я не помню, если честно, так ли это. Слишком давно закончилась моя ангельская жизнь.

— Ясно… Многообещающе. Ну что ж, тогда скажу, что вижу я. Это не просто нечто плохое, брат. Это — проявление Хаоса. Я видел похожее в Аду, когда нас только скинул туда Отец. Везде и всюду наблюдался этот чертов туман пропитанный Тьмой. Поэтому, повторю свой вопрос. Мы собираемся вломиться в дом?

Я был настойчив только по одной причине. Опыт моего недолгого пребывания в мире смертных весьма конкретно намекает, если Владыку Ада по какому-нибудь стечению обстоятельств принесло в мутное место, значит, с этим местом точно будет связана очередная проблема. Вампиры были. Пристанище призраков было. Убитый Суккуб — вообще открыл череду не сильно приятных событий. Что на этот раз?

Уверен, Тьма, опутывающая дом плотным коконом, из которого периодически рваными кусками вырывались черные «языки» — вполне конкретный звоночек, говорящий о новых неприятностях.

— Давно ли тебя начали волновать вопросы неприличного поведения со стороны их этичности? — Спросил Михаил, оторвавшись от изучения жилища смертных.

Он повернул голову и посмотрел на меня усталым взглядом. Похоже, дом и правда негативно влиял на состояние Архангела.

— Как ты завернул… Неприличное поведение, этичность… — Я с усмешкой покачал головой. — На этичность мне плевать. Тут вопрос в другом. Домишко явно имеет историю, которая лично меня вынуждает слегка напрячься. А часто ли такое происходит, брат? Чтоб Владыка Ада напрягался. Я всего лишь хочу понимать, что нас ждёт внутри. Вернее, кто. Несчастные жертвы в лице смертных, которые по воле рока оказались в месте, где явно имеется пара щелей в полу, откуда сквозит Хаос. Либо нас там ждут организаторы всего мероприятия.

— Я не знаю, Самаэль. Не вижу. Этот дом я почувствовал, когда проверял эфир и пространство на предмет определения места твоего нахождения. Он ощущается мной как огромная зловонная яма. Похоже на большой алтарь для жертвоприношений. Я не зря упомянул твоих поклонников и фанатов. Но обычно подобные ритуальные точки несут Зло в гораздо меньшей концентраций. Здесь же… Меня буквально трясет. Я хочу спалить все до тла.

Я с удивлением покосился на брата. Трясет? Все-таки Светлые жутко непробиваемые существа. Михаил уверяет, что испытывает сильнейшие эмоции, но внешне при этом выглядит, как непоколебимая статуя.

— Хм… Это тоже повод для размышлений. — Я вынул мобильник из кармана и не глядя нажал на последний вызов.

Естественно, это был номер майора Машуриной. Она долбилась мне на телефон в течение последнего часа раз двадцать. Не спится ей, видимо. И естественно, я не отвечал на ее звонки. Девушке нужно успокоиться. Есть ощущение, она звонила вовсе не для того, чтоб проявить заботу и вежливо поинтересоваться, как у меня дела.

— Забелин! Скотина! Я тебя убью! Сначала разыщу, а потом убью. Нет! Не убью. Сломаю тебе ноги. А лучше прострелю коленные чашечки!

Голос блондинки буквально звенел от ярости. Наверное, я был прав насчет того, что ей не мешает успокоиться.

— Мария Семеновна, какая потрясающая кровожадность. Давайте так. Сначала вы сделаете кое-что очень важное. Пробейте, пожалуйста, адрес. Я знаю, вы можете. Для вас нет ничего невозможного.

Майор пару секунд помолчала, а потом осторожно поинтересовалась:

— Ты где?

— Простите, не могу раскрыть вам сию тайну, особенно после слов про коленные чашечки. Хотя, несомненно радует тот факт, что вы прислушались к моей просьбе и носите оружие при себе. Напомню, вам жизненно важно быть осторожной. А сейчас запоминайте. Мне нужно знать, на кого оформлена данная недвижимость и вообще любая информация по ней, какая только существует. Это очень важно. И не вздумайте искать меня своими ментовскими способами! Ясно? Это слишком опасно. Все. Теперь точно запоминайте.

Я быстро произнес адрес, который значился на табличке, висевшей возле калитки, а потом, не дожидаясь продолжения разговора со стороны девушки, скинул вызов.

Майор, конечно, та еще стерва, но она непременно выяснит все, что нужно. Хотя бы для понимания, куда снова вляпался ее стажёр.

— Ладно, Ангел Истины… — Я посмотрел на бледного Михаила, — Чего стоять без дела. Давай разберемся с этим домиком. Тоже, кстати, не могу пробиться сквозь Тьму, окутывающую жилище. Слишком плотная. Так что… У тебя есть пара минут, чтоб придумать легенду для смертных, если таковые внутри имеются. Версии насчет проверки газа или забитой канализации не подойдут.

Я легонько хлопнул Архангела по плечу, затем толкнул калитку, не имеющую замка, и двинулся по тропинке к крыльцу дома.

Не удивительно, что хозяева держат вход на территорию открытым. Сюда не полезет ни один вор. Любой смертный за километр обойдет это место, недоумевая, по какой причине у него вдруг случилась паническая атака и в ужасе зашлось сердце. Люди, как и любые примитивные существа, интуитивно ощущают настоящее Зло.

— Почему я должен что-то придумывать? — Вскинулся Михаил, а потом, видимо, не желая оставаться в одиночестве, пошел вслед за мной.

— Потому что из нас двоих Светлый — ты. Мне вообще плевать, что подумают людишки. — Бросил я через плечо.

Ощущения были, конечно, любопытные. Чем ближе подходил к дому, тем сильнее под кожу пробиралась Тьма. Вернее Хаос. Она ведь и есть порождение Хаоса.

Я тихо скользнул к одному из окон и, отключив демонское зрение, заглянул внутрь. Сейчас нужно оценивать ситуацию именно глазами смертного. Иначе ни черта не увижу. Клубы чёрного тумана будут закрывать все.

Однако, мои манипуляции особого результата не принесли.

— Твою ж мать… Внутри темно, как у Цербера в заднице…

— Ты бывал у Цербера в заднице? — Удивился Архангел, выглядывая из-за моего плеча.

Он, как и я, тщетно пытался понять, что находится внутри дома.

— Вообще, это образное выражение. Давно не жил среди смертных? Они страсть как любят подобные обороты. И не дыши мне в ухо! Нервирует.

Я плечом отпихнул Архангела, который, изнывая от любопытства, готов был забраться с ногами мне на голову.

Конечно, ситуация достаточно нелепая. Два могущественных существа, Первый Архангел Небес и Владыка Ада, раскорячились под окошком человеческого жилища, изображая из себя черт знает кого. Но! Но-но-но… Оно самое. Пресловутое «но».

Мягко говоря, мы сейчас с Михаилом здорово нарушаем законы, придуманные Отцом для ангелов. Свобода выбора смертных. Личные границы, чтоб их. Нам итак по окончании всей истории нехило прилетит обоим.

Кстати, Михаил в данном случае рискует гораздо больше. Ему, в отличие от меня, есть что терять. Я уже Падший. Чем Владыку Ада может наказать Отец? Ничем. А вот с Архангелом ситуация посложнее будет.

Когда папа узнает, что Михаил пошел на сговор со мной, брата ждут конкретные разборки. Однако, в случае благополучного исхода, у Архангела будет козырь. Даже два — Кукловод и спасенный мир людей. Как говорят смертные, победителей не судят.

Вот только действовать нужно аккуратно. За любое несанкционированное вмешательство в жизнь людишек папа выковыряет наш мозг маленькой чайной ложечкой. Поэтому нам с Михаилом приходится сейчас действовать осторожно, не используя Флёр и Благодать.

— Так… Ладно…Это все начинает немного утомлять. — Высказался я в воздух, а затем переместился к двери и осторожно надавил на нее.

Дверь оказалась открыта.

Сцена, конечно, достойна лучших фильмов ужасов. Ночь, гнетущее ощущение Великого Зла и дверная створка, медленно открывающаяся внутрь. Она еще такой звук издавала, будто где-то тихонько плачет охрипший ребёнок.

— Забавно… — Задумчиво произнес я, рассматривая темноту, густо заполнявшую дом.

— Что ты заладил одно и то же. Забавно тебе все. По мне, это скорее вообще ни разу не забавно. — Буркнул Михаил. — Отойди. Там нет никого живого. Я пойду первый.

Он оттеснил меня плечом и решительно шагнул через порог. Я, соответственно, сделал то же самое. Имею в виду, шагнул.

Насчет присутствия и отсутствия живых организмов Светлые действительно профи. Смертных они чувствуют «на раз».

Изначально Михаилу мешала Тьма вокруг дома. Она для него была как плотная, непроницаемая завеса. Теперь же, когда заглянули внутрь темной комнаты, Архангел сразу почувствовал, черной кошки там нет. Ну, вы поняли аллегорию. Темная кошка, черная комната…

Мы прошли через достаточно просторную прихожую, через коридор. Но как только оказались внутри большой комнаты, оба замерли на первом же шаге. Именно здесь концентрация зла была максимально невыносимой. Даже у меня зачесалось местечко между лопаток. Как бы крылья не рванули на волю. Сейчас это будет слегка не вовремя.

— Так… Хватит глупых игр в прятки. — Буркнул я, затем щёлкнул пальцами, вызывая огонь.

Вообще, подобное заклятие работает следующим образом. Должно появиться пламя в самом подходящем для него месте. А именно — на моей руке.

Однако, стоило мне сделать свой маленький фокус, в ту же секунду, вспыхнуло штук сто свечей. Все они находились конкретно в этой комнате. Часть стояла на специальных подставках. Часть висела под потолком в огромной круглой люстре, видавшей времена Рыцарей Круглого стола.

Честно говоря, я был уверен, что меня мало чем можно удивить. И в принципе, комната, которую осветили свечи, меня и правда не удивила.

Если говорить в двух словах, внешний вид дома не имел ничего общего с этим помещением. За дверью, со стороны улицы мы видели старое, немного убогое жилище. Очень старое. Почти древнее.

А комната… Да, здесь тоже было много дерева. На этом схожесть картинки и содержимого заканчивается. Все остальное — чертова куча отличий.

Высокие потолки в два этажа, кожаная мебель прямо как из старого фильма про НКВД, большие панорамные окна. Хотя, с улицы эти окна выглядят гораздо скромнее. Однако подобные фокусы хорошо нам известны. На лицо отличная, качественная работа с пространством, не более.

Удивило другое. Атмосфера в помещении. И я сейчас не про дизайнерское решение говорю.

Картина, представшая перед нами, однозначно заслуживала того, чтобы зваться первоклассным зрелищем.

В центре комнаты имелся алтарь, а над ним — двухметровая статуя Санта Муэрте. Своего рода пародия на Деву Марию в виде старухи с косой.

— Зашибись, — Хмыкнул я, изучая «конкурентку» хмурым взглядом.

Люди вечно ищут, на кого бы повесить свои проблемы. Вот — яркий пример их неспособности быть взрослыми. Поклонники Санта Муэрте считают, что молитвы, обращённые к Смерти, способны дойти до «адресата», и что она способна исполнять желания. Смерть. Желания. Улавливаете иронию в сочетании этих двух слов?

Наиболее фанатичные представители культа иногда совершают ритуальные убийства.

— Самаэль, будь лояльнее. — Не менее мрачным тоном высказался Михаил. — Несмотря на её костлявый и сомнительный вид, она та, кому верующие в неё молятся о защите. Людям нужна вера.

— О защите? — Я громко хмыкнул. — Полагаю, тот, кому принадлежала статуя, не особо преуспел в этом. Похоже, половина его крови разбрызгана по Святой Смерти, алтарю и стенам.

То, что лежало на полу, даже нельзя было назвать трупом. Этого недостаточно. Выглядел погибший так, словно пытался починить реактивный двигатель, а тот неожиданно завелся.

Однако, на этом «сюрпризы» не закончилось. Смертный, буквально порванный на куски, валялся вне пределов ритуального круга. Валялся — максимально подходящее слово. Ошмётки его тела были разбросаны по всей комнате, как мусор.

А вот на алтаре, пришпиленная словно бабочка, лежала Марина Рыжкова, мой недавно созданный голем. Ее разрезали ровно вдоль живота и судя по всему, бедняжка снова была мертва. Уже второй раз.

— Твою ж, сука, мать… — Громко, от души, рявкнул я вслух.

Сдается мне, это выражение становится моим девизом в мире смертных.

Глава 6

Иногда ты должен говорить правду, сколько бы у тебя не было грязных тайн…

— Думаю, хозяин дома мёртв. — Многозначительно сообщил Михаил, разглядывая то ли часть печени, то ли просто кусок мяса, лежавший рядом с его ногой.

Светлый еле заметно скривился, а потом отодвинул свой дорогой ботинок из алигаторовой кожи подальше от «мусора». Кто-то еще говорит мне про лояльность…

— Обязательно запишу это в свой ежедневник расследования убийств. — Кивнул я, изучая бойню, случившуюся в комнате, — Что-нибудь ещё? Например, удивительный вывод, что это не была авария лодки. Или что смерть хозяина дома не является итогом сердечного приступа?

Архангел оторвался от созерцания останков и посмотрел на меня так, словно он пресс для мусора, а я бекон недельной свежести.

— Проклятие, Самаэль! Здесь умер человек, он был беззащитным смертным. И умер он ужасно. Можешь чем-нибудь поспособствовать нам в установлении того, что, чёрт подери, здесь произошло? А не блистать остроумием. Жертвоприношение, любое, это — твоя стихия.

— Ого! — Я несколько раз хлопнул в ладоши, изображая восторг. — Мой брат в ярости! В нескольких предложениях ты дважды нарушил неприложный закон Небес. Светлые не бранятся. Забыл?

— Сейчас не до правил и не до условностей! На алтаре твой голем, верно? Вернее, не так. То, что девушка, разрезанная почти пополам — голем, я и без подсказок вижу. Твоя? Та, о которой рассказывал?

— Моя. — Обреченно согласился я и тяжело вздохнул.

Голема было жаль. Я не часто создаю что-то подобное и да, мне стало обидно за столь прекрасно сделанную работу. А Рыжкова… Она умерла давно. Еще в тот момент, когда стала жертвой Химеры. Ее уже поздно жалеть.

— Почему ты не почувствовал вот этого всего? — Спросил Архангел и сделал широкий жест рукой, очертив круг.

Видимо, таким образом он намекал на попытку извлечь из Рыжковой мой Флёр. А это и была попытка извлечь из Рыжковой мой Флёр. Любая другая причина исключается.

Девицу буквально «вскрыли», будто коробку с ценным содержимым. Не вижу в этом смысла без учета того факта, что создавал ее Владыка Ада. А значит внутри голема — сила Владыки Ада. И это действительно крайне ценная вещь для некоторых мероприятий. Использовать Рыжкову просто для ритуала не могли. Бессмысленно.

Приносить в жертву голема — это как пытаться вытащить из банки консервированные шпроты, чтоб заставить их плыть. Голем — пустая оболочка, а суть любого ритуала — обмен. Жизнь отдают ради получения желаемого. В Рыжковой не было жизни.

Настоящая Марина мертва уже продолжительное время. Единственная причина, более-менее объясняющая ее нахождение на алтаре — чьё-то огромное желание заполучить Флёр Люцифера. Все. Другой нет и быть не может. Все. Круг замкнулся.

Да, можно предположить, будто придурок, в данный момент разбросанный частями по комнате, не знал о сути Рыжковой и принял ее за обычного человека.

Однако, слишком уж странное совпадение. Это — первое. Поклонник Санта-Муэрте внезапно выбрал жертвой Рыжкову. Три раза ха-ха. Нет, не три. Пять.

А второе — голем способен пришибить любого смертного, как муху. Чисто физически, конечно.

И если бы сумасшедший маньяк начал кромсать Рыжкову, она очень быстро эту ситуацию изменила бы в обратную сторону. Впрочем, ситуация изменилась бы еще на этапе возложения жертвы на алтарь. Голем не стала бы этого делать добровольно, а заставить ее силой… Ну я с удовольствием посмотрю на это.

Соответственно, голема сначала обездвижили, как… как голема. И да, имеется несколько способов. По сути, подобные создания — нарушение авторских прав Отца. Големы — это типа люди. Только с особенностями. Поэтому папа, когда я впервые слепил такую «игрушку», сильно распсиховался. Обозвал меня попрателем небесных законов. Это, в принципе была закономерная, ожидаемая реакция.

Убить голема как человека невозможно. Но! Его реально обездвижить. Не поверите, с помощью святой воды и определенной молитвы. Естественно, столь простые на первый взгляд вещи, мало кому придут в голову в момент встречи с големом, потому что ни один смертный вообще не поймёт, кто перед ним. Да и молитву нужно знать. Методом «тыка» здесь не выйдет.

Что получается в итоге? Рыжкову сначала подловили, обездвижили, а потом, когда она не могла ни сопротивляться, ни подать мне сигнал, притащили в этот дом и уложили на алтарь.

То-то последние пару дней от нее не поступало вообще никакой информации. Я после пропажи Маркова так резво рванул искать патологоанатома и устраивать показательные выступления в баре, что о Рыжковой и не думал. Решил, может, отдыхает, может спит, может просто ни черта интересного не происходит. Моя голова вообще была занята другими мыслями. О големе я не вспоминал. А оно вот что выходит…

— Не проконтролировал, да. — Ответил я Михаилу, чувствуя внутри странное ощущение, похожее на угрызения совести.

Ужас какой. Со всеми этими приключениями в мире смертных, я скоро совсем деградирую. Начну испытывать свойственные людям эмоции.

— Погоди, сейчас разберемся… — Буркнул я в сторону Михаила, а затем, чтоб лучше рассмотреть детали, направился непосредственно к месту преступления.

Это было совсем непросто. Для того, чтоб приблизиться к алтарю, мне пришлось обойти очень до хрена частей тела погибшего смертного.

— Что ж тебя так раскидало-то…Хорошо Владыка Ада не страдает брезгливостью… Да, Михаил? — Бубнил я вслух, пробираясь к Рыжковой.

Тело неизвестного мужчины, а некоторые части однозначно говорили, что убитый был именно мужчиной, лежало, порезанное на куски. И все эти куски были разбросаны за пределами странным образом изменённого круга призыва.

Острые края… Черт… Это не круг. Это шестиугольник. Форма, используемая только в тёмной, самой хреновой практике.

Даже я не долюлбиваю подобных «умельцев». Им мало вызвать демона. Они, как правило, стараются сунут свой нос в Бездну, где бродят старые боги и старые духи. И те, и другие отличаются мерзким характером, подпитываемым кровожадностью, а потому на вызов практика идут с удовольствием.

К счастью, бывает это очень редко, потому что добраться до Бездны слишком тяжело. Пожалуй, тут как раз будет оправданно использование Флёра Люцифера. А если какой-нибудь смертный самородок все же ухитряется вытащить из Бездны особо поганую дрянь, я всегда такие эксперименты уничтожаю. Причем, всех участников, и тех, кто вызывал, и тех, кто явился.

А еще в Бездне, за семью печатями, на самой глубокой глубине обитает тот самый Хаос… Черт. Снова все сводится к той же самой теме. Вот почему фонит Тьмой так сильно.

Я внимательно осмотрел неровный круг призыва. Похоже, часть была нарисована кровью, хотя трудно точно сказать. Сбивают с толку все эти куски парня, разложенные на полу словно блюда шведского стола. Повсюду разбросано много костей. Слишком много для одного человека. Скорее всего, он использовал их, чтобы усилить шестиугольник.

Хм… Вскрыли голема, чтоб достать из нее часть моего Флёра. Ок. Однако, опять же, надо знать правила подобных экспериментов.

Смертного научили, как провести освобождение Марины от силы Люцифера. Сам он до этого никогда бы не додумался.

В книжках, конечно, кое-какие советы на данную тему имеются, но загвоздка в том, что подобных книжек в мире людей уже не осталось. Уничтожили во времена инквизиции. Те вообще жгли все подряд, как умалишённые. Несомненно у парней имелись отклонения психического характера. Пироманы чертовы.

В итоге следственных мероприятий мне пришлось обойти всю комнату, чтобы вернуться к Михаилу. Брат посмотрел на меня вопросительно, ожидая каких-то выводов.

— Тело… То есть… Что от него осталось… не воняет. — Резюмировал он, сморщив нос. — Как думаешь, сколько это все тут лежит?

Вот чем занимался мой брат, пока я изучал алтарь и ритуальный круг. По запаху пытался определить давность случившегося. Такими темпами мы скоро станем как пресловутая парочка из книжек смертных — Шерлок Холмс и Доктор Ватсон.

— Не меньше двух дней. Очень слабый распад тканей. Нет яиц мясной мухи. Нет даже трупного окоченения. Смотри, вон, суть правее, валяется единственный уцелевший локтевой сустав. По нему можно понять. Обнаружил что-нибудь в следах эфира? Я надеюсь, ты не только воздух нюхал, но и другие варианты тоже прорабатывал. Здесь явно пытались с помощью моего Флёра, извлечённого из голема, вызвать кое-кого очень серьезного. Однако, что-то пошло не так. Если говорить более точно, придурок, устроивший вызов, ухитрился нарушить собственный рисунок круга. Не знаю, как. Но могу предположить. Его будто потянуло к тому, что находилось внутри. Значит, он вызвал сущность, крайне разумную и хитрую. Вместо того, чтоб служить призвавшему, эта сущность каким-то образом подманила человека к рисунку, вынудив нарушить линию. Разорвать ее. Таким образом призванная хрень вырвалась наружу. Значит, след в эфире должен остаться. Необходимо срочно понять, кого вытащил из Бездны этот придурок. Флёр Люцифера, даже в малом количестве, слишком мощный компонент. Уверен, речь идет не о безобидном призраке или демоне младшего порядка.

— Я определённо чувствую остатки тёмной практики. — Согласился Михаил.

— Черт… Что он призвал, этот придурок… Кого?

Я опять повернулся к алтарю, изучая тело голема. Затем, немного подумав, двинулся обратно в ее сторону. Остановился совсем близко и замер, пытаясь почувствовать след.

Даже без особых усилий с моей стороны, в воздухе ощущалось нечто весьма опасное. Но не могу сказать, что именно. Оно древнее и холодное. На мгновение я подумал, не сам ли Хаос пожаловал, однако уже в следующую секунду отмел эту мысль. В подобном случае здесь, в мире смертных уже началось бы знатное веселье.

И потом, сумасшедший из старой церкви говорил, что для ритуала требуется три компонента: Говорящий, Падший и нефилим. К тому же Флёра в големе для столь мощных призывов было маловато.

Я поморщился, потер виски пальцами и попытался напрячься сильнее. Никак не мог уловить, что же это исходит от останков человека и от алтаря. Холодно, жутко, безумно… Ярость… Да, пожалуй, еще была ярость. Однозначно из круга в мир смертных вырвалось нечто крайне древнее и злое.

А вы спрашиваете, почему я не люблю смертных? Да потому что все время вот так и происходит. В погоне за своими тупыми мечтами они постоянно творят лютую дичь. А мне потом приходится со всем этим разбираться.

Я посмотрел вниз, затем коснулся носком ботинка того, что, мне кажется, было частью руки. На сохранившихся остатках кожи виднелись несколько символов татуировки, которую я уже видел несколько раз. Все ясно. Очередная жертва из смертных работничков Кукловода.

— Твою мать!

Женский голос, раздавшийся со стороны входа, прозвучал очень неожиданно, но уже не так, как раньше. По крайней мере, для меня.

А вот Михаил, конечно, впечатлился. Он подпрыгнул на месте, затем, резко развернувшись, метнулся к застывшей в проходе фигуре. Но это ладно. Это можно было бы объяснить. Хуже другое. Мой брат ожидал худшего, а потому выкинул вперед руку, в движении являя гладиус.

— Твою мать!!! — Повторно взвизгнула майор Машурина, вытаращив глаза и выронив из рук оружие.

Она очень сильно охренела от того, что молодой блондин с фигурой атлета, облачённой в смокинг, с синими как небо глазами, едва не ткнул ей в грудь пылающим ангельским мечом. Острие гладиуса замерло буквально в нескольких сантиметрах от тела блондинки.

— Как говорит мой секретарь, вечер окончательно перестал быть томным… — Вздохнул я, представляя, сколь сложный разговор мне сейчас предстоит.

Глава 7

Настоящая магия — взять несколько сильных одиночек и заставить работать их вместе

Если бы деньги возжелали отдохнуть пару недель, расслабиться и подышать свежим воздухом, они бы отправились в Подмосковный пансионат «Зелёные дубы», располагавшийся на закрытой территории, со всех сторон окруженной лесом, озёрами и заградотрядами из лучших сотрудников лучшего охранного агенства столицы.

Казалось бы, при чем тут пансионат, лес и озёра? Как эта милая, сельская пастораль может быть связана с Кукловодом? Тем более «Зелёные дубы» на самом деле являются одним из самых дорогущих мест отдыха, куда на восстановление своих миллионерских задниц отправляются богатеи со всей страны.

Честно говоря, пока не известно. Но конкретно в данную минуту мы как раз собирались в этом разобраться. Найти, так сказать, связующую нить.

Моя тачка пряталась в кустах возле «Зеленых дубов», изображая из себя большой пенек. Вернее, это я придал ей такой вид. Не в реальности, конечно. Законы мира смертных, чтоб их. Просто любой случайный прохожий ( хотя казалось бы, откуда им тут взяться, особенно случайным) вместо дорогой машины увидит здоровенный, старый пень.

В тачке сидела вся наша дружная компания. Мы были заняты важным делом — изучали вход, а точнее въезд на территорию пансионата. Мы — это ваш покорный слуга, Архангел Михаил и… конечно, майор Машурина.

Пожалуй, о блондинке стоит сказать отдельно. Ее внезапное, совершенно не запланированное появление вынудило нас с Михаилом поведать девчонке правду. Признаюсь честно, я был против.

Лично меня на все эти откровения вынудил Михаил. Я вообще был непротив выбрать проверенный вариант и убедить Марию Семёновну, будто она в очередной раз сошла с ума. Не уверен, что майор поверила бы в эту версию повторно, однако на мой взгляд попробовать стоило.

Хотя, соглашусь, объяснить майору, почему молодой, высокий, красивый блондин двигается как супермен и одним щелчком пальцев выпускает из собственной руки пылающий меч, гораздо сложнее, чем рассказать забавную историю о том, как она надышалась испарений от химии.

Был еще один вариант — убить майора Машурину. Как говорят смертные, нету тела — нету дела.

— С ума сошел⁈ — Моментально взвился Архангел, услышав мое вполне разумное предложение. — Она — нефилим. Их всего-то осталось…

Михаил резко замолчал, затем посмотрел на меня с подозрением. Наверное, решил, что информация о поголовье нефилимов слишком важна для Небес, а я сплю и вижу, мечтая ее заполучить.

— В общем, трогать девушку нельзя. — Сурово заявил брат.

Потом подошел к блондинке, которая, живописно раскинувшись на полу среди кусков тела неизвестного погибшего, лежала в отключке, взял ее на руки и двинулся к выходу.

— Ты же сказал, нельзя трогать. — Со смешком крикнул я ему в спину.

Архангел демонстративно промолчал. Но есть ощущение, если бы не его занятые руки, я бы увидел поднятый вверх средний палец. Видимо, это был намёк на мое отвратительное чувство юмора.

Категорически не согласен. С юмором у меня как раз все отлично. В любом другом случае я бы удавился еще несколько тысячелетий назад, побыв Владыкой Ада хотя бы год. Совершенно неблагодарная работа, скажу я вам.

Майор Машурина действительно потеряла сознание. Сначала, конечно выругалась, потом сильно удивилась, потом, наконец, заметила человеческие останки, разбросанные по комнате и разрезанную Рыжкову на алтаре. Это, видимо, стало последней каплей.

Слишком уж трепетно она относится к подобным вещам. Крепче надо быть. С одной стороны вроде бы жесткая особа, а с другой, чуть что — сразу в отключку.

Ладно, Толик. Тут соглашусь. Любой смертный при виде огромного паука мог бы испугаться. В данной же ситуации совершенно не понимаю, что так впечатлило блондинку. Можно подумать, она не знала раньше, как выглядят в натуральном виде почки и селезёнка.

В любом случае, решением Архангела, была выбрана следующая тактика поведения — правда и ничего кроме правды.

Надо отдать должное, Михаила Мария Семеновна выслушала спокойно. Естественно, когда пришла в себя. Она застыла на заднем сиденье, уставившись в одну точку и на протяжении целых пятнадцати минут не проронила ни слова, не издала ни звука. Пока мой светлый брат не закончил свой рассказ и не замолчал.

— То есть ты — ангел? — спросила майор Машурина, затем перевела взгляд на меня и поморщилась, даже не скрывая своей реакции. — А он — дьявол?

— Пожалуйста, будь любезна называть меня Люцифер. — Поправил я смертную. — Не люблю эти ярлыки. У меня, на секундочку, прекрасное имя.

Кстати, да. Я решил, что после всего случившегося, после того, как девчонка узнала, кто есть кто, глупо «выкать». Я, между прочим, круче по званию, статусу и возрасту.

Блондинку буквально перекосило от моего комментария. Нет, правда точно не пошла на пользу нашим сложным взаимоотношениям. Раньше она предполагала, что я — зло в чистом виде, теперь знает это наверняка.

— То-то я смотрю, меня от тебя аж выворачивает. — Фыркнула майор высокомерно.

Типичная особа с пятидесятью процентами Благодати. Всего лишь полчаса назад валялась на залитом кровью полу без чувств, а сейчас, узнав о своём прохождении, сразу превратилась в спесивую гордячку.

О происхождении, конечно, рассказал Михаил. Брат решил, что так будет лучше. Тем более, раз у девицы того и гляди случится инициация, разумнее ее к этому явлению подготовить. Мол, несведущий нефилим может быть опасен для окружающих и для себя.

Я не стал спорить. В конце концов, нефилимы — это не моя головная боль. Демоны — да. Тут вопросы будут к Владыке Ада. А детишки Архангелов…Пусть Светлые разбираются со Светлыми.

Потом, правда, у Марии случился сильный всплеск темной сути ее души. Она же человек наполовину. Естественно, всей этой дряни, которая свойственна людям, в ней тоже предостаточно.

Майор вдруг резко рванула с места вперед и начала лупцевать меня обеими руками, куда придётся.

— Скотина! Скотина, блин! Выставил меня идиоткой! А мне не привиделось! Был паук! Был! И жуки эти сраные. Полчища жуков! Я чуть кукухой не поехала!

Не знаю, к чему привел бы столь необдуманный поступок девицы. Наверное, я бы ее всё-таки убил. Мало того, в мире смертных меня лапают все, кому не лень. А я, знаете ли, далеко не любитель тактильных контактов, особенно с человечишками. Так теперь еще в драку всякие психованные дамочки кидаются.

К счастью для Марии, вмешался Архангел. Он резко развернулся, схватил девчонку за шиворот и легонько отшвырнул ее в дальний угол тачки.

— Не советую тебе поступать таким образом снова. — Нахмурившись сказал Михаил. — Если ты плохо расслышала, повторю. Он — Люцифер, Падший ангел, Владыка Ада, Князь Лжи и Боли, Проклятый Зверь, Проклятие человеческое. Не успеешь моргнуть, вырвет твое сердце, снимет кожу, потом вывернет ее и натянет обратно. То, что мой брат так долго был по отношению к тебе лоялен, выглядит крайне удивительным недоразумением. Скажи спасибо. Видимо, ты ему по какой-то причине приглянулась.

Майор посмотрела на меня испуганным взглядом и еще сильнее забилась в угол. Только сейчас, после слов Архангела, сказанных абсолютно спокойным, обыденным тоном, до неё дошла суть всей ситуации. Она, наконец, поняла, кто перед ней.

Однако, это осознание очень быстро трансформировалось в энергичную активность. Майор заявила, что совершенно не собирается оставаться в стороне. Особенно теперь, когда знает о том, кем является.

— Потрясающая наглость. — Высказался я, кинув в сторону девицы раздраженный взгляд. — То есть по поводу всей ситуации в целом слез, переживаний и подобной человеческой ерунды не будет? Тебе, вообще-то, только что сообщили о вещах, которые смертный мозг должен воспринимать как сказку. А нас ты, чисто теоретически, должна принять либо за сумасшедших, либо за свой воспаленный бред.

— Я что, совсем шизанутая? Зачем мне плакать? — Удивилась блондинка. — Наоборот. Теперь все встало на свои места. Мне понятны ситуации, которые происходили. Даже как-то полегчало, если честно. Я реально себя начала принимать за сумасшедшую. А раз ты — Люцифер, он — Архангел Михаил, то я даже рада. Значит, со мной все в порядке. Слушай… Марков, он тоже из этих…

Майор сделала замысловатый жест рукой, а потом добавила.

— Из ваших?

— Нет, он — человек. Только с особенностями. — Коротко пояснил я.

В общем, итог разговора вышел следующий. Наша скромная компания стала больше на одного участника. Мария, которая теперь не Семеновна, уперлась намертво, желая принять участие в расследовании.

— Ты что, не мог отключить телефон? — Очень ни к месту поинтересовался Архангел, когда стало понятно, что от настырной девицы нам не избавиться.

— Да. — Тут же влезла блондинка, — Я отследила его по телефону. И вообще, между прочим, сделала это почти сразу, как только разыскала ключи в кустах. Наблюдала за вами со стороны от самого отеля. В вы даже не заметили слежку. О чем это говорит? О том, что я — настоящий профессионал своего дела. Я вам нужна. Здесь, среди людей, даже могущественным существам однозначно требуется помощь.

— Я ей сказал, чтоб она не искала меня. — Мой ответ предназначался исключительно Архангелу. Майора я игнорировал.

— Удивительная наивность для Владыки Ада. — Снова влезла блондинка со своими ценными комментариями.

— Потрясающе… — Михаил покачал головой и развёл руки в стороны, недоумевая с моего пояснения. — Только не бросайте меня в терновый куст. Вот, что ты ей сказал. Лучше бы вообще промолчал, глядишь и правда искать не стала бы. А то, наоборот, будто вызов бросил. Только не ищи меня. Она на зло, наперекор нашла.

— Эй! Але! — Майор влезла между нашими сиденьями и помахала рукой. Сначала перед носом Михаила, потом хотела перед моим, но, вспомнив, кем является Антон Забелин, быстро убрала конечность. — Вообще-то, я сижу тут и все прекрасно слышу. Хватит делать вид, будто меня нет!

В итоге, пришлось смириться с присутствием Марии. Тем более, она действительно оказалась крайне полезна.

— Подожди… Ты говоришь, эта тетка из ресторана… Которая находила жертв для Суккубов… Она же кого-то там видела. Ей явился кто-то во сне с предложением. Шкатулка мутная. Почему ты откинул эту ниточку? Возьми ее на понт. Очевидно, тетенька желает продать душу дьяволу. Ну так покажи ей дьявола. Себя. А потом через эту дуру, прости Господи, найди того, с кем был заключён договор. Только для начала нужна девушка, которая украла шкатулку. Вы уперлись только в одну версию. Вернее, в один след. И по этому следу пытаетесь разыскать преступника. Но ты сам говоришь, баба из ресторана связана с ним. Сто процентов. Потому что фигурируют Суккубы. Одного Суккуба убили парни главного злодея. Или не убили, это пока не понятно, но точно потом искали тех, кто имел с ней контакт. Опять же, твою Рыжкову грохнул один из слуг вашего злодея.

— Он такой же «наш», как и твой. — Я снова покосился на девчонку с недовольством. — Если что, в первую очередь Кукловод собирается уничтожить мир смертных. На твоём месте я бы относился серьёзнее к ситуации.

Скажу честно, причина моего недовольства теперь была в другом. Майор действительно предложила нормальный вариант.

Нужно найти Соню, которая сбежала из ресторана со шкатулкой. По этой вещи я смогу определить ее хозяина. Если по какой-либо причине такой вариант окажется затруднительным, значит, свяжусь с дамочкой Мальденбург-Ольшанской, встречусь и через нее найду след того, кто с ней договаривался. Черт… Звучит как план. И предложила его майор. Естественно, она меня бесит!

— Ок. — Мария кивнула, соглашаясь.

Хотя ее вообще никто не о чем не спрашивал. Ей не терпелось приступить к расследованию, тратить время на споры она не хотела.

— Давай, скажи мне имена и одной, и второй.

Блондинка вытащила из кармана телефон, всем своим видом демонстрирую готовность приносить пользу спасению мира.

— Алиса Робертовна Мальденбург-Ольшанская и Соня Максимовна Серова. У меня есть паспортные данные второй…

Я замолчал, не договорив. Причина была в майоре. Она смотрела на меня круглыми глазами, явно узнав одно из имён. И вряд ли это было имя никому не известной девочки Сони.

— Что? — Спросил Архангел, нахмурившись. Он, как и я, заметил реакцию блондинки.

— Мальденбург-Ольшанская? Серьезно? Вы знаете, кто ее муж? — Поинтересовалась майор таким тоном, будто мы с Михаилом пришли на урок, не выполнив домашнее задание.

— Видимо, Мальденбург-Ольшанский. — Пожал я плечами. — Хотя, не факт. Может, она не захотела брать его фамилию. У вас, смертных, вечно какие-то заморочки. Имена, фамилии, отчества.

— Очень смешно. — Мария сказала это таким тоном, что сразу стало понятно, совсем как раз ей не смешно. — Он сейчас сидит в правительстве. Большой человек, все дела. В свое время был обычным бандитом, но успел соскочить с криминала в переходные времена. Понял, лучше быть тем, кто создаёт законы, чем тем, кто их нарушает. Однако, волка можно наряжать в овечью шкуру сколько угодно, он все равно останется волком. К этому товарищу у органов правопорядка до хрена вопросов. Могло бы быть. К сожалению, нам никто не позволит их задать.

— Не вижу проблем. — Я был совершенно искренен, потому как проблем и правда не видел.

— Ну да…

Майор многозначительно на меня посмотрела, видимо, имея в виду, какие вообще у Люцифера могут быть проблемы, а потом принялась кому-то названивать, требуя чтоб ей немедленно, прямо сейчас дали информацию о гражданке Серовой. То, что на улице — ночь, ее не особо смутило.

В итоге, спустя час, мы знали о девушке Соне все. Включая крайне интересный факт.

— Эта особа работает прислугой в «Зелёных дубах». — Сообщила блондинка с выражением полнейшего удовлетворения на лице.

Будто данный нюанс что-то мог кардинально изменить.

Мы с Архангелом уставились на Марию, ожидая пояснений. Потому как нам полученная информация не говорила ровным счетом ничего.

— Ох, блин… Да… Вы же в этих темах не сечёте…«Зеленые дубы» — охренительно богатый пансионат для охренительно богатых людей. Юридически он принадлежит Алисе Робертовне Мальденбург-Ольшанской, но по факту всем заправляет ее муженек. Прислугу нанимают с проживанием. Конечно, вряд ли эта Соня такая дура, чтоб украсть шкатулку у хозяйки и вернуться обратно в пансионат. Однако, думаю, есть смысл наведаться туда и порашивать персонал. В прописке у Серовой указан городишко, который находится за пару сотен километров от Москвы. Я попросила коллегу, ее там проверят. Но уверена, Сони по указанному адресу нет. В общем, нам нужно ехать в пансионат. На данный момент, это будет разумно. Плюс, Алиса Робертовна не сочала нужным рассказать тебе, откуда именно взялась будущая жертва Суккуба. Мне кажется, если человек что-то скрывает, значит, там точно нужно поковыряться.

— Согласен. — Поддержал блондинку Архангел. — Особенно, если человек что-то скрывает под влиянием твоего Флёра. И зачем они тогда встречались в ресторане?

— Это как раз понятно. Чтоб не светиться в пансионате и чтоб никто не мог связать обычную горничную с хозяйкой. — Пояснила майор, задумчиво нахмурив лоб.

Слова майора показались нам здравыми. Поэтому было принято коллективное решение отправиться к «Зеленым дубам» и попытать счастья там. Именно по этой причине спустя пару часов мы встречали рассвет неподалёку от главного въезда на территорию пансионата.

— Охраны здесь больше, чем в Кремле. С гостями носятся, как с золотыми яйцами. Не поверите, но тут даже белок аккуратно упаковывают и отправляют в общество грызунов-пенсиорннров за пределами МКАДа. Чтоб не дай бог какая-нибудь из них не показалась отдыхающим не достойной их общества. Короче, сказать, что «Зелёные дубы» — шикарный пансионат для богатых людей, то же самое что сказать «Титаник затонул».

Майор трындела без остановки. Ее слишком рьяный энтузиазм слегка настораживал. А еще больше настораживало то, как легко она включилась в реальность с дьяволом, ангелами и потусторонними сущностями.

— Тут история была с утками. Умора, конечно… Администрация устроила прямо посреди территории утиный пруд. А он стал полной катастрофой. Его огородили для безопасности. Из-за этого люди не могли подобраться к уткам достаточно близко, чтобы подкармливать их крошками. А очень хотелось. Вот они и бросали через забор буханки хлеба. Почти каждое воскресенье после обеда целые стаи крякв вынимали из воды с контузией или находили прибитыми закваской к берегу. Ограду пришлось убрать. До сих пор ни одна утка не садится в «Зелёных дубах». Они могут прилететь и нагадить, но не приземлиться. А в пруд несколько раз падали пьяные гости. Его потом вообще засыпали, превратив в огромную клумбу. Зато теперь и белкам достаётся.

— Тихо! — Рявкнул Михаил, не выдержав напора блондинки. Потом, правда, продолжил уже более спокойным тоном. — Про белок и уток — очень занимательная история. Однако сейчас гораздо важнее другое. Охрана нас не видела. Это хорошо. Не видела же?

Архангел посмотрел в мою сторону, ожидая ответа.

— Конечно. Я отвёл им глаза. Все нормально.

— Блин, Забелин, как это круто… Мы с тобой теперь столько важных дел сделаем. Ты умеешь творить всякие фокусы. Супер! Раскрываемость скаканет до небес. — Майор радостно потерла ладоши.

— Почему она называет тебя этим дурацким смертным именем? — Спросил Михаил, поморщившись. — У меня развивается психологическая травма на фоне ее слов.

— Черт их знает. Марков тоже упорно обращался по фамилии. Наверное, людям так проще. Тогда я не кажусь им очень пугающим. Одно дело — демон, и другие дело — Антон Забелин, который просто умеет больше, чем остальные.

— Если вы не перестанете говорить в моем присутствии, будто я — пустое место, не посмотрю, что передо мной какие-то там могущественные товарищи. — Пообещала блондинка недовольным тоном.

Правда, уточнять, что последует с ее стороны, не стала. Сделала правильные выводы.

Впрочем, это и не требовалось. Я по лицу Марии прекрасно видел, о чем она думает.

Девушку сильно зацепили слова Михаила о скорой инициации. Она уже представляла, как станет счастливой обладательницей гладиуса.

Наивная… Девочка Маша не знает, что Михаил рассказал ей не все. Вместе с инициацией придет не только меч, но и кое-какая ответственность. У майора больше не будет обычной, человеческой жизни. А значит, не будет семьи, детей, любимого человека.

— Итак… — Я посмотрел на часы. — Время восемь утра. Пора. Действуем согласно нашей договорённости.

— Ок, босс. — Хмыкнула майор Машурина и первой выскочила из автомобиля.

— Не знаешь, кто ее отец? — Спросил я, задумчиво наблюдая, как блондинка разминается перед машиной.

То есть буквально. Разминается. Приседает, делает махи руками, прыгает на месте.

— Почему ты спрашиваешь?

— Потому что она очень странная даже для нефилима. У нее какая-то необычная Благодать, похоже. Такое чувство, что девицу гораздо сильнее вдохновили бы темные делишки.

— Нет. Не знаю ее отца. Не вижу. — Коротко ответил Михаил и, открыв дверь, выбрался на улицу.

Глава 8

Сделки с дьяволом интересны тем, что не всегда понятно, с какой стороны дьявол…

Я и Архангел Михаил стояли перед высоким забором, отделяющим нас от территории «Зеленых дубов». Конечно, по всем законам логики, нам не мешало бы находиться за забором, а не перед ним, однако, имелась небольшая, крохотная такая проблемка.

Ворота охраняли трое здоровенных мужиков в черной форме. Выглядели людишки впечатляюще. Будто их наняли не для защиты, а для устрашения. Возможно, цель охраны заключалась не в том, чтоб оберегать территорию от посторонних, а в том, чтоб не выпускать богатых клиентов. Вдруг убегут. Не знаю.

В любом случае, на каждом из парней имелось такое количество оружия, что впору отправляться на войну. Прямо сейчас.

Ну или другой вариант — «Зелёные дубы» с минуты на минуту ждут нападения небольшой армии. Иначе зачем охране, патрулирующей въезд, потребовалось сразу одновременно и огнестрельное, и колющее, и режущее, и даже лающее оружие?

Возле парней в форме каменными изваяниями сидели две здоровые собаки, каждая из которых напоминала Цербера, только с одной головой и в уменьшенном варианте.

Я, естественно, предлагал просто их убить. Всех. Особенно собак. Эти твари хорошо чувствуют потусторонних сущностей и, пожалуй, в некотором роде могут доставить нам гораздо больше неудобств, чем людишки, обвешанные своими «пукалками».

Михаил, что было вполне ожидаемо, снова завёл любимую ангелами шарманку о неприкосновенности смертных.

Ситуация зашла в тупик.

— Что это с ней? — Поинтересовался вдруг Архангел, отвлекаясь от созерцания чугунной решётки, которая, чисто теоретически, при появлении гостей должна отъезжать в сторону.

При нашем появлении ничто никуда не отъехало. Более того, трое охранников косились в мою с Михаилом сторону с сомнением и даже подозрением. Мне кажется, им не нравился смокинг Михаила.

С другой стороны, прогонять нас они тоже не торопились. Мало ли. Вдруг мы — богатые сумасброды, которые решили прежде, чем попасть внутрь пансионата, оценить его снаружи. Чем больше денег у смертных, тем выше вероятность, что они с великим прибабахом.

— С кем? — Уточнил я, на всякий случай.

Хотя вариантов, прямо скажем, было немного. Затем посмотрел туда же, куда пялился Светлый.

Как оказалось, брат с удивлением наблюдал за майором Машуриной, поведение которой и правда вызывало вопросы. Особенно острым был вопрос насчет ее умственного состояния. Может быть правда, которую она узнала, все же оказалась слишком тяжёлой для человеческого разума?

Блондинка, выбравшись из машины, сразу переместилась к густым кустам, которые росли вдоль забора, и теперь маленькими, крохотными шажочками, сидя на корточках, передвигалась в сторону ворот. Да, из-за кустов ее не было видно. Но при этом, со стороны смотрелась Мария весьма странно.

— Смертные… — Многозначительно протянул я, намекая, что частенько поведение людей достаточно сложно объяснить. Ну как часто… Почти всегда.

— Она не полностью смертная. Сам знаешь.

— Ну так подожди, не привыкла еще девочка. И вообще, давай признаём, вы, Светлые, ничуть не лучше людишек. Ангелы всегда были немного не от мира сего. У вас в голове маршируют полчища тараканов.

— Хочу напомнить, ты сам числился Светлым. Забыл? — Хмыкнул Михаил.

— Это даже не смешно, брат. Нашел, что вспомнить. Сколько уже тысячелетий прошло с того времени.

Возможно, мы продолжили бы наш оживлённый дискусс и дальше, но беседу между мной и Архангелом прервала блондинка.

— Ладно… Слушайте. План простой, — Громким шепотом сообщила майор.

Кому, правда, сообщила не понятно. Мы с Архангелом находились на приличном расстоянии от нее, совершенно не планируя изображать из себя гусей. Просто стояли, разглядывая въезд на территорию.

— Я иду первой, представляюсь сотрудницей МВД, изучаю обстановку. Вы двое — мои «коллеги».

— Нет, — резко оборвал ее Михаил. — А если кто-то из охраны начнет проверять документы? У нас их нет. Тогда все пойдет наперекосяк и Люцифер точно их убьёт.

— Как же много сложностей у нас возникает из-за твоего чистоплюйства. — Раздраженно высказался я. — Гораздо проще уничтожить людишек, которые мешают нам попасть на территорию, чем ломать голову и строить идиотские планы. Если бы ты не упирался, брат, мы бы уже оказались в пансионате. Знаешь, когда дело касается пришествия Хаоса, можно снять белое пальто.

— Нет уж. Убивать никого не надо. — Поддержала Архангела блондинка.

Она окинула меня с ног до головы гневным взором, намекающим на сильную неприязнь. Спелись…

Вообще, скажу я вам, достаточно сложно выглядеть грозной и суровой, когда сидишь на корточках, прячась за кустами. Однако у майора это получилось.

— Говорю же, мой план хорош. — Снова зашипела она, обращаясь к Михаилу.

Видимо, мою персону нефилим сочла не достаточно подходящей для обсуждения стратегии.

— Твой план — дерьмо. — Сообщил я блондинке, за что получил еще один раздражённый взгляд. — И хватит уже изображать из себя умственно-отсталую. Поднимись на ноги. Со стороны смотришься как большая и не очень умная гусыня.

— Тогда как мы попадём внутрь? — зашипела майор.

Я вздохнул, а затем, подняв руку, демонстративно принялся с безмятежным видом изучать собственные ногти. Надеюсь, мой вид в достаточной мере передавал посыл:«Что бы вы без меня делали, чистоплюи хреновы?».

— Я просто сделаю так, чтобы нас не заметили.

— Опять свои фокусы? — блондинка скривилась. — Знаешь, вполне хватило пауков и разбросанного частями трупа. Предпочитаю действовать нормальными, человеческими методами.

— Зашибись…

У меня от возмущения буквально перехватило дыхание. Нет, какие все-таки эти Светлые отвратительные существа! Вечно всем недовольны.

— Во-первых, товарищ майор, ты — нефилим. Так что про человеческие методы советую тихонько забывать. Чтоб ты понимала, Архангелы всех своих детишек рано или поздно припрягают к службе добру. Обычно — рано. Тебя, похоже, — поздно. И ради этой службы, милочка, придётся кое-кому пересмотреть свои взгляды на «нормальность». Во-вторых, труп не моя заслуга. Паук, согласен. Но смертного бедолагу по комнате вовсе не я раскидал частями. Так что давайте-ка объективно относиться к ситуации. В-третьих, не фокусы, а элементарное отведение внимания.

Я щелкнул пальцами, и легкая дымка, невидимая человеческому глазу, окутала нас троих.

Вообще, если честно, для того, чтоб использовать Флёр, мне не нужно совершать никаких лишних манипуляций. Щелкать пальцами, хлопать в ладоши, топать ногой или моргать глазом. Просто в сопровождении каких-либо действий заклятия выглядят более эффектно.

— Теперь мы для них — всего лишь часть пейзажа. — Сообщил я своим спутникам, а затем направился в сторону решётки, которая по-прежнему оставалась закрытой.

— Охренеть! — Майор Машурина вскочила на ноги и рванула вслед за мной. — Сразу нельзя было так сделать?

— Можно, конечно. — Небрежно бросил я через плечо. — Просто было крайне увлекательно наблюдать, как мой светлый брат мучается между нежеланием причинять вред смертным и необходимостью попасть внутрь территории. А вообще, согласись, Владыка Ада — крайне удобный партнер для незаконных делишек. Мои возможности, они… мммм… дьявольски удобные. Назовем это так.

Майор в ответ громко и очень выразительно фыркнула. По-моему, с ее стороны это было проявлением неуважения к демонской силе.

— Странно… Вы так постоянно ругаетесь, будто специально цепляете друг друга… — Выдал вдруг Михаил за моей спиной. — Если бы Люцифер не был тем, кем он является, я бы подумал, что у вас возникла симпатия.

— С ума сошел⁈ — Испугалась нефилим. — Ни в коем случае.

Я просто промолчал. Конечно, возникла. У девочки Маши ко мне. Я же возмутительно неотразим.

Мы спокойно прошли мимо охраны, которая даже не повернула головы в нашу сторону.

Тем более, бравые ребята были заняты очень важным делом. Бегали вдоль забора, пытаясь понять, куда делись двое парней, всего лишь пару минут назад стоявших прямо перед въездом.

Собственно говоря, благодаря желанию смертных разобраться в исчезновении неопознанных людей, мы смогли спокойно войти через отъехавшую в сторону решётку.

Просто для охранников все выглядело как неимоверно волшебный, но крайне необъяснимый факт.

Вот — стоят двое молодых мужчин. Первый — в дурацком смокинге, второй — с дьявольской харизмой. А вот — они испарились в воздухе. Тем более я выпустил заклятие именно в тот момент, когда на нас смотрел только один охранник, а другие два отвернулись в сторону. Поэтому тот, кто наше исчезновение видел, теперь тщетно пытался доказать своим товарищам, что не сошел с ума.

А вот собаки повели себя, как я и ожидал. Они буквально взбесились, захлебываясь лаем и пытаясь сорваться с крепких поводков. Когда один из псов чуть не задушился в собственном ошейнике, я, не выдержав, обернулся и выпустил часть Флёра прямо псине в морду.

Он тут же подавился слюной, присел на задние лапы и жалобно заскулил. А потом вообще с перепугу вывалил целую кучу не самого приятного вида. Животные чувствуют нас, это да. Но еще они чувствуют, кто здесь настоящий хищник.

Территория пансионата действительно в рамках человеческого восприятия поражала воображение: ухоженные газоны, фонтаны, дорожки, выложенные плиткой, и несколько корпусов, больше похожих на роскошные виллы, чем на места для отдыха. В стороне от вилл виднелись маленькие скромные домики прислуги.

— Куда теперь? — спросил Михаил.

— В главный корпус, — ответила Машурина. — Там администрация. Если Соня работает здесь, кто-то должен знать, где ее искать. Нам нужно выяснить, в каком из домиков для прислуги живет эта гражданка. Имею в виду, здесь, в пансионате. И уж, извините, я точно воспользуюсь служебным положением.

— Ну да, ну да… — Тихо высказался я себе под нос. — Так они и кинулись водить ментов по своей территории. Богатые люди, они же страсть как любят, когда посторонние суют нос повсюду. Пусть это даже служебное жилье прислуги.

Мы двинулись к самому большому зданию, но не успели сделать и десяти шагов, как из-за угла появилась девушка в униформе горничной.

— Эй! Вы кто такие? — Она нахмурилась, уставившись прямо на майора Машурину, которая, конечно же, оказалась впереди.

— Ты нас видишь? — удивилась блондинка, что прозвучало крайне глупо. Впрочем, лицо нефилима выглядело ничуть не умнее.

— Ну да, — горничная скрестила руки на груди. — Вы тут что, потерялись? Из агенства, верно? Вас для усиления прислали?

— Ага. Для него самого. — Громко сказал я, затем сделал несколько шагов вперед, оттесняя Марию в сторону, пока меня и Архангела за компанию с блондинкой не приняли за сумасшедших.

— Серьезно? — Горничная недоверчиво осмотрела всю нашу компанию с ног до головы. — А этот почему в смокинге?

— Мы… э-э… обслуживающий персонал для VIP-гостей, — не растерялась майор.

Девушка нахмурилась, внимательно изучая всю нашу троицу. А потом, махнув рукой, сказала:

— Ладно, неважно. Сегодня форменный дурдом. У нас очень крутые гости. Опять хозяйка замутила свое это сборище извращенцев.

— Сборище? Что за сборище? — Осторожно поинтересовался я.

Естественно, слова горничной были мне интересны. А вернее, то, что в ее словах имелось.

Хозяйка, Алиса Робертовна, — дамочка, которая априори ничего путного организовать не может. Особенно, в свете последней нашей с ней встречи.

Если человек готов не глядя заключить с демоном сделку, пусть даже демон фальшивый, а потом с чистой совестью таскать невинных девиц ему в лапы, то, пожалуй, любое мероприятие под руководством такой особы лично для меня представляет интерес.

Горничной мой вопрос явно не пришелся по душе. Она нахмурилась еще больше. Даже, пожалуй, насторожилась.

— А вам зачем это знать? Ваше дело маленькое — носи тарелки да помалкивай.

— Забавно…

Я подался вперед и заглянул девушке прямо в глаза. Смертная не хочет говорить, а дьявол хочет знать. Угадайте, кто окажется в дамках?

— Чего ты желаешь больше всего, малышка? Открой мне свою душу.

Горничная несколько раз моргнула, затем быстро, залпом, выдала:

— Хочу, чтоб мой любовник бросил свою дуру-жену. Он с ней живет только ради денег. Она старая и страшная, а я — молодая и красивая.

— Принято. — Улыбнулся я девице самой соблазнительной их своих улыбок. — А теперь, малышка, скажи, что за сборище у вас тут сегодня происходит?

— Хозяйка раз в месяц собирает своих друзей. Но они очень странные. Официально это называется «Встреча Книжного клуба», а на самом деле…

Горничная оглянулась по сторонам, чтоб убедиться, что рядом никого нет. Михаила и майора она уже, конечно, не замечала. Девица полностью оказалась в моей власти и думать могла только о том, как угодить мне. Такова расплата за самое желанное.

— На самом деле, они какие-то сатанисты, честное слово. Наряжаются, жгут свечи, режут кролика. И по-моему, поклоняются дьяволу. Сейчас вон, в большом доме уже собираются.

— Кролика… — Я покачал головой. — Ну хорошо хоть не козла. Молодец. Иди. Твой принц ждет тебя.

Девушка снова моргнула несколько раз, а затем направилась в сторону административного здания. Ее походка была нетвердой. Горничную покачивало из стороны в сторону, будто ноги смертной стали ватными.

— Это что сейчас было? — Спросила майор Машурина недовольным тоном. — И какого хрена она нас видела? Ты же сказал, что отвел глаза.

— Отвечу в обратно порядке. Конечно видела. Как только мы прошли охрану, я снял покров. На кой черт нам шляться по пансионату невидимыми? А насчёт того, что это было… Смертная захотела, чтоб ее любовник остался с ней. Он останется. Когда жена выгонит его из дома без гроша. Явится к любовнице, поселится у нее. Начнет пить и поколачивать дурынду. Потом, во время пьяного угара, пырнет малышку ножом. Естественно, насмерть. Я получу душу этой особы. Еще одну… Скучно и предсказуемо все.

Закончив с пояснениями, я развернулся в ту сторону, куда указывала горничная. Место сборища — в большом доме, сказала она. Большой дом и правда имелся в наличии. Стоял чуть в отдалении от остальных вилл. Судя по всему, нам нужно именно туда.

Не дожидаясь, пока нефилим придет в себя после описания будущего горничной, я направился к зданию, где чисто теоретически должны были тусоваться мои… хм… поклонники. Так их называет Михаил.

Соня никуда не денется. А вот в связи с рассказом девицы меня посетила забавная идея. Сатанисты? Чудесно. Значит, пора показать им их идола.

— Он же шутит? — Майор повернулась к Архангелу.

— Хотел бы, чтоб это было так. Но… нет. — Ответил светлый брат, затем сорвался с места, догоняя мою крайне энергичную персону.

— Ты хочешь сделать то, о чем я думаю? — Поинтересовался Михаил, как только поравнялся со мной.

— Конечно. По-моему, прекрасный способ заставить дамочку говорить. Она искренне желает служить дьяволу. Что может быть лучше? В ресторане я об этом не подумал, если честно. А вот сейчас нахожу подобную мысль крайне увлекательной.

— Эй! Подождите!

Майор, понимая, что мы вот-вот скроемся из вида, рванула следом за мной и Михаилом. Споткнулась. Упала. Естественно, ушибла ногу.

М-да уж… Как она будет бороться со злом, то есть со мной, если на ровном месте два шага сделать не может?

— Кто-нибудь вообще обьяснит, что мы творим? — прошипела она, на ходу потирая ушибленное колено.

— Конечно. Мы пробираемся на тайное собрание поклонников дьявола, — ответил я. — Ирония в том, что сам дьявол вынужден подкрадываться, как вор.

Михаил, не выдержав, тихо хохотнул:

— Если бы Отец видел тебя сейчас…

— Он бы умер со смеху, — закончил я. — Поэтому папе не будем рассказывать подробности наших приключений.

Мы подошли к главному корпусу — огромному зданию с колоннами, больше похожему на дворец какого-нибудь помешанного на роскоши олигарха. Судя по всему, здесь имелось два входа. Один — побольше. Второй — поменьше. Располагались они с противоположных сторон здания.

У маленького входа, к которому мы как раз приближались, толпилась кучка людей. Судя по всему, это были те самые члены «Книжного клуба».

Дамы нарядились в вечерние наряды, хотя на улице, на секундочку, утро. Даже не день. Мужчины все, как один, были облачены в костюмы.

Кучка выглядела небольшой. Похоже, это — последняя партия. Остальные уже внутри.

Подтверждая мою догадку, смертные торопливо поднялись по лестнице и исчезли за большими, дубовыми дверьми.

— Ну вот. — Я с улыбкой сделал широкий жест в сторону ступеней, ведущих наверх. — По данным разведки, здесь сейчас находятся «избранные». Те, кто готов продать душу за пару десятков лишних лет жизни.

— Странно. Зачем Алиса организовала встречу? — Высказался Михаил, задумчиво рассматривая вход в здание.

— Да кто ж ее знает. Видимо, решила устроить презентацию:«Как продать душу и не прогадать». — Ответил я брату, пожав плечами, — Вот как раз и выясним.

— А мы что, просто зайдём и скажем:"Здрасьте, мы тут случайно проходили'? — съехидничала нефилим.

— Нет, — я ухмыльнулся. — Мы сделаем эффектный вход.

Михаил, услышав мое высказывание, нахмурился:

— Самаэль…

— Расслабься, брат. Никто не собирается запускать тут адское шоу с огнём и серой. Хотя… — я посмотрел на напряжённое лицо Архангела. — Ладно, обойдёмся без серы. Будет просто адское шоу. Идём.

Я быстро взбежал по ступеням вверх, приоткрыл тяжёлую дверь и нырнул внутрь.

Оказалось, конкретно этот вход вел сразу в большой зал. Видимо, такая планировка была предусмотрена для того, чтоб члены клуба «избранных» не попались на глаза остальным постояльцам.

Зал был оформлен в лучших традициях дешёвого мистического шоу: чёрные шторы, свечи, стол, накрытый красной скатертью, и десяток людей в дорогих костюмах, которые старательно изображали из себя «посвящённых». В центре всего этого ужаса, на небольшой сцене, стояла Алиса Мальденбург-Ольшанская.

За спиной дамочки виднелся крест с пентаграммой. К кресту какой-то идиот приколотил древнюю башку убитого лет сто назад козла. Башка выглядела так, будто ее пользовало не одно поколение сатанистов.

— Твою ж мать… Не обошлось без этого… — Буркнул я себе под нос, с ненавистью уставившись на рогатую голову.

— Друзья, — Выкрикнула Алиса громким, дрожащим от предвкушения голосом, — Не просто так мы собрались вне графика наших встреч. Сегодня у нас особенный день. Сегодня мы приблизимся к истинной силе.

— Во имя Света… — Тихо прошептал Михаил, появившись за моей спиной. — Это еще хуже, чем мне представлялось. Что за пошлость, брат? Научи их, как нужно оформлять подобные места.

— Ты хоть раз был на собрании секты богатых идиотов? — шепнул я. — На собрании любой секты.

— Нет, и, надеюсь, больше никогда не буду.

Архангел брезгливо поджал губы и покачал головой, выражая своё недовольство.

— Да подвиньтесь! Чего раскорячились прямо на входе.

Нефилим настырно влезла между мной и Михаилом. Однако, увидев обстановку, она перестала пихаться локтями. Мария Семеновна просто застыла на месте с открытым ртом.

— Господи… Они реально тут поклоняются дьяволу… — Высказалась майор изумлённым голосом. — Вот придурки…

В этот момент блондинке, к счастью, пришлось заткнуться. Алиса Робертовна подняла руки и зал затих в ожидании чуда.

— Сегодня к нам придёт Он! — Выкрикнула дамочка с пафосом. — Тот, кто дарует нам власть. Тот, кто поведёт нас к новой эре.

— О, — я поднял бровь. — Похоже, меня ждут. Извините, не хочу затягивать момент восторга для смертных. Люди нарядились, приготовились. Пожалуй, сейчас самое время выхода дьявола.

— Самаэль… — Михаил схватил рукав моей куртки.

— Расслабься. Все нормально. Просто представлюсь. — Усмехнулся я и прежде чем Архангел успел остановить меня, шагнул вперёд.

Глава 9

Люди охотнее верят в дьявола, чем в свет и добро…

— Дико извиняюсь, я опоздал. Пробки, знаете ли…

Мой голос прозвучал громко, хотя особых усилий для этого прилагать не пришлось. Всего лишь говорил своим обычным тоном Владыки Ада. Он, конечно, совсем не похож на человеческую манеру Антона Забелина. Пожалуй, мой настоящий голос можно сравнить с рокотом водопада, с грохотом падающих камней, с… В общем, сравнений много, но ни одно не передаст подлинную суть.

Мою скромную, вежливую фразу услышали все присутствующие. В одно мгновение в зале повисла тишина. Эта тишина была, как любят высказываться смертные, гробовой. На самом деле. Будто кто-то невидимый накрыл всех присутствующих крышкой от сами понимаете чего.

Мне кажется даже мухи, если они тут были, застыли на лету, опасаясь лишний раз сделать свое неприятненькое «ж-ж-ж-ж».

Первой среагировала на мое появление Алиса Робертовна. Естественно, она обернулась, увидела меня и, смешно открыв рот, натурально вытаращила свои обколотые ботоксом глаза. Или что там колят смертные женщины, не желая расставаться с молодостью. Даже ее натянутый как коленка лоб внезапно пошёл морщинами, будто госпожа Мальденбург-Ольшанская собиралась заплакать.

— Вы? — Тихо выдохнула дамочка и сделала шаг назад.

Конечно Алиса вспомнила меня сразу. Нашу беседу в кабинете администратора — вряд ли, а вот ощущения, которые от этой беседы остались у смертной в подсознании — несомненно.

Я улыбнулся, затем широко раскинув руки, словно собирался прямо сейчас подойти и заключить дамочку в объятия, радостно ответил:

— Я! Ты рада нашей встрече, малышка? Я вот, например, очень рад. Правда, имеются вопросики. Почему во время прошлого разговора кое-кто был не очень откровенен? Ты не рассказала, что столь весело проводишь время в мое отсутствие. Плохая девочка. Плохая!

— Кто ты?

Лицо Алисы Робертовны выглядело испуганным и несчастным. Она отчетливо осознавала, что-то идет не так, но что именно, не могла понять. Для нее я был странным человеком из ресторана, который помог бежать воровке, а потом обещал эту воровку найти. Кроме того, дамочка в моем присутствии явно испытывала чувства, весьма похожие на страх.

— Ну, вообще-то, я — это Он. Алиса, что за странности? Зовешь в гости, сама не знаешь кого. А когда приглашенная, очень важная персона является, строишь из себя глупую дурочку.

— Что? — бестолково спросила Мальденбург-Ольшанская, окончательно теряя логическую нить нашего диалога.

— М-м-м-м… Туго доходит. Ну ладно. Поясню. Ты только что сделала замечательную рекламу мне. Тот, кто дарует вам власть. Тот, кто поведёт вас к новой эре.— Я выдержал небольшую паузу. — Хотя, если честно, вот именно сегодня никого никуда вести не собирался. Просто зашёл проверить, кто тут планирует торговать душами без моего разрешения.

Со стороны Михаила, который по-прежнему вместе с майором оставался возле входа, послышался приглушённый, сдавленный звук. Архангел закрыл лицо ладонями и по-моему изо всех сил старался не рассмеяться.

Скажу честно, брата можно понять. Все это сборище богатых придурков, возомнивших, будто дьявола могут интересовать их жалкие душонки, выглядело в данный момент как кучка опоссумов, готовых упасть на пол и притвориться мертвыми.

Да, у многих в глазах горел восторг от мысли, будто явившийся на их мероприятие гость может быть самым настоящим дьяволом. Естественно, во избежании тупых высказываний:«А докажи! А покажи!» я легонько пустил свой Флёр в народные массы. Поэтому смертные ни капли не сомневались, что перед ними самый настоящий Владыка Ада.

Но при этом, они до ужаса, просто до уссачки боялись, а вдруг и правда демон вылез из глубин Ада. А вдруг он все-таки заберет их души. А вдруг случится что-нибудь еще более страшное. Душа, она дьяволу понадобится потом. Поди еще доживи до этого момента. А вот сердце, к примеру, он может вырвать прямо сейчас. В буквальном смысле слова.

— Ты…вы… вы… — Заблеяла госпожа Мальденбург-Ольшанская, не в силах произнести вслух мое имя.

— Люцифер, — кивнул я. — Но можно просто — Антон. Если вам, людишкам, так удобнее.

Ну и конечно, не смог я обойтись без какого-нибудь особо эффектного фокуса. Ладно, признаю. Люблю, когда вокруг меня происходит главное веселье.

Стоило звукам моего голоса раствориться в воздухе, я поднял руки вверх, словно призывая все кары небесные на голову богатых придурков, а затем с огромным удовольствием выпустил на свободу крылья.

И да, они выглядели великолепно. Огромные, черные, как самая темная ночь, с искорками адского пламени, пробегающими по оперению. Для пущего эффекта добавил немного «аромата» серы. Да, обещал Михаилу этого не делать. Согласен. Однако искушение поглумиться над смертными оказалось слишком сильным. Будут знать, как в следующий раз таскать мне всякую дичь в качестве жертв.

Реакция смертных порадовала. Она была, скажем так, весьма эмоциональной.

Один мужчина в дорогом костюме упал в обморок. Две дамы испуганно закричали и схватились за крестики, висевшие на их шеях. Это было особенно забавно, учитывая, что люди пришли на тусовку Владыки Ада. Какой-то крайне тупой гость с бритой башкой и ледяным взглядом глубоко посаженных глаз, полез под полу пиджака, но майор Машурина мгновенно сориентировалась в ситуации и предприняла меры.

Судя по всему, новоиспечённый «олигарх», на чьей совести уйма убиенных душ, являлся представителем криминального мира. По крайней мере, его аура насквозь была пропитана всеми существующими грехами. И убийство, между прочим, числилось одним из главных.

Нефилим быстро вышла вперёд, чтоб ее было очень хорошо видно.

— Эй, любезный! — Крикнула блондинка этому идиоту, который после 90-х шкуру поменял, а вот суть — нет. — Ручонки свои поганые быстро вытащил на свет божий. Чтоб я их видела.

Свои слова Мария подкрепила делом. В отличие от бывшего «братка» она не стала затягивать с аргументами. В один момент в ее руке появился пистолет.

Браток покосился сначала на майора, потом на меня. В дьявола он, похоже, не особо верил. Мужик явился сюда исключительно из-за общества богатеев. Типа, для поддержки статуса. Раз миллионеры хотят поклоняться Владыке Ада, то и черт с ними. Главное — на подобном мероприятии можно укрепить связи.

А вот в пистолете Машуриной новоиспеченный «олигарх» ни капли не сомневался. Поэтому медленно вытащил руку и даже на всякий случай поднял обе конечности вверх.

Правда, справедливости ради, отмечу, столь бурная реакция наблюдалась лишь у нескольких гостей. Человек пять-шесть, не больше. Имею в виду тех, кто впал в панику. Остальные повели себя совсем иначе. По-моему, они были рады, что мероприятие становится крайне увлекательным.

— Ты… вы не можете быть…ты…не можешь

Алиса Робертовна задыхалась от избытка чувств и это было крайне неуместно. Еще откинет свои стройные ножки раньше времени, так и не поговорив со мной. Дамочка несомненно попадет в Ад, но на кой черт она мне там нужна, если ответы на некоторые вопросы требуются сейчас.

— Дьяволом? — я небрежно пожал плечами. — Ну, знаешь, обычно не афиширую данный факт среди смертных, однако, раз уж вы тут все такие большие поклонники Владыки Ада…

Мне кажется, госпожа Мальденбург-Ольшанская хотела еще что-то сказать, но во-первых, меня слегка утомило ее нытье, потому как оно мешало нормальному конструктивному диалогу, а во-вторых, бо́льшая часть присутствующих, наконец, вышла из состояния восторженного оцепенения и рванула ближе к нам с Алисой.

Людишки вели себя словно дети в последний день в школе, когда стало известно, что вот-вот объявят каникулы. Их лица светились радостью и предвкушением. Могу представить, что творилось в головах у смертных. Вернее, что они там себе напридумывали.

Богатеи очень странные люди. Знаете, почему они не усомнились в появлении дьявола? Потому что мнят о себе слишком много. Конечно Люцифер мог явиться только к ним! Они же — олигархи! Они — сильные мира сего. Куда еще может прийти дьявол? Не к нищебродам же! Если что, это не мои мысли. Это — рассуждения присутствующих на мероприятии людей.

Поэтому каждый из них хотел непременно оказаться возле меня, чтоб выказать своё почтение. Это как встреча миллионеров с финансистом, который хранит их денежки, преумножая доходы. Нужные связи, нужные люди. Или не люди.

Мне кажется, половина присутствующих уже лихорадочно соображала, как влезть дьяволу под кожу, чтоб отхватить себе в Аду какое-нибудь особо выгодное местечко.

Энергичное проявление гостей моментально отрезвило хозяйку мероприятия. Алиса Робертовна перестала мямлить свои невразумительные «ты» и «вы», резко взяла себя в руки, а потом шустро выскочила вперед, перегородив дорогу всем своим «друзьям».

Дамочка сообразила, пребывать в шоке можно потом, когда все закончится. Сейчас же срочно необходимо возглавить революцию, пока эта революция не оставила ее с носом.

Мальденбург-Ольшанская замерла прямо передо мной, подняв руки вверх. Странно, но ее жест, как и решительная поза, оказали заметное влияние на кучку желающих преклонить колено. Толпа моих почитателей замерла перед Алисой Робертовной. Некоторые вытягивали шеи и крутили головой, пытаясь поймать мой взгляд. Некоторые наоборот, кланялись без перерыва, напоминая китайских болванчиков.

А я почему-то против воли обратил внимание на руки дамочки. У неё молодое лицо и идеальная кожа. Это, да. Хвала пластическим хирургам. Но руки Мальденбург-Ольшанской выглядели ужасно. Старые, словно принадлежат не смертной, а какой-нибудь мумии. Сухие, как верхние клыки гремучей змеи из Долины Смерти. Пальцы дамочки до ужаса напоминали когти канюка. Отвратительное зрелище, скажу я вам.

— Стоять! — Выкрикнула Алиса. Затем повернулась ко мне и с придыханием, взволнованно произнесла. — Хозяин, простите, что не признала сразу. Простите, что сомневалась. Я поняла, почему там, в ресторане вы не сказали ни слова. Проверяли меня. Проверяли, насколько я верна данной клятве.

Похоже, эта сумасшедшая, жаждущая впихнуть свою душу хоть кому-нибудь, приняла меня за демона, явившегося ей ночью. Ну, ок. Хорошо. Не буду разубеждать ее.

— Хозяин, простите. — Повторила Мальденбург-Ольшанская и склонила голову.

— Хозяин…

Шабаш стоимостью в несколько сотен миллионов у неё за спиной повторил это слово театральным шёпотом, словно заикающиеся призраки.

— Алиса, как я рад, что ты прозрела, — со всем дьявольским обаянием улыбнулся я дамочке. — Мне нужно кое-куда по важному делу, так что, боюсь, не могу остаться и поболтать. Однако весьма рад, что для моего удовлетворения ты организовала все это. Молодец, Алиса.

Я очертил рукой в воздухе круг, намекая на мероприятие, устроенное Мальденбург-Ольшанской. На самом деле, конечно, абсолютно отвратительный сценарий, мерзкий дизайн и раздражающая атмосфера, но пусть смертная почувствует себя важной персоной.

Когда я произнес ее имя, женщина с лицом Лолиты и руками гарпии расплылась безумной улыбкой, как маньяк.

— Мы не хотим вас задерживать, Хозяин. Вы надолго в Москве? — Спросила она.

Затем осторожненько спустила с плеч лямки своего вечернего платья, которое и без того вообще ни разу не являлось образцом скромности. Грудь этой особы с самого начала готова была вывалиться от каждого неосторожного движения, а сейчас такая перспектива стала еще более вероятна.

— Не уверен, что надолго. Думаю, скоро вернуться в Ад.

— Нам хотелось бы устроить специальную Мессу по поводу вашего прибытия. — Сообщила Алиса Робертовна, глубоко вздохнув несколько раз.

— Господи… Ее сиськи сейчас вываляться наружу. — Раздался со стороны входа громкий шёпот майора Машуриной.

— Поверь, в контексте данного вопроса лучше не упоминать имя Отца нашего в суе.

Второй голос, конечно же, принадлежал Архангелу Михаилу. Мне кажется, брат получал от всего происходящего истинное удовольствие.

Я бросил суровый взгляд в сторону этой парочки, намекая, что именно сейчас им бы лучше заткнуться. Обоим.

— Не нужно мессы. — Великодушно разрешил я поклонникам моей харизмы. — Но всё равно, спасибо.

Алиса в один момент утратила радость на лице. Она явно была разочарована моим решением. Однако постаралась, конечно, виду не показать, дабы не вызвать гнев дьявола. Поэтому дамочка взяла себя в руки и снова натянуто улыбнулась.

Забавно… Смертная реально пребывала в состоянии фанатичной эйфории от того, что Владыка Ада существует и что он почтил своим присутствием именно это мореприятие. Мальденбург-Ольшанская уже представляла, как высоко подскочат ее акции на бирже столичных понтов и миллионов. Её сердце отбивало барабанное соло, которое я слышал даже на расстоянии.

— Хозяин, позвольте прикоснуться к вам… — Алиса сделала маленький шажочек в мою сторону. Потом еще один.

Честно говоря, мне сильно хотелось отстраниться. Совершенно неприятная особа. Вот именно поэтому последние столетия я очень стараюсь не хватать души смертных без разбора, все подряд. Большинство из тех, кто жаждет заключить договор с Люцифером, крайне мерзкие люди.

Алиса потянулась ко мне, а я, в свою очередь, постарался избежать контакта с рукой смертной. Ее пальцы, похожие на когти канюка, были мне противны.

Боюсь, в этот момент моя улыбка несколько погасла. Впрочем, если уж говорить совсем откровенно, чисто технически я продолжал улыбаться, но чтобы удостовериться в этом, понадобился бы микроскоп.

Думаю, мое презрение к этим людям стало слишком очевидным. Однако сдерживать себя я счел лишним.

Алиса дотронулась до меня, а потом, сразу отдёрнув руку, сделала жест в сторону мужика, стоявшего ближе всего к ней.

Он с самого начала отирался возле Мальденбург-Ольшанской. Под мышкой у смертного отчего-то наблюдалась женская сумка. Я, конечно, не критик из модного журнала, но сдается мне, женские сумки мало подходят мужским образам.

— Хозяин, я провинилась, да… Вам известно, что там, в ресторане, одна наглая девка украла шкатулку, которую вы мне вручили. Ооооо… Как я сразу не догадалась, зачем вы приняли участие в случившемся. Это был урок и наказание для меня. Чтоб я не смела столь пренебрежительно относиться к вашим подаркам. Но я исправила ситуацию. Я нашла девку. Буквально вчера мои люди выследили эту тварь. Матвей! Дай сюда!

Алиса выхватила сумку у мужика и принялась в ней ковыряться.

Я, предчувствуя нечто интересное, машинально сделал пару шагов в сторону Мальденбург-Ольшанской.

Вообще, конечно, дамочка на всю голову шибанутая. Ожидать от нее можно чего угодно. Не удивлюсь, если она вытащит из сумочки что-нибудь слишком острое или взрывчатое.

Может, ее вообще уже обработал Кукловод и таким образом сейчас Алиса попытается убить смертное тело Владыки Ада. Но… Любопытство всегда было моим слабым местом. Вот только смертной об этом лучше не знать. Поэтому я сделал скучающее лицо, мол, совершенно не интересно, что там такое в сумке.

Наконец, Мальденбург-Ольшанская перестала копаться в своем ридикюле. Она с радостным лицом вытащила из его недр резную шкатулку. Ту самую, которая была в ресторане.

— Вот, Хозяин. Вот твой подарок. Я вернула его. — Радостно сообщила она, протягивая мне вещицу.

Я осторожно взял предмет в руки.

Мушкетёры дьявола позади неё уловили в наших действиях какой-то сакральный смысл и абсолютно не к месту снова колоктивно принялись бормотать одно слово: «Хозяин, хозяин, хозяин…».

Я аккуратно приподнял крышку и заглянул внутрь.

— Твою мать… — Вырвалось у меня против воли.

Кучка поклонников удивленно заткнулась. Видимо, в их представлении Владыка Ада не может выражаться как смертный.

— Твою мать поблагодарю за столь прекрасную дочь. — Пришлось импровизировать на ходу.

— Оооо… Матушка тоже там? — Мальденбург-Ольшанская машинально подняла глаза вверх, потом сообразила, что промахнулась, и резко их опустила, уставившись вниз, на пол.

Вообще, я, конечно, совсем не это имел в виду. Понятия не имею, где ее родительница, и уж тем более понятия не имею, жива она или мертва. Судя по реакции Алисы, все же мертва. Ну и черт с ней. В данный момент меня волновала шкатулка, ее содержимое и серьёзный разговор с Мальденбург-Ольшанской.

— Все — вон. — Тихо произнёс я.

Мои поклонники замерли в недоумении, не понимая, что происходит.

— Вон!!! — Заорала вдруг Алиса Робертовна, а потом для пущего эффекта со всей дури топнула ногой, едва не сломав высокий каблук дизайнерских туфель.

Вообще, конечно, богатеям не очень понравилось столь неуважительное поведение со стороны хозяйки. Они даже попытались высказаться по данному поводу, но мне очень не терпелось остаться наедине с Мальденбург-Ольшанской.

Поэтому я, не долго думая, создал иллюзию парочки адовых гончих. Твари возникли прямо посреди зала, отвратительно воняя серой и пуская ядовитую слюну со своих впечатляющих клыков. Каждая гончая размером была с хорошего, откормленного бычка.

На самом деле, иллюзия вышла достаточно скромная. В реальности мои пёсики гораздо больше и опаснее. Просто если бы я скопировал гончих один в один, соответствующими оригиналу, смертные вряд ли бросились бы к выходу. Сложно бегать, когда тебя разбил от страха инсульт или стеганул от ужаса инфаркт.

Зато сейчас людишки очень бодро неслись к дверям, на ходу сбивая друг друга, отталкивая бегущего рядом соседа руками и всячески проклиная этот день.

Я, игнорируя суматоху, посмотрел Мальденбург-Ольшанской прямо в глаза, улыбнулся и ласково произнес:

— А теперь, дрянная девчонка, ты подробно расскажешь мне о том демоне, который дал тебе эту шкатулку. Потому что в ней лежит маленький, скромный, но охренительно опасный кусок долбанного Хаоса. И я очень, повторяю, очень хочу знать, кто тебе его дал.

Глава 10

Могут стрелять по мне, а зацепят вас…

Как только последний гость дьявольского бала выбежал за двери зала, я повернулся к Алисе, уставившись на нее вопросительным взглядом.

Мальденбург-Ольшанская замерла. Она смотрела на меня и вообще не шевелилась. Ее руки безвольно повисли, но при этом пальцы, будто когти канюка (далась мне эта чертова птица) вцепились в ткань платья, которую Мальденбург-Ольшанская нервно сжимала. Губы дамочки дрожали, рот то открывался, то закрывался, как у рыбы, выброшенной на берег.

— Что я натворила. Не понимаю. — Наконец, выдавила она, глотая воздух маленькими порциями. — Это же просто камешек… Красивый… Блестящий…

— Камешек? — переспросил я — Милая, ты знаешь, что будет, если этот «камешек» разобьётся? Маловероятно, конечно, но все же. Твой замечательный особнячок превратится в кратер, а твои гости — в изысканное карпаччо. Без соуса, заметь.

Шкатулка в моих руках излучала холод. Не обычный, не тот, что можно почувствовать, прикоснувшись к металлу зимой. Этот холод проникал глубже, будто тонкие иглы впиваясь прямо в кости. Он мог добраться до самого сердца. Если бы оно, конечно, у меня было — сердце.

Я прикрыл крышку, ощущая, как энергия Хаоса пытается пробиться сквозь барьер. Из щели между крышкой и стенкой, прежде, чем коробочка захлопнулась, выползла тонкая струйка чёрного дыма, закрутилась в воздухе спиралью, а затем растворилась без следа.

— Кто дал тебе сей весьма занимательный предмет?— повторил я, и на этот раз в моем голосе прозвучало нечто большее, чем просто вопрос.

Утомила меня смертная дура, честное слово. Ну почему Кукловод выбирает себе в подручных каких-то идиотов? Нет, с точки зрения нашего противостояния, спасибо ему большое за это. Но с точки зрения Владыки Ада даже как-то обидно.

Алиса Робертовна затряслась. Ее лицо, совсем недавно сияющее от восторга, теперь покрылось испариной, перекосилось и я реально начал опасаться, что наша беседа будет иметь лишь один итог — печальный. Госпожу Мальденбург-Ольшанскую просто разобьёт паралич.

— Я… Я не знаю его имени. Он пришел во сне. Я думала, это вы, Хозяин…

— Серьёзно? — Я громко рассмеялся. — Ты всего лишь десять минут назад узнала, кто я. Думала она… Ты думала, что к тебе явился дьявол. Говори уж как есть. Что ж вы, людишки, так много мните о себе. Вот делать дьяволу больше нечего, как шляться к смертными с сомнительными предложениями.

— Во сне? — Михаил, до этого молча наблюдавший за происходящим, сделал шаг вперед. — Странно… Насколько мне известно, демоны не заключают договоров во снах.

— Да! Именно во сне. Ну… Мне кажется, я спала. Пребывала в беспамятстве. — закивала Мальденбург-Ольшанская. — Он сказал, я могу получить все, что захочу, если буду служить ему. И… и если найду подходящих девушек.

— Каких девушек? — вмешалась майор Машурина, скрестив руки на груди

— Тех, кто… кто подойдет для… для особых демонов. — Алиса опустила взгляд. — Он объяснил, как их выбирать. Чистые. Невинные. Без греха.

Я снова перевел взгляд на шкатулку, а затем спросил:

— И эту забавную вещицу дал тебе он?

— Да. Сказал, что она поможет. Что если я буду держать ее при себе, то смогу находить нужных девушек. Когда я очнулась после сна, шкатулка стояла на прикроватной тумбочке.

Мальденбург-Ольшанскую трясло от эмоционального напряжения. Но от меня ее, похоже, трясло еще больше. Есть ощущение, дамочка уже не была счастлива, что ее вечеринку посетил сам Владыка Ада. Слабые нынче пошли дьяволопоклонники. Слабые… То ли дело раньше. Кожу живьём содрать, смолой бочку запечатать. Эх…

Мальденбург-Ольшанская, сбиваясь и заикаясь, принялась рассказывать подробности. Она, видимо, наконец, поняла, что выход у нее один — поведать все, что знает.

Непонятный демон, (непонятный, конечно, для меня) пришёл, когда Алиса выпила снотворное с шампанским. Сначала ей показалось, что это галлюцинация, и я данному факту вообще не удивлён. Запивать таблетки алкоголем — априори не очень умная мысль. Впрочем, скажем прямо, госпожа Мальденбург-Ольшанская на звание гения и не претендует. Богатая дура, которая от скуки творит черт знает что.

Однако потом комната наполнилась запахом горелой кожи (это тоже очень странно), а из тени за шкафом выползло… Ну, как объяснила дамочка, это было весьма нелепое существо.

Представьте помесь краба, епископа и паяльной лампы. Вот как выглядел демон, описанный Алисой Робертовной.

Бред какой-то… Адовцы, конечно, далеко не красавцы, но для контакта с людьми они всегда выбирают соответствующий облик. Зло должно возбуждать и соблазнять. В том и суть. А никак не напоминать оживший кошмар любителя дешевых ужастиков.

— Хочешь власти? — спросило существо голосом, похожим на скрип ржавых качелей.

По крайней мере, Алисе Робертовне показалось, будто интонации демона звучали именно так. Может, детские травмы…

— Настоящую власть. Такую, что даже смерть будет лизать твои туфли.

Алиса, естественно, захотела. Потому что на текущий момент ее туфли лизали все, кроме смерти. По мне — сомнительная радость. Но… Как говорится, каждому своё.

— Всего-то надо — хранить шкатулку. Показывать её тем, кто достоин. Благодаря силе, что хранится в ней, девушки станут сосудами для особых демонов. В этом и будет заключаться твоя служба. А когда придёт Время… — демон протянул лапу с тремя суставчатыми пальцами, открыл шкатулку и вытащил ее содержимое. На ладони существа лежал камень, чёрный, с прожилками кровавой пыли. — Раздави его под каблуком. И станешь Королевой. Но не ранее того момента, как я разрешу тебе это сделать.

Мальденбург-Ольшанская замолчала. Видимо, это была краткая версия случившегося. Ну, хорошо.

— И ты, — я прищурился, наблюдая, как Алиса переминается с ноги на ногу, — Свято поверила, будто демоны раздают короны за красивые глазки? Дорогая, даже Золушке пришлось из крысы делать кучера, скакать в тыкве, танцевать. А ты просто хранила артефакт Судного дня в сумочке от Gucci.

— Какая-то мутная история. — Снова влезла майор Машурина. — Я во всем этом сюжете не могу понять, зачем демону, кем бы он ни был, невинные девушки для суккубов. К тому же, хочу напомнить, что первая жертва…

— Достаточно! — Я поднял руку, останавливая словесный поток нефилима.

Тоже мне, начальник уголовного розыска. Нашла, в чьем присутствии обсуждать убийство Сергеевой.

— Ладно… Понятно, что ни черта не понятно. — я вздохнул. — Где сейчас Соня Серова?

— Я не знаю! — Мальденбург-Ольшанская снова замотала головой. — Мои люди нашли ее вчера, забрали шкатулку, но…

— Но что? — Насторожился я.

— Она сбежала.

— Опять⁈ Как?

Алиса резко дёрнула головой, словно кукла-марионетка с перепутанными нитями.

В общем-то, из ее дальнейшего рассказа, который последовал без промедления, выходило, что Соню взяли в туалете Торгового центра. Сложно придумать более нелепую ситуацию.

Девчонка закупила краски для волос и, судя по всему, собиралась радикально изменить внешность.

Этот момент тоже выглядел для меня удивительно. Если Соня украла шкатулку у богатой тети, то по всем законам адекватности, ей бы не мешало свалить подальше. Это даже если не учитывать факт глупости подобной кражи. Зачем смертной шкатулка с осколком Хаоса? Его не продашь, украшение из него не сделаешь.

Допустим, Серова — ярая клептоманка и просто испытывает непреодолимое влечение к чужим вещам. Хорошо. Пусть так. Хотя, вполне очевидно, такая версия выглядит полнейшим абсурдом. В любом случае Соня должна была скрыться. А она осталась. Да еще планировала поменять внешность, чтобы… Чтобы что?

Алисины головорезы — два качка с бицепсами и IQ как у кактуса — устроили засаду у кабинки с унитазом. Они совершенно случайно заметили Соню, когда зашли в магазин за продуктами.

— Парни думали, она умрёт от страха! — Алиса захихикала, но сразу смолкла под моим взглядом. — Э… То есть… Она пыталась убежать, но Мишаня бросил корзину с яйцами. Девка поскользнулась. Потом они отвезли её в лес.

— В лес? — Переспросил я, недоумевая с логики этой дамы.

Алиса заломила руки, изображая раскаяние, которое не дотягивало даже до дешёвой мыльной оперы.

— Ну… Немного напугали. Чтоб неповадно было! Правда, она всё твердила какую-то чушь…Он придёт, вы все умрёте… Что-то такое. Парни решили, девку просто от страха корёжило, вот и несла всякую чушь.

— И шкатулку забрали? — уточнил я.

— Конечно! Она же ваша! Ваша? Или всё-таки тогда были не вы… Ничего не понимаю!— Алиса всплеснула руками. От резкого движения ее грудь снова едва не вывалилась из платья. — Парни даже… э… добавили Соньке мотивации. Чтоб неповадно было!

«Мотивация», как выяснилось, заключалась в том, что Соню привязали к дереву посреди леса. Для воспитания, как пояснила Мальденбург-Ольшанская. Ее качки́ отъехали, постояли, покурили, вернулись, но дерево, возле которого должна была стоять и плакать от страха Соня Серова, выглядело уже вполне себе одиноким.

— Веревки были разрезаны. Будто кто-то помог девке. Но шкатулка-то цела! — Алиса робко улыбнулась, не понимая до конца, как себя вести и радует ли меня факт нашедшейся шкатулки. — Я же вернула её вам! Значит, всё правильно сделала?

— Правильно? — прошипел я, поднося шкатулку к её лицу.— Ты могла угробить весь этот город. Да что там город…Ты связалась с какой-то мутирующей хренью. Ты таскалась с коробочкой, в которой лежит крайне опасная штука. Ты умудрилась перепутать дьявола… дьявола!…с почтальоном. Не знаю, насколько правильными можно оценивать твои действия.

— Но… но вы же здесь… — Алиса судорожно вздохнула, цепляясь за последний шанс. — Значит, я всё сделала правильно? Вы пришли за мной? Вы пришли, дабы позволить служить вам?

Я еде удержался от того, чтоб закатить глаза вверх. Знаю, Михаил до ужаса не любит этот жест. Но люди… Люди неисправимы. Верят в свою значимость, несмотря ни на что.

— О, милая. Возможно это разобьет твое сердечко, но… Я пришёл вот за этим. — Моя рука снова сунула шкатулку под нос дамочке. — А ты… Ты просто мусор на обочине. Смертная дура, которая возомнила о себе слишком много. Значит, слушай и запоминай. Если вдруг появится очередной мутирующий осьминог и начнет предлагать тебе сотрудничество, если кто-нибудь придет и потребует эту коробочку с камешком, сразу, в ту же секунду, произнеси фразу:«Lucifer, invoco te, veni».

— О-о-о-о-о… — Мальденбург-Ольшанская сложила губы «дудочкой», выражая восторг и восхищение. — Это какие-то волшебные слова?

— Это латынь, необразованная ты моя. Мне она более привычна. Позовешь, я услышу. Ясно? И не вздумай обмануть Владыку Ада. Это чревато очень серьезными последствиями.

Я подался вперед и посмотрел Алисе прямо в глаза, на секунду позволив отразиться в моих зрачках адскому пламени. Судя по смертельной бледности, залившей лицо дамочки, она очень даже поняла мой намек.

— Михаил, — обернулся я к брату, — Идем. Здесь нам делать больше нечего.

Я развернулся и направился к выходу. Архангел вместе с Машуриной двинулись вслед за мной.

Судя по недовольному лицу блондинки, она немного расстроилась, что я позвал только брата, а ее проигнорировал. Ну ничего. Переживёт. У этой девицы многовато спеси. Полезно будет немного подсбить гонор.

— Я ничего не понимаю. — Произнёс Михаил, как только мы оказались на улице. — Если смертной являлся демон, то он какой-то бракованный. Не находишь, Самаэль? Твое мнение? Ты как никто разбираешься в адовых созданиях.

— Согласен. — Я остановился прямо посреди аллеи, уставившись в одну точку. — До этого момента не имелось не малейших сомнений, что Кукловод — это Падший. Но… Сейчас, после рассказа Мальденбург-Ольшанской, я начал в этом сомневаться. Такое чувство, будто некто очень старался произвести впечатление на дамочку, следуя стереотипам. Если демон, то страшный. Если девки, то невинные. Я все не мог понять, зачем суккубам безгрешные женщины. Но… Мне кажется, данный факт является полным совпадением. Вернее, итогом неосведомленности Кукловода. Суккубам просто нужны сосуды. Думаю, дело в чертовой революции, которую затеяли придурки из «Зеленого гоблина». Им нужны были смертные, с помощью которых максимальное количество суккубов переберется сюда, в мир людей. Но не для охоты. Не это самоцель. А просто жить… Находиться среди человечишек. Однако, демон похоти — это не домашняя кошечка. Натуру не спрячешь. Поэтому Сергеева и пустилась в разнос. Все гораздо проще, чем казалось мне изначально. То же самое было с Рыжковой. Она всего лишь стала оболочкой для Химеры. Вот почему два демона смогли жить вместе… Их просто связывала одна цель…

— Логично. — Согласилась майор Машурина. Хотя ее, как бы, вообще не спрашивали. — Почему ты не расспросил Мальденбург-Ольшанскую более подробно? Соня эта? Что за фразы странные? Имею в виду те, которые она сказала парням Алисы. И как она ухитрилась сбежать? И что сама Мальденбург-Ольшанская думает о девушке?

— Большинство людей — идиоты. — Отрезал я. — Нет ничего хуже высказывающих своё мнение идиотов. Мальденбург-Ольшанская дала ту информацию, которую могла дать. Факты. Все. Больше взять с нее нечего. В любом случае, нам снова не мешало бы озадачиться поиском Серовой. Несомненно, девица что-то знает. Иначе зачем ей понадобилась шкатулка?

— Согласен брат. Идем.

Архангел обошел меня, так как я, ударившись в размышления, перегородил дорогу, и направился в сторону въезда на территорию пансионата.

Однако, не успел он сделать и пары шагов, как из-за ближайших кустов выскочил неизвестный мужик. Судя по раскрасневшемуся лицу и невнятному бормотанию, а так же по тому, как резво он набросился на Михаила с дружескими объятиями, смертный откачал свою спинномозговую жидкость и заменил её виски.

Он был эпически, роскошно пьян. Если бы у его алкогольного опьянения имелись ноги, оно было бы Александром Великим и покорило весь известный мир. А затем его неделю рвало бы в унитаз из чистого золота, который оно украло из гостиной Зевса. Это то самое состояние, когда человеку море по колено. Когда он готов к великим и сумасбродным делам.

Я даже испытал некоторое уважение к смертному. Это надо же вылакать столько алкоголя, чтоб принять Светлого за Владыку Ада, да еще и пытаться с ним прямо сейчас, немедленно подружиться.

Мужик оказался одним из тех, кто принимал участие в мероприятии Алисы. В отличие от остальных гостей, трусливо разбежавшихся в разные стороны, он засел в кустах в бутылкой виски и ждал, когда Люцифер явит свой прекрасный лик, чтоб в нужный момент выскочить ему навстречу и потребовать выпить на брудершафт.

— Ужас… Я даже не знаю, чьи последователи глупее, твои или отца? — С чувством высказался Михаил, когда с трудом отбился от смертного.

Я, кстати, наблюдал за этим процессом со стороны, не вмешивался, получал удовольствие.

Забавно видеть, как Светлый старается не сорваться и не прибить человека. Но не потому что ему этого не хочется, а потому что нельзя. Уверяю вас, Архангелы относятся к людям ничуть не лучше нас, Падших. Для них людишки все те же смешные обезьяны. Просто ангелы насквозь фальшивы. Изображают любовь к неразумным детям Отца, лишь бы только не вызвать его недовольство.

— Мои — дурачки, а его — самодовольные щёголи. Выбирай сам. — Усмехнулся я, обгоняя брата.

Михаил был в этот момент чрезвычайно занят. Он решил отмыть руки в небольшом фонтанчике, находящимся неподалеку от центральных ворот. Брезгует мой Светлый родственник людьми.

И вот что любопытно. Казалось бы, какое нелепое совпадение — появление пьяного человека, задержавшего Архангела на несколько минут. Если бы Михаилу не приспичило после объятий и лобзаний смертного, который пытался расцеловать брата троекратным русским поцелуем в щеку, заняться омовением собственных конечностей, то первым из ворот пансионата вышел бы он. И это могло сильно повлиять на дальнейший ход событий.

Однако, будем отталкиваться от того, что есть. Первым был я. Следом за мной топала майор Машурина.

Охранники проводили нас напряжённым взглядом, потому как узнали и мою физиономию, и физиономию Михаила, но сказать что-то не решились. В конце концов, мы же не внутрь территории пытаемся проникнуть, а наоборот, покидаем ее.

Машина Забелина находилась на том самом месте, где ее оставили. Я сдернул с нее заклятие отвода глаз, что вызвало в рядах охраны пансионата нездоровый ажиотаж. Тачка, которая появляется из ниоткуда, заставит нервничать кого-угодно. Но это всяко лучше, чем если бы мы снова испарились на глазах у смертных.

Ровно в тот момент, когда майор Машурина и я пересекли стоянку перед пансионатом и направились к машине, на парковку въехал черный тонированный микроавтобус. Он двигался медленно, не торопясь. И вроде бы ничего странного в нем не было. Но…

Я отчего-то замер, схватил нефилима за руку, придерживая ее на месте, и пристально уставился на автомобиль, ожидая, пока он прекратит движение и оттуда выйдет водитель. Поворачиваться к микроавтобусу спиной совершенно не хотелось.

А уже в следующую секунду события резко ускорились, обрели крайне энергичный сюжет.

Для начала, майор Машурина вдруг сделала то, что до нее не делал никто, кроме Отца. Она сбила меня с ног. На полном серьёзе. Просто вырвала свою руку из моей, а затем с силой толкнула меня на землю и упала сверху.

— Даже так? Прямо здесь? — Удивлённо выдал я, рассматривая лицо нефилима, которое оказалось непозволительно близко.

— Заткнись! — Рявекнула она и вот уже после этого я понял, в чем причина столь странного поведения блондинки.

Из черной тачки выскочил парень. Его сердце колотилось как ненормальное, заставляя ауру смертного пульсировать багровым цветом. Обычно люди испытывают нечто подобное из-за сильного выброса адреналина. А значит, человек сейчас на охоте. Он готов убивать.

За парнем из машины достаточно шустро выбрались ещё пять человек. Все они были облачены в чёрные комбинезоны, ботинки и Балаклавы. Типичный прикид спецслужб, но знаков различия на форме не имелось. Вообще никаких. И это уже не очень хорошо. Ребята могут числиться сотрудниками ОМОН, Федеральной Службы Безопасности или Общество охраны животных. Подойдет любой вариант.

Не успел я глазом моргнуть, как шестеро мужчин разделились на две группы. Четверо с оружием, которое выглядело нелетальным для меня, но вполне могло причинить вред моему сосуду, направились в нашу с майором сторону. Ч бы даже сказал, побежали легкой трусцой.

Двое с пушками двинулись к воротам, из которых как раз должен был появиться Михаил.

При этом охрана, те самые бравые парни с собаками, внезапно вспомнили, что у них срочные дела и куда-то испарились.

У одного из четверых, он был повыше остальных, в руках наблюдался автоматический дробовик АА-12. У его приятеля — что-то вроде автоматической винтовки АК-12. И да, я разбираюсь в оружии смертных. Может не на уровне спеца, но все же.

В данном случае, конечно, дело вовсе не в том, что мне хотелось блеснуть осведомлённостью. Отнюдь. Просто наличие подобного оружия, как и тот факт, что парни вполне свободно его демонстрируют, означает только одно — они работают на людей, которые могут позволить себе лучшие игрушки, что в свою очередь означает, люди в комбинезонах скорее всего –профи.

— Проклятье! — Выругался я, заодно скидывая с себя майора Машурину. Ее попытка защитить дьявола выглядит как минимум оскорбительно. — Была надежда откупиться от них моим любым «Чего вы желаете».

— Так что мешает? — Недовольно крикнула нефилим из кустов.

Недовольной она была по той причине, что я, кувыркнувшись, не только скинул ее с себя, но и толкнул Марию Семеновну в эти самые ближайшие кусты, искренне надеясь на ее благоразумие. И кстати, мои действия оказалось максимально своевременными.

Парень с дробовиком начал палить, едва сделал несколько шагов в нашу сторону. Он теснил меня к машине, стараясь отрезать и от майора, и от Архангела, чтобы я не смог помочь никому из них.

Хороший план. Пока у него в руках эта бомбарда, я не побегу навстречу и не стану атаковать его. Вернее не так…

Вообще, конечно, могу. Но на данный момент совершенно неизвестно, кто на нас напал. Да, скорее всего это могут быть бритоголовые солдатики Кукловода. Однако есть небольшое «но». Прежде настолько нагло они не действовали. А значит, можно допустить возможность новых вводных. И это очень, очень плохо.

Вторая причина — охрана пансионата совершила тактическое отступление, но не сомневаюсь, парни наблюдают за нами из укрытия. И если обычный с их точки зрения человек вдруг кинется на другого человека, который будто умалишенный херачит картечью, то охрану потом придется убить. А это породит новые споры между мной и Архангелом.

И, наконец, третья причина. Мое смертное тело. Я не могу использовать Флёр из-за обстоятельств, озвученных выше, а без Флёра меня просто напросто убьют. Вернее Антона Забелина убьют. Соответственно, Владыка Ада вернется на свое законное место.

Глава 11

Победитель — не тот, кто в самой быстрой машине, а тот, кто отказывается проигрывать…

Парень с дробовиком бежал достаточно резво, стрелял ещё более активно. Поэтому я сделал единственное, что мог сделать в этой ситуации, упал и откатился в сторону кустов, за которыми уже пряталась майор Машурина.

Человек, в свою очередь, прыгнул к машине Забелина, собираясь продолжить поливать нас свинцом из определённой точки. Есть ощущение, он не столько хотел убить меня или майора, сколько не дать вылезти из укрытия. А это весомый повод задуматься о целях парней.

Кусты, конечно, очень сомнительная защита, но они позволили мне провернуть небольшой фокус. Я замедлил течение времени на маленьком пятачке, как раз там, где мы с нефилимом сидели, пригнувшись.

Да, чертовы законы мира смертных не дают развернуться в полную силу, однако кое-какие вольности могу допустить. Поэтому выстрелы не достигали своей цели, а вязли в уплотнившемся воздухе, между ветками. Так как происходило это ровненько в районе кустов, смертные своим ограниченным взглядом увидеть сие чудо не могли.

— Подвинься. — Майор оттолкнула меня плечом, вытащила пистолет и, по-моему, собралась сделать неимоверную глупость. Решила стрелять в ответ.

— Сейчас, конечно, извиняюсь за грубость, но ты дура? — Поинтересовался я у блондинки. — Куда лезешь? Без тебя разберёмся.

— Сам дурак. Я с приличного расстояния попадаю белке в глаз.

— Вот как подвергнемся нападению белок, тогда и позовем тебя. Непременно.

Я покрутил головой по сторонам, в поисках чего-нибудь подходящего для той идеи, которая посетила меня в этот момент.

Люди явно что-то замыслили и есть предположение, их целью скорее всего является Михаил. Потому что, повторюсь, те четверо, которые рассредоточились неподалеку от нас с майором, делали все, чтоб мы просто не могли высунуть головы. Хотели бы убить, вели бы себя более агрессивно.

А вот остальные двое будто два заправских охотника, притаились возле ворот пансионата. Они выглядели сосредоточенными. Парни явно находились в режиме ожидания. Забавно…

Рядом с моей ногой лежал гвоздь, ржавый и старый, брошенный кем-то сто лет назад. Я решил, что он подойдёт. Ситуация сложилась несколько нетривиальная, а потому действовать тоже необходимо креативно, с особым подходом. А креатив, как известно — мое второе имя.

Я схватил гвоздь, сжал его в руке, накаляя до бела, а потом рванул вперед. Майор что-то крикнула мне вслед. По-моему, ее фраза намекала на некоторое безумие.

Парень с дробовиком, как и его товарищ с автоматической винтовкой, слегка прибалдели от глупости моего поступка. По сути я просто выскочил на трассу под колеса несущегося навстречу грузовика, который вполне способен размотать человека по дороге за считанные секунды. Вот как выглядели мои действия для смертных.

Естественно, стрельба продолжалась и заканчивать ее никто не собирался. Но и я не сошёл с ума. Я знал, что делаю.

Когда выскочил из-за кустов, сразу, без промедлений исполнил настоящий акробатический этюд. На оружейном языке это называется стрельба в падении. Вы падаете назад, одновременно поднимая оружие и стреляя. Если у вас хорошо получается, то падение — отличный способ стрелять в вооружённого нападающего, не схлопотав пулю в ответ.

К сожалению, я не был вооружен, но даже если бы и был, это мало что могло изменить. К счастью, ничего подобного мною и не планировалось.

Падая на спину, я метнул гвоздь, используя определенный угол броска и придав ему ускорения. Вот для этого мне и нужно было выбраться из кустов. Там стояла мной же созданная защита, соответственно металлический предмет просто никуда бы не полетел.

Сейчас же, он понесся вперед, как огненный дротик и пробил защиту парня с дробовиком, нанеся ему глубокую рану сбоку на горле. Судя по забившему оттуда красному фонтану, должно быть, я перебил сонную артерию. Удачный бросок.

Вдвойне удачный, потому что его приятель с винтовкой, который находился рядом, повернулся, чтоб взглянуть, что произошло с товарищем, и получил в лицо мощную струю кровавого спрея.

Ослеплённый, он вскинул винтовку, но, судя по всему, побоялся попасть в одного из своих людей, а потому прекратил стрелять.Он матерился, пытался вытереть глаза рукавом и бестолково топтался на месте.

На то, чтобы прочистить один глаз, у него ушло около десяти секунд. Достаточно долго, чтобы я успел оказаться рядом, прямо за его спиной, и нанести парню удар гладиусом между лопаток. При этом смертный служил для меня импровизированным щитом, защищая от выстрелов остальных.

Ну и конечно, тот, кто наблюдает за мной со стороны, совершенно не поймет, что произошло. Я не размахивал гладиусом как флагом, сделал все аккуратно.

На человеке оказался бронежилет, но кого это волнует. Наконечник меча вынырнул с противоположной стороны человеческого тела и я сразу вытащил оружие Падшего, убирая его на законное место.

Не долго думая, оттолкнул захрипевшего человека и без промедления бросился вперед, к оставшимся двоим.

Они, не иначе как с перепугу, начинали панически палить во все стороны. Видимо, в их плане не был предусмотрен пункт, в котором кто-то из смертных погибнет.

Мой кожаная куртка была расстёгнута, поэтому когда пара выстрелов прошли слишком близко от меня, ее край откинулся назад. Но я двигался достаточно быстро, чтоб не обратить на это внимание.

Буквально через долю секунды я уже оказался прямо рядом с ними. Врезался плечом в грудь первому, тому, что находился ближе, прямо в то место, где у смертных бьется сердце. Одновременно с ударом, выпустил Флёр, вложив в него толику своей ярости. Совсем чуть-чуть. Иначе парня разорвало бы на части.

Человек с глухим стуком упал на спину, прежде чем успел среагировать или врезать мне прикладом. А еще в этот момент его сердце перестало биться. Увы… Такова жизнь. Как говорил классик:«… человек смертен, но это было бы ещё полбеды. Плохо то, что он иногда внезапно смертен, вот в чём фокус! » Чертовски верные слова.

Естественно, сердце смертного остановил именно я. Но кому об этом известно? Никому. И уж тем более мы не скажем Михаилу.

Четвертого я убил совсем банально. Просто резко, одним движением повернул его голову на тристи шестьдесят градусов. То есть теоретически, лицо сделало оборот и вернулось на место, однако, с шеей явно наблюдалась проблема.

Я обернулся назад, чтоб проконтролировать майора Машурину. Вернее проконтролировать, не прётся ли она следом, испытывая странное желание спасать Владыку Ада. Скажу честно, с одной стороны ее рвение нервировало, с другой — рождало внутри какое-то странное, непривычное чувство, а потому я злился еще сильнее.

Конечно же, Мария Семеновна уже выбралась из-за кустов и теперь замерла на месте, разглядывая четыре трупа широко раскрытыми глазами. Нефилим явно была впечатлёна, правда, не понятно, чем именно. То ли чисто проделанной работой, то ли моей жестокостью.

— Я — туда. А ты — бегом марш в кусты обратно. И не зли меня.

Блондинка перевела испуганный взгляд с убитых парней на мою скромную персону и сделала шаг назад. Выглядела она при этом максимально растерянной. Видимо, только сейчас до девицы дошло, с кем рядом она находится. И да, я — Владыка Ада, Падший, а не сахарный леденец. Пора бы уже осознать.

Теперь предстоял финальный этап — решить вопрос с парочкой, караулившей Михаила.

У двоих парней, единственных на данный момент еще пока остававшихся в живых, в наличие имелись «тазеры» размером с РПГ и нечто, выглядящее как промышленные сеткомёты. Парни были сосредоточены на Михаиле, который в этот момент появился из-за ворот пансионата, на ходу вытирая руки носовым платком.

Эти двое застыли наготове, ожидая, пока Архангел сделает еще несколько шагов вперед. Их поведение подтвердило мою мысль о том, что парням изначально был нужен он.

Крайне важный момент. Выходит, о присутствии в мире смертных Михаила известно еще кому-то. Этот кто-то возжелал заполучить себе настоящего ангела. Однако, у меня снова возникает вопрос.

Кукловод вряд ли повел бы себя столь необдуманно. В том смысле, что по идее, ему, как никому другому, очень даже пришелся бы в тему ангел. Настоящий, полноценный. То есть, чисто теоретически кандидатура Кукловода первой лезет в голову.

Но… Ловить Архангела сетью? Серьезно? Бить его пусть здоровенным, но все-таки шокером? Попробуйте подплыть к акуле и воткнуть ей в бок столовую вилку. Эффект приблизительно будет таким же.

Я, конечно, уже совсем не уверен, что Кукловод — это Падший. Однако он же не совсем конченый идиот. Должен понимать, Архангел очень лояльно настроен к людям, но при этом он не позволит относиться к себе, как к рыбному улову.

В общем, в любом случае требовалось разобраться с двумя, оставшимися в живых парнями.

Внешне их оружие выглядело достаточно безобидным, но я не мог не учитывать факт внезапности. Например, в «тазерах» могут быть встроенны аварийные винтовки на случай, если не сработает нелетальная часть. Людишки крайне изобретательны во всем, что касается убийства.

Кроме того, нельзя быть уверенным на сто процентов, что в микроавтобусе больше не осталось смертных. Я бы на месте парней, непременно пару-тройку человек спрятал в засаде, чтоб они ударили в крайне неожиданный момент. Шестеро пошли первой партией, но вполне возможно, будет и вторая.

Я наклонился, схватил оружие одного из убитых мною парней, того, чья шея напоминала скрученную верёвку, и, быстрым шагом двигаясь вперед, всадил две пули в голову смертного, стоявшего ближе к Михаилу, чтобы посмотреть, станет ли кто-нибудь стрелять в ответ.

Таким образом я хотел убедиться, что у «охотников» нет огнестрельного оружия. Это — первое. А второе — я провоцировал людей, которые еще не приняли участия в нашем забавном междусобойчике. Моя внутренняя чуйка буквально вопила о том, что они, эти люди, есть.

Второй «охотник», поняв, что голова его товарища выплюнула из себя некоторую порцию крови и мозга, сильно удивился. Он резко обернулся, уставившись на меня растерянным взглядом. Видимо, был уверен, что его коллеги держат ситуацию под контролем. Потом увидел четыре трупа, валяющихся в художественном беспорядке, и удивился ещё больше.

Но главным был тот факт, что в ответ никто не стрелял. Неужели я ошибся и все, на что люди сподобились, это отправить за ангелом шесть человек?

Я не стал затягивать и выпустил смертному две пули в грудь, одну в голову, чтобы убедиться, что он уже не поднимется. В общем, парням сегодня не повезло.

Есть много теорий, посвящённых бою и приёмам ведения войны. У всех этих теорий имеется одна общая мысль: знай своего врага. Его тактику, сильные и слабые стороны. Тогда в девяноста девяти процентах случаев ты заставишь его пищать как церковная мышь и драпать как бегун-спринтер. Конечно, если ошибёшься, то драпать придется тебе.

Люди, спрятавшиеся в машине, отталкивались именно от этой мысли. Все это время они наблюдали со стороны, чтоб понять тактику и стратегию. Наверное, мою

Но когда стало понятно, что остальные члены команды мертвы, они сделали единственное, что могли. Вывалились из микроавтобуса и сразу принялись палить в Михаила. Самое интересное, стреляли они не пулями, не дробью и не огнем из огнеметов. Это были дротики. И если не предполагать коллективное помутнение, под влиянием которого четверо новых парней в черных комбинезонах решили поиграть в дартс, дротики должны быть обработаны какими-то веществом.

Правда, один из четверых все же имел в своем снаряжении очередной дробовик, что сильно усложняло ситуацию. Я только избавился от обезьянок, которым доверили смертельное оружие, и вот опять.

Еще меня, конечно, позабавило поведение Михаила. Всё это время он только и делал, что наблюдал за происходящим, словно в зоопарке, гадая, что же такого смешного дальше собираются сделать обезьянки. Но вот когда в него начали втыкаться дротики, он вздрогнул. Архангел опустил голову и с выражением крайнего изумления посмотрел на острые предметы, успевшие прилететь в его тело.

Уже в следующее мгновение лицо Михаила потемнело. Он вытянул руки в жесте, который лично мне хорошо был известен. Предводитель ангельского войска — это вам не бешенный скунс, которого можно вот так запросто отправить в глубокий сон. Он — величайший из всех ангелов.

Мой светлый брат явил не один, а сразу два пылающих гладиуса. Он в долю секунду переместился к четверым парням, сделал плавный синхронный мах мечами сверху вниз, затем крутанулся на месте и повторил движение.

Не успел я глазом моргнуть, как новоприбывшие смертные оказались разрезаны надвое, а потом еще пополам. Каждый из них. Их тела теперь выглядели как груда горелого мяса. Черт… Михаил вошел в боевой режим и это очень, очень плохо.

Архангел в подобном состоянии вообще перестаёт мыслить как добрый и светлый. Он сейчас на войне. Для него не существует милосердия и человеколюбия. Впрочем, с демонолюбием конкретно в данный момент у него тоже не очень.

Михаил замер с опущенной головой, уставившись в землю и изучая тлеющее месиво. Интересно, как давно он последний раз убивал? Наконец, он поднял голову и направился ко мне.

Я инстинктивно вскинул винтовку к плечу, целясь ему в левый глаз. Он снова остановился. Около минуты внимательно смотрел на меня, гадая, что я делаю и почему. И только после этого брат пришел в себя. Он расслабил руки, опустив их вниз, и мечи погасли. Ну тут уже и я отбросил винтовку.

Дело в том, что боевой режим ангелов — это особое состояние. Они просто превращаются в машины для убийства. Я так понимаю, Михаила коротнуло от того, что какие-то смертные посмели стрелять в него сраными дротиками. Что они приняли сильнейшего из небесного войска за дикое животное. И пока брат не пришел в себя, велика была вероятность, что на убийстве людишек он не остановится. Следующим был бы я.

Конечно, вряд ли наша с ним стычка закончилась бы так же, как и предыдущая. По силе мы равны. И кстати, да. При желании я тоже могу использовать два меча. Но… Вот уж точно сейчас не подходящее время для родственных драк.

Скажем честно, мир людей не готов к подобным схваткам. Если схлестнутся предводитель Небесного войска и Владыка Ада, ближайшие несколько городов просто исчезнут с лица земли. Поэтому я предпочел привести Архангела в разум вполне обычным, человеческим способом — винтовкой. И да, если бы для этого пришлось стрелять ему в глаз, я бы не сомневался.

Брат подошел и открыл рот, как будто собираясь что-то сказать, но в этот момент сюжет истории снова начал набирать обороты. Из-за деревьев, на широкой дороге, ведущей к пансионату, появились два фургона без опознавательных знаков. И оба они мчались в нашу сторону.

— Черт. Подкрепление для первой команды. Маша! — Рявкнул я в кусты, за которыми притихла блондинка. Даже странно, что она сидит столько времени молча. — Бегом к машине! Рысью! Мы уходим с этого праздника жизни!

Затем отбросил винтовку и побежал к своей тачке. Михаил, естественно, без лишних вопросов сделал то же самое. Он вообще был крайне неразговорчив и это его состояние не изменится в ближайшее время.

Зато потом начнется откат. Архангел поймёт, что убил смертных, его накроет чувство вины. Нытья будет, скажу я вам…Как на вечеринке лучших подружек-старшеклассниц, решивших обсудить мальчиков и неудавшуюся личную жизнь.

Я прыгнул за руль, Михаил так же, с разбега плюхнулся на пассажирское сиденье, а вот майор Машурина… Ее не было. На мой крик из кустов никто не появился.

— Черт! — Выругался я, переключившись на демонское зрение и просканировав пространство за кустами. — Она сбежала. Не вынесла душа поэта… Вот ведь дура. Где теперь ее искать? Хоть бы не побежала топиться после пережитого стресса.

— Не побежит. — Сухо ответил брат. — Девочка столкнулась с реальностью. Увидела, что сказочные, волшебные существа не так уж сказочны и волшебны. Ей нужно время. Думаю, она уже далеко убежала отсюда. Езжай. Найдем ее позже.

— Ну, ок. Как скажешь. Ваши светлые делишки — ваша проблема.

Я завел тачку, включил заднюю и вжал педаль в пол. По сути, мы просто рванули с места ровно навстречу фургонам.

Автомобили без опознавательных знаков разгонались примерно до восьмидесяти и я набрал столько же. Поэтому столкновение вышло фееричное.

Фургон номер один разнес задницу моего автомобиля и взгромоздился на багажник. Затем фургон номер два заскочил прямо на первый, толкая его и меня по дороге на три метра вперед. Будь мы с Михаилом людьми, наверное, нашим позвонкам пришлось бы туго.

Оба фургона затихли, выпуская из себя дым, но я прекрасно понимал, люди внутри застряли ненадолго и нам не мешало бы поторопиться.

На парковке пансионата, неподалёку от нас, виднелись две тачки, принадлежавшие гостям «Зелёных дубов», которые мы вполне могли экспроприировать. Моя машина к гонкам и путешествиям больше непригодна. Я использовал ее, чтоб заблокировать парней с фургонах и она героически справилась с задачей.

Я сделал жест Михаилу, приглашая его следовать за мной. К счастью, в такие моменты мы понимаем друг друга без слов. Поэтому, когда я подскочил к одному из автомобилей и кулаком разбил переднее стекло, Архангел, сделав то же самое, уже вполне шустро устраивался на пассажирском сидении.

А сейчас я открою вам маленький секрет. Нам не нужны ключи для того, чтоб использовать любую машину. Вообще никакие. Мы же — энергия в чистом виде. Собственно говоря, достаточно всего лишь выпустить крохотную часть своей силы, разрешив ей стать тем самым ключом, который заводит автомобиль.

И вот когда мы сорвались с места, сзади послышались хлопки выстрелов. От безысходности парни решили палить по колесам. Вряд ли по нам. Иначе ради чего был весь этот цирк? Им нужен Архангел. Живой. Возможно слегка сонный, но в целости и сохранности.

— Интересно, кто вообще надоумил этих идиотов, будто на тебе сработает транквилизатор… Или они не понимали, с кем имеют дело?– Задумчиво высказался я вслух.

Михаил не ответил, но очень выразительно вздохнул. Ясно. Вот и откат пожаловал. Как всегда не вовремя.

— Слушай, давай мы пострадаем об убитых смертных чуть позже. Ок? — покосился я на брата. — Даю честное слово поддержать тебя в этом страдании и даже пустить одинокую слезу. Прости, но на большее не способен. Сейчас нам нужно убраться отсюда. Иначе жертв среди смертных станет гораздо больше и объяснить папе всю эту кучу трупов будет достаточно сложно.

Я вдавил педаль и выкрутил руль вправо, юзом пуская тачку через бордюр, тянущийся вдоль дороги, на траву. Машина боком понеслась к деревьям. Я толчком открыл дверь, схватил грустного Михаила и выкатился влево.

Мы сильно ударились о землю, но не так сильно, как тачка, когда ее с оглушительным хлопком припечатало к толстым, мощным деревьям.

Капот откинулся и врезался в ветровое стекло. А через секунду машина взорвалась весёлым, пускающим во все стороны искры, костром. И да, я немного способствовал данному процессу.

К тому времени, мы с Архангелом на приличной скорости уже ползли по траве, сквозь кусты и деревья, в сторону, прямо противоположную от эпицентра событий.

— Твою мать… — Высказался я от души. — Только ради твоей тонкой душевной организации я изображаю из себя змейку. Это, между прочим, сильно пре́тит моему чувству собственного достоинства. С гораздо большим удовольствием просто уничтожил бы этих людишек. И кстати…

Я остановился, повернул голову и посмотрел на брата.

— Какого черта? Кто это вообще был? На Кукловода не похоже.

— Отдел номер тринадцать. — Мрачно ответил Михаил. — Это были те люди, которые отвечают за сотрудничество с потусторонними сущностями и соблюдение Договора. Так что, ситуация из просто поганой превратилась в охренительно поганую, брат.

Глава 12

Неважно, сколько планов мы наметили, мы никогда не знаем, как наш день закончится…

Мы топали по лесу, пробираясь между деревьев и я готов был завыть. Честное слово. Что ж все так через задницу? Этот мир казался простым и слабым на первый взгляд. А в итоге мне постоянно приходится решать какие-то глобальные проблемы. Зачем это все Владыке Ада? Я просто хочу забрать Сердце Лилит, грохнуть Кукловода и свалить домой.

Кукловод — это самый важный пункт. Никто не позволял себе в мою сторону столько всего, сколько вытворяет эта сволочь. Дело принципа, так сказать.

Однако, скорее решение вопросов пока что не предвидится. Сейчас, например, случился очередной затык.

Позади остались истерзанные микроавтобусы, полюбившаяся мне тачка Забелина, которую, между прочим, очень даже жаль, и тела оперативников.

Тринадцатый отдел, значит… Ну что ж. Это — максимально странно. Люди, с которыми демоны сотрудничают, вдруг объявили охоту на ангела.

Для начала, боюсь предположить, зачем он вообще им понадобился. Зная смертных не удивлюсь, если для экспериментов.

Естественно, в момент подписания Договора, никто из нас, из представителей темной стороны, не упоминал светлую сторону. Хотя, вопросы нам, конечно, задавали. Мол, если есть зло, то и добро тоже должно быть.

Это при том, что люди не понимали, с кем имеют дело. Естественно, никто не представлялся им своим настоящим именем. Сущности да сущности. Некие граждане из потустороннего мира. Все.

Но даже в такой ситуации смертные попытались выяснить, как обстоят дела с Небесами. По крайней мере, очень намекали на это. Задавали, так сказать, наводящие вопросы.

Химера, отправившаяся на подписание Договора, со своей задачей справилась на сто баллов. Она говорила обо всем и ни о чем. Мол, сами мы неместные, ничего не знаем. Нам бы только отребья всякого на блюдечке для «пожрать». Разрешение ваше на Охоту тоже не помешало бы. Добро? Да черт его знает. Мы живем в потустороннем мире, никого не трогаем.

Однако, повторюсь, зная настырность и настойчивость смертных, не удивлюсь, если они продолжили самостоятельно разбираться в ситуации. А что? Вполне рабочая версия.

Я покосился в сторону Архангела, который оставался подозрительно молчаливым после нашего побега.

Он топал рядом и его обычно светлое лицо омрачилось тенью невиданной скорби. Вселенской скорби, я бы сказал.

Он смотрел вперед, но взгляд его был пуст — в глазах отражалось лишь пламя недавней бойни. Я чувствовал, как от брата волнами исходят вина и смятение.

Ну вот и началось. Сейчас последует нытьё о «невинных душах». Хотя, справедливости ради, они сами напросились. Да и с невинностью там большие проблемы.

Однако, Михаил продолжал молчать. Это его молчание давило сильнее любых слов, как предгрозовая тишина. Я снова бросил на него косой взгляд.

— Ты как там? Не развалишься от переизбытка святости? — тишину пришлось нарушить.

Михаил вздрогнув, повернул ко мне лицо.

— Они были живыми, Самаэль. У них были семьи, свои жизни…

— Так… Давай уточню на тот случай, если ты не до конца понял смысл произошедшего. Эти прекрасные люди со своими жизнями и своими семьями пытались нашпиговать тебя транками и засунуть в сетку, как бабочку. Ты быстро забываешь детали, брат.

— Это не оправдывает того, что я сделал.

— Оправдывает. Ещё как оправдывает! Они напали первыми. И вообще, не понимаю твоего нытья. Убил — значит, был повод. Следующий!

Я резко свернул на просёлочную дорогу, которая выскочила прямо перед нами. Михаил, пребывая в состоянии своей страдательной прострации, чуть не проскочил мимо, но вовремя сообразил и кинулся меня догонять.

Судя по моим ощущениям, мы двигались в сторону города. Я, как Князь Лжи, очент хотел в данный момент оказаться максимально далеко от проклятого пансионата. А значит, мой Флёр ведет нас в нужном направлении. Можно не опасаться, что мы с Архангелом сделаем круг, попетляем по лесу и вернемся туда же. Потому что возвращаться не было ни малейшего желания.

Эти «тринадцатые» меня слегка насторожили. Договор о сотрудничестве между людьми и потусторонними сущностями подразумевает открытый диалог между нами. То есть, если смертные решат предпринимать какие-либо действия относительно всего, что выходит за рамки их мира, они обязаны согласовать это с нами.

Другой вопрос, что и мы с ними до хрена чего обязаны согласовать, но никто из адовцев, естественно, этот пункт соблюдать не собирается. Да, придерживаемся договорённостей. Охота, все дела. Но…спрашивать разрешения у смертных? Никогда!

В конце концов, своих подопечных я, при возникшей необходимости, накажу сам. А все остальное… Ну разве можно верить исчадиям ада?

Однако, справедливости ради, скажу, что наша сторона договор всегда соблюдала. Мы добросовестно выполняли взятые на себя обязательства. Вся эта история с хаотичным переселением Суккубов и Химер — вина Кукловода. А я вообще теперь не уверен, что его можно причислить к адовцам.

И тут вдруг такой пердимонокль со стороны «Тринадцатого отдела». Их методы, как и цель, выглядели странными. Захватить ангела? Ну не знаю…

Причем парни точно понимали, что Михаила нужно брать отдельно от нас с майором. Вернее не так. Они понимали, что нефилима и меня нужно устранить из этой ситуации. И в то же время, не били на поражение. По крайней мере, сначала. Потом смертные просто поддались панике.

— Куда мы идем? — глухо спросил Михаил.

— Подальше от неприятностей. Нужно добраться до города. Может, найдём кабак, где наливают что-то покрепче святой воды. Тебе явно не помешает.

— Очень смешно. — Недовольно буркнул Архангел.

— Ну вообще, лично для меня — да. Всегда поражался тому, как вы, Светлые, любите пострадать. Вообще-то, если что, Отец создал нас могущественными существами. Наверное не просто так. Папа просто часто изображает из себя ханжу и учит нас уму-разуму. Но мне кажется, где-то в глубине души…

Я резко замолчал, не договорив свою мысль до конца. Просто внезапно понял, что топаю по дороге один. Пришлось обернуться.

Архангел свернул обратно в лес и теперь стоял, всматриваясь в одну точку. Его фигура выглядела очень напряжённой.

— Да что такое⁈ — В сердцах высказался я вслух. — Брат! В чем дело?

— Там… — Михаил ткнул пальцем в сторону густо растущих деревьев. — Там что-то есть.

Он резко сорвался с места и полез в самую чащу.

— Да чтоб тебя…

Я, естественно, пошел вслед за ним. Около пары сотен метров мы просто пёрли вперед, как два лося, пробирабщихся сквозь густую растительность ради привлекательной лосихи.

Естественно, я каждые пять минут пытался объяснить Архангелу, что нам, как бы, слегка не в ту сторону нужно, но он шикал на меня и размахивал руками, как раздражённый гусь крыльями.

В итоге, мы выбрались на небольшую поляну.

— Что такое? — Спросил я в который раз. — Что происходит?

Михаил молча указал на холм, видневшийся из-за кустов. Холм с покосившимся деревянным крестом. Увядшие цветы у его подножия были перевязаны поблёкшей лентой.

— Могила? — удивился я. — Здесь что, кладбище лесных духов?

Михаил молчал, сопел и не отрывал взгляда от холма. В его глазах читалась странная смесь скорби и… узнавания?

— Нет, Самаэль, — прошептал он, голос его дрогнул. — Ты не чувствуешь, потому что долго, слишком долго живешь в Аду. Здесь покоится ангел.

Мои брови взлетели. Ангел? Похороненный в глуши, как простой смертный? Ангелов можно уничтожить, стереть из бытия — но не похоронить.

— Эм… Брат… — Я сделал еще несколько шагов, подбираясь ближе к Светлому. Прежде не случалось сумасшествия в рядах Архангелов, но с другой стороны, прежде и дьявол по миру смертных не шлялся. Так что, мало ли. — Ты уверен? Может, перенервничал?

— Я чувствую его присутствие, — не отрывая взгляда от могилы, сказал Михаил. — Слабое. Но он всё ещё здесь. Его… убили.

В голове щёлкнуло. Неуклюжие действия «тринадцатых», их странная тактика… Что, если это была не попытка захвата, а отвлечение? Чтобы мы не нашли это место?

А что? Нас по роковой случайности принесло в «Зелёные дубы», где Алиса устраивала сборище дьяволопокорнников. В этом же пансионате работает девочка Соня, которая по неизвестной причине украла шкатулку с куском Хаоса. Затем, спустя некоторое время примчались люди на черных микроавтобусах с огромным количеством оружия и попытались совершить нечто крайне героическое, но чрезвычайно глупое.

Вопрос… Откуда они вообще узнали, что мы — там? И какой все же была их настоящая цель?

— Похоже, наше путешествие становится все интереснее и интереснее, — пробормотал я — Ну что, святой брат? Пойдём поклонимся могиле небесного стража?

Я старался выглядеть ироничным и даже преисполненным сарказма, искренне надеясь, что Михаил ошибся. Но на самом деле, с каждым шагом, чем ближе мы подходили, тревога внутри меня разрасталась все сильнее. Мёртвый ангел в глухом лесу — это было… неправильно. А еще это — плохо. Это чертовски, вопиюще плохо.

На кресте имелась надпись, сделанная, на языке, который мне был знаком. Язык, практически забытый мной — ангельский. Правда, накорябала слова чья-то очень кривая рука. Будто писали их впервые. Цветы у подножья креста выглядели старыми, засохшими.

Михаил опустился на колени, коснувшись земли. Губы его беззвучно шевелились. Брат словно молился. Так можно было бы подумать, если бы я достоверно не знал, что молитв для ангелов не существует.

— Что чувствуешь? — Спросил я через пару минут. Не выдержал. Меня буквально распирало от нетерпения.

— Боль. Отчаяние. И… предательство. Он умер не своей смертью.

— Чёрт… Ой, извини. — Я поднял руки вверх, изображая раскаяние за вырвавшееся ругательство. — Брат, это какая-то несусветная глупость. Кто мог предать ангела настолько, чтобы убить и закопать в глуши? Убить. Сам вслушайся в это слово. Нет. В словосочетание. Убить ангела.

— Ты мог. — Коротко бросил Михаил.

— Не вопрос, — Я кивнул, соглашаясь. — Однако, могиле приличное количество времени по человеческим меркам, а меня в чертов мир людей принесло совсем недавно. Это — первое. Второе — на хрена? Мне зачем это? Последний раз кровь братьев лилась по моему гладиусу несколько тысячелетий назад. И потом, я не держу зла на всех вас. Вы пляшете под дудку Отца. Уж если кому и предъявлять претензии, то ему.

— Я знаю. — Михаил говорил короткими фразами. — Не обвиняю тебя. Просто констатирую факт.

Архангел был расстроен. И на этот раз его расстройство имело совсем другое содержание, не так как из-за погибших смертных. Внутри Михаила пульсировал комок боли. А это, скажу я вам, очень поганый признак. Страдающий ангел — тот еще нытик. Страдающий от боли и ненависти ангел — нытик, который способен уничтожить мир.

В этот момент мой взгляд упал на какой-то предмет, спрятанный под листьями у креста. Вернее я просто почувствовал, что там находится важная вещь. Внутреннее очень чёткое ощущение.

Я присел на корточки, сдвинул старую, прошлогоднюю листву.

Передо мной лежал обугленный обломок пера. Ангельского пера. Чтоб вы понимали, эти перья сильно отличаются от всего, что существует в мире смертных. Они большие, белые, наполненные светом. По краю каждого пера пульсируют золотистые искры. Поэтому, когда ангелы раскрывают крылья, вокруг будто становится светлее.

— Смотри. — Протянул я брату свою Находку.

Михаил взял перо дрожащими пальцами. Его глаза наполнились слезами.

Светлые очань эмоциональны. Они не в силах контролировать эти всплески. Наверное, именно поэтому я поддался собственным переживаниям и вступил в схватка с Отцом. Сейчас, после долгого пребывания в статусе Падшего, я бы уже на такую авантюру не подкинулся.

— Это… перо Гавриила. Он был одним из нас. Лучшим из воинов.

Гавриил? Архангел-вестник, ближайший соратник Михаила? Мне кажется в тот момент, когда брат произнес имя, мои глаза округлились настолько, что я стал напоминать филина.

— Как такое возможно? — Бестолково спросил я, в принципе прекрасно зная ответ — никак.

Вернее, чисто как факт — возможно. Ангелы способны умирать. Но это происходит совсем не так, как у людей. И уж тем более, в мире смертных нет ни одного человека, у которого хватит сил справиться с Архангелом.

Михаил поднялся с колен. Скорбь в его глазах сменилась ледяной яростью.

— Они заплатят, Самаэль. Мы узнаем, кто предал его. Узнаем и справедливо накажем.

Вот именно про это я и говорил. Накажем… Боюсь Ад не готов принять еще одного новоиспечённого Падшего. А это непременно случится, если Михаил не успокоится. Отец будет сильно зол, когда Архангел начнет мстить смертным.

Я медленно обошел вокруг холма, внимательно рассматривая землю под ногами. Перо было. Может, еще что-нибудь интересное найдётся.

И конечно же оно нашлось. Возле соседних кустов лежала мужская рука. Выглядела она, что вполне закономерно, крайне впечатляюще.

Такое чувство, что кусок конечности просто-напросто оторвали от остального тела. Несколько сантиметров кости торчали из изорванного и разодранного запястья. Похоже, у лесных зверушек был праздничный фуршет.

— Михаил. — Позвал я Светлого. — Глянь.

Архангел оторвался от созерцания могилы и подошел ко мне. На протянутую руку, а вернее, на протянутую часть руки он посмотрел с таким видом, словно в данном предмете нет совершенно ничего удивительного.

— Что это? — Спросил брат равнодушным голосом.

— Ну вообще это выглядит как рука. Но ты можешь поизображать Шерлока Холмса и предположить другие варианты. А насчёт руки предлагаю вообще не заморачиваться. Я подарю ее тебе и хоть весь день играй с ней в ладушки.

— Это твой черный демонский юмор? — Михаил нахмурился, изучая кусок конечности.

— Нет. Это — разумный подход к ситуации. Разбросанные части тел в месте, где обнаружилась могила ангела — плохое предзнаменование для меня. Я уже понял, все, что происходит вокруг моей персоны или около нее, имеет некую закономерность. Плохое становится отвратительно ужасным. А еще, отсутствуют случайности. Поэтому могу дать руку на отсечение…

Я сунул Михаилу под нос найденную кисть.

— Ах, да. У нас уже есть отсеченная рука. Ну хорошо. Просто могу дать гарантию, что эта хреновина валяется здесь не случайно.

— Очень сомневаюсь. — Архангел демонстративно фыркнул. — Можно подумать, Вселенная сделала остановку, чтобы лично доставить тебе послание из Великого Запределья. Возьми себя в руки. Наверное, какой-то алкаш умер в округе, и собаки добрались до него.

— Да ну конечно. Рука в идеальном состоянии, если не считать самого факта ее существования. Плюс, она выглядит достаточно свежей. Улавливаешь? Могила старая, а рука свежая. Тебе не кажется это странным?

— Поищи ещё одну. Сможешь носить их, как ангельские крылья. А мне некогда. Я должен найти виновного и покарать его.

Не сказав больше ни слова, Михаил развернулся и двинулся обратно к дороге. Сдается мне, кое-кто сделал несколько шагов в сторону моего демонского чёрного юмора.

— Эм… А как же любовь к смертным? — Бросил я ему в спину. — Как же Отцовский гнев?

На самом деле, сомневаться в том, что убийство Гавриила — дело рук людишек, совершенно не приходилось. Только обезьянки могли додуматься хоронить ангела. Да еще, ты погляди, крест ему поставили. Все как положено. Положено, естественно, по их человеческим традициям.

Архангелы растворяются после гибели золотой пылью. Закапывать их в землю — это все равно, что пытаться удержать воду в ямке. Глупо и бесполезно. Она все равно просочится в почву.

Но именно кусок человеческой руки натолкнул меня на кое-какие мысли. Меня вдруг осенила крайне опасная догадка. Опасная в том смысле, что если такая же догадка сейчас появится у Михаила, то он кинется ее проверять. И тогда, боюсь, миру Смертных точно не поздоровится.

Глава 13

Настоящий мужчина хочет двух вещей: опасности и игры…

Мы вернулись в столицу под покровом ночи. Москва встретила нас огнями рекламных вывесок и равнодушным гулом машин. Только на этот раз во всей этой муравьиной возне смертных мне мерещилось нечто зловещее.

Я сильно недооценивал людишек все это время. Вот, что скажу. Сразу определил на роль Кукловода кого-то из Падших. Честно говоря, даже проговаривал мысленно имя той, кто для данной роли подходила идеально.

Астарот. Был уверен где-то на восемьдесят процентов, что всю игру затеяла она. Просто сестрица ненавидит меня сильнее, чем остальные. И еще, скажу я вам, среди демонов тоже существует шовинизм и сексизм, но только в обратную сторону.

Астарот всегда, при каждом удобном, или не очень, случае высказывалась о том, как несправедлива жизнь в Аду. Мол, ей, слабой и беззащитной женщине не дают развернуться в полную мощь. Слабой… И беззащитной… Ага. Это даже не смешно, честное слово. Репутации сестры позавидует даже самая злобная адова гончая.

Ну и конечно, из всех Падших, только у Астарот, пожалуй, хватило бы яиц не просто мутить интриги за моей спиной, нанимая наемных убийц, а организовать такой сложный, с несколькими слоями план, в конечном итоге которого она была бы готова отдать мир Хаосу только ради того, чтоб сделать плохо мне. Ну и, конечно, чтоб отомстить Отцу. Его она ненавидит чуть больше, чем меня.

Однако теперь, особенно после нападения людей из отдела, который сотрудничает с демонами, после могилы ангела, которую мы нашли, я понял — хрен там! Падшие ни при чем. Источник, из которого бьёт вся эта куча дерьма, связан с людьми.

Пока не знаю, как именно, но точно предполагаю, все это время я искал не там, не в том месте и не тех.

Да, вынести Сердце Лилит из ада способен только демон. Вернее не так. Вынести может, кто угодно. Попасть в Ад получится только у демона.

Может ли ситуация повернуться так, чтоб адовец «сработал» Артефакт по заказу человека? Еще вчера я бы уверенно сказал — нет. А вот сейчас — не знаю, не знаю…

Существует, к примеру, бар «Зеленый гоблин». Там отирается до хрена народу, не имеющего отношения к роду человеческому, добрая половина которых вполне способна во имя Великой революции исполнить подобный финт. Да, это будет не слишком просто. Но если, к примеру, демон получил наводку, где именно лежит Сердце, почему бы и нет?

Другой вопрос, о месте нахождения знали только я и Отец. Прикол в том, что папе кажется, будто это место — одно, а я доподлинно знал, что — другое. То есть Отец был уверен, Сердце лежит там, где он его спрятал. Соответственно, даже если бы ему вдруг пришла в голову нелепая мысль рассказать людям, демону или самому Хаосу об Артефакте, что относится к разряду абсолютно невозможных вещей, он бы назвал другое место. Не мои аппартаменты.

Настоящий тайник был известен только мне. Однако, зацикливаться на этом не стоит. Люди бывают крайне изобретательны.

В общем, пока мы с Михаилом выбирались из леса, пока ловили попутку, пока ехали до его гостиницы, я хорошенько обдумал все и решил, для начала необходимо вернуться в «Зелёный гоблин» и тряхнуть Мантикору с Фавном за шиворот. Хорошенько тряхнуть. Им однозначно должно быть известно хоть что-то о Кукловоде.

Обстоятельства складываются таким образом, что тут уже не до политкорректоного обращения со старыми существами, которые считаются вырождающимся видом. На конспирацию, думаю, тоже можно забить. События развиваются с такой скоростью и в таком направлении, что это уже не особо важно.

На данный момент я был уверен, все происходящее связано с людьми. Да, скорее всего, в весёлом мероприятии по призванию Хаоса участвуют и демоны. Стоит вспомнить того мудака из церкви, выпускающего из себя полчища жуков. Там точно не обошлось без демонского заклятия. Но корень зла, источник проблемы надо искать именно среди людей.

Тринадцатый отдел вел себя слишком уверенно. У них явно имеются какие-то свои цели, о которых они не торопятся сообщить, даже несмотря на то, что это одно из условий Договора между нами.

Я покосился на хмурого Светлого, сообоапя, как лучше начать разговор.

Михаил молчал всю дорогу, и его молчание было куда страшнее любых проповедей о любви или прощении. Страшнее в том смысле, что ход его размышлений, связанных с убийством Гавриила, мог привести к весьма поганым последствиям.

Мы благополучно добрались до гостиницы, в которой он остановился. Все-таки, Архангелы знают толк в роскоши. Я снова машинально отметил, что брат выбрал место, где ковры мягче облаков, а портье смотрят на тебя так, будто знают все твои грехи. Лично мне это нравится. Когда все закончится, намереваюсь потребовать у Отца разрешение на ежегодный отпуск в мире смертных. В конце концов, это несправедливо, лишать Падших столь приятного бонуса, какой имеется у Светлых.

Мы поднялись в номер Архангела, вошли внутрь и я решил, нужно переходить к обсуждению. Затягивать нельзя.

— Ну что, брат, — я развалился в кресле, пока Михаил задумчиво смотрел в окно, — планируешь устроить крестовый поход? Или просто будешь сидеть и копить праведный гнев, пока он не прорвётся, как вулкан? Может, хочешь поговорить об этом? Готов стать твоим мозгоправом на ближайшие несколько минут и выслушать очень короткую но гневную речь о творении Отца. Ключевое слово — короткую. Давай, выплесни гнев и все, продолжим вести свое расследование спокойно.

Михаил повернулся ко мне. Его глаза горели холодным огнём. Вот! Внутри у него сейчас кипит самая настоящая вулканическая лава. А что происходит, когда случается извержение? Правильно! Конец всему случается. Вот что.

— Я не знаю, что делать, Самаэль. Да, Отец постоянно твердит, будто люди слишком слабы, и душой, и телом. Что они подвержены многим грехам. Что их нужно любить, прощать и учить прощению. Но я не могу сделать вид, будто ничего не произошло. Понимаешь? Просто не могу.

— Вот это уже больше похоже на тебя, — я усмехнулся. — Но прежде чем бежать мстить, стоит разобраться, что вообще произошло. Тебе не кажется, будто все обстоятельства и факты выглядят, словно шишка на лбу, которая нагло выпирает, привлекая внимание?

— Ты что-то скрываешь. — Выдал вдруг Архангел вместо того, чтоб ответить на мой вопрос.

— Кто? Я⁈ Да ни в коем случае! — я приложил руку к груди, изображая возмущение. — Просто… у меня есть теория.

Михаил нахмурился. Его взгляд стал внимательным, но, к счастью, холодный свет, плескавшийся в глазах брата, немного утратил металлического блеска. Это уже хорошо.

— Какая? — Коротко поинтересовался он.

— А вот какая, — я встал и подошёл к нему вплотную. — Что, если Гавриила не убили?

— В смысле? Как не убили, если мы видели могилу, перо и я ощущал его Благодать?

— Ну подумай сам. Ангелов не хоронят. Уж кому-кому, а тебе это известно доподлинно. Впрочем, мне тоже. Ангелы не оставляют после себя тел. То есть, чисто теоретически хоронить просто нечего. А если и умирают, то превращаются в свет. Но здесь… здесь его просто закопали. Как мешок с картошкой. Ты был слишком расстроен и взволнован, чтоб мыслить рассудительно. Да, перо. Но как-то слишком легко оно нашлось. Я ведь его именно почувствовал. Как маячок, который подкинули. Да, Благодать. Но… Почему я ее не ощутил? А? Может, потому что демон не предусмотрен в плане? Может, все было организовано ради еще одного Архангела. Ну и, возвращаемся к началу, не мог Гавриил умереть, оставив что-то материальное после себя. Ты ведь знаешь, ангелам, в отличие от демонов, не нужны сосуды. По милости Отца вы приходите в мир смертных в своём, родном обличае. У вас даже силы и возможности остаются. Это нам приходится искать подходящего человечишку, которого получится использовать.

Михаил несколько минут смотрел на меня молча, а потом дрогнувшим голосом произнес:

— Ты хочешь сказать…

— Что его закопали живьём? Да. Именно это я и хочу сказать. Возможно, обездвижили, возможно, усыпили. Понятия не имею. Давай признаём, за долгое время нашего существования ситуаций, подобных тому, что творится сейчас, не происходило. В любом случае, тогда становится понятным, почему ты почувствовал его Благодать. Он жив. Вот и все. След умершего Гавриила ощутил бы и я. И потом… Эта рука. Вернее, кусок руки. Она была свежей. То есть, произошло ее отделение от тела не более суток. Иначе конечность выглядела бы не столь бодро. А могила, наоборот — старая. Но с чего мы взяли, будто так и есть. Про могилу имею в виду. Из-за старого креста? В общем, какие-то несрастухи, брат мой. И с этим нужно разобраться.

Михаил резко шагнул вперед, и я почувствовал, как воздух вокруг нас зарядился энергией. Аж заискрило. Все световые приборы в номере с громким треском вспыхнули, грозя взорваться к чертовой матери. Впрочем, думаю, скачок напряжения увидели все гости отеля.

— Мы возвращаемся. Сейчас же.

— Ээээ, нет, — я схватил Архангела за руку. — Я возвращаюсь. А ты остаёшься здесь. И хватит уже беситься. Злостью делу не поможешь.

— Что? — Брат несколько раз растеряно моргнул, будто не ожидал от меня категоричного отказа.

— Михаил, если я прав, и он… под землёй… то тебе там быть нельзя. Ты не выдержишь. А мне понадобится холодная голова и крепкие нервы. Тобой сейчас управляет гнев. А что, если это и есть цель врага? Что, если он изначально именно на это и рассчитывал? Взбесившийся предводитель Небесного Войска… Хм… Гарантированный трындец человеческому миру. Отец сразу почувствует выплеск твоей злости. Сюда примчаться еще Светлые. Естественно, я не останусь в стороне. Если ситуация начнет выходить из под контроля, призову пару десятков легионеров. А ты сам знаешь, на что способны мои воины. Представь, какой это выброс энергии. А тут еще Марков — Говорящий, которого мы пока еще не вытащили из лап Кукловода. Машурина где-то бегает. Хотя, ее ценность становится уже не так велика, если представить, сколько настоящих, полноценных ангелов окажется среди смертных при подобном раскладе. Просто именины сердца для Кукловода. Черпай энергию, проводи ритуал и выпускай Хаос. Нет. Брат, ты должен остаться здесь, в номере. А я свою догадку проверю сам.

Михаил замер на месте, сжав кулаки, но было заметно, он понимает, что я прав.

— Ты это не хотел мне рассказывать? Верно? — Спросил Архангел тихим, немного севшим голосом. — Имею в виду, сомневался, говорить ли о том, что Гавриил может быть жив.

— Ты чуть не убил меня однажды. Ты грозил сбросить меня в океан или отрезать мои крылья и отдать их на съедение койотам. И заметь, в том случае ты не был настолько зол, как сейчас. Всего лишь выполнял свою работу. Так что, да. Я слегка опасался, что конкретно в данный момент тв слишком остро отреагируешь. Но… Видишь, я решил быть откровенным. Потому что сейчас мы — одна команда. Что-то происходит здесь, в мире смертных. Что-то крайне нехорошее. Знаешь, как бы я не злился на Отца, но порядок, существующий тысячелетия, всяко лучше, чем то, чем закончится приход Хаоса. И еще… Надеюсь, ты теперь понимаешь это, брат. За нами никто не присмотрит, кроме нас самих. Мы просто букашки на ветровом стекле Отца. Соответственно, нам нужно доверять друг другу и работать вместе над этим дерьмом, иначе мы все окажемся в Тартаре. Ну или в Бездне, если такое название тебе привычнее.

— Что же творится в этой Бездне? — Задумчиво произнёс Михаил, глядя в одну точку. — Нигде не имеется ни капли информации. Все, что мы слышали о Тартаре, это как Отец отправил туда старых богов.

— Не знаю, но я уяснил наверняка одно. Всё, чем пугает нас папа, должно реально быть пугающим. Мы еще поговорим об этом, брат, сейчас я должен идти. Прежде, чем вернуться в лес, хочу наведаться еще в одно местечко. Если подозрение, я могу там выяснить кое-какую информацию.

— Кто тогда пойдёт с тобой, если я останусь здесь? Люди только что пытались нас убить, хочу напомнить. Не думал, что когда-нибудь скажу что-то подобное, но твой поход может оказаться опасным.

— Сейчас самое удачное время для опасных походов. Да и потом, мне кажется это было совсем другое. Они хотели заполучить тебя. А насчёт смертных…Я собирался попробовать не убивать людишек, но отложил этот вопрос, потому что, ты правильно заметил, они пытаются убить меня. Однако все это теряет свою значимость на фоне возможного прихода Хаоса. Знаешь, мне тут подумалось, мы ведь не знаем, как это скажется конкретно на смертных. Хаосом всегда отец пугал именно нас. Мол, он поглотит в первую очередь демонов и ангелов. Но… Все познается в сравнении, брат. Если вспомнить картину в лесу, пока что нам везет. Может мы и обречены, но хотя бы не являемся ошмётками, валяющимися среди кустов. Так что, будет видно.

Я ухмыльнулся Михаилу одной из своих самых злобных улыбок.

— А насчёт помощи. У меня есть одна знакомая. С характером. Ты, кстати, ее тоже знаешь. Думаю, пора разыскать нашу девочку.

С этими словами я распрощался с Архангелом и покинул его аппартаменты.

Как только вышел из гостиницы, сразу достал мобильник и набрал номер блондинки. С первого раза она трубку не взяла, но я был настойчивым. Нажал кнопку вызова снова.

— Ты… — Раздался, наконец, в трубке ее тихий голос.

Ни привет, ни как дела, ни Люцифер, я безумно рада тебя слышать. Нет, женщины однозначно особо капризные существа.

— Я. Жив, здоров и по-прежнему чертовски красив. Ты соскучилась по мне, малышка?

— Нет. И вообще пришла к выводу, что наша встреча была ошибкой. Не желаю знать обо всей этой чуши про ангелов, демонов и Кукловода, который собирается что-то там притащить в мир людей. Хочу вернуть обратно свою спокойную жизнь.

— А я вот соскучился. Мне нужна твоя помощь.

Майор замолчала. Я слышал только ее дыхание. Пауза затянулась почти на минуту. Видимо, мои слова о помощи оказались тем самым оружием, перед которым Марии Семеновне было тяжело устоять. Однако, она все же настойчиво повторила.

— Ты не слышал? Я не желаю участвовать во всем этом. Ты убивал людей, как… как насекомых, которые случайно оказались под твоей подошвой. И Архангел… Он вообще их просто нашинковал как капусту. Что это за добро такое? А?

— Малышка, у меня для тебя две новости. Во-первых, давай вспомним, что эти люди, за которых ты так возмущаешься, напали первыми. И уверяю тебя, они как минимум, знали, что я и Михаил не являемся обычными смертными. То есть, прекрасно понимали, на что шли. Все они являлись сотрудниками некой организации, которая отвечает за Договор между Адом и людьми. Условно говоря, они, конечно не в курсе про Ад… Но это не меняет сути. Людишки сами полезли под мою подошву. Тебе не кажется, что это было бы несколько странно, если бы я позволил им украсть Михаила, предварительно превратив мое смертное тело в решето. А они, поверь, именно этого и хотели. Им был нужен полноценный ангел. Уверен в своём предположении на сто процентов. Во-вторых, расстрою тебя, но это так не работает. Взяла, забыла и живешь дальше. Ты — нефилим. Все. Для тебя закончилась обычная повседневность. Так что, давай-ка собирай свой крайне аппетитный, сексуальный зад и тащи его к бару «Зелёный гоблин». Нам предстоит крайне увлекательное времяпровождение. Если после моих слов твоя человеческая часть все еще бунтует, посмотри на это с другой стороны. Представь, что способен сделать слегка раздражённый Владыка Ада в одно лицо, без контроля милого, очень совестливого нефилима. А Владыка Ада раздражён. Чертовски раздражён.

— Почему я должна тебе верить? — Спросила майор Машурина после ещё одной паузы.

— Потому что если не поверишь и не поможешь, то в ближайшее время в этом городе начнётся апокалипсис. Ну или что-то очень на него похожее. Я проанализировал ситуацию и пришел к выводу, Кукловод либо человек, либо как-то связан с людьми. Милая, ты слишком молода и не знаешь, на что способны людишки. Поэтому на данный момент в твоих глазах злодеем выгляжу я. Но, поверь, мне до смертных очень далеко. Жестокость Падшего всегда оправдана. Жестокость людей зачастую не имеет оправдания. Ну и если тебе так легче будет принять решение, то… Маша, ты мне очень нужна сейчас. Именно ты.

— Ты шутишь.

— Ни капли.

Машурина вздохнула, затем быстро выпалила.

— Хорошо. Я буду возле бара через полчаса.

Я улыбнулся сам себе. Молодец девочка, не подвела.

— Вот это мне в тебе нравится. Никаких лишних вопросов относительно того, что именно мы там будем делать. До встречи, майор. Я буду у входа в «Зелёный гоблин» ровно через двадцать пять минут. Мужчина должен приходить на свидание первым.

— Это не свидание. — Насмешливо фыркнула блондинка.

Хороший признак. Мои слова все же дали необходимый результат. Майор перестала рефлексировать.

— Как знать, товарищ майор, как знать… — Протянул я, а затем скинул звонок и направился к тачкам, стоявшим у соседнего здания.

Мне нужно выбрать подходящий автомобиль. Мой-то остался в лесу. Будем считать, что это не угон, а служебная необходимость.

Глава 14

Нам всегда есть что скрывать…

Майор Машурина не подвела. Она ждала меня рядом с вывеской «Зелёного Гоблина», явившись раньше оговорённого срока.

К счастью, никаких дополнительных вопросов с ее стороны не последовало, хватило короткого объяснения насчет того, что в баре мне нужно кое-кому кое-что вправить на место. Я бы сказал, что мозги, но думаю, по факту вправлять придется нечто другое. Ну или оторвать к чертям собачьим. Например — копыта одному Фавну, если он не захочет вести диалог.

Мы вошли внутрь и я слега удивился той картине, которая предстала перед моими глазами.

Нас встретил плотный, почти осязаемый гул голосов, который тщетно пытался перекричать оглушительный рёв тяжёлого рока, хрипящего из колонок размером с гроб.

В прошлый раз здесь не было ни колонок, ни столь большого количества посетителей. Видимо, чисто случайно, я выиграл сегодня джекпот, попав на то самое собрание будущих революционеров, количество которых, кстати, стало в разы больше. Просто перед обсуждение конца света и свержения власти любители заговоров решили сначала развлечься.

Бар был набит так, что яблоку негде упасть. Причем практически все присутствующие не являлись людьми. Те немногие смертные, которые этим вечером заходили в заведение, после десяти минут пребывания в нем быстро ретировались, сами не понимая, чего это им стало вдруг неуютно.

На самом деле, причина заключалась в интуиции людей, которая громко и отчетливо давала им понять, лучше сменить конкретно этот бар на какой-нибудь другой. Чувство самосохранения, проще говоря.

Люди ощущали опасность от набившихся в «Зелёный гоблин» гостей и это вполне понятно. Представьте состояние кролика, если кинуть его в клетку, где сидят сразу все хищники.

— Ничего себе… — Протянул я, наблюдая, как по залу перемещается толпа потусторонних сущностей, в народе мило именуемая нечистью.

Здесь были все. Буквально все представители нечеловеческих видов, существующих на сегодня. Ну может, за исключением особо редких.

Химеры, Суккубы, эльфы, кучка вампиров, младшие демоны, штук десять Мантикор, подружек официантки Кристины и еще до хрена всякого сброда, включая Полтергейстов. Такое чувство, будто половина Ада решила выбраться этим вечером на тусовку, прихватив с собой существ, давно признанных мифическими. Этакая встреча выпускников средней школы без строгого присмотра директора учебного заведения.

В самом тёмном углу компания адовцев низшего порядка, нацепив физиономии сотрудников налоговой инспекции, лениво потягивала что-то густо дымящееся из бокалов. Неподалеку от них, как стая голодных чаек, кагакали Парки, доказывая друг другу, чте предсказание более точное.

— Что-то не так… — Тихо произнесла майор Машурина, обводя помещение настороженным взглядом. — Они все очень странные. Не могу объяснить…

Естественно, Мария Семеновна не видела их истинных лиц, все посетители имели вполне себе приличный вид, но ее Благодать от такого количества потусторонних сущностей сошла с ума и выдавала сигналы опасности.

— Нет. Они нормальные. Просто сегодня мы, похоже, попали в самый час-пик. А ты всего лишь начала чувствовать своих условных врагов. С каждым днем чутье нефилима будет работать все сильнее. Сейчас ты только ощущаешь их присутствие, но скоро начнешь видеть истинные облики. Идем.

Я протиснулся к стойке, толкнув плечом какого-то особо наглого вурдалака, которые тоже отирались в баре. И чтоб вы понимали, вурдалак — это вовсе не вампир. Дети ночи своих кузенов ненавидят, считая их позором. Вурдалаки, в свою очередь, обзывают вампиров заносчивыми мудаками. Сложные семейные взаимоотношения — больная мозоль не только среди смертных.

Я махнул рукой Машуриной, намекая чтоб она следовала за мной.

Мария вздохнула, а затем, стиснув зубы так, что ее скулы стали острыми, как у каменного изваяния, двинулась ко мне, стараясь ни с кем не соприкасаться никакими частями тела.

— Расслабься, майор, — крикнул я достаточно громко, чтоб переорать очередной гитарный запил. — Тут все свои. Ну… почти все. Атмосфера располагает к дружелюбию.

Бармен, тот самый Фавн, конечно же был на месте. Бессменный персонал заведения, где собирается нечисть. А вот Кристину я нигде не увидел. Хотя, она вполне могла находиться возле какого-нибудь столика.

Учитывая, что в этот раз я не использовал вольт, Фавн, естественно, сразу понял, кто перед ним.

Его лицо сначала нервно дёрнулось, затем побледнело, а уже после этого он нарочито вальяжно облокотился о стойку бара и демонстративно осклабился.

— Ба! Кого я вижу! Сам Князь Лжи собственной персоной! Какими судьбами в нашем вертепе? Чего изволите? Кровь девственниц сегодня в списке коктейлей не предусмотрена.

— Информацию, друг мой. Всего лишь информацию. С вопросом, какого черта этот бар вообще существует, я повременю. Хотя, точно помню, что не подписывал акт приемки-передачи и уж тем более не присутствовал на его открытии. — я опёрся локтем о стойку и слегка подался вперед, изучая бармена насмешливым взглядом. — В данный момент меня волнует другое. Что за сборище здесь вы устроили? А! Да. Прости. Не с того начал. Кто эти «вы»? Кто вообще стоит за всем? Ну и заодно плесни стакан чего-нибудь, что не заставит меня завтра утром жалеть о бессмертии. А потом мы с тобой обсудим, кто тут в последнее время вербует пушечное мясо из демонической мелюзги для очередной «великой революции»?

Фавн моментально нахмурился, отстранился и принялся активно стирать с мутного стакана невидимое пятно тряпкой. Вид у него стал очень даже грустный.

— Понятия не имею, о чём ты… Слухи, сплетни… — Начал он, а потом вдруг резко решил сменить тему. — Извини, а разве тебе разрешено быть здесь? В мире смертных?

— Дружок, не включай невинность, она тебе не идёт.

Я сжал руку в кулак, сделал жест фокусника и в следующую секунду с глухим стуком положил на стойку тяжёлую золотую монету с печатью Ада. По ее краю тут же пробежала надпись:«Нельзя давать дуракам истину».

— Это-Веритас, монета, которая говорит правду и предсказывает судьбу. — Сказал я бармену, — Впрочем, думаю, ты слышал о ней не единожды. Ну и плюс — чистое золото высшей, адской пробы. И да, я готов пожертвовать этим сокровищем. Кто-то мутит воду в моем тихом омуте. Мне это не нравится. Вопрос очень прост: Кто?

Бармен нервно сглотнул. Его взгляд метнулся к монете, которую он, конечно, возжелал с первой же секунды, как только увидел.

Веритас существует в единичном экземпляре и она всегда была только у меня. Фавн явно боролся с искушением, разрываясь между клятвой, данной Кукловоду, и желанием заполучить единственную золоту монету во Вселенной, которая способна отвечать на любые вопросы.

Возможно, алчность бармена оказалась бы сильнее его верности, но мы это уже не узнаем. Наш разговор с Фавном был беспардонно прерван.

Из самого дальнего угла заведения, расталкивая остальных посетителей, часть которых активно прыгала между столами под орущую музыку, к барной стойке двинулась фигура, от которой даже полусгнившие мертвецы шарахнулись бы в панике.

Выглядел этот незнакомый парень весьма погано. Он походил на ожившую иллюстрацию к пособию по вреду запрещённых магических субстанций. Грязные джинсы, рваная куртка, спутанные седые патлы, свисающие на лицо, покрытое омерзительными, сочащимися язвами.

Он, шатаясь, как маятник старых часов, побрёл к стойке, уставившись на меня мутными, почти белыми глазами. В этих глазах не было ничего, только пустота.

— Ты… — прохрипел этот тип голосом, похожим на скрежет ржавого железа. — Ты… не должен… быть… здесь… Хозяин… не велел…

— Кто этот дурень? — спросил я у Фавна, игнорируя грязного незнакомца, — У меня возникло навязчивое желание немедленно продезинфицировать всё вокруг.

— Ты не должен быть тут. — Снова повторил механическим голосом седовласый идиот.

Главное, на вид ему не больше двадцати пяти, а вся башка абсолютно белая.

— Да что ты будешь делать… — Я повернулся к придурку. — Ты на некротических стимуляторах, дружок? Или на чем-то похуже? Не видишь, кто перед тобой?

Дело в том, что чисто теоретически, этот тип был Химерой. По крайней мере, я так ощущал парня и его аура соответствовала моему предположению. Однако, поведение седовласки было несколько странным для этого вида демонов.

Химеру не отличить от человека. Она ведет себя и говорит точь-в-точь как смертные. А здесь — просто какой-то недобитый зомби. Кстати, вот этих точно не существует. Люди просто несколько раз встречались с големами и отсюда пошли страшилки об оживших мертвецах.

Парень на мой вопрос не ответил. Вместо этого его скрюченные пальцы с обломанными ногтями впились в деревянную стойку, оставляя глубокие царапины, словно когти зверя. Силы в нём, несмотря на внешний вид, было немерено.

— А ну, пошёл вон отсюда, падаль! — рявкнул Фавн, хватаясь за что-то под стойкой. Вероятно, за надёжный, проверенный обрезок трубы. — Я тебе уже говорил — твой кредит доверия и терпения исчерпан!

— О-о-о-о-о… Это постоянный посетитель? — Удивился я. — Вам нужно пересмотреть политику в отношении гостей. Ввести дресс-код, что ли. Подобные экземпляры распугают приличных адовцев.

— Это — Макс. Он появился недавно но ходит каждый день. — Коротко ответил бармен, продолжая шарить рукой под стойкой. — В последнее время, правда что-то сдал. Выглядит не очень хорошо.

Макс медленно, с хрустом шейных позвонков, повернул голову к бармену. Его потрескавшиеся губы едва заметно шевельнулись, выдыхая смрад:

— Они… уже… идут… за… тобой…

Придурок внезапно дёрнулся, как марионетка, которой оборвали нить, и рванул вперёд. Его рот распахнулся неестественно широко, обнажая почерневшие, острые как иглы зубы. Он перескочил через стойку одним прыжком и вцепился в бармена, явно намереваясь попробовать его на вкус. Начинать Максимка планировал, похоже, с барменского лица.

Я никогда не любил лишних церемоний, особенно если дело пахнет неприятностями и мусорной кучей, в которую кто-то навалил дерьма.

Я одиним прыжком заскочил на барную стойку и уже через секунду оказался с противоположной стороны.

Схватив Макса за сальные патлы, оторвал его от бармена и с размаху приложил физиономией о стойку. Раздался сочный, влажный хруст — кажется, челюсть сказала парню «прощай». Но он даже не пискнул. Хотя, мои догадки насчёт челюсти оказались верны. Она безвольно повисла, как мокрая тряпка, а изо рта седовласки хлынула густая чёрная слизь, пахнущая гнилью и серой. Черт. Знакомый запах. Это не Химера!

— Какого лешего тут происходит⁈ — прошипел я, брезгливо отряхивая руку. — Кто тебя создал, бедолага?

Не обращая внимания на болтающуюся челюсть, Макс развернулся с грацией сломанного робота и бросился на меня.

Я едва успел увернуться — его зубы щёлкнули в сантиметре от моей шеи, высекая искры из воздуха. Этот парень был явно не в себе.

— Машурина! Огонь на поражение! Цель явно не подлежит гуманному обращению! Стреляй ровно в затылок, второй выстрел — в позвонки! — крикнул я, отпрыгивая в сторону.

Использовать свой Флёр очень сильно не хотелось. Причина все та же. Большие выплески оставляют слишком заметный след в эфире. А это недоразумение вполне реально убить пулей, если знать, как именно.

Блондинка не растерялась. Выстрел прозвучал едва ли не с окончанием моих слов.

Затылок Макса разлетелся кроваво-чёрным фонтаном ошмётков. Он даже не успел удивиться. Вторая пуля ровненько, тютелька в тютельку, выбила позвонок под затылком. Ну да… Насчет белок нефилим не преувеличивала…

Однако прежде чем безжизненное тело Макса мешком рухнуло на грязный пол, дверь бара с грохотом распахнулась, впуская вечернюю прохладу и новых гостей.

В проёме стояли двое. Точно такие же, как Максимка до апгрейда свинцом. Мёртвые пустые глаза, безвольно отвисшие челюсти, сочащиеся чёрной слизью, и неумолимая жажда… чего-то. Неприятного.

Машурина не подвела и тут, всадила пулю точно в лоб первому.

— Добивай! — Крикнул я ей. — Нужно именно в затылок и позвонок. Иначе сейчас эта гнида начнет тут корячиться, пытаясь добраться до кого-нибудь.

Второй парнишка, не обращая внимания на судьбу товарища, с неожиданной прытью рванул к ближайшему столику, где пара вампиров, забыв про своё аристократическое достоинство, пыталась слиться с обивкой дивана.

Естественно наш веселый междусобойчик привлек внимание. И естественно, все присутствующие поняли, что сегодня в их любимом баре развлекается Владыка Ада. Скажем прямо, настроения это никому не прибавило. Наоборот. Все посетители застыли каменными изваяниями, бестолковясь и пытаясь понять, что Великий и Ужасный Люцифер сделает в следующую секунду.

Я оказался быстрее парня, который явно перепутал цели и попытался добраться до вампиров. Схватил существо за шею, не позволяя ему двинуться дальше. Но эта тварь даже не заметила — она упорно тянулась к бледным кровососам, игнорируя мои скромные попытки устроить ей асфиксию. Оно просто хотело жрать. Или ломать. Или и то, и другое.

— Убей его к чёртовой матери! Оно не дышит! Я чувствую. — крикнула Машурина, целясь во второго. — Сама не могу, боюсь задеть тебя!

— Ну надо же… Как мило… Ты такая заботливая, малышка. — Усмехнулся я, а затем дёрнул шею парня, резко, со знанием дела. Хруст, сухой, как старая ветка, стал верным свидетельством моего успеха.

Тело обмякло, повиснув в моих руках безвольной куклой. Я брезгляво откинул его в сторону.

В баре воцарилась мёртвая тишина, нарушаемая лишь звоном в ушах и тяжёлым дыханием Машуриной. Рок-музыка тоже заткнулась — видимо, колонки решили, что такого хардкора им не переплюнуть.

А потом начался локальный ад в миниатюре.

Мантикоры, поджав хвосты, ломанулись к выходу, опрокидывая столы и теряя последние клочья достоинства. Вампиры бесшумно растворились в тенях, оставив после себя лишь лёгкий запах тлена и недопитые бокалы. Демоны в углу просто трусливо скрылись в клубах вонючего серого дыма, прихватив с собой, кажется, пару стульев. Суккубы и Химеры без малейших сомнений оставили свои сосуды, рванув из мира смертных как поджавшие хвост шакалы.

Эвакуация прошла образцово-показательно. Проще всего было Полтергейстам, на то они и Полтергейсты. Ребята исчезли с громким хлопком из вида, в один момент отправившись в Ад.

Через минуту в зале остались только мы втроём: я, Машурина и Фавн, мрачно взиравший на разгром с видом человека, у которого только что угнали любимую, очень дорогую тачку. Ну и три холодных трупа с черной жижей вместо крови.

— А чего это они? — Растерянно спросила Мария Семеновна.

— Чего они⁈ Смеешься? Вон, дружка своего спроси. Мандец… Стоило Владыке Ада всего лишь появиться в моем баре и все. Вечеринки превратилась в полную срань. Правильно тебе запретили посещать мир смертных. Вот же ж… дерьмо собачье, — бормотал бармен, вытирая пот со лба тряпкой, которой только что начищал стаканы.

— Люцифер, что это, чёрт возьми, было⁈ Какие-то бешеные наркоманы? — Спросила майор Магурина, игнорируя нытье Фавна, чем буквально повергла меня в шок. Впервые она назвала мое настоящее имя.

Я опустился на колено рядом с одним из трупов, брезгливо раздвинул ему веки пальцами. Пустые глазницы уставились в потолок. Ни зрачков, ни души.

— Голем, майор. Но сильно модифицированный. Кто-то поигрался с некромантией и, похоже, добавил пару своих штрихов. Очень паршивых штрихов.

— Кто способен на такое? — Деловито поинтересовалась блондинка, подходя ближе.

— Понятия не имею, но могу предположить. — Я небрежно пожал плечами. — Скорее всего, Кукловод сотворил с Химерами то же самое, что и я с Рыжковой, но… Что-то пошло не так. И это снова дает мне весьма хреновую почву для размышлений… Он просто не знал, как правильно создавать голема, особенно, если в качестве материала используется Химера. А сделать что-то подобное со смертными, этот жопорукий творец не решился. Почему? –спросишь ты. Отвечу. Моральные терзания. Этого ответа не достаточно для тебя, но очень много для меня. Поговорим о големах позже. Сейчас хочу спросить кое-что у нашего друга.

Я оторвался от трупов и посмотрел на расстроенного Фавна.

Бар напоминал поле боя после особенно яростной атаки берсерков. Перевёрнутые столы, осколки стекла, лужи чего-то тёмного и липкого на полу.

Запах серы смешивался с омерзительной сладостью гниющей плоти и озоном.

Фавн с лицом цвета грязного снега, всё так же стоял за стойкой, судорожно сжимая в кулаке окровавленную тряпку. Видимо, пытался остановить кровь из разбитой губы, которую повредил, отбиваясь от Макса. Или просто нервничал.

Я подошёл к нему вплотную, глядя прямо в его бегающие глазки. Затем медленно положил ладонь на многострадальную деревянную поверхность. Столешница жалобно треснула под моей рукой. Я даже не прилагал усилий. Почти.

— Ну что, дружище, — голос мой звучал тихо, почти ласково, но в нём отчётливо звенела сталь и обещание очень долгой и мучительной расплаты. — Теперь, я полагаю, ты готов к конструктивному диалогу? Без вот этих вот «не знаю», «не видел».

Бармен побледнел ещё сильнее, если это вообще было возможно, и судорожно кивнул, как китайский болванчик.

— Кто? — я наклонился ближе, так, что он мог почувствовать дыхание Ада в моих словах. — Кто приходил? Кто собирал здесь твоих недовольных своим существованием клиентов, обещая им молочные реки и кисельные берега?

Фавн торопливо облизал пересохшие губы.

— Я… я не знаю имён, клянусь! Их было трое. Все в чёрных плащах с капюшонами, лиц не разглядеть. Говорили шёпотом, но так, что в ушах звенело. Сказали, что они… от имени «Нового Порядка». Они сначала встречались с небольшой кучкой последователей, но потом желающих принять участие в перевороте становилось все больше и больше.

— «Новый Порядок»? — Я закатил глаза вверх, — Какая пошлость. Звучит пафосно и неоригинально. И что же этот «порядок» им наплёл?

— Обещали… — Бармен запнулся, нервно покосившись на Машурину, которая стояла чуть поодаль, скрестив руки на груди и всем своим видом излучая презрение к происходящему.

— Говори, дурачок. Это твой единственный шанс выжить. У меня не имеется особого отношения к существам, признанным редкими. Вполне спокойно убью тебя, даже если ты — единственный представитель своего вида на земле.

Я легонько стукнул кулаком по стойке. Всего лишь легонько, но несколько уцелевших стаканов на полке за спиной Фавна подпрыгнули и со звоном взорвались, разлетаясь осколками.

Бармен вздрогнул всем телом.

— Обещали… свергнуть Люцифера! Тебя то есть! — выпалил он на одном дыхании. — И Небеса заодно прихватить! Сказали, что скоро всё изменится, что нынешним правителям пора на покой. И тогда мы, ну, потусторонние, сможем выйти из тени. Жить среди людей открыто! Без дурацких Договоров, без ограничений, без страха… Как хозяева!

Я около минуты молчал, а потом, не выдержав, все-таки расхохотался. Резко, сухо, без тени веселья. Смех эхом отразился от разбитых бутылок.

— Хозяева? Дружок, ты серьёзно? И старый прожжённый циник, Фавн, которому чертова уйма лет, повёлся на эту дешёвую агитку для инфернальных подростков?

— Они… они показали мне! Силу! — Бармен вдруг перешел га громкий, нервный шепот, глаза его безумно расширились от воспоминаний. — Один из них… он просто… щёлкнул пальцами. Вот так! И у меня в голове… всё завертелось, закружилось… Я увидел это, понимаешь? Мир, где мы больше не крысы, не прячемся по щелям! Где люди нам служат!

Машурина нахмурилась, подавшись вперёд:

— Извините, что вмешиваюсь, но как это возможно? Ментальное воздействие? Гипноз?

— Нет, майор, — я провёл рукой по лицу, стирая воображаемую усталость. — Это классом повыше и гораздо грязнее. Нашему бармену не просто внушили ему мысль. Они показали ему возможное будущее. Яркое, соблазнительное. И я знаю лишь одно существо, которое способно провернуть подобный фокус. Правда, забыли упомянуть мелкий шрифт в контракте — цену, которую придётся заплатить за этот потусторонний рай на земле. Обычно она включает реки крови и горы трупов.

— Они сказали… что ты — главная помеха. Что ты слишком засиделся на троне Ада, что твои методы устарели. Пора, мол, уступить дорогу молодым и дерзким. — Дрожащим голосом произнес Фавн.

— Ах, вот оно что! Решили устроить мне импичмент, — я криво ухмыльнулся. — Заботливые какие. Ну что ж, дружище, будешь моим почтовым голубем. Передай своим новым друзьям в чёрных плащиках, что Люцифер, то бишь я, со сцены уходить пока не собирается. Пенсионный возраст в Аду ещё не наступил. Сейчас я слегка занят, нужно кое-куда наведаться, но…

Я не договорил. Просто медленно провёл большим пальцем по своему горлу, глядя Фавну прямо в глаза.

Бармен шумно сглотнул, едва не заглотив и тряпку, которой в очередной раз вытерпл лицо.

— Они… они сказали, что скоро сами придут за тобой. Что ждать недолго осталось.

— Прекрасно! — я развернулся к выходу, махнув рукой майору Машуриной. — Тогда я сэкономлю время и бензин на поисках. Пусть приходят. Чай, печеньки и вечные муки — за мой счёт.

Блондинка бросила на бармена последний уничтожающий взгляд и последовала за мной к выходу.

— И что теперь, Люцифер? Куда направимся?

— Теперь, майор, — я распахнул дверь, впуская внутрь стылый ночной воздух, пахнущий дождём и тревогой, — мы готовимся к войне. Маленькой, локальной, но очень неприятной для наших оппонентов. В этом деле замешана одна дама, об участии которой я даже подумать не мог. Но будущее способна показать только она. И нам бы не мешало ее разыскать. Однако сначала разберёмся с могилой, которую мы с Михаилом нашли в лесу.

Глава 15

Самый верный признак истины — простота и ясность…

Как оказалось, майор Машурина вместо уже знакомого мне «корыта» на этот раз прибыла на служебной «ласточке», которую она, судя по её уклончивым ответам, «одолжила» из автопарка отдела без лишних формальностей.

— Я решила, лучше воспользоваться машиной, не имеющей отношения ко мне, которая нигде не светилась.

Заявила блондинка, в ответ на мой удивленный взгляд, когда мы вышли из «Зеленого гоблина» и на парковке я обнаружил автомобиль, принадлежащий отделу полиции Западное Бирюлёво, о чем свидетельствовали яркие надписи, оформленные со всех сторон транспортного средства.

— Хм… Разумно. Хотя, если основной целью было желание остаться незаметной, то, конечно, имеются вопросики. — Я покосился на свою спутницу. — И еще… Боюсь, Мария Семеновна, у меня для вас не очень хорошая новость. Вы семимильными шагами идете в направлении, прямо противоположном Свету. Вот, уже начали пользоваться служебным положением в своих личных целях. Секунду.

Не дожидаясь ответа блондинки, я быстренько метнулся к тачке, на которой прибыл сам. Она стояла прямо за углом дома. Это была все та же, угнанная мной машина, которую мы с Михаилом взяли взаймы у неизвестного посетителя «Зелёных дубов». Судя по тому, что меня никто ни разу не остановил, ее владелец о пропаже еще был не в курсе.

Вернулся почти сразу, с двумя лопатами под мышкой.

— Теперь у меня имеются два вопроса… — Медленно произнесла Машурина задумчиво изучая мою персону. — Первый — откуда взялась тачка, которая тебе не принадлежит? Хотя, нет!

Блондинка подняла одну руку вверх и покачала головой.

— Нет. Первый вопрос беру обратно. Не хочу этого знать. А вот второй… Лопаты? Откуда ты их взял?

— Малышка, ну что за нелепые сомнения? Естественно, приобрёл в магазине. Жить в столице крайне удобно. Здесь полным-полно круглосуточных супермаркетов. Не думаешь же ты, будто Люцифер, Князь Лжи опустился до того, чтоб красть лопаты?

Майор громко, выразительно хмыкнула, явно намекая на огромные сомнения, имеющиеся у нее насчёт моей персоны.

Через час мы уже неслись по ночному шоссе в сторону леса, окружавшего пансионат «Зеленые дубы», который стремительно приобретал репутацию местного филиала аномальной зоны.

Вот у меня вопрос: почему люди так боятся Ада, если вполне успешно создают его сами у себя под боком? Взять ту же Мальденбург-Ольшанскую. Плохо что ли ей жилось? Деньги есть, связи тоже. Нет, вынь-положь дамочке вечную молодость вкупе с вечной жизнью. С чего смертные вообще взяли, будто бессмертие — это благо?

Однако в данный момент ситуация была не особо подходящей для философских размышлений, поэтому я, развалившись на пассажирском сиденье, вводил блонлинку в курс дела, стараясь не обращать внимания на то, как нас заносит на поворотах.

Мария Семеновна мчалась вперед с такой скоростью, будто мы участвуем в ралли Париж-Даккар и на кону приз — обе наши жизни.

— Погоди, дай-ка я уточню, — сказала она, не отрывая взгляда от дороги. Фары выхватывали лишь бесконечную черноту и редкие светоотражающие столбики. — Ты хочешь сказать, что где-то в этом богом забытом лесу какой-то шутник закопал ангела? Настоящего, с крыльями и нимбом? И этот ангел, возможно, ещё не совсем… э-э-э… ангел? То есть, жив?

— Именно так, товарищ майор. Судя по тому всплеску Благодати, который уловил наш пернатый друг Михаил, но отчего-то не уловил я, пациент скорее жив, чем мёртв. Или был жив совсем недавно.

— Мило…И мы сейчас едем его откапывать? Как чёрные археологи? В два часа ночи? С лопатами? Ангела?

— Ты удивительно быстро схватывашь суть, — одобрительно кивнул я. — Лопаты в багажнике, Ангел в земле. Твои выводы поражают своей логичностью. Кстати, как джентльмен, могу уступить тебе право активно налечь на физический труд, а сам скромно постою в сторонке.

— Благодарю. Я готова пережить отсутствие джентльменских замашек в тебе. Так что копать будем вместе.

Майор резко вывернула руль, сворачивая на едва заметную просёлочную дорогу. Меня с силой прижало к дверце. Шины протестующе заскрипели по гравию.

— А если он всё-таки мёртв? Или его там вообще нет? Что тогда?

— Тогда… — я задумчиво потёр подбородок. — Тогда Архангел Михаил, скорее всего, устроит локальный конец света. Просто из принципа. Ты, наверное, уже поняла, Свет и Тьма очень условные понятия. Иногда Добро может вести себя, скажем так, несколько агрессивно. Но это случится только завтра. Мы не будем сразу расстраивать моего брата. Так что у нас есть время на кофе. Если найдём рабочую кофейню в этой глуши.

Машурина стиснула зубы так, что мне послышался скрип.

— Чёрт возьми, Люцифер… С тобой не соскучишься. Вечно эти нелепые шуточки.

— Ну почему же нелепые. Мое чувство юмора — притча во языцех не только в Аду, но и на Небесах.

— М-м-м-м… Теперь понятно, почему ты стал Падшим. Кое-кто просто не оценил твоего очередного стендапа.

Я выразительно хмыкнул, но от комментариев воздержался. Тот факт, что пререкаться с блондинкой мы можем бесконечно, известен. В этом даже есть что-то приятное. Но только не сейчас. Конкретно в данный момент я был немного напряжен, а это не самое лучшее состояние для веселой пикировки.

По совести сказать, меня волновал один крайне важный момент, который я выцепил из словесного потока бармена «Зелёного гоблина».

Фавн утверждал, будто ему показали будущее, в котором потусторонние сущности живут в мире смертных, как у себя дома.

Да, эта тема поднималась постоянно, на протяжении многих столетий. Мои ближние, дальние родственники и те, кто существовал до нашего появления, частенько впадали в рефлексию по поводу своего места среди людей. Многие искренне считали, что существа, в разы более могущественные, чем смертные, должны находится наверху общественной лестницы, а никак не прятаться по углам.

Однако отец в таких вопросах всегда был непреклонен. Соответственно, подобные темы то затихали, то разгорались с новой силой, но это никак не меняло сушествующий порядок вещей.

И вот опять началось. В принципе ничего удивительного в этом нет.

Но! Я знаю лишь одну особу, способную показывать вероятности будущего. Это — Пифия. Да-да-да. Та самая особа, которая не так давно под видом адвоката вытащила Маркова из рук сомнительного правосудия.

То есть, получается, чертова Пифия, которая должна следить за равновесием, делает все, чтоб оно нарушилось. А еще получается, что она заодно с Кукловодом. Либо… Либо сама Пифия и есть Кукловод! Тогда людишки, включая Тринадцатый отдел, просто-напросто пляшут под ее дудку.

— Твою ж мать… — Высказался я вслух, крайне впечатлившись данной мыслью.

К счастью, майор Машурина мою эмоциональную реакцию приняла за возмущение, направленное на ее манеру вождения. Это хорошо, потому что я пока не был готов говорить о своих подозрениях вслух. Если Пифия и правда является тем, кто затеял всю эту возню, то дело хреновое.

Мы въехали под плотный полог леса. Темнота мгновенно сгустилась еще больше, став почти материальной. Ветви деревьев царапали крышу машины, словно костлявые пальцы ночных чудовищ. Только свет фар пробивал узкий туннель в этом царстве мрака. Я закрыл глаза, концентрируясь. Да, Флёр — моя внутренняя ищейка, чутьё на магические аномалии — вёл нас чётко. Направление верное.

— Вот здесь. Тормози, — я указал на небольшую, заросшую бурьяном поляну, едва видневшуюся впереди. — Отсюда пойдем пешком.

Машурина послушно остановила тачку и заглушила двигатель. Наступила тишина. Густая, тяжёлая, давящая на уши. Было слышно только наше дыхание и стук крови в висках.

— Что-то не так? — Спросила вдруг блондинка, уставившись на меня внимательным взглядом.

Черт… Девчонка становится все более чувствительной. Сейчас, например, она легко «считала» мое состояние. А оно, прямо скажем, стало еще более напряжённым.

— Все отлично. — Я улыбнулся ей одной из своих самых счастливых улыбок. — Просто слегка озадачен кое-чем.

— Ты «озадачен» после разговора с барменом. Я все пытаюсь понять, что же в нем, в этом разговоре, было такого важного.

— Мы поговорим об этом потом. Если захочешь. А сейчас, товарищ майор, нам нужно брать лопаты и идти к могиле ангела.

Я быстренько ретировался из машины, обошел ее, открыл багажник, вытащил упомянутый инструмент и бодро направился вглубь леса.

Блондинка тут же рванула следом за мной.

Через несколько десятков метров я свернул вправо и оказался на той самой поляне, где мы с Михаилом нашли могилу Гавриила. Имя «почившего» я, кстати, Машуриной тоже не говорил. Не уверен, что оно скажет ей о чем-то, однако, если Гавриил находится против воли в руках смертных, то это еще хуже, чем Пифия в роли Кукловода.

Майор подошла ко мне и замерла рядом, внимательно изучая холм с крестом. Внезапно, прямо за нашими спинами раздался хруст веток.

Я резко развернулся, рука сама вскинулась в привычном жесте, готовая в любой момент явить гладиус. К счастью, тревога оказалась ложной.

Из-под ближайшего куста орешника выскочил перепуганный бурундук. Он испуганно пискнул что-то на своём, грызуньем, и скрылся в ночной тьме.

— Тьфу ты, крысы проклятые! — проворчала Машурина, медленно опуская пистолет, который она тоже успела выхватить. Молниеносная реакция, конечно. — Чуть инфаркт не схватила.

— А представь, что почувствовал бедный бурундук. И кстати, ты что, не можешь отличить крысу от не крысы?

Мы подошли к невысокому холмику, увенчанному покосившимся деревянным крестом, сбитым явно наспех. Я покружился рядом, изучая место. Днем не обратил внимание, но сейчас понял — земля здесь подозрительно рыхлая, будто её совсем недавно перекапывали. Или кто-то очень хотел, чтобы мы так подумали.

— Ну что, приступим к эксгумации? — я удобнее перехватил свою лопату, вторую вручил блондинке.

Машурина молча взяла инструмент. Вид у неё был решительный.

Мы копали в тишине, сосредоточенно. Только лопаты с противным звуком вгрызались в сырую землю. Воздух пах прелью, грибами и скрытой угрозой. Через полчаса тяжёлой работы моя лопата ударилась обо что-то твёрдое. Или скорее… мягкое?

— Есть! Кажется…

Мы удвоили усилия, расчищая яму. Но когда, наконец, увидели дно, меня ждало разочарование. И недоумение. Внутри ямы не было ничего, кроме груды крупных ангельских перьев. Они тускло мерцали слабым, призрачным светом, будто тлеющие угли костра, который давно погас. И никакого тела.

— Что за… фокусы? — Машурина недоверчиво протянула руку к одному из перьев, но я резко перехватил её запястье.

— Не трогай! Это может быть подставой. Ловушкой.

Я осторожно поднял одно перо кончиками пальцев — оно тут же рассыпалось в серебристую пыль, оставив на пальцах ощущение тепла. Та самая благодать, которую почувствовал Михаил, исходила именно отсюда. Кто-то не поленился собрать перья и устроить фальшивую могилу.

— Нас развели, как последних лохов, — прошептал я, поднимаясь с колен и отряхивая землю с плаща. — Красиво сработано, не поспоришь. Я ведь на самом деле был уверен, что здесь закопан живой Архангел.

В этот самый момент тишину леса разорвали сухие, резкие щелчки взводимых затворов. Со всех сторон.

Из-за деревьев, из темноты, бесшумно выступили фигуры в чёрной тактической форме без опознавательных знаков. Лица незнакомцев были скрыты под масками и баллистическими шлемами. В руках — автоматическое оружие, стволы которого были направлены точно на нас. Профессионалы. И явно не местные егеря. Тринадцатый отдел. Снова. Только на это раз их здесь было просто до хрена. Человек тридцать, не меньше.

Часть людей вышла вперед, окружив нас с майором, часть оставалась в тени за деревьями. Я чувствовал всех. Каждого.

— Руки за голову! На землю! Не двигаться! — раздался холодный, усиленный динамиком голос.

Машурина инстинктивно дёрнулась к своему оружию, но я едва заметно покачал головой. В мои планы не входило очередное повальное смертоубийство. Хотя, положа руку на сердце, которого у меня нет, уничтожить всю эту толпу в конец охреневших смертных я, конечно, мог.

— Не надо, майор. Сегодня не наш день для перестрелок в лесу.

— Люцифер… они…

— Доверься мне, — сказал я тихо, но твёрдо. — Сыграем по их правилам. Пока что. Так нужно. Не сопротивляйся. Ты будешь отвлекать меня этим. Я не хочу сейчас никого убивать. Хорошо?

Я медленно, демонстративно поднял руки вверх и повернулся сначала в одну сторону, потом в другую, чтоб мою фигуру могли рассмотреть все присутствующие.

— Ну что, ребята, вы припозднились. — я позволил себе кривую ухмылку, глядя на ближайшего оперативника. — Чай, кофе не предложите? Или сразу в пыточную? Куда путь держим? Вы же по всем законам драматического сюжета просто обязаны отвезти нас в какие-нибудь человеческие застенки. И уж простите, но на землю ложиться не собираюсь. Она, как бы, грязная.

Один из людей шагнул вперёд — высокий, широкоплечий, похоже, главный. Впрочем, они тут все как под копирку. Высокие и широкоплечие.

— Самаэль, известный как Люцифер. Майор полиции Мария Машурина. Вы оба арестованы по подозрению в убийстве сотрудников Тринадцатого отдела и грубом нарушении Договора. Вам будет предоставлено право хранить молчание… хотя в вашем случае это вряд ли поможет.

— Ой, как официально! — я фальшиво изобразил удивление. — А где же неопровержимые доказательства моей вины? Отпечатки пальцев на орудии убийства? Показания свидетелей-бурундуков? Кстати, один из них только что ошивался где-то рядом. Если поторопитесь и напрядетесь, сможете еще поймать.

В ответ командир группы просто молча махнул рукой.

Двое крепких парней тут же шагнули вперёд, собираясь жестко заломили мне руки за спину.

— Э-э-э! — Я сделал шаг назад и покачал головой. — Вот этого не советую делать. Вы слышали, что сказал вон тот парень в черном? Ах, да… Вы же все тут в черном… Не важно. Просто отмотайте на пару минут назад. Самаэль, известный как Люцифер. Ничего не напрягает?

Двое солдатиков замерли. В их позах читалось сомнение.

— Он имеет в виду, если вы его тронете, всем присутствующим придет мандец. — Мрачно высказалась майор Машурина. — Лично я была бы не против. Люцифер крайне феерично убивает людей. Жаль, что ваши коллеги уже не смогут поделиться с вами отзывами. Они, видите ли, мертвы.

Парни оглянулись на того, который отдавал команды.

— Пусть идут сами. — Распорядился тот. Видимо, понял, что в моих словах не было

Солдатики приблизились к Машуриной, и толкнули ее вперед. Блондинке столь непочтительное отношение очень не понравилось. Она даже процедила сквозь зубы пару нецензурных выражений в адрес их матерей. Сдаётся мне, Михаил выставит счет за очернение Благодати нефилима. Сто процентов заявит, будто именно я испортил ангельского ребеночка.

— Всё в порядке, майор, не кипятись, — сказал я как можно бодрее, пока нас вели к веренице чёрных микроавтобусов без номеров, материализовавшихся из темноты. — Расслабься. Это всё часть моего гениального плана.

— Какого к чёрту плана, Люцифер⁈ Нас сейчас упакуют и увезут в неизвестном направлении! — зашипела она мне в спину.

Я лишь успел незаметно подмигнуть ей, прежде чем меня грубо затолкали в салон одного из фургонов.

На самом деле, все достаточно просто. Если «Тринадцатые» так оперативно прибыли по наши души именно сюда, именно сейчас — значит, они сами являются частью этой игры. И я был намерен выяснить, какой именно частью. А еще есть поговорка про гору и Магомеда. Я лично не собираюсь бегать по миру смертных разыскивая Пифию, в чьем участии теперь уверен наверняка.

Я вообще больше не собираюсь никуда бегать. Пусть эти приятные, молчаливые парни в черном отвезут нас с майором непосредственно в их штаб. Вполне очевидно, все ниточки кукольного спектакля тянутся именно оттуда. Думаю, пришло время посмотреть кое-кому в лицо.

Тяжёлые двери микроавтобуса с лязгом захлопнулись, отрезая нас от ночного леса и запаха прелой травы.

Двигатель недовольно заурчал.

Мы тронулись в неизвестность. Приключения только начинаются, на самом деле. И что-то мне подсказывает что они, эти приключения, будут весьма… увлекательными. В самом худшем смысле этого слова. Но только не для меня.

Глава 16

Когда вам покажется, что цель недостижима, не изменяйте цель — изменяйте свой план действий…

Чёрный фургон нёсся сквозь ночь, пожирая километры асфальта. Меня трясло и мотыляло так, будто мы передвигаемся не по городской дороге, а по пересеченной местности Адовой долины. Есть ощущение, водитель специально собирал все выбоины и ухабы, чтоб добавить огоньку в столь прекрасную поездку.

Внутри царила темнота, хоть глаз выколи, и пахло чем-то средним между дешёвым дезинфектантом и застарелым страхом предыдущих «пассажиров». Впрочем, мне это никак не мешало. При желании я бы мог организовать освещение, но вот только зачем? Своих конвоиров видел и без того прекрасно. Демонский взгляд мне в помощь.

Четверо парней, сидевших со мной в фургоне, выглядели как пылающие куски чего-то огненно-красного. Их аура. Она была именно такой. Ненависть, презрение, желание убивать — вот, что чувствовали эти бравые ребята ко мне. И ни грама страха. Даже как-то неприятненько.

Видимо, смертные обиделись за своих товарищей, погибших возле «Зеленых дубов». Смешные людишки. Сами лезут в пекло, а потом плачут. Спецы, которых я убил, знали, на что шли. Странно выкатывать претензии тигру за то, что он вас сожрал, если сами вошли к нему в клетку.

Я откинулся назад, облокотивший спиной о стенку фургона и прикрыл глаза. Наручники неприятно впивались в запястья, хотелось их разорвать или превратить в пыль.

Да, будь у меня на то желание, от этого куска дешёвого металла осталась бы только горстка пепла на полу автомобиля. Это, в конце концов, довольно-таки унизительно, сидеть скованным. Но я решил потерпеть.

Людишки должны думать, будто все под их контролем. Мне непременно нужно понять, конкретно Тринадцатый отдел работает на Кукловода или это они с таким рвением выполняют папино указание относительно поимки непослушного сына.

Мои конвоиры сидели как истуканы, не шевелясь. Их лица скрывали маски, а мысли… мысли были надёжно заблокированы. Либо стандартная ментальная защита Отдела, которая у них, конечно же имеется, либо в головах дуболомов просто гулял ветер. Судя по профессиональной выучке, скорее первое. Жаль, подслушать их мысленный трёп о планах на выходные было бы забавно. Хотя, скорее всего именно сейчас каждый их этих парней от души желал мне сдохнуть.

Не то, чтоб я умею считывать мыслишки людей. Упаси меня Ад! От подобной перспективы передергивает. Однако, общий фон почувствовать могу. Иначе как бы я был Князем Лжи? Но конкретно эти молчаливые, облачённые в черное парни «звучали» для меня как тишина. Только их аура полыхала алым огнем ненависти.

Я поерзал на жёсткой скамье, стараясь не обращать внимания на тряску. Гениальный план, значит? Ну-ну, Самаэль, ты сам-то в это веришь?

В реальности план пока состоял из одного пункта: попасть в лапы Третьему отделу и посмотреть, что будет дальше. Импровизация — наше всё. Особенно когда альтернатива путешествию в черном микроавтобусе — это беготня по барам от големов-мутантов и попытки удержать в рамках приличного Архангелов. Одного конкретного Архангела. Так будет точнее.

Хотя, компания Михаила сейчас показалась бы мне предпочтительнее. У брата хотя бы понятные мотивы: праведный гнев и желание всё разнести к чертям собачьим. А вот чего хотят эти любители чёрной униформы — большой вопрос. Пока что большой вопрос. Уточню.

Конечно, если бы несколько дней назад я хотя бы приблизительно мог представить себе Пифию, как организатора всех событий, мое поведение было бы иным. Чертова сучка Пифия… И кто мог подумать⁈

Сидела столько веков тихо, целовала подошвы папиных сандалей, изображала максимальную преданность. А в реальности… В реальности, похоже, эта дамочка задумала крайне интересное мероприятие. По крайней мере, теперь я хотя бы понимаю, при чем тут Хаос.

Пифия просто хочет вызвать «чистильщика». Хаос уничтожить все, но создаст новый мир, новый порядок. Следом за ним придут старые боги. Они-то и запечатают долбаный Хаос обратно. У этих товарищей есть опыт. Они уже делали что-то подобное очень давно. Интересно, Пифия с самого начала задумала подставить Отца или это внезапное вдохновение?

— Скучные вы какие-то. — Сказал я вслух, когда мне надоело думать о предательнице Пифии. Ибо нет смысла больше ломать голову на эту тему. Теперь буду решать все проблемы по факту.

Парни в черном даже бровью не пошевелили, ни один из них.

Я демонстративно хмыкнул и прислушался к тому, что происходило за пределами автомобиля, пытаясь определить, едут ли еще следом за нами фургоны.

Машурину везли отдельно. На точно таком же микроавтобусе. Видимо, решили, что держать нас вместе опасно. Надеюсь, у неё хватит ума не брыкаться и не хамить сверх меры. Хотя кого я обманываю? Конечно, не хватит. Она же майор полиции, у неё это в крови, и хамить, и брыкаться. Да ещё нефилим ко всему прочему. Ядерная смесь.

Машина замедлила ход, свернула, потом ещё раз. Лабиринт городских улиц или промзона? Моё чувство направления слегка сбоило из-за скорости и отсутствия окон, но мы явно углублялись во что-то… индустриальное. Наконец, фургон остановился с лёгким шипением тормозов. Двери распахнулись, и в глаза ударил резкий свет прожекторов.

— Выходи! — Рявкнул один из парней, сидевший в микроавтобусе, а потом еще кивнул головой, указывая на открывшуюся дверь.

Я решил не трепать нервы бедным людишкам и выбрался наружу.

Нас встретил бетон. Много бетона. Серые стены, серый пол, серый потолок какого-то подземного паркинга или ангара. Воздух был холодным, стерильным, с едва уловимым привкусом озона и машинного масла. Никаких тебе пентаграмм на стенах или готических сводов. Всё до одури функционально и безлико. Скука смертная. Даже пыточная камера в моём старом дворце выглядит уютнее.

Меня повели по длинному, ярко освещённому коридору. Никаких вопросов, никаких разговоров. Только стук наших шагов по гладкому полу и гудение вентиляции. Как же отвратительно здесь все отдает казёнщиной. Ну уж для отдела, который якшается с нечистью, можно было бы придумать что-нибудь более оригинальное, чем железобетонный бункер.

Тем более в случае опасности, к примеру, ударь мне в голову блажь захватить мир смертных, все эти стены не помогут людям, не остановят Владыку Ада. Реально, хоть бы пентаграмма какую-нибудь простенькую нарисовали.

С другой стороны, они ведь не знают, с кем имеют дело. И тут, кстати, у меня тоже имеется вопрос. Когда нас с Машуриной «брали» в лесу, командир отряда назвал оба моих имени. При всей ограниченности солдафонов, слово Люцифер они вряд ли способны перепутать с каким-либо другим. Соответственно, тот факт, что раньше Тринадцатый отдел не знал, с кем сотрудничает, сейчас выглядит сомнительным.

Коридор закончился и я вместе со своими конваирами оказался в помещении, похожем на приёмное отделение больницы.

Посреди большой комнаты стоял стол, за которым сидела крайне недовольная жизнью особа лет сорока. Судя по ауре, у дамочки двое детей, муж-придурок, полное отсутствие секса и никаких перспектив в личной жизни. Тётя заполняла специальные формы и вбивала данные в компьютер.

Процедура «приёмки» была быстрой и унизительной. Сначала — обыск. В итоге нашли только пару золотых монет, которые тут же конфисковали с протоколом и тот самый вольт, который я специально держал в кармане. Вытащил его снова из комнаты «нигде», чтоб подразнить солдатиков.

Если на появление монет они отреагировали спокойно, то вольт заставил их понервничать.

— Осторожнее. — С милой улыбкой сказал я одному из парней, который резко отшвырнул восковую куколку в сторону, а монеты по-прежнему держал в руке. — Они не совсем чистые. Их передали мне в подарок из чумной Италии. Все время забываю почистить. Металл, он, знаете ли, отлично впитывает бубонную чуму…

М-м-м… Я не видел лица солдатика, потому как физиономии моих конвоиров были закрыты, но то, с какой скоростью он отшвырнул монеты и рванул прочь из «приемника» принесло мне немного удовлетворения.

Затем мне велели переодеться в серую робу из неприятной на ощупь синтетики. Чувствовал себя заключённым из дешёвого фильма про маньяка, которого заточили в тюрьму. И снова я не стал спорить. Небрежно пожал плечами, а потом щелчком пальцев переместил тюремную одежду со стола, где она лежала аккуратной стопкой, на свое тело. Ну не смог отказать себе в такой малости.

Надо было видеть, как подкинуло людишек от моего фокуса. Видимо, они искренне полагали, что бункер защищён от магии. Смертные отчего все непонятное называют именно магией.

Вообще, чисто теоретически, мое действие имеет научное обоснование. Если описать перемещение робы со стола на меня, то я ее просто сначала рассщепил до молекул, отправил в межпространство, а потом собрал обратно, но уже на своем теле.

Наконец, меня завели в небольшую комнату. Стол, два стула. Напротив — зеркальная стена. Классика жанра. Очевидно, за этой стеной сейчас притаился кто-нибудь из начальства Тринадцатого отдела и наблюдает за мной. Интересно, Машурина проходит ту же процедуру?

Дверь за спиной закрылась с тихим щелчком. Я сел на стул, закинув ногу на ногу. В воздухе повисло напряжённое ожидание. Естественно, не с моей стороны. Лично я не был напряжён ни грама. Наивные смертные просто не знают, что в любой момент Владыка Ада способен превратить их «надежное убежище», коим они считают это место, в кратер вулкана.

Прошло минут десять, прежде чем дверь снова открылась, и появился мужчина.

Высокий, подтянутый, лет пятидесяти на вид, хотя глаза у него были гораздо старше. Одет в идеально сидящий серый костюм, строгий галстук. Короткая стрижка, седина на висках. Лицо непроницаемое, как у игрока в покер, но во взгляде холодных серых глаз читалась стальная воля и застарелая усталость. На скуле белел тонкий шрам — память о какой-то старой схватке. Он сел на стул напротив, положив на стол тонкую папку.

— Самаэль, — произнёс он ровным, лишённым эмоций голосом. Не вопрос, а констатация факта. — Директор Артемий Воронов, Тринадцатый отдел. Можете звать меня просто Директор.

— Воронов? Не родственник того самого барона Воронова, что пытался вызвать Ктулху с помощью хора девственниц и патефона в начале прошлого века? Неудачно, кстати, пытался. — Я улыбнулся своей самой обезоруживающей улыбкой. — Приятно познакомиться, Директор. Хотя обстоятельства могли бы быть и получше. Сервис у вас, прямо скажем, хромает. Робы не моего размера, и кофе не предложили.

Воронов проигнорировал мою тираду. Он открыл папку.

— Два дня назад группа наших оперативников была жестоко убита в районе пансионата «Зеленые дубы». Экспертиза показала наличие следов как потусторонней энергии неопознанного типа, так и стандартного полицейского оружия, идентичного табельному оружию майора Машуриной.

— Какое забавно, — хмыкнул я. — Энергия неопознанного типа… Имеется в виду, что вы не смогли ее идентифицировать. У вас есть лишь пробы от известных сущностей, которых ваши умники назвали буквами. Вот в чем дело. Не так ли? Но при этом, хочу заметить, во время ареста ваш человек назвал моё имя. Так что насчёт неизвестности вы слегка лукавите, Директор.

Мужик снова проигнорировал мое замечание.

— Сегодня ночью вы и майор Машурина были замечены в баре «Зелёный Гоблин», известном как место сбора сомнительных потусторонних элементов. Произошла стычка с применением огнестрельного оружия и… неклассифицированных методов. Результат — три трупа неизвестного происхождения и один раненый бармен.

— Ну бармен-то жив. По крайней мере, являлся таковым, когда я покидал упомянутое вами заведение. Кстати, чтоб вы понимали, он делает неплохие коктейли. — Я замолчал на пару секунд, изображая задумчивость, потом продолжил, — А те трое… ну, они первые начали. Самооборона в чистом виде. Пытались отгрызть кусок бармена, а потом убить меня. Невежливо, согласитесь.

— Затем вы направились в лес, к месту, где, по нашим данным, могло находиться… нечто, представляющее угрозу для Договора. — Продолжал талдычит Директор, делая вид, будто вообще не слышит моих высказываний. — И где буквально несколько дней назад были убиты два наших оперативника. Объясните свои действия, Самаэль.

Я наклонился вперёд, понизив голос до заговорщицкого шёпота.

— Ааа… Черт. Так это была рука одного из ваших? Простите, Директор. Если бы я знал, обращался бы с ней более почтительно и ни в коем случае не позволил бы себе отпускать шуточки на эту тему. Извините за любопытство, но что ваши оперативники в количестве двух штук делали в месте, где обнаружилось нечто, представляющее угрозу Договора. Это — первый вопрос. Второй — а как вы поняли, что существует угроза договору?

— К сожалению, не уполномочен отвечать на подобные вопросы. — Сухо ответил Директор.

— А… Неразглашение страшных секретов отдела, который работает с потусторонними сущностями? Понимаю, понимаю… Вот только… Эти «трупы неизвестного происхождения» в баре… это были не просто сумасшедшие, решившие попробовать бармена на вкус. Это были модифицированные твари. Мы называем их големы. Сильные, быстрые, абсолютно безмозглые. Правда, в обычной версии голема не предусмотрена чёрная гадость вместо крови. И еще…Их контролировали. Как марионеток. Но самое главное — вы так кичитесь своим отделом… Сидите передо мной, весь из себя важный. И не знаете, что у вас под носом появилась некая любопытная организация. Они называют себя «Новым порядком». Чисто теоретически, по моим скромным предположениям, руководит данной организация особа, известная в определенных кругах как Пифия. По вашим, человеческим меркам, она… хм… что-то типа маленькой богини. В мифологии древних Греков ее таковой и считали. Так вот, про организацию… Они взяли под контроль каких-то не особо умных качков, которые бегают по городу и выполняют грязную работу. Затем спровоцировали мой приход сюда, в мир смертных. Потом попытались провести какой-то забавный ритуал. Суть этого ритуала — освобождение Хаоса. Хаос — это ничто. Это огромная черная дыра. Только она — живая. Хаос поглотит все, что есть, а потом пережует и выплюнет, но в виде нового мира. В этом новом мире люди получать статус… Ах, да… Чего же я обманываю и вас и себя? Никакого статуса у людей не будет. Рабочая сила, домашний скот… Где-то на этом уровне. В «Зелёном гоблине», который вы так мило упомянули, некие представители «Нового порядка» организовали настоящее революционное подполье. Там собираются потусторонние сущности, которые хотят перемен и, естественно, прихода Хаоса.

Я замолчал, широко улыбнулся Директору, а потом, слегка наклонившись вперед, спросил:

— Успеваете за ходом моих мыслей или нужно говорить чуть медленнее?

Воронов чуть заметно прищурился.

— У вас есть доказательства?

— Какие же вы, людишки… — Я покачал головой, — Тупые… Откуда вам известно, кто я?

— Эта информация… — Начал было Директор, но я его перебил.

— Эта информация не стоит ни черта. Но если вы включите голову, то поймете, что мое имя всплыло не просто так. Вам его швырнули, как кость голодной собаке. Разве прежде кто-нибудь из вашего чудного отдела предполагал, что Договор был заключён с Адом?

Воронов медленно закрыл папку. В глазах человека сохранялось безразличие, но я прекрасно ощутил, как участилось биение его сердца. Слово «Ад» было сказано вслух и у Директора это вызвало всплеск страха. Они и правда совсем недавно узнали, что по их миру разруливает Князь Лжи. Они вообще только недавно узнали, что собственноручно подписали Договор с Дьяволом. Могу представить, как теперь всех этих умников из Тринадцатого отдела плющит и колбасит. Интересно, они уже успели доложиться Главному?

— Ваша версия событий принята к сведению, Самаэль. Она будет проверена. А пока… вы останетесь здесь. В комфорте и безопасности. Под нашим чутким наблюдением.

Директор встал со стула, собираясь покинуть допросную.

— Что с Машуриной? — спросил я ему в спину.

— Майор Машурина также находится под нашей защитой. И отвечает на вопросы другого следователя. Не беспокойтесь, мы гуманная организация.

С этими словами Директор вышел из комнаты, дверь за ним закрылась, щелкнув замком.

Я остался один в стерильной тишине комнаты для допросов.

Глава 17

Неожиданное окончание вызывает больше эмоций, чем ожидаемое продолжение…

Эта чертова тишина давила мне на уши. Странное дело, но я, похоже, за свое недолгое время пребывания среди смертных привык к тому, что рядом постоянно кто-то находится. То майор Машурина, то Марков.

Марков… Я вдруг подумал о патологоанатоме, хотя в последнее дни наоборот старался мыслей о Степане избегать. Его метка так сильно и так ярко ощущалась мной, что я всячески игнорировал ее призывы, понимая, это — ловушка. Меня просто заманивают Толиком в сети.

Однако, ситуация усложняется все больше и больше. Теперь — Тринадцатый одел каким-то боком здесь оказался замешан.

Изначально, когда бравые ребята появились возле пансионата «Зелёные дубы», а потом в лесу возле фальшивой могилы Гавриила, я решил, что им нужно по заданию Отца отправить меня обратно в Ад. Правда, в этот сценарий немного не укладывалось желание «тринадцатых» упаковать, как посылку, Михаила и забрать его с собой. Потому что из нас двоих в Архангеле они были лаинтересованы больше.

С другой стороны, людишки — крайне неадекватные с моей точки зрения существа. В некоторых их поступках полностью отсутствует логика. Так что, черт его знает, чем они руководствовались возле пансионата. Элементарно могли перепутать дьявола с Архангелом. Тем более, я выгляжу как богатый смертный сопляк. Михаил выглядит как очень богатая голливудская звезда. Так что, вполне логично, что они могли принять за Владыку Ада его.

Другой вопрос — какого черта этот дурацкий Директор знает мое настоящее имя? Все мои настоящие имена.

До недавнего времени смертные были уверены, будто заключили Договор с безобидными потусторонними сущностями. Однако теперь выясняется, про Ад им известно. Хотел бы я знать, что за сука рассказала Тринадцатому отделу правду?

Минут через пятнадцать мне надоело думать обо всем этом. Что теперь толку гонять мысли? Я вообще изначально вспомнил Маркова. Думаю, нет смысла избегать встречи с ним. Имею в виду, пытаться найти Кукловода обходными путями. Время только затягивается и все.

Нужно выбираться из этого бункера и идти на зов Метки. В конце концов, у меня есть целый Архангел. Уж вдвоем мы с ним точно справимся. Да, скорее всего это будет ловушка. Но это самый быстрый способ выйти на Кукловода. Я уже немного устал от наших игрищ. Веселье перестаёт быть веселым.

— Скучно… — Произнёс я громко, вслух.

Затем поднял взгляд и с усмешкой посмотрел на камеру слежения, висевшую прямо под потолком.

А еще безумно раздражала эта стерильная, безжизненная тишина, нарушаемая лишь гулом вентиляции и моим собственным дыханием.

Кроме того, после ухода Директора я начал чувствовать неприятный зуд на периферии сознания. Будто назойливый комар гудит возле уха.

Похоже на использование какого-то артефакта. Только я никак не мог понять, что это за артефакт. Его фон что-то глушило. Учитывая, что нахожусь в бункере Тринадцатого отдела, думаю, это работает какое-то приспособление для блокировки Флёра. Вернее, с точки зрения смертных, для блокировки сил потусторонних сущностей.

В принципе данный факт не удивляет. Много лет людишки взаимодействуют с тем, что им непонятно. А все, что непонятно обычно смертных пугает и напрягает. Естественно, за это время они должны были позаботиться о своей безопасности. Однозначно в бункере имеются всякие приблуды на случай, если сущности выйдут из-под контроля. К тому же, после Договора мы сами дали им кое-что. Те самые маячки, которые обозначают места Охоты. Они настроены на демонов.

Скорее всего людишки их изучили и придумали специальные глушилки. Наивные… Демона средней руки или младшего состава это, может, притормозит. Но не остановит. Но притормозит.

А вот Владыку Ада вряд ли. Это даже не смешно, честное слово.

Я снова поднял взгляд и посмотрел в равнодушный «глаз» камеры слежения. Четкого плана, как себя вести дальше, у меня все еще не имелось. Однако было кое-что получше — скука. А скучающий Дьявол — это очень изобретательный Дьявол.

Я закрыл глаза, сосредоточившись не на грубой силе, а на тонких вибрациях, на самой структуре этого места. Поле, излучаемое «глушилкой» было достаточно сильным, но не абсолютным. Как и любая система, созданная смертными (пусть даже очень осведомлёнными смертными), она имела свои огрехи, свои слабые точки, свои ритмы. Подобно старому радиоприёмнику, оно слегка «фонило» на определённых частотах.

Скорее всего, камера как и «глушилка» отслеживают мои действия. Если попробую покинуть комнату, набегут людишки в черном и снова придется убивать. К тому же, это притормозит мое перемещение. А я собираюсь перемещаться. Мне надоело сидеть на месте. Но помехи в лице толпы смертных из Тринадцатого отдела мне не нужны.

Я тихонько начал напевать себе под нос старую блюзовую мелодию — ту самую, что Роберт Джонсон продал мне на перекрёстке вместе со своей душой. Музыка всегда помогает думать. И действовать. У меня вообще, между прочим, охранительный слух, потрясающий голос и прекрасный музыкальный вкус.

Я позволил своему Флёру растечься, просочиться сквозь микроскопические трещины в защитном поле, нащупывая электронные замки, камеры, датчики движения. Дьявола невозможно удержать в оковах. Глупые. Глупые людишки.

Безопасность в бункере оказалась единой. Всё было связано, всё подчинялось центральной системе. Сложно, но предсказуемо.

Время шло. Минуты складывались в часы. За дверью периодически слышались шаги патрулей — чёткий, размеренный ритм. Они были уверены в своих глушилках, в том, что меня удержит клетка. Самоуверенность — ахиллесова пята многих организаций.

И вот он, подходящий момент. Короткий скачок напряжения в сети — кто-то включил чайник или запустил какой-то мощный прибор в другом конце здания. Защитное поле глушилки на долю секунды моргнуло, ослабло. Этого было достаточно.

Лёгкое ментальное усилие, почти незаметное — и электронный замок на моей двери тихо щёлкнул, открываясь, камера моргнула и «зависла», фиксируя момент, как Владыка Ада сидит на стуле, уставившись в одну точку. Именно эту картину охрана и будет видеть ближайшие несколько часов. Глушилка сопротивлялась моей воле около секунды, но потом быстренько перестроилась на другую волну. Вернее, я ее перестроил, конечно. Теперь она не поймает мою энергию. Прекрасно.

Я замер, прислушиваясь. Патруль в очередной раз прошел мимо моей двери и шаги удаляясь, затихли. Отлично. До следующего прохода около двадцати минут. Этого времени мне хватит за глаза. Заберу Машурину и свалим из этого места, не прощаясь.

С Тринадцатым отделом раз берусь позже. Сейчас нужно вернуться в отель, рассказать Михаилу про могилу и отправиться на поиски Маркова по зову Метки.

Я бесшумно выскользнул в коридор. Тот же стерильный свет, тот же запах озона. Камеры под потолком лениво поворачивались из стороны в сторону. Я не стал заморачиваться еще и ими, просто двигался в слепых зонах, прижимаясь к стенам, сливаясь с тенями там, где они были.

Нужно было понять, куда идти и где разыскать Машурину. Логика вкупе со здравым смыслом подсказывали искать выход или центр управления. Но чутьё, старое доброе дьявольское чутьё, тянуло меня в другую сторону, вглубь этого бетонного лабиринта. Туда, где ощущался слабый, знакомый… запах. Переживания, отчаяние, желание что-то сделать… Пожалуй, подобное сочетание эмоций может принадлежать нефилиму. Очень на нее похоже.

Я двинулся вперед по коридорам, похожим один на другой как две капли серой краски. Людей не было вообще. Я не чувствовал присутствия смертных. Странно… Может, это такая особая зона, где находятся только избранные?

Прошел мимо дверей с табличками «Лаборатория 7», «Архив», «Комната отдыха персонала» (заглянул бы, но времени не было). Некоторые двери были заперты на обычные замки, другие имели электронные панели.

Возле одной из этих дверей, оснащённых электроникой, я остановился. Эмоциями, которые использовал как компас, тянуло именно оттуда.

Я осторожно прикоснулся к панели, собираясь ее взломать, однако она оказалась отключена и вход был вполне мне доступен. Даже напрягаться не пришлось.

Дверь вела в небольшой, тускло освещённый кабинет, в центре которого, прикованный наручниками к ножке тяжёлого металлического стола, прямо на полу сидел человек. Он был одет в ту же серую робу, что и я, волосы выглялели растрёпаными, вид у смертного был максимально унылый. Он поднял голову на звук открывшейся двери, и я увидел его лицо.

— Марков⁈ — вырвалось у меня от неожиданности слишком громко. — Какого черта⁈

Да, это был наш замечательный патологоанатом при том, что его вообще-то тут быть не должно. А еще на Степане не было больше Метки! Ее с него просто сняли. То есть сигнализирует Толик мне совсем из другого места. Так, что ли?

— Забелин! — прохрипел Степан, глядя на меня так, будто увидел привидение.

Правда уже в следующую секунду облегчение, появившееся в глазах патологоанатома, сменилось злостью.

— Какого, блин, черта, Забелин? Ты что, не мог действовать пошустрее? Я тебя жду здесь уже целую вечность! Думал, ты сразу явился и спасешь меня.

Я, игнорируя возмущение Маркова, быстро вошёл в комнату и закрыл за собой дверь. Приблизился к нему. Наручники были стандартные, полицейского образца. Я взялся за стальную дужку и с лёгким усилием разжал её, словно она была сделана из пластилина.

— Какого дьявола, Семён⁈ — прошипел я, освобождая его вторую руку. — Думал, тебя похитил Кукловод. Потому и не кинулся сразу за тобой. Был уверен, таким образом меня заманивают в ловушку. А ты тут… в гостях у Тринадцатого Отдела⁈ Что происходит?

Марков потёр затёкшие запястья, морщась от боли. Вид у него был паршивый.

— Они забрали меня, пока ты играл в «казаки-разбойники» с теми вампирами. Знаешь, я, между прочим, сам сильно охренел. Появились какие-то долбанные люди в черном. Перемещались, как ниндзя, честное слово. Ни звука, ни шороха. Скрутили, рот мне заткнули, закинули в машину и умчались в неизвестном направлении. Потом притащили сюда. Как в фильмах про вторжение пришельцев, отвечаю. Иди про грядущий апокалипсис. Обработали какой-то хренью. Потом сделали мне укол и я был как поб анестезией. За это время каким-то образом забрали Толика. Я так понял, это было наподобие операции. Они его… хм… отрезали типа. Потому что у меня, когда я очнулся, было полное ощущение, будто что-то вырезали. Знаешь, как после настоящего оперативного вмешательства.

— Да. Это вполне возможно. — Кивнул я. — Толик имел с тобой определённую связь. К тому же ты — Говорящий. Для тебя все это прошло тяжелее, чем для обычного человека. Вопрос в другом, на хрена им ты?

Я скептически оглядел Маркова с ног до головы. Учитывая, что он по-прежгему сидел на полу и вставать не торопился, по факту просто около минуты пялился на Степана. Сурово пялился. Со смыслом.

— Ты им рассказал про меня? Про то, кто я? Про Ад?

— Что⁈ Нет! Клянусь! — Марков возмущенно фыркнул и затрям головой. — Они спрашивали, да. О том, кто такой Антон Забелин и что меня с им связывает. Я сказал, что консультировал… ну, тебя… по одному делу. Убийство девушек. Мол, мы с тобой просто случайно познакомились в отделе, когда меня туда притащили за поджег больницы. А потом ты попросил помощи. Но они… они знали. Знали про тебя. Сначала рассказали мне про Договор, который заключён с сущностями. Потом начали давить на то, что сущности оказались выходцами из Ада. Мол, обманули людей. Представились безобидными призраками и всякой такой хренью. А га самом деле теперь по сути адовцы тусуются среди людей чуть ли не официально.

Степан замолчал, переводя дух.

— Ясно… Странно. Кто же поделился с ними этой информацией… Хотя… Может, Пифия… Ладно. Разберёмся.

Я внимательно посмотрел на патологоанатома. Он явно был изможден, но в его глазах в этот момент мелькнуло что-то ещё, смутное и не погятное

— Ты был здесь несколько дней. Что видел? Слышал? Куда тебя водили? О чем еще говорили кроме договора и того, какие сволочи адовцы. Обманули бедных людишек.

Марков облизнул пересохшие губы, огляделся по сторонам, будто стены могли подслушать наш разговор. Машинально повторил его движение. Паранойя, она очень заразительно, знаете ли.

Кабинет, где мы находились, выглядел спартанским: стол, пара стульев, шкаф с папками. Что любопытно, камеры слежения здесь не было, это я заметил сразу, еще до того, как переступил порог. Иначе не вед бы себя так свободно.

— Они… они не просто подозревают или знают. — Понизив голос, быстро заговорил Марков. — Они ищут доказательства. Проводят эксперименты. У них есть какие-то… образцы. Ткани некоторых сущностей. Эти люди в черном пытаются понять, как вы сделаны. Говорят о… некро-алхимии, генетических модификациях… какая-то дикая смесь. Но главное…

Марков еще больше понизил голос, практически до шёпота. Мне даже пришлось подвинуться к нему ближе, чтоб нормально расслышать все, что он скажет.

— Главное, они, похоже, вылавливают ваших этих Суккубов, Химер, Полтергецствов и всю прочую хреновину, чтоб экспериментировать над ними. Я думаю, хотят научиться извлекать демонскую силу из сосудов. Мне это рассказал мужик, который допрашивал. Черт… Фамилия у него такая… Напыщенная. Знаешь, как в кино.

— Воронов?

— Он! Да. Вот он мне и говорил, типа, чего ты упираешься, Степан, мы все равно разберёмся во всем. Мы уже знаем, что пустили в свой мир демонов. Нам осталось только понять, как с ними бороться и как взять их под контроль. Они хотят заставить вас служить людям. Без всяких Договоров. Просто работать этими… Ну… Мальчиками на побегушках. Джиннами, которые будут исполнять желания.

— Смертные… — Потянул я многозначительно. — Вообще не удивлён. Люди не умеют по-другому. Честность и порядочность это не про них. Вот так действовать исподтишка — ваша любимая тактика.

— Не надо обобщать! — Марков возмущенно вскинулся, одарив меня обиженным взглядом. — Не все люди такое уж говно, как ты говоришь. Слушай, тут неподалёку как раз лаборатория. По-моему, не так давно провезли кого-то из ваших. Слышал разговор этих Франкенштейнов.

— Степан… — Я тяжело вздохнул и покачал головой. — Франкенштейн создавал. А эти придурки наоборот, хотят разбирать на части. Так… Ладно…Ты знаешь, где конкретно лаборатория. Должен посмотреть, что там. Потом найдём Машурину и покинем эту обитель человеческой подлости.

— Машурина здесь⁈ — удивился Степан. — А она-то как попала?

— Ты будешь сильно впечатлён, когда я расскажу обо всем, что произошло с момента твоего исчезновения. А еще, если мы поторопимся, достаточно скоро тебе представится возможность познакомиться с настоящим Архангелом. Но сейчас, давай-ка поторопимся. Наша экскурсия по этому гостеприимному заведению ещё не закончена. Вставай, прогуляемся до этой лаборатории. Посмотрим, что к чему. И держись за мной. Ясно? Мне сейчас точно не нужны очередные сюрпризы с твоим исчезновением. Тем более, когда у тебя забрали Толика.

Я развернулся и подошел к выходу из комнаты. Приоткрыл дверь, осторожно выглянул в коридор. Пока чисто.

— Люцифер… — Марков замялся. — Ты… ты правда думаешь, что мы сможем уйти? Тут охрана на каждом шагу…

— Ого. И ты начал называть меня настоящим именем. Вот, что желают с людьми всякие непредвиденные обстоятельства. Не переживай. — я обернулся и посмотрел на Маркова самым обнадёживающим взглядом (тем, который обычно предшествует подписанию какого-нибудь невыгодного для второй стороны контракта). — Когда Дьявол решает уйти с вечеринки, его обычно не останавливают швейцары. Пошли. И постарайся не падать в обморок от того, как мне придется себя вести. Рассчитывал, если честно, уйти по-тихому. Однако, чувствую, не получится.

Глава 18

Величайший враг прячется там, где вы будете меньше всего искать…

Мы вышли в коридор. Я замер, прислушиваясь к звукам. Тишина. Людей поблизости нет.

— Вот туда. — Степан махнул рукой, указывая направление. — Прямо и по-моему, налево.

Я кивнул и двинулся вперед. Марков плелся следом, озираясь по сторонам, но при этом уверенно указывал повороты. Будто знал дорогу. Не замечал прежде за ним таких талантов. Он по звуку шагов персонала смог запомнить, где находится лаборатория? Фантастика просто.

— Уверен, что нам сюда? — спросил я, когда мы уперлись в тяжеленную стальную дверь с кодовым замком. Уровень максимальной секретности. На двери не хватает только черепа с костями для антуража.

— Я… я слышал, — пробормотал Марков.

Он подошел к панели. Я дёрнулся, собираясь его остановить. Не хватало, чтоб сейчас из-за жопорукости Маркова, о которой мы все прекрасно знаем, тут что-нибудь коротнуло или случился фейерверк.

Однако мои опасения были преждевременными. Марков просто… ввел код. Замок щелкнул, дверь открылась. Ну, дела…

Внутри было просторно и холодно. Как в хорошем морге, только с претензией на шик.

В центре зала, гибрида операционной и капища сектантов-любителей, горели синие лампы. На полу — сложная вязь символов, пульсирующих энергией Хаоса.

В центре круга, на алтаре из черного камня (обсидиан? стильно), лежала майор Машурина. Она была без сознания, прикованная цепями, смазанными какой-то дрянью. Хм… Похоже на кровь Химеры… Ну да. Эта гадость может причинять неудобства ангелам. Такая полезная функция заложена в Химер. Мы же тысячелетиями готовимся к войне с Небесами.

Самое смешное, Ад видит врага в Небесах. Небеса считают врагом Ад. А у нас под носом говорящий обезьянки Отца замутили целую схему, собираясь навредить всем.

Теперь я еще больше был уверен, что Пифия связалась со смертными. Именно человеческий извращенный мозг придумал выпустить Хаос. Только они могли до такого додуматься. Не пойму только, как они вышли на эту продажную дрянь? О-о-о-о-о… А насколько сильным будет гнев Отца, когда он узнает… Предвкушаю эту реакцию.

Однако мечты и фантазии пришлось пока отложить в сторону. В данный момент ситуация была не располагающая к приятным мыслям.

На постаменте, который находился рядом с алтарем и Машуриной, лежало оно. Сердце Лилит. Мое Сердце Лилит!Но самое поганое — оно билось, испуская волны темной мощи, питая каракули на полу. То есть Хаос уже связан с Артефактом. Быстро они…

Перед алтарем стояла Пифия. Древняя богиня-пережиток, вся в тенях, полная вековой обиды и фанатизма. Старушка явно соскучилась по прежним добрым временам с жертвоприношениями.

Похоже, мы явились как нельзя вовремя. Я так понимаю, Пифия собирается выпустить кровь из нефилима. От рук Машуриной вниз тянулись трубки, через которые необходимый для ритуала компонент начнет сливаться в большой черный сосуд, стоящий тут же на полу.

Ну вот опять… Почему черный цвет всегда? Уж кому-кому, а Пифии должно быть известно, эта деталь не играет никакой роли.

— Все хорошо? — Спросила Пифия, не оборачиваясь.

Она внимательно изучала Марию Семеновну, без сознания лежащую на алтаре, пульсирующее Сердце Лилит и буквы, начертанные на полу. Видимо, хотела убедиться, что все работает замечательно.

Я повернулся к Маркову, собираясь приложить указательный палец к губам, чтоб он не выдал нашего присутствия. Похоже, Пифия приняла нас за персонал, который явился ей на помощь, за ассистентов.

Однако, меня ждал крайне неприятный сюрприз. Марков сделал несколько шагов вперед, обошел мою персону и буквально одним прыжком оказался возле алтаря.

Он выпрямился, его лицо обрело вдруг выражение, которого я у Степана прежде никогда не видел. Патологоанатом изменился. Вообще. Совсем.

— Степан, ты чего… — Я осекся. Холодное, липкое недоумение сменилось, наконец, пониманием.

Твою ж, сука, мать… Привет тебе, старший опер Мальцев… Все же очевидно. Конечно, с опозданием, но тем не менее.

Марков медленно повернулся ко мне. Теперь он стоял рядом с Пифией, которая тоже соизволила обратить свое внимание на меня. На его лице играла кривая усмешка.

— Как-то так, Люцифер… — Марков развёл руки в стороны и широко улыбнулся. — Ты всегда считал смертных тупыми существами, пылью под твоими ногами, а обвел тебя вокруг пальца простой человек.

— Ну… Не такой уж простой. — Пожал я небрежно плечами, чувствуя, как в груди расползается что-то очень гадкое и неприятное.

Пожалуй, будь я смертным, решил бы, что это — разочарование, обида, глухая боль от предательства. Но Владыка Ада не смертный, а значит, ничего подобного испытывать не может.

— Ты про мой талант? — Марков вздохнул и закатил глаза. — Ну да, он есть. Однако из-за этого я не перестаю быть человеком.

— Зачем? — Мой голос прозвучал ровно, но внутри, как бы я не старался успокоиться, все кипело.

Предательство. От человека. От этого человека. От того, кого я почти… почти начал считать полезным… инструментом.

Черт! Кому я вру? Я начал относится к нему, как к равному. Увидел в паталогоанатоме того, с кем, пожалуй, мог бы даже, наверно… наверное, подружиться. У меня ведь никогда не было друзей. На Небесах, в бытность моего ангельского существования, не имелось такого понятия как дружба. Мы все просто братья. Были.

Потом, в Аду, тем более я не мог позволить себе роскошь — доверять хоть кому-то. Меня сто тысяч раз пытались убить, свергнуть, отправить в Тартар. И вот появился Марков. Человечишка. Сначала такой жалкий. Он удивил меня, когда кинулся спасть людишек в больнице. Потом еще было много всякого. Где-то в глубине своей сути я начал привязываться к нему. И что случилось? Именно то, чем славятся смертные. Предательство.

— Зачем? — Марков тихо рассмеялся. — О, Люцифер, все же очевидно. Ты и представить не можешь, каково это — быть Говорящим. Слышать всех. Прикинь? Я реально слышу всех. Наверное мой дар слишком велик. Я заметил его наличие гораздо раньше, чем ты думаешь. Еще в детстве. Со мной постоянно кто-то говорил. Постоянно. Кто-то невидимый. Иногда даже не со мной. Я просто слышал, как переговариваются демоны. Вернее, тогда не знал, конечно, что это сущности из Ада. Вообще считал себя ненормальным. Никому не рассказывал. Именно поэтому я выбрал свою профессию. Наивно думал, будто со мной разговаривают мертвецы. Да. Представляешь? Считал себя кем-то типа медиума. Начал пытаться практиковать эти навыки. Мне нужен был официальный доступ к покойникам, чтоб не загреметь либо в психушку, либо в тюрьму. А потом… Однажды я понял, что просто как чертово радио ловлю короткие и длинные волны потустороннего мира. Начал прислушиваться более внимательно. Это случилось около двух лет назад. Я оказался свидетелем разговора… хм… наверное ты беседовал с Химерой. Отправлял демона для заключения контракта на продажу души с каким-то театральным режиссёром. Сказал, мол, тебе хочется организовать в Аду настоящий театр. А то скука смертная. И еще вы в тот раз обсуждали как раз Договор. Мол, людишки так глупы. Искренне верят в потусторонний мир, но у них не хватает ума, чтоб понять, что это за мир. Хотя правда лежит буквально под их носом. И ты знаешь, так мне стало обидно. А еще я понял, вы, чёртовы демоны, обманули людей с этим Договором. И это дало вам возможность охотиться в нашем мире.

— Ээээ, нет! — Я поднял руку, останавливая словесный поток Маркова. — Ты давай-ка, не путай хрен с трамвайной ручкой. Как вы, смертные, говорите. У вашего правительства было право выбора. Ясно? Их никто не заставлял. И мы к вам не лезли. Химера попала к тому учёном совершенно случайно. Мы вообще никаких контактов не планировали. Но раз уж так вышло, я сделал предложение тем, кто захотел вести диалог. Их это предложение устроило. Заметь, даже Отец не вмешался в ситуацию. Значит, он был непротив. В вашем мире до черта и больше всякого дерьма. Маньяки, извращенцы, потенциальные убийцы, садисты, просто опустившиеся наркоманы. Мы не трогали тех, кто не попадает под Договор. Даже в зоне Охоты мы всегда выбирали того, кто достоин смерти от рук демона. Взамен давали определённую помощь. Какие могут быть вопросы?

— Люцифер, Люцифер…– Марков покачал головой. — Ну видишь, ты и сейчас держишь меня за идиота. Ты же Князь Лжи. Я видел, как работает твое «чего ты желаешь больше всего». Сто процентов так же было и с подписанием Договора.

— Ясно. Ну ок. Пусть так. Не собираюсь тебя переубеждать. Это так по-человечески. Вы, как всегда, в своем глазу не видите бревна.

— Да! Да! Я знаю, что прав. — Неприятно взвизгнул патологоанатом. — Потому что два года наблюдал за тобой, за остальными демонами. Кстати…Я слышал твои мыслишки про Лилит. Про Сердце. Про силу. Как ты собирался выкрасть его, чтоб вернуть себе и спрятать. Ты однажды понял, что неосмотрительно отдал в руки Отца очень сильное оружие против себя. А так как родственные отношения у вас довольно-таки странные, осознал, что однажды Отец использует его против тебя. Я продолжил слушать все, до чего мог дотянуться, и думал. Сердце Лилит… Знаешь, не был уверен, но решил, что, пожалуй, им можно воспользоваться. Дело было за малым. Требовалось достать его из Ада. Сам-то я туда не ходок. И вот тут мне пригодилась Сергеева. Вернее, суккуб, который в ней сидел. Только демон может войти в Ад и спокойно выйти обратно. Я нанял эту дамочку. Пообещал суккубу еще более подходящее тело. К тому же, Сергеева относилась к той группе недовольных адовцев, которые собирались в «Зелёном гоблине». Она мечтала получить во власть демонов весь мир смертных. Ты вот говоришь, что люди глупы. Но я в ответ скажу, не глупее демонов. Эти идиоты поверили в историю, будто приход Хаоса позволит им стать властителями человеческих жизней. Будто они станут жить и править в мире смертных. Оказывается, существование в Аду далеко не всем по душе. Говорят, очень опасное место. Мы заключили сделку с Сергеевой. Я сказал, где лежит Сердце. Она забрала его и принесла мне.

— А потом ты ее убил. Конечно… — Я усмехнулся. — Только Говорящий мог узнать, как убивают суккубов. Действительно… Слушай… А зачем вообще были эти сложности с телами девушек, которые ты поручил искать Мальденбург-Ольшанской? Или не ты? А-а-а-а-а… Черт… Точно. Ты просто послал к ней кого-то из моих идиотов…

— Да. — Марков кивнул. Вид у него при этом был донельзя довольный. Наверное, Степан искренне считал себя гением и наслаждался минутой славы. — Суккубы… Ну мне нужно было как можно больше демонов втянуть в эту авантюру. Во-первых, чтоб разобраться, как вообще можно влиять на адовцев. Мне же предстояла встреча с тобой. Я к ней готовился. Считай, это был психологический эксперимент. Плюс — я заведомо понимал, мне понадобится исполнитель. Сам я Сердце Лилит забрать не смогу. Искал, так скажем, достойного. Из всех демонов Суккубы оказались наиболее подходящими. Они безумно жаждут жить здесь, среди людей. Им так нравится питаться эмоциями. Знаешь, эти дамочки, уж извини за откровенность, трахаются как кролики. Абсолютно ненасытные особы. Ну а Сергеева… Ее, да, пришлось убить. Она ведь понимала, что украла вещь у самого Люцифера. Боялась тебя. Химера, которая с ней жила, испугалась. Так понимаю, Сергеева, дура, поделилась с ней своим небольшим приключением. Похвасталась. В общем… Они обе начали мне мешать. Но когда ты появился на работе Сергеевой, Рыжкова испугалась. Она подумала, что ты пришёл за ней. Наказать. Вот и сиганула так, чтоб сдохнуть. Однако ты оказался неугомонным и превратил ее в голема. Снова пришлось придумывать выход из ситуации. Сделал тебе эту замануху, привлек вампиров. Ну и заодно решил исчезнуть. Меня беспокоила эта чертова Метка. Кроме того, честно говоря, устал разыгрывать из себя соплежуя-идиота. Ты еще, как назло, выкручивался из всех ситуаций. Вот уж действительно… Князь Лжи. Рыжкову в итоге использовал чисто для того, чтоб тебя запутать. Подсказал одному из тех придурков, что искренне тебе поклоняются, мол, убей, принеси в жертву. Сможешь вызвать дьявола. Люди на много способны ради своих хотелок и ради мании величия. Там, правда, вышло все не так, как хотелось. Химеру заманила Пифия. Но, видимо, сказался тот факт, что голема создал ты. Разнесло все к чертям собачьим. Впрочем, теперь уже неважно.

— Подожди… — Я снова взмахнул рукой, останавливая Маркова. — Раз уж у нас столь откровенный разговор сложился… Метка. Откуда она?

— Да… Метка… Это была проблема. Видишь ли… Метку я поставил сам себе. Случайно. Когда подслушивал тебя и остальных демонов, попытался разобраться в ваших заклятиях. Там столько всего интересного, оказалось. А самое главное, я выяснил, что использовать эти заклятия могут не только демоны. Пифия помогла. Она давала мне немного своей силы для экспериментов. Я, оказывается, умею пропускать ее через себя. Так я смог создать големов по твоему рецепту. Не совсем хорошо вышло, конечно. Думаю, это из-за той разницы, которая имеется между демонской сутью и возможностями Пифии. Какая-никакая а все же практически богиня. С Меткой получилось нелепо, признаю. Неудачный итог неудачного эксперимента. А главное, я даже не знал, что умудрился поставить ее сам на себя. Пока не случилась та забавная вечеринка в церкви. Все должно было пройти гладко. Нефилим, Падший и Говорящий. Идеальное сочетание. Но ты выпустил этого долбаного паука и я просто охренел. Пришлось решать вопрос. Опять же, для этого мне требовалась помощь. А помочь могли только здесь.

Марков сделал широкий жест рукой, обведя круг в воздухе.

— Пресловутый Тринадцатый отдел не сидел просто так. Они все эти годы пытались изучать сущностей. Боялись. А вдруг однажды эти сущности выйдут из-под контроля. Кое-какие подвижки у них имеются. Но по большому счету это была идея Пифии. Она подсказала, как лучше поступить. Метка могла принести проблем и опять в самый неподходящий момент.

— Пифия… — Я покосился на стоявшую истуканом дамочку. — Ты повелась на бредни этого человека ради возможности вернуть прежних богов, да?

Она в ответ улыбнулась холодно, как ожившая Снежная королева. Черт… Наверное, я начинаю понимать, зачем Отец отправил их во Тьму. Если мелкие божки отличаются таким мерзким характером, могу представить, чего ждать от богов высшего порядка.

— Мальчишка оказался не так прост. — Пифия говорила и смотрела мне прямо в глаза. — Он пришел с планом. И предложил то, чего я жду веками. Да, ты верно оценил мою цель. Я очень долго притворялась. Служила твоему Отцу, чтоб исправить содеянное им. Но теперь…Хаос все снесет, а потом придут они, мои братья и сестры. Усмирят его, как раньше. А я буду… ну, скажем, главным менеджером нового порядка. Марков дал информацию, как дергать за нитки людей, где взять ресурсы. К примеру, эти солдатики, Тринадцатый Отдел… пешки. Его пешки, которых вела я.

— Ясно… — Я снова посмотрел на Маркова. — Слышишь, Стёпа… Этим товарищам ты настучал? Про меня, про Ад?

— Естественно! — Марков хохотнул. — Пришел вместе с Пифией. Все рассказал. Ну как все… Сообщил ребятам радостную новость, что они сотрудничают с самим дьяволом. Скажем прямо, они не сильно удивились. Были уже подозрения. Но мы нашли общий язык. Правда, я не рассказал им про Хаос. Они искренне считают, будто в итоге получат контроль над ангелами и демонами. Поэтому хотели заполучить себе твоего родича. Дураки… Я им сразу говорил, что не выйдет. И Пифия говорила. Потом этот идиотский план с могилой Гавриила. Знаешь, как сложно было добыть его перья? Пришлось снова задействовать Пифию. Она же типа предсказателя, видит все… Ах, черт, да… Зачем я тебе об этом говорю. Ты сам знаешь. В общем, она подсказала, в какой момент и где появится Гавриил. Типа, он вестник, особо активизирующий перед концом света. Приходит к смертным чаще обычного. Ищет тех, кто поможет избежать печального финала. У ваших этих Архангелов радар какой-то что ли стоит. Неважно. В общем, была жалкая попытка напасть на Гавриила. Но в итоге смогли только надергать перьев, пожертвовав некоторым количеством солдат. Он решили, что могила будет отличной приманкой для тебя и Михаила. Очень уж сильно Тринадцатому отделу хотелось заполучить не только дьявола, но и представителя другой стороны. Руководство уже строило грандиозные планы. Чуть ли не мировое господство себе напридумывали. Ну да черт с ними. Они дали мне это место, охрану. Думали, рулят ситуацией. Идиоты. Как и ты.

— Ты хоть понимаешь, что творишь, дурачок⁈ — Спросил я Маркова ласковым голосом. — Хаос не создаёт. Он пожирает! И тебя сожрет первым!

— Возможно, — пожал Степан плечами. — Но это будет конец вашего мира. Мира Бога, мира Дьявола. Где такие, как я — просто передатчики. Но Говорящий — не просто радио, Самаэль. Я — идеальный проводник. Мне нужна только кровь Падшего — твоя. И Нефилима. Катализаторы. Чтобы открыть дверь. А Сердце Лилит — усилитель сигнала. Оно же поможет с тобой разобраться.

— Стёпа… — Я покачал головой, с сочувствием глядя на патологоанатома. — Знаешь, а ты не так уж был неправ, когда думал, будто сошел с ума. У тебя крышу сорвало. Ты сам возомнил себя Богом. Так бывает у вас, у смертных, когда вы получаете возможности и способности, которые не в силах выдержать.

— Хватит болтовни! — прошипела Пифия.

Дамочка явно не любит долгих прелюдий.

Ее глаза впились в меня. В тот же момент древняя сила начала собралась вокруг Пифии, искажая воздух.

М-да уж… Папа выпустил ее из Тьмы полностью ослабленную. За это время хитрая дрянь знатно восстановилась. Просто копила свою энергию, преумножала ее и ждала подходящего момента.

Сердце Лилит на постаменте вспыхнуло ярче, отзываясь на призыв.

— Сначала кровь Падшего! — Произнесла Пифия голосом, в котором слышались тревожные раскаты грома.

— Не сопротивляйся. — Марков решил напоследок вставить свои пять копеек. — Ты дьявол, не вопрос. Но тут — Сердце Лилит. Я знаю, что для тебя оно губительно и опасно. Я знаю, что сейчас ты достаточно слаб. Сила артефакта блокирует твои возможности. Ты все равно ничего не сможешь сделать.

Чертов патологоанатом… Стоумовая хитрая тварь. Все просчитал. И да, он прав. С момента, как мы оказались в этом помещении, я почти не ощущал свой Флёр. Потому и хотел напасть на Пифию банально и грубо. Просто шандарахнуть ее по башке, а потом спрятать Сердце. Должна же быть где-то здесь коробка, сделанная Отцом? Не могли они ее выкинуть. Но… Все пошло куда-то не туда и как-то не так.

Пифия вскинула руки, вытягивая силу Хаоса, которая питала Артефакт. Из ее ладоней ударил луч иссиня-черной энергии, усиленный мощью Сердца. Он летел прямо в меня. Это было не просто разрушительно, это было что-то древнее, способное разорвать саму суть любого существа, даже такого, как я.

Черт, это действительно опасно. Придется побегать кругами, попутно соображая, как выкрутиться. Ибо я подыхать не собираюсь. Мне как-то необходимо призвать Михаила. Он нужен сейчас.

Только я собрался сорваться с места, чтоб избежать встречи с черным лучом, напитанным силой Хаоса, как все события уже привычно свернули в сторону, которой никто не ожидал.

— Нет!

Это был женский крик и он явно не принадлежал Пифии.

Майор Машурина. Она очнулась. Думаю, девочка Маша, на самом деле, была в сознании все это время, просто пыталась разобраться в ситуации и понять, что происходит. Оковы, смазанные кровью Химеры, причиняют ангелам неудобство, но не убивают их и не наносят смертельных ран. А зная блондинку, вообще ни разу не сомневаюсь, что она могла изображать спящую красавицу последние минут двадцать, чтоб придумать стратегию поведения. Уголовный розыск во всей красе.

Однако пробуждение Марии Семёновна не было единственным сюрпризом. Она вдруг натурально взревела от ярости и…

— Упс! — Высказался я, заодно молниеносно переместившись на пару метров в сторону от того места, где только что стоял. Луч пролетел мимо и врезался в стену. — А вот и случилась у нас та самая инициация…

Глаза майора Машуриной полыхнули чистым светом. Цепи, сковывавшие ее, раскалились добела и лопнули с оглушительным треском. Из спины нефилима вырвались два мощных белоснежных крыла, а в руке материализовался сияющий меч.

И кстати, если явление гладиуса меня не удивило, то к крыльям я был не готов. Дети ангелов не имеют их. Невозможно!

Этот секундный шок, который у меня вызвала столь странная инициация, оказалась роковой. Я завис на мгновение и Пифия снова выпустила силу Хаоса в мою сторону. Она торопилась. Только что пробудившийся нефилим представлял опасность и дамочка это знала. В момент инициации в ангельских детишках происходит нереально мощный скачок Благодати.

— Не тронь его! — Крикнула Мария Семеновна, а потом совершила несусветную глупость. Бросилась наперерез лучу Пифии

По сути, майор встала между мной и атакой, выставив перед собой светящийся меч. Луч ударил в клинок. Вспышка света и тьмы ослепила на мгновение всех присутствующих. Машурину отбросило назад.

Пифия взвыла от ярости, не ожидая такого отпора от полукровки.

— Глупая девчонка! Ты лишь отсрочила неизбежное! — Рявкнула она.

Мария Семеновна не ответила. Нефилим вскочила на ноги и бросилась вперед. Но, как оказалось, здесь никто не собирался сражаться честно.

Под ноги блондинке кинулся Марков. Это был подлый прием. Чисто машинально майор среагировала, будто могла причинить вред человеку. Благодать, она такая. Все время пытается защитить смертных.

Пока внимание Машуриной переключилось на Степана, Пифия сделала неуловимое движение рукой. Тень от Сердца Лилит метнулась по полу и ударила Марию в спину — не смертельно, но достаточно сильно, чтобы сбить с ног. И тут же следом прилетел черный луч, направляемый Пифией.

Майор вскрикнула, ее крылья обмякли и рассыпались золотистым светом. Она обернулась ко мне. В глазах нефилима на мгновение промелькнуло что-то странное…

А потом… Гладиус исчез, как и крылья. Майора медленно начала пожирать тьма. Впервые я видел, как убивает Хаос. Вот только сделать ничего не мог. Мой единственный рывок, который помог увернуться от удара Пифии, забрал остаток сил. Пока Сердце Лилит здесь, я слаб, как смертный.

Честно говоря, думал, все. На этом мы закончим. Да, Пифия, защищаясь от Машуриной, лишила сама себя ее крови. Для ритуала ведь нужна именно кровь. Но эти крайне изобретательные сволочи непременно что-то придумают. В конце концов, по городу бегает Архангел. Ну или не бегает. Сидит. В гостинице. А меня, похоже, сейчас просто привяжут к чертовому Сердцу и будут держать обессиленным, пока не решат вопрос со вторым компонентом.

Но, как оказалось, вечеринка еще не закончилась. Стены бункера знатно тряхнуло. Взорвался золотой свет и в воздухе запахло дождём. В центре зала, как рояль из кустов, возник Михаил. Лицо суровое, в каждой руке — огненный меч. Классика жанра.

— Пифия! Твое время истекло! — Прогремел брат.

Любит он пафос. Прямо медом не корми, дай только возможность театрально обставить свой выход.

В общем-то, схватка была короткой. Пожалуй, ее и схваткой стыдно назвать. Меч Михаила прошел насквозь Пифии, которая с громким воплем (неоригинально) рассыпалась в прах. Туда ей и дорога.

Затем Михаил повернулся к Маркову, который, поняв, что дело пахнет керосином, попытался смыться. Он даже успел пробежать шагов десять.

Архангел вскинул руки. Золотые цепи (тоже классика) вылетели, обвивая патологоанатома. Марков заорал. Да, чертовски ему сейчас неприятно. Я знаю, как работают оковы Светлых. Проходил лично. Цепи стянулись, блокируя не только тело, но и дар Говорящего.

Соответственно, радио перестало вести свою передачу. Связь с Хаосом оборвалась. Буквы, начертанные на полу,, потухли, Сердце Лилит прекратило биться. К счастью. А то меня нервировал его слишком живой вид.

Михаил подошел к алтарю, взял Артефакт. Затем вытащил из ниоткуда коробку. Такую же, как и была, но только… новую!

— Твою мать, брат! Ну ты и гнида, конечно! — С чувством высказался я. — Все это время Отец был в курсе. Не так ли? Он знал, что в мире смертных что-то затевается. Но не мог вмешиваться напрямую. И Архангелы не могли. Вы просто подставили меня, сволочи! Вовлекли во всю эту авантюру, чтоб события пришли именно к такому итогу!

Архангел смотрел на меня молча и в его взгляде было чувство вины.

— Всегда знал, что вы, Светлые, редкостные гады… — Я покачал головой. — Девочку то зачем? А? Ты ее использовал, чтоб через Благодать Нефилима проникнуть сюда. Светлые не ходят сквозь пространство. А ты прошёл. По ее следу? Ты знал, что она погибнет, да? Знал, что случиться инициация. Ты все просчитал. Вернее, вы с Отцом. Поэтому людишки смогли подловить Гавриила. Он просто им это позволил. Вестник не петух, чтоб с его хвоста можно было запросто надёргать перьев.

— Слушай…

— Заткнись, а⁈ Вернее, заткнись со своими оправданиями. Просто скажи. Ты знал?

— Самаэль… Так надо было, чтоб спасти всех. Нефилим… Ну я не планировал этого изначально. Просто, пойми, девочка мне не чужая. Она Светлая. Однако… Пришлось рискнуть. Мы же чувствуем друг друга. Девочка была тобой увлечена. Я предполагал, что она будет готова пожертвовать собой, чтоб спасти тебя…

— Какие же вы… Блин… Твою ж сука мать. Дай сюда!

Я шанул к Архангелу и вырвал из его рук шкатулку с Сердцем Лилит. Так как Артефакт снова был закрыт, я получил доступ к своему Флёру.

— Забираю. Это — мое! И проваливаю в Ад. Мои каникулы окончены. Этот… — я кивнул на связанного Маркова, — Надеюсь, он ответит перед вашим судом. А эти…

Я махнул рукой в сторону двери, намекая на Тринадцатый Отдел,

— Пусть сами разгребают. Достали вы меня. Все!

Я обернулся и посмотрел на большое черное пятно, которое осталось от тела майора Машуриной. Девочку жаль. Очень. Она не заслужила такого.

Внутри была какая-то пугающая пустота. Михаилу я больше не сказал ни слова. Это был лишним. Я возвращался домой.

Эпилог

Которого не должно было быть, но я решил его все же написать

Я сидел на своем троне в самом сердце Ада. В городской ратуши Пандемониума.

Вдалеке, где-то в районе шестого круга, привычно выли грешники. Сегодня они что-то сильно разошлись. Демоны сновали по ратуше, стараясь производить как можно меньше шума, чтоб не привлекать мне внимание. После возвращения я почти всегда пребывал в очень дурном расположении духа. Меня бесили абсолютно все.

Даже Падшие притихли. Совет перенесли на неопределённое будущее. Очень неопределённое и очень далекое.

— Я не собираюсь получать по башке из-за того, что наш Владыка в гневе. — Заявила Астарот и смылась в Сады Боли, заниматься созданием нового вида демонов.

Остальные ее поддержали. Особенно Азазель. Я пытался убить его козла, чтоб повесить голову этой скотины в Праздничном зале своего дворца. Азазель расстроился. В итоге его уже несколько дней никто не видел, а чудом выжившего козла тем более.

Белиал был занят наказанием адовцев, оказавшихся в составе заговорщиков. Мамона срочно затеял внеочередной финансовый отчет.

В общем, все активно изображали максимальную занятость делами, лишь бы только не пересекаться со мной.

Сердце Лилит я спрятал в комнату Нигде. Туда ходу нет никому кроме меня. Вообще никому. Так спокойнее.

Оно больше не было символом власти или победы. Теперь оно ощущалось… иначе. Как напоминание о предательстве и… потере.

Ярость на Маркова утихла, сменившись холодным презрением. Человек. Слабый, завистливый, обуреваемый гордыней человек, который чуть не уничтожил все сущее из-за обиды на свое место в мире. Патетично.

Но вот образ майора Машуриной никак не отпускал… Ее последний взгляд… Ее жертва… Это вызывало незнакомое, тревожащее чувство. Раздражение? Благодарность? Чушь. Я — Люцифер. Я не испытываю таких эмоций к смертным. Особенно к нефилимам.

Внезапно воздух передо мной замерцал, и появилось слабое золотистое свечение. Я напрягся. Этого только не хватало. Архангелы не ходят в гости к Падшим, а подобные световые эффекты могут говорит лишь об одном. Сейчас явится кто-то из братьев.

Свечение ярко вспыхнуло, рассыпаясь искрами, и погасло. Посреди главной залы Ратуши стояла…майор Машурина.

Сказать, что я просто охренел, увидев ее, это ничего не сказать.

Она выглядела почти так же, как при жизни, только на лице блондинки не было усталости, а в глазах мерцал мягкий ангельский свет. Ну и конечно, отсутствовала полицейская форма. Она нарядилась в простое белое платье. Ни крыльев, ни меча. Значит, точно визит вежливости.

— Мария Семеновна? — Я приподнял одну бровь. — Не рановато ли для визитов из Рая? Или ты заблудилась по дороге к Папочке? И почему ты вообще жива, не понимаю. Хаос должен был убить тебя окончательно и бесповоротно.

Блондинка слегка улыбнулась. Надо признать, улыбка ей шла.

— Я вознеслась, Люцифер. Как Нефилим, павший в битве со злом. Мне предложили место на Небесах.

— Тогда какого дьявола ты делаешь здесь? — спросил я, чувствуя, как возвращается привычное раздражение, смешанное с чем-то еще.

Нет, вы посмотрите на эту особу! Я тут сижу, значит, переживаю из-за ее гибели. А она — вознеслась!

— Я попросила отправить меня сюда, — Мария Семеновна пожала плечами, словно извиняясь за свои слова, и обвела взглядом зал Ратуши. — В конце концов, за таким, как ты, нужен глаз да глаз. Мало ли что снова удумает Владыка Ада. Отец был не против. Ой, нет…

Заметив, что мое лицо стало еще более удивленным, блондинка тихо рассмеялась махнув рукой.

— Не твой Отец. Его я даже не видела. Видимо, не доросла до столь большой чести. Мой отец. Это, оказывается, Михаил. Представляешь? Там какая-то история внезапно вспыхнувшей любви со смертной. Говорит, очень сильно был ею увлечен. Поэтому я, вроде как, не совсем обычный нефилим. Гладиус, крылья… Вроде бы отец поделился частью Благодати с матерью, когда они меня зачали. Ну не специально, конечно. Так вышло. Поэтому у она и умерла, мать. Не вынесла во время родов этой Благодати, сосредоточенной во мне. Меня не бросали. Я реально сирота. В общем, по блату было решено удовлетворить мою просьбу. К тому же, Большой Босс решил, что тебе не помешает личный сторож в моем лице. Буду теперь за тобой присматривать.

Она стояла посреди Ада, бывший майор полиции, Нефилим, избравшая вечность в Аду вместо покоя на Небесах, чтобы присматривать за мной.

Я откинулся на спинку трона, разглядывая Марию Семёновну. Впервые за очень долгое время будущее показалось мне… непредсказуемым. И, возможно, чуточку менее скучным.

Nota bene

Книга предоставлена Цокольным этажом, где можно скачать и другие книги.

Сайт заблокирован в России, поэтому доступ к сайту через VPN. Можете воспользоваться Censor Tracker или Антизапретом.

У нас есть Telegram-бот, о котором подробнее можно узнать на сайте в Ответах.

* * *

Если вам понравилась книга, наградите автора лайком и донатом:

Падший–3

Content

Падший–3

Глава 1 Самая изощренная хитрость дьявола состоит в том, чтоб уверить вас, будто его не существует…

Глава 2 Самый лучший способ подбодрить себя — это подбодрить кого-нибудь…

Глава 3 Средства для достижения цели всегда имеются, их только надо увидеть в том, что тебя окружает…

Глава 4 Настоящий друг рядом с тобой, когда ты не прав…

Глава 5 Повседневные неприятности никогда не бывают мелкими…

Глава 6 Иногда ты должен говорить правду, сколько бы у тебя не было грязных тайн…

Глава 7 Настоящая магия — взять несколько сильных одиночек и заставить работать их вместе

Глава 8 Сделки с дьяволом интересны тем, что не всегда понятно, с какой стороны дьявол…

Глава 9 Люди охотнее верят в дьявола, чем в свет и добро…

Глава 10 Могут стрелять по мне, а зацепят вас…

Глава 11 Победитель — не тот, кто в самой быстрой машине, а тот, кто отказывается проигрывать…

Глава 12 Неважно, сколько планов мы наметили, мы никогда не знаем, как наш день закончится…

Глава 13 Настоящий мужчина хочет двух вещей: опасности и игры…

Глава 14 Нам всегда есть что скрывать…

Глава 15 Самый верный признак истины — простота и ясность…

Глава 16 Когда вам покажется, что цель недостижима, не изменяйте цель — изменяйте свой план действий…

Глава 17 Неожиданное окончание вызывает больше эмоций, чем ожидаемое продолжение…

Глава 18 Величайший враг прячется там, где вы будете меньше всего искать…

Эпилог Которого не должно было быть, но я решил его все же написать

Nota bene