Александр Гаврилов

Берсерк 4

Глава 1

– Вы сейчас серьёзно вот это всё мне говорите? – нагло ухмыльнулся я, глядя в глаза Нарышкина, – Мало того, что вы с чего-то решили, что я жульничаю, не имея никаких доказательств этому, так ещё и в своём мошенничестве признались. Я, между прочим, всё записал, – поднял я вверх руку с виртуммом, и демонстративно включил запись на нём, и над ним появилось изображение старика, который ещё раз повторил мне и про его жульничество, и угрозы…

– Сразу говорю, запись уже ушла по нескольким адресам, и изъятие виртумма вам никак не поможет, – ещё шире усмехнулся я, мысленно благодаря Арха, что он вовремя додумался начать записывать наш разговор, – Ваше же предположение, что я как-то там жульничаю, всего лишь ваши домыслы. Попробуете применить в отношении меня силу, без боя я не сдамся, – я демонстративно выпустил из рукавов щупальца, которые тут же взвились над моей головой, – Что будет дальше, сами догадаетесь? У вас там в зале сотни важных особ, представляющих самые влиятельные рода империи, которые ждут продолжения игры. Им вы как собираетесь объявить отмену игры? И там же находится мой друг Демидов, который не смирится с моим исчезновением. Даже если вам удастся взять меня в плен, дело точно дойдёт до императора, который наверняка заинтересуется, кто это там и почему решил напасть на человека, которому он только недавно даровал свою амнистию. Ну, и зачем вам это всё? Вы уверены, что оно того стоит? – насмешливо глядел я на Нарышкина, который молча слушал меня, не показывая ни малейших эмоций. На какое-то время в комнате установилась полная тишина, которую не рисковали нарушить даже его охранники, столпившиеся у двери.

– Выйдите все вон отсюда, – махнул он им рукой через минуту, и те также молча, как появились до этого, выскользнули за дверь.

– Ну, я должен был попытаться, – обезоруживающе улыбнулся он, разведя руками, но в его глазах отчётливо читался холод, – Кто ж мог ожидать, что четырнадцатилетний подросток окажется столь хладнокровен? По всем моим выкладкам, ты должен был поплыть, растеряться, и я легко додавил бы тебя. Но ты прямо кремень, молодец! Вот только видео придётся удалить. Иначе твоя жизнь будет очень короткой. Это я тебе не угрожаю, а ставлю перед фактом. Я не допущу, чтобы где-то был такой компромат на меня.

– Нет, – равнодушно отрезал я, – Видео будет гарантией того, что вы не станете делать глупостей в отношении меня. Сейчас оно разослано по десятку адресов, и настроено таким образом, что если я в течении двенадцати часов не переведу таймер, то по их истечении оно уйдёт в сеть, в том числе, на различные информационные площадки. Таймер нужно будет продлять каждый день. Даже если вы отберёте у меня виртумм, то у вас не выйдет найти места хранения файлов, а если каким-то чудом вам это и удастся, то без пароля вы ничего не сможете с ними сделать, а взломать не успеете. Так что что теперь вам придётся молиться на то, чтобы со мной ничего не случилось. Ну, либо смириться с тем, что ваша репутация будет разрушена, а дело всей вашей жизни погублено. Решать вам, – спокойно закончил я, наливая себе морс, и мне стоило больших усилий держать этот уверенный тон, не выдавая своего волнения, и того, что я блефую.

Естественно, я ещё не успел никуда ничего послать, и пока я даже не знал, как оно всё работает на самом деле. Нёс какую-то чушь, приходящую в голову, в надежде на то, что этот старик плохо разбирается в работе сети. Но когда выйду отсюда, если выйду, конечно, обязательно озабочусь тем, чтобы запрятать это видео куда-нибудь подальше, и действительно сделать так, что случись что со мной, то оно утекло бы в сеть.

– Кто ты такой? – задал он вдруг мне очень неожиданный вопрос, – То, что ты – берсерк, объясняет, почему ты выглядишь старше своего возраста, но этим никак не объяснить того факта, что общаешься ты не как подросток, а как взрослый. Так не бывает. Я наводил о тебе справки. Ещё совсем недавно ты был весьма посредственной личностью, и уступал характером даже сверстникам. Потом случилась амнезия, и тебя как будто подменили. Да, я знаю, что после амнезии люди довольно сильно меняются, вот только они и тогда ведут себя на свой возраст, но не ты… Так не бывает. Слишком много вокруг тебя странных событий стало происходить. В одних только прорывах ты уже поучаствовал в таком количестве, о котором большинство героев лишь мечтать могут. Ещё и щупальца эти твои странные, механизм действия которых даже мои маги пока объяснить не могут. Не хочешь, кстати, поучаствовать в исследованиях в моём научно-магическом исследовательском институте? Я хорошо заплачу тебе за это, а мои учёные могут попробовать выяснить, как можно снять эти твои штуки. Ты же ведь хотел бы этого?

– Да мне и так неплохо, так что воздержусь, – безмятежно отозвался я, – Я уже привык к ним, и не представляю свою жизнь без них. А мы вообще не засиделись здесь? Там же люди продолжения турнира ждут, и, замечу, очень непростые люди. Не пора ли заканчивать этот перерыв? – решил сменить я тему, не став отвечать на его вопросы.

– Тут ты прав, – нехотя согласился он со мной, – Пора. Но вскоре мы ещё продолжим этот разговор. Слишком в тебе много загадок, парень, а я не люблю, когда загадки остаются неразгаданными. Надеюсь, ты не сбежишь из города, и завтра придёшь на бал? Я буду крайне разочарован, если после столь впечатляющей выдержки тут, ты поступишь так… импульсивно.

– В этом можете не сомневаться, – решительно встал я со стула, не дожидаясь, когда первым это сделает хозяин комнаты, – Обязательно буду. У меня есть свои планы на этот вечер, и я не хотел бы менять их из-за нашего небольшого недоразумения.

– Отлично сказано, мой юный друг! – рассмеялся князь, вставая, – Случившееся сегодня было действительно лишь небольшим недоразумением, и оно не должно встать между нами. Уверен, мы с тобой ещё подружимся, и в дальнейшем будем с юмором вспоминать об этом дне.

– Обязательно, – вежливо улыбнулся я, но расслабляться не собирался. Этот старик оказался той ещё ядовитой змеюкой, и обязательно постарается смертельно укусить меня, стоит мне только хоть немного расслабиться. Задавить меня авторитетом у него не вышло, так что теперь он наверняка будет подбирать ко мне другие ключики. Надо будет не забыть потом обсудить с Архом случившееся, и придумать какую-нибудь вменяемую версию моего, скажем так, везения в игре, и скормить потом её старику.

Далеко не факт, что это сработает, но какое-то время мы выиграем.

***

– …и победителем турнира становится Михаил Гончаров! – объявил в микрофон ведущий, так радуясь за меня, как будто он был моим ближайшим родственником.

– И это просто невероятно! Впервые в истории покера турнир такого уровня выигрывает четырнадцатилетний подросток! Напоминаю, что его выигрыш составил почти миллион рублей, а точнее, девятьсот сорок семь тысяч рублей, и чек на эту сумму будет вручён ему завтра на балу, организованном в честь организатора нашего сегодняшнего турнира, князя Сергея Константиновича Нарышкина! – в этом моменте его речь прервали бурные аплодисменты, которые он терпеливо переждал, и продолжил, – Наш молодой чемпион оказался не по зубам даже многоуважаемому князю, который за последние два года ни разу никому не проигрывал, и это делает его победу особенно ценной. Поприветствуем же чемпиона!

Зал взорвался ещё более бурными аплодисментами, под которые я и зашёл в зал для гостей, и почти сразу попал в объятия Демидова с Разумовским, которые нетерпеливо поджидали меня у входа.

– Красавчик! – радостно орал мне на ухо Разумовский, хлопая по спине, – Я знал, что ты победишь! Ни минуты не сомневался!

– Не верь этому треплу, – рассмеялся Серёга, – Был момент в финале, когда он уже попрощался со своими деньгами.

– Эта была лишь минутная слабость, – ни капли не смутился граф, – Пойдёмте уже обмоем это дело. Я там нам бутылочку шампанского припрятал.

– Господа, позвольте мне украсть вашего друга буквально на один танец? – раздался вдруг за моей спиной хрипловатый голос княжны Шантарской, – Обещаю вам его вернуть в целости и сохранности.

– Разумеется, ваше сиятельство, – согнулся в изысканном поклоне Разумовский, – Уверен, что Михаил будет счастлив составить вам компанию. Миш, мы тебя будем ждать за столиком у дальней стены. Подходи туда, когда освободишься, – и они оба тактично откланялись.

Княжна тут же ухватила меня под руку, и чуть ли не силком потащила к небольшому танцполу перед сценой, на которой ведущий уже закончил своё выступление, и сейчас там выступала какая-то музыкальная группа с участниками довольно преклонного возраста, которые играли какую-то незнакомую мне медленную джазовую композицию.

Я и не представлял раньше, что под джаз можно было танцевать медленные танцы, и сильно сомневался, что смогу достойно двигаться под эту музыку, ещё и в столь ограниченном пространстве, которое всё было занято танцующими парами, но всё оказалось не так страшно. Княжна положила руки на мои плечи, я уверенно опустил свои руки ей на талию, и мы неспешно поплыли вслед за музыкой, без проблем уходя от столкновений с другими парами, и я даже каким-то чудом избегал наступать ей на ноги.

Хотя в школе танцев мы и не учились танцевать под джаз, но некоторую базу они мне всё же дали, благодаря которой я отчётливо улавливал нужный темп и ритм, и достаточно уверенно двигался.

– А вы не плохо двигаетесь, Михаил, – чуть ли не промурлыкала мне на ухо княжна, от чего у меня по телу побежали мурашки, – Почти также хорошо, как и играете в покер. Я была уверена, что вы выиграете, и очень рада, что вы меня не разочаровали.

– Мне всего лишь повезло, – скромно ответил я, не желая углубляться в эту тему.

– Не скромничайте, мой дорогой друг, – почти интимно прошептала она мне, чуть ли не касаясь своими чувственными губами моего явно покрасневшего уха, – Я немного разбираюсь и в покере, и в местных порядках. Уверяю вас, одним везением тут не выиграть. Поверьте, уж я это очень хорошо знаю, – тихо рассмеялась она с лёгкой хрепотцой в голосе, а я почувствовал, что поплыл, и еле удержал себя от того, чтобы опустить руки с её талии туда, куда не следовало.

Что это со мной? – озадачился я, чувствуя, как к моим щекам, и не только к ним, прихлынула кровь, – Она ж совсем не в моём вкусе, и намного старше меня! Чего это у меня вдруг на неё такая реакция? Я ж прямо здесь на неё наброситься готов!

– Держись, сейчас помогу, – ожил вдруг Арх, – У неё сильнейший магический афродозиак в духах, причём, настроенный явно на тебя. Полностью эффект я убрать не смогу, но хотя бы уменьшу его. Пару минут продержись!

– Честно говоря, для своего возраста вы удивительно скромный молодой человек, – продолжала тем временем княжна, – Любой подросток вашего возраста сейчас на вашем месте уже распушил хвост, и вовсю хвастался своей победой, вы же молчите и говорите про везение. Может, вас смущают люди вокруг? Тогда мы можем удалиться в небольшую комнатку тут рядом, где вы поведаете мне о своей победе! Я так этого… Жажду… – продолжала шептать она мне, обвила вдруг мою шею своими руками, и ещё теснее прижалась ко мне.

– Скажите, ваше сиятельство, – через силу начал я, борясь с огромным желанием согласиться с её предложением, – Меня терзает один вопрос… Не могли бы вы удовлетворить моё… любопытство?

– Да-да, милый? – погладила она меня по шее, от чего я чуть не слетел с катушек окончательно, еле удержавшись от того, чтобы не начать срывать с неё платье прямо тут. На какое-то мгновение у меня исчезли все мысли в голове, и остались лишь какие-то животные инстинкты, и каким чудом я удержал себя в руках, я и сам не понял. Глубоко вздохнул, выдохнул, и продолжил.

– Вы же замужем? Почему вас все называют княжной? Это же титул незамужней девушки?

В глазах Шантарской промелькнуло раздражение, но она очень быстро подавила его.

– О, ничего особенного. Это всего лишь моя маленькая прихоть, – беззаботно прощебетала она, – Дело в том, что я из княжеского рода, но замуж вышла за графа, став при этом графиней. Вот только мне очень нравится обращение – княжна, и совсем не нравится – графиня. С разрешения мужа, я испросила разрешения у императора и дальше именоваться княжной, и получила его. Официально я, разумеется, графиня, но обращаются ко мне все – княжна. Я утолила твоё… любопытство? – опять шепнула она мне в ухо, но я уже почувствовал, что меня начало отпускать.

– Более чем, ваше сиятельство, – учтиво поклонился я ей, выпустив её из своих рук, и чуть отступив, так как как раз в этот момент закончилась музыка, – А сейчас я вынужден вас покинуть. Увы, но меня ждут мои друзья. Большое спасибо вам за танец.

– Это вам спасибо, Михаил, и за игру, и за танец. Надеюсь, что это наша не последняя встреча, и вы мне ещё расскажете в деталях, как вам удалось победить, – мягко улыбнулась она мне, но я успел заметить, как в её глазах промелькнули досада и раздражение.

– Обязательно, ваше сиятельство. При первом удобном случае, – соврал я, надеясь больше никогда её не видеть, хотя меня всё ещё влекло к ней, пусть уже и не так сильно.

– Ловлю на слове. Обязательно буду на завтрашнем балу, и оставлю за вами два танца. Больше, увы, не могу, они уже расписаны за другими гостями.

– Почту за честь, – ещё раз поклонился я, внутренне содрогнувшись то ли от страха, то ли от предвкушения.

– Тогда до завтра, мой дорогой, – она вдруг шагнула ко мне, и поцеловала меня в щеку, я сумбурно попрощался, и поспешил к друзьям, с огромным чувством облегчения. Такое облегчение, наверное, чувствует мышь, которая каким-то чудом, в последний момент, избежала того, чтобы попасть в пасть к змее.

Интерлюдия

– Проходи, садись, и рассказывай, – буркнул Нарышкин вошедшей в его кабинет княжне, наливая себе и ей в бокал вино, – Что тебе поведал наш юный друг?

– Увы, но ничем порадовать тебя не могу, – устало вздохнула Шантарская, приняв от него бокал, и сделав маленький глоток, – Этот мальчик полон сюрпризов. Я использовала свои лучшие магические духи с афродизиаком, после которых он должен был стать чуть ли не моим рабом, и мечтать выполнить моё малейшее желание, и я даже успела почувствовать, что они явно подействовали, но он, каким-то чудом, не иначе, устоял и не поддался им. И я никак не соображу, как такое вообще может быть. Ну, не мог же он предусмотреть такое, и заранее принять антидот? Для этого надо знать, что именно против тебя будет использовано! Но других вариантов у меня просто нет. Ты сам говоришь, что на нём нет никаких артефактов, и теперь я теряюсь в догадках…

– Плохо! – чуть помолчав, резко произнёс старик, – В таком случае, за тобой остаётся долг за твою сегодняшнюю попытку мошенничества. Как будешь рассчитываться? Или мне к мужу твоему обратиться?

– Подожди, не торопись, – поспешила его успокоить княжна, – Ещё не всё потеряно. Завтра мы с ним оба будем на балу, и два танца у меня будет с ним. Попробую ещё раз. Даже если соблазнить не получится, то можно попробовать разговорить. Есть у меня ещё пара средств в запасе. Меня уже и саму заинтересовали его тайны. Уверена, рано или поздно я смогу их раскрыть…

– Хорошо, я подожду. Недолго, – проворчал Нарышкин, – Параллельно попробую сам затащить его в свой род. Придётся, правда, предложить ему что-то посущественнее, чем стать слугой рода, но оно того стоит. Парень полон сюрпризов, и эти сюрпризы могут оказаться мне очень полезны…

– Отдай за него одну из своих внучек, и он сам тебе их с радостью выложит, – безмятежно пожала плечиками княжна, допивая вино.

– Слишком сильный мезальянс получится, – поморщился старик, наливая ей ещё, – Если бы он не безродным был, или хотя бы не сверхом, а сильным магом… С другой стороны, какая-то магия у него точно есть. Да ещё и эти странные щупальца… В общем, надо хорошенько всё обдумать.

Глава 2

– А ты, я смотрю, предпочитаешь дам по старше? – весело подмигнул мне Разумовский, когда я подошёл к их столику, и протянул мне бокал с шампанским.

– Это не я их предпочитаю, а они меня. Почувствуй разницу, – проворчал я, принимая бокал.

Я ещё не отошёл от общения с «княжной» и её духами, и чувствовал сейчас себя довольно паршиво и физически, и морально. По-хорошему, подобное нельзя было спускать ей с рук, но об этом я потом подумаю. Сейчас я всё равно ей ничего сделать не могу, да и доказательств у меня нет. Можно, конечно, настоять, чтобы проверили её духи, но, во-первых, как я понял, у неё очень влиятельный муж, который легко замнёт это дело, а во-вторых, у некоторых людей сразу же возникнет вопрос – а как я вообще узнал о том, что на меня воздействовали подобным образом, и это при том, что я не маг, и у меня не было никаких артефактов? И как я смог противостоять этому воздействию?

Я не хочу привлекать к себе ещё больше внимания. И без того вон Нарышкин теперь неровно ко мне дышит. Так что обойдусь без скандала, но пометочку себе в памяти сделал. Если вдруг появится такая возможность, обязательно припомню это княжне.

– Ты как будто даже не рад своей победе, – заметил Демидов, – Или это княжна на тебя так подействовала? Всё нормально?

– Не обращайте внимания, я просто устал, – поморщился я, – Всё же несколько часов тут провёл. Выматывает этот покер сильно.

– Согласен, – кивнул мне тут граф, – И не столько даже физически, сколько морально. По себе знаю. Столько времени предельную концентрацию приходится держать, полностью скрывая свои эмоции, и при этом, постоянно анализировать своих соперников. Это и правда очень тяжело. Зато это всё оказалось не зря, и принесло нам с тобой хорошие деньги! Ты, вон, миллион почти получишь, а ещё твои двадцать процентов с моих ставок будет. Они почти удвоят твой выигрыш. Думаю, за такой куш можно и пострадать немного, – подмигнул он мне.

– Ого, – присвистнул я, – Не хило так ты на меня поставил, похоже. Так мы теперь с тобой миллионеры?

– Ага, – довольно кивнул он, – Только не забудь, что тебе ещё налог с этих сумм платить. Двадцать процентов минусуй.

– Грабёж, блин, – проворчал я, прикидывая, сколько денег у меня останется. Хотя, всё равно прилично выходит. Хорошая новая машина около двадцати тысяч стоит, квартира на окраине Москвы, однокомнатная, около сотни тысяч. Можно сказать, я неплохо так себя обеспечил. Ну, а когда закончатся деньги, можно будет ещё в каком-нибудь турнире поучаствовать.

– Вот только имей ввиду, что к тому времени меня, скорее всего, с тобой уже не будет, и тебе придётся рассчитывать только на себя в игре, – подал тут голос Арх.

Облом. Не бывать мне, значит, победителем крупнейших покерных турниров, да и ладно, проживу как-нибудь.

– Что-то мы как-то тухло отмечаем, – вырвал меня из размышлений Разумовский, – Давайте уже оторвёмся на полную! Поехали со мной в клуб, я туда девочек вызову, отдохнём как следует! Всё за мой счёт!

– Я не могу, мне домой нужно. Отец о чём-то поговорить хочет, – поспешно отказался Демидов.

– А у меня просто нет сил. К тому же, меня ещё и завтра мероприятие ждёт. Бал этот, где меня награждать будут. Не пойти нельзя, надо хоть выспаться перед ним, – пошёл и я в отказ, – Так что в другой раз как-нибудь. Оторвись там за нас сегодня.

***

– Ох, Ника, ты только глянь на нашего красавчика! Вот чует моё опекунское сердечко, что уведут скоро от нас нашу кровиночку. Появится в его жизни какая-нибудь злобная стерва, и вырвет она его из нашей семьи! Как же я без него тебя кормить буду? – шутливо стонала Астра, бегая вокруг меня, и что-то поправляя у костюма.

– А я тогда попрошу, чтобы они меня удочерили, и с ними свалю. Там сытно будет. А ты кошку себе заведёшь, – меланхолично ответила Ника, развалившись на диване, и наблюдая за нашей суетой, как Астра готовит меня к выходу в свет.

– Кто о чём, а наша ледяная принцесса всё о еде. И ты сможешь вот так меня бросить, после всего того, что между нами было? – всплеснула руками Астра, чуть не полоснув меня бритвой, которой она что-то подрезала на моём костюме. Я еле-еле успел дёрнуть головой, уворачиваясь от лезвия, пронёсшегося в сантиметре от моей щеки.

– Прости, дорогая, но это жизнь. Люди всегда ищут места, где теплее и сытнее, – потянулась на диване Ника, – И это точно не рядом с тобой. Ты кроме своего пива, когда одна, холодильник ничем не наполняешь.

– Предательница, – буркнула Астра, поправляя у меня галстук, – Хотя с тобой с самого начала всё понятно было. За пачку чипсов готова родного человека продать.

– Вот уж нет. Тут ты не права. Меньше, чем на кастрюлю борща я не соглашусь!

– Что-то ты сегодня чересчур разговорчивая, – проворчала опекунша, – Похоже, кофе перепила. Три чашки ведь выдула с кексами, вот он тебя и взбодрил, видимо. Ладно, с тобой потом разберёмся. Всё, Миша, ты готов. Вот только забыла тебя спросить, спутницей у тебя кто будет? Приглашение на двоих ведь.

– Да я Демидова с собой позвал, – легкомысленно отмахнулся я, и тут же в комнате установилась напряжённая тишина, а обе девушки стали сверлить меня странными взглядами.

– Чего вы? – не понял я их реакции, – В приглашении же не указан пол, кого можно пригласить, а значит, это не обязательно должна быть девушка.

– Астра, мы его теряем, – вдруг глухо произнесла Ника, бросив на подругу мрачный взгляд, – Нужно срочно что-то делать! Может, ещё не поздно?

– Согласна! – решительно кивнула Астра, сурово глянув на меня, – Сегодня же позвоню сестре Демидова, и попрошу поплотнее взяться за неё. Ещё и Лизу надо будет подключить. Это ненормально, когда подросток хочет идти на бал не с подругой, а с другом. Очень тревожный звоночек! Но ничего, я займусь тобой, Миша, обещаю! Не дам сорваться в пучину запретной любви!

– Да какая ещё запретная любовь, вы чего! – подскочил я возмущённо, – Всё нормально со мной! Просто, девушки же у меня нет, и приглашение пропало бы, и я решил, что будет честно позвать Серёгу за то, что он поддерживал меня на турнире!

– Это всё жалкие оправдания! – отмела в сторону мои объяснения Астра, – Сейчас едь уже на свой бал, иначе опоздаешь, а потом я тобой займусь.

Во жешь блин! – растерянно подумал я, выходя из квартиры. Надумали себе невесть чего. Не скажешь же им, что папа поручил мне поближе познакомиться с девушкой из рода Нарышкиных, и, если бы я пошёл на бал с девушкой, это сделать было бы проблематично. Ну, какая девушка нормально отнесётся к тому, что ты позовёшь её на бал, на котором будешь много внимания уделять другой девушке? Да никакая. Ладно, потом уже подумаю об этой дурацкой ситуации. Надеюсь, что они шутили…

***

– Ольга расстроилась, что ты меня позвал на бал, а не её, – как бы между делом заметил Демидов, когда мы уже приехали в особняк Нарышкиных, и нас провели к месту торжества, огромному залу, с футбольное поле размером. Гости продолжали подъезжать, но уже сейчас тут было несколько сотен человек народу, разбившегося на десятки групп, между которыми то и дело сновали вышколенные слуги с подносами в руках, разносивших самые разные напитки, чтобы гости не заскучали.

– Так что теперь, по её словам, ты ей должен свидание. И не просто свидание, а какое-то особое, способное загладить твою несомненную вину перед ней, – продолжил он, оглядываясь по сторонам, как будто кого-то пытаясь найти в этой толпе.

– Я посчитал, что так будет честнее, – пожал я плечами, – Ты поддерживал меня на турнире, так что логично было позвать тебя и на церемонию награждения. Но, как говорится, чего хочет женщина, того хочет бог. Будет ей свидание. Надо будет только придумать что-нибудь по оригинальнее.

– Мою сестру сложно чем-то удивить, – усмехнулся Серёга, – Куда только не звали её ухажёры. Вплоть до сафари в Африке. Впрочем, туда она не захотела, так как не любит, когда убивают животных, да и отец не пустил бы её. Так что всякие там охоты сразу из списка выключай. И водные прогулки. Её укачивает.

– Ясно, спасибо что предупредил, – вполне искренне поблагодарил я, так как у меня уже успел промелькнуть мысль, устроить свидание на теплоходе по ночной Москве. Значит, надо что-то другое придумать…

– Прошу прощения, господа, что вмешиваюсь в ваш разговор, но мне поручено передать, что господина Гончарова ожидают для подготовки к церемонии награждения и проводить его, – чопорно поклонился нам подошедший слуга.

– Хорошо, веди, – кивнул я ему, и Демидову, – А ты не теряйся тут, развлекайся. Я найду тебя потом.

Тот лишь рукой кивнул в ответ.

***

– Это ещё зачем? – попытался вскочить я с кресла, в которое меня усадили в небольшой комнате перед зеркалом, и ко мне с хищным блеском в глазах подошёл мужчина сомнительной ориентации, явно собиравшийся наложить мне грим, – Я же не девушка, и так обойдусь!

– Не обойдётесь, молодой человек, сидите смирно! – манерно прикрикнул он на меня, – Вас телевидение снимать будет, а вы хотите как чучело на экране выглядеть? Да будет вам известно, перед съёмками не только женщин, но и мужчин, и даже детей гримируют!

– Да нафига?! – не сдавался я.

– Да потому, что телевизионная камера подчёркивает все недостатки лица. Главная задача грима – противостоять действию агрессивного яркого света и разрешающей и увеличивающей способности камер, которые выделяют дефекты лица и фокусируют на них внимание зрителя. И не бойтесь, я не кусаюсь. У вас, кстати, очень хорошая кожа, так что сильно гримировать я вас не буду. Лишь сделаю более выразительным овал лица, да уберу круги под глазами, – ворковал он, уже принимаясь за дело, и я сдался под его напором.

Это всё и правда заняло совсем немного времени, и уже минут через пятнадцать меня повели на сцену, где начиналась торжественная часть мероприятия.

– Мой юный друг! Я рад, что вы решились, и посетили столь знаменательный для меня день! – радостно встретил меня там Нарышкин, который даже слегка приобнял меня за плечи.

– Спасибо, – слегка растерялся я под его напором, – И с днём рождения вас!

– Благодарю, хотя это событие уже много лет и не доставляет мне никакой радости, скорее наоборот. Годы берут своё, – грустно улыбнулся он, и слегка подтолкнул меня к стоявшему в центре сцены ведущему с микрофоном, – Но проходите же. У нас ещё будет время поговорить. Позже. У меня будет к вам небольшая просьба.

Я слегка насторожился, но послушно прошёл к ведущему, который тут же представил меня, и дальше церемония пошла своим чередом.

Ведущий, молодой ещё совсем парень, лет двадцати пяти на вид, быстро перечислил ключевые моменты турнира, красочно описав самые драматичные из них. Отметил других финалистов, и потом уже перешёл к поздравлению меня. Щедро осыпал комплиментами мои успехи в таком юном возрасте, и позвал Нарышкина для вручения мне награды.

Теперь уже старик минут десять разорялся, прославляя мой юный гений, но вскоре эта пафосная часть, наконец, закончилась, и под бурные аплодисменты мне был вручён чек на кругленькую сумму в один миллион рублей ровно.

– Я решил не мелочиться, и округлить ваш выигрыш до ровной суммы, – пояснил он мне, увидев мой недоумённый взгляд.

– А сейчас позвольте я украду вас буквально на пару минут, – подхватил он меня под руку, и увёл со сцены под очередные аплодисменты.

– Не волнуйтесь, моя просьба не касается нашего последнего разговора, – поспешил он успокоить меня, когда мы спустились, и отошли в безлюдное место.

– Видите ли, дело в том, – нерешительно начал он, – Что сегодня состоится первый выход в свет у моей внучки, Насти, которой недавно исполнилось четырнадцать лет. В связи с этим, я хотел попросить вас о небольшом одолжении… Уже совсем скоро начнутся танцы, окажите мне любезность, пригласите её на первый танец.

– Да, разумеется, без проблем, – с трудом сдерживая радость, согласился я. Похоже, просьбу отца мне будет выполнить легче, чем я думал, – Но зачем это вам?

– О внучке забочусь, – вздохнул он, – Хочу, чтобы она оказалась в центре внимания, и лучший способ, обратить на себя внимание гостей, это танец с главным виновником торжества. Высший свет какое-то время будет с интересом наблюдать за вами, и она немного погреется в лучах вашей славы, если вы не возражаете.

– Почту за честь, – слегка поклонился я, вовремя вспомнив уроки этикета.

– Благодарю вас, Михаил, – в свою очередь склонил голову он.

На этом мы закончили взаимные реверансы, и поспешили к гостям.

***

– Ой! А это под костюмом те ваши знаменитые щупальца? Ничего, что я до них дотрагиваюсь? А они живые? Что-нибудь чувствуют? – щебетало, кружась со мной в танце, ну совершенно ангельского вида белокурое создание.

Настенька Нарышкина смотрела на мир огромными голубыми глазами, и в них читались такие наивность, чистота, какая-то непосредственность, что было дико удивительно, как такой невинный цветок мог вырасти в оранжерее её хитрого и жестокого деда?

Может, это, конечно, и игра на публику, но сколько я к ней не присматривался, не смог уловить даже намёка на малейшую фальшь.

– В каком-то смысле, живые. Уж не знаю, разумны ли и способны ли что-то чувствовать, но мне стоило большого труда заставить их меня слушаться. И до сих пор они не всегда это делают, – улыбнулся я ей.

– Ну, их можно понять. Жили себе не тужили, а тут прикрепили к какому-то человеку, ещё и слушаться заставляют, – серебряным колокольчиком рассмеялась она, немного запрокинув вверх голову.

Она была на голову меньше меня ростом, и чтобы посмотреть мне в глаза, ей приходилось поднимать вверх голову.

– Почти так и было. Вот только вряд ли они были живы до того момента, как их прикрепили ко мне, и не я в этом виноват. Тут я и сам, можно сказать, жертвой оказался. Меня никто не спрашивал, хочу ли я себе такие украшения…

– Чувствую тут какую-то тайну, – лукаво улыбнулась она мне, – Расскажешь? Ой, простите… – тут же смутилась она и покраснела, когда поняла, что обратилась ко мне на «ты».

– Ничего страшного, я и сам хотел предложить излишнюю официозность. Мы же ровесники, – подмигнул я ей, старательно контролируя руки, чтобы не сжимать её слишком крепко. Слишком уж хрупкая у неё была фигурка. У меня было такое чувство, что если я хоть чуть-чуть сильнее их сожму, то могу сломать это воздушное создание.

– И с радостью расскажу, но не сейчас. Иначе ваши поклонники прожгут на мне дыру своими взглядами, – заговорщически прошептал я ей на ушко, косясь одним глазом на троицу молодых людей, не сводящих с нас своих глаз.

Настя нарушила этикет, и по её просьбе, мы не ограничились одним танцем, а танцевали уже третий, явно сбив очерёдность и кого-то лишив возможности потанцевать с ней.

– Ловлю тебя на слове, – обворожительно улыбнулась она мне, отчего на её щёчках появились обворожительные ямочки, – Но тогда я хочу услышать и другие твои истории! Говорят, что ты участвовал в отражении чуть ли не десятка прорывов, и это при том, что ты мой ровесник! Я все передачи с твоим участием смотрела! У тебя же даже свой фанклуб есть! Это что-то невероятное… Жаль, что он в другом городе, я бы обязательно в него вступила. Кстати, а ты не хочешь и здесь такой организовать?

– Герои не занимаются сами их организацией, да я, к тому же, и не герой, – покачал головой я, – Поклонники сами их организовывают при большом желании, без нашего участия. Да и не гонюсь я за славой.

– Знаешь, а я ведь тоже хотела стать героем, – зачем-то опасливо оглянувшись, прошептала она мне, – Даже сбежать из дома хотела… Но в последний момент испугалась. Да и чем я могу помочь героям? Я всего лишь маг растений… – погрустнела она.

– Ого! Круто! Я бы не отказался о такой возможности. Это ж можно самому себе арбузы с дынями выращивать! – вполне искренне позавидовал я.

– Можно! – кивнула она, повеселев, – Я иногда так и делаю. Особенно, ананасы люблю выращивать. Они у меня удивительно вкусные. Хочешь, я и тебе как-нибудь что-нибудь выращу?

– Не откажусь, – рассмеялся я, но тут же подавился смехом, увидев, что к нам направляется княжна Шантарская.

Только тут я понял, что танец уже закончился, а я продолжаю держать в объятиях Настю, которая, похоже, тоже не заметила его завершения.

– Молодой человек, неприлично заставлять даму ждать. Напоминаю, что вы обещали мне танец! – хищно улыбнулась мне княжна, подойдя ближе, и перевела взгляд на Нарышкину, – Прошу прощения, дорогая, что вынуждена украсть твоего кавалера…

Глава 3

– А вы, я смотрю, приглянулись девушке. Если бы она могла поджигать людей взглядом, то я была бы уже испепелена, – хрипло рассмеялась мне на ухо княжна, пока мы кружились в танце.

– Вы преувеличиваете, – поморщился я, невольно принюхиваясь к её духам, силясь уловить знакомый запах, но сегодня он определённо был другим, и тяги к ней у меня не было, – Во-первых, мы только-только познакомились, а во-вторых, вряд ли ей так уж сильно будет интересен безродный сверх.

– О, а вот тут ты ошибаешься, милый, – проворковала Шантарская, теснее прижимаясь ко мне, – Сейчас ты интересен очень многим родам, которые не упустят возможность прибрать тебя к рукам, так что готовься к осаде. Ведь самый лучший способ привязать человека к роду, это женить или выдать замуж его.

– И вы тоже хотите прибрать меня к рукам? – прямо спросил я, скривившись в усмешке, – Поэтому использовали вчера на мне магический афродизиак, что, вообще-то, незаконно?

– А вот тут ты меня слегка разочаровал, – укоризненно покачала головой она, – Не проверяешь информацию, прежде, чем кидаться столь серьёзными обвинениями. Незаконны приворотные зелья, а магические афродизиаки вполне законны. И да, естественно, ты мне интересен, но… В род свой я тебя затаскивать не собираюсь, не переживай. Да и муж подобного не поймёт. Я просто люблю разгадывать загадки, которыми ты просто переполнен. Вот как ты смог распознать афродизиак, не имея при себе никаких артефактов? Весьма любопытно, знаешь ли…

– Ничего сложно, – небрежно ответил я, – Обычные внимательность и логика. Уж простите меня, княжна, но я буду говорить прямо. Вы намного старше меня, и, хоть и привлекательны внешне, не в моём вкусе, а значит, бурная реакция моего тела на вас была неестественной. Дальше я просто включил логику. Вряд ли это было приворотное зелье, так как я ничего не пил перед этим. Только шампанское, но оно было из закрытой бутылки, и пил его я не один, значит, оставался вариант только с афродизиаком. Видите, всё просто.

– А вы хам, молодой человек, – тихо рассмеялась Шантарская, – Любая другая девушка обиделась бы на вас за такие слова, и прервала бы с вами всякое общение. Не всегда стоит быть столь откровенным с дамой, и говорить ей, что она не в твоём вкусе. Поверьте, женщины бывают весьма злопамятны, и не прощают подобного.

– Прошу прощения, если мои слова задели вас. Не хотел вас обидеть, – соврал я, так как именно на это и надеялся. Что она психанет, и отстанет, наконец, от меня. Надоели мне её хороводы вокруг меня.

– Ничего страшного, дорогой, я не обижаюсь на детей, – мило улыбнулась она, явно постаравшись уколоть меня.

– Я рад, – ухмыльнулся я, ничуть не задетый сравнением с ребёнком, – Но всё же не вполне понимаю ваш интерес к моей скромной персоне, помимо не вполне понятного желания разгадать меня. Ничего особенного во мне нет, уверяю вас. А даже если бы и было, не думаете же вы, что я вот так взял бы, и вывалил вам все свои секреты? Мы не настолько хорошо знакомы для этого.

– Так давай познакомимся поближе? – промурлыкала она, опять теснее прижимаясь ко мне, и моё молодое тело и без всяких афродизиаков вполне определённо отреагировало на это. Проклятые гормоны. И, кажется, она почувствовала мою реакцию. Вон как торжествующе улыбается.

– Спасибо за танец, но сейчас я вынужден откланяться, – поклонился я ей, тихо радуясь, что этот казавшийся бесконечным танец, наконец, закончился.

– Я пока отпускаю вас, но напоминаю, что вы мне должны ещё два танца, и я обязательно спрошу с вас этот долг. Через два танца мы встретимся. Не теряйтесь, – улыбнулась она напоследок, отвернулась от меня, и протянула руку для поцелуя какому-то офицеру.

***

– Да ты сегодня, смотрю, пользуешься успехом у дам, – подначил меня Демидов, когда мы снова увиделись с ним, спустя где-то часа полтора после нашего прихода сюда.

Я уже успел ещё раз потанцевать с княжной, всё также сыпавшей непонятными намёками, от которых я уже прилично устал, но вот с Настей мне пока больше ни потанцевать, ни пообщаться не удалось, хотя мы и пересекались периодически взглядами, и всё внутри меня сжималось, когда я тонул в её бездонных глазах, а волосы на затылке вставали дыбом при виде каждого нового кавалера рядом с ней. Увы, но график танцев у неё был плотно расписан, да и мне не давали прохода девушки, кружившие вокруг меня как стая акула вокруг тонувшего тела.

– Ну нафиг такой успех, – проворчал я, перехватывая у официанта бокал с минералкой, – Я уж взопрел весь и ноги отваливаются. Столько, сколько сегодня, я никогда в жизни не танцевал, даже в школе танцев! Идиотское какое-то увлечение, честно говоря. Не понимаю я такого. Ладно бы ещё два-три танца, но я уже раз десять станцевал, и еле вырвался сейчас! Там ещё сразу две девушки рвались пригласить меня, я еле-еле сбежать успел!

– Ничего ты не понимаешь, – бросил он на меня снисходительный взгляд, – Танцы – это же язык тела! Великолепная возможность дать понять понравившейся тебе девушке, какие чувства ты к ней испытываешь, и наоборот, девушка тоже в свою очередь может намекнуть тебе, что ты ей понравился. Где ещё ты сможешь прикоснуться к той, кто тебе нравится? Приобнять её, дотронуться до кончиков её пальцев…

– Ого, да ты романтик, я так смотрю, – ухмыльнулся я, – Вот только что-то не видел я, чтобы ты хотя бы пару танцев с одной и той же девушкой протанцевал, каждый раз новая была. И кто же та, кто смог пробудить в тебе столь романтические чувства?

– Ну, я пока в поиске, – смутился он, – Тут столько красивых девушек, вот как среди них можно одну выбрать? С одной танцуешь, смотришь в её глаза, ощущаешь трепет тела, сердце начинает бешено колотиться, думаешь, вот она – та самая! Единственная! Неповторимая! А потом танец заканчивается, приглашаешь другую, и всё повторяется… И так раз за разом!

– Нет, ты не романтик, ты – кобель! – осуждающе покачал головой я, и рассмеялся.

– Сам такой! – ухмыльнулся он, – Думаешь, я не вижу, как ты на Нарышкину заглядываешься, а танцуешь при этом с другими?

– Но-но-но, не путай горячее с тёплым! Я бы и рад только с ней танцевать, но сам же знаешь, что тут нельзя так. У каждой из дам целый список с расписанием составлен, где за каждым танцем закреплён определённый человек. Я только понять не могу, почему другие девушки в любой момент готовы со мной танцевать? Тоже кого-то сдвигают в очереди? Идиотская какая-то система. И так это чудо какое-то, что Настя мне целых три танца компанию составляла, наверняка обидев этим кого-то…

– Да пусть обижаются. Пустые личности. Только и могут, что о себе любимых рассказывать, – насмешливо фыркнул вдруг за моей спиной голос Насти, я медленно повернулся, и увидел её, стоявшей под руку с какой-то брюнеткой, по-видимому, подругой.

– В остальном же я с тобой полностью согласна, – доверительно в полголоса произнесла она, улыбнувшись, от чего на её щёчках опять появились так понравившиеся мне ямочки.

– Тупая система. Я тоже понять не могу, почему я должна танцевать с какими-то незнакомыми людьми, а не с тем, с кем мне нравится. Не поверите, господа, но мне этот список сам дедушка составлял. Мол, нужные люди, какие-то! Сам бы тогда и танцевал с ними, раз они ему так нужны. Впрочем, за одно имя в этом списке я ему всё же благодарна, – лукаво улыбнулась она мне.

– Я ему тоже благодарен за одно имя в вашем списке, уж не знаю, об одном и том же имени мы говорим, или нет, – рассмеялся я, и мельком глянул на её молчаливую подругу, а потом на своего приятеля, – Дамы, позвольте представить вам своего друга, Сергея Демидова. Сергей, познакомься с самыми прекрасными девушками в этом зале Анастасией Нарышкиной, и… – замялся я, вопросительно глянув на подругу Насти.

– Елизавета Глинская, – правильно поняла она мой взгляд, и сделала реверанс.

Глинская, значит? Её фамилия показалась мне знакомой, но у меня до этого было столько дуэлей в школе, что я уже не помнил, был среди них Глинский или нет. А то может как-то неудобно выйти, если был.

– Господа, я надеюсь, мы не сильно помешали вам своим вторжением, и не нарушили никакие ваши планы? – вопросительно глянула на нас Настя, подойдя ближе, – Честно говоря, я немного заскучала, и решила сбежать, прихватив с собой подругу. Одной было бы всё же как-то неприлично к вам подходить, да и не хотелось бросать её на растерзание поклонников.

– Ни капли не помешали. Наоборот, мы счастливы, что вы решили составить нам компанию, и раскрасить этот серый день новыми красками, – церемонно поклонился Демидов.

– Может, мы тогда перейдём уже на неформальное общение? – взмолился я, – Честно говоря, устал я уже от всех этих господ и выканий. Честное слово, такое чувство, как будто на пару столетий в прошлое провалился.

Девушки с улыбкой переглянулись, и кивнули мне.

– Полностью согласна. Я тоже уже устала от всех этих церемоний и надутых павлинов, вьющихся вокруг меня, – решительно сказала Настя, – Лиза тоже не против, хоть она и очень застенчива. И раз мы перешли на такой доверительный уровень общения, может расскажешь мне, почему тебя так невзлюбил мой двоюродный брат, который учится с вами в одной школе? Его буквально перекосило, когда он увидел нас танцующими, а потом полчаса шипел, высказывая мне и деду, что ты недостоин меня, пока дед не приказал ему заткнуться.

– Да так, ничего особенного, – ухмыльнулся я, – Не сошлись с ним по вопросу культуры поведения в обществе, мне пришлось дать ему урок вежливости, вот он и не может мне этого забыть.

– Ого, так вы на дуэли дрались? И ты победил его? – догадалась Настя, и как-то странно глянула на меня. Я не смог понять, что означает её взгляд, слишком быстро там менялись и перемешивались эмоции. И удивление, и опаска, и торжество – всё смешалось в каком-то странном причудливом коктейле.

– Увы, виновен по обоим пунктам, – развёл я руками, – Надеюсь, это никак не омрачит наше общение?

– Нисколько! – резко мотнула она головой, – Мой братец тот ещё придурок. Я даже рада, что ты смог преподать ему урок хороших манер, хоть он и не пошёл ему впрок. Как был он идиотом, идиотом и остался. Такие не лечатся.

– Настя! – шикнула на неё подруга, опасливо покосившись по сторонам, как будто боясь, что её кто-то мог услышать.

– А что – Настя? – спокойно отозвалась она, – Я правду говорю, и могу это и ему в лицо сказать. Терпеть не могу двуличности.

– Не всегда можно говорить правду, тем более людям, которых ты едва знаешь, – упрямо не согласилась с ней подруга, – Иногда стоит и промолчать.

– Уверена, что с этими молодыми людьми можно говорить прямо, без опасений, что они потом с кем-то будут это обсуждать. Я довольно хорошо разбираюсь в людях, и убеждена, что им можно доверять, – упрямо поджала Настя губы, – И более того, у меня сейчас такое чувство, что я знаю их уже очень давно… – тихо закончила она, глядя при этом исключительно на меня своими глазами-омутами, а моё сердце в груди вдруг учащённо забилась, как будто собираясь выпрыгнуть из груди.

– Опять она… – процедила вдруг Настя, бросив взгляд в сторону, схватила меня за руку, и потащила к кружившимся в танце парам, – Пойдём, потанцуем?

Я так понял, что это был риторический вопрос, но послушно пошёл за ней, глянув в ту же сторону, что и она, и увидел приближающуюся к нам Шантарскую.

***

– А ты, я смотрю, пользуешься успехом у пожилых дам, – улыбаясь, произнесла Настя, когда мы закружились в танце.

– Что поделать? Я слишком неотразим, и они не могут устоять перед моим обаянием, – печально признался я, меланхолично вздохнув.

– Ага, или, скорее всего, ей от тебя что-то надо, – прозорливо заметила она, лукаво улыбаясь, – Колись давай, чего от тебя хочет эта старушка? Не просто же так она весь вечер вокруг тебя круги наматывает?

– Угу, хочет выведать страшную тайну, – заговорщически прошептал я ей на ушко, – Мечтает получить такие же щупальца, как у меня, чтобы паучихой стать.

– Врёшь ты всё, – прыснула она со смеху, – Зачем ей твои щупальца? Она помешана на различных артфектах и магии, захотела бы стать паучихой, нашла бы другой способ, по проще. Ещё она азартными играми увлекается, и что-то мне подсказывает, что именно с этим связан её интерес к тебе, – серьёзно глянула она на меня, – Похоже, считает, что есть какой-то секрет, который помог тебе выиграть турнир, и хочет его разгадать.

– А ты очень догадлива, – восхитился я её проницательности, – Действительно, так она и считает, и теперь прохода мне не даёт.

– Это не догадка, а логика, – довольно улыбнулась она, – А ещё мне эта логика подсказывает, что секрет действительно есть. Не зря же мой дед решил познакомить нас? Он явно хочет, чтобы ты стал ближе к нашему роду и был на виду. Я заметила, что его очень выбила из колеи твоя победа над ним, хоть он и пытается этого не показывать. Я точно не знаю, но предполагаю, что он использует в игре какие-то нечестные методы, пользуясь тем, что он практически хозяин этого казино, и твою победу считал попросту невозможной, но что-то пошло не так, – загадочно улыбнулась она мне.

– Ты удивительно проницательна, – пробормотал я, аж опешив от того, как она обо всём догадалась. Ей осталось только разгадать сам способ моей победы, и не удивлюсь, если она и это легко сделает.

– Да, я такая! – гордо задрала носик она, и тут же рассмеялась, – Но не переживай. Я не буду у тебя выпытывать, как именно ты это сделал. Я уважаю чужие секреты. Если захочешь – сам когда-нибудь расскажешь, нет – значит, нет. Можешь быть уверен, что даже если дедушка попросит выведать у тебя твои секреты, я не буду этого делать.

– Ты – удивительная девушка, – не сдержавшись, выдохнул я.

– Спасибо, но ты преувеличиваешь, – явно смутилась она, – Но мне было приятно это услышать…

Музыка, которую исполнял живой оркестр, закончилась, началась следующая, но мы, позабыв о всяких там списках и очередностях, – продолжали кружиться в танце, не обращая внимание ни на что вокруг.

Я, кроме её изумительных глаз, больше и не видел ничего…

– Арх, что со мной? Может, это афродизиак опять? Или приворотное зелье? – обратился я другу, постаравшись отключить эмоции и включить голову.

– Постороннего воздействия не выявлено, – тут же отозвался он, – Я уже всё проверил. Это твоё настоящее чувство. Похоже, приятель, ты конкретно так влюбился в эту девушку в первую же встречу. Впрочем, ничего удивительного тут нет, учитывая ряд моментов…

– Что такое? – насторожился я, всё ещё ожидая какого-то подвоха.

– А ты не заметил? Она же практически твой идеал, – продолжил он, – Я много раз анализировал твою реакцию на других людей, и давно уже отметил для себя, что тебе нравятся миниатюрные блондинки с голубыми глазами. Это что касается внешности. Если же оценивать внутренние качества, то тебе нравятся умные девушки, искренние, умеющие прямо выражать свои чувства, с чувством юмора, так что пока тут всё четко в цель бьёт, вот ты и поплыл. Ничего удивительного.

– Дедушка меня убьёт… – пробормотала Настя, покосившись в сторону столиков, за одним из которых находились её родственники, – Я совсем забыла про список! А хотя, ну и пусть. Я ни о чём не жалею. Это мой первый бал, так что я имею право танцевать с тем, с кем хочу. Надеюсь, я тебе никакие планы не спутала, захватив в единоличное пользование?

– Наоборот, я счастлив этому… – признался я, наши взгляды встретились, и…

И всё здание вдруг заходило ходуном, сверху полетели на пол огромные хрустальные люстры под дикие крики людей, валившихся на пол.

Я рывком притянул её к себе, и совершил огромный скачок в сторону, уходя из-под летевшей на нас многокилограммовой люстры, попутно ухватив щупальцами ещё несколько человек, выводя их из-под удара.

Последовал ещё один толчок, здание затряслось ещё сильнее, а по стенам и потолку побежали многочисленные трещины.

– Землетрясение, что ли? – озадаченно пробормотал я, держа за руку девушку, и пробираясь к выходу, рассекая как ледокол толпу людей. И тут сразу у нескольких сотен людей заверещали виртуммы, оповещая о том, что где-то рядом произошёл прорыв…

Глава 4

– Прорыв? – удивлённо вскрикнула Настя, – Но как это возможно? Дед уверял, что это здание и территория рядом с ним максимально защищены от подобного, а судя по толчкам, это где-то совсем рядом произошло.

– Давай потом об этом подумаем? – пропыхтел я, на ходу снимая пиджак и вытаскивая ремень из брюк, и трансформируясь, оставшись после этого в жалких обрывках штанов. Костюм жалко было до слёз, особенно учитывая, сколько он стоил, но лучше его потерять, чем жизнь. Был, конечно, ещё вариант просто раздеться до трусов, сохранив вещи, но как-то я не готов был щеголять в трусах перед местными дамами, да и, думаю, не так много у меня времени есть, чтобы тратить секунды на раздевание. Пиджак снять успел, и т хорошо.

Ладно, деньги теперь есть, куплю себе потом несколько новых костюмов. Вот, кстати, насчёт денег…

– Можешь сохранить для меня? – попросил я Настю, протягивая ей призовой чек, – Боюсь, у меня он потеряется.

– Ого, ты настолько мне доверяешь? – улыбнулась она, но чек взяла, – Спасибо за доверие. Пиджак тоже можешь отдать пока, чтобы он руки тебе не занимал.

– Спасибо, – выдохнул я, не став уточнять, что всё равно никто кроме меня не сможет его обналичить, так как он именной. Пусть лучше думает, что доверяю. Да и не думаю, что она способна на кражу, несмотря на то, что она внучка того ушлого Нарышкина.

Тем временем мы выскочили на улицу, и завязли в толпе людей, которая почему-то и не думала двигаться никуда дальше. Люди толпились на одном месте, а из дверей тем временем не прекращаясь выскакивали ещё люди, которые также вязли в этой человеческой массе.

– Да что там случилось? – возмутилась Настя, которая из-за своего маленького роста не видела вообще ничего, почти упираясь лицом в спину какого-то мужика перед нами, а вот я разглядел, в чём причина затора…

На дороге стояли несколько бронетранспортёров и танков, орудийные дула последних были направлены на толпу, которую удерживала на месте тонкая цепочка солдат, с автоматами в руках.

– Там военные перегородили всю улицу, и не пускают людей, – пробормотал я задумчиво, – Точнее, пускают, но по одному, а перед этим проверяют каждого какими-то сканерами.

– Безобразие!

– Долго нам ещё тут торчать?

– Да вы знаете, кто я вообще такой? Быстро выпустили меня отсюда! – доносились крики из толпы, которая возмущённо гудела, и давила на военных, цепочка которых изо всех сил удерживала её, пока обходясь без крайних мер, но было у меня подозрение, что всё может измениться в любую секунду. Слишком мало солдат, не удержать им возмущённую толпу, которая с каждой секундой становилась всё больше и больше. В любой момент у кого-то могли не выдержать нервы, и ситуация тогда без жертв точно не обойдётся.

– Подними меня, я хочу посмотреть, что там, – попросила вдруг меня Настя, и я без колебаний усадил её к себе на плечо.

– Достаточно, опускай, – через несколько секунд скомандовала она, и я послушно опустил её на асфальт.

– Плохо дело… – озабоченна произнесла она, – Там явно идёт проверка на одержимых, вот только людей слишком много, а солдат наоборот слишком мало. И среди них всего два мага, которые могут пропускать людей только по одному. Похоже, прорыв где-то совсем рядом произошёл, вот только тварей не было, и маги решили, что к нам пожаловали бестелесные гости, которые вселились в кого-то из людей. Если это так, то они либо в здании будут прятаться до последнего, либо наоборот, на прорыв пойдут, и тогда солдаты начнут стрелять. Зря мы сюда вышли. Надо было в здании оставаться.

– Да кто ж мог знать? – пожал я плечами, – Сама же помнишь, как оно ходуном ходило. Сомнительное удовольствие было бы под завалом оказаться. Слушай, а у твоего деда тут убежища нет где-нибудь в подвале?

– Было раньше. Но потом его убедили, что здание и ближайшая к нему местность надёжно защитили от прорывов, и он переоборудовал его для своих каких-то целей, – нехотя призналась она.

– Жаль… Но в любом случае, я предлагаю вернуться в дом, – предложил я, наблюдая за тем, как накаляется обстановка. За себя-то я не переживал, мне пули не страшны, а вот девушка могла и пострадать.

И только тут я сообразил, что, во-первых, пули могли оказаться какими-нибудь особенными, против тварей из прорывов, и вполне могли и мне навредить, а во-вторых, со мной же был Арх, которого могли вычислить в ходе проверки! Твою ж мать… И что делать?

– Не вычислят, не беспокойся, – поспешил тут успокоить меня приятель, – Уже столько времени прошло с тех пор, как я поселился в виртумме, что теперь меня тут найти невозможно, если я сам этого не захочу. Так что насчёт меня можешь не переживать. Лучше подумай о том, что по моим подсчётам, через прорыв прошло с десяток сущностей, которые в любой момент могут активизироваться и напасть на тебя или твою подругу. Но учитывая, что вся эта толпа из весьма влиятельных людей, то убийство одного из них, даже одержимого, тебе не простят. Родственнички обязательно отомстить захотят. Делай выводы.

– Понял, – мысленно согласился я с ним, подхватил на руки пискнувшую девушку, и взвился в прыжке, так как как обычным шагом через эту плотную толпу народа было уже не пробиться.

Подо мной что-то возмущённо вопили люди, над головами которых я летел, то ли мне косточки перемывая, то ли военным, я не прислушивался, не до этого было. Я больше думал о том, как бы не раздавить кого при приземлении, но обошлось. Я успешно долетел до здания, врезавшись в стену дома, оттолкнулся ногами от стены, немыслимым образом извернулся, и взвился вверх, где зацепился щупальцами за подоконник, и забросил нас в окно спиной вперёд, прикрывая девушку от осколков.

– Ох, мамочки… У меня чуть сердце не остановилось от ужаса, – простонала Настя, когда я поставил её аккуратно на пол, – А в кино всё так романтично выглядит, когда главный герой спасает свою девушку, и скачет с нею в руках с крыши на крыши. Ты хоть предупредил бы!

– Не было времени, – бросил я, внимательно оглядываясь по сторонам. Несколько карточных столов с креслами вокруг них подсказали, что мы оказались в одной из игровых комнат, сейчас абсолютно пустой, что вовсе неудивительно, – Там в любой момент стрелять могли начать, и тогда было бы намного сложнее выбраться из этой обезумевшей толпы.

– И что будем делать? – спросила Настя, подойдя к одному из кресел, и усаживаясь в него, – Здесь подождём, чем всё закончится? Или ты, как настоящий герой, помчишься спасать остальных?

– Думаю, сами пускай справляются, – отмахнулся я, усаживаясь рядом с ней. Промелькнула было мысль, что неплохо бы найти Демидова, но пришлось от неё отказаться. Хрен его знает, где его носит, да и слишком много людей на улице. Впрочем, мой приятель всегда отличался осторожностью, и я был почти уверен, что он нашёл уже себе где-нибудь убежище, где и пережидает всё это, а если же в него кто-то вселился, то я один хрен с этим ничего сделать не смогу. Да и не следовало девушку одну оставлять.

– И правильно, – с облегчением вдруг произнесла Настя, бросив на меня благодарный взгляд, – А я уже испугалась, что ты меня бросишь сейчас здесь одну, и обратно помчишься. В кино герои то и дело подобную дурость совершают, хотя на мой взгляд, в таких случаях нельзя разделяться. Да и не дети там. Среди них много магов, могут и сами о себе побеспокоиться. Опять же, охрана где-то там должна быть, если дед к себе её не позвал, конечно. Вот только что мы дальше делать будем? Здесь ждать?

– По-хорошему, тебя бы надо к твоим родственникам отвести, – задумчиво почесал нос я, забыв о манерах, – Беспокоятся же, наверное, да и безопаснее с ними было бы. Но идти куда-то – это на приключения нарываться и тебя опасности подвергать. Думаю, лучше тут подождём и посмотрим, как события развиваться будут.

– Согласна, – кивнула она мне, – К тому же, они и сами могут меня найти при желании. У меня есть кулон, благодаря которому они могут отследить моё местонахождение, – с этими словами она вытащила из-под выреза платья цепочку, на которой находилось что-то, напоминающее собой золотого паука.

Я собрался было подойти поближе и посмотреть повнимательнее, но тут за окном раздался грохот выстрелов, и мы синхронно вздрогнули, глянув друг на друга.

– Похоже, не обошлось… – глухо прошептала Настя, а я повернулся к окну. Через секунду она составила мне компанию, встав рядом со мной.

Не знаю, что там послужило спусковым крючком, и куда стреляли военные, вверх или по людям, но толпу эти выстрелы не испугали, а наоборот заставили яростно взреветь, и обрушиться на строй солдат.

То и дело в толпе вспыхивали индивидуальные щиты, искры молний и файерболов с другими атакующими заклинаниями, которые неслись в сторону военных, бессильно разбиваясь о защищающие их щиты, а грозные орудия танков водили стволом из стороны в сторону, но пока не стреляли, как будто чего-то выжидая…

– Они там совсем с ума по сходили, что ли? – удивился я, глядя на потерявших всякий цивилизованный вид и аристократичный лоск людей, которые с перекошенными от злобы лицами продолжали надвигаться на солдат, что-то возмущённо вопя, – Их же сейчас просто перестреляют! Почему они не могут просто подождать? Наверняка скоро ещё маги подъедут, и выпускать быстрее начнут. Неужели они этого не понимают?

– Думаю, это понимают и одержимые, а потому и начали действовать, – медленно произнесла Настя, не отрывая взгляда от того, что происходило за окном. Только сейчас я сообразил, что весьма опрометчиво так стоять и ловить шальные пули, а потому взял её за руку, и увёл в сторону, под защиту бетонных стен. Хотя и такая защита могла не спасти, а потому ещё и сам встал между девушкой и стеной, разделяющей нас от улицы. Нет, надо бы, всё же, до подвала добраться, и там схорониться. Если дело дойдет до стрельбы из танков, то может и по нам прилететь.

– Скорее всего, они как-то умеют воздействовать на эмоции людей, и хотели раскачать их на прорыв, надеясь, что военные всё же не станут стрелять в людей, и воспользовавшись неразберихой, попытаться скрыться. Вот только солдаты всё же открыли огонь… Боже, хоть бы там никто не пострадал… Как всё это ужасно… – прошептала она, и в уголках её глаз заблестели слёзы, – Надеюсь, мама с папой не там…

– Думаю, вряд ли они там. Скорее всего, вместе с твоим дедом где-нибудь в подвалах прячутся, – поспешил успокоить я её, и осторожно приобнял, тщательно контролируя силы, чтобы не раздавить ненароком.

Она благодарно глянула на меня, и уткнулась мне в живот. В моей форме Берсерка выше ей было и не достать.

– Вот ты где! Я тебя по всему дому ищу, а ты тут, оказывается, с девушкой милуешься. Уж извините, что помешала, – ехидно произнёс кто-то голосом княжны Шантарской от двери, и, подняв взгляд, я её там и увидел, вот только было совершенно непонятно, как она смогла так зайти в комнату, что я этого не услышал.

***

– Господи, это опять вы? – выдохнула Настя, с неприязню глянув на княжну, – Что ж вы всё вьётесь вокруг Михаила, как оса вокруг мёда? Вы что, не видите, что происходит? Нашли время!

– Тебя забыла спросить! Не лезь не в своё дело! – раздражённо рявкнула Шантарская на неё, и с каким-то лихорадочным блеском в глазах глянула на меня, – Михаил, ты мне очень нужен. Прямо сейчас! Оставь эту малолетнюю дуру, и идём со мной. И побыстрее. Пока не стало слишком поздно. Они уже совсем скоро будут тут, нельзя терять время.

– Кто – они? – насторожился я, – Почему и куда я должен идти с тобой? И не смей разговаривать в подобном тоне с Настей!

– Нет времени объяснять! Потом всё поймёшь! – взвизгнула Шантарская, и какой-то ломаной походкой двинулась ко мне, с совершенно безумным взглядом.

– Ты должен идти со мной! Тебе нельзя тут находиться! Я чую, что он где-то у тебя, и заберу вас обоих из этого мира! Они уже совсем близко, но я первая нашла вас, и награда тоже будет моя! – несла она какую-то бессвязную чушь, приближаясь к нам.

– Миша, с ней что-то не так! – со страхом произнесла Настя, прячась мне за спину.

– Да она одержима! – одновременно с ней высказался Арх.

– Да я это уже понял, – буркнул я, отвечая сразу обоим. Капитаны очевидность, блин.

– Да угомонись ты уже! – рявкнула вдруг Шантарская, и ударила сама себя по голове, – Замолкни! Тебе о жизни своей надо думать, а не о том, как он там что-то выиграл! Я обещала, что отпущу тебя, но выспрашивать ни у кого ничего не собираюсь! Утихни говорю, дура тупая!

Ого, да это, похоже, хозяйка тела проснулась! – догадался я, – Вот неугомонная! Даже на краю гибели свою линию гнёт! Они, походу, нашли друг друга, обе ненормальные какие-то…

– Стой, где стоишь! – рявкнул я, увидев, что княжна опять дёрнулась в мою сторону, – Княжна, если ты там слышишь меня, то лучше бы тебе остановить её, иначе я не могу гарантировать целостность твоего тела!

Одержимая на секунду замерла, замялась, как будто преодолевая какое-то сопротивление, но вскоре двинулась дальше, оскалившись в какой-то совершенно дикой гримасе, а потом вдруг взвилась в воздух, молнией метнувшись ко мне в неимоверном прыжке, и тут же улетела в обратную сторону, так как я был готов к любой неожиданности, и встретил её ударом щупальца.

Княжна ударилась об стену, упала на пол, но сразу же как ни в чём не бывало вскочила на ноги, злобно глянула на меня, и мою голову пронзила вдруг острейшая вспышка боли. Я рухнул на колени, обхватив голову руками, и тут же последовала ещё одна вспышка, и я еле удержался от того, чтобы не заорать.

– Покорись мне, и боль отступит… – прошипела Шантарская, но я не в силах был что-либо ответить. Подобной боли я не испытывал никогда. Она как будто била в самый мой мозг, отключая малейшую возможность к сопротивлению.

– Миша, что с тобой? – испуганно спросила за спиной Настя, но я никак не отреагировал на её вопрос. Вот совсем не до неё сейчас было.

– Миша, держись! Дай мне минуту, и я помогу! – добавил боли в моей голове голос Арха.

Минуту? Да это целая вечность! Боль настолько поглотила меня, что сейчас я мечтал лишь об одном – избавиться от неё! Любым способом! Даже смерть меня сейчас не пугала и казалась избавлением!

– Покорись!

– Да пошла ты! – выдавил из себя я, и каждое моё слово отзывалось новой вспышкой.

Уж не знаю, Арх ли помог, или я просто притерпелся к этой жуткой боли, но я смог совершить над собой усилие, заставив встать на ноги, и медленно двинуться в сторону твари. Каждый шаг отдавался в моей голове вспышкой боли, а на глазах непроизвольно выступили слёзы, но я сжал зубы, и мрачно надвигался на княжну.

Медленно… Очень медленно… Ноги отказывались меня, и я с огромным трудом переставлял их. Она могла без малейших усилий убежать от меня, но почему-то оставалась на месте, с безумной усмешкой глядя на меня.

Я не хотел убивать княжну, но не видел другого выхода. Не специалист я был по одержимым, и как по другому её остановить, я не знал.

– Ты не сможешь её убить, так что не сдерживай себя, – подал тут голос Арх, – Одержимые очень живучие. Тот, кто вселяется в тела, в первую очередь максимально укрепляет свою оболочку. Физическим воздействием их не остановить. Тут нужно или ментально действовать, или стрелять специальными артефактными пулями. Ни того, ни другого у тебя нет. Единственное, что тебе остаётся, это тянуть время до подхода магов.

– Понял… – прохрипел я через силу, от дикой боли позабыв, что мы разговариваем с ним мысленно, и взмахнул щупальцами, так как подобрался к ней на расстояние удара.

Но она играючи увернулась от них, взмахнула рукой, и в меня прилетел мощнейший удар воздушным тараном, опрокинувший меня на спину.

– Я бы и дальше поиграла с тобой, но мне некогда, – хихикнула она, шевельнула рукой, и что-то обхватило мои ноги, и потащило к ней, – Попрощайся с подружкой, мы уходим. Теперь ты будешь только моей игрушкой. Но не здесь. Здесь слишком многие хотят с тобой поиграть. Не хочу делиться. Домой пойдём, там поиграем. Там нам никто не помешает! А потом, когда наиграюсь, я обменяю тебя на награду. Очень хорошую награду! Я стану сильнее! Но это потом…

– Миша! Нет! Отвали от него, уродина! – закричала Настя, и тут из-под ног одержимой вдруг рванули вверх какие-то зелёные побеги, буквально за секунду спеленавшие её по рукам и ногам.

Княжна одним рывком избавилась от них, разорвав, но тут же сразу с десяток растений обвязал её ещё раз, и ещё, и ещё… Побеги всё росли и росли, и не думая останавливаться, и скоро полностью погребли под собой одержимую, оказавшуюся замурованной в настоящий зелёный кокон.

Тут я почувствовал, что головная боль отступила и за ноги меня тоже больше никто не держит, кое-как встал, и на всякий случай ещё и щупальцами обхватил этот кокон, чтобы наверняка не позволить ей вырваться.

Глава 5

– Спасибо тебе, Михаил, что за внучкой моей присмотрел. Считай, что я у тебя в долгу, – крепко сжал мне руку дед Насти, глянув мне в глаза.

– Не за что, Сергей Константинович, – открестился я от сомнительного долга, – Она мне тоже очень помогла. Если бы не её лианы, то может быть я сейчас и не стоял перед вами. Очень сильная тварь оказалась. По мозгу как кувалдой била. И спасибо вашим людям, что вовремя подоспели. Сомневаюсь, что мы даже вдвоём смогли бы долго удерживать её. Нам ещё очень повезло, что она только на меня ментально давить стала, и почему-то проигнорировала Настю.

– Думаю, не проигнорировала, а не смогла подавить действие амулета. У Настеньки многофункциональный амулет всегда при ней, одна из функций которого является как раз таки защита от ментальных атак, – пояснил он, отпустил наконец мою руку, и жестом предложил присесть в кресло, и я не стал отказываться от его приглашения, рухнул в него, и с облегчением вытянул ноги. Это был очень долгий день…

Долго мы с Настей удерживать ту тварь не смогли. Прошло буквально секунд пятнадцать, и она, яростно взревев, одним рывком разорвала свои путы, в том числе, и мои щупальца, и отправила меня в полёт до ближайшей стены очередным воздушным тараном. Вслед за мной полетела и Настя, и я лишь каким-то чудом, не иначе, успел перехватить её уцелевшими щупальцами уже у самой стены. Боюсь, она подобное столкновение могла и не пережить.

Вряд ли бы наше дальнейшее противостояние закончилось для нас хорошо, но к счастью, до него дело не дошло. Как только я вскочил на ноги, к нам пожаловали гости.

Сначала в комнату через окно что-то влетело, с металлическим лязгом упавшее на пол.

Я логично предположил, что это граната, молниеносно подтянул к себе Настю, и спрятал её под собой. Раздался тихий хлопок, и… И это всё?

Я с недоумением оглянулся, пытаясь понять, что происходит, и увидел замершую на месте княжну, которая как будто в ступор впала. Её глаза не мигая мрачно смотрели на меня, лицо скривилось в безумной гримасе, руки были чуть разведены в стороны, и она даже не шевелилась. Прям как будто в статую превратилась.

– Миша, выпусти меня! – пискнула откуда-то из-под меня Настя, и я поспешно отодвинулся от неё.

– Извини. Я думал, это граната, – буркнул я.

– Всё нормально, я поняла, что ты обо мне заботишься. Спасибо тебе. Но что это с ней? – с недоумением уставилась она на княжну, поправляя помявшееся платье.

– Сам понять не могу, – озадаченно отозвался я, – Как будто остолбенела.

– Или парализовало… Эй! Ты нас слышишь вообще? Ау! – помахала она вдруг ей.

– Нет, она вас не слышит, – произнёс вошедший в комнату какой-то мужчина, а за ним следом ещё двое.

Я было напрягся в ожидании неприятностей, но они не обратили на меня ни малейшего внимания, и подошли к княжне.

– Здравствуйте, Олег Петрович, – поздоровалась с ним Настя, и я расслабился. Раз девушка спокойна и знает его, то и мне дёргаться незачем.

– Виделись, Анастасия Викторовна, – равнодушно отозвался он, не глядя на неё, направив свой виртумм на одержимую, и что-то проверяя на нём, – Там ваши родители вас заждались уже. Скоро на поиски пойдут.

– А как там обстановка вообще? Выходить из комнаты можно? – опасливо уточнила она.

– Всё в порядке, все незваные гости пойманы. Эта последняя. Забирайте её! – кивнул он своим помощникам, те молча кивнули, подхватили княжну, и потащили из комнаты.

– И аккуратнее давайте там! Вам её муж голову оторвёт, если с телом что-нибудь случится! – крикнул он вдогонку, и повернулся к нам, – А вас, молодые люди, я прошу пройти со мной. Но сначала давайте-ка я и вас проверю, во избежание неприятностей.

И не успел я даже слова сказать, как он направил свой виртумм в мою сторону. Возмущаться было поздно, так что оставалось только надеяться, что Арх не ошибся и действительно умел хорошо прятаться от этого.

Судя по тому, что он ничего мне не сказал, и перевёл виртумм на Настю, всё обошлось, так что я с облегчением выдохнул, но, как оказалось, рано обрадовался. Это была лишь первичная проверка. Дальше он проводил нас к магам, которые уже гораздо детальнее обследовали нас, а затем Настю забрали родители, а меня позвал к себе её дед.

***

– И что теперь будет с княжной? На опыты отдадут? – поинтересовался я у него, отказавшись от предложенного бокала с виски, – И сколько вообще было этих одержимых? Точно всех поймали?

– Был бы на её месте ты, тебя бы точно учёные забрали, а её никто не посмеет тронуть. С её мужем никто не захочет связываться, – объяснил он, одним махом осушив бокал с огненным пойлом, и придвинул к себе бокал, от которого я отказался.

По нему было видно, что прошедший прорыв не прошёл для него бесследно, и забрал немало сил и нервов у него. Весь как-то осунулся сразу, побледнел, под глазами круги тёмные появились. Обычно идеально ровная спина ссутулилась, и было заметно, что со мной он уже из последних сил общается.

– Маги говорят, что тварей было девять. Вашу мы уже последней нашли. Она, похоже, самой опытной была, и умело от сканирования закрылась. К тому же, в отличие от остальных, не стремилась вырваться из оцепления, а осталась дома, – устало произнёс он, и замолчал, закрыв глаза.

– Много жертв было? – рискнул прервать я затянувшееся молчание.

– Меньше, чем могло бы быть… – пробормотал он, не открывая глаз, – Спасло то, что гости у нас весьма непростые были, и даже если кто-то из них не был магом, то у него обязательно защитный артефакт был, так что обошлось без летальных исходов. Несколько десятков человек получили травмы в давке, и ещё пару десятков одержимые покалечили. Ну, и спасибо военным, которые проявили колоссальную выдержку, и даже в самый критичный момент ограничились стрельбой в воздух.

– А с княжной теперь что будет? Тварь эту как-то реально вообще достать из неё?

– Уже. Подобные вселения давно известны и методы против них выработаны. Из всех одержимых уже извлекли гостей, и передали их учёным на опыты. Так что можешь не волноваться, с Шантарской всё будет хорошо. Ей только надо немного времени, чтобы в себя прийти. А почем ты так интересуешься её судьбой? Понравилась? – с усмешкой глянул он на меня.

– Да вот ещё, – фыркнул я, – Она слишком старая для меня. Просто не чужие же люди, даже танцевали несколько раз. Невежливо было бы хотя бы не поинтересоваться её состоянием.

– Ясно. Тогда повторюсь. Всё с ней хорошо. Ну, да бог с ней, с этой княжной. Я ещё раз хочу поблагодарить тебя за то, что ты присмотрел за моей внучкой, я твой должник. Нужна будет помощь – обращайся, не стесняйся. Сейчас задерживать тебя не буду, время позднее. Твоя опекунша уже с ума там сходит, хоть мы и постарались успокоить её. Тебя сейчас отвезут домой на одной из моих машин. Жаль, что толком не побеседовали сегодня, но очень надеюсь, что это была не последняя наша встреча.

Он с трудом встал, и протянул мне руку для рукопожатия. У меня ещё было множество вопросов по случившемуся прорыву, но я видел, что ему уже не до разговоров, и держится он исключительно на своей воле, а потому просто встал, пожал ему руку, и пошёл на выход.

***

– Я уже слишком стар для всего этого дерьма… – выдохнул Нарышкин, когда за его молодым гостем закрылась дверь, устало сел обратно в кресло, и одним глотком осушил ещё один бокал с виски. Глянул задумчиво на бутылку на столе, прикидывая, налить ещё или нет, прислушался к себе, и понял, что на сегодня достаточно. Впереди ещё было слишком много дел, а спиртное вгоняло его в сонное состояние.

– Начальника службы безопасности ко мне! – рыкнул он в виртумм, и уже через минуту в дверь кабинета пару раз стукнули, и в кабинет зашёл Олег Петрович.

С неизменным невозмутимым лицом он подошёл к Нарышкину, и остановился, не рискнув сесть в свободное кресло без разрешения.

– Скажи мне, как так получилось, что прямо на территории моего особняка произошёл прорыв, хотя ещё совсем недавно ты меня уверял, что это просто невозможно! Что те новейшие артефакты, которые мы купили за колоссальные средства, исключают малейшую возможность подобного?! – зло прошипел старый князь, глядя на своего слугу.

– Ваше сиятельство, хочу вам напомнить, что о невозможности подобного это не столько мои утверждения, сколько заключение магического экспертного комитета Москвы. Эти артефакты прошли множество проверок, и пока не было ни одного сбоя. Ими пользуется всё высшее руководство страны. Я уже молчу о том, что почти весь город прикрыт ими, и мы ставили их лишь для подстраховки, – спокойно ответил начальник службы безопасности, не реагируя на гнев князя, – Магический экспертный комитет давал гарантию в девяносто девять процентов, что этого не произойдёт. Видимо, тут сработал тот остававшийся один процент. Маги из комитета уже уведомлены о произошедшем, и скоро их представитель будет здесь, вот ему и можно будет задать вопрос, как подобное могло произойти.

– Молодец! Нашёл на кого стрелки перевести! – рыкнул Нарышкин, – Не твой профиль, значит? Тогда объясни мне момент по твоему профилю! Почему мою внучку спасал посторонний человек, а не твои люди? Она лишь чудом не пострадала! Почему вы так долго её искали?

– Согласен, это уже моя вина, – склонил голову безопасник, – Когда всё началось, мы не успели взять её под охрану. Народ кинулся к дверям, и через людей нам было не пробиться, а вот ваш гость сумел вовремя сориентироваться и вывести её из здания. Когда же мои люди уж почти добрались до них через толпу, сверх решил скрыться в доме, что было вполне логично, учитывая начавшиеся волнения. А дальше вы и сами знаете… Одержимые активизировались, и моим людям пришлось переключиться на них, пока не случилось беды. Их слишком мало для подобных эксцессов, и я вам об этом, если вы помните, говорил, что людей у нас недостаточно и требуется расширение штата, на что вы мне ответили, что для возможных угроз их более, чем достаточно.

– Чудесно! – всплеснул руками князь, – Теперь ещё и я виноват! Хорошо устроился, все у тебя кругом виноваты, а ты весь в белом остался. Маги, значит, за провал с артефактами виноваты, я – что людей тебе больше не дал, а ты, выходит, и не при чём?

– Я с себя вины не снимаю, – покачал головой Олег Петрович, – Каюсь, не ожидал, что артефакты не сработают, и прорыв оказался для меня полной неожиданностью, а потому замешкался, и запоздал с рядом решений. Готов понести заслуженное наказание!

– Готов он… – проворчал старик, глянул ещё раз на бутылку с виски, и решительно отодвинул её на край стола, – Понесёшь, даже не сомневайся. Если не придумаешь способ, как сделать так, чтобы подобного не повторилось. И разберись с эвакуацией из здания! Какого лешего у нас вся толпа ломанулась к выходу разом? Почему не открыли второй выход? Сегодня поздно уже, а завтра я жду от тебя детальный доклад о случившемся, и предложения, что нужно сделать, чтобы такого впредь не повторилось. Тебе всё ясно?

– Так точно, – вздохнул безопасник, – Разрешите идти, ваше сиятельство?

– Иди, – проворчал старик, и проводил взглядом своего подчинённого. Вот только дверь за ним не закрылась, и в кабинет заглянула Шантарская.

– Можно к вам? – с несвойственной ей нерешительностью поинтересовалась она.

– Ну, заходи, раз пришла, – проворчал старик, и она проскользнула внутрь.

– Тебя уже отпустили? Как-то быстро. Я думал, тебя дня три в больнице подержат.

– Хотели, но я отказалась. Нормально со мной всё. Не хочу быть подопытным кроликом у этих фанатиков, – сухо ответила она, без разрешения присаживаясь рядом с князем, – Достаточно того, что они эту пакость у меня забрали, ну, а чувствую я себя нормально. Эта тварь позаботилась о том, чтобы моё тело в сохранности было.

– Ладно, желание вырваться из лап учёных я могу понять, но почему ты ко мне прибежала? Я думал, что муж тебя, как минимум, сегодня, не отпустит от себя? – князь со вздохом придвинул бутылку обратно, сдавшись, плеснул себе виски в бокал на два пальца, и взглядом спросил у княжны, наливать ли ей, на что та утвердительно кивнула.

– Он и не хотел… Еле вырвалась, – княжна взяла бокал, и благодарно кивнула, – Но я подумала, что мои новости вас заинтересуют, и они достаточно срочные. К тому же, решила узнать, не в обиде ли вы, что я невольно стала участницей нападения на мальчика и вашу внучку, хоть и против своей воли.

– В нападении нет твоей вины, – проворчал старик, – Это была не ты, а тварь, вселившаяся в тебя. Я ещё не впал в маразм, чтобы обвинять людей в подобном. Другое дело, что очень странно, что эта тварь решила напасть именно на них, и как будто специально их искала.

– Не их, а его… – прошептала тут княжна, наклонившись к нему, – Это и есть моя новость. Эта тварь искала именно Михаила, и очень обрадовалась, когда нашла! И, как я поняла из её сумбурных мыслей, остальные твари тоже явились за ним, но слегка отвлеклись от цели, когда попали в наш мир. Он у них что-то вроде приза, на который объявлена охота, и за доставку которого будет положена награда! Вот только я не смогла понять, кому именно его надо доставить.

– Интересно… – пробормотал князь, откинувшись на спинку кресла, и ошарашенно глядя на княжну, – Ты не ошибаешься? Зачем им мог понадобиться этот мальчишка? И откуда они вообще могли о нём узнать там, в своём мире или откуда они там явились?

– Не знаю, откуда они про него знаю, зачем он вообще им нужен, но точно нужен именно он! – твёрдо произнесла Шантарская, – Я отчётливо слышала её мысли, пусть и весьма путанные. Его ищут уже довольно давно. Ищут многие. И интересен им не только он, но и что-то, что есть у него. И тварь была уверена, что даже если у неё не получится его поймать, то скоро сюда явится ещё кто-то более могущественный, чем она, за ним.

– Так это что же получается… – осенило вдруг старика, – Весь этот прорыв произошёл из-за него? А возможно, даже не только этот? – вспомнил он вдруг сначала про недавний прорыв в Москве, в устранении которого, вот совпадение, принимал участие Михаил, а потом о том, что несмотря на свой юный возраст, парень принимал участие в ликвидации последствий уже десятка прорывов.

– Да что не так с этим парнем? – тихо пробормотал он.

– Он явно какой-то особенный и у него есть какой-то секрет. Возможно, эта его особенность и помогла ему в победе в турнире? – предположила Шантарская.

– Возможно, – согласился с ней старик, – Вот только ума не приложу, что мне с ним теперь делать? Я хотел приблизить его к своему роду, а это, оказывается, опасно. Рядом с ним в любой момент может новый прорыв случиться! Избавиться от него? Внучка не простит, если узнает, да и он может оказаться полезен. Кто знает, на что он вообще способен и что за секреты в себе хранит, если за ним из других миров являются? Дилемма, однако… – он поставил бокал, встал, и прошёлся взад-вперёд по кабинету, сложив руки за спиной.

– Может, сдать его учёным, и пусть они копаются в его загадках? Да и для города так безопаснее будет, – предложила Шантарская, которую до сих пор ещё потряхивало от недавних событий, и сейчас она готова была лично удавить парня, окажись он рядом. Из-за него же эта пакость вселилась в неё.

– Сдать мы его всегда успеем. Погоди, не торопись. Тут надо сначала хорошенько подумать, а потом уже принимать решение. Сейчас у меня голова уже совсем не соображает, так что давай расходиться. Через пару дней встретимся, когда и ты и я придём в себя после сегодняшних событий, и там уже на холодную голову примем решение. А пока никому об этом ни слова! – жёстко глянул он на княжну.

– Не дура, и сама понимаю, что нужно держать язык за зубами, – кивнула та, – Мне как, продолжать налаживать с ним отношения и пытаться что-нибудь выяснить?

– Нет, не надо. Он хоть и беспокоился о тебе, но явно не так хорошо к тебе относится, чтобы откровенничать с тобой. С момента предыдущего прорыва две недели прошло, так что, думаю, время у нас ещё есть, чтобы решить, что с ним делать.

Глава 6

Меня разбудил завибрировавший на руке виртумм, и, с трудом разлепив глаза, я нехотя ответил на звонок, увидев, что звонит отец.

– Привет, сын! – отвратительно бодрым голосом поздоровался он, несмотря на то, что было ещё только шесть утра.

– Доброе утро, – недовольно проворчал я в ответ, – Ты чего в такую рань звонишь?

– А как иначе? – удивился он, – Тебе скоро в школу идти, и тогда я бы вообще до тебя не дозвонился до вечера. Да и хватит спать. Всю жизнь проспишь так. Я вон уже много лет сплю по шесть часов в день, и мне этого вполне хватает.

– Шести часов и мне обычно хватает. Вот только я уснул в два часа ночи, – продолжал возмущаться я, – Ещё час мог бы спать спокойно. Чего ты хотел так срочно от меня?

– Хотел сказать, что ты молодец, хоть и не счёл нужным поставить меня в известность о том, что собираешься участвовать в покерном турнире. Хотя и могу понять, почему. Я бы наверняка стал тебя отговаривать, – признался он, – Слишком это ненадёжно, рассчитывать на то, что сможешь пройти в финал, благодаря чему попадёшь на бал. Честно говоря, я даже сначала чуть не вспылил, когда узнал о твоём безрассудном поступке, пока не узнал от твоих братьев, что им не удалось достать для тебя приглашение. Но один вопрос меня всё же сильно смущает. Даже два, если быть точнее. Первый, где тебе удалось достать весьма немаленький взнос для участия в турнире, а второй – как ты смог его выиграть?

Я слегка замялся, прикидывая, что лучше ему сказать, но в итоге по первому вопросу выложил так, как всё было на самом деле. Ну, почти. Что выиграл в карты о Разумовском, что произвело на него столь сильное впечатление, что он решил сделать на меня ставку, и оплатил моё участие в турнире. По второй части ответил, что, как оказалось, я довольно хорошо играю в карты, ну, и повезло, наверное.

Отец лишь многозначительно хмыкнул на это, но промолчал.

– А с Нарышкиной как успехи? Я слышал, ты защищал её при прорыве? Удалось с ней подружиться?

– В целом, вроде, нормально всё. Поладили, – с некоторым сомнением произнёс я, так как и не видел её больше, когда её к родителям забрали. И на сообщение она не ответила, когда я уже дома решил написать ей, и узнать, всё ли у неё в порядке. Блин! – вдруг осенило меня, – У неё же чек мой остался! И как мне его теперь забрать? Я, конечно, не думаю, что она решила прибрать его к рукам, да и воспользоваться им у неё не выйдет. Но вот не узнал ли об этом её дед и не прибрал ли его к рукам? Не доверял я этому старому мошеннику. Хотя вряд ли, конечно, он рискнет испортить себе репутацию таким идиотским способом, как воровство.

– Хорошо, если так. Постарайся не терять с ней контакт. И жаль, конечно, что обыграл её деда. Лучше бы поддался ему, – заявил он вдруг, – Я слышал, что он помешан на покере, а тут его вдруг школьник обыграл. Как бы это не осложнило отношения между нашими родами. Хотя, с другой стороны, ты присматривал за его внучкой при прорыве. Мда, дилемма… Не стоило тебе его обыгрывать. Не надо было гнаться за первым местом.

– Сам же говорил, что мне нужно внимание к себе привлечь, и связями обзавестись, а для этого мне нужно было именно первое место, – не согласился я с ним, – И ты чего, собственно, звонишь то? Это всё и потом можно было обсудить. Не вижу срочности.

– Эм… Как тебе сказать-то? – замялся он, – В общем, скажу прямо. Тут твоя тётка не унимается, всё невест тебе и твоим братьям ищет. И, вроде как, нашла тебе. Ты только сразу не психуй, выслушай до конца. Как ни странно, в этот раз в её предложении есть рациональное зерно. У нас тут крупный контракт с родом Головиных наклёвывается. Очень крупный. Чтобы ты понимал, речь идёт о сумме с восемью нулями…

– Так. А я тут причём? – насторожился я. Опять, блин, похоже, вокруг меня какие-то интриги крутят.

– Дело в том, что у главы рода Головиных есть внебрачная дочь. Ей сейчас активно подыскивают мужа, а тут вовремя тётка подсуетилась. Сам понимаешь, замуж за наследника какого-либо рода ей выйти никак не светит, как и в принципе войти в какой-либо влиятельный род, так что твой вариант их вполне устроил. Да и тётка не в курсе наших с тобой дел, а потому считает, что благое дело для тебя сделала. В общем, нужно будет, чтобы ты подыграл ей, когда тебя с возможной будущей невестой знакомить будут. Она как раз скоро в Москве будет проездом, устроишь ей экскурсию по городу, пообщаетесь. Пусть Головины думают, что всё уже решено, а мы время потянем до подписания контракта, в котором будет прописана огромная сумма за его расторжение.

– Как-то это не очень красиво выглядит. Не благородно, как-то… – засомневался я, – Думаешь, стоит из-за какого-то там контракта отношение портить?

– Так я им ничего и не обещал, – насмешливо фыркнул отец, – Мало ли, что там им тётка пообещала? Она, если так посмотреть, то формально она даже в наш род не входит, и не имеет никакого права такие переговоры вести. С тебя вообще спроса нет, ты для всех в род не входишь сейчас. Мы и заставить-то тебя даже не можем сейчас. Вполне можем сказать, что ты не согласился. Что, например, у тебя, оказывается, уже есть девушка, а мы и не знали. Как там у тебя с Ольгой Демидовой, кстати? – переключился он, вдруг, на другую тему.

– Нормально у нас с ней дела, – прокряхтел я, вставая с кровати, – Дружим. Свидание ей, вот, обещал.

– Свидание, это хорошо, – задумчиво пробормотал отец, – Даже отлично. Вот только… А Нарышкина тебе не понравилась? – ещё раз круто сменил тему он.

– Ну, почему же. Очень даже понравилась, – не стал скрывать я, – Вот только, я думаю, вряд ли там что-то серьёзное возможно. Не дадут ей тесно со мной общаться, уверен. Мне старый Нарышкин чётко сказал, что максимум, что мне у них светит, это роль слуги рода. Так что, сампонимаешь… Не вариант.

– Ну да, ну да… – задумчиво согласился он со мной, – Значит, в слуги рода тебе предлагал пойти? Вот козёл старый!

– Не то, чтобы предлагал, а скорее обозначил, что если бы и позвал к себе, то только на роль слуги, но знает, что я на такое не пойду, – поправился я.

– Всё равно. Слишком большого он мнения о себе, – проворчал он, – Ещё недавно наши рода рядом стояли у трона, а тут вдруг себя ни чета нам считать стал. Решил, что раз наш род в опалу попал, то значит, что мы откатились назад в иерархии. Нет, формально-то он прав, вот только любая опала рано или поздно заканчивается, а императоры имеют свойства меняться. И кто знает, где окажется его род при следующем императоре?

– Ты бы это, не обсуждал такие вещи по мобильной связи, – аж поёжился я, – а то мало ли…

– Так я никакой крамолы и не говорил, – рассмеялся он, – К тому же, наша линия защищена так, что её практически невозможно взломать. Но мы отвлеклись. В общем, готовься. В следующие выходные твоя потенциальная невеста будет в городе, продумай заранее, куда сводишь её. Деньги у тебя теперь есть, так что постарайся не разочаровать её. Произведи впечатление на девушку.

– Угу, – буркнул я, – Чувствую себя каким-то племенным быком. С той пообщайся, с этой…

– О, нет, – ещё раз рассмеялся он, – Про племенного быка – это совсем из другой оперы. Вот если бы мне от тебя дети понадобились, то вот тогда можно было бы и про племенного быка говорить. Впрочем, это у тебя ещё впереди.

– Я надеюсь, это сейчас шутка была? Сразу скажу, с такими предложениями будете посланы далеко и надолго, – проворчал я.

– Странный ты какой-то… Ворчишь, как старый дед, хотя любой подросток на твоём месте только обрадовался бы такой перспективе. Впрочем, об этом мы потом поговорим. Сейчас мне уже бежать по делам пора. От мамы привет тебе. Пока. Звони, если что.

***

– Привет. Как сам? – поздоровался я с Демидовым, когда мы уже вполне традиционно встретились с ним рядом со школой.

– Да я-то нормально, в отличие от тебя, – бросил он на меня внимательный взгляд, – Ты чего помятый такой, как будто всю ночь не спал? Я думал, ты после вчерашних событий отсыпаться будешь.

– Я тоже так думал, но, к сожалению, наши желания далеко не всегда совпадают с нашими возможностями, – недовольно проворчал я, вспоминая, какую «ласковую» встречу устроила мне вчера Астра, которая была уже в курсе моих приключений.

Два часа мне мозг выносила, высказав всё, что обо мне думает. И по покеру прошлась, и по прорывам, обозвав меня в каждой бочке затычкой. Она и до того была не очень довольна моим участием в турнире, но моя победа тогда смягчила её недовольство, но сейчас, перепугавшись от этого прорыва, она мне высказала сразу всё, и, была бы её воля, вообще меня под домашний арест поместила бы.

Я слушал молча, не перебивая и не возмущаясь, прекрасно понимая, что она всё это не со зла говорит, а беспокоясь за меня. В итоге она выговорилась, и резким взмахом руки отправила меня спать.

– Что, досталось тебе? – правильно понял моё молчание Серёга.

– Угу, но не будем о грустном, – вздохнул я, – Сам-то как? Извини, я вчера даже не поинтересовался, всё ли у тебя нормально с этим идиотским прорывом прошло.

– Да у меня-то всё отлично было, – вдруг весело подмигнул он мне, – Мы с Лизой не стали ломиться к выходу с толпой. Нашли лестницу вниз, заперлись там в каком-то подсобном помещении, с вёдрами и швабрами, а там… Пообщались, немного… – расплылся он в довольной улыбке мартовского кота.

– Что, прямо в подсобке? Там же грязно! – недоумённо уставился я, догадываясь, о каком именно общении идёт речь.

– Да я не в том смысле! – аж побагровел он, – Лиза – приличная девушка. Как ты мог о ней такое подумать? Именно, что пообщались, узнали друг друга получше. Ну, поцеловались ещё, не без этого, но без всякой там пошлости!

– Ладно-ладно, не горячись! – примирительно поднял я вверх руки, – Это я не подумав ляпнул. Я рад, что всё обошлось, и вы не пострадали. И как у тебя с ней? Всё серьёзно, или так… – неопределённо махнул я рукой.

– Надеюсь, что серьёзно… – вздохнул он, и поднял вверх голову, глядя на свинцовые тучи, затянувшие небо. Было ясно, что вот-вот сверху повалит снег, и нас ждёт очередной снежный апокалипсис.

– Что-то Разумовского не видать, – окинул я взглядом школьный двор, – Он же уже обычно в это время со своей компанией тут торчит, долги из картёжников трясёт.

– А он, представляешь, с картами решил завязать, – ошарашил меня приятель, – Говорит, что денег у него теперь больше, чем достаточно, и теперь нужно думать, как их сохранить и приумножить, и не спустить случайно в карты. За ум решил взяться. Задумался о хорошем университете, но для учёбы там ему надо знания подтянуть, вот и засел за учебники.

– Вот это да… – удивлённо присвистнул я, – А я думал, что шальные деньги развращают людей, а тут наоборот получилось. Ну, хорошо, если так, и если он не сорвётся.

– Сам-то что думаешь со своим выигрышем делать? – поинтересовался Демидов, когда мы уже потихоньку двинулись ко входу в школу.

– Не решил ещё, – пожал я плечами, не став говорить, что у меня ещё и нет этих денег, так как чек у Насти остался. Впрочем, ещё были деньги от Разумовского, мой процент от выигрыша тот уже скинул мне на счёт.

– Квартиру, наверное, для начала куплю, а то сколько можно по съёмным таскаться? А дальше уже видно будет, что с остальными делать.

– Тоже верно, – согласился со мной Демидов, и мы поспешили на урок.

***

– Доброе утро, – поздоровалась с нами наш классный руководитель, довольно молодая ещё учительница географии, Марина Александровна Радышевская, быстрым шагом войдя в класс. Мы все поспешили вскочить со своих мест, приветствуя её.

– Извините за вторжение, Виктор Сергеевич, я буквально на минуту, – извинилась она перед учителем геометрии, который ещё не успел начать урок, и тот благодушно ей кивнул, сидя за своим столом.

– Класс, внимание, у меня новости. Позвольте представить вам вашу новую одноклассницу, которая с сегодняшнего дня будет учиться с вами. Анастасия, заходите, – крикнула она, и через секунду в класс с невозмутимым видом вошла моя новая знакомая.

– Прошу любить и жаловать. Её зовут Анастасия Нарышкина, – продолжила классная, – Попрошу старосту и остальных учеников помочь новенькой побыстрее влиться в наш дружный коллектив. Настя, не стесняйся, если тебе будет нужная какая-то помощь, обращайся, тебе обязательно помогут. Также в любое время можешь подходить ко мне. Мой кабинет этажом выше, под номером тридцать семь.

– Хорошо, спасибо. Всем привет! – помахала Настя классу, класс отозвался дружным гулом.

– Сейчас мне пора бежать на урок, ты же можешь присаживаться на любое свободное место, где тебе нравится, – доброжелательно улыбнулась ей учительница.

– Спасибо, – вежливо кивнула ей девушка, и решительным шагом направилась в мою сторону, не обращая внимание на то, что несколько учениц на её пути освободили места рядом с собой от вещей, уверенные в том, что она идёт к кому-то из них.

– Привет! – улыбнулась она мне, под изумлёнными взглядами всего класса, – У тебя свободно?

– Привет, – лениво кивнул я ей, – Свободно. Падай.

– Спасибо, – она аккуратно уселась на стул, наклонилась ко мне и зашептала, – Извини, что не ответила на сообщение. Мой виртумм забирали на проверку, и только сегодня отдали. Я хотела написать тебе с другого устройства, но не помнила твой номер. Вот, держи свой чек, – протянула она мне бумажку.

– Спасибо, что сохранила, – улыбнулся я ей.

– Не за что… – чуть слышно шепнула она, увидев, что учитель начал объяснять новую тему, – У меня дома дурдом какой-то творился… Думала, что уже и не выйду в эту школу. Ещё недавно дед сам настаивал на переводя меня сюда, к брату, а тут вдруг резко на сто восемьдесят градусов развернулся. Категорически против стал, неизвестно, почему. Хорошо, папа вступился, и настоял на том, чтобы я сама решала, идти мне сюда или нет. Я решила идти. Ты рад?

– Конечно! – уверенно кивнул я ей, улыбаясь, – У тебя же мой чек. Как бы ты мне тогда его вернула?

– Только поэтому? Вот ты… Меркантильный какой! – ткнула она меня в бок кулачком.

– Молодые люди! Я вам не мешаю? – строго спросил препод, заметив нашу возню.

– Извините, больше не повторится, – тут же извинилась Настя, вскочив с места. Её, конечно, извинили, и больше она со мной до конца урока не разговаривала, сосредоточившись на том, о чём говорил учитель.

Я же почти не слушал его, привычно отметив себе, что знаю всё, о чём он там рассказывает. Ловил весь урок взгляды одноклассников, направленные исключительно на мою соседку, и лишь один взгляд периодически обжигал именно меня. Юля с первой парты то и дело бросала на меня косые взгляды, но я никак не мог понять, чем вызвано её недовольство.

Когда закончился урок, то нашу парту облепила целая толпа одноклассников, желающая познакомиться с Настей, и выпытать у неё подробности личной жизни и того, как она тут оказалась. Практически все одноклассники отметились тут, за исключением Юли, которая продолжала сидеть на своём месте, и даже не взглянула в нашу сторону.

Уже перед самым началом следующего урока в класс заглянул брат Насти, который увидев, что мы сидим месте, поморщился так, как будто его заставили целый лимон съесть, но ничего по этому поводу не сказал. Лишь напыщенно поздоровался с девушкой, демонстративно не обратив на меня ни малейшего внимания. Впрочем, так даже лучше. Не уверен, что смог бы держать себя в руках, если бы он сейчас, при Насте, что-нибудь вякнул в мою сторону. А так сделали вид, что не замечаем друг друга, и разошлись бортами, как корабли в море.

Глава 7

На обед мы пошли втроём, я, Демидов, и Настя. Хотя последнюю и зазывали активно ряд других девушек из класса с собой, но она с милой улыбкой всем отказала, и напросилась пойти с нами.

– У нас не очень хорошая репутация в этой школе, – попытался я отговорить её, – Ты уверена? Может, передумаешь, пока не поздно?

– Я привыкла судить людей по их поступкам, а не потому, что о них говорят другие, так что да, уверена! – решительно отрезала девушка, – Вы с Сергеем уже доказали, что являетесь порядочными людьми, а остальные лишь подлизываются. Я давно уже привыкла, что со мной пытаются дружить в большей степени из-за моей фамилии, так что стараюсь держать таких людей подальше от себя, на уровне – привет, пока, и как дела.

– Достойная позиция, – улыбнулся я, когда мы уже подходили к дверям столовой, – Но всё же, не хотелось бы, чтобы тебя из-за нас, а точнее даже, из-за меня, начали игнорировать.

– Да бога ради, пусть игнорируют. Мне так даже спокойнее будет, – насмешливо фыркнула девушка, – Излишнего внимания мне и в прошлой школе хватило, может, хоть в этой отдохну.

– И не мечтайте, – покачал головой Демидов, пропуская вперёд, к раздаче, Настю, – Нарышкины – слишком влиятельная фамилия, чтобы представителя их рода начали игнорировать, и не просто представителя, а дочку главы рода. Скорее наоборот, это тебе, Миха, выпишут индульгенцию, за то, что ты дружишь с ней. Будут вас двоих окучивать и в друзья набиваться.

– Ну, пусть попробуют, – насмешливо хмыкнул я, забирая тарелки с борщом и картофельным пюре с котлетой, и вдруг замер, – Стоп! Почему, дочку-то? Внучка же?

– Миша, ну нельзя же быть таким ничем не интересующимся типом! – удивлённо уставился на меня Сергей. Настя уже ушла занимать нам столик, так что сейчас мы с ним вдвоём были.

– Глава рода Нарышкиных – её отец, а не тот старик, – продолжил он, – Да, Сергей Константинович имеет ещё очень серьёзное влияние в роду, и многие считают, что по факту им руководит всё ещё он, пусть и не официально. Официально же он давно уже сложил свои полномочия, когда его сына назначили мэром Москвы. Не исключено, что сложение полномочий было одним из условий того, чтобы его сыну дали этот пост, чтобы не возникло конфликта интересов и подотчётности.

– Теперь всё понятно… – задумчиво пробормотал я, глядя на Настю, которая уже успела нескольких молодых людей отправить прочь от своего столика, которые явно собирались воспользоваться моментом, чтобы познакомиться с ней. Новости в школе быстро расходятся, наверняка уже все ученики в курсе про неё. И теперь мне действительно стало понятно, как она оказалась тут, несмотря на несогласие деда. А я ещё удивлялся, как это её отец сумел того продавить, а всё просто, оказывается.

– Пойдём уже, пока нашу подругу не увели у нас, – поторопил меня Демидов, – Она хоть троих уже успела спровадить, но там вон Долгорукий к ней движется, а от него даже ей не просто будет отвязаться.

И действительно, от входа к Насте целенаправленно двигался какой-то тип, комплекцией не уступавший даже мне, и все, кто оказывался у него на пути, поспешно отступали в сторону.

Я не стал выпытывать у друга, кто это такой, так как времени уже совсем не было, и с подносом в руках поспешно направился девушке.

***

– … послушайте, я же вам уже сказала, что тут занято! Что это за наглость с вашей стороны? Я вам не разрешала сюда садиться! – холодно произнесла Настя, возмущённо глядя на развалившегося напротив неё на стуле типа.

– Мы живём в свободной стране, и каждый имеет право сидеть там, где ему нравится, – снисходительно улыбнулся ей Долгорукий, и не думая уходить, – Давайте лучше познакомимся. Меня вот Всеволодом зовут. А вас как?

– Не люблю хамов, так что знакомиться с вами я не собираюсь, – невозмутимо ответила девушка, не показав ему и вида, что мы с Демидовым подошли, и стоим за его спиной.

Первой моей мыслью было приложить его башкой об стол, но так суп мог выплеснуться из тарелки на Настю, и я её с сожалением откинул. Второй мыслью было сломать ножки его стула, но, чуть, подумав, я и от неё отказался. Сколько можно уже решать конфликты силовым методом? Мудрее надо быть. К тому же, так я зачинщиком драки окажусь, а этого лучше было избежать. Потому я просто поставил поднос на соседний столик, кивнул на него Демидову, и позвал девушку.

– Настя, иди к нам! Ну, хочется молодому человеку сидеть именно на этом стуле, да и ради бога. Может, это его любимое место, а мы тут его заняли. Может, ему когда-то именно на этом столе одна из поварих местных дала, а мы тут на святое замахнулись!

– Фу, Миша, как пошло! – поморщилась девушка, сдержав улыбку, в отличие от других школьников, которые не смогли подавить смешки, и, взяв поднос, пошла к нам.

Ну, да, согласен, шутка вышла довольно вульгарной, но в своё оправдание, замечу, что у меня не было времени придумать что-то более тонкое, а в импровизациях я был не силён. Совсем же никак его не ужалить было нельзя, иначе все присутствующие в зале решили бы, что мы его испугались, а это навредило бы тщательно создаваемому мной имиджу отморозка, с которым лучше не связываться. Впрочем, своей цели я всё равно добился. Вон как это типа корёжит, – отметил я себе, краем глаза наблюдая, как Долгорукий, с перекошенным от гнева лицом, вскочил с места, и идёт к нам.

– Слышь, щенок! Я же тебя прямо здесь сейчас закопаю! – рявкнул он, и схватил меня за волосы, явно намереваясь впечатать меня в стол лицом, вот только и я оказался к этому готов, и сил у него, всё же, оказалось поменьше чем у меня, несмотря на то, что мы были схожей комплекции. Всё-таки, сверхи физически посильнее обычных людей будут, а потому я без малейших проблем выдержал его давление, а дальше просто перехватил его руку, встал, и заломил её ему за спину, заставив взвыть от боли.

– Пойдём, погуляем, – широко улыбаясь, предложил я ему, и заставил его семенить ногами в сторону выхода.

Я думал, что он попытается обратиться к магии, наплевав на запрет, но он либо сдержался, понимая, чем ему это грозит, либо не смог из-за болевого шока, и послушно шёл вперёд, громко матерясь.

– А-я-яй, как тебе не стыдно! Тут же дети! – укоризненно покачал головой я, хоть он и не мог этого видеть, – Да мои родители за такое заставили бы рот с мылом мыть! Впрочем, мы же тоже можем это сделать?

Я слегка скорректировал его движение, перенаправив в сторону находившихся рядом со входом раковин для мытья рук. Придурок попытался вырваться, когда понял, куда я его веду, но я ещё сильнее заломил его руку, от чего он истошно взвыл, и вскоре мы оказались рядом с краном.

Впрочем, намыливать ему рот я передумал. Это было бы уже чересчур. Просто открыл холодную воду, и сунул его башку под струю воды.

– Охолонись чуток, – доброжелательно посоветовал я ему, пресекая попытки вырваться.

Через несколько секунд я закончил экзекуцию, и, под его крики о том, что он меня убьёт и как именно будет это делать, я вывел его из столовой, и пинком под зад отправил в короткий полёт по коридору.

– Да понял я тебя, понял! Обязательно убьёшь. Но потом, – рассмеялся я в ответ на его новые угрозы, и пошёл обратно за стол.

– Я тебе уже говорил, что восхищаюсь тем, как ты умеешь себе новых врагов заводить? – пошутил Демидов, когда я сел рядом с ним.

– Да, что-то такое было. Хочешь, научу? – усмехнулся я, приступая к обеду.

– Лучше не надо, – аж закашлялся он, подавившись котлетой, – У меня такое чувство иногда возникает, что ты себя бессмертным возомнил. Твоя смелость иногда граничит с самым настоящим идиотизмом, уж извини за прямоту. Это ж надо додуматься, отвесить пинка под зад наследнику одного из самых сильных родов империи! Долгорукие этого точно не простят! Нет, напрямую вмешиваться в школьный конфликт без особой необходимости не будут, вот только Сева и без помощи родственников тебя в землю закопает, и никакие щупальца и способности сверха тебе не помогут! А если ты каким-то чудом дуэль с ним всё же переживёшь, то вот тогда Долгорукие найдут способ тебя добить. И это при том, что и без них уже есть масса желающих поквитаться с тобой.

– Пусть попробуют. Все видели, что не я первый конфликт начал, – пожал я плечами, ничуть не испуганный его предостережением. Я тут уже стольким родам пятки оттопать успел, что одним больше, одним меньше – без разницы. К тому же, уверен, что сейчас мало кто захочет вызвать возможный гнев императора, а потому, скорее всего, будут ограничиваться обычными дуэлями, а их я как-нибудь переживу.

– Я просто поражаюсь твоему спокойствию, – покачал головой Серёга, но дальше спорить не стал.

– Вы мне лучше скажите, это у вас так принято ухаживать таким образом за девушками? – сменил я тему, – Сел без приглашения, вёл себя нагло… Может, я чего-то не понимаю, и так и надо?

– Да это он меня на конфликт вывести пытался, – как-то обречённо вздохнула Настя, – У наших родов очень непростые взаимоотношения с давних времён… Недавно их род попытался пойти с нами на мировую, но дедушка отказал им, не стесняясь в выражениях, вот и результат… Папа был очень зол, когда узнал, что дед послал их без его ведома. Он-то как раз хотел бы с ними примириться. Собственно, это было ещё одной причиной того, что я оказалась в этой школе. Папа хотел, чтобы я подружилась с наследником Долгоруких, что могло немного сгладить отношения между родами. А я, похоже, их ещё хуже сделала… Поленилась его фото заранее изучить, вот и не узнала. Впрочем, учитывая его поведение, сомневаюсь, что у меня была бы какая-то другая реакция на всё это. Хам редкостный оказался. Если хочешь, я могу поговорить с отцом, чтобы наш род тебя под защиту взял. Всё же ты из-за меня на конфликт с ним пошёл, – бросила она на меня какой-то странный взгляд.

– Спасибо, но я, пожалуй, откажусь, – решительно мотнул головой я, – Свои проблемы я привык решать самостоятельно.

– Ты просто ещё плохо себе представляешь, с кем связался, – тяжело вздохнул Демидов, – Долгорукий – очень сильный маг. Сильнее всех, с кем ты тут дрался на дуэлях. Я хорошо знаю и твои и его возможности. Тут без шансов.

– Ничего, прорвёмся как-нибудь, – беспечно улыбнулся я.

– Никаких – как-нибудь! – подал тут вдруг голос Арх, – Подтверждаю слова твоего приятеля. Не справиться тебе с ним текущими силами. Никак! А я не хочу терять своего носителя! Ты мне давно уже обещал, что займёшься со мной магией, вот сегодня же и начнём! Надо, чтобы до дуэли с ним у тебя появился козырь в рукаве, так что готовься. Я от тебя теперь не отстану, пока ты у меня хотя бы средненьким магом не станешь, понял?

– Да я не против учиться, – мысленно отметил я, стараясь при этом не упускать нить разговора, завязавшегося у Насти и Серёги, обсуждавших каких-то общих знакомых, – Вот только дуэль наверняка на этой неделе будет, а за такой срок мы ничего не успеем!

– Так сделай его больше! – отрезал не желающий слушать никаких оправданий Арх, – Вызывать на дуэль тебя будут, а значит, дату и время назначать ты будешь. Месяц, конечно, мы выиграть не сможем, но вот поставить дуэль на конец следующей недели вполне можно, а за это время я тебя кое-чему обучить успею.

– Хорошо, – нехотя согласился я, предчувствуя, что Арх меня совсем загоняет своей магией, – Ты чего такой взвинченный-то? Не убьют же меня? А если и убьют, то найдёшь себе нового носителя, делов-то. Даже виртумм менять не нужно, наверняка его перепродадут потом.

– Ты совсем идиот, что ли? – аж как-то опешил тот, – Во-первых, его могут продать обычному человеку, не обладающему никакими способностями. Во-вторых, даже если я попаду к какому-нибудь магу, то где гарантия, что найду с ним общий язык? Мне, вообще-то, надо бы домой вернуться, а без помощи тела я это сделать не смогу. Захватить его? Так с сильным магом мне не совладать, а от слабого толку не будет. Время, опять же… Ну, и в-третьих, привык я уже к тебе как-то. Не хотелось бы, чтобы тебя убили. Не то чтобы меня это сильно расстроит, уж извини за прямоту, но будет… неприятно.

– Неприятно? Ну, спасибо и на том, – сдержал я своё возмущение. В принципе, его тоже можно было понять. Он был привязан к моему устройству без возможности самостоятельных действий, в то время, как где-то гибнет его мир.

Тут я услышал знакомые имена в рассказе Демидова, и переключился на его разговор с Настей.

– …а в остальном нормальные они. Да и клуб неплох, читаешь себе, и никто не дёргает на всякую ерунду, как в других клубах, – вещал он, – Так что даже не думай, к нам иди. У нас тихо и спокойно.

– Звучит неплохо, – кивнула ему Настя, – Наверное, я так и сделаю.

Я представил себе реакцию наших девушек на это, ещё не отошедших от вторжения к нам Юли, и мысленно содрогнулся. Что-то будет…

– Можно, кстати, прямо сейчас туда пойти, и сразу записать тебя, – не унимался Демидов, не обращая внимания на то, что я ударил его ногой по ноге под столом.

– Отлично! Давайте так и сделаем, – согласилась Настя, и я ещё сильнее ощутил всем телом приближающуюся катастрофу, но сказать ничего не успел.

– Гончаров! К директору! – донёсся вдруг крик от двери какого-то парня.

– Без меня тогда идите, – с облегчением предложил я им, вставая, радуясь, что меня не будет на столь судьбоносной беседе с нашим главой. Даже разнос от директора мне виделся более желанным вариантом, чем присутствие при этом разговоре.

– Ого. Похоже, ей уже доложили про ваш конфликт с Долгоруким, – серьёзно глянул на меня Демидов, – Держись там.

– Ерунда, прорвёмся, – легкомысленно отмахнулся я, и пошёл к директору, не забыв убрать за собой посуду.

***

– Ну, и что мне с тобой делать? – устало спросила Ирина Викторовна, отложив в сторону целую кипу бумаг, и все они касались меня, – Семнадцать жалоб, десять дуэлей, десятки конфликтных ситуаций, и всё это меньше, чем за два месяца твоего нахождения в нашей школе. Да какие два месяца? Полтора, от силы. А ведь я просила тебя не поддаваться на провокации.

– Ирина Викторовна, так я и не поддаюсь! – сделал я невинное выражение лица, – Заметьте, я никогда первым не начинал конфликты. Всегда только отвечал. Иногда даже сдерживал себя, вот как сегодня, и обходился без драк.

– А насчёт сегодняшнего случая уже лучше бы вообще промолчал! – хлопнула она ладошкой по столу, и даже привстала, – Лучше бы ты Долгорукому просто в глаз дал, чем так унижать на глазах у всех! Между прочим, его родственники уже потребовали от меня, чтобы я выгнала тебя из нашей школы! И я бы так и сделала! Тебе просто повезло, что сразу после них мне позвонили Нарышкины, и заступились за тебя, иначе ты бы у меня уже документы на отчисление забирал!

Ого! Вот это оперативность! – мысленно восхитился я Нарышкиными, ничуть не напуганный её угрозами. Выгонят так выгонят. В столице, слава богу, не одна школа.

– И что же мне с тобой делать? – задумчиво повторилась она.

– Понять и простить? – вдруг вырвалось у меня как-то само собой.

– Нет уж. Так просто ты у меня не отделаешься, – медленно покачала головой она, и на её лице вдруг расплылась предвкушающая ухмылка, – Я придумала, как тебя наказать. Такое наказание ты у меня надолго запомнишь!

– А может, не надо? – опасливо поёжился я под её тяжёлым взглядом.

– Надо, Миша. Надо! – опять хлопнула она ладошкой по столу, от чего я аж вздрогнул.

– Итак, я решила. Школе давно уже требовался дисциплинарный комитет из учеников школы, который будет следить за дисциплиной. Я долго откладывала подобное решение, слишком уж дети не любят, когда другие ученики следят за ними и указывают им, что можно делать, а что нельзя, но решение назрело. Сегодня же я издам приказ о создании этого комитета, и вот в нём ты и отработаешь свои повинности. Более того, ты станешь его главой! Твоей задачей будет разработать устав, укомплектовать штат комитета, и организовать работу. Скоро вся школа возненавидит тебя…

– Я беру самоотвод! – тихо вякнул я.

– Отказано!

– Блин… Облом…

Глава 8

– … и долго мне ещё так сидеть? Два часа уже тут высиживаю. Бесполезно это, – проворчал я, разминая затёкшие ноги.

Арх, как и обещал, взялся моим магическим просвещением, и, как только мы вернулись домой, заперлись в комнате, и вот уже больше часа я сидел в позе для медитации на полу, и пытался почувствовать магию в себе.

– Столько, сколько нужно! – отрезал он, – Сам виноват. Отвлекаешься вечно на посторонние мысли, вот и не получается ничего. Хватит думать уже о своих девках! Отбрось в сторону все лишние мысли, и сконцентрируйся на себе! На своих внутренних ощущениях! Постарайся погрузиться в себя, и почувствовать своё магическое ядро. Его жар, который согревает твоё сердце. Как только у тебя это получится, дальше будет легче.

– Хорошо, я постараюсь, – вздохнул я, сел обратно в позу для медитации, и постарался отрешиться от посторонних мыслей, что было не так-то и просто. Слишком много событий сегодня произошло, чтобы не думать о них. Дисциплинарный комитет этот, который мне навязали…

Нет, поначалу, когда я вышел от директора, в чём-то это назначение мне даже прикольным показалось. У меня появится, пусть и маленькая, но власть над всеми теми учениками, что до этого дня смотрели на меня свысока и пользовались любой возможностью как-то задеть. Круто же? Но потом, когда я понял, сколько работы теперь меня ждёт, это мне уже не казалось таким прикольным.

Подготовить устав организации, следя за тем, чтобы у него не было расхождений с уставом школы. Скорее всего, в последний нужно будет вносить изменения, что тоже будет на мне. Подготовить штатную структуру, найти людей, разработать инструкции для каждой из должностей, определиться с местом, где будет находиться комитет, продумать меры дисциплинарного воздействия. Да у меня уже голова кругом шла, а я ведь даже к работе ещё не приступил!

Первым делом надо будет обязательно найти себе секретаря, на которого можно будет скинуть часть бумажной работы. И для начала надо будет попробовать уговорить пойти на эту должность Настю. Почему-то мне казалось, что она отлично с ней справится, вот только далеко не факт, что согласится на неё.

В качестве своего заместителя я хотел привлечь к делу Демидова. Думаю, он от такого не откажется. Кто-то скажет, что я людей по блату беру, и будет прав, но меня это ни капли не волновало. Я лучше возьму тех людей, кого хорошо знаю, чем тех, о ком не знаю вообще ничего. Даже Разумовского можно было привлечь. Он, конечно, тот ещё тип, себе на уме, но от него я хотя бы знаю, чего ждать. Тем более, что если он решил взяться за ум, то можно будет и его привлечь к работе на пользу обществу.

Кстати, о пользе. Надо будет узнать у директора, а что вообще членам дисциплинарного комитета даст участие в нём? Какая от этого нам будет польза? Тащить дополнительную нагрузку за просто так никто не будет. Но это потом уже. Ближе к делу. Когда с приказом о назначении позовут ознакомиться. Пока же я даже говорить никому не стал об этом. Вдруг директор пошутила, мало ли?

Но дисциплинарный комитет – это ещё половина беды. Самое веселье меня ждало после кабинета директора, когда я пришёл в клуб. От царившей там наэлектризованной атмосферы буквально волосы дыбом вставали. Пришибленный Демидов сидел и не отсвечивал, и я только порадовался, что пропустил основное представление по приёму новенькой. У меня было такое чувство, что я вошёл в какой-то змеиный серпентарий. Со всех раздавалось шипение, и то и дело кто-нибудь пытался кого-то укусить острым словом.

На удивление, Настя не растерялась, и вполне уверенно отбивала все атаки объединённой команды девушек, которые в этот раз даже Юлю в свои ряды приняли, забыв недавние разногласия. И что на них нашло? Почему нельзя жить дружно?

А самое интересное было в том, что Насте не решились отказать в членстве клуба. Видать, не захотели получить возможные проблемы с родом Нарышкиных. Другого объяснения этому факту у меня не было.

В завершение же этого непростого дня, уже перед самым моим уходом, меня нашли представители Долгорукого, передавшие мне вызов на дуэль. Я вовремя вспомнил, что мне говорил Арх, и смог выторговать целую неделю на подготовку к дуэли.

– Ты опять там отвлекаешься? – вырвал меня из размышлений голос Арха, – Выкинь всё из головы, и сосредоточься уже!

Я тяжело вздохнул, но спорить не стал. Постарался избавиться от посторонних мыслей и сосредоточился на поиске источника.

***

Естественно, избавиться от мыслей у меня не получилось. Чем больше я старался о чём-то не думать, тем больше я наоборот об этом думал. Об этом, кажется, даже что-то в психологии было. Где-то и когда-то я что-то подобное читал. Там ещё рекомендовалось в таком случае перенести мысли на бумагу, подумать над решением проблем, которые одолевали голову, но сейчас мне было не до этого.

Если бы я стал сейчас все свои мысли на бумагу переносить, то это лишь ещё больше замедлило бы процесс, а Арх бы тогда вообще взбесился.

Я стал действовать по-другому. Осознав, что я не могу просто выкинуть из головы мешающие мысли, я перешёл к другой тактике. Перестал пытаться не думать о чём-то, а постарался перестать концентрироваться на мыслях.

Как только какая-то мысль приходила мне в голову, я не откидывал её, а сразу же пытался переключиться на что-то другое, как бы расталкивая мысли в стороны другими мыслями.

Уже совсем скоро в голове царила какая-то каша и мешанина из различных мыслей, которые в какой-то момент вдруг отошли куда-то на задний план, и я оказался в каком-то подобии транса.

Состояние полного покоя как волна захлестнуло меня, заставив окончательно забыть о всех своих тревогах и печалях. Всё перестало иметь хоть какое-либо значение для меня, и даже как будто ход времени замедлился…

Тело стало лёгким, как пушинка, а веки вдруг наоборот налились невероятной тяжестью, и я даже не пытался приоткрыть их, всё глубже и глубже погружаясь куда-то вглубь самого себя.

Я забыл обо всём, в том числе и о том, что просил сделать меня Арх. Мысли стали какими-то абстрактными, и само восприятие мира каким-то невообразимым способом изменилось, и на миг мне показалось, что все тайны мира сейчас откроются передо мной, но через мгновение и это стало абсолютно не важно для меня.

Я куда-то падал, и конца и края этому падению не было. Летел в абсолютной мгле, и наслаждался этим чувством свободного падения.

Вдруг где-то далеко внизу, прямо подо мной, какая-то искорка зажглась, и всё моё внимание сосредоточилось на ней. Почему-то мне показалось очень важным скорее добраться до неё, и посмотреть, что же это там сияет, в этой холодной мгле?

Я нёсся всё быстрее и быстрее, с радостью замечая, что искорка становится всё ближе, всё больше…

Вот она превратилась в жёлтую горошину, вот в теннисный мячик. Её свет вовсе не ослеплял меня, а дарил мне мягкое, обволакивающее меня тепло, и всё сильнее и сильнее манил к себе.

Я постарался ещё больше ускорить своё падение к ней, буквально рванувшись всем телом, и…

– Твою ж мать! – рявкнул я, приложившись хорошенько так носом об пол. Даже щупальца почему-то в этот раз не пришли мне на помощь, и не остановили падение.

– Они слишком тесно эмпатически связаны с тобой, а потому тоже побывали в некоем подобии транса, – тут же ответил на мой невысказанный вопрос Арх, – Вот и не среагировали.

– Понятно, – проворчал я, доставая носовой платок из кармана, и вытирая кровь под носом. Течь она уже перестала, спасибо регенерации, так что оставалось лишь устранить последствия.

– С этой медитацией что-то надо делать. Я в этом трансе вообще не способен нормально мыслить и контролировать себя, – вздохнул я, – Как мы будем развивать мою магию, если я в этом состоянии не помню, что нужно сделать?

– Разберёмся. За это можешь не переживать, – бодро произнёс Арх, – Самое главное ты уже сделал. До своего магического ядра добрался. В следующий раз это будет уже намного проще сделать.

– Ага, – глубокомысленно произнёс я, – Так тот жёлтый шарик и был моим магическим ядром?

– Именно! – довольно подтвердил мой приятель, – И я успел почувствовать в нём хороший потенциал для роста! Пока он ещё слишком мал для того, чтобы использовать магию активнее, но ничего, мы его надуем потихонечку.

– Надуем? – удивился я, – Это в каком смысле?

– В самом прямом, мой друг. В самом прямом! – рассмеялся Арх, – Есть способы. Нам придётся буквально накачать его маной, чтобы он начал расти. Процесс этот очень небыстрый, но мы справимся. Скоро я научу тебя поглощать ману из внешнего мира, и вот её-то мы и будем потихонечку закачивать в твоё ядро, что запустит процесс его трансформации.

– Так, я что-то не понял, – нахмурился я, – Если это небыстрый процесс, то как мне это всё поможет в предстоящей дуэли? До неё неделя же всего! Мы не успеем!

– Конечно, не успеем, – согласился со мной Арх, – Но для дуэли нам этого и не надо. Мы пойдём другим путём!

– Это каким же? – с подозрением спросил я, чувствуя какой-то подвох.

– О! Тут всё просто. Поскольку как маг ты своему противнику пока не соперник, то бессмысленно тебя учить каким-то магическим умениям. Они будут слишком слабыми, чтобы хоть как-то навредить ему. Но я научу тебя, как можно будет разрушать магические конструкции твоего врага магическими импульсами. Ломать не строить. Много магии для этого не нужно, так что козырь у тебя в рукаве в схватке с ним будет.

– Звучит, как нормальный план, – чуть обдумав эту мысль, признался я, – В чём подвох?

– Никаких подвохов, мой друг! – поспешно выпалил Арх, чуть замялся, и нехотя продолжил, – Ну, разве что, за исключением одного. Эта техника разрушения магических умений магическими импульсами ещё неизвестна в вашем мире, так что если на вашей дуэли будет кто-то, кто сумеет понять, что произошло, то это может вызвать к тебе некоторые вопросы. Но это очень маловероятный вариант. Для этого нужно, чтобы маг обладал магическим зрением, способным улавливать сам процесс формирования умений, а таких людей в мире очень немного. Вряд ли кто-то из них будет присутствовать на обычной школьной дуэли.

– Возможно, – кивнул я, – Но такой вариант мы не должны исключать, и нужно будет заранее продумать, как мы будем действовать, если такой человек там всё-таки окажется.

– Продумаем. Обязательно продумаем! Но потом.

***

На следующий день вся школа была взбудоражена новостью о предстоящем создании дисциплинарного комитета. Утечка произошла из секретариата школы, в котором, видимо, готовили приказ о его создании, но пока без подробностей. Информация о том, что его возглавлю я, в свет пока не вышла, что и к лучшему. Так что сейчас все классы увлечённо обсуждали, кто его возглавит, кто войдёт в его состав, и чем он вообще будет заниматься.

Причём, мнения по поводу его создания разделились пополам, что привело к весьма оживлённым дискуссиям между сторонниками и противниками его создания. Только на моих глазах эта дискуссия пару раз привела к потасовке между учениками, и в этот раз я не стал просто проходить мимо них, как сделал бы это обычно, а вмешался, расцепляя учеников, привыкая к новой для себя роли. Хотелось ещё и профилактического леща прописать каждому из участников драки, но я сумел удержать себя в руках. Полномочий у меня для этого не было. Пока не было! Хе-хе…

– Как это ты сегодня позволил историку себя растерзать? Не подготовился, что ли? Вы же с ним обычно настоящие дискуссии устраиваете, а тут ты такой вялый был, – вырвал меня из раздумий голос Демидова, когда мы с ним расположились за столом в столовой на большой перемене, в этот раз вдвоём. Настю вызвали в секретариат, где возникли какие-то вопросы по оформлению её перевода к нам.

– Да я вчера занят был, не успел подготовиться нормально. Так, пробежался слегка по темам некоторых уроков, а до истории не добрался. Думал, пронесёт, я же и так почти на каждом уроке отвечаю, но не пронесло, – вздохнул я, – Ещё и тема такая попалась, по которой я раньше и не читал ничего, ну, или не помню, если читал. Я всё же больше нашей историей интересуюсь и событиями, связанными с магией, а тут не то и не другое было. Восстание Яна Полицки в Польше. Нахрен это нам вообще знать, не понимаю? Как это нам в дальнейшей жизни пригодится? Впрочем, ну и ладно. Эта тройка всё равно никак не повлияет на мою итоговую оценку, так что ничего страшного не произошло.

– Ну да, понимаю. Я и сам после нашего вчерашнего посещения клуба дома еле заставил себя за уроки сесть, – ощутимо вздрогнул Серёга, и суетливо огляделся, нет ли поблизости кого из девушек клуба, – Чтобы я ещё раз кому-то посоветовал туда вступить? Да ни в жизнь! Ты, кстати, так и не рассказал вчера, что от тебя директор хотела. Это из-за того конфликта с Долгоруким тебя вызвали?

– Ага, – кивнул я, не переставая работать ложкой, поглощая гороховый суп с копчёностями. Даже удивительно, как в столь аристократичной школе подавали столь простое блюдо, но я был этому только рад. Впрочем, для гурманов, тут был ещё крем-суп из шампиньонов с сливочным соусом, но я такой терпеть не мог.

– И чем разговор закончился? Предупреждением, или наказание какое-то будет?

– Будет наказание, куда ж без него, – вздохнул я, думая, рассказывать Серёге о решении директора, или рано ещё? С одной стороны, приказа о назначении ещё нет, с другой, может и обидеться потом, когда узнает. Решит, что я ему не доверяю, а у меня на него большие планы в этом комитете. И вообще, почему у меня одного должна болеть голова о предстоящей работе? Пора и делегировать ряд задач.

– Какое? Отработку какую-то назначили? – лениво спросил он, доев, и ожидая меня, когда я закончу со своим обедом.

– Ну, можно и так сказать. Ты же слышал уже о создании дисциплинарного комитета? – решился я.

– А кто же про это не слышал? Так тебя в его состав включат? Странное, конечно, решение по наказанию, – удивился он, – Хотя, может они решили, что таким образом направят твою энергию в мирное русло? Не слышал там, кстати, кого его главой назначат? Наверное, кого-то из одиннадцатого класса?

– Не совсем, – покачал головой я, и снизил тон, – Меня этим главой и назначают.

– Чего? – вскрикнул Демидов, и чуть со стула не навернулся, на котором как раз раскачивался.

– Да тише ты! – шикнул я на него, оглядываясь в поисках того, не привлёк ли он к нам этим криком ненужного внимания. Вроде, всё в порядке было. Рядом уже почти никого не было, – Это секрет пока!

– Да как-то! – громко зашептал он, наклонившись ко мне, – С чего вдруг тебя главой решили сделать? Ты же на ножах с половиной школы!

– Думаю, именно поэтому и решили, – криво усмехнулся я, – Я не принадлежу ни к одной школьной группировке, при этом, уже вполне поставил себя. Вполне логично поставить на эту должность одиночку, который не будет лоббировать интересов какой-либо из групп, и достаточно силен, чтобы противостоять им. Всё просто.

– Ну, так-то да, логично, – ошарашенно согласился со мной Демидов, – Но всё равно неожиданно. А кто ещё в комитете будет?

– А вот это нам с тобой только предстоит решить, – пожал я плечами.

– Что значит, нам с тобой? – насторожился он, – Ты хочешь и меня туда привлечь?

– Ну, а кому ещё, по-твоему, я могу доверить должность своего зама? – невозмутимо пожал я плечами, – Или ты против?

– Я буду замом главы дисциплинарного комитета? Да это же охренеть, как круто! – шёпотом выкрикнул он, чуть не подскочив на стуле, – А это точно уже? Ты уверен, что меня возьмут?

– Набор состава полностью на мне будет, как я понял. Но даже если не так, то тебя я точно на эту должность протащу, только давай закончим пока на этом обсуждение этой темы. Потом поговорим. Нам в любом случае надо сначала дождаться приказа о моём назначении, ну, а там уже обсудим, как будем действовать.

Глава 9

– Миша! Ты чего там в своих бумажках зарылся? Мы есть хотим! Сделай чего-нибудь по-быстрому, хорошо? – показалась в дверях моей комнаты голова Астры, только что вернувшейся с Никой со службы.

– Готово уже всё, – проворчал я, – На плите картофельное пюре с котлетами, в холодильнике салат из овощей. Подогрейте себе, да поешьте.

– А ты с нами есть не будешь, что ли? – расстроилась она. Привыкла, что мы обычно все вместе ужинаем, и рассказываем друг другу, как день провели.

– Пока времени нет, – вздохнул я, – Тут и домашки ещё много, и документы кое-какие надо заполнить, да ответить надо на целый десяток приглашений! Блин, замучился уже. Знал бы, что это так геморно, не стал бы тот турнир выигрывать. Ну, каждый день ведь шлют! Да я при всём желании не смог бы их всех навестить, даже если бы полностью на учёбу забил!

– Так ты сам этого хотел, помнишь? – и не подумала меня поддержать опекунша, – Сам же мне кричал про связи, которыми ты надеешься разжиться после турнира. Вот и результат. Чем ты недоволен?

– Да тем, что их слишком много! – простонал я, и рухнул лицом на стол, обхватив голову обеими руками, – У меня такое чувство, что я срочно всей Москве понадобился! Ну, прям, все рода мечтают со мной познакомиться, можно подумать. А по факту, просто будут пялиться, как на неведомую зверюшку. На паре ужинов я уже побывал – сплошная скука. Уже и сам не понимаю, зачем мне эти знакомства нужны.

– Ты просто неправильно расставляешь приоритеты, – снисходительно улыбнулась мне Астра, – Тебе и не нужно отвечать согласием на все приглашения. От тебя никто этого и не ждёт. Тут просто принято так, приглашать в гости тех, кто в данный момент находится, так сказать, в моде. Но идти тебя туда это не обязывает. Выбери два-три приглашения, которые тебе покажутся наиболее интересными с точки зрения возможной пользы, на них и согласись, а остальным ответь вежливым отказом. Можешь вообще шаблон создать на компьютере, и только фамилии там менять. Всё просто.

– Блин, как я сам до этого не додумался? – озадаченно почесал затылок я, – Спасибо!

– Не за что, обращайся, – подмигнула она мне, – Так что, пойдёшь с нами ужинать?

– Ладно, уговорила, – нехотя согласился я, не желая отказывать девушке после того, как она помогла мне, сдвинул все приглашения в сторону, и пошёл на кухню. Возможно, мне действительно нужно чуть-чуть отвлечься.

***

– Привет! Очень вкусно! – махнула мне приветственно вилкой Ника, не отвлекаясь от важного процесса поглощения еды.

Она навалила себе на тарелку целую гору пюре, обложила его котлетами со всех сторон, и сейчас вдумчиво всё это поглощала, забравшись с ногами на стул. Хорошо ещё, что я с запасом еды наготовил, а то с этой обжорой Астре могло и не хватить.

– Блин! Ника! Могла бы и нас дождаться! – надулась Астра, обвиняюще глядя на неё.

– Вы слишком долго. Так и с голоду умереть можно, пока вас дождёшься, – безмятежно отозвалась наша ледяная принцесса, наколола на вилку котлету, и откусила сразу половину.

– Долго? – аж задохнулась от возмущения опекунша, – Да ещё и десяти минут не прошло, как мы пришли!

– Не ещё не прошло, а уже прошло! – многозначительно взмахнула вилкой Ника, – Улавливаешь разницу?

– Да ты…!

– Астра, пока ты с ней споришь, она сейчас уже всё доест, и за добавкой пойдёт, и тогда нам ничего не достанется. Не трать зря время, – остановил я девушку, которая явно собиралась продолжить дискуссию.

– Точно, – тут же успокоилась она, – Садись, я сейчас нам наложу.

– Ну, ладно, приглашения, – когда мы уже начали есть, глянула на меня Астра, – Это я ещё могу понять. Но что за бумаги тебе надо заполнить? Домашка, что ли?

– Не, домашка отдельно, – мотнул я головой, – Это мне устав школы дали, и велели посмотреть, какие изменения в нём потребуются в связи с тем, что у нас в школе создают дисциплинарный комитет, а меня его главой ставят.

– Ого. Это за какие такие заслуги? – удивилась Астра.

Ника время на разговоры не тратила, тщательно жуя салат, но тоже уставилась на меня с любопытством.

Я вздохнул, и, ничего не утаивая, рассказал им о своём разговоре с директором, что к нему привело, и что это, вроде как, мне такое наказание назначили.

Девушки озадаченно переглянулись, когда я закончил, несколько секунд стояла полная тишина, а потом они так заржали, что это, наверное, в соседнем доме было слышно.

– Ой, я не могу! – простонала, сгибаясь от смеха, Астра, – Назначить главой дисциплинарного комитета в качестве наказания – это очень смешно.

– Ага, – подхватила, смеясь, Ника, – И неправда!

– Чего это неправда-то? – не понял я, – Я, между прочим, уже с приказом сегодня ознакомился. Меня уже назначили.

– Неправда то, что в наказание, – пояснила она, перестав смеяться, – Ты разве не понял? Ты же идеальная кандидатура на эту должность! Вот только тебя надо было ещё уговорить на неё. Но ваш директор решила не тратить время на уговоры, и подошла с другой стороны к этому вопросу, чтобы наверняка добиться успеха. Твой конфликт с Долгоруким оказался лишь удачным предлогом. Заставила тебя поверить в то, что у тебя и выхода другого нет, кроме как согласиться на эту должность.

– Да я догадывался, что тут всё не так просто, не понимаю только, зачем было эту тень на плетень наводить? Почему она просто со мной не поговорила? Может, я и так бы согласился, – проворчал я.

– Скорее всего, она думала, что ты в таком случае просто отказался бы, – подключилась к разговору Астра, – Сам посуди. Должность эта будет собачья. Наверняка тебе придётся вступать в конфликт с родами, наказывая учеников. Ты и так с ними в не очень хороших отношениях, мягко говоря, а тут ещё больше усугубишь ситуацию. Ещё и зависть к себе у многих вызовешь. К тому же, за твоей спиной не стоит никакой род, который мог бы поддержать тебя, если что, а сама должность кроме головной боли и лишних забот тебе почти и не даст ничего. Разве что, строчку в характеристике, когда в университет поступать будешь. Вот она и решила, что лучше действовать наверняка. Ты же понял уже, почему она именно тебя выбрала для этой должности?

– Догадался, – медленно кивнул я, – Потому что я не вхожу ни в одну школьную группировку, а значит, не буду закрывать глаза на чьи-то прегрешения, выгораживая дружков.

– Да, но не только, – криво усмехнулась Астра, – Если она поставила бы на эту должность представителя какого-либо рода, то у всех у других родов возникли бы к ней вопросы, почему она поставила именно его, а не кого-то из них. Всё-таки, это руководящая должность, и она возвысила бы чей-то род над всеми другими. Пусть и на совсем чуть-чуть, и только в школе. Наверняка в таком случае было бы много недовольных её решением, кого бы она не поставила на должность, а зачем ей плодить себе недоброжелателей? А поставив туда тебя, безродного, она убрала причину для конфликта между родами. Никто не возвышен над другими, урона чести никому нет, ну, а то, что безродный будет конфликты между ними решать, так ведь его, если что, можно будет и на место поставить. Прижать. Объяснить, кого можно трогать, а кого нет. И все довольны в итоге. Ну, кроме тебя. Хотя и для тебя польза от этого решения, как она, наверное, думает, есть. Хорошая характеристика, с упоминанием этой должности, может очень помочь тебе при поступлении в вуз, а для того, у кого нет блата, это существенный плюс.

– Логично, – согласился я, – Похоже на правду. Ладно, пойду дальше бумажками своими заниматься. Ещё бы и домашку успеть сделать, было бы вообще хорошо…

– Так выходные впереди! Чего тебе сейчас-то этим всем приспичило заниматься? – удивилась Астра, возвращаясь от холодильника с бутылкой пива в руках, – Отдохнул бы лучше, а уже завтра занялся.

– Не могу, – поморщился я, – Планы у меня на эти выходные. Ещё не знаю, будет ли у меня вообще свободное время там.

– По девкам, что ли, собрался? – прозорливо заметила Ника. Она окинула тоскливым взглядом пустую миску из-под салата, вздохнула, нехотя выползла из-за стола, и побрела к холодильнику, из которого достала мороженое. Вот ведь проглотка! Сама маленькая, худенькая… Куда же, интересно, вся эта еда проваливается у неё?

– Почти. Только не по девкам, а с девушкой буду. Одной! Знакомая приезжает, обещал ей город показать, – отделался полуправдой я, не став рассказывать о том, что это отец мне поручил с девушкой познакомиться и погулять с ней. Как ни странно, в Москву её отпустили одну, несмотря на то, что она была моей ровесницей, и меня попросили встретить её с поезда и проводить до гостиницы. Дальше уже с ней нужно было обсудить планы на выходные, и сопровождать её по городу.

– Кобе-е-е-ль! – насмешливо протянула Ника, хитро взглянув на меня, одновременно набирая полную ложку мороженого, – Молодец! – нелогично закончила вдруг она.

– Тогда тебе тем более отдохнуть надо, а то будешь с ней весь день как варёный ходить, – посоветовала Астра, – Не заморачивайся с уставом. В сеть залезь, наверняка там уставы каких-нибудь школ, где уже существует дисциплинарный комитет, есть, как и инструкции для него. Оттуда перепиши, вот и всё.

– Точно! Сеть! – аж хлопнул я себя ладонью по лбу, – И как я сам не догадался? Это же действительно всё упрощает! Спасибо, Астра!

– Не за что, – довольно отмахнулась она, – Спокойной ночи. Спать пойду, что-то вымоталась сегодня. Завтра до обеда меня не будить!

– И меня… – уже сонно поддержала её Ника, которая, похоже, была готова уснуть прямо с ложкой во рту.

Я пожелал им спокойной ночи, и вышел.

***

Совет Астры помог. Я действительно нашёл в сети массу документов про дисциплинарные комитеты, и беззастенчиво скопировал всю нужную информацию из них. Создал документ с названием Правки, и указал в нём, какие пункты нашего устава нужно будет заменить и чем. Но даже такая простая работа заняла у меня целых два часа, так что закончил я почти в полночь.

На домашку уже сил не оставалось, так что я махнул на неё рукой, и решил ею заняться в выходные, если время будет.

– Спа-а-а-ать! – мелькнула у меня в голове мысль, и я уже почти успел рухнуть на кровать, но тут вдруг ожил Арх.

– Никаких спать! – взбодрил он меня, – Я не стал тебе мешать заниматься делами, но, раз ты освободился, то теперь и нашими делами позаниматься надо.

– Может, не сегодня? – взмолился я, – У меня уже сил никаких нет! Я же просто усну за этой медитацией.

– И сегодня, и завтра, и послезавтра… Каждый день надо. Сам знаешь, что времени у нас нет, – не поддался он на уговоры, – Да мы недолго, не переживай. Уснуть я тебе не дам. Сегодня всё проще должно пройти.

– Надеюсь, – проворчал я, усаживаясь на полу в позу для медитации, – Давай быстрее тогда. Раньше начнём – раньше закончим.

– Отличный настрой! – похвалил он, – Смотри. Для начала тебе нужно научиться поглощать ману из внешнего мира, впустить её в себя, и не дать вылиться обратно, вовремя передав её своему ядру. Для этого…

– Погоди, – перебил я его, – Так ведь это ядро и вырабатывает ману! Откуда она тогда извне-то возьмётся?

– Мана в этом мире есть везде, – терпеливо объяснил он, – Она буквально пропитывает собой весь мир. Сама Земля вырабатывает её. Просто обычно у магов нет необходимости поглощать её, так как в сравнении с тем количеством маны, которое вырабатывает их ядро, количество маны рядом ничтожно мало. Да и куда её девать, если организм переполнен собственной маной? Она просто очень скоро улетучится. Но бывает такое, что маг перенапрягается, и магическое ядро перестаёт работать и вырабатывать ману. Вот тогда его надо как бы перезапустить, а для этого в свою очередь нужно накачать ядро маной. Но у нас немного другой случай. Твоё ядро исправно, но очень мало, и потому вырабатывает ничтожно малое количество маны. Нам нужно сделать его больше! А потому, нам надо максимально загрузить его маной. До предела! Накачивать до тех пор, пока ядро само не исторгнет её. Но исторгнет не всё. Какое-то количество останется и интегрируется в ману ядра, и за счёт этого оно увеличится. Немножко. Совсем чуть-чуть! На ничтожно малые значения! А потому, тебе придётся проделать эту процедуру сотни раз, точнее даже, тысячи, прежде, чем ты сравняешься своим ядром с хотя бы средним по силе магом.

– Тысячи раз? И это всё за сегодня?

– Нет, конечно, – аж рассмеялся он. Что-то я сегодня всех смешу. В клоуны, что ли, податься? – Сегодня тебе надо хотя бы раз суметь передать ману ядру, и я от тебя отстану.

– Ладно, – проворчал я, устраиваясь поудобнее, – Давай начинать. Что мне делать?

– Медитируй. Закрой глаза, глубоко дыши, отвлекись от всех своих мыслей, и сосредоточься на своих ощущениях. Почувствуй своё тело, как бежит по нему кровь, а затем попытайся ощутить всё, что происходит рядом с тобой. Как ежесекундно крохотные частицы маны буквально пронзают тебя, проносясь через твоё тело…

Медленный, размеренный голос Арха чуть ли не усыплял меня, навевая страшную сонливость, но тем не менее, как ни странно, я почти сразу провалился в некое подобие транса, и даже ощутил всё то, что он говорит. Как бежит по моим венам кровь, как медленно бьётся пульс, как замедлило свой стук моё сердце…

Я попытался увидеть эти пронзающие меня частицы маны, и без малейших проблем вдруг ощутил это всем телом. Сотни каких-то неимоверно крохотных элементов каждую секунду проносились сквозь меня, вот только было непонятно, а как их ловить-то? Чем?

– Только своей волей ты можешь сделать это… – шепнул Арх, – Это твоё тело, и всё, что в нём происходит, находится в полной твоей власти! Не пытайся ловить их сразу по многу. Лови по одной… Только помни, что эти частицы не могут замереть, они всегда будут находиться в движении. В тот момент, когда частица попадает в твоё тело, пытайся перехватить её своей волей, и закрутить её так, чтобы она летала по кругу, не покидая его. Когда получится, подхватывай следующую, и делай тоже самое. Не пытайся собрать сразу сотню частиц. Ограничься пока одним десятком. Для первого раза этого будет более, чем достаточно.

Я молча слушал его наставления, и пытался делать, что он говорит, но поначалу меня ничего не получалось. Частицы даже не замедляли свой полёт, проносясь через меня. Только раза с двадцатого мне удалось замедлить полёт одной из них, ещё раз через тридцать заставил слегка отклониться от курса, и только спустя пару сотен попыток, первая из частиц закружилась в моём теле.

Дальше дело пошло легче. Медленно, но верно, я собрал в небольшой хоровод десяток частиц маны, и чуть не вывалился из транса, собравшись вытереть с лица пот.

– Теперь тебе нужно направиться к своему ядру, и как бы тянуть все эти частицы за собой. Только делай это медленно и не спеша, иначе они сорвутся, и все твои сегодняшние труды окажутся напрасными, – продолжал шептать Арх, – Вспомни свой вчерашний полёт к ядру, и твой разум сам найдёт дорогу…

Я послушался его совета, и почти сразу почувствовал, как начинаю проваливаться куда-то вглубь себя, в то состояние неконтролируемого падения, которое испытал вчера. Вот только в этот раз у меня не было того сумбура в голове, и я понимал всё, что от меня требовали.

Уже падая, я мысленно потянулся к продолжавшим танцевать в хороводе частицам, и аккуратно потянул их к себе. Как ни странно, они послушались, и как верная собачонка, направились следом за мной.

В этот раз полёт не продлился долго. Уже через несколько секунд показалось ядро, которое стремительно увеличивалось в размерах. Полёт закончился, когда оно стало размеров с теннисный мяч, и я закружился вокруг него, рассматривая со всех сторон.

Шарик, как шарик. Жёлтый, с мягким светом, обдающим меня теплом. Ничего особо необычного я в нём не заметил.

– Потом налюбуешься, – тихо проворчал Арх, – Сейчас тебе нужно сделать так. Окружи этим своим хороводом частиц ядро, и направь их в него, постаравшись сделать так, чтобы они одновременно влетели в него!

Я не стал допытываться у него, зачем это нужно, решив оставить вопросы на потом. Мне всё сложнее становилось находиться в трансе, и я чувствовал, что я скоро выпаду из него.

Закрутить хоровод вокруг ядра было не сложно, а вот как сделать так, чтобы они одновременно влетели в него, вот с этим возникли сложности.

У меня долго не получалось синхронизировать процесс, и вечно то одна, то сразу несколько из них вырывались вперёд, и я еле успевал перехватывать их, и отправить обратно. Но со временем, я начал всё лучше и лучше чувствовать их, и в какой-то момент они все разом полетели к ядру, одновременно погрузившись в него, и тут же яркая вспышка буквально ослепила меня, и какая-то волна швырнула меня куда-то в сторону на огромной скорости.

Как ни странно, меня не выбило из транса. Когда я пришёл в себя, я обнаружил, что просто болтаюсь в каком-то чёрном пространстве, а напротив меня завис прозрачный шар, напоминающий своим видом сферу из стекла, из-за которого на меня смотрел… Я.

Глава 10

– …а потом меня выбило из транса, а дальше ты знаешь, – закончил я свой рассказ Арху. Оказалось, что он потерял со мной связь, когда вспышка откинула меня, и не видел моих дальнейших приключений.

– Я так и не понял, что это за двойник мой был. Какой-то глюк сознания, разве что? – неуверенно предположил я, с трудом сдержав зевок. Было уже четыре часа утра, так что, похоже, выспаться мне удастся.

– Может, и глюк, а может, и нет, – задумчиво пробормотал Арх, – Скажи, а ты, вселившись в это тело, никогда не думал о том, куда делся предыдущий его хозяин?

Арх давно уже предполагал, что я, как и он, гость в этом мире, и тогда я ему рассказал о своих снах, так что он окончательно уверился в этом.

– Я думал, что он либо умер, либо переместился в какой-то другой мир. Он же сильно ударился головой тогда об асфальт, когда я в него вселился. Ты думаешь, это был он? Но почему тогда он никак со мной не связался? Не попытался выгнать меня из своего сознания? – недоумевал я.

– Возможно, он просто не может ничего сделать. Недаром же он предстал перед тобой заключённым в какую-то сферу? – предположил он, – Понятное дело, что это был лишь образ, нарисованный твоим сознанием, чтобы ты мог хоть как-то воспринимать свой внутренний мир, но и это даёт нам намёк о его судьбе. Скорее всего, когда он ударился головой, он потерял сознание. Что-то, что искало тебе новый сосуд, воспользовалось этим, пока он был в бессознательном состоянии, и подселило тебя к нему, а его сознание было либо вытеснено куда-то на задворки мозга, либо тот, кто вселил тебя, устроил его в некую темницу разума, чтобы он тебе не мешал. И я больше склоняюсь ко второму варианту, так как в первом случае он бы рано или поздно нашёл способ вернуть себе контроль над телом, и уж точно смог бы как-нибудь достучаться до тебя.

– А почему ты думаешь, что меня кто-то вселил в него, а не я сам каким-то образом вселился в него? – удивлённо спросил я.

– Да потому, мой друг, что просто так во вселенной ничего не делается, – печально отозвался Арх, – Исходя из твоих воспоминаний, в том мире ты был обычным человеком без какого-либо дара, а следовательно, после смерти твоя душа должна была уйти на новый виток перерождения, а никак не скитаться по вселенной в поисках нового тела. Я не могу утверждать этого наверняка, так-как и я далеко не всезнающий, но по крайней мере, я никогда ни с чем подобным не сталкивался. Про магов хотя бы в легендах читал о подобном, про обычных людей – нет. Но то, что во вселенной существуют некие высшие сущности, которые способны на подобное, я слышал. Моя теория такова, что прежний ты чем-то заинтересовал одну из таких сущностей, и она решила дать тебе второй шанс. Возможно, с какой-то определённой целью. Именно поэтому ты сохранил свою память о предыдущей жизни, хотя бы в виде снов о ней. Обычно при проходе через перерождение вся память о прошлой жизни стирается.

– Так. И что же мне теперь с ним делать? – озадачился я.

– А зачем тебе что-то с ним делать? Сидит себе в этой сфере, и дальше пусть сидит. Какое тебе до него дело? – скучающим тоном произнёс Арх, как будто мы о какой-то ерунде с ним говорили.

– Как это, какое? – возмутился я, – А ничего, что я его тело занял? Одно дело, если бы оно свободное было, и совсем другое, если его хозяин где-то в глубине сознания сидит до сих пор. Я так не могу. Это не по совести. Надо помочь ему! Только я не знаю, чем и как.

– А как ты ему поможешь? Освободишь сознание из заточения? Так он ведь не станет терпеть незваного гостя у себя в голове. Даже если не сможет выгнать, то уж управление телом точно заберёт. И сделать ему это не трудно будет, так как это его тело, и мозг обязательно поможет ему вернуть управление. А ты либо вернёшься на круг возрождения, где тебе сотрут память и отправят в какой-нибудь из миров ждать своей очереди на рождение, или останешься в заключении в этом теле, где даже не факт, что сможешь смотреть и слышать, что происходит вокруг. Ты этого хочешь? – каким-то странным тоном сказал гость моего виртумма.

– Нет, не хочу, – мотнул головой я, – Но и оставить это дело так тоже не могу. Там парень из-за меня фактически в тюрьме сидит, если не хуже. В тюрьме хотя бы прогулки есть, общение с другими заключёнными, тут же… Нет, надо с ним хотя бы поговорить как-то. Может, нам удастся с ним договориться, чтобы мирно сосуществовать? Насколько я помню, парень не конфликтный был. Короче, в любом случае мне для начала с ним поговорить надо, а там уже решать будем, что дальше делать.

– Добрый ты слишком. Нельзя таким быть в вашем мире. Сожрут, – проворчал Арх, но мне послышалось в его интонации какое-то смущение.

И только сейчас я понял, что, возможно, угодил в его больное место. Он же сам уже давно живёт в роли того, кто-то и дело вселяется в разные тела, и во многих случаях он так и делал. Просто подавлял волю владельца тела, отправлял его куда-то на задворки сознания, а сам хозяйничать начинал. Но видимо, и его совесть мучила по этому поводу. Вот только он рано или поздно съезжал в другое тело, освобождая бывшего владельца, а у меня такой возможности не было. Вот, кстати…

– Слушай, ты же умеешь тела менять, так может, и меня научишь? Тогда если переговоры пройдут неудачно, можно будет просто оставить ему его тело, а мне свободное подыскать?

– Не получится, – сухо ответил он, – Я понятия не имею, как можно душу изъять из тела и переселить её другому человеку. Не забывай, что я это могу только потому, что маги-учёные изъяли и переместили моё сознание в новую форму жизни. У меня есть весьма смутные представления о том, как они смогли этого добиться. Я этого сделать не могу. А даже если бы и мог, то и это ничего не дало. Что значит, свободное тело? Даже тело, которое находится в коме, не свободно. По-настоящему свободны только мёртвые, но переселение души в мёртвое тело не сделает его живым. Да и не получится вселение в тело, в котором мёртв мозг. Тут если вселяться, то только в течении нескольких минут после смерти. После остановки сердца мозг живёт не более пяти минут. И как ты собираешься искать таких людей, которые вот-вот умрут?

– Ладно, понял. Не вариант. Буду дальше думать, – вздохнул я, поправляя под головой подушку, – Но поговорить всё же с ним надо. Может, сейчас к нему наведаться, как думаешь?

– Нет, сейчас нельзя, – отрезал Арх, – Тебе надо восстановить силы после прошлого раза. Да и подумать о том, что ты ему скажешь. Тебе надо поспать хоть немного. Не забывай, что тебе скоро вставать уже.

– Ну, да… – сонно согласился я с ним, повернулся на бок, и моментально отрубился.

***

В девять утра я уже был на Казанском вокзале, куда через полчаса должен был прибыть поезд из Иркутска, в котором и ехала моя будущая знакомая.

Настроение было отвратительным. Мало того, что я еле заставил себя встать, так ещё и погода на улице совсем не располагала к прогулкам. Не то чтобы, было сильно холодно, где-то под минус пятнадцать, но ледяной сильный ветер буквально пронизывал насквозь, так что я всё проклял, пока добрался до вокзала. Как погоду, так и эту неизвестную мне девушку, которую я ещё в глаза не видел, но уже должен был её встречать, провожать, и убить на неё целые выходные. У меня и так со свободным временем были проблемы, а тут ещё и это.

Только стакан горячего кофе, купленный на вокзале, смог хоть немного примирить меня со всем этим, но всё равно настроение оставалось ни к чёрту. Очень хотелось кого-нибудь убить. И видно, это было у меня прям написано на лице, так как носильщики и таксисты, ищущие тут себе клиентов, испуганно шарахались прочь от меня, едва взглянув мне в лицо.

– Поезд Иркутск – Москва прибывает на вторую платформу четвёртого пути. Нумерация вагонов – с головы поезда. Повторяю… – ожил громкоговоритель, я скомкал пустой стакан, выкинул его в мусорку, и поспешил выйти к перронам.

Отец попросил встретить её и помочь с вещами, так что я шустро двинулся к нужному пути. На случай, если мы разминёмся, мне прислали её номер телефона, как и ей мой. По-хорошему, следовал бы, конечно, хотя бы написать ей, что я уже тут, чтобы она знала, что её точно встречают и не волновалось, но я сначала не подумал об этом, а сейчас уже поздно было. Да и не хотелось, если честно.

Почему-то отец не догадался выслать мне её фото, чтобы я мог её узнать, но я логично предположил, что вряд ли там будет много девушек-подростков, едущих без сопровождения взрослых, так что узнаю, думаю.

Электровоз устало фыркнул, проползая мимо меня, и я пошёл дальше вдоль синих вагонов, к вагону под номером шесть. Мимо пробегали встречающие, как будто боясь, что если не успеют к нужному вагону поезда до его остановки, то уже не смогут найти своих друзей, родственников или просто знакомых в этой огромной массе людей, толпившихся на перроне.

Очередной порыв ледяного ветра швырнул мне прямо в лицо принесённые откуда-то с собой комки грязноватого снега, я поморщился, вытирая лицо рукой, поправил шарф, обмотанный вокруг шеи, и в очередной, уже который по счёту, раз, пообещал себе, что больше никогда не соглашусь на предложения отца по знакомству с хоть какими-нибудь девушками. И без того их сейчас слишком много вокруг развелось, и появление новых только усугубит ситуацию.

И это ещё Оля Демидова не знает пока ни о том, что в моей жизни Настя появилось, если, конечно, брат не поведал ей ещё об этом, ни о том, что я эти выходные с девушкой проведу, хотя обещал ей свидание. Ещё и Юля, одноклассница, как-то странно всё время в мою сторону смотрит, а ещё и про одноклубниц можно вспомнить. И Лиза, опять же, с которой мы переписываемся периодически по вечерам. Я думал, что у них с Демидовым что-то наклёвывается, но нет, они были просто друзьями, и тот сейчас серьёзно увлёкся подругой Насти.

По-хорошему, мне следовало бы сосредоточить силы на ухаживании за понравившейся девушкой, дав понять остальным, что я занят, но… Пока я не мог сказать, что влюбился в кого-то. Да, мне нравилась Настя, и даже очень, но любовь ли это? Трудно сказать. Да и её родственники не допустят, чтобы мы начали встречаться.

К тому же, я всё чаще и чаще возвращался мыслями к тому, что я лишь гость в этом юном теле, а на самом деле уже довольно пожилой человек, и с этой точки зрения интерес к девушкам-подросткам был бы даже странным, наверное.

Поезд ещё раз громыхнул вагонами, остановился, двери вагонов открылись, и началось настоящее столпотворение.

– Наташенька, я здесь, внученька! А вытянулась то как, а похудела!

– Костя, бери скорее мои вещи, у меня уже руки отваливаются!

– Да зачем ты цветы-то сюда притащил! Они же помёрзнут!

Со всех сторон неслись выкрики встречающих и встречаемых людей, кто-то сразу обниматься начинал, кто-то спешил к метро, кого-то не встретили, и растерянные люди тут же начинали звонить кому-то.

Я чуть отошёл в сторонку от двери, не мешая людям выходить, которые нескончаемым потоком вываливались из вагона. Похоже, моя предполагаемая невеста вовсе не собралась выйти в первых рядах, и пережидала, пока все выйдут. Это было разумно с её стороны.

Вскоре поток людей, выходящих из вагона, начал иссякать, толпа, похватав сумки и чемоданы, повалила с перрона, а моей гостьи всё не было и не было.

Я подождал ещё минуту, и отправился на поиски своей потеряшки.

***

– Да вылезай же ты уже! Ну! Ещё чуть-чуть… – пыхтела высокая тощая девушка, с коротко стриженными рыжими волосами, пытаясь достать с верхней полки для багажа огромный рюкзак, который невесть каким чудом запихнули туда.

– Может, помочь? – предложил я, подойдя к ней со спины.

Видимо, моё появление для девушки оказалось полной неожиданностью, так как она резко дёрнулась, ударилась головой о полку, и тут же села, потирая место ушиба.

– Извини, я не хотел тебя напугать, – примиряюще улыбнулся я ей, – Давай, помогу.

Я потянулся под её молчаливым взглядом к рюкзаку, и кое-как вытащил его. Даже мне со всей моей силой пришлось немало постараться, чтобы выковырять его оттуда. Слишком уж плотно он засел между полкой и потолком.

– Ты как его туда запихнуть-то вообще смогла? – пропыхтел я, ставя довольно тяжёлый рюкзак на полку.

– Так это не я, – нерешительно отозвалась она, – Со мной двое спортсменов ехали, они и запихнули. Сама бы я не в жизнь не смогла его туда положить. А ты Миша, да? Это про тебя мне отец говорил, что ты меня встретишь, проводишь до гостиницы, а потом ещё и город покажешь?

– Приятно познакомиться, – улыбнулся я ей. Дурное настроение куда-то отступило, да и сама она выглядела так беззащитно, что злиться на неё я и не смог бы. Она серьёзно смотрела на меня через большие круглые очки своими зелёными глазами, и в их глубине читались и нерешительность, и стеснение, и страх. Сама же она была довольно обычной внешности. Не красавица, но и не уродина. Черты лица правильные, аккуратный носик, тонкие губы. Фигура вот только больно уж худая была, но это, видимо, потому, что уж очень она высокая была. Почти с меня ростом, а у меня рост уже был за метр восемьдесят.

– Меня Катя зовут, – она протянула мне руку для рукопожатия, и я аккуратно её сжал.

– Вот что, Катя. Давай-ка уже выбираться отсюда, пока нас тут не заперли, и не отвезли куда-нибудь, – предложил я, и подхватил её рюкзак, – Ещё есть вещи какие-нибудь?

– Только сумочка, но я её сама отнесу, – тут же засуетилась она, резко встала, и опять приложилась макушкой об верхнюю полку, – Ой! Да что ж я такая неуклюжая! – простонала она, опять хватаясь руками за голову.

Похоже, у неё были большие проблемы с координацией или удачей. И не исключено, что и с тем и другим сразу.

Интерлюдия

– Лёха, смотри! Там тот тип из бара с какой-то девкой по перрону идёт! – ткнул невысокий бритоголовый крепыш своего приятеля в бок, который в этот момент отвлёкся на сообщение в виртумме.

– Что? Где? – вскинулся тот, внимательно оглядываясь по сторонам, – Точняк, он! Вот, гнида. Уработать бы его…

– Так может давай я встречу его у выхода в город, наверняка они на такси пойдут. Там вон ещё какая толпа на досмотре. Никто и не заметит, если я ему перо в бок суну.

– Серый, не тупи! Тут, во-первых, камеры кругом, а во-вторых, ты забыл, что нам Кремень сказал? У этого типа все тело металлическими щупальцами обёрнуто. Не проткнёшь ты его. Да и Буйвол нам башку открутит, если мы нужных людей упустим, а до прибытия поезда всего десять минут осталось. Лучше звякни Сане, пусть он у выхода их встретит, и проследит за ними. Он же за рулем как раз, вот пусть и съездит за такси, глянет, где они кости кинут.

– Точняк, – согласился с ним приятель, набирая номер на виртумме, – Саня! Дуй к выходу в город с вокзала, который в торце здания находится, где стоянка такси. Там скоро тот козёл, который тебе в баре нос сломал, с какой-то девкой выйдет, Лёха сказал, чтобы ты проследил за ними. Тут мы и сами дальше справимся.

– Ты уверен, что мы с ним справимся? Чё то смущают меня его щупальца, – отключившись, опасливо сказал он другу, – Да и Кремень не советовал его трогать.

– Не боись, – процедил тот, – Мне Молчун должен кое-что, так что попрошу его помочь. Ему этот сверх на один зуб будет. Надо будет только как-то подобраться к нему поближе суметь в безлюдном месте. Думаю, тут нам эта девка сможет помочь. Узнаем сначала, кто она вообще такая, а потом придумаем, как и где героя этого сраного прихватить. Я же обещал, что я так просто это дело не оставлю, а я привык держать своё слово…

Глава 11

– И как тебя вообще из дома-то выпускают одну? – удивлялся я, глянув на хромавшую рядом девушку, судорожно державшуюся за мою руку. Степень её невезения меня просто поражала.

За то время, что мы добирались с вокзала до гостиницы, она ухитрилась получить в лоб сумкой от выбегающей с вокзала тётки, прижать себе пальцы дверью такси, хоть и не сильно, и подвернуть ногу, поднимаясь по ступенькам ко входу в гостиницу. И это ещё молчу о том, как шквалистый ветер швырнул в неё принесённой откуда-то картонной коробкой, которую я перехватил перед самым её носом.

– Родные привыкли уже, – пожала она плечами, – Знают, что хоть мне и не везёт, но ничего страшного обычно не происходит, серьёзных травм я не получаю, а несерьёзные я и сама уже лечить научилась. Я же целитель, хоть и слабенький, вот и справляюсь потихоньку. Да и не совсем одну они меня отправили. До Москвы за мной проводница присматривала, а тут ты встретил, – стрельнула она в мою сторону глазками, – Я не ожидала, что ты таким огромным окажешься. Слышала, конечно, что сверхи по больше и по сильнее обычных людей, но не думала, что настолько. Тебе на вид как минимум, лет восемнадцать. И не скажешь, что четырнадцать всего. Или тебе пятнадцать уже?

– Н-нет, четырнадцать, – неуверенно отозвался я, обнаружив, что даже не удосужился узнать, когда у этого тела день рождения будет.

– Семнадцатого февраля у тебя. Уже скоро совсем, – подал тут голос Арх, и замолчал.

– Но уже почти пятнадцать. Семнадцатого февраля будет, – продублировал я ей то, что сказал мне Арх.

– Я почему-то так и подумала, что у тебя день рождения или был недавно, или скоро исполнится, – улыбнулась мне Катя, и чуть не получила в лоб распахнувшейся наружу дверью гостиницы. Я еле-еле успел отдёрнуть её в сторону, помогая избежать удара тяжеленной деревянной дверью, а заодно убирая её с пути выскочившего наружу толстого мужика, с портфелем в руке, весёлым мячиком поскакавшего по ступенькам к такси. Если бы даже она каким-то чудом избежала удара дверью, то он точно снёс бы её с ног.

– Осторожнее можно?! – рявкнул я ему в след.

– Прошу прощения! – на ходу крикнул тот, даже не притормозив, – Любезный! К Ходынскому аэропорту, и побыстрее! – уже усаживаясь, бросил он водителю, и такси тут же сорвалось с места.

– Вот козёл… – прошипел я, от всей души желая, чтобы он не успел. Он из-за своей спешки мог кого-нибудь инвалидом сделать! Дверь была массивная, огромная, ей и убить можно было при желании. А если бы к ней ребёнок подходил? – я представил себе эту картину, и у меня руки сами собой сжались в кулаки, и очень захотелось поговорить с этим толстяком по душам как-нибудь…

– Не злись, – дотронулась до моей руки Катя, – Он не виноват. Это всё моё проклятое невезение. Уверена, что если бы я не должна была сюда войти, то никуда бы он не опаздывал, и всё нормально было бы.

– Нет, виноват, – упрямо набычился я, – Я могу понять, что он опаздывал, но того, что он не счёл нужным хотя бы притормозить и извиниться нормально, я понять не могу. Эти три секунды ничего не решили бы. Впрочем, ладно. Чёрт бы с ним. Пойдём уже заселим тебя, пока опять чего-нибудь не случилось.

Мы зашли, наконец, внутрь, и подошли к ресепшн, где нас встречала приветливо улыбающаяся девушка.

– Мне должен быть номер забронирован на фамилию Трофимова, – робко пискнула Катя, неуверенно оглядываясь по сторонам. Было отчётливо видно, что нечасто она до этого покидала свой город, и сейчас её всё вокруг то ли пугало, то ли наоборот восторгало. Гостиница была не из дешёвых, мягко говоря, впрочем, как и все остальные, находившиеся недалеко от неё. Центр города, всё же. Тут наверняка с верхних этажей Кремлёвские башни видно.

– Всё верно, есть такой. Номер люкс. Заказан на Трофимову Екатерину Александровну, – быстро проверила информацию в компьютере девушка, – Предъявите ваш паспорт, пожалуйста, и можете подождать на диванчике, пока я вас оформлю.

– Трофимова? – негромко удивился я, когда мы отошли от ресепшен и присели на красный диванчик, – Мне казалось, что у твоего отца фамилия Головин? Или я что-то путаю?

– Всё верно, у отца фамилия Головин, – поморщилась Катя, потирая рукой повреждённую ногу, – Вот только я – внебрачный ребёнок. И хотя он меня и признал, но в род меня не взяли, и фамилию отца тоже не разрешили взять. Ну, да ничего. Мне и с фамилией мамы неплохо живётся.

– Ясно, – кивнул я, внутренне подосадовав, что завёл разговор на эту тему. Отец же говорил, что она внебрачная дочь, а я забыл. Только расстроил лишний раз её подобным напоминанием. С чувством такта у меня определённо были проблемы.

– Так что дальше делать будем? – поспешил сменить тему я, – Я так понимаю, сегодня ты не ходок? Может, мне завтра тогда подъехать за тобой, а ты пока отдохнёшь?

– Не-не-не, – аж вскинулась она, – Никаких завтра! Точнее, и завтра тоже, но и сегодня не будем день терять. Я всего на два дня приехала, и хочу провести их с максимальной пользой. У меня уже давно все эти дни распланированы. Дай мне полчаса, и я выйду. Извини, в номер не приглашаю, родители категорически запретили водить к себе гостей, и наверняка узнают об этом.

– Да ничего страшного, я и тут подожду. Главное, чтобы эти полчаса в два часа не превратились, – усмехнулся я, – Только как же ты ходить будешь со своей ногой?

– Подлечу сейчас в номере. Пятнадцати минут мне на это хватит. Быстренько переоденусь, и вещи положу. Так что обещаю, я недолго. Только у меня к тебе просьба будет, – она залезла к себе в сумочку, и достала листок бумаги, – У меня тут записано, что я посетить хочу сегодня. Можешь посмотреть в виртумме режимы работы этих мест, а при необходимости, купить билеты? – умоляюще глянула она на меня, – Не хочется потом на это время тратить. Если надо денег, я могу скинуть тебе.

– Не надо, – мотнул я головой, – Сделаю. Беги уже. Вон, тебя девушка с ресепшен зовёт.

Катя забрала у меня рюкзак, и захромала к стойке, я же быстро пробежался глазами по её списку. Довольно стандартный набор: Красная площадь, Третьяковская галерея, Храм Христа Спасителя, музей изобразительных искусств, Дарвиновский музей, Большой театр, Александровский сад, ещё несколько храмов… И это всё она хочет за сегодня посетить? – прифигел я. Да она оптимистка… Ну, или просто очень наивная. После такой прогулки ноги напрочь отвалятся. Да и толку от неё будет, если везде всё бегом смотреть? Так, осетра будем урезать, – решил я, вчитываясь в список, и прикидывая наш сегодняшний маршрут.

***

– Это было потрясающе! – счастливо выдохнула Катя, когда мы вышли из Большого, а точнее, из Императорского большого театра на морозный воздух ночной Москвы, и медленно побрели в поисках какого-нибудь приличного кафе, чтобы поужинать, а заодно, и пообедать. С этой неугомонной девицей я смог за сегодня только кофе глотнуть, да блинчик съесть. Была надежда перекусить в антракте, но её тут же пришлось похоронить при одном только взгляде на огромную очередь в буфет. На этот подвиг я идти был не готов. И без того весь день на ногах провёл.

– Всё-таки, роль Дон Кихота идеально подходит Константинову! А Глушенко в роли Санчо Пансо вообще выше всяких похвал! Я так хохотала с него! – аж чуть не подпрыгнула она, поскользнулась на скользкой мостовой, и я еле успел подхватить её под руку, не дав упасть.

– Спасибо, – смущённо поблагодарила она, – И за то, что поймал, и за то, что весь день на меня потратил. И ты действительно был прав, убрав часть адресов из моего списка. Я только сейчас поняла, как же устала, а ведь мы только в половине мест побывали. Завтрашний список я уже выкинула. Посмотрим то, куда сегодня не успели. Ничего не поделаешь. Самое главное, я побывала там, куда больше всего хотела. В Храме Христа Спасителя, на Красной площади, в Третьяковке, и в Большом театре! В следующий раз остальное посмотрю. Ты же составишь мне компанию?

– Постараюсь, но обещать не могу, – уклончиво ответил я, – Ты ведь даже сама не знаешь, когда приедешь сюда в следующий раз, так что не могу гарантировать, что буду свободен в те дни.

– Жаль, но будем надеяться на лучшее, – ничуть не расстроилась она с виду, и сильнее схватила меня под руку, опасливо шагая по мостовой, покрытой ледяной коркой. С её «везением», это было совсем не лишним.

– Ну, надо же, какая встреча! – я тоже больше смотрел под ноги, чем вперёд, а потому раздавшийся впереди язвительный голос, показавшийся мне знакомым, оказался для меня полной неожиданностью.

– Теперь понятно, какие-такие важные дела у тебя появились, из-за чего ты перенёс наше свидание, которое давно мне обещал, – криво усмехалась Ольга Демидова, глядя на нас с Катей. Рядом с ней стояла какая-то девушка, видимо, её подруга, и с интересом наблюдала за происходящим.

– Привет, Оль, – спокойно поздоровался я с ней, – Можешь мне не верить, но это действительно и есть мои важные дела, – сейчас я даже немного пожалел, что ограничился формальной фразой о делах, когда объяснял ей по виртумму, почему не могу встретиться с ней в эти выходные. Не хотел говорить о мнимой невесте, но можно было ведь просто сказать, что знакомая приезжает. Все мы крепки задним умом. Что уж теперь жалеть.

– Почему же, очень даже поверю, – с сарказмом отозвалась она, – Ну, не буду вам мешать. У меня только одна просьба будет напоследок. Не звони мне больше, а про свидание – просто забудь, – и с гордо поднятой головой она прошла мимо нас. Подруга чуть замешкалась, и поспешила на ней, бросив на меня странный взгляд, проходя мимо.

– Видишь? Опять моё невезение сказалось, – вздохнула Катя, – Это твоя девушка, да?

– Нет, – решительно мотнул головой я, – Скажем так, она могла ею стать, но… Значит, не судьба.

– Может, помиритесь ещё? – осторожно спросила она, заглянув с тревогой мне в лицо.

– Очень странно слышать от потенциальной невесты подобную фразу, – улыбнулся я ей, впервые за сегодня заговорив на тему наших взаимоотношений.

– Ну, я же не малолетняя дурочка, и всё понимаю. Чувства – это одно, а долг – совсем другое. Было бы странно, если бы ты не интересовался девушками до нашего знакомства, – довольно рассудительно заметила она, – У меня и самой до недавнего времени молодой человек был. Правда, недавно он меня бросил, но это уже совсем другая история, – грустно улыбнулась она.

– Так что помирись всё же с ней. Попроси прощения. Она красивая… Намного красивее меня, – весьма самокритично заметила она. По-хорошему, тут мне следовало кинуться уверять её в обратном, но я понял, что это было не кокетство с её стороны, и не был уверен, что смогу быть убедительным, если начну это делать. Никогда врать не умел. Не умел и не любил.

– Нет, – ещё раз отказался я, – Я её не обманывал, чтобы прощение просить. Не всё рассказал, это да, но не обманывал. Да и, честно говоря, нет у меня к ней каких-то особых чувств, так что это, наверное, и к лучшему.

Как ни странно, но я действительно так считал, и сейчас испытывал даже некоторое чувство облегчения. Окажись на её месте Насте, вот тогда бы я действительно расстроился, а так… Возможно, это и правда к лучшему. Зачем внушать ложные надежды девушке, если уже знаешь, что тебе нравится другая? Хоть и шансы на то, что тебе разрешат с ней встречаться, весьма малы… Единственно, как бы разрыв с Ольгой не повлиял на нашу дружбу с Демидовым. Он ведь вполне может быть тоже оскорблен тем, что я предпочёл его сестру какой-то девушке, и больше не общаться со мной, если она ему всё расскажет. Мда, ситуация…

– Ну, тебе виднее, – нехотя согласилась она со мной, – А сейчас пойдём уже поедим, наконец. Я такая голодная, что могла бы слона съесть!

– Это вряд ли, – усомнился я, бросив взгляд на её худую, почти тощую, фигуру, – Не влезет.

– Я образно, конечно, но треть точно бы осилила!

***

– Ну, что? Вызываю такси? – предложил я, когда мы покинули ресторан, в котором просидели два часа. Было уже совсем поздно, и улицы ночного города практически обезлюдели.

– Я посмотрела на карте, тут до гостиницы недалеко совсем. Минут пятнадцать пешком. Может, пройдёмся, если у тебя ещё силы есть? Такая погода чудесная, и на ночную Москву посмотреть хочу, – предложила Катя.

– Я-то не против, но смотри, не встанешь ведь завтра утром. Проспишь до обеда, и все планы придётся переделывать, – усмехнулся я, предложив ей руку, чтобы она схватилась за неё, и мы медленно пошли по улице. Ветер стих, и оказалось, что на улице не так уж и холодно. Небольшой морозец, но он нам не мешал.

– Встану, – беспечно отмахнулась она, – Я в поезде, такое чувство, на неделю вперёд выспалась. Три дня же ехала. Даже устала спать.

– А почему ты на поезде решила? Три дня туда и три дня обратно ради двух дней в Москве? Как-то странно это. Или ты летать боишься?

– Не я. Мама, – вздохнула она, – Не сыпь мне соль на рану. Я бы лучше самолётом прилетела, и почти неделю тут провела, но мама категорически против была. Она и сама летать боится, и очень сильно переживает, когда кто-то близкий летит. Не пустила бы она меня сюда на самолете. Она и так-то еле-еле разрешила мне съездить, и то только потому, что папа поддержал меня. Вот и пришлось поездом ехать. Зато выспалась, наконец. Я неделю почти не спала перед этим, так что хоть какой-то плюс получился от поезда.

– А почему не спала? Чем занята была? – поинтересовался я, осторожно оглядываясь по сторонам. Почему-то мне показалось, что за нами кто-то следит, но пока никого не было видно, да и Арх молчал.

– Ну, как, чем? Плакала, конечно, в подушку ночами напролёт, – как-то обыденно произнесла она, – Меня ж парень бросил недавно. Я ведь говорила. Как же не поплакать после такого?

– Ну да, ну да… Если б меня парень бросил, я бы тоже плакал, наверное, – отрешённо заметил я, даже не вдумываясь в то, что говорю, усиленно контролируя обстановку. Чувство того, что за нами следят, усилилось, и вся моя интуиция кричала о нарастающей опасности. Сразу вспомнились недавние случаи нападения на меня.

Я-то ладно, отобьюсь как-нибудь, не впервой, но со мной была девушка, и она могла пострадать. Я даже пожалел, что поддался на её уговоры, и не вызвал такси. Может, сейчас вызвать?

Меня вырвал из раздумий смех девушки, и только сейчас я сообразил, что именно ляпнул, но исправляться поздно уже было.

– Какой ты, оказывается, разносторонний человек, – насмешливо фыркнула она, отсмеявшись, – И девушки, и парни… Оригинально. Помню, был у меня один такой знакомый…

– Погоди! – перебил я её, не дав до рассказать историю. Впереди, почему-то. не горели фонари, но в темноте мелькнул огонёк сигареты. Там явно кто-то курил, прислонившись спиной к стене дома.

– Закончишь свой рассказ, когда к гостинице подойдём. Сейчас нужно немного помолчать, – скомандовал я тихо, – Слушай меня внимательно. Молча идём вперёд, и, если я скажу тебе бежать, ты, не споря, тут же начинаешь бежать, и не останавливайся до самой гостиницы. До неё немного осталось, метров триста. Тормозить, и смотреть, что происходит и как там я, не надо. Я догоню тебя потом. Со мной всё будет в порядке.

– Миша, ты меня пугаешь… – тихо прошептала Катя, с силой сжимая мою руку, но спорить не стала.

– Миша, аккуратнее, чувствую впереди сильного мага, – подал тут голос Арх, – Ещё три человека идут сзади, но они не маги, и пока далеко. Свернуть пока некуда. Может, остановитесь тут, а я вызову такси? Угрозы со стороны мага не чувствую, но мало ли что?

– Вызывай, – согласился я с ним, остановился и придержал девушку, которая на удивление даже не пыталась пока ничего спросить. Рисковать, действительно, было незачем.

Мы простояли минуты две, и виртумм уже выдал сообщение, что такси прибудет через пять минут, и тут я увидел, как сверкнул в темноте окурок, полетевший на дорогу, по которой за всё это время ни одна машина не проехала, и скорее даже не увидел, а почувствовал, как тот незнакомый мне маг медленно зашагал к нам.

Глава 12

Приближающийся к нам маг оказался совсем ещё молодым парнем, лет двадцати на вид. Я его смог разглядеть благодаря тому, что в этот момент из-за туч выглянула Луна, что и позволило мне присмотреться к приближающемуся человеку, как и то, что на голове у него не было ни шапки, ни капюшона, лишь большие наушники, в которых играла такая громкая музыка, что скоро она и нам стала слышна.

Парень шёл молча, засунув руки в карманы, не глядя на нас, и как будто бы полностью погрузившись в свою музыку, что-то вроде рока, как показалось мне.

На миг мне показалось, что это была ложная тревога, и он сейчас просто пройдёт мимо нас, но тут он остановился метрах в десяти от нас, окинул равнодушным взглядом сначала меня, потом Катю, и снова перевёл взгляд на меня.

И взгляд мне его не понравился. Какой-то пустой, равнодушный, как будто на меня робот уставился, а не живой человек.

Он медленно вытащил правую руку из кармана куртки, показал указательным пальцем на Катю, и махнул себе рукой за спину, как будто призывая её уйти.

– Ты предлагаешь ей уйти? – спросил я его. Он всё также молча кивнул. Логично, в принципе. Он явно по мою душу заявился, а девушка ему не нужна. Странно только, что он свидетеля не боится отпускать, если собирается убить меня. И внешность, вон, свою не прячет.

– А я тебе зачем понадобился? – решил всё же спросить я, хотя догадывался, что он мне не ответит, и не обманулся в своих ожиданиях. Он лишь ухмыльнулся, и ещё раз повторил свой жест.

– Катя, иди в гостиницу. Я или догоню тебя, или отзвонюсь, что всё в порядке, – тихо скомандовал я девушке, и она, к счастью, не стала вставать в позу и задавать лишних и не нужных сейчас вопросов, а молча зашагала вперёд, обойдя мага по широкой дуге, опасливо косясь в его сторону.

Я же весь сжался как пружина, в готовности начать действовать, если он вдруг решил обмануть, и попытается атаковать девушку, но он даже не посмотрел в её сторону, когда она проскользнула мимо него.

А вот дальше события вдруг понеслись вскачь, и я еле успел щупальцем отбить что-то невидимое, когда он вдруг резко взмахнул рукой.

Щупальце аж загудело от напряжения, но выдержало удар, но дальше мне в грудь прилетел удар огромной силы, видимо, воздушный таран, буквально снёсший меня с ног, и откинувший на десяток метров назад.

На ноги я вскочил уже трансформировавшись в берсерка, и понимая, что она меня напал сильный воздушный маг.

Подъехавшее было в этот момент вызванное мной такси тут же газануло, стремясь убраться отсюда по быстрее, и я не мог осуждать таксиста, поспешившего убраться с места разборок мага и сверха.

По идее, я мог бы успеть запрыгнуть ему на крышу, и умчаться отсюда, держась щупальцами, но я не видел в этом необходимости. Мне нужны были ответы от этого молчаливого мага том, кто его послал, и я их получу, даже если мне придётся выбить их из него вместе с зубами!

Я мрачно двинулся к магу, ощетинившись щупальцами, как дикобраз иголками.

***

– Гадство… – прошипел я сквозь зубы, зажимая рукой рассечённое левое плечо, и прыжком уходя в сторону от нёсшихся ко мне сразу десятка воздушных копий, с оглушительным грохотом врезавшихся в здание позади меня и сделав в нём несколько дырок, прошив бетон. Блин, надеюсь, там никто не пострадал из жильцов.

Маг действительно оказался очень силён, а воздушными клинками работал просто виртуозно! Я даже со всеми своими щупальцами с трудом отбивался от его атак, когда он превращался в настоящий вихрь, с бешеной скоростью носившийся вокруг меня. Вот и пропустил в одной из атак удар, против которого даже моя довольно крепкая кожа не устояла.

Справедливости ради, пару раз и я достал его своими щупальцами, хорошенько так приложив его по туловищу хлёсткими ударами, но он даже не поморщился, всё также равнодушно глядя на меня своими холодными глазами. Лишь отшатнулся назад на несколько шагов. Даже наушники, паскуда, не потерял, и периодически до меня доносились от него звуки тяжелого рока. И как он только не оглох от такого звука?

Я выбил из тротуара кусок бордюра, побежал к магу, и метнул в него булыжник. Он без проблем от него увернулся, но я и не рассчитывал в него попасть. Слишком уж он быстрый был. Я выигрывал себе время, чтобы добраться до него. Мне бы и одного удара в голову хватило, чтобы вырубить этого урода, вот только он был невероятно быстр, и постоянно ускользал от моих ударов, не подпуская меня к себе, предпочитая атаковать меня с дистанции. Даже его воздушные лезвия работали на расстоянии нескольких метров, позволяя ему то и дело контратаковать меня.

По идее, мне можно было и не лезть к нему, и стараться наоборот держать дистанцию, уклоняясь от ударов. Время работало на меня. Очень скоро тут появится полиция, всё же мы в центре Москвы драку устроили с использованием магии и сверх сил. Наверняка тот же таксист уже сообщил куда следует. Вот только я сомневаюсь, что полиции удастся его поймать. Скорее, они просто вспугнут его, и тогда я не узнаю, кто же его послал, и придётся потом быть в постоянной готовности к новой встрече.

Так что я ускорился до предела, буквально выжимая из себя все силы, в попытке всё же добраться до этого козла. К счастью, у него, видимо, тоже были какие-то ограничения в использовании магии, и он не мог долго находиться в своём режиме вихря, лишь буквально несколько секунд, после чего секунд на двадцать брал паузу, ограничиваясь дальнобойными атаками.

Вот сейчас как раз такая пауза была, и именно этим я и решил воспользоваться, сближаясь с ним. Он предсказуемо встретил меня своими воздушными лезвиями, которых я не видел, но их как-то чувствовали мои щупальца, вступившие с ними в яростную дуэль, практически без моего контроля, а я продолжил яростно рваться к магу, не обращая внимания на то, что периодически его лезвия всё же находили бреши в моей обороне, и оставляли кровавые полосы у меня то на руках, то на груди. Будь я обычными человеком, то уже наверняка развалился бы на части, а так я лишь шипел от боли, но нёсся дальше.

Вот я оказался уже в паре метров от него, и впервые в его глазах промелькнул… Нет, не страх. Скорее, удивление. Но мне некогда было разбираться с его чувствами. Я просто прыгнул к нему, уже предвкушая, как сожму его сейчас в своих объятиях и как затрещат его кости, но тут раздался тихий хлопок, и он буквально исчез прямо передо мной.

Я растерянно замер, оглядываясь по сторонам, пытаясь понять, куда он делся, и почти сразу обнаружил его метрах в двадцати позади меня, и тут же я прыгнул в сторону, уходя от очередного роя воздушных копий, уже несшихся ко мне. Вот падаль. Похоже, он использовал свой последний козырь, уходя от моей атаки. Но ничего… Не уйдёшь…

Я хаотично прыгал в разные стороны, уходя от очередных ударов мага, но потихоньку сближаясь при этом с ним, и тут раздался вой сирен сразу нескольких полицейских машин, явно нёсшихся в нашу сторону.

Маг досадливо поморщился, глянув в ту сторону, где уже показались машины, и тут раздался новый хлопок, и он исчез. И в этот раз нигде поблизости его уже не было видно. Ушёл, гад, – сплюнул я, и поднял вверх руки, оказавшись под прицелом сразу нескольких полицейских, выпрыгнувших из трёх машин.

Убегать от полиции я не видел никакого смысла. Я же пострадавшая сторона, вроде как…

***

– … вы же понимаете, Михаил, насколько странно это звучит? – устало спросил меня довольно пожилой, лет за пятьдесят, седой капитан, откинувшись на спинку стула, – Вас попытался убить сильный маг прямо в центре столицы, и вы не имеете понятия, за что? Так не бывает. Причина должна быть. И, я думаю, вы о ней знаете, или догадываетесь, но почему-то не хотите помочь следствию. Учитывая, какие разрушения вы нанесли городу, это весьма неразумно с вашей стороны. Между прочим, там и гражданские пострадали. Трое получили ранения от разбитых окон, а ещё двое получили травмы от кусков бетона, которые были выбиты в их квартиры. Я могу обвинить вас в причинении вреда гражданским лицам по неосторожности. Четырнадцать вам уже было, так что уголовной ответственности вы уже подлежите. Настоятельно рекомендую вам пойти навстречу следствию. Это вам зачтётся, обещаю.

– Да вашу ж мать! – еле сдержался я от более крепких выражений, – Я же вам русским языком сказал, что не знаю я кто это мог быть! Мага этого я в первый раз увидел! Кто его нанял, понятия не имею! Может, кто-то из враждебного рода, может кто-то из тех, с кем у меня дуэль была, решил мне отомстить. Да откуда мне знать-то? Я только недавно в Москве, и понятия не имею, какой из родов ненавидит мой бывший род. А дуэлей у меня за последние пару месяцев целый десяток был, так что вариантов тут – целый вагон возможных заказчиков, решивших отомстить. У меня, вон, и на следующей неделе дуэль будет с Долгоруким. Кто знает, может, кто-то не хочет, чтобы она состоялась?

– Вряд ли это из-за дуэлей, – медленно покачал головой капитан, – Не принято это у аристократов. Слишком большой урон чести будет, когда правда вскроется. У нас сотни дуэлей в год проходят, и ни разу не было на моей памяти, чтобы проигравшие мстили победителям. Впрочем… – задумался он на секунду, и придвинул мне ручку с листом бумаги, – Пишите. Напишите фамилии всех, с кем у вас были дуэли и конфликты с момента прибытия в столицу, и с кем только предстоят. Надо отработать все версии.

– Хорошо, – пробормотал я, взял ручку, и начал писать, слегка поморщившись от боли. Регенерация работала, да и раны мои тут обработали и перевязали. Но пока было всё ещё больно. Астре мне позвонить дали, так что я с минуты на минуты ждал её появления. Кате вот только позвонить не разрешили, так как у меня было право только на один звонок, а виртумм изъяли.

– Не переживай, я отправил ей от твоего имени сообщение, что у тебя всё в порядке, но говорить ты сейчас не можешь. Она ответила, что рада, и что позвонит тебе утром, – подал тут голос Арх

– Ого! Ты откуда взялся? Виртумм же не на мне? – удивился я, не прекращая писать.

– Я теперь могу общаться с тобой, когда виртумм находится недалеко от тебя. Не далее двухсот метров, – пояснил он.

– Отлично! – обрадовался я, – Тогда, может… – я хотел попросить, чтобы он от моего имени написал отцу, у того всё же было больше возможностей вытащить меня отсюда, но не успел додумать. Дверь кабинета распахнулась, и на пороге обнаружилась моя опекунша, которая явно находилась в ярости, а рядом с ней стояла женщина, лет сорока на вид, в строгом деловом костюме и короткой стрижкой типа каре.

– Вы…! – начала было Астра, но её тут же перебила её сопровождающая.

– Помолчи, Астра! – властно скомандовала она ей, и та, к моему удивлению, послушалась.

Они зашли в кабинет, и встали за моей спиной. Стульев тут больше не было, так что я попытался встать, чтобы уступить место кому-нибудь из них, но странная тётка положила мне руку на плечо, не дав мне этого сделать.

– Здравствуйте, Инга Юрьевна, – как-то обречённо поздоровался капитан, явно узнав знакомую Астры.

– Виделись, – ледяным тоном отозвалась она, – Вы меня удивляете, Георгий Сергеевич. Ведь только сегодня, точнее, уже вчера утром, я объясняла вам, как нужно работать с несовершеннолетними, но вы, я так смотрю, меня не услышали. Это весьма неразумно с вашей стороны. Теперь я буду вынуждена поговорить с вашим начальством, и направить официальную жалобу в прокуратуру. Сами понимаете, что вряд ли вы после этого сохраните своё место.

– Вот только не надо мне угрожать! – попытался тот сделать грозный вид, но получилось не убедительно, – Имело место настоящее сражение в центре Москвы, с жертвами среди гражданских! Это недопустимо!

– Недопустимо? – с сарказмом произнесла она, – Несомненно. Но знаете, что ещё недопустимо? Допрашивать несовершеннолетнего без его законного представителя или адвоката. И вдвойне недопустимо не отправлять пострадавшего в больницу! Мальчик получил множество ран, и вы обязаны были отправить его в больницу, и только после того, как его бы посмотрел врач, вы могли поговорить с мальчиком, с разрешения врача, и в присутствии меня!

– Да для этого слона это всего лишь царапины, мы их обработали, – буркнул полицейский, вытирая выступивший на лбу пот.

– Лучше помолчите! Не вам определять степень того, как пострадал мальчик! Это должен был сделать врач! – оборвала его тётка, которая, видимо, была адвокатом, – Это я ещё молчу о том, что вы взялись за его допрос в три часа ночи, вместо того, чтобы дать ему отдохнуть! На мальчика напали, нанесли ему раны, и что делает полиция? Допрашивает его среди ночи, вместо того, чтобы отвезти его в больницу, и заняться поисками настоящего преступника!

– Так мы по горячим следам…

– Вот и ищите по своим горячим следам, а мальчика отпускайте давайте, – резко оборвала его адвокат, – Захотите с ним поговорить, сделаете это в установленном законом порядке!

– Свободен, – буркнул мне капитан, придвинув к себе мой листок, и пододвинув мне протокол беседы на подпись, – Подпиши. Город не покидать.

– Капитан, вы продолжаете сами себя закапывать. Вы не забыли, что подписка о невыезде применяется только в отношении подозреваемых и обвиняемых? Или вы собираетесь моему клиенту обвинение какое-то выдвинуть? – ядовито спросила тётка, пока я ознакомлялся с протоколом. Вроде, всё было верно, ничего не искажено, но я всё же дал его адвокату, та быстро пробежалась по нему взглядом, и, кивнув, разрешила подписать.

– Ой, да идите уже! – психанул капитан, – Не собираюсь я его ни в чём обвинять. Я просто прошу его не покидать пока город, так как может возникнуть необходимость побеседовать с ним. Сержант! – крикнул он в открытую дверь, где тут же показалось лицо весьма упитанного дежурного, – Выдайте господину Чарторыйскому его вещи, и отпустите.

– Благодарю, – усмехнулась тётка, и мы вышли из кабинета.

– Домой? – вопросительно глянула на адвоката Астра, когда мы вышли на улицу, закончив с формальностями.

– Нет. В больницу, – решительно возразила та.

– Да не надо, на мне всё как на собаке заживает, – попытался отказаться я.

– Вот поэтому и надо, и именно сейчас! – строго глянула она на меня, – Нам нужно медицинское заключение, что ты пострадал в ходе нападения. Иначе у тебя всё заживёт за пару дней, и мы, в случае необходимости, уже и доказать не сможем, что у тебя были ранения. Полицию очень скоро начнут терзать сверху со всех сторон, так как происшествие случилось прямо в центре Москвы, и им точно нужен будет крайний, на которого всё это можно будет повесить.

– Понял, был не прав, – согласился я с ней, – Тогда поехали.

Интерлюдия

– Охренеть! Вы видели, что делал этот монстр? – взбудораженно махал кружкой с пивом в полупустом круглосуточном баре один из троицы типов, бандитской наружности, как подумал о них бармен, искоса поглядывающий на их столик. От подобных типов чего угодно можно было ожидать, вот он и приглядывал за ними в пол глаза.

– Он Молчуну ухитрился пару раз прописать! А самому хоть бы хны были его удары, хотя Молчун ими…

– Саня, заглохни, – оборвал его вполголоса второй тип, сидевший с весьма хмурым видом, – Нашёл место, где о Молчуне говорить. Знаешь ведь, что он этого не любит.

– Сорян, – сразу стих первый, – Виноват. Эмоции, чтоб их. Я просто не ожидал подобного от этой школоты. Всё-таки, одно дело по телеку про него смотреть, и совсем другое вот так, вживую, увидеть.

– Согласен, я сам охренел, – подхватил третий, – Ещё щупальца его эти… Меня аж в дрожь бросило. Мне кажется, зря мы с ним связались…

– Вот именно поэтому больше мы к нему лезть не будем, – хмуро бросил второй, – К тому же, можно считать, что нужного мы добились. Маг прилично его потрепал, вот и достаточно. Лицо, так сказать, сохранили, и хватит.

– Молчун может не угомониться… – вздохнул третий, осушив одним глотком свою кружку, – Сам же знаешь, как он не любит, когда не доводит дело до конца. Может закуситься и не послушать нас, что мы заказ снимаем.

– Плевать. Это будет уже не наша головная боль, – отрезал второй, – Мы хотели проучить пацана? Проучили. Убивать для этого не обязательно. Если Молчун решит, что ему этого мало, это будет уже его дело.

Глава 13

– У тебя есть время? Отойдём на пару слов? – сухо спросил меня Демидов, подойдя на большой перемене.

До занятий мы сегодня с ним не виделись, так как он приехал с опозданием, и зашёл в класс, когда урок шёл, а на перемене даже не подошёл ко мне, ограничившись холодным кивком на мой вопросительный взгляд.

Я понял, что это начали сказываться последствия нашего разговора с Ольгой, и не стал ничего предпринимать. Если он из-за этого решит разорвать нашу дружбу, то что ж… Его право.

– Ну, пойдём, – нехотя согласился я, вовсе не горя желанием куда-то идти. И без того за эти два дня так находился, что ноги до сих пор гудели от напряжения.

Произошедшее нападение вовсе не стало поводом для Кати отменять экскурсии по городу, и в итоге мы всё воскресенье с ней по городу ходили и ездили. Хорошо ещё, что не с самого утра, а где-то с обеда. Она понимала, что мне нужно было выспаться после такой непростой ночи, да и самой отдых был нужен, так что опять у неё не вышло посмотреть всё, что было задумано.

Хотя изначально вообще вся воскресная программа была под большим вопросом. Астра ни в какую не желала отпускать меня из дома, аргументируя это моими ранами и опасностью нового нападения. Но раны у меня уже успешно затянулись, оставив лишь небольшие красные полосы после себя, а по поводу возможного нападения я ей пообещал, что в этот раз мы не будем допоздна по городу мотаться.

Астра нехотя позволила себя уговорить, но собралась мотаться с нами, и у меня ещё полчаса ушло на то, чтобы уговорить её не делать этого. Не то чтобы она могла нам чем-то помешать, но мы были уже не маленькими детьми, чтобы нас везде взрослые сопровождали.

По крайней мере, это я ей так сказал, а по факту же, я был уверен, что мы будем под присмотром полиции, которая наверняка взяла меня под наблюдением, а ещё у меня было какое-то иррациональное желание встретиться с тем магом снова. Почему-то я был уверен, что при следующей нашей встрече я найду способ добраться до него, и хорошенько потрясти на предмет того, кто меня ему заказал.

Но прогулка прошла без происшествий, и сегодня утром девушка уехала домой.

– Спасибо, что показал мне город, – поблагодарила меня Катя, когда мы стояли на перроне в ожидании поезда. Я решил проводить девушку, и опять пришлось пожертвовать значительной частью своего сна, так как отправление у неё было в пять утра.

– Не за что, – пожал я плечами, улыбнувшись ей, – Приезжай ещё. Мы далеко не всё с тобой посмотрели.

– Обязательно приеду, – решительно кивнула она мне, – И буду рада, если ты решишь составить мне компанию, вот только… – нерешительно замялась она, как-то смущённо отведя взгляд в сторону, – Как бы тебе это сказать…

– Да так и скажи, – усмехнулся я, – Обещаю, что не обижусь, если ты боишься чем-то задеть меня.

– Хорошо, – решилась она, и зачем-то зажмурилась, – Я собираюсь сказать своему отцу, что не хочу выходить тебя замуж. Ты только не обижайся! Ты очень хороший человек, это я уже поняла, вот только мне этого мало. Я чувствую, что могу воспринимать тебя только как своего друга, а не как молодого человека. Отец, конечно, будет уговаривать меня не торопиться, говорить, чтобы я получше к тебе присмотрелась, что, мол, должно пройти время и мы должны узнать друг друга получше, но нет, извини… Мне достаточно пары встреч с человеком, чтобы я понимала, возможно у нас что-то с ним, или нет. С тобой – нет, увы. Возможно, это странно звучит от подростка, но вот такая я. Прости, если обидела, – вздохнула она.

– Всё нормально, – поспешил успокоить я её, чувствуя даже какое-то облегчение в груди, – Я не обиделся. Более того, я и сам что-то такое чувствую. Так что предлагаю тебе свою дружбу, – протянул я ей свою руку, которую она торжественно пожала.

Тут как раз подъехал поезд, я помог загрузить ей вещи, и на этом мы распрощались, договорившись, что когда она соберётся приехать в следующий раз, то обязательно позвонит мне.

Странная немного девушка, но, пожалуй, я и правда был рад заполучить в её лице друга, и был очень доволен, что всё закончилось вот так, и мне не придётся больше изображать её жениха.

– Так что ты хотел? – поинтересовался я у Демидова, когда мы нашли безлюдный уголок.

– Что у вас случилось с моей сестрой? Она как вернулась в субботу домой из театра, заперлась у себя в комнате, и не выходит. Я пытался поговорить с ней, но она ничего не рассказывает. Узнал только, что это как-то с тобой связано. Как ты ухитрился её обидеть и когда?

– Мда, дела… – задумчиво пробормотал я. Я-то думал, что она просто разозлилась и вычеркнула меня из своей жизни, а она вон как переживает. И что мне ему сказать? Может, правду? Иногда это помогает.

– Отец решил мне невесту найти. Сговорился тайком от меня с родом Головиных, и её отправили на выходные сюда, чтобы мы познакомились, и я ей город показал. Вот в субботу мы и встретились с твоей сестрой вечером. Я в детали своих планов на выходные не посвящал, сам понимаешь, сказал просто, что дела у меня, потому и не смогу с ней на свидание сходить, и увидев меня с девушкой, она восприняла это чуть ли не как оскорбление в свой адрес, – объяснил я ему.

– Плохо дело… Лучше бы ты ей сразу правду сказал. Что такое долг перед ролом она прекрасно знает. А так она теперь тебя не простит, – задумчиво произнёс Серёга, потерев подбородок, – С другой стороны, раз тебе невесту нашли, то, может, и к лучшему, что вы порвали, пока слишком поздно не стало. А так побесится, и успокоится.

– Может и к лучшему, – согласился я с ним, – Вот только, похоже, не произвёл я впечатление на девушку, и она прямо сказала, что не хочет быть моей женой, и предложила остаться друзьями.

– А ты что?

– Как, что? Согласился, разумеется. Я и сам как-то не рвался к ней в женихи. К тому же, как ты, наверное, уже понял, мне Настя нравится, так что с Ольгой всё равно как-то пришлось бы решать вопрос рано или поздно, – развёл руками я.

– Но ты же понимаешь, что её за тебя не отдадут? – бросил он на меня серьёзный взгляд.

– Понимаю, но не хочу пока об этом думать. Пока просто узнаем друг друга получше, а там уже видно будет, к чему это всё придёт, – вздохнул я.

– Тоже верно, – согласился он со мной.

– Так что, мир? Не будешь игнорировать меня из-за сестры? – протянул я ему руку.

– Да что уж там… – пожал он её, – Сестру жаль, конечно, но твой вины тут не вижу. Вы же даже, по сути-то, и парой не были, так что какие тут могут быть обиды. Хотя, жаль, конечно, что мои мечты, что мы с тобой породнимся, не осуществятся.

– Рано расстраиваешься, – подмигнул я ему, – Кто знает, как там дальше жизнь повернётся? Может, и породнимся ещё, через детей, например.

– Ну, это ты сказанул, конечно. Мы сами, по сути, ещё дети, а ты уже о детях думаешь. У нас до них ещё целая жизнь, считай. Лет десять точно. Это ж капец, как долго. А там им ещё вырасти надо будет… Я в такую даль и не заглядываю.

Хотел было я ему сказать, что все эти года пролетят у него перед глазами, и не заметит, как, но промолчал. Слишком уж это по-стариковски звучало бы.

***

– Нашёл время, когда этим заниматься! – ворчал Арх, – У тебя, вон, дуэль через пару дней, а ты так и не научился разрушать чужую магию. Тебе на это упор надо делать, а не на общение. Ничего страшного с тем парнем не случится, если он ещё пару дней без общения с тобой там посидит. Поучился бы лучше магии, дуэль провёл, а там уже и попытался бы с ним связаться.

В принципе, зерно истины в его словах было. Это и правда было бы логичнее, вот только я так не мог нормально сосредоточиться на учёбе, всё время мысль к тому заключённому в сфере парню уходила, что сбивало мою концентрацию, так что я решил не затягивать, и сразу после попробовать достучаться до него.

В школе всё прошло относительно спокойно сегодня. Я, наконец, ознакомился с приказом о назначении меня главой дисциплинарного комитета, весть о чём тут же разлетелась по всей школе. После этого поговорил с Настей, и заручился её согласием на то, что она станет секретарём комитета, и мы с ней и Демидовым не пошли сегодня после занятий в клуб, а сели в классе, и обсудили структуру будущей организации, ознакомились со списком задач, и прикинули, кого из учеников позовём в его состав.

Тут больше солировал Демидов, так как лучше нас знал учеников школы, но и свои пять копеек я вставил.

– Аню надо позвать, – решительно произнёс я, внутренне содрогнувшись от того, что говорю, – Главу нашего клуба.

За партой повисло напряжённое молчание, а Настя с Демидовым молча с изумлением уставились на меня.

– А чего вы удивляетесь? Она-то для этого едва ли не больше всех в школе подходит, – вздохнул я, – Её ученики как огня боятся, и ей для такой репутации даже бить никого не пришлось. Это дорогого стоит. Глупо было бы не использовать её авторитет.

– Ну, так-то да… – отмер Серёга, – Вот только она ж там нас всех застроит, и как бы ты не превратился в чисто номинального главу. Да и на какую должность звать? Рядового члена клуба? Может и не согласиться.

– Согласится, или нет, это уже другой вопрос, а позвать надо. И да, пока обычным членом клуба, а дальше видно будет. Может мне получится со временем сложить с себя полномочия, и тогда её можно будет на должность главы поставить.

– Тогда, может, сейчас пойдём и поговорим с ней, пока она в клубе? – предложила Настя.

– Нет, – отказался я, – Мне уже бежать надо, дел полно, и поговорить с ней надо так, чтобы другие члены клуба не слышали. Могут обидеться, что мы её зовём, а их нет.

– Так они ж всё равно узнают, – резонно заметила Настя.

– Одно дело, узнать об этом потом, и другое, самой слышать, как твою подругу зовут, а тебя нет, – покачал головой я.

– Так давайте их всех позовём? – вмешался тут Демидов, – А что, места у нас есть ещё в штате, девчонки там боевые, и хоть немного будут сдерживать свою подругу. Их она хоть немного слушает. У нас в штате десять человек – глава, его зам, секретарь и семь рядовых членов. Троих мы уже берём из моих знакомых парней, плюс, Разумовский, если согласится, и, если мы всё же решим его позвать, и как раз три места остаётся.

– Так девушек ведь четыре? – не понял я его.

– А я предлагаю Юлю, нашу одноклассницу, не брать, – пояснил он, – Мутная она какая-то. Зачем вообще вступила в этот клуб – непонятно. Читать, как я понял, она любить не особо, постоянно спорит с Аней. Думаю, не стоит её звать, иначе и у нас постоянные конфликты будут. И если даже обидится, то и всё равно. Не в тех мы отношениях, чтобы на её обиды внимание обращать.

– Логично, – согласился я с ним, вспоминая нашу одноклассницу. И вообще, я ей, вроде как, помог, а она ведёт себе так, как будто это она мне одолжение делает, общаясь со мной, ещё и смотрит на меня всё время как-то непонятно. Каким-то собственническим хищным взглядом.

На этом мы и остановились, решив позвать их завтра, и разбежались по своим делам.

– Да я недолго, – возразил я Арху, – Быстро перекинусь с ним парой слов, если получится, и обратно. Ну, не могу я иначе! Чувство вины мешает сосредоточиться. А там уж за учёбу возьмусь, обещаю.

– Да? А ты не подумал о том, что после вашей беседы твоё чувство вины может наоборот возрасти? – вкрадчиво уточнил Арх, – Уже скоро дуэль. Что будет с вами обоими, если ты вдруг там погибнешь? Кому от этого лучше станет? Вы же оба тогда умрёте.

– Да это ж школьная дуэль, с чего я там погибнуть должен? – неуверенно возразил я.

– С того, что ты будешь драться с сильным магом, а с ними нужно быть готовым к любому развитию событий, – мрачно пояснил он, – Любая случайность или неосторожность, и всё может закончиться весьма трагично.

– Понимаю, но всё же сделаю так, как решил, – упрямо произнёс я, и сел в позу для медитации.

***

Голубовато-зеленоватая сфера, мерцая мягким светом, висела среди огромного пустого тёмного пространства, напоминающего собой целый космос, только без звёзд, и найти её оказалось не так-то просто.

Я без проблем довольно быстро добрался до своего ядра, а вот дальше было сложнее, так как я не помнил направление, в котором потащил меня взрыв. Пришлось не мало времени потратить в поисках, путешествуя по собственному сознанию, но всё же я это сделал… Нашёл.

Я медленно подплывал к сфере, пытаясь решить, как лучше выстроить диалог с пленником, но так ничего и не решил. Слишком многое будет зависеть от того, как он вообще на меня отреагирует. Я догадывался, что он не сильно обрадуется тому, кто, пусть и невольно, захватил его тело, но надеялся на лучшее.

Когда я подлетел ближе, мне сначала показалось, что сфера пустая, но, присмотревшись, я понял, что её пленник просто лежит, а потому его почти и не видно. Спит, что ли?

– Здесь мне не нужен сон, – донеслась вдруг до меня чужая мысль, а пленник сферы встал, и холодно глянул на меня, – Зачем ты пришёл сюда? Поиздеваться надо мной? Тебе мало было того, что ты захватил моё тело, так ты ещё и до души решил добраться?

Его рот не открывался, а слова просто появлялись у меня в голове так же, как общался со мной Арх.

– Послушай, – неуверенно начал я, и тут же поморщился. Ну, какое – послушай, если мы общаемся с помощью мыслеречи? – Не знаю, в курсе ты или нет, но я не хотел воровать твоего тела. Для меня самого это вселение оказалось полной неожиданностью.

– Если это правда, – наклонил он голову в бок, – То почему ты только сейчас решил со мной поговорить, когда уже столько времени прошло с момента вселения?

– Потому, что, во-первых, думал, что ты мёртв, а в-вторых, не умел вот так путешествовать по своему сознанию, – пояснил я, – А ты что, вообще никак не можешь видеть, что происходит снаружи? Или слышать, хотя бы? И если ты сейчас можешь со мной говорить, то посему раньше не попробовал на связь выйти?

– Да я пытался! – довольно резко вдруг отозвался он, а его кулак с силой ударил по сфере, – В первые дни я вообще не мог понять, где я оказался. Что со мной происходит? Что это за тюрьма? Почему я тут не хочу ни есть, ни спать? Потом только сообразил, что нахожусь где-то в глубине своего сознания, и решил, что впал в кому. А потом, иногда, очень редко, сфера стала показывать мне, что происходит снаружи, без звука. И я понял, что почему-то моё тело живёт обычно жизнью, в то время, как я заперт здесь. И со временем, я догадался, что кто-то украл моё тело, так как я никогда бы не решился сделать многое из того, что видел. Верни мне моё тело! Я с ума сойду, если ещё хоть немного просижу здесь! Я хочу обратно, к родителям!

– Если бы я мог, я бы так и сделал, – вздохнул я, пожав плечами, – Мне не нужно чужого. Давай я для начала расскажу, как попал в твоё тело, и что было потом, а дальше уже будем решать вместе, как нам жить.

– Хорошо, – нехотя согласился он, и сел на пол, обхватив колени руками, – Рассказывай.

– Ох, чувствую, разговор будет долгий, Арх взбесится, – понял я, но всё же приступил к рассказу, начав с того, как обнаружил себя лежащим на асфальте перед школой, с разбитой головой. Ничего утаивать не стал. Ни про Арха, ни про Прорывы, ни про отношения с его отцом. Даже про детдом вспомнил. Рассказал и про то, какие приключения мы пережили с Астрой и Никой в том странном мире. Так постепенно и дошёл до своего появления здесь, у него.

Сколько времени занял рассказ, я не знаю. Час? Два? Что-то мне подсказывало, что больше, и даже странно, что за всё это время Арх ни разу не подал голоса, и не поторопил меня.

– На этом всё, – закончил я, – Скоро у меня предстоит дуэль с магом, сейчас я буду возвращаться обратно и учиться тому, как ему противостоять, но я обязательно подумаю о том, как мне вернуть твоё тело. Или хотя бы сделать так, чтобы ты мог видеть и слышать, что происходит вокруг.

– И как я буду теперь жить, если даже вернусь назад? – вдруг горько произнёс он, обхватив голову руками, – Я жил спокойной жизнью, никуда не высовываясь, не встревая ни в какие опасные ситуации, и если я вернусь, это же не жизнь, а сплошной стресс будет! – аж закачался он, – А если эти Прорывы продолжатся, даже если ты уйдёшь? А если этот твой Арх захочет захватить моё тело? А покушения эти бесконечные? Щупальца? Я не хочу такой жизни!

Я молча слушал его причитания, и понял, что был прав в своих предположениях насчёт него, когда только появился в этом мире. Этот парень был обыкновенными трусом, и далеко не факт, что он вообще согласится вернуться обратно, даже если у него будет такая возможность.

Глава 14

– …и чем всё закончилось? – нетерпеливо поторопил меня Арх, когда я взял паузу в своём рассказе. Оказывается, он почему-то не слышал меня, когда я находился рядом с той сферой, как и я его. Он сказал, что пытался докричаться до меня, но безуспешно. Похоже, я слишком глубоко погружался в своё сознание, и туда ему хода не было.

– Сложно сказать, чем, – поморщился я, – Слишком он нервный и противоречивый. К тому же, это заключение, похоже, не прошло для него бесследно, и сказалось на психике. Слишком сильные перепады настроения у него. То он чуть ли не в ярости, и требует немедленно вернуть ему тело, то впадает в панику, и боится внешнего мира. Он и раньше, как я понял, был трусоват, сейчас же лишь усугубил это. Ему, вроде, и хочется видеть, что происходит рядом с ним, и одновременно, он очень всего боится. Мне кажется, если рядом с ним прорыв произойдёт, он либо инфаркт заработает, либо в обморок грохнется. Даже не знаю, как тут лучше с ним поступить…

– Так может, пусть и дальше себе там сидит? В теплоте и покое…

– Беда в том, что он и сам чётко не знает, чего он хочет, – вздохнул я, – Ни к чему мы так в итоге и не пришли. Да и всё равно, я пока и не знаю, как его оттуда достать. Пообещал лишь ему, что попытаюсь что-нибудь придумать, чтобы он хотя бы мог подсматривать в мир регулярно. Сейчас ему сфера показывает, что творится рядом с ним, но делает это, по его словам, очень редко и не долго. И он попросил, чтобы я хотя бы раз в неделю навещал его. Скучно ему там, так что даже мне, захватчику его тела, он будет рад. Как-то так, в общем.

– Ясно. Пустая трата времени, как я и предупреждал, – проворчал Арх, – Ну, а сейчас хватит болтать, и займись делом уже! И займёмся мы для начала опять медитацией и увеличением твоего ядра.

Я лишь вздохнул в ответ, но покорно сел на пол, и постарался расслабиться, не обращая внимания на гудевшие от напряжения ноги.

***

– Что же, очень даже неплохо. Надо признать, ты смог меня удивить, – директор сложила документы, которые я ей принёс, стопочкой, и положила на край стола, – Всё очень продуманно и логично. Сегодня же всё подпишу и отдам на регистрацию, и завтра можете начинать работать. Кабинет я вам выделю рядом с библиотекой, там как раз есть свободная комната, и сегодня же дам команду завхозу, чтобы он хоть немного обставил её. Поставим вам пару столов, несколько стульев, диван и шкаф. Для начала этого будет достаточно. Ну, и канцелярию, разумеется. Штат, я смотрю, ты себе уже укомплектовал, а я думала, что ко мне за помощью придёшь. Но так даже к лучшему. Вопросы есть?

– Разумеется, – улыбнулся я ей, – Как мне мотивировать людей для работы в комитете? Без мотивации, я боюсь, через пару недель люди разбегаться начнут. Вряд ли же вы будете платить нам зарплату?

– Ты не поверишь, но действительно буду, – ошарашила она тут меня, – Точнее, не зарплату, а стипендию за особые заслуги. Суммы там будут небольшие, но для школьников, думаю, и этого хватит. На карманные расходы себе заработаете. Я понимаю, что для представителей тех же Нарышкиных или Демидовых суммы будут вообще смешными выглядеть, но уверена, что гораздо приятнее деньги заработать, чем просто получить их от родителей. Так же за хорошую работу вам будут выдаваться благодарственные грамоты, а при завершении обучения вы получите характеристики, в которых будет прописана ваша школьная деятельность. К тому же, если всё обойдётся без эксцессов, и сами характеристики у вас будут хорошие, то это поможет вам потом при поступлении в высшее учебное заведение. Там очень внимательно относятся к характеристикам из школ, так что это вам точно лишним не будет, и послужит заодно рычагом для влияния на особо неугомонных учеников. Кстати, попрошу властью своей не злоупотреблять, и на недругах своих не отрываться. Иначе я буду вынуждена применить кое-какие меры в отношении тебя, и обещаю, они тебе не понравятся, – строго глянула она на меня.

– И не собирался, – насмешливо фыркнул я, – Со своими врагами я и без этого разберусь. К тому же, чем я там напугать их могу? Испорченной характеристикой? Или отстранением от школьных занятий на несколько дней? Да за последнее они мне только рады будут.

– Ой, не скажи, – покачала головой она, – В этом случае информация о их недостойном поведении и наказании будет доведена до глав их родов, и те их за это по головке не погладят. За нарушение дисциплины они карают очень жёстко, уверяю тебя. И отметка о наказании обязательно пойдёт в личное дело, что может весьма негативно сказаться на их дальнейшей учёбе и карьере. Не надо так легкомысленно относиться к своим новым обязанностям и возможностям.

– Хорошо, не буду, – покладисто согласился я с ней, хотя до конца она меня и не убедила.

***

– Господа, начинайте бой! – громко объявил распорядитель арены, и Долгорукий тут же исчез, и почти сразу возник метрах в десяти справа от своего предыдущего местонахождения, и сразу же в меня полетела какая-то искрящаяся сеть, от которой я ушёл кувырком в сторону.

Соперник явно привык к дуэли с магами, а потому и тактику рефлекторно использовал со мной такую же, согласно которой нужно было в момент начала боя уйти от возможной атаки соперника, и сразу же контратаковать, и только благодаря этому я и успел увернуться.

Если бы он сразу в момент начала боя не тратил время на защиту, а запустил в меня эту странную сеть, то я мог и не успеть увернуться, а так у меня появились лишние пару секунд, и я без проблем сделал кувырок, услышал хлопок сзади себя, когда она врезалась в защитный купол, и тут же вскочил на ноги и понёсся к Долгорукому, пытаясь успеть до того, как он сформирует очередное умение.

Я не успел буквально на какую-то долю секунды. Щупальца со свистом рассекли воздух в том месте, где мгновение назад стоял противник, для которого моя стремительная атака, судя по его удивлённо выпученным глазам, оказалась полной неожиданностью. Похоже, у его способности перемещаться был какой-то откат, так как он явно запаниковал, попытался дёрнуться в сторону, понял, что не успевает, полыхнул мне навстречу электрическим разрядом, от которого я легко уклонился, не потеряв скорости, и лишь затем его умение откатилось, и он успел переместиться за мгновение до моего удара, и обнаружился в противоположном конце арены, метрах в сорока от меня.

Я тут же на всякий случай прыгнул в сторону, а потом начал сближаться с ним, качаясь из стороны в сторону, как маятник. Его магия была явно на электричество завязано, а значит, он вполне мог жахнуть в меня той же молнией, а так был шанс избежать попадания под неё.

Вот только он решил пойти другим путём. Спокойно стоял на своём месте, мрачно глядя на меня, плавно махнул в мою сторону рукой, я уже привычно прыгнул в сторону, но от его руки медленно поплыла в мою сторону шаровая молния. И ещё одна… И ещё… Он махал и махал рукой, и молний становилось всё больше и больше. Скоро по арене в мою сторону плыли штук двадцать шаровых молний, а я усиленно соображал, что мне делать и чего от них ждать?

Сквозь этот рой из шаров до противника было пока не добраться, сами же молнии оказались хоть и очень медленными, но самонаводящимися на меня, и их было очень много. Долгорукий хотя и явно выдохся, но продолжал их запускать в мою сторону, хоть и медленнее, чем обычно. Когда молний стало штук сорок, он просто сел обессиленно прямо на песок арены, и стал наблюдать за происходящим.

Я медленно отступал перед эти роем, который уже почти окружил меня, и отчаянно пытался что-то придумать, но идей не было. Арх научил меня разрушать умения, но на стадии, когда они только формируются, так что сейчас я уже не мог разрушить эти шары. К тому же, моя новая способность работала только когда я был недалеко от мага, так что и предупредить их появление я не смог.

– Есть идеи, как от них избавиться? – поинтересовался я у Арха, поспешно разрывая дистанцию и выходя из окружения. Вот только было такое чувство, что после моего движения они резко ускорились.

– Во-первых, не паникуй и не дёргайся, -мрачно отозвался он, – От шаровых молний нельзя убегать. Чем быстрее ты будешь двигаться, тем быстрее они полетят к тебе. Двигаться нужно медленно и плавно, уклоняясь с траектории их движения.

– Понял… – судорожно выдохнул я, и медленно отошёл с траектории движения ближайшего шара, который проплыл мимо меня, но через несколько метров начал медленно поворачивать обратно ко мне, – Что ещё посоветуешь?

– Попробуй сделать так, чтобы они начали сталкиваться друг с другом, – неуверенно предложил он, – Шаровые молнии при столкновении могут слиться, исчезнуть, или взорваться. Тебя устроит любой из этих вариантов. Даже если они будут не исчезать, а сливаться, то от нескольких уклоняться будет проще, чем от нескольких десятков.

– Ага, – скептически отозвался я, – А Долгорукий, конечно же, будет просто наблюдать, как я от них избавляюсь, и ничего не делать.

– Твой соперник потратил всю ману на их создание. Теперь ему придётся долго восстанавливаться. Что-то серьёзное он теперь долго не сможет создать, а несерьёзное тебе не опасно. Похоже, он сделал решающую ставку на эти молнии. Видимо, понял, что в ближнем бою у него против тебя шансов нет, а из дальнобойного эти молнии у него самые мощные, а тут ещё и в таком количестве может их создавать, – терпеливо пояснил Арх. Мне ничего не оставалось, как поверить ему на слово.

– И как же мне вас слепить друг с другом? – размышлял я, неторопливо бродя по арене, и медленно уклоняясь от эти таких безобидных с виду шариков, с тихим гулом пытающихся добраться до меня.

Трибуны притихли, наблюдая за происходящим, но я подозревал, что зрители там просто уснули от невыносимой скуки показываемого им зрелища. Один участник еле ходит, а второй вообще сидит. Что здесь может быть интересного?

Тут я отметил краем глаза приближающийся справа шар, и уже почти собрался увернуться от него, но в этот момент слева заметил ещё один. Я замер, дожидаясь, когда они подплывут ко мне максимально близко, и сделал несколько шагов вперёд только тогда, когда у меня уже волосы встали дыбом от их приближения.

Сзади раздался оглушительный взрыв, воздушная волна подхватила меня как пушинку, и с огромной силой кинула вперёд. Полёт закончился, когда я врезался в купол, и если бы не щупальца, принявшие удар на себя, то я бы влетел в него лбом. Каким чудом я смог избежать в полёте столкновения с другими молниями, я и сам не понял.

Когда я встал на ноги, и обернулся, то понял, что шаров стало где-то на четверть меньше. Похоже, взрыв зацепил ещё несколько штук из них, которые оказались рядом. Остальные же молнии дружно медленно летели ко мне, окружив меня плотным полукругом, из которого уже вряд ли получится вырваться, не дотронувшись до какого-нибудь из шаров. Если б я мог подпрыгнуть метров на пятнадцать вверх, то тогда без проблем выскользнул бы из ловушки, но так высоко я даже в виде берсерка не допрыгну.

– Да что я им, мёдом намазан, что ли? – рыкнул я, прикидывая, как бы мне просочиться через них, – Или этот мудак ими управляет?

– Если бы он мог ими управлять, то уже давно поджарил бы тебя, – возразил Арх, – С таким количеством молний это было бы не трудно. Нет, он просто создал их, и задал им тебя в качестве цели, а дальше они полностью автономными стали. Да и даже очень опытному магу было бы сложно сразу столько объектов под контролем держать, что уж об этом юнце говорить?

– Ага, только мне от этого не легче, – буркнул я, прикидывая маршрут в этом своеобразном лабиринте.

– Не торопись, – остановил вдруг меня Арх, когда я уже собрался рвануть через них, пока их строй не стал уже слишком плотным, – Обрати внимание, самые нижние из них на высоте где-то с метр летят. Ты вполне сможешь проскочить под ними. Пусть подлетают ближе, тогда как бы поднырнёшь под них, и сразу беги прочь. Если хотя бы парочка из них соприкоснётся, то они все с детонируют, и тогда предыдущий взрыв покажется тебе цветочками!

– Понял! – рыкнул я, чувствуя, как от напряжения у меня по лбу ручьём течет пот.

От грозного гула приближающегося роя у меня аж мурашки по коже побежали, и я буквально всем телом ощутил, как наэлектрезован сейчас воздух. Все волосы на моём теле встали дыбом, даже там, где я думал, что у меня их нет, а кожу начало щипать статическим электричеством. До шаров оставалось метров пять, и дальше тянуть было нельзя. Плотность их строя была такова, что в любой момент какие-нибудь из них могли соприкоснуться друг с другом, и вызвать мини апокалипсис, и я рыбкой нырнул вперёд, проскользил пузом по песку пару метров, вскочил на ноги, и изо всех сил бросился прочь от них.

И тут сзади громыхнуло, пол арены заходил ходуном, как при землетрясении, я еле удержался на ногах, и колоссальной силы воздушная волна как пушинку подхватила меня, закружила, и бросила вперёд к защитному куполу, который вдруг исчез прямо на моих глазах, и я понёсся к вопящим от ужаса переполненным трибунам.

Люди, осознавшие, что к ним несётся моя многокилограммовая тушка, вскочили с места, и попытались кинуться в рассыпную, но тут же возникла давка, и дело могло закончиться весьма многочисленными жертвами, если бы я не заметил свисающие под потолком металлические конструкции, на которые устанавливали прожекторы, освещающие арену, не извернулся каким-то немыслимым кульбитом, и не ухватился парой щупалец до них, еле-еле дотянувшись.

Конструкция отчаянно заскрипела и застонала, но выдержала мой совсем немаленький вес, а после я мягко спрыгнул, и двинулся обратно на арену, разминая кулаки. Настало время объяснить кое-кому, насколько он сильно ошибся, вызвав меня на эту дуэль.

***

Испуганные исчезновением защитного экрана люди ломились к выходам, голос распорядителя арены терялся в криках толпы, а я медленно двигался к Долгорукому, который, к моему удивлению, остался на арене, не попытался сбежать, и с нескрываемой злой усмешкой наблюдал за моим приближением.

– Тут что-то не так… – забормотал Арх, – Я же вижу, что он пустой. Он сейчас даже обычный разряд не способен выдать, но он абсолютно спокоен. И в чём подвох? Сканирую и анализирую… Внимание, Миша, будь готов! Вся его одежда – это сплошной накопитель маны! Он готовится атаковать!

Но это я уже и сам понял, увидев, как по всему его телу побежала тонкая паутина разрядов, он вытянул в мою сторону руку, и…

И я подошёл достаточно близко, чтобы увидеть, как формируется на его руке какое-то магическое плетение, и метнул в неё маленький комочек свой маны, сплетённой в простенькое умение, единственной задачей которого было разрушить небольшой кусочек чужого магического плетения.

С почти незаметной вспышкой оно проникло в плетение Долгорукого, там что-то вдруг заискрилось, а после ослепительно вспыхнуло, и я как в замедленной съемке увидел, как Всеволод с жуткой гримасой боли на лице летит в одну сторону, а его оторванная рука – в мою.

Я чуть было не отшатнулся от неё, но тут же переборол свою брезгливость, поймал руку, и кинулся к упавшему идиоту. Как бы я его ни ненавидел, но сделать его калекой я вовсе не хотел. Да и помереть он мог от болевого шока. Защита арены не работала, а следовательно, и все артефакты, которые должны были следить за показаниями здоровья соперников и лечить в случае необходимости, скорее всего, не работали тоже. Тут ещё где-то рядом должен был находиться дежурный целитель, но учитывая, что творилось на трибунах, я был уверен, что он сейчас очень занят.

Глава 15

– Как он там? – полюбопытствовал я у целителя, который вчера уехал вместе с Долгоруким в больницу на скорой. Не то чтобы меня сильно волновало здоровье того идиота, но не хотелось бы, чтобы он из-за меня стал инвалидом. Он, конечно, сам виноват, но мне было бы некомфортно, если бы он всё же лишился руки. И слово «некомфортно» лучше всего описывало мои чувства. Никакой вины я за собой не чувствовал, как и сильных переживаний по поводу этого придурка, но не мог сказать, что мне было совсем уж на него наплевать.

– Жить будет, – обнадёжил меня ещё совсем молодой целитель, который только в тот году выпустился из университета, – Очень вовремя ты ему культю ремнем перетянул, он не успел потерять много крови. Ну, и здорово, что руку его нашёл. Я вовремя начал её приживлять, в скорой продолжили, и сейчас уже почти всё нормально с ней. Через пару дней и следов от раны не останется. Если бы минут на десять затянули с этим, то было бы намного сложнее её прирастить. Это хорошо ещё, что я вовремя к вам пришёл с трибун. Зря я вообще рванул туда. Никакой срочности в лечении переломов не было. Пострадавшие на трибунах и подождать могли.

– И много их там было? Надеюсь, серьёзно никто не пострадал?

– Человек двадцать. Ничего серьёзного, – отмахнулся он, – Несколько поломанных рук и рёбер в давке, и ушибы. Ты лучше скажи, каким образом он руки лишился? Я не видел происходящего, но мне уже сказали, что ты до него и дотронуться не успел, и при этом, ты не маг, то есть, не мог как-то дистанционно это сделать, – бросил он на меня внимательный взгляд, отвлёкшись от процесса рассматривания того, как рабочие разбирают поломанные в давке кресла трибуны, а на арене маги проверяют новый защитный экран, стремясь не допустить того, что произошло.

Я слышал, директор была в ярости от того, что наш защитный экран не выдержал дуэли школьников, и кое-кому из школьных магов весьма серьёзно досталось от неё. Кто-то получил выговор, а кто-то даже уволен.

– Да я и сам не понял, – соврал я, пожав плечами, – Я его не трогал. Я не маг, конечно, но мне показалось, что он пытался ещё чем-то меня атаковать, и у него не получилось. Я вообще очень сильно удивился, что у него остались какие-то силы после этих шаровых молний. Может, не сумел справиться с умением, которое пытался активировать? Он как раз эту руку, которую потерял, и вытянул в мою сторону. Других разумных объяснений этому у меня нет.

– Сбой при активации? – задумчиво пробормотал целитель, – Да, такое возможно. И если он попытался использовать при этом большое количество маны, и это всё накладывается на то, что он энергет, а электричество весьма опасно и само по себе… Что-то в этом есть. Вот только интересно, откуда ж у него столько сил взялось? Он же и без того влил в эти шары столько маны, что было бы большинству сильных магов недоступно, и при этом, получается, что ещё и не всё израсходовал… Что-то тут не так. Не могло у него быть столько маны.

– Ну, тут уже я вам ничем не помогу, – пожал я плечами, – Я далёк от магии. Единственное, могу только предположить, что если чего-то не могло быть, но это было, то значит, чего-то мы не знаем. Если у него не могло быть столько маны, то надо рассмотреть вариант, что он мог как-то сжульничать, и принести с собой запас в чём-то. Других вариантов у меня нет.

– Да, и у меня тоже… – согласился он со мной, – И тогда возникает вопрос к тем, кто проверял вас перед дуэлью. Учитывая его фамилию, вполне может быть, что кое-кто мог закрыть глаза на нарушения с его стороны, вот только этот кое-кто не учёл того, что купол не выдержит нагрузки, и будут жертвы среди учеников. Да, сильных повреждений удалось избежать, но полиция всё равно будет вести расследование, а точнее даже, уже ведёт, я видел, как полицейские шли к кабинету директора, а это значит, что скоро мы будем знать, имело ли место жульничество. Что будешь делать, если окажется, что Долгорукий сжульничал? Формально ты и так выиграл дуэль, – пытливо глянул он на меня, – Или всё же мстить будешь?

– Зачем? – удивлённо посмотрел я на него, – Он сам себя наказал тогда, получается. Нет, мстить я не буду. А вот отреагировать, как глава дисциплинарного комитета школы, буду обязан. Соответствующая запись в его личное дело внесена будет, а о его действиях, бросающих тень на честь рода, доведём информацию главе рода.

– Ну да, ну да, зачем мстить, если можно официально потоптаться, – рассмеялся он, – Ты, кстати, на урок не должен торопиться, разве? С минуты на минуту звонок будет.

– Нет, я на этом уроке дежурить буду, так что вполне официально его прогуляю. Но идти и правда пора, – мы попрощались с целителем, и я неспешным шагом направился в школу.

Это была ещё одна фишка дисциплинарного комитета. За порядком надо было приглядывать не только на переменах, но и во время уроков, так как у кого-то из учеников бывали окна между уроками, кто-то просто отпрашивался во время урока в тот же туалет, например, а там и покурить мог. В итоге нам пришлось составить что-то вроде графика дежурств, и по очереди присматривать за порядком в школе и рядом с ней и во время урока.

Сейчас было как раз моё дежурство, должность главы меня от этого не освобождала, так что я вполне законно не пошёл на историю, и двинулся в сторону здания младшей школы, стоявшей чуть в стороне, решив начать проверку оттуда.

***

В моей предыдущей школе младшая школа не была совсем уж изолирована от старшей, и соединялась с ней переходом на втором этаже. В этом были как свои плюсы, так и минусы. Учителям, чтобы попасть к директору или завучу, ненужно было одеваться и выходить на улицу, а ученики из старшей школы, у которых были братья или сёстры в младшей, могли без проблем навещать их на переменах. Но в этом же был и минус этой системы. Старшеклассники могли без проблем попасть в младшую школу, и похулиганить там.

В этой же школе прошли другим путём. Обе школы разместили на одной огромной территории, но младшую сделали обособленным зданием метрах в трёхстах от старшей, их разделили металлическим забором с калиткой, и младшей школе сделали отдельный выход в город.

Я без тени сомнений нажал на кнопку домофона на калитке, объяснил охраннику, кто я и зачем пришёл, и меня без проблем запустили, хотя сначала я был уверен, что мне придётся несколько минут ждать, пока охранник уточнит информацию, но нет, того, что я ему сказал, оказалось достаточно. Из этого я сделал вывод, что он либо спустя рукава относится к своим обязанностям, либо его о нас уже предупредили.

Как бы то ни было, я прошёл внутрь, и с любопытством огляделся. То, что здесь был разбит парк, я и через решетчатый забор рассмотрел, но вот как раз из-за деревьев и кустов и не видел, что тут дальше находится. Красиво, кстати. Огромный парк был разбит на сектора, и его расчерчивали ровные, вычищенные от снега, тропинки, вдоль которых стояли пустующие сейчас лавочки. Там, где тропинки встречались друг с другом, были установлены фонтаны, не работающие сейчас, ввиду зимы. То и дело встречались статуи или бюсты знаменитых исторических личностей.

Я быстро шагал, с любопытством оглядываясь по сторонам, но нигде не задерживался. Времени у меня было не так много, а школа оказалась дальше, чем я думал. Ну, или мне так показалось, из-за того, насколько неожиданно большим оказался парк. У нас тоже было что-то вроде парка на территории, но он был совсем небольшим, так как много места занимали арена, несколько стадионов, лаборатории для всевозможных исследований и практических работ, ещё какие-то здания. Тут же ничего из этого не было, ну, либо я ещё просто не видел чего-то, вот, видимо, поэтому и решили занять территорию парком.

– Эдак сюда и не набегаешься. Прямо хоть отдельного дежурного выделяй для этой школы, – мысленно отметил себе я, увидев, наконец, показавшуюся за деревьями школу. Интересно, кто и зачем это придумал? Мало того, что разделили две школы, так ещё и разнесли их так далеко друг от друга. Тем же учителям, наверное, не очень-то удобно бегать туда-сюда, и при этом, такую огромную территорию заняли в Москве, пусть и не в центре города.

Эдак если каждой школе такую территорию выделять, то они бы весь город заняли. Хотя, у нас же необычная школа, – вспомнил тут я, – Здесь ведь в основном детки аристократов учатся, а значит, вряд ли таких школ много.

– Люська, отдай! Мы первые его нашли! – раздался вдруг где-то рядом, за снеженными кустами, звонкий мальчишеский голос. Я остановился, и прислушался.

– Нет, не дам! Вы над ним издеваться будете! Обойдётесь! – решительно возразил ему девчоночий тонкий голосок.

– Лучше по-хорошему отдай, а то как тресну сейчас тебя по лбу!

– Вот только попробуй! Всё Инессе Васильевне расскажу!

– Ах, ты ещё и ябеда? Да с тобой после этого во всей школе никто дружить не захочет!

– Ну, и пусть!

– Всё, надоела. Серёга, хватай её сзади, а я кота у неё заберу.

– Ай! Отстань! – тут же взвизгнула девочка, и я понял, что пора из наблюдателя переквалифицироваться в действующее лицо, и решительно ломанулся на крик прямо через кусты.

На небольшой полянке барахтались в снегу двое мальчишек и девочка, причём, первые двое оказались сверху последней, и явно пытались отобрать у неё что-то, что она прятала под собой.

– Так, что тут происходит? – грозно рявкнул я, сделал шаг к этой куче-мале, и поднял вверх за шиворот обоих пацанов, лет восьми или девяти на вид, – Девочку обижаете? Да ещё и вдвоем? Да я вам уши оборву за такое!

Пацан, который был у меня в правой руке, испуганно взвизгнул, а вот второй, который оказался покрепче с виду, затрепыхался у меня в руке, и даже попытался пнуть меня ногой.

– А ну, пусти меня! Ты вообще знаешь, кто мой отец? Да он тебя в порошок сотрёт! – отчаянно храбрился он.

– Да мне, честно говоря, плевать, кто там твой отец, – оскалился я в ухмылке, – Хоть сам император. Вот только интересно, что он сделает с тобой, когда узнает, что ты с приятелем обижал девочку, – кивнул я на маленькую девочку, лет семи на вид, сидевшую в сугробе, и смотревшую на меня испуганными голубыми глазёнками, и прижимающую обеими руками к груди чёрного котёнка.

– Что-то мне подсказывает, что после такого кое-кого будет дома ремень ждать…

– Она сама виновата! Это мы с Лёхой котёнка нашли, а она не отдаёт! – не унимался тот, но в его глазах явно промелькнул страх и выступили слёзы. Было похоже, что он прекрасно знал, что его ждёт за такое дома.

– Они хотели с ним в лётчика играть! – возмущённо пискнула малышка, вставая с земли, – Привязать к нему верёвку, раскрутить, и запустить повыше. А котёнок маленький совсем!

– О-па! Так вы ещё и живодёры? – встряхнул я этих шкетов, – Вы хоть знаете, что у нас в стране издеваться над животными запрещено законом? Ну, всё. Теперь отправим вас в тюрьму.

– За что-о-о? – раненой белугой взвыл второй пацан, которого, по всей видимости, звали Серёгой, – Мы же ещё ничего с ним не сделали-и-и-и!

– Не имеете права! – вторил первый – Мы ещё маленькие! Нас нельзя в тюрьму!

– Слушайте сюда, уродцы, – ещё раз встряхнул я их, – Я глава дисциплинарного комитета школы, и имею полное право вас наказать. На первый раз прощаю, но если я услышу, что вы издеваетесь над животными или обижаете девочек – накажу! И всё родителям вашим расскажу, ясно?

Они оба испуганно кивнули.

– А теперь марш в школу! – отпустил я их, и они тут же, не оглядываясь, побежали к школе.

– Спасибо! – тихо поблагодарила малышка, всё ещё с опаской поглядывая на меня.

– Не за что, – подмигнул я ей, – Как зовут-то тебя, спасительница котят?

– Люська… Ой! То есть, Людмила Прокофьева, – тут же поправилась она.

– Ну, пойдём, Люда, провожу тебя до школы. Меня Мишей зовут, – я помог отряхнуть ей пальто от снега, и мы двинулись к зданию.

– А ты чего тут гуляла одна? У вас уроки же идут? – поинтересовался я у девочки, которая продолжала тащить котёнка, который, похоже, пригрелся у неё в руках, и даже не пытался вырваться.

– Да я услышала, как они хвастаются друзьям, что нашли в парке котёнка, привязали его там к дереву, и сбегут с урока, чтобы поиграть с ним. Вот и побежала за ними. Я же знаю, что от них ничего хорошего ждать не стоит. Столько лягушек уже перевели, над мухами издевались, а тут целый котёнок! А я люблю котят. Они хорошие. А мальчишки эти плохие, – немного сумбурно протараторила Люда.

– Так может, они только говорили так, а на самом деле ничего такого бы не сделали ему? – предположил я, хотя и сам не верил в подобное.

– Сделали бы, – нахмурилась она, – Я это точно знаю. У меня дар. Он пока слабенький и не всегда работает, но я знаю, что котёнок умер бы после такой игры. Я это… Чувствую… – поникла вдруг она, и шмыгнула носиком.

– Ого… – аж остановился я, и глянул на неё, – Так ты чувствуешь, когда кто-то должен умереть?

Она серьёзно глянула на меня, и кивнула.

– Иногда… – прошептала она, – Когда это где-то рядом со мной должно произойти. Или с кем-то знакомым. Это очень… Страшно… – на её глазках выступили слёзы, я присел рядом с ней, и обнял, успокаивая. Она доверительно уткнулась личиком в моё плечо, а где-то между нами запищал котёнок.

Люда тут же отстранилась, и принялась его успокаивать, а я задумался о том, как же не просто живётся этой девочке с таким даром… Такое и не каждый взрослый-то сможет выдержать, а уж ребёнок…

– Я привыкла уже… – прошептала она, как будто прочитав мои мысли, – Сначала, очень страшно было, особенно, когда умерла бабушка… Я тогда ещё не понимала, что со мной, и думала, что это я виновата в её смерти. Я же думала о том, что она умрёт скоро, вот она и умерла. Это потом уже папа объяснил мне, что у меня такой дар, чувствовать скорую смерть. Рассказывал, что мне делать, если я её почувствую. Объяснял, что с его помощью можно будет людей спасать… Только я всё равно не хочу, чтобы у меня такой дар был. Я боюсь его. Очень хочу, чтобы он пропал у меня. Стараюсь не слушать его, но не всегда получается, – глянула она печально на котёнка.

– Понятно, – пробормотал я, взял её за руку, и мы пошли дальше. Ну, не знал я, что ей сказать на это. Как успокоить. Что же эта чёртова магия делает? Зачем давать такой дар такой маленькой девочке? Он же может сломать её!

– Послушай… – начал я, когда мы уже подошли к дверям школы, – Если вдруг тебе понадобится помощь, найди меня, хорошо? Я обязательно помогу. Меня зовут Миша Гончаров, я учусь в восьмом А классе. Запомнишь?

– Да, – кивнула она мне, и несмело улыбнулась.

– Вот и отлично, – улыбнулся я ей в ответ, – А куда ты животное-то своё денешь? Вряд ли с ним в класс можно.

– А я бабе Нюре, уборщице нашей, отдам, – охотно объяснила она, – Она давно уже говорит о том, что ей на дачу кот нужен, так как мышей много развелось. Вот и пристрою Черныша к ней.

– Ого, ты уже и имя успела ему придумать? – восхитился я.

– Ага, – довольно улыбнулась она, глянула на меня, и вдруг нахмурилась, и как-то поникла. Открыла рот, чтобы явно что-то сказать, но тут же передумала, и отвернулась от меня.

– Люда, ты чего? Что случилось? – спросил я, удивившись такой перемене её настроения.

– Да… Но… Я боюсь, – тихо пробормотала она, не глядя на меня.

– Чего? – не понял я её, – Тех мальчишек? Они тебя не тронут больше, обещаю.

– Нет, – выдохнула она, – Я тебя боюсь. Боюсь, что ты будешь ругаться на меня…

– Да с чего бы? – аж опешил я, – Не собираюсь я на тебя ругаться. Или… Твой дар сработал? – догадался вдруг я.

Она лишь молча кивнула в ответ.

– На меня? – решил зачем-то ещё раз уточнить я. Она опять кивнула, а в её глазах появились слёзы.

– Эй, не вздумай плакать. Я ещё живой, вообще-то, и помирать не собираюсь, – подмигнул я ей, и потрепал по макушке, – Меня уже столько раз собирались убить, а я всё ещё живой, как видишь.

– И ты не боишься? – удивилась она, вытирая рукавом слёзы.

– Не-а, – беспечно улыбнулся я, – Лучше расскажи, что ты там почувствовала. Когда мне этого ждать. Или ты не знаешь?

– Нет, – покачала она головой, вздохнув, – Но точно не сегодня, так как меня очень слабо кольнуло, но не позже, чем через три дня. Извини, я больше ничем не могу тебе помочь.

– Ты уже и так достаточно мне помогла, – приобнял я её, – Спасибо! Не даром говорится, предупреждён, значит, вооружён. Ты меня предупредила, и теперь я буду готов к любым неприятностям. А сейчас беги уже в класс.

Она кивнула, робко махнула мне на прощание рукой, и убежала, а я задумчиво побрёл обратно, гадая, что это за новая напасть мне грозит, и где и от кого мне её ждать.

Глава 16

– Уф, ну и денёк… – выдохнул Демидов, когда закончился последний урок.

Весь класс дружно встал, попрощавшись с учителем, и мы медленно двинулись к выходу, пропустив вперёд почти всех одноклассников, спешивших разбежаться по своим клубам.

Мы втроём тоже решили навестить сегодня свой. Работа работой, но от клубной деятельности нас пока никто не освобождал. Хотя по-хорошему, стоило бы. Учитывая, сколько у нас времени будет уходить на этот дисциплинарный комитет, клубная деятельность тут получалась вообще не в тему. И это ведь у нас сегодня только первый день был, и бюрократии пока было по минимуму. Нет, определённо надо будет поговорить с директором о том, чтобы клубную деятельность нам либо отменили, либо сделали свободное посещение.

– И не говори, – подхватила Настя, вставшая рядом со мной, – Я так как сегодня ещё никогда не уставала, а ведь это только первый день, да и тот не закончился!

– Угу, – буркнул товарищ, – Я даже в какой-то момент успел пожалеть, что подписался на это. Мало того, что нагрузка увеличилась и отнимает все силы, так и работа эта очень неблагодарная. Меня, по-моему, за сегодня половина школы успела возненавидеть. Я и не знал, что у нас, оказывается, есть столько любителей покурить в туалете, или прогулять урок. Если бы не запрет вызывать на дуэль членов нашего клуба, то, думаю, за сегодня меня раз десять вызвали бы.

– А у нас есть такой запрет? – неподдельно удивился я, шагая рядом с Настей. Мы уже вышли из класса, и медленно брели в сторону клуба.

– А ты не знал? – вопросом на вопрос ответил он, – Этот запрет директор лично ввела, внеся изменения в школьный устав. Я слышал, как она завучу говорила, что если его не ввести, то у нас все челны комитета только и будут заниматься тем, что по дуэлям ходить.

– Согласна, – подхватила Настя, – Но и нам тоже запрещено вызывать на дуэль школьников. Если бы не это, я бы сама, наверное, не сдержалась бы сегодня, и вызвала парочку придурков. Достали!

– Если у тебя какие-то проблемы с кем-то, зови меня, – глянул я на неё серьёзно, – Я вмиг по голове настучу идиотам, и никакой дуэли не понадобится.

– Я справлюсь! – решительно отказалась она, мотнув головой, и тут же улыбнулась мне, смягчая резкость своей фразы, – Но всё равно, спасибо за заботу.

– Угу. Ну, а ты не расстраивайся, – сменил я тему, хлопнув по плечу Серёгу, – Я не успел вам рассказать. У меня есть новости, которые могут подбодрить вас в этой деятельности, – усмехнулся я, и пересказал им свой разговор с директором, и что она нам обещала за нашу деятельность, – … так что нам за это платить будут. Я, конечно, понимаю, что для вас это будут смешные деньги, но тем не менее хоть что-то…

– А ты думаешь, что мы, представители богатых родов, прямо в деньгах купаемся? – рассмеялся Демидов, а потом резко помрачнел, – Лично мне, например, выделяют лишь пятьдесят рублей в неделю на карманные расходы. Отец считает, что незачем нас с сестрой баловать большими деньгами, и мы должны знать им цену. Так что если нам и правда хоть сколько-то будут тут платить, то я только рад буду.

– Ага, и я тоже, – подхватила Настя, – Мне чуть больше выделяют, но вы даже не представляете себе, сколько сейчас стоит косметика, у меня почти все карманные деньги на неё уходят. Ну, и грамота тоже лишней не будет. Это очень поможет мне поступить самой туда, куда я хочу, не обращаясь за помощью к роду. И не слушать советов отца о выборе вуза. Он всё хочет, чтобы я пошла в тот, который он закончил, учиться на юриста, но я не хочу. Мне это неинтересно.

– А кем ты хочешь стать? – поинтересовался я, подавив желание сказать, что она и без всякой косметики выглядит просто шикарно. Такие вещи лучше наедине говорить, без лишних ушей.

– Врачом. Детским, – чуть покраснев, ответила она, – Отец это пустой блажью считает. Мол, где это видано, чтобы люди нашего положения простыми педиатрами работали, но я всё равно добьюсь своего! – упрямо поджала губы она, и мы вошли в кабинет клуба.

***

Честно говоря, идя сегодня в клуб я рассчитывал, что воспользуюсь этим временем чтобы отдохнуть. Почитаю что-нибудь лёгкое, отвлекусь от предсказанной смерти, мысль о которой не покидала меня даже несмотря на то, что она должна была случиться не сегодня. Не могу сказать, что так уж испугался этой новости, учитывая, сколько всего происходит вокруг меня, но в напряжении она меня всё же держала. Но мои планы на отдых сразу же пошли прахом.

– Сегодня пишем сочинение! – строго провозгласила глава клуба, и мы дружно, не сговариваясь, простонали.

– Анечка, милая, давай не сегодня! – взмолилась Катя, – Я так устала, что мне аж думать больно. Может, на завтра перенесём?

– Нельзя, – устало выдохнула Аня, покачав головой, и почему-то с укоризной глядя на меня, – Я понимаю, что мы все устали благодаря нашей новой деятельности, но увы! Завтра мне нужно сдать отчёт о нашей клубной деятельности, а мы за последний месяц ничего и не сделали, только читали. Надо сегодня написать сочинения, обсудить их, и тогда я сегодня хоть что-то смогу включить в отчёт помимо чтения.

О как! Я-то думал, что вся деятельность клуба заключается в чтении книг, а тут, оказывается, и другая деятельность есть.

– Поэтому сегодня каждый из нас должен написать небольшое, буквально на пару страниц, сочинение по своей самой любимой книге, и прочитать его нам всем, – продолжила глава, – Мы их быстренько обсудим, и разойдёмся по домам.

По самой любимой книге, говоришь? – предвкушающе ухмыльнулся я, потерев руки. Да без проблем! Ща я вам тут такое накатаю!

– Только без всяких там аниме! – строго глянула она на меня.

Облом…

– И без детективов с любовными романами! – перевела она взгляд на Демидова с его коллегой по несчастью, которые тут же поникли.

– Не забывайте, что я должна буду названия всех этих книг в отчёт включить, который в администрации школы читать будут, и там такого не поймут. Нужно что-то из классики. Тему сочинения придумайте каждый себе сам. Подумайте пять минут, о чём писать будете, а я вам пока листочки для сочинения раздам, – закончила речь Аня, подошла к шкафу, достала стопку листков, и пошла вокруг нас, раскладывая их перед нами.

Только сейчас я заметил, что сегодня тут нет Юли, нашей с Серёгой одноклассницы. Она явно не очень довольна была, когда мы её одну не позвали в состав нового комитета, и, похоже, обиделась на нас. Да и пофиг. Надоели мне её странные взгляды, которые она то и дело на меня бросала. Надеюсь, решит вообще больше сюда не ходить. Так, но о чём же мне писать, если нужно из классики? – озадачился я, пытаясь вспомнить, кого из классиков я вообще знаю.

Я не помнил, что раньше читал предыдущий носитель тела, но недавно озадачился вопросом того, какие классики есть в этом мире из тех, про кого я узнал из памяти того старика из снов, и оказалось, что тут, как и там, есть и Пушкин, и Толстой, и Чехов с Гоголем и Лермонтовым, и те книги, которые они написали в том мире, есть и тут, и даже больше. Пушкин, например, в этом мире не погиб на дуэли с Дантесом, которая и здесь состоялась, но он был лишь ранен, а потому написал гораздо больше книг, чем в том мире. Единственное, тут не было восстания Пугачёва, а потому Капитанскую дочку он не написал.

Война с Наполеоном была и в этом мире, и поэтому её влияние на русскую литературу осталось прежним. Плюс, наличие магии, конечно, тоже довольно сильно сказалось на творчестве. Ну, да ладно. Прорвёмся.

Ещё пару минут поразмышляв, я остановил свой выбор на Гоголе, а темой сделал фантастические и реалистические начала в его творчестве, решив противопоставить Вечера на хуторе близ Диканьки с Мёртвыми душами. Очень забавным мне показался тот факт, что самое его сказочное произведение носит столь не сказочное название, в отличие от Мёртвых душ, которые, судя по названию, должны были быть чуть ли не мистикой, а по факту там от фантастики, магии и мистики не было вообще ничего. Сплошной реализм.

Я до того увлёкся обдумыванием своей идеи, что на автомате придвинул к себе листки бумаги, и начал поспешно записывать свои мысли, погрузившись в процесс с головой, не обращая внимания ни на что вокруг, и даже мысли о предсказании той первоклашки отошли куда-то в сторону…

***

– …таким образом, в романе Достоевского поднимаются важные философские и социальные вопросы. Автор исследует природу добра и зла, справедливости и милосердия, а также роль индивидуума в обществе. Он показывает, как идеи и теории могут привести человека к преступлению и как важно сохранять человечность даже в самых сложных обстоятельствах, – закончил чтение своего сочинения Демидов, мы все ему дружно похлопали, и девчонки стали закидывать его вопросами, почему-то в основном сосредоточившись на обсуждении судьбы Сонечки Мармеладовой, глубоко наплевав на самого Раскольникова.

Серёга остался верен себе, и даже тут ухитрился выбрать роман с примесью детектива. Меня же больше всего впечатлило то, что тут старуха процентщица была убита не топором, а магией, воздушным лезвием. Невольно возникал вопрос, почему она не оказалась под защитой различных артефактов, раз уж имеет дело с деньгами, но автор не дал на него ответа в своём произведении.

– Михаил, твоя очередь, – вырвал меня из раздумий голос Ани, я прокашлялся, и начал читать своё сочинение, под внимательными взглядами всех членов клуба.

Все уже отчитались, я был последний, и я всей кожей ощущал нетерпение, которое излучали все присутствующие, явно мечтая поскорее уже свалить отсюда домой, и я не мог их за это осуждать.

Пожалуй, только от главы не веяло чем-то таким, она скорее почему-то переживала за меня и ожидала от меня какого-то подвоха, и явно выдохнула с облегчением, когда я закончил.

– Спасибо, Михаил, просто восхитительно! – поблагодарила она меня, когда я закончил, – Ярко, образно, живым языком, да ещё на такую интересную тему. Просто замечательно! У меня нет к тебе вопросов. Девочки? – вопросительно глянула она на подруг, проигнорировав Демидова.

Девчонки переглянулись, но промолчали. Явно тоже устали уже, да и вряд ли им было интересно обсуждать то, где нет ни любовной драмы, ни чего-нибудь драматического. Этого они вдоволь на обсуждались на своих выступлениях. Катя взялась за Анну Каренину, пытаясь всеми силами оправдать её страшный поступок, а девушки с ней не соглашались. Юля решила раскрыть нам образ Наташи Ростовой в «Войне и мир», ну, а сама глава прошлась по Уильяму нашему Шекспиру и его Гамлету.

– Отлично! Вопросов нет, – резюмировала Аня, – Тогда на этом закончим на сегодня. Работы ваши я забираю, а вам будет домашнее задание.

Мы опять дружно простонали. И без того домашки полно назадавали, и тут ещё…

– Не переживайте, это не на завтра, – тут же поспешила успокоить она нас, – У вас две недели будет на него. За эти две недели вам нужно написать рассказ. Небольшой, на три – четыре листа. Жанр – любой, на ваше усмотрение. Также каждый из вас прочтёт нам свой рассказ, и мы его обсудим. Подобное мы будем практиковать каждый месяц, а в конце учебного года из лучших работ будет напечатан сборник рассказов за счёт школы.

– Это всё здорово, конечно, но раньше же такого не было, Ань, – удивленно произнесла Юля, – В честь чего такие новшества?

– В честь того, что наш клуб вдруг пополнился новыми членами, – вздохнула та, – Директор решила, что это никуда не годится, что столько учеников будут просто сидеть и читать книги, и такими темпами скоро все ученики сюда сбегут, а потому и было принято такое решение, что мы должны писать сочинения, рассказы, отчёты, издавать сборник… Ещё и стенгазету на нас навесить хотят. Клуб журналистики в прошлый раз очень плохо её сделал, и сейчас решается вопрос, не передать ли её нам. Я сопротивляюсь изо всех сил, но от меня мало что зависит.

– Ничего, нам, думаю, не сложно будет сделать её ещё хуже, чем у журналистов, и тогда у нас её отберут, – попытался подбодрить её я.

– Да вот ещё! – аж подпрыгнула она, – Если нам её всё же доверят, то мы просто обязаны будем сделать её достойно! Я не потерплю халтуры, ясно?

– А разве не логичнее было бы отдать её клубу художников? – подала голос Настя, – Всё-таки стенгазета – это больше про рисунки, чем про текст. Ну, или объединить нас. С них рисунки, с нас – текст.

– Такой вариант тоже рассматривается, – кивнула ей глава, – В общем, подождём.

– Кстати, – осенило тут меня, – А ведь стенгазета – это же отличный вариант для нашего дисциплинарного комитета по воспитанию провинившихся! Можно будет на особо отличившихся учеников карикатуры делать и фельетоны писать! Думаю, после того, как над ними вся школа посмеётся, им не захочется больше хулиганить.

– Отличная идея, Миша, – с уважением глянула на меня Аня, – Если газету всё же повесят на нас, обязательно возьмём её на вооружение. Ну, а сейчас я вас больше не задерживаю. Всем пока, до завтра!

***

Домой я возвращался, когда на улице уже давно стемнело, и было часов семь вечера. Несмотря на усталость, мы с Настей и Демидовым всё же решили выбраться в кафе, и символически отметить начало нашей деятельности в комитете чашечкой кофе.

На самом деле, мне хотелось подольше побыть с Настей и получше её узнать, и я очень надеялся, что Серёга свалит, сославшись на какие-нибудь неотложные дела, но он вдруг с энтузиазмом согласился, и я понял, что в следующий раз надо будет предварительно намекнуть ему, что он будет лишним. Впрочем, сам виноват, и должен был раньше предусмотреть это.

Но даже это не помешало нам неплохо провести время, вспоминая самые смешные случаи из сегодняшних дежурств. Мы просидели часа два, а дальше пришлось разбегаться, так как завтра тоже надо было идти в школу, а ещё нужно было успеть уроки сделать.

Я бы предпочёл забить на уроки, и проводить Настю до дома, но её, как и Демидова, ждала машина с шофёром, и только я был безлошадным и добирался общественным транспортом везде.

Серёга, конечно, предложил подвезти меня до дома, но я отказался, решив немного проветриться перед сном.

Да, я прекрасно помнил предостережение Люды о скорой смерти, но оно на сегодня не распространялось, а потому я решил воспользоваться последним спокойным вечером, а с завтрашнего дня собрался после школы сразу же направляться домой на такси, и никуда не выходить из дома. Не то чтобы я сильно чего-то боялся, но решил, что предосторожность не помешает. Как говорится, бережёного бог бережёт.

Можно было бы, конечно, попросить Астру или Нику, чтобы они забирали меня из школы, но они работали, и нужна была серьёзная причина для того, чтобы они раньше уходили с работы, но я как представил, что скажу им, что мне маленькая девочка смерть предсказала, так аж сам чуть не заржал. Нет уж. Обойдусь без столь крайних мер. Просто постараюсь быть осторожнее.

И эти мысли о том, что смерть мне вроде как грозит только с завтрашнего дня, а не с сегодняшнего так меня расслабили, что нападение прямо рядом с моим домом оказалось для меня полной неожиданностью.

Я уже взялся за ручку двери подъезда, когда Арх вдруг завопил – Сзади! – и я еле успел дёрнуться в сторону, а на металлической двери появился тонкий разрез прямо на уровне моей шеи.

Следующий удар пришёлся по фасаду здания, где я был долю секунды назад, и уже в прыжке трансформируясь в Берсерка, я увидел, как из тени выскользнул тот молчаливый маг, который пытался убить меня буквально на днях…

Глава 17

Вечер сразу перестал быть томным. Если бы не предупреждение Арха, думаю, я был бы уже мёртв. Тот первый удар в своей не боевой форме я бы не пережил. Похоже, враг хотел расправиться со мной первым же ударом, да ещё и ударив со спины… Мразь.

Гнев переполнял меня, но я старался держать себя в руках и не сорваться в пучину ярости. Сил мне это, может, и прибавило бы, но адекватно мыслить и оценивать обстановку я бы тогда не смог.

В этот раз, похоже, противник отнёсся ко мне намного серьёзнее, и не давал мне ни секунды передышки, атакуя всевозможными умениями. Маг, видимо, оказался универсалом, и весьма грамотно комбинировал магию самых разных стихий. Тут были и воздушные лезвия с таранами, и водяные хлысты, и молнии. Пару раз он даже огненный шквал запускал, подойдя крайне серьёзно к процессу моего уничтожения.

Если бы не щупальца, принимающие на себя часть ударов, и то, что я ни секунды не стоял на одном месте, то его план мог бы и сработать. Я еле успевал уходить от его ударов, и даже не помышлял пока о контратаке. Маг явно собрался покончить со мной сегодня и выложиться на полную.

По-хорошему, мне стоило бы сбежать от него, но я решил остаться. Возможно, и зря. Слишком уж этот урод был силён.

Вот только бегство мне ничего не дало бы. Кто знает, когда и где он бы нанёс следующий удар? К тому же, я решил потянуть время. Уверен, что кто-нибудь из жильцов уже вызвал полицию, и мне надо было лишь потянуть время и не дать ему уйти…

Тут меня основательно тряхануло молнией, угодившей в мои щупальца, и меня буквально парализовало на какое-то время.

Увидев, что я оцепенел, маг торжествующе мрачно ухмыльнулся, медленно свёл руки вместе, ладошку к ладошке, прижал их к груди, и явно стал готовить мне какую-то гадость, наслаждаясь моей беспомощностью.

Тело постепенно приходило в себя, сбрасывая оцепенение от электричества, но медленно… Слишком медленно! Я понял, что если срочно что-то не сделаю, то мне конец. Не знаю, что он там готовит, но явно что-то очень мощное, вон как аж дрожит от напряжения, и я сделал единственное, что мог сделать в данной ситуации. Собрал крохи своей маны, и волевым усилием метнул её в странную магическую конструкцию, формирующуюся в районе груди мага.

Посреди двора, в том месте, где стоял маг, как будто бомба рванула. Ударная волна буквально смела меня с места, кинув в стену дома и выбив моей спиной десятки кирпичей из неё. Тут же заорали сигнализации машин, по асфальту зазвенели осколки выбитых окон, а когда я отлепился от стены, то ещё несколько секунд приходил в себя, тряся гудевшей головой, и пытаясь избавиться от звона в ушах.

По моей щеке что-то текло… Мазнув рукой, я понял, что это кровь, чем-то мне явно рассекло кожу на лбу несмотря на форму Берсерка, но мне было плевать. Я медленно, преодолевая слабость в ногах, побрёл к дымящейся воронке, образовавшейся в том месте, где стоял маг.

– Пусто… – резюмировал я, разглядывая дно ямы. Может, улетел? – с надеждой глянул я в ночное небо, – Или в пепел превратился? Было бы неплохо…

– Стоять! Руки за голову! Без резких движений! – заорали выскочившие из машин подъехавшие полицейские, но я не обращал на них внимания, тупо глядя в воронку, надеясь всё же найти хоть какие-то следы мага…

***

– …никаких следов нападавшего! Камеры тоже не засекли момента исчезновения, как будто он буквально испарился или телепортировался с места нападения, – устало закончил всё тот же капитан, который занимался мной после прошлого нападения, тоскливо глядя на меня, пока я пил его чай, сидя напротив него, – И это уже нельзя назвать случайной встречей! Он явно тебя подкарауливал перед твоим домом. Попробуй всё же вспомнить, где ты мог перейти ему дорогу? Или, может, кому-то, кто нанял его.

– Да я уже говори вам, Георгий Сергеевич, что понятия не имею, – равнодушно пожал я плечами, – И вообще, если бы наша полиция действовала чуть пошустрее, то могли бы взять его сегодня. Я же специально время тянул! И очень странно, что вы не установили за мной слежку после прошлого нападения, или хотя бы не взяли под свой присмотр мою школу и квартиру. Если это наёмник, то он явно постарался бы закончить начатое, что и сделал в итоге. Удивительный непрофессионализм полиции… – покачал я головой.

– Но-но, не заговаривайся! – проворчал он, – Думаешь, самый умный? Мы так и сделали. Ты, может, и не заметил, но за тобой всё время присматривали. Этого сегодня чрезвычайная ситуация была, и нам пришлось временно снять с тебя наблюдение и перекинуть людей на другое направление. А он как знал об этом! Или, действительно, знал? – осенило вдруг его, и он озадаченно почесал толстую шею, задумавшись о чём-то.

– А Инга Юрьевна в курсе, что я тут, и вы меня опять опрашивать будете без неё? – вырвал я его из тяжёлых раздумий.

– Конечно, в курсе. И вовсе не опрашиваю. Мы просто с тобой беседуем, не под протокол, как старые друзья, – тут же засуетился он, отведя глаза в сторону, – Видишь, я вон тебя и чаем угостил. Сейчас ещё и конфет дам, – полез он с тяжёлым вздохом в ящик стола, и вытащил оттуда пакет со слипшимися конфетами, невесть сколько лет провалявшийся там, – Мне просто стало интересно твоё мнение по поводу всего этого, не более того.

– Слушайте, так у домов же камеры есть. Неужели вы не смогли по ним выяснить, кто это? – я с подозрением глянул на конфеты, и решил не рисковать, пробуя столь сомнительное угощение.

– Слишком предусмотрительный, гад, оказался, – развёл он руками, – Все установленные там камеры не работали! Похоже, он их прямо перед твоим приходом как-то отключил. Скоро подъедет сотрудник экспертно-криминалистического отдела. Поможешь фоторобот составить?

– Да без проблем, – не стал я сопротивляться. В конце концов, это было и в моих интересах, чтобы полиция его как можно быстрее нашла, если он, конечно, жив ещё. Вот только что-то мне подсказывало, что эта паскуда всё же уцелела, и просто вовремя сбежала оттуда.

– Посмотришь пока фотографии, пока твой адвокат и наш сотрудник едут к нам? Вдруг, узнаешь где его, – попросил он, обрадованный моей покладистостью, и положил на стол огромный альбом.

– Почему бы и нет? – устало согласился я, и начал медленно его листать, впрочем, безуспешно. Моего загадочного недоброжелателя там не обнаружилось.

– Ну, тогда ждём эксперта, – разочарованно вздохнул капитан.

–Угу, – буркнул я, – Надеюсь, не долго? Мне утром в школу, так-то.

– С минуты на минуту должен подъехать, – обнадёжил меня он, – Нет, но до чего же наглая сволочь! Ничего не боится! И, скорее всего, у него есть источник информации у нас, впрочем, это уже тебя не касается, – спохватился он.

– Ага, вот только благодаря этому источнику меня могут убить, – с сарказмом заметил я, – И неужели вы не держите на контроле всех столь сильных магов? И мало того, что настолько сильных, так ещё и универсалов, которым подвластны чуть ли не все стихии? Странно как-то…

– Ты нас с имперской службой безопасности не путай, – поморщился полицейский, – Такими вещами они занимаются. И, чую, после сегодняшнего нападения, они это дело себе заберут. Так что не удивляйся, если они скоро сами на тебя выйдут.

– Понятно, – пробормотал я задумчиво, – А что за кипишь сегодня такой был, из-за чего вам пришлось убирать людей с присмотра за мной?

– Да там много чего друг на друга наложилось, – после небольшой паузы всё же решил ответить он, – И драка футбольных фанатов, и массовые звонки о взрывных устройствах в общественных местах, ещё и митинг несанкционированный ко всему этому.

– Так может, он это всё и устроил, чтобы добраться до меня? – неуверенно предположил я, сам чувствуя абсурдность этой идеи.

– Устроил массовые беспорядки, чтобы добраться до подростка? Это было бы полным бредом, – хохотнул он, и тут же посерьёзнел, – Но в одном ты прав. Не должен столь сильный и разносторонний маг быть без присмотра. Особенно, если он наёмник, и не принадлежит ни к одному роду. Пожалуй, я и сам кое с кем из ИБ созвонюсь утром, и поговорю насчёт него, пока он нам весь город не разнёс. Ну, а тебя мы под плотную охрану возьмём. Теперь уже точно ясно, что он охотится именно за тобой, и в первый раз было не случайное нападение, так что теперь мы слежку и охрану ни при каких условиях снимать не будем. Так что можешь расслабиться.

Ага, расслабился уже сегодня, – мысленно поморщился я, но промолчал, не желая рассказывать о той девочке. Мало ли, вдруг это к каким-то неприятностям для неё приведёт? Обойдутся.

– Господин капитан! Вы опять за своё? – распахнулась тут дверь, и в кабинет разгневанной фурией влетела мой адвокат, а следом за ней и Астра.

– Ни в коем случае, уважаемая Инга Юрьевна! – аж подскочил тот сразу с места, – Мы просто беседуем с молодым человеком, без всяких протоколов. А сюда его привезли с целью защиты от возможного повторного нападения. К тому же, Михаил любезно согласился помочь нам в составлении фоторобота нападавшего. Мы все заинтересованы, чтобы поймать его как можно быстрее!

– Ну-ну. Будем считать, что я вам поверила, – недоверчиво глянула она на него, но успокоилась, а тут как раз и эксперт-криминалист зашёл, и мы занялись составлением фоторобота.

***

– Привет, сын! – отвратительно жизнерадостным голосом поздоровался со мной отец, разбудив меня в шесть утра. Учитывая, что я лёг только часа в два, у меня сейчас было просто огромное желание, послать его куда подальше. Каким чудом удержался, и сам не понял.

– Отец, давай ближе к делу. У меня тут небольшое приключение было вечером, так что я не выспался и вот совсем не в настроении сейчас болтать, – хмуро произнёс я, еле сдержав зевок.

– Да знаю я про твои приключения. Доложили уже, – посерьёзнел он, – Собственно, я по поводу этого и звоню. Я тут нанял кое-кого, и эти люди тоже займутся его поиском, а заодно, и тебя под охрану возьмут. Сегодня в школу они уже будут тебя сопровождать. Насколько мне известно, наши недоброжелатели не стали бы действовать столь прямолинейно, да ещё и в центре Москвы, рискуя вызвать на себя гнев императора. Ему уже доложили о прошлом нападении, а о вчерашнем он ещё не знает. Учитывая, что он недавно объявил о том, что все дети амнистированных им родов находятся под его личной защитой, это нападение будет восприниматься как вызов ему. Скоро полетят чьи-то головы. Готовься, что скоро имперская служба безопасности начнёт пытаться контролировать каждый твой шаг. А пока будь максимально осторожен. В идеале, нужно чтобы ты ограничил свои передвижения дорогой от школы до дома. И, кстати, насчёт дома. Я уже отдал команду, чтобы тебе подыскали и купили дом. Там тебя охранять будет попроще. Учитывая все эти нападения, другие рода поймут этот шаг в отношении даже изгнанного члена рода. Как-никак ты мой сын. Будь готов, что уже в эти выходные надо будет заняться переездом.

– Всегда готов, – всё же не удержался, и зевнул я, – Всё на этом?

– Почти, – не унимался отец, – С невестой отлично отработал, молодец. Она сам заявила родным о том, что не выйдет за тебя, но при этом очень хорошо к тебе относится, и вы подружились. Её отец по возмущался, конечно, но смирился. Так что эту тему мы закрываем.

– Отлично, – равнодушно отозвался я.

– И последнее. Император заинтересовался твоей персоной. Тут и твой выигрыш турнира в покер сказался, и нападения на тебя, и то, что ты из рода Гончаровых. В общем, есть информация, что скоро он захочет тебя видеть. Будь готов, что тебя могут вызвать к нему в любой момент. Вряд ли тебя удостоят личной аудиенции, не того веса ты фигура, но на какое-нибудь мероприятие вполне могут вытащить. Сообщи тогда сразу же мне об этом.

– Угу, – буркнул я, попрощался, и отключился. Спать уже не стал снова ложиться, так как после этого просто не встал бы. Была мысль, прогулять сегодня, но новая должность не позволила мне это, шепнув, что это будет как-то безответственно с моей стороны. Пришлось вставать, умываться, завтракать, и выдвигаться в школу. В этот раз не своим ходом. У подъезда меня уже ждал чёрный, судя по виду, бронированный, автомобиль со странным названием ТАНК, с двумя охранниками в салоне.

Один из них вылез из машины, открыл мне дверь, представился, и сообщил, что какое-то время они будут моими телохранителями, и мне пришлось смириться с этим.

Интерлюдия

– …если кто-то видел человека, похожего на того, кто изображён на данном фотороботе, просим позвонить по телефону… Вознаграждение гарантируется.

Молчун лишь хмыкнул, услышав это объявление, мельком взглянул на экран, и выключил телевизор. После этого прошёл в ванну, и аккуратно отодрал от лица маску, прослужившую ему чуть больше месяца, сжал её в руке, и она тут же начала плавиться, и через пару секунд от неё почти ничего не осталось. Пора менять личину.

Он достал коробку, где были лежали заготовленные ещё десяток масок, и стал вдумчиво выбирать следующую.

Его наниматели думали, что он пользуется магией, когда менял свой облик, но он как никто другой знал, как легко развеять иллюзию, или распознать магическую трансформацию, и никогда подобными мерами не пользовался. Гораздо проще и надёжнее использовать специально созданные маски и грим. А полиция пусть и дальше ищет предыдущее лицо. И ведь найдёт, так как он всегда использовал при создании масок внешность существующих людей.

Вот сюрприз будет для обычного учителя географии, когда полиция нагрянет к нему в квартиру! Правда, они довольно скоро выяснят, что это не он, но какое-то время это Молчуну ещё даст для его охоты на объект.

Какой интересный оказался заказ… С виду, обычный, не самый сильный, сверх, а по факту, он сумел преподнести весьма неприятный сюрприз, и не один. Сначала вполне успешно противостоял ему, помогая себе странными щупальцами, а потом даже контратаковать ухитрялся!

Молчуну казалось, что он учёл все ошибки первого раза, честно признался себе, что недооценил подростка, постарался в этот раз сразу же убить его, даже не поиграв для начала, но опять что-то пошло не так… Он как будто бы почувствовал предстоящий удар, и сумел уклониться от него, что было почти невозможно! А потом весьма успешно выдержал целый шквал из весьма сильных ударов, которые не то, что сверхам, а большинству магов было бы непросто отразить!

Но он справился, а потом преподнёс ещё один сюрприз, сумев разрушить готовящееся магическое умение Молчуна, чуть не убив его при этом. Если бы не пара амулетов, принявших удар на себя, то от него мало что осталось бы после такого взрыва.

Большинство магов и не поняли бы, что вообще произошло, вот только не Молчун… Он прекрасно контролировал свои конструкции, и успел почувствовать, как кто-то вмешался в их структуру. Он ещё не разобрался, как именно это стало возможным, но обязательно узнает. Убивать теперь он этого мальчишку не станет. По крайне мере, пока тот не ответит ему на пару вопросов, а Молчун как никто другой мог добиваться ответов, когда ему это было нужно.

Да, придётся на какое-то время взять паузу, но Молчун никуда не торопился. Заказ на мальчишку отменили, а значит, торопиться нужды не было. Безусловно, того теперь возьмут под плотную охрану, вот только ему это не поможет. Рано или поздно, но они расслабятся, никакая охрана не сможет держать предельную концентрацию внимания долгое время, и допустят ошибку, как вчера, например, когда поверили в ложные звонки о минировании, и вот тогда подросток окажется в его руках, и всё расскажет и о своих странных щупальцах, и о своих весьма необычных магических умениях…

Глава 18

– А они и спать с тобой будут в одной комнате? – хихикнула Настя, покосившись на усевшихся за соседним столом в столовой телохранителей. Я думал, они меня только до школы проводят, и будут ждать в машине, но нет. Как-то смогли договориться с администрацией школы, и их пустили внутрь. Единственное, на уроках со мной они, конечно, не сидели, и ждали меня у входа в класс во время уроков, а потом маячили за спиной на переменах, благодаря чему меня всюду сопровождали испуганные и удивлённые взгляды учеников, которые с чего-то решили, что я ими обзавёлся в качестве главы дисциплинарного комитета, дабы расправляться с неугодными. Идиоты…

Но зато школьники вели себя сегодня образцово, и не доставляли ни малейших проблем ни мне, ни моим подчинённым. Во всём есть свои плюсы, в общем.

– Надеюсь, что нет, – поёжился я, бросив косой взгляд на охранников, – Думаю, в этом нет необходимости. А куда у нас Серёга делся, кстати? – поспешил сменить тему я.

– Так он же дежурит сейчас. Ты что, забыл? – удивлённо глянула она на меня, аккуратно наматывая спагетти на вилку, – Ты ж сам график дежурств подписывал. Он сейчас в младшей школе за порядком присматривает.

– Точно! Забыл, – виновато улыбнулся я, – Забегался, вот и вылетело из памяти. Как тебе у нас в школе? Освоилась уже? По друзьям из старой школы не скучаешь?

– Давно уже, – беспечно отмахнулась она вилкой, – Такое чувство, что я уже пару лет тут. А насчёт друзей я тебе уже говорила. Не было у меня там друзей, одни прилипалы. Я за эти дни сдружилась с тобой и Серёжей больше, чем с любым из них за все эти годы. Так что я лучше с вами дружить буду. И очень надеюсь, что моя дружба с тобой перерастёт во что-то большее… – загадочно улыбнулась она мне, а её голубые, как само небо, глаза, как будто мне прямо в сердце посмотрели и чуть ли не загипнотизировали меня.

Я замер, не отводя своих глаз от её, машинально сглотнул, пытаясь смягчить пересохшее горло, и тут же подавился куском котлеты, который только что положил в рот.

– Кха! – прохрипел я, пытаясь выкашлять его из своего горла, и с ужасом почувствовал, что не могу дышать.

– Миша, что с тобой?

– Кха, кха! – хрипел я, не обращая внимания, что творится вокруг, но всё было бесполезно. Проклятая котлета категорически не хотела покидать мой организм. От недостатка кислорода я уже чуть совсем было не отключился, как вдруг кто-то схватил меня сзади, обхватив за живот, и с силой надавил на него. Раз. Другой. Третий… И проклятая котлета, наконец, вылетела из моего рта, и я рухнул на пол, усиленно дыша, широко открыв рот, как рыба, вытащенная на берег рыбаком.

– Миша, ты в порядке! – нависло надо мной встревоженное лицо Насти, и тут же к нему присоединились морды охранников. Я лишь большой палец вверх поднял, чувствуя, как полыхают от стыда мои щёки.

Какой позор… Пережил столько прорывов, дуэлей, нападений, и всё ради чего? Чтобы чуть не сдохнуть от куска какой-то котлеты? Представляю, как теперь будет ржать надо мной вся школа! Блин, да лучше б я сдох!

Хотя нет, – тут же опомнился я, – Хрен с ним, позором, но помирать я не хочу. И пусть только попробует кто-то что-то вякнуть по этому поводу в мою сторону, тут же слова вместе с зубами в рот запихаю!

Я кое-как сел прямо на полу, чувствуя дикую слабость и головокружение. Охранники тут же подскочили ко мне, и помогли сесть на стул.

– И кто из вас меня спас? – тихо прохрипел я, глянув на них, – Кого благодарить?

Они оба почему-то виновато отвели взгляды в сторону, а рядом тихо захихикала Настя.

– Они растерялись и слишком долго соображали, что делать, – пояснила она, – Пришлось мне взять твоё спасение в свои руки. Но благодарить меня вовсе не обязательно, – подмигнула она мне, – Уверена, что на моём месте ты бы тоже помог мне.

– И всё равно, спасибо, – прошептал я, так как горло весьма сильно болело и саднило, – Я твой должник. И в качестве благодарности приглашаю тебя в выходные куда-нибудь сходить вместе.

– Вот ты хитрец! – рассмеялась она весело, – В благодарность на свидание меня решил вытащить! Но хорошо. Я согласна. Вот только место, куда мы пойдём, я выберу сама!

– Договорились, – кивнул я ей, а сам уже мысленно был далеко отсюда, вспоминая тот разговор с первоклассницей. Неужели вот это и было то, о чём она предупреждала? Но почему на вчерашнюю драку с магом её способность не отреагировала, а на сегодняшний случай сработала? Что за бред?

– Возможно, потому, – подал голос Арх, – Что подобные нападения, прорывы, дуэли вполне привычны для тебя, и её способность уже не считает их опасными для тебя, а вот подобных случайностей с тобой ещё не происходило, вот она и посчитала это смертельной угрозой для тебя, и была не далека от истины. Если бы девушка так быстро не среагировала, то ты вполне мог и умереть. Я ничего сделать не мог, твои скудные запасы маны ещё не восстановились.

– Михаил Гончаров! К директору! – донёсся тут крик от двери, и я нехотя встал.

Интересно, зачем я сейчас-то понадобился? Вроде, в школе пока больше никому морды не бил и не хамил. Вряд ли же она меня пожелала видеть из-за того, что я подавился? Впрочем, чего гадать? Скоро узнаю.

***

Почему-то я думал, что меня повезут на Красную площадь. Там же находился Большой императорский дворец, который являлся парадной резиденцией императора, но нет. Большой чёрный лимузин Ремми, сопровождаемый двумя машинами охраны, в одной из которых ехали мои временные телохранители, уверенно мчался на юг столицы, и я только через несколько минут сообразил, что меня, по всей видимости, везут в Царицыно, где находился Большой царицынский дворец.

Тут у меня разболелась голова, я озадаченно потёр лоб, и сообразил, что мои знания об этом дворце как-то раздваиваются. Я одновременно знал, что этот многострадальный дворец начали строить ещё при Екатерине Второй, много лет строили, перестраивали, потом он был заброшен, реконструирован и превращён в музей, и при этом я совершенно точно помнил, что его достроили ещё при Екатерине Второй, после чего стал самым любимым её местом отдыха, благодаря разбитому рядом с ним огромному шикарному парку, и в дальнейшем императоры использовали его в качестве резиденции для неофициальных встреч.

Чуть покопавшись в себе, я понял, что первые мои воспоминания явно от того старика из снов, а вторые из здешних учебников и новостей, и успокоился на этом.

Конечно, было интересно, зачем меня так срочно позвали, что сделали это через директора школы, которая была в шоке от того, что безродного ученика срочно захотел видеть сам император, но гадать о причинах этого было бесполезно. Да и незачем. Скоро и так узнаю.

Директор ещё попыталась дать мне напутственное слово и объяснить, как мне следует вести себя на приёме у его величества, но присланный за мной целый капитан гвардии, если я правильно разобрался с его званием по погонам и значкам на форме, торопливо прервал её, скомандовав мне выдвигаться к выходу, так что я бросил виноватый взгляд на нашего босса, пожав плечами, и поспешил выполнить команду.

У выхода из кабинета к нам присоединились двое подчинённых капитана и мои охранники, проигнорировавшие команду капитана оставаться на месте, и так впятером мы и пошли к выходу из школы, сопровождаемые удивлёнными взглядами учеников. Им-то никто не сообщил, что меня вызвали к императору, вот они и стали выдвигать самые безумные версии увиденному, не стесняясь в выражениях, и не считая нужным сбавлять тон.

– Да я тебе говорю, его явно арестовали! Причём, решили, что он крайне опасен, раз пятерых за обычным школьником прислали! Видать, террорист какой! Вон, когда в Нижнем Новгороде целую группу террористов поймали, там спецназовцев всего десяток был, а тут на одного пятеро!

– Маньяк он. Маньяк! Я всегда это говорила, помните, девочки? Насилует девушек, и убивает… Ещё щупальца его эти… Я сразу поняла, что это тентакли у него, а вы не верили никто! Извращенец!

– … да точно вам говорю, инопланетянин он! Вы ещё хоть у кого-то видели такие щупальца? Они же явно живые! Ну, не бывает так! Убил предыдущего Гончарова, и занял его место, а щупальца скрыть не смог, вот и придумал версию про неудачный магический эксперимент! Сверх – и магический эксперимент! Ну, бред же?

От последнего предположения я аж поёжился слегка и ускорил шаг. Слишком уж близок оказался неизвестный мне школьник в своём предположении…

***

К кабинету императора меня привели спустя где-то часа два, после того, как мы приехали. Всё это время меня досматривали, проверял всевозможными артефактами, и объясняли мне, как мне себя вести при нём, чего нельзя делать, что можно, причём, первого было намного больше, чем второго.

Отдельного внимания удостоились мои щупальца, которые чуть не стали причиной того, что меня вообще не допустили бы его величество. Слишком уж охрана императора оказалась ошарашена тем фактом, что они не съемные, и я ну никак не смогу сдать им их на хранение. Они целый консилиум устроили между собой, решая, пускать меня или нет, но прибежавший какой-то важный то ли слуга, то ли чиновник, прервал её, заявив, что его величество ждёт меня, и что он со всеми ними сделает, если они ещё хоть на минуту меня задержат. Пришлось им нехотя подчиниться и пропустить меня, но всё же они не забыли мне сказать, что я буду под присмотром, и что они со мной сделают, если я при императоре достану хоть одно щупальце. Сильно напугать они меня не смогли, но я всё же решил тщательнее присматривать за своими помощниками, во избежание того, чтобы в моём организме вдруг резко не повысилось содержание железа, причём, в самых интимных его частях. Фантазия охраны императора не знала границ.

Но наконец я вырвался из их извращённых рук, и меня проводили до кабинета императора, в приёмной которого сидела весьма симпатичная девушка, которая строгим голосом сказала мне подождать. Я послушно уселся в одно из стоявших у стены кожаных кресел, приготовившись к долгому ожиданию, но уже минут через десять девушка оторвала взгляд от своих бумаг, холодно глянула на меня, и сообщила, что его императорское величество меня ждёт, и я, на почему-то ватных ногах, шагнул к кабинету.

***

– Да ну нафиг! – промелькнула у меня первая мысль при виде императора, дожидавшегося меня в дальнем конце довольно большого кабинета, сидевшего за письменным столом, и подписывающего какие-то бумаги. Он даже взгляда на меня не поднял, когда я вошёл, но я разу отметил для себя его просто поразительное сходство с императором Николаем Вторым, изображение которого мне подсунула память старика из другого мира.

Да что там сходство! Родные братья зачастую меньше похожи друг на друга, чем был похож он на Николая. То же продолговатое, чистое лицо, с открытым лбом, золотисто-рыжеватого цвета волосы, тщательно подстриженная холёная бородка, стройная фигура, средний рост. Глаз я его пока не видел, но был уверен, что, когда он посмотрит на меня, я увижу голубые выразительные глаза.

Ну не бывает такого сходства у дальних родственников! А учитывая, что он был потомком не Николая Второго, а его младшего брата Михаила, который правил после него вместо так и не родившегося в этом мире царевича Алексея, то подобное сходство изумляло ещё больше и навевало совсем уж дикие мысли о том, что не сам ли это Николай Второй, каким-то чудом воскресший в наше время? И ведь я раньше видел его уже в новостях, но почему-то тогда не заметил такого поразительного сходства с братом его прадеда.

– Михаил Петрович, не стойте в дверях! Пройдите сюда, ближе ко мне, – звонким голосом позвал меня император, оторвавшись, наконец, от бумаг, и я мысленно отметил, что моё предположение подтвердилось. У него действительно оказались голубые глаза.

– Добрый день, ваше императорское величество! – зажато поздоровался я, подойдя на негнущихся ногах ближе к нему.

– У нас сегодня не официальный приём, так что дозволяю обращаться просто по имени отчеству, – улыбнулся он мне открытой улыбкой, внушающей какое-то доверие к нему, – В свою очередь, если вы не против, я буду обращаться к вам просто по имени. Не возражаете?

– Конечно, Константин… Алексеевич, – с небольшой заминкой отозвался я, далеко не сразу вспомнив отчество императора.

– Вот и отлично, – ещё шире улыбнулся он, – Готов поклясться, что знаю, о чём вы сейчас подумали! Наверняка что-то о том, насколько же я похож на своего двоюродного прадеда, Николая Второго! Я ведь прав?

– От вас ничего не скроешь, ваше… Константин Алексеевич, – признался я.

– Ничего удивительного, – фыркнул он, – Поверь, ты не один такой. Все, кто видит меня впервые в живую, отмечают это. Телевидение слегка меняет внешний вид, и там это не так заметно, а вот так, при личной встрече, сходство просто ошеломительное получается. Причудливая игра генетики, иначе и не объяснить. Да ты присаживайся, Михаил. Не даром у нас говорят, в ногах правды нет, – и кивнул на кресло напротив себя, – Ты, кстати, знаешь, откуда пошла эта поговорка?

– Есть несколько версий происхождения этой фразы, – собрался с мыслями я, – Первая версия связана с тем, что в XV–XVIII веках на Руси должников жестоко наказывали, били железными прутьями по голым ногам, добиваясь возврата долга. Однако и наказание, которое называлось правёж, не могло заставить вернуть долги тех, у кого не было денег. Отсюда и возникла поговорка «в ногах правды нет». Вторая версия связана с тем, что помещик, обнаружив пропажу чего-либо, собирал крестьян и заставлял их стоять, пока не назовут виновного. Если виновный не признавался после долгого стояния, то помещик, убедившись, что таким путём правды не добьёшься, разрешал крестьянам сесть и говорил с ними уже по-хорошему. Третья версия связана с тем, что, если должник спасался от кары бегством, говорили, что «в ногах правды нет», то есть долг выбить невозможно.

– Браво! – похлопал в ладоши император, когда я закончил, – К своему стыду должен признаться, что знал только про первую версию, а ещё говорят, что качество образования у нас сейчас хромает, а тут школьник целую лекцию мне прочёл без подготовки. Молодец!

– Спасибо, – смущённо поблагодарил я, не посвящая его в детали того, что знания эти у меня не из школьной программы, а из памяти учителя истории из другого мира.

– Впрочем, я и без того знал, что приглашаю к себе весьма необычного школьника, – усмехнулся он, – Ещё и трёх месяцев не прошло, как ты приехал в Москву, когда твой род получил частичную амнистию, но за это время ты успел поучаствовать в устранении двух прорывов, провёл в школе с десяток дуэлей и выиграл их всех, победил в крупном покерном турнире, возглавил школьный дисциплинарный комитет, подвергся нескольким нападениям со стороны сильных магов, и успешно пережил их, и это только то, что я знаю, а ведь наверняка есть ещё какие-то подвиги, о которых мне просто не доложили, – мягко произнёс он, – Всё это весьма выделяет тебя из рядов обычных школьников, да и необычных, то есть, из лучших родов империи, тоже. Расскажи мне побольше о себе. О своей прежней жизни. Чем занимался и увлекался раньше, до приезда в столицу. О своей семье. О щупальцах этих странных, которым даже сейчас не сидится спокойно на твоём теле, и нет-нет, но некоторые из них выглядывают из одежды.

Он замолчал, дожидаясь моего ответа, с мягкой улыбкой глядя на меня, а я вдруг понял, что не могу и не должен ничего скрывать от этого удивительного человека! Что надо обязательно ему рассказать всё, о своём появлении в этом мире, об Архе, о запертом в сознании предыдущем носителе этого тела. Что не должно у меня быть никаких тайн от этой необыкновенной личности, и он наверняка поймёт меня и вместе мы подумаем о том, как мне жить дальше!

– ВНИМАНИЕ! – буквально взревел вдруг в моём сознании Арх, – Обнаружено сильнейшее ментальное воздействие! Моих сил недостаточно, чтобы противостоять ему! Держись, Миша….

Глава 19

– Так ты чего замер-то? Стесняешься, что ли? Или боишься? Поверь, я не желаю тебе зла, и наоборот хочу помочь тебе, – продолжал доброжелательно говорить император, и желание поделиться с ним всеми своими секретами возросло ещё сильнее, но я молчал, сжав изо всех сил зубы. Я чувствовал, что стоит мне произнести хоть слово, неважно, какое, и удержаться я уже не смогу. Я и так сдерживался из последних сил, и уже и сам не понимал, а зачем я, собственно, сопротивляюсь? Император ни причинит мне вреда, он хороший человек, ему можно доверять… Ну что такого в том, что я не из этого мира и занял чужое тело? Я же не по своей воле это сделал, как и Арх не по своей воле оказался в этом мире. Прорывы из-за меня происходят? Так может, получится с моей помощью разобраться в их природе и как-то контролировать?

– Миша, держись! – встревоженно выкрикнул Арх в тот момент, когда я уже почти сдался, – Этот хороший человек сразу же тебя запрёт в какой-нибудь лаборатории, где тебя учёные и маги на части разберут! Сопротивляйся, не сдавайся!

– Да ты полон сюрпризов, мой юный друг, – произнёс император, и давление на меня ослабло. Он встал со своего кресла, подошёл ко мне, посмотрел мне в глаза, потом отвернулся, и прошёлся по кабинету, сложив руки за спиной. Остановился и постоял у портрета какого-то мужика в мундире, после чего вернулся на своё кресло.

Давление на мою голову совсем пропало, и я с облегчением выдохнул, приходя в себя.

– Кому расскажу, и не поверят ведь, что обычный сверх, да ещё и столь молодой, выдержал высшее ментальное давление, – внимательно смотрел он на меня, не отводя глаз, – И это ещё один маленький факт в копилку всех странностей, связанных с твоей персоной, – стукнул он ладонью по папке, лежавшей перед ним. Перевёл взгляд на неё, и достал пару листков.

– В свои четырнадцать лет ты уже успел поучаствовать в ликвидации целого десятка прорывов, при этом, даже не являясь официальным участником геройской организации. Да, ты был туда трудоустроен, но не героем. Успел побывать в разработке спецслужбы по выявлению иномирной сущности, но они её так и не выявили, и тебя вычеркнули из числа подозреваемых. В ходе нападения на родовую усадьбу со стороны неустановленных личностей, обзавёлся странными магическими щупальцами, и ни учёные, ни маги, не могут дать разумного объяснения, как это произошло. Перенёс амнезию, после которой личность изменилась кардинально. Такое возможно, но в совокупности с прочими факторами, выглядит странно. Никогда не увлекался азартными играми, и вдруг выиграл крупный покерный турнир. Так, что тут ещё? – вчитался он в бумаги, – Ну, школьные дуэли мы пропустим. Дисциплинарный комитет тоже, это всё несущественно. Уже тут, в Москве, пережил несколько нападений. Полиция так и не смогла выяснить ни их причину, ни кто нападал. И ко всему этому плюсуем ещё и то, что после последнего Прорыва, удалось выяснить, что явившиеся в наш мир сущности охотятся именно за тобой… И как ты всё это можешь объяснить? – задумчиво глянул он на меня.

– А почему со всеми этими фактами, со мной беседуете именно вы, ваше величество, а не какой-нибудь следователь? – вопросом на вопрос ответил я, пытаясь выиграть себе время на подумать.

– Да потому, мой юный друг, что ты являешься представителем старого влиятельного рода, которому я недавно даровал частичную амнистию, и запретил всем тебя и твоих братьев трогать, – вздохнул он, – К тому же, ты не совершил никакого преступления, чтобы отправлять к тебе следователей. Но и ничего не делать при столь странных фактах о твоей персоне я не могу. Мне надо понять, не представляешь ли ты угрозы для империи?

– Один человек, по-вашему, может представлять угрозу для империи? И с чего вы вообще взяли, что эти твари именно за мной охотились? Ваше величество, – добавил я, поняв, что уж слишком вольно обращаюсь к императору.

– Да с того, Михаил, что об этом рассказали люди, в которых вселились эти твари при прошлом прорыве, – хмуро объяснил он, – Сам по себе ты, может, и не представляешь угрозы для общества, но вот то, что по какой-то причине к тебе рвутся твари из других миров, уже ставит под угрозу всех, кто будет находиться рядом с тобой. Мы считали, что Москва надёжно прикрыта от этих прорывов нашими новыми изобретениями, но даже они не помешали этим тварям появиться тут. По всей видимости, по какой-то причине ты являешься неким маяком для них, и мы должны выяснить, почему так вышло и что им от тебя надо. Я не могу допустить, чтобы по улицам нашего города ходил человек, который может в любой момент спровоцировать прорыв. Скажу честно, сначала я хотел просто отдать тебя в разработку службе безопасности. Тебя поместили бы в секретную лабораторию, и, скорее всего, оттуда ты уже не вышел бы. Но немного подумав, я решил сначала поговорить с тобой, и уже после этого принять решение, что с тобой дальше делать. Поэтому предлагаю тебе всё же честно рассказать мне, что тебе обо всём этом известно, и потом мы вместе решим, что со всем этим делать. Настаивать и уговаривать не буду. Не хочешь делиться своими секретами – твоё право, но прямо отсюда ты тогда поедешь в секретную лабораторию под плотным надзором. Решать тебе.

Он замолчал, а я задумался над тем, что же мне делать. Во попал, блин… Попробовать сбежать отсюда? Вряд ли дадут. А если даже получится, то что дальше? Всю жизнь жить где-то скрываясь? Нереально. Рано или поздно всё равно найдут, и скорее рано. Я реально оценивал свои возможности.

– Арх, ты где там? Что думаешь по этому поводу?

– Думаю, что мы попали в полную жопу, – мрачно отозвался приятель, – Я просканировал окружающую обстановку, мы под плотным присмотром. Нам не сбежать отсюда. Даже обладай мы умением телепортации, то и оно не помогло бы. Просто не сработало бы. Попробуй договориться с императором. Расскажи ему хотя бы часть правды…

– А ещё мне не понятно, почему периодически мне кажется, что передо мной находится не один человек, а двое. Вот сейчас ты явно с кем-то разговаривал, – скучающим тоном произнёс император, Арх испуганно ойкнул, и замолчал.

Я же ещё немного подумал, а потом приступил к рассказу. А что мне ещё оставалось сделать? Император не тот человек, который будет тут шутки со мной шутить. Да и меня самого давно уже очень смущал тот момент, что я, возможно, притягиваю в этот мир монстров из других миров, а тут оказывается, что они вообще за мной охотятся. Да и не думаю, что Константин действительно решил меня закрыть где-то. Слишком многие знают, куда меня повезли. Реши они меня запереть где-то, то действовали бы по-другому. Выкрали бы тихонько, да и всё…

***

– Любопытно… – задумчиво пробормотал император, когда я закончил свой рассказ, – Так значит, у нас тут не один, а целых два гостя из других миров… Это многое объясняет. И как вам у нас? По дому не скучаете?

– Арх скучает, и хочет вернуться, я же… – я задумался, – Даже не знаю… Я до сих пор не могу в полной мере, почему-то, ассоциировать себя с тем стариком из своих снов. Что-то во мне сопротивляется, и не даёт это сделать.

– Думаю, это твой мозг не даёт это сделать, – предположил он, – Если бы ты переместился в тело ровесника, то никаких проблем не было бы, но ты оказался в теле подростка, и это вызвало сложности с восприятием реальности. Не может подросток себя вести как старый дед. Я думаю, мозг подростка оказался в каком-то шоке, когда в него поселили сознание взрослого человека, вот он и решил обезопасить себя, не став полностью и сразу давать тебе всё вспомнить, и использовав буфер в виде сна для постепенного твоего освоения в этом мире. Плюс, химические реакции, происходящие в твоём теле, не соответствуют тем, которые должны проходить в теле старого человека. Тут много факторов, способных вызвать стресс у организма в целом, и мозга в частности, вот и не можешь ты себя ассоциировать с собой в прошлом. И это к лучшему. Сам представь, насколько сложно тебе стало бы общаться со сверстниками, если бы ты полностью воспринимал себя стариком? И как бы смог встречаться с девушками? Ведь в таком случае ты воспринимал бы их не иначе, как детьми.

– Возможно, вы и правы… – согласился я с ним, подумав, что к Насте я бы точно не смог испытывать никаких чувств, если бы воспринимал себя тем учителем. Я же не педофил какой-то…

– И что со мной теперь будет? Вы поместите меня в какую-нибудь лабораторию для изучения? – решил осторожно спросить я о том, что меня сейчас больше всего тревожило.

– Пожалуй, нет, – с сомнением произнёс он, – Я знаю, что ты говорил мне правду, и значит, ты действительно прибыл к нам из мира, в котором нет магии, и который по технологическому развитию примерно соответствует нашему. Не вижу смысла тебя изучать. Ничего принципиально нового ты нам не откроешь. Нам только надо придумать, как прикрыть тебя от монстров из иных миров, чтобы обезопасить и тебя и людей рядом с тобой от прорывов. Другое дело твой друг… Вот его по изучать нам было бы полезно. Да и ему тоже.

– Почему это и ему тоже? – не понял я, и Арх поддержал меня.

– Потому что насколько я понял, он очень хочет вернуться обратно, в свой мир, и спасти его. Но у него не получится быстро сделать из тебя сильного мага, способного на межмировые перемещения. Да и в принципе, скорее всего, либо ты не сможешь стать таким магом, либо это займёт очень много времени, и вы рискуете просто не успеть, – развёл он руками, – Я же предлагаю другой выход из ситуации. Он делится с нами своими знаниями, я же обеспечу ему вселение в одного из сильнейших магов страны. В этом случае он уже в ближайшем будущем сможет отправиться домой.

– Ага, так я и поверил, – проворчал Арх, – Выпотрошат меня, а про мою просьбу благополучно забудут. Знаю я их.

– Мой друг сомневается в том, что вы выполните своё обещание, – продублировал я слова Арха.

– Напрасно, – улыбнулся Константин, – Во-первых, мы можем договориться, что он поделится с нами частью знаний, а остальное расскажет нашему магу уже в своём мире. Мы даже готовы в этом поверить ему на слово. А во-вторых, мы и сами заинтересованы в этом путешествии не меньше твоего друга. Наши учёные давно ищут способ перемещаться между мирами, а тут такая возможность на практике его осуществить.

– Хорошо, я согласен, – проворчал Арх, которого явно всё ещё одолевали сомнения.

– Он согласен, – озвучил я, – И что дальше? Вы прямо сейчас заберёте мой виртумм?

– Нет, с этим мы повременим, – отрицательно покачал головой император, – Сначала я подберу подходящую кандидатуру для вселения, пока же пусть побудет с тобой. Я не хочу, чтобы сейчас о вас хоть кто-то узнал, так что никому обо всё услышанном пока рассказывать не буду. Да, спецслужбы и аналитики знают то, что у меня есть на тебя в этой папке, – постучал он пальцем по папке на столе, – Они же это и готовили, но большего им пока знать и не надо, особенно, о вашем иноземном происхождении. Нельзя допустить, чтобы эта информация дошла до наших зарубежных, так сказать, коллег. Подготовим мага, место, обеспечим надёжную охрану и вот тогда уже… – он замолчал, но я его понял.

– А как быть с прорывами? – прервал я затянувшееся молчание, – Вы не боитесь, что они тут рано или поздно весь город разрушат? Вот так просто отпустите меня?

– С прорывами тоже интересно, – он достал из ящика стола сигареты, и закурил, – Наши аналитики обнаружили, что за то время, что ты тут находишься, во всей остальной стране произошёл всего один прорыв, и тот на Дальнем востоке, если не считать эти два прорыва в Москве. Обычно же за такой промежуток времени происходит от пяти до восьми прорывов по всей стране. И сейчас они гадают, не связано ли это как-то с тобой. Я распоряжусь, чтобы тебе выдали один очень сильный артефакт скрыта, созданный для того, чтобы прятать людей от любого возможного поиска, и посмотрим, поможет ли он от этих иноземных тварей. Такая информация для нас тоже очень важна. Поможет – хорошо, не поможет – будем дальше думать, что с этим делать.

– Спасибо. Так значит, я могу идти, ваше величество? – неуверенно спросил я.

– Почти, – кивнул он, – Последнее. Нас очень интересует тот маг, который нападал на тебя недавно, но твои охранник только мешают нам взять его. Они лишь отпугивают его, и рано или поздно он найдёт способ до тебя добраться. Мы их уберем, и обеспечим скрытое наблюдение за тобой, так что ничего не бойся, даже если не будешь видеть охрану. Ты всегда будешь под присмотром, и в следующий раз, когда этот маг появится, мы его возьмём.

– Да я и не боюсь, – пожал я плечами, – Но всё равно спасибо. Так будет лучше. А то эти два типа, которые всегда и везде со мной ходят, уже напрягают как-то.

– Вот и отлично, – кивнул мне император, – На этом всё. Можешь идти. Когда понадобишься, с тобой свяжутся. Насчёт артефакта я сейчас распоряжусь, на пути к выходу получишь.

Я ещё раз поблагодарил императора и пошёл к выходу, всё ещё сомневаясь, а правильно ли я сделал, что открылся ему? На переиграть уже ничего было нельзя, так что оставалось лишь принять это, и надеяться, что информация отсюда никуда не уйдёт, и мне действительно дадут жить своей прежней жизнью. Вот только очень не хотелось расставаться с Архом, хотя я и понимал, что для него действительно так будет лучше.

Интерлюдия

– Зря вы всё же его отпустили, – в абсолютно пустом на вид углу кабинета вдруг появилась фигура пожилого мужчины, и шагнула к императору, но тот никак не отреагировал на её появление, что-то записывая в свой ежедневник.

– Я бы всё же предпочёл поместить его в спецлабораторию, и хорошенько покопался у него в голове, – мужчина подошёл к креслу, на котором недавно сидел Михаил, и, не спрашивая разрешения, уселся в него, положив ногу на ногу.

– Всё бы тебе граф в ком-то копаться, – раздражённо проворчал Константин, по-прежнему не глядя на него, – Вот зачем? Какой в этом смысл? Ты же знаешь, что я точно знаю, когда мне врут. Парень был честен со мной. Не вижу никакого смысла его туда помещать. Тайных или неизвестных нам знаний у него нет, угрозу моей власти он не представляет. И смысл тогда? Нам нужен только его этот Арх, но тот и так согласен сотрудничать. А добровольное сотрудничество всегда выгоднее, чем по принуждению. У нас нет никаких мер воздействия на этого гостя без тела. Если ему что-то не понравится, то он просто сбежит от нас, как не раз уже делал. Ради возможности вернуться в свой мир он и без того не мало нам расскажет. Ещё и получим возможность перемещаться между мирами. Не надо давить там, где люди сами готовы идти нам на встречу.

– А если его кто-то выкрадет? Мальчишка слишком заметен в последнее время. Им кто-то мог заинтересоваться, – не сдавался граф.

– И вот поэтому лично ты займёшься вопросом его скрытой охраны, на которую он тоже согласился, и в которой он и сам заинтересован. И не дай бог, если с ним что-то случится, – жёстко произнёс император, впервые глянув на него, и у графа аж мороз пробежал по коже. Настолько холодный взгляд был у его повелителя…

– Слушаюсь, ваше императорское величество, – склонил перед ним голову граф.

– Свободен, – коротко бросил император, возвращаясь к своим бумагам, – И учитывайте, что рядом с ним в любой момент может прорыв произойти. Пусть люди будут наготове, если что. Не уверен, что наш артефакт сработает должным образом.

– Так может, его хотя бы в другой город выселить? Зачем так столицей рисковать?

– Как раз таки в столице эти прорывы проще всего ликвидировать. И разберитесь уже с теми артефактами, на которые мы выделили кучу денег, и которые оказались бесполезны в этих прорывах, – зло глянул на него Константин, – Мне было обещано, что они гарантированно защитят от них, и что мы видим? Два прорыва почти в центре города за два месяца! Лучше воспользуйтесь этой возможностью, пока парень здесь, и нормально доработайте их! Это сейчас они за ним охотятся, а кто знает, за кем они в следующий раз придут? Дай команду аналитикам и магам, пусть работаю.

– Понял, сделаю, – тяжело вздохнул граф, которому всё ещё не нравилось, что такой ценный для них мальчишка будет ходить на свободе…

Глава 20

– Свобода! – выдохнул я, когда машина остановилась возле моего дома, и меня без проблем выпустили из неё. Честно говоря, я до последнего не верил до конца, что меня отпустят, а не отвезут в какую-нибудь тайную подземную лабораторию, и не начнут проводить надо мной какие-нибудь опыты.

Чёрный Тигр за моей спиной плавно тронулся с места, увозя молчаливых охранников, которые за всю поездку мне ни единого слова не сказали, а я поёжился, оставшись совсем один на ночном дворе, и торопливо зашагал к двери поезда, в любую секунду ожидая возможного нападения. Кто знает, что там в голову придёт тому магу? Он же не в курсе, что где-то тут за мной безопасники присматривают, да и, честно говоря, я и сам в этом засомневался, не видя ни малейших признаков наблюдения за собой.

Да и даже самая лучшая охрана не гарантирует, что нападение не получится успешным. Для того, чтобы запустить в спину мощное заклинание, много времени не надо.

В общем, вот так, слегка нервничая, я успешно добрался сначала до подъезда, а там и до своей квартиры, где меня уже поджидали Астра с Никой.

– Где ты был?!

– Хочу есть!

Одновременно выпалили они, и с возмущением переглянулись. Думаю, не нужно объяснять, кто из них что спросил?

– Да ты можешь думать хоть о чём-то, кроме еды? – рявкнула Астра, строго глядя на Нику, – У нас ребёнка кто-то из школы увёз, а ты всё о еде!

– Ну, он же вернулся? И вроде даже, целый? – бросила на всякий случай на меня внимательный взгляд Ника, – А значит, он вполне может сначала поесть приготовить, а потом уже всё рассказать. Какая тебе разница, сейчас он тебе расскажет, или через полчаса? Ты вполне и подождать можешь, а мой голод – нет! Да и какой же он ребёнок? Вон, какая орясина вымахала!

– Блин, я так долго с тобой живу, что мне уже этот бред кажется логичным! – устало покачала головой Астра, потирая виски. Я аккуратно протиснулся мимо неё, направляясь в кухню.

– Жареную свинину с картошкой будете? – крикнул я уже оттуда, проинспектировав наши продуктовые запасы.

– Да! – хором рявкнули обе, и я начал чистить картошку, засунув перед этим мясо размораживаться в микроволновку, и обдумывая, что же им сказать. Скрывать то, что меня вызвал император, не стоило. Они всё равно это рано или поздно узнают. А вот то, о чём мы там говорили, надо будет тщательно отфильтровать…

Пока думал, уже практически на автомате промыл мясо, высушил его бумажными полотенцами, нарезал кубиками, и высыпал на горячую сковородку, с шипевшим в ней растительным маслом. Оставил мясо жариться, и занялся луком. Почистил, помыл, и нашинковал полукольцами пару луковиц, и добавил к уже подрумянившемуся мясу. Нарезал соломкой картошку, и высыпал туда же. Посолил, поперчил, перемешал и накрыл крышкой. Всё, теперь пока жарится можно ещё пару огурчиков и помидорчиков порезать, – решил я, потом глянул на усевшихся за стол девушек, сверливших меня тяжёлыми взглядами, и положил овощи перед ними вместе с разделочными досками и ножами. Делегировал, так сказать, полномочия. Пусть хоть так отрабатывают предстоящий ужин.

***

– И это всё? – с подозрением уставилась на меня Астра, когда я закончил свой рассказ, – Ты хочешь сказать, что император позвал тебя к себе только чтобы познакомиться, и узнать подробности про нападения от тебя лично? Бред какой-то… Что-то вы мне, молодой человек, не договариваете… – с подозрением уставилась она на меня.

– Да кто ж этих императоров знает, что у них там в голове! – развёл я руками, и почувствовал, как на груди слегка обожгла меня холодом металлическая пластинка с непонятными письменами, которую мне выдали перед выходом из дворца. Это был обещанный амулет скрыта, болтавшийся на кожаном шнурке, и я тут же повесил его на шею. Не знаю, поможет он или нет, но если есть хоть малейший шанс того, что он сделает меня невидимым для тех монстров, то пусть висит.

– Может, у него и ещё какая-то цель была, но я её не знаю, – развёл я руками, – Ну, и ты не забывай, всё же, что мой род ещё совсем недавно был весьма близок к императорскому. Возможно, ещё и поэтому решил посмотреть на меня. Познакомиться, так сказать.

– А вот об этом я не подумала, – задумчиво согласилась со мной Астра, – И это весьма похоже на правду. Я и забыла уже совсем, что Гончаровы ещё буквально лет двадцать назад входили в пятёрку самых влиятельных родов империи. Ты прав, скорее всего, именно из-за этого он и решил на тебя глянуть. Возможно, и к лучшему. Не исключено, что он даст команду полиции активнее заняться поисками того мага, и скоро его поймают, наконец. Ладно, давайте заканчивать на этом разговоры. Спать пора, – вздохнула она, и перевела взгляд на Нику, которая продолжала с задумчивым видом опустошать сковородку от мяса с картошкой.

– Боже, Ника! Да ты одна больше половины сожрала! Оставила бы на завтра лучше! И куда всё это у тебя проваливается? Какой-то бездонный желудок, честное слово…

– Зачем оставлять на завтра то, что можно съесть сегодня? – безмятежно отозвалась та, с сомнением глянула на почти пустую сковородку, на ложку в руке, и всё же нехотя положила её на стол.

***

– Может, сходим в выходные куда-нибудь? В кино или погулять, – предложила вдруг Настя, когда мы закончили с ней с нашим первым недельным отчётом для директора.

Остальные члены комитета уже разбежались либо по клубам, либо по домам, Демидов тоже убежал, сославшись на то, что отец начал подключать его к делам семейного бизнеса, и теперь почти каждый вечер таскает его с собой, так что за отчёт сели мы вдвоём, впрочем, больше для этого людей и не требовалось, да и я был рад остаться с девушкой наедине.

– Ого! Меня впервые девушка приглашает на свидание, – усмехнулся я, глянув на её порозовевшее от смущения лицо. Явно девушке было не привычно самой звать кого-то на свидание.

– Ну, а что делать, если парни сейчас пошли такие нерешительные? – с деланно беззаботным видом пожала она плечами, – Вот и приходится самой этим заниматься. Так что, сходим куда-нибудь?

– Не, не выйдет, извини, – отказался я, и тут же увидел, как посмурнела девушка, – Впрочем, ты тоже будешь занята.

– А? – не поняла она меня, и бросила изумлённый взгляд.

– День рождения у меня завтра, и ты тоже приглашена, – пояснил я, – Пятнадцать лет исполняется. Моя опекунша собирается столики в каком-то кафе забронировать, так что я попозже тебе адрес и время скину.

– Вот ты… Жук! – выдохнула девушка, – И когда ты собирался мне об этом сказать?

– Так вечером же, когда наступит ясность с местом и временем. Серёге тоже вечером скажу, как и Разумовскому, и одноклубницам.

– Да? А ты не подумал о том, что многие люди, вообще-то, заранее свои выходные планируют, и вечером вполне может оказаться так, что у многих выходные уже окажутся заняты. Насколько я знаю, например, Демидов собирается позвать мою подругу завтра на свидание. Как-то не очень красиво будет, если он в итоге не пойдёт, и внезапно отменит его, не находишь? – ехидно глянула она на меня.

– Блин, об этом я как-то не подумал, – озадаченно почесал затылок я, и тут же полез в виртумм, – Подожди пару минут тогда, пожалуйста. Сейчас я быстро приглашения накидаю всем…

Настя лишь кивнула в ответ, и начала ещё раз перепроверять наш отчёт, я же торопливо набрасывал один и тот же текст своим друзьям. Что, мол, приглашаю завтра на днюху, место и время будет объявлено чуть позже, и почти сразу же посыпались ответы. Отказавшихся не было, но кое-кто, а точнее, наша глава клуба, не упустила возможности съязвить о том, что удивлена тем фактом, что я пригласил её за целый день до торжества, а не за час до него, чему бы она ничуть не удивилась. Язва. Ну, и Демидов грустно отписался, что он уже успел Настину подругу на свидание позвать, на что я ему ответил, чтобы он не заморачивался, и приходил вместе с ней.

– Я сегодня без машины. Проводишь меня? – удивила вдруг меня Настя, когда мы скинули отчёт на почту директору, и пошли к выходу из школы.

– Конечно. С радостью, – кивнул я ей, – Но как это тебя сегодня без охраны пустили? Не узнаю твоего деда.

– А он и не знает, – беспечно отмахнулась она, – Он по делам уехал, и я с отцом договорилась, что сама сегодня домой вернусь. Мне иногда тоже нужно хоть немного свободы получать. Род сейчас ни с кем не воюет, так что, почему бы и не прогуляться? Мне иногда разрешают вот так, самой, из школы ехать, или в торговый центр выбраться, но редко. Дед обычно всегда против, а его даже отец не всегда может продавить, – погрустнела она.

– Ну, может, в чём-то твой дед и прав? – нехотя произнёс я, с одной стороны, не желая выгораживать того старого козла, а с другой, соглашаясь с его паранойей в деле безопасности Насти, – Сама же знаешь, что врагов у вашего рода много, несмотря даже на то, что сейчас вы не воюете. Это не мир, а перемирие. Наверняка со многими из них у вас многолетняя вражда, и они не упустили бы возможность ударить по вашему роду через тебя, даже в период перемирия.

– Да знаю я, – вздохнула она, – Но ты даже себе не представляешь, как же хочется иногда послать к черту этот род, со всеми его интригами и войнами, и уехать куда-нибудь в глушь, где всего этого нет, и пожить простой жизнью. Я бы с радостью поменялась своей жизнью с какой-нибудь самой обычной девчонкой, пусть даже из самой бедной семьи, лишь бы жить так, как хочется мне, а не деду и моим родителям, которые пытаются чуть ли не каждый мой шаг контролировать. Недавно, вон, опять пытались мне жениха подобрать, пришлось поругаться с ними. Сказала, что выйду замуж только за того, кого полюблю. А если деду так уж хочется укрепить род через брак, то пусть сам тогда женится. А что? Он вдовец, вот пусть и присмотрит себе новую невесту. Вот только эта идея ему почему-то не понравилась, и он поспешил сменить тему, – хихикнула она, и взяла меня под руку.

Школьный рюкзак я отобрал у неё сразу, как мы вышли из школы, и сейчас она шла налегке, с любопытством оглядываясь по сторонам. Сегодня было не холодно, градусов пять мороза, без ветра, так что гулять в такую погоду было одно удовольствие. Я предложил ей вызвать на такси, но он отказалась, и мы решили пройтись пешком до метро, и поехать на нём.

– Ты чего так ехидно улыбаешься? – ткнула она вдруг меня локтем в бок, заглянув мне в лицо, и тут же ойкнула, наткнувшись на мою защиту из щупалец, – Блин, всё время забываю, что ты чуть ли не в броне ходишь. Так чего ухмыляешься-то?

– Да так, – ещё шире улыбнулся я, – Просто представил, сколько девчонок прямо в этот момент наоборот мечтают в этот момент оказаться на твоём месте, и какими несущественными бы им показались все твои проблемы.

– Почему это, несущественными? – обиженно поджала губы она, – Да у меня…!

– Да я-то знаю, что у тебя, – перебил её я, хотя это и было невежливо, – Ограничение свободы, да невозможность выйти никуда без охраны, все прогулки и передвижения предварительно нужно согласовывать, и далеко не всегда тебя отпускают туда, куда ты хочешь, даже с охраной. А теперь представь какую-нибудь твою ровесницу, которая из-за нищеты родителей вынуждена подрабатывать, ну, например, официанткой по вечерам в кафе или ресторане, и сначала там отшивать пьяных клиентов, жаждущих познакомиться поближе, а потом ночью возвращаться одной через весь город, и в любой момент ожидая того, что-либо таксист маньяком каким окажется, либо кто-нибудь нападёт из тёмной подворотни. Да она счастлива была бы, если бы ей больше не пришлось обслуживать пьяных клиентов, и с ней постоянно была бы охрана, даже если ходить можно было бы не везде. Да и только представь себе, сколько существует таких девушек, вынужденных работать официантками, посудомойками, уборщицами, продавщицами и так далее, абсолютно бесправными и беззащитными, и если с ними происходит что-то неприятное, то у них нет таких родственников, которые могли бы решить проблему одним звонком. Что для них твои проблемы?

– А полиция на что? – нахмурилась Настя.

– А что – полиция? – мрачно глянул я на неё, – Полиция занимается расследованием совершённых преступлений. Вот только очень это поможет изнасилованной или убитой девушке, если преступник потом будет найден? Нет, конечно, их надо ловить, чтобы от них ещё кто-нибудь не пострадал, вот только самим жертвам от этого легче не станет…

– Жуть… – поёжилась она, – Вот только вряд ли речь о моих ровесницах идёт. В четырнадцать лет у нас мало кто работает.

– Поверь, таких тоже хватает. Но даже если не в четырнадцать, то в шестнадцать таких уже полно. Разве возраст что-то принципиально меняет? – пожал я плечами, – Самое главное-то тут в другом. Мы не ценим того, что у нас есть, а в мире есть множество людей, которым намного хуже, чем нам, и для которых наши проблемы показались бы надуманной ерундой…

– Да, странную тему разговора мы, конечно, выбрали для обсуждения на прогулке, – невесело улыбнулась она, – Но в чём-то ты прав, конечно. Надо ценить то, что у тебя есть. Если так подумать, то в принципе-то я очень даже не плохо живу, и… – договорить она не успела. Рядом с нами взвизгнули тормозами две чёрные машины, из которых выскочило человек пять в натянутых на головы балаклавах так, что были видны лишь их глаза, и двое из них кинулись к ней, схватили с двух сторон, и потащили к машине, а остальные накинулись на меня, не давая мне вмешаться в происходящее. Вот только они явно плохо себе представляли, на кого попытались напасть…

В мгновение ока я перекинулся в берсерка, разорвав одежду, и одним прыжком оказался рядом с машиной, куда тащили Настю, перекрыв им путь, по пути хлестнув щупальцами двоих из моей тройки, опрокинув их на землю.

Один из тех, кто тащил Настю, небрежным жестом швырнул в меня файербол, и я не менее небрежно отбил его в сторону щупальцем, и он врезался во вторую машину, которая немедленно вспыхнула огненным цветком.

– Ну ты и дебил! – рявкнул на него второй, и оттолкнул к нему Настю, которая попыталась вырваться, но безуспешно, – Держи её, я сам им займусь!

Вот только сделать больше ничего ни он, ни оставшийся стоять на ногах третий из моей троицы, шагнувший к нам, не успели.

Откуда-то со стороны прилетели вдруг магические сети, моментально укутавшие их с ног до головы, а за спиной типа, державшего Настю, неожиданно появился мужик в чёрном пальто, который ласково приобнял его, и тот рухнул на землю, отпустив девушку, и она тут же кинулась ко мне, и спряталась за моей спиной.

– Всем лежать и не двигаться! Имперская служба безопасности! – рявкнул вдруг кто-то, и рядом с нами появились ещё несколько человек, выпрыгивая буквально из ниоткуда.

– Вы в порядке? – подошёл к нам один из них, пока его товарищи забирали неудачливых похитителей.

– Я – да, в полном, – кивнул я, и оглянулся на девушку, – Настя, ты как?

– Всё нормально, – пискнула она, и выглянула из-за меня, – Кто это такие?

– Разберёмся, не переживайте, – ответил не представившийся нам безопасник, – И давайте мы всё же отвезём вас по домам. Всё равно Михаил сейчас не в той одежде, чтобы разгуливать в ней по городу.

– Чёрт. Опять шмотки покупать… – недовольно проворчал я, поёжившись от холода, – Да сколько же можно? Можно я хоть кого-то из них попинаю чуть-чуть, пар выпущу?

– Лучше, не стоит, – покосился безопасник на мои огромные ноги, – Ещё убьёте ненароком, и не узнаем мы, кто заказал похищение госпожи Нарышкиной. Давайте мы лучше снимем с кого-нибудь из них верхнюю одежду и вам отдадим?

– Давайте, – нехотя согласился я, так как не вовсе не улыбалось находиться на морозе в одних обрывках штанов, да и Настя всё же рядом…

– А вы потом сообщите в мой род, кто стоял за этим похищением? – поинтересовалась она у него, – Думаю, отец с дедом непременно захотят об этом узнать…

– Обязательно, юная госпожа, – кивнул он ей, – Мы уже сообщили службе безопасности вашего рода о случившемся, и что сейчас привезём вас домой.

– Блин, теперь меня точно никогда никуда одну не отпустят… – погрустнела тут она, и я лишь молча приобнял её, пытаясь хоть немного утешить.

Глава 21

– Я же говорил, что надо запретить ей общаться с этим парнем! Что не надо было переводиться ей в эту школу! Не послушали меня – и вот результат! Чуть не похитили! Если бы не имперская служба безопасности, то сейчас выслушивали бы условия от какого-то рода по освобождению! И как вообще получилось, что она возвращалась из школы без охраны? Меня не было всего два дня, и всё равно вы успели начудить без меня! – бушевал старый Нарышкин, грозно нависая над сыном, который без малейшего волнения смотрел на него, сидя за столом в кабинете, – Нужно немедленно забрать её из этой школы, и не подпускать больше к ней этого щенка, от которого одни неприятности идут!

– Этот щенок, если ты ещё не понял, спас её, не дав закинуть в машину похитителям, – тихо, но жёстко, ответил младший Нарышкин, строго глядя на отца, – Что ты несёшь вообще? Охотились не за ним, а моей дочерью! Да нам наоборот повезло, что он оказался рядом с ней! Безопасники, по какой-то неведомой мне пока причине, присматривают именно за ним! И если бы она училась в другой школе, и возвращалась из неё одна или с подругой, то я даже представлять не хочу, чем бы это могло закончиться! А ты предлагаешь прекратить ей общение с тем, кто её спас! Да мы наоборот радоваться должны, что там есть кто-то, кто за ней присматривает! Не понимаю, с чего ты взъелся вообще на этого парня? Пока нам от их общения только польза. Он уже дважды буквально спас её. Или ты бесишься от того, что он у тебя на турнире выиграл? Надо уметь проигрывать!

– Да в жопу этот турнир! – совсем не аристократично выругался бывший глава рода, – Ты что, не видишь, что там, где находится этот парень, постоянно какие-то неприятности появляются? Сначала тот прорыв ни с того ни с сего, потом, насколько мне известно, на него уже несколько раз нападали маги, теперь вот похищение это неудавшееся! Это я ещё молчу про его постоянные дуэли!

– И что с этих дуэлей? Очнись уже! Он – школьник! Вспомни себя в его возрасте! У тебя вообще был рекорд лицея по дуэлям, если ты забыл! То, что кто-то там где-то на него нападает, с Настей вообще никак не связано. К тому же, теперь его охраняют лучшие специалисты имперской службы безопасности, так что рядом с ним сейчас как бы не безопаснее всего в городе! А ты вдруг решил убрать от него Настю. Извини, отец, но всё это выглядит как полный бред, и делать этого я не буду!

– Бред? – вскинулся яростно тот, – Ну, так слушай, какой это бред… – и он рассказал сыну то, о чём узнал от Шантарской. Что монстры, по какой-то причине, ищут его, потому-то и произошёл недавний прорыв рядом с их домом, – …так что сам видишь, нельзя рядом с ним находиться. Опасно это, – закончил он свой рассказ, перестал нависать над сыном, и сел рядом с ним.

– Нет. Не вижу, – покачал головой тот, и поднял руку, останавливая отца, который явно собирался опять начать спорить, – С чего ты взял, что всё, что сказала эта Шантарская – правда? Ты других пострадавших опросил? Хоть кто-то подтвердил её слова?

– Кого смог – опросил, – хмуро отозвался старик, – Но они мало что помнят о том, что происходило с их телом во время вселения, а к некоторым личностям мне и подойти не дали, имперская служба безопасности забрала сразу.

– То есть, получается, что информация эта у тебя только от Шантарской, которая, кстати, отличается весьма богатым воображением? А ты не допускаешь мысли, что всё, что она тебе наговорила, ей могло просто привидеться?

– Она столько подробностей привела, что непохоже это на выдумку, – недовольно проворчал старый Нарышкин, – И она точно оставалась в сознании, и видела, что происходит вокруг. Так что я ей верю.

– Прости, отец, но я совершенно не понимаю, на что опирается эта твоя уверенность, – покачал головой младший Нарышкин, – Я не хуже тебя знаю эту Шантарскую, и у меня веры её словам нет. Слишком себе на уме дама, и всё время ведёт какую-то свою игру. Явно её чем-то заинтересовал этот парень, вот она и решила сделать так, чтобы мы держались от него подальше, а сама наверняка скоро постарается его к рукам прибрать. Нет, не буду я дочери запрещать с ним видеться. Пока от её общения с ним мы только пользу получаем.

– Тьфу! Что в лоб, что по лбу! – вспылил старик, – Как ты не понимаешь, что если есть хоть малейшая вероятность того, что этот тип притягивает к себе прорывы, то от него надо держаться как можно дальше! Тебе что, совсем свою дочь не жаль? Она же тогда под ударом окажется!

– Если в ближайшие две недели рядом с этим парнем появится ещё один прорыв, то тогда, пожалуй, я с тобой соглашусь, если же нет, то пусть общаются дальше, – жёстко отрезал сын, – У нас сейчас проблемы посерьёзнее, чем возможные прорывы. Ты не забыл, что у тебя внучку попытались похитить? И далеко не факт, что не попробуют ещё раз. И я пока не знаю, от кого нам удара ждать. Это могут быть как Меньшиковы, так и кто-то из ещё десятка родов. Мне обещали сообщить результаты допросов нападавших, но пока тишина. Тебе напомнить, благодаря кому мы испортили с ними отношения?

– Я действовал в интересах рода! – вскинулся старик, гневно глядя на сына, – Не тебе меня осуждать!

– А-а-а… Так это интересы рода потребовали, чтобы ты кинул Меньшиковых и Фроловых с контрактом на два миллиарда на покупку тяжёлой сельскохозяйственной техники, стравив их между собой? Вот только так плохо замёл следы, что после небольшой войны друг с другом они всё-таки выяснили, кто настоящий виновник, и лишь заступничество императора позволило нам избежать войны сразу с двумя родами? – искривив губы в усмешке, поинтересовался глава рода у отца, – И главное ведь, не бедствовали и без того, с деньгами проблем не было, но вот кое-кто решил, что слишком плохо груз лежит, и увёл всю технику со складов хранения, не заплатив ни копейки. Или когда решил семейный бизнес у Трубецких отжать, это тоже тебе интересы рода нашептали? Или вот Архиповых взять…

– Довольно! – строго оборвал его отец, но глаза в сторону отвёл, – Было и было… Что прошлое ворошить? Столько лет уже прошло. Кое-кому и компенсировали уже давно их потери.

– Ага, – кивнул сын, – Заплатили. Когда император обязал виру заплатить. Нет, отец, ничего нам никто не простил, и удара мы теперь можем от любого из них ждать.

– Даже если и так, то это лишь означает, что сейчас тем более за внучкой нужен особый присмотр, а не отправлять одну в школу, как ты додумался, – бросил старик мрачный взгляд на сына, – Раз уж сам всё понимаешь, то зачем такие ошибки совершаешь? Вот где она сейчас? Мне сказали, что её нет дома.

– Тебе дай волю, вообще бы её дома под замком запер. Не забывай, что она сейчас в том возрасте, когда особенно свободы хочется. И либо мы сами обеспечим ей контролируемую свободу, либо она будет постоянно искать способ сбежать из дома. Я предпочитаю первый вариант. Пусть думает, что мы решили оставить её без присмотра, а сами будем аккуратно приглядывать, не мозоля ей глаз. На дне рождения она у своего спасителя, – безмятежно объяснил отец Насти, не обращая ни малейшего внимания на угрюмый взгляд своего отца.

***

– Дайте я! Дайте я! – вцепился двумя руками в микрофон Разумовский, когда Настя с девчонками из литературного клуба допели какую-то модную молодёжную песню, и получили заслуженные аплодисменты. Трио у них получилось замечательное. Мало того, что все девушки – настоящие красавицы, так ещё и пели здорово, особенно, на фоне всех остальных. Только Анна, глава клуба, не стала к ним присоединяться, и снисходительно поглядывала на них, потягивая какой-то коктейль через трубочку. Удивительно, что она вообще согласилась сюда, в караоке, идти после ресторана. Я был уверен, что она откажется, и она явно так и собиралась поступить, но её подруги буквально вцепились в неё и чуть ли не силком сюда потащили. Впрочем, не сильно-то она и сопротивлялась, значит, скорее всего, и сама хотела, но как всегда требовалось, чтобы кто-то её уговорил.

– А ты ещё и поёшь? – ехидно спросила сидевшая рядом с Разумовским наша с Демидовым подруга Лиза, которую я, естественно, тоже позвал на свою днюху. В последние дни мы, конечно, довольно отдалились друг от друга, так как тяжело поддерживать отношения почти не видясь, но тем не менее, я её позвал, и она согласилась, а в результате и в ресторане и тут рядом с Разумовским сидит, периодически подшучивая над ним, чему он, кажется, только рад был. Они весь вечер рядом просидели, и, похоже, успели понравиться друг другу, как ни странно. Надо будет только предупредить его, чтобы он не вздумал обидеть нашу подругу. Он, конечно, сильно изменился в последнее время, уже никак не напоминая того раздолбая, каким он быд при нашем знакомстве, но, думаю, предупредить всё же надо, что если что – башку откручу.

И да, я решил позвать ещё и этого странного типа, хотя до последнего и сомневался в разумности этого шага. Всё-таки товарищ он был довольно своеобразный, ещё и пьющий, да и нельзя нас было назвать такими уж большими друзьями, но… Но надо было всё же как-то разбавить наш коллектив парнями, иначе как-то уж очень женский коллектив получался. На нас двоих с Демидовым целых шесть девушек – это как-то многовато. Серёгу я, естественно, позвал с его новой девушкой, подругой Насти, саму Настю, естественно, тоже, а ещё Лизу и трёх девушек из литературного клуба. Вот я и решил позвать ещё кого-нибудь, но после долгих раздумий, понял, что могу позвать только Разумовского, больше я ни с кем из парней настолько близко не успел познакомиться, чтобы на день рождения позвать. И, как ни странно, он согласился.

Это я ещё не посчитал Астру с Никой, которые мне всё организовали и тоже пришли в ресторан, но довольно быстро убежали оттуда, сославшись на какие-то дела. Видимо, решили дать возможность молодёжи оторваться без присмотра взрослых. Надо будет, кстати, потом не забыть поблагодарить их за всё, что они мне сделали.

– Гори, гори, моя звезда… – вдруг затянул Димка в притихшей комнате, и, надо сказать, очень даже неплохо запел, голос у него отменный оказался. Песня, правда, уже совсем не современная какая-то оказалась, но девушкам, судя по всему, нравится. Вон, как притихли…

– Здорово… – восторженно прошептала Настя, когда Разумовский закончил петь, а у меня появились сразу два желания – придушить его, и спеть так, чтобы вот также восторженно Настя посмотрела на меня, вот только я не был уверен, что у меня получится достойно выступить. Нет, голос-то у меня вроде неплохой, но опыта очень не хватало. Мало же обладать хорошим голосом, надо ещё и петь уметь.

– О боже, ну и старьё, – холодно произнесла Аня, когда стих гром аплодисментов, и я с одобрением глянул на неё, – Ты бы ещё чёрного ворона тут спел. Нет, романс хорош, не спорю, но в исполнении школьника это выглядит уж совсем по идиотски. Посовременнее ничего не мог выбрать? Или кроме романсов ты больше ни на что не способен?

– Да я что угодно могу спеть! – аж побагровел от возмущения Димка, – Хоть рок, хоть попсу, хоть что угодно вообще! Заказывайте песню! Сейчас я вам покажу тут мастер-класс!

– О? Вызов? Шикарно! Та-а-к, сейчас я тебе подберу… песенку, – зловеще ухмыльнулась Аня, и начала оживлённо шелестеть страницами песенного меню, – Думаю, вот эта подойдёт… Готов?

– Давно! – хмуро бросил Разумовский и вцепился в микрофон, как будто тот был гранатой, и ему сейчас с ним нужно было на танк броситься.

– Тогда включаю, – таким хитрым голосом произнесла глава, что даже я подвох почувствовал, и не зря…

– Джи ван шуй шон… – затянул было Димка, и аж закашлялся, – Блин, это что за дела? Это на каком вообще языке? Китайском, что ли?

– Японском, – любезно просветила его Аня под хихиканье остальных девушек, – Но ты не переживай. Тут субтитры на английском, так что вполне можешь петь дальше…

– Как петь? Я же даже песни этой не знаю! Куришимасу ано тано… – взвыл Разумовский уже под откровенный хохот всех присутствующих. Впрочем, тут были только свои, а нам, думаю, он это простит.

– Ты сам сказал, что можешь спеть всё, что угодно. Так что пой! – царственно приказала Аня, и бедный Димон, волнуясь и потея, продолжил свои завывания на каком-то подобии японского языка.

– Какой ты разносторонний человек, оказывается, – похлопала его по плечу хихикающая Лиза, – Раз с японским справился, то, думаю, не откажешься для меня одну песенку на французском спеть?

– Для тебя, красавица, всё что угодно, но не сейчас, – хриплым голосом отозвался замученный Разумовский, когда песня закончилась, – А пока мне надо немного горло промочить…

– Опять пиво будешь хлестать? Терпеть не могу, когда от мужчин им несёт, – поморщила носик Лиза.

– Никакого пива! – тут же отодвинул от себя меню Димка, – Лимонад возьму. Грушевый. Он тоже хорошо освежает…

– Я бы тоже была не против, если бы мне кто-нибудь на французском спел… – тихо мурлыкнула мне на ухо Настя, а от необходимости что-либо отвечать меня избавила распахнувшаяся дверь в нашу комнату, через которую ввалились несколько пьяных парней.

– Пацаны! Я же говорил, что тут девки отрываются! Думаю, они не будут против нашего благородного общества, – обвёл нас мутным взглядом один из них, – Молодёжь, вы же не откажитесь поделиться со старшими товарищами своими дамами? На вас троих их тут явно уже слишком много…

– Как же вы вовремя, уважаемые! – вскочил я с места, радостно разминая кулаки, и даже скорее не увидев, а почувствовав, как рядом со мной встали Демидов с Разумовским.

– Погодите, парни, не вмешивайтесь. Я сам, – остановил я их, и шагнул навстречу не званым гостям. Это будет быстро…

***

– А неплохо мы всё же посидели в субботу, – потянулся Демидов, когда прозвенел звонок, вырвавший нас из сонного царства истории, – И поели, и попили, и подраться даже кое-кто успел. Ну, прям полный набор.

– Я тебя умоляю, разве ж это драка? Так, размялся чуть-чуть, выставляя пьяных придурков, – возразил я, с трудом сдерживая зевок. Первый урок, всё же. Многие ученики ещё проснуться толком не успели, а тут на новую тему пришли, которую препод рассказывал таким монотонным голосом, что весь класс в сонных мух превратился.

– И всё же надо было требовать большей скидки от этого караоке-клуба, – подхватила сидевшая рядом Настя, – За ненадлежащую организацию. Зря ты мне не дал поторговаться. Я бы из них не десять, а все пятьдесят процентов скидки выбила бы.

– Да ладно. Всё же обошлось? Вечер эти уроды нам испортить не успели, я их быстро выставил, ещё и размялся немного. А деньги – это так, ерунда. Не обеднею.

– А у тебя, кстати, весьма неплохое французское произношение оказалось, – хихикнула девушка, которую короткая драка тогда с мысли не сбила, и она всё же заставила спеть меня, – Мне понравилось. Как-нибудь повторить нужно будет.

– Обязательно повторим, – улыбнулся я ей, – Можем и вдвоём как-нибудь туда сходить.

– Не, вдвоём в караоке – это неинтересно, – отрицательно покачала головой Настя, – Туда надо большими компаниями ходить, так веселее. Вдвоём мы лучше просто погуляем как-нибудь куда-нибудь сходим. Если ты, конечно, пригласишь меня, и если у тебя найдётся свободная минутка, – хитро улыбнулась она мне.

– Конечно, приглашу! – вскинулся я, – Куда и когда захочешь! Для тебя у меня всегда время найдётся! – и в этот момент дверь класса распахнулась, и внутрь быстрым шагом зашла наша классная руководительница, а следом за ней шагала та, которую я тут никак не ожидал тут увидеть.

– Внимание, класс! – громко привлекла внимание к себе Марина Александровна, – У нас новенькая. Знакомьтесь, Екатерина Волкова. С сегодняшнего дня будет учиться в нашем классе. Прошу не обижать и помочь ей при необходимости. Катя, скажешь что-нибудь своим новым одноклассникам?

– Всем привет! – шагнула вперёд та одержимая, которая мне раньше прохода не давала, и даже как-то на свидание с собой заставила сходить, – Буду рада со всеми вами познакомиться, надеюсь, мы подружимся. Один друг тут у меня уже есть, и я очень по нему соскучилась. Миша, привет! – помахала она мне рукой, а Настя молча посмотрела на меня, и в её взгляде отчётливо угадывался вопрос, – Это ещё кто?

Глава 22

– Миша, ты что, не рад меня видеть? – нахмурилась Катя, когда я не дал ей кинуться ко мне с объятиями, мягко отстранившись от неё, под мрачным взглядом Насти, – Знаешь, каких мне трудов стоило, попасть в твой класс? Все нервы отцу вытрепала! Он до сих пор вздрагивает, когда я к нему в кабинет захожу! Или ты тут себе девушку уже успел завести? – с подозрением уставилась она на меня, а потом окинула взглядом класс, задержав его на Насте, которая внимательно смотрела на нас.

– Нет, не успел, – вынужденно признался я, так как наши отношения с Настей ещё не перешли ту черту, после которой нас следовало бы считать парой. Но похоже, пора с этим ускоряться, – Но даже если бы успел, тебя не должно это волновать. Что-то я не помню, чтобы у нас с тобой были такие отношения, чтобы ты могла бы тут мне что-то предъявлять. Мы с тобой общались-то всего несколько раз, так что я не понимаю, к чему такие восторги от встречи и зачем нужны были такие жертвы, чтобы попасть в один класс? Мы же и в нашей прежней школе в разных классах учились.

– Ну, знаешь…! А ничего, что мы с тобой даже на свидание ходили? Я думала, ты будешь рад меня видеть, а ты…! – как мышь на крупу надулась Катя, демонстративно отвернулась от меня и полезла в рюкзак, готовясь к уроку.

По всем законам жанра, мне сейчас следовало почувствовать свою вину, кинуться просить прощения, но я этого делать не собирался. Может, я и грубовато ей ответил, но по сути верно. Лучше сразу расставить точки над И, чем наблюдать потом за крепнущим вокруг себя любовным треугольником. Интриги, скандалы… Оно мне надо? Нет уж, ну нафиг такое. Предпочитаю сразу объяснить человеку, что между нами ничего нет, чтобы он не надумывал себе ничего лишнего.

– На свидание сходили, да, так как я тебе его обещал. Но не более того. Так что если ты рассчитываешь на что-то большее, то извини, но у меня уже есть девушка, которая мне нравится, – сухо объяснил я, глядя на её поникшую спину. Катя резко повернулась ко мне, явно собираясь что-то сказать, но тут прозвенел звонок, и стало не до разговоров.

***

На следующей перемене меня спасло от дальнейших разборок то, что одноклассники решили поближе познакомиться с новенькой, обступили её парту и стали забрасывать вопросами. Я к ней не лез, Настя тоже, и подсела ко мне.

– Значит, вы и на свидание с ней ходили? – каким-то неопределённым тоном поинтересовалась она у меня.

– Ага. Я ей обещал, а я привык выполнять свои обещания, – не стал отмазываться я, – А потом выяснилось, что у нас полшколы девушек поспорили о том, кто из них сумеет вытащить меня на свидание, вот Катя и оказалась победительницей…

– Вот, значит, как? – удивлённо глянула она на меня, – Надо будет поздравить её с победой. Интересно, что ставкой было? Будет обидно, если спорили банально на деньги.

– Вот вообще пофиг как-то. Мне это неинтересно, – поджал губы я.

– С другой стороны, если на деньги, то ты можешь потребовать свою долю…

– Спасибо, обойдусь! Лучше пусть просто не лезет ко мне.

– Как-то ты слишком суров к девушке, которая ради тебя в другой город перевелась. Соскучилась, видимо, а ты так грубо с ней обошёлся, – насмешливо фыркнула Настя.

– Ничего страшного. Переживёт, – фыркнул я в ответ.

– Фу, таким чёрствым быть, – наморщила носик девушка, – Вот я на твоём месте…

Договорить она не успела, так как дверь класса вдруг приоткрылась, и показалась испуганная мордашка той первоклашки, которая недавно мне смерть нагадала.

– Миша, можно тебя на минуточку? – робко позвала она меня, так и не решившись целиком зайти в класс, и опасливо глядя на меня из-за двери.

– Иду, – дружелюбно ответил я ей, и поспешил к выходу. Что-то мне подсказывало, что просто так поболтать она вряд ли бы сюда пришла.

– Что случилось, Люда? – спросил я, когда мы отошли с ней к окну.

– Я… Я просто не знаю, к кому ещё обратиться… – неуверенно произнесла она, нервно теребя руками край платья, – Помоги мне, пожалуйста… Я сегодня опять почувствовала скорую смерть, а мне не верит никто… Я папе пыталась дозвониться, а он занят. А потом уже поздно может быть… Я не хочу, чтобы Анна Сергеевна умерла. Помоги, Миша! – сумбурно выпалила она, а её глаза набухли от слёз.

– Так, давай-ка по порядку, – остановил я её, – Насколько я понял, ты почувствовала скорую смерть своей учительницы, Анны Сергеевны, верно?

– Да, – кивнула она, вытерев рукавом слёзы, – Анна Сергеевна наша учительница по изобразительному искусству, у нас сегодня первый урок с ней был, и там я почувствовала, что она сегодня умрёт. А она мне – не верит. Ещё и обиделась на меня… А до папы я дозвониться не смогла. Так бы он ей объяснил, что я не вру, и действительно таким даром обладаю, и вовсе не хотела её обидеть.

– Дела-а-а… – протянул я, вздохнув, – А ты уверена, что это именно сегодня должно произойти?

– Да! – решительно кивнула она, – Я даже увидела, как именно… У меня так впервые было… Её машина собьёт, когда она из школы домой будет идти после обеда. Большая такая машина. Грузовик. На пешеходном переходе.

– Ну, уже легче… – вздохнул я. Так хоть какая-то конкретика есть, и не придётся гадать, откуда угрозу ждать. Не нужно следить за ней в школе, достаточно лишь проводить после уроков до дома.

– Молодец, что предупредила меня, можешь не переживать больше. Я прослежу, чтобы твоя Анна Сергеевна без проблем до дома добралась, – потрепал я её по макушке, – Можешь бежать на урок.

– Спасибо, Миша! – тряхнула она косичками, и действительно побежала в свою школу, так как до конца перемены оставалось буквально пару минут.

***

Из-за операции по спасению учительницы мне пришлось свалить из школы с последних двух уроков, так как обед в младшей школе оказался в двенадцать часов, и после него уроков у Анны Сергеевны больше не было. Это хорошо ещё, что я решил на всякий случай перестраховаться, и точно узнать, сколько у неё уроков, а то вполне мог и опоздать со своей помощью, посчитав, что вполне успею её спасти по окончании своих уроков. После обеда же было сказано, а в моём понимании, это часа в три – четыре, а никак не в час.

В итоге, я сбежал с последних двух уроков, предупредив Настю, что ухожу по делам, и пошёл к главному выходу, и стал ждать эту Анну Сергеевну, предварительно на сайте школы посмотрев, как она выглядит.

Долго ждать не пришлось. Минут через пять после меня она выпорхнула из младшей школы, и, бодро стуча каблучками, пронеслась мимо меня. Явно куда-то спешит, а мне пришлось поломать голову, как быть достаточно близко рядом с ней, чтобы успеть спасти, и при этом, чтобы она не посчитала, что я слежу за ней и не напугать её.

В результате, я стал держаться метрах в пятнадцати за ней, а на пешеходных переходах сокращал дистанцию до минимума, после чего опять увеличивал дистанцию между нами, невольно любуясь её стройными ножками, выглядывающими из-под короткого, чуть выше колен, пальто.

Погода была уже вполне тёплая, где-то градусов пять тепла. Ярко светило солнышко, так что прогуляться было даже в удовольствие. Совсем ещё молоденькая, лет двадцати на вид, учительница изобразительного искусства, явно не опасалась никакой слежки, и быстро шагала, ни разу не оглянувшись за всё время пути.

Она, похоже, тоже радовалась хорошей погоде, а потому решила не пользоваться общественным транспортом, и прогуляться до дома пешочком. Минут через десять нашей прогулки она сняла с головы капюшон, освободила собранные в пучок волосы, и они русой волной упали на её спину. Чуть сбавила шаг, мелком глянула на себя в витрину какого-то магазина, довольно улыбнулась, и снова ускорилась. В общем, не похоже было, чтобы её хоть немного что-то тревожила. Видимо, предупреждение Люды она благополучно пропустила мимо ушей, посчитав это детской выдумкой.

Таким же быстрым темпом мы прошагали ещё минут десять, и я понял, что наша прогулка, похоже, будет долгой… А ведь я даже не обедал сегодня, и мой желудок начал всё активнее и активнее возмущаться таким издевательством над ним.

Как на грех, наш маршрут проходил мимо бесконечных кофеен, фастфудов и небольших ресторанчиков, которые по случаю обеденного времени исторгали из себя такие ароматы, что игнорировать их было очень тяжело.

Я тяжело вздохнул, и постарался абстрагироваться от всех этих завлекающих запахов, но тут учительница вдруг притормозила у одной из кофеен, нерешительно глянула на витрину, пару секунд простояла в задумчивости, как будто делая трудный выбор, но всё же занырнула туда.

Так, а мне теперь что делать? – замялся я. С одной стороны, там ей ничего не угрожает, и я вполне могу дожидаться её тут. С другой, кто её знает, сколько времени она там проторчит? Вдруг она решит там часа два просидеть, и что мне тогда, всё это время на улице торчать? Да и есть уж очень хочется… С третьей стороны, если я вдруг решу зайти, кофе глотнуть, она ведь вполне может и уйти, пока я буду заказ ждать. Вот ведь дилемма…

А, к черту! – решился я, и всё же решил зайти. В крайнем случае, потеряю деньги за кофе. Невелика потеря. А может, даже успею его с собой взять.

Я вошёл внутрь кафешки, и окинул её быстрым взглядом.

Небольшое, уютное помещение, на шесть столиков, три из которых были заняты, и ещё пара человек стояли перед кассой, делая заказ. Тут явно было самообслуживание. Анна Сергеевна уже явно успела сделать заказ, кинула сумочку на один из свободных столиков, и сейчас как раз возвращалась за своим заказом.

Я тут же отвернулся, и начал усиленно изучать меню, постаравшись сделаться как можно незаметнее. Вряд ли она, конечно, меня знает, но мало ли?

Учительница прошла совсем рядом со мной, обдав ароматом каких-то по весеннему нежных духов, забрала поднос с кофе и каким-то пирожным, и обдала меня цветочным запахом ещё раз, на обратном пути.

– Молодой человек, вы выбрали что-нибудь? – обратилась ко мне баристо, и ещё пару секунд подумав, я заказал себе большой латте и шоколадный кекс. Через пару минут заказ уже был готов, Анна Сергеевна явно никуда не торопилась, медленно попивая свой кофе, и что-то изучая в виртумме, так что у меня были все шансы спокойно поесть, и я расположился через один столик от неё.

– Ну, что же вы, Михаил. Не скромничайте. Вы столько времени шли за мной от самой школы, видимо, решив стать моим телохранителем, что вполне заслуживаете того, чтобы составить мне компанию за столиком, – ехидно вдруг обратилась ко мне девушка, и я чуть не обжёгся при этом. Кофе был прям кипяток. Похоже, шпион из меня вышел так себе.

– А может, мне с вами просто по пути, – проворчал я, но всё же перебрался к ней за стол, – И откуда вы меня знаете?

– Странный вопрос. Ну как же я могу не знать главу школьного дисциплинарного комитета? – развела она руками, – И не верю я в такие совпадения, что нам вдруг просто оказалось по пути, это за двадцать-то минут пешей прогулки. Не бывает так. Вот мне и стало любопытно, чем это я так заинтересовала школьный дисциплинарный комитет? Какие-такие прегрешения за мной выявили, что целый глава пошёл за мной следить?

– И вовсе я не слежу за вами, – буркнул я, поморщившись под её ехидным взглядом, – А скорее присматриваю. Зря вы словам Люды не поверили. Она и правда умеет чувствовать приближающуюся смерть. Дар у неё такой…

– Чушь! – фыркнула она, – Этот дар очень редкий, и если бы она им обладала, то об этом обязательно было бы указано в её личном деле. И такие дети учатся в специализированной школе, под присмотром психологов. Просто у девочки богатое воображение.

– Это не так, – вздохнул я, – Я не знаю, почему этой информации нет в её личном деле, это вопрос к её родителям, а не ко мне, но она действительно обладает этим даром. Проверено на личном опыте. Так что я на вашем месте лучше бы серьёзнее отнёсся к её словам. Не стоит играть с судьбой. Если есть хоть малейший шанс того, что она права, то лучше перестраховаться, и ехать дальше домой на такси, а ещё лучше даже на метро, чтобы наверняка не попасть под машину.

– Нету у меня лишних денег, на такси раскатывать, но вам, богатым детишкам, этого не отнять, – отрезала она, строго глядя на меня, – А в душном метро тащиться в такую замечательную погоду я не хочу. Да и до дома мне осталось совсем немного, так что, похоже, она всё же ошиблась. И, скажу откровенно, не верю я в подобные предсказания. В нашем магическом мире, конечно, многое возможно, но предсказание смерти – это какое-то шарлатанство, на мой взгляд.

– В таком случае, разрешите мне проводить вас до дома? Вот вместе и убедимся, шарлатанство это, или нет… – предложил я, допивая свой кофе.

– Хорошо, проводи, – устало согласилась она со мной, – Надеюсь, что это всё действительно лишь беспокойство за мою жизнь, а не попытка флиртовать. На всякий случай предупреждаю, молодой человек, что вы не в моём вкусе и слишком молоды для меня. Да и жених у меня есть. Это чтобы вы не строили напрасных иллюзий.

– По этому поводу вы можете не переживать, – поспешил заверить я её, – Я, знаете ли, не увлекаюсь девушками постарше, да у меня уже и есть девушка, которая мне нравится, так что всё это действительно лишь для того, чтобы помочь вам, если Люда всё же права окажется…

***

– Нам осталось лишь перейти дорогу, и я уже буду у своего дома. Вон он, уже виден отсюда, – махнула она в сторону узкой девятиэтажки, возвышающейся на окружающими её домами, – Так что, похоже, Людочка всё же ошиблась.

– Давайте, всё же, дойдём уже до конца, а там уже выводы делать будем, – предложил я, – Не исключено, что всё пошло не так из-за моего появления рядом с вами. Лишних пару минут из-за меня просидели в кафе, например, вот машина и проехала уже, пока мы сюда шли. Да и шли мы с вами сюда довольно медленно, и тормозили у каждого перехода. Так что, возможно, я уже спас вас, но мы об этом просто не знаем, – улыбнулся я ей.

Мы действительно притормаживали у каждого пешеходного перехода, и внимательно оглядывались по сторонам, прежде чем дальше идти. Вот и сейчас мы стояли возле пешеходного перехода, хотя он был нерегулируемый, и вполне можно было идти дальше.

– Ну, может и так. Мой спаситель! – лукаво улыбнулась она мне, взяла под руку, мы сделали шаг вперёд, и тут где-то рядом раздался рёв мотора, и из-за поворота на какой-то сумасшедшей скорости вывернула фура, чуть не перевернувшись из-за резкого манёвра, и помчалась прямо на нас.

Я моментально сдёрнул Анну с дороги, кинув её на тротуар, вот только на этом дело не закончилось… На середине дороги застыла какая-то мамочка с коляской, и в ступоре наблюдала за приближающейся к ней смертью…

Как я трансформировался в Берсерка, я и сам не заметил. Просто в какой-то момент мир вдруг как будто застыл на месте, моргнул, и затем события понеслись как бы даже не два раза быстрее, и отпечатались они в моей памяти какими-то фрагментами.

Вот я делаю прыжок вперёд, размахивая щупальцами. Вот, схватив щупальцами женщину и коляску, взмываю вверх, и фура проносится прямо под нами. Вот мы уже на тротуаре, мамаша достала из коляски малыша, и крепко обнимает его, а из её глаз градом катятся слёзы, и она благодарно смотрит на меня, я же сижу прямо на асфальте, и прихожу в себя после мощнейшего выброса адреналина, в окружении целой толпы людей.

– Миша, замёрзнешь! Пойдём уже! – вырвал меня из оцепенения взволнованный голос Анны Сергеевны, – Пойдём ко мне, я найду, что тебе накинуть на плечи. И чаем ещё напою. Ну и дела… Надо будет Людочке обязательно спасибо сказать, и конфет каких купить… Похоже, вы с ней и правда спасли сегодня жизнь. И не только мне…

Глава 23

– Ну, привет, звезда Сети, – донёсся из виртумма ехидный голос Демидова, когда я ехал в такси домой. Задерживаться я у учительницы не стал, хотя она и предлагала чаю попить, но зачем компрометировать человека? Скоро должен был её жених приехать, и хоть она и говорила, что он всё поймёт, но рисковать я не стал. Зачем рисковать получить конфликт там, где можно было его избежать? И нет, я вовсе не испугался его, как подумала наивная Анна Сергеевна, а просто не хотел, чтобы у неё из-за меня были неприятности, а потому просто одолжил у неё одежду, в которую еле влез, и сразу же вызвал такси, где меня и застал звонок друга.

Правда, ещё до того, как мы пошли к учительнице домой, нам пришлось дождаться полицию, и дать свидетельские показания. Впрочем, много времени это не заняло, полиция примчалась буквально через десять минут, нас быстро опросили, попросили расписаться в протоколе, который я внимательно прочёл, прежде, чем подписать, и нас отпустили. Совсем молодой ещё лейтенант, лет двадцати с небольшим, крепко пожал мне руку, поблагодарил за спасение людей, и даже какую-то грамоту, вроде как, пообещал, но это я уже пропусти мимо ушей, мне это было не интересно. Я не ради грамоты решил помочь.

– Ты о чём это? – не понял я приятеля.

– Ну, как же? Конечно же о ролике с твоим героическим спасением мамаши с ребёнком, ещё и столь эффектном. Между прочим, уже больше двух миллионов просмотров, хотя всего чуть больше часа прошло, как выложили видео в сеть. Говорю ж, звезда! – рассмеялся он, – Сейчас тебе ссылку скину, полюбуйся на себя.

Виртумм пискнул, оповещая о пришедшем сообщении, я скомканно попрощался с Серёгой, и полез смотреть, что он там мне прислал.

Ну, а что? В принципе, очень даже не плохо я получился, – мысленно резюмировал я, закончив просмотр ролика, снятый невидимым мне свидетелем происшествия. Судя по съёмке, он был где-то метрах в пятнадцати от произошедшего, снимал изначально как чёрная кошка пыталась охотиться на голубей, и совершенно случайно успел увидеть происшествие на дороге и заснять.

У оператора определённо оказался талант к съёмке. Он снял крупным планом выскочившую из-за поворота фуру, потом застывшую от ужаса мамочку с коляской, параллельно подходя ближе к месту событий и подбирая подходящий ракурс, благодаря чему моё появление вышло довольно эффектным. Он всё делал плавно, без резких движений и молча, из-за чего я так и не понял, кто это вообще снимал, парень или девушка. Ну, и впечатление от просмотра у меня было довольно двоякое…

С одной стороны, снял он или она произошедшее довольно профессионально, тут не поспоришь, а с другой… Там люди, блин, в опасности, а он видосики снимает. На чужой беде хайп ловит. Это ладно ещё, что я успел вмешаться, а если бы нет? Ненавижу таких уродов. Вместо того, чтобы хотя бы попытаться помочь тем, кто попал в беду, они сенсацию ищут… Уроды…

Я уже было собрался закрыть эту страницу, но тут заметил, что под видео ещё и комментарии есть, и их довольно много, уже больше трёх тысяч, и не смог удержаться, залез почитать.

***

Ангелочек17: Слава богу, спасли малыша! Мамаша дура какая-то, застыла на месте, и только глазами коровьими своими хлопала. Ей бежать надо было изо всех сил, ребёнка своего спасать, а она в ступор впала. Таким как она, похоже, вообще нельзя из дома выходить! Ну, и парень, молодец, конечно, хотя выглядит с этими щупальцами очень страшно… Кто-нибудь знает, кто это вообще такой? Есть у него страница в сети? Я бы зашла, спасибо ему написала. Вряд ли эта мамаша-дурочка догадается это сделать.

MarmeLadka – Ангелочек17: Тебя бы на её место, я бы посмотрела, как ты сама себя повела бы в такой ситуации! У человека стресс, такое с любым может быть! Сама ты дура, малолетняя «Злобный смайлик»

Иришка1313: Да хватит вам ругаться. Всё же хорошо закончилось. Парень молодец. Явно из героев. Хоть какая-то от них польза. Вот так им и нужно действовать. Не ждать очередных прорывов, а идти на улицы, людям помогать! Мне, кстати, тоже интересно, что это за парень. Почему-то у меня такое чувство, что я его уже где-то видела…

Ангелочек17 – MarmeLadka: Пошла в жопу, ясно? Твоё мнение мне не интересно. Похоже, ты просто молодости моей завидуешь. Видимо, сама старуха уже давно. Не пиши мне больше, дура тупая.

Ангелочек17 – Иришка1313: Да, мне тоже показалось, что я где-то видела его уже. Причём, совсем недавно. Сейчас попробую его найти в Сети.

DikiyZver: Тупые бабы даже тут ухитрились поругаться уже. Не зря всё же говорят, что бабы дуры не потому, что дуры, а потому, что бабы. А парень этот – новый герой, который недавно к одной из московских команд присоединился, и уже успел тут в устранении прорыва поучаствовать. Красавчег! Всем остальным героям с него пример надо брать!

Torkvemado – DikiyZver: И не говори, бро. Под какой ролик не зайду, везде эти девки ухитряются срач устроить. Главное, в жизни все друг другу мило так улыбаются, ми-ми-ми, чмоки, все дела, а за спиной, или тут, в Сети, срутся постоянно. Я почему-то уверен, что и видео это какая-то девка сняла, вместо того, чтобы попробовать помочь как-то людям. А парень, да – молоток! Круто он вытащил мамочку эту с коляской. Я уж думал всё, конец им, а тут он как выпрыгнул с этими щупальцами своими! Очень круто. Моё ему уважение. Надо будет поискать его страницу в сети. Парень заслужил, чтобы ему хотя бы спасибо сказали «три поднятых вверх больших пальца»

Ангелочек17: Да пошли вы оба знаете, куда? И тут со своим мужским шовинизмом достали! Мы между нами девочками сами как-нибудь разберёмся, нечего к нам со своим мнением лезть! Сами чуть-что – готовы друг другу морды бить, так что не вам нас учить! «Три яростных самйлика»

FialKa24: Я нашла его! Зовут Михаил Гончаров, участвовал в устранении уже нескольких Прорывов! А ещё он недавно крупный покерный турнир выиграл с большим призовым фондом и много денег получил. А на вручении приза, кстати, ещё один прорыв произошёл, и он там какую-то девушку, вроде, спас. Все видео, которые нашла с ним, залила в свой канал, заходите – смотрите, не пожалеете! Он – офигенный! И при этом, ему всего пятнадцать лет, он ещё школьник, прикиньте?! «Три удивлённых смайлика»

Respekt42 – FialKa24: Как это – школьник? Да ему на вид лет двадцать с лишним! Здоровенный такой лось. Не бывает таких школьников! У него рука толще моей ноги, а ведь я и сам далеко не маленький!

FialKa24 – Respekt42: И тем не менее, это так! Зайдите ко мне на страницу, посмотрите видео, там всё понятно станет! Он не маг, а сверх, и его способность – Берсерк, потому он и здоровый такой. Это его боевая форма, а в обычном состоянии он поменьше, хотя и всё равно выглядит старше своего возраста.

Ангелочек17 – FialKa24: Зашла, посмотрела и подписалась. Спасибо огромное! Действительно, классный парень. Такой молодой ещё, но настоящий мужчина! Даже щупальца его эти меня уже не пугают. Надо будет попробовать познакомиться с ним. Надеюсь, что у него ещё нет девушки «смущённый смайлик». Я бы не отказалась от такого парня «сердечко».

DikiyZver – Torkvemado: А ещё эти тупые дуры и тут нам, мужикам, пытаются рот закрыть. Они почему-то думают, что только они могут тут своё мнение высказывать, а все остальные должны молчать в тряпочку. Не понимают, что нам глубоко насрать на их мнение, и закрыть мне рот у них не выйдет!

Torkvemado – DikiyZver: Угу, ещё и меркантильные все. Даже тут, как только узнали, что парень покерный турнир выиграл с большим призовым фондом, так уже готовы чуть ли не искать его, чтобы себя ему предложить. Тьфу, противно. Ради денег на всё готовы.

RakitaOgnennaya – Torkvemado: Очередной нищеброд, жалующийся на меркантильность девушек. Я давно заметила, что если парень жалуется на меркантильность девушек, то это с гарантией означает, что сам он ничего из себя не представляет, зарабатывает копейки, и не в состоянии сводить девушку даже в средненький ресторан. А если и ведёт, то счёт пополам делит. Такие как ты не способны на настоящие мужские поступки, и вам не понять, что девушку привлекают в мужчине не его деньги и статус, а харизма, уверенность в себе, умение решать проблемы, а всё это сопутствует как раз успешным мужчинам, и с ними девушки чувствуют себя как за каменной стеной. У таких же как ты, нищебродов, нет ни харизмы, ни уверенности в себе, и вы всегда жалуетесь на свою ущербную жизнь и все вокруг у вас виноваты в ваших бедах, кроме вас самих, а потому и девушкам вы неинтересны.

Дальше на несколько страниц пошла сплошная ругань между девушками и парнями, превратившаяся чуть ли не в целую войну, и я уже решил закрыть эту страницу, как вдруг увидел коммент, показавшийся мне своеобразным приветом из прошлого.

AnkaFan: Всем привет! Я являюсь главой фан-клуба Дмитрия, главного героя сегодняшнего видео, так что все, кто хочет передать ему привет или спасибо, или просто интересуется его жизнью, можете заходить на мой канал, либо просто в качестве гостя, либо вступать в наш фан-клуб! В наших ближайших планах организация встречи с ним в Москве, где вы сможете пообщаться с ним, задать свои вопросы и даже взять автограф! Но это будет доступно только для участников фан-клуба! Спешите вступить, количество мест ограничено!

VesennyayaSakura: Так этот фанклуб аж в Сибири где-то! А у нас тут, в Москве, фанклуба Димы нет, хотя у многих героев они есть! Может, свой организуем? Если найдутся желающие, пишите мне в личку. Я готова заняться организацией процесса по его созданию. Мне кажется, Димочка заслуживает того, чтобы его фанклуб и в столице появился. Он уже в свои годы уже столько сделал для людей, сколько многие герои и за всю жизнь не делают.

После этого сообщения ещё на пару десятков страниц шло обсуждение на предмет создания клуба, и вступления в мой старый клуб, периодически скатывающееся в очередную ругань, но большинство комментаторов положительно оценили идею по созданию клуба либо вступлению в клуб, даже несмотря на то, что нашлись люди, которые вспомнили ту трагедию, где погибли и получили ранения десятки фанатов героев. Вспомнил об этом и я, что вовсе не способствовало моему хорошему настроению…

Я опять как будто пережил те мгновения, и почувствовал жгучий стыд за то, что за всё время, что нахожусь в Москве, ни разу даже не вспомнил про своих фанатов, и не позвонил Анне. Решат, что я свалил и предпочёл забыть про них, и будут недалеки от истины. Решено, сегодня же позвоню главе своих фанатов, и попрошу прощения, что так долго не выходил на связь. Может действительно организуем встречу где-нибудь здесь. Думаю, не составит труда найти в Москве подходящее помещение. Надо будет только программу действий продумать, и какие-нибудь сувениры приготовить. Впрочем, с этим Аня и без меня разберётся.

А вообще, даже удивительно, что они не расформировали клуб после того случая. Надо будет узнать, как там у них вообще дела. Может, помощь какая нужна…

К этому моменту число просмотров этого видео достигло пяти миллионов, я закрыл страницу, и мы как раз приехали к моему дому. Я расплатился с таксистом, и нехотя пошёл домой, уже привычно оглядываясь, ожидая нового нападения, и не замечая возможную слежку.

Вот странно, кстати, что моя невидимая охрана не стала вмешиваться в то происшествие с фурой. Ладно, они не успели среагировать на возможную опасность, но потом мы ждали полицию, и даже когда она приехала, они никак не отреагировали, когда меня стали допрашивать. Возможно, посчитали, что жизни моей ничего не угрожает, а потому и вмешиваться не стали?

Как бы то ни было, я спокойно, без происшествий, добрался до подъезда, и пошёл домой, где Астра с Никой уже наверняка в курсе случившегося, и теперь меня ждал допрос и с их стороны.

Интерлюдия

– Доча, ты там в школу не опоздаешь? Может, тебя подвезти? – заглянул в комнату встревоженный отец Кати, предварительно постучав, но не дождавшись ответа.

– Я успею. Всё нормально, не волнуйся. Сама доберусь, – холодно ответила дочь, даже не взглянув на него, накрашиваясь перед большим зеркалом.

– Ну, ладно… Тогда хорошего дня, – вздохнул он, и закрыл дверь, снова не дождавшись ответа, расстроившись, что опять его дочь превратилась в какую-то холодную статую, и почти не разговаривает с ним. И что у неё там в школе произошло? Она ведь так рвалась сюда, так просила его скорее перевестись на эту работу, и устроить её именно в эту школу. Так радовалась, когда у него всё получилось.

Впервые после смерти матери она стала с ним нормально общаться, улыбаться, строить какие-то планы. Но стоило ему показаться, что всё, наконец, наладилось, что всё плохое уже позади, как она сходила в эту школу, и опять превратилась в ледяную принцессу, не обращающую на него никакого внимания. Как бы узнать, что там у неё произошло? Сама она ни за что про это не расскажет. Впрочем, он об этом потом подумает, а сейчас пора уже было бежать на работу. Было бы неправильно опаздывать в первые же дни после перевода.

Катя услышала, как захлопнулась за отцом дверь, закончила краситься, и замерла, думая, что делать. Идти ли в эту дурацкую школу, или прогулять сегодня? Может, вообще попросить отца, чтобы он перевёл её в другую школу? Правда, будет трудно объяснить отцу, почему она так рвалась туда, а теперь вдруг передумала, но да плевать. Он и без объяснений сделает всё, что она попросит. Вот только не рано ли она решила сдаться?

Она была так счастлива увидеть Диму… Так долго этого ждала… Представляла себе их встречу. Думала, что и он будет рад её видеть, а он… Был так холоден с ней, и ясно дал понять, что уже нашёл другую… Кобель!

Катя в ярости схватила помаду, и чуть не запустила её в зеркало, и еле-еле сумела сдержать себя.

– Ненавижу! – прошипела она, глядя в зеркало, и представляя себе, с каким бы удовольствием она бы вонзила нож в сердце этому предателю. А ещё той девке, с которой он общался все перемены между уроками. Кажется, её Настя зовут? Нет, так просто она не отступит! Либо он станет её, либо никому не достанется! Она обязательно придумает, как его вернуть, или уничтожить вместе с той девкой!

Не для того она приложила столько усилий ради того, чтобы оказаться ради с ним, чтобы теперь просто сдаться и перевестись в другую школу! Не дождётся! Она ни за что не отступит! Он ещё не знает, с кем связался!

Вот только одной ей трудно будет что-то там сделать… Хотя у неё и в прошлой школе не было друзей, но были хотя бы союзники и должники, которых можно было использовать в своих целях, тут же – ни одного знакомого…

Катя задумчиво прикусила губу, пытаясь придумать, как ей быть… Нужны союзники… Вот только где их взять? Для начала надо будет собрать все слухи, касающиеся Димы. С этим проблем быть не должны. Наверняка многие одноклассники попытаются подружиться с ней, и расскажут ей все сплетни класса. Вчера многие из них пытались подружиться с ней, и она никого не стала отталкивать. Всем улыбалась и отвечала на их дурацкие вопросы. Пусть думают, что она тоже хочет с ними подружиться. Вот у них она и узнает насчёт Димы. С кем он дружит, с кем – конфликтует. Непохоже было, кстати, что одноклассники к нему хорошо относятся. Кроме той девки и Демидова она рядом с ним никого и не видела.

Ещё она успела заметить, какие взгляды на Диму и Настю бросала девушка с первой парты. Кажется, её зовут Юля, и ничего хорошего в этих взглядах она не увидела. Явно та затаила на них какую-то злобу, и осталось только выяснить, что между ними произошло? Может, удастся заполучить в её лице союзника? Главное только, чтобы она тоже не имела виды на Диму, иначе и ей несдобровать…

Набросав себе план действий, Катя ещё раз взглянула в зеркало, убедилась, что выглядит, как всегда, безупречно, и вышла из комнаты. Она не любила опаздывать, и пора было поторопиться. К тому же, её ждало очень много дел… Она не собиралась затягивать с вопросом возвращения Димы в стойло, и та девка не сможет ей помешать!

Глава 24

Следующий день в школе начался довольно неожиданно.

Впервые за то время, что я нахожусь здесь, директор объявил общешкольную линейку перед началом уроков, и когда мы все выстроились в огромном холле, вместе с директором к нам пришёл толстый полковник полиции.

У меня промелькнула было мысль, что это по мою душу, припомнив то обещание лейтенанта насчёт грамоты, но, чуть подумав, я отбросил его в сторону. Слишком мало времени прошло со вчерашних событий. Зная, как работает наша полиция, я глубоко сомневался, что они стали бы меня награждать, не дождавшись даже направления дела в суд. Но я ошибался, пришли, всё же, по мою душу.

Директор быстро представила нам гостя, оказавшегося замом кого-то там по чему-то там, все эти наименования буквально сразу же вылетели у меня из головы, и тот разразился речью, минут так на двадцать, в которой рассказывал, как же важно с молодых лет проявлять свою гражданскую сознательность, без колебаний самоотверженно приходить на помощь попавшим в беду людям, как сделал их коллега в деле получения знаний, Гончаров Михаил.

Понятное дело, что я весьма существенно урезал его речь, но ничего интересного в ней больше не было, одна вода. А вот дальше он перешёл к самому интересному, моему награждению. И вручили мне не только обещанную грамоту, но ещё и медаль «За спасение человека», и именные механические наручные часы, под названием «Ракета». Очень крутые. Я аж залюбовался на строгий циферблат и поздравительную надпись, где были указаны мои имя и фамилия. Удивительно, как они успели сделать гравировку за такое короткое время?

Я, конечно, не ради награды всё это сделал, о чём и заявил в ответной речи, но, что скрывать, получить подобное было очень приятно. А ещё вызвало мимолётное удивление то, что за все свои участия в Прорыве, где были спасены сотни, если не тысячи, жизней, я не получил ничего, а тут за двух человек целую медаль выдали.

– А чего ты удивляешься? – пожал плечами Демидов, когда я поделился с ним этим мнением на одной из перемен, – Ты видел, сколько просмотров под твоим видео? Уже больше ста миллионов! В полиции же целое управление есть, которое занимается тем, что отслеживает подобные случаи, вызвавшие большой общественный резонанс, вот они и подсуетились. Решили наградить тебя тогда, когда интерес к этому случаю и тебе не угас, чтобы получить свою порцию славы. К тому же, Прорывы относятся не к их ведению, а к министерству обороны и к имперской службе безопасности. Если тебя и должны наградить за них, то кто-то из этих служб.

– Теперь понятно, почему такая спешка была с награждением, – прозрел я, – А я-то удивлялся такой оперативности, а тут чистый расчёт получается.

– Ну, да, – кивнул Серёга, – Но тебе грех жаловаться. Не пришлось полгода ждать награды.

– Да пофиг на награду, – отмахнулся я, – Я не ради неё старался. Но часики зачётные, да и медаль тоже очень даже ничего, – покосился я на свою грудь, куда мне её полковник и нацепил, на школьный пиджак. Сегодня ещё покрасуюсь в ней, а вечером сниму. Дома пусть лежит.

– Зачётные? Причём здесь какие-то зачёты? – не понял меня Демидов.

– Не обращай внимания, оговорился, – отмахнулся я, и мысленно поморщился. Похоже, личность того старика всё активнее лезла на первый план. Я его «тем стариком» уже просто по привычке звал, а на самом деле уже полностью отождествлял себя с ним. Надо будет следить за своей речью, чтобы таких косяков не допускать, – Шикарные, я имел ввиду.

– Ну так Ракета же! – тоном знатока отозвался Серёга, завистливо покосившись на них, – Корпус из золота, сапфировое стекло, алмазные вставки в циферблат, точнейший механизм с автоподзаводом. Считаются одними из лучших в мире, и очень дорогие. Даже мне такие пока не по карману.

– Ничего себе! – проникся я, – А ты откуда всё это знаешь?

– Ты чего? Это же статусная вещь! – удивлённо покосился на меня друг, – Нам с тобой по статусу положено знать такие вещи.

– Забыл, – развёл руками я, – Ты же помнишь, что у меня проблемы с памятью?

– Блин, точно! – хлопнул он себя по лбу, – Представляешь, забыл! Кажется, что это так давно уже было…

– Привет! Поздравляю! Мой герой! – обнял вдруг меня сзади кто-то, и поцеловал в щёку, но я сразу понял, что это Настя, даже когда ещё не видел её. Аромат духов её выдал, который я давно уже ассоциировал с ней. Она была весьма постоянна в своих вкусах, и пользовалась какими-то очень нежными, с еле уловимым цветочным запахом, духами, в отличие от большинства моих одноклассниц, которые предпочитали весьма приторные ароматы, которые аж били в нос.

– Привет, спасибо, – улыбнулся я ей, она подтащила свободный стул, и уселась рядом со мной. Сразу после линейки она убежала по делам комитета, так что мы толком и не виделись ещё.

– Что-то ты долго. За тобой ведь первый урок только был закреплён на дежурство? А сейчас уже два урока прошло. Что-то случилось? – включил я в себе начальника.

– Нет, всё норм, не переживай, – отмахнулась она, – Просто следующей Юля должна была дежурить, а она заболела, вот я за неё и отдежурила. Ничего страшного. Всё равно вторым уроком география была, а у меня с ней проблем нет.

– Понял, но как-то не нравится мне, что мы стали регулярно уроки пропускать с этим комитетом. Как бы у нас потом проблемы из-за этого не возникли, – обеспокоился я, причём, не за себя. Мне-то пофиг на эти пропуски, но не хотелось бы, чтобы у других из-за этого проблемы появились. Тут я помочь ничем не смогу. Если только не попробовать прижать директора.

– Ну, а что делать? – пожала плечами Настя, – Впрочем, не вижу ничего страшного. Не так уж много мы и пропускаем. На успеваемости это пока никак ни у кого не сказалось, я отслеживаю эти моменты.

– Ну, ладно… – задумчиво протянул я, наблюдая, как Катя вдруг встала со своего места, и решительно направилась ко мне.

– Поздравляю с наградой! – выпалила она, подойдя ближе, и не успел я ей даже спасибо сказать, как она наклонилась, и поцеловала меня в щёку. Уклониться я не успел, да и слишком это нелепо выглядело бы.

– Спасибо, – сухо поблагодарил я, раздосадованный тем, что она, похоже, не сделала выводы из моих слов, что мне нравится другая. Похоже, всё же решила бороться за меня. И как бы ей объяснить, что мне подобное внимание с её стороны неприятно?

Я покосился на Настю, но она, вроде, спокойно отнеслась к её выходке. Хотя, в принципе, она ведь ничего и такого и не сделала… Всего лишь поздравила меня. Вот если бы она в губы меня поцеловала, то вот тут уже точно что-то нужно было бы делать.

– Не хочешь как-нибудь отметить свою награду? – улыбнулась она мне, – может, сходим куда-нибудь в выходные, отметим?

– Извини, но у меня уже есть на выходные планы, – мягко отказал я ей.

– Жаль… – поникла она, и пошла на своё место.

– У тебя планы? – тихо мурлыкнула мне на ухо Настя, – А я надеялась, что мы сходим с тобой куда-нибудь…

– Обязательно сходим, – решительно кивнул я, – Для тебя у меня всегда время найдётся.

– Очень… приятно это слышать, – смущённо улыбнулась мне она, и тут прозвенел звонок на урок.

***

– Собирайся и поехали! – символически стукнув в дверь, заглянула ко мне Астра, спустя буквально пару минут после того, как я обессиленно рухнул на свою кровать. День сегодня какой-то суматошный вышел. Сначала линейка та, потом, к концу уроков, меня вызвала к себе директор, ещё раз поздравила меня с наградой, и стала дотошно расспрашивать об успехах дисциплинарного комитета.

Потом, уже после уроков, по пути домой сделал то, что собирался сделать ещё вчера. Позвонил главе своего фанклуба, Ане, и проболтал с ней всю дорогу. Она без проблем приняла мои извинения за то, что я совсем забыл про них, и мы долго обсуждали, как бы нам устроить встречу с моими фанатами здесь, в Москве. Понятное дело, что из моего родного города мало кто сможет приехать, но сама Аня обещалась быть, да и тут, оказывается, уже многие онлайн вступили в клуб, и жаждут встречи. Пришлось пообещать помочь ей с организацией, и подыскать подходящее помещение. Она же взяла на себя остальные организационные моменты, в том числе, заказ всевозможной сувенирной продукции.

Затем, как только я пришёл домой, за меня взялся Арх, не оставивший попытки сделать из меня приличного мага, несмотря на то, что император пообещал ему найти сильного мага в качестве нового носителя. Но Арх справедливо заметил, что обещанного три года ждут, а у него нет столько времени, а потому от меня он не отстанет, пока находится со мной. Пришлось приниматься за дело. Медитировать, осваивать новые техники, расширять ядро… Хоть физически от этого и не устанешь, но морально я вымотался неимоверно, а тут ещё Астра вдруг чем-то озадачить хочет…

– Куда это? – с подозрением поинтересовался я, и не думая вставать.

– Туда это! – язвительно ответила она, уперев руки в боки, – У нас вечерняя тренировка, и ты тоже в ней участвуешь. Учитывая твой талант влипать регулярно в неприятности, я решила, что не лишним будет тебя малость потренировать, а то ты совсем скоро жиром покроешься. Валяешься, вон, по пол дня без дела, – безосновательно обвинила она меня, отчего я чуть не задохнулся от возмущения. Но пока я подбирал слова в ответ, она уже закрыла дверь.

– Вот жешь… – прошипел я сквозь зубы, но с кровати всё же сполз. Потом объясню ей всю глубину её заблуждений. В крайнем случае, использую шантаж. Пригрожу, что буду оставлять без ужина, если продолжит издеваться надо мной. Хотя-я-я… Вряд ли её этим можно остановить. Он же не Ника. Это та за еду родину продаст. Для Астры нужно что-то другое…

***

– Где это мы? – удивился я, вылезая из машины, потягиваясь, и осматривая окрестности. В автомобиле меня вырубило, едва мы отъехали, и сейчас я даже примерно не представлял, в какую часть города меня занесло, да и в городе ли мы вообще?

Почему-то я был уверен, что мы едем в офис героев на очередную виртуальную тренировку, но это оказалось не так. Мы оказались перед длиннющим сплошным металлическим забором, с проходящей сверху него колючей проволокой, и теряющейся на его фоне дверью, такого же цвета, как сам забор. Если бы рядом с ней не толпилась остальная команда Астры, я бы её и не заметил.

– А вы что-то не торопились, – проворчала Молния, когда мы подошли к ним. Ника, кстати тоже была с нами, но привычно молчала, – Сама просила не опаздывать, и сама же на полчаса опоздала! Там нас, наверное, и не ждёт уже никто.

– Всё нормально. Я специально назначила вам время сбора на чуть пораньше, чтобы мы точно не опоздали, – спокойно ответила Астра, и, не обращая внимания на возмущённое шипение Молнии, подошла к калитке, и нажала на кнопку звонка рядом с ней.

Я же пока подошёл к мужикам, и поздоровался с каждым за руку, кивнув при этом Тиссе, как обычно что-то увлечённо изучающую в виртумме. Но мой кивок она всё же заметила, и тоже коротко кивнула.

– Проходим, не задерживаемся! – скомандовала Астра, когда дверь тихо пискнула, и открылась. Мы переглянулись, но всё же подчинились произволу начальства, и зашли внутрь.

– Это что ещё за хрень? Нас что, в армию решили отправить? – не смог сдержать возмущённого вопля нервно оглядывающийся по сторонам Тень, и я понял его изумление.

Мы оказались на каком-то огромном тренировочном полигоне, в разных частях которого сейчас находились несколько сотен солдат, которые под руководством инструкторов отрабатывали разные элементы. Кто-то штурмовал высокие деревянные щиты, подсаживая друг друга, и шустро перебираясь через них, кто-то наматывал круги вокруг полигона, кто-то занимался единоборствами, кто-то проходил полосу препятствий. Да много чем ещё тут занимались. И отжимались, и подтягивались, и дрались и так далее, и тому подобное. Всего я даже разглядеть не успел, так как мы шустро зашагали к виднеющемуся вдалеке двухэтажному кирпичному зданию.

– Не ссы, малой. Если и пойдём в армию, то всей командой, и мы не дадим тебя тут в обиду, – прогудел Медведь под смешки остальной команды, и ободряюще похлопал по плечу Тень своей здоровенной ручищей, отчего тот аж присел.

– И на том спасибо, – проворчал он, потирая рукой плечо.

– Не за что! Обращайся! – радостно оскалился Медведь, и хлопнул его по спине, и бедолага аж пополам согнулся от такой поддержки.

***

– Ты кого мне привела? Ну и сброд. Жалкое зрелище. А ведь это, типа, цвет нации. Герои! – насмешливо протянул здоровенный, под два метра роста, лысый дядька, с широченными плечами и огромными мускулами, которые были прекрасно видны благодаря тому, что он был одет в зелёную майку, ничуть не скрывающую мощный рельеф его фигуры.

Мы уже успели переодеться в выданную нам тут же камуфляжную форму, и выстроились перед ним в спортивном зале в каком-то подобии строя.

– И вот из них я должен за несколько занятий сделать настоящих бойцов? – повернулся он к стоявшей сбоку от него Астре. Она лишь улыбнулась и кивнула ему в ответ.

– Да тут только вон тот здоровяк что-то из себя представляет, – ткнул он пальцем в сторону Медведя, – Да вот этот парень ещё перспективный, вроде, – показал уже на меня, – Над остальными же надо с год работать, чтобы к нормальной форме их привести.

– Это что ещё за представление вы тут устроили? – не выдержала, и взорвалась Молния, – Я никому не позволю себя оскорблять! Слышь, урод, если ты думаешь, что твоя мускулатура спасет тебя в схватке со мной, то ты глубоко ошибаешься! Да я за секунду спалю тебя к хренам! Героям он тут замечания решил сделать… А сам из себя и не представляет ничего. Бездарь. Уй! – со стоном согнулась тут она, так как подошедший к ней здоровяк просто ткнул её пальцем в живот, и её тут же скрючило пополам.

– А ударь я этим же пальцам в шею, то ты бы была уже мертва, и никакие твои способности не спасли бы тебя, – прошипел он ей сквозь зубы, склонившись над ней, – Привыкли полагаться на свою магию, а без не неё ничего из себя не представляете… Вы хоть знаете, что существуют специальные артефакты, которые блокируют магические способности? И что вы будете делать, если попадёте под их действие?

– Убегать, – буркнул Тень, не сдержав язык за зубами.

– Убегать? – перевёл на него тяжёлый взгляд инструктор, – Отличный вариант. Убегай, – махнул он рукой в сторону выхода из зала, – Посмотрим, как это у тебя получится.

– Да без проблем! – набычился Тень, и вышел из строя, – Три секунды, и меня тут не будет.

– Ага, если только ты умеешь бегать быстрее пули, – оскалился здоровяк, и вытащил откуда-то из-за спины здоровенный пистолет, – Беги… Я даже дам тебе фору в две секунды.

– Пожалуй, воздержусь, – неожиданно довольно разумно вдруг дал заднюю Тень, и встал обратно в строй.

– Внимание, ушлёпки! – взревел тут лысый, окинув нас мрачным взглядом, – Весь полигон прикрыт антимагическими артефактами, так что воспользоваться вашей дебильной магией у вас не выйдет. Но если у кого-то из вас есть желание уйти отсюда, то дверь там, – махнул он пистолетом в сторону выхода, – А в руках у меня Зверобой сорок пятого калибра, – продемонстрировал он нам свой монструозный пистолет, – Даю две секунды фору, и выстрелю всего три раза. Есть желающие испытать свою удачу? Если вы переживёте подобное, то значит, занятия со мной вам и не требуются, и вы сможете спокойно свалить отсюда. Ну что, кто-нибудь рискнёт? – презрительно глянул он на нас.

И так что-то он меня выбесил всем этим своим поведением, что я молча вышел из строя, скинул с себя камуфляжную куртку, мгновенно трансформировался в Берсерка, и обвил туловище и шею щупальцами.

– Ну я, допустим! – рыкнул я ему сверху вниз, мрачно глядя на этого придурка, который ошарашенно смотрел за моими метаморфозами.

– Это что ещё за хрень? – озадаченно пробормотал он, подошёл ко мне, ткнул пальцем в одно из щупалец, и тут же шустро упал на пол, уворачиваясь от хлестнувшего по нему щупальцу, недовольного таким бесцеремонным обращением. У меня появилось огромное искушение отвесить ему мощного пинка вдогонку, но я с ним справился, хоть и с трудом.

Уже через секунду он вскочил на ноги, и опять подошёл ко мне, внимательно меня рассматривая, но уже не рискуя трогать меня.

– Вот это мощь! – восторженно выдохнул он, и моя неприязнь к нему немного уменьшилась, – Да против тебя, парень, надо на танке выезжать!

– Не поможет, – ухмыльнулся я ему в лицо.

– Что, и снаряда выдержит? – кивнул он на мою живую броню.

– Возможно, – уклончиво ответил я, – Но я предпочитаю под них не подставляться.

– И правильно делаешь, – хмыкнул он, – Но я правильно понял, что пистолетные пули для тебя не проблема?

– Ага, – ещё шире ухмыльнулся я, и тут же он выстрелил в меня несколько раз в упор, я даже дёрнуться не успел. Причём, стрелял он явно стараясь попасть между щупальцами, но, к счастью, кожа выдержала попадания, хоть это и было немного больно. Гораздо веселее было то, что пули срикошетили и полетели в разные стороны, и вся команда дружно бросилась на бетонный пол, спасаясь от выстрелов. Только здоровяк и я остались на ногах.

– Шикарно! – оскалился вдруг в довольно усмешке инструктор, – Для тебя, парень, у меня будет особая тренировка. Тебе понравится! – подмигнул он мне, но я, почему-то, ему не поверил…

Глава 25

– Твою мать! – выдохнул я, поморщившись от прилетевшей в бок пули, и спрыгнул в траншею, уходя из-под обстрела, быстро перебежал в её дальний конец, и спрятался за наваленными покрышками. Не знаю, защитят ли они от пуль, но мне нужна была пауза, чтобы прийти в себя, и придумать план действий.

– Да не идите вы толпой! Рассредоточьтесь! Чего вы как бараны в стадо сбились? – донёсся до меня рык лысого, который руководил действиями остальной нашей команды, выступающей сейчас в роли загонщиков.

Этот придурок придумал занимательную игру. Привёл нас на полигон за здание, где сейчас никого не было, и который был изрыт и застроен всевозможными сооружениями от траншей и блиндажей, до бетонных бункеров, заграждений из колючей проволоки и ежей, наваленных мешков с песком и куч покрышек, и решил сделать из меня дичь, на которую будет вестись охота.

Выдал всем, кроме меня, по автомату, своим внешним видом напоминавший автомат Калашникова, но массивней на вид, и дал вводную – команда должна была загнать меня в один из углов полигона, где находился развевающийся флаг, а я должен был этого не допустить, но атаковать загонщиков мне было нельзя.

Используя защитные сооружения полигона, я должен был укрываться и ускользать на них, и продержаться таким образом пол часа, при этом, причинять вред загонщикам мне было нельзя.

Я так и не понял, какой толк мне от этой тренировки. Ладно, если бы наоборот, мне нужно было бы добраться до флага, а им этого не допустить, тогда в этом была бы какая-то логика, а так? Ничего не понимаю… Автоматы, кстати, были заряжены боевыми патронами, и попадать под эти выстрелы мне вовсе не хотелось. Щупальца справлялись с попаданиями, но даже через них было довольно больно. Чисто теоретически, кожу они тоже не должны были пробить, но проверять, почему-то, не хотелось…

– Нашла! – радостно крикнула Молния, и выпустила длинную очередь в то место, где я был буквально долю секунд назад.

Перепуганным зайцем я метнулся в сторону, каким-то чудом, не иначе, увернулся от очереди Медведя, перепрыгнул через укрепление из мешков песка, металлических ежей и покрышек, и выскочил прямо на Астру, которая мило мне улыбнулась, и разрядила в меня целый рожок. В упор…

Я только и успел, что поднять руку вверх, прикрывая глаза, и дождь из свинцовых пуль обрушился на моё многострадальное тело. Удары прилетали в грудь, в живот, в ноги и руки, и били с такой силой, что каждое попадание вызвало вспышку боли. Я попытался дёрнуться в сторону, и тут же с той стороны на меня обрушился ещё один град ударов, и со спины…

Окружили… – понял я, чувствуя подступающее раздражение, и тут мне прилетел мощнейший удар в затылок, после которого я впал в состояние просто какого-то неконтролируемого бешенства. Осознание того факта, что меня могут сейчас убить, причём, не в реальном бою, а в какой-то тупой тренировке, от рук своих же товарищей, снесло просто все тормоза в моём мозге…

На глаза опустилась какая-то кровавая пелена, и то, что происходило дальше, я потом вспомнил лишь обрывками.

Вот на меня выскочил Медведь, но уже через секунду я вырвал у него из рук автомат, а самого его отправил пинком в полёт, вот от меня убегает Тень, но я догнал его, и уже чуть не опустил ему на затылок кулак, как он вдруг исчез куда-то, вот я огромным прыжком переместился к прятавшейся бетонном бункере Молнии, получил от неё разряд прямо в грудь, но он даже не притормозил меня, и мои щупальца метнулись в узкую щель бойницы под визг девушки.

В следующем кадре Ника попыталась покрыть меня ледяной коркой, но я без проблем сломал её, и она тысячами осколков обрушилась на землю. И всё это сопровождалось звуками выстрелов и почему-то взрывов, дикими криками, чьим-то рёвом… Не знаю, сколько времени это всё продолжалось, но в какой-то момент у меня вдруг потемнело в глазах, и я отключился.

***

– …половина укреплений раздолбана, три автомата восстановлению не подлежат, ещё один требует ремонта… И как я за них отчитываться буду? Это ещё хорошо, что из людей никто не пострадал, а то задолбался бы отписками заниматься, – бубнил над ухом чей-то смутно знакомый голос.

– Ну, а кто в этом виноват, Сильвер? Я же поняла, что ты задумал. Сам ведь хотел растормошить парня, вот и растормошил на свою голову. К чему теперь эти жалобы? – возразил ему кто-то голосом Астры.

– Да кто ж мог знать, что он в таком молодом возрасте настолько силён? Я примерно представляю силу Берсерков в его возрасте, там и близко подобного нет! Далеко не каждый взрослый Берсерк такой силищей как у него обладает! Предупреждать же надо!

– Ну, извини! Я в отличие от тебя раньше с Берсерками не сталкивалась, и сравнивать мне было не с чем!

– Так! – громко произнёс третий голос. Какой-то незнакомый, старческий, – Нашли, где ругаться! Либо вон отсюда оба, либо молча сидите!

– Молчу-молчу! – сбавил тон лысый, – Извините, Пётр Захарович.

– Вот и молчи! И вы, барышня, тоже помалкивайте! Больному покой нужен, а не ваши разборки слушать!

– А вы думаете, он нас слышит? – с сомнением спросила Астра.

– Веки дёргаются, дыхание изменилось, почти не слышным стало. Скорее всего, в себя приходит, а мы ему сейчас немного поможем… – проскрипел голос, и тут какой-то резкий запах шибанул мне в нос, да так, что я аж сел, и заморгал заслезившимися глазами.

– Лучше всякой магии работает, – усмехнулся какой-то старик в военной форме, с погонами майора, убирая тёмный пузырёк с неизвестным мне содержимым, – Ну-с, молодой человек. Как вы себя чувствуете?

– До этой газовой атаки вполне нормально было, а сейчас – не уверен, – просипел я.

– Шутим? Это хорошо. Значит, на поправку идёте, – с чего-то решил старик, что я шучу. Подошёл ко мне поближе, заглянул в зрачки, пощупал пульс, поводил перед моими глазами пальцем из стороны в сторону, и приказал не сводить с него взгляд.

– Здоров! – резюмировал он, – Никаких отклонений не вижу. Сотрясения нет. Пульс и давление в норме. Можно, конечно, было бы и до завтра его оставить у нас, понаблюдать, но, честно говоря, не вижу в этом необходимости. Берсерки всегда отличались отменным здоровьем и бешеной регенерацией, так что можете везти его домой.

– Спасибо, Пётр Захарович, – встала с небольшого диванчика Астра, и следом за ней поспешил вскочить тот здоровяк, которого она Сильвером обозвала, – Мы так и сделаем.

– Вот и отлично. Валите уже, – отмахнулся от благодарностей старик, и прошаркал к небольшому столу, стоявшему у окна, – Некогда мне. Мне ещё кучу бумажек за сегодня заполнить надо за время ночного дежурства.

Я встал с чего-то, похожего на кушетку, поблагодарил старика за помощь, на что он лишь кивнул, уже проглядывая какие-то бумаги, и мы втроем вышли из медицинского кабинета.

– Миша, ты как? Идти можешь? – с тревогой спросила Астра, – Или помощь нужна.

– Справлюсь, – проворчал я, – Лучше расскажите, как там наши? Никого я не покалечил? И очень хочется знать, в чём же всё же был смысл этой тренировки, на которой я чуть не поубивал вас всех? И, кстати, ту очередь в упор я тебе ещё припомню. Приятного мало было, знаешь ли. А если бы ты меня убила случайно? Ещё и улыбалась так загадочно при этом.

– Сильвер сказал, что эти выстрелы тебе не страшны, что ими тебя не взять, и так и вышло, – поспешила оправдаться она, – Главное было, в лицо не стрелять, чтобы случайно глаза не попасть. Вот с ними было неизвестно, выдержат или нет. С нашими всё в порядке, никто не пострадал. Зачем всё это было нужно, тебе Сильвер сам расскажет, – покосилась она на своего приятеля, который решил проводить нас до машины.

– Хорошо. Но сначала объясните мне, каким образом наши уцелели, если я, например, точно помню, как отправил в полёт Медведя, и как чуть не опусти кулак на голову Тени, который вдруг исчез передо мной? Магия же отключена, вроде как была? И почему Сильвер, кстати?

– Сильвер – это привет из прошлого, так сказать, – хмуро произнёс инструктор, – После одной из вылазки к пиратам получил. Но подробности не могу рассказать. У тебя нет нужного допуска. Антимагический артефакт на полигоне перед тренировкой я отключил, иначе без жертв точно не обошлось бы. А насчёт смысла тренировки… Скажи мне, кто такие Берсерки? В чём их ключевое отличие от остальных сверхов?

– Берсерки – это сверхи, чья сила завязана на грубую физическую мощь и неуязвимость, и зависит от нашей злости. Обычно для того, чтобы впасть в состояние Берсерка надо хорошо так разозлиться, но у меня в последнее время и без этого получается Берсерком становиться, – похвастался я.

– И очень плохо, что получается. В этом вся твоя проблема! – рыкнул Сильвер, ткнув в мою сторону пальцем, – Вот именно, что вся ваша сила целиком завязана на вашу злость, всплеск адреналина! Для того, чтобы тебе расти в силе, тебе нужно быть более эмоциональным! Злиться, ненавидеть, включать ярость на полную катушку! А ты что делаешь? Я видел видео с твоими действиями при прошлом прорыве, и как ты спасал женщину с ребёнком на днях. У тебя же там адреналином и не пахнет, сплошной голый расчёт! Как ты собираешься расти в силе, если своей силой как таковой ты не пользуешься? Тебе надо буквально сгорать от ярости! Дышать ею! Задыхаться от неё! А ты что делаешь? Вообще не испытываешь злости, судя по всему, уже давно. Потому твоя сила и не растёт больше. Вот для того, чтобы малость встряхнуть тебя, и дать толчок для развития способностей, я и придумал такую тренировку, где тебе нельзя было атаковать, а только убегать… И это сработало. Даже сильнее, чем я ожидал. За сломанные автоматы, я, конечно, по шапке получу, но это мне твоя опекунша потом отработает.

– Это каким это образом? – с подозрением уставился я на его хитрую физиономию.

– Да уж не тем, о котором ты подумал! Но мне нравится ход твоих мыслей! – хохотнул он.

– Стоп! – вдруг понял я, что ещё мне показалось странным, – Так получается, вы заранее смотрели видео со мной? А я был уверен, что вы видите меня впервые. Так натурально удивились моей трансформации в Берсерка и щупальцам.

– Естественно, видел. Должен же я был знать, кого ко мне везут, и с чем мне работать предстоит? Но одно дело, в сети смотреть, и другое – в живую увидеть, – рассмеялся он, и тут же посерьёзнел, – Всё. Валите уже отсюда. У меня дел полно, а я с вами тут кучу времени потерял. Бывайте, – и он развернулся, и ушёл быстрым шагом от нас, не дожидаясь ответа, когда мы как раз подошли к машине, в которой на заднем сидении спала Ника.

Вся остальная команда, оказывается, уже свалила по домам, была уже глубокая ночь, так что мы поспешили последовать их примеру.

***

– Два этажа. На первом огромный зал, где поместится человек пятьсот спокойно, на втором – банкетный зал на двести человек. Сам решишь, будешь банкет устраивать для избранных, или ограничишься автограф-сессией и общением в зале. Ведущих я тебе с радио организую. О цене на всё я уже договорился. Мне, как Демидову, хорошую скидку сделали. Если решишь устроить банкет – предупредить надо за неделю. Охрану заведение предоставляет свою, она входит в стоимость аренды. Вроде, всё, – неуверенно закончил Серёга, которого я попросил подыскать подходящий вариант для встречи со своим фан-клубом, и он буквально за пару дней подыскал мне несколько вариантов, правда, я ещё ничего не смотрел, так как совсем зашивался с делами.

С той тренировки прошла неделя, и я, когда окончательно пришёл в себя, понял, что моя сила довольно существенно возросла после неё. Мы ещё раз потом ездили туда на тренировку, но в этот раз обошлись без столь экстремальных методов. Я лишь проверил, насколько возросла моя сила, и на что теперь способен, и результаты меня очень даже порадовали. Никогда не думал, что скажу это, но даже появилась идея повторить как-нибудь тренировку.

– Когда можно будет посмотреть? Сам не бывал ещё там? – устало уточнил я у него, буквально развалившись на парте.

– Нет, но собираюсь после завтра туда съездить. Поедешь со мной?

– Постараюсь, но не знаю, получится или нет, – с сомнением покачал я головой, – Давай так. Если не получится – перенеси встречу на выходные. Вот там я точно смогу. И спасибо тебе!

– Да не за что! Обращайся, – ухмыльнулся он, – Мы с Лизой… С моей Лизой, естественно, а не с нашей старой подругой, в выходные в кино собираемся. Не хотите с Настей с нами сходить?

Я бросил взгляд на пустующий стул девушки, которая сегодня, почему-то, не пришла в школу, и украдкой вздохнул.

– Я-то не против, но ты уверен, что хочешь этого? Не будем мы вам там мешать? Это вам там и не поцеловаться будет при нас, – усмехнулся я, глядя на покрасневшего друга.

– Да не… Нормально всё, – смущённо пробормотал он, – Мы потом наверстаем. Это Лиза предложила вас позвать. Говорит, давно с подругой не общалась нормально. По виртумму только. Соскучилась.

– Ну, ладно тогда, – пожал я плечами, – Предложу Насте. Я давно ей обещал куда-нибудь сходить вместе.

– Главное, чтобы с нами та ненормальная не увязалась, – сбавив тон, прошептал он, поглядывая в сторону Кати, – Она ж всюду за тобой как хвост ходит. Настя бесится с неё. Лиза уже заочно терпеть её не может.

– Сам не хочу, – тоже прошептал я, и аж вздрогнул от подобной перспективы, – Я иногда уже просто прибить её хочу. Чувствую, ещё чуть-чуть, и просто сорвусь на неё.

– Так может, тебе просто поговорить с ней?

– А ты думаешь, я не говорил? – еле сдержался я, чтобы не завопить, – Говорил! И не один раз! Она кивает, когда слушает, а потом всё равно по-своему делает. Достала…

– Мда… Тяжёлый случай, – вздохнул приятель, – Ну, будем надеяться, что про кино она не узнает, и не потащится туда с нами.

Катя как будто почувствовала, что мы говорим о ней, повернулась к нам, и пристально посмотрела на меня. Я тут же перевёл взгляд на потолок, и сделал вид, что обнаружил там что-то интересное. Тут прозвенел звонок, оповестивший о начале последнего урока, и ей стало не до нас.

Интерлюдия

Молчун тихонько приоткрыл дверь съёмной квартиры, уже третью за последний месяц по счёту, убедился, что там его никто не поджидает, и просочился внутрь. Он, конечно, оставил несколько следилок перед уходом, но мало ли что? Бережёного бог бережёт. Слишком уж активно за его поиски полиция взялась, но, как всегда, безуспешно. И Молчун очень постарается, чтобы их поиски и впредь не увенчались успехом, а для этого нельзя было совершить ни одной ошибки.

Привычным жестом он стянул с головы маску, и с наслаждением почесал нос. Вот всем они хороши, но и у них есть свои недостатки. Находиться в маске несколько часов, не снимая её, было очень тяжело, и даже ему, давно уже привыкшему к ним, периодически приходилось прилагать неимоверные усилия, чтобы не снять её в неподходящем месте.

Молчун прошёл в комнату, и, не раздеваясь, завалился на кровать. По-хорошему, ему вообще не следовало бы покидать пока квартиру, и сидеть в ней, пока шумиха не поутихнет, но появились новости, которые нельзя было доверить виртумму, и пришлось пойти на встречу с информатором.

Новостей было много, но самым важным было то, что ему сообщили насчёт того мальчишки-сверха. Он, понимаешь ли, собрался встречу с фанатами организовать! И это в то время, когда за ним охота идёт!

Видимо, решил, что опасность миновала, и зря… Молчун не собирался менять свои планы, а тут он сам такой удобный момент организовывает, чтобы добраться до него, и никакая охрана ему там не поможет!

Там, где находится толпа в несколько сотен человек, всегда будет возможность добраться до цели.

Внимание охраны будет сосредоточено на толпу людей, и они не смогут за всеми уследить. Надо будет только придумать отвлекающий фактор, воспользоваться возникшим хаосом, и сделать своё дело. А именно, выкрасть мальчишку. Ему он нужен был живым, пока тот не поделится своим секретом, а там уже можно и нужно будет и избавиться от него.

А что может быть лучше в качестве отвлекающего момента, чем небольшой теракт? Взрыв, крики, паника, всеобщая растерянность… Да в этой атмосфере можно будет что угодно сделать, никто и не заметит. Осталось лишь подготовить всё необходимое для дела, и дождаться нужного дня…

КОНЕЦ ЧЕТВЁРТОЙ КНИГИ

Content

Александр Гаврилов
Берсерк 4

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Глава 20

Глава 21

Глава 22

Глава 23

Глава 24

Глава 25