Джоан Кларк

(М. Вирт)

Пенни Николс и загадка Кноб Хилл

ГЛАВА I. КОТТЕДЖ НА КНОБ ХИЛЛ

Пенни Николс, с растрепанными ветром волосами, подбежала к ступенькам крыльца дома Альтманов. Ей не нужно было звонить в колокольчик, поскольку в этот момент Сьюзен, ее темноволосая приятельница, появилась в открытом дверном проеме.

— Привет, Пенни, — сказала она. — Ты здорово запыхалась.

— Я бежала большую часть пути от дома, — ответила Пенни.

— Я надеялась, что ты сегодня объявишься. Заходи.

— Нет, я не могу, Сью, — поспешно сказала Пенни. — Я забежала, чтобы попрощаться.

— Попрощаться? — эхом повторила Сьюзен. — Ты куда-то уезжаешь?

— Да, папа вдруг решил, что хочет провести отпуск в каком-то тихом местечке под названием Кноб Хилл. Сегодня вечером мы уезжаем.

— Как вам это нравится? — воскликнула Сьюзен. — Ты ничего мне не сказала, когда мы вчера играли в теннис.

— Как я могла тебе что-то сказать, если узнала об этом всего лишь час назад?

— Полагаю, ты опять столкнешься с какой-нибудь захватывающей тайной, — с некоторой завистью произнесла Сью.

— Это вряд ли, — вздохнула Пенни. — Я не ожидаю ничего захватывающего. Папа просто хочет отдохнуть в тихом местечке. Он говорит, что на это время совсем позабудет о работе.

— А что это за место, Кноб Хилл?

— Все, что мне известно, это просто место, обозначенное на карте, — ответила Пенни. — Мы арендовали там коттедж.

— Может быть, там будет вовсе не плохо, — ободряюще сказала Сьюзен. — И даже интересно. Возможно, ты сможешь поплавать, позагорать, побродить по окрестностям.

— Только не в Кноб Хилле, — ответила Пенни, покачав головой. — Это вовсе не такое место. Там нечем заняться, кроме как есть, спать и ничего не делать.

Сьюзен засмеялась, взглянув на стройную фигурку своей подруги. Пенни была слишком активной и спортивной, чтобы поправиться. У нее были блестящие голубые глаза и приятная улыбка. Она легко находила себе друзей.

— Я еще не закончила сборы, — сказала Пенни. — Мне нужно возвращаться домой, а то папе придется ждать.

— Очень жаль, что ты уезжаешь, — сказала Сьюзен. — Не забудь писать и прислать открытки.

Пенни обещала писать часто, а потом, понимая, что время уходит, быстро попрощалась. Добравшись до своего дома, — большого белого дома на улице Хилбарн-стрит, — она обнаружила отца моющим машину на заднем дворе.

Кристофер Николс был высоким, худощавым мужчиной с сединой в волосах. На протяжении многих лет он руководил Детективным агентством Николса и его хорошо знали не только в Белтон-сити, но и во всем штате. Многие считали, что Пенни унаследовала проницательность своего отца, поскольку даже в возрасте пятнадцати лет проявила замечательный талант в раскрытии сложных дел.

Когда девушка остановилась, чтобы перекинуться с отцом парой фраз, прежде чем идти в дом, она заметила, какое у него усталое лицо.

«Папе действительно нужен отдых, — подумала она. — Мне следует радоваться, что мы оба отправляемся в такое тихое место, как Кноб Хилл».

— Привет, Пенни, — приветствовал дочь мистер Николс. — Я закончу минут через десять. Надеюсь, к этому времени ты будешь готова.

— Похоже, тебе очень хочется удрать из Белтон-сити, — улыбнулась Пенни. — Надеюсь, это не из-за кредиторов?

— Ничего подобного, — рассмеялся мистер Николс. — Я просто устал от Детективного агентства Николса. Я намерен на пару недель забыть обо всем, что хоть как-то связано с розыском. Поэтому, если сегодня в наш дом заберется вор и украдет наши бриллианты, я не стану заниматься этим делом!

— Ты говоришь так только потому, — усмехнулась Пенни, — что прекрасно знаешь: никаких бриллиантов у нас нет.

— Инспектор Харрис только сегодня пытался соблазнить меня каким-то интересным делом, — продолжал детектив, и лицо его посерьезнело. — Но я сказал ему, что не могу заняться им.

— Ты свой отпуск честно заработал, — заявила Пенни.

Мистер Николс быстро взглянул на дочь.

— Тебе не хочется ехать в Кноб Хилл? — спросил он.

— Почему… почему ты так решил? — запнулась Пенни. Этот вопрос застал ее врасплох.

— Я горжусь тем, что за двадцать лет работы детективом кое-чему научился. Читать по лицу не сложно, особенно по твоему.

— Я и не предполагала, — сказала Пенни, — что мое лицо — открытая книга. И что же ты по нему прочитал?

— То, что тебе не нравится мысль отправиться в такое неинтересное место, как Кноб Хилл. Что с моей стороны чистой воды эгоизм…

— Нет, папа, это не так! — воскликнула Пенни. — Ты очень нуждаешься в отдыхе после стольких лет напряженной работы, и я вовсе не считаю твое поведение эгоизмом. К тому же, несмотря на свои чудесные способности детектива, ты иногда не можешь отыскать собственные тапочки!

— Это правда, — согласился мистер Николс. — Ладно, надеюсь, за эти две недели ты не помрешь от скуки.

Пенни оставила отца мыть машину и поспешила в дом. Миссис Гэллап, домработница, присматривавшая за девушкой после смерти матери, готовила на кухне обед.

— Я сложила твои вещи на кровати, — сказала она Пенни. — И достала с чердака чемодан.

— Спасибо, миссис Гэллап, — сказала Пенни. — Скоро я буду готова.

К тому моменту, когда она закончила сборы, домработница объявила, что обед готов. На протяжении всего обеда мистер Николс был весел и пребывал в прекрасном настроении, подобно ученику, у которого заболела учительница.

— Что мне делать с вашей почтой, сэр? — поинтересовалась миссис Гэллап, когда Пенни и ее отец собрались уходить.

— Отправляйте ее мне в Кноб Хилл в офис Джедда Килкейна, — сказал детектив. — Но, без особой надобности, не давайте никому моего адреса.

— Не буду, — пообещала миссис Гэллап. — Надеюсь, вы хорошо отдохнете, мистер Николс.

Она стояла на крыльце, пока машина не исчезла из виду.

Пенни настроилась на длительную дорогу. Включив радиоприемник, она по привычке настроилась на полицейскую волну.

— Только не эта станция, — запротестовал мистер Николс.

— Я совсем забыла, папа, — рассмеялась Пенни. — Извини.

Она поймала музыку. Спустя час, дорога привела их в высокие холмы. Здесь они поехали медленнее, наслаждаясь видами.

Темнело, а Пенни и ее отец все еще находились в нескольких милях от Кноб Хилл.

— Я рассчитывал к этому времени уже устроиться в коттедже, — нахмурился мистер Николс. — Возможно, нам стоит заночевать в гостинице.

— Решим это, когда доберемся до Кноб Хилл, — ответила Пенни. — Но давай остановимся где-нибудь поужинать, иначе нам придется покупать его и везти с собой.

Мистер Николс свернул к первому попавшемуся кафе. Они с Пенни прекрасно поужинали, после чего продолжили движение к Кноб Хилл.

Почти совсем стемнело. Когда они совершали крутой поворот, мистер Николс включил фары. В то же мгновение Пенни вскрикнула.

— Папа! В канаве — машина!

Мистер Николс нажал на тормоз, поскольку также заметил аварию. Синий седан лежал на боку в канаве справа от дороги. Одна шина была спущена, и мистер Николс предположил, что это именно она стала причиной аварии.

— Надеюсь, никто не пострадал? — ахнула Пенни.

В этот момент из-за перевернувшейся машины вышел невысокий человек в длинном сером пальто и войлочной шляпе. Он поднял руку, подавая сигнал мистеру Николсу.

— Вижу, вы попали в аварию, — сказал детектив, останавливая машину на обочине. — Можем ли мы вам чем-нибудь помочь?

Пенни не могла хорошо разглядеть лицо незнакомца, поскольку мягкая фетровая шляпа была надвинута тому на глаза. Его голос, когда он заговорил, звучал хрипло.

— Конечно, можете, если захотите. Когда я разогнался до семидесяти, у меня лопнула шина. Очнулся я уже в канаве.

— Вам повезло, что не случилось худшего, — заметил детектив.

— Повезло? — раздраженно спросил незнакомец.

— Ваша машина не получила сильных повреждений, — ответил мистер Николс, с любопытством глядя на него. — Вы, кажется, не ранены. Вы легко могли погибнуть, передвигаясь на такой скорости.

— Вы намерены прочитать мне лекцию о безопасной езде? — сердито спросил мужчина.

— Вовсе нет, — ответил мистер Николс. — Вас подвезти?

— Да. А куда вы направляетесь?

— В Кноб Хилл.

— Хотя бы туда, — сказал незнакомец.

— Меня зовут Кристофер Николс, — представился детектив, — а это моя дочь Пенни.

— Рад знакомству, — буркнул мужчина, даже не взглянув на них. Он поколебался и добавил: — А я — Уолтер Крокер.

— Я где-то слышал это имя, — заметил мистер Николс.

— Возможно, вы слышали о моем дяде, Германе Крокере, его хорошо знают в этих местах.

— Не думаю, что слышал именно о нем, — ответил детектив.

— Я еду к нему, — сказал мужчина. В его голосе прозвучала горечь. — Герман Крокер — мошенник, пусть он даже и мой дядя, он много лет обкрадывает меня, но я решил это прекратить! Я заставлю его сделать меня своим наследником, даже если мне придется оторвать ему все конечности…

— Если бы я был на вашем месте, я не стал бы так волноваться, — спокойно прервал его мистер Николс. — Вы, вероятно, сильно расстроены из-за аварии.

— Да, она несколько выбила меня из колеи, — ответил Крокер, сменив тон.

— Садитесь, мы отвезем вас в город, — пригласил мистер Николс.

Пенни начала двигаться, чтобы мужчина смог сесть рядом с ней.

— Не нужно, — быстро сказал тот. — Я поеду на месте для багажа.

— Это не очень удобно, — предупредил мистер Николс.

— Не важно, там мне будет лучше.

Он забрался туда, где лежал багаж, и мистер Николс тронул машину с места. Время от времени Пенни оборачивалась и заглядывала через стекло, и каждый раз обнаруживала, что мужчина пристально смотрит на нее. Его взгляд заставлял ее чувствовать себя неуютно. Она задавалась вопросом, о чем думает ее отец, но мистер Николс внимательно следил за дорогой, и по его лицу ничего невозможно было прочесть.

Вскоре машина въехала в маленький сонный городок Кендон, расположенный у подножия Кноб Хилл.

— Ищи офис агента по недвижимости Джедда Килкейна, — сказал детектив, обращаясь к Пенни.

— Вон он! — через мгновение воскликнула она. — С северной стороны.

Мистер Николс припарковал машину перед зданием.

— Я вернусь через минуту, — сказал он Уолтеру Крокеру. — Мне нужно взять ключ от нашего коттеджа у Джедда Килкейна.

Мужчина на багажном месте не ответил. Он сидел, сгорбившись на сиденье, низко наклонив голову.

— Подожди, папа, — сказала Пенни. — Я пойду с тобой.

Они вошли в здание, совсем крошечное. Дверь была открыта, но в кабинете никого не было.

— Это раздражает, — сказал мистер Николс. — Возможно, он отправился поужинать, а мне не хотелось бы долго ждать.

— Нужно предупредить Уолтера Крокера, — сказала Пенни. — Мне не нравится этот парень, у меня от него мурашки по коже бегут.

— Он немного странный, — с некоторым замешательством признал детектив.

— Ты не думаешь…

— Нет, — прервал ее мистер Николс, — я не думаю, что он мошенник или что-то в этом роде. Но даже если и так, он мне неинтересен. У меня каникулы.

— Разумеется, — рассмеялась Пенни. — Я всего лишь подумала вслух.

Они вместе направились к машине. Внезапно Пенни остановилась и уставилась на багажное место.

— Папа! — воскликнула она. — Уолтер Крокер исчез!

ГЛАВА II. ИСЧЕЗНОВЕНИЕ НЕЗНАКОМЦА

Кристофер Николс также увидел, что место для багажа пусто. Он бросил взгляд вверх и вниз по улице. Уолтера Крокера нигде не было видно.

— Быстро же ускользнул этот парень, — заметил детектив. — Мы не пробыли в офисе и пяти минут.

— Он мог бы и поблагодарить нас за то, что мы его подвезли, — сказала Пенни. — Папа, я думаю, ты скажешь, это глупости, но мне кажется, он вел себя так, будто боялся, как бы мы его не узнали.

— Что заставляет тебя так думать?

— Во-первых, он настоял на том, чтобы ехать на месте для багажа, а кроме того, надвинул шляпу почти на глаза.

— Согласен, он вел себя несколько странно, — признал детектив. — Но он ушел, так что давай просто забудем о нем.

— Давай, — рассмеялась Пенни. — Я все время забываю, что ты в отпуске.

Хорошо одетый джентльмен в сером неторопливо шел по улице. Он с любопытством взглянул на Пенни и ее отца, и они сразу поняли, что он может оказаться исчезнувшим Джеддом Килкейном.

— Вы, случайно, не меня разыскиваете? — спросил мужчина.

— Да, если вы — мистер Килкейн, — ответил детектив.

— Да, это я. Заходите в офис. Я вышел на минутку, чтобы купить в аптеке вечернюю газету. Скажите, а вы не Николс из Белтон-сити?

— Да, — ответил детектив. — Я арендовал у вас коттедж.

— Коттедж старика Крокера, — сказал агент по недвижимости, открывая дверь в офис. — Сейчас я выдам вам ключ.

— Простите, мне послышалось, вы сказали — коттедж Крокера? — быстро спросил мистер Николс.

— Да, он принадлежит старому Герману Крокеру из Кноб Хилл. Вы его знаете?

— Нет, просто где-то слышал его имя, — небрежно ответил детектив.

— Полагаю, о Германе слышали почти все, — усмехнулся агент. Он сел за свой стол и жестом пригласил Пенни и ее отца сесть напротив него. — Это весьма эксцентричный человек.

— Но его коттедж, я полагаю, по крайней мере, пригоден для жилья? — спросил мистер Николс.

Мистер Килкейн выглядел озадаченным. Затем лицо его просияло, он добродушно ответил:

— О, вы найдете в нем все удобства. Коттедж замечательный. А если вас что-то не устроит, скажите мне, и я передам Герману, чтобы он все исправил.

— Арендную плату нам следует отдать ему?

— Нет, я об этом позабочусь, — ответил агент. — Герман сказал, что предпочел бы, чтобы его не беспокоили. Я, кажется, уже сказал вам, что он ведет уединенный образ жизни, что-то вроде отшельника.

— Сегодня вечером мы встретили его племянника.

— Его племянника? — повторил мистер Килкейн, вскидывая брови. — Вот это новость. Я и не знал, что у Германа есть племянник. Он никогда о нем не говорил. Впрочем, он вообще немногословен.

— Мы подвезли этого парня на своей машине, — сказал мистер Николс. — Но он куда-то исчез, и, полагаю, он отправился к дяде.

— Вы сказали, дом Германа Крокера находится неподалеку от нашего коттеджа? — осведомилась Пенни.

— Да, мисс. Примерно в четверти мили по дороге на Кноб Хилл.

— У нас будет много соседей? — спросил детектив.

— Вовсе нет, — ответил агент, глядя на него. — Это уединенное место на Кноб Хилл. Но вы ведь указали в письме, что желаете тихое, изолированное место…

— Это верно, мистер Килкейн. Я вовсе не жалуюсь, а просто спрашиваю. Однако было бы разумно остановиться в гостинице и отправиться туда при дневном свете.

Агент по недвижимости постучал ручкой по столу и нахмурился.

— С тех пор, как последняя закрылась три года назад, никто не занимается этим бизнесом. Я мог бы пригласить вас в свой собственный дом…

— Нет-нет, мы не хотим вас беспокоить, — быстро сказал мистер Николс. — Мы с Пенни поедем в коттедж.

— Вы не пожалеете, — с жаром заявил мистер Килкейн. — Я даже дам вам свой фонарь.

— Нам понадобится фонарь? — выдохнула Пенни.

— Возможно, мисс. В коттедже есть электричество, но иногда компания его отключает.

Пенни и ее отец обменялись быстрыми взглядами, но никак не прокомментировали эти слова. Мистер Николс выписал чек, и получил ключ от коттеджа. Килкейн вручил им фонарь и объяснил мистеру Николсу, как добраться до места.

— Запомните, — сказал он на прощание, — если что-то окажется не так, немедленно сообщите мне.

Мистер Николс миновал городок и выехал на темную узкую дорогу, которая вела на вершину Кноб Хилл. Вдоль дороги росли высокие деревья, ветви которых раскачивались на ветру. Пенни и ее отец могли видеть совсем немногое в свете фар.

— Не представляю, как тебе удалось найти такое уединенное место, как это, — заметила Пенни, когда машина поднималась по крутому склону. — Мы практически уезжаем от цивилизации.

— Тем лучше, — рассмеялся детектив.

Машина повернула, и Пенни увидела большой неряшливый старый дом с множеством куполов, стоявший среди рощи вечнозеленых деревьев.

— Это, наверное, дом Германа Крокера, — заметила она, рассматривая его. — Мрачное древнее место.

— Юному Уолтеру Крокеру повезет, если он сегодня вечером доберется сюда, — сказал детектив. — Жаль, что он нас не подождал, мы могли бы подвезти его прямо к дверям.

— А я рада, что он ушел, — заявила Пенни. — Когда он ехал с нами, мне было как-то не по себе.

Машина медленно двигалась, пока мистер Николс не увидел узкую дорожку, ведущую к маленькому домику на холме.

— Должно быть, это и есть наше гнездышко, — сказал он, глядя на него.

Коттедж оказался простым белым каркасным строением с дымоходом, поросшим виноградом. Даже ночью земля вокруг казалась неухоженной. Несколько жалюзи шевелились от ветра.

Пенни и ее отец вышли из машины и остановились, рассматривая дом. Низкий свист ветра среди деревьев навевал уныние.

— Сколько ты заплатил за его аренду, папа?

— Пятнадцать в неделю. Но там внутри все должно быть.

— Включая паутину и соответствующую атмосферу, — рассмеялась Пенни. — Мне кажется, любая цена за этот полуразрушенный, древний затонувший корабль — грабительская! Коттедж выглядит так, словно в нем не жили добрую дюжину лет.

— Меня, возможно, обманули, — с грустью признал детектив. — Но, будем надеяться, внутри он окажется лучше, чем снаружи.

Мистер Николс подхватил чемоданы и понес их по поросшей сорняками дорожке. Пошарил в карманах в поисках ключа, нашел его. Мистер Килкейн посоветовал им войти через дверь кухни. Когда та открылась, повернувшись на скрипучих петлях, Пенни и ее отца обдало затхлым воздухом.

— Я так и думала! — воскликнула Пенни. — Здесь никого не было несколько недель!

Мистер Николс вошел через дверь в темную кухню. Ощупал стену в поисках электрического выключателя, но не нашел его.

— Подожди здесь, — сказал он Пенни. — Я схожу за фонарем мистера Килкейна.

— Я подожду снаружи, здесь слишком душно.

Пенни стояла на прогибающихся досках крыльца, пока ее отец не вернулся с фонарем. Его луч осветил внутренности кухни. В одном углу располагалась старая плита; имелся стол с четырьмя стульями и раковина с древним насосом. На полу не было ни ковра, ни линолеума. Каждый предмет мебели был покрыт дюймовым слоем пыли.

— Ну, я поговорю с мистером Килкейном! — возмутился мистер Николс. — Мы не можем жить в таком месте. Здесь даже нет электричества!

— Давай осмотрим другие комнаты, папа.

Столовая отсутствовала, поскольку строитель явно предполагал, что жильцы будут питаться на кухне. В гостиной имелся большой камин, но другие удобства отсутствовали. Три стула с прямой спинкой, пыльный ковер, побитый молью, на маленьком столике ваза с засохшими цветами, которые кто-то забыл выбросить.

— Идем, Пенни, — сказал мистер Николс, направляясь к двери. — Мы здесь не останемся.

— Но куда? — Пенни скрестила руки на груди. — В городке нет гостиницы.

— По мне — так лучше уж переночевать в машине.

— Ты же знаешь, папа, что наутро у нас будут болеть все мышцы. Давай откроем окна. Тогда будет не так плохо.

Мистер Николс открыл несколько окон, дышать стало попроще. Проверка спален показала, что они вполне пригодны для использования. Матрасы были мягкими, в одном из шкафов Пенни нашла чистое белье.

— Я могу разобрать кровати за несколько минут, — весело сказала она. — А одеяла можно принести из машины.

— Так и сделаем, — согласился детектив. — Но утром мы отсюда уезжаем.

На следующее утро Пенни поднялась на рассвете. Пока ее отец спал, она исследовала окрестности и нашла глубокий и довольно красивый овраг неподалеку от коттеджа. Справа тянулся густой лес, а на небольшом расстоянии дальше по дороге была видна вершина Кноб Хилл.

— При дневном свете это место выглядит неплохо, — сказала она себе. — Папа определенно мог бы здесь отдохнуть.

Она вернулась в коттедж и принялась за уборку кухни. Едва девушка закончила, как в дверях появился мистер Николс.

— Есть ли в этом доме зеркало? — раздраженно спросил он. — Хотел бы я знать, как мне сбрить мои бакенбарды!

— Почему бы не позволить им отрасти? — хихикнула Пенни. — Я думаю, борода бы тебе очень подошла.

— В самом деле? — спросил ее отец.

— Зеркало есть у раковины, — сказала Пенни. — И много холодной воды.

— А нельзя ли нагреть ее на плите?

— Это хорошая идея, — признала Пенни, — но я не смогла найти спичек. К тому же, кому-то придется сходить в лес и нарубить дров.

— Как только я побреюсь, мы сразу же возвращаемся в Белтон-сити, — твердо сказал мистер Николс.

— Нет, я переменила свое мнение об этом месте, — быстро ответила Пенни. — Если наш домовладелец, мистер Крокер, кое-что исправит, здесь будет вовсе не плохо.

— Чтобы коттедж стал комфортным, его нужно перестроить. Но я сомневаюсь, чтобы мистер Крокер на это согласился.

— Он может убраться здесь, обеспечить дрова и чистое постельное белье, позаботиться об электричестве, — сказала Пенни. — В таком случае, ничто не помешает нам провести здесь пару недель.

— Наверное, я слишком привязан к городским удобствам, — улыбнулся мистер Николс. — Значит, ты действительно готова остаться?

— Думаю, ты прекрасно здесь отдохнешь.

— А что будешь делать ты?

— Готовить и бродить по окрестностям.

— В таком случае, — серьезно сказал детектив, — я не против остаться. Смена обстановки — как раз то, что мне нужно.

— Договорились, — рассмеялась Пенни. — Пока ты бреешься, я сбегаю и поговорю с нашим домовладельцем. Возможно, раздобуду у него немного припасов.

Мистер Николс протянул ей ключи от машины.

— Нет, я пройдусь, — сказала Пенни. — Мне нужно больше двигаться.

В дневное время старый дом Крокера был почти таким же мрачным, как и в вечернее. Пенни остановилась у ворот и огляделась. Все было тихо. Занавески были задернуты, не было заметно никакого движения.

«Выглядит так, словно здесь никого нет», — подумала она.

Извилистая тропинка вела к дому, по обеим ее сторонам росли неподстриженные кусты.

Она быстро двинулась к дому, когда через вершину изгороди перепрыгнула худая рыжая собака и преградила ей путь. Пенни остановилась. Животное обнажило клыки и зарычало.

Пенни не боялась собак, но ей никогда не приходилось видеть такую злую. У нее были все основания полагать, что если она попытается сделать хотя бы шаг, животное бросится на нее.

Пенни нагнулась и схватила крепкую палку. Она не знала идти ей вперед или вернуться.

Пока она смотрела на собаку, позади нее раздался какой-то звук. Она повернулась и увидела старика, смотревшего на нее поверх ограды. Было видно только его лицо, остальное скрывал кустарник.

— Что тебе здесь нужно? — сурово спросил старик. — Кто ты?

ГЛАВА III. СТРАННЫЙ СТАРИК

— Меня зовут Пенелопа Николс, — представилась девушка, немного оправившись от неожиданности. — А вы — мистер Крокер?

— Да, — мрачно ответил старик. — Что тебе здесь нужно?

— Мы с отцом сняли ваш коттедж, — быстро сказала Пенни. — Не могли бы вы отозвать вашу собаку? Она смотрит на меня так, словно готова разорвать на кусочки.

— Руди обучен охранять дом и тропинку от всех, кто попытается пройти по ней, — равнодушно ответил Герман Крокер.

Он прошел между кустов и отдал резкое приказание собаке. Та с неохотой подошла к хозяину.

Пенни внимательно разглядывала старика. Он был невысоким и сутулым, его одежда — неопрятной. В руках он держал дробовик.

Герман Крокер, в свою очередь, внимательно посмотрел на девушку.

— Что вам от меня нужно? — грубо спросил он. — Я сказал Килкейну, чтобы все вопросы с коттеджем он решал сам и не беспокоил меня.

— Прошу прощения, мистер Крокер, но есть кое-какие вопросы, которые должны быть решены, если мы с отцом останемся здесь.

— Какие у вас жалобы?

— Нет электричества, коттедж нуждается в уборке, отсутствуют дрова, я не могу найти посуду. А еще нам нужны постельное белье и одеяла.

— Вы не вправе ожидать, что я сделаю вам из коттеджа дворец, — возразил старик. — Вы платите только пятнадцать долларов в неделю.

— Если вы не хотите ничего исправлять, мы уедем сегодня же утром.

Пенни повернулась, собираясь уходить.

— Подожди, — окликнул ее старик. — Я готов сделать все, в пределах разумного. Идем в дом, я дам тебе чистое белье.

Пенни шла с мистером Крокером по дорожке, стараясь не показать виду, что чувствует себя неловко. Старик заметил, что она посматривает на его дробовик.

— Сегодня утром я охотился на белок, — объяснил он.

— Разве сейчас сезон? — удивилась Пенни.

Герман Крокер взглянул на нее с выражением, которого она не смогла понять.

— Сезон не имеет значения, — коротко ответил он. — Я хожу на охоту, когда захочу.

Дальше они шли молча. Когда они подошли к дому, Пенни небрежно заметила:

— Кстати, вчера мы с папой встретили вашего племянника.

— Моего племянника?

— Да, Уолтера Крокера. Он сказал нам, что собирается навестить вас.

Пенни заметила, как старик бросил на нее быстрый взгляд. Ей показалось, что ее слова встревожили его.

— Я сразу не понял, кого ты имеешь в виду, — пробормотал он. — Да, Уолтер был здесь прошлой ночью, но сейчас он вернулся в город.

Пенни не стала спрашивать, но подумала, что Герман Крокер говорит неправду. Интересно, действительно ли молодой человек посещал дядю с целью требования наследства? Казалось, он возмущен поведением старика. Она уже успела составить мнение о старике как о человеке, который не так-то просто меняет свои планы.

По своему опыту Пенни знала, что если кто-то хочет избежать неприятностей, он не станет задавать лишних вопросов. Ее неожиданно охватило предчувствие приключения. Прошло не много времени с тех пор, как это предчувствие превратило ее в детектива, успешно справившегося с делом, оказавшемся не под силу полиции Белтон-сити. Ее расследование привело к захвату шайки автомобильных воров, о чем рассказывается в первой книге этой серии «Пенни Николс ищет улики».

А потом Пенни разгадала загадку, связанную со скульптурой, называвшейся «Черный чертик». Она разоблачила похитителей бесценной картины, предотвратила обман людей изготовителями подделок и снова заставила о себе говорить, как о детективе.

Но сейчас она совсем не стремилась к приключению. Она решила больше не упоминать об Уолтере Крокере; старик также больше не возвращался к этой теме.

— Я сейчас все тебе принесу, — сказал Герман Крокер, когда они оказались возле кухонной двери. — Подожди здесь.

Пенни была немного удивлена тем, что старик не пригласил ее в дом.

— Это не займет много времени, — сказал он, прикрывая за собой дверь.

Пенни уселась на ступеньки старого крыльца и принялась пристально разглядывать собаку, расположившуюся в нескольких футах от нее.

«Это очень злая собака, — подумала она с беспокойством. — Не понимаю, зачем Крокеру понадобилась такая».

Услышав легкий шорох, Пенни взглянула вправо и с удивлением заметила маленького мальчика, выглядывавшего из-за угла дома. Он был высоким и очень худым, но, похоже, не старше девяти-десяти лет.

— Привет, — дружелюбно сказала Пенни.

— Привет, — ответил мальчик. Он медленно направился к ней, выглядя очень глупо.

— Ты — родственник мистера Крокера? — спросила Пенни, надеясь завязать разговор.

— Я его внук.

— Его внук, — повторила Пенни, с интересом глядя на него. Он был слегка похож на Германа Крокера. — А Руди — твоя собака?

— Нет! — с горечью произнес мальчик. — Я ненавижу ее, потому что если я попытаюсь уйти отсюда, она на меня набросится. Дед приказал ей сделать это.

Пенни не была уверена, что поняла его правильно. Она не могла поверить, чтобы Герман Крокер удерживал здесь внука, словно в тюрьме.

— Ты ведь не хочешь сказать… — начала она, но не закончила.

Дверь кухни отворилась. Герман Крокер хмуро взглянул на внука.

— Перри! — резко сказал он. — Заходи! Нечего бездельничать!

— Да, сэр, — покорно ответил мальчик.

Бросив на Пенни испуганный взгляд, он заскочил в дом. Мистер Крокер снова закрыл дверь.

«Кажется, старик испугался, что я заговорила с его внуком! — подумала Пенни. — Странно!»

Ей не пришлось долго раздумывать над странным поведением мистера Крокера, поскольку тот вскоре появился с чистым бельем и одеялами.

— Я позвонил в электрическую компанию, — сказал он. — Они включат электричество.

— А как насчет уборки коттеджа? — спросила Пенни.

— Я не собираюсь заниматься этим сам, — буркнул старик. — Но если вы обратитесь к миссис Мастербрук, я оплачу счет.

— Кто она? — поинтересовалась Пенни.

— Я дам тебе ее адрес. Она будет делать у вас уборку каждый день.

Пенни не очень понравилось, что ей нужно будет куда-то ехать и разыскивать миссис Мастербрук. Однако другого выхода не было, поскольку старик в данном вопросе оказался неуступчив.

— Вы, наверное, собираетесь в город сегодня? — отважился спросить мистер Крокер, когда Пенни повернулась, чтобы уйти.

— Да, поскольку нам нужны продукты.

Мужчина заколебался, а затем сказал тоном, который попытался сделать непринужденным:

— Возможно, вам не стоит говорить, что вы видели моего племянника. Не то, чтобы у меня были какие-то секреты… В общем, Уолтер ушел, и это наши с ним отношения.

— Мы здесь никого не знаем, — ответила Пенни. — Так что нам некому рассказывать о вашем племяннике.

— Я так и подумал, — с видимым облегчением сказал Герман Крокер. — Ну, если вам нужно будет что-нибудь еще, дайте мне знать. Постараюсь доставить вам дрова до наступления темноты.

— Спасибо, — поблагодарила Пенни.

Она позволила себе улыбнуться, когда шла по дорожке с бельем и одеялами. Было легко понять, почему мистер Крокер вдруг стал таким услужливым. Он стал таким в ответ на ее обещание молчать относительно его племянника.

«Он ведет себя так, словно ему стыдно за него, — подумала она. — Интересно, почему он не хочет, чтобы кто-либо узнал о его приходе?»

Когда Пенни добралась до коттеджа, мистер Николс как раз закончил бриться.

— Надеюсь, ты раздобыла нам что-нибудь на завтрак, — заметил он.

Пенни покачала головой и положила белье на стол.

— Нет, папа. Я попросила у мистера Крокера столько всего, что не стала говорить о еде. Он очень странный человек!

— Что же в нем такого странного?

— Я подозреваю, что он скряга, или что-нибудь в этом роде. Во всяком случае, он держит злую собаку и разгуливает с дробовиком. Он не позволяет своему внуку разговаривать с незнакомыми людьми.

— Ты узнала немногое, не так ли?

— Мне не представилось подходящего шанса, — усмехнулась Пенни. — А кроме того, он не пустил меня в дом, и мне пришлось ждать на крыльце, пока он принесет белье.

— Пенни, и на основании этого…

— Конечно, нет! — возмутилась она. — Подожди, пока ты сам не увидишь его. Говорю тебе, он очень странный человек!

— Даже если бы я встретил его, — засмеялся детектив, — он все равно не заинтересовал бы меня, поскольку я намерен отдыхать.

— В таком случае, докладываю тебе о результатах нашего разговора, — улыбнулась Пенни. — Мы получим дрова и электричество до наступления вечера. Мистер Крокер обещал заплатить за уборку коттеджа. Он дал мне имя и адрес женщины, которая будет убираться.

— Прекрасно, — сказал детектив. — Если она хорошая домработница, почему бы не нанять ее на неделю? Тогда ты сможешь спокойно бродить по окрестностям и отдыхать.

— Звучит заманчиво, — быстро согласилась Пенни. — Честно говоря, я не очень-то умею готовить еду на древней плитке.

— А теперь едем в город, — предложил детектив. — Позавтракаем, и поищем уборщицу.

Пенни и ее отец спустились по дороге с Кноб Хилл в крошечный городок Кендон. Подкрепившись отличным завтраком в кафе «Флоренция», они отправились искать дом Анны Мастербрук. Им сказали, что она живет в паре миль от города.

— Это — та самая дорога, по которой мы ехали вчера вечером, — заметила Пенни.

— Угу, — согласился мистер Николс. — Не уверен, что нам не следует ехать по ней до самого Белтон-сити.

— О, нам будет здесь очень хорошо, после того как мы приведем коттедж в порядок, — весело сказала Пенни. — Миссис Мастербрук вполне может оказаться бриллиантом в грубой оправе.

— Надеюсь, что так, — вздохнул мистер Николс. — Пока что удача была не на нашей стороне.

Машина огибала холм, Пенни увидела вдали крутой поворот.

— Папа, это не то самое место, где мы подобрали Уолтера Крокера? — спросила она.

— Кажется, то, — согласился он.

Он снизил скорость. Повернув головы в сторону канавы, они были удивлены, увидев машину Уолтера Крокера, все еще лежавшую там на боку. Казалось, она несильно пострадала.

— Ну, это совсем странно, — сказала Пенни, когда они проезжали мимо нее.

— Что именно?

— Странно то, что машину не отвезли в гараж, — задумчиво ответила она. — Мистер Крокер сказал мне, что его племянник вернулся в город. Если это так, почему он бросил здесь свою машину?

ГЛАВА IV. БОЛТЛИВАЯ ДОМРАБОТНИЦА

— Может быть, гараж не торопится отбуксировать машину в город, — ответил мистер Николс. — Я заметил, вокруг Кендона все словно спят.

— Может быть, — с неохотой согласилась Пенни. — Но разве ты не думаешь, что Уолтеру Крокеру должно было бы быть интересно, насколько серьезно пострадала его машина, перед тем, как уехать?

— Возможно, у него столько денег, что это не имеет значения.

— Я в этом сомневаюсь. Помнишь, он сказал нам, что приезжает сюда требовать наследство. После встречи со стариком, я полагаю, что он вряд ли чего получит. Ты не думаешь…

— Я вообще не думаю об этом деле, — усмехнулся мистер Николс. — Я освободил свой мозг от работы на две недели. Пожалуйста, Пенни, не нужно подсовывать мне загадки.

Пенни ничего не ответила, поскольку в этот момент они увидели старый дом, соответствовавший описанию, данному Германом Крокером. На оловянном почтовом ящике возле дороги было написано имя Анны Мастербрук.

— Это — то самое место, — заявил мистер Николс.

Они вышли из машины и пошли пешком. Крыльцо было недавно вычищено, в окнах висели чистые шторы.

— Миссис Мастербрук должна быть хорошей домохозяйкой, — сказал детектив. — Думаю, нам стоит нанять ее, если она согласится.

Он постучал в дверь. Через мгновение ее открыла высокая, худощавая женщина среднего возраста. Черные волосы плотно прилегали к лицу, подчеркивая пухлость щек.

— Миссис Мастербрук? — осведомился детектив, приподнимая шляпу.

— Да, это мое имя, — ответила женщина. Голос у нее был высокий и неприятный. — Если вы что-то продаете…

— Я не продавец, — заверил ее мистер Николс. — Нас направил к вам мистер Крокер. Насколько я понимаю, вы занимаетесь уборкой.

— Я работала на Германа Крокера семь лет, — сказала женщина. — И получала за это мизерную зарплату и ни разу — слов благодарности.

— Мы сняли коттедж мистера Крокера, — объяснила Пенни. — Он сказал, что если вы станете в нем убираться, он оплатит ваш счет.

— Откуда мне знать, что он сдержит свое обещание?

— Слову мистера Крокера нельзя доверять? — спросил детектив.

— Он — скряга, — ответила миссис Мастербрук. — Для него мучение расставаться с каждым долларом.

— Если мистер Крокер не оплатит счет, я сделаю это сам, — пообещал мистер Николс. — И еще. Не согласились бы вы стать домработницей на пару недель?

— Сколько вы готовы заплатить? — быстро спросила миссис Мастербрук.

— Назовите вашу цену.

— Пять долларов в неделю, — твердо сказала женщина после минутного размышления. — И ни центом меньше.

Пенни и мистер Николс переглянулись. Они ожидали, что миссис Мастербрук запросит раза в два больше.

— Вы наняты, миссис Мастербрук, — мягко сказал детектив.

Пенни и мистер Николс вернулись в машину и ожидали, пока женщина соберет с собой кое-какие вещи.

— Я думаю, мы нашли бриллиант, Пенни, — с энтузиазмом сказал детектив. — Если я хоть сколько разбираюсь в людях, она будет хорошей домработницей.

— А я, если будет спрошено мое мнение, считаю, что она будет хронической ворчуньей и сплетницей, — заявила Пенни. — Но мы платим ей пять долларов, так что нам не следует быть особенно придирчивыми.

Вскоре, с небольшой сумкой, показалась миссис Мастербрук. Она уселась на переднем сиденье машины, и еще до приезда в Кендон принялась расспрашивать своего нового работодателя. Она спросила его имя, род занятий, откуда он, зачем приехал в Кендон и как долго намерен здесь оставаться.

Пенни с грустью смотрела на своего отца, начавшего потихоньку раздражаться. В том, что миссис Мастербрук окажется сплетницей, она оказалась права.

— Сегодня утром я познакомилась с внуком мистера Крокера, — сказала она, надеясь перевести разговор на другую тему. — Кажется, он замечательный мальчик.

— Да, но это просто ужас, как Герман обходится с ним, — ответила миссис Мастербрук, с грустью покачивая головой. — Перри почти не учится, его держат дома взаперти.

— Школьные власти должны вмешаться, увидев, что мальчик не посещает занятия, — заметил мистер Николс.

— Они не хотят связываться с Германом, — пояснила миссис Мастербрук. — По крайней мере, насколько я понимаю.

— Мистер Крокер совсем не занимается мальчиком? — спросила Пенни.

— Герман не в состоянии кем-нибудь заниматься, даже если бы очень хотел. Перри — сын его дочери Эллы, а я полагаю, он заботился об Элле больше, чем о каком-либо другом члене своей семьи. Когда она умерла, он взял мальчика к себе.

— Насколько я понимаю, жена с ним не живет, — заметил мистер Николс.

— Нет, этой осенью будет двенадцать лет с того времени, как бедная Ида умерла. Люди говорят, она справилась бы с пневмонией, если бы Герман получше кормил ее.

Ни Пенни, ни ее отец ни о чем не спрашивали миссис Мастербрук, но та до самого коттеджа болтала то об одном человеке, то о другом. Пенни узнала много любопытного о Германе Крокере.

— Местные жители считают его скрягой, — сказала женщина. — Когда умерла его сестра, она оставила после себя небольшое состояние. Некоторые полагают, что Герман не вступал в права наследования, но если бы я хотела, я могла бы кое-что сказать им по этому поводу.

— Прошу прощения, — прервал ее мистер Николс, — но семья Крокера не представляет для нас интереса. Давайте забудем о ней.

— Я думала, вы хотите узнать о ней больше, — с возмущением произнесла миссис Мастербрук. После чего замолчала.

Пенни пожалела, что ее отец не позволил женщине договорить. Хотя она и не одобряла пустые сплетни, ей очень хотелось узнать как можно больше о Германе Крокере и его странных родственниках. Она также задавалась вопросом, могла ли миссис Мастербрук рассказать ей что-нибудь о племяннике мистера Крокера, Уолтере.

Оставив домработницу в коттедже, Пенни и ее отец отправились обратно в город за припасами.

— Боюсь, я допустил ошибку, наняв ее, — признал детектив. — Своей болтовней она способна свести с ума.

— По крайней мере, ты должен признать, что было бы интересно узнать как можно больше о нашем домовладельце.

— Меня не интересуют дела Крокера, — возразил мистер Николс. — Во всяком случае, я не верю ни единому слову, которое эта женщина сказала о нем. Очевидно, в ней говорила обида.

Пенни и ее отец зашли за продуктами в магазин, и нашли владельца приятным, добродушным человеком. В ходе разговора он упомянул об автомобильной аварии, случившейся накануне.

— Забавно, — сообщил он, — что владелец машины исчез и никто, кажется, не знает, кто он.

— Мы с моей дочерью привезли его в город прошлым вечером, — сказал мистер Николс. — Это племянник Германа Крокера, по крайней мере, так он нам представился.

— Что вы говорите! Первый раз слышу, что у Германа имеется племянник. Отнести ваши пакеты в машину?

— Да, пожалуйста, — попросил детектив.

Продавец помог им отнести покупки в машину, после чего вернулся в магазин.

— Папа, мистер Крокер просил меня никому не рассказывать о том, что его племянник был здесь, — сказала Пенни, когда они возвращались на Кноб Хилл.

— Ну, я такого обещания не давал, — заметил ее отец. — Не понимаю, почему из этого следует делать какую-то тайну. В любом случае, полиции не составит труда определить владельца машины по номерным знакам.

— Да, это правда, — согласилась Пенни. — Но я так и не могу понять, почему Уолтер Крокер бросил свою машину на произвол судьбы.

— Я бы не слишком этим затруднялся, — улыбнулся детектив. — Он вполне мог обратиться в какой-нибудь гараж, чтобы ее отбуксировали и отремонтировали.

Вернувшись в коттедж, мистер Николс и Пенни были приятно удивлены, увидев работу миссис Мастербрук. Она убрала все комнаты и вышла к машине, чтобы помочь занести продукты.

— Пока вас не было, приходили из электрической компании, — сообщила она мистеру Николсу. — Теперь в коттедже есть электричество.

— Прекрасно, — ответил детектив. — А как насчет дров?

— Герман прислал достаточно на сегодня и завтра. Он сказал, что занят и потом пришлет больше, но я не стала бы на это рассчитывать. Герман ленив.

Мистер Николс рассмеялся и сказал домработнице, что они с Пенни собираются немного прогуляться до обеда.

— Обед будет готов в час, — предупредила миссис Мастербрук. — Надеюсь, вы придете вовремя, поскольку я не люблю ждать.

— Мы будем без опоздания, — пообещал детектив. А когда они с Пенни оказались вне пределов ее слышимости, добавил: — Боюсь, мы и вправду совершили большую ошибку, наняв ее. Насколько я могу судить, она прибирает к рукам бразды правления.

— В таком случае, если погода будет стоять хорошая, мы можем держаться подальше от коттеджа большую часть времени, — рассмеялась Пенни.

Осмотрев овраг, они вернулись в коттедж и нашли, что обед почти готов. Воздавая справедливость миссис Мастербрук, детектив признал, что готовит она замечательно. Помимо обычных овощей и мяса, она приготовила также печенье, пирог и подливку.

При этом, не спросив, она уселась с ними за один стол. Пенни и ее отец предполагали, что она будет питаться отдельно, но никто из них не посмел сказать об этом вслух. Они немного побаивались ее языка.

В присутствии домработницы они хранили молчание. Им вовсе не хотелось, чтобы, узнав что-нибудь о них, миссис Мастербрук рассказала это своим знакомым. Впрочем, домработница говорила за всех. Она передавала городские сплетни, пока Пенни и ее отец не заскучали. Наконец, обед кончился.

— Хочу сегодня вечером наведаться в город, — сказал детектив. — Купить газету и попросить установить временный телефон.

— А я полагала, ты намерен временно прекратить все контакты с внешним миром, — рассмеялась Пенни.

— В определенной степени — да, — ответил мистер Николс. — Но все-таки мне хотелось бы быть немножечко в курсе того, что там происходит.

— Насчет этого тебе не стоит беспокоиться, — усмехнулась Пенни. — Миссис Мастербрук позаботится о том, чтобы ты был в курсе всех новостей.

— Вероятно, она также станет пользоваться телефоном, — печально сказал детектив. — Но я думаю, что все равно его поставлю. Поедешь со мной, Пенни?

— Нет, я предпочту остаться и написать письмо Сьюзен.

После того, как ее отец уехал, Пенни распаковала свой чемодан. Затем, взяв письменные принадлежности, отправилась в милое местечко неподалеку от оврага, найдя здесь плоский камень, который вполне мог послужить письменным столом.

Написав письмо, она запечатала его, а потом долго сидела, глядя на далекие деревья, кроны которых шевелил ветер.

«Здесь красиво, — мечтательно подумала она, — но скучно. Жаль, что Сьюзен не сможет навестить меня. Вместе мы могли бы чего-нибудь придумать».

Через некоторое время она задремала. А когда проснулась, собрала принадлежности и вернулась в коттедж. Девушка была одета в мягкие теннисные туфли, и ее шагов не было слышно.

Пенни не собиралась присматривать за миссис Мастербрук. Она даже забыла о ее существовании, направляясь в свою спальню.

Кухня и гостиная были убраны, в них никого не было. Пенни даже не поняла, что это может означать.

Она проходила мимо двери спальни отца. Девушка так бы и прошла, если бы не услышала испуганный возглас.

— О Господи, я не слышала, как ты вошла! — в замешательстве пробормотала миссис Мастербрук.

Женщина просматривала письма и документы, находившиеся в чемодане мистера Николса. Когда она выпрямилась, по ее щекам разлилась краска.

— Миссис Мастербрук! — строго сказала Пенни. — Потрудитесь объяснить, что здесь происходит! Почему вы роетесь в личных бумагах моего отца?

ГЛАВА V. НОЧНОЙ ПОСЕТИТЕЛЬ

— Как вы смеете обвинять меня в этом? — сердито воскликнула миссис Мастербрук. — Я просто вошла в спальню, чтобы выполнить ту работу, для которой меня нанимали.

— Мой отец нанял вас, чтобы вы читали его личные письма? — холодно осведомилась Пенни.

— Я убирала комнату и хотела распаковать чемодан. Я только-только взяла эти письма, когда вы вошли.

— Я избавлю вас от необходимости их разбирать, — сказала Пенни. — В дальнейшем, пожалуйста, не прикасайтесь ни к чему, что лежит в чемодане папы или моем собственном.

Миссис Мастербрук не удосужилась ответить. Сердито вскинув голову, она прошествовала на кухню, громко хлопнув дверью.

«Мне это все равно! — подумала Пенни. — Папе следовало бы выгнать ее за подобные вещи!»

Она вернула письма в чемодан, заперла его, а ключ оставила у себя. Позже, днем, когда мистер Николс вернулся в коттедж с телефонным мастером, она отвела его в сторону, чтобы рассказать о поступке экономки.

— Это не так уж и серьезно, — сказал детектив. — Конечно, подобный поступок заслуживает презрения, но я сомневаюсь, чтобы она могла узнать что-то интересное. В письмах только обычная рутина.

— Но если миссис Мастербрук читает твои письма, она запросто может копаться в твоих вещах.

— Мы могли бы выгнать ее, — нахмурившись, задумчиво произнес детектив. — Но где нам найти новую домработницу в кратчайший срок? Особенно такую, которая умеет готовить.

— Да, свою работу миссис Мастербрук делает хорошо, — с неохотой признала Пенни.

— Как ты решишь, Пенни, так мы и поступим.

— Ну… пусть пока остается, — решила девушка. — Но нам следует быть очень осторожными, разговаривая или что-то делая в ее присутствии.

С телефоном, электричеством и запасом продуктов Пенни и ее отец почувствовали себя гораздо комфортнее. Как и следовало ожидать, оставшееся время миссис Мастербрук старалась не попадаться на глаза. Она делала это весьма неуклюже, что вызывало у них улыбку.

Вечером телефон зазвонил.

— Длинный и два коротких! — воскликнула Пенни, вскакивая из-за стола. — Это нам!

— Должно быть, тут какая-то ошибка, — ответил мистер Николс. — Нам некому звонить.

Прежде, чем Пенни успела добраться до телефона, трубку сняла миссис Мастербрук. Появившись в дверях, она сообщила мистеру Николсу:

— Междугородний.

— Междугородний! — воскликнул детектив. — Странно. Кто мог получить мой номер так скоро?

— Полагаю, вы не станете обвинять в этом меня, — сердито заявила миссис Мастербрук.

Мистер Николс подошел к телефону. Пенни заметила, что домработница задержалась неподалеку, очевидно, подслушивая. Увидев, что девушка за ней наблюдает, она скрылась на кухню.

Мистер Николс вернулся в гостиную спустя несколько минут.

— Надеюсь, ничего плохого, — тихим голосом произнесла Пенни. Она боялась, что это был звонок от миссис Гэллап.

— Нет, все в порядке, — ответил детектив. — Мне звонил инспектор Харрис.

— Но откуда он узнал номер телефона?

— О, он обратился к миссис Гэллап, узнал наш адрес. А затем обнаружил, что сегодня нам установили телефон. Не повезло!

— Но миссис Гэллап была проинструктирована, чтобы никому не открывать, где мы, если только дело не будет очень важным.

— Инспектор, очевидно, убедил ее, что это как раз такой случай.

— И что же случилось? — полюбопытствовала Пенни.

— Инспектор Харрис хочет, чтобы я взялся за новое дело. Вчера вечером в Ганнибале, поблизости от Кендона, было совершено ограбление. Инспектор подумал, что если уж я нахожусь неподалеку, то мог бы заняться расследованием.

— Для него это было бы удобно.

— Разумеется.

Пенни быстро взглянула на отца.

— И что ты ему ответил?

— Сказал, что не возьмусь. Что у меня каникулы, и я хочу отдохнуть.

— Это правильно, — одобрительно заметила Пенни.

— Но инспектор не принял моего отказа, — продолжал мистер Николс. — Он заявил, что это не обычный грабеж, и что я очень пожалею, если откажусь.

— Что же в нем такого необычного?

— Насколько я могу судить, ничего. Ограблен частный дом, воры похитили драгоценности, стоимостью около тысячи долларов. Владелец — человек состоятельный, и желает, чтобы этим делом занимался частный детектив. Местная полиция его не устраивает.

Пока Пенни и ее отец обсуждали ограбление, миссис Мастербрук объявила, что ужин готов. К их облегчению, она молчала, но выглядела обиженной.

— Мне это не нравится, — заметил мистер Николс, глядя в окно. — Не удивлюсь, если сегодня разразится буря.

— Ветер, кажется, усиливается, — согласилась Пенни. — Ты только послушай, как он свистит между деревьев, — просто жуть берет.

— Надеюсь, у нас хорошая крыша, — заявил мистер Николс, — которая не протекает.

Едва он это произнес, комната погрузилась во тьму.

— О Господи! — с ужасом воскликнула миссис Мастербрук. — Что случилось со светом?

— Возможно, пропало напряжение, или сильный ветер оборвал провод, — спокойно сказал детектив.

— Или сгорел предохранитель, — добавила Пенни.

— Я возьму фонарик и посмотрю, — сказал мистер Николс. — Не знаю, смогу ли я найти коробку с предохранителями.

— Она в подвале, — сообщила миссис Мастербрук.

— Чтобы попасть туда, нужно выйти из дома, — добавила Пенни. — Странные двойные двери с железными кольцами, а под ними — каменная лестница, ведущая в подвал. Только будь осторожен, там легко упасть. Когда я осматривала коттедж, то свалилась.

Мистер Николс открыл дверь и скрылся в ночи. Через несколько минут Пенни увидела на поляне свет фонарика. Затем послышался звук открываемых дверей в подвал, и свет фонарика исчез.

— Вам ни за что не заставить меня спуститься в этот темный влажный подвал ночью! — тихо сказала миссис Мастербрук.

— Почему? — спросила Пенни. — Разве здесь не так же темно?

— Вдруг что-нибудь случится… Если бы вы знали об этом месте то, что знаю я…

— Что вы имеете в виду? — быстро спросила Пенни.

— Я рассказываю не все, что знаю, — ответила домработница.

Пенни была уверена, что женщина просто хочет ее испугать, но, тем не менее, была очень рада, когда вернулся ее отец.

— Всего лишь перегорел предохранитель, — сообщил он. — Но я нигде не увидел запасных.

— Я позвоню мистеру Крокеру! — объявила Пенни. — Он наш хозяин, и должен об этом позаботиться.

— Ставлю цент, что у тебя ничего не получится, — заявил детектив.

После продолжительного телефонного разговора, Пенни с торжеством взглянула на него.

— Ты проспорил цент, — засмеялась она. — Мистеру Крокеру очень не хотелось, но он обещал привезти новый предохранитель.

Минут через двадцать послышался звук древнего автомобиля, поднимавшегося по Кноб Хилл. Из него вышел мистер Крокер, с фонарем в руке.

— Похоже, у вас здесь неприятности, — сказал он, когда мистер Николс встретил его у двери.

— Мы сожалеем, — ответил детектив, — но если бы коттедж был в лучшем состоянии…

— Я сам поставлю предохранитель, чтобы быть уверенным, что все в порядке, — прервал его мистер Крокер.

Они с мистером Николсом спустились в подвал. Выглянув в дверь кухни, Пенни увидела, что в машине мистера Крокера кто-то сидит.

— Это ты, Перри? — негромко окликнула она.

Ответа не последовало, поэтому она направилась к машине. Внук мистера Крокера, сгорбившись, сидел на переднем сиденье.

— Разве ты не хочешь поздороваться? — спросила Пенни. — Ты очень застенчив.

— Я не застенчив, — быстро ответил мальчик. — Но мой девушка говорит, что побьет меня, если я буду с тобой разговаривать.

Пенни помолчала.

— Конечно, я не хочу, чтобы у тебя из-за меня были неприятности, Перри, — тихо сказала она, — но почему твой дедушка меня невзлюбил?

— Потому что ты задаешь слишком много вопросов, — ответил мальчик. — Пожалуйста, уходи, пока дедушка нас не увидел.

В коттедже снова вспыхнул свет, когда мистер Николс и Герман Крокер заменили сгоревший предохранитель. Пенни знала, что через минуту они поднимутся наверх. Ей не хотелось, чтобы мальчик был наказан, поэтому она вернулась в дом.

Однако, как только Крокер уехал, Пенни выбежала на улицу, поговорить с отцом. Она передала ему то, что сказал Перри.

— Герман Крокер — странный человек, — ответил детектив. — Не сомневаюсь, что он плохо обходится с мальчиком.

— Мы должны что-то предпринять, папа, — серьезно сказала Пенни.

— Ничего. У нас нет никаких доказательств, что с мальчиком плохо обращаются. Если местные власти закрывают на это глаза, нам не стоит вмешиваться в это дело.

— Наверное, ты прав, — с неохотой согласилась Пенни. — Как обычно.

— На твоем месте, я забыл бы о семействе Крокеров. Попытайся получить наслаждение от отдыха.

Но Пенни не могла забыть о Перри. Она чувствовала, что мальчик заслуживает лучшей участи, чем жить с таким странным стариком, как Герман Крокер.

Позже вечером, сидя с книгой, она продолжала думать о мальчике. Прочитанное совершенно не откладывалось у нее в голове.

В девять часов начался ливень. Ветер, постоянно набирающий силу, стучал в оконные стекла.

— Боюсь, сегодня будет шумно, — заметил мистер Николс. — Но я слишком хочу спать, чтобы это помешало мне заснуть.

Миссис Мастербрук ушла к себе сразу же после того, как помыла посуду. Мистер Николс объявил, что также отправляется спать.

— Я тоже пойду через пару минут, — сказала Пенни. — Как насчет дверей? Я их запру?

— Это не повредит, — небрежно ответил детектив. — Но в такую ночь нет ни единого шанса, что кто-нибудь навестит нас…

Он не договорил, поскольку раздался громкий стук в дверь.

ГЛАВА VI. ДВЕРЬ НА ЧЕРДАК

— На этот раз, папа, ты, кажется, ошибся, — заметила Пенни. — У нас посетитель.

Мистер Николс подошел к двери и открыл ее. На пороге стоял молодой человек, возрастом около двадцати лет. Он не был хорошо одет, к тому же с него ручьями лилась вода. Пенни и ее отец с подозрением смотрели на незнакомца, пока тот не заговорил.

— Прошу прощения, — извинился молодой человек, — я ищу Германа Крокера. Вы не будете столь любезны, чтобы сказать мне, где он живет?

— Разумеется, — ответил детектив. — Проходите.

— Спасибо, но у меня грязные ботинки.

— В этом коттедже вы ничего не испортите, — сказала Пенни. — Проходите.

Молодой человек переступил порог и снял войлочную шляпу. У него были рыжие волосы и пронизывающие голубые глаза, как заметила Пенни. Он быстро обежал взглядом комнату.

— Ужасная ночь, — заметил мистер Николс. — Вы издалека?

— Я иду пешком от Кендона.

— Значит, вы прошли мимо дома мистера Крокера. Он расположен слева от дороги.

— Дождь такой плотный, что я почти ничего не видел, — ответил молодой человек. — Первый свет, который я увидел, был в окнах вашего коттеджа.

— Возможно, мистер Крокер уже лег спать, — сказала Пенни. — Кажется, он ложится рано.

— Он вас ждет? — спросил детектив.

— Думаю, что нет, — ответил молодой человек после некоторого колебания. — Подозреваю, он будет сильно удивлен, увидев меня.

— У нас есть телефон, — сказала Пенни. — Если хотите, я позвоню мистеру Крокеру и он, возможно, приедет за вами, если захочет.

— О, пожалуйста, не беспокойтесь, — быстро сказал молодой человек, направляясь к двери.

— Это вовсе не проблема.

— И все же, пожалуйста, я предпочел бы, чтобы вы этого не делали. Я вовсе не против прогулки под дождем.

Пенни пристально взглянула на молодого человека. Было очевидно, что у него имеется какая-то веская причина, по которой он не желал, что мистер Крокер был поставлен в известность о его прибытии. Не имея никаких причин, Пенни, тем не менее, вдруг подумала, что визит молодого человека может иметь какую-то связь с приездом Уолтера Крокера.

— Я так понимаю, вы — нездешний, — заметил мистер Николс. Он также с любопытством изучал молодого человека.

— Вы правы. Я прибыл сюда, чтобы повидаться с мистером Крокером по одному очень важному делу.

— На этой неделе вы станете его вторым гостем, — сказала Пенни. — Первым был племянник мистера Крокера, но, насколько я понимаю, он вернулся в город.

— Племянник мистера Крокера? — быстро спросил молодой человек.

— Да, — ответила Пенни, внимательно наблюдая за ним. — Уолтер Крокер.

Выражение удивления на лице молодого человека уступило место настороженности.

— Возможно, вы с ним знакомы? — спросила Пенни, не обращая внимания на предупреждающий взгляд отца.

— Я слышал о нем, — ответил молодой человек после короткого колебания. Он снова направился к двери.

Когда он открыл ее, ветер швырнул в коттедж поток воды.

— Видите, вы не можете идти в такую погоду, — твердо сказал мистер Николс. — Позвольте мне позвонить Крокеру и сказать, что вы здесь.

Молодой человек покачал головой.

— Тогда я переоденусь и отвезу вас к нему на своей машине.

— Не нужно беспокоиться на мой счет. Я вовсе не боюсь дождя.

— Ветер становится все сильнее, — настаивал детектив. — К тому же, Герман Крокер держит злую собаку. Если вы пойдете к нему, не предупредив, то рискуете встретить неласковый прием.

— Меня в любом случае ожидает неласковый прием, — медленно произнес молодой человек. — Но спасибо за предупреждение о собаке. Может быть, мне стоит вернуться переночевать в город.

— Этого тоже лучше не делать, — сказал мистер Николс. — Если хотите, вы можете остаться здесь. Наши апартаменты нельзя назвать роскошными, но, по крайней мере, это лучше, чем идти по дождю в город.

— Я попрошу миссис Мастербрук помочь мне приготовить вам спальню, — быстро добавила Пенни.

— Это очень мило с вашей стороны, — замялся молодой человек, — но ведь вы ничего не знаете обо мне…

— Мы не обеспокоимся на этот счет, — с улыбкой ответил мистер Николс. — Но вы можете назвать нам ваше имя.

— О, да, конечно, — пробормотал молодой человек. — Зовите меня Майкл… Майкл Хеймонд.

— Рад знакомству, мистер Хеймонд, — ответил детектив. — Могу я взять ваши пальто и шляпу? Я помещу их поближе к огню, чтобы они просохли.

Пенни пересекла комнату, намереваясь позвать миссис Мастербрук. Но когда открыла дверь, ведущую в коридор, то увидела, как домохозяйка поспешно скрылась в своей спальне. Очевидно, она подслушивала.

— Миссис Мастербрук! — окликнула ее Пенни.

— Что такое? — спросила та, открывая дверь.

— У нас гость. Не могли бы вы помочь мне приготовить для него спальню?

— Хорошенькое время, чтобы готовить для кого-то спальню, — пожаловалась домработница. — Я уже почти разделась.

— Мне очень жаль, что я побеспокоила вас, миссис Мастербрук. Я все сделаю сама.

— Я не отказываюсь, — быстро сказала домработница. — Но если вы спросите меня, то я скажу, что вы совершаете большую ошибку, оставляя в доме незнакомого человека.

— Откуда вы знаете, что он незнакомец? — тут же спросила Пенни.

— Я не могла не услышать вашего разговора, — миссис Мастербрук вскинула голову. — Я ни на мгновение не поверю, что его зовут Майкл Хеймонд. Он наверняка лжет.

— А вы как думаете, кто он? — спросила Пенни. — Вы полагаете, он скрывается от властей?

— Он похож на молодого преступника, — значительно ответила миссис Мастербрук. — Его лицо кажется мне знакомым.

— Но как вам удалось его разглядеть? В замочную скважину?

Домработница покраснела и промолчала.

— Если вы хотите познакомиться с мистером Хеймондом, проходите в гостиную, — пригласила Пенни. — Думаю, вы сами убедитесь, что он очень хороший молодой человек.

— Нет, спасибо, я не хочу с ним знакомиться, — холодно отказалась домработница. — И если коттедж посреди ночи ограбят, не вините в этом меня.

— Хорошо, не будем, — рассмеялась Пенни.

Спальня, которую должен был занять гость, соседствовала со спальней мистера Николса. После того, как все легли, Пенни слышала звуки, доносившиеся из этой части коттеджа. Либо ее отец, либо мистер Хеймонд, вел себя беспокойно.

«Возможно, действительно, было неразумно пускать незнакомца в дом, — подумала девушка, — но он выглядел вполне порядочным человеком. Не понимаю, почему миссис Мастербрук отнеслась к нему с таким подозрением».

Некоторое время Пенни продолжала размышлять над тем, что сказал Майкл Хеймонд. Он не сказал, где живет, не упомянул о характере дела, которое привело его к Герману Крокеру. Ей показалось, молодой человек был слегка удивлен, когда она сказала об Уолтере Крокере.

«Возможно, я придаю этому слишком большое значение, — сказала она себе. — Папа, кажется, не заподозрил ничего плохого».

Вскоре Пенни заснула, но через несколько часов проснулась. Она не знала, что именно разбудило ее.

Хотя Пенни оставила занавески открытыми, в комнате было темно. Она слышала дождь, барабанящий по крыше.

Затем девушка услышала звук. Заскрипело дерево пола. Кто-то тихо перемещался по коридору.

«Интересно, кто бы это мог быть, в такой час?» — подумала она.

С минуту она лежала неподвижно, прислушиваясь. Затем, стараясь не шуметь, встала с постели. Запахнувшись в халат, на цыпочках подошла к двери.

В коридоре было темно. Сначала она ничего не могла разглядеть; затем увидела темную фигуру в дальнем конце. Кто-то пытался открыть дверь на чердак.

ГЛАВА VII. НЕОЖИДАННАЯ НАХОДКА

— Это ты, папа? — спросила Пенни.

Ответа не последовало; она протянула руку и щелкнула электрическим выключателем. В коридоре вспыхнул свет. Пенни и Майкл Хеймонд заморгали, смущенные.

— О, прошу прощения, — пробормотал молодой человек. — Я хотел выпить воды и не собирался никого беспокоить.

— Боюсь, на чердаке вы ее не найдете, — ответила Пенни. — Если крыша не протекает.

— Чердак? — повторил Майкл Хеймонд. — Я, наверное, ошибся. Мне казалось, эта дверь ведет в гостиную.

Пенни не могла понять, говорит ли он правду. Вполне возможно, он запутался в темном коридоре. Она не могла представить себе причину, по которой ему понадобился бы чердак.

Прежде, чем девушка успела ответить, дверь комнаты мистера Николса открылась, и детектив выглянул в коридор.

— Что-то случилось? — спросил он.

— Боюсь, я разбудил весь дом, — извинился молодой человек. — Я только хотел выпить воды.

— В этом нет ничего страшного, — спокойно сказал мистер Николс. — Я вас провожу.

— Мне очень жаль, — пробормотал молодой человек.

В это время распахнулась дверь комнаты миссис Мастербрук. Домработница, одетая в старомодную ночную рубашку, с бигуди в волосах, выглянула в коридор.

— Что тут происходит? — решительным тоном спросила она. — После тяжелой дневной работы мне хотелось бы хоть немного поспать.

— Это я виноват, — снова извинился Майкл Хеймонд.

Домработница взглянула на него. Когда их глаза встретились, миссис Мастербрук издала странный горловой звук. Ее рука инстинктивно дернулась к лицу, будто защищаясь от удара.

— Миссис Мастербрук, надеюсь, вы извините нашего гостя… — начал мистер Николс.

Но домработница не стала его слушать. Она скрылась в своей комнате и захлопнула дверь.

— Я сделал что-то не так? — с тревогой спросил Майкл Хеймонд.

— Не придавайте этому значения, — ответил мистер Николс, понизив голос. — Миссис Мастербрук — довольно странная женщина. Возможно, она почувствовала неловкость из-за своего внешнего вида. Идемте, я покажу вам, где вода.

Пенни вернулась к себе и села на кровать. Очевидно, ее отец ни в чем не заподозрил Майкла Хеймонда, и не посчитал грубость поведения миссис Мастербрук заслуживающей внимания.

«Он воспринимает все спокойно», — подумала она.

Девушка слышала, как ее отец и Майкл Хеймонд на кухне смеются и переговариваются. Хлопнула дверь холодильника. Очевидно, они решили перекусить.

«Утром миссис Мастербрук придет в ярость, — усмехнулась Пенни. — Кажется, она все-таки ненавидит Майкла Хеймонда. На мгновение мне показалось, что она его узнала, но теперь мне кажется, она постаралась выглядеть драматичной. В этом проблема миссис Мастербрук — она всегда играет какую-нибудь роль».

Пенни позволила своим мыслям течь свободно, пока не услышала, как ее отец и Майкл Хеймонд вернулись в свои комнаты. Свет в коридоре погас. В доме снова стало тихо.

Пенни залезла под одеяло, но уснуть не могла. Она чувствовала какое-то странное волнение.

Больше ночью ничего не случилось. Через несколько часов дождь прекратился, сквозь облака проглядывали звезды. Ветер стих.

Пенни беспокойно ворочалась на подушке. Время от времени она слышала, как в соседней комнате скрипит кровать миссис Мастербрук, как если бы домработница тоже плохо спала.

На рассвете Пении встала и, тихо одевшись, вышла из коттеджа. Земля была грязной, зато зелень посвежела. Щебетали птицы, тянуло приятными ароматами.

К завтраку она вернулась домой, совершенно не ощущая последствий почти бессонной ночи. Подойдя к крыльцу, она увидела отца и гостя, о чем-то разговаривавших. Они повернулись, поприветствовать ее.

— Ты сегодня ранняя пташка, Пенни? — спросил ее отец.

— Просто решила прогуляться до завтрака.

В дверях появилась миссис Мастербрук.

— Вам очень повезет, если сегодня удастся приготовить завтрак, — мрачно сообщила она. — С плитой возникли проблемы. Она не разгорается, и почти не осталось дров.

— Что-нибудь еще? — вздохнул мистер Николс.

— Тут достаточно всего, требующего починки, — ответила домработница. — Водяной насос работает плохо, нужно бы заняться окнами.

— Давайте, я вам помогу, — предложил Майкл Хеймонд. — Я могу нарубить дров. Где у вас топор?

— Кажется, я видел его в подвале, — ответил мистер Николс. — Но, смотрите сами, вы все-таки наш гость.

— Буду рад хоть немного отработать свой завтрак. Я люблю работать.

— Я вижу, — улыбнулся мистер Николс. Он некоторое время смотрел на молодого человека. Затем неожиданно спросил: — Как вы смотрите на то, чтобы поработать несколько дней?

— Что именно я должен делать?

— То, что должен был бы делать я. Вы умеете водить машину?

— Да.

— В таком случае, вы могли бы ездить в город за продуктами, обеспечивать нас дровами и ремонтировать все, что ломается.

— Наш домовладелец полагает, что этот коттедж находится в состоянии, пригодном для жилья, — быстро добавила Пенни. Она ощутила легкое беспокойство от того, что ее отец решил оставить в доме странного молодого человека.

— И если мы будем ждать, когда он озаботится приведением его в порядок, нам здесь никогда не будет комфортно, — продолжил мистер Николс. Он снова повернулся к Майклу Хеймонду. — Хотя, возможно, вам работа не нужна.

— Нет, нет, — быстро ответил молодой человек. — Я согласен работать за еду и комнату.

— Думаю, мы можем предложить вам чуть больше, — улыбнулся мистер Николс. — Ваше жалованье не будет большим, но это все-таки лучше, чем ничего.

— Чем мне следует заняться в первую очередь? Нарубить дров?

— Для начала осмотреть плиту и постараться определить, что с ней не так.

— Ладно, — рассмеялся молодой человек. — Я немного разбираюсь в плитах. У нас была такая… — Он осекся, после чего невнятно закончил: — У нас была плита в том месте, где я жил.

— Где же вы жили, молодой человек? — с задумчивым видом спросила миссис Мастербрук.

— Это не важно, — произнес мистер Николс. — Это личное дело мистера Хеймонда.

— В этом нет никакой тайны, — сказал молодой человек. — Я прибыл с Запада, мои родители умерли.

— Очень жаль это слышать, — с сочувствием произнес мистер Николс.

Майкл Хеймонд смотрел в овраг. Затем, словно встряхнувшись, последовал за миссис Мастербрук в дом, а затем на кухню.

— Только не говори, Пенни… — заявил мистер Николс, оставшись наедине с дочерью.

— Не говорить что, папа?

— Что я делаю большую ошибку, нанимая молодого Хеймонда. Я вижу, что ты хочешь это сказать.

— Да, это так, — призналась Пенни. — Мне нравится Майкл, но я ему не доверяю. Он ничего не сказал нам о себе…

— Это его личное дело. Терпеть не могу людей, которые суют нос в личную жизнь других людей.

— А я думала, именно в этом и заключается работа детектива, — съязвила Пенни.

— Когда человек совершает преступление, его личная жизнь становится предметом для общественного беспокойства, — ответил мистер Николс. — Мы долго разговаривали с Майклом сегодня ночью, судя по разговору, он человек приличный, и я не собираюсь лезть в его личную жизнь только для удовлетворения собственного любопытства.

— Хорошо, но только если пропадут оловянные ложки, прошу не обвинять в этом меня, — рассмеялась Пенни, постаравшись произнести эту фразу голосом домработницы.

— Молодой Майкл избавит меня от мелких забот, — продолжал мистер Николс. — Я имею в виду, он станет буфером между мной и миссис Мастербрук.

— По какой-то причине, он сильно ей не понравился, папа.

— Я тоже это заметил, Пенни. Миссис Мастербрук недовольна, если что-то идет не так, как она хочет. Она станет вымещать злость на молодом Майкле, а нас оставит в покое и даст возможность наслаждаться отдыхом.

— Ты здорово придумал!

— Время от времени меня посещают умные мысли.

— Но не разумнее было бы уволить миссис Мастербрук?

— Она прекрасно готовит, — ответил детектив. — А кроме того, она меня забавляет. Любопытно посмотреть, как она будет ладить с молодым Майклом.

— Это вне моего понимания, — пожала плечами Пенни.

Она была вынуждена признать, что с точки зрения работы, ее отец не ошибся, наняв молодого человека. Тот починил плиту, нарубил дров и отремонтировал насос. Он делал все спокойно, но эффективно. Даже домработница не смогла найти причину пожаловаться на него.

— Майкл, полагаю, вы хотите сегодня повидаться с Германом Крокером, — заметил мистер Николс.

— Да, сэр, полагаю, что так, — неуверенно ответил тот.

— Вы сказали, что приехали сюда именно за этим, — напомнил ему детектив.

— Да, сэр. Мне нужно повидаться с мистером Крокером по делу.

— Вы можете сходить к нему, когда захотите, — сказал мистер Николс. — Вы сегодня достаточно поработали.

— Спасибо, сэр.

Мистер Николс отправился на прогулку в лес, а Пенни решила остаться в коттедже и полистать журнал. Майкл во дворе мыл автомобиль. Он, казалось, не спешил на встречу с мистером Крокером.

«Не верю, что ему хочется с ним встречаться, — подумала Пенни. — Интересно, правду ли он сказал?»

Она была несколько удивлена, заметив, что по большей части миссис Мастербрук предоставляет молодого человека самому себе. Домработница казалась притихшей более, чем обычно, словно она над чем-то постоянно размышляла.

День прошел быстро. Пенни понимала, что Майкл не собирается посещать Германа Крокера, поскольку постоянно наблюдала за ним. У нее возникло подозрение, что он вообще не собирался встречаться с ним, и, чтобы его проверить, она подошла к молодому человеку.

— Майкл, — сказала она, — миссис Мастербрук говорит, что нам нужны свежие яйца. Я поеду за ними к мистеру Крокеру после ужина. Не хотите поехать со мной?

Молодой человек заколебался и опустил глаза под внимательным взглядом Пенни.

— Думаю, я увижусь с ним завтра. Но все равно спасибо.

После ужина Пенни поехала к Крокеру. В окнах не было света. Либо владелец ушел, либо экономил электроэнергию.

Пенни припарковала машину перед домом. Внимательно осмотрелась, в поисках рыжей собаки. Той нигде не было видно. Она быстро миновала двор и постучала в дверь.

Прождав несколько минут, она повернулась, собираясь вернуться к машине. Но остановилась, услышав стук в одном из окон. Взглянув, она увидела в нем Перри.

— Привет, Перри, — поздоровалась девушка. — Открой дверь.

— Я не могу, — крикнул мальчик через стекло. — Она заперта.

— Твоего дедушки нет?

Мальчик покачал головой.

— Он ушел на весь день и запер меня здесь.

— А ты не можешь открыть окно?

Перри снова покачал головой.

— Я за весь день не ел ничего, кроме хлеба, — сказал он. — И здорово проголодался.

— Надо думать, — мрачно заметила Пенни.

Она заметила, что окна нижнего этажа находятся высоко от земли.

— А верхние окна тоже закрыты? — спросила она.

— Не все, но я не могу выбраться.

— У твоего дедушки есть лестница?

— Наверное, есть. Где-нибудь в сарае.

— Я попробую ее найти, — ободряюще сказала Пенни. — Подожди, пока я не вернусь.

Она поспешила к сараю, прекрасно понимая, что, поступая подобным образом, обязательно навлечет на себя гнев Германа Крокера.

«Ну и пусть, — возмутилась она. — Он не имеет права запирать Перри в доме без еды. Это жестоко».

Пенни открыла двери сарая и вошла внутрь. Остановилась, чтобы взглянуть на автомобиль, стоявший рядом с зернохранилищем. Один взгляд на него уверил ее в том, что это не старая машина Германа Крокера. Это была дорогая модель с отличным дизайном, блестящая и новая, за исключением слегка поцарапанного крыла.

«Да ведь это машина Уолтера Крокера! — ахнула она. — Как она сюда попала?»

ГЛАВА VIII. ВАЖНАЯ УЛИКА

Пенни стояла и смотрела на машину. Она знала, что не ошибается. Это был тот самый автомобиль, который Уолтер Крокер бросил в канаве. В последний раз она видела его там, когда они с отцом ездили к миссис Мастербрук.

«Возможно, Уолтер Крокер попросил своего дядю привезти машину сюда, — подумала Пенни. — Но это кажется очень странным. Старый Герман не хотел, чтобы я рассказывала кому-нибудь о том, что видела его племянника здесь. Интересно…»

Мысли девушки были прерваны звуком приближающейся машины. Взглянув на двери сарая, Пенни увидела, что прибыл потрепанный старый автомобиль Германа Крокера. Он припарковал его рядом с ее машиной.

— Разумеется, он поймет, что я здесь, — сказала себе Пенни. — Я должна действовать так, будто ничего не знаю.

Она незаметно выскользнула из сарая. Когда она подошла к дому, старый Герман выбрался из машины, удерживая на поводке Руди. Собака начала рычать и попыталась вырваться.

— Добрый вечер, мистер Крокер, — вежливо поздоровалась Пенни. — Кажется, я не пользуюсь популярностью у вашей собаки.

— Я так и понял, что это твоя машина стоит здесь, — грубо ответил мистер Крокер. — Я вижу, ты идешь из сарая?

— Я собиралась пойти туда, — ответила Пенни, — но услышала, как подъезжает ваша машина.

Мистер Крокер, казалось, расслабился.

— Что случилось в коттедже на этот раз? — с тяжелым вздохом спросил он.

— Ничего, мистер Крокер. Я приехала узнать, не могу ли купить свежих яиц.

— Я не занимаюсь продажей яиц, — нахмурился старик.

— Значит, мне придется ехать в город.

— Возможно, в этот раз я продам вам дюжину.

Мистер Крокер направился к дому, но как только Пенни последовала за ним, повернулся и сказал:

— Я принесу их сюда.

Пенни рассчитывала, что у нее будет возможность поговорить с Перри. Она хотела предупредить мальчика, чтобы тот молчал о ее плане помочь ему выбраться из дома. И теперь могла только надеяться, что у того хватит ума промолчать относительно ее похода в сарай.

Мистер Крокер не вошел в дом. Вместо этого он направился к заднему крыльцу и из стоявшего там ящика переложил дюжину яиц в бумажный мешок. Затем вернулся к машине.

— Сколько я должна вам, мистер Крокер? — спросила Пенни.

Тот назвал цену на пятнадцать центов выше, чем на городском рынке. Она заплатила, не возражая.

— Как ваш внук, Перри? — небрежно спросила Пенни, собираясь уезжать.

Мистер Крокер внимательно посмотрел на нее, но на лице девушки был написан только вежливый интерес.

— С ним все в порядке, — грубо ответил он. — Он где-то здесь.

Пенни попрощалась и уехала, не показав вида, что знает — Перри был заперт в доме своим дедушкой. Такое обращение казалось ей не чем иным, как жестокостью. Она не могла понять, почему местные жители проявляют такое безразличие к судьбе мальчика, если знают об условиях, в которых тот живет.

Вернувшись в коттедж, она отвела отца в сторону и рассказала обо всем, что узнала.

— Ты уверена, что мальчик сказал правду об отсутствии у него еды? — спросил детектив.

— Я не могу быть в этом абсолютно уверена, — призналась Пенни. — Я не заходила в дом.

— У каждой медали есть две стороны, — медленно произнес мистер Николс. — Люди здесь, за исключением миссис Мастербрук, похоже, считают, что мистер Крокер — неплохой человек.

— Я уверена, папа, он не тот человек, которому можно доверить ребенка.

— Возможно. Но он предоставил мальчику кров, в то время как никто другой этого не сделал.

— Как ты думаешь, почему автомобиль Уолтера Крокера оказался в сарае Германа?

— Не вижу в этом ничего таинственного, Пенни. Они родственники. Уолтер, вероятно, попросил Германа поставить машину к себе в сарай, пока он не вернется из города.

— Откуда мы знаем, что он отправился в город?

— Что? — глухо произнес мистер Николс.

Пенни повторила свой вопрос.

— Ты намекаешь, что с Уолтером Крокером что-то случилось?

— Да. Этот Герман Крокер — весьма зловещий тип.

— В твоем воображении.

— В воображении любого разумного человека, — твердо сказала Пенни. — Мы знаем, что Уолтер Крокер приехал сюда за деньгами. Этот старик — скряга. Племянник исчез. Разве это не подозрительно?

— Пенни, ты просто начиталась детективов.

— Папа, ты смеешься надо мной!

— Извини, но ничем помочь не могу, — улыбнулся детектив. — Герман Крокер — весьма эксцентричный человек, но он вовсе не такой злодей, каким тебе кажется.

Прежде чем Пенни успела ответить, на крыльцо вышла миссис Мастербрук.

— Вас спрашивают по телефону, — сказала она мистеру Николсу.

— Кто теперь? — нахмурился детектив. — Надеюсь, это не инспектор Харрис.

Он вошел в дом и оставался там несколько минут. Пенни слышала, как он спорит с кем-то на другом конце провода. Наконец, он вернулся.

— Я снова при делах, — мрачно сообщил он.

— Что случилось?

— Снова звонил инспектор Харрис. Еще одно ограбление.

— Где-то поблизости? — быстро спросила Пенни.

— Да, приблизительно в двадцати милях, в местечке, называющемся Бентон. Неизвестные люди ворвались в дом богатой семьи и украли деньги и драгоценности на сумму в несколько тысяч долларов.

— Кажется, это похоже на предыдущий случай?

— Инспектор Харрис считает, что это дело рук одной и той же банды. Он звонил мне, чтобы я взялся за это дело.

— И ты сказал ему, что возьмешься?

— Я согласился съездить в Бентон и провести дознание. Но если дело не покажется мне интересным, я за него не возьмусь. В конце концов, я в отпуске.

— Ты сейчас собираешься ехать в Бентон? — с нетерпением спросила Пенни.

— Да, я вернусь через несколько часов.

— Возьми меня с собой, — попросила Пенни.

— Хорошо, — согласился детектив, — только прошу тебя не выдвигать какую-нибудь дикую историю по поводу того, кто совершил грабеж.

— Я буду вести себя тихо, как мышка, — пообещала Пенни.

Во время поездки в Бентон, мистер Николс рассказал ей то немногое, что ему удалось узнать.

— Ограблен дом Джеймса Кирменбаха, — сказал он. — Возможно, ты о нем слышала, — он возглавлял раньше «Химическую компанию Кирменбаха», но несколько лет назад вышел на пенсию, чтобы спокойно пожить вдали от крупных городов. Воры вскрыли стенной сейф, забрали деньги и драгоценности. Самым ценным предметом было бриллиантовое ожерелье.

— Полагаю, местная полиция провела предварительное расследование?

— Да, но они не нашли никаких улик. Кирменбах обратился к инспектору Харрису, а тот попросил меня заняться этим делом.

Вскоре после девяти мистер Николс подъехал к внушительному кирпичному дому на окраине Бентона.

Пенни и ее отец постучали в дверь и были немедленно препровождены внутрь, как только назвали свои имена. Мистер Кирменбах, лысый человек лет шестидесяти, приветствовал детектива.

— Мистер Николс? — спросил он, протягивая руку. — Инспектор Харрис сказал, что вы займетесь моим делом.

— Я всего лишь обещал ему лично выяснить все обстоятельства, — ответил детектив. — Расскажите мне, пожалуйста, что произошло.

— Я позову жену, — сказал мистер Кирменбах. — Она сможет рассказать вам все лучше, чем я.

Пока Пенни и ее отец ждали, они быстро оглядели гостиную. Комната была богато и со вкусом обставлена.

Миссис Кирменбах, седая женщина, на несколько лет младше своего мужа, любезно улыбнулась, здороваясь с Пенни и детективом.

— Надеюсь, вы сможете вернуть мое ожерелье, — сказала она мистеру Николсу. — Остальные вещи не столь ценны, но бриллианты подарены мне отцом много лет назад. Я ценю их из-за этого, а вовсе не из-за их стоимости.

— Когда вы обнаружили пропажу? — начал свое расследование детектив.

— Рано утром Эллен, наша горничная, заметила, что окно кабинета открыто. Она сразу позвала меня. Стенной сейф был взломан, моя шкатулка с драгоценностями пропала. Муж немедленно позвонил в полицию.

— Но они ничего не нашли, — с отвращением произнес мистер Кирменбах. — Ни отпечатков пальцев, ни улик.

— Сколько у вас слуг? — продолжил спрашивать детектив.

— Трое, — ответила миссис Кирменбах. — Эллен — горничная, еще у нас есть кухарка-негритянка. Джерри, молодой мальчик, который учится в колледже, служит у нас шофером. Я могу поручиться за всех.

— Я поговорю с ними позже, — сказал мистер Николс. — А сейчас я хотел бы осмотреть кабинет.

— Пожалуйста, — пригласил мистер Кирменбах. — Я запер его сразу же после того, как ушла полиция. В нем все осталось, как было.

— Прекрасно, — сказал мистер Николс. — Мне понадобится несколько минут, чтобы его осмотреть.

— Мы не станем вам мешать, — вежливо сказала миссис Кирменбах. — Если вам что-то понадобится, мы будем в гостиной.

— Это не займет много времени, — ответил детектив.

Пенни с интересом оглядела кабинет. Это была небольшая комната, обшитая панелями, с книжными полками. Здесь имелся удобный диван, несколько стульев и стол.

Мистер Николс сразу же осмотрел сейф. Затем — подоконник.

— Что-нибудь нашел, пап? — спросила Пенни.

— Пока нет, — ответил тот.

Детектив продолжал осмотр, Пенни стало скучно. Она присела на диван и вертела в руках лежавший на нем игрушечный фонарь. Это была детская игрушка, каких много в кондитерских; они продаются, наполненные конфетами. В одном месте он был сломан, а первоначальный фитиль заменен крошечным кусочком ткани.

— Папа, — спросила Пенни, — у Кирменбахов есть дети?

— Они ничего об этом не говорили, — рассеянно ответил мистер Николс.

— У них, наверное, есть внуки, — продолжала Пенни.

— Это имеет какое-то значение? — спросил детектив. Его раздражало отсутствие улик.

— Наверное, нет. Мне просто интересно, откуда здесь взялся этот игрушечный фонарь.

Мистер Николс быстро обернулся и взглянул на игрушку в ее руке.

— Где ты его взяла? — спросил он.

— Здесь, на диване.

Мистер Николс взял игрушку из ее руки. Пенни была удивлена выражением его лица, когда он ее рассматривал.

— Идем, Пенни, — тихо сказал он, положив его в карман. — Поговорим с мистером и миссис Кирменбах еще раз. Возможно, мы нашли очень важную улику!

ГЛАВА IX. ВИЗИТ ГЕРМАНА КРОКЕРА

— Ты действительно считаешь, что этот игрушечный фонарь связан с кражей драгоценностей? — удивленно спросила Пенни. — И после этого называешь мои теории дикими!

— Подожди, пока мы не поговорим с Кирменбахами, — кратко ответил мистер Николс. — Возможно, я ошибаюсь, но это маловероятно.

Пенни и ее отец нашли мистера и миссис Кирменбах ожидающими их в гостиной. Пожилая пара никогда прежде не видела игрушечного фонаря и едва могла поверить, что детектив нашел его в кабинете.

— Наверное, его оставил какой-нибудь ребенок, — заметил мистер Николс.

— За последние недели в доме не было ни одного ребенка, — быстро сказала миссис Кирменбах. — Не понимаю, откуда он мог здесь взяться.

— Могу я поговорить со слугами? — спросил детектив, когда тема фонаря была закрыта.

— Разумеется, — ответила миссис Кирменбах. — Я их позову.

Мистер Николс допросил шофера, кухарку и горничную. Когда он показал игрушечный фонарь, лицо Эллен вспыхнуло.

— Я видела эту игрушку утром, когда вошла в кабинет, — сказала она. — Фонарь лежал на полу, я подняла его, чтобы никто его не раздавил.

— Вы положили его на диван?

— Да.

— Покажите мне место, где нашли его.

— Конечно, сэр.

Горничная отвела мистера Николса обратно в кабинет и указала место неподалеку от сейфа.

— Мистер Николс, вы думаете, что игрушка оставлена ворами? — удивился Кирменбах.

— Можете ли вы предложить другое объяснение, почему она оказалась в кабинете?

— Нет.

— В таком случае, будем исходить из того, что игрушечный фонарь, это улика. Очень интересная улика.

— Невероятно! — воскликнул мистер Кирменбах. — Вор, взрослый человек, пришедший за драгоценностями, взял с собой игрушечный фонарь?

— Это кажется немного необычным, — признал мистер Николс, — но я уверен, что этому есть логическое объяснение.

— Я очень доверяю вашим способностям, мистер Николс, — сказал мистер Кирменбах. — И, тем не менее, должен признаться, что не могу понять, к чему приведет эта улика.

— В настоящий момент я и сам этого не представляю, — с улыбкой ответил детектив. — Но, думаю, этот пустяк может оказаться чем-то весьма ценным.

Он не стал развивать свою мысль дальше, через несколько минут они с Пенни покинули дом и медленно поехали в направлении Кноб Хилл.

— Папа, я склонна согласиться с мистером Кирменбахом, — заметила Пенни. — Не понимаю, чем тебя так заинтересовал обыкновенный игрушечный фонарь.

— Сначала я проверю его на отпечатки пальцев, — объяснил детектив. — Но, поскольку его брали многие, я ничего от этого не жду. Затем я свяжусь с инспектором Харрисом и попрошу его проверить всех производителей игрушечных фонарей. Постараюсь выяснить, кто его купил.

— Но ведь таких фонарей сотни, — возразила Пенни. — И у этого нет ни одной отличительной черты.

— Ты не права, Пенни. Ты обратила внимание на фитиль?

— Это обычный кусочек старой ткани.

— Правильно. Когда старый фитиль потерялся, какой-то гениальный ребенок соорудил другой из кусочка одежды.

— И ты надеешься узнать, откуда этот кусочек? — удивленно спросила Пенни.

— Постараюсь это сделать.

— Но ты ведь не думаешь, папа, что ограбление совершил ребенок?

— Вряд ли, Пенни, но у вора может быть собственный ребенок, или у какого-нибудь из его родственников. Есть также небольшой шанс, что фонарь оставлен намеренно, но я в этом сомневаюсь.

Подъезжая к коттеджу, Пенни и ее отец заметили припаркованную рядом с забором машину.

— Похоже, у нас опять гости, — заметил детектив.

Пенни заметила мужчину в легком пальто, стоящего у крыльца и разговаривающего с домработницей. Когда она и ее отец подошли, мужчина повернулся и взглянул на них.

— Это мистер Эрвин Мэдден из Чикаго, — сказала домработница. — Он хочет поговорить с вами, мистер Николс.

— Надеюсь, я не заставил вас ждать, — извинился детектив.

— Нет, я приехал всего несколько минут назад. Могу я с вами поговорить?

— Конечно, — ответил мистер Николс. Он повернулся к домработнице, стоявшей в дверях. — Вы можете идти, миссис Мастербрук.

После того, как женщина ушла, мистер Николс предложил посетителю кресло на крыльце. Пенни хотела уйти в дом, но мистер Мэдден сказал, что она может остаться.

— Мое дело не носит конфиденциального характера, — объяснил он. — На самом деле, я просто хочу сказать вам о цели моего приезда в Кендон.

— Если бы я знал, то пригласил бы нашу домработницу остаться, — улыбнулся мистер Николс. — В городке нет секретов, какие не были бы ей известны.

— Я приехал сюда в поисках моего делового партнера, человека по имени Джей Клейн, — продолжал гость. — Несколько дней назад он уехал из Чикаго в Кендон, чтобы заняться частным делом, не касавшимся дел фирмы. С тех пор о нем никто ничего не слышал.

— Вот как? — вежливо спросил мистер Николс. — Вы думаете, с ним что-то случилось?

— Да, я думаю именно так, — серьезно ответил мистер Мэдден. — Мистер Клейн дал мне понять, что его поездка сюда может быть опасной.

— Кого планировал посетить здесь ваш друг?

— Не знаю, — признался гость. — Мистер Клейн был очень скрытным.

— Вы спрашивали в городке?

— Да, но никто о нем не слышал. Это здорово сбивает с толку.

— А вы уверены, что он добрался до Кендона? — спросил мистер Николс.

— У меня нет доказательств, но и нет причин думать, что он отправился куда-то в другое место. Я убежден, что мой партнер столкнулся с какой-то грязной игрой.

— Вы хотели проконсультироваться со мной как с профессионалом? — спросил мистер Николс. Он задавался вопросом, кто направил к нему этого человека.

— Профессионалом? — непонимающе спросил мистер Мэдден.

— Я — детектив, — улыбнулся мистер Николс. — Но в настоящий момент нахожусь в отпуске.

— О, — удивленно пробормотал посетитель. — Я этого не знал. Меня послал к вам продавец в продуктовом магазине. Он сказал, что некоторое время назад вы подвозили в своей машине незнакомца, и я подумал, что, возможно, этим человеком может оказаться мой пропавший партнер.

— Мы подвезли до города молодого человека, — сказал мистер Николс. — Но его звали Уолтер Крокер.

— В таком случае, не буду вас больше беспокоить, — сказал посетитель, поднимаясь. — Спасибо, что уделили мне время.

Он поклонился Пенни и ее отцу и уехал.

— Он, наверное, побоялся рассказать мне больше из опасения, что я потребую с него плату за консультацию, — улыбнулся мистер Николс. — Скорее всего, когда мистер Мэдден вернется в Чикаго, его партнер будет уже там.

— Папа, — задумчиво сказала Пенни, — возможно, человек, которого мы подвозили, был Джей Клейн.

— Почему ты так думаешь? — спросил мистер Николс.

— Я так думаю потому, что тот, кого мы подвезли до города, мог оказаться вовсе не Уолтером Крокером, а просто назвать нам это имя…

— Я не успеваю следить за твоими теориями, — рассмеялся мистер Николс. — У тебя каждую минуту возникает новая.

— Это потому что случаются новые события. Интересно, уже поздно догонять мистера Мэддена?

— К этому времени он отдалился уже как минимум на милю, и я даже рад этому, поскольку не хочу, чтобы ты поставила меня или себя в глупое положение. С чего ты взяла, что Джей Клейн и Уолтер Крокер могут оказаться одним и тем же лицом?

— Не знаю, — призналась Пенни. — Просто подумалось. Уолтер Крокер исчез загадочным образом…

— Ты же знаешь, что он вернулся в город.

— Мы этого не знаем, — возразила Пенни. — Разве кто-нибудь, кроме меня и тебя, видел Уолтера Крокера? Нет. Он отправился переговорить со своим дядей, Германом Крокером, и больше его не видели. Его автомобиль таинственным образом появляется в сарае Крокера…

— Тише! — предупредил мистер Николс. — Я думаю, что миссис Мастербрук подслушивает у двери в столовую.

Пенни замолчала. Она чувствовала, что ее предположения вполне логичны, и ей не хотелось, чтобы отец поддразнивал ее.

— Ну, во всяком случае, игрушечный фонарь я не придумала! — пробормотала она себе под нос.

— Ты мне напомнила, что я должен позвонить инспектору Харрису, — сказал мистер Николс. — Надеюсь, он больше согласится с моим предположением, чем ты.

Пенни видела, что ее отца все больше и больше интересует дело ограбления Кирменбахов, и тот, после беседы с инспектором Харрисом, признался, что обещал заняться им.

— Скорее всего, расследование будет нелегким, — сказал он Пенни на следующее утро. — Харрис полагает, игрушечный фонарь ничего нам не подскажет. Сегодня я опять намерен посетить Кирменбахов.

— А я, пожалуй, останусь, — ответила она.

Пенни была рада своему решению, потому что, спустя короткое время после отъезда отца, приехал Герман Крокер.

— Все в порядке? — спросил он.

— Пока да, — ответила Пенни, внимательно глядя на старика.

Она была уверена, что его визит в коттедж вовсе не вызван заботой об их комфорте.

— Миссис Мастербрук дома? — небрежно спросил мистер Крокер.

— Я видела ее несколько минут назад. Вам ее позвать?

— Не нужно, я не собирался общаться с ней, — быстро ответил старик. — Просто спросил. На чердаке лежит кое-что, что я хотел бы взять.

— Пожалуйста, — сказала Пенни. Она пошла рядом с ним. — Кстати, вы знаете Майкла Хеймонда, это наш новый наемный работник?

— Никогда о нем не слышал.

— Он хотел встретиться с вами.

— Зачем? — спросил Герман Крокер, подозрительно глядя на Пенни.

— Понятия не имею, — улыбнулась та.

Старик ничего не сказал. Пенни немного подождала, затем решила действовать напролом.

— Он почему-то напомнил мне вашего племянника, — сказала она. — Полагаю, тот на днях должен вернуться.

— Уолтер? — грубо спросил старик. — Не хочу его видеть.

— А разве он не станет забирать свою машину, которая стоит в вашем сарае? — с напускной небрежностью осведомилась Пенни.

Выражение лица Германа Крокера почти не изменилось. Слова девушки поразили его, но лишь легкое подергивание век показывало, что они застали его врасплох.

— Полагаю, в конце концов, он ее заберет, — медленно ответил старик. — Он сказал мне, что у него не было денег, чтобы оплатить ее ремонт.

— И вы отбуксировали ее к себе?

— Ну да, — раздраженно ответил Герман Крокер. — Еще вопросы есть? Если нет, я поднимусь на чердак.

— О, прошу прощения, — извинилась Пенни.

Она намеревалась подняться с ним, но что-то в его поведении заставило ее передумать. Она опасалась, что задала слишком много вопросов. И не хотела, чтобы мистер Крокер в чем-то ее заподозрил.

— Думаю, вы не заблудитесь, — сказала она, открывая дверь.

— Я тоже так думаю, — огрызнулся старик. — Как-никак, я жил в этом коттедже восемь лет.

Он вошел в дом, и Пенни услышала шаги на лестнице, ведущей на чердак.

«Интересно, что ему там понадобилось? — подумала она. — Я бы многое отдала, чтобы это узнать».

ГЛАВА X. ПОИСКИ НА ЧЕРДАКЕ

Пока Пенни стояла, прислушиваясь к звукам на чердаке, она увидела подходящую к дому миссис Мастербрук. Домработница остановилась у ворот, увидев машину мистера Крокера, и быстро оглянулась.

— Что здесь делает Герман? — спросила она, когда Пенни встретила ее на крыльце.

— Не знаю, — ответила девушка. — Он сказал, что ему понадобилось что-то на чердаке.

— На чердаке! — повторила миссис Мастербрук. — Ой! — И без всякой видимой причины рассмеялась.

— Что в этом такого смешного?

— Нет, ничего, — ответила домработница, заходя в коттедж.

Пенни посмотрела ей вслед, совершенно сбитая с толку. Она была уверена, что миссис Мастербрук знает, зачем старый Герман Крокер приехал в коттедж.

Пенни села на крыльце и принялась ждать. Прошло пятнадцать минут, прежде чем она услышала, как мистер Крокер спускается по лестнице. Когда он вышел на крыльцо, она заметила, что в руках у него ничего нет, а сам он выглядит несколько обеспокоенным.

— Вы нашли то, что искали? — спросила Пенни.

— О, да, да… — рассеянно ответил старик.

Миссис Мастербрук вышла из кухни как раз вовремя, чтобы услышать это замечание.

— В самом деле? — спросила она с легкой насмешкой.

Слова были произнесены небрежно, но Пенни показалось, что она различила торжествующие нотки в голосе женщины. Мистер Крокер тоже это заметил, потому что сердито взглянул на домработницу. Но выражение его лица осталось бесстрастным.

— Мне пора возвращаться, — сказал старик. Он медленно направился к машине.

Миссис Мастербрук стояла на крыльце, пока он не уехал. Она явно была чем-то очень довольна. Пенни подумала, что она чем-то напоминает кошку, напившуюся вдоволь сливок.

«Миссис Мастербрук знает, за чем приезжал Герман, — подумала девушка. — Я могла бы ее спросить, но пользы от этого не будет».

Пенни надеялась, что если она не проявит интереса, домработница сама поделится информацией. И испытала разочарование, поскольку миссис Мастербрук вернулась в коттедж, не сказав ни слова.

«Хотелось бы мне узнать, что находится на чердаке, — подумала Пенни. — Когда горизонт будет чист, нужно будет подняться туда и взглянуть».

Все утро она никуда не отлучалась, но, казалось, что либо домработница, либо Майкл Хеймонд находятся поблизости и наблюдают за ней. Когда мистер Николс вернулся, Пенни ничего не сказала ему о таинственном приезде Германа Крокера и его поисках на чердаке, поскольку он наверняка не увидит в случившемся ничего загадочного. Детектив был поглощен собственным делом, и в течение часа сидел в глубокой задумчивости.

— Ты думаешь об игрушечном фонарике, папа? — спросила наконец Пенни.

— Да, — с улыбкой ответил тот. — Сегодня утром я беседовал с инспектором Харрисом. Расследование в отношении фонарика ничего не дало. Кажется, существуют десятки компаний, которые производят точно такие игрушки, какую ты нашла у Кирменбахов.

— Значит, ты зашел в тупик? — спросила Пенни.

— В данный момент, да, но я не собираюсь опускать руки. Я все еще верю, что можно выследить вора с помощью этой улики. В конце концов, у игрушечного фонарика есть отличительная деталь — фитиль из ткани.

— Ужасно, что это произошло во время твоего отпуска, — с сочувствием произнесла Пенни. Она заметила, что лицо отца снова приняло озабоченное выражение.

— Конечно, не хотелось бы заниматься делами, — ответил мистер Николс, — но теперь, когда я дал согласие, я не успокоюсь, пока не разгадаю эту загадку. Этот игрушечный фонарик бросает мне вызов!

— То же самое я могу сказать про Германа Крокера, — кивнула Пенни.

— Что ты имеешь в виду? — пристально взглянул на нее детектив.

— Я имею в виду, что странная личность нашего хозяина представляет для меня загадку. Он такой необычный.

— Давай-ка посчитаем, — шутливо предложил мистер Николс, — скольких странных персонажей ты обнаружила с того дня, как мы сюда приехали?

— Только троих, папа. Миссис Мастербрук, Майкла и старого Германа. Если не считать Уолтера Крокера и мистера Мэддена.

— А как насчет почтальона? Я заметил, как ты с ним вчера разговаривала.

— Я разговаривала с ним исключительно по делу, — рассмеялась Пенни. — И пока не занесла его имя в свой список подозреваемых в странности.

Больше она ничего сказать не успела, поскольку появился Майкл Хеймонд, с охапкой дров.

Он отнес ее на кухню и вышел на крыльцо. Мистер Николс кивнул на кресло-качалку.

— Боюсь, я не отрабатываю свое жалование, — извинился молодой человек. — Моя основная работа здесь заключается в том, что я ем и отдыхаю.

— Главное, что к вам не имеется нареканий, — ответил детектив.

Хотя Пенни полагала, что ее отец поступил неразумно, наняв Майкла, молодой человек ей нравился. Он был тихим, непритязательным и аккуратно выполнял порученную ему работу. Всякий раз, когда у него выдавалось свободное время, он брал в руки книгу. Пенни с удивлением читала заглавия. Майкл читал книги по философии и истории, учебники по математике и французскому языку.

— Серьезная книга, — прокомментировал мистер Николс, заметив один из томов по философии.

— У меня не было возможности учиться в колледже, сэр, — ответил Майкл, покраснев. — Я пытаюсь хоть немного заниматься самообразованием.

Днем мистер Николс и Майкл ушли. Миссис Мастербрук решила спуститься в городок. Пенни была рада остаться в одиночестве.

Едва все ушли, она поспешила на чердак. Это была комната с низким потолком, тускло освещенная светом, проникавшим через два окна. Повсюду были пыль и паутина. Стоял старый комод, кровать, пара сундуков, стул со сломанной ножкой и несколько ящиков с посудой.

Осматриваясь, Пенни заметила небольшие царапины на полу, свидетельствовавшие о том, что сундуки двигали. На их крышках часть пыли была удалена.

«Герман, должно быть, осматривал сундуки, — подумала девушка. — Интересно, что он рассчитывал найти?»

Она попробовала поднять крышку ближайшего и обрадовалась тому, что тот не заперт. В верхнем отделении ничего не было, а в нижнем лежала старая женская одежда. Она была тщательно завернута, чтобы до нее не добралась моль.

Затем Пенни открыла второй сундук. Он тоже был набит одеждой, которую носили лет пятнадцать назад. Под ней лежали старый фотоальбом и пачка писем. Все они были адресованы Герману Крокеру и, казалось, носили деловой характер.

Ей очень хотелось прочитать письма, но она отбросила эту мысль. В конце концов, это было совсем нехорошо, — влезть в личные вещи и переписку мистера Крокера не имея иной причины, кроме любопытства.

«Если мне понадобится узнать об этом человеке больше, я могу прочитать письма позже, — подумала Пенни. — Папе было бы стыдно за меня, если бы он узнал, что я делаю».

Она вернула их на место и закрыла крышку. Затем, убедившись, что в комоде нет ничего интересного, поспешно спустилась вниз и помыла руки.

Позже, когда миссис Мастербрук вернулась из Кендона, Пенни показалось, что она стала еще молчаливее. Даже мистер Николс заметил изменения, происшедшие в женщине.

— Интересно, что с ней? — сказал он. — Кажется, она теряет свой запал!

— Возможно, просто устала от длительной прогулки, — ответила Пенни. Однако она внимательно наблюдала за домработницей и была склонна согласиться: с ней что-то не так. Миссис Мастербрук выглядела обеспокоенной.

— Вы себя плохо чувствуете, миссис Мастербрук? — спросила она.

— Я чувствую себя прекрасно, — резко ответила та.

После ужина, Майкл Хеймонд ушел, но Пенни не знала, отправился он к Герману Крокеру или нет. Она легла спать около десяти и слышала, как молодой человек вернулся в коттедж вскоре после этого часа. К одиннадцати часам спать легли все.

Через некоторое время она заснула. Девушка проснулась через несколько часов и услышала, как часы на кухне пробили три.

В коридоре скрипнула доска.

Пенни села и прислушалась. Она была уверена, что кто-то идет по коридору на цыпочках. На мгновение она испугалась. Затем поднялась с кровати и распахнула дверь.

В конце коридора она увидела фигуру человека. Но тот скрылся прежде, чем она успела его окликнуть. Хлопнула наружная дверь. Она поспешила к окну и успела увидеть, как кто-то быстро бежит к лесу.

— Папа! — взволнованно крикнула она. — Просыпайся! Вставай!

И чтобы подчеркнуть важность своего призыва, Пенни подбежала к комнате своего отца и ударила кулаком по двери.

ГЛАВА XI. МАЙКЛ ПРИХОДИТ НА ПОМОЩЬ

— Что случилось, Пенни? — воскликнул мистер Николс, открывая дверь своей комнаты. — У тебя кошмары?

— Папа, кто-то проник в дом! — волнуясь, сказала она. — Когда я вышла в коридор, он убежал. Я видела, как он скрылся в лесу.

К этому времени детектив полностью проснулся.

— Ты уверена, Пенни?

— Конечно! Мне ничего не привиделось, и я ничего не выдумываю.

— Позволь мне одеться, — сказал ее отец. — А потом я все осмотрю.

Пенни побежала в свою комнату. Она была поражена тем, что миссис Мастербрук и Майкл не проснулись. Из комнаты домработницы доносился храп. Пенни не стала ее будить.

Она быстро оделась.

— Мы все осмотрим, — сказал мистер Николс, — но, наверное, уже слишком поздно ловить непрошенного гостя.

— Да, к этому времени он уже далеко отсюда, — согласилась Пенни.

Взяв фонарики, они выскользнули наружу и осмотрели землю от дома до леса. Никаких следов видно не было.

— Бесполезно, — заявил детектив. — Нам не поймать этого парня сейчас. Возможно, это был какой-то бродяга, заметивший, что у нас открыта дверь.

— Интересно, Майкл Хеймонд у себя? — спросила Пенни.

— А почему нет?

— Кажется странным, что он не проснулся, когда я закричала.

— Миссис Мастербрук не проснулась тоже, — заметил мистер Николс.

— И все-таки, мне любопытно узнать, в своей ли комнате Майкл. Папа, почему бы тебе…

— Пенни, я не стану этого делать, — прервал ее детектив. — Мне нравится этот молодой человек, и я не буду врываться к нему в комнату посреди ночи и задавать ему глупые вопросы.

— Хорошо, — вздохнула Пенни. — Но ведь это же так легко: просто заглянуть в дверь и посмотреть, там ли он.

— Этого я тоже не буду делать, — ответил мистер Николс. — Возможно, ты ошибаешься относительно пробравшегося сюда человека. Этим летом у тебя очень сильно работает воображение.

— Спасибо, папа, — вздохнула Пенни. И добавила: — Дай мне знать, когда отыщешь владельца игрушечного фонарика.

— В моей теории есть здравый смысл, — серьезно сказал мистер Николс. — Инспектор Харрис полагает, что я ошибаюсь, но у меня есть предположение…

— В таком случае, ты не должен ограничивать свою дочь, — рассмеялась Пенни, — у которой также есть предположение.

— Не буду, — пообещал мистер Николс. — Можешь заниматься разгадкой загадки Кендона, при условии, что не станешь просить меня следить за Майклом.

— Папа, я совершенно серьезно считаю, что здесь происходит что-то, требующее расследования, — сказала Пенни. — Я хотела бы провести его, но мне нужен симпатичный помощник.

— Извини, Пенни, но я занят другим делом.

— Но я имела в виду вовсе не тебя, папа, — рассмеялась Пенни. — Я подумала о Сьюзен Альтман. Ты не станешь возражать, если я приглашу ее сюда на несколько дней?

— Пожалуйста, если хочешь. Она составит тебе компанию, пока я занимаюсь делом Кирменбаха.

— Я отправлю ей письмо, — тут же заявила Пенни.

На следующее утро, написав подруге, она отправилась в городок, чтобы отправить письмо. Заглянув в продуктовый магазин за хлебом, она намеренно вступила в разговор с продавцом, намереваясь раздобыть информацию о Германе Крокере.

— Мне очень его жалко, — заметила она. — Уверена, у него недостаточно денег, чтобы прокормить себя и своего внука.

— Не стоит волноваться, — ответил продавец. — У старого Германа денег больше, чем у кого-либо в этом городке. Когда его сестра умерла на Востоке, Герман остался ее единственным наследником и получил приличное состояние. А когда умрет он, оно, вероятно, перейдет к его внуку.

— У мистера Крокера нет других живых родственников? — спросила Пенни. При этом она подумала об Уолтере Крокере.

— Нет, насколько мне известно, — ответил продавец. — Почти все Крокеры умерли.

Пенни заплатила за хлеб и медленно направилась к дому. Она с любопытством взглянула на дом Крокера, когда проходила мимо него, но, как обычно, шторы были закрыты, и здание казалось необитаемым.

«Подумать только, что несчастный Перри вынужден находиться там, — подумала она. — Не ходить в школу и не иметь товарищей. Не понимаю, почему никто не обращает на это внимания».

В течение следующей пары дней Пенни не знала, чем себя занять. Мистер Николс подолгу отсутствовал, а миссис Мастербрук и Майкл оказались плохой компанией. Домработница много болтала, а Майкл отмалчивался, если Пенни не обращалась к нему с вопросом.

Во второй половине второго дня, из-за отсутствия дел, Пенни снова забралась на чердак.

«Если я действительно хочу узнать что-нибудь о Германе Крокере, мне придется прочитать письма, — подумала она. — Хорошо это или плохо».

Пенни открыла сундук и обнаружила, что одежда потревожена. Она помнила, что все складывала обратно очень аккуратно. Она снова все выложила и добралась до дна сундука. Но писем в нем не оказалось. Они исчезли. Остались только старые оплаченные квитанции.

«Кто-то взял их, — сказала она себе. — Какая глупость с моей стороны, не прочитать их сразу, когда мне представился такой прекрасный шанс».

Ей оставалось только предполагать, что случилось с письмами. Она не верила, что их взял Герман Крокер, поскольку он не возвращался в коттедж после того визита, когда что-то искал на чердаке. Возможно, их взял ночной посетитель, но, скорее всего, письма забрала миссис Мастербрук, чтобы получить «больше информации».

«Эта женщина — прирожденный сыщик, — подумала Пенни. — Она знала, что Герман Крокер поднимался на чердак, и, вполне возможно, взяла письма после его ухода».

Пенни была разочарована, хотя и не верила, что пропавшие письма содержат что-то очень важное. Логично предположить, что если бы они могли в чем-то изобличить мистера Крокера, он давно уничтожил бы их.

Пока Пенни размышляла над этим, дверь открылась и ее позвала миссис Мастербрук.

— Там кто-то хочет вас видеть! — сообщила домработница.

Пенни была раздражена тем, что ее застали на чердаке. Это было еще одним доказательством, что от бдительного взгляда миссис Мастербрук не скроется ничего.

— Я сейчас приду, — отозвалась Пенни.

Она опустила крышку сундука, вытерла пыльные руки и быстро спустилась по лестнице. Оказавшись возле входной двери, девушка вскрикнула от восторга.

— Сьюзен Альтман!

— Я так и думала, что ты будешь удивлена, — рассмеялась та. — Когда я получила твое письмо, я не стала раздумывать, а просто вскочила в поезд и вот — я здесь.

— Замечательно! — заявила Пенни. — Не получив от тебя письма, я начала думать, что ты не приедешь. Но зачем ты шла пешком? Почему не позвонила?

— Я не знала, что у вас есть телефон.

— Да, у нас есть все достижения цивилизации, — рассмеялась Пенни. — Заходи. Ты, наверное, устала?

— Вовсе нет, — запротестовала Сьюзен, — но хотела бы умыться. Поезд оказался старым и грязным.

— Разреши мне хотя бы взять твой чемодан, — сказала Пенни.

Девушки вошли в дом, и не переставали говорить, даже пока Сьюзен умывалась.

— Что за тайна, о которой ты мне написала? — вполголоса спросила Сьюзен. — Кто такая миссис Мастербрук и где тот самый старый дом?

— Я обо всем тебе расскажу, — пообещала Пенни. — Только подожди, пока мы не уйдем из коттеджа.

— Даже стены имеют уши? — улыбнулась Сьюзен.

— Нет, зато они имеются у нашей домработницы, — ответила Пенни.

Вскоре девушки отправились на прогулку по оврагу. Пенни рассказала своей подруге все, что случилось с того времени, как они с отцом прибыли в Кендон. Сьюзен не показалось, что предположения Пенни всего лишь выдумка.

— Я рада, что ты мне веришь, — сказала Пенни. — И, надеюсь, мы вдвоем сможем помочь маленькому Перри Крокеру. Кстати, мы можем столкнуться с тайной, ничуть не уступающей игрушечному фонарю, которой занимается папа.

— Мне очень хочется помочь, — с жаром ответила Сьюзен. — Но у меня плохо работают мозги.

— Я пока тоже недалеко продвинулась, — призналась Пенни. — Но сначала мы спустимся к дому Крокера. Хочу, чтобы ты сама увидела главных героев нашей мелодрамы.

— Кажется, я видела дом на склоне, когда шла сюда, — заметила Сьюзен. — Такой древний, увитый виноградом, особняк.

— Это он. Миссис Мастербрук сказала мне, что старый Герман переехал туда после смерти сестры. А до этого жил в коттедже.

— А где молодой человек, которого зовут Майкл Хеймонд?

— Не знаю, — призналась Пенни. — Но, наверное, где-то рядом.

— Он красивый?

— Ну что еще ты могла спросить? — вздохнула Пенни. — Нет, Майкл не красивый, но симпатичный.

— Ты написала, что он может оказаться мошенником…

— Поначалу он вел себя странно, — принялась оправдываться Пенни. — Но после того как я узнала его поближе, я засомневалась. Он очень сдержан.

— Возможно, твое мнение о мистере Крокере также изменится к лучшему.

— Я так не думаю, — улыбнулась Пенни. — Он очень эксцентричный персонаж. Не возражаешь, если мы прогуляемся на Кноб Хилл?

— Нет. Мне нужно больше двигаться.

Расстояние между коттеджем и домом мистера Крокера составляло всего четверть мили. Пенни намеревалась, в качестве предлога для посещения старика, уговорить его продать еще яиц. Однако когда девушки подходили к особняку, они увидели машину мистера Крокера, отъезжавшую от дома.

— Герман уехал! — воскликнула Пенни. — И Перри с ним!

Машина добралась до дороги и покатила к Кендону.

— Что ж, похоже, сегодня я старого джентльмена не увижу, — прокомментировала Сьюзен.

— Нет, но зато ты сможешь осмотреть дом с близкого расстояния. Пока мистера Крокера нет, нам никто не помешает.

Когда девушки шли по аллее, Пенни рассказала Сьюзен о машине, которую видела припаркованной в сарае мистера Крокера.

— И как ты думаешь, что случилось с ее владельцем? — спросила Сьюзен. — Ты хочешь сказать, что Уолтер Крокер не вернулся в город?

— Я задавала себе этот вопрос много раз. Я знаю, что племянник мистера Крокера приехал сюда, чтобы решить вопрос с наследством, но у жителей Кендона сложилось впечатление, что у мистера Крокера нет иных живых родственников, кроме Перри.

— Твое обвинение против мистера Крокера очень серьезно.

— О, я вовсе не утверждаю, что он имеет какое-либо отношение к исчезновению своего племянника, — быстро сказала Пенни. — Я просто размышляю. И, кроме тебя, ни с кем не делилась своими мыслями.

— Это было бы неразумно… — начала Сьюзен.

Она осеклась, поскольку в этот момент из-за угла дома показалась собака. Девушки остановились.

— Руди очень злой! — предупредила Пенни. — И он не на привязи.

— Уйдем отсюда!

Девушки повернулись и поспешно пошли по аллее, но собака решила, что они что-то замышляют. С глухим рычанием, она направилась к ним.

— Бежим! — в ужасе крикнула Сьюзен.

Однако вместо того, чтобы убежать, Пенни наклонилась, чтобы поднять палку. Руди бросился на нее и сбил с ног. Сьюзен закричала.

Помощь подоспела быстрее, чем девушки могли ожидать. Из-за живой изгороди выпрыгнул человек. Пока Пенни пыталась подняться на ноги, он подбежал к ней. Это был Майкл Хеймонд.

ГЛАВА XII. ВИЗИТ В ПРИЮТ

— Не шевелись! — твердо произнес молодой человек.

Он выхватил палку из руки Пенни и пригрозил ею собаке. Руди не пожелал вступать в схватку. При виде серьезного противника, он повернулся и побежал к сараю.

Пенни поднялась и принялась чистить платье.

— Спасибо, Майкл, — сказала она.

— Ничего страшного, — ответил молодой человек. — Собака всего лишь хотела напугать.

— Она слишком реалистично себя вела, и я испугалась, — ответила Пенни.

— Вам не больно?

— Нет, собака сбила меня, но не укусила. Я рада, что вы оказались в нужное время в нужном месте, Майкл.

— Я тоже.

Молодой человек бросил быстрый взгляд на Пенни и отвернулся. Он понял, что она ждет от него объяснения его присутствия возле дома Крокера.

Эта мысль действительно пришла ей в голову, но, учитывая услугу, оказанную ей Майклом, она решила ни о чем не спрашивать его. Вместо этого она любезно представила молодого человека Сьюзен.

— Поскольку мистера Крокера нет дома, мы можем вернуться в коттедж, — сказала Пенни. — Руди может набраться мужества и снова напасть на меня.

— Согласен с вами, — сказал Майкл, идя рядом с девушками, — я ведь тоже пришел повидаться с мистером Крокером.

Ни Пенни, ни Сьюзен ничего не сказали. Они были совершенно уверены, что молодой человек наблюдал, скрываясь за изгородью. Они полагали, он видел отъезд мистера Крокера и, вероятно, следил за ними самими.

Возвращаясь в коттедж, они беседовали. Сьюзен, не подозревая, что молодой человек предпочел не рассказывать о своем прошлом, начала задавать ему вопросы относительно его родных мест.

— Пенни сказала, что вы родились на Западе? — спросила она.

— Это правда, — с некоторой тревогой ответил молодой человек.

— Я бы никогда не догадалась, — продолжала Сьюзен. — Вы говорите не как житель Запада. Вы жили на ранчо?

Майкл покачал головой. Поколебавшись, он ответил:

— Мальчиком я провел большую часть жизни в доме для сирот. В местечке, под названием Гленхейвен.

— В нашем штате есть дом для сирот, носящий такое имя! — воскликнула Пенни.

— Это, конечно, странно, — ответил Майкл, избегая ее взгляда. — Но мне всегда казалось, что Гленхейвен — очень распространенное название.

— Расскажите нам о себе побольше, — попросила Сьюзен.

— Мне особо нечего рассказывать. Я очень мало знаю о своих родителях. Я содержался в доме, пока мне не исполнилось восемнадцать лет. Я много работал, со мной хорошо обращались. Затем я устроился на фабрику, но времена изменились, и меня уволили. Вот, собственно, и все.

«Но это совершенно не объясняет, почему ты приехал в Кендон повидаться с Германом Крокером», — подумала Пенни. Тем не менее, на ее безмятежном лице не было и тени недоверия к сказанному Майклом.

Наедине, в комнате Пенни, девушки принялись обсуждать молодого человека.

— Он мне очень понравился, — сказала Сьюзен.

— Мне тоже, — согласилась Пенни, — но это ничего не меняет. Уверена, он рассказал нам не все. Возможно, он родился на Западе, но мне кажется, большую часть жизни он провел в этом штате.

— Почему ты так думаешь, Пенни?

— Потому что, разговаривая с ним, я заметила, что он хорошо знает местную историю и политику. И еще, — я сомневаюсь, что Гленхейвен, — обычное имя для сиротского дома.

— Он выглядел смущенным, говоря это.

— Хочешь знать, что я думаю? — спросила Пенни. — Я подозреваю, что Майкл Хеймонд провел большую часть своей жизни в местном Гленхейвене, а вовсе не на Западе.

— Но зачем ему скрывать этот факт?

— Понятия не имею. Вполне возможно, с этим что-то связано, но Майкл кажется мне приличным человеком.

— Если тебе так интересно, мы можем написать запрос чиновникам Гленхейвена, — медленно произнесла Сьюзен.

— Я не считаю, что попытка узнать больше о человеке, это простое любопытство, — заявила Пенни. — Хороший детектив должен учитывать в своем расследовании все. Письмо можно было бы отправить сегодня вечером, но только, боюсь, ответа придется ждать слишком долго.

— Я так думаю, в лучшем случае, — неделю.

— Гленхейвен неподалеку отсюда! — воскликнула Пенни. — Давай съездим туда завтра. Думаю, папа разрешит мне взять машину, если она ему не понадобится.

— Я согласна, — тут же сказала Сьюзен.

— Мы могли бы выехать пораньше и вернуться к обеду, — с энтузиазмом заявила Пенни.

Когда мистер Николс вернулся домой, она спросила, можно ли им взять машину завтра. Детектив был не против. Он был рад тому, что приехала Сьюзен, поскольку считал, что девушкам будет приято проводить время вместе.

— Есть ли какие-нибудь новости об игрушечном фонаре? — поддразнивающим тоном осведомилась Пенни.

— Не стоит упоминать о нем, — ответил детектив. — Я несколько обескуражен.

— Не стесняйся обратиться, если понадобятся мои услуги, — рассмеялась Пенни. — Потому что у меня с моим делом дела идут очень хорошо.

Рано утром на следующий день Пенни и Сьюзен отправились в Гленхейвен, никому не сказав, за исключением мистера Николса, о цели своей поездки. Они не хотели, чтобы о ней узнали миссис Мастербрук или Майкл.

В полдень девушки отыскали сиротский приют. Это было частное учреждение и, по крайней мере, снаружи, довольно привлекательное место. Кирпичное здание имело несколько длинных крыльев; здесь также имелась большая лужайка.

— Ты когда-нибудь видела такой красивый двор? — с восхищением спросила Сьюзен. — Он выглядит ровно, как пол.

— Он слишком красивый, — ответила Пенни. — Я бы предпочла, чтобы трава росла неравномерно. Тогда бы я знала, что дети играют на лужайке, а не сидят взаперти.

Девушки обогнули лужайку и подъехали к входной двери. Спросили, как им найти заведующую, и им показали кабинет миссис Баркер.

— Чем я могу вам помочь? — спросила женщина приятным голосом.

Смущенная ее пристальным взглядом, Пенни с трудом объяснила ей цель их визита. Им хотелось узнать, жил ли в приюте сирота по имени Майкл Хеймонд.

— Одну минуту, я попрошу посмотреть, — ответила заведующая.

Она позвонила в колокольчик и поручила пришедшему служащему проверить приютские записи. Вскоре тот вернулся. Мальчик, по имени Майкл Хеймонд, никогда не жил в приюте Гленхейвен.

— Возможно, молодой человек взял это имя, уже покинув Гленхейвен, — медленно произнесла Пенни. — Вы можете узнать его по описанию?

— Как давно он покинул приют? — спросила заведующая.

— Могу только догадываться, но с тех пор прошло не менее двух лет.

— В таком случае, ничем не могу вам помочь. Видите ли, я заведую приютом только девять месяцев. Вам нужно поговорить с миссис Хейверс. Она работала здесь более двадцати лет.

— Вы не подскажете, где я могу ее найти? — осведомилась Пенни.

— Я дам вам ее адрес.

Миссис Баркер потянулась за карандашом и бумагой.

— Она живет неподалеку? — спросила Пенни.

— Да, в Ферндейле, недалеко отсюда. Миссис Хейверс оставила свое место из-за серьезной болезни, но, насколько мне известно, сейчас ее состояние значительно улучшилось.

Пенни поблагодарила заведующую, взяла бумажку с адресом, и они со Сьюзен вышли. Оказавшись снаружи, они остановились, намереваясь обсудить дальнейшие действия.

— Не будем тратить время понапрасну, — предложила Пенни, — и отправимся сразу к миссис Хейверс.

— Хорошо, — согласилась Сьюзен, — тем более что времени у нас достаточно. — Только мне кажется, это бесполезно. Если бы Майкл жил здесь, его имя наверняка сохранилось бы в записях приюта.

— Да, если он не сменил имя, покинув его, — напомнила Пенни. — Но все равно, давай попробуем.

Девушки отправились в городок Ферндейл и без затруднений нашли адрес, который написала им миссис Баркер. Пожилая женщина, с седыми волосами и добрыми серыми глазами пригласила их в свой кирпичный коттедж. В гостиной было так тепло и душно, что Пенни трудно дышалось, однако миссис Хейверс этого, видимо, не заметила.

— Значит, вы хотите узнать у меня что-то об одном из сирот, живших в Гленхейвене? — спросила старушка, после того как Пенни и Сьюзен сказали ей о цели своего приезда. — Буду рада помочь, если смогу.

— Мы пытаемся найти информацию о молодом человеке, по имени Майкл Хеймонд, — объяснила Пенни. — Вы его помните?

— Я не забыла ни одного ребенка, находившегося под моей опекой, — с улыбкой ответила миссис Хейверс. — Но я уверена, что в приюте никогда не было ребенка с именем, которое вы назвали.

— Боюсь, мы ошиблись, — разочарованно сказала Пенни.

— Вы уверены, что это правильное имя?

— Нет, — честно призналась Пенни.

— Причина, по которой я спрашиваю, заключается в том, что у нас был сирота по имени Майкл, — задумчиво произнесла миссис Хейверс. — Он был одним из моих любимчиков. С его рождением была связана какая-то тайна, но он, кажется, происходил из хорошей семьи.

— Вы помните его полное имя? — спросила Пенни.

— О, да, его звали Майкл Глэдвин.

— Не очень-то похоже на Хеймонд, — заметила Сьюзен.

— Майкла привезли в приют, когда ему было два года, — вспоминала миссис Хейверс. — Его родители погибли в автомобильной катастрофе, как нам сказали, но я всегда в этом сомневалась.

— Могу я спросить, почему? — сказала Пенни.

— Я считаю, что очень хорошо разбираюсь в людях, — ответила миссис Хейверс. — Человек, который привез к нам Майкла, был особенным. Он утверждал, что не имеет к мальчику никакого отношения, но очень любил его и был готов полностью оплачивать его содержание в приюте.

— Это, действительно, необычная щедрость, — заметила Пенни.

— Поэтому я подумала: никто, при внешности этого человека, не заподозрил бы в нем такого характера.

— Вы не наводили справки? — спросила Сьюзен.

— Политика Гленхейвена такова, что там не стараются узнать происхождение детей, которых туда привозят, — ответила миссис Хейверс. — Младенцы, оставленные на пороге приюта, получают такую же заботу, как и переданные родителями, которые не в состоянии их содержать. В данном случае, мужчина оплатил содержание Майкла на пять лет вперед.

— И после этого, полагаю, вы больше о нем не слышали? — спросила Пенни.

— Наоборот, деньги поступали регулярно в течение десяти лет, но в этот период мальчика никто не посещал.

— Не могли бы вы назвать нам имя человека, который привез Майкла в приют? — спросила Пенни.

— Я не старалась его запомнить. Кажется, оно начиналось с К. Кажется, Кинан, или что-то в этом роде. Деньги всегда поступали из местечка, называвшегося Фэрфакс.

— А что стало с Майклом? — полюбопытствовала Сьюзен.

— Он жил в приюте, пока ему не исполнилось восемнадцать лет, — ответила миссис Хейверс. — После этого мы нашли ему работу. На этом наши отношения закончились.

— Значит, вы никогда не пытались установить происхождение мальчика? — задумчиво протянула Пенни.

— Несколько лет назад я написала в Фэрфакс. Но случилось странное: на письмо не ответили, но с тех пор средства на содержание Майкла поступать перестали.

— Возможно, человек, который оплачивал его содержание, не хотел оказаться узнанным, — заметила Пенни.

— Я тоже об этом подумала. Я хотела продолжить поиски, но заболела. Я больше года лечилась, потом вернулась к исполнению своих обязанностей, чтобы окончательно уйти через несколько месяцев.

Миссис Хейверс начала рассказывать о своих недомоганиях, и у девочек больше не появилось возможности задать дополнительно вопросы о Майкле.

— Мне очень жаль, что я не смогла вам помочь, — с сожалением сказала женщина, провожая девушек к двери. — Конечно, Майкл, о котором я вам рассказала, не имеет никакого отношения к тому молодому человеку, информацию о котором вы хотите найти.

— Наверное, нет, — согласилась Пенни. — Спасибо, что уделили нам столько времени.

Когда дверь позади них закрылась, она с нетерпением повернулась к подруге.

— Сьюзен, я не хотела говорить об этом в присутствии миссис Хейверс, но почему Майкл Хеймонд и Майкл Глэдвин не могут оказаться одним и тем же человеком?

— Их зовут одинаково.

— Не только. Многие факты из жизни Майкла Хеймонда совпадают с рассказами миссис Хейверс.

— Некоторое сходство действительно есть, — признала Сьюзен. — Но мы ничего не можем доказать.

Пенни пристально взглянула на подругу. Затем у нее на губах появилась улыбка.

— Сьюзен, у меня появилась грандиозная идея! — воскликнула она. — Фэрфакс недалеко отсюда. Поедем туда прямо сейчас и посмотрим, не удастся ли нам отыскать следы этого таинственного мистера Кинана!

ГЛАВА XIII. РУЛОН МАТЕРИИ

Сьюзен поддержала идею Пенни, и девушки поехали в Фэрфакс — небольшой городок с несколькими тысячами жителей. Они остановились возле аптеки, чтобы заглянуть в телефонный справочник. В нем имелось по меньшей мере пятнадцать семейств, носивших фамилию Кинан.

— Это будет не так-то легко, как я думала, — разочарованно сказала Пенни.

— Возможно, мы могли бы позвонить каждому Кинану, указанному в справочнике, — предложила Сьюзен.

— И что сказать? — спросила Пенни. — Прошу прощения, вы, случайно, не тот Кинан, который определил Майкла Глэдвина в сиротский приют? Как ты думаешь, что бы нам на это ответили?

— Наверное, это глупо, — согласилась Сьюзен. — Тогда давай бросим это дело.

— Мы могли бы попробовать что-нибудь узнать в почтовом отделении, — сказала Пенни, немного подумав.

Они отправились на почту, расположенную в самом центре Фэрфакса, только для того, чтобы столкнуться с очередным разочарованием. Почтмейстер вежливо слушал, пока Пенни рассказывала ему, что ищет некоего мистера Кинана, который на протяжении многих лет переводил деньги в сиротский приют Гленхейвен, но посчитал ее просьбу помочь ей с информацией довольно смешной.

— Через нас каждый день делают сотни переводов, — объяснил он. — Просто невозможно выделить какой-то конкретный.

Пенни и Сьюзен вернулись к машине, полагая, что исчерпали все возможности.

— Можно отправляться домой, — мрачно заявила Пенни. — День потрачен впустую.

— Ну, я бы этого не сказала, — весело ответила Сьюзен. — Мы интересно провели время, мы кое-что узнали от миссис Хейверс.

— Мы знаем о Майкле Хеймонде ничуть не больше, чем раньше. Он может оказаться одним лицом с Майклом Глэдвином, но нам никогда не удастся этого доказать.

— Если только он сам в этом не признается.

— Мне бы не хотелось, чтобы Майкл подумал, что я копаюсь в его прошлом, — поспешно сказала Пенни. — В конце концов, это действительно не мое дело, где он провел свое детство. Мне следует просто забыть об этом.

Девушки, возможно, не смогли бы полностью забыть свое расследование, если бы случившееся на следующий день не отодвинуло все прочее на задний план.

Сьюзен решила связать свитер. Ей понадобилось больше шерсти, и она попросила Пенни съездить в магазин.

Пока Сьюзен выбирала шерсть, Пенни бродила по магазину, разглядывая товары. Никогда прежде она не видела такого причудливого ассортимента. В магазине имелась секция бакалеи, кондитерская, книги и канцелярские принадлежности, обувная секция и прочие.

Внезапно внимание Пенни было привлечено рулоном ткани, лежавшим на прилавке. Это был белый материал необычного плетения. Девушка подошла, чтобы осмотреть его.

— Хочешь приобрести себе платье, Пенни? — спросила Сьюзен, приближаясь к подруге.

— Ты меня испугала! — со смехом воскликнула та. — Сьюзен, я бы хотела, чтобы ты повнимательнее взглянула на эту ткань.

— Если хочешь знать мое мнение, она мне совсем не нравится, — ответила Сьюзен. — Материал слишком грубый.

— Я не собираюсь покупать его для платья, — быстро объяснила Пенни, понизив голос. — Помнишь тот игрушечный фонарь, который я тебе показывала?

— Конечно. Ты имеешь в виду тот, который, по мнению твоего отца, является ключом к делу Кирменбаха?

— Да.

— Я все еще не понимаю, к чему ты клонишь, — нетерпеливо сказала Сьюзен. — Какая связь между фонариком и этой материей?

— Посмотри на ткань очень внимательно, — настаивала Пенни. — Неужели ты не видишь?

— Нет.

— Ты забыла про фитиль игрушечного фонаря?

— Фитиль… — медленно повторила Сьюзен. — Ах! Ткань точно такая же!

— Правильно, — кивнула Пенни. — По крайней мере, наши мнения совпадают. Фитиль этого игрушечного фонарика мог быть сделан из кусочка ткани, отрезанного от этого самого рулона!

— Я никогда и ни за что не заметила бы этого, — с восхищением пробормотала Сьюзен. — Пенни, ты нашла важный ключ для своего отца.

— Но, возможно, я ошибаюсь, — призналась Пенни.

Она замолчала, к девушкам подошел продавец.

— Вам что-нибудь показать? — спросил он. — Этот рулон на прилавке — один из самых популярных материалов.

— И много вы уже продали? — быстро спросила Пенни.

— Да, да. У многих женщин Кендона костюмы сделаны из этого материала, к тому же, у него хорошая цена — всего тридцать девять центов за ярд.

— А вы не могли бы дать мне список людей, купивших этот материал? — спросила Пенни.

Продавец счел этот вопрос странным.

— Боюсь, что не могу, — ответил он. — Половина женщин в городе покупает товар у меня, и я уверен, вы не ошибетесь, если поступите, как они.

— Я куплю четверть ярда, — сказала Пенни.

— Всего лишь четверть ярда?

— Да, как образец. Возможно, позже я куплю больше.

Продавец отрезал материал и завернул его. Пенни и Сьюзен вышли из магазина.

— Я отправляюсь прямо в коттедж, чтобы сравнить эту ткань с фитилем игрушечного фонаря! — воскликнула Пенни, когда продавец не мог их услышать.

— Очень жаль, что его купили многие, — заметила Сьюзен. — В противном случае, покупателей можно было бы отследить.

— Да, — согласилась Пенни, — но ключ может оказаться ценным. Если эта ткань такая же, как и та, из которой сделан фитиль, очень возможно, что вор, укравший драгоценности Кирменбаха, живет в этом городе.

— Не забывай, что и в других магазинах может продаваться точно такой же материал, — заметила Сьюзен.

— Конечно, это возможно. Папа может не придать этой находке большого значения, но все равно ему стоит сообщить.

Когда девушки вернулись в коттедж, мистер Николс сидел на крыльце. Убедившись, что миссис Мастербрук их не слышит, Пенни рассказала ему о своем важном открытии. Мистер Николс внимательно осмотрел ткань, а затем сравнил ее с фитилем игрушечного фонаря.

— Я думаю, это один и тот же материал! — возбужденно заявила Пенни.

— Ты права, — согласился ее отец. — Где ты купила его?

— В магазине. К сожалению, почти все женщины Кендона купили этот материал.

Мистер Николс потянулся к своей шляпе.

— Я сейчас съезжу туда и поговорю с продавцом.

— Ты думаешь, этот ключ важен?

— Да, Пенни. Он, может быть, ни к чему не приведет, но уверенным быть нельзя.

— Разве я не предлагала обращаться ко мне, если тебе понадобится помощь в твоем деле? — рассмеялась Пенни.

— Предлагала, — добродушно согласился ее отец. — По сравнению с тобой, мне кажется, я выгляжу не очень.

Перед отъездом из коттеджа мистер Николс осторожно запер игрушечный фонарь в своей комнате. Учитывая его значимость в деле Кирменбаха, он не хотел, чтобы его украли.

Мистер Николс отсутствовал чуть больше часа. Когда Пенни увидела, как он поднимается по дороге, то помчалась навстречу ему.

— Удалось что-нибудь узнать? — нетерпеливо спросила она.

Детектив покачал головой.

— Материал и в самом деле тот же, — ответил он, — но продавец не смог вспомнить никого, кто покупал у него ткань. Он показался мне ограниченным человеком.

Пенни некоторое время шла рядом с отцом, не произнося ни слова. Затем сказала, извиняющимся тоном:

— Папа, у меня есть одна идея, но она может показаться тебе глупой.

— В чем она заключается? — спокойно спросил детектив.

— В том, что вор, укравший драгоценности Кирменбаха, может жить где-то здесь.

— Это вполне возможно, — согласился мистер Николс.

— В таком случае, игрушечный фонарь, вероятно, прннадлежал какому-нибудь ребенку, живущему в Кендоне или поблизости.

— Это тоже вполне вероятно.

— Моя идея такова, — сказала Пенни. — Почему бы не положить фонарь на какое-нибудь видное место, где дети, скорее всего, заметят его, например, в кондитерской магазина Хантера. Уговори мистера Хантера сделать это и попроси помочь найти владельца игрушечного фонаря. Ребенок, увидев его на полке магазина, почти наверняка узнает его.

Мистер Николс не засмеялся. Он некоторое время задумчиво молчал.

— Возможно, в твоей идее что-то есть, Пенни, — серьезно сказал он. — Если мы сможем найти владельца игрушечного фонаря, то, возможно, сможем выйти на след вора, но вероятность того, что нужный нам ребенок окажется в магазине и узнает свою игрушку, очень мала.

— Но почему бы не попробовать?

— Нам и в самом деле нечего терять, — сказал мистер Николс. — Я попробовал все разумные способы выйти на след вора, и они не сработали. Так что мы вполне можем проверить твою идею.

— Когда ты собираешься поговорить с мистером Хантером? — с нетерпением спросила Пенни.

— Мы возьмем игрушечный фонарь и пойдем к нему вместе, — пообещал мистер Николс. Он улыбнулся своей дочери. — И, кстати, в деле Кирменбаха появилось новое обстоятельство, о котором я тебе еще не сказал.

— Какое же?

— Мистер Кирменбах предложил вознаграждение в пятьсот долларов за поимку вора. Так что, если твоя идея к чему-нибудь приведет, это может оказаться очень выгодным.

ГЛАВА XIV. ПОДСЛУШАННЫЙ РАЗГОВОР

Но Пенни не надеялась получить вознаграждение, предложенное мистером Кирменбахом. Она, как и ее отец, прекрасно понимала: шансы на то, что ее идея сработает, чрезвычайно малы.

Мистер Хантер, любивший детективы, охотно согласился помочь. Он положил сломанный игрушечный фонарь на видное место рядом с кондитерской и пообещал немедленно сообщить, если какой-нибудь ребенок его узнает.

Сьюзен и Пенни, спускаясь в городок, привыкли заглядывать в магазин. Они видели, что многие дети приходят покупать сладости, но дни шли за днями, и ни один из них не выказал интереса к фонарю.

— Боюсь, это была еще одна сумасшедшая идея, — печально призналась Пенни.

— Ты слишком нетерпелива, — сказал ее отец. — Может потребоваться не одна неделя. Твоя идея еще не потерпела крах.

— Я в этом совсем не уверена, — заявила Пенни.

— Возможно, это был холостой выстрел, — согласился мистер Николс. — Тем не менее, оставим игрушечный фонарь в магазине мистера Хантера еще на неделю.

Временно потеряв интерес к делу отца, Пенни вспомнила, что Сьюзен еще не видела старого Германа Крокера.

— Мы могли бы сходить к нему сегодня днем, — предложила она.

— А как же собака? — смущенно сказала Сьюзен. — В этот раз Майкла может не оказаться поблизости, чтобы избавить нас от неприятностей.

— О, мы будем очень осторожны, — ответила Пенни. — Во всяком случае, я думаю, что Руди только пугает. Сомневаюсь, чтобы он пустил в ход зубы.

— Мне показалось, когда он напал на тебя, у тебя было иное мнение, — поддразнила ее Сьюзен. — Но если у тебя достаточно храбрости, чтобы пойти, полагаю, я составлю тебе компанию, даже если нас покусают.

— Мне очень хочется узнать, стоит ли машина Уолтера Крокера в сарае, — призналась Пенни. — Мне кажется, в исчезновении этого парня есть что-то загадочное.

— Если там собака, нам не удастся приблизиться к сараю даже на милю. Но, я полагаю, ты все равно не успокоишься, пока она нас не покусает.

Девушки не пошли обычным маршрутом, по дороге. Вместо этого они отправились через лес, намереваясь выйти к дому мистера Крокера со стороны сарая.

Когда Сьюзен и Пенни оказались на окраине леса, возле дома, то увидели двух мужчин, стоявших у сарая.

— Это Герман Крокер! — воскликнула Пенни, когда девушки остановились. — Но кто это с ним?

— Он немного похож на Майкла Хеймонда, — сказала Сьюзен.

— Это не Майкл, — поправила ее Пенни. — Это Уолтер Крокер!

— Племянник старого Германа!

— Да, я уверена, что это он.

— Но, Пенни, ты же сказала, что он исчез, — запротестовала Сьюзен. — Ты даже полагала, что старый Герман виноват…

— Я ошибалась, — признала Пенни. — Возможно, я плохо думала о Германе Крокере. Я полагала, что он нечестный человек, но сейчас это выглядит не так.

— Они о чем-то спорят, — заметила Сьюзен. — Хотелось бы знать, о чем.

— Постараемся подобраться к ним поближе. Мы можем спрятаться за сараем и, наверное, услышать все, не будучи замеченными.

Мужчины были настолько поглощены разговором, что не заметили девушек, крадущихся через поляну. Мгновение, и они оказались скрыты сараем. Пенни и Сьюзен подобрались как можно ближе и замерли, прислушиваясь. Они услышали Уолтера Крокера.

— Это последнее предупреждение, — сказал он старику. — Ты поделишься со мной, или мне обратиться к властям?

— Дай мне время, — хрипло ответил Герман. — Я уже отдал тебе все наличные деньги, которые у меня были.

— Мне лучше знать, — мрачно произнес Уолтер. — У тебя много денег, но ты слишком скуп, чтобы расстаться с ними. Возможно, ты предпочитаешь сохранить украденное золото и отправиться в тюрьму?

— Ты не можешь отправить меня в тюрьму, я ничего не сделал.

— Нет? — насмешливо спросил Уолтер. — Полагаю, ты считаешь вполне законным присвоить наследство племянника, заставив горожан поверить, что твоя сестра умерла бездетной.

— У тебя нет доказательств, что ты — ребенок Дженни, и я больше не заплачу тебе ни цента. Это шантаж!

— Называй это как угодно, — с усмешкой ответил Уолтер Крокер. — Я — сын твоей сестры Дженни и могу это доказать.

— Я в это не верю, — возразил старик. — Никаких доказательств не существует.

— Ты уже дал мне пятьсот долларов, и это свидетельство того, что ты считаешь мою историю правдивой.

— Я сделал это только для того, чтобы избавиться от тебя.

— Что ж, на этот раз тебе не удастся отделаться так легко, мистер Крокер. Либо ты передаешь мне значительную часть имущества, либо я обращусь в суд.

— Тебя не станут слушать. Без доказательств…

— Мое доказательство примет любой суд, — прервал его Уолтер. — У меня есть письма, написанные моей матерью до ее смерти. И еще одно письмо от женщины, по имени Хильда Франк…

— Значит, это ты украл письма из сундука в моем коттедже! — воскликнул Герман Крокер. — Я могу подать на тебя в суд за незаконное проникновение!

— На твоем месте, я бы не стал спешить, — хладнокровно сказал племянник. — Я не украл письма, они попали ко мне в руки совершенно законным образом.

— Ты мог заполучить эти письма, только выкрав их!

— Не буду спорить, — равнодушно ответил Уолтер. — Поскольку это не имеет значения. Главное в том, что письма у меня есть. Мы договоримся, или мне рассказать свою историю всему Кендону?

Последовало долгое молчание, после чего девушки услышали усталый голос старого Германа:

— Сколько ты хочешь?

— Я так и думал, что разум возобладает, — с торжеством произнес Уолтер. — Насколько мне известно, стоимость наследства моей матери составила восемьдесят тысяч долларов.

— Намного меньше, — пробормотал старый Герман.

— Не желая грабить тебя, я согласен на пятьдесят тысяч долларов.

— Пятьдесят тысяч долларов! — простонал старик. — Что же это, если не грабеж?

— Ты забываешь, что я имею право на все имущество. Это ты меня ограбил. Итак, ты согласен?

— Мне нужно время, чтобы найти деньги.

— Я ожидаю первого взноса через неделю, — твердо сказал Уолтер.

— Я заплачу только при одном условии, — собравшись с духом, ответил старик. — Ты вернешь мне письма. В противном случае, ты не получишь ни цента.

— Я отдам их.

— Покажи их.

— Я не могу этого сделать сейчас, — ответил Уолтер Крокер, и Пенни показалось, что его голос звучит обеспокоенно.

— Возможно, у тебя их вообще нет, — быстро сказал Герман.

— Они есть, но я не ношу их с собой. Я принесу их тебе через неделю.

— Хорошо, но помни: нет писем — нет денег. И еще: я не хочу, чтобы ты здесь появлялся. Люди говорят о твоей машине в моем сарае. Я не должен был буксировать ее сюда.

— Ты хотел, чтобы я перегнал ее в гараж Кендона?

— Нет, — коротко ответил Герман Крокер.

— Я так и подумал. Хорошо, где мы встретимся, если ты не хочешь, чтобы я появлялся здесь?

— На пешеходном мостике через ущелье.

— Где это? — спросил Уокер.

— В четверти мили ниже моего коттеджа. Будь там в следующий четверг в десять часов вечера.

— Я буду там, — пообещал молодой человек. Он собрался уходить.

— Ты заберешь свою машину? — окликнул его Герман Крокер. — Я починил колесо.

— Да, я заберу ее прямо сейчас, — ответил Уолтер.

Когда девушки увидели старого Германа, идущего в одиночестве к дому, они испытали к нему жалость. В его поступке не было сомнений, но они симпатизировали ему, а вовсе не Уолтеру Крокеру, хотя тот, очевидно, был лишен своего законного наследства.

Пенни и Сьюзен услышали, как открылись двери сарая, и поняли, что молодой человек забирает свою машину. Поскольку он задержался дольше, чем это было необходимо, они подобрались к покрытому пылью окну и осторожно заглянули в него.

— Кажется, он что-то ищет! — прошептала Пенни.

Уолтер Крокер снял подушки сиденья и изучал каждый дюйм автомобиля. На его лице было написано очевидное беспокойство. Девушки услышали, как он что-то бормочет.

— Как ты думаешь, что он потерял? — вполголоса спросила Сьюзен. — По его виду можно сказать, что это что-то очень важное.

— Я, конечно, не знаю, — ухмыльнулась Пенни, — но что-то мне подсказывает, что это могут оказаться письма Германа Крокера!

ГЛАВА XV. ПОТЕРЯННЫЕ ПИСЬМА

— Почему ты думаешь, что он потерял письма? — прошептала Сьюзен своей подруге. — Разве он не сказал Герману Крокеру, что привезет их ему в следующий четверг?

— Да, — кивнула Пенни, — но он и должен был так сказать. Мне кажется, он выглядит таким обеспокоенным, поскольку доказательства исчезли.

Девушки не стали больше заглядывать в сарай, опасаясь, что их заметят. Они осторожно пробрались обратно в лес и направились в коттедж.

— Да, Пенни, ты была права, когда сказала, что старый Герман — таинственный персонаж, — заметила Сьюзен, пока они шли.

— Я немного разочарована, — ответила Пенни. — Теперь, когда все объяснилось, нам не будет так интересно.

— Есть еще много вещей, которые я не понимаю.

— И я тоже, — призналась Пенни, — но в целом, мне кажется, все ясно.

— В таком случае, объясни мне.

— Хорошо. Из разговора, который мы слышали, очевидно, что Уолтер Крокер пытается шантажировать своего дядю. Но по закону, как мне кажется, это не шантаж, поскольку Уолтер имеет право на все состояние.

— Ты считаешь, что Герман Крокер в самом деле обманул его? — спросила Сьюзен.

— Мистер Крокер практически признал это, не так ли? Я поняла так, что когда-то он получал письма от своей сестры, Дженни, и другой женщины — письма, в которых упоминался мальчик, Уолтер. Герман ошибся, сохранив эту переписку.

— Но что стало с Уолтером после смерти Дженни? — недоуменно спросила Сьюзен. — Почему он прежде не претендовал на наследство? И каким образом он раздобыл письма?

— Старый Герман, должно быть, держал Уолтера в неведении, — задумчиво ответила Пенни. — Понятия не имею, каким образом он узнал правду. Что касается писем, то мне известно — они хранились в сундуке на чердаке коттеджа.

— Подумать только, какую возможность ты упустила! — воскликнула Сьюзен.

— Не знаю, как долго письма хранились там. Я помню, несколько дней назад старый Герман пришел в коттедж и поднялся на чердак. Тогда я и представить себе не могла, что ему нужно. Теперь я уверена — он был встревожен тем, что Уолтер Крокер стал вымогать у него деньги. Несомненно, он приходил, чтобы найти письма, которые, как он знал, послужат доказательством против него.

— Думаешь, письма пропали тогда? — спросила Сьюзен.

— Герман не нашел того, что ему было нужно. Помнишь, он обвинил Уолтера в краже писем.

— Да, но тот отверг его обвинение.

— Уолтер, возможно, солгал, хотя, казалось, говорил искренне, — медленно произнесла Пенни. — В любом случае, когда я заглянула в сундук, — а это было уже после того, как Герман ушел, — письма еще лежали там. Однако я сомневаюсь, чтобы это были те самые письма, иначе Герман забрал бы их с собой.

— Но ты сказала, что когда поднялась на чердак во второй раз, письма исчезли, — напомнила Сьюзен своей подруге.

— Все верно. Если письма не служили доказательством против Германа, не понимаю, кто бы их мог взять.

— Может быть, тот человек, который проник в коттедж ночью?

— Он мог бы взять их, — призналась Пенни, — но я не слышала, чтобы он поднимался на чердак. У меня создалось впечатление, — он только-только вошел в коттедж, когда я проснулась.

— Мне кажется, мы столкнулись с очередной загадкой.

— Да, про часть писем мы ничего не знаем, — согласилась Пенни. — Зато знаем, что старый Герман обманул своего племянника с наследством, и судьба, наконец, настигла его.

— Полагаю, старик это заслужил, — заметила Сьюзен. — Мне он не нравится, хотя Уолтер Крокер нравится мне еще меньше. У него такой злой взгляд!

Девушки вышли из леса неподалеку от коттеджа. Заметив стоявший у изгороди автомобиль, они остановились.

— Да ведь это машина Уолтера Крокера! — приглушенно воскликнула Сьюзен.

— Он, должно быть, сразу поехал сюда, — добавила Пенни. — Как, по-твоему, что ему здесь нужно?

Девушки медленно двинулись вперед. Когда они оказались возле машины, Уолтер Крокер поднялся и вежливо приподнял шляпу.

— Здравствуйте, мисс Николс, — сказал он с фальшивой улыбкой. — Не уверен, помните ли вы меня…

— Я вас прекрасно помню, — ответила Пенни, постаравшись скрыть свое беспокойство.

Она опасалась, что этот человек, возможно, заметил, как они со Сьюзен заглядывали в окно сарая.

— Я очень благодарен вам за то, что вы и ваш отец несколько дней назад подвезли меня, — сказал Уолтер Крокер. — И должен извиниться, что ушел, не поблагодарив вас. Я очень спешил попасть в дом моего дяди.

Пенни и Сьюзен с облегчением вздохнули. Похоже, этот человек ничего не заметил.

— О, ничего страшного, — ответила Пенни. — Мы так и поняли, что вы поспешили к мистеру Крокеру.

Молодой человек помялся.

— Кстати, — сказал он, — вы, случайно, не находили в машине пакета с письмами?

— С письмами? — повторила Пенни.

— Я подумал, может быть, он выпал из моего кармана, пока я ехал в вашей машине.

— Это очень ценные письма? — с простодушным выражением спросила Пенни.

— Только для меня, — ответил Уолтер Крокер. — Я должен их вернуть. Не возражаете, если я загляну в вашу машину?

— Вы могли бы это сделать, если бы она была здесь.

— А где она? — спросил Уолтер, забыв о вежливости.

— Не могу вам сказать, мистер Крокер. На ней уехал мой папа.

— А когда он вернется?

— Наверное, не раньше вечера, — ответила Пенни, быстро что-то прикинув. — Вы можете заехать после ужина, к тому времени он должен вернуться.

— Спасибо, — поблагодарил Уолтер, сел в машину и уехал.

— Вот оно что! — рассмеялась Пенни, очень удивленная. — Он потерял письма Крокера и думает, что они могут оказаться в нашей машине.

— А ты не думаешь, что твой отец может вернуться раньше? — спросила Сьюзен.

— Разумеется, я понятия не имею, когда он приедет, — усмехнулась Пенни. — И не удивлюсь, если он вернется прямо сейчас. Я просто хотела выгадать немного времени, чтобы самой осмотреть машину до приезда Уолтера.

— И как ты думаешь поступить, если найдешь письма?

— Я об этом еще не думала, — призналась Пенни. — Но то, что они могут оказаться в нашей машине, маловероятно.

Девушки сели на крыльце, ожидая возвращения мистера Николса. Через два часа они увидели машину, поднимающуюся на Кноб Хилл.

Пенни хотела рассказать отцу обо всем, что произошло в течение дня, но детектив, казалось, был чем-то сильно озабочен. Когда девушки подбежали к машине, он рассеянно отозвался на их приветствие и отправился в коттедж.

— Пенни! — воскликнула Сьюзен. — К нам направляется еще одна машина!

— Она похожа на машину Уолтера Крокера! — сказала Пенни. — У нас нет времени!

Девушки бросились к автомобилю мистера Николса. Пока Сьюзен с тревогой следила за дорогой, Пенни быстро обследовала багажное отделение.

— Сьюзен, они здесь! — с восторгом воскликнула она.

— И Уолтер Крокер тоже! — вполголоса пробормотала та. — И выглядит не очень.

Пенни быстро спрятала письма под платьем и сделала вид, будто продолжает что-то искать в машине.

— Веди себя совершенно естественно, — шепотом предупредила она Сьюзен.

Мистер Крокер остановил машину и вышел. Подходя к девушкам, он с подозрением присматривался к ним.

— Добрый вечер, мистер Крокер, — сказала Пенни, медленно выпрямляясь. — Папа только что приехал. Я сразу стала искать ваши письма.

— Они там? — резко спросил молодой человек.

— Возможно, вам следует поискать самому, — ответила Пенни, стараясь не смотреть на Сьюзен. — Я только занялась поисками, когда вы подъехали.

Уолтер Крокер тщательно осмотрел багажное отделение. Пенни и Сьюзен наблюдали за ним с безразличным выражением на лицах. Они знали, что никаких писем он не найдет.

Но молодой человек не собирался сдаваться.

— Возможно, я их просто не вижу, — сказал он. — У вас есть фонарик?

— В гараже. Я сейчас принесу, — сказала Пенни.

Они со Сьюзен вошли в гараж и остановились, дав волю своему веселью.

Они уже готовы были вернуться с фонариком, когда Пенни внезапно схватила Сьюзен за руку.

— Стой! — прошептала она.

Не зная, что девушки находятся в гараже, из коттеджа поспешно вышла миссис Мастербрук. Она направилась прямо к Уолтеру Крокеру, ее глаза пылали гневом.

— Зачем ты сюда приехал? — требовательно спросила она. — Тебе не нужно было этого делать!

— Я должен был приехать, — вполголоса ответил молодой человек. Он бросил тревожный взгляд в сторону гаража. — Уходи отсюда, если не хочешь все испортить!

— Я не думала, что рядом кто-то есть, — пробормотала домработница. Она повернулась и скрылась в коттедже.

Пенни и Сьюзен выждали пару минут и вышли с фонариком.

— Прошу прощения, что задержалась, — извинилась Пенни.

— Это не имеет значения, — ответил Уолтер Крокер. — Я все осмотрел, писем здесь нет.

— Возможно, вы оставили их где-то в другом месте, — с невинным видом произнесла Сьюзен.

— Да, — кивнула Пенни. — Может быть, вы оставили их у мистера Крокера. Вы у него не спрашивали?

— Нет, — коротко ответил молодой человек.

Не сказав больше ничего, он сел в свою машину и уехал.

— Это было замечательно — рекомендовать ему спросить у мистера Крокера! — рассмеялась Сьюзен, после того как машина скрылась из виду. — Я думала, он лопнет от злости!

Пенни задумчиво смотрела на коттедж.

— Сьюзен, — сказала она, — миссис Мастербрук, очевидно, знает Уолтера Крокера.

— Да, и это странно, не правда ли?

— Она, кажется, боится его, — тихо продолжала Пенни. — Вернее, она, похоже, испугалась, что кто-то увидит его здесь, в коттедже. Как ты можешь это объяснить?

— Я думаю, — протянула Сьюзен, — что тайна еще далека от разгадки.

— Согласна, — сказала Пенни, — но эти письма могут нам помочь. Давай пойдем к оврагу и прочитаем их.

ГЛАВА XVI. ПОТЕРЯННЫЙ ПЛАТОК

Девушки побежали по тропе к оврагу и расположились на освещенном солнцем большом валуне. С того места, где они сидели, открывался вид на долину; отсюда был хорошо виден пешеходный мост, на котором Герман Крокер назначил встречу с племянником.

— Итак, вот они, письма, — весело сказала Пенни, доставая их из-под платья. — Интересно, что сделал бы Уолтер, если бы узнал, что они у нас?

— Они стоят пятьдесят тысяч долларов! — засмеялась Сьюзен. — По крайней мере, это та сумма, которую Уолтер рассчитывает получить за них с дяди. Пенни, что случится, если мы сохраним эти письма у себя?

— Полагаю, старый Герман откажется платить. Я бы поступила именно так, окажись на его месте.

— Тогда почему бы нам их просто не уничтожить?

— Это было бы хорошо с точки зрения старого Германа, — сухо сказала Пенни. — Но ты забываешь, что Уолтер на самом деле не шантажист. Деньги принадлежат ему.

— Следовательно, уничтожив письма, мы могли бы лишить его законного наследства?

— Наверное, да. Уолтер нравится мне не более чем тебе, — он, кажется, не очень честный человек, даже если закон на его стороне. Однако мы не можем позволить себе поступать в соответствии со своими чувствами.

— В таком случае, зачем мы вообще вмешиваемся? — спросила Сьюзен. — Разве не лучше было бы оставить письма в машине? Теперь, если мы решим кому-нибудь их отдать, нас ожидает неприятное объяснение.

— Ты совершенно права, Сьюзен. Просто мое любопытство опять взяло верх над здравым смыслом. Мне показалось, я должна прочитать эти письма.

— Тогда давай прочитаем их, — рассмеялась Сьюзен.

Пенни развязала веревку, стягивавшую письма в аккуратный пакет. Их было восемь, и все они адресовались Герману Крокеру. Обратные адреса указывали, что пять писем пришло от сестры старика, Дженни. Другие были от женщины по имени Хильда Фрэнк, судя по почтовому штемпелю — из Белгрейд Лейк, штат Мэн.

— Это летний курорт, — заметила Пенни, вскрывая первое письмо. — Если у сестры Германа было много денег, она, возможно, жила там.

Сьюзен подвинулась ближе к подруге, чтобы читать вместе. В письме от Хильды Фрэнк содержалось несколько фактов, представлявших интерес. Женщина, очевидно, экономка сестры Германа, писала, что ее хозяйка скончалась от внезапной болезни. Ей хотелось, чтобы Герман приехал и взял на себя заботу о похоронах и уходе за маленьким сыном Дженни, Уолтером.

«Дженни полагала, что никто не позаботится о нем, кроме вас, — писала экономка, — а денег, которые она оставила, будет вполне достаточно, чтобы поставить его на ноги. Это ее желание, указанное в завещании, — если с мальчиком что-то случится, вы останетесь единственным наследником, в противном случае вы должны сохранить деньги до его совершеннолетия.

Завещание было составлено моей хозяйкой за день до ее смерти. Я жду вашего приезда, прежде чем передавать его в суд».

Два других письма Хильды Фрэнк были написаны спустя несколько недель. В них она интересовалась благополучием мальчика, что доказывало, — Герман Крокер, после поездки на Восток, чтобы присутствовать на похоронах сестры, увез мальчика с собой.

— Но мы со всей определенностью знаем, что Герман не привозил Уолтера сюда, — задумчиво произнесла Пенни. — Единственный мальчик, которого видели у Крокера, это внук старика.

— Как ты думаешь, что могло случиться? — спросила Сьюзен.

— Из того, что мы узнали, кажется, Герман решил оставить деньги себе, а мальчик исчез.

— Но как он мог надеяться на то, что все останется в тайне?

— Не знаю, но его план работал в течение многих лет. Полагаю, немногие знали, что у Дженни был ребенок.

— Например, миссис Фрэнк.

— Да, но Герман, наверное, успокоил ее какой-нибудь простой историей. В любом случае, она жила в штате Мэн, а это далеко отсюда.

— Невероятно, чтобы он мог оказаться таким жестоким и непорядочным! Воровать у ребенка!

— Это отвратительно, — согласилась Пенни. — Мы не знаем, что стало с Уолтером, но, вероятно, он был воспитан кем-то, кто не знал о его наследстве.

— Но как тогда ему удалось узнать свое настоящее имя и права на наследство? Как он узнал об этих письмах, которые ты нашла в багажном отделении?

— Моя теория рушится на глазах, — грустно признала Пенни. — Этого я объяснить не могу.

— Давай прочитаем остальные письма, — предложила Сьюзен. — Может быть, они нам помогут.

Но они не помогли. Это были письма Дженни ее брату, рассказывающие о том, как она и ее сын наслаждаются жизнью в Лейк. Несколько раз она упоминала о своем ухудшающемся здоровье, а в одном, — что если с ней что-нибудь случится, она доверяет Герману позаботиться об Уолтере.

— Получив такое письмо, как мог старик поступить так, как поступил он? — сердито спросила Сьюзен. — Он не имеет права на спокойную жизнь! И я рада, что Уолтеру удалось узнать правду.

— Я тоже, — согласилась Пенни. — Жалко только, что молодой человек не получил приличного воспитания.

— Возможно, он воспитывался в не очень приличном доме.

— Я понимаю и сочувствую ему. И все-таки он мне не нравится.

— Ладно, что нам теперь делать с этими письмами?

— Думаю, мне придется их отдать, — вздохнула Пенни. — Причем, до вечера четверга.

Она снова перевязала письма и сунула их в карман. Однако прежде, чем девушки успели выбраться из оврага, они услышали, как кто-то идет по лесу.

Мгновение спустя на тропинке появился Майкл Хеймонд. Он насвистывал мелодию, но прервался, заметив Пенни и Сьюзен.

— Привет, — дружелюбно произнес он. — Еще один теплый день, не так ли?

Пенни и Сьюзен были слишком заняты, чтобы обращать внимание на погоду, но они согласились. Майкл остановился и достал носовой платок — вытереть лоб.

— Вы нарубили еще дров? — с улыбкой спросила Пенни.

— Да, не знал, чем себя занять.

— У нас достаточно дров. Их вполне хватит до нашего отъезда и еще останется, — сказала Пенни. — Почему бы вам немного не отдохнуть?

— Мне платят не за это.

— Вы делаете больше, чем от вас требуется, — сказала Пенни. — Папа не следит, заняты вы работой или нет.

— Ваш отец очень добр ко мне, — ответил Майкл. — Я чувствую себя неловко. Думаю, он дал мне работу только потому, что в другом месте мне будет трудно ее получить.

— Ерунда, Майкл.

— Я не могу получать деньги просто так, — повторил молодой человек.

— Вы слишком беспокоитесь об этом, — рассмеялась Пенни. — Но, во всяком случае, думаю, мы скоро вернемся домой.

Ее слова, казалось, поразили Майкла, но он, после минутного молчания, кивнул.

— Ладно, мне пора в коттедж, — сказал он. — У миссис Мастербрук, вероятно, уже есть работа для меня. Когда она не может придумать ничего другого, она заставляет меня чистить картошку.

— Это ее обязанность, а не ваша, — сказала Пенни. — Вы слишком покладисты, Майкл.

— Ваш отец сказал, что одна из моих обязанностей, — утихомиривать миссис Мастербрук, — усмехнулся молодой человек. — Я обнаружил, что лучший способ для этого, — беспрекословно делать то, что она требует.

Майкл снова поклонился девушкам и пошел по тропинке.

— Он все больше мне нравится, — вполголоса сказала Сьюзен. — Я думаю, ты ошибаешься в нем, Пенни. Ты сама говорила, что когда впервые увидела его, то посчитала подозрительным персонажем.

Пенни не обратила внимания на слова подруги, потому что заметила нечто, лежащее на тропинке.

— Майкл уронил носовой платок, — сказала она.

— Скорее всего, — согласилась Сьюзен. — Мы можем поднять его и вернуть ему.

Пенни подняла носовой платок, заметив, что он недорогой. Она подумала, что у Майкла мало денег, и он не может позволить себе покупать очень хорошие вещи.

Складывая платок, она увидела на нем монограмму.

— Странно! — вслух пробормотала она.

— Что тебе удалось обнаружить на этот раз, мисс детектив? — поддразнила ее Сьюзен.

— Посмотри сюда, — сказала Пенни. — Ты видишь инициалы: М.Г.?

ГЛАВА XVII. НОВАЯ УЛИКА

— М.Г., - медленно повторила Сьюзен, глядя на носовой платок. — И что в этом такого выдающегося?

— Этот платок уронил Майкл, — сказала Пенни.

— А его фамилия — Хеймонд! — воскликнула Сьюзен. — Зачем ему платок с инициалами М.Г.?

— Зачем? Ответ может быть прост: его имя не Майкл Хеймонд.

— Или к нему случайно попал платок другого человека.

— Тогда он не стал бы пользоваться им.

— Как-то раз один твой платок попал ко мне в стирку, — Сьюзен решила защищать свое предположение. — Помнишь, я пользовалась им, как своим собственным, пока ты этого не заметила?

— Это совсем другой случай, — ответила Пенни. — Я думаю, платок принадлежит Майклу.

— Ты слишком подозрительна, — рассмеялась Сьюзен. — Вспомни, что мы поехали в Гленхейвен только из-за твоего дикого предположения, что в прошлом Майкла может что-то скрываться.

— Я не уверена, что оно такое уж дикое, — спокойно заметила Пенни. — Если ты рассудишь здраво, то увидишь — Майкл хорошо вписывается в историю миссис Хейверс, за исключением своей фамилии. А инициалы, стоящие на платке, могут означать: Майкл Глэдвин.

— Может быть, — удивленно пробормотала Сьюзен. — Но это не кажется разумным. Что такого сделал Майкл, чтобы скрывать свое настоящее имя?

— Возможно, я делаю неправильные выводы, — призналась Пенни. — Но в любом случае, думаю, мне лучше сохранить этот платок.

— Если бы у нас была фотография Майкла, мы могли бы показать ее миссис Хейверс, — задумчиво сказала Сьюзен.

— Я подумала об этом, — кивнула Пенни. — Мы раздобудем ее сегодня.

— Как? Попросишь у него фотографию на память?

— Мы сфотографируем его. К счастью, я захватила свою камеру в Кендон.

— У тебя есть камера?

— Да, и она готова к работе.

— Тогда давай! — рассмеялась Сьюзен. — Но Майкл может отказаться.

— Не должен, если мы не вызовем у него подозрений. Помни, о носовом платке — ни слова.

Девушки отправились в коттедж и достали камеру. Сначала они попросили сфотографироваться миссис Мастербрук. Та позировала им на ступеньках крыльца.

— Нам хотелось бы сфотографировать и вас, — сказала Пенни Майклу, стоявшему рядом.

— Я плохо получаюсь на фотографиях, — добродушно рассмеялся молодой человек.

— О, не выдумывайте! — воскликнула Сьюзен и, схватив его за руку, потащила к крыльцу.

Пенни сделала снимок. Затем, на всякий случай, второй.

— Этого достаточно, — сказал Майкл и ушел.

Миссис Мастербрук задержалась на крыльце, надеясь, что девушки сделают с нее еще один снимок. Но те, однако, этого делать не собирались.

— Теперь давай их проявим и отпечатаем, — предложила Сьюзен.

— Есть еще один снимок, который я хотела бы сделать, чтобы комплект был полным, — заявила Пенни, когда они со Сьюзен отошли от коттеджа.

— Чей снимок? — спросила Сьюзен.

— Германа Крокера.

— Было бы интересно иметь его в качестве сувенира, — согласилась Сьюзен. — Но как его раздобыть?

— Полагаю, что смогу это сделать.

— Не знаю, получится ли у тебя.

— У нас будет час до того, как солнце опустится слишком низко, — заявила Пенни, взглянув на западный горизонт. — Идем к его дому прямо сейчас.

— Мне этого совсем не хочется, — пожаловалась Сьюзен, но позволила подруге увлечь ее за собой по дороге.

— Мне нужно придумать новый повод для визита к Герману, — заметила Пенни, когда они приблизились к дому. — Повод покупки яиц уже не подходит.

— Ты опять создаешь себе проблему, — мрачно предупредила Сьюзен. — Герман непременно что-то заподозрит, если ты просто предложишь ему сфотографироваться.

— Я не собираюсь его спрашивать, — усмехнулась Пенни. — Возможно, я просто щелкну его и убегу.

Не имелось никаких признаков того, что в доме кто-то есть. Собаку они не видели, а когда постучали в дверь, ответа не последовало.

— Мистер Крокер и его внук исчезли, — с облегчением произнесла Сьюзен.

— Полагаю, мне придется отказаться от фотографии, — вздохнула Пенни. — И обойтись без нее.

— Почему бы тебе не сделать снимок дома? — предложила Сьюзен.

— Я могу сделать его, чтобы закончить пленку. А потом мы отправимся в Кендон и проявим ее.

— Ты имеешь в виду, прямо сейчас?

— Да, мне хочется побыстрее получить снимки. Папа может решить покинуть это место в любой день, а мне не хотелось бы оставлять мое дело незавершенным.

— Кажется, я за сегодня прошла миллион миль, — добродушно проворчала Сьюзен.

— Это тебе полезно, чтобы сохранить фигуру, — рассмеялась Пенни. — Ты ведь не хочешь ее потерять.

— С тобой у меня на это нет ни единого шанса, — вздохнула Сьюзен.

Пенни сделала снимок и достала пленку из камеры. Спустившись с Кноб Хилл, девушки оставили ее в одной из аптек Кендона.

— Как скоро будут готовы снимки? — спросила Пенни.

— Завтра, — ответил служащий.

Когда девушки вышли из аптеки, Пенни предложила заглянуть в магазин.

— Ты все еще надеешься, что кто-то спрашивал игрушечный фонарь? — улыбнулась Сьюзен.

— Нет, я давно потеряла всякую надежду, — призналась Пенни. — И продолжаю спрашивать просто по инерции.

— Мистер Хантер дал бы вам знать, если бы что-то случилось.

— Он мог забыть, — настаивала Пенни. — Давай заглянем на минутку.

Сьюзен устало вздохнула и последовала за подругой в магазин. Мистер Хантер был не очень-то рад их видеть. Он устал от их слишком частых визитов.

— Ничего нового? — вежливо спросила Пенни.

Владелец покачал головой.

— Я думаю, вы можете забрать фонарик, — сказал он. — Убежден, он не принадлежит никому из здешних детей.

— Похоже, что так, — призналась Пенни.

Она раздумывала над тем, как ей следует поступить, когда Сьюзен дернула ее за рукав. Оглянувшись, она с удивлением заметила входящего в магазин Перри Крокера. Мальчик, не заметив девушек, быстро направился к кондитерскому отделению.

— Я не знала, что старый Герман позволяет ему уходить в одиночку, — прошептала Сьюзен.

— Я тоже, — ответила Пенни. — Вероятно, дедушка ждет его снаружи.

Сьюзен направилась к мальчику, но Пенни удержала ее.

— Подожди! — прошептала она.

Мальчик подошел к прилавку с конфетами.

— Добрый день, Перри, — сказал владелец магазина. — Не часто приходится видеть тебя здесь.

— У меня сегодня день рождения, — возбужденным голосом ответил мальчик. — Мне исполнилось одиннадцать лет. Дедушка дал мне десять центов.

— Это замечательно, — сказал владелец магазина. — Каких конфет тебе дать?

— Немного карамели и лимонных драже. А еще…

Перри замолчал, глядя на игрушечный фонарик, стоявший на полке прямо за стойкой с конфетами.

— Откуда у вас мой фонарик? — спросил он. — Отдайте его мне.

— Это твой фонарик? — спросил владелец магазина, взглянув на Пенни и Сьюзен, стоявших поодаль.

— Конечно, мой, — сказал Перри. — Пожалуйста, отдайте его.

— Но откуда мне знать, что он и в самом деле твой? — спросил мистер Хантер. Мистер Николс тщательно проинструктировал его. — У многих мальчиков есть точно такие же фонари.

— Он на самом деле мой, мистер Хантер, — настаивал Перри. — Я это знаю, потому что сделал для него новый фитиль из кусочка ткани. Старый где-то потерялся.

Мистер Хантер вопросительно взглянул на Пенни. Та кивнула в знак того, что фонарик можно отдать.

— Хорошо, Перри, держи, — сказал владелец магазина, протягивая мальчику игрушку. — Итак, каких конфет тебе дать?

Он сложил конфеты в пакет, и Перри вышел из магазина, не заметив Пенни и Сьюзен. Через окно девушки видели, как мальчик показал фонарик своему деду. Затем забрался в машину, и они уехали.

— Надеюсь, я поступил правильно, отдав ему его игрушку, — с беспокойством сказал владелец магазина.

— Правильно, — подтвердила Пенни. — Фонарик сыграл свою роль.

— Удивлен, что он принадлежит Перри, — продолжал мистер Хантер.

— Для меня это было просто шоком, — призналась Пенни.

— Ваш отец кое-что рассказал мне об этом деле, — сказал владелец магазина. — Боюсь, эта улика таковой не является. Дедушка Перри хорошо известен местным жителям.

— Да, я понимаю, — серьезно ответила Пенни. — Спасибо за помощь, которую вы оказали моему отцу. Уверена, он не захотел бы, чтобы вы кому-нибудь что-нибудь рассказывали.

— Я все сохраню в тайне, — пообещал мистер Хантер. — Если я еще могу чем-либо помочь, дайте мне знать.

Едва девушки вышли из магазина, их лица приняли обеспокоенное выражение.

— Каковы будут наши действия? — спросила Сьюзен.

— Нужно как можно быстрее вернуться в коттедж и все рассказать папе, — ответила Пенни. — Эта улика имеет гораздо большее значение, чем это полагает мистер Хантер. Вероятно, она означает, что драгоценности Кирменбаха взял Герман Крокер!

ГЛАВА XVIII. В ДОМЕ ГЕРМАНА КРОКЕРА

Почти всю дорогу до коттеджа Пенни и Сьюзен проделали бегом и сильно запыхались.

— Где-то случился пожар? — спросил мистер Николс, читавший газету на крыльце. — Или вы соревнуетесь?

Пенни быстро огляделась, чтобы убедиться, что ни Майкла, ни миссис Мастербрук рядом нет.

— Папа, — серьезным тоном произнесла она. — Нашелся владелец игрушечного фонаря.

Детектив отложил газету и встал.

— Кто это? — спросил он.

— Фонарик принадлежит Перри Крокеру. Мы со Сьюзен были в магазине, когда он пришел за конфетами.

— Он точно его узнал?

— Да, — заявила Пенни. — Перри сказал мистеру Хантеру, что старый фитиль потерялся, и он сделал новый из кусочка ткани.

— В таком случае, Герман Крокер может оказаться замешанным в грабеже.

— Помнишь, я с самого начала утверждала, что он подозрительный тип, — напомнила Пенни.

— Да, помню, — сухо ответил мистер Николс.

— И как ты намерен поступить? Арестовать мистера Крокера?

— Не прежде, чем получу против него доказательства, — ответил детектив. — Эта улика важна, но она не может стать причиной для ареста человека по очень серьезному обвинению.

— Это, скорее всего, сделал Герман Крокер, — возразила Пенни. — Мы знаем, что Перри не мог совершить кражу.

— Ты говоришь, вы видели Германа в городе? — спросил мистер Николс.

— Да, он ждал Перри в машине, а потом они уехали.

— Домой?

— Я не обратила внимания, — призналась Пенни.

— Зато обратила я, — сказала Сьюзен, желавшая внести свой вклад. — Они уехали в противоположном направлении.

— Тогда есть шанс, что они, возможно, еще не вернулись, — сказал мистер Николс. — Я отправлюсь к ним в дом и осмотрю его.

— А я могу пойти с тобой? — тут же спросила Пенни.

— Вы обе можете пойти, — после некоторого колебания, ответил мистер Николс. — Но будете делать только то, что я вам скажу.

В этот момент в дверях появилась миссис Мастербрук.

— Ужин готов, — объявила она.

— Придется подождать, — сказал детектив. — Я только что вспомнил об одном важном деле.

— Я всегда подаю ужин в шесть часов, — сказала миссис Мастербрук. — Он будет невкусным, если постоит.

— Не имеет значения, — нетерпеливо сказал мистер Николс. — Мы сами приготовим себе ужин, когда вернемся.

Когда он и девушки уходили, домработница стояла на крыльце и наблюдала за ними с недовольным видом.

Пенни задавалась вопросом: догадывается ли женщина, что они отправились к Герману Крокеру?

По дороге, девушки рассказали мистеру Николсу все, что узнали о Германе Крокере и его племяннике Уолтере. На этот раз детектив не назвал идеи Пенни «дикими». Он слушал очень внимательно.

— Я уверена, — закончила Пенни, — что миссис Мастербрук знакома с Уолтером Крокером, поскольку сказала ему держаться подальше от нашего коттеджа.

— Миссис Мастербрук, кажется, имеет свою долю в каждом пироге, — заметил мистер Николс. — Но меня не очень беспокоят ни ее дела, ни обманул ли старый Герман своего племянника. Меня интересует только, не он ли украл алмазное ожерелье.

— Если он лишил наследства своего племянника, то вполне мог украсть ожерелье.

— Совсем не обязательно, — ответил детектив. — Забраться в чужой дом — преступление совсем иного рода. Дело в том, что Герман Крокер не кажется мне способным на такое.

— Все свидетельствует против него, — возразила Пенни.

— Это верно, — согласился мистер Николс. — Но нельзя верить косвенным доказательствам. Нам необходимо разобраться до конца и сделать соответствующие выводы.

К этому времени они приблизились к дому Крокера. Машины старика видно не было, и мистер Николс выразил надежду, что тот еще не вернулся из города.

У входа на аллею мистер Николс задержался.

— Сьюзен, — сказал он, — я бы хотел, чтобы ты осталась здесь. Если увидишь машину Крокера, направляющуюся сюда, беги со всех ног в дом и предупреди нас.

— Буду смотреть очень внимательно, — пообещала Сьюзен.

Мистер Николс и Пенни быстро пошли по аллее. Они были совершенно уверены, что мистер Крокер и его внук не вернулись из Кендона, но не стали рисковать и несколько раз постучали в дверь.

— Никого нет, — сказал мистер Николс.

Он толкнул дверь и обнаружил, что она заперта. Заперты оказались также боковая и задняя двери.

— Как же нам войти? — разочарованно спросила Пенни.

— Какое-нибудь из окон может оказаться открытым, — сказал мистер Николс. — Я тебя подсажу.

Он поднял Пенни на плечах к одному из окон.

— Заперто, — сообщила она.

— Хорошо, попробуем другое, — сказал детектив.

Второе окно также оказалось заперто, но когда Пенни попробовала третье, оно открылось.

— Прекрасно! — воскликнул мистер Николс. — Залезай внутрь и открой дверь!

Пенни обнаружила, что смотрит в неубранную гостиную. Ковер был побит молью, старинная викторианская мебель покрыта пылью. На стенах висели массивные семейные портреты в деревянных рамах, внимание Пенни привлекло любопытное опахало из перьев.

— Поторопись! — донесся до нее голос мистера Николса.

— Сейчас, — пообещала Пенни.

Она спрыгнула, побежала и открыла дверь. Мистер Николс вошел и закрыл ее за собой на замок.

— Нам нужно действовать быстро, — решительно сказал он. — Старый Герман может вернуться в любую минуту.

— Что ты ожидаешь найти? — спросила Пенни.

— Возможно, ожерелье, или, по крайней мере, какие-нибудь доказательства причастности Германа к преступлению. Я начну осматривать спальни наверху, а ты поищи в этом секретере.

Кивком головы детектив указал на старомодный секретер, стоявший в углу гостиной.

Секретер был забит бумагами. Быстрый осмотр убедил Пенни, что ожерелья в нем нет, но если бы у нее было время, ей бы хотелось внимательно просмотреть эти бумаги.

— Когда закончишь с секретером, осмотри кухонные шкафы, — донесся сверху голос мистера Николса.

Пенни принялась за новое задание, когда к ней присоединился детектив.

— В спальнях ничего нет, — сообщил он. — Я подумал, что старый Герман мог спрятать драгоценности в одном из матрасов. А как у тебя?

— Ничего, в секретере только бумаги.

— Вернемся к нему позже, — сказал детектив.

Он быстро, но тщательно осмотрел кухню. Исследовал доски пола, нет ли под ними тайника, и даже мешок с тряпьем.

— Вот она! — с торжеством произнес мистер Николс, вытаскивая кусок белой ткани.

— Это — тот самый материал, который я видела в магазине Хантера! — воскликнула Пенни.

— Да, здесь отсутствует кусочек, который пошел на изготовление фитиля для фонаря. Мы сохраним эту ткань в качестве доказательства.

Мистер Николс сунул ткань в карман.

— Шкафы я осмотрела, — сказала Пенни. — И сейчас хочу вернуться к секретеру.

— Хорошо, — согласился детектив.

Пенни никогда не видела такого хаоса. По всей видимости, Герман Крокер, ознакомившись с содержанием письма, квитанции или бумаги, просто бросал их в какой-нибудь ящик, без разбора.

Пенни быстро просмотрела письма, не заостряя внимания на носивших сугубо деловой характер. Внезапно она натолкнулась на пожелтевшую от времени фотографию. Достаточно было одного взгляда, чтобы понять — на ней изображен Герман Крокер, когда он был на несколько лет моложе, чем сейчас.

«То, что нужно! — подумала она. — Намного лучше, чем если бы я сама сделала снимок».

Убрав фотографию в карман, она продолжила поиски. В одном из ящиков секретера она не обнаружила ничего, кроме старых извещений и квитанций об оплате налогов за коттедж и землю.

Пенни понимала, что у нее нет времени рассматривать каждую квитанцию, и она открыла второй ящик. Он оказался забит старыми чеками. На самом дне имелась толстая зеленая книга.

Пенни открыла ее и увидела, что в ней содержатся подробные записи о расходах за много лет. Она собиралась положить книгу обратно, когда на глаза ей попала запись на одной из страниц.

«Перевод в сиротский приют Гленхейвен — 100 долларов за Майкла Глэдвина».

Едва прочитав, Пенни повернулась к отцу.

— Папа, я нашла что-то очень важное! — крикнула она. — Это учетная книга…

Однако прежде чем она успела закончить, раздался громкий стук в дверь.

— Едет Герман Крокер! — взволнованно сообщила Сьюзен. — Поторопитесь, или он застанет вас здесь!

ГЛАВА XIX. ПРИЗНАНИЕ МАЙКЛА

— Забирай книгу с собой, и уходим, — коротко распорядился мистер Николс. — Не нужно, чтобы Крокер поймал нас здесь.

Пенни схватила учетную книгу, закрыла секретер и последовала за отцом к двери. Сьюзен ждала там, с волнением наблюдая за аллеей. Она увидели приближающийся автомобиль.

— Прячемся в сосновой роще, — скомандовал детектив.

Едва они скрылись среди деревьев, старая машина Германа Крокера въехала в аллею. Мистер Николс и девушки замерли, пока старик и его внук не вошли в дом. Затем снова двинулись, стараясь, чтобы деревья скрывали их от дома, пока не оказались на дороге.

— Пенни, ты что-то начала говорить об учетной записи, — сказал мистер Николс, когда они остановились.

— Я тебе покажу, — ответила та.

Она открыла книгу и показала привлекшую ее внимание запись, но в тусклом свете мистеру Николсу было трудно ее прочитать.

— Майкл Глэдвин, — медленно вслух прочитал он. — Кажется, я прежде…

— Мы со Сьюзен просто не успели тебе рассказать! — воскликнула Пенни. — Нам кажется, что Глэдвин — это настоящее имя Майкла Хеймонда! Он выронил носовой платок с инициалами М.Г., а когда мы посещали Гленхейвен, то узнали у бывшей служащей приюта, что странный человек, которым, возможно, был Герман Крокер, привел в приют мальчика, которого звали Майкл Глэдвин.

— Кажется, есть нечто, о чем я не имею представления, — сухо заметил мистер Николс. — Будет лучше, Пенни, если ты начнешь с самого начала и расскажешь мне все по порядку.

— А ты уверен, что мои идеи не покажутся тебе дикими? — поддразнила его Пенни.

— Я готов взять свои слова обратно, — сказал мистер Николс. — Твои идеи и предположения кажутся вполне разумными.

Пенни и Сьюзен были рады рассказать все, что им удалось узнать о Майкле Глэдвине.

— Я поговорю с молодым человеком, как только мы вернемся в коттедж, — пообещал мистер Николс. — Попробуем добраться до истины.

— Майкл может все отрицать, — задумчиво сказала Пенни. — У него имеется какая-то причина сохранить свое прошлое в секрете… У меня есть идея!

— Какая?

— Почему бы нам не съездить сегодня в Ферндейл и не взять с собой Майкла? У него не будет подозрений, что мы собираемся встретиться с миссис Хейверс, пока он не столкнется с ней лицом к лицу.

— Ты думаешь, что увидев ее, он скажет нам правду?

— Думаю, что это возможно. Во всяком случае, миссис Хейверс могла бы сказать нам, действительно ли он — Майкл Глэдвин.

— Твоя идея может сработать, — сказал мистер Николс после некоторого размышления. — Отправимся туда сразу же, как только найдем Майкла.

— Обычно после ужина он отправляется в город, — сказала Пенни. — Надеюсь, он еще не ушел.

Когда мистер Николс и девушки оказались возле коттеджа, Майкл вышел на крыльцо. Детектив задержал его, попросив составить им компанию.

— Мне не нравится менять колеса ночью, — объяснил мистер Николс. — Мне не хотелось бы попасть в неприятную ситуацию, но если это случится, пусть уж тогда рядом будет надежный человек.

— Буду рад помочь, сэр, — ответил Майкл.

— Вы можете вывести машину из гаража, — сказал мистер Николс. — Я буду готов через минуту.

Он отправился за легким пальто. Навстречу ему вышла миссис Мастербрук.

— Надеюсь, теперь вы поужинаете, — сказала она.

— У меня совсем нет времени на ужин, миссис Мастербрук. Мне очень жаль.

— Я старалась сохранить его теплым в течение часа, — мрачно сообщила домработница. — Я совершенно не понимаю, что происходит.

Не обращая внимания на ворчание миссис Мастербрук, детектив взял пальто и поспешил к машине.

— Что отвечать, если кто-нибудь позвонит? — окликнула его домработница. — Где вас искать?

— Скажите просто, что не знаете, — отозвался детектив.

Для Пенни и Сьюзен было очевидно, что Майкл не подозревает, куда они направляются. Даже когда они приближались к Ферндейлу, он, казалось, оставался спокойным. Таким спокойным, что они подумали — не совершили ли еще одну ошибку.

— Конечно, сиротский приют расположен не в Ферндейле, — сказала себе Пенни. — И он, вероятно, не знает, что миссис Хейверс больше не служит там.

Было уже девять часов, когда автомобиль остановился возле дома бывшей заведующей. Девушки боялись, что миссис Хейверс могла рано лечь спать, и успокоились лишь тогда, когда увидели горящий на первом этаже свет.

— Майкл, почему бы тебе не пойти с нами? — спросила Пенни, выбираясь из машины.

— О, я подожду вас здесь, — ответил он.

— Нет, нет, идемте, — пригласил мистер Николс.

Он чуть не силой вытащил Майкла из машины. Пенни и Сьюзен позвонили в дверь. Они были не вполне уверены, что миссис Хейверс захочет принять их так поздно.

После длительного ожидания, дверь медленно открылась. Миссис Хейверс не сразу узнала девушек. Однако, после того как они назвались, она пригласила их войти.

Пенни и Сьюзен вошли и остановились, ожидая мистера Николса и Майкла. Миссис Хейверс повернулась к вновь вошедшим. Мгновение она безучастно смотрела на Майкла, а затем удивленно воскликнула:

— Майкл Глэдвин! Как я рада снова видеть тебя!

— Миссис Хейверс! — в свою очередь воскликнул молодой человек. Затем смутился и быстро взглянул на мистера Николса.

— Нам уже известно, что вы — Майкл Глэдвин, — сказал детектив.

— Ну конечно, это Майкл Глэдвин, — заявила миссис Хейверс. — Кто же еще?

— Мне нужно многое объяснить, — сказал молодой человек, глядя на детектива. — Я знаю, вы, наверное, думаете, что я обманул вас…

— Уверен, у вас были на это веские причины, — любезно отозвался мистер Николс.

Миссис Хейверс была глубоко обеспокоена разговором, сути которого не могла понять. Она пригласила своих посетителей присесть. Но мистер Николс, когда приходил в возбужденное состояние, не мог сидеть в кресле. Он доставил немало неприятных минут хозяйке, расхаживая по комнате, рассматривая книги, предметы мебели и безделушки.

— Прежде, чем мы попросим Майкла рассказать свою историю, я хотела бы, чтобы вы взглянули на эту фотографию, миссис Хейверс, — сказала Пенни. Она протянула женщине фотографию Германа Крокера. — Вы видели этого человека прежде?

— Дайте-ка, я поднесу ее к свету. Мои глаза уже не так хорошо видят, как прежде.

Миссис Хейверс с минуту внимательно рассматривала снимок.

— Это фотография мистера Кинана, — сказала бывшая заведующая. Она перевела взгляд на Майкла. — Того человека, который привел тебя в сиротский приют.

— Вы уверены? — с нетерпением спросил мистер Николс.

— Конечно, — твердо ответила бывшая заведующая. — Я редко забываю лица. Этот человек похож на мистера Кинана, каким я его помню.

— Мистер Кинан и Герман Крокер — один и тот же человек! — воскликнула Пенни. — Я, кажется, начинаю понимать!..

— В таком случае, я хочу, чтобы вы мне все объяснили, — сказал Майкл. — Я уже некоторое время догадывался, что Крокер должен быть мне дядей, но до сих пор сомневался, правда ли это.

— Как вы узнали, что вы с ним — родственники? — быстро спросила Пенни.

— Из анонимного письма, — ответил Майкл. — Я получил его вскоре после того, как покинул Гленхейвен. Писавший сообщал, что мое настоящее имя — Уолтер Крокер, и что я найду доказательства, подтверждающие мои претензии на состояние Крокера, в коттедже.

— Итак, вы явились в Кендон за своим наследством, — сказал мистер Николс. — Но что именно вы ожидали найти в коттедже?

— Не знаю, сэр, — ответил Майкл. — Я думал, возможно, письма или фотографии, которые подтвердили бы мое происхождение.

— Это вы были тем человеком, которого я приняла за воришку несколько ночей назад? — спросила Пенни.

— Да, — признался Майкл. — Я не мог устраивать поиски днем, и попытался сделать это ночью. Когда вы услышали меня в гостиной, я выбежал из коттеджа и спрятался в лесу.

— И, я полагаю, забрали письма с чердака, — сказала Пенни.

— Я взял их, но они оказались бесполезны. Сказать вам правду — у меня нет никаких доказательств, подтверждающих мое происхождение.

— Думаю, мы сможем вам помочь, — медленно произнес мистер Николс. — Но вы должны ответить на несколько вопросов. Я помню, когда вы впервые пришли в коттедж, то сказали, что собираетесь навестить мистера Крокера по важному делу. Но, насколько мне известно, вы никогда не ходили к нему.

— Я не удивлен, что мои поступки выглядят противоречивыми, сэр. Я намеревался немедленно посетить Германа Крокера, но, пока жил в коттедже, узнал, что существует еще один человек, утверждающий, будто он и есть Уолтер Крокер.

— Это правда, — кивнул детектив.

— Взгляните на мое положение, сэр. У меня нет никаких доказательств. Я боялся, что кто-то подшутил надо мной, поэтому я назвался вымышленным именем и не стал ничего о себе рассказывать. Я считал, что лучше подождать некоторое время, пока не получу больше информации.

— Вы поступили разумно, — заявил мистер Николс.

— Очевидно, Уолтер Крокер — самозванец, — сказала Пенни. — Но кто он? Каково его настоящее имя и как он получил письма, которые использовал против Германа Крокера?

— Мы получим ответы на все эти вопросы, прежде чем завершим дело, — ответил детектив. — Если миссис Хейверс засвидетельствует, что Майкл — тот самый мальчик, которого мистер Кинан привез в приют Гленхейвен, и что Кинан и Крокер — это один и тот же человек, у нас появится хотя бы одно доказательство.

— Человек на этой фотографии — тот самый, который приходил в приют много лет назад, — заявила миссис Хейверс. — Я готова подписать необходимые бумаги.

— Тот, кого мы считали Уолтером Крокером, просто шантажист, — продолжал детектив. — Вне всякого сомнения, он знал, что не сможет выступить в суде с претензиями на наследство, но ему удалось напугать Германа Крокера добытыми им письмами.

— Что стало с этими письмами? — спросил Майкл.

— Они у папы, — сказала Пенни. — Но у нас есть и другие доказательства, способные вам помочь. В доме Крокера мы нашли книгу с учетными записями, свидетельствующими о переводе стариком в приют различных сумм.

— Не могу понять, почему он так поступил, — медленно произнес Майкл. — За что мой дядя ненавидит меня?

— Возможно, это не так, — ответил детектив. — Просто вы встали у мистера Крокера на пути. Человек из жадности способен на многое.

— Странно, сколько лет Герману Крокеру удавалось обманывать всех в Кендоне, — заметила Пенни. — Но кто-то все-таки открыл его секрет.

— Я несколько озадачен анонимным письмом, — признался мистер Николс, обращаясь к Майклу. — Оно у вас, случаем, не сохранилось?

— Оно со мной. Вы можете прочитать его, если хотите.

Майкл достал из внутреннего кармана смятый конверт и протянул детективу. Мистер Николс внимательно посмотрел на него.

— Письмо было отправлено с почты Кендона, — сказал он.

— Могу я взглянуть на него, папа? — попросила Пенни.

Мистер Николс протянул ей письмо, и она некоторое время изучала его. Само письмо не содержало никакой новой информации. Как и сказал Майкл, в нем просто намекалось на то, что он был истинным владельцем состояния Крокера, и что он найдет нужные доказательства в коттедже Кноб Хилл. Пенни больше заинтересовал почерк, чем текст. Он показался ей странно знакомым.

— Кажется, этот почерк мне знаком! — воскликнула она.

— Ты знаешь, кто послал письмо? — спросил детектив.

— Могу сделать очень правдоподобное предложение, — ответила Пенни. — Это сделала наша всезнающая домработница, миссис Мастербрук!

ГЛАВА XX. ПРОПАВШИЙ ДЖЕЙ КЛЕЙН

— Это вполне в ее характере, отправить анонимное письмо, — согласился мистер Николс.

— Я уверена, что это ее почерк, — настаивала Пенни. — Я не могу ошибиться, поскольку она часто составляет списки продуктов.

Мистер Николс положил письмо в карман.

— В таком случае, миссис Мастербрук и должна нам помочь разобраться в этой путанице, — сказал он. — Отправимся в коттедж и спросим ее.

Поблагодарив миссис Хейверс за предложенную помощь, они покинули Ферндейл и быстро отправились в Кендон. Не зная, что ее ожидает, миссис Мастербрук отправилась на покой до того, как они вернулись. Детектив постучал в дверь ее комнаты.

— Кто там? — спросила домработница.

— Пожалуйста, выйдите на минутку, — попросил мистер Николс.

— Я переодеваюсь ко сну. Скажите мне все, что хотите сказать, прямо из коридора.

— Нет, я не могу, миссис Мастербрук. Выходите, если не хотите иметь дело с полицией.

— С полицией! — воскликнула домработница. — О Господи, сейчас выйду.

Через пять минут она оделась, но не успела вынуть из волос бигуди.

— Что вам угодно? — спросила она, оглядывая всех по очереди.

— Взгляните на это письмо, — сказал мистер Николс.

По лицу домработницы разлилась краска, но она вызывающе вскинула голову.

— Что это за письмо?

— Мы знаем, что его написали вы, — строго сказал детектив, — так что можете не отпираться.

Миссис Мастербрук заколебалась, и на мгновение Пенни показалось, что она этого не признает. Затем женщина холодно произнесла:

— И что из этого следует? Вы не можете отправить меня в тюрьму за то, что я пыталась восстановить справедливость.

— Никто не намерен причинять вам неприятности, если вы все нам расскажете, — ответил мистер Николс.

— Что вы хотите узнать?

— Во-первых, как вы раскрыли секрет мистера Крокера?

— Я много лет работала у него, — ответила домработница с легким кивком головы. — И когда он жил в коттедже, и когда перебрался в дом. Не нужно было обладать большим умом, чтобы понять, что с получением наследства что-то нечисто.

— И вы провели собственное расследование? — спросил детектив.

— Именно. Я прочитала письма, хранившиеся на чердаке, и подумала, что пришло время узнать о несправедливости по отношению к Уолтеру Крокеру.

— Уверен, что вы действовали из лучших побуждений, — сухо отозвался мистер Николс. — И что вы сделали с письмами потом?

— Поначалу ничего. А когда мистер Крокер уволил меня…

— Понимаю, — прервал ее мистер Николс. — То, как он с вами обошелся, заставило вас вспомнить о письмах на чердаке. Подумав, что его племянник должен узнать о них, вы проникли в коттедж и получили нужные доказательства.

— Я так и сделала, — с мрачным видом кивнула домработница.

— Но откуда вы узнали, где найти Уолтера Крокера?

— Я подозревала, что он одно лицо с мальчиком, по имени Майкл Глэдвин, — ответила миссис Мастербрук. — Из разных обрывков разговоров, когда я еще работала у Германа, я поняла, что ребенок Дженни был помещен в сиротский приют Гленхейвен под этим именем.

— Должен сказать, у вас талант детектива, — сухо сказал мистер Николс. — Вы отправили анонимное письмо Майклу. Что случилось потом?

— Ничего. Ответа не было. Это все, что мне известно.

— Миссис Мастербрук, думаю, вы можете рассказать нам гораздо больше, — тихо произнесла Пенни. — Например, когда вы впервые встретились с человеком, который назвался Уолтером Крокером.

— Я не понимаю, о чем вы говорите, — пробормотала домработница.

— Либо вы нам все рассказываете, либо мы отвезем вас в полицейский участок, — вмешался мистер Николс.

— Хорошо, я расскажу, — после некоторого раздумья, согласилась миссис Мастербрук. — Этот человек — адвокат. Его зовут Джей Клейн.

— Пропавший партнер мистера Мэддена! — воскликнул детектив.

— Я ничего не знаю о том, пропал он или нет, — сказала домработница. — Но он доставил мне много неприятностей. Хотелось бы мне никогда не видеть его.

— Расскажите нам, как вы встретились с Джеем Клейном, — потребовал детектив.

— Это случилось так. Я долго ожидала ответа на письмо, отправленное в приют Гленхейвена. Когда ответ так и не пришел, я решила, что Майкл Глэдвин умер. И я подумала, почему бы мне не извлечь выгоду из этой ситуации для самой себя. В конце концов, я трудилась на Германа как рабыня, а он никогда не платил мне по заслугам! Я отнесла письма в юридическую фирму.

— Значит, мистер Мэдден тоже замешан в этом деле? — спросил детектив.

— Я о нем ничего не знаю, — ответила домработница. — Я встречалась только с Джеем Клейном. Он сказал мне оставить письма и пообещал заставить старого Германа заплатить мне кругленькую сумму за них.

— Это называется очень неприятно, — сказал мистер Николс. — А именно — шантаж.

— Я всего лишь хотела заставить Германа заплатить мне сто долларов.

— Это ничего не меняет. Я сужу по тому, как Джей Клейн, оказавшийся негодяем, решил действовать, получив письма из ваших рук.

— Потом я увидела, что он пришел сюда и выдал себя за Уолтера Крокера. Я попыталась заставить его уйти, но он не захотел. Я не собиралась совершать ничего противозаконного, мистер Николс. Вы ведь не отправите меня в тюрьму?

— Посмотрим, — коротко ответил детектив. — Пока что вы останетесь здесь, в коттедже. Ни с кем не разговаривайте.

— Да, сэр, — покорно пробормотала домработница.

Детектив не стал рассказывать женщине, что Майкл Глэдвин и Майкл Хеймонд — одно и то же лицо, поскольку полагал: чем меньше та знает, тем легче будет воплотить в жизнь план, сложившийся у него в голове.

Пенни полагала, что ее отец отправится прямо к Герману Крокеру и представит ему доказательства. Вместо этого, мистер Николс выжидал. Он провел несколько совещаний с полицией Кендона.

Во время его частых отлучек из коттеджа, Пенни, Сьюзен и Майкл оставались следить за миссис Мастербрук. Домработнице не разрешалось разговаривать с кем-либо по телефону или случайно зашедшими людьми. Хотя она и дала обещание ничего никому не говорить, мистер Николс предпочел не рисковать.

— Это ловушка, — сказал он Пенни, разговаривая с ней наедине. — Я устроил так, что Джей Клейн загадочным образом получил потерянные письма…

— Но, папа…

— Это единственный способ поймать его, Пенни. С этими письмами он встретится сегодня с Германом Крокером на пешеходном мостике. Как только Крокер вручит ему письма, полиция арестует обоих.

— Мне бы хотелось это увидеть, — с нетерпением сказала Пенни.

— Это можно, — пообещал мистер Николс. — Ты это заслужила.

В тот вечер, задолго до назначенного часа, Пенни, ее отец и несколько человек в штатском ожидали, спрятавшись в кустах, прибытия Клейна и Германа Крокера.

Джей Клейн появился на пешеходном мостике первым. Он, казалось, очень нервничал, и курил сигареты одну за одной. Время от времени он зажигал спичку и подносил ее к часам.

После пятнадцатиминутного ожидания, все услышали, как по дороге едет машина Германа Крокера. Она остановилась на некотором расстоянии от моста, и Пенни, обладавшая хорошим зрением, разглядела, что старик привез с собой внука. Однако, мальчика он оставил в машине, и на мост отправился один.

— Ты принес деньги? — спросил Джей Клейн.

— Я смог собрать только половину суммы, которую ты потребовал, — жалобно ответил старик. — Письма у тебя?

Джей Клейн показал ему пакет.

— О, нет, нет, — засмеялся он, когда Герман хотел взять письма. — Ты получишь их только тогда, когда заплатишь всю сумму.

— Я отдам тебе то, что у меня есть. Не будь слишком суров.

В это время полицейские в штатском вышли из засады и окружили их.

— Обманщик! — крикнул Джей Клейн.

Полагая, что это старый Герман выдал его полиции, он ударил его, а затем, проскочив мимо офицеров, побежал к оврагу. Двое полицейских бросились за ним и вскоре привели обратно. Герман Крокер не пытался сбежать.

— Везите Клейна в Кендон, — распорядился мистер Николс. — За Крокером я присмотрю сам.

— У вас ничего нет на меня, — пробормотал старик. — Меня шантажировали, вот и все.

— Не пытайтесь нас обмануть, — посоветовал ему детектив. — Нам все известно. Этот человек был шантажистом, но настоящий Уолтер Крокер справедливо претендует на большую часть вашего имущества. Более серьезным является вопрос о похищении драгоценностей Кирменбаха.

— В чем вы меня подозреваете? — выдохнул старик.

— Вы подозреваетесь в краже бриллиантового ожерелья.

До этого момента Герман Крокер выглядел достаточно спокойным и невозмутимым, но сейчас внезапно впал в ярость, отрицая какую-либо роль в краже.

— Это ложное обвинение! — крикнул он. — Возможно, я в некотором роде присвоил чужие деньги, но я никогда ничего в своей жизни не крал!

— У вас не было в доме игрушечного фонарика? — спросил мистер Николс.

— Игрушечного фонарика? — повторил старик. — У Перри был один. Он потерял его и снова нашел.

— Дело в том, что игрушечный фонарик Перри был обнаружен на месте преступления. Возможно, вы сможете это объяснить.

— Мне ничего об этом неизвестно, — мрачно сказал старый Герман. — Это — правда.

— Посмотрим, что скажет Перри, — ответил мистер Николс. — Идемте.

Он подвел старика к месту, где в машине ждал мальчик.

— Перри, — мягко спросил детектив, — ты помнишь игрушечный фонарик, который мистер Хантер дал тебе на днях?

— Он мне его не дал, — поправил мальчик. — Он мне его вернул.

— Ты потерял его? — спросил мистер Николс. — Ты помнишь, как давно его потерял?

— Это было в ту ночь, когда Уолтер Крокер пришел к моему дедушке, — не задумываясь, ответил Перри. — Я играл с ним, а потом положил к нему в карман.

— Ты положил игрушечный фонарь в карман пальто Уолтера Крокера? — с изумлением спросил детектив. — Но зачем ты это сделал?

— Не знаю, — пожал плечами Перри. — Наверное, мне показалось, что если он сядет на него, то испугается. Это было бы очень смешно!

— Я так понимаю, что Уолтер не нашел фонарика в своем кармане?

— Нет, он спешил, и я не успел вернуть свою игрушку.

— Это представляет случившееся в ином свете, — медленно произнес мистер Николс. — Если Перри говорит правду, то, возможно, Джей Клейн ушел, не подозревая о наличии фонарика в своем кармане. Возможно, фонарик оставался там, когда он забрался к Кирменбаху.

— И выпал, когда Клейн возился со стенным сейфом, — подхватила Пенни. — Но можем ли мы это доказать, папа?

— Возможно, Клейн признается сам, — ответил детектив. — Я сейчас отправлюсь в Кендон и допрошу его.

Пока Герман Крокер находился под стражей, за Перри было некому присматривать, и Пенни отвезла его в коттедж. Здесь она уложила мальчика, не подозревавшего о том, что случилось с дедушкой, в постель.

Пенни и Сьюзен сидели и ожидали возвращения мистера Николса из Кендона. Тот приехал около полуночи, и девушки сразу увидели, что он в прекрасном настроении.

— Итак, Пенни, ты заслужила вознаграждение! — весело воскликнул он.

— В самом деле?

— Да, дело закрыто, — заявил мистер Николс. — Так что ты получишь вознаграждение, обещанное Кирменбахом.

— Расскажи нам все, — попросила Пенни.

— Джей Клейн признал все: он совершил кражу драгоценностей Кирменбахов и еще в нескольких домах. Однако для него стало шоком, что его преступление было раскрыто из-за игрушечного фонарика Перри. Он даже не знал, что тот оказался в его кармане.

— А что будет с Германом Крокером? — спросила Пенни.

— Он согласился передать большую часть своего имущества законному наследнику — Майклу.

— Его посадят в тюрьму, папа?

— Пока не ясно, но, думаю, он может этого избежать. Однако, в любом случае, Перри у него заберут и отдадут тому, кто сможет о нем лучше позаботиться.

— Я рада, — сказала Пенни. — Герман как-нибудь объяснил причину своего поступка?

— Он надеялся, что удача окажется на его стороне, а потом, похоже, собирался передать все свое имущество своему внуку, Перри. Он ведь ребенок дочери Германа, Эллы, — единственного человека, которого старик когда-либо любил.

— Но он плохо обращался с Перри.

— В некотором смысле, да, но он, вероятно, все-таки заботился о внуке больше, чем о ком-либо другом.

— А что ожидает миссис Мастербрук? — спросила Пенни, понизив голос.

— Я о ней не спрашивал. В глубине души я сомневаюсь, что она плохая, — просто она прирожденный создатель неприятностей. Насколько я понимаю, ее не станут преследовать. Думаю, она получила хороший урок.

— Нет никаких сомнений в том, что Майкл получит наследство?

— Ни малейших. И своей удачей он обязан тебе, Пенни. Я сыграл в этом деле очень маленькую роль.

— Правда? — улыбнулась Пенни.

— Да, ты практически сама справилась со своим делом, — заявил детектив. — А заодно и с моим.

— Было здорово! — рассмеялась Пенни. Вдруг лицо ее помрачнело. — Значит, теперь, когда все дела раскрыты, мы вернемся домой?

— Мы упаковываемся и покидаем это место, — ответил мистер Николс. — Но едем не домой.

— В таком случае — куда же? — удивилась Пенни.

— Не знаю, — ответил мистер Николс, улыбаясь. — Но это будет приятное тихое местечко, в котором я смогу провести отпуск.

КОНЕЦ

Content

Джоан Кларк
(М. Вирт)
Пенни Николс и загадка Кноб Хилл

ГЛАВА I. КОТТЕДЖ НА КНОБ ХИЛЛ

ГЛАВА II. ИСЧЕЗНОВЕНИЕ НЕЗНАКОМЦА

ГЛАВА III. СТРАННЫЙ СТАРИК

ГЛАВА IV. БОЛТЛИВАЯ ДОМРАБОТНИЦА

ГЛАВА V. НОЧНОЙ ПОСЕТИТЕЛЬ

ГЛАВА VI. ДВЕРЬ НА ЧЕРДАК

ГЛАВА VII. НЕОЖИДАННАЯ НАХОДКА

ГЛАВА VIII. ВАЖНАЯ УЛИКА

ГЛАВА IX. ВИЗИТ ГЕРМАНА КРОКЕРА

ГЛАВА X. ПОИСКИ НА ЧЕРДАКЕ

ГЛАВА XI. МАЙКЛ ПРИХОДИТ НА ПОМОЩЬ

ГЛАВА XII. ВИЗИТ В ПРИЮТ

ГЛАВА XIII. РУЛОН МАТЕРИИ

ГЛАВА XIV. ПОДСЛУШАННЫЙ РАЗГОВОР

ГЛАВА XV. ПОТЕРЯННЫЕ ПИСЬМА

ГЛАВА XVI. ПОТЕРЯННЫЙ ПЛАТОК

ГЛАВА XVII. НОВАЯ УЛИКА

ГЛАВА XVIII. В ДОМЕ ГЕРМАНА КРОКЕРА

ГЛАВА XIX. ПРИЗНАНИЕ МАЙКЛА

ГЛАВА XX. ПРОПАВШИЙ ДЖЕЙ КЛЕЙН