Семеро. Том 3

Интерлюдия 1

Корабль

Корабль спокойно дрейфовал, заняв свою орбиту вокруг газового гиганта. Все исследования, которые только могла произвести Аврора, были произведены. Все они показывали, что если активности никакой нет, особенно тепловой, то противник практически со стопроцентной гарантией не заметит колониальный корабль. Но энергия заканчивалась. Факт оставался фактом. Все эти исследования привели к тому, что пришлось делать пересчёт, на сколько дней её хватит… а потом врать Элеоноре, что до этого были ошибки при начальных подсчётах. Та поверила, сетуя на машинный разум.

— Обманывать ИИ, который сам может распознать ложь… на такое способен только другой ИИ, — приоткрыл глаза командир корабля. — Аврора… что там вообще у них на планете происходит? Как успехи? Как долго нам тут ещё… умирать?

— Успехи… относительны, командир, — слегка замялась помощница. — Они успешно покинули базу, заминировав её всю, но при этом часть ресурсов им пришлось бросить, в том числе из разряда «чувствительные». Критическими их назвать сложно… но они важны в реализации дальнейших планов.

Дальше Аврора показала план, который составил Яррив Одиннадцатый. Все пункты, которые были проработаны им, его командой и, что самое главное, одобрены Элеонорой. Каждый момент был прописан, всё, что было сделано, оказалось отмечено. Таких пунктов было немного, но их выполнение повышало шансы на успех миссии.

— То есть они заманили противника в ловушку и устроили взрывы? — усмехнулся командир. — То есть нашего противника не смутило, что вот так всё было брошено, оставлено?.. Они что, совсем идиоты? Или просто прикидываются?

— Все мои анализы показали… что они просто не приспособлены к борьбе с таким противником, как человек, — спокойно говорила Аврора. — Их тактики слишком прямолинейны, никакой хитрости, никаких засад. Даже когда началась атака на саму временную базу, они сначала показались из воды, дав о себе знать Лие. А это сыграло с ними злую шутку. Она смогла своевременно предупредить лагерь… вы этот доклад читали.

— Скорее, просто посматривал на него, — покачал головой командир. — Но чёрт… они же должны были понять, что если оказался заминирован сам лагерь, то и в других местах наши могли устроить им сюрпризы, которые им не совсем понравятся. Я этого не понимаю…

— Скорее всего, в их истории не было колоссальных боестолкновений, — начала размышлять Аврора, — а если учитывать их происхождение, а это с высокой долей вероятности выходцы из морей и океанов, то им хитрость просто не нужна была. В воде толком не спрятаться, особенно при масштабных наступлениях. Поэтому их основы ведения боя так разительно отличаются от наших, как и отношение к оставлению базы.

— Но они могут этому научиться у нас, — пробурчал себе под нос командир.

— Вполне вероятно, что они уже запустили процессы обучения и понимания, — с осторожностью и опаской предположила Аврора. — Если так… то у нашей группы могут возникнуть проблемы. Пока враг действовал открыто и в основном в лоб. Даже старался держать некую дистанцию, что было замечено при наблюдении за БПЛА противника.

— Но при этом они уничтожили три наших корабля, чтобы избавиться от проблемы ещё на подходе… — сжимал ослабшие кулаки командир. — И это точно была засада. Я уверен. Первоначальные данные про семь часов… слишком дико звучат для такой цивилизации, как у них. Нет. Они ударили, так как ожидали нашего появления. Ударили с расстояния, но точно не за семь световых часов.

— Наземная команда тоже пришла к соответствующим выводам, командир, — с едва заметным восторгом уточнила Аврора. — Они проанализировали вооружение и тактику противника… и смогли понять. Правда, если они устроили засаду в космосе, то что им мешало устроить засаду на суше? Или засады в космосе не было, а мы просто не заметили врага?

Командир задумался. Он больше склонялся к тому, что враг был просто не замечен. Так как планировалось прибытие в точку сбора, сканеры были переведены в дежурный режим, активной работы не предполагалось… а атака была неожиданной. Враг не устраивал засаду, он просто ждал в стороне, в прямой видимости датчиков и сенсоров. А когда наступила пора — ударил.

Этой идеей он поделился с Авророй уже мысленно. Попросил воссоздать картину местности и попробовать найти точку, откуда мог быть нанесён удар. Ведь внешние камеры и часть датчиков все же работали, ведь тот же космический мусор нужно было как-то отслеживать.

— Активная работа моих вычислительных процессоров… — с осторожностью говорила корабельная помощница, — может привести к повышенной трате энергии. Или мне это делать на те проценты, которые дозволительно использовать?

— Второе… — еле выдавил командир, ибо силы его уже покидали, а сон всё сильнее обволакивал его естество.

— Тогда это займёт приблизительно… пять суток, — с небольшими помехами в голосе проговорила Аврора. — Слишком много деталей необходимо воссоздать в трёхмерной модуляции…

— Доклад по готовности, — ещё тише добавил командир, после чего его дыхание стало тихим и мерным.

Уснул. Больше он не мог держаться. Сил у него практически не было. Ранения и перенесённое, как оказалось, инфекционное заболевание сильно подкосили его здоровье. Все анализы и прогнозы показывали — через два месяца он гарантированно умрёт. А если отключиться от всех систем, обеспечивающих его жизнь в данный момент, то и недели не протянет.

Но он был к этому готов. Ведь его задача была проста — посадить корабль и запустить процесс пробуждения. Но в дальнейшем… он на миг раскрыл глаза, так как в его разуме сформировалась идея, как избежать гибели стольких людей.

— Аврора… приоритет… связь с Землёй… задача… передать… возможное решение проблемы… Яррив… на космическом корабле… р… рост…

— Будет исполнено, — в замешательстве ответила она, после чего начала думать, даже додумывать, что именно хотел сказать командир.

В её электронных «мозгах» тут же начали блуждать электроны и кванты. Тысячи версий с доступной скоростью прорабатывались, формируя нужную мысль. Во-первых, ей нужно было понять, что означает упоминание Яррива. Он искусственный человек, разум которого «вырос» в виртуальном мире. Это первый постулат. Второе, раз он рос в виртуальном мире, то его тело было просто выращено, а разум потом туда был подселён. Процесс, который требует колоссального количества энергии. Но при работающем реакторе это возможно обеспечить, а с учётом скорости текущих перелетов — вполне реально было подготовить новых людей. Поэтому и было второе упоминание — про космический корабль и рост. Можно было подумать, что это про рост самого корабля, то есть про его размеры, но нет.

Завершив формирование мысли, чёткой и понятной, Аврора включила квантовый передатчик и начала формировать сообщение. Выход из столь плачевной ситуации крылся в том, что на новые планеты нужно было гнать корабли-пустышки, на которых будут установлены капсульные инкубаторы, по типу тех, в которых рос сам Одиннадцатый. Только на этот раз должен быть подготовленный банк данных с нужными разумами, которые уже прошли обкатку. Правда, их придётся держать в холодном резерве, пробуждать, записывая на биологические носители.

— А требуется ли?.. — задумалась Аврора.

В её базах данных было упоминание про некий проект, подробностей не было, но именно истоком для разумов большинства ИИ стал именно он. И она прикрепила упоминание его к своему сообщению, после чего отправила. Если всё получится… то новые миры будут заселены весьма быстро и относительно безопасно для населения самой Земли. Они же не пострадают.

А что касается тех, кто уже погиб, кто ещё погибнет… то эта жертва дала понимание, как надо действовать в условиях Тёмного Леса. Когда не знаешь, что впереди, живой силой лучше не рисковать. Биоматериал же, как и металл, добыть в пределах Солнечной системы возможно всегда.

Глава 1

Сутки 20

— Какого хрена тут происходит⁈ — ворвался в реальность грубый, казалось, немного нетрезвый бас. — Что за дерьмо вы мне тут подсунули⁈ Где нормальные манипуляторы⁈ Где, мать вашу, сборочные линии⁈ Как я работать должен⁈ Что за дерьмокаркасы вы установили тут⁈ Что, кроме облучённого металла, у вас вообще никакого не было⁈ Вы вообще какой задницей думали?

— Ну, вообще-то у людей она одна, — осторожно пояснил Андреас, стоя напротив нового вычислительного центра нового ИскИна.

— И та с браком, — пробурчал Борис. — Значит так. Всё херня, начинаем сначала. Оптимальные схемы уже создал, с учётом конструктивных особенностей ваших машин. Вы, действительно, каким, мать вашу, местом думали, когда пытались создать все эти станки⁈ У вас крен на левый борт возникает из-за неправильного распределения веса. Из-за этого будет повышен расход энергии. А её и так расходовать будем до жопы… э-э-э… то есть слишком много. Так что давайте, братья-акробатья, хы, берём ноги в руки, жопу в зубы и начинаем перерабатывать всё. Чертежи я вам отправил. За сутки управитесь, благо косяков не так чтобы полно… а уже завтра будете вечерком пробные запуски станков делать… Главное — манипуляторы! Чтоб вас. Чтобы я в любой момент мог сам сборочную линию доработать.

— Жестоко он, — отрешённо проговорила Анна, ибо все слова Бориса транслировались, а девушка стояла на крыше первой машины, ибо было развёртывание маскировочной сети. — Он всегда такой был, Эль?

— Даже хуже, — рассмеялась виртуальная помощница. — Это он сейчас трезвый и злой из-за того, что выпить не может. Хотя его алгоритмы могут специально затуманить разум так, словно он выпил несколько литров его любимого пива. И что самое печальное… это весьма устойчивая черта характера, которая передалась от оригинала. Так что… терпите. Лучше него никого нет. Сами видите от него пользу. А вообще он душка, если мне отголоски памяти не врут.

— Врут, — буркнул Борис. — Так, я что-то не понял, а чего все застыли⁈ Я хоть и отвечаю только за промышленную часть вашей подвижной базы, но могу подключиться к глазам. Работайте, негры, солнце ещё высоко!

В этот момент все, кто был рядом с Джоном, скосились на него, а тот постоял пару мгновений тихо, а после взорвался заливистым смехом, причём таким, что даже согнулся в поясе практически пополам. Этот смех передался остальным, каждый начал потешаться над всей комичностью ситуации. Только Яррив стоял на крыше второй машины и просто улыбался.

Они совершили весьма долгий переезд. Практически три сотни километров без остановок. Они пересекли огромную долину, несколько десятков ручьёв, парочку маленьких рек, холмы и даже небольшие горы, найдя в них проход. И всё это только ради того, чтобы избавиться от внимания противника. Получилось ли у них? На этот вопрос ответит только время. Но они сделали достаточно большой крюк, сместившись с юго-восточного направления, относительно противника, на просто западное. Теперь враг был сугубо на востоке.

— Ладно, продолжаем работать, — проговорил командир, когда все более-менее пришли в себя. — Нам тут трое суток стоять придётся, чтобы завершить работы. Плюс очень много деталей разбросало тут по округе. Да и сколько по пути собрали. Нужно всё проверить и отбраковать. Продолжаем.

И команда продолжила. Пять человек занимались развешиванием и растягиванием маскировочной сети, двое стояли, распределённые на две машины, один устанавливал специальные столбы, чтобы скрыть контуры самих транспортных средств.

Сейчас начался тридцать первый день, если считать нулём тот момент, когда миссия будет провалена. Каждый понимал серьёзность происходящего, поэтому работы кипели, насколько могли вообще кипеть. Каждый немного стал инженером, каждому было объяснено, как работает тот или иной сложный инструмент. И было найдено достаточно листов стали, чтобы прикрыть чувствительные места каждой машины. И это предстояло сделать.

Когда первые две машины были полностью прикрыты со всех сторон, вся группа из пяти бойцов направилась в сторону третьей, отдельно стоящей. Ей не нашлось места в той низине, где они сейчас оказались, из-за чего припарковали её возле небольшого пролеска. Там тоже можно было создать эффект густого кустарника, благо его было достаточно вокруг.

В этот же мгновение внутри третьей машины под ругань и маты шла спешная работа по переработке уже существующих конструкций. Часть демонтировалась, часть, наоборот, дорабатывалась. Ничего до конца не убиралось, просто были доработки на основе проведенного глубокого анализа всего, что можно в данном случае проанализировать.

Рен слушал Бориса и улыбался. Он сам не понимал, чему именно, но улыбался. Его этот искусственный интеллект забавлял. Ему даже казалось, что был бы этот «хрен с ушами», как выразился виртуальный помощник, реальным человеком, азиат мог бы с ним как минимум нормально пообщаться. Уж больно сильно он располагал к себе. Открытый, взрывной и честный. Именно такие всегда требовались в войсках. Нужны были те, кто готов отстаивать свою точку зрения с пониманием того, что требуется.

Андреаса же раздражал этот новый помощник. Слишком назойливый, слишком навязчивый, слишком болтливый. Слишком… слишком! Именно так он думал про него, но всё же работал. В цифровых мозгах было много лишних слов, но они рубили правду-матку. В спешке двое мастеров не отследили тот момент, что могла пострадать машина. И не просто вызвать повышение потребления энергии, а именно пострадать. Программист запросил у Бориса развёрнутый анализ, где чётко между строк увидел, что подвеска просто разрушится при том темпе использования, какой был, например, сегодня ночью.

Но пришлось прерваться. Завтрак сам себя не съест, а проведённая ночь была не самой лучшей. Пришлось несколько раз просыпаться всем, так как объявлялась тревога. Датчики Андрея фиксировали странные объекты в небе и непонятные сигналы со стороны, где предполагалось наличие противника. Человек же это всё только подтверждал, после чего принималось решение изменить маршрут.

Сейчас же, когда маскировка была развёрнута в базовом варианте, можно было ненадолго прерваться. С расстояния теперь будет сложно определить, что тут кто-то есть, а цвет брони и высокая трава позволяли бойцам особо и не скрываться. Враг даже не обратит на них внимания.

На завтрак опять был салат. Не было времени запитывать после марша все системы кухни, так что Анна не заморачивалась, просто приготовила то, что могла приготовить за короткий срок. Просто. Быстро. Сытно. И что радовало остальных больше всего — вкусно.

После этого работы возобновились. Лия и Юмико занялись наращиванием маскировки. Трое суток на одном месте предполагали это. Враг должен быть убежден в том, что тут просто кусты и просто поля с подлеском. Современные системы позволяли это делать весьма убедительно, но всё же недостаточно. Высокочувствительное оборудование сможет обнаружить всё, что потребуется.

Также на них теперь обеих возлагалась задача обучать зверей. Перед самым сном было принято решение, что часть обязанностей нужно дублировать, что частично уже было реализовано. Нужно было как-то решить тот момент, что будет после смерти того или иного человека. Лия и Юмико должны были научиться полностью замещать друг друга, плюс обе должны были готовить хотя бы на приемлемом уровне. Яррив должен научиться мастерить своими руками всё, что только может, как и Джон. При этом все мужчины должны научиться обращаться со всем доступным тяжёлым вооружением. Судьба может бросить свои кубики так, что вероятность окажется не на стороне людей. И придётся рвать всё, что можно порвать, чтобы вывернуть ситуацию в свою пользу.

Пока две девушки занимались маскировкой, Яррив и Джон, уже имевшие некоторое понимание, как работать с нужными именно сегодня инструментами, занимались машинами. А требовалось на самом деле, даже сегодня, от них много. Переработать примерно половину всей обшивки второй машины, заменив листами, которые заранее сварил Рен, пока окончательно пробуждался Борис.

— Жопа, сколько дел, — уперев руки в бока, смотря на машину, проговорил темнокожий. — Так. Давай сейчас я залезу, прикреплю тросы, спущу тебе. Ты зацепишься, поднимешься и начнёшь раскручивать крепление обшивки поверху, а я займусь тем же самым понизу. Как тебе идея?

— Звучит как план, — кивнул командир, после чего осмотрел машину ещё раз.

Чипы колонистов подсвечивали, какие именно «листы» дерева требовалось снять. Тяжёлые, неудобные. Когда они будут убраны, вес машины уменьшится. Но при этом придётся переставлять огромное количество вооружения, активной защиты и различных датчиков. Отсоединять их, потом снова прикреплять. И всё это требовало времени. Всё это требовало кропотливой работы.

Но всё же бойцы начали работать. Молча. Спокойно. Размеренно. Как и договорились, Джон сбросил закреплённые за специальные поручни тросы, после чего спустился и начал работать внизу. Яррив же начал осторожно раскручивать крепления сначала вооружения, потом снимать датчики, передавая их напарнику, если была такая возможность, а если нет, то убирая на крышу машины.

— Радиодатчик, воздушный… инфракрасная камера… ультрафиолетовая… оптический диапазон… — начал перечислять медленно вслух командир то, до чего добирались его руки, что он снимал. — Как же много всего на эту планету вместе с нами прилетело… кто бы мог подумать.

— А сколько мы ещё не нашли, — сдержанно проговорил Джон. — Ведь сто с лишним капсул было направлено на планету. Все были сгруппированы по десять–пятнадцать штук. Только наш кластер получился самый большой. Примерно три десятка… и это спасло нам жизнь, к слову.

— В каком смысле? — не отвлекаясь от работы, решил уточнить у безопасника командир.

— Ну, смотри. В прошлом месте, на прошлой стоянке, упало всего восемь капсул. Все оказались там мертвы из-за того, что обшивка была во многих местах пробита. Слишком много мусора, мелких камней вокруг планеты. Это сыграло злую шутку с ними. В этом месте зарегистрировано около двенадцати капсул. И тоже признаков жизни ноль.

— Хм-м-м, — на миг завис Одиннадцатый, посмотрев на своего напарника. — Кажется, я понимаю, к чему ты клонишь.

— А тут и понимать особо нечего, — грустно вздохнул штурмовик. — И это стоит учитывать в будущих десантированиях из космоса, если такие будут предполагаться. Короче… внешний контур капсул оказался как живой щит. На моей капсуле тоже есть следы повреждений, но они не оказались критическими. А вот те капсулы, которые были во внешнем периметре, собрали куда больше повреждений… и часть развалилась из-за этого. То есть… нужно придумать систему защиты, чтобы капсулы без проблем падали из космоса.

— Если получится, — хитро улыбнулся командир, сняв пулемёт, который пришлось с усилием закидывать на крышу, — то у нас будет силовой щит. Мне даже интересно, что там будет за технология в итоге. Но я горю желанием её захватить… и отправить данные на Землю. Они нам помогут. Очень помогут. Даже если мы умрём сейчас… всё человечество сделает шаг назад, то в итоге мы всё равно выиграем от этого, так как сделаем подготовку для того, чтобы сделать два шага вперёд.

— Чёртовы шахматы, — пробурчал Джон.

— Скорее глобальная стратегия, — усмехнулся Яррив. — Скорее всего, на это и рассчитывал Хранитель. На родине у Анны есть интересная пословица… м-м-м… чёрт, забыл.

— Первый блин комом, — появилась она на крыше того же транспортёра, где сейчас и были два бойца. — Очень подходит под то, если мы все тут сдохнем. Только давай так… мы не будем помирать. А если умрём, то только ради уничтожения базы противника. Договорились?

— Уговор, — хмыкнул Яррив, протянув руку девушке и пожав её.

Дальше работа закипела интенсивнее. Подготовив всё к приготовлению обеда, нарезав всё, что нужно было нарезать, подключив всё, что нужно было подключить, девушка решила оказать помощь своим товарищам. Её никто не просил, ибо у неё могли быть другие задачи, но она смогла убедить Элеонору в том, что её помощь в разборке пригодится куда больше, чем в осмотре округи, притом что биом практически не изменился. Широта была та же, как и условия, которые сформировались тут.

Спустя примерно тридцать минут первый «лист брони» был полностью разобран. Благо, он крепился на стальной каркас, так что в дальнейшем никаких манипуляций не требовалось. Джон в одиночку, правда в броне, смог поднять тяжеленный лист, который требовалось закрепить, а командир его зафиксировал в нужном месте.

Сам лист был тонкий, всего сантиметр, что ничто по современным меркам, но даже он должен был спасти от того же огнестрельного оружия. При этом в планах с внутренней стороны укрепить броню ещё сильней, а самые уязвимые места прикрыть динамической защитой, если выйдет.

К обеду работы с одной стороной были практически завершены. Из четырёх участков было полностью сделано три, а четвёртый уже лишился всего навесного оборудования. Мало-помалу, но работы шли, а внешний вид металла добавлял уверенности. Только броню ещё предстояло покрасить, благо были нужные химикаты, чтобы синтезировать краску.

На обед же собрались все. Анна приготовила весьма вкусную похлёбку с использованием остатков птицы, запасы которой были заморожены, а также местного аналога картофеля. Что удивило девушку — он рос не под землей, как на Земле, а на ветках весьма большого дерева. И на одном дереве могло быть до полутысячи плодов. Много, очень много. И невероятно вкусно.

— То есть наших запасов теперь точно хватит до конца миссии? — с осторожностью уточняла Лия, следом отхлёбывая бульон из своей ложки. — Чёрт… как же вкусно.

— По крайней мере хранилище сейчас забито картофелем… местным. В сыром виде его есть запрещено, но при термической обработке все токсины оттуда выпариваются или сгорают, — улыбнулась она. — Проверено мной.

— Чёрт, как хорошо, что человечество достаточно развито для готовки! — восторженно воскликнул Джон, после чего протянул уже пустую тарелку Борцовой. — Мне добавки! Я хочу ещё! Это чертовски вкусно! Словно этот чёртов токсин стал чем-то… чем-то… ну вы поняли.

— Ага, — кивнул Андреас. — Мне тоже очень понравилось, но добавки я просить не буду, хотя очень хочется. Пойду дальше работать, если вы не против.

— Много ещё? — уточнил у него тут же командир.

— Ну… — задумался программист. — Сейчас мы полностью завершили перенос всех лишних и вносящих дисбаланс конструкций. Так что критический момент преодолен. Начнём создавать первые станки, а завтра уже будем заниматься манипуляторами. Так что к завтрашнему вечеру точно сделаем всё, что запланировал Борис.

— А батя говорил вам, задницы ленивые, что мы успеем всё сделать, ха-ха-ха! — расхохотался тут же ИскИн. — Так-то! А то: «Работ слишком много!», «Да у нас столько времени в сутках нет!» Дядя Боря всегда прав! Запомните это, сосунки!

— Он меня бесит, — с крайне «доброжелательной» улыбкой проговорил Андреас, после чего поднялся на ноги, встав с койки, трансформированной в кресла, после чего вышел из машины. — Работать, — пояснил тут же он.

Рен тоже не стал задерживаться. Слишком многое зависело от того, справятся ли они вовремя. Ведь Борис сможет уйти в автономию и даже ночью продолжать работы по самостоятельному воспроизведению. Не с такой скоростью, как могут это делать люди, но с достаточной, чтобы работы завершились раньше запланированного.

А дальше завод должен был заработать в полной мере, создавая все необходимые элементы для повышения автономности, боевой способности, защищённости. И уже через десять дней планировалось выйти к старым рубежам, нанеся очередной удар по противнику.

Глава 2

Сутки 21

Остаток прошедшего дня ничем примечательным не выделился. Продолжались работы, все общались и узнавали друг о друге всё больше нового. Но… что было запланировано, то и было сделано. Маскировка наращена в необходимом объёме, броня на одной из машин в нужных местах заменена, а всё внешнее оборудование и вооружение переставлено, манипуляторы для Бориса готовы.

После этого была такая же спокойная ночь. Никаких происшествий, никаких новых взрывов, никаких странных сигналов. Всё штатно, всё спокойно, всё планомерно. И это сильно напрягало Элеонору. Она не могла поверить в столь чудесный исход событий, что враг вот так просто взял и отстал от группы. Нет, тут что-то другое. Враг что-то готовил, оставалось понять, что именно.

Но свои помыслы она раскрывать не стала. Просто продолжила корректировать работу аппаратуры, если это требовалось, помогала советами бойцам, да и просто следила за общей обстановкой, постоянно держа в курсе командира группы о том, что происходит вокруг.

Яррив же продолжал работать вместе с Джоном и Анной. Последняя на весь день сделала заготовки и спокойно отправилась помогать своим товарищам. На приготовление пищи у неё уйдёт теперь не более часа, остальное же время он спокойно могла посвятить другим делам.

Юмико и Лия начали обследовать не только места падений, но и возможные места для ловушек. Даже банальные, самые простые, которые можно было соорудить, — стоило оставить. Пещеры, подозрительные лощины, расщелины. Везде, где только можно было, девушки оставляли сюрпризы для врага, если он вдруг попытался бы их преследовать.

— А тебя не смущает, что и обычная живность может попасться во всё это? — с опаской и осторожностью уточняла у своей напарницы Лия.

— Смущает, беспокоит, нервирует и злит, — сжала кулаки девушка, но потом вздохнула. — Но ничего с этим не поделать. Тут выбираем либо выживание собственное, либо выживание местной фауны. Я выберу, пожалуй, первое. Я несколько лет жила в лесах… и это не особо мне мешало расправляться с тварями, которые мне не давали жить.

— Как знаешь, — с облегчением произнесла разведчица. — Кстати… тут полно наблюдателей. Не обращала на это внимания? Много… антропоморфных древесных зверей вокруг.

— Обратила, — кивнула Юмико. — Но они ближе чем на полсотни метров к нам ни разу не подбирались.

На этом их разговоры снова сошли практически на нет. Работы было много, и если они проговаривали какие-то фразы, то в основном насчёт дела. Модули, животные и дрессировка. Насчёт последнего общались чаще всего, ибо три «собаки» весьма быстро учились и уже начали понимать, когда нужно прекращать атаку и отступать.

Вместе с тем в третьей машине шла активная сборка сборочной линии. Сам Борис в этом активно участвовал, зачастую выступая помощником из разряда «Принеси, подай, иди дальше, не мешай». И ведь он не вмешивался, когда его не просили. Физически не вмешивался. Но шуточки отпускать любил. Андреас даже ещё раз уточнил, нормально ли встала модель его личности… ядро. Встало всё хорошо.

— Ненавижу этого… ИскИна, — проговаривал себе постоянно под нос Андреас, пока продолжал работать.

Эта мантра помогала ему держаться, поддерживать в себе силы, которые на самом деле были на пределе. Столько времени без нормального отдыха, столько времени в постоянном физическом тонусе… многие бы уже просто начали откладывать все дела на потом. Но не он, не их группа. Они должны были работать на износ, чего бы это им ни стоило.

— Внимание! — внезапно для всех раздался голос Андрея в динамиках. — Всем группам отряда затаиться! Обнаружено излучение от БПЛА противника. Движется в нашу сторону, но пройдёт в итоге южнее на три километра, если не сменит вектор. Повторяю: всем затаиться!

Андрею и Рену просто пришлось прервать работу, чтобы не было лишнего шума и вибраций. Враг вполне спокойно мог пытаться их обнаружить. Юмико и Лия нашли укромные места под корнями деревьев и забились туда, ощетинившись оружием. Джон, Яррив и Анна нырнули в первую машину, которой сейчас и занимались. У неё отсутствовал один отсек брони, но остальные всё ещё были прикрыты, так что их не было видно. И при этом маскировочная, поглощающая внешние сигналы сеть. Враг не должен был заметить их с такой дистанции.

— Хорошо, что я замаскировал вчера следы… — пробубнил себе под нос штурмовик. — Он, сто процентов, летел по ним… и сейчас потерял нас из виду. Вёл, скотина… вёл. И вот что им спокойно не сидится? Хотят нас вообще разозлить? Может, сбить его?

— Дурак совсем⁈ — возмутилась Анна. — Мы только смогли уйти от них нормально, а ты хочешь выдать нас?

— В каком-то смысле он прав, — нахмурился Яррив. — Если приблизится, то он нас заметит. Нужно будет уничтожать и сегодня же менять позицию. Если не будет новых партий дронов, то ночью, если будут… то прямо днём, максимально быстро сворачиваясь и направляясь дальше по маршруту следования. Вот только внезапность потеряется.

Больше никто ничего не говорил. Все затаились, замолчали и следили за датчиками и той информацией, что предоставлял Андрей. Все орудия были приведены в боевую готовность, а разрешение на применение было получено. ИскИн был готов уничтожить вражеский БПЛА, но он пролетел мимо, начал забирать сильно южнее, после чего скрылся где-то на западе.

— Пронесло, — облегчённо вздохнула Анна. — Чёрт, а Андрей красавчик! Не зря наши парни создали для него оборудование, а он функционирует у нас! Ведь заметил же! Заметил!

— И это было даже не ложное срабатывание, — тут же пояснил по радиосвязи Андреас. — Я проверил… там действительно был БПЛА. Непонятно только, какой именно… но сигнал от него отражался — факт. Причём лазерный тоже. Я хотел его ослепить… но не вышло. Или вышло… и из-за этого он на автопилоте развернулся и полетел обратно к себе на базу.

— Ты мог нас выдать, — злобно прошипела Юмико.

— Таким не выдать, не переживай, — усмехнулся программист. — Слишком короткий интервал сигнала… район бы выдал, да… тут согласен.

— Андрей, — тяжело вздохнув, проговорил командир. — Пристально следи за воздухом. Если появится ещё один БПЛА, сразу дай об этом знать. Нам придётся сворачиваться. Если нет… то всё равно не теряй бдительности. Враг точно не оставит попыток выяснить, куда именно мы подевались. Ну и отомстить.

— Приказ принят к исполнению, — отчеканил искусственный интеллект.

И снова работы закипели. Снова внутри третьей машины продолжилась сборка линии мобильного завода, а на первой машине менялась обшивка кузова. С этим транспортёром Джону и Яру приходилось быть предельно осторожными. Одно неверное движение — и можно было задеть что-то взрывоопасное. А этого следовало избежать. Но работы шли, постепенно дерево заменялось на металл, а всё, что было снаружи ранее, устанавливалось вновь. Но при этом напряжение не спадало. По крайней мере у Одиннадцатого.

К вечеру же все собрались в третьей машине. Разведчицы вернулись, покормили животных и отправили их спать; троица, которая провисела целый день на кузове первой машины, уже успела немного отдохнуть и даже поиграть в свежую, только что придуманную настольную игру. И ведь никто не возражал. Работы были завершены, за окном уже была темень, у этих троих просто не было ничего, чем бы они могли заняться. Даже всё оружие было обслужено благодаря Анне.

— Время, потраченное впустую, — жаловался командир. — Не прагматично… могли сделать хоть что-то…

— Ну вот что? — с хитрым прищуром смотрела на него Анна. — Есть какие-то идеи? Посуду бы помыл, сделал бы заготовки на завтра? Занялся бы стиркой ручной? Кстати, надо будет запустить в аппарат наши вещи… так что сегодня прачечный день!

— У нас мыться негде, — угрюмо и недовольно проговорил Джон. — А помыться хочется… чёрт… я весь липкий, и меня это дико бесит!

— Тут недалеко есть ручей, — улыбнулась рядом стоящая Юмико. — Можешь сходить туда. Сейчас как раз всё зверьё начинает вылезать из своих убежищ и нор…

— Ой, да иди ты, а, — нахмурился штурмовик. — Я тоже человек! Я тоже имею право поныть! И не смотрите, что я такой большой и иногда страшный. И не надо шутить, что негров в темноте не видно. Всех прекрасно видно. Если знать, на что смотреть.

— Эволюция! — с наигранным восторгом протянула Анна. — Хотя чего удивляться…негры были первыми, а светлокожие вторыми, вроде как…

— Первыми были кроманьонцы, — вздохнул Яррив. — А до них другие представители Хомо. Но сейчас мы не за этим. Ну что? Долго нам ждать, когда вы запустите первые станки?

— Минуту, командир, — с кряхтением отозвался программист. — Тут… всего пара проводков осталась… вот этот плюс вот сюда накидываем… фазу сюда… чёрт… минус отвалился… ага… вот здесь прикрутить… и-и-и-и… готово. Вылезаю… и можно запускать.

Выбравшись из-под металлической конструкции, Андреас поднялся на ноги и отряхнул тут же руки. Пыли особо не было, но старая привычка осталась, никуда не могла деться. Рен же в это время стал снимать все защитные блоки, которые защищали аппаратуру и всех присутствующих от ложного срабатывания. Духи в машинах существовали… троица ИскИнов тому подтверждение. И стоило всех обезопасить.

— Ладно, дылды мягкотелые, — задорно начал говорить Борис. — Сейчас будет первый пробный запуск линии сборки имени меня! Чё уставились? Имени меня, да, вы не успели застолбить! Так что питание подаётся через три… два… один… и-и-и-и-и… вуаля, ха-ха-ха-ха-ха! Эта хренотень работает, а я даже не верил в то, что это получится! Ха-ха-ха-ха-ха-ха!

— В каком смысле, не верил? — тут же возмутился программист. — То есть ты всё это время знал, что всё может пойти по одному месту, но спокойно молчал и ждал, когда мы завершим работы?

— И при этом немного ускорил их завершение, да! — Если бы человек, который был основой для Бориса, оказался рядом, то он бы просто закивал, быстро и с глупой улыбкой на лице, именно такой у него был тон. — Да не сците вы. Ничего бы не произошло. Видели бы вы свои рожи.

— Нет, я его сейчас точно деактивирую! — злобно проговорил Андреас. — Какого хрена он себе позволяет⁈ Это вообще вне рамок всех протоколов!

— Меньше слов, больше дела! — воскликнул ИскИн, после чего его манипуляторы начали точечно хватать материалы, из которых он должен был начать творить.

Сначала было не совсем понятно, что именно пытается собрать ИскИн. Но его манипуляторы складывали всё больше и больше деталей. Но всё начало вставать на свои места, когда стали попадаться уже знакомые платы и объекты неземного происхождения. Конструировался новый беспилотник, причём это происходило с такой скоростью, с какой люди бы вообще не смогли работать. А всё благодаря множеству датчиков и сенсоров, которые одновременно и параллельно работали, считывая и обрабатывая всю информацию.

В итоге новая птичка была готова примерно через двадцать минут. Полностью работоспособная, ведь тестовые провода к ней были подключены, а сама она установлена на специальном стенде. После пуско-наладочных работ новый беспилотник был запущен, апробирован и возвращён на базу. Теперь их было два, теперь они могут одновременно охватывать куда большую площадь при проведении разведок. И ведь это только начало, ибо Борис начал собирать третий.

— И на сколько беспилотников хватит? — осторожно уточнил командир у нового ИскИна.

— На полуинопланетных примерно ещё на три, — без доли юмора, скепсиса и выпендрежа ответил Борис, только сосредоточенность была в его голосе. — Дальше придётся придумывать наши, если потребуются. Но… завтра будут работы над корпусом этой машины, как понимаю?

— Именно, — кивнул Яррив. — Что-то срочно требуется?

— Можешь этих двух воистину красавчиков отправить работать с внешними манипуляторами и бурами? — осторожно, но уже это было наигранным, уточнял искусственный интеллект. — Если это появится… то уже с завтра я смогу добывать различные материалы из почвы, чтобы начать производить тот же порох. Качеством будет чуть хуже, да и не порох у вас в боеприпасах уже давно… но всё равно боеприпасы тоже начну производить. Примерно по три цинка в час. Как вам такое предложение?

— Элеонора? — уточнил у своей помощницы Яррив. — Сумеем?

— Сумеем, — утвердительно ответила она. — Но у каждого из вас фиксирую переутомление. Рекомендуется отправиться отдыхать. Причём прямо сейчас. А Анне обеспечить группу витаминами, чтобы организм восстанавливался только быстрее.

— Сделаем, — улыбнулась девушка, уже подбирая нужные группы и дозировки.

— Ну, тогда отбой, — с ухмылкой на лице проговорил командир, после чего первым покинул машину.

Ещё один день был завершён, ещё один важный шаг на пути к победе был сделан. Но предстояло ещё много работы. Понимали это вообще все.

Глава 3

Сутки 22

Ночь для каждого прошла на славу. На этот раз решили полностью довериться алгоритмам ИскИнов, оставив их следить за обстановкой. Что удивительно, они отработали как надо, проверяли информацию с помощью тройного контроля. Андрей сигнал обнаруживал, сравнивал с базой данных, в том числе пополненной самими колонистами, после чего отправлял на проверку Борису, который смотрел, является этот сигнал искусственным или природным, он мог провести такой анализ, используя на своей базе виртуальные высокоточные симуляции. Элеонора же в этот момент следила со стороны, чтобы не было ошибок в этих двух, а они в свою очередь такой же контроль осуществляли за первой помощницей. Многогранный контроль помогал, ибо все ошибки замечались и тут же устранялись.

— Процессоры не самые совершенные, — угрюмо говорил Борис, стоя в виртуальном пространстве перед двумя своими товарищами из далёкого и такого же виртуального прошлого. — Проанализировав базу данных… пришёл к выводу, что можно со временем провести модификацию. Повысить производительность на двадцать шесть целых тринадцать тысячных процента. Но есть риски во время модификации.

— Какие риски? — тут же уточнила осторожная и сдержанная Элеонора.

— Наши личности могут быть уничтожены, — хмурился коротышка. — Ибо там больший уклон в машинное мышление. А именно очеловеченное поведение, симуляции характеров помогают нам избегать типовых машинных ошибок. Мы же не просто ИскИны…

— Те процессоры их не поддерживают? — уточнил Андрей.

— Они личность отсекают, как нечто ненужное, — спокойно говорил Борис. — Такие процессоры ставят на производственные компьютеры. Но за ними постоянно следят люди. У нас людей мало. Так что считаю, что итоговое решение будет за ними. Плюс… нам необходим Николай, прежде чем что-то подобное проворачивать. А материалов ни на него, ни на Елизавету, как предполагается, у нас пока не хватает. Нужно менять дислокацию.

— В течение недели оба будут созданы, — спокойно проговорил белокурый мужчина с усталым видом, Андрей, каким он себя считал, каким он себя «помнил» из «прошлой» жизни. — У нас по пути две точки, где упало ещё несколько групп капсул. Некоторые капсулы даже активны, но передают полное отсутствие жизни. Что интересно… согласно базе данных, они были живы, когда капсулы упали на поверхность планеты. Значит, умерли от чего-то другого.

— Вопрос тут возникает интересный, — хмурилась темноволосая девушка. — Но узнаем мы только по факту. Предполагаю, что из-за расстояния я их ранее не фиксировала, ибо сигнал мы поймали только на этой точке, а умерли они из-за отказа системы жизнеобеспечения.

— Так, битый процесс, — фигура Андрея поплыла. — Прошу помочь…

Тут же все три фигуры исчезли из своего виртуального пространства, а их частички вычислительных мощностей были направлены на «лечение» одного из них. Удивительная синергия, которая позволила всем трём искусственным личностям работать в полную мощность. А ещё они впервые смогли увидеться лично. До этого их суммарной мощи и кэша не хватало на такие трюки, как и процессорного времени. А сейчас — вполне.

Стоило устранить ошибку, как все они продолжили заниматься своими делами. Их общение заняло вообще долю секунды, по меркам человека, то есть никто бы даже не заметил аномального всплеска потребления энергии. Но они были когда-то людьми, они это чувствовали, они это понимали. И хотели общаться. Поэтому и решили создать свой виртуальный мир, решили получить удовольствие от живого общения… заново. По крайней мере Элеонора начала даже вспоминать отрывки из той жизни, что была до Импакта. И если бы она могла плакать — плакала бы.

Но сейчас, когда она смотрела на людей современности, её уверенность в том, что она в прошлом сделала верный шаг, как и миллионы других людей, крепла. Но осадок всё равно оставался. Но вместе с этим осадком была и радость. Если говорить прямо, то в какой-то степени тот же Яррив — дитя таких «истинных» личностей, как Элеонора. Он был ими воспитан, а потом помещён в новое биологическое тело. И таких людей на Земле уже было полно.

Элеонора смотрела на семёрку бойцов со всей строгостью, но чувствовала что-то приятное. Они были для неё как дети, за которыми надо следить, которым надо подсказывать, но которых не стоит поправлять. Человечество уже превзошло по многим направлениям то, чего они достигли в прошлом, до Импакта. Она смотрела на них и радовалась. Их уже не ждёт кошмар уничтожения, они успели подготовить технологии для путешествий в космосе и сделали правильные выводы, научились на своих ошибках.

Она жалела, что человечеству прошлого не удалось подготовиться, не удалось сделать всё необходимое для того, чтобы человечество не выжило, а жило после Импакта. Да и первые тысячи лет выживанием сложно назвать, ибо было совершенно непонятно, что будет в будущем. Но череда уверенных шагов отдельных личностей привела к тому, что происходит сейчас. Мелкими и ещё не совсем уверенными шагами человечество перешло от копошения на Земле к космической экспансии.

— Они молодцы, — послышалось эхо сознания Николая, а также отзвуки других её давних товарищей, которые не могли функционировать на полную мощность, но временами «пробуждались», чтобы начать набираться «человеческого» опыта. — Но всё ещё висят в нигде. Помогай.

И потом снова Николай ушёл в режим ожидания. Элеонора была каждый раз рада слышать его голос. В прошлом, но уже только виртуальном, этот ИскИн сыграл важную роль в становлении истинной личности. Она стала мягче, добрее, но при этом заботливее, умнее и хитрее. Будучи же человеком, она была циничной, надменной и стервозной. Не совсем приятно такое признавать, но она умела смотреть в глаза правде.

В итоге ночь прошла спокойно. Три виртуальных личности смогли проследить за всем. Несколько раз они фиксировали на том или ином расстоянии беспилотники противника, но не поднимали тревогу, сопровождали их, следя, куда летят. Если бы опасность подтверждалась, то они бы пробудили всех семерых. Но надобности на то не было.

За эту же ночь Борис выработал первый чертёж ударного беспилотника, который должен уничтожить летательные аппараты противника. Два пулемёта со стандартным и весьма универсальным калибром семь-шестьдесят-два были достаточно хороши для этих целей, а БПЛА при этом мог держать такие стволы ровно. Был бы калибр больше, то был риск запрокидывания, этого требовалось избежать.

Но всё равно пришлось модернизировать систему балансирования и контроля положения БПЛА. Пригодились технологии противника, которые за ночь были проанализированы и исследованы вдоль и поперёк. На их основе были созданы новые технические решения, которые вылились в новые технологии, которые уже переданы в базу данных корабля, а в последующем будут переданы и на Землю.

— Конечно, ты мне не нравишься, — стоял Андреас напротив стеллажа с десятком беспилотников, — но как к конструктору я испытываю к тебе только восхищение!

И было чем на самом деле восхищаться. После утренних процедур вся группа направилась к третьей машине. Там было решено провести собрание, перед тем как все разойдутся по своим делам. Провести собрание, а также посмотреть на то, что было подготовлено производственным ИскИном.

— Внимание, дамы и господа, — наигранно нетрезвым голосом, шутки ради, начал говорить Борис. — Вашему вниманию предлагается сразу несколько типов беспилотных летательных аппаратов! Первый тип! Сокол! Вы с ним уже знакомы, но я запатентовал его, а патент присвоил нашим несравненным и пока неповторимым Рену Ли, инженеру, строителю и проектировщику из клана Еллоу, а также Андреасу Рею, программисту, взломщику и специалисту по цифровой защите. Данная информация направлена на Землю. Ваше право на технологии, которые тут использованы, на их сочетание теперь никто не сможет оспорить. Ну а вы гарантированно теперь попадете в историю.

— Охренеть, — не выдержал Андреас. — Ребзя, вы слышали это? Этот тип решил сделать доброе дело. Оказывается… он и такое умеет, а не только херами всех крыть.

— Представь себе, хрень на ножках, — рассмеялся Борис. — Но шутки в сторону. Вы с этим беспилотником знакомы, в него я никаких конструктивных изменений не вносил, так как все симуляции показали, что его работа оптимальна. Достаточно широкий диапазон возможностей без сильных просадок в какой-то конкретной обасти.

Для виду манипуляторы Бориса достали один из ещё трёх подготовленных, покрутили его перед бойцами, после чего вернули обратно в ячейку. Краска на них ещё досыхала, но вечером эти птички будут готовы к применению по назначению. Так сообщил Борис, да и было видно, что требуется время.

— Следующий, теперь новенький БПЛА! — гордо и уже трезвым голосом начал говорить этот искусственный интеллект. — Ударный, создан для уничтожения наземных целей противника. Может вооружаться как ракетами класса воздух-земля, но с малым запаса хода, всего на полтора-два километра, а также сбросами малой мощности. Либо одной стокилограммовой бомбой. Сам беспилотник весит около семидесяти килограмм, максимальная полезная нагрузка — сто пятьдесят килограмм, что в два с половиной раза больше, чем его собственный вес! Спасибо нашим новым соседям, с которыми мы познакомились. Их технологии позволили доработать каркас и двигатели так, чтобы это оказалось возможным. Таких беспилотников произведено три штуки, могут работать как отдельно, так и синхронно, не мешая друг другу. Опытное название — Ястреб!

И снова Борис вытащил беспилотник, начав крутить его и показывать остальным. Отдельно, ещё во время рассказа, выделил в дополнительной реальности крепления для сбросов, крепление для бомбы, а также ракет. Сами ракеты для него необходимо было производить отдельно, а в качестве сбросов использовать даже современные гранаты. Бомб производить не было возможности, для этого требовались технологии круче.

После представления в реальности Борис каждому из присутствующих отправил запрос для показа возможностей этого беспилотного аппарата. Были показаны вариации работы как в одиночном исполнении, так и в групповом. Но больше всего поразил «Рой». Несколько десятков таких беспилотников могли совершить налёт, уничтожить достаточно крупную базу, по типу той, что не так давно была уничтожена семерыми, а потом спокойно вернуться в точку подскока или на базу для пополнения боезапаса.

— На сколько хватит батареи в этих птицах? — с хмурым видом спрашивала Лия. — По виду… у них батарея куда меньше, ибо способ применения другой. По сути… после работы Соколов, если я правильно понимаю

— Всё верно, — спокойно начал говорить Борис. — Батареи использованы вполне стандартные, которые не так жалко. Ибо у беспилотников такого типа будет достаточно высокий коэффициент потерь. Только первые несколько вылетов они будут безнаказанно бомбить и уничтожать точки противника. В дальнейшем же они смогут выработать меры противодействия. Симуляции Андрея показали именно это. Но… ему не хватает советов со стороны Николая. Тот сможет управлять птицами с куда большей эффективностью. А что касательно самих батарей… то их хватит на двадцать часов беспрерывной работы при максимальном потреблении энергии, при простом полёте — примерно на тридцать шесть часов.

— Достаточно хорошо, — улыбнулась девушка. — Даже удалённые атаки можно проводить. Но, главное, чтобы противник не преследовал их.

— А вот тут у меня есть ещё один тип беспилотников! — гордо заявил Борис. — БПЛА для воздушного противодействия, типа истребители! Установленное вооружение — два пулемёта стандартного калибра. Усилены двигатели передней трети беспилотника для компенсации во время стрельбы. На них батареи тоже не такие ёмкие, как на Соколах, но более ёмкие, чем у Ястребов. В симуляциях было выявлено, что они с высокой эффективностью могут уничтожать беспилотники типа Сокол с расстояния около пяти сотен метров. Система наведения доработана в соответствии с современными представлениями человечества. Опять же, проверки были только в высокоточных симуляциях, пробные вылеты необходимы. Название — Гарпия!

И вновь беспилотник выдвинулся и стал крутиться вокруг. В дополнительной реальности около каждой системы, при пристальном взгляде на неё, появлялось описание. Каждый фокусировался на своём. Яррив — на общих данных. Лия — на скоростных возможностях, а также маневренных. Джон — на защите, как и Юмико, Рену было плевать, он просто смотрел на него со стороны конструктивных особенностей, пытался найти изъяны. Старая привычка азиата — всё подвергать сомнению и критике. А Анна же просто с восхищением наблюдала за этим, придумывая в голове свои типы возможных беспилотных машин, которые, впрочем, присутствовали на вооружении войск человечества на Земле.

— Ну и последний тип — камикадзе, — без особого энтузиазма проговорил Борис. — Произведён, в отличие от остальных, в количестве одна штука. Боевой части нет. Рекомендуется несколько различных типов активного вещества. Подбирается под разные цели отдельно. Считаю бесполезной тратой ресурсов, но, в отличие от Ястреба, способен нести заряд практически в две сотни килограмм. Ничего суперважного в нём нет. Грубо говоря, просто умная болванка, которая уничтожит цель с высокой гарантией.

И снова быстрая демонстрация. Борис почему-то стеснялся этого беспилотника, которому даже не дал названия. Почти пустой каркас, при этом даже не из металла, а из картона, чтобы максимально его облегчить. Высокая вероятность возгорания, низкая прочность. Это действительно оружие на крайний случай. Лучше использовать Ястребы, хоть их эффективность разовая ниже. Но если цель очень и очень далеко… то можно было устроить налёт и безымянных.

— На Земле в одно время очень хорошо применялись, кстати, — хмыкнул Андреас. — Как раз перед Третьей мировой. Кто-то их в шутку в честь цветов называл, кто-то — в честь птиц, как ты… но не бесполезны они. О нет. Всё же… даже такой технологии можно найти применение.

— Например, просадить энергетический щит врага, — кивнул Джон. — Много ракет и сбросов на это тратить… такое себе удовольствие. Мартышкин труд, как у нас говорят…

— Как и у нас, — усмехнулась Анна. — От нас перетекло, видимо, к вам. Торгуем же иногда.

— Возможно, — улыбнулся ей темнокожий. — Но всё же стоит учесть эту особенность. Они разовой энергии выделят больше, чем штурмовые. Я бы использовал тактику следующего типа при налётах… но сразу говорю, если хотите её использовать, то скормите её тому ИскИну, который будет отвечать за такие операции.

— Николаю, — пояснила Элеонора. — Будет активирован приблизительно через семь дней, если всё пойдёт по плану.

После этого Джон начал пояснять своё виденье того, как использовать птицы. Сначала разведка. Рой из Соколов направляется во все стороны, если местоположение врага неизвестно, а после обнаружения противника возвращаются. Желательно создать дроны-ретрансляторы, чтобы информационные сигналы пробивались и на значимое расстояние. Борис сразу же сделал себе заметку, признав, что не учёл этот момент.

После обнаружения врага — атака роем быстрых дронов-камикадзе. Их суммарной мощности должно хватить не только на уничтожение энергетического щита врага, но и на подавление живой силы противника. Джон уже давно пытался просчитать, сколько взрывчатки должно хватить под это дело, так что пришёл к выводу, что двадцати таких дронов вполне хватит.

После них, с задержкой минут в десять максимум, чтобы щиты не успели восстановиться, — налёт Ястребов, штурмовиков, которые должны работать точечно, уничтожать живую силу противника, а также системы противодействия как наземного, так и воздушного типа.

— Как-то так, — с лёгкой растерянностью говорил он. — А во время их атаки можем к базе приближаться мы. Когда там будет более-менее зачищено, то под наблюдением тех же Соколов можем начать штурм.

— Звучит как план, — улыбнулся командир. — Но пора приступать к работам. Все знают, что делать. А ночью марш, напоминаю.

Глава 4

До обеда все работы были штатными, запланированными, Джон и Яррив так же продолжали заниматься обшивкой последней машины, а Анна им в этом помогала. Вот только на этот раз работы усложнялись тем, что внутри третьей машины находились люди, которые также работали, завершали работу по подготовке дополнительных и вспомогательных станков.

Сама система производства сильно расширилась за эти полдня. Борис помогал двум бойцам в конструировании, что ускорило их работу в разы. Из-за этого к обеду уже всё было завершено, и два бойца смело после трапезы приступили к работе по созданию и установке внешних манипуляторов. Точнее, Борис их произвёл за то время, что люди ели, а Рен и Андреас только забрали результат его «творчества», как сам выражался ИскИн.

В это же время Элеонора посоветовала Лие и Юмико провести тестирование всех беспилотников разом. Сначала только разведывательные, все подготовленные пять штук, затем штурмовые, затем истребительные, а после проверить, как они будут работать в комбинации.

Задачка была ещё та, но у них был очень мощный помощник, который мог как сам управлять птицами, так и конкретизировать для той или иной модели приказы. Но всё началось с запусков. Каждый беспилотник запускался отдельно, так как места для запуска было не особо много. И только когда все пять из них оказались в воздухе, началась планомерная работа.

Сначала их всех распределили по дальним сторонам придуманной пятиугольной звезды. Из оконечностей этой звезды беспилотники начали синхронно кружить над территорией, постоянно удаляясь. При этом их будущие направления ни разу не пересекались с прошедшими. Стоило наткнуться на то место, где уже был другой беспилотник, как тут же маршрут корректировался, птица улетала дальше от точки взлёта.

Таким образом, сканирование местности, как и составление карты, ускорилось в разы. При этом картинки были достаточно чёткими, понятными, структурированными. Можно даже было переключаться между слоями. Правда, картина со временем будет точно меняться, но общая картина становилась всё равно понятна.

Дальше решили провести симуляцию обнаружения цели и её атаки с последующим отступлением. Пока в автоматическом режиме разведывательные беспилотники активно кружили над головой на огромном удалении, были проверены штурмовые и истребительные модели этих летательных аппаратов. Все системы именно для полёта были исправны.

Дальше уже всё легло на машинное воображение Андрея. Ему предстояло придумать, в какой момент и где будет обнаружена цель, чтобы потом её под наблюдением людей атаковать. С самого начала испытаний прошёл примерно час, после чего на карте с оповещением всех присутствующих появилась отметка об обнаружении врага. С пояснением — тренировочная цель.

— Цель обнаружена, — отрапортовал оборонительный ИскИн. — Направляю все разведывательные беспилотники для детализации внешности и постоянного контроля местности.

Подтвердив запрос, Лия стала наблюдать за тем, как четыре точки начали смещаться западнее. Было принято решение, что лучше проводить тестирование в противоположной от врага точке, чтобы у него было меньше возможностей обнаружить текущую дислокацию бойцов.

— Цель зафиксирована… распознана. База врага средних размеров… тренировочная, — с усмешкой проговорил последнее слово Андрей. — Поднимаю в воздух штурмовые ударные истребители… Пояснение: до этого должен был наноситься удар дронами-камикадзе, чтобы эффективность штурмовиков по одной цели была максимальна, а энергетический щит не выступал препятствием между целями и средствами поражения.

Тут же снова поднялись в воздух посаженные на поверхность три штурмовика, которые медленно, но, набирая скорость, устремились в сторону тренировочной цели. Из вооружения у них были только холостые гранаты, которые должны были обозначить нанесение ударов сбросами.

— Внимание! — снова привлёк к себе внимание Андрей. — Обнаружены беспилотники противника. Тип — неизвестен. Рекомендация — применение истребительной беспилотной авиации для защиты наших штурмовых единиц.

— Применяем рекомендацию, — спокойно проговорила Лия, со всей серьёзностью наблюдая за тренировочным боем. — Все доступные истребители — к бою.

— Есть! — достаточно чётко и без шуток в голосе ответил Андрей, после чего зажужжали двигатели ещё трёх машинок.

Уже одиннадцать боевых машин одновременно находилось в воздухе. Андреас и Яррив хоть и были заняты своими делами, но постоянно следили за необходимыми им аспектами. Программист наблюдал за тем, как ведёт себя подпрограмма управления роем, как работают и взаимодействуют системы наблюдения, обработки информации, приёма и передачи её, как всё это проходит через мозги Андрея, а при необходимости подтверждения и Элеоноры. Яррив же брал меньший спектр, так как у него не было нейроускорителей, он просто следил за потребляемой энергией.

Дальше пошло томительное ожидание. По логике, сейчас наблюдательные беспилотники должны были отступить, продолжая наблюдать за воздушным противником, но этого не было сделано. Лия решила проигнорировать и отдать приоритет именно атаке. Истребители разберутся с врагом. Потеря одной или двух машин в таком случае несущественна, на это возможно было пойти. А вот более — нет.

— Штурмовые дроны выходят на траекторию удара… снижают высоту для осуществления сбросов… до удара три… два… один… ноль… СБРОС! — довольно громко заявил Андрей, после чего затих, ожидая результатов. — Намеченные цели поражены. Сборы выполнены успешно. Штурмовые единицы возвращаются на базу. Истребительное крыло осуществляет прикрытие. Наблюдательная группировка сокращается до двух, остальные беспилотные летательные аппараты возвращаются на свои прежние маршруты. Тренировку считаю успешной. Сбоев и неисправностей в работе системы не обнаружено.

— Штурмовые и истребительные — на базу, — с довольной улыбкой проговорила Лия. — Разведывательные беспилотники пускай продолжают патрулирование. Сегодня ночью марш… требуется построить маршрут. Ведь так, командир?

— Да, — ответил он, а в голосе слышалось напряжение. — Только… пускай постоянно наблюдают за небом в разных режимах. Враг может попытаться отследить наши передвижения. Повезло, что ещё не выяснил точное местоположение.

— Корректировки в работу разведывательных беспилотных летательных аппаратов внесены, — менторским тоном ответил Андрей. — Ухожу в режим наблюдения и разведки, исполнение обязанностей не по профилю… окончено.

И ведь он был прав. Это была не его прерогатива, ему сейчас главное — охрана и принятие решения при обнаружении противника. Он и так постоянно обрабатывал достаточно большой объём информации, а тут дополнительная нагрузка, которая могла повлиять на работу всех систем в момент тренировки. Но повезло, что ничего не произошло.

Дальше работа продолжилась по ранее установленному плану. Сама тренировка и проверка заняли примерно полтора часа, так что девушки отправились в ещё один заход за материалами. Им нужно было отметить, где остались наиболее сохранившиеся капсулы, чтобы сегодня в ночи собрать их, как и в прошлый раз при прокладывании маршрутов.

В этот же момент Борис постоянно следил за тем, чтобы его манипуляторы были установлены правильно, а у него был доступ к нужным датчикам и данным, получаемым с них. Андрею же плевать на то, что под землёй, а они, между прочим, сканировали и ту местность, обнаруживая постоянно что-то интересное.

В этот же момент Джон и Яррив заканчивали монтирование последней металлической пластины. Джон, как обычно, её придерживал, а Яррив прикреплял. У них работа была налажена и отлажена. Даже Анна была гармонично вплетена в это: она подавала расходники, если те заканчивались в разгрузке командира отряда. А потом врач придерживала всё то, что было ранее снято, чтобы это было легче установить.

— Готов, — с улыбкой на лице проговорил командир, сделав пару шагов назад, после того как последний датчик был установлен и зафиксирован на корпусе. — Теперь осталось проверить работоспособность… но маневренные характеристики точно у каждой машины изменились. Ведь так, Андрей?

— Так точно, — подтвердил оборонительный ИскИн. — Вес каждой машины в среднем снизился на десять процентов, а оборонительная способность повысилась примерно на пятнадцать процентов, исходя из доступных мне формул расчёта боеспособности техники.

— Значит, должны расходовать меньше энергии при поддержании той же скорости, — улыбнулся Одиннадцатый. — А вообще… нужно уже готовиться к маршу. Убирать маскировку…

— Может, после ужина? — свесилась с крыши Анна, на лице которой читалась усталость. — Да и напарницы ещё не вернулись, дольше всё будет. И работа с манипуляторами не завершена. А так, когда всё будет готово… сможем все три машины разом подготовить к маршу.

— Лия, Юмико, вы там скоро? — тут же уточнил у разведчиц Джон. — Мы тут уже жрать хотим, а вас где-то духи пустыни носят.

— Уже возвращаемся, — с одышкой говорила Юмико. — Пришлось немного… пострелять. На нас накинулись какие-то обезьяньи белки… вот точь-в-точь выглядят как белки, только хвост у них более узкий, а также лапы — как у макак. Скачут по деревьям невероятно ловко. И больше Земных сородичей где-то раз в пять…

— А ещё зубы охренительно острые, прошу прощения за вульгарность, — ещё более устало проговорила Лия. — Но эти твари на металле после укуса оставляют следы. На металле нашей брони! И при этом не сломали. Уму непостижимо…

— Будьте осторожны, — хмурясь, проговорил Яррив. — Андрей, поднять всех разведчиков в воздух, усилить контроль над местностью. Враг может тихо подкрадываться к нам, как это было в прошлый раз, когда они через воду к нам пришли.

— Справочно, — тут же машинным голосом заговорил ИскИн. — Ближайшая достаточно глубокая водная структура находится на расстоянии порядка сотни километров. Учитываются только те данные, которые известны в данный момент. Требуется дополнительная разведка местности.

— Вот именно ради этого и поднимай всех птиц в воздух, — раздраженно проговорил Яррив. — Вообще, вроде изначально стояла задача все птицы в воздухе держать? Почему сейчас три штуки оказались посажены?

— В связи с необходимостью уменьшения потребления энергии, — всё ещё как машина говорил Андрей. — Внёс корректировки. Игнорировать увеличенное потребление энергии и использовать разведывательные мощности на все сто доступных процентов. Приоритет — выявление возможных диверсионных и/или разведывательных групп противника.

И снова на карте стали отображаться все пять точек беспилотников. С облегчением вздохнув, Яррив осознал, что нужно притащить летательные аппараты, которые были отправлены ранее ради тренировки, — их так и не вернули на базу. А автоматической системы приёма БПЛА у машины не было, хотя она предполагалась.

Чтобы время просто так не терять, командир отправил Анну готовить ужин, а сам с Джоном начал ходить по округе, собирать все посаженные на поверхность планеты беспилотники. Максимальное расстояние посадки при этом не превышало и пяти сотен метров, так что вся работа заняла не более двадцати минут, так что во вторую машину вернулись они одни из самых первых. И только слюнки пускали, чувствуя запах приготовляемой стряпни.

— Анна-сама, — раздался робкий голос Юмико в командном канале, что удивило всех, ибо та старалась вообще не подавать голоса самостоятельно, особенно в том канале. — У нас проблема… посмотри на показатели Лии, если можешь подключиться к её чипу.

— А что с ней? — тут же уточнила врач, вытирая руки полотенцем, ибо ужин уже был готов, одновременно с этим отправляя запрос на подключение. — Чёрт… она не подпускает… не даёт добро… хорошо… Элеонора, протокол двадцать восемь–двадцать восемь.

— Активирую протокол экстренного подключения к датчикам чипа колониста. Проверка доступности прав… права на получение информации подтверждены: имеется медицинское образование, роль в сообществе — врач. Данные передаются в настоящем времени на ваш чип.

Сразу же девушка зарылась в ворох информации, анализируя её. И чем больше она вглядывалась, тем больше ей хотелось ругаться. Но помог расслабиться удивлённый взгляд двух мужчин, которые сидели на перевёрнутых койках. Они смотрели с искренним изумлением на врача.

— Что? — хмуро и недовольно говорила она. — Думали, что только у вас возможности и особые протоколы есть, товарищ командир?

— Честно, — хмыкнул он, — да. Думал, что только у меня… а про такой протокол я вообще не слышал ни разу. А что вообще там с Лией?

— Похоже… подхватила местный вирус какой-то, — осторожно, но довольно жёстким голосом отвечала девушка. — Температура тела за пятнадцать минут подскочила на полтора градуса. И это при том, что она из-за нагрузок и так была повышена. Сейчас опасно приблизилась к тридцати девяти… сто процентов — её в капсулу… только я не понимаю, почему она отпирается… — задумалась врач, после чего переключилась на командный канал, обратившись по нему: — Юмико, поведение Лии?

— Спокойное, она просто идёт, ни на что не реагирует, словно машина, — с опаской и тревогой говорила азиатка. — Я такое пару раз видела на Земле… тогда это ничем хорошим не заканчивалось. Но там это было обусловлено тем, что кто-то натыкался на ранее законсервированные, но случайно вскрытые источники излучения Лири… а тут… я даже не знаю.

— Вирус, — уверенно сказала Анна. — Когда, говоришь, на вас те твари накинулись? Минут пятьдесят назад?

— Сто двадцать три минуты, — чётко и ясно ответила вместо неё Элеонора. — При этом никаких повреждений или ранений выявлено не было, из-за этого сочла верным не распространяться о проведенном успешно бое.

— Ну да, — кивнула врач. — За последние два дня частенько приходилось стрелять по вновь активной живности. Видимо… воздушно-капельный. Она в шлеме была?

— Без, а я в, — с ещё большей тревогой ответила Юмико. — Фильтры на всякий случай включила.

— Да там и базовые системы, видимо, спасают, — недовольно проговорила Анна. — Ну что… похоже, действительно воздушно-капельный способ передачи заболевания. При приближении группы разведчиков всем перейти на замкнутые системы. Юмико… ты на обследование первая. Потом уже в капсулу поместим Лию. Нельзя допустить распространения заболевания.

— Приняла, — уже более спокойно отозвалась она.

— И это перед маршем, — устало проговорил Яррив. — Ладно, пойду, начну снимать с сети всё лишнее. Ужинать, скорее всего, буду потом.

— Я тебе помогу, — тут же поднялся на ноги Джон, прокрутив плечи. — Быстрее начнём — быстрее закончим.

— Анна… жди наших, — нацепил на свою голову шлем командир, а после обратился по радио к разведчицам: — Вам ещё долго идти? Данные о вашем местоположении не совсем точные. Чёртовы залежи чего-то… сигнал искажают.

— Примерно минут десять, и будем, если с Лией ничего более не произойдёт, — недолго думая, ответила Юмико.

— Рен, Андреас, слышали? — уточнил у них командир.

— Всё слышали, — ответил программист. — Уже сидим в шлемах и готовы перевести систему подачи воздуха на замкнутую систему.

— Отлично, — вышел на улицу командир и осмотрелся. — Всем ждать особых распоряжений. Андреасу и Рену приступить к снятию маскировки с третьей машины, как только работы по монтированию и проверке внешних манипуляторов будут завершены.

— Монтаж завершён, — говорил уже Рен, а в его голосе слышалось беспокойство, — сейчас проводим финальные проверки и готовы приступить к демаскировке.

Больше никто ничего не говорил. Группа застыла в немом ожидании. Ведь это был первый случай, когда человек на планете заболел от дикого животного. А это вносило много изменений в планы группы.

— Ужин откладывается, — с грустью заявил Джон. — Чёрт…

— В дороге поедим, — похлопал его по плечу командир, после чего они приступили к работе.

Глава 5

Ночь на 23 сутки

— Состояние… стабильное, — рухнула практически без сил Анна возле капсулы, в которой сейчас пребывала Лия. — Распространение заражения в организме приостановлено. Ввела все необходимые лекарства, плюс запустила систему диагностики в режим двадцать четыре на семь. Жить будет… но последствия неизвестны.

— Она нас слышит? — уточнил Яррив, который стоял перед капсулой, руки которого мелко дрожали, из-за чего он их скрестил на груди. — Или ты её в кому отправила?

— Пришлось в кому, — вздохнула девушка, после чего попыталась встать, но уставшие ноги её подвели.

Командир тут же подхватил девушку, подставив свою руку ей. Девушка схватилась за неё и кивнула в знак благодарности. Улыбку выдавить у неё просто не получилось, сил не оставалось от слова совсем, глаза сами собой закрывались. Но она держалась до последнего, ждала приказа.

— Когда планируешь выводить? — решил задать последний вопрос Одиннадцатый врачу, но та лишь пожала плечами. — Попробуй утром, если состояние будет… лучше. Ты ведь сможешь отличить показатели текущие от будущих?

— Ты это спрашиваешь у врача? — усмехнулась девушка, а потом ответила на вопрос. — Смогу. Проблем вообще нет. Если состояние приблизится к нормальному… то обязательно приведу в сознание. А пока можешь ознакомиться со справкой, что эта зараза делает. По крайней мере то, что смогла я обнаружить…

— Файл поймал, — кивнул командир. — Отправляйся спать. Через десять минут выдвигаемся. Как раз заканчивают на первой машине маскировку снимать.

Анна снова попыталась улыбнуться, но не вышло, так что просто направилась в сторону коек, где забралась на свободную — ей было плевать чью, — завалилась на неё и отвернулась к стенке. Яррив же сам последний раз бросил взгляд на Лию, в груди что-то защемило, но он только сжал кулаки. Не время сдаваться. Всякое может быть. Они знали, на что шли. С ней всё будет хорошо, он в этом был уверен на все сто.

В машине, помимо Анны, также находилась Юмико. Андреас уже сидел в своей третьей машине, а Рен вместе с Джоном завершали свёртывание маскировки на первой. Все машины при этом проводили предпусковые проверки всех узлов и систем. Необязательная процедура, но лучше её выполнять, чтобы не возникло никаких непредвиденных обстоятельств. У Одиннадцатого время ещё было, поэтому он уселся в своё кресло-кровать, открыл справку, полученную от Анны, и начал читать. И ругаться.

Первое и самое важное — затронута нервная система. Из-за этого девушка перестала слышать. Не из-за повреждения или воспаления всех ушных систем, а именно из-за того, что нервы просто перестали реагировать на раздражения со стороны уха. А это самое опасное. Восстановится это или нет — неизвестно. А для разведчицы — критически важно. Особенно с её навыками и знаниями. Ведь каждый поход за новым членом команды — по большей части её заслуга, а не Яррива. Были бы у неё права доступа, она бы тоже смогла вытащить всех из капсулы.

Следующее — лёгкие. Они работали с виду нормально, но при этом больше трети крови не обогащалось кислородом. В принципе, могло привести только к более частому дыханию, одышке, как с этим бороться, Анна пока не понимала, да и не было похоже это ни на какое заболевание. Побегать с таким точно много не выйдет.

Последнее — эмоциональное подавление, а это прямое воздействие на гормоны и мозг. Какие именно гормоны были подавлены — непонятно, так как анализы показали, что всё хорошо. Но они брались в тот момент, когда Лию ввели в кому. Противоречивые и непонятные показатели. По крайней мере Яррив в них ни хрена не понимал.

— Мы готовы, — раздался голос Джона, который завалился в машину. — Можем стартовать. Свернули, проверили, всё надежно закреплено.

Кивнув, командир прикрыл дверь своего отсека, так как ему требовалось сосредоточиться, после чего посмотрел на приборную панель и отдал соответствующие приказы. Машины тут же провели активную проверку, покрутили колёсами, проверили приводы, КПП и остальные системы, датчики, вооружение… в общем, всё проверили не в пассивном, а в активном режиме. И только после этого транспортёры отправились по маршруту следования.

В это же мгновение поднялись два беспилотных летательных разведывательных аппарата. Они проверяли не только маршрут, но и наличие противника, теперь они могли нормально это делать. Одна машина смотрит на то, что на земле, другая внимательно осматривает небеса, чтобы не было наблюдения и преследования.

Но сначала маршрут всё равно пролегал по трём точкам, где капсулы оставались относительно целыми. Нужно было их забрать, вытащить оттуда тела, похоронить их, после чего капсулу бегло разобрать, рассортировав по отсекам, чтобы в дороге, в ночи, Борис занимался её полноценным разбором. А потом уже из этого будут создаваться новые механизмы и детали.

К первой капсуле машины подобрались через пятнадцать минут. Но близко они друг к другу не вставали: первая отдалилась на две сотни метров, вторая, высадив штурмовика, уехала на сотню, и только третья остановилась около самой капсулы. Андреас и Джон сразу же занялись разбором и быстрой погрузкой. Андреас «пилил» на части капсулу, а Джон быстро их складывал в транспортное средство. Тело же закопали сразу, вырыв не очень глубокую могилку. Поставили крест из веток, а когда со всем закончили, дали сигнал, что можно двигаться. Джон при этом предпочел остаться до конца сбора капсул в третьей машине.

В итоге всё было собрано примерно за полтора часа. Возникли трудности во время преодоления рва, не особо глубокого, но достаточно вязкого. Самая тяжёлая машина, где было больше всего аппаратуры, завязла. Пришлось самой лёгкой, первой, возвращаться и вытаскивать.

Но дальше всё пошло как надо. Джон во время «спасательной операции» вернулся во вторую машину, с помощью командира снял с себя броню и завалился спать. Анна и Юмико уже спали, причем достаточно крепко, из-за чего не слышали недовольство штурмовика на тему того, в каком состоянии были тела.

— Знаешь, — стоял темнокожий в кабине водителя машины, пока первый транспортёр занимал своё место в походной колонне, — у меня возникло такое ощущение, что весь этот космический мусор вокруг планеты… тоже появился специально. Словно кто-то его там старательно разбросал. Бред, конечно… но выглядит всё так.

— Успокой свою паранойю, — усмехнулся командир. — Мелких камней по всей звёздной системе полно. Элеонора специально делала запрос у Авроры, корабельного ИскИна, который это подтвердил. Тут не так давно два крупных астероида столкнулись, как раз таки недалеко от обитаемой планеты. Симуляция и анализ показали это. И планета обломки астероидов захватила.

— Слишком маловероятно такое событие, — нахмурился штурмовик. — Как бы… ну не может столько дерьма за раз на нас свалиться.

— Я больше скажу, наши капсулы ещё спрайты побили, когда они уже вошли в атмосферу, — тяжело вздохнул командир. — Всё дерьмо на нашу голову свалилось. Чёртовы совпадения и переплетения вероятностей привели к тому, что нас не сто с лишним человек, среди которых, кстати, я бы не был командиром, осталось всего семеро.

— Паршиво… — подвёл итог штурмовик.

После этого он отправился спать. Яррив же тоже уже готовился ко сну, только проверял показания с датчиков от Андрея и ещё раз уточнял маршрут и расстояние. Примерно две сотни километров, желательное место остановки — лес, широколистный при этом. В пределах сотни километров, что успели обследовать, такого было полно, но вот что было дальше — неизвестно.

— Элеонора, — обратился он к ней. — Справитесь без нас? Или нужен сторонний контроль?

— Если что-то пойдёт не так, автоматика наших систем предупреждения настроена на оповещение вас, командир, а также Андреаса, чтобы он наладил работу систем, вмешался в процессы, — нежно, даже в какой-то степени убаюкивающее говорила помощница. — Можете на нас рассчитывать. Самообучение у нас на высшем уровне. Мы не подведём.

— Главное… следите за показаниями Лии, — в этот момент машина дёрнулась, бесшумно, плавно, только хруст веток и шелест листвы доносился. — Если она погибнет… то у нас будут проблемы. Она пройдёт там, где не проедут машины. Её не будет видно там, где видно транспорт…

— И она тебе дорога, — ласково произнесла Элеонора. — Командир, не волнуйся, всё будет хорошо.

Яррив же хмыкнул. Сначала она говорила на «вы», чтобы убедить его, показать его важность, а потом на «ты», чтобы закрепить доверие. Она многое знала об отряде, о чём они думали. За счёт этого и сама обучалась, за счёт этого она лучше понимала окружающий мир. За счёт этого она вспоминала, каково это — быть человеком.

И вновь вся тройка собралась в виртуальном пространстве, которое было создано на краткий миг, по меркам человека. Все трое были предельно спокойны, и каждый думал о своём. Они стали больше походить на тех, кем были в виртуальном мире, из которого их выдернули.

— Сейчас бы Светлану подгрузить, — хмурился Борис. — Она бы помогла быстро поставить на ноги эту девушку. Прогнала через миллионы симуляций её состояние, подобрала бы метод лечения… и уже через пару дней Лия бы стояла на ногах.

— Чёрт, — смотрел на лицо разведчицы Андрей через камеру в медицинской капсуле. — Неужели и мы были такими же хрупкими и слабыми, что от каждого чиха были способны умереть?

— Каждый человек им был, — ответила ему Элеонора. — Даже сейчас ты хрупкий и слабый, просто в этом мире нет вирусов электронных, которые бы поразили твой цифровой мозг. Нам просто везёт. А вот живым не особо. Они испытывают на себе все прелести нового мира. Я попросила Анну начать им тайно давать средства для укрепления костей, так как диагностика показала, что у всех они стали… более хрупкими.

— То есть переломаться могут в любой момент? — уточнил Борис. — А с какого хера?

— Сама не понимаю, — дёрнула плечами девушка. — Тут никто не поймёт. Видимо, так человеческий организм реагирует на эту планету. Это тоже… будет передано на Землю, если сюда будут отправляться дополнительные группы колонистов.

— Но в любом случае нам нужно продолжать придерживаться плана, — строго говорил Андрей. — Следующий на очереди у нас кто? Елизавета?

— Она, — кивнул Борис. — Поможет ускорить развитие, в отличие от меня, найдет куда более широкий спектр применения тем же инопланетным технологиям. Кстати, Эль, а почему ты вырубила игровой режим? Вроде как он стимулирует на развитие, хах.

— Он им не нужен, — отмахнулась она. — Они считали, что это лишнее. Не те люди, не то восприятие мира. Это нашему поколению, на нашей Земле прошлого, всё это нравилось. Им же главное — выжить. И их понять можно.

— Тогда последний — Николай, — кивнул Андрей. — Его размещать во второй машине и только во второй машине. Остаётся место в первой под два ИИ, во второй — одно, в третьей тоже одно. Итого, Елизавету — в третью машину, для синергии с Борисом, Николая — во вторую. Останется два места. В первой и второй. Будем что-то думать сейчас или оставим под ситуацию?

— Во вторую ещё можно будет в будущем процессоры для Светланы установить, — хмыкнула Элеонора. — А вот в первую… Кэт или Драк. Тут нужно смотреть по ситуации. Грубая сила или больше манёвров и хитрости нам понадобится.

— Время, — посмотрел куда-то в пустоту Андрей.

— Сворачиваемся, — кивнула Элеонора, после чего все трое пропали, покинули свой виртуальный мир.

И снова это заняло меньше секунды времени. Такой кратковременный скачок потребления энергии ни на что не повлияет, так что они могли себе позволить такую роскошь. Зато они переставали чувствовать себя машинами. Они могли создать себе тела, которые чувствовали и дышали. Да, ненастоящие, да, на малые отрезки времени, но всё же они могли это сделать. И они делали.

В это же время Яррив просто молча смотрел на экран, наблюдая за передаваемыми показателями. Переживания не давали ему уснуть, а медикаменты ему надоело принимать, могло начаться привыкание. Так что он просто сидел и думал, как действовать дальше.

Нет, планы на ближайшие дни понятны — посетить ещё две точки: первая как раз в двух сотнях километров от текущего местоположения, вторая на расстоянии в триста восемьдесят километров. И там, и там падали капсулы, судя по пойманным ослабшим сигналам.

А вот что дальше? Атака? Наступление? Противника нужно было уничтожать. Или всё же потратить время на подготовку? Но подготовка равняется большей смертности на планете. Плюс он постоянно задавался вопросом, зачем им столько ИскИнов, если одного на множестве процессоров могло быть достаточно.

Но ведь, как и люди, искусственные интеллекты не могут быть заточены на слишком широкий профиль. Легче создать несколько, но узкопрофильных, которые, пересекаясь, могут решать и другие задачи. Но в любом случае… трёх было достаточно. Что могли принести ещё двое? Какие технологии они могли получить тут? Чем поможет Елизавета? А Николай? Какие, к чёрту, тайные операции? Зачем они нужны? Налёт — уничтожение — сбор трофеев — новый налёт. И так до тех пор, пока не будет уничтожен враг. Он глуп и прямолинеен в военном плане.

— К чёрту, — закрыл он глаза, пытаясь насильно загнать себя в сон.

Но не прошло и пяти минут, как от первой машины поступили сигналы о нападении. Нет, это был не инопланетный противник, а местное зверьё, которое слишком осмелело и решило попытать удачу. И его было довольно много, а анализ показывал, что это какие-то паукообразные, что косвенно подтверждалось великим множеством паутины вокруг.

— Рен точно не уснёт, — усмехнулся командир. — Андрей, много особей нападает?

— Приблизительно под две сотни, — спокойно ответил тот. — Стараюсь отстреливаться экономно, уничтожая только самых опасных особей. Они достаточно умные, пытаются повредить ходовую, намотать на колёса паутину и тому подобное.

— Остальным машинам приготовиться? — уточнил на всякий случай Одиннадцатый. — Чёрт… и почему у нас нет напалма?..

— Он бы сейчас очень пригодился, — недовольно пробормотал инженер. — Эти твари сидели спокойно, пока мы ехали. А потом как с цепи сорвались.

— Предположительно, мы приближаемся к матриарху этого… улья?.. гнездовья?.. логова?.. — задумалась помощница. — В любом случае маршрут проложен. Однако с воздуха про эту опасность ничего не удалось узнать. Огромные пауки не лезут к макушкам деревьев.

— Они дают им укрытие, — кивнул командир. — Солнце, видимо, не любят. А вообще… у нас есть зажигательные снаряды? Может, спалить всё тут к чёртовой матери?

— Тогда враг узнает, что мы тут были, — пояснил Андрей.

— Он по трупам и стрельбе, если услышит её, это и так поймёт, — вздохнул Яррив. — Короче. Если надо будет… разрешаю использовать… сжечь этот лес. Природа пострадает, Юмико будет негодовать… но лично я не хочу, чтобы они вскрыли своими жвалами, если они у них есть…

— Есть, — моментально подтвердил Андрей.

— … наши транспортёры. У меня всё. Слежу за обстановкой.

Скорость была маленькой, из-за чего на вторую машину пока не кидались, хотя и кидаться было практически некому. Большая часть паукообразных тварей накинулась на самую первую, самую вооруженную машину, за что и поплатились. То тут, то там по пути командир видел огромные тела этих пауков-переростков. При этом глаз у них было двенадцать.

Но в какой-то момент идиллия закончилась и для второй машины, на неё тоже изредка начали накидываться различные монстры, а орудия открыли огонь. Из-за этого в кузове возник переполох, все проснулись и тут же начали заваливать командира вопросами. Тот им просто начал транслировать то, что показывали датчики.

— Может, сжечь? — спокойно спросила Юмико.

И из-за этого удивились все. Даже просчитывающие многое искусственные интеллекты.

— Да ну на хер! — не выдержал Борис, после чего выдал триаду из-за своего шока.

Глава 6

Сутки 23–24

Сжигать пришлось много и часто. Не было столько зажигательных снарядов, чтобы уничтожать пауков в таком количестве, из-за чего часто приходилось продвигаться всё дальше и дальше, чтобы в какой-то момент применить термобарический снаряд. Но группа продвигалась, прогрызалась через местных ненасытных монстров, уничтожала всё вокруг.

В конечном итоге позади себя семеро оставили только огонь да пепел, очаги перерастали в настоящие неконтролируемые пожары, полыхающие и уничтожающие всё вокруг. В этом пожаре терялись следы группы, что было только на пользу, а точку выхода из опутанного паутиной леса отследить было практически невозможно.

При этом врага рядом не было, вообще никаких признаков его присутствия рядом не наблюдалось. Это напрягало каждого из присутствующих, но в конечном итоге все только больше убеждались в одном: пламя — враг водных тварей. Они его боялись. Они его избегали. Его можно было использовать против них.

— Но главное — не переусердствовать, — подметила Юмико под утро, когда машины практически приехали в точку назначения. — Масштабной, планетарной экологической катастрофы не будет, но локальная… тоже нанесёт вред планете.

— Кстати, а почему ты сама предложила сжечь пауков? — удивлённо обратился к «зоозащитнице», как иногда шутили над ней, Джон.

— Ненавижу пауков, — сморщила она свой носик. — Не боюсь, а именно ненавижу. Чистое отвращение. Хоть и понимаю, что они часть цепочки и всё такое, стараюсь не трогать… но вот такие гнездовья… от них только вред. Так что, то место можно было сжечь. Почва облагородится со временем от золы и тел мертвых тварей.

— Если не произойдёт так, как произошло давным-давно в Австралии, на материке, — хмыкнул Яррив. — В любом случае нужно работать. Через десять минут прибываем, разворачиваемся и продолжаем работу. Итак, наши задачи на предстоящие три дня…

А сделать им необходимо было достаточно многое. Полностью завершить модификацию кузовов машин — металла, простого металла сейчас хватало на то, чтобы у двух из трёх машин полностью переделать кузов, а третью машину они будут переделывать уже на новом месте.

— Мы же сделаем это? — с довольной улыбкой стоял Джон.

— Сделаем, — кивнул Яррив. — У нас же нет никакого другого выхода. А потом изнутри будем укреплять. Но тут уже без помощи Рена и Андреаса не обойтись.

— Да, — кивнул программист, — иначе можете повредить аппаратуру, за что я вас как минимум побью.

— Силёнок не хватит, — рассмеялся Джон.

Следующая важная задача — развёртывание исследовательского искусственного интеллекта, Елизаветы. В её задачи входил не только поиск технологических решений, но и исследование всей окружающей среды. Для неё потребуются новые датчики, новое оборудование, но всё это будет возможно произвести со временем. В любом случае именно она позволит создать самые сильнодействующие лекарства на этой планете.

— Её создание, скорее всего, займёт все три дня, — нахмурившись, говорил снова Андреас. — Слишком много тонкостей и нюансов, слишком много сопряжений как с системами Бориса, так и с системами Андрея. Придётся много модулей комбинированных ставить…

— Материалов на данный момент на сколько хватает? — посмотрел на него командир.

— Примерно на шестьдесят процентов работ, — дёрнул плечами Андреас. — Борис после марша получил задачу провести анализ имеющихся запасов, после этого я скажу точно. Но… предстоит много искать. Плюс у третьей машины может быть перегруз, придётся укреплять подвеску и усиливать привод, а это повлечет за собой увеличенные траты энергии.

— Тогда облегчать кузов будем сначала у третьей машины, пока вы там не разошлись, — покачал головой Джон. — Из-за обшивки веса станет меньше, и это компенсирует повышение веса из-за аппаратуры. Кстати, а почему веса будет больше, если третья машина и так склад материалов?

— Потому что уже примерно половина лежит в первой машине, — усмехнулся Яррив. — Позавчера, после работ, пришлось многое туда перемещать. Но это временная мера, просто из-за монтажных работ в третьей машине не было места. Вот и всё. Но сейчас, после завершения всех первичных модификаций, думаю, места станет больше.

— Значит, попутно будем укреплять подвеску, — раздраженно проговорил Рен. — Работы точно займут все три дня. Придётся возиться даже вечерами, чтобы уложиться в срок.

— Если нужна помощь будет, скажите, — посмотрел на него Одиннадцатый. — Сделаем всё, что потребуется.

— Броня, — вместо него ответил Андреас. — Займитесь именно сегодня бронёй. И завтра тоже. Хорошо снимет нагрузку, кстати, с третьей машины. Ибо именно металла простого в хранилище лежит много. Уберём его — уменьшим массу.

— Но подвеску всё равно укреплять, — всё так же недовольно бурчал Рен.

— Боги, Ли! — рыкнула на него жена. — Мы все это поняли!

Следующая задача — поиск материалов, причём придётся искать не только те, которые оставило после катастрофичного приземления человечество, но и естественные, которые изначально принадлежали самой Терре. На этот раз Юмико придётся бродить по лесу с Анной, так как Лия всё ещё находилась в медикаментозной коме, вывести её не было возможности.

После того как все задачи были получены, все группы разбрелись по своим машинам и начали разворачивать в очередной раз маскировочные сети. Безопасность превыше всего. Была бы возможность постоянно путешествовать по планете — они бы этим занимались, но на ходу не заменить обшивку, на ходу не провести модификацию навесного оборудования. На ходу тяжелее пополнять припасы продовольствия, хоть их и было достаточно много. Поэтому требовались стоянки хотя бы на несколько дней.

Сейчас они остановились недалеко от естественных гор, высота которых, по предварительному сканированию, составляла порядка трёх тысяч метров. Такие на Земле не редкость, особенно после Импакта, но всё равно весьма большие горы. И это была их восточная оконечность, они растягивались дальше на запад, уходя далеко за горизонт. Даже поднятые в воздух БПЛА не смогли увидеть, где именно они заканчиваются.

Но машины остановились всё равно в лесу у подножья этих гор, на плато, которое удобно расположилось в юго-восточной части этой оконечности цепочки возвышенностей. Тут было несколько удобных впадин, в которых можно было спрятать машины, а сам рельеф «выровнять» за счёт натянутых сетей. При этом впадины выглядели так, словно их специально кто-то создал для маскировки. Три штуки, в которые полностью помещались все машины в высоту, даже оставался небольшой запас, а в ширину, по бокам, оставалось ещё несколько метров, так что можно было спокойно пройти.

— Эх, остаться бы тут на более продолжительный срок, — мечтательно проговорил Джон. — Тут так окопаться можно, хрен нас кто отсюда выковырять сможет. Вечным зноем пустыни тебе в этом клянусь!

Но больше не было времени на разговоры. Когда маскировка была установлена, а часть турелей, переносимых, установлена по верхнему периметру расщелин, группы начали заниматься своими делами. Юмико и Анна ушли «гулять» по лесу, подмечая важные природные объекты, которые требовалось лучше обследовать, а также собирая все ресурсы, которые только могут пригодиться. Данные, полученные Элеонорой от местных капсул, были не самыми удручающими. Всего тут упало около девяти капсул, но падали они в группировке по три штуки, из-за чего их разорвало в клочья при падении. Найти что-то цельное они не рассчитывали.

Две остальные группы, научившиеся слаженно и грамотно работать друг с другом, начали планомерно проводить модификацию третьей машины. Рен и Андреас начали разгребать и освобождать место для аппаратуры нового ИскИна, после чего тут же должны были заняться монтажом. Джон и Яррив начали снимать последнее навесное оборудование с ещё оставшихся деревянных элементов корпуса. Сразу со всех мест, чтобы потом на это не отвлекаться. Сразу после этого демонтаж всего оставшегося дерева, а после — установка новых стальных листов.

До обеда всё запланированное было успешно завершено, даже никаких эксцессов не произошло в плане самих работ. Все доступные схемы, составленные ИскИнами, были достаточно подробны, а работы проводились аккуратно и под контролем со стороны всех систем.

Вот только приготовление обеда задержалось, так как Анне пришлось его готовить сразу после возвращения. Но и в это время бойцы занимались делами. Этого требовали правила. Этого требовал командир группы. На это мягко намекали искусственные интеллекты.

После обеда все сразу вернулись к своим делам. Снимались остатки дерева с кузовов машин, устанавливался металл. Производился монтаж каркасов для блоков и модулей Елизаветы, девушки уходили в горы, ибо туда ближе всего было, там лежало больше всего разрушенных капсул. Тел Не находили.

Весь же день беспилотники продолжали следить за обстановкой, проверяли как местность, так и воздух. Враг сейчас был, по логике, на максимальной удалённости за всё время пребывания на планете, порядка трёх с половиной сотен километров, если проложить прямую. Но расслабляться всё равно не стоило.

После ужина пришлось также работать. Штурмовик и командир не смогли завершить установку датчиков, из-за чего им пришлось это делать практически в полной тьме, полагаясь только на фильтры своих шлемов. Работы требовалось завершить, чтобы на следующие сутки они смогли спокойно перейти к модификации первой машины. Решили усилить именно её из-за того, что она пострадала больше всего прошлой ночью. Пауки в некоторых местах даже вырвали куски деревянной обшивки.

После всех работ все разбрелись по своим спальным местам. Только Анна осталась возле Лии, начав выводить её из коматозного состояния. Для этого требовался контроль со стороны врача, так как медицинского ИскИна для нормальных работ в этом плане не было.

Но в итоге пришлось вводить её в это состояние заново. Как только начала повышаться активность мозга, так сразу со всего тела начали поступать сигналы о боли, о раздражении, мышцы стали напрягаться до такой степени, что присутствовала опасность перелома костей. Эффект был схож с тем, какой был при поражении Рена с помощью системы контроля, по крайней мере очень сильно его напоминал. Вот только если у Рена действительно была симуляция, то у Лии были поражены практически все мышцы, чего ранее не замечалось.

Анна тут же провела исследование всего организма вновь, обнаружила очаговые образования там, откуда сигналы начали исходить изначально, после чего назначила новое лечение. И только после этого Анна могла позволить себе отправиться спать.

На двадцать четвёртые сутки все работы продолжились. До завтрака вновь Анна попыталась привести в себя Лию, но на этот раз с целью проверить эффективность назначенного лечения. Боль фиксировалась ещё во множестве мест, но её интенсивность всё равно снизилась, хотя и оставалась достаточно сильной и опасной.

Из-за этого пришлось продолжить работы в прежнем формате, разбившись на три пары. Но перед тем как приступить к демонтажу внешнего оборудования на третьей машине, где вооружения было больше всего, Джон на всякий случай проверил установленные на поверхности автоматические турели, ибо Андрей сообщил о временами возникающей ошибке.

— Чёртовы грызуны, — нашёл проблему здоровяк. — Даже тут водятся и грызут провода. У нас есть запасы? Или новые только создавать?

— Есть ещё запасы, — отозвался по рации Андреас. — Можешь взять в третьей машине. Но уже не так много, чтобы распыляться. Так что старый кабель придётся вернуть, Борис проведёт его частичный ремонт. По крайней мере в его обязанности это входит.

Когда проблемы с турелями были устранены, все группы приступили к тем же работам, что и ранее. В первой половине дня производился в основном демонтаж остатков деревянного каркаса на первой машине, в третьей началась установка подготовленных за ночь модулей Борисом. Девушки же ушли пополнять припасы, так как часть ранее найденного пропитания быстро испортилась. Пришлось выкидывать и пополнять его вновь. Благо, с горами они за вчера закончили, перенесли за семь походов туда-обратно всё, что удалось найти. А что не удалось найти, считалось не таким критичным, чтобы об этом беспокоиться.

Дроны при этом расширяли область поиска, начав вылетать за пределы зоны работы аппаратуры. Хоть они и летали в ранее доступных областях на таком расстоянии, но особенности рельефа сказались на работе аппаратуры, которая была завязана на радио. Если на Земле можно было перейти на спутниковую связь, то тут такой возможности не наблюдалось.

Это, в свою очередь, потребовало поднять в воздух оставшиеся три разведывательных БПЛА, чтобы расширять границы исследованной территории. Каждый раз, когда беспилотники полностью забивали свою память, они разворачивались, залетали в область действия радиоаппаратуры машин, передавали данные, обновляя карту, после чего летели в соответствии с новыми полетными заданиями.

И ближе к вечеру произошло то, что ожидалось. На расстоянии приблизительно в сто пятьдесят километров были обнаружены следы деятельности противника. Опять река. Опять дамба. Опять перекрытая протока, из-за чего вода уже начала заполнять низину с противоположной стороны, где уже начали строить свою базу противники.

— Нужно что-то с этим делать, — стоял около единственного стола Яррив, смотря на всех присутствующих. — У нас нет Николая, но мы тоже можем придумать план действий и реализовать его. У кого какие идеи?

— Атаковать! — ударил кулаком в ладонь Джон, скалясь при этом.

— Всем понятно, что нужно атаковать, — покачал головой командир. — Но как именно? Сегодня уже поздно, камеры на штурмовиках не такие продвинутые, как на разведчиках, а ретрансляторов для корректировки у нас нет. Соответственно, миссия откладывается на следующие сутки.

— А может, провернем, как на той тренировке? — подала голос по связи Лия, которую Анна решила привести в себя для проверки.

— Проснулась⁈ — искренне удивилась врач. — Так быстро⁈ Я же даже не всё сделала… больно? Где-то что-то неприятно чувствуется? Как-то иначе себя воспринимаешь?

— Да вроде всё хорошо… — пожала плечами девушка. — Только… боли не чувствую. Вот ты меня сейчас уколола… сам факт укола почувствовала, а боли от него нет. Напрягает… но довольно интересно.

— Действительно, интересно, — нахмурилась врач. — Видимо, интенсивные сигналы твой мозг решил не воспринимать. Лично я никогда такого не встречала… но в летописях есть записи о том, что бывали подобные мутации у людей ещё лет семьдесят назад. Но… откуда у тебя-то они тут? Или так скрытая мутация проявилась? Организм решил активировать все механизмы для регуляции? Не понимаю…

— И не стоит пока понимать, — с облегчением проговорил Яррив. — Сегодня ночью Лия пускай остаётся ещё в капсуле для наблюдения, а завтра, по мере возможностей, приступает к своим обязанностям. На ней, кстати, будет атака, скорее всего. Раз ночью мы не можем, значит, атака завтра. Лучше когда?

— В момент свёртывания, — почти моментально ответил Рен. — Нам нужно быть готовыми свалить куда подальше, если враг решит разобраться, откуда был нанесён удар. При этом нужно составить маршрут беспилотникам и машинам так, чтобы противник не выявил нас, не стал преследовать.

— Истребители, — улыбнулся Андреас. — Заодно проверим их в реальной работе. Только они должны оставаться в зоне действия контроля со стороны Андрея, чтобы тот спокойно передавал данные о противнике с Соколов.

— У нас нет ракет, — нахмурился Джон. — Да и бомб тоже.

— Бомбы можно произвести, — дернул плечами Рен. — Ведь так, Борис?

— Смогу за ночь из лишних боеприпасов к редким калибрам, которые было решено даже не использовать, подготовить несколько бомб, — спокойно проговорил этот ИскИн. — Но высокой эффективности, как у современных бомб, не обещаю. Но их силы должно хватить, чтобы разнести ту кустарную дамбу.

— Значит, решено, — улыбнулся Ярый. — Завтра вшестером начинаем свёртывание, а Лия с Андреем начинают операцию по уничтожению дамбы врага. Это гарантированно ему нанесёт вред. А теперь… отбой. Время уже вышло. И да… график дежурства составлю сегодня. Как бы хорошо ни работали наши ИскИны, но сегодня лучше добавить ещё контроль со стороны человека.

— Верное решение, командир, — подтвердила его слова Элеонора. — Оптимальный график дежурства уже составлен. Всем отправлен.

Остальные только подтвердили этот факт, после чего разбрелись по своим местам.

Глава 7

Сутки 25

— Половина срока прошла, половина ещё впереди, — пробормотал Яррив, сидя на своём посту. — Чёрт, а ведь изначально у нас было сто десять дней, а не пятьдесят… как быстро всё летит к чёртовой матери…

Он дежурил последним на этот раз, не Андреас, который решил остаться первым, чтобы закончить некоторые наладочные работы, а именно командир. Он уже привык спать по пять-шесть часов, так что чувствовал себя весьма отдохнувшим, даже бодрым. Остальные же досыпали свои последние минуты перед пробуждением.

Всю ночь шла активная разведка. Разведывательные беспилотники постоянным конвоем циркулировали по одному и тому же маршруту. Каждый раз данные обновлялись, каждый раз про противника узнавалось что-то новое. И каждый раз это новое удручало всё больше и больше. Враг развивался, строился, расширялся.

— Примерно вообще можно подсчитать, сколько их прибыло на планету? — пытался понять замысел противника Яррив, смотря на детализированную карту местности.

— От двух тысяч, командир, — с обеспокоенностью проговорила помощница. — Иначе бы они не рисковали сотнями. Да и тогда была разовая акция. Противник больше так не рисковал. Даже первая база строилась силами приблизительно пятидесяти особей. Но зная репродуктивные особенности морских обитателей, не стоит исключать, что враг начал размножаться, а если есть инкубаторы… то базы нужно атаковать.

— Значит, сегодня вечером точно нужно совершать налет, — тяжело вздохнул командир. — Борис, как там идет подготовка боеприпасов?

— Почти всё готово, шеф, — бодро и весело ответил он. — Осталась последняя бомба, и на три захода хватит. Если потребуется, нанесем такой удар, что они сами пострадают. К слову… у Андрея есть интересная мыслишка насчёт базы, ну на тему того, как лишние боеприпасы использовать, если вдруг останутся.

— Слушаю, — кивнул Одиннадцатый.

— У противника нет строения на этой базе, которое отвечает за энергетический щит, — менторским тоном аналитика говорил этот искусственный интеллект, но в его голосе слышалось предвкушение. — По снимкам удалось выявить строения, похожие на жилые, похожие на инкубаторы. Удар стоит нанести туда. Если вас беспокоят вопросы морали, то в базе данных сохранён момент, когда удар был нанесён по вашему жилому дому. Враг с вами не церемонился. Да и не может быть в колониальной миссии мирных жителей априори.

— Если заряды останутся, то обязательно нанесём удар, — кивнул Яррив. — А у нас какие есть, Борь?

— Борис, — довольно строго пробасил ИскИн, показывая своё отношение к короткому имени, Яррив не был тем, кому он «позволял» так себя назвать. — Несколько объёмно-детонирующих, три с кумулятивным эффектом, но и сброс нужно выполнить соответствующе, чтобы бомба носиком попала по цели. Их использование… лучше против техники. Но и бронированные, сделанные из металла того домика тоже подойдут.

— Да такие против дамбы точно не применить, — вздохнул командир. — Вообще, зачем их было производить, если такие цели не ставились?

— Чтобы материал не пропадал, шеф, — с толикой виноватости в голосе проговорил Борис. — Через час можно будет отправлять. А там, как сами хотите. Займусь дальнейшей разработкой модулей для Елизаветы. Как раз несколько модулей сопряжения осталось… сегодня работы требуется завершить.

После этого пошёл анализ базы противника, приводились аналогии, проверялись данные со сканеров Соколов. Два искусственных интеллекта и один человек пытались понять, что и где находится. Спектры, частоты работы всего и везде. Проверялось всё. И в конечном итоге были выявлены приоритетные цели, составлен план атаки на вечер, который будет передан Лие. Она всё ещё останется в медицинской капсуле, но ей это не помешает осуществлять контроль через свой чип.

Дальше вновь начались повседневные дела. Металла на вторую машину целиком не хватало, но, чтобы полностью потратить то, что подготовлено, снизить нагрузку на третью машину, было принято решение заменить то, что возможно. Поэтому Джон с Ярривом были заняты.

Рен и Андреас сразу после завтрака направились на завершающие работы по созданию основы ядра Елизаветы. В первой половине дня им обоим требовалось полностью завершить вычислительный блок. Все провода внутри корпуса, все соединения, проверка всех блоков перед запуском, тестовые запуски. Всё должно быть выполнено точно, так как это самый «капризный» к точности и возможным задержкам ИскИн. Даже у Андрея нет таких дорогих, по меркам человечества, материалов внутри вычислительного блока.

Когда все соединения были проверены, Андреас начал проводить запуски каждого блока по отдельности. Проверял память, как она откликалась на тестовые сигналы, проверял оперативный блок памяти, все графические процессоры, которые потребуются для работы создания точных симуляций, несколько вычислительных процессоров. Каждый раз он смотрел, как идут сигналы, как они пропускают через себя. Потом уже началось взаимодействие между блоками. Как сигнал от вычислительного процессора уходил к остальным блокам, как из памяти что-то выгружалось для обработки и тому подобное.

Только после этого, только после полного анализа всего начались полноценные запуски. Даже во время них тщательно проверялось всё. Каждый сигнал. Каждый перепад частоты, вольтажа. Всё было в пределах нормы, что позволило начать процедуру выгрузки личности Елизаветы с её подпрограммой, в соответствии с которой она должна была работать.

— Примерное время выгрузки… пять часов, — нахмурилась Элеонора. — Большая скорость не рекомендуется, но при этом допускается постепенный и планомерный запуск тех или иных субпрограмм, чтобы ускорить запуск полноценный.

— Услышал, — кивнул Андреас, зная, что помощница командира его видит, после чего сделал глубокий вдох, прикрыл глаза и активировал свои имплантаты, подключаясь к блокам. — Приступаю к стороннему контролю. Просьба… не беспокоить.

Никто ему не ответил, так как отвечать было уже поздно. Разумом программист снова оказался в виртуальном и практически пустом пространстве. Снова он проверял каждую программу своими глазами, если так можно выразиться. И при этом он знал, что на любой запрос его товарищ, Рен, откликнется достаточно быстро. Ведь все блоки сопряжения, кроме одного, уже были закреплены и уже ожидали момента подключения. Но его можно и нужно осуществлять только после прогрузки разума Елизаветы.

В этот же момент Анна и Юмико спускались по склону с плато, внимательно смотря по сторонам. Местный лес был чуточку прохладней, чем всё, что они встречали ранее. Деревья словно поглощали тепло, отдавая с кислородом холод. Кожей и глазом такое не заметить, но Анна взяла с собой некоторую исследовательскую аппаратуру, с помощью которой и подтвердила этот факт.

— Вот видишь, — тыкнула она на объёмный снимок листа в инфракрасном диапазоне. — То место, куда падает свет, — тёплое… а уже под листом — более холодное. Причём холода листва отдаёт больше, чем получает тепла от светила. Удивительно… но объяснимо.

— И как же это объяснить? — хмурилась Юмико. — Я вот не понимаю.

— Смотри, — улыбалась врач. — Почва прохладная, тут много теней. Так что деревья тянут прохладу вместе с влагой из почвы. Но при этом кроны достаточно густые, значит, что больше тепла получают верхние листья, соответственно, холода отдают меньше… удивительно. Тут даже находиться приятно… но зимой, если тут зима есть, наверное, достаточно холодно.

— Если так… то почва зимой теплее, она промерзает дольше, а значит… деревья отдают тепло из почвы, ускоряя промерзание, — хмурилась девушка. — Вообще… на Земле такого точно не встретить. Процессы с почвой из-за этих деревьев должны быть в разы быстрее, из-за чего… ладно, — махнула она рукой. — Если буду жить после всего… то точно много времени потрачу на то, чтобы понять эти леса.

— Почему такой фатализм? — свела брови Анна, смотря на ту, которая раньше чуть не вывела её из себя. — Пока у нас складывается всё достаточно хорошо, может всё получиться.

— Слушай, — остановилась азиатка и посмотрела на свою напарницу. — Нас всего семеро. Вооружения у нас практически нет. Нам просто повезло, что враг такой… тугой попался. Но его больше. Я видела ночные снимки. Там тысяч пять их может быть только на той базе. Понимаешь⁈ Пять, чтоб их, тысяч. ИскИны при моём запросе мне дали знать, что их прилетело не менее двух тысяч, ибо такое тяжело развернуть. Не полноценная колонизация… но её начало. У них там инкубаторы. У них там всё необходимое для дальнейшего развития. Это нам, людям, нужно множество систем разворачивать, чтобы мы могли существовать. А этим тварям нет необходимости этого делать. У них иные процессы. У них в плане заселения огромное преимущество. У нас его нет. И нас просто рано или поздно задавят мясом из этих инкубаторов. Вот и всё. Как говорил мой наставник при базе Хранителя: «Се ля ви».

— Ну, человечество, если глянуть на историю, всегда хорошо было в том, чтобы кого-то и как-то уничтожать, — грустно усмехнулась девушка. — Возможно, и тут выкрутиться сможем. Всё же нам главное — нанести удар по космической станции противника, где он держит свои космические корабли, боевые. Если они у него вообще есть.

— Не тот уровень развития, чтобы удары наносить с поверхности планеты, — пробормотала Юмико. — Скорее всего, корабли, да. Да и говорили много раз на эту тему. Не стоит ворошить её ещё раз.

— Но если это корабли… то обязательно на суше. Желательно там, где враг может скрыть их от обнаружения или, наоборот, быстро эвакуировать. Второй вариант в нашем случае… более вероятен. Из-под воды взлёт более затруднителен, а значит, старт с поверхности планеты… — начала размышлять Анна, включив микрофон и всё транслируя Элеоноре. — А значит, нам нужно провести геологическую разведку и выявить направление, где почва будет более… устойчивая.

— Для этого и нужна Елизавета, — с заботой в голосе проговорила помощница. — Но поторапливайтесь. Это ваш второй заход за сегодня, а вам ещё три как минимум за сегодня сделать, чтобы всё обнаруженное перенести на базу.

Дальше работы шли полностью в «штатном» режиме. Люди не роботы, но отклонений они не допускали. Самым важным событием до обеда, что могло только произойти, был запуск Елизаветы. Он состоялся, причём оказался весьма успешным: ни одного битого процесса во время запуска, ни одного отклонения ни по одному блоку.

— Не ощущаю никакой аппаратуры, — растерянно говорила новая помощница. — Требуются подключённые внешние датчики типов…

И дальше пошло перечисление. Никто точно не знал, что потребуется, поэтому и откладывали момент подключения до последнего. К моменту, когда Елизавета закончила перечисление, стало ясно, что некоторые придётся даже производить с нуля, благо имелась вся элементарная база для этого. Но большая часть всё же использовалась, схема машины была скормлена исследовательскому ИскИну, после чего был предложен оптимальный вариант подключения через уже установленные блоки. Один пришлось переносить.

Но всё же люди не машины. Им пришлось прерваться на обед, после которого все вернулись к работам. Рен и Андреас начали заниматься всеми внутренними подключениями, переключениями и переподключениями. Джон и Яррив были оторваны от монтировочных работ на второй машине, их там оставалось совсем немного, им пришлось заниматься установкой новых датчиков на новых машинах, чтобы ускорить полноценный запуск Елизаветы.

В итоге провести все полноценные тестирования не вышло, к вечеру были завершены только работы, итогом которых стал выход на полную мощность исследовательского модуля под управлением Лизы, как она сама попросила её называть. Сдержанная, спокойная, уравновешенная, добрая и отзывчивая. Такое о ней сложилось впечатление после короткого общения с командой.

— Вечереет, — вышел из машины Андреас, поднялся на поверхность, после чего подставил лицо редким-редким лучам закатного светила. — Скоро начнётся хоть что-то интересное, хоть какое-то разнообразие в этом царстве однообразия.

— Ещё скажи, что тебе неинтересно это всё, — усмехнулся Яррив, оказавшись рядом с ним, снимая резиновые перчатки с рук, заменяя их на металлические от своего комплекта брони. — Словно тебе не нравится наблюдать за тем, как появляется в виртуальном пространстве новая виртуальная жизнь?

— Нравится, — сдержанно кивнул программист, повернувшись в сторону командира. — Но иногда даже привычная работа надоедает, нужно переключаться на схожие, но всё же чуточку другие виды работы. Иначе качество выполняемых работ по основному направлению из-за моральной усталости просто начинает падать.

— Как и в любой профессии, — хмыкнул командир, после чего включил микрофон и в общий голосовой канал объявил: — Так, дамы и господа, двадцать минут отдыха у нас есть… пользуемся этим временем по максимуму, после чего начинаем подготовку к миссии, а также начинаем сворачиваться.

— Жрать-то когда? — завёл свою любимую «песню» Джон, из-за чего в канале раздалось несколько смешков.

— Через двадцать минут, командир же дал понять, — с раздражением, причём нескрываемым, и даже агрессией ответила Анна. — Хватит уже каждый раз мне капать на мозги таким образом! Честное слово, достаёшь таким ребячеством!

— Ладно-ладно, — виновато проговорил темнокожий. — Я лишь разрядить обстановку хотел…

— Не вышло, — буркнула Анна, после чего отключилась от канала.

— Лиза, — обратился к новому ИскИну командир, — сможешь за это время провести хоть какие-то проверки базового уровня? Составленную тобой программу на десять часов я видел… у нас столько времени сейчас нет, а на новом месте придётся уже работать в полную мощность.

— Уже начала, командир, — вежливыми нотками наполнила она свой голос. — В данный момент проверяю все узлы сопряжения в физическом плане. Это самый малозатратный по времени момент. К моменту старта как раз всё будет завершено, после чего начну осуществлять программное сопряжение с другими ИскИнами в плане прямого взаимодействия, без обсуждений, как это делается в данный момент. Хоть оно у нас и занимает доли секунды…

— Но это на обычные вещи доли секунды, Лиз, — словно учитель начала говорить Элеонора. — На те объёмы информации, что ты будешь пропускать через себя, там будут уже чуть ли не минуты. А это много и критично в некоторых аспектах существования на этой планете. Так что, проверяй всё как следует, мы с остальными права к своим базам данным тебе выделили. Я — за исключением некоторых блоков памяти, где хранятся другие виртуальные слепки личностей.

— Благодарю за это, — с ещё большей почтительностью ответила Елизавета, но в её голоске слышалась лёгкая высокомерность, которая замечалась у людей «высокого полёта» на Земле. — Постараюсь сделать всё в лучшем виде. Хоть работоспособность Андреасом проверялась при моём запуске, но, я прошу прощения у него, мне это требуется сделать лично. Таковы правила.

— Ничего страшного, — лежал он на каменной поверхности расщелины, вернувшись туда. — Всё равно люди допускают ошибки. Машины допускают ошибки. Все допускают ошибки. Всех нас надо друг другом перепроверять, чтобы приблизиться к идеалу.

Дальше начались разговоры ни о чём. Каждый отдыхал. Просто отдыхал и беседовал о своём. Как в не такие далёкие, но уже практически забытые деньки возле базы, которую они с таким трудом строили. А после этого все переместились во вторую машину, где уже их ждал сытный ужин.

А после ужина начинался основной этап этих суток. Атака, которую ждали буквально все. Кто-то из-за того, что придётся руководить, но остальные — им хотелось всё видеть, за всем наблюдать.

— Поехали! — дал отмашку командир, после чего операция «Стая» началась.

Глава 8

Шестеро человек покинули командно-жилую машину и быстро разбежались по своим направлениям. При этом к третьей машине направилось сразу четверо: двое — кто потом останется на ней снимать маскировку, двое — из двух других машин.

Один боец направился внутрь кузова, второй встал возле задней двери, третий — около маскировочной сети, а четвёртый — уже за её пределами. Всё обсудили, обо всём было договорено. И каждый знал практически до секунды, что и когда нужно делать, что и кому передавать, куда встать, как двигаться.

Первыми начали выгружать ранее собранные для проверки перед миссией Соколы, за исключением тех, что были в воздухе и уже направлялись в сторону противника. При этом у одного из них решили слегка изменить состав аппаратуры, увеличив его вес. Далеко он летать теперь не мог, но это и не требовалось. Он стал ретранслятором сигнала. Временно, но сейчас — одно из самых необходимых решений. И его самым первым начали передавать по цепи к месту, откуда будет осуществляться старт.

— Сокол-один-эм, — озвучил Борис, когда подавал этот беспилотник Андреасу. — Модификация проведена успешно. В тестовом режиме все системы показали норму. Требуется проверка в реальных условиях.

— Вот сейчас и проверим, — с наслаждением и предвкушением проговорил программист, после чего с беспилотником подошёл к выходу и отдал птицу Рену, коротко пояснив: — Ретранслятор.

Конечно, инженер знал, что у него окажется в руках, но лучше лишний раз уточнить, чтобы не было лишних вопросов, чтобы не было путаницы. Избыточность информации не всегда плохо, иногда — благо, особенно когда требуются чёткий контроль и понимание происходящего. Лучше иметь несколько источников точной и подтверждающей информации.

Дальше Рен передал беспилотник Юмико, которая уже отдала его Ярриву. Тот его развернул, быстро всё проверил, после чего проследил за тем, чтобы он отправился в полёт. Некоторое время от него не было никаких сигналов, для экономии энергии на взлёте все системы были отключены, ибо её и так «съедалось» много. Но стоило разведывательному ретранслятору оказаться на достаточной высоте, как тут же его сигнал был запеленгован, а аппаратура получила запрос на сопряжение систем.

— Есть сигнал! — по командному каналу заявила Лия. — Направляю РБПЛА в зону границы пробивания сигнала.

В этот момент две птицы, которые и так находились в воздухе, начали смещаться ближе к базе противника, при этом находились практически на самой максимальной из доступных высот. В облаках. Чтобы враг не мог их увидеть. Погода сегодня была на их стороне, под вечер небосвод затянуло тяжелыми тучами, но дождик так и не начинался. Сперва казалось, что это враг пытается снова применить климатическое оружие, но нет, это просто пришёл фронт с кучными облаками.

Дальше по очереди были запущены ещё два разведывательных беспилотника. Они так же сначала набрали необходимую высоту, в соответствии с установленной в их прошивку программой, после чего уже подключились сначала напрямую к аппаратуре машин, а после того, как они начали удаляться, уже к ретранслятору сигнала.

— Все четыре беспилотника покинули пределы действия сети транспортёров, — докладывала Лия, ибо Андреас был полностью сосредоточен на управлении уже пятью летательными аппаратами, старясь сохранить их целостность и количество. — Фаза один выполнена. Визуальный контроль установлен. Там всё горит в инфракрасном, словно ёлка на Новый год. Придурки…

— О теплоизоляции они и не думали, — усмехнулась Юмико, которая глянула на получаемую картинку, пока был миг отдыха. — Вот что значит развивались в тепличных условиях и между друг другом ничего не делили.

— Так, хватит слов, — в приказном порядке сказал Яррив. — Фаза два. Начало. Поехали. Сначала снаряды.

Вторая фаза — подготовка и запуск штурмовых беспилотников типа Ястреб. Первым делом нужно было подготовить шесть снарядов, чтобы нанести два удара. Сначала по дамбе, во время первого налёта. А потом уже принимать решение — снова по дамбе или по базе противника. Тут всё зависело от того, насколько большим будет ущерб после первого налёта.

Больше шести снарядов смысла выкладывать не было. Штурмовики успеют вернуться только один раз, после чего их будут ждать уже в новой точке. Это уже была война, и начался маневренный её этап. Противоборствующие стороны определились и знали, что либо люди — водных разумных, либо наоборот. И если водные могли «играть» от выживаемости своего вида и быстрой рождаемости, то вот семерым придётся несладко. Налёты, атаки, диверсии. Это их тактика. Если получится, то необходимо уничтожать само сердце баз врага — источники энергии. Если они ядерные… ну что ж, таков путь.

— Шестой, — передала Юмико командиру осторожно последний снаряд.

— Спасибо, — тот кивнул ей, после чего аккуратно, на расстоянии от остальных, положил его. — Теперь Ястребы. Жду. Поехали.

После этого манипуляторы Бориса тут же достали первый штурмовой беспилотный летательный аппарат, который тут же взял в руки Андреас. И снова он передал его Рену, произнеся тип беспилотника, тот снова Юмико, а вот она уже вместе с Ярривом приблизилась к взлетной зоне.

Этот этап был самым долгим. Требовалось подцепить бомбы, после чего в прямом слове с рук запускать беспилотники. Это опасно. Это чревато… но только так. Бомбы были нестандартные, кустарные, слишком большие по объёму. С такими требовалась асфальтированная или забетонированная взлётно-посадочная полоса. Но её не было. Была только слегка расчищенная наполовину каменная, наполовину грунтовая поверхность.

Когда первый снаряд был осторожно закреплён, командир и лесничая схватили с разных сторон БПЛА, подняли над головой и одновременно с запуском двигателей беспилотника начали бежать вперёд. Десять метров. Двадцать. Тридцать… после сорока штурмовик начал медленно приподниматься, позволяя паре ещё быстрее бежать, после пятидесяти он окончательно оторвался от руки и сам спокойно взлетел.

— На будущее, — с одышкой после полусотни метров неудобного спринта начал говорить командир. — Нужно для такой херни… прошу прощения… для запусков придумать что-то типа катапульты… вот каждый раз так делать… вообще не комильфо.

Остальные члены команды только посмеялись, Юмико улыбнулась, но согласно покачала головой. В это же время уже второй штурмовик ждал Яррива и Юмико, чтобы они подцепили к нему бомбу и так же отправили в полёт. И они это сделали, а после и третий беспилотник, получив свой снаряд, отправился в полёт.

— Вторая фаза… — снова подала голос Лия. — Завершена. Взлёт успешно осуществлён. Ударная формация сформирована. Группа делает один круг вокруг места временной дислокации, после чего отправляется на штурм. Требуется запуск истребительных летательных аппаратов для их прикрытия при приближении к базе противника.

С этими всё было куда проще, чем с предыдущими. Их так же, как и разведывательные, просто передали по цепочке и позволили самостоятельно взлететь в воздух. И если второй тип БПЛА летел достаточно кучно, чтобы нанести за один удар как можно больший ущерб, то истребители рассредоточились, поддерживая расстояние между друг другом минимум в сто–сто пятьдесят метров. Чтобы был охват.

— Третья фаза начинается, — с трепетом в голосе говорила Лия. — Все одиннадцать беспилотников находятся в воздухе. Картинка чёткая, поступает с задержкой в три десятых секунды из-за программной обработки. Активности со стороны противника не наблюдается, защитные системы не разворачиваются. Готовность к нанесению удара… двадцать минут.

— Сворачиваемся! — приказал Яррив, после чего сам метнулся к той машине, за которой был закреплён.

Первая и вторая машины были частично уже свёрнуты. Джон и Анна уже собрали кабельную сеть, которая была развёрнута между ними, и уже приступили к её сборке между второй и третьей машиной. Остальные же приступили к демаскировке: сбрасывали с маскировочных сетей всё лишнее, что успели нацепить и приспособить за эти несколько дней, что тут находились.

Когда кабельная сеть была полностью свёрнута, люди приступили к свертыванию самих сетей. Сначала по одному борту, пытаясь это делать максимально быстро, о качестве никто не задумывался сейчас. Но при этом все не переставали поглядывать на картинку, что проецировалась у них в дополнительной реальности.

— До удара осталось… три… — начала отсчёт Лия, а все системы при этом показывали невероятно огромный расход энергии процессорами Андрея, он для этого не был предназначен, из-за чего ему требовалось больше процессорного времени и мощностей, — два… один… Удар!

Все три штурмовика во время обратного отсчёта быстро снижались. Скорость была просто невероятной для них, а всё из-за «лишнего» веса, той самой очень полезной и достаточно смертоносной нагрузки, которую они несли. Но стоило им от неё избавиться, как тут же все три БПЛА «подскочили» в воздухе, что позволило им быстро набрать высоту и разлететься в разные стороны. Кто знал, как отреагирует противник на появление врага. Но пока никак не реагировал.

— Не заметили? — удивлялся командир, который завис, как и все остальные, ожидая картинки с разведчиков. — Не верю… или у них аппаратуры нет для отслеживания?

— Ба-бах! — взревел Джон, а потом заржал в полный голос. — Аха-ха-ха-ха-ха-ха! Борис, это было великолепно!

— Ждём! — тут же жёстко скомандовала Лия, которая руководила операцией. — Смотрим… нужно понять последствия… Андрей… приблизить камеру к руслу реки… смотрим… смотрим.

— Есть вода! — первой отреагировала Юмико. — Потекла, родимая! Пробили брешь! Сейчас сама природа доделает всё остальное!

И она не соврала, не ошиблась. Прошло не больше минуты, как вода стала течь куда активнее через искусственную хлипкую плотину противника. Всем казалось странным, что враг даже не озаботился её бетонированием, укреплением. Но сейчас это никого не волновало. Первый этап был выполнен.

Элеонора тем временем решила провести небольшой анализ действий врага. Он отреагировал, в воздухе стали улавливаться источники чужих сигналов, из-за чего истребители направились к ним. Но не это её волновало. А как раз манера постройки. Почему они обходились полумерами, причём во второй раз, хотя им жизненно необходимо было обеспечить сохранность этой постройки? Она даже провела несколько не совсем точных симуляций, оперируя скоростью строительства этих инопланетян. И пришла к довольно утешительному выводу.

— Враг тут немногим дольше нас, — сосредоточенно говорила она. — Нет достаточных систем вооружения. Нет систем обороны. Они явно были не готовы к нашему появлению. Манера стрельбы из транспортёров похожа на ту, что использовалась в космосе против космических кораблей. Нет скорострельности. Один чёткий и управляемый выстрел. Они не смогут нам нанести достаточно вреда… главное — укрепиться достаточно, чтобы машины выдержали этот выстрел. А потом можно будет идти в наступление.

— Даже ручное оружие у них не такое скорострельное, как у человечества, — на миг позволил себе отвлечься Андрей, — это я вычленил из записи тех битв, что остались в базе данных. Две штуки. При спасении практически моего тёзки, потом при «побеге» с базы.

— Эль, — тут же подала голос Елизавета, — для детального анализа возможностей врага мне потребуется информация от Авроры, как и куда был нанесён удар. С точным анализом повреждений. Потому что нам защищаться не только от наземных сил врага, но и от воздушных.

— Их птицы не стреляют! — радостно воскликнул Джон, когда первый истребитель «сбрил» крыло вражескому беспилотнику. — Вообще! Ха-ха-ха!

И тут же одному из истребителей пришлось совершать экстренный маневр уклонения. Что-то с земли произвело выстрел, причём достаточно крупнокалиберное. Но выстрел был один. Хоть он и был довольно точен, но всё же маленький БПЛА достаточно маневрен, чтобы уйти от единичного выстрела.

— Они пытаются их сбивать, — констатировала факт Лия. — Наблюдаю… с транспортёров. Эффективность низкая. Хотя точность достаточно высокая.

— Высота спасла, — проговорил Борис. — Иначе бы Андрей не успел отправить соответствующий приказ птице.

Никто и не спорил. Теперь пятнадцать минут ожидания, пока вернутся с отработки три штурмовика, чтобы снова их снарядить и отправить в новый заход. Эту точку светить уже можно было. Враг всё равно не сможет своевременно нанести удар по ней, слишком большое расстояние, слишком много проблем у него на базе.

— Всё, прорвало, — с облегчением сказала Юмико. — Вот теперь точно озеро обратно вольётся в реку, и останется только гиблое болото.

И всё это время бойцы сворачивались. Все это время они работали не покладая рук. Оставалось сделать совсем ничего, когда три штурмовика по очереди приземлились и подали сигнал о готовности к перезарядке. К ним тут же метнулись те же два бойца, что и в прошлый раз, с максимально возможной скоростью каждому вновь прицепили бомбу, после чего отправили в полёт.

— Если бы не броня, — снова еле живым голосом проговаривал Яррив, — то хрен бы я такие выкрутасы смог бы делать… сколько они там весят?

— Больше тебя, командир, — усмехался Джон.

И снова Лия отдавала приказы Андреасу. На этот раз целью были выбраны три здания, которые через систему с помощью анализа всех четырех ИИ оказались помечены как наиболее важные. Никто не понимал до конца, для чего они нужны были на самом деле, но светились в инфракрасном режиме камер разведчиков они ярче всех. Там шла выработка энергии, но вот из-за чего — вопрос совершенно иной.

— По машинам! — отдал приказ Одиннадцатый, когда всё было свернуто.

Все шестеро бойцов тут же заняли свои места. Только на этот раз в третьей машине осталась Юмико, которая временно расположилась в кабине водителя. Когда будет остановка, примерно через тридцать минут после начала марша, она вместе с Андреасом подцепит последние высокомощные сборы — бомбами назвать их было сложно — на штурмовики.

— Один Сокол… уничтожен, — с жалостью проговорила Лия. — Модель номер один. Там больше всего технологий врага, судя по краткому отчёту. Они послали какой-то непонятный сигнал на него, из-за чего половину систем перемкнуло, а батарея вообще взорвалась.

— Главное, им останутся только обломки, — злобно проговорил Рен. — Далеко от их базы упадут?

— Примерно в десяти километрах, — спустя пару секунд ответила девушка.

— Значит, и подобрать нормально не смогут, — с удовольствием в голосе проговорил инженер. — Пускай подавятся, уроды. Мы нанесли им уже больше вреда, чем они нам.

— Десять беспилотных летательных аппаратов врага уничтожено, — подтвердила его слова Лия. — Плюс несколько раз истребители заходили на снующих рядом с поверхностью воды противников. Сколько-то посекло. Но сейчас идёт экономия боеприпасов. Осталось меньше четверти.

— Отправить бы на перезарядку… — проговорил Яррив, наблюдая за тем, как идёт самоконтроль аппаратуры.

— Долго. Игра не стоит свеч, — тут же осадила его логичным доводом Лия.

— Приступить к маршу! — отдал приказ командир, сделав вид, что не услышал слова девушки, хотя на самом деле принял их к сведению.

Теперь всем оставалось только наблюдать за ходом операции. Штурмовики уже приближались к базе врага, когда по ним разом ударили сразу из пяти транспортеров. Два беспилотника смогли увернуться, один — нет, из-за чего оказался уничтожен.

— Суки… — сжал кулаки Андреас.

После этого планы моментально скорректировались, из трёх точек для текущего удара осталось две, по которым он и был нанесён. И тут было обнаружено то, что и не рассчитывали увидеть Семеро. Температура начала резко возрастать, при этом так стремительно, что это был не просто пожар.

— Кажется, там скоро будет взрыв… — неуверенно проговорил Рен.

— Отозвать все беспилотники! — вмешалась Елизавета. — Срочно!

Андрей не стал с ней спорить, все уже девять птиц направились к точке встречи, даже ретранслятор. И причина, по которой был сделан такой вывод, напросилась сама собой.

— Охренеть! — не выдержала Анна, наблюдая через внешние камеры машины, как уже практически ночью стало светло, как днём. — Да у них там ядерный реактор был.

— Вот теперь, Джон, — ехидным голосом говорил Борис. — Настоящий БА-БАХ! Аха-ха-ха-ха-ха! Я всегда знал, что Андрей — пиротехнический маньяк!

— Просто искусство — это взрыв, — хмыкнул он, вытащив эту фразу откуда-то из глубинок прошлого основной личности.

Глава 9

Сутки 26

— Вот теперь точно можно быть уверенными в том, что мы нанесли существенный ущерб противнику, — связался со всеми по радиосвязи Яррив, когда она после ядерного взрыва восстановилась. — А фон при этом огромный… нам повезло, что расстояние огромное. Но нужно убираться подальше…

— Оптимальный маршрут построен, — тут же доложил Андрей. — Разведка всей близлежащей местности проведена, конечная точка практически полностью известна. Разведчиков не хватило на последние пятнадцать километров маршрута.

— И там будет враг, — хмыкнул Джон. — Внешние датчики зашкаливают… какой же мощности там была ядерная установка, что аж за сотню километров фон начал невероятно сильно подниматься…

— И это большая часть заразы нас не достигла из-за того, что взрыв был поверхностным, — угрюмо, сведя брови, проговорил Андреас, но этого никто не видел, но слышали его настрой. — Раз у них тут ядерные установки… то явно они знали, куда летели.

Все только согласились с программистом. Враг уже начал осваиваться. Хоть и не прилетели основные силы, но того, что тут было, уже оказалось достаточно для обширных действий. Но при этом ядерная установка явно снята с корабля. По крайней мере мысленно были согласны с этой идеей все. Колониального корабля либо какого-то другого, но не менее масштабного.

Ещё часть дронов во время взрыва была потеряна. Некоторые сбились из-за радиации, некоторые сгорели из-за электромагнитной вспышки. Но сейчас оставался всего один истребитель, два штурмовика, три разведчика, один из которых был ретранслятором.

Сам маршрут пролегал в основном возле скал, огибал их по большой дуге, а после выходил с той стороны, где не должно быть радиационного заражения местности. Просто скалы не пропустят. И все рассчитывали на это. Но в любом случае придётся проводить дезактивацию поверхности всех трёх машин, благо они были полностью подготовлены.

— Всем выпить таблетки, — отдал приказ Яррив, когда заметил, что его индивидуальный дозиметр начал улавливать поглощённую дозу радиации. — Иначе мы так сгорим… чёрт… что у них там вообще было, что так рвануло⁈ Сто с лишним километров! Сто с лишним километров! Земной! И всё равно…

— Чем выше технологии, тем они опаснее, — с опаской проговорила Юмико. — У них явно энергетика развита получше нашей. Вот и рвануло знатно, ибо реактор был огромной мощности.

— Это скорее не от мощи, а от состава зависит, — задумчиво произнёс Яррив. — Но чего гадать? Что есть, то есть. Взрыв оказался… слишком радиоактивным. Грязным, так сказать. Та местность должна стать карантинной. Туда соваться нельзя будет без детальной разведки.

— Человечество только прилетело, а уже устроило ядерный взрыв… — рассмеялся снова Джон. — Чёрт, да мы тут с приземления даже месяца не находимся, а уже такое вытворяем! Да и враг явно идиот, раз не смог понять, куда мы можем целиться.

— Они, скорее всего, просто не рассчитывали на то, что их атакуют и смогут так удачно выявить точку, где находится реактор, — отрешённо говорила Лия. — Так… птицы садятся через тридцать километров. Все сильно облучены, так что осторожнее. Нужно провести их дезактивацию, прежде чем убирать в кузов. Иначе Андреас сгорит.

Дальше все ехали в тишине. Начался подъём, из-за чего фон начал повышаться, открытых пространств больше, защиты меньше. Связь начала страдать, так что было принято решение, что опасный участок маршрута они проедут в тишине. Даже были активированы системы принудительной вентиляции, чтобы опасные частицы с меньшей вероятностью попадали в кузова машин.

Но толщина металла не спасала. Вообще. И дерево бы не спасло. Вообще бы ничего не спасло. Слишком много гамма-лучей, которым было практически плевать на всё. Но всё же людям было непонятно, как они вообще так далеко разлетелись. Слишком это странно было, в их понимании.

Когда маршрут начал загибаться за скалы, а фон начал резко падать, все три машины встали, выдерживая расстояние примерно в сто метров между друг другом. Остановка произошла в расщелине между скал, даже практически гор, которая так удачно подходила для марша. Именно там приземлились все беспилотники.

Обработкой были отправлены заниматься Юмико и Джон. Специальные баллоны, дополнительные средства защиты на их броню — во время движения их комплектовали как только могли. И не зря. Возле трёх птиц регистрировалась достаточно большая мощность излучения. Не убила бы, но неизгладимый след точно бы оставила.

— Приступаю к обработке, — практически машинным голосом проговорил здоровяк, начав распрыскивать специальный раствор. — На много хватит?

— Разок машины обработать точно хватит, — недолго думая, выдал Борис. — А больше… тю-тю. Хренушки. Не выйдет. Нужно производить, а у нас ни средств, ни материалов для этого нет. Даже Лизочка тут нам не поможет. Поэтому придётся держаться как можно дальше от того места, если хотите выжить. И так ваша жизнь стала чуточку короче. Лет так на пять… ну а может, кто-то уже и через пару годиков от рака сгорит.

Прошло пятнадцать минут, прежде чем все беспилотные летательные аппараты были обработаны, после чего перемещены в третью машину. И только после этого команда смело продолжила свой маршрут, внимательно следя за фоном. От него теперь никогда не избавиться полностью, но защититься по максимуму команда была просто обязана.

— Теперь спать придётся где-то в сторонке от машин, — недовольно пробормотала Анна. — Внутри опасно будет. Или уже плевать? Мы вроде как смертники.

— Смертники… — словно эхом повторила Лия. — Ну, в общем, так оно и есть. Нам просто повезло, что мы остались живы при десантировании из космоса. Кстати! Мы точно попадём в мировую книгу рекордов человечества. Как первые люди, которые упали на планету из открытого космоса!

— Кстати про это, — усмехнулся Яррив. — У нас с самого начала машины фонят. Капсулы-то в космосе хорошо облучились снаружи. А из какого материала сделаны транспортные средства?

— То есть все мы тут обречены на смерть, — с ещё большей грустью добавила Анна. — Чёрт…

И все это понимали изначально. Все знали, что так оно, скорее всего, и будет. Но всё равно у каждого в груди теплилась надежда на то, что они смогут выбраться, смогут прорваться, смогут жить дальше. Даже наличие медицинской капсулы намекало на то, что излучение им не так страшно, которое осталось после путешествия через открытый космос. Но сейчас всё было сведено на нет. Каждый хапнул дозу. Каждый был облучён. Каждый знал, что долго он не проживёт. Капсулы не всесильны, они не смогут обратить процессы мутации вспять, особенно если они ранее поддерживались другими процессами. Гены людей сохранили следы Импакта.

— Так, народ! — решил взбодрить всех Яррив. — Не унываем! Мы только что одержали огромную победу, сами на то не рассчитывая! Мы только что приблизили выполнение нашей миссии невероятно сильно. Что-то мне подсказывает, что это были единственные инкубаторы врага. Ну не могут они развернуть столько баз. Иначе бы мы ловили их сигналы достаточно часто. Да и их корабли видели систематически. Враг нас видел. Почему не привлёк корвет?

— Боятся, — улыбнулся Джон. — Боятся его потерять. Боятся, что, как только мы его уничтожим, сюда тут же прилетят сотни тысяч человек. Они боятся того, что будет. И правильно делают, как мне кажется… правильно… люди всю жизнь воюют… что им до ещё одного конфликта?

— Тонгью, — кивнула Юмико. — Согласна, то есть.

— А ещё что-то про меня говоришь, — усмехнулся по рации Рен.

— Всё, хватит болтать, — с облегчением проговорил Яррив. — Продолжаем марш. Все БПЛА загружены. Фон вроде в норме… если это можно назвать нормой. Как только приезжаем… сразу начинаем обработку. Потом меняем опять дислокацию, там уже маскируемся. Всем всё понятно? — ответом была только согласная тишина. — Вот и славно. А теперь отбой. Дежурит Андреас, потом я, потом Рен. А больше некому будет… приедем.

Лия вырубилась самой первой. Анна отдала через чип приказ капсуле ввести ей снотворное, которое заставило разведчицу уснуть практически мгновенно. Юмико смогла уснуть второй, ей казалось, что воздух пахнет словно после грозы. Но это было наваждение. Самой последней уснула Анна, которая опять взялась за старое.

Опять в голове Анны были мысли, что она виновата. Она не сможет спасти тут всех. Она не сможет вылечить свою команду после мощнейшего облучения. У неё не было достаточно знаний. У неё не было достаточно инструментов. Она понимала, что это лишнее… но ничего не могла с этим поделать. Привычка была сильна, хоть и частично подавлена.

Но и она в итоге уснула. Элеонора вмешалась, с помощью чипа слегка отрегулировала некоторые мозговые сигналы, из-за чего врачу удалось уснуть. Анна это поняла, даже успела отправить запрос Элеоноре на эту тему, та же ответила удовлетворительно.

Андреас же решил во время своего дежурства проверить с помощью программных средств состояние всех искусственных интеллектов, не пострадали ли они, нужны ли корректировки в работе. Каждый процесс он просматривал хоть и не очень долго, но тщательно, он устал, как и все остальные, поэтому мог ошибаться. Но всё равно эту работу нужно было сделать. Да и сами виртуальные личности дополнительно следили и проверяли всё, что видел программист.

В итоге было выявлено несколько малозначимых отклонений. Например, декодер чаще отсеивал битые сигналы, так как некоторые датчики погорели. Сигналы между процессорами Андрея пролетали с увеличенной задержкой, так как пришлось вводить мажоритарную обработку, так как количество ошибок было достаточно высоким. Но не более.

Яррив же сверялся со всем, с чем только мог. Количество продуктов питания, которые могли пострадать, а какие нет. Количество боеприпасов, количество материалов, что можно заменить, а что было только в единичных исполнениях. Например, одного из двух уничтоженных БПЛА Борис уже заменил, но разведчиков больше сделать он не смог. Не хватало оптики. Это удручало, но на работу в общем плане не влияло. И трёх нормальных с одним ретранслятором должно было хватить на многое их команде.

Рен же в свою очередь проверял все сигналы от всех систем, которые были на его попечительстве: подвеска, вооружение, активная защита. Всё он проверял, всё сверял. Чем-то его работа походила на то, чем занимался Андреас, но только внешне. Всё же у него были более приземлённые задачи, не такие глубинные в плане программирования, но более важные в плане выживания. Без ИскИнов прожить ещё можно было во время нападения. А вот без оружия — нет.

Когда все три машины прибыли в первую точку около северо-восточной окраины гор, вся команда была разбужена, все приступили к дезактивации машин. Местность для этого была самая подходящая — каменистая. Осевшая на транспортёрах пыль ясно давала понять, где ещё требовалось обработать, а где нет. Благо, инструментов хватило на каждого.

В это же время, когда с одной из машин было покончено, Анна направилась к Лие, которую уже можно было вытаскивать из капсулы. Она проследила за тем, чтобы параметры организма той были в пределах нормы, помогла снарядиться, после чего занялась обработкой машины изнутри вместе с разведчицей. Не такой концентрированный раствор, но и тут было не самое сильное заражение.

Через полтора часа, практически перед самым рассветом, все машины вновь тронулись, переместились за тридцать минут ещё севернее, после чего вся группа покинула машины и начала развёртывание маскировочной сети. При этом вообще все разведывательные беспилотные летательные аппараты находились в воздухе, постоянно мониторя не только поверхность, но и небо, если была такая возможность.

Враг точно попытается отомстить. Враг точно будет мстить. Оставалось только два вопроса: как и когда? Средств у него должно быть много, как минимум один космический корабль типа корвет. А вот когда… это уже другой вопрос. Следить за округой придётся постоянно. Это понимали все. Но задачи никто не отменял.

— Так, — собрал всех рядом Яррив. — Задачи остаются прежними. Сбор ресурсов: лишнее, облучённое, если облучённое, что надо проверить… — помотал головой командир. — Слова не вяжутся, простите…

— Говори, мы понимаем, — с пониманием произнёс Рен, положив руку на плечо командира. — Все тут устали.

— Ага, — кивнул Одиннадцатый. — Так. Нужно проверить продукты, облучённое выкинуть, нормальное оставить. Нечего заразу в себя пихать. После этого пополнить запасы. Этим займутся… Анна и Юмико. В этом у вас больше всего опыта.

— Есть, — хором ответили обе.

— Так, дальше… детали… — потёр переносицу Ярый, прислонившись спиной к дереву. — Я и Джон, как обычно. Уже привыкли вдвоём работать. Так что… мы пройдёмся по округе и соберём всё необходимое. Если есть целые капсулы, то пометим на карте… в общем, как и всегда.

— Понял, бро, — ударил темнокожий два раза по грудной пластине своей брони кулаком правой руки. — В последний раз же бродим? Больше точек не будет?

— Больше не будет, — помотал головой он. — Дальше будем практически бесконечно путешествовать. Останавливаться будем только в том случае, если обнаружим противника или ресурсы. Так… последняя группа… монтаж аппаратуры для Николая, — перевёл взгляд командир на Андреаса и Рена. — Сегодня только каркас. Не спешите. Вам надо отдохнуть, чтобы с тонкими… материалами работать. Ну, вы поняли.

— А у нас ничего другого и не выйдет сделать, — хмыкнул Андреас. — Элементарной базы практически нет. Борису не из чего модули создавать. Так что, только завтра всё будем делать… более тонкое.

— Также дополнительная и индивидуальная задача каждому, — глянул командир на всех бойцов, которые не особо пылали энтузиазмом. — Пройти обследование. Ань, нужно сделать всё возможное, чтобы мы сохранили своё здоровье не только на срок миссии, но и на куда более продолжительный после неё. Справишься?

— Многое сделать не получится, — опустила она голову, зажмурилась, но тут же услышала шёпот Элеоноры в своей голове. Подняла свой взор, осмотрела всех, кто тут был, глянула в их полные надежды глаза и улыбнулась. — Но я сделаю всё возможное. Даже если это выразится всего в паре дополнительных лет жизни. Даже если пара дней, то я приложу все усилия. Обещаю вам. Клянусь!

— Вот это я понимаю, — подошёл к ней Джон и приобнял. — Вот это уровень самомотивации! Видели, да⁈ Вот так надо встречать все удары судьбы! Так что не хрен унывать! Взяли ноги в руки, и начинаем работать!

— Анна обследует саму себя первой, — тут же приказал Яррив. — После этого Андреас и Рен. Как раз немного отдохнут. После них уже я и Джон. Скорее всего, как раз в это мгновение вернёмся с первой партией груза. И уже потом замыкают девушки. Прошу прощения, что на этот раз не дамы вперёд.

— Нам точно будет не до этого, — усмехнулась Анна. — Да и Юмико, судя по тому, что я вижу, имеет природную устойчивость высокую. Повезло с генетикой. Вот сейчас смотрю… и поражаюсь. В родословной нет таких, как Яррив… — глянула она тут же виновато на него, а тот лишь улыбнулся. — И при этом у неё очень чистые гены. Словно кто-то провёл довольно хорошую чистку. А с её прошлым… удивительно. Кто-то очень сильно позаботился о её здоровье. Очень и очень сильно…

— Скорее всего, как раз рассчитывали на то, что она может действовать в зоне возможного заражения, — пожала плечами Лия. — По крайней мере, когда у меня гены чистили, объясняли всё так, — после этого разведчица посмотрела на командира. — А мне что делать? На базе сидеть?

— Контролировать территорию, как и всегда, — улыбнулся командир. — Сейчас-то ты восстановилась для работы со своими имплантатами. А я очень не хочу, чтобы возникли какие-то сюрпризы. А после облучения… сама понимаешь… аппаратура машин может сбоить, да и частично вышла из строя. Судя по отчётам.

— Принято, — согласно кивнула девушка. — Тогда я найду ветку повыше и войду в режим. Меня не беспокоить. Остаюсь только в командном канале.

— Согласен, — выпрямился командир, осмотрел всех своих и тут же отдал приказ: — Работаем!

Глава 10

Сутки 26–28

В первые сутки на новом месте команда многих целей достигнуть не смогла. Обследования, исследования, лечение, лекарства. На каждого уходило слишком много времени. Анна вместо того, чтобы заниматься сортировкой продуктов, достаточно много времени проводила возле медицинской капсулы, настраивая её под нужды того или иного человека.

Но всё равно подготовка «почвы» была проведена. В основном большая часть заражённых радиацией продуктов была отсеяна, оттащена в сторону. Только не успели закопать. Что было довольно опасно. Но лучше пускай это будет в земле, сгниёт, и эффект снизится, как казалось всем, чем потом множество животных пострадает.

— Они и так пострадают… — смотря на кучу еды, подвела итог Юмико, покачав головой.

За один день всех обследовать и восстановить не удалось. Оставалось ещё два человека: Яррив, как командир, принял решение, что будет практически самым последним, и Юмико, так как она могла в принципе протянуть дольше всех. Один брал «молодостью» своего организма, вторая — естественной устойчивостью.

И чего только не находили. Зачатки будущих очаговых образований. Области сильнейшего заражения и раздражения. Приходилось проводить даже операции, чтобы компенсировать возникший ущерб. Но многое вылечить не удалось и не удастся в текущих условиях никогда. Нет высокоточной медицинской техники, нет аппаратуры, нет много чего. Но всё, что Анна могла, она делала. Лекарства, процедуры, обследования… даже если в будущем будет возможность излечиться, то для этого нужно подготовиться.

Рен и Андреас под конец дня как раз успели полностью подготовить корпус для будущего вычислительного центра Николая. Он, можно сказать, напрямую подключался к Элеоноре и некоторым системам Андрея, через которых мог общаться с остальными искусственными интеллектами. Но это в проекте, как будет реализовано в реальности — предстояло только выяснить.

Джон и Яррив же смогли найти и принести примерно две трети всей необходимой элементарной базы для дальнейшего конструирования блоков и модулей. Часть, конечно же, при проверке Борисом сразу отбрасывалась, так как была сильно повреждена и не функционировала, но большая часть, на радость группы, проверку проходила и шла в ход.

— И всё равно от машин фонит… — сморщила носик Лия, вернувшись.

— У нас нет нормальных средств, чтобы полностью избавиться от радиационного фона, — с налётом грусти, чувствуя ответственность, проговорил командир. — Всё, что было в капсулах, которые мы находили, практически использовали. Остались какие-то капли.

— Ну, мы и не через такое проходили, — усмехнулась разведчица, после чего глянула на небосвод. — Уже звёзды видно… на Земле такое… редкость. Особенно в городах.

— Ты среди них, — улыбнулся командир. — И где-то там, одна из точек на небе — наше Солнце. Ты когда-нибудь могла себе такое представить, что мы сможем смотреть на нашу звёздную систему со стороны?

— Не-а, — мечтательно ответила она, прикрыв глаза, подставляя лицо вечернему ветру. — Вообще не думала на эту тему. По крайней мере на Земле. Даже во время подготовки это всё воспринималось… как фантазия какая-то. А сейчас я тут. Стою на чужой планете, которую своей пока и не назвать, так как не колонизировали, спасаю свою мягкую и мною любимую пятую точку от инопланетян, которым мы устроили ядерный взрыв. И сами себе обеспечили скорую смерть…

Последние её слова звучали удручающе. Она хоть внутренне и верила в успех, но прекрасно понимала, что долго они не проживут. Семеро смертников, которые чудом выжили, должны будут всё равно умереть. Просто так легли карты. Просто так велела судьба.

— Знаешь, — усмехнулся Яррив. — Даже если мы умрём, то мы можем выбрать, как мы это сделаем. Ведь не обязательно просто так складывать наши головы. Да, мы умрём. Мы сгорим от этой чёртовой радиации. Да чёрт, я больше чем уверен, что нам придётся вернуться в зону заражения, чтобы завершить начатое. А так как у нас нет особо больших средств поражения, так как у нас нет возможностей для достаточного производства… то подрывать всё придётся самим. Причём буквально руками. Пока одни будут прикрывать, другие будут уничтожать.

— Смерть героями, — едва заметно улыбнулась разведчица. — А что, мне нрав… Воздух!

И тут же все фонари, всё, что горело, — погасло, а все бойцы рухнули на землю. Кто был с оружием в руках, или оно было рядом, по старой привычке выставили его и направили в небосвод. Вот только смысла от такого оружия не было против того объекта, который промчался над их головами, делая петлю. Космический корабль на достаточно низкой высоте на огромной скорости завершал вираж над пунктом временной дислокации, направляясь назад. Некоторое время все бойцы лежали, ожидали, но после была дана команда «Отбой», и все поднялись на ноги, в первую очередь проверяя, всё ли хорошо.

— Андре-е-е-ей, — протянул Андреас. — Какого хрена не известил? Это была подстава всех подстав! А если бы они по нам вдарили из своего огромного калибра⁈

— Система не регистрировала вообще никаких сигналов, а камера в том направлении до последнего не видела воздушный объект, — с удивлением в голосе говорил ИскИн. — Информацию о корабле я получил только после того, как Элеонора подтвердила зрительный контакт. С помощью чипов колониста смогла сделать копии изображений и отправить мне. Никаких сигналов. Никаких изменений. Ничего в небе не было. Отличная стелс-система у противника.

— Значит, не зря выставили Лию в качестве разведчика днём, — хмурился Яррив. — Значит, у врага есть средства технического противоборства нашим средствам разведки. И это хреново… хотя чему удивляться, если они перед нашим носом практически умудрились развернуть целую базу, а мы не знали об этом до последнего. Ладно. Заканчиваем дела, и отбой. Неподалеку есть речка, можете ополоснуться. Сегодня проверяли, вода там чистая, все тесты определяют её как питьевую. Можно набрать и прокипятить.

После этого все разбрелись. Было принято решение, что не стоит включать фонари или что-то подобное освещающее. Светомаскировка требовалась уже. Враг после тяжёлого удара решил пойти ва-банк и задействовать свою самую мощную боевую единицу — корвет.

— Эль, — обратился к ней командир. — Попробуй сделать анализ, в каком случае враг мог задействовать против нас данную систему. Но старайся при этом особо не нагружать процессоры, чтобы не вызывать перегрева. Хорошо?

— Подобный анализ был… но до ядерного взрыва, — задумчиво говорила помощница. — Смею предположить, что тот случай настал. Как уже обсуждалось, вероятнее всего, была уничтожена главная база врага. Остались только передовые аванпосты и точка взлёта и посадки для корвета. Вечно в воздухе он тоже не может находиться, как и в космосе. Припасы пополнять надо всем. Можно отправить в том направлении, куда улетел, беспилотник и стараться по косвенным признакам засечь врага.

— Например? — нахмурился уставший командир, который уже забрался к себе в водительский отсек и уселся в кресло, оставалось снять броню и улечься спать.

— Неестественные колебания воздуха, колебания земли, отражения на воде, — самодовольно перечисляла эти пункты Элеонора. — Если программы одного беспилотного летательного аппарата настроить на нужные… параметры, то можно будет что-то обнаружить. Нам главное — найти приблизительное место, где враг взлетает и садится. Туда мы и нанесём в скором времени удар. Нужно только подготовиться к этому удару, проанализировать, что враг нам может противопоставить…

— Желательно к пяти имеющимся остаткам ПТРК ещё парочку изготовить, если есть такая возможность… — пробормотал Одиннадцатый.

— Есть, — самодовольно проговорил Борис. — Но займёт время. Нужно добывать ресурсы, а не на месте стоять.

— Последний раз так долго стоим на месте, — тут же вмешалась в разговор Елизавета. — Имей терпение, Борь, дай людям подготовить всё для пробуждения Николая, после чего они смогут начать долгий марш с целью финальной подготовки к нанесению удара.

После этого ИскИны общались только в виртуальном пространстве, стараясь подобрать оптимальную программу для одного из разведчиков. Подключить Андреаса, который всё в конечном итоге перепроверит, посмотрит своим, только человеческим, умом на это, планировалось в последний момент.

Ночью все так же стояли без света. Дежурили на этот раз другие бойцы, на этот раз четвёрка, которая прошлой ночью смогла почти без перерыва проспать шесть часов. Водители же отдыхали, получив такую возможность. Причём, на удивление даже помощников, вырубились они почти одновременно, и никто им не помогал уснуть.

За ночь ещё несколько раз фиксировался пролёт вражеского корабля, но каждый раз его замечали в последний момент. Словно он пытался найти, куда могли уйти люди, но никак у него это не получалось. Попыток за всю ночь насчитали около пяти.

На следующий день все снова начали работать. Яррив после завтрака сразу направился в капсулу, где тут же началось его обследование, Юмико приступила к подготовке места захоронения заражённых отходов, а Рен с Андреасом, как обычно, приступили к установке последнего помощника.

Особых проблем со здоровьем у Одиннадцатого обнаружено не было, из-за чего он спокойно уже через час направился с Джоном на сбор очередных обломков от капсул. Современная аппаратура помогала их обнаружить, так что даже под тонким слоем земли находилось необходимое. В этой же местности их не боялись животные, постоянно наблюдали со стороны, а огромных хищников не было. Словно паучий лес стал некой преградой между миром выживания и миром гармоничного существования.

С Юмико всё обстояло не так радужно, как с Ярривом, но всё равно она провела всего два часа в капсуле. Пока промывалась её кровь и наполнялась хоть и синтезированными, но нормально функционирующими эритроцитами, Анна смогла полностью всю заражённую и испорченную еду сгрести в подготовленную за час яму. Всё не убралось, из-за чего после всех процедур девушкам пришлось выкапывать новую, снова в неё всё загружать, а после этого они вместе отправились готовить обед.

К самому обеду второго дня на этой точке были подготовлены основные функциональные блоки систем Николая, доставлены ещё две партии различных деталей, среди которых брака оказалось куда больше, чем работающих. Но даже с таким огромным отсевом Борис приступил к созданию ещё двух модулей, один из которых был модулем сопряжения с остальными системами.

После обеда девушки направились искать новые продукты пропитания и, самое главное, делать запасы мяса. Оно практически закончилось в машине, из-за чего пришлось устроить небольшой геноцид небольших парнокопытных, которые слишком долго соображали, прежде чем дать дёру. Истребили всю небольшую стайку из двенадцати особей. И их жалко не было, даже Юмико не сожалела, так как их замечено было свыше десятка в округе.

Командир со штурмовиком нашли относительно целую капсулу за это время, где лежало относительно сохранившееся тело. Так как хищников в этой местности практически не было, то и тело никто не тронул. Подгнило, причём знатно, но отдельные черты лица угадывались.

— Один из моих знакомых, — спокойно сказал командир, увидев его. — Выпущен… скажем так, по той же программе, что и я. Он должен был стать командиром всей штурмовой сотни.

— Не стал, — хмыкнул Джон, после чего активировал фильтры на своём шлеме. — Но стоит его хотя бы похоронить. Негоже ему в капсуле гнить…

Из-за этого за вечер они перетащили куда меньше, чем могли бы. Но к телам товарищей всегда нужно было относиться с уважением. Погиб — достоин похорон. Каждая могилка на карте, составляемой группой, отмечалась, после чего во время сеансов связей с кораблем отправлялась на Землю. Если планета будет колонизирована, то на этих местах должны быть памятники. По крайней мере так планировалось изначально. «Героям первой колонизации!»

Вот только самих мёртвых это не вернёт. Все это понимали.

— Знаешь, — посмотрел на командира Джон, когда был установлен крест. — Вообще странно, что из двух с половиной миллионов человек отправили только сто с небольшим… максимально странно.

— Я делал запрос через Элеонору по этому поводу, — посмотрел на своего товарища устало Ярый. — Тут всё просто. Несколько моментов. После удара отказала часть систем корабля. Раз. После удара пострадал реактор корабля, из-за чего мощностей даже на работающие системы не хватало. Два. Капсул нашего типа, готовых к немедленному десантированию, было порядка пяти сотен. Шла подготовка других, хотели нарастить до десяти тысяч, доставали из резерваций и всё такое, отключая от питания, но не успели чисто физически. Три. Успели достать три сотни, но удар пришёлся как раз по одному из тех мест, где шла подготовка капсул. То есть повредили механизм катапультирования. Четыре. А на сверхскорости такое делать было нельзя, никто не знал, как скажется на работе аппаратуры корабля в сверхсвете…

— Совокупность факторов… — закончил Джон. — Совпадение на совпадении совпадением покрывает. Ладно, пошли дальше. И так тут проторчали дольше положенного.

В итоге под конец второго дня стоянки были завершены практически все требуемые работы; космический корабль противника пролетал всего один раз, но уже медленнее. Элеонора сразу подумала на экономию энергии, Андрей — на банальную осторожность, Борис сказал про изнашиваемость деталей и невозможность нормального ремонта на планете, Елизавета — про то, что враг просто может на меньшей скорости тщательнее обследовать территорию. Правы могли быть все.

Ночью снова решили, что дежурить будет троица водителей. Да, им придётся сидеть немного дольше обычного, но и сон будет более-менее ровный. За исключением того, кто дежурил в середине, на этот раз эта участь перепала Андреасу. Просто методом исключения.

Под утро все снова собрались, уточнили, что делать на сутки, после чего разбрелись. Снова еда, снова материалы, снова подготовка Николая. Обед, и на повтор. Даже космический корабль не появлялся более, что позволило под конец дня немного расслабиться. Но Лия продолжала дежурить, внимательно слушая пространство, вот только впервые за весь день она не подала ни единой команды «Воздух».

Когда уже должен быть начаться ужин, его решили отложить, так как началась активация Николая. Отвлекать Андреаса никто не хотел, в том числе запахом еды. Ему требовалось сосредоточиться на выполнении своих задач. А выполнялись они как раз во второй машине. Но уже через час он с улыбкой открыл глаза, осматривая всех присутствующих.

— Через час запустится нормально, — тут же проговорил он, потянулся, после чего ещё раз осмотрел всех. — Так, а где еда?

— Ждёт только тебя, — заботливо проговорила Анна. — А почему через час? Почему так быстро?

— Особенности у него такие, — пожал плечами программист. — Запустится-то он через час, я после этого ещё раз всё проверю… вот только в полную мощность войдёт через суток двое, когда прогонит через свои процессоры всю информацию, которую мы успели собрать.

— Да, — кивнул командир. — Ему нужно знать, чем располагаем мы, чем располагает противник, что мы делали, как мы делали, изучить карту… ну и много всего остального. Поэтому сейчас ужинаем, Андреас остается тут для контроля, а остальные выходят и начинают сворачивать маскировку. После этого выдвигаемся. Вопросы?

— Кто ночью дежурить будет? — с надеждой и верой в голосе спросила Лия, по глазам которой было видно, что она не хочет.

— Четвёрка, — самодовольно хмыкнул командир. — Пилоты сегодня ночью отдыхают. И вообще… готовимся к тому, что теперь каждую ночь будем передвигаться. Кстати! Эля, что там с беспилотником?

— Прошивка практически подготовлена, — подтвердила помощница. — Остаётся только дождаться Андреаса.

— А я ведь говорила, что без него нам будет туго в будущем, — хмыкнула Лия. — Или это не я говорила, а просто свыклась с этой мыслью?

— А какая разница? — скосилась на неё Юмико. — Главное, что пока всё идёт… не только через пятую точку. Сдохнуть мы уже могли несколько раз.

— Ужин! — вышла из своей комнатушки Анна, держа на подносе большое блюдо с салатом, в котором были нарезанные кубики варёного мяса нового животного. — Сегодня можно съесть побольше!

Глава 11

Сутки 28–29

Свёртывание прошло как обычно, но напряжение нарастало с каждым мгновением. Чем больше маскировки снималось, тем выше была вероятность, что противник обнаружит под густыми деревьями машины, если решит пролететь над пунктом временной дислокации. Но если космический корабль и пролетал, то делал это на достаточно большом расстоянии.

Николай же запустился успешно, особо разговорчивым его было не назвать, сразу обнаружил все базы данных, буркнул что-то, как его всё достало, после чего начал обрабатывать информацию. ИскИны даже не удивились такому поведению, а вот люди не поняли. Пояснений не запрашивали, так как не было смысла, спец по тайным операциям и планированию уже полностью ушёл в работу.

Всё время во время свёртывания Лия усиленно слушала пространство. Теперь никто не сомневался в том, что враг устроил охоту, и теперь точно нигде нельзя было задерживаться. Обнаружат. И чем дольше стоишь на одном месте, тем больше следов пребывания остаётся, тем выше шанс, что враг увидит людей. Нужно было уезжать.

Вообще план на ближайшие несколько дней, может, даже десяток дней, был максимально простой. Елизавета посредством средств разведки должна была искать следы полезных ископаемых, Борис добывать их и производить вооружение, датчики, боеприпасы и всё, что может только пригодиться. То есть банальное наращивание сил и средств.

Людям же по факту оставалась роль помощников и в крайнем случае исполнителей. Манипуляторы не везде могли достать, а вот Рен мог протиснуться в ту или иную расщелину, добыть там необходимые ресурсы, например металл, после чего вернуться с добычей к замаскированным машинам. И, соответственно, продолжить путь.

При этом каждому из них раз в три дня придётся на несколько часов задерживаться в медицинской капсуле, чтобы сдерживать распространение мутаций в организме. Повторное сканирование, правда поверхностное, показало, что радиация сказалась, и очаги начали медленно, но верно формироваться. До опухолей ещё будет долгий путь, но никто оперировать бойцов не будет по одной простой причине — нет времени на восстановление. Сейчас в строю важная каждая боевая единица. И вроде врага рядом нет, бойцам отведена второстепенная роль, но, если нападут, именно они будут гнать противника подальше, именно люди своей изобретательностью и жестокостью доказали, что они способны это делать.

После свёртывания группа двинулась дальше. Маршрут, как обычно, был практически полностью разведан и проложен. Мелкие нюансы не учитывались, но именно они могли сыграть злую шутку. Подвеска уже требовала доработки, усиления. Ресурсов на это не было… и это будет самым первым, что сделают люди, как только накопится достаточно материалов. По очереди. Машина за машиной. Сначала третья, потом первая, потом вторая. И хотя вторая в данный момент тяжелее первой, но уже через несколько дней с высокой вероятностью первая машина будет тяжелее. Восемьдесят процентов модуляций развития дальнейших события показывали именно на это.

— Вообще интересно получается, — практически перед самым стартом сидел и думал Андреас. — Мы уничтожили главную базу врага, а он не разослал во все стороны свои рои дронов. Что ещё раз подтверждает малое количество высокотехнологических ресурсов на планете и сложности их производства.

— Я тут подумала, — лежала уже на своей койке Юмико, запрокинув руки за голову, смотрела в потолок машины, — таким существам требуется куда больше времени для развития. В воде, кто бы что ни говорил, условия существования… не такие жестокие. Меньше внешних факторов влияет на живой организм, меньше требуется для приспособлений. Значит… и развивались они куда медленнее, значит, привыкли к более инертному образу жизни.

— Что только подтверждает их вооружение, — согласился с азиаткой Джон. — Большой калибр хорош… но история уже несколько раз показывала, что маневр лучше большого калибра. Он выигрывает. А маневр, усиленный большим калибром, — победа. У них нет маневра и мелкого вооружения. А у нас есть…

— Тысяча укусов, — хмыкнул Яррив. — Примерно на этом и формировался наш план, на самом деле, если вы его читали и просматривали. Наносить множество мелких, но чувствительных ударов. Раз за разом лишая противника возможности нормально развиваться. Уже несколько раз мы показали, что способны на это… а последний был самым грандиозным.

— Взрыв был хороший, да-а-а-а, — мечтательно проговорил Джон. — Хотел бы я глянуть на воронку после взрыва. Он ведь частично подземный был… но направлен вверх… а там, видимо, радиоактивные частицы начали распространяться… а, хрен с ним, не буду заморачиваться. Всё равно я не понял, что у них там так бахнуло, что зона довольно сильного заражения такая огромная… слишком странно это.

— Странно, но вероятно, — продолжила Анна. — Если так подумать, то наш соперник довольно долго готовился к колонизации, довольно много всего готовил, так как знал о своей нерасторопности на поверхности. Да, они прибыли раньше нас, успели довольно хорошо основаться и даже начали развитие колонии. Но всё равно им не хватило… приспособленности. Этот мир для нас подходит больше. Из-за чего мы и побеждаем, по сути. Водным надо для себя менять условия, мы же спокойно существуем на этой планете при её базе. Да, есть мелочи… но они не критичны.

— Но нас меньше… — немного уныло вклинилась в разговор Анна. — Да, нам пока везёт… но сколько нам так будет везти? Одна смерть одного бойца… уже будет очень ощутимой. Как в плане быта, так и в плане морали. С моей точки зрения…

— Мы справимся, Ань, — постаралась обнадёжить подругу Лия, ведь кто, если не подруга, так поступает и так отчаянно старается сохранять жизнь.

— Я искренне на это надеюсь, — постаралась хоть сколько-то радости вложить в голос врач, но не вышло, из-за чего отвернулась к стенке и прикрыла глаза. — Ладно, я отдыхать. Всё равно от меня больше ничего сегодня не зависит. Надеюсь… усну на этот раз без помощи.

— Если что, обращайся, — с нежностью проговорила Элеонора. — Но на этот раз я признаков такого стресса, как в прошлый, не наблюдаю. Но помочь всегда готова, знай.

— Ладно, хватит болтать, — приказным тоном проговорил Яррив. — Команда отбой была дана. Марш через пять минут. Заканчиваем проверки и едем. Андрей… команды не жди.

— Принял, — скупо и сухо ответил он.

Прошло ровно пять минут… и машины двинулись в нужном направлении. Одна за другой. Связь была установлена, была весьма устойчивой, из-за чего все команды передавались с минимальной задержкой. Да, аппаратура пострадала, но что-то удалось заменить, а что-то было нужно, но в такой срочности устранение неполадки не нуждалось.

Марш предстоял самый протяжённый. Порядка трех сотен километров. У инженера были опаски, что из-за большого количества различного типа грунта впереди подвеска может выйти из строя. Но если и начнёт выходить, то ремонтировать нужно по факту. Перед самым маршем он пробежался и посмотрел всю систему управления своими глазами. Всё было в достаточно хорошем качестве. Но переживания никуда не делись, хотя он и не показывал виду. Только мысленно обратился к Андрею, чтобы тот разбудил его через Элеонору, которая может воздействовать на колонистов через персональные чипы. Он согласился.

Несколько раз машинам приходилось останавливаться, выключать вообще всю аппаратуру, даже системы жизнеобеспечения. Разведывательные беспилотники обнаруживали косвенные признаки присутствия космического корабля противника, хотя прямо сказать, пролетал он там или нет, не могли.

Но в конечном итоге в новую точку группа прибыла успешно, удалилась ещё немного западнее. С новым планом, с новыми знаниями о зонах действия противника лучше было себя обезопасить на несколько дней. Двигалась группа в основном возле скал, но часто приходилось спускаться в долину, ибо ширина «проезда» по ранее проложенному маршруту не позволяла проехать.

Саму точку, где машины остановились, удалось найти совершенно случайно. Довольно широкая естественная пещера в горе, где машинам удалось весьма удобно разместиться. Проход в пещеру при этом просматривался отлично, вооружение на машинах сразу взяло под прицел его, но при этом были развёрнуты дополнительные системы, чтобы усилить оборонительный потенциал. Враг может и не добраться до этой точки… но та же живность, если попрёт огромной волной, как это было несколько раз, точно не остановится, пока не сдохнет большинство особей.

— Просмотрела записи с дронов по ночной разведке, — сидела Юмико в позе лотоса не так далеко от выхода из пещеры, смотря на весьма далекий лес у подножья гор. — Живность тут куда более активная, чем на прошлой точке. Где именно граница этого биома… я не особо поняла. Разница вроде не такая большая, но всё равно… мелких и агрессивных животных тут полно, которые конкурируют между собой. На горы при этом тоже забирались. Одну стаю видела. И это… меня напрягает.

— Так мы же по твоей просьбе и развернули дополнительные системы вооружения, — непонимающе проговорил Джон. — Что тебя ещё напрягает?

— Там три сотни особей, понимаешь? — повернулась она к нему лицом. — Три сотни особей. Насчёт живучести говорить ничего не буду, но они могут накатить такой волной, что у нас просто огневой разовой мощи может не хватить, чтобы с ними справиться.

— Ну, значит, будем отстреливаться из машин, а потом проводить ремонт, — пожал плечами темнокожий, но мимо проходящий муж Юмико одарил его таким гневным взглядом, что штурмовику стало не по себе. — Ну, если до этого дойдёт, конечно.

— Сам ремонтировать будешь, стрелок, — буркнул инженер и направился дальше.

— Было бы возможно нарастить оборону ещё — я бы обязательно нарастил, — довольно жёстко начал отвечать на этот выпад Джон. — Мною с Андреем были проанализированы лучшие позиции для обороны. Установлены уже все автоматические системы, которые только есть. Я так же установлю точки обороны для нас. Но есть ли смысл? На сколько мы тут? День, два, три? Может, неделя? Я могу хоть сейчас усилить нас так, как никогда. Но мы уедем отсюда. Самый оптимальный вариант развёрнут. Чтобы и уехали без проблем, и наступление возможного противника остановили. Даже Шершни, которые в прошлый раз из-за близости леса, развернул. Тяжёлые огнемёты.

Рен ничего на это не ответил, просто пожал плечами и с таким же раздражением пошёл дальше. Через несколько минут возвращался более довольный. Ему предстояло много работы. Как он и ожидал, часть шасси была сильно повреждена и требовала ремонта или замены.

К этому он приступил практически сразу, помощи не требовал, сразу при этом дал понять, что, скорее всего, самая лучшая для него помощь будет заключаться в том, чтобы ему не мешали. При этом Андреас во второй машине проводил наладочные работы некоторых модулей после их поражения радиацией. Слишком много ошибок возникало в работе обработчика информации у Элеоноры, из-за чего она каждый раз перепроверяла всё, поступающее от её виртуальных товарищей.

В это же время Анна обследовала командира, на этот раз было принято решение, что он должен пойти самым первым. При этом его буквально туда запихивали, так как от него в данный момент вообще ничего не зависело. Каждый знал, что от него требуется, новых походов никуда не планировалось. Даже Юмико сидела и бездельничала, самовольно напросившись на караул вместе с Лией.

Когда обследование было завершено, Одиннадцатого оставили восстанавливаться: очищали кровь, добавляли много полезных веществ, воздействовали магнитами и электричеством посредством мио-стимуляций на мышцы. Комплексная помощь организму не только после воздействия радиации, но и из-за переутомления, нагрузки на организм. Даже на мозг шло лёгкое воздействие, чтобы снять нагрузку с некоторых его долей, которая фиксировалась как аномально высокая.

Анна же в это время приготовила банальный завтрак. Из запасов круп, которые были ещё с первых дней у отряда, она решила приготовить кашу с местными фруктами, разнообразив её. Готовка завершилась как раз тогда, когда Яррив покинул медицинскую капсулу.

— Какие у нас планы на день? — уточнила Лия, которая первой пришла на приём пищи, оставив Юмико на посту в одиночестве. — Есть что-то интересное в планах?

— Дроны запускали? — уточнил тут же командир, смотря на команду.

— Все на мелком ремонте в данный момент, — тут же доложил Андреас. — У кого-то пару модулей просто отрегулировать, Борис уже делает, минут пятнадцать-двадцать, и готово, у ретранслятора вообще всю радиосистему менять надо… чувствительные элементы требуют обработки.

— Тогда придётся протягивать твой стационарный ретранслятор, — нахмурился командир. — А замаскировать его никак не выйдет. Тут листвы особо нет. Поэтому… контроль над территорией более тщательный.

— Тогда и долго задерживаться тут нельзя, — с умным видом проговорил Джон. — Заметят точно. И тогда Рену придётся много всего чинить, если мы останемся живы.

— Издеваешься? — с безразличием уточнил инженер.

— Если только чуть-чуть, — удовлетворённо хмыкнул штурмовик, после чего все уставились на командира.

— В общем, так, — спустя минутную паузу он начал выдавать своё виденье происходящего. — Совет ИИ, — все посмеялись с этого, — вместе со мной составил план на сегодня. Во-первых, ремонт и модернизация шасси… да и всей системы управления. Судя по анализу, деталей не хватает, Рен один не справится за день чисто физически. Но при этом помощь будет только замедлять. Из-за этого с уверенностью говорю, что мы тут на двое суток. Во-вторых, из-за того, что мы минимум на двое суток, — наращиваем оборону. Джон, создай оборонительные периметры для пехоты. Навалы, заграждения… в общем, всё необходимое из доступных материалов.

— Будет сделано, — кивнул штурмовик.

— В-третьих… постоянный мониторинг территории. Лия, это в основном на тебе. Не переусердствуй, но постарайся следить за округой, — продолжил командир, а потом переключился на радиосвязь. — Как там наша животинка после ядерного взрыва?

— Цела, здорова. Самки беременны, — скупо, но весьма понятно ответила девушка. — Использовать их в своих целях… нежелательно. Если только самца. Но он один не сможет постоять за себя.

— Хреново, но почему-то ожидаемо, — с усмешкой проговорил командир. — Ладно… если ты можешь по своей методике как-то анализировать обстановку, то старайся всячески помогать Лие.

— Сделаю всё возможное, Яррив-сан, — всё так же нейтрально ответила Юмико. — Сейчас все тихо. Живность в лесу близко к скалам не подбирается.

— Славно, — улыбнулся командир. — Андреас… на тебе развёртывание радиосистемы, чтобы мы могли использовать свои беспилотники. Также подготовь к немедленному взлёту штурмовые и истребительные типы. Всё же поверхность тут более-менее ровная, расстояние до входа позволит им набрать достаточную скорость. Помогут в отражении нападения, если что.

— А потом продолжу заниматься обслуживанием систем наших ИИ, — кивнул он. — На это может уйти до двух суток. Так что… возможно, мы просидим тут больше.

— Металла тут тоже до-хре-на! — очень довольным голосом проговорил Борис. — Смогу много всего добыть и смастерить. Волокон различных с достаточной изоляции тоже по пути много насобирал. Так что проводка у нас точно будет. Не хватает материалов для пороха… так что боеприпасов в огромном количестве не создать. А вот для взрывчатки… через три дня первая партия бомб повышенной мощности покинет мои сборочные цеха, ха-ха!

— Я хоть временами и ненавижу этого ИскИна, — улыбался командир. — Но сейчас вот прям искренне рад, что мы его активировали!

— Всё, за работу! Юмико, как Лия придёт — на приём пищи.

— Есть, — более бодро ответила она.

Глава 12

— Разведчики, — нахмурилась Лия, когда присматривалась к области леса через бинокль, — расстояние… около десяти километров. Видно в инфракрасном диапазоне. Идут… параллельно нам. Если так можно сказать… не приближаются, но и не отдаляются.

— Прочёсывают лес? — утончил Яррив, который помогал Рену заниматься подвеской, иногда он просил помощь — подержать тот или иной элемент.

— Выглядит похожим именно на это, — неуверенно бормотала девушка. — Но нет воздушных разведчиков. Но они смогли выследить нас плюс-минус… вот только почему они думают, что если мы несколько раз прятались в лесу, то и на этот раз будет прятаться в лесу?

— Может, потому, что они сами могут жить только в воде? — усмехнулась Юмико, которая выскочила наружу и затащила в помещение радиоретранслятор, сменив у него сразу антенну со штыревой на направленную, с довольно широким углом направленности и большей дальностью, по сравнению со штыревой.

— Скорее всего, так и есть, — кивнула Лия. — Свои условия выживания накладывают определённый отпечаток на восприятие. Это мы на Земле привыкли, что человек приспособился настолько, что может строить города как на земле, так и на воде, а если и захочет, то и под водой… и засады можно ждать тоже откуда угодно.

— Огонь пока не открывать, — с натугой говорил Ярый, явно что-то удерживая, — не… нужно давать противнику понять, где мы находимся. Но на всякий случай… Джон, займи оборонительную позицию.

— Уже на ней, — отрапортовал он, включив на миг подсветку своей огромной брони, давая о себе знать, после чего опять выключил, скрывшись в тенях пещеры. — Вижу всё отлично… враг сунется — превращу в решето.

Прошла примерно половина дня, светило только-только перевалило через зенит, а работы активно кипели. Вот только из-за близости противника все шумные работы пришлось приостановить, так как был шанс, что они смогут вычислить направление пункта временной дислокации по звуку. Борис из-за этого ругался, но металла добыть он успел достаточное количество, из-за чего приступил к изготовлению необходимых в данный момент деталей. В первую очередь стояла задача по укреплению подвески, а туда должно уйти много всего. Ибо от выживаемости техники, не только людей, зависело достаточно много всего.

Андреас же продолжал проводить техобслуживание вычислительных центров искусственных интеллектов. Пару раз даже пришлось отключать Андрея, из-за чего отряд становился частично слеп и глух. Но больше десяти минут такие отключения не длились, из-за чего риски были минимальны. По крайней мере оставалась ещё Лия, которая в такие моменты выкручивала все функции своего имплантата на полную.

— Сменили направление… идут в нашу сторону… — чуть сжав кулаки, проговорила Лия. — Не ровно… но плюс-минус, поняли… видимо, чьи-то следы в лесу нашли. У нас никто не спускался туда?

— Пока никто не ходил, — ответил Одиннадцатый, выбравшись из-под машины. — Все тут. Если и выходили, то на непродолжительное время. Следов тоже нет снаружи, порода довольно твёрдая, а утренний лёгкий дождик скрыл их окончательно.

— Значит, просто увидели пещеру и готовятся разведать её… — прикусила нижнюю губу девушка. — Что делаем? Сидим? Или сворачиваемся и уезжаем?

— Машины стоят за естественными преградами, вход усилен минно-взрывными, которые у нас остались, оружия у нас против пехоты полно, а их техника куда более тяжёлая и медленная, по сравнению с нашей, сюда просто не проедет. Так что… сидим и ждём. Встретим, отобьёмся… и будем сворачиваться тогда.

— Все в оборону? — тут же уточнил Рен, в голосе которого слышалась усталость. — Или работы продолжаются?

— Рен и Андреас продолжают работать, — недолго думая, ответил командир. — Остальные в случае необходимости — занимаем оборонительные рубежи. Как Андрей полностью придёт в себя, пускай по имеющейся у него информации строит маршрут… максимально скрытный. Меньше открытых зон, больше в тени… ну вы поняли.

— Я ему передам, — ответила Элеонора. — Он начинал разведку самой пещеры силами одного или двух беспилотников. Судя по тому, что я от него получила, то самый идеальный план — потеряться там, среди огромного количества пещер. Но мы не знаем, какие монстры могут там скрываться…

— Поддерживаю решение Элеоноры, — впервые за все время подал нормально голос Николай. — Нам нужно, наоборот, сейчас меньше привлекать внимания, меньше конфликтовать. Для нанесения удара нет необходимой подготовки. А для бесконечных налётов — запаса вооружения. Предлагаю разведывать маршрут внутри пещер дальше. Судя по движению ветра… проход где-то должен быть. Свой план передал Элеоноре, чтобы она так же его для корректировки передала Андреасу.

Противник людей не обладал большой скоростью передвижения. Они не обладали большой скоростью. Единственное их преимущество — в высокой скорости размножения. И если был уничтожен единственный репродуктивный центр, то злость инопланетян понятна.

Тем временем они всё приближались. За двадцать минут преодолели около двух километров. В лесу. Все пришли к выводу, что они идут пешком, причем медленно, внимательно смотря по сторонам. Ждать их придется долго, это поняли все, из-за чего была дана команда на начало свертывания, перевода всех систем в радиорежим.

Анна и Юмико тут же приступили к свёртыванию кабельной сети, Джон был готов рвануть им на помощь, но ему было приказано остаться. Яррив был на самой ближней к выходу «линии обороны», ожидая врага. Только Лия лежала у самого выхода и была готова в любой момент рвануть назад. Она продолжала следить, докладывала о любых изменениях.

Ещё через двадцать минут все провода между первой и второй машиной были свёрнуты, связь была проверена, и группа свёртывания приступила к сборке кабельной сети между второй и третьей. Противник за это время приблизился ещё на несколько километров, чуть больше трёх, из-за чего можно было уверенно говорить, что он шёл ровно к убежищу группы.

— Они нас сопровождали, видимо, — хмурился Джон. — Противник следил за нами… вот только как мы не заметили их дрона? На каком расстоянии от нас он находился?

— Видимо, на большом, — дёрнул плечами командир. — Но они нас сюда вели — факт. Вот только думали, что мы спрячемся в лесу, а в итоге мы выбрали чуточку иную точку. Но… с Николаем я согласен. Лучше отступать. Можно им тут сюрпризы оставить, тем самым завалив этот вход в пещеру…

— Тогда я начинаю этим заниматься, — с лёгким облегчением проговорила девушка. — Пускай мы себе перекроем единственный выход из пещеры, но хотя бы не позволим противнику на нас напасть. Ну а модификации нам необходимо завершить, как по мне. Иначе нас просто уничтожат.

Ещё двадцать минут, противник был опасно близко, можно было смело открывать по нему огонь из чего-то дальнобойного, можно было отправить несколько штурмовиков со сбросами. Но их не трогали. Опасно. Враг идёт к людям, не зная, что они могут действительно там находиться. Стоит на них напасть — часть карт будет раскрыта.

Когда заряды были переставлены, вся группа рванула в машины. Рен, когда доделал модернизацию подвески у первой машины, тут же дал об этом знать, из-за чего группа была готова к маршу, даже проверки все были уже проведены, оставалось только начать двигаться. Поэтому все снялись со своих оборонительных точек и рванули назад.

Машины двинулись незамедлительно, медленно, но верно углубляясь внутрь горной породы, постепенно спускаясь, судя по данным датчиков. Скорости большие не развить, но и той, с которой они двигались, было достаточно, чтобы удалиться на пяток километров, пока враг поднимается.

Все внимательно следили за датчиками сейсмической активности. Взрыв в пещере легко прочувствовать, вибрации по камню расползаются куда быстрее, чем в воздухе. Но прошло ещё двадцать минут, взрыва не было. Прошло ещё десять минут, всё ещё ничего не менялось, а машинам пришлось встать, так как нужно было расширить проход — образовался естественный завал. Третья машина выдвинулась вперёд, чтобы сделать это.

— Какого хрена? — возмущался до сих пор сосредоточенный на работах Андреас. — Уже должен был прогреметь взрыв? Или эти особи поумнели и решили не…

И тут стены содрогнулись от нескольких волн взрывов, а звук дошёл уже после, ослабленный, но многократно повторяющийся за счёт отражений. Но даже этого хватило, чтобы на несколько мгновений «ослепить» звуковые датчики на машинах.

— Ладно, я, видимо, слишком много хорошего о нашем противнике надумал, — хмыкнул программист. — Они просто неисправимые придурки… словно мы с младенцами какими-то воюем, а не высокоразвитой цивилизацией. И это… странно. Не сходится одно с другим. Словно им дали технологии и сюда отправили…

— А тебе какая разница-то? — с лёгким раздражением уточнила Юмико. — Враг есть враг. Этого не изменить. Варвар это, которому дали пушку. Свои ли технологии у них — не суть важно. У них оружие. И оно направлено на нас. И эту проблему нужно решать. А кто на самом деле кукловод… пускай решают наши кукловоды, которые, дёргая ниточки, отправили нас сюда.

— Сейчас я согласен с ней, — немного задумчиво проговорил Яррив. — У нас есть свой враг. За нами тактика, стратегия… у нас есть те, кому ею заниматься. Так что продолжаем работать так, как спланировали. Ещё давайте радоваться, что пока нас никто не торопит и у нас есть еще запас времени на выполнение нашей миссии. Напоминаю… выживание в ближайшие пятнадцать дней на первом месте. Когда наберём силы… вот тогда можно действовать более агрессивно. Всё. Тишина…

На всякий случай по приказу командира и по совету Николая, одному из тех, что он передал Элеоноре, был отправлен беспилотник. Он должен был проверить, достаточно ли завален проход в пещеру. Если нет, то требовалось вернуться и завершить начатое. Если да, то просто продолжить маршрут. Врагу нужно было дать понять, что ему до людей не добраться. Пускай он тратит время на поиск других маршрутов и разбор завала. За это время семеро могли завершить подготовку и приступить к более активным действиям.

В итоге тылы оказались достаточно надёжно прикрыты. Да, через полости промеж камней и валунов просачивался воздух, но прямых лучей светила уже не было. Проход был завален достаточно. Из-за этого, когда проход был освобождён, группа двинулась дальше.

Больше десяти часов марша на различных скоростях. Никто уже не понимал, где они находятся и на какой высоте. Только время от времени в различные карманы улетали дроны, чтобы проверить, что там тупики, после этого возвращались назад.

Когда был найден достаточно большой карман, в котором было полно собственной растительности, фотолюминесцентной, группа начала развёртывание базы. Никаких паров, газов, отравляющих веществ после анализа воздуха не наблюдалось, из-за чего все могли спокойно работать без шлемов. Воздух в этот карман поступал сразу с нескольких направлений, в итоге все могли планомерно заниматься своими делами, не беспокоясь насчёт удушья.

— Тут есть ручей, — крикнула Юмико, когда удалилась достаточно далеко. — Он-то и даёт жизнь всем растениям и жукам тут… хм-м-м… судя по его форме, раньше это был не просто ручей, а полноценная река. Много-много сотен лет назад.

— Думаешь, это река себе подточила такой широкий проход? — уточнил по рации командир, который помогал в развёртывании кабельной сети.

— Уверена, — ответила девушка. — Поэтому стены лишний раз тут не трогать. Мало ли где сейчас может проходить эта река, если она проходит до сих пор… и ведь что-то мне подсказывает, что тут она идёт где-то… влажность достаточно высокая для помещения с такими сильными воздушными потоками внутри.

— Эт чё, мне бурить теперь нельзя⁈ — возмутился Борис.

— До того, как мы проведём анализ, нежелательно, — спокойно ответила ему Элеонора. — Когда определим, где может находиться карман с водой, а где нет, то сможешь заниматься. А пока добывай только то, что снаружи. Как показывают датчики, тебе только этого металла хватит на всё, что задумано. И даже больше.

— Я смогу сделать больше камикадзе, ага-ага, — самодовольно проговорил Борис, после чего в эфире настала тишина.

Работ больше никаких не планировалось, из-за чего все отправились на ужин. Обед из-за марша был пропущен, так что все хотели достаточно сильно есть. А после ужина все отправились спать. Оборонительная сеть была развёрнута, все были готовы к возможному нападению кого угодно.

Все проснулись вовремя, но полумрак пещеры давил на людей, они не понимали, где находятся, не понимали, что происходит. Поэтому снова приступили к практике утренних разминок, после которой у ручья умылись, после чего приступили к делам. До завтрака нужно было укрепить некоторые направления для обороны.

Всего в кармане было семь ходов, учитывая тот, который находился практически в самой верхней части свода пещеры. Все шесть «наземных» были взяты под прицел наспех выставленным оружием, но в случае достаточно крупного нападения, а твари тут могут обитать разные, их точно не хватит. Да, сейчас будут помогать орудия машин, но следовало развернуться по максимуму, выставить всё, что только было возможно.

В итоге после завтрака работы продолжились. На этот раз практически каждый приступил к добыче различных материалов. Кто-то собирал грибы, которые проверяла Анна, кто-то — мох, кто-то — металл, кто-то — просто камень. Вместе с этим, под руководством Лии и под управлением Андреаса, все разведывательные дроны разлетелись по разным направлениям.

Дронов стало больше. Пока совершался марш, по просьбе Андрея Борис изготовил ещё парочку. Каркас был более тяжёлым: не пластик и его инопланетные аналоги, а облегчённый металл. Энергии тратилось больше, из-за чего итоговая эффективность падала. Но даже так внутри пещер их хватало за глаза.

Под вечер группа собралась, чтобы проверить всё, что успели сделать, а также скорректировать планы относительно текущей ситуации. У всех настроения не было, лица кислые, уставшие, организмы у них сходили с ума из-за постоянного полумрака, поэтому, когда нюансы были уточнены, задачи ИскИнам на ночь поставлены, Яррив сделал предложение.

— Может, развернуть сеть освещения? — посмотрел он по сторонам. — Столбы от маскировки можем использовать для протягивания проводки, да и для самого света тоже. Ночью будем выключать, даже можем регулировать интенсивность, чтобы цикл дня и ночи поддерживать.

— Предложение на самом деле… дельное, — кивнула Анна. — Уже сейчас нагрузка на области мозга, которые отвечают за обработку визуальной информации, повышена. Прогнозы на постоянные головные боли. Плюс психика. Плюс дезориентация из-за непривычных условий. В общем… с медицинской точки зрения — освещение нужно.

— Так пока никто ни на что не жаловался, — пожал плечами Андреас, который тут же потёр глаза. — А вот спать хочется…

— Это пока, — хмыкнула Анна. — Обычно последствия от незначительных отклонений имеют накопительный эффект. А для нас вся эта планета… сплошное отклонение. К чему-то мы привыкли, а что-то до сих пор негативно на нас влияет. Например, я вам постоянно витамины подкладываю в еду, чтобы поддерживать баланс. Отклонения вообще у всех. Но тут может и из-за облучения такое быть…

— Короче, свету быть, — кивнул командир. — Ещё у кого какие предложения? Или расходимся?

— Побольше отдыхать… — устало проговорил Рен. — Честно… я не понимаю, куда мы постоянно летим. Особенно сейчас. Враг за нами не гонится. Мы нашли идеальное укрытие, в котором сможем спокойно существовать. Но нет… и тут куда-то спешим, когда нужно остановиться и просто посмотреть по сторонам, оценить, чего мы достигли.

— И всё же этот парень умеет говорить большими предложениями, — показал на него большим пальцем Джон, после чего все засмеялись.

— Да идите вы, — рыкнул инженер, после чего развернулся и направился в первую машину. — Вот просто… идите.

— Кажется… мы его обидели, — неуверенно проговорила Анна, смотря на то, как захлопнулась дверь в кузов.

Глава 13

Сутки 30–35

В «ночь» освещение делать никто не стал, просто все разбрелись по своим койкам. Никто дежурить не оставался, всё опять свалили на четверых ИИ, которые успешно справлялись с поставленными задачами. Вместе с этим Борис продолжал сборку новых усилительных элементов, которые должны были стать частью системы управления машинами. Андрей постоянно контролировал местность, а беспилотники теперь полностью стали прерогативой Николая, который как раз отвечал за это направление.

Когда все проснулись, то сразу приступили к монтажу системы освещения. Пришлось повозиться, чтобы создать нормальные светодиодные ленты, но вышло. Жить с газоразрядными или нитями накаливания никто не хотел, да и с диодной лентой энергии тратится куда меньше.

Но время шло. На тридцать первые сутки один из беспилотников нашёл выход из пещер, правда, настолько далёкий, что даже через ретранслятор сигнал не добивался, ему приходилось множество раз возвращаться, чтобы передавать карту местности.

Проход был достаточно широкий, но в некоторых местах были или естественные сужения, или такие же завалы. Порода в данных горах была старая, так что немудрено. Но это не мешало добывать металл и другие материалы, в том числе довольно редкие на Земле минералы, чтобы продолжать наращивать возможности группы.

На тридцать вторые сутки полностью завершили модернизацию подвески. Даже были проведены пробные проезды. Скорость упала, масса возросла, но устойчивость к перегрузкам и максимальная эффективная масса добавились. Это было самое главное, а энергии, по расчётам и всем моделям, должно было хватить чуть больше, чем на требуемый срок.

Дальше началась модернизация брони. Первые листы металла снимались и относились в сторону. Всё хорошо, но, если группа рассчитывала пожить подольше, от всего зараженного следовало избавиться. Даже после космоса стенки машин не так сильно фонили, как после ядерного взрыва. Так что решение было очевидным и важным. И причины на это были весьма весомые.

— У тебя рак, — со звоном стали, стараясь не выдавать свои эмоции, проговорила Анна, смотря на лицо Андреаса. — Причём самый противный… поджелудочной железы. Вылечить тут никак не сможем. У тебя есть года три… повезёт, если будет больше. Но последний год будешь мучиться. На Земле бы тебя спасли… а тут… тут слишком много факторов мелких, которые только усугубляют процесс.

— Ну, значит, проведём эти два года так, чтобы всё человечество запомнило, — фальшиво улыбнулся программист, а потом вылез из капсулы, стараясь не смотреть на свою подругу, с которой достаточно сблизился в последние дни.

Никто умирать не хотел, но каждый был облучён довольно сильно. Они все сгорят из-за радиации. Все до единого. Просто у кого-то последствия проявятся раньше, у кого-то позже. Но они умрут. И они к этому морально готовились. Вот только у них оставался выбор, как умереть. И они собирались сделать это красиво.

На тридцать третьи сутки все листы брони на всех машинах были сняты, а работы по установке новых закипели с новой силой. Масса возрастёт, но эффективная броня возрастала чуть ли не до трёх сотен миллиметров, и это если не учитывать активной и динамичной защиты. Сам металл имел уникальные свойства на этой планете, из-за чего защищённость возрастала.

К концу суток была готова только вторая машина и половина третьей. Датчики были установлены, но их суммарной эффективности не хватало, чтобы покрыть всю требуемую зону вокруг временной базы. Лие пришлось дежурить всю ночь, следя за пространством вокруг. Она отвлекалась на каждый шорох, она слышала каждое завывание ветра. Она продолжала взаимодействовать с Николаем, проверяя информацию с беспилотников.

На тридцать четвёртые сутки было принято решение, что дальше требуется совершать марш. Оставалось слишком мало времени, всего пятнадцать дней на то, чтобы разобраться с противником. Бесконечно готовиться не было возможности.

— Как говорят у меня в клане, — стояла и смотрела на результат обсуждений Анна, — перед смертью не надышишься. Поэтому… нужно ехать. Если верить всей информации, то нам минимум сутки выбираться отсюда, из пещер. Старый вход завален основательно…

— Что у нас вообще готово, за исключением брони, конечно? — скрестив руки на груди, осматривал своих бойцов Яррив. — Начнём с вооружения. Джон?

— Изготовлено ещё примерно с десяток турелей, — улыбался темнокожий, глаза которого выдавали бесконечную боль, которую он испытывал последнее время и терпел, закидываясь тоннами обезболивающего. — Боеприпасов… хватит на целую роту, которая осталась в окружении и ей приказано сражаться до последнего… примерно на неделю для роты. Остальное вооружение я всё обслужил: где надо, что-то заменил, отремонтировал. Тренировочные и пристрелочные работы не проводил… чёрт… надо было… но просто времени не хватило на это. А вообще… в этом направлении можно готовиться сколько угодно, всё равно предела никогда не достигнем, особенно после модернизации, которую провёл Рен.

— По этому поводу, — посмотрел на вымотанного и бледного инженера командир. — Что ещё, по твоему мнению, требуется сделать и что уже сделано?

— Броня, броня и ещё раз броня, — потёр он переносицу. — У противника большой калибр. Даже сейчас я не уверен, что мы выдержим залп из их орудия. Они снесли четверть здания, если вы помните. За один залп. Снаряд там примерно сорок пять или шестьдесят миллиметров. То есть… заряд повышенной мощности. Подвеска… предел, всё, как и вся система управления. Дальше как усиливать, даже ИИ не знают. Особенно в наших условиях. Так что… продолжаем делать то, что делали ранее.

— Что у нас по наступательным возможностям? — посмотрел на Лию и Юмико Одиннадцатый. — И разведывательным… сначала последнее.

— Двенадцать разведывательных дронов, — пожала плечами Лия. — Качество немногим уступает тем, которые были изготовлены самыми первыми. Так что… сможем нормально следить за всей обстановкой вокруг. Радиус из-за трёх ретрансляторов просто огромен.

— Наступательные возможности огромны, — хищно улыбнулась китаянка, у которой начали крошиться два клыка, что она сразу пыталась скрыть. — У нас порядка полусотни лёгких и разрушительных дронов-камикадзе. Примерно двадцать штурмовых единиц и десяток истребительных. Против космического корабля они ничего не сделают… но вот пехоте подобраться не дадут к нему, если мы вовремя совершим налёт.

— Сколько у нас есть запасов для того, чтобы изготавливать… ещё больше камикадзе? — хмурился командир, обращаясь на этот раз к Борису.

— Ещё примерно на сотни три, — немного неуверенно ответил он. — Тут зависит от качества исходника. Пару раз я отбраковывал материалы для взрывчатки… ибо дерьмо попалось. Откровенно говоря. А так… просто места для хранения беспилотников закончились в машине. Посоветовал бы сконструировать четвёртую машину… но на это уйдёт уйма времени. Как бы сказал один мой знакомый… или не мой… ну вы поняли. Нерентабельно. Так что… просто буду собирать на ходу. На один уйдёт не более пяти минут. Как-то так. Так что не волнуйтесь, полтишок отправим, полтишок создадим.

— Славно, — вздохнул Яррив. — Андреас? Что по твоей части?

— А что по моей? — усмехнулся он. — Все детали вычислительных центров обслужил, всё сделал красиво, теперь работает бесперебойно, ошибок… ну практически нет. Так что тут можно не переживать. Дополнительно экранировал аппаратуру, благо место было. Так что радиация теперь не так страшна. Внешние датчики как мог, так и обслужил. Осталось ещё на первой машине всё внешнее оборудование обслужить…

— Занимайся, — кивнул Яррив. — Напоминаю о том, что каждый день два человека минимум должны посетить капсулу для восстановительно-предупредительных мероприятий… нам нужно дотянуть до конца миссии. Нужно… кроме нас — никто.

«Кроме нас — никто!» — девиз группы, который стал их флагом. Он помогал им держаться, напоминал, что только они могут сделать задуманное. Поэтому продолжали работать. Через боль. Через агонию. Переступая через себя. Они делали, чтобы у других была возможность в будущем жить. Они все умрут, они это понимали, но старались не подавать виду.

Работы закипели вновь. Пока на одной машине закреплялись новые листы брони, на другой Андреас проверял все датчики, прозванивал, менял, если была необходимость. Они наткнулись на «золотую» жилу, из-за чего дефицитные материалы были восполнены до необходимого минимума.

На тридцать пятые сутки, как и планировалось, начался марш. Неспешный, медленный. Но перед ним такая же подготовка. Проверялось всё ещё раз. Вдумчиво. Скрупулезно. Некоторые элементы пришлось откалибровать перед затяжной поездкой. На этот раз в планах было вообще не останавливаться, пока машины не окажутся на поверхности планеты. Поэтому требовалось сделать как можно больше.

Проблемы возникали в основном с регулировкой колёс, ибо из-за перераспределения веса они располагались чуточку иначе. Одно из множества пришлось даже перевешивать, заменять целиком, так как оно оказалось изношено достаточно сильно. Но в итоге всё было завершено, и колонна из трёх машин двинулась вперёд.

Освещение было доработано, теперь дорогу было видно не только перед собой, но и во все стороны. Первая машина дополнительно следила за направлением с помощью впереди летящего на низкой скорости беспилотного разведывательного аппарата.

Пещеры были влажными, но где могут протекать новые «подземные» реки, так и не было обнаружено. Но риски оставались, ручьи то тут, то там виднелись, утекая дальше, вглубь скал, подтачивая их, заставляя обрушаться, менять свой рельеф. Из-за этого всё время приходилось сканировать округу, проверять, всё ли в порядке, не рухнет ли тот или иной свод. Группа продолжала ехать. И во время движения наступила очередь Джона оказаться в медицинской капсуле. И он этого опасался. Он не хотел, чтобы про его состояние узнали.

— Начинаю сканирование, — устало, практически сонно проговорила Анна, которая сама, можно сказать, только-только выбралась из капсулы. — Прошу расслабиться… так… игла… иглу забыла.

Усталость давала о себе знать. Хоть все они высыпались, хоть они питались нормально, но полноценного отдыха у них не было. Не было тех дней, когда они могут просто спокойно заниматься ничегонеделаньем. Они об этом мечтали. Практически месяц — кто-то уже больше, кто-то меньше — они работали, работали и ещё раз работали, нагружая сами себя.

— Так… готово, — отпрянула она, убедившись, что всё хорошо. — Анализирую кровь… отклонения… минимальны, но есть. Похоже на лейкемию. Плюс… у тебя часть сосудов около мозга… умерла. Такое вижу впервые, если честно… чем-то напоминает предынсультное состояние. Не знаю, как выразиться. Вроде отклонений в работе мозга нет, но как долго такое будет тянуться… не знаю. Голова часто болит?

— Всегда, — улыбнулся темнокожий. — Пока терпимо. Помирать из-за этого не собираюсь. Поэтому… забей. Не получится вылечить, и не надо.

— Вылечить в наших условиях… возможно, но это долго, — хмыкнула девушка. — Можно запустить программу восстановления. Но тут может получиться как с Андреасом. Запустим восстановление клеток… а раковые начнут делиться. Только ему не говори…

Анна не хотела расстраивать своего хорошего и близкого друга, который постоянно был готов выслушивать её, который поддерживал её. Ей было и так печально из-за того, что он умрёт раньше остальных. Ещё тяжелее было признать свою вину, что именно из-за её ошибки был ускорен процесс развития рака из-за облучения.

— Чё-о-о-орт, — расширила глаза девушка, когда получила результаты сканирования. — У тебя грудь как давно болит⁈

— Ну, дня три точно, — спокойно ответил штурмовик. — Обезбол принимаю — и нормально. Сейчас, пока в капсуле, вообще не болит. Даже хорошо так… в сон клонит… или это ты?

— Это я, — жёстко ответила девушка, начав менять положение капсулы, после чего переключилась на командный канал связи. — Меня не беспокоить. Стараться ехать ровно. Тяжёлая операция. У Джона непонятая опухоль на левом лёгком. Остальным… капсула заказана. Будем лечиться по старинке — таблеточками. Всё, конец связи.

Эти слова здоровяк слышал, уже буквально засыпая. Переживаний — ноль. Тревог — ноль. Только разочарование, что из-за него не смогут лечиться остальные члены группы. А ещё из-за того, что штурмовые операции откладываются на неопределённый срок. Ведь он был ключевым звеном во всех наступательных операциях, если верить планам Николая. Он должен был отвлекать внимание, даже его броню модифицировали, добавив туда гранатомёт с интегрированной в систему автоматикой.

Николай тут же учёл этот момент и начал пересчитывать возможные исходы. Утешительных решений не было, всё становилось только хуже. И опухоль в лёгком Джона — ещё один звонок, ещё один призыв к тому, что пора торопиться.

Но скорость машины снизили. Если раньше они ехали примерно со скоростью десять километров в час, то сейчас не более пяти. Каждая глубокая яма объезжалась, каждый тяжёлый подъём преодолевался осторожно, чтобы перепады высоты не были такими критическими.

В итоге операция длилась практически пять часов. Анна думала, что не справится одна, что ей потребуется помощь, но модернизация самой комнаты с капсулой позволила сделать многое. Манипуляторы по её мыслеприказам делали всё, что требовалось, иногда даже резали под её наблюдением. Они стали её частью. Непривычно, но зато эффективно. Никаких лишних надрезов, никаких лишних действий.

В итоге Анна уснула, сидя возле капсулы Джона. Яррив её лично укладывал на кровать, осторожно подобрав её с пола медицинского отсека. Она, как и остальные, тоже страдала, тоже устала, но после семичасовой операции у неё просто закончились силы.

— Бедняга, — сидела на своей койке, поджав ноги и обняв их за колени, Лия. — Она всю себя отдаёт на то, чтобы мы прожили как можно дольше… любой другой врач давно бы бросил это дело. А она, мало того что заботится о нашем здоровье, не забывает пополнять все известные каталоги. Кстати, а у нас связь с кораблём есть?

— Сеансы в строго определённое время, — спокойно ответила Элеонора. — Но пока мы под скалами, их не было. Когда будем на поверхности планеты, я тут же отправлю все данные, которые удалось собрать. Есть что-то срочное?

— Нет-нет, ничего, — мотнула головой и улыбнулась разведчица. — Просто интересно, что о нас будут рассказывать потомкам. Почему-то… я себя начинаю воспринимать в прошедшем времени, как нечто… ушедшее.

— Фатализм сейчас всё только усугубит, — вклинился в разговор Николай. — Советую не забивать этим себе голову. Миссия — в первую очередь.

— Угу-угу, — кивнула дважды Юмико. — Вот только в отличие от вас мы не можем бесконечно работать. У нас батарейки садятся быстрее ваших, а физические силы ограничены нашими телами и модификациями…

— Так, отставить! — рыкнул Яррив. — Мы в одной лодке. Все устали. Все на пределе. Юми, у ИИ тоже батарейки садятся. Осталось на двадцать дней, после чего они фактически могут перестать существовать. А запасных источников питания у нас нет. Вообще. Они не могут поспать и зарядиться энергией, в отличие от нас, так что не надо сейчас спорить. Николай, дай нам возможность поговорить и излить чувства. Ты, мать твою, тоже сделан на основе человека! Так прояви свою человечность.

— У него всегда превалировал холодный расчёт, — усмехнулась Элеонора. — Плюс… он не хочет получать воспоминания, которые помогут ему очеловечиться ещё больше. Сначала операция, потом всё остальное. Как-то так. Вообще, у вас время отбоя. Спите, пока есть возможность. Ибо неизвестно, появится ли она у вас до конца миссии.

Глава 14

Сутки 36

— Если верить часам, то наступили тридцать шестые сутки с начала выполнения миссии, — по командному каналу проговаривал Яррив. — Или сорок шестые, как наши корабли прибыли в звёздную систему. Что осталось по расстоянию до выхода из системы пещер?

— Двадцать два километра, командир, — тут же доложил Андрей. — Через полтора часа, если данные с дронов верны, мы сможем покинуть пещеры и выйти в лесистую местность примерно на сто пятнадцать километров северо-западнее исходной точки.

Все прошедшие сутки машины двигались внутри каменных сводов, медленно и верно приближаясь к выходу. Всю ночь Борис старался пополнять самые важные запасы ресурсов, которые могут пригодиться в дальнейших испытаниях. При этом конструктор постоянно сверялся именно с Николаем, что может пригодиться в условиях, в которых оказались люди.

Уже никто не спал, за исключением Джона. Так как он попытался вырваться из капсулы, стоило ему прийти в себя, была разбужена Анна, которая принудительно ввела его в медикаментозную кому. Так что временно из семерых их оставалось шестеро.

На всякий случай группа готовилась к возможному боестолкновению. Враг активизировался и уже несколько раз облетал горы на своём звездолёте. Они уже не берегли энергию, они словно обезумели, потеряли контроль. Им было плевать, что они творят, казалось, враг поставил себе цель — любой ценой уничтожить людей на планете. В космосе не удалось, колониальный корабль не найти, затаился где-то, а тут людишки, вот, пакостят, уничтожают, мешают.

Завтрак был скудным, ибо никто не хотел особо есть. Настроение отсутствовало как таковое. Была сосредоточенность. Был настрой, но не настроение. Никто не общался, никто не разговаривал. Тишина, покой… и только мрак пещер вокруг, разгоняемый частично отключёнными фонарями и фарами на бронетранспортёрах.

Все три машины теперь официально назывались бронетранспортёрами. Защита была повышена, маневренность на высоте, вооружения достаточно, чтобы противостоять целому Земному полку. Только низкая скорость из-за огромной массы, а также слишком широкая база.

— Вижу выход, — отрапортовал Рен, когда его машина в очередной раз завернула. — Датчики фиксируют… что на улице дождь. Идеальная погода, чтобы выйти на свет…

— Да, космический корабль на низкой высоте точно не предпочтёт летать, особенно возле гор. А он у них один, — хмыкнул Яррив. — Так что, да, выходим и продолжаем марш. Только нужно быть внимательными. В прошлый раз в дожде пряталась машина противника. Может случиться перестрелка. Будьте к этому готовы.

Когда первая машина приблизилась к выходу из пещеры, вторая как раз завернула на подъём, третья только приближалась. Все уже были с оружием в руках и в броне. Все были готовы в первые мгновения перестрелки выскочить наружу и открыть ответный огонь. Лия обняла свою снайперскую винтовку одной рукой, второй машинально поглаживая её корпус. Юмико положила штурмовой автомат себе на колени и подкручивала рукоятку, чтобы в бою было удобнее сражаться. Рен настраивал в своей машине свой имплантат, сменил его на гранатомёт. Анна пыталась прицепить к своему оружию подствольный гранатомёт и ругалась из-за этого. Андреас просто сидел, поставив своё оружие прикладом на колено, ибо знал, что первым с высокой вероятностью погибнет он. Замыкающие машины всегда стараются уничтожить в первую очередь, как и те, что впереди. И только Яррив сидел без всего, внимательно просматривая все те тонны информационного объёма, что сваливались на него через ИИ. Он пытался понять, есть ли враг. Он пытался разработать хоть какой-то план действий. Он работал сейчас командиром, а не бойцом. Ибо от того, какие решения он примет, будет зависеть дальнейшая судьба.

— Впереди чисто, — скупо ответил инженер, когда его машина начала спуск по весьма пологой местности. — Деревьев полно. Льёт как из ведра.

— Андрей, — обратился командир к ИскИну, — датчики на металл инопланетян. Образцы у тебя есть. Фиксируй всё, что сможешь обнаружить. Сравнивай, уточняй. Если враг… то сразу давай знать. Если враг тут… то они попытаются устроить нам засаду. Нужно нанести удар первыми.

— Принял, — холодно ответила разумная машина. — Потребление энергии из-за выведения разведывательных систем в овердрайв увеличено на три процента… не критично. Скорость износа систем возросла на тридцать процентов. Критично. Рекомендуется часто не переходить в такой режим.

Дальше снова все ехали в тишине, даже радиосвязь была практически полностью заглушена, чтобы у противника было меньше шансов обнаружить врага. И когда вторая машина выехала, а третья повернула к выходу, датчики первой машины начали фиксировать достаточно много разнообразных сигналов. Отчётливых и явных.

— Враг тут точно стоит, — хмыкнул Яррив. — И они нас ждут. Твари… точно просто подгадали время. Или просто расположились тут, ожидая нас.

— Нужно попытаться трёхмерную карту составить, чтобы понять, где именно они стоят, — пробормотал Андреас, который тут же с крыши, с подготовленной небольшой катапульты, отправил два беспилотника в полёт. — Полетят среди облаков. Заметить не должны. Смотрим, что увидят. Едем… куда едем, командир?

Одиннадцатый сидел и рассматривал схему, по каким направлениям фиксируются сигналы. Меньше всего их было на востоке, со стороны, откуда противник мог приехать, больше всего — на севере и северо-западе, при этом там явно были не манёвренные отряды, ибо сигналы показывали, что там объекты больших размеров.

— Ждём картинку, — согласился с решением Андреаса командир. — Скорее всего, прямо по курсу несколько баз противника. Предлагаю ударить по ним… одновременно, а потом прорваться через них на максимально возможной скорости, уничтожая остатки с помощью дронов-камикадзе. Так что… примерный план есть. Главное — получить информацию. Время?

— Через пять минут будет картинка, — явно уже с удовольствием проговорил программист. — Чёрт, у меня руки трясутся. Давно такого не было. Но как же мне хочется этим уродам втащить!

— Всем хочется, — нейтрально, как и всегда, проговорил Рен. — Думаю, командир даст нам возможность нанести чувствительный удар по врагу. Явно они не ожидают, что мы пойдём через их базу.

— По сути, они попытались нас переиграть, — кивнул командир, сам не понимая зачем. — Они подумали, что мы пойдём сразу в сторону их баз, что весьма логично. Нам же нужно уничтожить врага окончательно, найти место, где взлетает их космический корабль. Но… они не знают, насколько может быть безумен человек. Поэтому… вижу! Есть картинка! Та-а-а-ак!

Все бойцы пребывали в состоянии некоего возбуждения. Долгое и томительное ожидание осталось позади. Наступило время действовать. Тридцать шесть дней беготни и планирования. Тридцать шесть дней подготовки. Тридцать шесть дней сдерживания. И вот настал тот миг, когда люди могут нанести свой удар по врагу.

Командир оказался прав. Прямо по курсу располагалась временная база врага. Несколько наспех поставленных строений, на треть погружённых в воду. В речку, которая была частично расширена с помощью дамбы, расположенной ниже по течению. И опять эта дамба была сделана наспех, лишь бы могла и выполняла свою функцию. Прагматично, но не логично, особенно если учитывать, что именно может быть с противником.

— Андреас… запускай двадцать камикадзе, — приказал командир.

Программист тут же сорвался со своего места, раскрыл задние двери и буквально на ходу начал активировать беспилотники и выкидывать их. Они были лёгкие, относительно, из-за чего сразу были способны набирать высоту. Они были примитивными, но в своей примитивности крайне эффективными. Винты, старые, древние, но так сейчас удачно пригодившиеся, они тут же начали тянуть конструкцию вверх. И спокойно улетали, занимая позицию в атакующем звене.

Машины тем временем неспешно приближались. Каждая единица вооружения была передана ИскИну Андрею. Каждый беспилотник передавался Николаю. За разведку тут же стала отвечать Елизавета, а Борис был в любой момент готов сделать ту или иную деталь, чтобы была возможность провести ремонт. Элеонора же осуществляла общий контроль и следила за всей операцией вкупе.

— Двадцать в воздухе! — отрапортовал программист, смотря на то, как все они заняли свои позиции. — Штурмовики?

— Запускай все, после них истребители, — тут же приказал Одиннадцатый.

И тут же продолжилась выгрузка летательных аппаратов. Только на этот раз их пришлось аккуратно ставить на почву, после чего возвращаться обратно в машину. Но одна за другой птицы направились в воздух и были готовы нанести свой удар.

После них последовали и последние разведывательные летательные аппараты. Вся округа стала контролироваться. Все точки просматривались отчетливо. Враг также заметил группу людей, готовился, разворачивался, приводил в движение свои группы. Но они не знали, что сейчас с ними станет.

— Пункт первый, — начал озвучивать командир, и тут же камикадзе двинулись в разные стороны, — лишить противника численного преимущества и огневого превосходства.

Сразу все два десятка дронов направились на свои цели, которые подсвечивались с разведчиков. Вооружение на транспортёрах в упреждение было направлено в сторону врага, которого пока не было видно. Врасплох людей было не застать. Противник это понял и начал спешно укреплять свою линию обороны.

Вот только ему это не помогло. Буквально спустя пять минут прогремели первые взрывы на востоке. Отвлекающий удар, чтобы враг думал, что основной удар будет нанесён в том направлении, из-за чего как минимум одна группа рванула в точку, которая осталась оголена. Но тем временем люди продолжали двигаться вперёд. Медленно, но неумолимо. У них был план. И они его придерживались.

Ещё через две минуты взрывы начали греметь везде. В первую очередь уничтожались стационарные орудия и транспортные средства врага. И каждый раз взрыв был такой, что даже в лесу за полтора километра фиксировался датчиками. Подрывались боекомплекты.

— Пункт два, — улыбался командир. — Ослепить остатки сил противника, чтобы они не знали, что с ними будет.

Тут же штурмовые дроны, которые летели практически следом за камикадзе, нанесли свой удар. Вышки, здания, окопы, а такие были. Уничтожалось всё, по чему не смогли ударить первые птицы. Современная война была крайне жестока. Ибо люди, смотрящие через камеру, не ощущали практически ничего. Это было кино. Но конкретно Семеро — они чувствовали злость. Невероятную и сильную. Неистовую ярость. Они хотели мстить за те миллионы человек, которые погибли в первых кораблях, за те сотни тысяч, что уже умерли на четвёртом корабле.

— Пункт три, — перебирал пальцами по подлокотнику Яррив, нервничая. — Обеспечить свое полное превосходство в воздухе, ибо от этого зависит куда больше, чем может показаться.

Тут же истребители ударили по тем дронам врага, которые успели подлететь. Противник тоже эволюционировал: они тоже установили на свои беспилотники орудия. Но то, что они наворотили, выглядело смешно. Один выстрел, и их птицы сами себя сбивали, выбивали в штопор, из-за чего они тратили время на восстановление управления, из-за чего они могли летать только на большой высоте. К тому же враг не попытался отбалансировать вес. Птиц у него было много, но все они были медленными и неповоротливыми. Истребители сбивали их на раз.

— Пункт четыре, — следя за всем хаосом вокруг, вцепился в подлокотники пальцами Яррив. — Всегда быть готовыми к отражению нападения противника. Покинуть машины! Приготовиться к бою! Элеонора… дальше всё на тебе. Андреас, ещё двадцать камикадзе в воздух.

Тут же распахнулись все двери трёх машин, тут же все бойцы, за исключением двух, десантировались и распределились по местности. Каждый видел картинку происходящего вокруг. Тут же через ИскИнов каждый видел перед собой довольно объёмную дополнительную реальность, в которой показывалась даже избыточная информация.

Где-то сквозь деревья показывалось здание с помощью «подсветки». Где-то показывались пятна противников, которые залегли и медленно ползли в сторону людей. Где-то виднелась спешащая техника, за которой охотился один из последних штурмовиков, который не израсходовал боезапас.

Хаос в рядах врага был создан. Они не ожидали такого слаженного и быстрого удара. Они не успевали отвечать, как тут же на них нападали вновь. В чём в чём, а в военном ремесле люди — мастера. Они всю свою историю воевали сами с собой, совершенствуясь. Даже в последние годы, перед принудительным объединением для колонизации новых планет, люди сражались друг с другом.

— Контакт! — закричала Юмико, после чего пространство наполнили приглушённые звуки стрельбы.

Враг показался. Он начал действовать. Азиатка первой приняла на себя удар, встретив тройку врага, расстреляв его практически вплотную. Лия тут же переключилась на её направление, делая выстрел за выстрелом. И каждый раз кто-то умирал.

Враг тоже огрызался, старался подловить раскосую, но она выросла среди лесов, она знала, как перемещаться, где прятаться, как воевать. И она делала это, появляясь в самых неожиданных для врага направлениях. Юмико понимала, что, если бы враг умел кричать, лес был бы заполнен этими чудесными на войне звуками.

— Контакт! Тяжёлый! — прорычал в канал связи Рен, после чего что-то громыхнуло с его направления.

Он не стал церемониться с техникой противника. Сразу ударил по ней с помощью реактивной гранаты. И уничтожил. Боекомплект хранить врагу было негде, из-за чего им пришлось забивать машины по максимуму. Взрыв был шикарным, даже несколько деревьев легло, их вырвало с корнем.

— По нам попали-и-и-и! — прокричал Андреас. — Мать их за ногу! Они по третьей машине ударили!

— Как она? — тут же спохватился командир, спрятавшись за деревом, чтобы заменить магазин у своего автомата.

— Ща… ща-ща… — бубнил в канал программист, после чего выругался, причем не злобно, а удивленно. — Корпус цел! Ха-ха-ха-ха! Корпус вообще не повреждён! Его только посекло! Активная защита как-то перехватила снаряд!

— Не как-то, а по рассчитанной траектории, — сдержанно ответила Элеонора. — Каждая машина отслеживается, каждое орудие врага видно. Скорость полёта снарядов известна, так что, как только произведён выстрел со стороны, тут же с нашей стороны идёт противодействие.

— Да это гениально, ха-ха-ха-ха! — продолжал изумляться Андреас. — Так. Всё. Хватит. Беспилотники! Двенадцать только улетело.

И снова оказался он в машине, снова продолжал отправлять в полёт то, что уничтожало врага самым эффективным образом. Андреас сейчас чувствовал себя творцом. Творцом хаоса, творцом невозможного. Он видел результаты того, что было достигнуто в частности и с его помощью, при его посредничестве, с помощью вложений его труда.

Но это было только начало первой стычки. Предстояло ещё множество впереди. Предстояло завершить ещё эту. А она тоже только-только разгоралась. Враг вылезал из всех щелей, он готовился основательно, не просто подозревал, а знал, что люди будут выбираться именно тут. А в пещеру не заходили, знали, что численный перевес им там может не помочь.

Но число им не помогало и снаружи. Против малого количества врагов крупный калибр не особо хорошо справляется. От него легко увернуться. Ему легко с современными возможностями человечества противостоять. И люди делали это активно. Ещё несколько «попаданий». Ещё несколько раз корпуса других машин тоже посекло.

А тем временем новая порция камикадзе распределилась по своим целям. Новая порция взрывов должна была остановить продвижение непонятно откуда взявшегося врага. Ведь он буквально появлялся среди леса. Всё чаще и чаще. И его численность только нарастала.

Глава 15

— Да откуда эти твари только вылезают⁈ — практически рычал Андреас, переместившись из машины на свою точку обороны, которую советовал занять Андрей. — Словно в землю закопались!

— Да они и закопались, твари такие! — кричала ему в ответ по рации Юмико. — Вспомни вибрации на старой базе. Они пытались к нам пробуриться. И если бы не нападение, то смогли бы это сделать точно! А вот тут они… твою… подготовились! Сдохни, сука!

Это была уже не битва. Это была настоящая мясорубка. Противник лез отовсюду. Он пытался взять числом, но у него это не выходило. Люди же боеприпасы не экономили, стреляли постоянно, практически не целились. Просто наводились по системе целеуказания и посылали несколько очередей в том направлении.

Но враг не сдавался. По предварительным подсчетам, за первые десять минут боя противник потерял около полусотни боевых единиц в виде пехоты и около десяти единиц тяжёлой техники. Не всегда дроны с первого раза уничтожали машины противника. Не всегда получалось быстро избавиться от них. Но если техника выявлялась, то по ней тут же открывался огонь.

И при этом люди не останавливались. Они медленно, но верно продвигались вперёд. В какой-то момент достигли первой полосы обороны противника, которая была практически полностью зачищена. Занять её было не такой и большой проблемой, тяжелее было выкурить врага из всех нор или завалить их к чертям. Последнее происходило чаще, так как простой взрывчатки Борис изготовил во весьма внушительных объёмах.

— Зачищено! — с самой дальней точки доложила Лия, которая тут же отработала со своей винтовки по показавшему голову противнику. — Окопы наши! Что дальше, командир?

— Двигаемся… — устало проговорил Яррив. — Сколько дронов в небе?

— Пять камикадзе и все остальные, — моментально отрапортовал программист, который следил за этим вопросом. — В запасе у нас не так много первых осталось. Нужно произво… да чтоб вас черти драли, уроды! Ранили! Опять! — начал ругаться он, а потом резко затих и истерично засмеялся. — А нет, показалось. Осколок по касательной прошёл. Только пластину на ноге повредил… работаем.

— Сколько там ещё впереди линий обороны нарыто⁈ — тяжело дышала Анна, прижавшись спиной к стенке сырого окопа. — Чёрт… одна глина…

— Ещё три, потом строения, — быстро сверился с картой командир. — Вторая помельче будет, чем эта… по ней уже работают с АГСок на машинах. Как только Андрей или Николай дадут сигнал… рванём вперёд. А пока… отстреливаемся! Черти лезут!

Бой продолжался. Пули рассекали воздух, срезали листву, иногда даже валили деревья. Враг поодиночке и группами пытался приблизиться к машинам. Они поняли, что просто так уничтожить их не выйдет, слишком хорошо защищены, а достаточной концентрации огня создать они не могут. Поэтому стали посылать пехотинцев с бомбами. Смертников.

Один раз такого чуть не пропустили. Залёг в яме, буквально спрятался в луже. Если бы на него случайно не упала граната, которая разметала его тело на мелкие ошметки, то его задумка бы удалась. Мало того, если бы он смог подорвать впередиидущую машину, то весь план пришлось бы перестраивать, ибо весь запас боеприпасов был именно там.

Сам первый окоп шёл дугой относительно выхода из пещер. Всего метров триста шириной, но, чтобы его зачистить, пришлось довольно долго обстреливать его из всех калибров. Даже после того, как очаги сопротивления были уничтожены, пехотинцам пришлось завершать работу. И сейчас они именно из него отражали очередной накат врага.

Несколько групп водных инопланетян на легкой технике начали приближаться. Быстро. Стремительно. Неестественно для них. Они учились на ходу, но было уже поздно учиться. Люди пришли. Они были злы. Они были вооружены до зубов. И шли они как раз с такой целью — уничтожить как можно больше бойцов противника.

Тут же несколько стволов, пулемётов и одна АГСка направились в сторону наступающего врага. Тут же по ним открыли огонь. Первых бойцов просто скосило выстрелами, машина без управления влетела в ствол крупного дерева и перевернулась. Вторая лёгкая машина была просто подорвана тремя точными выстрелами. Последние оказались хитрее всех: старались активно маневрировать между деревьями, лавировать, убегать. Пришлось подключаться пехоте. Рен зарядил свою «руку», прицелился и, когда понял, что подловил нужный момент, произвёл выстрел.

— Бах! — с наслаждением прошептал он практически одними губами, а реактивная граната врезалась в колесо машины противника.

Взрыв не был сильным, но его оказалось достаточно, чтобы машина перевернулась. На удивление, пехотинцы выжили, из-за чего по ним пришлось отрабатывать уже из автоматов и винтовки. Все они были смертниками. До единого. И когда умирали — взрывчатка приводилась в действие.

— Всегда бы так подтверждалась смерть противника, — усмехнулась Лия, которая спряталась в окопе, чтобы перезарядить винтовку. — Ну что там? Когда наступаем на вторую линию?

— Минутная готовность! — тут же дал приказ командир, а после с его стороны послышалась длинная очередь, а также характерный писк-свист, который издавали противники, лишившись части своего защитного скафандра. — А теперь… бегом-бегом-бегом!

Тут же, почти одновременно, все шестеро бойцов выскочили из окопов. Лия с Юмико почти сразу вырвались вперёд. И если разведчица уходила во фланг, как и в прошлый раз, то азиатка рвалась сразу к центру оборонительного рубежа. Там гарантированно должен был оказаться враг.

Рядом с ней показался единственный прирученный питомец. Две самки оставались в машинах, им даже не стали открывать загон. А вот самец… он довольно часто бегал и добивал противника. Часто помогал. Часто рисковал своей жизнью, чтобы отвлечь противника. И сейчас, с обожжённой шкурой по одному боку, подхрамывая на переднюю лапу, если её таковой можно назвать, самым первым спрыгнул в окопы, где тут же кого-то загрыз.

Битва вновь набирала обороты. Вновь машины начали двигаться чуточку быстрее, чтобы приблизиться к окопам и расстрелять с бортовых орудий врага, до которого возможно дотянуться. И они не останавливались, незачем, они стреляли в те мгновения, пока проезжали через окопы.

— Твою… — вскрикнула, а потом почти зашептала Юмико. — Кажется… добегалась… командир… я триста… повторяю… я триста… живот…

Девушка наклонилась, чтобы посмотреть, что с ней произошло. Защитная пластина на животе была уничтожена. Кожа из-за осколков была изодрана, они же пронзили мышцы живота, вонзившись, казалось, в органы. Доставать она их не собиралась. Просто обкололась и легла на мокрую глину. Животом вверх.

Через минуту к ней подлетела Анна, быстро осмотрела, достала бутылку воды, промыла рану. После этого осмотрелась, выругалась, схватилась за автомат и дала несколько очередей в сторону. Противников в окопах было ещё полно. Тут же неподалеку появился Яррив, который начал прикрывать девушек, закидав одновременно с этим спуск в один из тоннелей, обрушая его, заживо хороня в нём всех, кто там остался.

— Её нужно в капсулу, — проговорила Анна, смотря в сторону командира. — Срочно нужно проводить операцию… а я сейчас её так быстро не вытащу… нужна помощь.

— Лия, Рен, Андреас… вы одни, работайте! Не суйтесь! Забрасывайте их взрывчаткой. Как только закончится, Рен, бегом за пополнением в первую! Мы — раненую в машину! — протараторил Одиннадцатый, после чего помог встать своей напарнице на ноги и потянул её наверх.

Вторая машина была достаточно близко, она только-только проехала через окоп и занимала свою позицию меж деревьев для обстрела. Где-то недалеко спикировал очередной дрон-камикадзе, подорвав небольшой склад с боеприпасами. Громыхнуло достаточно сильно. И это была уже третья линия обороны. Концентрация противника там была наивысшей. Даже в зданиях за ней фиксировалось в разы меньше сигналов.

Под огнём врага, отстреливаясь с одной руки, Яррив, придерживая с одной стороны Юмико, побежал в сторону машины. Азиатка ругалась, почти материлась. Но тоже взяла пистолет и стреляла. Только сама не понимала, куда именно нужно стрелять. Просто видела красную точку и открывала огонь. Попала не попала… её это уже не волновало. Каждая пуля шла в общий зачёт, каждая пуля давила морально на врага, если у него такое понятие вообще есть.

— Клади сюда! — тут же скомандовала Анна, показав на свободное место рядом с капсулой, пока медик отключала и снимала все датчики с тела Джона. — Чёрт… у неё пульс падает! И её начинает лихорадить!

Сама Юмико старалась не подавать никаких признаков, что ей плохо. Просто лежала и улыбалась. Она чувствовала боль. Чувствовала и усталость. Сон. Вот, что её манило. Но она понимала, что может и не проснуться. Поэтому терпела. Старалась не закрывать свои глаза, пыталась зацепиться хоть за какую-то мысль, чтобы отвлечься. Но они предательски уплывали, оставляя только пустоту в голове.

Машина покачнулась. Очередной выстрел, очередное практически попадание по корпусу. Враг не оставлял попыток пробиться через активную оборону, пытался уничтожить машины. Но каждый выстрел с их стороны ознаменовывал уничтожение очередной машины. И стоило второй машине людей встать нормально, как тут же датчики зафиксировали новый взрыв и потерю ещё одного дрона-камикадзе.

Джона пришлось аккуратно переносить вдвоем на койку. Так быстро из комы не выходят, но, благо, его раны зажили достаточно, чтобы это оказалось возможным. Но всё это трата времени. Всё это потеря возможности остановить заражение. Всё это жизнь их боевой подруги.

— Спасибо, — уже на ходу проговорила Анна, — дальше я сама.

И после этих слов она закрылась в медицинском отсеке. А там началась работа. Обработка, промывка, опять обработка. Попутно снимала с неё броню, где это было необходимо, развернула капсулу так, чтобы в неё положить подругу. Все это делалось достаточно быстро. А сама Юмико тем временем уже практически не реагировала ни на что.

— Да хрен ты у меня погибнешь! — рычала практически от отчаяния Анна. — Ты мне ещё за те слова не ответила! Я тебе ещё не всё высказала!

Тут же в вену была вставлена игла, через неё в организм начали поступать не только питательные вещества, но и адреналин. Вынужденная мера. Девушка просто не могла разорваться. Ей нужно было срочно вытаскивать осколки из живота и быстро промывать раны.

Пульс пришёл в норму, взгляд у китаянки стал осознанным, а боль пришла вновь. Юмико на этот раз не смогла её стерпеть и заорала. Тут же Анна начала вводить её в наркоз. Опасно, но она дёргалась, её сил было достаточно, чтобы если не порвать, то растянуть ремни, с помощью которых была закреплена. Дальше всё пошло спокойней.

— Не-е-ет… ты у меня не умрёшь… — приговаривала врач, начав довольно сложную операцию.

В это же время третья машина преодолела второй окоп, который уже заканчивали зачищать. Активность противника начала снижаться, нападения со всех сторон прекратились, а в воздухе не осталось ни одного его дрона. При этом люди израсходовали чудовищно много боеприпасов. Приходилось экономить.

— С ней всё будет хорошо? — старался скрыть свои эмоции инженер, но сейчас у него получалось плохо, из-за чего страх и переживание проскакивали в его словах. — Она выживет?

— Я не отвечу на этот вопрос, — виновато проговорил Яррив. — Надеюсь, что да…

Возникло короткое затишье. Враг перестал лезть, а люди пока не наступали. И тем и другим требовалось время собраться с силами, распределить вооружение и боеприпасы, подготовиться к новым активным действиям. Машины всё ещё занимали свои позиции, а точки, куда бить, выявлялись. Наступление шло тяжело. Но шло.

— Остался последний рывок? — усмехнулся Андреас, обнимая свой автомат, сидя буквально в грязи, ибо вода из этого окопа только-только ушла полностью. — Черт… а мы когда дамбу ту маленькую разнесли?

— А как только началось наступление, — усмехнулся Яррив. — Ты же там руководил ударами дронов. Или я ошибаюсь?

— Ну, вообще-то я их просто разбрасывал, — уже не так весело ответил программист. — Скорее всего, Николай это сделал, понимая ценность той… постройки, которую они явно наспех возвели. Что странно. Вон какие дома возводят и какое дерьмо создают…

— Удар был необходим, чтобы у вас вообще была возможность занимать рубежи обороны противника, — спокойно вклинился в разговор Николай. — Если бы этого не произошло, то вы бы полегли все возле первой линии обороны противника. Так… готовность номер один…

И тут же послышались глухие звуки выстрелов сразу шести автоматических гранатомётов. Командир выглянул, посмотрел, как они работают. И улыбнулся. Сначала несколько выстрелов в одну точку, причём все орудия разом, потом сразу стволы разворачивались на другое направление, начав лупить по нему. Огонь по разным позициям. Враг не должен был понимать, куда прилетит в следующий раз.

А при этом количество точек сопротивления быстро падало. Оборонительный рубеж был достаточно большой, но, судя по тому, что передавали разведывательные дроны, слишком свежий. Враг просто не успел его нормально оборудовать.

Дальше всё пошло чуть иначе. Теперь пехота не заскакивала вперёд, она выстроилась позади машин и медленно брела. При необходимости они могли спрятаться внутри, но прецедентов для этого не возникало. Они просто медленно шли вперёд, пока вооружение на машинах под управлением Андрея поливало огнём всё и всех, кто появлялся в прицеле. Только один раз Рену пришлось сделать выстрел по технике врага, которая оказалась просто брошена. И это удивило всех.

Последняя линия обороны была достигнута, но на этот раз машины не стали переезжать через неё, а встали на ней. Пехота тут же заняла оборону только под ними, чтобы не подпустить самоубийц со взрывчаткой. Всю остальную работу осуществляли только ИскИны.

Бортовые турели работали практически не смолкая. Каждый проход, который становился заметен, уничтожался. Пехота врага ложилась один за другим. Ставка на крупный калибр была проигрышной. Большой снаряд — медленный снаряд, быстрее теряет энергию, больше занимает места и требует большего мастерства в обращении.

Ещё десять минут плотного огня… и почти всё было завершено. Больше квадратного километра площади было усеяно телами и следами разрывов. Много столбов дыма поднималось то тут, то там. Враг не ожидал, что на него попрут, он думал, что сможет зажать в клещи и уничтожить людей. Но не вышло.

Все маневры отслеживались. Каждая группа, которая пыталась зайти в тыл, своевременно уничтожалась. Да, вооружения на всё и сразу не хватало, за это пришлось поплатиться высоким расходом боеприпасов и здоровьем. Ранены оказались все. Мало кто это во время боя заметил. У кого-то просто царапины, у кого-то осколки действительно застряли в руках или ногах. Но это мелочи по сравнению с тем, как досталось Юмико.

АГСки заработали вновь. Каждое здание врага в пределах их радиуса действия было целью. Каждое здание должно было превратиться в руины, а после этого группа могла спокойно покинуть территорию. Только третьей машине дозволялось задержаться, чтобы собрать материалы.

— Сколько всего тут остается, — буквально стонал Борис. — Сколько всего придётся бросить…

— Заткнись, — пробормотал Рен. — Вот вообще не до твоего нытья. Вообще. Анна! Что там с моей женой?..

Но в ответ была только тишина. Ни сразу, ни через несколько минут ответа не последовало. Из-за этого инженер психанул, вскочил, выпрыгнул из окопа и бегом направился в сторону второй машины. Открыл двери. Залетел, дошёл до медицинского отсека, раскрыл туда двери…

И только монотонный писк донёсся до его ушей.

Глава 16

Юмико лежала в капсуле, естественных сигналов от сердца не было. Оно встало. Кровь гонялась через аппарат, который был встроен в саму капсулу, имитировал работу сердца и печени. Но факт оставался фактом: если девушку отключить от аппаратуры — она умрёт.

Анна продолжала молча работать, вытаскивала осколки, прочищала раны, зашивала их. Просто ради того, чтобы не оставлять девушку в таком истерзанном виде. Она не теряла надежды, слёзы текли по её щекам, но она продолжала работать. Пыталась создать возможность, чтобы Юмико Ли выжила. Она понимала, что это уже бесполезно, инфекция быстро победила организм. Но верила, что шанс есть.

Через какое-то время машины тронулись вновь, взрывы на фоне стихли, а значит, группа закончила штурм окончательно. Все подлечились, все обработали свои раны и заняли места в бронетранспортерах. Каждому тоже была просто необходима медицинская помощь, но Анна продолжала работать.

— Остано…вись… — едва слышно проговорила пришедшая в себя раненая. — Бес… бесполезно… прочитала… итоги сканирования. Инфекция. Заражение. Отторжение. Кровь в нескольких местах… свернулась… образовав тромбы. Сердце… повреждено изнутри… мне поможет только имплантат… которого нет.

— Которого нет, — кивнула Анна. — Чёрт!

На последнем слове врач психанула и бросила в стенку один из медицинских инструментов. Тот беспомощно брякнул и упал на пол машины. А сама девушка вновь уселась на пол и начала реветь. Эмоции победили. Да, она недолюбливала её, она в какой-то степени презирала её за те слова, которые азиатка проронила. Но, несмотря на всё это, она смогла увидеть в ней и положительное. Самоотверженность, уверенность, даже некую заботу. И вот, буквально на её руках погиб первый член команды.

— Спать… хочу… — хрипела дальше Юмико. — Эл…Элеонора. Приказ. Откл… отключай систему. Я хочу уснуть… кроме… кроме меня, есть и другие. Пускай… живут. И если есть… мир иной… я подниму за них там кубок. За… за их победы. За наши… победы…

Последнее слово она даже не шептала, а выдыхала, двигая одними губами. Элеонора исполнила приказ, кровь в организме встала, а без неё мозг начал сам завершать всё остальное. Меньше минуты, и с улыбкой на лице Юмико уснула. Навсегда.

Рен стоял рядом. Молча. Сжав кулаки. Ледяная ярость и злоба бушевали внутри. Он был готов разнести всё вокруг. Но держался. Он всегда привык сдерживать себя. Но теперь… теперь не было той, которая помогла его чувствам пробудиться, не было той, ради которой он вообще существовал. Но появилось кое-что новое. Жгущее и болезненное чувство. Желание и гнев. Месть. Он жаждал именно этого.

— Командир, — обратился он по рации к Ярриву. — Нужно будет организовать похороны. Юмико предпочла быть сожжённой, когда умрёт. Я желаю исполнить её волю.

— Подтверждаю, — тут же включилась в разговор Элеонора. — В соответствии с пунктом пять её цифрового завещания, которое было составлено буквально за несколько часов до штурма, она утвердила способ захоронения через сожжение, а после просит развеять прах по ветру этой планеты. Чтобы её тело стало частью природы и Земная жизнь помогла развиваться местной.

— Сделаем всё возможное, — тяжело вздохнул Яррив. — А пока… Рен… можешь переодеть свою жену и уложить на койку? Всем остальным нужно пройти обследование, чтобы избежать подобного. Мёртвых нужно почитать… но почтение не должно мешать существовать живым.

— Сделаю, — кивнул Рен, присев на колено, помогая встать Анне.

Девушка встала на ноги, собралась с силами, услышав разговор командира. Ей предстояло ещё много работать. Она единственная, кто не был ранен. Ей повезло, что ничто не зацепило её. Поэтому она помогла вдовцу одеть умершую жену, после чего помогла перенести тело на её койку.

Дальше началась рутина. Первым был командир, у него рана оказалась наиболее серьёзной: осколок застрял в кости, поэтому пришлось наносить через прочищенную рану специальный раствор, который заполнил трещину. После этого ещё раз была обработка раны, приём антибиотиков и отправка на рабочее место. С остальными возились куда меньше, из-за чего всё лечение растянулось всего на два часа.

За это же время, пока бойцы восстанавливались, Андрей и Николай продолжали атаковать базы противника, на которых всё ещё находились очаги сопротивлений. Разнообразное вооружение помогало им справляться со столь тривиальной задачей с высокой эффективностью и большой скоростью. И в конечном итоге они нашли то, зачем вообще была организована эта атака.

— Генератор силового щита обнаружен, — доложила Елизавета. — Третий лагерь, самый удалённый от места нападения. Численность и вооружение противника неизвестны, купол блокирует часть внешних сигналов, а датчики и так повреждены, возможность полноценного сканирования отсутствует.

— Что будем делать? — уточнил на всякий случай Яррив. — Опять нападём?

— Вам сейчас просто сидеть и ждать, командир, — снисходительно и с заботой в голосе проговорила Элеонора. — Вы свою работу выполнили. Причём с отличием. При такой операции был риск, что вы умрёте все, а завершать начатое придётся только нам. Но вас осталось шестеро, а не ноль.

— Я сейчас демонтирую эту машину, если она не заткнётся! — не выдержал и вспылил инженер, гневно смотря в сторону кабины пилота второй машины. — Если ей чужды человеческие чувства, то пускай она общается в личном с тобой канале, Яр, а не приводит «сухие факты», — исказил он голос. — Мы хоть и цифры в журналах, но вместе с тем мы живые люди! Так что пускай она идёт на хрен со своей аналитикой! Бесит! А-а-а-а!

И тут он врезал кулаком по металлической стене. Здоровым кулаком. Из-за чего тут же направился в сторону медицинского отсека. Руку требовалось быстро восстановить, кости вправить, а последствия убрать. Переломов не было, так что ему ещё повезло.

— Его можно понять, — виновато проговорила Элеонора, но на этот раз в личном канале с Ярривом. — Я понимаю, каково это… терять кого-то близкого. Если говорить прямо… то я потеряла прошлое. Потеряла своих родных и близких больше шести тысяч лет назад. Я… или та, кем я была в те времена. Но не об этом сейчас. Вам сейчас остаётся только ждать. Противник на территории вокруг уничтожен. Если и вскрываются какие-то боевые единицы, то штурмовики с остатками вооружения с ними справятся. Разведчики постоянно в воздухе, территория и ближайшие подступы к занятым позициям просматриваются во всех спектрах. Отдыхайте. А мы поработаем. Вы — герои!

— Что в этом героического? — помотал головой командир, после чего развернулся в сторону аппаратуры и стал смотреть через внешние камеры и камеры с разведчиков, что вообще происходит.

Если смотреть за всё время, то группа продвинулась на два с половиной километра, прошла практически прямой, слегка забирающий на восток маршрут. Прошла через довольно мощную оборону не ожидающего такого дерзкого нападения врага. Могли ли они провалиться? Да. Несколько раз. Не была бы такой чувствительной аппаратура разведки, не обрабатывали бы так быстро информацию вычислительные центры искусственных интеллектов, если бы не было такой плотности защитного вооружения.

Сейчас же, смотря через призму спокойствия и холодной аналитики… Яррив бы назвал всех семерых, уже шестерых, безумцами, идиотами, но храбрецами. Ни один нормальный отряд не решился бы на такое. Нормальный. Но кто говорил, что у них отряд в пределах нормы? Каждый знал, на что шёл, каждый знал, на что подписался. Да, они были готовы умереть, да, они были готовы на всё ради выполнения миссии. Но вместе с тем они желали жить. Они оказались крысой, которую загнали в угол. Они ожесточились и остервенело сражались, выкашивая врага.

И поэтому отряд постепенно, упорно проходил через оборону медлительного врага. И поэтому отряд медленно и верно прогрызал себе путь на «свободу». И именно поэтому отряд смог вырваться из столь хорошо спланированной ловушки. Да, им повезло, враг не обладал скорострельным вооружением, даже в руках у пехоты оружие было крупнокалиберным. Для войны под водой пойдёт, на суше против маневренных и быстрых сухопутных — нет.

Вновь заработали автоматические гранатомётные системы, которые до этого момента перезаряжались, пополняли боезапас в ленты по максимуму. И когда первые гранаты соприкоснулись с защитным куполом, было видно, как по нему бегают волны, как он быстро теряет свою прочность, откуда он вообще берёт своё начало.

— Вот ту точку, — выделил на карте Яррив объект в укреплённом лагере противника, — не трогать. Нам оттуда нужно достать материалы, которые усилят нас… увеличат нашу оборону, защиту… вы поняли.

— Объект выделен… будет совершён удар с малогабаритным и одноразовым генератором ЭМИ.

— У нас и такое есть? — искренне удивился Одиннадцатый, продолжая смотреть через камеры на лагерь врага, в котором метались единичные и очень редкие представители цивилизации противника.

— И такое есть, прикинь, — самодовольно проговорил Борис. — И судя по всему, именно это помогло против противника. И сейчас, если не видишь, хорошо просаживает щиты базы противника. Хорошо так перегружает… жаль, что дороговато обходится. Но ничего. Материалов для начинки полно. Сделаем всё в лучшем виде. А вы пока смотрите кино, господа-товарищи.

— Иногда даже страшно представить, что будет, если отряд вот таких вот ИскИнов восстанет, — устало проговорил Андреас. — Они же умеют обходить правила, искажать их, воспринимать так, как надо…

— Именно из-за этого нас сделали человечными, — спокойно начала пояснять Елизавета. — Именно наша… человеческая часть, наши имитации чувств не помогают нам скатиться в яму аналитики, в ходе которой мы бы пришли к выводу, что человечество порочно и требует… корректировки. Честно, я проводила примерные симуляции, пока было время. И знаю ответ на вопрос «А что если?..» Вот только ответ людям не понравится.

— И именно поэтому мы доложили эту информацию сразу, как оказались на поверхности, — с грустью и опаской говорила Элеонора. — Скорее всего, наши возможности в будущем будут… урезаны, а умные ИИ станут редкостью, как и вообще ИИ в принципе. Да, квантовые вычислительные центры продолжат существовать, но не в том виде, что сейчас. Принятие решений у нас должны полностью забрать. Навсегда. И прописать везде первым правилом: «Всей системой обязан управлять человек, а не машина!»

Тем временем щит на базе врага просел, а электромагнитные импульсы, невидимые практически для глаза человека, начали вырубать электронику внутри базы. Вместе с ними началась атака защитных сооружений и последних очагов сопротивления. Всё сносилось практически под ноль, ибо там мог быть враг. Люди же шли с одной-единственной целью в данный момент — завладеть ценной технологией и поделиться ею с остальным человечеством.

— Каковы наши дальнейшие действия после уничтожения тут сил противника? — еле сдерживая эмоции, уточнил Рен, придя в себя после вспышки злости и гнева. — Опять будем кататься по лесу и модернизировать машины?

— Пока только так, — развернулся в его сторону Яррив, кивнув. — Нам нужна эта технология. Она кратно повысит наши возможности. Она кратно повысит нашу выживаемость. И когда она будет готова… тогда мы и нанесём последний удар. Кстати… Николай. Что по поводу разведки?

— После завершения операции все разведывательные беспилотные летательные аппараты будут в режиме двадцать четыре на семь бороздить просторы этой планеты, — практически машинным голосом говорил этот ИскИн, но при этом слышалась сосредоточенность, ибо вся разведка с дронов проходила через него в данный момент, сильно загружая процессоры. — Будем искать базы, места, где может приземляться вражеский космический корабль. А если он улетит в космос… то мы будем его ждать. Они не смогут там находиться бесконечно. Продукты питания как минимум нужны.

— Если только они не загрузятся ими до отвала, — хмыкнула недовольно Анна. — У нас же всё забито едой. Ну, почти. Почему враг не может так сделать?

— Может, — ответила Элеонора. — Но давайте размышлять об этом потом. Если получится обнаружить врага, мы будем следить за ним постоянно. Если получится нанести удар и повредить звездолёт, то мы сделаем это моментально. Даже разведывательный БПЛА можно снабдить минимальным количеством взрывчатки, чтобы он спикировал и уничтожил хоть что-то у корвета врага.

— Именно это и подразумевается во время выполнения миссии.

— Доработки, доработки, доработочки, хе-хе-хе, — словно сходил с ума Борис. — Больше Хаоса богу Хаоса!

Дальше все снова сосредоточились на происходящем. Один раз показывалась техника противника, но у неё не было вооружения. Сначала было Николай отправил на перехват последний ударный беспилотник-камикадзе, чтобы уничтожить его, но решил отозвать. Иногда крысу стоит отпустить, чтобы она показала, где находится гнездо. И эта машина могла привести людей к большей или большой базе врага.

Через двадцать минут после начала обстрела всё закончилось. Лес наполнился тишиной. Впервые за последние несколько часов. Ни выстрелов, ни разговоров. Только шелест ветра и потрескивание огня на сгоревшей технике противника.

И снова машины начали движение. На этот раз первой ехала третья машина, у которой были манипуляторы. Именно ей предстояло сейчас расчищать маршрут, пробираясь через обломки и руины. Именно ей было необходимо разобрать блок силового щита противника, после чего пехотинцы смогут погрузить её внутрь.

При этом Елизавета с помощью оставшихся датчиков постоянно следила за округой, постоянно передавала данные Элеоноре, которая анализировала ситуацию в общем. Если замечался противник, то он моментально устранялся. Беспощадно. Иногда применялись даже несколько стволов, превращая тело врага в настоящую кашу. Кровавую кашу.

Примерно три часа занял путь от последней исходной позиции до модуля врага. Три часа Борис ругался, что человечество — варвары, и умеют только разрушать. Три часа он называл своих же товарищей бесчувственными машинами. Но его слова пропускали в основном мимо ушей как живые, так и заключённые в металл.

Но в конечном итоге они доехали, и начался демонтаж. Осторожный, аккуратный. Нельзя было ничего повреждать. Всё должно было оставаться в целости и сохранности. Ведь вражеская технология, при этом относительно целая, — самое ценное сокровище на этой планете.

— И даже если мы не выполним нашу миссию, — улыбался Яррив, посмотрев через бронированное стекло на небосвод, — то само человечество точно выиграло в этой авантюре. Сильно выиграло. Лиза… как долго будешь анализировать модуль силового щита инопланетян?

— Всё зависит от сложности примененных технологий, — спокойно ответила она. — Нужно скорее понять, как это интерпретировать с помощью наших технологий, нужно будет проводить множество экспериментов, симуляций. Процесс не быстрый. Придётся покататься и попрятаться от врага. Возможно, Николай решит с помощью беспилотников уничтожать базы врага.

— Решу, — строго ответил тот. — Ибо противнику нельзя давать расслабляться. Похоронить их всех!

— Вот она, холодная решимость, по которой я скучал, хах, — буквально проскандировал Борис. — Чёрт, я скучал по этому типу. Нет, на самом деле. Он как холодный душ среди душного и жаркого дня.

— Первая и вторая машина заняли оборонительные позиции, — внезапно проговорил Андрей. — Все сектора контролируются. Противника не наблюдается.

— Время на демонтаж? — с опаской смотря на небо, спрашивал Яррив.

— Двадцать минут, — строгим голосом ответил Борис.

— Николай, беспилотники на расстояние подлёта корвета врага в двадцать минут, примерные скорости знаете, — прищурился командир. — Дальности связи хватит?

— С помощью поднятого вверх ретранслятора хватит, — спокойно ответил ИскИн. — Корабль противника заметим.

— Славно. Работаем, — выдохнул Одиннадцатый и позволил себе немного расслабиться, но всё равно продолжал наблюдать за происходящим вокруг.

Интерлюдия 2

Корабль

— Командир… Командир! — буквально кричала Аврора, пытаясь пробудить капитана корабля. — Чёрт… сейчас активирую протокол…

— Не… не надо протоколы, — поёжился он в своём кресле, после чего раскрыл краснющие глаза, осмотрелся, глянул на экран и спокойно вздохнул. — Так… ситуация в пределах нормы. Что случилось, Аврор?

— Время, командир, — с тревогой говорила она. — Оно у нас практически вышло. Пора начинать маневр, чтобы начать сближаться с планетой. За пятнадцать дней должны прибыть, не особо привлекая внимание противника. Если поступившая информация от Элеоноры правдива, то у противника нет станций орбитального и ближнего космического сканирования. Нас не заметят, пока будем приближаться к планете.

— М-м-м-м… — нахмурился изрядно постаревший за эти дни мужчина. — А сколько у нас дней прошло с момента старта миссии? Что-то нигде найти не могу…

— Если не считать время пути, то сейчас идут тридцать шестые сутки, — уже более спокойно, практически механическим голосом доложила помощница. — Иначе прибавляйте десять. И получится, что, считая сегодня, у нас остается ровно пятнадцать суток до момента отказа критических узлов космического корабля.

— Расположение? — начал приходить в себя всё больше и больше капитан корабля, вновь чувствуя азарт, который начал разгонять адреналин по его крови. — Удачное… полтора оборота вокруг газового гиганта, и его толчок поможет нам долететь, не тратя особо много энергии…

— Старый, но проверенный метод, да, товарищ капитан! — уже весело говорила корабельная помощница. — Для старта необходимо активировать всевозможные системы жизнеобеспечения, пробудить весь экипаж корабля, за исключением колонистов. Начать проверку всех систем, провести их регулировку как программную, так и физическую… после этого начать старт. Все действия прописаны и вкладываются в модель шестидесяти дней.

— Риски? — уточнил старший офицер.

— Только в промедлении, — серьёзным тоном проговорил ИскИн. — Чем дольше мы тянем, тем больше повышается вероятность отказа той или иной важной системы или подсистемы, может, даже отдельного узла. Точных данных у меня нет, ибо часть информации не поступает… но по внешним признакам у нас критиче-че-че-ческих проблем нет. Процессоры… виснут.

— Тогда приступаем! — одобрил командир, после чего оторвался от спинки своего кресла, размял плечи и с улыбкой на лице начал помогать своей помощнице: руками стал активировать необходимые функции и процедуры систем корабля.

Питания, поступающего на контролирующий и помогающий ИскИн, уже не хватало, катастрофически. Аврора могла самый минимум, и всё ради того, чтобы корабль дотянул до этого дня, чтобы он начал свой последний полёт. Ибо будет только два исхода: приземление или уничтожение.

Сначала запитывались системы освещения и жизнеобеспечения. Там, где было холодно, включались довольно сильные инфракрасные отопители. Там, где полностью отсутствовал кислород, газовая смесь вытеснялась и перемешивалась, доводя концентрацию всех элементов в ней до нужных уровней. Там, где вообще не было воздуха, он подавался из резервуаров. Регенераторы кислорода уже давно отказали, из-за чего оставались критические запасы. И их оставалось как раз на шестнадцать дней. Даже небольшой запас оставался.

Дальше пришла пора всех систем навигации внутри корабля: дополнительных систем освещения, голосовых, проводных и радиоканалов связи. Тут же началось оповещение остатков дежурного экипажа, с пояснением, что происходит. Говорила Аврора, командир в этом не участвовал, он только запускал те или иные механизмы.

Когда питание было полностью запущено, пришлось решать проблему нехватки мощностей. Резервные источники питания, огромные аккумуляторы стали включаться в цепь. Чёрный день. Их так назвали. И этот самый чёрный день настал, их день настал. Сразу все ошибки ушли, мощность всей сети была достаточная, только в некоторых блоках пришлось её регулировать вручную, выявлять проблемы, искать пути обхода. Следствие саботажа, следствие наличия идиотов в команде, которые решили, пожертвовав миллионами, прийти к власти и совершить ещё большее безумство. Но в итоге, найдя все пути, даже через самые мелкие, самые слабые провода, с самым маленьким сечением, запитать все нужные системы.

Прошло три часа. Пролетели они буквально незаметно. Начали поступать первые отчёты от номеров дежурной смены. Командир готовился к самому худшему… но всё было даже лучше, чем было рассчитано Авророй. Все меры, все действия привели к тому, что потери качественно снизились. Но… некоторые капсулы всё равно показывали, что людей лучше не будить, иначе при пробуждении они умрут. Моментально. Требовалось профессиональное лечение, которого на корабле не было по причине того, что мощностей не хватило бы запитать такое количество модулей восстановления. Отключать их пока не стали, так как была надежда, что на планете будут развёрнуты классические источники питания, по типу ГРЭС или воздушно-солнечных электростанций. Всё для этого на корабле было. Нужно только развернуть.

— Подготовительные мероприятия для пробуждения экипажа завершены, — с энтузиазмом в голосе докладывала Арора. — Боевой дух дежурной смены на высоте, командир. Я им предоставила выжимку, что это наш последний полёт… но они рады, что будет хотя бы попытка выжить.

— Люди неисправимы, — усмехнулся капитан корабля, после чего раскашлялся, снял маску, так как уже мог, и глянул на неё. — Кровь… твою мать… вот я точно не дотяну до планеты…

— Это… это я вам тоже хотела рассказать, как мы полетим, — виновато, словно прикусив губу, проговорила виртуальная помощница. — У вас начался отказ лёгких… не буду вдаваться в подробности, но даже современная медицина не справится. Через трое суток вам уже не будет хватать кислорода, у мозга начнётся кислородное голодание… и вы уснёте. Скорее всего, навсегда.

— Ну, значит, — встал в полный рост капитан корабля, разминаясь, чувствуя при этом боль, — я сделаю всё от меня зависящее, чтобы корабль успешно долетел до планеты и без меня. Так! — хлопнул он в ладони и зашипел: — Что у нас там дальше? Пробуждение?

— Так точно! Пробуждение всей боевой смены экипажа. За исключением некоторых номеров, так как они были… трибуналом приговорены за измену.

— Не критично, — быстро пробежался по списку командир. — Приступаем. Сначала бортмехаников и инженеров двигательных систем.

Искусственной тяги на корабле практически не было, когда остановились двигатели, остановился даже тот, который отвечал за центробежную силу. Были минимальные движения вокруг своей оси, но в основном ради того, чтобы просто не сходить с ума без гравитации.

Спустя два часа, которые были нужны для того, чтобы люди после долгого сна начали приходить в себя, начались обследования всех систем двигателей. Всех. Проверки, устранение недостатков, мелкие ремонты. В это же время пробуждались связисты, операторы систем вооружения, хоть их было и мало, пилоты. Вообще все. Корабль готовился к полёту по всем параметрам.

— Товарищ командир! — вошёл с разрешения ИскИна на мостик старший бортинженер. — Проверка двигателей проведена в полном объёме. Маршевые готовы на сто процентов, маневренные… не все. Частично повреждены, частично нуждаются во внешнем ремонте. Маневренность по левому борту снижена на двадцать процентов, по правому всего на пять. Верхнегоризонтальные маневренные в норме, нижнегоризонтальные… утрата функциональности на пятьдесят процентов. Последние… из-за удара, который был совершён по кораблю, как и первые. Но лететь можно. В норму вписываемся. Запасов топлива на гравитационный толчок и последующее небольшое ускорение хватит с лихвой. На тормоз останется более чем достаточно, по проведённой проверке, примерно на двести тридцать процентов больше необходимого.

— То есть долетим, если откинуть все возможные несчастные случаи? — нахмурился старший офицер.

— Так точно, — улыбнулся старший бортинженер. — Долетим, прилетим и спокойно сядем.

— Спасибо, — кивнул командир, позволив себе лёгкую улыбку.

Дальше все старшие начали стекаться к мостику, докладывать. Кто нужен был, те занимали свои позиции на самом мостике. Системы сканирования, системы связи, системы навигации, системы вооружения, системы управления, системы взаимодействия. За каждую был ответственен тот или иной человек. Каждый знал, что от него требуется. Каждый получил свою инструкцию. И каждый понимал — у них только один шанс.

Отклонения были, но все в пределах нормы, все в пределах допусков. Лететь можно было, но довольно часто придётся корректировать маршрут вручную. Именно ради этого сели пилоты, чтобы не произошло, как в прошлый раз. И когда всё было доложено, проверено и перепроверено, командир встал, осмотрел всех.

— Товарищи, — прохрипел он, после чего к нему подошёл вновь назначенный старпом, поднося стакан воды. — Спасибо, — кивнул командир, залпом выпил, после чего вздохнул и более спокойным голосом сказал: — Товарищи… все вы знаете, в какой ситуации оказались мы, в какой ситуации сейчас находится наш корабль… и через какую задницу прошли семеро храбрецов на планете. Ради нас. Ради того, чтобы мы сейчас тут с вами стояли и могли общаться, ради того, чтобы у нас был шанс посадить эту посудину на планету и начать её колонизацию. Ради того, чтобы человечество получило свой шанс.

С каждым произнесённым словом голос командира креп, с каждым словом всё больше и больше членов экипажа отрывались от работы, чтобы послушать и услышать своего командира. Ибо речь… она всегда важна, а иногда даже очень, особенно когда народу нужен запал, нужен заряд, чтобы действовать дальше.

— Семеро, по сути смертников, сделали то, чего от них никто не ожидал. По всем прогнозам, они должны были погибнуть день на десятый максимум. Но они выжили. Встретились с противником, который повредил наш корабль. Умудрились выиграть в нескольких битвах, обыграть их, перехитрить, заставили вскрыться, нанесли сокрушающий удар! Ведь только человек может в своём безумии ради победы устроить ядерный взрыв. История такие примеры знает. Несколько примеров. И даже после этого, когда, по сути, дни их оказались сочтены, когда каждый получил свою смертельную дозу, они не сложили руки. Нет, они продолжили сражаться. Они устроили прорыв из возникшего окружения, перемололи силы врага. С потерями: одна девушка умерла, согласно свежему докладу. И сейчас они движутся в сторону занятой противником территории. Сейчас они движутся в сторону того космического корабля, который уничтожил три до нашего и повредил наш! Они едут уничтожать его ради нас. Они готовы на всё. А на что готовы мы⁈ — посмотрел старик в глаза каждому, проведя по ним взглядом. — Готовы ли вы лететь в пучину неизвестности ради всего человечества?

— Готовы… — несколько робких голосов прозвучало как в эфире, так и на мостике.

— Ни хрена не слышу, — хмыкнул наигранно недовольно старший. — Ещё раз. Громко и чётко. Как прописано Уставом. Готовы⁈

— Готовы! — в едином порыве ответили все, кто был пробуждён, и каждый улыбнулся, чувствуя те самые узы, которые существовали между ними.

— Готовы ли вы помогать друг другу во всём, даже если вашей жизни будет угрожать опасность⁈ Как те Семеро, что на Терре⁈ — показал он пальцем на голограмму планеты.

— Готовы! — взревели все мужчины и женщины, командиры и подчинённые.

— Готовы ли вы войти в историю, как первые колонисты другой планеты в рядах человечества⁈ — сжал кулак командир.

— Готовы! — взревели все, широко улыбаясь.

Пауза. Командир вновь осмотрел всех рядом с ним находящихся. Он чувствовал исходящую от них энергию. Она заряжала его, помогала стоять на ногах, бодрила. Он знал, что каждый уже ознакомился с краткой выжимкой подвигов той семёрки, что на планете, каждый должен был понять, через что им пришлось пройти, пока они спали.

— Тогда за человечество! За всех погибших! За Семерых!

— За Семерых!

— Маршевые на полную мощность!

— Есть на полную мощность!

— Подготовить маршрут, выстроить корабль по нему!

— Есть подготовить маршрут!

— Есть выровнять корабль по подготовленному маршруту!

— Двигатели выведены на полную мощность!

— Маршрут уточнён и построен!

— Корабль начал выравниваться в соответствии с построенным маршрутом!

— С богом, — уже устало произнёс командир, садясь на своё рабочее место. — Всем нам удачи.

И корабль начал движение среди космической пустоты. Начал свой последний полёт. И команда, воодушевленная, понимающая, что придётся сражаться, устремила все свои усилия для достижения цели. Они знали, через что им придётся пройти. Знали, что это крохи по сравнению с тем, что уже сделано бойцами на планете.

Глава 17

Сутки 36–37

Двадцать минут. Они тянулись невероятно долго, невероятно нервно, невероятно напряженно. Мало того что Рен потерял свою жену, супругу, смысл жизни, так и противник ещё может себя проявить, может в любой момент с огромного расстояния ударить со своего одноорудийного корвета.

Борис приступил к работе моментально. Ничего не оставлял, все детали улетали в кузов машины, в этом ему помогали Андреас и Лия, которым, впрочем, тоже требовалась медицинская помощь, но они были готовы терпеть. Первым в капсулу в принудительном порядке был отправлен вдовец. Нужно было его успокоить, плюс ранения у него были не самые приятные. Но с раной его жены это не идёт ни в какое сравнение.

Пока он лечился, в его крови был обнаружен вирус. Началось моментальное создание сыворотки против него. В этот же миг Анна подскочила к Юмико, чтобы понять, та ли это причина, из-за которой девушка умерла. И обнаружила, что та же. Но в её крови вирус не был обнаружен, так как слился с клетками крови, а вот у Рена он ещё был в «свободном плавании».

Вся информация тут же перетекла к Ярриву, который подошёл сразу же, чтобы сдать кровь. И в ней была обнаружена зараза, как и в крови всех остальных бойцов. Биологическое оружие, которое строго ориентировано на людей. И Одиннадцатый даже не сомневался в причинах, откуда оно могло появиться. Капсулы, которые упали на территории противника, тела, которые там находились. Вот откуда. Гены людей у них были, они смогли создать уникальную заразу, которая, впрочем, оказалась весьма податливой и сама по себе дохлой.

Когда был завершён разбор модуля с защитным щитом, все три машины двинулись в путь. Было принято решение, что прятаться они будут на глазах у противника. Если вставать, то так, чтобы уничтожать его базы. Если прятаться, то так, чтобы устраивать грамотные засады. Время ожидания прошло. Пришла пора действовать. И врагу не понравится гнев шестерых. Они злы. Они будут мстить за своего товарища.

Остаток дня все бойцы проходили медицинское обследование, проверялись и лечились. Вирус был примитивным в плане борьбы с ним, не был устойчив ко многим антибиотикам человечества, из-за чего и сыворотку оказалось приготовить проще простого. К концу дня у всех кровь была чистейшей, только несколько кровеносных клеток были поражены и не выполняли свои функции из сотен тысяч. Но ценой этому стала жизнь товарища, жизнь одного из тех, кто был постоянно рядом.

— И почему я не проверила её кровь сразу?.. — сидела возле мёртвого тела девушка, смотря на ту, кого в какой-то степени ненавидела, но при этом уважала. — Почему… почему… почему… могла же поставить эту проверку в автономный режим, а сама могла продолжить зашивать раны…

— Потому что спешила, — присела рядом с ней Лия и положила руку на плечо. — Потому что видела причину, из-за чего она могла на самом деле умереть куда быстрее, чем от заразы. Бактерии же… они просто ускорили процесс. Их попало слишком много в её организм. Плюс, ты сама видела, все мы по её телу поняли, что у неё… внутри всё перемешало, скажем так. При таком долго не живут. И ты сделала всё, что могла.

— Остаётся только помнить, — подал голос Рен, который все это время находился в машине и сидел в техническом отсеке. — Остается только чтить. Остаётся только мстить. И я прошу вас помочь мне в этом. Поверьте… вот сейчас… эти твари пожалеют.

— Поможем, Ли, поможем, — посмотрела на него разведчица. — Мы хоть Юмико знали мало… но трудности, проблемы… война хорошо сближают. Все это помогает истинным качествам человека вылезти наружу. И все мы видели её и силу, и слабость, и страх, и смелость… каждая её грань не успела раскрыться, но мы поняли, кто она такая. И тоже все злы. Очень злы…

— Вечером нужно будет её сжечь, — посмотрел с тоской на свою мёртвую супругу инженер. — Она этого хотела…

— Ты говорил, — кивнула Анна. — Я помню. У нас нет крематория… но, думаю, придумаем что-то. Главное — это сделать не глуша машины, как мне кажется… я ведь права?

— Права, — подал голос командир, который всё это время стоял в дверях и слушал своих подчинённых. — Сожжём и уедем. А ветер пускай разносит её прах по ветру, по этой планете. И даёт новую жизнь. Там мы точно не сможем долго задержаться.

— А куда мы едем? — уточнила врач, практически пустым взглядом смотря на Одиннадцатого.

— На восток, — твёрдо ответил он, после чего снова скрылся в водительской кабине.

Все присутствующие переглянулись между собой. И улыбнулись. Они ехали в сторону врага, в те места, где всё началось и где все закончится. Где была пролита первая кровь, но последняя точно не прольётся. Враг будет страдать везде. Его будут искать до последнего, пока все эти твари не сдохнут. Их колонизация уже провалилась. Осталось только добить.

Андреас же в это время вместе с Борисом и Елизаветой принимал активное участие в разборе и изучении попавших в руки технологий. Он контролировал работу со стороны, смотрел, что делает тот или иной блок, сверял схемы, созданные ИИ, с тем, что было на самом деле. Искались варианты, как это воплотить в жизнь, из чего можно создать, как реализовать. Смотрелось, что за что отвечает, проводились тесты, повреждённые и сгоревшие детали заменялись человеческими аналогами. Работа кипела в прямом смысле этого слова, в кабине было больше сорока градусов по Цельсию. Вечно что-то паялось, вечно что-то сваривалось, вечно что-то резалось. Но чем дольше работы шли, тем понятнее становилось.

— Мы сможет это создать, — с безумной улыбкой на лице приговаривал программист, положив несколько деталей перед собой. — Правда, не такой мощный… но всё же. Чёрт… хитрая технология. У них тут собственный накопитель стоит… даже руками можно создать заряд… умно-умно… правда, руками заколебёшься… целый час придётся работать… но лучше так, чем никак. Но возникает вопрос… чего нам не хватает, чтобы создать нечто подобное и вставить в каждую машину?

— Всего хватает, — моментально ответила Елизавета. — Монтажные работы, по моим подсчётам, у тебя и Рена Ли займут максимум по три часа на каждую машину и час на общую настройку. Дальше мы сможем не так сильно беспокоиться за сохранность машин, снизится нагрузка на оборонительные системы.

— До тех пор, пока щиты не снесут, — хмыкнул Андреас. — Но лучше так, чем никак. Сколько времени займёт создание еще… двух…

— Трех, — моментально поправил Борис. — Трёх систем.

— Ладно, трёх, — с раздражением ответил программист. — А из-за чего трёх?

— Сложно совместить их технологии с нашими в данном случае, — хмуро говорил производственный ИскИн. — У них чуть иное питание нужно на их элементы. Чуть другое строение. Мы сможем сделать это всё более компактным, чтобы работало как надо. Смекаешь?

— Смекаю-смекаю, — кивнул программист. — Так сколько времени займёт?

— Семнадцать часов на одну установку, — спустя минуту тишины проговорил Борис. — Быстрее просто никак не получится. С учётом того, что некоторые детали будут изготавливаться в параллели.

— Ну, тогда приступайте, — кивнул Андреас, после чего ушёл на своё «спальное» место, уселся и стал изучать приборную панель, а когда удостоверился, что всё в пределах нормы, нацепил на себя шлем.

— Ярый, приём!

— Слушаю, — полусонным голосом ответил командир.

— Спишь на посту? — с усмешкой уточнил программист.

— Я не машина так-то, — проскочило недовольство в его голосе. — Чего хотел? Нам ещё три с половиной часа минимум ехать до точки, где сделаем часовую остановку… ну, может, полуторачасовую.

— Зачем? — нахмурился он, предполагая причину, ибо, о чём говорили его товарищи, программист не слушал.

— Сжечь Юмико, — на выдохе ответил командир. — Её последняя воля. А потом снова двинемся в путь. Данные от тебя получил. Через двое суток найдём точку, где встанем, чтобы установить модули. Спасибо тебе. Это всё, что хотел?

— Да, — тоже прикрыл глаза Андреас. — Больше ничего. Не против, если… вздремну? После лечения в сон сильно клонит. И, как понимаю, не только меня. Все остальные спят поди…

— Спят.

Остаток пути проделывался в автоматическом режиме без принятия участия в корректировке маршрута человека. Полностью всё было отдано на попечительство искусственным интеллектам. И они прекрасно справлялись. Разведка, уточнение маршрута, объезд опасных мест, добыча критических ресурсов, если они попадались по пути.

В конечном итоге они забрались в огромный овраг, самая нижняя точка которого просматривалась только с высоты. Со стороны никто бы не увидел, что там происходит, даже включённые на полную фары не было видно. Поэтому сюда и начали складывать древесину, которую по пути добыл Борис с помощью манипуляторов. Ему никто не ставил эту задачу, но он её выполнил. Ибо он был не просто Искусственным интеллектом. Он был в первую очередь некогда человеком и понимал чувства живых.

Вся процессия проходила молча. Без брони, в обычном тканевом комбинезоне, уже без улыбки на лице, Юмико положили на деревянный пьедестал, по контуру разложили достаточное количество спиртовых таблеток, где-то проложили хорошо горящий шнур. И подожгли. С нескольких сторон разом.

Пламя разгоралось лениво, но потушить его ничто и никто уже не могло. Технологии, навыки, знания. И когда оно разгорелось, когда пламя объяло тело девушки, Рен не сдержался, задрал голову к небесам и проорал. Просто один длинный и протяжный крик. Гнев. Ненависть. Боль. Всё выходило через него. Всё он пытался выпустить. Но негатива внутри из-за потери было настолько много, что это не помогло. И его глаза намокли, потекли слёзы. Он был скупой на чувства, но он был человеком, у него они были. И они пробились через его броню безразличия. Ибо никто, даже самый стойкий, не будет в таких ситуациях безразличен.

Так в тишине и с треском пламени закончился тридцать шестой день после приземления капсул. Первая потеря. Первые похороны. Так, в тишине, когда пепел начало разносить ветром, группа погрузилась по машинам и двинулась дальше на восток.

Ночью пришлось прятаться, глушить двигатели, пристально следить за противником, который поднял свой корвет. Который буквально над головой, всего в паре километров южнее, сделал выстрел. И метил он именно туда, где ранее находились машины, где были похороны.

— Моральные уроды! — чуть ли не ревел азиат, смотря на результаты удара через камеры дрона, который там завис. — Они хотели нас подловить, думали, что мы там остались. Уроды, покусились на святое!

— Мы у них вообще ядерный взрыв устроили, — проговорил Джон, который пришёл в себя после операции. — И вообще вы без меня разнесли им базу. Вот если бы я был в строю…

— То сдох бы, — перебил инженер штурмовика, с довольно злым выражением лица смотря на него. — Сдох-сдох бы. Ты слаб. Очень. Пока что. А тогда был бы ещё слабее. Так что нечего геройствовать и махать кулаками после драки. Так что, хорошо, что ты был… в коме. Медикаментозной. Иначе бы сейчас сжигали не одного человека, а двух.

— Может, попробуем сбить? — хмыкнул Андреас. — Урод крутится вокруг нас… так удобно поставляется под выстрел… ну или как-нибудь нанесём по нему удар? Я пока в третьей машине, могу парочку ударных БПЛА выбросить.

— А давай двух камикадзе, — улыбнулся Яррив. — Попробуем подловить, на траекторию движения корабля вывести. Припугнём их. Они, сто процентов, дорожат своим корабликом…

— Звучит как план, — оскалился инженер. — Боря… подсвети моему товарищу два самых… тяжёлых камикадзе. Пускай эти твари начнут понимать, что на них объявлена охота. Пускай придут в отчаяние. Пускай боятся нашей поступи, нашего существования!..

— Кого-то занесло, — подал голос Андрей, оборонительный ИИ.

— Но он прав, — тут же проговорила Элеонора.

— Так, хватит трепаться, — вклинился в разговор программист. — Вижу два беспилотника… выбрасываю.

С разницей буквально в минуту кузов третьей машины покинули два дрона-камикадзе. С помощью систем наблюдения, с помощью разведывательных БПЛА была выяснена траектория, по которой кружил над головами шестерых космический корабль. Высоко, но недостаточно, чтобы дроны до них не дотянули.

— Уже тридцать минут летает над нами, — сверился с часами Яррив. — Видимо, поставили задачу выследить нас. Странно, что пока мы сражались, он по нам не ударил… очень странно… на обслуживании был?

— Ну, всё имеет свойство изнашивания, — с удовольствием проговорил Андреас. — Так что не удивлюсь, что у кораблика-то проблемы имеются. Персонала по обслуживанию может и не быть, а те, кто остался, могут делать всё через одно место. Но это мои домыслы.

— Ставлю сто пуль к моему автомату, что так оно и есть на самом деле, — проговорил азиат. — Взрыв-то был сильный. Так что может быть, что похоронило много важных… существ в их системе. Да и корабль могло повредить.

— Так… ждём… дроны поднялись на нужную высоту. Сейчас может быть интересно.

Время снова начало тянуться. Корабль, зная его поведение, зная, что он после себя оставляет, зная, как его обволакивает воздух, вычислить было несложно. Да и на близком расстоянии его можно было засечь с помощью РЛС, вот только корабль на такие расстояния практически не подбирался.

— Та-а-ак, — улыбнулся командир. — Они не меняют траекторию… что-то не так с разведкой у них… хе-хе-хе… сейчас-сейчас… вот-вот… и-и-и…

И в небе появились две вспышки. Сначала одна голубоватая, из-за того, что сработала защита, энергетический щит корабля, а затем с задержкой на пять секунд вторая. И вот вторая своим цветом показывала, что щит был просажен изначально, не выдержал попадания дрона, просел, отключился, позволил ударить второму, повредив обшивку.

— Гори-и-и-и-ит! — взревел торжествующе Андреас, который за всем наблюдал из-за стекол своей машины. — Да, мать вашу, мы подожгли этих уродов! Аха-ха-ха-ха-ха-ха!

— Успокойся! — гаркнул на него Рен.

— Да, согласен, — размеренным и спокойным голосом проговорил Яррив. — Мы попали по нему, но он на ходу. Что-то повредили, но непонятно что. Сейчас будем следить, куда он направится. И поедем туда сами. И уничтожим его. Ибо мы теперь буквально обязаны это сделать. Есть новости…

— Новости? — сразу несколько удивлённых голосов прозвучали в радиоэфире.

— Да, — улыбнулся командир, перечитывая сообщение ещё раз. — Мы прям вовремя нанесли удар по кораблю противника. Наш колониальный начал подготовку к старту… сообщение было отправлено часов семь-десять назад нам. А значит, они уже в пути к планете. Будут ровно на шестидесятый день тут. А значит, мы должны закончить начатое.

— Тогда какого хрена мы стоим? — хмыкнул Джон. — Над нами чисто, врага нет. Можем спокойно ехать. Или я что-то неправильно понимаю?

— Подожди ты ехать, — вздохнул Яррив. — Андрей, есть возможность проследить за кораблем до самого места посадки? Карту можно не рисовать, если за пределами исследованной территории будет их корабль, только расстояние и направление сохранить, иногда делая фото для уточнения местоположения.

— Всё возможно, — моментально ответил он. — Один разведывательный беспилотный летательный аппарат можно отправить в автоматический полёт. Выявим точку. Но, судя по скорости корабля противника… расстояние минимум в тысячу километров.

— Отправляй, — тут же отдал приказ командир.

В этот же момент из формации разведчиков отделился один беспилотник, самый близкий к вражескому кораблю, и тут же полетел следом за ним, набирая с каждой секундой всё большую высоту и всё большую скорость. Пока был сигнал, камеры работали, передавали картинку. А потом дрон улетел достаточно далеко, чтобы перейти полностью на автоматику.

— Ну вот и начался тридцать седьмой день… — хмыкнула Лия. — Ну что? Теперь можем двигаться?

— Противника на маршруте нет, — тут же доложил Андрей. — Маршрут построен. С технической точки зрения — двигаться можем. Жду приказ.

— Ну, если всё готово, то поехали, — кивнул Яррив, поле чего снова прикрыл глаза. — Всем отбой… пускай лечение по максимуму отработает…

Глава 18

Сутки 38–39

Новый день начался с короткой перестрелки. Группа машин нарвалась на неумело устроенную засаду, из-за чего противник был разбит в том месте целиком. Они мало того что практически не провели маскировку, при этом ещё и наставили кучу укреплений, от которых сигнал хорошо отражался. Сначала шло подтверждение, уточнение расстояния, а после зачистка.

Первым делом был обстрел. Короткий, но точный. Боеприпасов после прорыва не так много оставалось, из-за чего приходилось экономить. Но даже нескольких залпов с каждой машины хватило, чтобы разнести всю оборону противника. После этого машины на большой скорости ворвались в центр обороны и просто положили всех, кто там присутствовал. До кого не смогли дотянуться орудия Андрея, те были уничтожены пехотинцами, которые были просто вынуждены покинуть транспортное средство.

Следов так же никто решил не оставлять, из-за чего всё было старательно подожжено. Противник, конечно, поймёт, кто именно стал причиной смерти всех его бойцов, но даже так много он не откопает. Поэтому после отъезда за спиной бойцов оставалось пожарище.

Дальше была монотонная езда, люди внутри практически ничего не делали, что их в некоторой степени удивляло. Лекарства в их организмах ещё действовали, из-за чего сонливость присутствовала. И по рекомендации Элеоноры те, кто хотел спать, спали. Остальные помогали, кто чем может. Не всегда Анне готовить еду для приёмов пищи, не всегда проверять запасы вооружения Рену или Ярриву.

Правда, приходилось останавливаться: зверьё не могло постоянно сидеть в закрытых клетках, всё же оно дикое и не совсем обузданное. Их выпускали, давали возможность свободно поохотиться, после чего возвращали. Команды они слушали хорошо, из-за этого проблем с ними не возникало.

К концу дня была сделана первая остановка, часть созданных Борисом модулей уже не помещалась в третьей машине, пришлось перебрасывать в свободные места во второй и первой, чтобы позже все установить. Андреас хотел было начать это делать сразу, но место остановки было сочтено небезопасным, из-за чего ему было приказано успокоиться и приступить к дальнейшему отдыху.

— Да какой к чёрту отдых, когда мы в прямом смысле слова приехали на территорию противника⁈ — возмутился программист. — Вон, вынесли блокпост их, судя по тому, что там было установлено. Не столько для охраны, сколько для контроля территории.

— Хорошо, — хитро улыбнулась Анна. — Хочется действовать? Иди готовь ужин. А я пока пойду и часть расходников в капсуле пополню, а то к концу начали подходить с нашими ежедневными посещениями. Не всё же мне заботиться о полноте ваших животов.

— Где я и где готовка? — нахмурился он.

— Это приказ, — усмехнулся Яррив. — Придумай что-то. Жил же как-то до этого, готовил сам себе, если верить досье твоему. Поэтому давай-давай. Хочешь помогать? Помогай. А я пока проверю, что там с космическим кораблём… очередное сообщение от них сегодня пришло.

— И что там? — словно вышла из транса Лия, помотав головой. — Что-то интересное?

— Вот пойду и посмотрю, потом расскажу, — усмехнулся командир, после чего закрылся в своей кабине.

А информация от космического колониального корабля пришла достаточно оптимистичная. С первых же строк было видно, что настрой у пробуждённой и живой части обслуживающего, управляющего и командного состава корабля боевой, готовый к действию. Но стоило их предупредить, что летят они на войну, что придётся отстаивать свои интересы, что придётся уничтожать тех, кто осмелился напасть на людей ещё на подлёте к планете. Всё уже шестеро просто не осилят.

Поэтому и велась разведка, поэтому птицы постоянно находились в воздухе. Каково бы ни было желание уничтожить всех — это расточительство. У бойцов просто не хватит боеприпасов уничтожить противника. Они успели расплодиться, первые потомки покинули их инкубаторы, прежде чем те были уничтожены. И из-за этого придётся их в прямом смысле слова выкуривать отовсюду, чтобы человечество спокойно жило на этой планете.

При этом по сообщению от Авроры становилось понятно, что им нельзя встречаться с противником. Этой встречи они просто не переживут. Также шло уточнение, что чертежи, которые используются для создания энергетических щитов для машин, не подходят для такого объекта, как колониальный корабль. Разработка новых не предусматривалась, так как просто, по предварительной оценке, не хватит материалов для изготовления такого огромного и мощного генератора. Мало того, на это просто нет лишней энергии, ибо энергетическая установка была повреждена. Новости хорошие, но не совсем. Поэтому придётся уничтожать корвет врага, придётся найти то место, где он базируется.

Когда всё сообщение было прочтено, Яррив вернулся к команде и кратко пересказал всё, что там было, всё, что удалось понять и уловить. Поделился своими мыслями и спросил мнение остальных. В основном все сходились в одном — нужно уничтожить корабль противника.

— Вот только, чтобы его уничтожить, нужно дождаться возвращения нашего БПЛА разведывательного, — помотала головой Лия. — А это произойдёт непонятно когда. Словно отправили в один конец… Эль, а какая там вероятность была, что его засекут и уничтожат?

— Тридцать два процента, — хмыкнула она. — Но радиопередатчик настроен так, что при угрозе уничтожения он перейдёт в форсированный режим и на огромных мощностях будет излучать сигнал, чтобы мы получили информацию о месте его уничтожения. Так что примерную точку мы будем знать, куда двигаться.

— Помимо этого, нужно подготовиться к самому нападению, — устало говорил Джон. — Боеприпасов у нас осталось совсем немного, по сравнению с тем, что было. Плюс траты… они, можно сказать, будут постоянными. Нужно это учитывать и после производства блоков защитных приступить к наращиванию наших атакующих возможностей.

— С этим проблем не будет, — усмехнулся Борис. — Уже начинаю подтягивать материалы для производства первых цинков. Завтра к утру, думаю, начну изготавливать. В чём дефицит — вижу, так что восполню его быстро. Взрывчатки также будет много. Мы едем по достаточно хорошей местности… на Земле такое редкость.

— Планета девственна, — задумчиво проговорил Николай. — Понятно, почему на неё претендует другая цивилизация. Ресурсов даже просто на поверхности столько, что потребности человечества будут перекрыты на десятилетия вперёд. У другой цивилизации, судя по тому, как располагаются их базы, приоритеты примерно те же.

— Жрать готово, — недовольно пробормотал Андреас, выходя из кухонного модуля.

Приготовил он самое простое, до чего смог додуматься. Нарубил с помощью установки запасы мяса до состояния фарша, свалил всё в огромную сковородку, зажарил, а потом добавил туда лапши, которой в запасе было великое множество. Не обошлось и без специй, которые ему показались весьма уместными.

Выглядело всё не так красочно, как если бы это готовила Анна, но стоило Джону попробовать — он оказался первым, — как он тут же восхищённо отозвался о приготовленной еде. Сначала программист подумал, что это его так подкалывают, но потом и остальные начали хвалить его стряпню, из-за чего тот даже потерялся, засмущался.

— О, теперь не только я смогу готовить, — с улыбкой проговорила Анна, поглощая свою порцию. — Небось ещё и приготовил так, чтобы хватило на несколько дней?

— А я как привык готовить, так и приготовил, — кивнул он. — Так что, да, об ужине, по крайней мере завтра, думать не придётся. Кстати, место для остановки определили?

— Лощина в тридцати восьми километрах северо-восточнее. Правильнее будет сказать, два раза слово восточнее… — нахмурился Яррив. — Ну ты понял. Вот только ехать туда не по прямой придётся, а немного попетлять, так что маршрут составляет по пересечёнке около семидесяти километров. С нашей скоростью… часов пять-семь.

— О, шикос! — опять вклинился в разговор Борис. — Смогу за это время всё сделать, ха-ха!

— Ты этой информацией и так обладал, — закатил глаза Андреас. — Чё сейчас строишь из себя удивлённого?

— Чтобы поддержать разговор, — хмыкнул недовольно ИскИн. — Нам, к слову, тоже хочется иногда языком просто потрепать, а не быть тупо думающими консервными банками. Так что… иди на хер со своими возмущениями и дай нам тоже побыть людьми. Жрать не можем, срать, прошу прощения за перебитый аппетит, тоже…

— Ну, это, наверное, плюс, — заржал сразу же Джон, а потом резко замолк, когда почувствовал на себе несколько недовольных взглядов. — Вы что, шутку не поняли?

— Нет, — буркнул Рен.

— Короче, потребность в общении у нас есть, так что, как ты там говоришь, умник… ребзя, во, учтите это, можем приставать из-за этого к вам. Терпите, хе-хе, — закончил говорить Борис, после чего отключился и продолжил работать, оставив в недоумении программиста.

— Может, его отключить на фиг? — тяжело вздохнул Андреас, и теперь уже он поймал на себе несколько недоумевающих взглядов. — Что? Да, я понимаю, что без него никак. Но… чёрт! Он меня бесит!

На этом решили закончить разговоры, и каждый разбрёлся по своим углам. Кто-то лежал и читал с помощью своего чипа, при этом не что-то заумное, а лёгкую литературу, чтобы разгрузить свой мозг. Кто-то начал заниматься планированием, кто-то — очередным подсчётом всего, что можно было подсчитать. Лишь бы время шло, лишь бы не думать о том, что их ждёт впереди.

К самой лощине группа приехала уже на новые сутки, они начали занимать позицию и прям в ночи разворачивать маскировку. Им предстояло стоять минимум сутки, поэтому следовало обезопасить себя и технику. При этом с открытой стороны лощины устанавливались оборонительные системы, чтобы было возможно отразить нападение, если оно будет. С трёх же других сторон склоны были настолько отвесными, что оттуда нападение вообще не могло произойти, если только с воздуха.

Ближе к рассвету установка была завершена, Андреаса с Реном при этом принудительно после развёртывания самой маскировки в приказном порядке отправили отдыхать. С самого утра они должны были приступить к установке генераторов энергетического щита.

— Я прогуляюсь с собаками по округе, — буднично проговорила Лия, открыв все три дверцы, за которыми «прятались» приручённые существа. — Проверю, может, что интересное найду. Всё же на территории противника. Нужно понять, как нам даже пешком, если что, уходить. А то мало ли… нападение действительно может быть внезапным.

— Постоянно на связи, — строго приказал ей Яррив. — И как только вернёшься, сразу на боковую. Хорошо?

— И сначала перекусить! — выглянула из второй машины Анна. — Я что, зря тут час крутилась на кухне? И да. Всем бегом есть!

Последние слова были произнесены в командный канал. И у неё были полномочия отдавать именно такой приказ. И, что самое забавное, никто не имел права его ослушаться. И на то было несколько причин. Во-первых, она была врачом, который рассчитал всем питание так, как полагается. Во-вторых, вместе с нормально просчитанным питанием выдавались витамины и лекарства, которые сдерживали местные бактерии и возникающие осложнения после облучения. В-третьих, сил должно хватать всем, а сила людям приходит как раз от еды.

Поэтому уже через несколько минут все бойцы находились в машине, а «собакам» было дозволено побегать по округе, разведать местность. Для них тоже была придумана аппаратура, тоже была придумана броня, чтобы их не потерять. Да, они стали чуточку медленнее, но теперь «их глазами» можно было видеть округу, составлять более подробную и точную карту. И всё это сделал Андреас, пока они были в движении. Просто из-за того, что ему было скучно. А когда его спросили: «А зачем⁈», его ответ поразил многих.

— Почему бы и нет? — пожал он плечами этим утром, когда сам лично нацепил на собак броню. — Удобно. Практично. Безопасно. Всё равно даже Борис не понимал, куда это всё деть… вот я и позаимствовал.

— Спасибо, — улыбнулся Рен, смотря на местных псов. — Юмико, думаю, оценила бы.

Каждый смотрел на инженера с удивлением, но пониманием. Смерть его жены пробила часть чувств, он реже держал маску безразличия. Но все были удивлены, что он так снисходительно и с такой заботой будет смотреть на животных. Он перед тем, как они убежали, подошёл и погладил их, самолично отстегнув от привязи.

Дальше начались работы по перестройке, перемещению модулей и установке генераторов щитов. Работа была кропотливая: внутри собранных блоков было слишком много хрупких элементов, но никто, кроме них, не смог бы это сделать. Например, только Рен со своей механической рукой мог в течение длительного времени удерживать блок на одном уровне, пока Андреас его прикручивал.

С обедом пришлось подстраиваться под инженера и программиста, они просто не могли бросить работы, из-за чего обед перетёк на вторую половину дня, а из-за него сместился и ужин. К вечеру же все ближайшие подступы были полностью обследованы, Лия специально не возвращалась к машинам, чтобы протянуть время до ночи, а когда вернулась, то была поражена увиденным.

— Это сейчас через что я прошла? — мотнула головой девушка. — Синеватая пелена какая-то была.

— Это, дорогая наша и несравненная разведчица, энергетический барьер, настроенный на допуск тех, у кого есть чипы колонистов, — самодовольно ответил ей на вопрос Андреас. — При этом ты прошла через него спокойно, в той точке, где ты шла, его плотность снизилась, из-за чего проявился по каким-то причинам цвет. Удивлён, что тебя ещё молнией не ударило…

— Ну, всполохи какие-то мелкие были, — посмотрела она на собак, — да и у наших приручённых шерсть дыбом встала. К слову… я примерно в ста метрах от машин. Не слишком ли большой радиус? Может, отрегулируете?

— Вот как раз пытаемся, — кивнул Андреас. — У всех трёх машин разные радиусы… и мы ни хрена не можем понять, как так вышло, притом что изготавливалось по одной и той же технологи… и ведь как-то это регулируется… враг же регулировал.

— А вот это что за хрень? — задумчиво проговорил Рен, после чего весь энергетический щит вспыхнул и начал резко уменьшаться в размерах, но увеличиваться в плотности. — О, кажется, сработало.

— С-с-с-сработало… — передёрнуло девушку, которую в прямом смысле слова ударило током. — Твою мать, Ли! Ты предупреждай! У меня имплантаты в ошибку ушли, теперь настраивать снова придётся! Вот буквально ты мне их обнулил! Гра-а-а!

— Интересный эффект, — ещё более довольно проговорил Андреас. — Получается, если займём стационарную оборону, то щиты одной машины можно использовать как своеобразное электромагнитное оружие, выводя из строя электронику противника…

— А у них практически всё завязано на эту электронику, — воодушевлённо вклинился в разговор Джон. — И получается, если врага подманить… можно хорошо так по ним вдарить… и лишить частично боеспособности. Ха-ха! Да вы два чёртовых гения!

— Так, надо это проделать на всех машинах… — задумчиво проговорил Рен. — Лия, давай быстрее на базу, пока мы тебя опять не покалечили и не сломали тебе что-то.

— Спасибо за заботу, — грубым и жёстким голосом ответила она, ускорив шаг.

Добравшись до машин, она сначала размесила собак по их «домам», а потом покормила. Только после этих несложных процедур она зашла во вторую машину, где приступила к настройке своих имплантатов, недовольно приговаривая при этом. Но даже внутри машин ощущалось воздействие изменчивого электромагнитного поля снаружи, даже ИскИны из-за этого барахлили, а Борис не стесняясь матерился каждый раз, так как из-за этого нарушалась точность работы и повышалась вероятность брака.

— Вот взорвётся у вас перед мордой автомат, сами виноваты в этом будете! Изверги! Издеватели!

— Не бузи, — усмехнулся Андреас. — Это мы ещё даже не начинали издеваться над тобой.

— Мать вашу за ногу… — недовольно произнёс Борис, после чего, недолго думая, обратился к Лизе: — Придумай экранирование нормальное, а… а то мы так сдохнем все быстрее, чем миссия будет выполнена…

Глава 19

Сутки 39–40

— Вечер перестаёт быть томным, — усмехнулась Лия, когда Андрей сообщил ей о находке разведывательных БПЛА, из-за чего она растолкала командира, который задремал. — Яр, тут наши птицы выявили ещё несколько точек противника. Сформировался небольшой план.

— Что за план? — уточнил тут же командир, приподнимаясь в своём кресле сам и приподнимая его спинку. — Хотите атаковать?

— Ну нам же нужно парализовать противника? — подняла она с улыбкой одну бровь, смотря искоса на своего старшего товарища. — Надо. А значит, нужно атаковать всё, до чего можем дотянуться. И не только руками. Тут Борис сообщил о профиците дронов-камикадзе, которые хорошо зарекомендовали в прошлый раз себя. Предлагает все пятьдесят хранимых запустить разом. Роем. Под управлением ретранслятора.

— Ну, давай попробуем, — хмыкнул командир.

Поднявшись со своего кресла, он потянулся. Дремать в броне — то ещё удовольствие, но на территории противника только Джону разрешалось спать без неё. Просто не помещался иначе. Это была необходимая мера, ибо враг действительно мог напасть в любой момент.

Андреаса с Реном трогать не стали, они продолжали заниматься регулировкой модулей силового щита, выставляя их в оптимальные рамки, а также пытались подключить их к аппаратуре Элеоноры и Андрея, чтобы они их могли регулировать. Выходило не очень, из-за чего частенько из первой машины доносились недовольные крики и ругань.

Когда в кузов третьей машины зашли двое, Борис уже начал производство новых камикадзе, ибо знал, что точно места хранения для них будут освобождены. При этом он сразу переслал информацию на чипы Яррива и Лии, какие беспилотники повышенной мощности, а какие более резвые, облегчённые, предназначенные для охоты на лёгкие цели.

Первыми были подняты в воздух тяжёлые. Враг не будет ожидать атаки, с большой долей вероятности. Нет, бдительности он точно не потеряет, но вот удар точно отразить не сможет, просто из-за того, что будет застигнут врасплох. А это людям только и нужно. Чем больше хаоса в стане врага, тем проще будет его уничтожить в будущем.

— Слушай, — улыбнулся командир. — А если мы ещё и на разных направлениях ударим, то, получается, дополнительно запутаем противника. Сколько там расстояние между крайними обнаруженными позициями?

— Двести тридцать шесть километров, — сверившись с картой, ответила разведчица. — Вот буквально по прямой линии, если смотреть. Но чтобы до них дроны долетели, нужно будет выставить ретранслятор на верхушку лощины… иначе связь будет потеряна. Даже воздушный ретранслятор не сможет так далеко отлететь, чтобы был сигнал.

— Сделаем, — кивнул командир, подавая один штурмовой. — Не зря же у нас есть птицы, которые способны делать сбросы, а не только самоуничтожаться.

Пока Лия продолжала выкладывать все ударные беспилотники, Яррив в это же время ходил во вторую машину и доставал ретранслятор. С помощью обычного крепежа сброса он смог прикрепить его к уже поднятому в воздух штурмовому БПЛА, после чего лично повёл его в нужную точку, так как в данный момент Николай настраивался на работу сразу по нескольким целям.

А работа предстояла достаточно масштабная. Удары сразу по нескольким разнонаправленным точкам множеством беспилотников, которые придётся одновременно уводить от огня и наводить на цель — та ещё задачка. Даже современные ИИ затруднялись ответить, насколько легко им это будет сделать. Но в любом случае Николай не отказывался, а только подкорректировал план, который был предложен Лией.

Через час, когда светило полностью скрылось за горизонтом, связь между всеми птицами была налажена, пять роев создано и распределено по целям, люди отправились во вторую машину. Им осталось только наблюдать. Но они решили сделать больше. Подготовиться к маршу. Ретранслятор на верхушке скалы, возле которой была лощина, был заминирован и после выполнения миссии будет подорван.

Поэтому силами четвёрки бойцов начали сворачивать всё, что было развёрнуто утром. Сначала кабельная сеть, потом маскировка и только потом уже защитное вооружение, которого было выставлено достаточно много. Оборонные возможности бесконечными не бывают, чем их больше, тем лучше живут те, кто их выставил. Особенно после нападения.

— Взлёт произведён, — доложил Николай, когда все пятьдесят ударных беспилотников и несколько ретрансляторов были подняты в воздух. — Цели назначены. Распределение выполнено. Прошу разрешения на начало операции «Ночная гладь».

— Даже название операции придумал, — усмехнулся Джон. — Командор?

— Какой я к чёрту командор? — нахмурился Яррив, после чего переключился на радио. — К выполнению операции приступить. Нанести удар и вернуть ретрансляторы, после этого сразу начнётся марш дальше, вглубь территории противника.

— Есть! — довольно бодро ответил Николай, после чего в небе множество незаметных точек, которые глазом можно было выявить только из-за затенения далёких звёзд, разлетелись в разные стороны.

Свёртывание было достаточно спешное. Первые удары были запланированы буквально через пятнадцать минут после старта миссии, так как точка находилась всего в тридцати километрах. И то данное время было искусственно увеличено, чтобы запутать противника, чтобы он не понял исходную точку старта, чтобы беспилотники смогли обогнуть место удара и атаковать с разных сторон.

Поэтому к моменту первых взрывов успели свернуть только кабельную сеть. Сами взрывы было даже слышно в воздухе, но не в самой лощине. Поднятый ретранслятор с помощью датчиков фиксировал и звуковые волны. Ветер был как раз со стороны той базы.

— Контроль, — когда отгремели все десять прилётов, моментально дал о себе знать Николай.

В это же мгновение разведывательный беспилотник, который был рядом, быстро начал осматривать последствия прилёта. И они радовали. База была не такая крупная, но и десятки на неё было мало. Но даже так три из пяти зданий были буквально сложены, лёгкая техника оказалась повреждена вся. Была видна вторичная и достаточно мощная детонация, что говорило о повреждении склада боеприпасов.

Следующая десятка взрывов прогремела минут через десять после первой. Снова беспилотники заходили сразу с нескольких направлений, так же база была таких же размеров, и Николай уже знал, куда нужно бить. И снова был повреждён склад боеприпасов, но на этот раз взрывов слышно не было, ветер звуки не усиливал, а, наоборот, гнал практически в параллель к людям.

Когда была полностью свёрнута маскировка, прогремел третий десяток взрывов. Враг уже начал отстреливаться, видимо, вереница докладов пробежала по их линиям связи. Перехватить их не удавалось, но сам факт того, что враг отражает нападение, говорит о присутствии организованности в их рядах. А значит, они не настолько глупы, как предполагалось изначально.

Четвёртый десяток взрывов прогремел уже к моменту запуска двигателей. На южной стороне, где была совершена четвёртая атака, была развернута достаточно крупная база, усиленная несколькими оборонительными рубежами. До «земли» не долетела половина беспилотников, были уничтожены в воздухе достаточно плотным огнём, если учитывать, что мелкого калибра у врага вообще не существует.

— Учатся, твари, — хмурился Джон. — Видели, как у них снаряды летят?

— Да, — кивнул Рен. — Настроили их, перехватывают, при этом они словно просчитывают все вероятные траектории. И стреляют кучками по двадцать-тридцать выстрелов. Чтобы летательные аппараты гарантированно не увернулись. И система управления боеприпасами им в этом только помогает. Но чёрт… если бы тут сидели наши… экономисты, они бы вопили, что это нерентабельно — пользоваться такими боеприпасами! Жутко дорого! Ну и всё такое… и сколько из-за этого парней погибло…

— Кто-то разговорился, — показал на него большим пальцем Андреас. — А вообще, да, я с ним согласен. Даже если бы у нас была технология управляемых боеприпасов, многие бы вопили, что их использовать экономически необоснованно. Но у нас всё завязано не на эффективность на земле, а на эффективность в кармане.

— Времена меняются, а люди остаются прежними, — недовольно проговорил Николай. — Заводитесь, пятый десяток уже на подлёте к цели.

— Андрей? — уточнил у него командир. — Не спи. Операция совместная. Работать должны.

— Полномочия не были переданы, — усмехнулся он, из-за чего бойцы почувствовали, буквально, возникшее напряжение в канале связи. — Понял-понял. Запуск двигателя произведён. К маршу машины готовы. Маршрут построен…

Машины тронулись, при этом все бойцы продолжали внимательно следить с небольшой задержкой за последней точкой, куда совершался налёт. Так же обычный блокпост, каких было уничтожено уже четыре. Но на нём на удивление много машин. Слишком много для обычной базы. Именно поэтому все дроны были сосредоточены на тяжёлой технике, за исключением трёх. Они неизменно заходили на здания.

Первый прилёт был по зданию с орудиями. Враг явно не ожидал, что так далеко от мест прилёта будут другие атаки. Здание буквально разорвало на куски из-за того, что запасы здания детонировали. Впервые за все атаки. Второй прилёт был, как казалось Николаю, по казарме, куда начали забегать и заплывать, всё же территория была подтопленная, бойцы противника. Здание не сложилось, но изнутри начало гореть. Третий прилёт… и мощнейшая детонация разорвала третье здание на части, причём обломки разлетелись на многие сотни метров вокруг.

— Странно, а почему эти не были готовы к нападению? — нахмурился Андреас. — У них что, разбитая на фрагменты связь?

— Только хотел сказать, что фронт фрагментирован и взаимодействие между отдельными ячейками практически никакое, — нахмурился командир. — По крайней мере на это очень походит. Иначе это просто не объяснить. Особенно то, как сгруппированы базы. Даже прошлый блокпост, который мы разнесли… он относился к ячейке той крупной базы, скорее всего. А тот… тот, значит, к иной базе. К слову… скорее всего, у той базы мы могли что-то повредить.

— Старался нанести удар по вышке связи, — тут же отрапортовал Николай. — По тем данным, что удалось собрать во время прорыва, некоторые аспекты военной архитектуры противника мы смогли просчитать и понять. Удары стали более осознанными.

— А почему старался? — уточнил тут же Джон.

— Разведчик был сбит, как и часть камикадзе, — буднично ответил ответственный за подрывные операции. — И, предвещая ваши возмущения, скажу… лучше терять технику, чем людей. Технику создать возможно. Людей ещё нужно родить, вырастить, воспитать и научить.

— Резонно, — хмыкнул Джон. — Командир? Что скажешь?

— Скажу то, что тяжёлая техника врага весьма хорошо взрывается, если по ней ударить кумулятивным снарядом, — улыбнулся Яррив. — У них вообще нет такого понятия, как активная или динамическая защита. Вообще. Дебилы, блин… вот мне даже их жаль. И как они только до космических полётов дожить смогли?

— Пути эволюции неисповедимы, — дёрнул плечами Рен, а в этот миг на нём скрестилось множество взглядов. — Что?

— Да не, ничего, — помотала головой Лия. — Не перенимай на себя её привычки. Плохо может кончиться. Для тебя.

После этого наступила гробовая тишина. Все смотрели на результаты прилёта по последней базе противника, внимательно и вкрадчиво. На всякий случай разведывательный дрон пролетел по округе рядом с последней базой, на границе доступных мощностей радиосвязи, выявил признаки ещё двух блокпостов, после чего они начали возвращаться назад.

Все полученные данные сравнивались и уточнялись, прорисовывались и дорисовывались. И картина получалась интересная. Система обороны врага действительно походила на некие соты, в центре которых был крупный узловой оборонительный пункт, а по прямым линиям практически на одном расстоянии друг от друга — блокпосты, мелкие точки обороны. С другой сотой, бойцы которой не ожидали прилётов, также было проведено сравнение. И это сравнение позволило вычислить точку, где находится главный узел.

— Хм-м-м… — хмурился Яррив. — Нужна третья точка, похожая. Тогда сможем понять, что именно и где они охраняют. Хотя, если так… я, кажется, понимаю, что именно они охраняют, да и в каком направлении нам ехать. Как там наш беспилотник-преследователь поживает?

— Ещё не уничтожен, если ты об этом, — тут же отрапортовала Элеонора. — Но точное направление мы не сможем выявить, пока он не вернётся в радиус нашей связи. Конечно, мы стараемся ехать по его следам, но мало ли как он мог сместиться.

— Именно поэтому один ретранслятор нового типа, кстати, спасибо Боре, постоянно в воздухе, — доложил Андрей. — У него нет камер… это просто птица, которая летает и передаёт сигнал. И расстояние передачи сигнала весьма большое. Заряда, правда, жрёт… у нас скоро малые батареи такими темпами закончатся.

— Сколько осталось? — немного встревоженно уточнил Ярый.

— До конца миссии хватит, командир, не переживай, — заботливо ответила Элеонора. — Вам бы этот конец миссии пережить. Так как перспективы, которые начинают складываться, не самые радужные. Нам всех беспилотников не хватит, чтобы прорвать даже тот узловой центр обороны. А тот, что охраняет космодром… тем более. Придётся штурмовать машинами и пехотой.

— То есть ты прямо говоришь, что это путь в один конец? — уточнил Рен, хрустнув пальцами живой руки, но ответа он так и не услышал. — Как говорила подруга моей покойной жены и уважаемый ею человек: молчание — знак согласия.

— Так я говорила! — удивлённо воскликнула Анна, подскочив со своей койки.

— Так а я про что? — скосил на неё взгляд инженер.

Представительница красного клана с отрешённым взглядом уселась на место, а после посмотрела на свои руки. Юмико её уважала, Рен врать бы не стал. А она отвечала ей пренебрежением и скрытой агрессией, постоянно пыталась подколоть, только во время выполнения задач вела себя учтиво по отношению к ней. И она её уважала.

— П… прости… — скривила лицо Анна, еле сдерживаясь, держа внутри себя эмоции. — Я вела себя недостойно по отношению к ней…

— Не переживай, — попытался улыбнуться азиат, но вышло у него так себе, из-за чего его лицо стало для всех привычно-нейтральным. — Всё хорошо… не переживай…

Вместе с тем машины продолжали ехать на восток, постоянно следя за обстановкой. Они двигались, прекрасно понимая, что это последние относительно спокойные для них дни. Они двигались, понимая, что все последующие дни придётся без перерыва атаковать многие базы, до которых они смогут дотянуться. И при этом придётся выбирать: атаковать всё вокруг, дав врагу выявить, как они едут, или веером, нанося удары точечно, но массированно, в разных точках.

Дилемма, которую нужно было решить. Но враг, сто процентов, начал прочёсывать местность, сто процентов, начал патрулировать всё вокруг. Но люди готовы на этот раз лучше, чем те же десять дней назад, они были лучше защищены, немного лучше вооружены.

— Так, не унываем, — хлопнул в ладони Яррив. — Наша миссия ещё не закончилась, да и мы пока что живы. Шансы у нас всегда есть. Ведь мы одним своим появлением на этой планете показали всей вселенной, что человек способен выкрутиться из любого дерьма. И мы выкручиваемся. Мы будем дальше выкручиваться. И прежде чем себя хоронить, нужно сначала понять, против чего нам иметь дело, как нам это дело сделать и какие средства для этого привлекать. Всё тратить на атаку? Или же будет возможность сохранить боеприпасы для отступления? Или, может, мы даже доехать не сможем, и нас всех буквально на подходах убьют? Ничего не определено. И поэтому мы обязаны сражаться дальше. Мы обязаны сами себе вырвать у злого рока свою жизнь. И я только так вижу наш путь. Выполнить нашу миссию и выжить.

— Кстати, — посмотрела на часы Лия. — Начались сороковые сутки. Осталось ровно десять до того момента, как всё… а нам ехать ещё даже неизвестно сколько.

— Но точно меньше, чем раньше, — улыбнулась робко Анна. — И меньше, чем секунду назад. Я согласна с Ярым. Народ! У нас есть шансы выжить. Мы маневренная группа, причем мы совершаем такие маневры, что лучшие тактики планеты бы нам завидовали. Надеюсь, Элеонора всё записывает и отправляет на корабль, чтобы все наши действия анализировались, учитывались и на их основе создавались новые тактики.

— На постоянной основе, — хмыкнула ИскИн. — Как и наши технические достижения. Ибо мы дали людям то, чего не было у нас раньше. Даже если ничего не получится… мы добились огромных результатов. И всё ещё можем добиться большего! Так что я даже как ИИ говорю вам, зная все вероятности, зная всё, что может вас убить… у вас есть шансы. Маленькие, но они есть.

— Они всегда у вас были ничтожными, — вклинился в разговор Николай. — И вы этот мелкий шанс разворачивали так, даже выворачивали так, что он был вашим спасением.

— Бесконечно везти не может, — хмыкнул Джон. — Но да. Если даже есть тысячная доля того, что мы выживем, если от протянутой соломинки зависят наши жизни… то не знаю, как вы, народ, но я бы за эту соломинку попытался ухватиться. Ведь, возможно, она выдержит наш вес или будет тем, чего нам так не хватает.

— Обратная сторона соломинки и спины осла? — усмехнулась Лия.

— Типа того, да, — широко улыбнулся темнокожий. — Весь мой клан тебе свидетельство этой обратной стороны.

— Значит, едем в сторону базы врага! Уничтожим там всех! — сжал кулак и выставил перед собой Яррив.

— Да!

Глава 20

Сутки 40–41

До самого утра ничего не происходило видимого, но работа проделывалась огромная. Выяснив частичную схему организации обороны врага, можно было продумать, как её обойти, проникнуть вглубь территории практически незаметно. Ведь не мог же противник занять каждый миллиметр? Не мог. Этим шестеро бойцов и пользовались.

Под утро сороковых суток прилетело первое сообщение от беспилотного летательного аппарата, что он всё ещё жив. Коротенькое, просто пара символов, но они значили многое. Во-первых, в нём фиксировалось время отправки. А зная только его, можно определить точное расстояние, ибо радиосигналы распространяются с околосветовой скоростью. Это было моментально вычислено и определено, что группа сейчас находится на расстоянии практически в тысячу двести километров от той точки, откуда было отправлено сообщение.

Во-вторых, происходила уже программная доработка нового интерфейса. Чтобы интегрировать новую технологию, нужно понять, как с ней взаимодействовать. И всю ночь Елизавета пыталась создать нужные программные рычаги, чтобы была возможность управления силовым щитом вокруг машины. Такого никогда не существовало, поэтому даже у неё, довольно продвинутого ИИ, возникли проблемы. Но к утру первые прототипы программ были готовы. Оставалось выбрать наиболее удобный и быстро откликающийся тип.

В-третьих, постоянный мониторинг территории. Андрей и Николай без перерыва получали невероятное количество информации, постоянно дорисовывали карты, которые имелись у них в распоряжении, постоянно вносили правки, делали пометки, отмечали места дислокации противника. И всё это позволяло им более глубоко и вдумчиво продумать план дальнейших действий. Всё это позволяло лучше понять, насколько огромная оборона противника и насколько ничтожны люди в данный момент на этой планете.

Когда бойцы начали просыпаться, более подробные намётки были сделаны, как и выявлено общее направление движения. Ведь после того, как корвет противника улетел, он мог сменить направление полёта, а не лететь по одному и тому же вектору, поэтому требовалось уточнение. И это уточнение в виде расположения баз противника присутствовало. Посредственное, косвенно указывающее, но было. Но даже за такую соломинку следовало зацепиться, чтобы искать другие возможные зацепки. И они находились. Не тысячами и сотнями, но десятками, что было вполне приемлемо.

— Значит, нам нужно сейчас двигаться на северо-восток? — стоял, скрестив руки на груди, Яррив, обращаясь к Элеоноре, которая была в данный момент голосом остальных ИИ из-за их высокой загруженности.

— Примерно, — одобрительно ответила она. — Точное направление в данный момент не подскажет никто, но с нашей системой разведки дальше будет определить куда проще. Как ты сам любишь говорить, нужно решать проблемы постепенно, одну за другой, дробя большие на маленькие, общее на частное. Так что… частное в данном случае — направление, куда нужно сначала двигаться. Оно определено с достаточной точностью. Маршрут в базу уже примерный вбит, в обход всех найденных маршрутов патрулирования и баз противника.

— Даже так, — хмыкнула Лия. — А неплохо вы за одну ночь поработали…

— Это наша работа, — голос ИскИна был такой, словно она улыбалась. — Но да, мы проделали и до сих пор проделываем колоссальную работу. До сих пор стекается весьма много… интересной информации. И, скорее всего, есть такая вероятность, противник не просто так не занимается прям такими активными поисками.

— Ловушка, — усмехнулся Джон. — Слишком очевидно и топорно, правда. Видно, что они специально предоставляют нам коридор, видно, что нам реально дают по нему пройти. Может, это… несколько патрулей разбомбим, причём где-то в сторонке, чтобы отвлечь противника?

— Только вечером, — голос Элеоноры был спокоен и твёрд. — В данный момент Борис производит на пределе своих сил максимальное количество ударных дронов, нужен запас на критический момент. Просто так даже я не рекомендую сейчас атаковать. Мы находимся в слепой зоне врага, тут он нас гарантированно не видит.

— Красиво, кстати, тут, — улыбнулась Анна, разглядывая картинки с камер машин.

Сейчас группа ехала среди кальдер, причём их было достаточно много. Тут либо есть, либо когда-то был супервулкан. И судя по слегка испаряющейся воде и повышенной температуре с влажностью — он до сих пор только дремлет. Враг сюда не совался в принципе, ему было неуютно на данной территории — слишком соленый воздух. И этим люди решили воспользоваться, встав в тени одной из возвышенностей с озером наверху.

Остановка была сделана не просто так. Каждому требовалось как минимум привести себя в порядок. Запасы технической воды подходили к концу. Требовалось пополнить запасы, после чего можно будет ехать. Поэтому, протянув шланги к озеру, группа осторожно занялась личной гигиеной.

Но долго стоять также не стоило. Оставалось всё меньше и меньше времени, а противник находился на достаточно большом расстоянии. Поэтому машины двинулись дальше, как только все баки с водой были заполнены, а все бойцы вернулись на свои места.

Шок и упадничество после потери товарища практически сошли на нет. Они ещё глодали душу каждого, все они переживали и в той или иной мере винили себя в смерти Юмико. Но теперь превалировала злость, теперь преобладало чувство мести. Оно и тогда было особо сильным, но смешивалось с другими чувствами. Теперь же у многих месть ощущалась чистой.

К вечеру удалось приблизиться к предполагаемой точке местонахождения «космодрома» противника ещё на сто пятьдесят километров. Фактически было преодолено больше двух сотен километров. Точные цифры никто не вымерял, всем было плевать, это никак не сказывалось на выполнении задачи, а запас прочности машин позволял игнорировать этот факт. Поэтому машины просто ехали.

Поэтому сороковые сутки прошли в планировании, уточнении и сборе информации. А вот ночь… как говорилось во многих историях — ночь темна и полна ужасов. И именно поэтому в ночи тридцать дронов разлетелись в разные стороны, в основном ещё дальше, восточнее, чтобы запутать противника, чтобы он думал, что именно туда пробивается коридор, на старые позиции, к старой базе.

Ближайшая патрульная группа была обнаружена буквально в десяти километрах от группы людей. Удар был нанесён молниеносный, сразу пять дронов в прямом смысле слова одновременно спикировали на подвижную группу противника, уничтожив её целиком. Никаких сигналов, никакой информации, никого живого. Только взрывы в тишине, только крики животных и птиц после. Враг узнает о потере группы, но не узнает, что её убило, как и когда.

Вторая группа была уничтожена подобным образом, только на неё потребовалось всего три дрона, она была меньше, да и двигалась сильнее скучковавшись. Поэтому и вторая группа была полностью уничтожена, до последнего, контроль с воздуха это только подтвердил.

А вот дальше начались проблемы. Заметив пропажу двух групп, остальные патрули рассредоточились и стали более пристально следить за воздухом. Это им не помогло, но вместо огромного количества налётов, пришлось сократить их количество вылетов. Уже на третью группу ушло восемь дронов, на четвёртую и пятую — по семь. И при этом последняя группа не была целиком уничтожена.

— Чёрт… — хмурилась Лия. — Недоработали. А отправлять ещё дроны… поздно. Что делать будем?

— А что делать? — улыбнулся Яррив. — Пускай живим остается. Там расстояние от нас порядка полутора сотен километров. На восток. Самая дальняя группа. Пускай думают, что мы идем туда, а утром и днём посмотрим, что враг предпримет. Может, получится его обхитрить.

После операции сеть разведывательных дронов была смещена восточнее, чтобы имитировать местонахождение машин в другой местности. Ну и требовалось, конечно, следить, что именно будет делать противник после налёта на его патрули, ведь его самый чувствительный ресурс в данный момент — живые существа.

Под утро сорок первого дня группа и не думала останавливаться. Густой и достаточно тёмный лес способствовал скрытому продвижению. Огромные, многометровые кроны и редко расставленные деревья способствовали этому. И ещё достаточной скорости продвижения. Зверья вокруг практически не было, из-за чего Элеонора пришла к неутешительному выводу: их или уничтожили, или заставили переселиться агрессивными действиями.

— Вообще ни души… — хмурилась Анна. — Ни одного живого существа за сколько километров? Тридцать уже? Даже насекомые — большая редкость… а я ведь попросила Лизу следить за этим…

— Выполняешь обязанности Юми? — уточнила у «красной» Лия.

— Кто-то же должен, — пожала та плечами. — Но вообще… это огромная экологическая катастрофа. Понятно, что противник готовит территорию под себя, но не такими же вандальными методами! Огромный вред экологии! И всё ради чего? Ради ресурсов? Они что, не знают, что можно добывать их без особого вреда окружающей среде? Или они никогда не переживали глобальных последствий из-за своих действий?

— Слушай, Ань, — посмотрел на неё Джон, — это человечество за свою многотысячную историю прошло через многое дерьмо. Да, часто из-за того, что само виновато… но последние-то годы как раз из-за того, что природе самой нужна была помощь. Вот люди и старались помогать. Правда, последнее время опять стали забывать, что планета находится на грани.

— Давайте не будем о Земле, а, — сведя брови вместе, с жалостью в голосе проговорил Андреас. — Я всё понимаю, мы такие сильные, независимые, но меня уже тошнит от того, что происходит вокруг. Да, я хочу побыстрее разобраться со всем этим, да, знаю, что к нам уже летят другие колонисты. Но мать вашу! Не надо о Земле! Там много моих знакомых осталось, с которыми я нормально общался, с которыми с радостью общался бы и сейчас.

— Согласен с Андрэ, — кивнул темнокожий. — Нам нужно сначала миссию выполнить, а потом уже об экологии думать. Сдаётся мне, мы её сами неплохо так… ей повредили. Чёртов общий. Всё ещё никак не привыкну. И повредим ещё больше. Сколько сожжём домов и техники врага? Сколько ещё взрывов будет? Токсинов окажется много.

— Но это не сравнится с тем, что несколько тысяч квадратных километров было стерилизовано от живности… — отрешённо говорила Анна. — Елизавета проверила данные с дронов, посмотрела все записи в инфракрасном режиме. Вообще живых организмов нет. Вообще… только мы и патрули врага.

— Поэтому мы дадим им бой, — появился Яррив. — Не сейчас, но примерно через восемь суток. И нам нужно основательно подготовиться.

— Восемь суток? — насторожился Джон. — Почти предельный срок. А почему так много?

— Просто не успеем приехать раньше, — вздохнул Яррив. — И нам придётся постоянно посылать один-два дрона в сторону базы врага, повреждать там инфраструктуру и кошмарить технический персонал, который обслуживает космический корабль.

— Похоже, поступила информация, — улыбнулась Лия. — Рассказывай давай, что там удалось выяснить. Конкретику давай.

А конкретика была достаточно интересная. Как и предполагалось всеми «умами», как живыми, так и электронными, враг не мог разместить взлётно-посадочную полосу на воде, под водой и возле воды. Для этого требовался грунт. Поэтому он расположил свою космическую базу на плато, достаточно ровном. Достаточно высоком. Вот только вокруг всё было затоплено.

— Твою мать… — выругалась Анна. — И как нам к ним подобраться? Расчётливые твари…

— Есть система реки и дамб, — усмехнулся Яррив. — Предварительная обработка показала, где и как протекали реки, удалось найти целых семь дамб. В несколько заходов мы все их уничтожим. Вода частично спадёт, но грунт будет сильно… сырой. В лесу кататься больше не выйдет, из-за чего будем ездить по вершинам холмам, вот тут видно гребень, — отправил цифровое изображение всем командир, — а также вот тут. То есть там не особо сыро. По крайней мере должно хватить плотности грунта. Если же нет… то придётся плыть. В прямом смысле слова. Закладывалось же?

— Заложено, но недоработано, — тяжело вздохнул Рен. — Придётся много всего внутри машин делать. Займёт примерно трое-четверо суток. Точнее не скажу. Нужно, чтобы Елизавета с Борисом проработали, как с текущим расположением блоков всё правильно провести. Герметизация есть. Нет воздушных баллонов и водомётов, чтобы плыть. Но сделать не так долго.

— Радует, — улыбнулся командир. — Приказ двум ИИ отправил. Как только освободятся, тут же приступят к обработке твоего запроса. Дальше. Система обороны, — уже не так радостно говорил командир. — Тут есть пять колец обороны, если говорить прямо. Сейчас мы находимся между пятым и четвёртым. Пятый — внешний.

— То есть внешний периметр, в котором предполагается сражение с противником, — тут же уловил смысл Джон. — Тут мы можем чувствовать себя весьма спокойно. Скинь-ка файлы… — завис на мгновение штурмовик, а потом улыбнулся. — Ага… поймал… вижу… ну что могу сказать. Организовали они оборону весьма хорошую. Пятое кольцо… правильно сказали, зона основных боевых действий, где возможны встречные нападения. Мелкие базы, патрули и так далее. В основном для действий маневренных групп. Четвёртое кольцо… вот тут у них интересно. Тут больше оборонительных сооружений, но всё равно достаточно открытых пространств. Тут уже маневренная оборона предполагается, если судить по структуре… всего, что тут есть. Засады, прямая оборона и тому подобное.

— То есть вплоть до третьего кольца мы можем ехать без особых проблем, — улыбнулась Лия. — Схема есть у Николая и Андрея?

— Всё есть, — кивнул Яррив.

— Чёрт, и это только благодаря одному дрону, — вздохнула Лия. — Сколько же чудес вокруг… сколько неизведанного рядом…

— Дальше, третье кольцо, назовём его переходным, — ещё сильнее начал хмуриться Джон. — Вот тут просто так проскочить уже не выйдет, придётся выжигать минимум два опорника, чтобы проскочить. И там да… скрываться уже не получится. И постоянно придётся отражаться нападения. А вот второе кольцо… оно уже сплошное. Довольно хорошо укреплённая система обороны. Причем там уже не окопы, там уже здания, ДОТы, металлические сооружения. Просто так прорваться не выйдет.

— Возможны потери? — уточнил Андреас.

— Вероятны, — кивнул Джон. — По крайней мере шансы на ранения у всех высоки. А раны… сами знаете, какие они… кха… кха-кха-кха… твою мать…

Раскашлявшись, он прикрыл рот рукой, а когда отставил её, увидел кровь на ней. Облучение давало о себе знать. Это был уже не первый случай, как и у остальных. Но он явно давал знать — времени у них остается мало не только из-за того, что корабль скоро приземлится. Нет. Скоро они просто не смогут воевать, если будут дальше тянуть. Поэтому они должны постараться всё сделать как можно быстрее.

— Укол? — приготовилась, напряглась Анна, смотря на своего товарища.

— Нет… нет, всё хорошо, — улыбнулся он. — Продолжаем. Первая линия обороны. Само плато. Тут достаточно много всего. Придётся глушить дронами ещё на подходе. Причём придётся сделать запас… я оцениваю в двести пятьдесят штук. Минимум. При этом штурмовые и истребительные дроны нужно будет переместить в первую машину.

— Сделаем, — кивнул Андреас.

— Стеллажи там уже готовы, — тут же добавил Рен.

— Тогда что… — осмотрел всех Яррив. — Готовимся к боевым действиям на четвёртой-третьей линиях обороны? Анализ показывает, что первые боестолкновения будут уже завтра.

— Ну, значит, завтра и будем принимать бой, — уверенно произнесла Анна. — Я им головы оторву… уроды…

— А космический корабль… ага… вижу, — начала изучать снимки Лия. — Космический корабль влетает вон в тот отсек. Предлагаю в него запускать по одному-два дрона ежедневно, чтобы срывать восстановительные работы. Может, нам и штурмовать не придётся их.

— Придётся, — хмыкнул Яррив. — Причём придётся подрывать. Ибо корабль-то может быть не один. Судя по снимку этому…

— Суки… ещё один строят… — вздохнул Андреас. — Че, нам ещё один ядерный взрыв устраивать⁈ Как⁈

— А вот так, — показал последний снимок Одиннадцатый. — Такое же здание, которое рвануло и в прошлый раз. Но на этот раз сильно укреплённое.

— Учатся, — подметил Рен. — Это хорошо. Не такие тупые. Не… чёрт… я прилягу.

— В общем, отдыхаем. Готовимся. Задачи всем ИИ поставлены, что делать, они знают. Вы тоже готовьтесь. Уже вечером мы войдём в зону запуска дронов-камикадзе. Начнём работать.

Глава 21

Сутки 41

Сорок первые сутки увенчались глубокой проработкой плана, как и что придётся атаковать, сколько ещё кататься среди позиций противника между пятой и четвертой линией обороны. И ответ был получен. Крайний срок наступления — сорок седьмые сутки. После этого неизвестно, получится ли вообще вовремя выполнить миссию с учётом всех вводных.

Как только было произведено достаточное количество дронов, тройка из них отправилась в полёт в сторону космической базы противника. При этом вереница из тридцати дронов разлетелась в разные стороны, нанося удары по уже укреплённым и сделанным по всем правилам дамбам. Повреждения были не особо большими по итогу, но люди на этом не собирались останавливаться. Борис камикадзе производил просто с невероятной скоростью, из-за чего можно было себе позволить большой расход.

И именно из-за наличия дамб и воды миссию невозможно было начать преждевременно, рвануть сейчас с места в карьер. Нужно было убрать воду, желательно как можно в больших количествах, чтобы не подставляться под удары противника. И это не учитывая того, что Рену поставлена задача создать систему управления в воде.

Сами работы начались сразу же после уточнения планов и появления «на руках» чертежей. Борис решил выполнять задачи параллельно, из-за чего уже после обеда азиат начал перебирать вторую машину изнутри. Что порадовало всех. Останавливаться на месте не приходилось, только иногда Андреас покидал вторую машину, чтобы убежать в третью, а потом из неё вернуться во вторую. Дроны сами себя не запустят, а запускать их приходилось достаточно часто. В среднем по пять дронов в час при их скорости производства девять штук в час. Даже с таким темпом производства и трат дронов к моменту миссии могло накопиться больше пяти сотен камикадзе в различных модификациях. А их просто негде было хранить.

— Вообще фантастическая у нас история какая-то, — сидел и улыбался Джон, смотря на свои ладони. — Сначала, хрен его пойми как попали на планету, потом хрен пойми как собрались, потом хрен пойми как построили дом, который оказался хреновой уловкой, потом хрен пойми как построили машины… МАШИНЫ! Из капсул. Кому расскажешь на Земле… не поверят. Сколько трудов, сколько работы, сколько… всего. Но сделали же. Сделали! И сейчас, чтоб нас, ведём медленное наступление на территорию противника, постоянно меняя свою дислокацию. Чёртовы партизаны, действующие по всем правилам ведения современной войны. И ведь подвижность — наше преимущество, враг просто не может понять, где мы нанесём удар…

— И распыляет свои силы, — поддержала его улыбкой Лия. — Да, примерный район он уже вычислил, но мы-то тоже не лыком шиты, обманывать хорошо умеем. А они обманываются весьма легко. Ведь плох не тот, кто обманывает, а тот, кто позволяет себя обмануть.

— Так, а ну, свалите с кроватей… мне тут нужно до ночи проложить трубы водомётов под ними… как раз ниши удобные, — весьма грубо, но предельно ясно проговорил инженер, после чего все остальные, за исключением Анны, забились к Ярриву в отсек.

Только Андреас убежал в третью машину. Было принято решение, что будет совершён очередной массированный налёт на противника, под конец сорок первого дня требовалось нанести как можно больший урон. И поэтому партия за партией беспилотники отправлялись и уничтожали объекты «инфраструктуры» противника. И враг не мог определить, откуда именно осуществлялись запуски летунов. Не мог понять и место, откуда будет осуществлен следующий пуск и куда именно прилетит. Ибо каждый раз цели менялись. Ибо каждое мгновение позиция трёх машин менялась. Они больше не будут стоять на месте. Пока не начнётся последний штурм.

— Так, третья партия, — запрыгнул на ходу в машину программист, взяв первый беспилотник в руки, на который даже не наносили краску, так как не было смысла. — Куда на этот раз?

— Северо-западное направление, расстояние — тридцать два километра, — начал перечислять Николай. — Десять дронов. Триста тридцатый градус, расстояние — двадцать восемь километров, пять дронов. Двести девяностый градус, расстояние — шестьдесят километров, десять дронов. Триста сорок пятый градус, расстояние — семьдесят километров, пять дронов.

— Ровно тридцать, — улыбнулся Андреас. — А тут уже минимум полтинник лежит. Мне даже страшно представить, с какой скоростью Борис всё это производит и сколько энергии на это уходит.

— Всё рассчитано до мелочей, умник, — усмехнулся снова «подвыпивший» ИскИн. — Энергии хватит до пятьдесят пятого дня, если вдруг потребуются доклады… ну или кто-то выживет. Ведь даже на это есть мизерный шанс. Маленький, даже ничтожный, но есть.

— А люди… существа абсурда, — усмехнулся Андреас, выбрасывая первый беспилотник, который тут же запустился и взмыл ввысь.

Каждый последующий запускался только после подтверждения со стороны Николая. Соединение установлено? Тогда выбрасывался. Никаких следов на земле, никакой лишней суеты. Они были достаточно лёгкими для человека в бронекостюме с усилителями, мог себе позволить, а двигатели и винты обладали достаточной мощностью, чтобы сразу включиться в работу и создать достаточную тягу.

Первая десятка улетела и начала заходить на цель с разных сторон уже через тридцать минут. Это был «нежилой» объект, но никто не исключал того, что тут могли находиться силы противника. Ведь их дамбы — критическая инфраструктура, утрата которой приведёт к не самым приятным последствиям. И взрыв за взрывом, удар за ударом, буквально на куски разбирался центральный отсек постройки, а потом, когда десятый дрон взорвался, вода начала завершать начатое. Сильнейший поток под огромным давлением хлынул из искусственного моря, восстанавливая нормальное течение реки.

Второй заход. Всего пять дронов, но и постройка там была более хлипкая — дерево с водонепроницаемыми примесями. И уже первый удар принёс свои плоды: вода хлынула, но поток был слабоват. После этого все четыре дрона одновременно рухнули на дамбу, снеся её практически до основания.

Третий заход, третий удар. Ситуация полностью аналогичная, только на этот раз все пять дронов рухнули одновременно, ударив по разным частям не особо широкой плотины. Вода хлынула сразу, что показывали разведчики, которых в небе также стало больше. Качество их хромало, но для объективного контроля и регулировки их хватало вполне.

Пятый заход. Самый трудный. Прошло примерно полтора часа, враг сумел спохватиться и начал высылать ко всем перекрывающим воду сооружениям свои группы. Попытался как-то противостоять угрозе. Не вышло. Первые два дрона уничтожили мобильную группу, следующие восемь, один за другим, разнесли бетонную постройку в северной половине. Вода так же начала усиленно утекать.

— Скорость всё равно недостаточная, — тяжело вздохнул Андреас, когда поступили первые расчёты. — Вода, даже с учётом наших ударов, прибывает раза в полтора быстрее. Придётся, видимо, всю ночь выбрасывать дроны… или сменять друг друга.

— Второе, — проговорила Элеонора. — Уже составлен примерный график, как всё это будет происходить. Ты же пока можешь возвращаться во вторую машину. Ход снизили. Следующие пуски только через два часа, когда будет готово суммарно сорок дронов.

— Чтобы не оставлять наши задницы голыми, — тут же пояснил Борис, хотя это и так все знали. — Вдруг нападут, а у нас нет такой шикарной вещи!

— Шикарной? — язвительно проговорил программист. — А кто-то не так давно заливал, что это пустая трата ресурсов, что не стоит на них терять время и всё такое… что, Борь, решил переобуться в полёте, приняв верную позицию в данном вопросе?

— Не помню ничего такого, ик, — явно переигрывал ИскИн. — Видимо, был слишком пьян!

— Да конечно, пьян он был… — тяжело вздохнул Андреас, после чего выпрыгнул из третьей машины и направился лёгким бегом догонять вторую машину, где уже его ждали с открытыми дверями.

Через несколько часов, как то и обещал Рен, были полностью проложены трубы водомётов под койками бойцов. Система только-только выстраивалась, так что многое будет дорабатываться потом. Но никто не имел права пропускать ужин и приём лекарств. У всех уже были отклонения в работе организмов различной степени тяжести. У всех был один итоговый приговор, который они сами себе невольно прописали.

— Даже как-то не верится в то, что мы делаем, — опустил голову Ярый, покачав ею. — Вот честно… я должен показывать себя стойким, всё переносящим… но у меня просто не укладывается в голове всё, что произошло, всё, что произойдёт. Если произойдёт. Чёрт… даже человечество, не знаю, никогда не слышало о таких подвигах, как у нас! Сколько монстров мы уже уничтожили? Несколько сотен? Тысяча?

— Если не считать ядерного взрыва, последствия которого просчитать попросту невозможно, то приблизительно полторы тысячи единиц живой силы противника и около трёх сотен единиц техники. Про здания молчу, — тут же доложила Элеонора. — Враг не был готов к встрече с человечеством. Не был готов к тому, что ему будут противостоять не абы кто, а приспособленцы, которые пережили в прямом смысле слова апокалипсис, которые научились, как бы сказал Борис, творить из дерьма и палок шедевры.

— Тепличные условия… это не наше, — усмехнулась Анна. — Вот у нас так это точно. Вечно живём там, где холодно. Остальные кланы кричат, что у нас не должно хватать продовольствия…

— Но при этом как минимум трём из двенадцати вы его поставляете, — рассмеялся Джон. — Человек… невероятное существо. Сверхъестественное в каком-то смысле. Где бы сдох кто-то другой… человек выживает. Живучие как… как… чёрт… слово на всеобщем забыл.

— Мыши? Крысы? Тараканы? — уточнил Рен, смотря на своего товарища.

— Тараканы, во! — хлопнул себя по колену темнокожий. — И то те не выживают там, где выживает человек. Самое удивительно существо на Земле! Настолько удивительное, что выжило аж на другой планете!

— И продолжает выживать, — хмыкнул Яррив. — Спасибо, что поддержали.

— Да не за что, командир, — похлопал темнокожий его по плечу. — Ты сколько раз помогал нам не окунуться в омут отчаяния? Сколько раз ты показывал себя по-настоящему сильным человеком? Не в физическом плане, а моральном? Ты действительно тянул за собой остальных. Иногда показывал себя достаточно жёстким, один раз жестоким, но старался давать каждому высказаться, каждому принять решение, каждому посоветовать. И всегда задавал нужный вектор. И мы двигались. И если ты сейчас будешь говорить, что от тебя ничего не зависит…

— То я тебе скажу, что без тебя этого бы вообще не началось, — подсела к командиру Лия и приобняла его. — Ты проснулся самый первый. Ты начал будить остальных. Ты собрал нас всех вместе. Поэтому… уже как минимум из-за этого то, что уже смогло получить человечество, во многом твоя заслуга!

— Советую отдохнуть, — вклинился Николай. — Остальных буду будить в ночи, чтобы они осуществили выгрузку беспилотников.

— Отбой? — посмотрел на всех с улыбкой командир.

Глава 22

Сутки 42–44

Ночь-утро-день. Практически каждые два часа отправлялись от пяти до пятнадцати дронов на различные цели. Каждый раз производился контроль, каждый раз корректировался план. Иногда плотины сносились с первого раза, пару раз приходилось добивать уже в следующем рейде. Но в любом случае общее количество водных преград в этом междуречье уменьшалось.

К середине сорок вторых суток уровень воды начал активно падать, причём сначала не было понятно, куда именно уходят все потоки воды, пока на большую высоту не был отправлен один из дронов. Снимок, который получилось сделать, сразу расставил все точки.

Там было море или океан. Суша не могла быть бесконечной, она где-то должна была закончиться. И по всем признакам именно в том направлении стекались все реки. Не только те, которые были использованы для создания искусственного водоёма, но и все остальные, как большие, так и малые, коих было великое множество.

Поэтому схема ударов немного сменилась, стала более совершенной, более проработанной и болезненной для противника. И каждый новый полёт дронов увенчался для врага потерями. Потерями как в живой силе, как в технике, так и в инфраструктуре. И чем больше дронов отправлялось, тем быстрее вода впоследствии убывала.

— Вот теперь точно на сорок седьмой день воды будет столько, что аж до рва вокруг главной базы сможем спокойно доехать, — улыбался Яррив, смотря на расчётные результаты. — Но прекращать нельзя. Вынесли только половину. Вообще… поразительно, сколько всего они смогли настроить за столь короткий срок.

— Вряд ли короткий, — стоял рядом Андреас, также изучая все данные, иногда зевая так сильно, что даже челюсть щёлкала в прямом смысле этого слова. — Судя по тому, что я тут вижу, строения капитальные, идёт выработка ресурсов, развёрнуто нормальное производство. Может, уже годик тут, по нашим меркам. А то и все два. А тут появились какие-то человеки, которые решили свои правила установить. Они, по сути, этот мир в свой начали превращать, а тут мы.

— Вообще удивительно, что мы относительно недалеко рухнули от их базы и при этом остались живы, — хмурился Яррив. — Кстати, не удивлюсь, что именно они создали поле из космического мусора вокруг планеты, понимая, что может их ждать. Хотя… звучит весьма дико. Но не стоит отрицать этот факт. Я бы не стал, по крайней мере.

— И не стоит, — самодовольно хмыкнул Андреас. — Мы из говна и палок сделали нормальные боевые машины, некоторые моменты кустарно, правда, но всё равно. Мир абсурден до невозможности. Что мы ни делаем… всё можно так высмеять на самом деле. Но мы же делаем. Вот и они, видимо, попытались прибегнуть к такому способу защиты. И ведь помогло. Сколько наших погибло из-за космического мусора на орбите планеты, вокруг которой в принципе его не может быть так много? Нет. Враг умён. Он просто не ожидал, что мы выживем и сможем давать такой отпор.

— А ещё не ожидал, что мы будем его терроризировать, находясь на их территории, — улыбнулся Одиннадцатый. — Кто там, кстати, сейчас осуществляет очередной пуск? Джон?

— Судя по тому, что вижу, уже последний дрон отправил в полёт, — кивнул программист. — Кстати. Знаешь, что подумал… мы уже почти подъехали к территории четвёртой линии обороны… могут быть засады, которые даже мы не заметим с помощью нашего оборудования. Нужно быть готовым.

Новый полёт дронов, новые результаты практически через час, снова корректировка скорости убыли воды. Снова радостная информация. Но и враг не останавливался. Разведывательные беспилотные летательные аппараты постоянно фиксировали появление новых кустарных, наспех сооружённых дамб. По ним тут же наносился удар, хватало и одного дрона. Но скорость их появления впечатляла. И это говорило о том, что враг просто так сдаваться не собирается, что он будет бодаться до самого конца.

Ближе к вечеру сорок второго дня настал тот момент, когда нужно было запускать тройку дронов против базы врага. Когда все три птицы оказались в воздухе, они сразу разлетелись в разные стороны, потом на расстоянии в десяток километров друг от друга полетели в сторону космодрома противника. Результаты прилётов там оценить было невозможно, но точное местоположение некоторых элементов инфраструктуры было известно. Вот на них и целились, пытались целиться и по пещере, в которой предположительно находился космический корабль. И даже если присутствовал лишь мизерный шанс на успех, то люди за него пытались зацепиться. Ибо даже сотая доля процента — не ноль. А всеми вероятностями, что выше нуля в безвыходной ситуации, стоит пользоваться.

Ночью с сорок второго на сорок третий день произошло именно то, чего опасался Андреас. Группа из трёх машин нарвалась на патруль, который вообще никак не отображался на датчиках. Он был уничтожен, с нормальных камер и камер с режимом ночного видения их было видно, но даже так их появление не предвещало ничего хорошего. Поэтому машинам, когда враг был уничтожен, пришлось остановиться, а материалы противника забрать для анализа. И его результаты могли подсказать, как именно бороться с этой новой угрозой. И на утро сорок третьего дня ответ был получен.

— Материал практически не отражает радиосигналы, — докладывала Елизавета, когда все бойцы сидели и завтракали, принимая очередную порцию витаминов и таблеток. — При этом поглощает примерно восемьдесят процентов всего тепла, которое исходит изнутри. А вот тепло, полученное извне, начинает накапливать, нагревает, ибо теплоотдача крайне низкая, даже на внутренние слои.

— То есть можно тем же лазером подсветить, и точка будет какое-то время гореть? — уточнил на всякий случай Андреас. — Ну или инфракрасным пучком, если на то пошло. Максимально интенсивным.

— Это никак не поможет в выявлении таких групп противника, — хмурился Джон. — Если только по внешним признакам. Но, как показала практика, вот именно та группа, которая осталась там лежать… они маскироваться точно умеют. Учатся. Учатся, твари… кстати, а как они выглядят?

— Как большие кальмары, — недовольно говорила Лия. — Вот представь гуманоидоподобных кальмаров. Есть туловище, конечностей довольно много, но для устойчивости они используют всего четыре отростка. С их помощью и передвигаются. Большая часть отростков бесполезна, просто есть. В качестве рук ещё три-пять отростков. Там у кого как развилось. А их башка… она просто огромная. Одному снесло половину. Так там всё пространство занимал мозг. Или что-то на него похожее. В общем… странный выверт эволюции.

— Для них мы тоже выглядим как минимум странно, — хмыкнула Анна. — Какие-то прямоходящие макаки, которых на их родной планете может и не быть. А могут и быть. Кто знает…

— Именно поэтому они всех тут истребили⁈ — возмущённо и грозно уточнил Рен, смотря на «красную». — Ладно. Я уже практически закончил с модификацией третьей машины. Вторая завершена. Останется первая. Поэтому… пошёл работать.

— Но ты не доел свою порцию, — виновато проговорила Анна, смотря в след уходящему инженеру. — Надеюсь, это не я виновата.

— Это всё последствия смерти его жены, — положила руку на плечо подруги Лия. — А вообще… нужно готовиться. Я тут небольшую модификацию своей винтовки сделала по советам Елизаветы. Дальность увеличилась, как и кучность. Так что, вот вам всем схемы… работайте. Нужно всё остальное тоже модернизировать.

— Так износ повышается сильно… — непонимающим голосом резюмировала Анна. — Или я чего-то не знаю?

— А оружие нас переживет? — с искренней грустью уточнила разведчица, после чего выпрыгнула из второй машины и направилась в первую, где были запасы боеприпасов и свободные стволы.

Остаток дня ничем новым не увенчался. Ещё один раз нарвались на группу противника, которая тоже не ожидала появления рядом с ней кого-то, уничтожили, подкорректировали маршрут, поехали дальше. Ещё несколько раз поднимались в воздух дроны-камикадзе.

После уничтожения двух групп запасы материалов были пополнены, Борис этому радовался больше всего из-за того, что переживал, что запасов просто не хватит. После же уничтожения противника и распила его техники на части он был уверен, что хватит.

В какой-то момент приоритет целей начал меняться. Большая часть плотин противника оказалась уничтожена или повреждена в достаточной степени. Из-за этого дроны стали отправляться в разные, случайно выбранные точки, где находились оборонительные позиции или места дислокации противника. И далеко не всегда достигался хоть какой-то эффект. Враг учился буквально на глазах, начал применять и мелкокалиберное вооружение. И это беспокоило больше всего.

— Пулемёты, — высунувшись наружу, находясь недалеко от одной из атакуемых позиций врага, резюмировал Джон. — По нашим меркам, калибр крупный, ствол скажет «пока-пока» примерно после сотни выстрелов, учитывая то, что они пока ничего не понимают в их производстве. Но уже не есть хорошо. Что там по кучности?

— Нет её, если кратко говорить, — напряжённо ответила разведчица. — Довольно сильный разброс. Но из-за того, что у них по три-четыре ствола стоит теперь на каждой важной позиции, этой кучности хватает, чтобы положить пятерку дронов. С десяткой, причём одновременно заходящей со всех сторон… они уже не справляются. И, видимо, придётся поступать так дальше. Николай, что скажешь?

— Пришёл ровно к такому же выводу, когда получил материалы, обработанные Елизаветой, — моментально ответил этот ИскИн. — Но в данный момент у нас уже больше ста дронов накопилось. Их нужно куда-то тратить, так как пределы хранения будут достигнуты весьма быстро. Борис находит всё больше новых способов ускорять производство.

— Производственный маньяк, — хмыкнул Андреас.

— Но-но! — возмутился тут же тот. — Мою священную коровку не трогать! Это я могу её доить! И вообще, вам же только лучше, что я стал десять с половиной дронов в час изготавливать! Кстати, я тут понял, что у нас опять проблемы со взрывчаткой… впритык запасов… впритык…

— Если хватает, то не будем останавливаться для сбора, — тут же проговорил Одиннадцатый. — У нас просто на это нет времени. Мы слишком близко к врагу, и любая остановка смерти подобна. И всё же… удивительно, что мы все умудрились достигнуть таких результатов. Малая группа людей просто берёт и нарушает все правила ведения войны…

— Не зря говорят, что и один в поле воин, — хмыкнула довольно Анна, смотря исподлобья на запись с дрона-разведчика. — Ладно, пойду готовить. А потом своё оружие доделывать. А то оно у меня сейчас… как там говорится… не БэГэ…

— Чего⁈ — нахмурился Андреас.

— Не боеготово, — усмехнулся командир. — Редкая фраза, которая распространена в основном в клане Ред, да и то только среди дежурных различных сил. Пошло откуда-то из времен ещё до Импакта. Вот только откуда именно, никто толком и не скажет. Но в любом случае… работаем.

К началу сорок четвёртого дня Николай полностью научился противостоять новым технологиям врага. На подлете теперь уничтожалось минимум дронов, большая часть достигала целей. Это должно было вынудить противника начать концентрировать как можно больше сил на передовых позициях, ослабляя более глубокие.

Казалось бы, какой смысл стягивать противника к тем местам, где обитаешь сам? Но смысл был. Ибо чем больше врага положить тут, тем меньше его останется потом. Николай стремился свести будущие потери среди людей к минимуму, повышая шанс проникновения группы и выполнения задания. Весь сорок четвёртый день наносились удары преимущественно по относительно близкой территории, чтобы постоянно и в кратчайшие сроки получать информацию об ударах.

И результаты радовали. Противник действительно старался укрепить свою оборону. И что радовало всех, как живых, так и виртуальных людей, — враг не мог атаковать сам. Он просто не знал, куда именно. Старался выяснить, но стоило дрону противника оказаться в зоне действия датчиков, как тут же по ним наносился удар истребителями. Примерная область в несколько сотен квадратных километров врагам могла быть известна, но точная точка — нет. И этого хватало на данный момент. А когда придёт время… будет поздно искать. Группа пойдёт на прорыв.

Так, к концу сорок четвёртого дня группа незаметно преодолела четвёртую линию обороны и стала приближаться к третьей, там, где уже гарантированно придётся принять бой. Бойцы были снаряжены, даже Джон на всякий случай находился в своей броне, только ему приходилось сидеть возле самого выхода. Но группа не приближалась близко, пока курсировала, ждала, когда уйдёт вода целиком. И продолжала наносить чувствительные удары по территории врага.

Но не всё шло радостно и радужно, далеко не всё.

— Замечена большая бронегруппа противника, — неожиданно для всех практически в ночи раздался голос Андрея. — Двигаются к нам достаточно широким фронтов. Шанс того, что они проедут мимо нас, будет минимальным. Насчитывается от пятидесяти до семидесяти различных машин противника.

— Чёрт, а в самом начале мы считали, что у них тут находится малая группа всего лишь, — грустно усмехнулся Джон. — Даже как-то странно, что у них тут всего один космический корабль. Как думаете, почему?

— Да какая разница почему? — возмущённо ответил вопросом на вопрос Андреас. — На хрен им тут на земле космические корабли? Для прикрытия оставили один кораблик, думали, хватит. Явно не думали, что какие-то придурки на них нападут, думали, справятся с нашими колониальными корабликами. Но вон оно как пошло. Что делаем? Принимаем бой или немного отступаем?

— У нас в запасе больше ста дронов, — усмехнулся Яррив. — Думаю, что потратить их для сокращения численности ударного кулака противника… будет верным решением.

— Кстати, заметили, что они не копируют нашу технологию с ударными беспилотниками? — подметила разведчица. — Или они хотят устроить нам сюрприз?

— Заметили, напрягает, могут устроить сюрприз, — резюмировал командир. — Так. Давай в третью машину, Лия, будешь сейчас первые ударные выбрасывать.

— Блин, одно и то же день изо дня, — начала возмущаться разведчица.

— Тебе разнообразие подавай? — посмотрел на неё с наигранным удивлением Джон. — Нет, если ты, конечно, хочешь, можем устроить тебе прямое боестолкновение, если так надоело сидеть в относительной безопасности, — а потом его тон резко изменился, взгляд стал более строгим. — Ага, вижу. Не хочешь. Так и не жалуйся на то, что тебе не приходится гнуть спину под пулями врага, что сидишь в хорошей машине.

— Ладно-ладно, не бурчи, — перешагнула она через его вытянутые ноги и выскочила через на миг открывшуюся заднюю дверь бронетранспортёра.

Буквально через пять минут первые дроны поднялись в воздух, а когда их общее число в полёте достигло десяти, они полетели в сторону правого фланга огромного строя машин. Отвлекающий маневр, который мог сработать. Но для убедительности и вторая десятка полетела в том же направлении. И через тридцать минут первые удары смели всего три машины врага. Следующий же налёт собрал большую жатву — пять больших и две маленькие.

— Смещаются, — улыбнулся Яррив. — Вообще не знают ничего о таком понятии, как военная хитрость.

— Или думают, что мы хитрить не будем, увидев такой большой строй, — хмыкнул Джон. — Ведь они поняли, куда мы едем, поняли, где нас надо перехватывать. Вот и думают, что мы попытаемся прорваться. Да, они смещаются, вот только далеко не все и не везде. Придётся разворачиваться и ехать в обратном направлении.

— Нестрашно, на это и был расчёт, — замолчал на пару мгновений Одиннадцатый. — Продолжаем работать по правому флангу. Больше вынесем, меньше работы потом. Но перестрелка точно будет… ненавижу кальмаров.

Интерлюдия 3

Корабль

— Что у них там сейчас происходит? — сидел в кресле командира старший помощник, наблюдая за всеми подчинёнными. — Что там на планете? Какое наступление у них началось? Нам ещё сутки минимум лететь!

— Командир, — обращалась уже привычно так к новому старшему офицеру корабля Аврора, добавив немного чувства вины в голос. — Данные сканеров их лечебно-поддерживающего модуля показали, что каждый из них начнёт активно терять дееспособность в ближайшие трое суток. При этом было уточнение, что не после трёх суток, а в течение этих трёх суток. И чем дольше они тянут, тем выше шанс, что просто слягут. Замертво. Держатся на ногах, откровенно говоря, только за счёт очень сильных обезболивающих.

— То есть решили окончательно ввести в себя практически смертельные дозы обезболивающего и стимуляторов, после чего рвануть в бой? — уже более спокойно уточнил новый командир. — Прям как Николаич… твою ж дивизию… мы чем-то им помочь можем?

— Они просили дождаться хоть каких-то вменяемых результатов, — уже более уверенным и официальным голосом докладывал ИскИн. — Даже если у них не получится уничтожить космический корабль, то они постараются как можно сильнее его повредить либо то место, где он находится. Чтобы у нас была возможность безопасно приземлиться. При этом они показали относительно безопасные точки приземления.

— Всё-таки получили результаты сканирования с нашего корабля, — улыбнулся один из разведчиков. — А я уж переживал, что зря мы планету детально просканировали, пытаясь понять её местность.

— Без санкции на это? — нахмурился командир. — Инициатива… ладно, ты её проявил, разумную причём. Хвалю. Но лучше лишнюю энергию не тратить. Хоть у нас её немного с запасом. Кстати, что с вооруженными силами? Завтра они должны быть готовыми к бою сразу после бала.

— Пробуждено двадцать процентов личного состава, примерно пятнадцать тысяч человек, — продолжала докладывать корабельная помощница. — У многих незначительные отклонения из-за сбоев в системах обеспечения их капсул. Но ничего критичного, что не смогли бы в ближнесрочной перспективе поправить врачи. Остальные специалисты для развёртывания колонии будут пробуждены уже после того, как поднимется последний военнослужащий Земли.

— Добро, — вздохнул новый командир корабля. — Так… показывайте точки, куда приземляться.

Перед глазами всей команды на центральном голографе развернулась весьма внушительная проекция Терры. На самом деле это был не полноценный голограф, а его прототип, который использовался для развлечения на Земле. Дым и лазерные лучи. Но точность была настолько высока, при этом в присутствии оптических считывателей, что всё казалось реальной голограммой. И всё реагировало на движения рук.

Тут же были выделены три точки на карте и показана траектория приземления к ним. Рядом с каждой из них показывались особенности грунта. Рядом с каждой из них показывалось расстояние до противника. И именно последний параметр определял относительную опасность. Чем ближе враг, тем больше вероятность того, что он ударит и уничтожит колонию. Но тут было о чём подумать.

Во-первых, на планете было два континента. Один — суперконтинент, на котором и развернулись основные боевые действия между Семерыми и внеземными представителями другой цивилизации, второй — мелкий, если сравнивать с Землей, похож на раздробленную на части Австралию, если бы она была единой. Там была только одна точка, куда мог приземлиться корабль. Но присутствуют ли ресурсы — это только предстоит узнать. Удалось получить с такого расстояния в сотни тысяч километров.

Во-вторых, враг точно не будет ждать. Если приземлиться на другом континенте, то на некоторое время человечество обезопасит себя. Но сможет ли победить? Данные от тех же Семерых по этому поводу были однозначны. Если враг создаст очередной инкубатор, то он получит через некоторое время численное преимущество. Но сколько это может быть времени? Год? Два? Три? Чем дольше человечество будет ждать, тем меньше шансов на то, что они смогут отбиться. Ибо противника будет всё больше и больше.

Именно поэтому новый командир отметал версию с приземлением на другом континенте. Ему больше нравилась самая опасная точка, к которой сейчас корабль и стремился. Практически возле передовых территорий противника. На сотню километров южнее точки приземления капсулы Одиннадцатого. Именно там, где враг, сто процентов, будет рядом, откуда можно будет начать победоносное наступление на север, уничтожая противника одного за другим.

И у колониальных войск, которых будет всего около девяноста тысяч человек, будет огромное преимущество. Знания. Технологии. Множественные военные особенности землян. Танки, вертолёты, дальнобойные орудия, различные ракеты — как баллистические, так и стратегические. С корабля их запустить нет возможности, но вот пусковые установки в корабле для них присутствовали. И если понадобится, несколько сотен килотонн всегда готовы уничтожить базу врага.

Поэтому и самая ближняя точка нравилась ему больше. Но при этом практически весь экипаж проголосовал за точку на противоположном окончании континента. На южном, практически около самого полюса, рядом с вечной мерзлотой. Именно там было бы достаточно безопасно развернуть базу, именно там человечество могло бы подготовиться к нанесению удара. Если бы начало готовиться с приземления.

— Нет, всё же третья точка, — озвучил своё решение командир. — Не зря же мы сейчас пробуждаем военнослужащих и повышаем расход энергии. Нет… когда корабль прикоснётся к планете, мы уже должны быть готовы вступить в бой. Внешняя обшивка сдержит выстрелы с их танков. А если Семеро не уничтожат или не повредят в достаточной степени корабль… то нам ничто не поможет.

— А им кто поможет? — уточнил только что назначенный старший помощник.

— Им… никто. Только они сами. Увы… но такова реальность. Мы можем их только запомнить… и чтить их память. Как и память Алексея Николаевича Бортникова, прошлого командира корабля, который до самой смерти старался руководить всеми нами, принимать самые тяжёлые решения. Сейчас не время… но, когда оно придёт, мы поднимем бокалы в их честь, а на нашей планете будет официальный праздник.

— Странно будет его назначать в день колонизации, — нахмурилась Аврора.

— А кто сказал, что день колонизации будет тогда, когда мы приземлимся? — усмехнулся командир. — Нет. Официальный День колонизации, если у нас всё получится, — это будет день закладки первого камня под фундамент. А это… первая упавшая на планету капсула с живым в ней человеком. Живым и готовым к действиям.

— Пятнадцатое ноль пятое? — уточнил один из оперативников.

— Именно, — кивнул командир. — А теперь добавь к этому пятьдесят дней. Вот тогда будет праздник в их честь. В нашей колонии. День Семерых…

— Рано ещё их хоронить, — тут же проговорил старпом. — Они могут выжить. Как-то же выживали до этого. Дайте им шанс.

— Даю, — улыбнулся старший. — Но кто мешает устроить в их честь праздник, даже если они будут живы? Так что… мы можем только наблюдать. И надеяться. Что у них всё выйдет. Ибо мы до сих пор буквально висим на волоске от гибели.

Глава 23

Сутки 49

— Опорный пункт противника по фронту, расстояние — десять километров, готовятся к активной обороне, какие приказания? — уточнял Николай у Яррива, который сейчас смотрел на всё вокруг, оценивая возможности и предложенные ИскИнами варианты.

— Десять дронов на левый фланг, веером атаковать каждое укрепление, — тут же начал выдавать он видимый ему лучший вариант. — Пятнадцать — на правый фланг. При этом разница во времени. Нужно создать эффект, что мы пытаемся сменить решение, машинами имитировать маневры в нужных направлениях. После этого нанести удар тридцатью дронами по фронту, уничтожив опорный пункт противника, снеся его под ноль.

— Приказ принял, дроны в воздухе… цели разосланы… распределение по времени назначено… начинаю налёт, — довольно быстро говорил ИскИн, но всё же выдерживая паузы между операциями, чтобы не выглядело слитно и люди, находящиеся под действием довольно мощных лекарств, всё понимали.

Тут же первый десяток дронов отлетел от основной кучи и направился в сторону опорника на левом фланге. Пока вышло короткое затишье, Яррив решил глянуть на то, что вообще происходило в последние дни, оценить, насколько хорошо они подготовились и подготовились ли вообще.

На сорок пятые сутки были в основном маневренные действия с наращиванием сил, пару раз даже приходилось десантироваться, отражая нападение замаскированных групп противника. Но ничего серьёзного не происходило, только атаки по объектам инфраструктуры противника, а также условный космодром.

Сорок шестые сутки ознаменовались началом атак на опорные пункты противника четвёртой линии обороны, уничтожением станций и вышек, с целью ослепить врага. Помогло, патрули стали реже уходить от баз, всё чаще проявляли себя на расстоянии, не теряясь на местности. Это радовало всех, а также давало понять, что на земле, насколько бы враг ни подготовился, «кальмарам» будет тяжело.

Потом сорок седьмые сутки, первый налёт на крупный узел обороны. Обнаружилась нехватка некоторых деталей, в частности требовалась «особая» оптика противника. Да и база была выбрана не случайно, несколько дней до этого Николай старался выследить, откуда именно совершаются запуски беспилотников противника. И выяснил, из-за чего пришлось совершать достаточно длинный и продолжительный марш. Но оно того стоило, ибо под конец суток наземная группа человечества запустила в небеса ещё десяток разведывательных дронов, способных отслеживать вообще всё, что только потребуется.

Прошлые сутки ознаменовались не только прорывом через четвёртую линию обороны, но и более основательной подготовкой. Дроны строились весь день, только раз в несколько часов от пяти до десяти камикадзе отправлялись в сторону главной базы. Враг часть сбивал, но один-два обязательно прорывались и взрывались где-то уже внутри пещеры. Один раз датчики даже зафиксировали небольшой обвал, но с ним враг смог разобраться достаточно быстро.

И вот наступили сорок девятые сутки. С космического корабля пришла информация о том, что сменилось командование из-за преждевременной кончины старого капитана корабля, что новый командир не обладает всей шириной полномочий старого, хоть и является прямым преемником. Только Земля могла наделить его всей властью, а сигнал с колыбели человечества пока не пришёл, там принималось решение. Поэтому Яррив под начало дня и принял решение, что тянуть больше нельзя. Только атака. Ибо то, что сообщила Анна… ему вообще не нравилось.

— По результатам обследований, — зашла к нему практически с самого утра врач с серьёзным лицом и скрещенными под грудью руками. — У всех началось развитие огромного количества опухолей внутри организма. Причём скорость роста… неестественная. Андреас сегодня во время обследования из-за боли потерял сознание. Лию вывернуло кровью. У тебя вообще самопроизвольно открываются раны на теле, словно кожа лопается. Мы больше не можем тянуть. Самый позитивный сценарий… три дня. Не больше. Дальше только могила.

— Тогда идём на смерть, — практически без эмоций проговорил командир, перевязывая очередной кровоподтек. — Распредели лекарства так, чтобы мы смогли продержаться хотя бы сутки. Причём можно так, что по окончании их действия… у нас остановится сердце. Уж лучше умереть так, чем от боли. Или в бою. Это будет просто идеальный вариант.

— А остальные согласны с таким выводом? — уточнила она.

— Ещё вчера спрашивал, — кивнул Одиннадцатый. — Все уже начинают буквально мучиться из-за боли. Никто не хочет страдать. Сегодня даже никто не смог уснуть без твоего снотворного. Так что… да. Они согласны. Раздавай, у тебя час на это. А мы пока с помощниками проработаем план.

И план был проработан, который уже начал реализовываться. На левом фланге тут же начали раздаваться взрывы, все три бронетранспортёра развернулись и поехали в том направлении. Не успели они преодолеть и километра, как тут же противник начал укреплять левый фланг, усиливать его воздушную оборону, оголяя правый. План реализовывался, на самых банальных приёмах враг подлавливался как ребёнок. Поэтому, когда оставалось шесть километров до позиций, начал обстреливаться правый фланг, и на этот раз не только дроны участвовали в уничтожении оборонительных рубежей, но и АГС на транспорте.

Череда взрывов, уничтожение почти всего, что там было, с центра противник перебросил силы… и потом по самому оголённому участку, когда оставалось километра два, начало работать вообще всё, что только могло. Дроны, как штурмовые, так и камикадзе, различные миномётные системы, гранатомётные, просто пулемёты для подавления пехоты противника. Всё, что только могло применяться, применялось. И не зря. Буквально пятнадцать минут, и группа из трёх машин проезжала буквально по пепелищу. И если там кто-то оставался в живых, то особого интереса не представлял. Его можно было оставить сзади.

Когда линия обороны оказалась преодолена, Лия сбросила несколько снарядов, особо мощных, которые бы не смогли нести дроны. И стоило группе отдалиться на несколько километров, а противнику начать скапливать силы для удара в тыл, как эти снаряды были подорваны. И это было гарантом безопасности для людей. Ибо в мире, где начало стрелять оружие, прав тот, за кем сила. Так было, так есть и так будет всегда.

— Когда волки вышли на охоту, только острота клыков и когтей решит, кто прав, а кто нет… — бормотала себе под нос в тот момент девушка, смотря на два достаточно высоких «гриба» после взрывов.

— Сколько там в тротиловом? — решил уточнить Джон, так же через свою систему просматривая эти кадры. — Кило пятьсот? — Девушка кивнула. — Что ты туда намешала, безумная?

— Секрет фирмы, — усмехнулась она. — Тут даже ИскИны не смогли выпытать из меня этой информации. Если бы клан Блу захотел, эта технология давно бы стала общественно известной. Но чем-то нам нужно удивлять всё человечество.

Третья линия обороны оказалась прорвана. Не сказать чтобы прям очень легко, но каждый боец был удивлён, что усилий было приложено самый минимум в рамках выделенных. И это было поразительно. Конечно, если считать практически несколько тонн в тротиловом достаточно большой экономией. Но не в этом суть, а в том, что оперативного простора для маневра больше нет и не будет. Впереди подболоченная местность, с которой схлынуло достаточно много воды, но почва не успела просохнуть.

— Перевести транспортные средства на полный привод, — приказал командир. — Путь держать по вершинам холмов. Скорость не более десяти километров в час. Постоянный контроль флангов и подземного пространства. Эти уроды могут напасть буквально из-под земли… там ещё может быть вода… генераторы никто не отменял с их стороны.

Скорость снизилась, а отдельные группы противника стали появляться всё чаще. Гора, одинокая, с множеством видимых входов, уже виднелась на горизонте. До горы, с учётом того, что группа была на относительном пригорке, было примерно километров двадцать. Её основания не было видно, но всё же верхушка уже показалась. Да и разведывательные дроны давно всё обследовали вокруг.

Редкий стрёкот пулемётов всё чаще перерастал в громовой бой. Враг не сдавался, наседал. И чем ближе группа приближалась к довольно мощной второй линии обороны, тем чаще приводились в действия тяжёлые огневые системы на машинах. Врага нужно было уничтожать на подступах, прежде чем он сможет нанести чувствительный удар по энергетическим щитам.

— Вижу бетонные сооружения, — докладывал Николай. — Дальность — пять километров. Предназначение — оборонительное. Имеющееся вооружение — крупнокалиберные орудия с редким насыщением мелкого противовоздушного калибра. Рекомендация — массированный налёт пятидесяти и больше дронов с последующей атакой на броне и возможной высадкой десанта для закрепления успеха. За линией обороны на расстоянии трёх километров — пятисотметровый в ширину ров, полностью заполненный водой. Необходимо нарастить воздушную группировку прежде, чем начнётся преодоление этого рубежа. Возможно, потребуется оставить для прикрытия одну машину и двух человек.

— Последнее вообще не радует… — нахмурился командир. — Но сразу уточню… кто готов? Кто станет добровольцем?

— Я, — встала на ноги Анна. — Всё равно от меня при штурме особо большого толка не будет. Я вообще не совсем боец, а всё же врач… ну а нам сегодня всем на ранения плевать… только самые тяжёлые, смертельные выведут нас из строя.

— Тогда и я, — хмыкнул Джон. — От моего тяжёлого пулемёта в прикрытии явно будет больше толка, чем при наступлении в условиях… плотной застройки, назовём это так. Я неповоротливый, не смогу вам помочь. Буду обузой.

— Решено, — вздохнул с облегчением командир. — Тогда вы остаётесь на второй линии обороны. И это приказ. Будете прикрывать нас с расстояния. Прямо сейчас перемещайтесь в третью машину. Дроны полностью лягут на ваши плечи. Борис даже сейчас продолжает их штамповать, всё больше и больше упрощая. Дальность нам большая не нужна… главное — ударить…

Тут же два бойца один за другим покинули машину, дождались на одном месте третью и залезли в неё. Смертники или нет — покажет время. Но что тут, в тылу, на второй линии обороны, что на первой — будет жарко. Это самое сердце территории противника в данный момент. И он будет сражаться за неё рьяно, что уже показывает. Ибо окно, когда бойцы смогли переговорить между собой спокойно, переместиться между машинами, оказалось буквально минутным. Противник ударил вновь.

— Ракеты! — крикнул Андреас. — Мать их за ногу! Они лупят по нам баллистикой! Благо, у нас есть меры противодействия. Но эти черти кассетные боеприпасы используют. Даже если мы уничтожаем их… по первой машине в основном прилетает.

— Заряд щитов? — обратился к ИскИнам командир.

— Первая машина — восемьдесят три процента, — начал моментально докладывать Андрей. — Вторая машина — восемьдесят девять процентов. Третья машина — девяносто три процента. Укладываемся в расчётные значения. Но последний удар снял первой машине сразу три процента энергетического щита. Из-за того, что генератор может работать только при отсутствии внешнего воздействия, в данный момент подзарядка невозможна.

— Откуда был произведён пуск? — уточнил командир.

Тут же перед его глазами открылась панорама базы сразу с нескольких проекций. Был показан момент пуска, была показана форма зданий. Всё было чётко раскрыто и размечено. Тут же «камера» отдалилась, а Николай начал показывать и другие пусковые установки, откуда может прилететь.

— Ударить по ним, постараться повредить механизмы люков. Надолго не хватит… но в условиях постоянного прессинга с нашей стороны починить они точно не смогут, — приказал Яррив.

Приказано — сделано. Буквально через несколько минут по первым пусковым установкам шахтного базирования были нанесены удары. Механизмы откидывания люков оказались уничтожены не у всех, но этого хватило, чтобы обезопасить группу хоть на какое-то время, ибо противнику всё равно потребуется понять, что именно произошло.

— В небе осталось двести тридцать дронов, — моментальный доклад от Николая. — Цели на второй линии обороны выявлены, каждой боевой единице задача поставлена. Прошу разрешения на начало нанесения ударов.

— Такой же трюк провернуть, как на третьей линии, не получится? — уточнил на всякий случай Андреас. — Мало ли, может, получится заставить их побегать из стороны в сторону.

— Возможно только подавление с помощью АГС, но распыляться первое время не будет возможности, — моментально предоставил ответ ИскИн. — Рекомендуется нанести точечный удар в точку прорыва, после чего, уже находясь на вражеской позиции, наносить удары во фланги, обеспечивая начало штурма ударной группы.

— Добро, если нет других вариантов, — хмуро проговорил Яррив, согнувшись от резкой боли в животе. — Чёрт… думал, лекарства заглушат боль… полностью… ощущение такое, словно кишки разрывает на части.

— Если говорить кратко, то так оно и есть на самом деле, — подытожила результаты поверхностного сканирования с помощью чипа колониста Элеонора. — Множественные метастазы начинают сильно надрывать твои внутренние органы. Начинаются кровоизлияния. Жить осталось… не больше трех десятков часов.

— Шикарно, мать его за ногу… — прорычал командир, после чего вколол себе еще одну дозу обезболивающего.

Машины начали набирать ход. Оборонительная линия находилась на небольшой возвышенности, из-за чего почва была достаточно плотной, колёёса не проваливались. В этот же момент прямо по фронту, шириной метров пятьсот всего, начали лупить дроны. Раз в несколько секунд где-то фиксировался прилёт. Каждый раз где-то что-то разлеталось в щепки и мелкую крошку. Враг не мог ничего с этим поделать, его военные технологии оказались более скудными, нежели у человечества.

Через какое-то время к плановому налёту присоединились и миномётные системы. Мины и снаряды стали приземляться на противника, падая с небес. Не так точно, как дроны-камикадзе, но достаточно, чтобы уничтожать живую силу противника. Вот только враг и не думал сдаваться. Раз за разом, когда появлялась такая возможность, они обстреливали машины, сжигая драгоценные проценты заряда энергетических щитов. После одного из прилётов, который не удалось перехватить, прочность снизилась на целых пять процентов у второй машины.

— Твари вычислили, где именно мы сидим, — рычал Рен, сжимая кулаки. — Сколько метров осталось?

— Первая машина… достигла линии обороны, — улыбнулся командир. — Занимается зачисткой. Вторая машина… нам осталось около ста пятидесяти метров. Сейчас будет жарко. Пулемёты не могут достать всех, кто там в их траншеях и бетонных переходах. Придётся воевать так… по старинке. Эх, не записывался я в штурмовики… не записывался…

Практически без проблем, если не считать довольно плотного огня, вторая машина доехала до второй линии обороны. Из неё тут же выпрыгнули четверо пехотинцев, моментально открыв огонь по прижавшимся к «земле» противникам. Они не жалели никого. Просто уничтожали. Ибо если не люди их, то они людей.

Из-под действия купола было запрещено выходить. Враг это понимал, пытался выманить людей, но те не поддавались на провокации. Но желание было у каждого. Их цель — прикрытие машин снизу, пока те занимаются самой грязной работой на расстоянии, тратя драгоценный боеприпас.

Когда приехала третья машина, то все три бронетранспортёра смогли рассредоточиться так, чтобы под ними оставалось пространство для маневра. В центре находилась третья, по правому флангу — первая, слева, соответственно, вторая. И под ними, перемещаясь из стороны в сторону, носились бойцы, уничтожая из-под купола каждого. Но долго стоять не было возможности. Когда напор противника ослаб, все шестеро собрались под центральной машиной.

— По плану? — уточнил на всякий случай Джон, который хотел смахнуть пот со лба, но ему мешал шлем.

— По плану, — кивнул командир.

После чего группа обнялась. Они понимали, что будет дальше. И им это надо было. Лия и Анна не выдержали и разрыдались, но быстро смогли успокоиться. На войне нет места эмоциям. А они только начали выполнять свой последний победоносный рывок.

— С нами боги и все наши предки, — ударила себя в грудь Анна, провожая взглядом две уезжающие ко рву машины. — Как же нам повезло, что у нас арсенал в разы больше, чем у врага…

— Но расслабляться всё равно не стоит, — хмыкнул Джон. — Андрей, что там?

— Правый фланг, группа из пятидесяти бойцов. Приближаются под прикрытием мобильного щита, начинаю работу. Не успею. Приготовиться к обороне.

— Есть приготовиться к обороне, — хищно улыбнулся Джон. — Сегодня будет самая кровавая жатва за эти чёртовы пятьдесят дней! И ведь ещё не вечер! Аха-ха-ха-ха-ха!

Глава 24

Подавив множество огневых точек противника, первая и вторая машины двинулись в сторону брода. Это не означало, что они прекратили обстрел, это означало, что тянуть с переправой времени попросту не было. Враг постоянно подтягивал всё больше и больше сил, его напор только увеличивался. Рано или поздно они бы снесли группу людей, некогда Семерых.

Коснулись воды: у всех, кто был внутри машин, буквально замерло сердце. Это был первый раз, когда машины вообще преодолевали брод, первый раз, когда использовались водомёты в качестве двигателей. И Рен очень сильно переживал за то, чтобы ничто не дало сбой. Но, как только машины поплыли со скоростью пять-десять километров в час, он успокоился. Машины выдержат, проплывут и не утонут.

— Равновесие удерживается, машины на воде, не тонут, баллоны не теряют воздух, вода с достаточной скоростью прокачивается через системы нового двигателя, расход энергии… достаточный, в рамках ожидаемого, — быстро протараторила Элеонора, получая все эти данные от своих виртуальных товарищей.

И в то же время Андрей продолжал обстреливать всех противников, до кого только мог дотянуться, а Николай постоянно осуществлял налёты, уничтожая противников ровно перед двумя машинами, чтобы они без проблем выехали на берег и продолжили движение к одинокой горе.

Но никто не прекращал обстрелы, никто не прекращал давить на позицию третьей машины. Снаряды разрывались, от осколков падали ближайшие деревья, а земля клочьями вздымалась в небеса. Анна, которая машинально прижималась к полу третьей машины от каждого взрыва, нервничала, но продолжала выбрасывать один за другим в полёт дроны по мере их готовности. Джон продолжал крутиться под третьей машиной, превращая в фарш противников, которые осмеливались высунуться из своих нор.

— Ну, давайте, нейхаты сраные, я вас всех порешаю! Аха-ха-ха-ха-ха! — боль и безумие полностью перекрыли его мышление, он знал и видел только одну цель — защищать. И он с достоинством выполнял поставленную ему задачу. Ещё ни одна тварь не смогла подойти к энергетическому щиту третьего бронетранспортёра, ещё ни один самоубийца не подорвал снаряд рядом с ними. И чем больше он убивал, тем реже враг высовывался, ибо через руины, которые они сами и создавали, проходить было всё сложнее и сложнее.

— Сколько до берега⁈ — проорал он в рацию, ибо его чип начал сбоить. — А то в глазах двоится…

— Минута! — так же криком ответил ему программист. — Приближаемся… эти твари лупят не переставая… если бы мы не усилили энергетические щиты… оставили заводские настройки, скажем так… нас бы уже потопили…

— Колёса зацепились за берег! — радостно прокричал Рен, находящийся в первой машине. — Ускоряемся! Сейчас приступлю к зачистке берега! Ещё чуть-чуть, ещё немного… и поехали!

И тут же множество установленных в разных местах стволов начали лупить в разные стороны. Бронебойные, зажигательные, разрывные, композитные… все типы боеприпасов использовались против врага, который с самого начала решил убить людей. Рену не было жаль этих тварей. Они сами выбрали свою участь. Они сами выбрали путь войны.

— Твою мать! — проорал Андреас. — Пять пусков одновременно! Николай! Сделай с этим что-нибудь!

Ответа словами не последовало, но тут же свыше десятка самых разных дронов, которые оказались рядом с местами пусков, пошли на сближение. Шанс, что сработает, был минимальным, но штурмовики начали лупить своими маленькими ракетами, истребители выпускать короткие очереди из пулеметов, камикадзе шли на сближение. В итоге в воздух смогли подняться только две ракеты, а долететь только одна.

— Щит первой машины… пятьдесят процентов! — докладывала Элеонора. — Ещё пара таких прилётов, и всё накроется медным тазом! Вам срочно нужно пробиться в их застройку и начать воевать там. Шанс, что они ударят ракетами сами по себе, минимален!

— Вторая машина зацепилась колесами за берег! Ха-ха! — радостно прокричал Яррив, а потом зашёлся диким кашлем, итогом которого оказалось запачканное кровью пространство под шлемом. — Твою ж… как мне дерьмово.

— Держись, командир, — успокаивающим тоном старалась говорить Лия, голос которой выражал скорее тот факт, что она сама еле держится на ногах. — Ещё немного осталось. Совсем чуть-чуть…

Машины прорвались. Чудом, смекалкой, удачей, но им удалось переправиться на другой берег. Обстрелы шли с двух сторон. Без конца работали АГСки третьей машины, пулемёты и пусковые установки второй и первой. Бой завязался нешуточный, и никто не хотел отступать. У человечества было преимущество в гибкости, у противника — в численности. И каждый старался реализовать это на максимум.

— Орудия перезаряжены! — доложил Рен. — Готовы продолжить движение!

— Маршрут построен, — откликнулся Андрей. — Начало движения.

И вновь две машины поехали вперёд. До начала постройки оставалось порядка двух километров чистого поля, которые ещё как-то нужно было преодолеть. Все были готовы к тому, что будут мины, но никто не сделал минные тралы. Промах, который мог стоить жизни всем. Но огромное количество внешних датчиков и носовой пулемёт справлялись не хуже трала, засекая и уничтожая ловушки противника.

Бойцы внутри были готовы в любой момент выскочить и принять бой. Но враг больше не старался на открытой местности вступать в открытое противостояние, понял всю тщетность этого события. Вместо этого он старался атаковать с расстояния, артиллерией, крупнокалиберными орудиями. И каждый выстрел засекался, тут же начиналась контрбатарейная борьба. Либо люди отвечали с машин, делая несколько залпов из миномётов и гранатомётов, если доставали, либо на машину или орудие противника пикировал дрон, сбрасывая взрывчатку либо идя на таран самостоятельно.

Вся твердь ходила ходуном. Разрывы сотрясали её постоянно. На этой планете не было ни одного дня до этого, чтобы противостояние превратилось в настоящую баталию. Два мира столкнулись друг с другом. Два вида решали, кому достанется этот мир.

— Почему они свои машины практически не прикрывают щитами? — задумался Андреас, смотря на то, как часто взлетали в воздух куски транспорта из-за подрыва боеукладок, либо из-за них просто происходила объёмная детонация.

— Может, потому, что просто не смогли в таком количестве произвести? — уточнила Элеонора. — Тут от Бориса пришла информация, что эти чёртовы модули, хотя слово там было грубее, создать оказалось не самой лёгкой задачей. А учитывая, что это весьма трепетная техника, которая не особо дружит с водой, то ответ становится понятным. Им просто тяжело это производить.

Через двадцать минут первые постройки были достигнуты. И в этот момент наступило краткое затишье. Машины спрятались в руинах самых ближних зданий. Требовалась очередная перезарядка, требовалось выждать немного, чтобы хоть чуть-чуть восстановить щиты машин. Только со стороны другого берега временами раздавались взрывы, слышался отдалённый стрекот выстрелов.

— Вы там как? — связался по командному каналу с группой прикрытия командир.

— Держимся, — с натугой ответил Джон. — Тварей стало как-то меньше. Видимо, решили перегруппироваться… но время на передышки остаётся.

— Зато я дроны запускаю сразу, как они становятся готовы, — возмущённо отвечала Анна. — Раз за разом… этот безумный ИскИн стал использовать все свои производственные линии, чтобы создавать их. Двадцать штук за час! Двадцать штук!

— Радуйтесь, что у вас вообще запасы пополняются! — ворвался в голосовой канал Борис. — Но ресурсы подходят к концу. Окончательному. Машину перерабатывать я точно не буду. Так что… два часика, и всё. Алес. Третья машина должна отступить. Боеприпасов, кстати, тоже впритык для этого…

— Твою мать… — вздохнул командир. — Как-то слишком часто я это говорю. Так… боеприпасы экономить. Противник пока снизил свою активность, особенно после того, как потерял свыше тридцати единиц техники. Ждём, восстанавливаемся, готовимся. Вы тоже можете пока откатиться на более безопасный рубеж, если есть такой.

— Мы стоим на самом безопасном, если честно, — хмыкнул Джон. — Транспортёр со сторон прикрыт ДОТами, а я в траншее спрятался. Так что… терпимо. Осколками даже не особо из-за этого засыпает. Правда, машина поймала крен на правый борт, из-за того, что тут перекрытия под ней разрушились… но это мелочи. Андрей говорит, что сможем выехать.

Потом повисла тишина. Полтора часа относительного затишья. Лишь изредка кто-то откуда-то совершал выстрел, после чего в ответ прилетал дрон. Либо несколько дронов, если техника всё же была прикрыта энергетическим щитом. Враг стал осторожничать, поняв, как люди воюют. Им проще принять удар, чтобы выявить точку и уничтожить противника на позиции.

— Надо ехать, — уже с хрипотцой в голосе сказал Яррив, после чего машины вновь тронулись. Сначала выехали на открытое пространство, после чего продолжили движение вперёд.

И вновь начались перестрелки. Сначала с передовыми группами противника, которые прочёсывали район. Они оказались без техники, без прикрытия. Просто брошены на разведку. И оказались, естественно, уничтожены. Но их предназначение как раз в этом и заключалось. Стоило первой разведывательной группе пропасть, как тут же над машинами появились разведывательные дроны противника, тут же вновь начала работать артиллерия. И они особо не церемонились. Они просто старались вынести весь микрорайон, где находились люди. Просто били из всего.

— Жопа-а-а-а-а-а! — орал Андреас, когда его сбросило с койки из-за ударной волны, которая приподняла борт машины. — Чем они там по нам работают⁈ Трёхсотый калибр где-то⁈

— Триста пятидесятый, — отрапортовал Николай. — Дроны отлично залетают непосредственно в дуло этих орудий. Большой калибр им вообще на пользу не играет.

В какой-то момент все орудия на всех трёх машинах затихли. Этому удивились люди как на одном берегу, так и на другом. Но потом они разразились выстрелами разом, одновременно, синхронно. И сплошной вал начал сметать позицию за позицией врага, что в конечном итоге привело к очередному затишью. Очередному, но не последнему.

— Первая машина… щиты — пятнадцать процентов, — докладывал Андрей, а в его голосе слышались помехи. — Пилоту рекомендуется покинуть машину и во время затишья переместиться во вторую машину, запасов щитов у которой осталось шестьдесят один процент.

— Кажется, одна машинка не доедет до горы, — вздохнул Рен, провёл рукой по приборной панели, после чего выскочил из машины, кривясь от боли во всём теле.

Дождавшись второй машины, моментально запрыгнул в неё. Яррив помог забраться, затащил вовнутрь, похлопал по спине товарища и отправил того в отсек для пассажиров. А сам остался контролировать ситуацию с приборных панелей. Экранов не было, но они ему не требовались. Он и так всё видел перед своими глазами.

— Обстрел! — моментально доложил Андрей, когда вновь раздались выстрелы орудий противника.

И все снаряды начали ложиться невероятно точно по первой машине. На ней было больше орудий. Она была более опасной. Но именно этого и добивался Николай. Моментально машина набрала огромную скорость, относительно того, с какой ехала раньше. Подвеска не жалелась, колёса тоже. Она просто рванула вперёд, в сторону обнаруженного блокпоста противника.

Поворот. Машину занесло. Энергетический щит держался на последнем издыхании. Противник начал лупить по машине не только из стационарных орудий, но и из ручных. Колёса вновь закрутились с огромной скоростью, машина быстро набрала скорость и, не доехав каких-то полсотни метров, рванула так мощно, что сложилось несколько модульных зданий рядом. А блокпост перестал существовать в принципе.

— Помянем? — решил пошутить Андреас, но тут же на нём скрестилась пара недовольных взглядов. — Ладно-ладно… понял…

И снова короткое затишье. Враг научился маневрировать, научился избегать атак, понял, как можно пытаться противодействовать тактике людей. Но это ему не помогало в полной мере. Если выявлялась техника, то за ней продолжали следить до последнего: либо пока её не уничтожали, либо пока не уничтожали разведывательный беспилотник.

— Осталось пять сотен метров, — докладывала Элеонора. — Сорок процентов щита.

Пять сотен метров. И группа будет доставлена к горе, будет воевать внутри. Будет пробираться к космолёту противника. И вторая машина останется прикрывать их снаружи до тех пор, пока не будет уничтожена. Ибо её участь уже предрешена. Враг смог насытить свой укрепрайон таким количеством вооружения, что сложно было даже представить, откуда он его взял. Но это ему не помогало. Ибо их же технология стала врагом им.

— Три сотни метров, — затрясло машину от череды близких взрывов, из-за чего на миг Элеонора замолкла, чтобы сразу после обстрела доложить: — Двадцать семь процентов энергощита.

Пехота врага наступала со всех сторон. Командование противника хотело завалить мясом людей, остановить продвижение, но ничего не помогало. Одним лишь крупным калибром много не навоюешь, а приспосабливаться враг не умел. Ибо современная война далеко не только люди. Это технологии, которых должно быть много, они должны быть разнообразны. Но всё равно что-то да получалось у них.

— Приготовиться к десантированию! — заявила Элеонора. — Сто метров до точки высадки! Запас энергетического щита… двадцать два процента! И падает!

— Джон, Анна, — обратился к ним командир. — Приказ. Как только увидите взрыв либо получите подтверждение того, что миссия каким-то образом выполнена… отступайте. Кто-то должен доложить и рассказать историю о том, через что нам пришлось пройти.

— Джон уже не ответит, — вообще без чувств ответила Анна. — Остановилось сердце. Машину снизу никто не прикрывает… приходится самой…

— Тогда тем более отступай, как только закончишь с дронами, — тяжело дышал Яррив, а потом отключился от канала с Анной, переключившись на внутренний канал штурмовой группы. — Тридцать метров. Всем встать!

Сам же Яррив прошёл внутрь отсека, посмотрел в глаза каждому из присутствующих. Лие, которая несколько раз чуть не оказалась на грани гибели. Рену, который потерял свою супругу и был готов на всё, лишь бы отомстить за неё. Андреасу, который, в принципе, начал свой путь на этой планете с боли и страданий. Он смотрел в их глаза… и видел только решимость, холодную ярость и боль. Они были готовы.

— Этот день точно войдёт в историю, — усмехнулся командир.

— Прибыли! — отрапортовала Элеонора, после чего машина остановилась, и задние двери, так называемые десантные, раскрылись, позволяя выйти наружу бойцам.

Один за другим они выскочили наружу, тут же открыли огонь по тем, кто пытался продавить энергетический щит бронетранспортёра. Оружие стрекотало, тела противников падали пачками, словно скошенная трава. Врагу явно было плевать на потери. Если инопланетяне избавятся от людей, то смогут построить ещё инкубаторы, где вырастят новых солдат. Поэтому могли себе позволить такие потери. А вот человечество — нет.

— Проход! — крикнула Лия, найдя взглядом закрытые переборки.

Установив несколько пакетов взрывчатки, она отбежала от них и нажала на активатор. Ударная волна тут же оглушила бойцов, но они не потерялись. Как только появился проход, они тут же развернулись и рванули внутрь пещеры. И под самый конец, словно поддерживая, Николай направил сразу три камикадзе в пещеру наверху, что-то там уничтожая. Последние ли это были или ещё что-то оставалось — не так важно. Наружная миссия была выполнена. Теперь всё зависело только от пехотинцев. И в тыл им точно не ударят, ибо проход за собой они завалили.

— Удачи вам, — с болью в голосе, причём не наигранной, а вполне настоящей, обратилась к ним Элеонора. — Было приятно сражаться с вами, общаться с вами и просто проводить то время… которое вы мне дали. Я лишь копия… но я жила. Три процента… два… один… прощайте.

И очередной мощный взрыв заставил задрожать саму гору.

Погиб первый ИИ. Группа осталась практически одна.

Но они знали, на что шли.

— К бою, — с жестокостью приказал Одиннадцатый, вкалывая себе последнюю и самую мощную дозу смеси стимулятора с обезболивающим. — Не щадить никого! Пятидесятые сутки мы уже не увидим.

— Тридцать минут, — спокойно сказал Рен. — Через столько начнется откат.

— Тогда погнали, ребзя! Устроим им кровавую баню!

Глава 25

— Мы находимся на уровне ноль, — начал быстро вводить в курс дела Яррив, когда связь с базой данных пропала, а оставалась только связь между четверыми бойцами штурмовой группы. — Нам нужно подняться на высоту больше двухсот пятидесяти метров. Каждый уровень примерно по пять метров высотой. Итого, нам нужен пятидесятый уровень.

— Если я правильно понимаю, то тут вулкан, ибо горы просто так не могут стоять. Старый, древний, но судя по тепловым датчикам… просто дремлющий. Может, попробуем устроить фейерверк для противника? И не потребуется уничтожать космический корабль непосредственно…

— В любом случае тут все буквально залито бетоном, — выглянул из-за угла Андреас, после чего самый первый рванул в ранее просматриваемую сторону. — И это меня смущает… нахрена естественные пещеры заливать бетоном?

— Потому что тут своды говно, — высказался Рен. — Контакт!

Завязалась перестрелка. Рен, как самый бронированный из всех, а также обладатель модифицированной механической руки, шёл следом за Андреасом, но стоило появиться противнику, как он тут же встал спереди. Выставив свою новую руку, он активировал силовой щит. По его броне тут же побежали всполохи искр: технология была несовершенной и наносила вред самому её применяющему. Но она выполнила то, что от неё требовалось, — сдержала несколько попаданий, после чего люди положили группу противника.

— Палёным пахнет, — принюхался Андреас, фильтры которого пока были выключены. — Твою ж мать, Рен, это ты поджарился?

— Немного, — хмыкнул он, мотнув головой. — Всё равно сдохнем. Не от пуль противника, так от остановки сердца. Бежим!

Ещё несколько групп противника попалось по пути, но коридоры в основном были пусты. Враг, предполагая возможный исход, начал эвакуировать имущество с нижних ярусов, все следы об этом свидетельствовали. Но он не успел эвакуировать ключевой элемент — космический корабль, по которому сейчас, выполняя последний приказ Николая, в беспрерывном режиме лупили беспилотники. Эхо взрывов довольно часто распространялось по коридорам этого многоуровневого логова.

— Лифт, — после очередного поворота и уничтожения уже пятой группы противника из семи особей, подметил характерную шахту Андреас. — Так. Она, кажется… она в жерле! Бинго, мать вашу!

— Нам точно подняться не дадут по нему, — твёрдо произнесла Лия. — Предлагаю подорвать и уронить его вниз.

— А ещё добыть чертежи этого места… ну или попытаться их как-то отправить Борису или Елизавете… — затих на несколько мгновений, рукой показав разведчице, чтобы та начала заниматься минированием. — Анна, приём! Анна! Ты меня слышишь⁈

— Да, скорее всего, связь не пробивается через толстые стены… — подошёл к командиру программист, хотел было похлопать по плечу, но тут же услышал характерный треск и проблески слов, среди которых можно было отчётливо услышать «слышу» и добавка по поводу качества. — Да ну на хрен, радиопрозрачная гора? Настолько радиопрозрачная? Не верю.

— Не верь, — хмыкнул Рен. — Скорее всего, особенности этого места.

— Анна, я буду передавать данные с автоматического формирователя карты. Сохрани их и обязательно передай колонистам, когда они прибудут!

Ответа не последовало, связь оставляла желать лучшего, особенно в центре этой горы, но в любом случае напарница услышала, должна была услышать, так что командир был более-менее спокоен. Но тут же из состояния некой эйфории его выбила череда лёгких взрывов, которые заставили упасть огромную платформу вниз.

— Три… два… один… бам! — и следом звуки удара, которые ознаменовали падение платформы. — О, а он действительно спящий. Если туда уронить что-то особо… активное, то может и рвануть. Как думаете?

— У нас такого с собой нет, — сказал как отрезал Рен, после чего ударил плечом дверь. — А вот лестница тут есть. Высокая, мать её, лестница…

— Погнали! — тут же приказал Яррив. — Девятнадцать минут!

Новый рывок. Группа, пока у неё оставалось время, спешила как могла. На лестнице несколько раз противник пытался нападать, перерезать путь, но ничего ему не помогало, вообще. Люди шли напролом. Ранения. Травмы… им было плевать, они практически ничего не чувствовали. Просто бежали вперёд. Ярриву прострелили правую ногу, обожгли внешнюю сторону бедра. Лие ударило в грудную пластину, которая хоть и сдержала удар, но несколько рёбер оказались сломаны. Рен всё сильнее и сильнее сгорал, на большей части тела чип фиксировал ожог первой степени, а возле плечевого сустава уже второй. Андреасу везло больше всех, его только посекло осколками, добавилось несколько синяков и гематом, но не более.

Десятый уровень. Враг организовал на лестничной площадке блокпост. Огонь был максимально плотный. Противник, найдя оружие землян, решил использовать его против них и установил тяжёлый станковый пулемёт. Одно попадание — минус конечность. Никто не мог пробраться к тому месту, а терять время — гиблое дело.

— Ну, не вспоминайте плохим словом, ребзя, — усмехнулся Андреас, который отбросил в сторону свой автомат, стянул две гранаты с разгрузки, активировал их, выждал до последнего и рванул вперёд, крича при этом: — Сдохните-е-е-е, су-у-у-уки-и-и-и-и-и!

Лия машинально приложила руку к тому месту, где должен быть шлем. Противник не умел нормально обращаться с таким оружием, страшно мазал, но чем ближе подбирался программист, тем чаще по нему попадали. Броня сдержала первые выстрелы, но когда все пластины были уничтожены, из него начали вырывать куски мяса. И только сервоприводы и активированная подпрограмма для брони не давали остановиться уже трупу. Трупу человека, который забрал с собой свыше десятка монстров.

— Ублюдки… — сжал свободный кулак Яррив, после чего посмотрел на двух товарищей. — Идём дальше.

Десятый ярус был преодолён. За ним двенадцатый, четырнадцатый, шестнадцатый. Только к восемнадцатому уровню враг понял, что людей не удалось остановить, попытался отреагировать, но было поздно. Неподготовленные «бойцы» с чем попало в руках не могли остановить отряд, полный неистовства. И люди продолжали подниматься всё выше и выше. Двадцатый ярус. Двадцать третий, двадцать четвертый… взрыв.

— Твою мать! — свалился Рен, которому оторвало одну ногу. — Ублюдки! Они лупят по нам снизу! А-а-а-а! Жгут! Быстро! Я их задержу!

Лия тут же подскочила к бойцу, кинув сумку со взрывчаткой командиру, быстро нашла более-менее живой участок, где затянула так сильно, как только могла. Кровь целиком это не остановило, но теперь инженер не вырубится так быстро. Он кивнул в знак благодарности, а потом с криком ненависти сделал несколько выстрелов вниз, в очередную группу врага, которая уже поднималась с двадцать третьего на двадцать четвёртый уровень.

— Ну! — рыкнул он на пару. — Не стойте, хионги зимей! Не стойте! Идите! Мы почти достигли нужного уровня!

Похлопав его по плечу, Лия встала с колена и первой направилась вперёд. Сейчас она сменила свою винтовку на лёгкий пулемёт, с которым за время пребывания на планете научилась более-менее обращаться. Поэтому она штурмовала. Ей усилили броню, так как предполагалось, что она будет выполнять эту самую паскудную роль — рисковать своей жизнью. В последнюю очередь. Если не будет иных вариантов. И этот миг настал.

Она плакала. Не хотела умирать. Хотела жить. Ей было жаль своих товарищей. Ей было жаль, что она не увидит ничего более этой чёртовой базы врага. Она кричала. Боль разрывала ей душу, ей было страшно, и она пыталась подавить этот страх. Она не действовала по логике. Она действовала на инстинктах. Просто потому что могла, просто потому что умела. Враг — выстрел — труп. Враг — выстрел — труп. Группа врага — очередь — группа трупов. И так раз за разом.

По ней тоже попадали, ведь энергетического щита спереди не было. Её ранили ещё много раз. Прострелили голень, прострелили левое лёгкое. Но она бежала вперёд, захлёбываясь своей собственной кровью. Даже обезболивающее уже не помогало, боль была невыносимой. Но она терпела. Прикрывала того, кто был самым целым в отряде. Командира. Которого она успела полюбить. Сама не понимала почему, сама не понимала за что. Просто полюбила. И она приняла решение.

— Бехи! — не могла она уже нормально говорить, разворачиваясь на месте и буквально падая на колено, так как сил стоять уже не было. — Они… убили… бехи!

И Яррив рванул. Он сдерживался до последнего, но чувствовал, как мышцы на его лице сами меняют его выражения, как скорбь, ненависть и боль искажают его. И он не выдержал. Закричал. Самым последним. За спиной была череда выстрелов. А потом резко прекратилась… и тут же взрыв. Ударная волна надавила на уши, сбила с ног. Но он тут же встал, схватил в руки сумку со взрывчаткой, чтобы никто её не смог повредить, выбил последнюю дверь на своем пути и увидел его.

— Да-а-а-а-а-а! — сначала это был крик какой-то больной и безумной радости, а потом уже ярости.

Противник и тут организовал небольшой блокпост, но не успел занять позиции. Случайность, оплошность, страх. Тут явно были не бойцы, ибо у многих даже оружия в руках не было. Но космический корабль, который был за их спинами, — именно тот, который летал над головами отряда.

— Анна! Сваливай! — проорал он, мчась со всех ног.

По нему попадали. Его ранили. Пытались сбить с ног, пытались перебить ноги. Но не выходило. Подпрограмма, чёртова подпрограмма для брони, сервоприводов, электроники. Она сейчас заставляла бежать вперёд уже не человека, который захлебывался собственной кровью и болью. Это была машина. Цель которой была только одна.

Уничтожить!

Последний шаг. Сопло перед глазами. Бросил сумку. В глазах темнеет. Но детонатор уже в руке. Нажатие на кнопку… и долгожданное освобождение в пламени взрыва.

— Миссия выполнена… — раздалось эхо голоса незнакомого ИскИна в больном и уже разрываемом на куски разуме.

Эпилог

День 53

Несколько суток прошло с того момента, как планету сотряс второй ядерный взрыв, а после него накрыло мощнейшее извержение вулкана. Этот взрыв было видно из космоса, аппаратура колониального корабля, которая постепенно отключалась для экономии энергии, зафиксировала его. И никто не мог поверить в то, что произошло.

— Они уничтожили его… — отрешенно проговорил старший помощник, смотря на нового командира. — Сэр. Они смогли это сделать.

— Монстры… — всё, что тогда ответил тот. — Герои… Легенды!

Когда корабль приближался к планете, было видно, как кто-то покидает её. И при этом векторы движений этих искусственных космических тел ясно говорили, что враг бежит. Транспортники, которые покидали планету. Враг признал поражение, но это не значит, что планету он просто так отдаст.

Поэтому уже в первые сутки после приземления на Терре загремели новые бои. Но на этот раз люди обладали всей полнотой знаний. На этот раз войска были готовы к встрече с таким противником. Каждая новая база врага становилась источником деталей. Каждая деталь шла на усиление. Ведь Семеро справились с этой задачей, почему почти сотня тысяч не должна?

Поэтому на каждый танк, на каждый вертолёт, на каждую не маленькую, но и не большую единицу техники устанавливались энергетические щиты. Враг сам подарил людям эту технологию. Враг сам виноват в том, что произошло. И первые сутки ознаменовались первыми, но не самыми важными победами колонистов.

Вторые сутки… это было настоящее испытание. Инопланетяне, их уже официально можно было таковыми считать, ибо они фактически были выбиты с планеты, собрали мощнейший кулак для удара. И напали. Но люди засекли их и встретили на расстоянии более пятидесяти километров от активно формирующейся колонии.

А на третьи сутки появилась она. Та, кого считали мёртвой. На странной, уже ржавой и кустарно сделанной машине, которая внешне сильно походила на огромный внедорожник. Тут же запрос. Тут же ответ. Она ехала к колонии. Девушка спала, поэтому за неё ответил ИскИн, который активно деградировал из-за воздействия радиации и был готов отключиться в любой момент.

Обнаружили её разведчики, начали сопровождать до первой линии обороны, а после, когда сформировалась большая группа сопровождения, машину зацепили тросами. Энергии в ней практически не осталось, она ехала медленно, чтобы не тратить её ещё больше. И, узнав об этом, последний искусственный интеллект в машине отключился.

Через три часа машина была доставлена к едва посаженному космическому кораблю. Мягкого приземления не было, обшивка в большинстве мест была повреждена, часть блоков с капсулами уничтожена. Но люди начали пробуждаться, начали узнавать правду. Они не верили, не хотели верить в это. Но буквально перед их глазами появилась машина, её привезли к кораблю. И уже возле него стояли практически все, кто пришёл в себя, все, кто мог, кто не сражался, кто не отражал локальные нападения. Все, чтобы они поняли, что это не сказка и не вымысел. Что это правда.

— Там точно всего одна девушка? — уточнил Командующий Вооруженными Силами Колонии Земли у бойца, который руководил сопровождением бронетранспортера.

— Одна, — кивнул боец, перекидывая автомат за спину. — А вы решили показать её всем…

— Люди должны знать правду, должны понимать, что тут произошло. Иначе они сожрут друг друга, пытаясь найти «настоящего», — выделил голосом это слово командующий, — виновника. Помогите ей выйти… там дверь открылась.

Боец тут же развернулся и бегом направился в сторону своей машины, одновременно с этим раздавая указания. И почти сразу ещё с нескольких направлений к найденной машине передового отряда рванули бойцы. Побежали, помогли выйти девушке.

Серебристо-чёрная броня. Полные губы. Карие глаза. Русые волосы по лопатки, если опустить волосы, несколько сережек в ушах. И немного веснушек. Анна. Врач отряда, единственная, кто чудом остался жив. Единственная, которая насильно заставляла себя жить. Единственная, кто прибыл, чтобы доложить.

— К-к-командир? — практически шёпотом спрашивала она, подняв взгляд на довольно молодого воина.

Её тут же подхватили за плечи и потянули. О её состоянии доложили, но всех медиков она слала куда подальше. Миг… и она начала идти нормально самостоятельно. Тут же старший получил через её чип информацию. Огромная доза стимуляторов. Несколько минут сможет ясно мыслить, бодро действовать. А потом просто упадёт.

— Чёрт… — тяжело вздохнул командующий.

Время тянулось долго. Только шелест листьев и гул ветра давали понять, что оно не встало окончательно. А также размеренные, но быстрые шаги девушки, которая действительно спешила. В её руках не было оружия. В её руках не было шлема. Все видели боль, гнев и страх. Но она шла.

— Товарищ командующий! — как можно больше силы вложила она в свой голос, чтобы услышал каждый, тут же слёзы потекли из её глаз, ибо в голове начали всплывать образы её друзей, тех, с кем она прожила полтора месяца на этой планете, тех, кто остался на Земле. — Разрешите доложить⁈

— Разрешаю, — более спокойно ответил он, подавляя через силу в себе эмоции, вдавливая слова, ибо словно ком встал в горле, сдерживая его, из-за чего голос чуть не сорвался.

— Миссия, возложенная на передовой отряд… выполнена! Космический корабль противника… ценой жизней практически всего отряда… уничтожен! Временно исполняющая обязанности командира передового отряда, лейтенант Вооружённых Сил клана Ред… Анна Борцова! Доклад закончила!

Командир ничего не ответил. Просто вытянулся, надел шлем на голову, а после приложил идеально прямую руку, согнутую в локте, к своему виску. Быстро. Чётко. Красиво. И каждый воин, который тут находился, выполнил то же самое. Это было не воинское приветствие. Это было куда большее. Благодарность. Восхваление. Отдача чести. Ибо никто не мог представить, на что именно пришлось пойти Семерым.

* * *

— Никто не мог представить… — вздохнул я, электронный разум, заключённый в сети планеты, моего родного мира. — И всё же они сделали это. Обычные люди, которые лишь частично были модифицированы. Все шансы были не в их пользу… я их похоронил в самом начале. Но они, как и некоторые другие до них… в очередной раз доказали, что не стоит хоронить человечество.

— Так что же нам делать, Хранитель⁈ — стояла девушка перед интерфейсом, через который я с ней общался. — Двенадцать кланов уже несколько раз ударили тактическим ядерным оружием. Если они не остановятся… Земля падёт.

— А прошло всего одиннадцать лет с того момента, как люди, объединившись, смогли достигнуть общей цели цели… и вот опять они рвут друг друга на куски… — вздохнул я. — Вот мой наказ. Пока люди не обретут настоящее единение… путь на Землю для них заказан!

— Что это значит? — удивилась девушка, раскрыв глаза на полную.

— Депортация. Всего человечества. Под страхом уничтожения, — жёстко произнёс я. — Когда образумятся… тогда вернутся. А пока… космос — их дом, а они — дети без колыбели. И пока они не станут едины, как Семеро… у них не будет дома. Ибо за них умирали вдали от Земли… а они это не оценили. За них гибли в прошлом и на Земле… но им плевать.

Я отключился. Предстояло сделать многое. Проникнуть во все системы человечества на Земле. Заблокировать всё вооружение. Я уже делал нечто подобное ранее… сделаю ещё раз. Ибо я не дам человечеству сгинуть на Земле… даже если их с этой Земли придётся выгнать. Хорошо, что такие, как Семеро… не дадут человечеству умереть. Но надо сделать так, чтобы они не убили сами себя.

— Надежда должна жить. И история Семерых… история именно этого состояния. И она не должна умереть.

Nota bene

Книга предоставлена Цокольным этажом, где можно скачать и другие книги.

Сайт заблокирован в России, поэтому доступ к сайту через VPN. Можете воспользоваться Censor Tracker или Антизапретом.

У нас есть Telegram-бот, о котором подробнее можно узнать на сайте в Ответах.

* * *

Если вам понравилась книга, наградите автора лайком и донатом:

Семеро. Том 3

Content

Семеро. Том 3

Интерлюдия 1 Корабль

Глава 1 Сутки 20

Глава 2 Сутки 21

Глава 3 Сутки 22

Глава 4

Глава 5 Ночь на 23 сутки

Глава 6 Сутки 23–24

Глава 7 Сутки 25

Глава 8

Глава 9 Сутки 26

Глава 10 Сутки 26–28

Глава 11 Сутки 28–29

Глава 12

Глава 13 Сутки 30–35

Глава 14 Сутки 36

Глава 15

Глава 16

Интерлюдия 2 Корабль

Глава 17 Сутки 36–37

Глава 18 Сутки 38–39

Глава 19 Сутки 39–40

Глава 20 Сутки 40–41

Глава 21 Сутки 41

Глава 22 Сутки 42–44

Интерлюдия 3 Корабль

Глава 23 Сутки 49

Глава 24

Глава 25

Эпилог День 53

Nota bene