Ирина Ордынская

Матрона Московская

* * *

© Ордынская И. Н., 2024

© Издательство АО «Молодая гвардия», художественное оформление, 2024

* * *

Предисловие

Святая блаженная Матрона Московская в наше время – одна из самых почитаемых святых, даже, быть может, самая почитаемая.

Ежедневно тысячи людей приходят в Покровский ставропигиальный женский монастырь в Москве, где хранятся мощи блаженной, чтобы поклониться им и обратиться к Святой Матроне как к живой со своими проблемами, бедами, болезнями. Паломники для этого готовы часами ждать в очередях. Многие из них через некоторое время возвращаются сюда, чтобы поблагодарить Святую за помощь.

Ещё во времена своей земной жизни, с самого детства, Матрона помогала простым людям в их повседневных, обыденных делах, облегчала их трудную долю. По её молитвам тяжелобольные люди выздоравливали, обиженные получали поддержку, сомневающиеся – советы, многих они буквально спасли. Она предвидела будущее, читала как открытую книгу души человеческие. Ещё при жизни блаженная стала для людей всенародной Матушкой.

Сама суть от сути народа – крестьянка из Тульской области, Матрона всегда понимала всю глубину души простых людей. Чувствовала их горести и несчастья. Их надежды были и её надеждами, их радости – её радостями. Приходившие к ней за помощью верили ей безоговорочно, потому что, с одной стороны, для них Матрона была такой же, как они сами, а с другой – человеком по-настоящему праведной и чистой жизни и такой великой любви к людям, что Бог слышал её и отвечал помощью тем, о ком она молилась.

Физические несовершенства, горести самой Матроны, врождённая слепота и паралич ног в 17 лет вызывали только большее доверие к ней, уважение к её мужеству и стойкости. Каждый приходивший к ней человек осознавал, что как бы ему не было плохо, с каким бы горем он не столкнулся, эта немощная женщина, которая не видит, не может ходить, бездомная, нищая, может понять его муки, потому что и сама всю жизнь страдает. Несмотря на тяжести собственной жизни, блаженная все силы отдавала, чтобы помочь людям, которые попали в беду. И после её молитв поднимались те, кто годами был прикован к постели; врачи и следа от болезней не находили у пациентов, которым до этого ставили страшные диагнозы; несчастные обретали семейное счастье; у бесплодных семейных пар рождались дети; у нуждавшихся появлялась собственная крыша над головой и хорошая работа и т. д.

Святую Матрону называют Московской. В 1925 году она переехала из родного села в Москву, и до конца жизни её служение людям продолжалось в столице России. Москву Святая называла «святым городом», любила стольный град. Блаженная много страдала в нём, не имея своего жилища, гонимая, жила у друзей и случайных знакомых, часто меняя адреса. Но никогда не прекращалось её служение, она всегда принимала посетителей, иногда больше сорока человек в день. И все уходили от неё утешенные, получив помощь.

Всю жизнь блаженная Матрона оставалась преданной дочерью Русской православной церкви, исповедовалась, принимала Святое Причастие, постилась, непрестанно молилась. Постоянно её окормляли священники. Многие священнослужители заботились о блаженной, её знали и почитали в разных храмах Москвы, любили её и монахи Троице-Сергиевой лавры. При жизни Матроны приходившие к ней люди воспринимали блаженную исключительно как молитвенницу, как человека глубоко верующего. Отчасти и потому, что она объясняла людям, что, прося помощи у Бога и защиты от бед, они должны посещать церковные службы, причащаться, носить нательный крест, дома молиться у икон, часто креститься и т. д. Учила она народ православной вере в богоборческие времена, когда тысячами закрывались храмы, арестовывали священников и монахов. Матрона не обращала внимания на то, что лично для неё такое христианское миссионерство могло быть смертельно опасным.

Повсеместно лишённые духовной поддержки, в советские времена люди обретали рядом с блаженной опору, которая позволяла им выстоять в любых трудностях. Недаром, когда блаженная была ещё совсем юной, во время её встречи со Святым Иоанном Кронштадтским, тот назвал Матронушку «восьмым столпом России», предсказав ей особо важное место в судьбе страны и Церкви.

Никакие сомнения иных церковных и светских экспертов в святости блаженной Матроны Московской не могут поколебать глубокую веру людей в истинно народную заступницу и помощницу. Хотя такие наветы с завидным постоянством появляются с момента канонизации блаженной.

К Святой Матроне с молитвами обращаются люди не только в России, но и во многих частях света. Год от года почитание блаженной Матроны ширится по всему миру – в Европе, Азии, Африке, Северной и Южной Америке – строятся храмы и часовни, ей посвящённые, появляются христианские общины её имени. Поклониться Святым мощам блаженной Матроны в московский Покровский монастырь приезжают верующие не только разных христианских конфессий, но и других религий. Почитают блаженную Матрону Московскую во многих Поместных православных церквях, её имя внесено в их месяцесловы.

Растёт интерес к личности блаженной Матроны в обществе. Существуют музеи Святой Матроны Московской, опубликованы больше сотни книг и статей о ней, созданы сайты, снят не один десяток документальных фильмов и видеосюжетов и т. д.

Поток людей к мощам Святой Матроны Московской не иссякает с момента канонизации блаженной в 1999 году, и с того же времени только нарастает интерес к её жизни, служению, к чудесам, которые постоянно происходят после обращений к ней за помощью, после молитв у её мощей и икон. Изданы десятки книг с рассказами о чудесах, которые произошли по молитвам к блаженной.

Святая блаженная Матрона Московская, и она сама это предвидела, действительно, как живая, близка людям, которые обращаются к ней в молитве или приходят с поклоном к её мощам. В ответ на их просьбы Святая ходатайствует за них перед Небом. Подтверждением этой бесконечной любви блаженной Матроны к народу и почитания людьми своей великой Святой являются многочасовые очереди к её мощам и поклонение ей по всему миру.

В этой книге проанализирована и систематизирована вся информация, которая на сегодняшний день накоплена о Святой блаженной Матроне Московской. Это биография блаженной Матроны: вначале информация о её родине и близких, затем хронологически изложенные шаг за шагом, год за годом значимые события в жизни Святой, в завершение повествования рассказ о её кончине и посмертном почитании.

Праведная блаженная Матрона Московская бесконечно дорога многим людям, любима ими и глубоко, искренне почитаема. Её помощь и свет её праведной жизни сейчас необычайно важны для народа. Хочется, чтобы наши современники знали и понимали, какая великая Святая совсем недавно жила на нашей земле!

Глава 1

Родина и родные

В трёхстах километрах на юг от Москвы и в ста километрах на юго-восток от Тулы на берегу реки Мокрая Табола находится старинное село Себино. В XIX веке это была территория Епифанского уезда Тульской губернии. С востока район граничит с Рязанским краем. На картах XVIII и XIX веков село Себино расположено практически на границе Тульской и Рязанской губерний.

Испокон веков в Центральной России самыми лучшими местами для крестьянских поселений считались берега рек, чтобы и воды было достаточно для хозяйственных нужд, и можно было использовать реки как транспортные артерии, необходимые при отсутствии сети благоустроенных дорог. Удобную излучину на берегу реки Мокрая Табола люди обживали с древних времён. Есть сведения, что в этих местах издревле существовали постоянные поселения. Недавно здесь нашли крупное средневековое русское селище XII века, где сейчас идут археологические раскопки (Себино-2). В середине XIV века по Мокрой Таболе проходил Донской торговый путь, весной «по высокой воде» купеческие ладьи шли к Дону, по нему до Азовского моря и дальше выходили в Чёрное море. На раскопках селища археологи находят старинные арабские и ордынские серебряные монеты, а также монеты, отчеканенные в Рязани.

Мокрая Табола всего 64 километра длиной, протекает по территории Тульской и Рязанской областей. Она не слишком многоводная, но впадает в Дон, поэтому в прошлом имела немалое значение как удобный транспортный путь. Если учесть, что в реке всегда вдоволь водилось рыбы (щуки, карася, плотвы, окуня, ершей, пескарей), то для местных она являлась большим подспорьем, позволяла разнообразить свой рацион. У берегов когда-то водились раки. На реке всегда селились бобры и выдры. Поросшие зеленью берега – пологий левый и высокий правый, ковры кувшинок радовали глаз красивыми пейзажами. Неизвестно, сколько раз за историю поселение на удобной речной излучине меняло название, как неясно, видоизменялось ли оно со временем или исчезало совсем, но через время возникало новое на том же месте.

В этом районе Тульской области археологи находили изделия эпохи неолита, а это V–III тысячелетия до н. э., и даже поселения, существовавшие в VII–VI тысячелетии до н. э. На территории района найдено тридцать поселений эпохи бронзы, самое крупное из которых занимало больше гектара, и каменный ритуальный комплекс, которому более четырёх тысяч лет. В общем, кажется, в этих краях люди жили всегда.

В начале Средних веков, после победы русичей над половцами на земли южнее Тулы стали активно переселяться крестьяне из западных областей Руси, основывали новые села, которые просуществовали до нашествия монголо-татар. Во время набегов кочевники сжигали деревни, и люди были вынуждены уходить на север. Землю переставали обрабатывать, поля повсеместно зарастали травой. Через какое-то время за этой местностью закрепилось название «Дикое поле». Окраина Тульских земель в годы ордынского нашествия, можно сказать, в каком-то смысле стала приграничной, потому что именно здесь смыкались Русь и Орда.

В 1380 году неподалеку от этих мест произошла знаменитая Куликовская битва. Село Себино находится всего в 20 километрах от Куликова поля. Есть легенда, что на берегу реки Мокрая Табола, на месте, где теперь стоит село, князь Дмитрий Донской со своими воеводами обсуждал детали будущего сражения. А после битвы сюда привезли часть погибших, здесь их отпевали и похоронили. Но это только не подкреплённые фактами легенды, живущие в устном фольклоре местных жителей. После победы над Ордой постепенно Дикое поле вновь стали обживать пришлые крестьяне. Однако спокойно и новым переселенцам жить не давали, в Смутное время в конце XVI века Епифанский уезд дважды разграбили поляки.

По-настоящему стали обживать земли вокруг Епифани после того, как в середине XVI века их получил в вотчину князь Иван Фёдорович Мстиславский (двоюродный племянник царя Ивана IV). Князь стал переселять сюда казаков и стрельцов, по его инициативе был построен епифаненский острог для защиты от набегов крымских татар. Но они в XVII веке все же несколько раз разоряли эти земли во время своих набегов.

В писцовой книге Епифанского уезда князя Романа Болховского и подьячего Василия Бурцова в 1627 году упоминается «Себинский стан, а в нём пустоши, что были сёла и деревни за помещики в поместьях». Среди прочих владельцев земель отдельно отмечен хозяин вотчины в Себинском стане туляк Демид Широков сын Муромцов, который получил вотчину по грамоте царя Михаила Фёдоровича в 1613 году в награду за ратные подвиги. В документе впервые (как часть владений) упоминается деревня Медведева и земли «на речке Таболе под Себинским лесом». Позже деревня получит второе название – Себино.

Только в XVIII веке жизнь в Тульских землях наконец-то стала достаточно спокойной. По 3-й ревизии населения (1760-е годы) в Себино проживало крестьян и дворовых людей помещиков 146 мужского и 132 женского пола. В селе стояли три господских деревянных дома – генерал-майора Муромцева, подполковника Бибикова и подпоручика Каверина. Вокруг помещичьих домов росли яблоневые сады. По-прежнему отличительной чертой Себино оставался лес, располагавшийся рядом с селом, в котором в основном росли дубы, берёзы, осины.

К концу XIX века за поселением на излучине реки Мокрая Табола окончательно закрепилось название Себино, хотя старожилы уверяют, что когда-то село называлось Старое Медведево (по воспоминаниям уроженки Себино Анны Филипповны Выборновой), по другим данным, просто Медведево. Но это не единственное название села, описанное в его истории. Документально подтверждено, что какое-то время до 1816 года оно именовалось Новосильцевом, так как принадлежало помещику Александру Владимировичу Новосильцеву (согласно «Реестру усадебных наделов и десятин невыкупленных» 1890–1910 годов). Почему и когда село в конце концов получило современное название – Себино – доподлинно неизвестно. Слово «себье» или «себьи» означало в древности деревянные крюки для укрепления сетей на дне моря, но, может быть, это слово не имеет отношения к названию села. Есть ещё одна версия возникновения названия села, якобы оно получило название от имени знатного татарина Себина Бибика, которому какое-то время принадлежала эта местность.

Земли вокруг Себино нельзя назвать по-настоящему плодородными, как и по всей Тульской области. В этих районах степь смыкается с лесостепью, и хотя почвы считаются чернозёмными, но всё же они не такие качественные, как на юге России. Урожаи скромнее, чем на богатых чернозёмах, и сельское хозяйство здесь всегда требовало много крестьянского труда. Однако трудолюбивые хозяева часто и в этих местах со временем становились крепкими середняками. Выращивали в первую очередь рожь, овёс, гречиху.

Также себинцы в округе ещё были известны как хорошие кузнецы. В местном музее хранятся старинные вещи, сработанные себинскими кузнецами. Крестьяне также пряли лён, шерсть, ткали холсты и сукна, часть оставляли себе, остальное продавали. Славилось Себино мастерами по валянию валенок. Интересно, что из 51 хозяйства крестьян помещика Новосильцева 33 занимались разными промыслами.

На полях выращивали в основном зерновые, но весь Епифанский уезд славился урожаями конопли, три ростка которой ещё с древних времён были изображены на его гербе. В прошлые века без конопли никак нельзя было обойтись в хозяйстве, из неё вили верёвки, изготавливали ткань и шили одежду, делали масло, которое употребляли в пищу, из семян варили кашу и т. д. Из конопли изготавливали бумагу. Особым спросом пользовались верёвки, канаты, паруса, сети из конопли, потому что при соприкосновении с морской водой они становятся только крепче. В экспорте России доходы от продажи изделий из конопли за границу занимали второе место. Поэтому её выращивание считалось очень выгодным, а в Епифанском уезде она прекрасно росла.

В XIX веке село Себино было небольшим, но достаточно процветающим. По данным списков населённых мест за 1859 год, оно значилось как владельческое село. В дореволюционной России это селение в частном владении, обычно собственником его был один или несколько дворян.

Местоположение села Себино в документах середины XIX века описывалось так: «при реке Таболе» и «по левую сторону Донковской дороги (с севера на юго-запад)». Расстояние от центра уезда – 22 версты. Дворов в селе было 48, мужчин – 342, женщин – 349. Село было построено, если говорить о плане, в форме буквы «П». В селе жили крестьяне, принадлежавшие двум помещикам, их дома строились не вразброс. Первая половина села (на одной «перекладине» буквы «П») – были дома крестьян помещика Новосильцева, вторая половина (на другой «перекладине» буквы «П») – помещика Бибикова.

Самое главное, чем отличалось село Себино от окрестных деревень, это то, что в нём возвышался большой, богатый каменный храм. Единственный в округе. Жители остальных семи близлежащих селений были прихожанами себинской церкви. Храм, как и положено, располагался в центре села, на самом почётном месте. В истории не сохранились данные, когда именно на этом месте возникла первая церковь, известно только, что вначале она была деревянной. В сохранившихся окладных книгах Рязанской епархии за 1676 год значится, что здесь находилась церковь во имя великомученика Димитрия Солунского.

Так сложилась судьба села Себино (Медведево), что в разные годы оно принадлежало разным владельцам. Село связано с именами помещиков Бибиковых, Новосильцевых, Муромцевых и Яньковых. Все помещики состояли в родственных отношениях друг с другом.

До XVIII века село Медведево принадлежало помещикам из рода Муровцевых, которые были очень известной в Тульской губернии семьёй. Достаточно сказать, что один из Муровцевых – генерал-поручик Матвей Васильевич (1734–1799) – в течение нескольких лет (в 1777–1784 годах) возглавлял Тульской наместничество. Он участвовал во всех войнах Екатерининской эпохи, его военный талант высоко оценивал сам генерал-фельдмаршал граф Пётр Александрович Румянцев-Задунайский.

Одна из наследниц помещиков Муромцевых вышла замуж за помещика Новосильцева, который получил в приданое часть села Себино. Также один из Муровцевых женился на представительнице рода Бибиковых.

Появление в Себино помещиков из рода Яньковых связано с тем, что в середине XIX века на охоте погиб помещик поручик Иван Васильевич Бибиков. Его себинское имение в 722 десятины перешло к его сестре Евгении Васильевне, которая вышла замуж за майора Николая Александровича Янькова. Дворянский польский род Яньковых переселился из Польши в Россию ещё в XVII веке. Себинское поместье унаследовал младший сын майора Янькова – Александр Николаевич (1857–1909), который служил в венёвской дворянской опеке, но после смерти отца вышел в отставку, женился на Елизавете Сергеевне Жуковой (1861–1912) и занялся хозяйством. У супругов в 1885 году родилась дочь Лидия, других детей у них не было.

Князь Михаил Владимирович Голицын достаточно подробно описал последних владельцев части себинского имения – семью помещиков Яньковых, которых он близко знал, в своей книге «Мои воспоминания»: «Яньков был в своём роде удивительным типом: маленького роста, с большими выпученными глазами и крикливым голосом, он был ярым лошадником и действительно хорошо понимал толк в лошадях. В Себине у него был конный завод рыжих рысаков, на который он тратил все доходы с имения не только епифанского, но и двух других, которыми он владел. Сам он жил сравнительно скромно в старинном одноэтажном доме, с хорошей красного дерева мебелью; стены его кабинета были обвешаны портретами знаменитых русских рысаков. Ежедневных газет он не читал, а выписывал только „Неделю“ известного Гайдебурова петербургского журналиста. Женат он был на урождённой Жуковой, у них была единственная дочь Лидия, которую он боготворил. Кроме лошадей обожал охоту, держал несколько гончих… Всякую общественную работу Яньков терпеть не мог и всегда ругал земство и его работников, но когда в Епифани организовывались выставки крестьянских лошадей с премиями от земства за лучших, на этом премировании, как знаток лошадей, он не отказывался играть главную роль».

* * *

Первый каменный храм в Себино был построен по инициативе и на деньги помещика Ильи Андреевича Муромцева – «на собственное его иждивение». В метрических книгах за 1764–1776 годы в Себино-Медведево значится церковь во имя великомученика Димитрия Солунского. Однако уже с 1777 года в метрических книгах указывается, что в Себино находится храм во имя Успения Пресвятой Богородицы. Возможно, именно тогда был построен первый каменный храм, который был заново освящён. В любом случае, когда именно возвели первую каменную церковь в Себино доподлинно неизвестно.

Со временем число жителей в Себино и близлежащих деревнях росло, к 1830 году приход Успенской церкви увеличился до двух с половиной тысяч человек. Позже в своей жалобе («приговоре») губернатору жители жаловались, что храм стал для них мал, писали, что в нём «имеется теснота и духота». К счастью, местная помещица Евгения Васильевна Янькова на собственные средства через некоторое время начала строительство большой трапезной церкви в дополнение к старому храму как продолжение его. В 1878 году по её заказу епархиальный архитектор Александр Гаврилович Бочарников подготовил проект и смету строительства.

В 1881 году трапезную церковь построили и начали её отделку, которая длилась шесть лет. В марте 1887 года по благословению Тульского архиепископа Никандра (Покровского) во вновь построенной трапезной церкви был устроен придел во имя Святого благоверного князя Александра Невского. Придел был освящён 2 декабря 1892 года. Нужно сказать, что позже, уже ближе к революционным годам XX века, помещики Яньковы собирались построить рядом с храмом Успения Пресвятой Богородицы ещё и каменную колокольню. Для этого уже были куплены материалы и собраны деньги, но помешала революция, колокольня так и не была возведена.

В «Ведомости о церкви Успения Пресвятой Богородицы, клире и прихожанах в селе Себине Епифанского уезда за 1881 год», которая хранится в Государственном архиве Тульской области, указано, что Успенская церковь крепкая, утвари в ней достаточно, служат в ней два священника, два дьякона, два дьячка и два пономаря.

В конце XIX века в центре села Себино стоял белоснежный каменный храм Успения Пресвятой Богородицы с одной небольшой луковкой, он состоял из двух частей: первой – небольшого основного квадратного старинного храма, и второй – пристроенного к нему церковного помещения побольше. Это была покрытая железом типичная сельская церковь, каких в России встречалось множество. Внутри храм был уютным, имел основной старинный добротный иконостас и два боковых придела поменьше, везде на стенах висели иконы, в основном пожертвованные церкви прихожанами.

Вокруг храма разрасталось село, постоянно строились новые дома, в каждом дворе жили большие семьи крестьян, главным богатством которых были дети, семьи все были сплошь многодетные. Особым местом притяжения для селян круглый год оставалась река, к ней ходили с вёдрами за водой и ловить рыбу, в ней купались летом сами и купали коней, возле неё стирали, к ней приходили стайки домашних уток и гусей. Сразу за околицей леса начинались поля и луга, поросшие роскошными травами и ароматными дикими цветами, пахнущими мёдом, которые так любили собирать в букеты сельские девушки. Лесов в округе практически не осталось, когда-то они были, но в результате постоянной расчистки полей под посевы и вырубки деревьев на дрова сохранились только небольшие просёлки из берёз, осин и немногочисленных дубов.

Лесостепь на юго-востоке от Тулы всегда отличалась достаточно мягким климатом, относительно прохладным летом, зато и небольшими морозами зимой. Особенностью этих мест является большое количество гроз. В тёплое время года – весной, летом и осенью – ливни с грозами случаются очень часто. По статистике за год в летнее время в этом районе 27 дней сверкают молнии и шумят ливни с грозами, что, конечно, хорошо для сельского хозяйства.

* * *

В 1849 году в Себино в семье крестьян Никоновых родился мальчик, которого назвали Дмитрием. В Ревизской сказке от 1858 года на крестьян Епифанского уезда (хранящейся в Государственном архиве Тульской области) есть сведения о семье Никоновых, в которой среди прочих детей записан девятилетний Дмитрий. Семья была небедной, можно сказать вполне зажиточной. Это был крепкий род, состоявший из многочисленных родственников, поддерживающих друг друга. Жили дружно, в семье было много не только собственных детей, но воспитывались и приёмные.

Крепкая патриархальная семья состояла из 18 человек, в ней было два родных сына – Егор и Дмитрий и три усыновлённых мальчика. Кто были приёмные сыновья в семье Никоновых – неизвестно, может быть, осиротевшие родственники или крестники, но их воспитывали как родных. Позже их женили, и у них в селе Себино появились уже собственные дома. Ещё в семье Никоновых жил работник с семьёй, пожилой дядя с женой, и несколько племянников. Наличие постоянно проживающего работника говорит о том, что Никоновы были людьми выше среднего достатка, что подтверждает и то, что после женитьбы сыновей семья имела возможность сразу построить им отдельные дома и выделить всё необходимое для собственного хозяйства молодожёнов.

В 1851 году в семье крестьян Ефимовых в деревне Яковлевка Епифанского уезда родилась девочка, которую назвали Натальей. В Ревизской сказке от 1858 года есть сведения о семье Ефимовых, в которой среди прочих детей записана шестилетняя Наталья. Семья, в которой появилась на свет Наталья, не бедствовала, но всё же не была такой состоятельной, как Никоновы.

Деревня Яковлевка находится приблизительно в 20 километрах от Себино. Можно сказать, что для времён, когда крестьяне в основном ходили из одного населённого пункта в другой пешком или ездили на телегах, это казалось достаточно большим расстоянием.

Остаётся только догадываться, как познакомились жившие в разных деревнях Дмитрий и Наталья. Может быть, как часто было в те времена, девушку сосватали через знакомых или родственников. Или подросшему Дмитрию нашла невесту сваха, что для середины XIX века являлось обычной практикой. Не исключено, что познакомились они и сами, без посторонней помощи. В Яковлевке не было церкви, возможно, иногда на службы семья Ефимовых приезжала в Успенский храм в Себино. Там молодые могли приглянуться друг другу. Так как крепостное право к этому времени уже было отменено и сельские общины как в Себино, так и в Яковлевке активно выплачивали долг помещикам за землю и считались только временнообязанными, то предположение, что молодых людей могли насильно поженить по воле помещика (как предполагают некоторые историки) нельзя считать верным.

Нужно сказать, что в исторических исследованиях встречается ещё один вариант девичьей фамилии Натальи – Голикова. В этом варианте Голиковы были односельчанами и даже соседями Никоновых. Жили изначально в Себино. Но всё же в жизнеописаниях из двух вариантов происхождения Натальи чаще встречается фамилия Ефимовы, это же имя указано на родовом древе блаженной Матроны, составленном историками из Союза возрождения родословных традиций (СВРТ), в котором прослеживается история ее предков с 1650 года. В ней содержится информация о семи коленах кровных предков, а также потомков сестры и братьев блаженной, на настоящий момент это 127 человек.

Главный же факт, который подтверждает то, что Наталья была именно Ефимовой – сохранившаяся запись о венчании Дмитрия и Натальи в метрической книге Успенского храма в Себино. В документе указана фамилия невесты – Ефимова: «Девица Наталия… дочь временно-обязанного крестьянина Никиты Ефимова православного вероисповедания». Таким образом, представляется правильным утверждать, что Наталья была из семьи крестьян Ефимовых из деревни Яковлевка.

Двадцатилетний Дмитрий Иванович Никонов и восемнадцатилетняя Наталья Никитична Ефимова поженились 26 октября 1869 года. Их повенчал священник Василий Иванович Троицкий, служивший настоятелем храма с 1862 года до своей смерти. В метрической книге Успенского храма за 1869 год сохранилась запись об этом венчании. По законам Российской империи обряд не мог состояться без поручителей. Ими при регистрации этого брака были временнообязанные крестьяне: у жениха – Пётр Алексеев и Пётр Васильев, у Натальи – Никита Ильин и Пётр Григорьев. В те времена женщины ещё не могли стать «свидетелями» на брачной церемонии, поэтому у невесты поручителями тоже были мужчины.

После отмены крепостного права в 1861 году крестьяне, выкупая наделы, впервые становились хозяевами собственной земли и с энтузиазмом, старательно обрабатывали её. Они учились зарабатывать деньги, отстраивали новые дома, обзаводились качественным инвентарём и хозяйственными постройками. Однако процесс выкупа земли шёл непросто. Получив личную свободу, бывшие крепостные с трудом выплачивали выкуп помещикам за землю. К 1869 году себинские сельские общины ещё не полностью выплатили свой долг помещикам, и крестьяне были вынуждены по-прежнему платить оброк и работать на барщине до заключения выкупной сделки между землевладельцем и общиной. Таких крестьян в те времена называли временнообязанными. Таким какое-то время был и Дмитрий Никонов. Закон об обязательном выкупе был принят только в 1881 году, по нему государство выплачивало помещикам стоимость полевых наделов, которыми пользовались общины. В свою очередь крестьяне должны были за 30 лет – вплоть до 1910 года – возместить долг с процентами теперь уже государству.

После отмены крепостного права в Себино существовало два общества бывших помещичьих крестьян – Новосильцева (107 хозяйств) и Бибикова (53 хозяйства). Семья Никоновых входила в общество бывших крестьян помещиков Новосильцевых, которое суммарно имело 88 полевых наделов по 1,96 десятины.

Крепкая родня и собственное трудолюбие достаточно быстро помогли молодой семье Никоновых обзавестись собственным домом с надворными постройками. По воспоминаниям жительницы деревни Подмоклое Епифанского уезда Антонины Борисовны Малаховой, часто бывавшей у Никоновых, их дом стоял там, где на плане села Себино в виде буквы «П» находилась «перекладина». Место это в селе называли Отлесной слободой.

Как быстро молодой семье удалось «отделиться» от общего хозяйства, во главе которого стоял отец Дмитрия – Иван Егорович Никонов – неизвестно. Иногда уходили годы, прежде чем новой семье удавалось получить свою долю, которую глава семьи должен был «отрезать» от общего имущества. В состоятельных семьях этот процесс проходил быстрее и безболезненней для остальной семьи. А бедные крестьяне иногда до старости вынужденно жили по несколько семей под одной крышей. Потому что для устройства отдельного домохозяйства выделялся надел земли, покупалась или строилась для молодожёнов изба, выделялась скотина и хотя бы одна лошадь, чтобы обрабатывать землю. Одним словом, женить сына, а потом «выделить» ему отдельное хозяйство для крестьянских семей дело было хлопотное и дорогое.

Судя по всему, Иван Егорович Никонов обладал необходимыми средствами, чтобы после женитьбы сына Дмитрия тот достаточно быстро смог с молодой женой переселиться в собственный дом с надворными постройками и начал обрабатывать пусть и небольшой, но собственный участок земли.

Жизнь молодая семья вела традиционно крестьянскую. Рядом с домом располагался приусадебный огород, где росли все необходимые для приготовления пищи овощи. Старались держать побольше кур, яйца были важной составляющей крестьянского стола. Птица и овцы оставались главным источником мяса. Настоящей кормилицей считалась корова, благодаря ей все молочные продукты были свои – молоко, сливки, сметана, масло, творог, сыр. Несмотря на то что к середине XIX века продавалось достаточно много фабричных тканей, в деревнях хозяйки по-прежнему сами ткали полотно. Ежедневная одежда, особенно детей, как правило, оставалась домотканой, как и в повседневной деревенской жизни предпочитали носить лапти. Не у всех хватало денег на дорогую покупную обувь, и, даже если она имелась, её старались беречь.

Нужно сказать, что Дмитрий и Наталья по характерам и темпераментам были совершенно разными людьми. Дмитрий – человек уравновешенный, сдержанный, немногословный, отличался спокойным нравом. Наталья была от природы более живой, энергичной, темпераментной. Они прекрасно дополняли друг друга и жили достаточно дружно. Оба отличались настоящим трудолюбием и подлинным, глубоким благочестием.

Некоторые историки предполагают, что Дмитрий Никонов с детства отличался не просто слабым здоровьем, но болел, предположительно чахоткой. Однозначно согласиться с таким утверждением нельзя. Возможно, подобные рассуждения навеяны воспоминаниями близких о последних годах его жизни, когда он действительно тяжело болел. Сразу же после женитьбы быстрый рост благосостояния его домохозяйства говорит о том, что он много и основательно трудился, что было бы невозможным при слабом здоровье. К тому же сохранившиеся записи подушной переписи за 1900 год не содержат отметки о его плохом состоянии здоровья. А подобную информацию обязательно вносили в описание домохозяйства. Если человек был серьёзно болен, то это отмечали и даже часто записывали, чем именно. Крестьянский труд тяжёлый, у Дмитрия и Натальи был сначала один, а потом целых три надела земли, которые нужно было обрабатывать. Не каждому крепкому мужику такое по силам. Поэтому утверждение об изначально слабом здоровье Дмитрия Никонова не согласовывается с картиной жизни его семьи и сохранившимися документами.

Многие исследователи утверждают, что семья Никоновых была бедной, что также не подтверждается сохранившимися документами. С одним можно согласиться – благосостояние они накапливали постепенно.

По материалам подворной переписи, проводившейся в Тульской губернии в 1900 году, семья Дмитрия Ивановича Никонова жила в деревянной избе с соломенной крышей размером 7 аршин длиной, 7 аршин шириной и 3 аршина высотой (если в метрах, то 5 × 5 × 2,13). Дом был построен на фундаменте из известняка. Кроме того, на подворье отдельно от избы стояли неотапливаемая жилая горница, скотный двор и рига. Хозяева держали корову, лошадь и жеребёнка. На своей земле в поле они выращивали рожь и картошку.

Через десять лет благосостояние семьи Никоновых значительно увеличилось. По сельскохозяйственной переписи 1910–1912 годов, Дмитрий Иванович значился «крестьянином собственником», которому принадлежали три полевых надела, «усадебных наделов или десятин» 0,45, сарай и рига, скотный двор с пятью овцами, коровой, двумя лошадями и двумя жеребятами. Указывалось, что члены семьи подрабатывали сбором грибов и ягод, выполняли работы за деньги на барской усадьбе, торговали навозом с собственного скотного двора. Продажа 45 возов навоза по 20 пудов каждый давала немалую прибыль. Жили Никоновы уже в доме с железной крышей, что в те годы означало наличие хорошего достатка. Согласно статистике семья занимала 7-е место по крепости хозяйства среди всех членов крестьянского сообщества своего села.

Дом Дмитрия и Натальи стоял напротив Успенской церкви, недалеко от неё. Из окон избы она была видна. Никоновы были постоянными, преданными прихожанами храма. У них всегда были тёплые отношения со священниками, можно сказать, что церковная община была для них как семья. В их доме особо уважаемым, главным местом, как и для всех христиан того времени, считался красный угол. Он всегда оставался празднично украшенным, висели и стояли на полках домашние намоленные иконы, перед которыми горела лампада.

Обычно для красного угла, его ещё называли красивым или святым, выбирали место, где смыкались две стены напротив входной двери, так, чтобы каждый входящий в избу человек мог видеть иконы и перекреститься на них. Семья считалась малой церковью, дом, где она жила, ассоциировался с храмом, потому к красному углу относились как к алтарю. Так и в доме Никоновых самым почитаемым местом был красный угол, у которого молились всей семьёй утром и вечером. К его иконам подходили перекреститься перед началом каждого дела и у них благодарили Господа за помощь. Такие глубоко верующие семьи на Руси называли набожными.

Жизнь семьи Никоновых текла по духовному руслу православного года, от одного христианского праздника к другому. Держали многодневные посты и постились по средам и пятницам. Посещение храма было обязательным, тем более что это не составляло труда – церковь находилась рядом. С другой стороны, жизнь семьи была обычной крестьянской, с тяжёлыми, ежедневными полевыми работами летом и необходимостью пережить длинную, морозную, снежную зиму.

Когда наступали морозные дни, то главным местом, центром жизни становилась печь. Вокруг неё и на ней целыми днями проводила время вся семья, для этого вокруг неё по периметру были сооружены полати, на которых спали дети и старики, а рядом с печью стояли лавки, на них отдыхали взрослые. Есть воспоминания, что Никоновы всей семьёй даже «спали в печи». В те времена это было для крестьян обычным делом, в самые большие холода люди действительно спали в печках, потому что натопить избу было сложно, для этого требовалось слишком много дров.

В XIX веке печи были внушительных размеров, иногда занимали до четверти площади избы, высотой достигали двух и более метров. В холодное время года целыми днями печь топили, готовили в ней, мыли утварь, стирали и мылись у неё сами. Вечером же вынимали из печи золу и угли, чисто выметали внутри, ждали, пока она немного остынет, а потом всей семьёй залезали внутрь (головами к заслонке) и закрывали её. Спали всю ночь в уютном тепле. Иногда в печи мылись, используя её вместо бани. Внутри стоял чугунок с тёплой водой, в котором заранее распаривали веник, раздевшись, залезали внутрь печи и там купались. Матери часто в печах мылись вместе с детьми.

Есть воспоминания, что и Никоновы тоже иногда спали в печи. Об этом писала хорошо знавшая старицу Зинаида Владимировна Жданова: «Дмитрий и Наталья были обычные, трудолюбивые люди, работали на поле, жили бедно, печку топили по-черному, соломой, дров не было, зимою спали в печке».

Быт семьи Никоновых ничем не отличался от того, как жили крестьяне по всей Руси в XIX веке. Они переживали все трудности, которые выпадали на долю их односельчан и всей страны. Одной из больших бед того времени была высокая детская смертность. В это время в крестьянских семьях в среднем по статистике выживали три ребёнка из четырёх, но были губернии, в которых в деревнях умирало до 70 % детей, особенно много погибало младенцев от самых разных болезней или от ненадлежащего ухода. Такой же высокой была детская смертность и в Епифанском уезде Тульской губернии, по статистике, в течение первого полугода жизни в этой местности умирали почти четверть новорождённых, до пятилетнего возраста доживали около 60 % детей.

Только на первый взгляд семья Никоновых могла считаться многодетной, как об этом пишут многие исследователи. Однако при внимательном анализе можно сделать вывод, что это не совсем так. Действительно по факту в семье появилось на свет восемь или семь детей, а может быть, и больше. Такое разночтение в цифрах происходит из-за того, что в дошедших до наших дней документах часто встречаются только записи о рождении или, наоборот, смерти ребёнка, а имена повторяются, потому что часто имя умершего ребёнка давали следующему, очередному появившемуся на свет младенцу.

Первенец Михаил родился у Дмитрия и Натальи в 1871 году через два года после свадьбы, но мальчик умер в младенчестве. В 1873 году на свет появилась дочь, которую назвали Пелагея, к счастью, девочка росла крепкой и здоровой. Есть данные, что позже в семье в 1878 и 1879 годах один за другим родилось ещё два ребёнка, сначала Устинья, затем Иван, но оба младенца практически сразу умерли.

Получается, что к концу 1880 года Дмитрий и Наталья Никоновы воспитывали только одну дочь Пелагею. Понятно, что ни о какой многодетности не могла идти речь. Существование упомянутой в некоторых жизнеописаниях дочери Никоновых Марии не подтверждается документально. В настоящее время большинство исследователей склоняется к тому, что никакой дочери Марии у Никоновых никогда не было. Так же как к 1880 году ещё не появились на свет их сыновья Иван и Михаил. Поэтому когда исследователи пишут о том, что, когда Наталья Никитична вновь забеременела и они с мужем стали думать, не отдать ли ребёнка, который родится, в приют из-за того, что у них в семье было слишком много детей, то это нельзя считать правдой. В то время ребёнок в семье был один – дочь Пелагея, которой в 1880 году было семь лет.

Ещё одной причиной, по мнению некоторых, почему будущая мать думала отказаться от ребёнка, называют крайнюю бедность, что тоже не соответствует действительности, так как согласно документам сельскохозяйственных переписей семья жила в достатке.

Третьим доводом о причинах возможного отказа от будущего ребёнка называют то, что родители были пожилыми. В 1880 году будущему отцу (Дмитрию Никонову) был 31 год, а будущей матери (Наталье Никоновой) – 29. И даже если беременность, о которой идёт речь, состоялась позже – в период с 1883 по 1885 год, то самое большее (в 1885 году) Дмитрию Ивановичу было 36 лет, а Наталье Никитичне – 34. Даже в конце XIX века такие люди считались достаточно молодыми.

Если проанализировать все причины, которые, по мнению некоторых людей, могли послужить поводом для Никоновых заранее, во время беременности Натальи Никитичны, принять решение отдать будущего ребёнка в приют, то можно однозначно сделать вывод, скорее всего, это устоявшееся заблуждение. Семья была достаточно обеспеченная, немногодетная, благочестивая, никакого повода думать о приюте для будущего ребёнка у них не было. Этого мнения придерживаются большинство современных исследователей.

Есть одна важная легенда, связанная с той памятной беременностью Натальи Никитичны Никоновой. Однажды уже перед родами будущей матери приснился сон: она увидела, как с неба спускается большая белая птица. Красивая птица села к ней на руку. У птицы было человеческое лицо, но совсем не было глаз – глазницы оказались плотно сомкнуты. Существует ещё один вариант этой легенды, с небольшим дополнением. Сначала у птицы были необычайно красивые глаза, ярко-синие, но когда она опустилась на руку будущей матери, то они выпали из глазниц на пол, превратившись в два ярких сапфира. Из воспоминаний Носковой Евдокии (землячки Никоновых): «Перед родами она увидела сон: с неба спустилась белая огромная птица и села ей на правую руку, а лицо человеческое и без глаз, веки, сомкнутые накрепко».

Возможно, увиденная во сне птица с человеческим лицом навеяна образами, испокон веков существовавшими в русской мифологии. Птицы с человеческим лицом оставались на Руси, в том числе и в изобразительном искусстве и в литературе, в основном как символы вещего посланника, знающего будущее, определённое Небесами.

Первая из подобных мифических птиц с женским лицом – это Алконост. Пение этой мифической птицы считалось прекрасным, согласно славянским легендам, наполняло души людей счастьем, миром и покоем. Птица, жившая в райском саду, только изредка появлялась на Земле. Когда она летала по миру, то в нём наступал покой, утихали бури и грозы. В райском саду, где она сидела на ветвях райских яблок, на её крыльях собирались капли с живой, волшебной воды, на что эти капли падали, то приобретало чудесные свойства. Отсюда сказки о живой воде.

Вторая мифическая птица с женским лицом у славян – это Сирин. В славянской мифологии она считалась вестницей, которая предсказывает человеку будущее, возможно, и тяжкое. Птица-дева не причиняла человеку зла, но часто была печальна потому, что знала о горестях, которые предстоит перенести людям, и заранее печалилась об этом. Птица Сирин, по легенде, обладала волшебным голосом, необычайной мудростью, наполняла мир красотой и гармонией, могла повелевать стихиями. Она владела тайными знаниями, которыми могла поделиться с человеком, но иногда человек должен был заплатить за это большую цену.

Третья мифическая птица-дева с женским лицом – это Гамаюн. Легендарная птица из рая, которая знала всё о прошлом, настоящем и будущем. Она обладала способностью открывать людям любые тайны, если они готовы их слушать. Была посвящена в то, как создавалась Земля. Гамаюн знала все законы бытия. Птица могла быть посланником Неба, открывающим человеку будущее.

Славянские легенды и сказки глубоко коренятся в мировоззрении русских людей, остаются в подсознании, являются частью национального самосознания.

Сон-видение мифической птицы с человеческим лицом, но почему-то с крепко сомкнутыми веками глубоко врезался в память беременной Натальи Никоновой, поразил её. Позже она не раз вспоминала о привидевшейся неведомой птице и рассказывала о видении близким.

Исторический фон: Россия с 1881 года – начало правления императора Александра III

Император Александр III, взошедший на престол в 1881 году, прозванный в народе Миротворцем, главное внимание уделял развитию своей страны: строились новые железные дороги, фабрики и заводы оснащались самым современным на тот момент оборудованием, открывались библиотеки и музеи, развивалась наука, образование, здравоохранение. В сельском хозяйстве, которое играло в экономике главную роль, началось внедрение новых методов обработки земли и новой техники. Развивались торговля и банковская система.

Начиналось «золотое время» экономического развития России, длившееся всё царствование Александра III (1881–1894).

В стране активно осуществлялась Крестьянская реформа. Благодаря строительству новых фабрик значительно увеличилось в городах количество рабочих. Стало больше интеллигенции. Значительно расширились права женщин. Стремительно развивалось начальное и среднее образование, даже в отдалённых уездах крестьянские дети повсеместно стали посещать школы.

Процветала культура – это было время подъёма отечественной литературы, в эти годы появлялись новые книги Льва Николаевича Толстого, Антона Павловича Чехова и других талантливых писателей; развивалась русская живопись, работали Илья Ефимович Репин, Василий Иванович Суриков, Валентин Александрович Серов и десятки других мастеров; появлялись новые великие музыкальные произведения Петра Ильича Чайковского и других композиторов, массово создавались новые театры.

В эти годы было в основном завершено присоединение к Российской империи Средней Азии. Активно развивалась торговля с Китаем и Японией. С Германией, Австрией, Францией были подписаны договоры о сотрудничестве.

Годы правления Александра III однозначно можно назвать годами процветания России. Однако параллельно размеренной жизни страны, её успешному развитию подспудно существовали силы, создававшие социальное напряжение – стачки, студенческие волнения. Государство продолжало вести борьбу с народовольцами, а между тем в эти годы в России появились первые кружки марксистов.

Глава 2

Рождение. Крещение. Младенческие годы

Точная дата рождения девочки в семье крестьян Дмитрия Ивановича и Натальи Никитичны Никоновых, которую назвали Матрона, до сих пор неизвестна. С относительной уверенностью можно сказать, что произошло между 1881 по 1885 годами.

Попытки выяснить точно, когда именно родилась Матрона Дмитриевна Никонова, предпринимаются с момента начала работы Комиссии по канонизации над материалами для прославления старицы в лике святых. К этому моменту существовало жизнеописание блаженной, написанное уже упоминавшейся З. В. Ждановой – «Сказание о житии блаженной старицы Матроны». В нём указывалось, что блаженная Матрона родилась в 1881 году. Какое-то время это не вызывало сомнений, хотя факт рождения блаженной именно в этом году не был подтверждён документально. Подготовленный З. В. Ждановой сборник состоял из её собственных воспоминаний и воспоминаний близких старице людей, в основном земляков – «Сказание о житии блаженной старицы, матушки Матроны». Издали его в Свято-Троицком Ново-Голутвином монастыре в 1993 году. С тех пор во многих источниках 1881 год указывается как год рождения блаженной Матроны.

Однако когда стал вопрос о прославлении старицы Русской православной церковью, то по правилам Комиссия по канонизации стала проверять все данные о жизни блаженной Матроны, в том числе и год её рождения. Иеромонах Иов (Гумеров), который по поручение священноначалия готовил материалы к канонизации Матроны Никоновой, вспоминал, что для проверки даты рождения старицы был послан запрос в Тульский областной архив, в котором хранятся метрические книги храма Успения Пресвятой Богородицы села Себино. В письме содержалась просьба подтвердить, что Матрона Дмитриевна Никонова родилась в 1881 в деревне Себино Тульской области. В ответ работники архива сообщили, что записи о рождении Матроны Дмитриевны Никоновой в метрических книгах села Себино за 1881 год нет. Тогда в Тульский архив был послан второй запрос с просьбой проверить метрические книги за 1880 и 1882 годы. И снова записи о рождении дочери Матроны в семье Никоновых не нашли. Комиссия по канонизации оказалась в трудном положении. В результате известный историк, кандидат богословия Алексей Константинович Светозарский посоветовал посмотреть кладбищенские книги Даниловского кладбища. Действительно, в книге за 1952 год, на странице с информацией о похороненных 4 мая, день, когда на этом кладбище похоронили блаженную Матрону, нашли запись – «Никонова Матрона Дмитриевна, 66 лет».

Так как в кладбищенских книгах указывается полное количество лет умершего без месяцев, то исследователи предположили, что блаженная Матрона могла родиться в период между 21 апреля (3 мая) 1885 года и 20 апреля (2 мая) 1886 года. Однако блаженная была названа в честь преподобной Матроны Царьградской, память которой совершается 9 (22) ноября. В благочестивых семьях в дореволюционной России имя ребёнку давали строго по святцам. Поэтому исследователи уверенно предположили, что праведная Матрона родилась в конце октября или в начале ноября. И это пока единственные данные о месяце и приблизительных числах её рождения.

В результате записи в кладбищенской книге Даниловского кладбища появился второй возможный год рождения блаженной Матроны – 1885. Но и этот год в дальнейшем вызвал сомнения у новых исследователей жизни Святой. Во-первых, позже благодаря документам стало известно, что брат Матроны Иван родился в 1885 году. В Метрической книге Успенской церкви села Себино за август 1885 года есть запись о крещении Ивана – сына Дмитрия Ивановича и Натальи Никитичны Никоновых. Есть и косвенные данные, подтверждающие это, – в 1900 году Иван Никонов учился в школе, на тот момент ему было 15 лет. Можно сделать однозначный вывод – Матрона не могла родиться осенью 1885 года, потому что у Никоновых в августе этого года на свет появился сын.

Не могла Матрона родиться и в середине ноября 1881 года, потому что в семье Никоновых 12 августа 1882 года родился сын Андрей, который вскоре умер. Маловероятно, что между рождением двух детей могло быть ровно девять месяцев.

Новый виток в исследовании даты рождения Святой блаженной Матроны Московской начался в 2005 году, после того как был создан Союз возрождения родословных традиций (СВРТ). Сотрудники СВРТ приняли решение провести собственные исследования, разобраться в противоречивых сведениях о дате рождения Святой Матроны, уточнить факты, касающиеся её родных, составить семейное древо блаженной.

Исследования возглавили Валерий Владимирович Бибиков и Геннадий Арнольдович Зайцев. В результате кропотливого труда им удалось найти косвенные свидетельства о годе рождения блаженной Матроны. В документах сельскохозяйственной переписи по Тульской губернии за 1911 год в списке членов семьи крестьянина Дмитрия Ивановича Никонова есть дочь 28 лет, девица, с пометкой «К», что означает «калека». Получается, скорее всего, речь идёт именно о Матроне, и тогда год её рождения – 1883. Однако доказать документально факт рождения блаженной Матроны в 1883 году невозможно – в сохранившейся в архиве метрической книге храма Успения Пресвятой Богородицы в Себино за 1883 год записи «о родившихся» есть только за январь, остальные страницы отсутствуют, почему и куда они пропали – неизвестно. Сотрудники СВРТ продолжили поиски и, к счастью, нашли ещё одно косвенное подтверждение своей гипотезы. В сельскохозяйственной переписи за 1900 год в карточке на двор Никонова Дмитрия Ивановича обнаружили запись: «дочь 17 лет» с пометкой «слепая», что ещё раз подтвердило вывод, что годом рождения Матроны можно с большой уверенность считать 1883 год.

Надо отметить, что запись в кладбищенской книге Даниловского кладбища от 1952 года о смерти блаженной Матроны в возрасте 66 лет не может считаться доказательством её рождения в 1885 году хотя бы потому, что цифра «66» была записана со слов людей, её хоронивших, которые вполне могли ошибаться. Других документальных данных о рождении Матроны в 1885 году не найдено. К тому же запись в кладбищенской книге нечёткая, затёртая, вполне может быть, что цифра «66» – это на самом деле «68».

В настоящий момент наиболее вероятной датой рождения блаженной Матроны считается конец октября – начало ноября 1883 года.

Девочка родилась, как тогда говорили, «ладненькой» – крепенькой, пухленькой, но с коротенькими ручками и ножками, на груди у неё был как бы выпуклый крестик. Самое же главное, что сразу поразило и опечалило родителей и заставило мать вспомнить о сне-видении, в котором она увидела большую слепую белую птицу, – новорождённая оказалась слепой. Это стало понятно сразу, потому что у девочки под плотно сомкнутыми веками не было глазных яблок.

Заболевание – врождённый анофтальм – сопровождается полным отсутствием глазного яблока. Кроме того, у нее была аномалия век, подобная патология встречается в 0,4 % детей с аномалией глаз. По статистике, число больных анофтальмом – 1–2,1 ребёнка на 10 тысяч новорождённых. Эта патология возникает из-за неполного развития глаза плода во время эмбрионального периода. Причин развития анофтальма у плода может быть две. Первая – генетическая предрасположенность, когда родители передают дефектный ген своему ребёнку. Вторая – внутриутробные инфекции и травмы. Мутации гена, отвечающего за развитие органов зрения, по мнению учёных, часто всего происходят, если в роду у человека были близкородственные браки. Изучения родословной блаженной Матроны членами СВРТ, в результате которого было создано родовое древо Святой, в котором указано 127 её родственников, в том числе и предков, позволяет с уверенности говорить о том, что близкородственных браков в её роду не было. Однако некоторые исследователи, опираясь на то, что главной предпосылкой болезни всё же считается наличие мутации гена, высказали версию, что Матрона в семье Никоновых могла быть не родным ребёнком, а усыновлённым. Одним из доводов такой возможности они приводят то, что в семье Ивана Никонова (деда Матроны) было несколько усыновлённых детей. Это, безусловно, можно считать слабым доводом для серьёзного отношения к такой спорной гипотезе. К тому же существует несколько воспоминаний близких к семье Никоновых людей, которые рассказывали о сне-видении Натальи Никоновой во время беременности, в котором она видела «слепую птицу с человеческим лицом». Нет причин не верить этим людям. Если будущая мать видела такой вещий сон во время беременности, значит, и сама беременность была. Поэтому Матрона, без сомнения, родная дочь Никоновых.

Скорее всего, причиной развития анофтальма у Матроны была инфекция. Именно инфекции, которые могут достигать плода по крови матери, представляют главную опасность для его развития. У женщин, дети которых родились с этой патологией, в период вынашивания ребёнка чаще всего диагностировали краснуху, корь, опоясывающий лишай. В качестве факторов риска врачи также называют токсическое влияние на плод факторов окружающей среды или наличие в матке амниотических перетяжек (соединительнотканные нити, натянутые между двумя стенками матки), которые могут стать причиной деформации лицевого скелета и недоразвития органов зрения. Какая из болезней матери стала причиной врождённой слепоты Матроны, неизвестно. Но такая патология не даёт ни малейшего шанса ребёнку увидеть белый свет. И в наше время никакие медицинские средства и передовые технологии не могут помочь тем, у кого врожденный анофтальм. Потому что, как правило, при истинном анофтальме, помимо отсутствия самого глазного яблока, не развиты оптический нерв, наружное коленчатое тело, хиазма. Как во время появления на свет Матроны в конце XIX века, так и в наши дни врожденный анофтальм – это пожизненный приговор, слепота на всю жизнь. Кроме слепоты, эта патология часто влечёт за собой и другие аномалии, такие как отсутствие века или нарушения развития нервной системы.

Рождение слепой дочери, калеки, конечно, не могло не потрясти её родителей. Как для любого человека, появление в семье на свет ребёнка-инвалида для них стало настоящим горем. Можно предположить, что Наталья и Дмитрий Никоновы могли на какое-то время растеряться, дрогнуть, испугаться, как в их непростой крестьянской жизни они справятся с воспитанием слепой дочери. Возможно, именно тогда возникла у них мысль отдать новорождённую на воспитание в приют, о чём вспоминали некоторые близкие семье Никоновых люди. Или, может быть, отдать «калеку» в приют родителям Матроны советовали родственники или односельчане. Но Наталья начала заботиться о новорождённой дочери, кормила её грудью. В результате они с мужем ни в какой приют дочь не отдали. К тому же семья Никоновых была благочестивой, глубоко верующей, подобные люди вряд ли были способны отдать родного, тем более слепорождённого, а значит, беззащитного ребёнка-инвалида в приют.

Сама история с приютом вызывает некоторое сомнение ещё и потому, что, конечно, найти приют, в который при желании можно отдать ребёнка в конце XIX века, во многих регионах России не составляло труда. Однако существовало ли подобное заведение в селе Бучалки, о котором идёт речь во многих жизнеописаниях Святой именно в момент появления на свет девочки Матроны в семье Никоновых, большой вопрос. З. В. Жданова в своих воспоминаниях писала: «Мать Матрёнушки, когда ещё носила её во чреве, решила отдать будущего ребенка в приют князя Голицына в соседнее село Бучалки…» Однако согласно документально подтверждённым исследованиям, которые провели члены СВРТ, этот приют был открыт только в 1900 году, то есть на момент рождения Матроны его попросту не было. К тому же если вспомнить, что набожная семья Никоновых не бедствовала, воспитывала только одну дочь Пелагею, то возникновение вопроса о приюте, в который вроде бы собирались отдать новорождённую Матрону, кажется маловероятным.

В дореволюционной России особое трепетное, главное внимание при рождении ребёнка уделялось его крещению. Во многих крестьянских семьях дату рождения сына или дочери могли совсем не помнить или помнили приблизительно. Когда родился? Да перед Покровами, тогда ещё сосед дед Пётр через два дня помер, а потом брат Васька женился. Отмечать дни рождения было не принято, у крестьян просто не было такого праздника. Истинным рождением считалось крещение, когда ребёнок рождался для вечной жизни, когда у него появлялись имя из святок и ангел-хранитель. Помнили и отмечали День Ангела. Дарили человеку подарки, собирали за столом родственников, угощали их пирогами. Во многих регионах России специально к этому дню пекли особые караваи, которые ели исключительно в дни «святых именин». С Днём Ангела люди поздравляли друг друга обязательно, веря, что Святой, имя которого носит человек, является его лучшим защитником и помощником.

Во время крещения имя ребёнку давали по святцам, никаких вольностей тут не допускалось. Поминовение какого святого выпадало на день крещения, того имя ребёнок и получал. Правда, в святцах на иные дни выпадала память нескольких святых, вот из их имён родители могли выбрать одно, наиболее приглянувшееся. Было в этом правиле исключение: иногда ребёнку давали «родовое» имя ещё до крестин, уже при рождении, когда отец или мать хотели назвать младенца именем кого-то из почивших родственников или уважаемых благодетелей.

В верующих семьях крещение новорождённого ребёнка считалось священной обязанностью родителей. Отец и мать делали всё, чтобы как можно быстрее ребёнка крестить. Из-за высокой детской смертности боялись, что младенец может умереть без защиты Ангела-хранителя, не сможет попасть в Царствие Небесное, о нём нельзя будет заказывать заупокойные службы.

На Руси было принято крестить детей на 3-й, 8-й или 40-й день после рождения. Если младенец после родов был очень слаб, как тогда говорили «не жилец», за священником могли послать сразу. Хотя всё же старались дождаться установленного дня. Нужно было время, чтобы подготовиться: найти восприемников – крёстную мать и крёстного отца, приготовить застолье – крещение ребёнка считалось важным праздником для всей родни. Часто крёстными становились старшие родственники в семье новорождённого, уважаемые односельчане. Потому что крёстные мать и отец не просто носили формальные звания, они становились важными в жизни крестника людьми, которые участвовали в его воспитании. А в случае смерти настоящих родителей заменяли их, забирали крестников в свои семьи.

Нужно сказать, что на 40-й день детей крестили чрезвычайно редко, как правило, в случае если рядом с домом не было церкви, нужно было везти новорождённого далеко, что было небезопасно для него, особенно зимой, поэтому вынужденно ждали, пока ребёнок немного подрастёт и окрепнет.

Так как дом Дмитрия и Натальи Никоновых стоял практически рядом с храмом и Матрона родилась достаточно крепкой, если не считать врождённую слепоту, то можно предположить, что крестили её на 3-й или 8-й день после появления на свет. На родовом древе Матроны, составленном исследователями из СВРТ, это имя больше не встречается, поэтому «родовым» оно быть не может. Следовательно, получила она его по святцам, то есть в честь святой, память которой праздновали в день её крестин. 22 ноября часто называют днём рождения блаженной Матроны Московской, но это неверно. Это день, в который праведную Матрону крестили, её День Ангела, её святые именины.

Ангелом-хранителем блаженной Матроны Московской после крещения стала преподобная Матрона Константинопольская, святая V века, имя которой поминается 22 ноября. Святая родилась в Малой Азии в городе Пергии Памфилийской. Её насильно выдали замуж за богатого человека, который через время увёз её в Константинополь, где она полюбила посещать храмы. Молитва стала главным для неё утешением, она укрепляла свою душу воздержанием и постом. Муж категорически препятствовал её вере, ненавидел её подвиги и молитвы. После долгих колебаний святая оставила семью. Спасаясь от преследований мужа, она остригла волосы и, переодевшись в мужское платье, скрылась в мужском монастыре. Она выдала себя за евнуха, много лет пребывая в молчании, молитве и трудах. За что удостоилась уважения братии. Однако тайна её оказалась открыта, и тогда игумен отправил преподобную в город Емес в женский монастырь, где она пробыла много лет и заслужила у сестёр большое уважение своими подвигами. После смерти игуменьи по единодушному желанию сестёр её избрали настоятельницей. Однако о её подвигах услышал муж, но когда он пришёл к стенам монастыря, святая тайно ушла в Иерусалим. В Синайской пустыне преподобная жила в затворе, местные жители стали приходить к ней, она многих обратила в христианскую веру. Постепенно вокруг её жилища возник новый монастырь. Через время, исполняя волю Божию, открытую ей в ведении, святая вернулась в Константинополь, где узнала, что муж её умер. Подвижница основала в Константинополе женский монастырь, который славился строгостью иноческого устава и добродетелями сестёр. Перед упокоением святая удостоилась видения рая и уготованного там для неё места. 75 лет несла она иноческий подвиг. Отошла к Господу преподобная Матрона Константинопольская в возрасте ста лет, случилось это около 492 года.

Блаженная Матрона Московская унаследовала имя великой святой преподобной Матроны Константинопольской. Само имя «Матрона» латинского происхождения (от mātrōna – «замужняя женщина»). Однако в корне этого латинского слова лежит слово mater – «мать». В Риме матронами называли уважаемых матерей больших семей из высшего сословия, которые пользовались в обществе уважением. Как правило, это была немолодая женщина, рачительная хозяйка и заботливая жена и мать. Со временем слово «матрона» превратилось в имя собственное, которое стали часто использовать. Достаточно быстро имя распространилось не только по всей Европе, но и попало в Россию, где тоже стало популярным.

В православных святцах имя Матрона встречается несколько раз. Поэтому Матрон в России до начала XX века было много, так как чаще всего имя новорождённым давали во время крещения и выбирали его из имён святых, память которых праздновали в этот день. Нужно сказать, что это имя было популярно у крестьян и разночинцев. В высшем обществе, как правило, так своих дочерей не называли. Переводят имя Матрона на русский язык обычно словами – «почтённая дама», «госпожа», «мать семьи», «матушка».

Таким образом, 22 ноября, скорее всего, 1883 года состоялись крестины новорождённой дочери крестьян Дмитрия и Натальи Никоновых, жителей села Себино, в местном храме Успения Пресвятой Богородицы. Обряд крещения прошёл не в самом храме, а в церковной сторожке (по воспоминаниям А. Ф. Выборновой). Скорее всего, храм в это время был на ремонте, а возможно, в нём просто было холодно. Накануне зимы, когда уже подступали настоящие холода, крестить новорожденного ребёнка, окунать его в купель с водой, конечно, было для него небезопасно в прохладной церкви. Поэтому чаще всего для крещения выделялось небольшое помещение, которое хорошо натапливали, и воду для купели тоже нагревали.

В небольшой сторожке храма собрались близкие Никоновым люди, в первую очередь будущее крёстные отец и мать их дочери. К сожалению, история не сохранила имена этих людей, но наверняка крёстные у Матроны были, без этого невозможен обряд православного крещения. По традиции, которая в те времена исполнялась в обязательном порядке, родные отец и мать не могли присутствовать при крещении их ребёнка. Известно, что вместе с новорождённой Матроной крестили ещё одного младенца, которого назвали Филиппом. Первым крестили мальчика. Об этом в своих воспоминаниях рассказывала А. Ф. Выборнова: «Крестили Матрону в нашем храме, в сторожке при церкви, вместе с моим папой. Сначала папу крестили, а потом её». На крещении младенцев в этот день присутствовал староста храма – Павел Иванович Прохоров. Во многом благодаря его воспоминаниям сохранились подробности того, как проходил обряд крещения блаженной Матроны.

Ещё одним косвенным доказательством того, что Матрона родилась в 1883 году, служит то, что запись о рождении Филиппа Сифарова, которого младенцем крестили вместе с Матронушкой, как и её, не найдена. В Метрических книгах с 1881 по 1885 годы есть все записи о рождении детей в Себино, кроме одного года. Невозможно проверить только 1883 год, так как в данной книге отсутствует большинство страниц. Однако есть запись о женитьбе Филиппа Сифарова 27 октября 1903 года, в которой значится, что ему на этот момент было 20 лет. Получается, что родился он в 1883 году. А так как его крестили вместе с Матроной, то и её год рождения – 1883.

Какой именно священник крестил Матрону, до конца непонятно, потому что есть в воспоминаниях очевидцев некоторая путаница. П. И. Прохоров, церковный староста Себинского храма, вспоминал: «Дня за два до крестин в церковную сторожку зашёл уставший прохожий, священник отец Василий из деревни Борятино, что в пяти километрах от Себина. Это было накануне какого-то праздника. Этот священник и крестил младенца Матрюшеньку». Исследователи из СВРТ, изучив документы, сделали однозначный вывод, что никакого священника по имени Василий в эти годы в Борятино не было. Зато в самом селе Себино в храме Успения Пресвятой Богородицы ещё с 1863 года служил приходской священник Василий Иванович Троицкий, тот самый, что венчал её родителей. Отца Василия любили и уважали прихожане его храма, как и его жену – матушку Александру Афанасьевну. Родился он в 1836 году в городе Кашире, окончил Тульскую духовную семинарию, после чего три года был «уполномоченным по военному училищу» и преподавал Закон Божий в сельском училище, за что получил награду от владыки – набедренник. Назначение в тогда достаточно богатый приход в Себино (почти 2,5 тысячи прихожан) тоже было наградой за труды отца Василия на преподавательском поприще.

Обряд крещения младенца Матроны шёл своим чередом, но когда отец Василий окунул девочку в купель, случилось неожиданное – по всей сторожке распространился необыкновенно приятный аромат. Присутствующие увидели, как от купели поднимается к потолку «столб пара или лёгкого благоухающиего дыма» (из воспоминаний П. И. Прохорова). «Пошёл аромат по всей сторожке, невозможно какой», – вспоминала А. Ф. Выборнова. Все присутствующие на крещении люди были поражены этим явлением – невероятным благоуханием – настолько, что запомнили это чудо на всю жизнь. Но, наверное, больше всех был потрясён произошедшим священник. В удивлении отец Василий воскликнул: «Я очень много крестил младенцев, но такое вижу в первый раз, и этот младенец будет свят!» (из воспоминаний П. И. Прохорова). Люди запомнили и другие слова священника: «Эта девочка – дарованная от Господа. Она будет праведницей» (из воспоминаний А. Ф. Выборновой). Позже отец Василий сказал родителям Матроны: «Если она что попросит, вы обязательно обратитесь прямо ко мне, идите и говорите, не стесняйтесь, что нужно» (А. Ф. Выборнова).

Рождение девочки в обычном селе Тульской губернии, в простой крестьянской семье, во время крещения которой произошло настоящее чудо, такое явное, что даже поражённый священник предсказал ей праведную жизнь, привлекло к себе внимание в округе, вызвало так много разговоров, что запомнилось надолго. Со временем эта история превратилась в предание, которое впоследствии долго передавали из уст в уста как в самом Себине, так и в соседних деревнях. Рассказ о столбе ароматного пара, поднявшегося до потолка из купели, в которую окунули младенца Матрону при крещении, обрастал подробностями, превращаясь в легенду.

Слова, которые произнес потрясённый священник, тоже стали обрастать все новыми и новыми подробностями. Так, Прасковья Сергеевна Аносова, односельчанка блаженной Матроны, со слов своих родных и соседей, рассказала в воспоминаниях: «Давно, когда Матрёнушку крестили, отец Василий, блаженный батюшка, взял её на руки и сказал три раза: „Православные, вы меня слушаете?“ А сам всё выше и выше поднимает Матрёнушку. „Господи! Кого Бог послал нам! Это дитя от Бога. Она встанет на моё место и предскажет даже, когда я умру“».

Нужно сказать, что практически в большинстве воспоминаний о крещении Матроны как главное чудо описывается столб ароматного пара или дыма над купелью. Что это было? Может быть, ангелы растворили капли миро в воздухе над купелью или мироточила сама вода, соприкасаясь с телом будущей святой. Только свидетельства священника и всех участвующих и наблюдавших за крещением людей подтверждают, что чудо было. Мощный столп пара или дыма над купелью видели все присутствующие и чувствовали от него необычайно приятный сильный аромат.

Слова отца Василия, сказавшего родителям Матроны, чтобы они обращались к нему, если их дочери будет что-то нужно, не остались без последующих действий. Священник до самой своей смерти в 1906 году оставался для Матронушки близким человеком, не раз по её просьбе родители обращались к добрейшему отцу Василию за помощью.

Семья Никоновых, как и положено у глубоко верующих православных христиан, старалась не пропускать воскресные и праздничные службы в храме. Обязательно брали с собой и детей. Так с самого раннего возраста Матронушка постоянно посещала с родителями церковь. Для слепой девочки, не избалованной красками мира и яркими впечатлениями, торжественность молитвы, красота церковного пения становились особенной радостью.

Отец Василий был прав – маленькая Матронушка действительно росла особенным ребёнком. Одна из подруг Натальи Никоновой вспоминала, как та ей жаловалась, что дочь «не берёт грудь» по средам и пятницам. В эти дни православные христиане постятся. По средам в память о предательстве Иисуса Христа (в этот день иудеи приняли решение о том, чтобы Его погубить) они не едят скоромную пищу – мясомолочные продукты, отказываются от развлечений, совершают добрые дела. Так же и в пятницу – в память о Великой Жертве, о распятии на кресте Иисуса Христа. В житиях многих святых есть упоминание о подобном поведении младенцев. Именно так «не брал грудь» матери и младенец Варфоломей, ставший великим русским святым – преподобным Сергием Радонежским. Ведь молоко – скоромная пища. В этом неосознанном посте младенца христиане видели особый смысл, как бы предопределение будущей святости, начало праведной жизни особенного, отмеченного Божьим промыслом ребёнка. Вот Матронушка, отмеченная чудом при крещении, во младенчестве в среду и пятницу неосознанно, но держала пост.

Шло время, маленькая слепая девочка подросла, начала ходить и произнесла первые слова. Кроха ещё спала в люльке, когда, к удивлению родителей, у неё проявилась особая тяга, особая любовь к иконам в святом углу. Иногда, когда мать или отец ночью просыпались, они не находили в люльке крошечную дочь. Оказывалось, что она сидит на столе под образами у красного угла, вокруг неё лежат иконы, которые Матронушка гладит и целует. И непонятно было родным, как она смогла их снять с полок, почему и зачем обнимает святые образа.

«Когда Матрона была совсем маленькой, еще в пелёнках, ей и года не было, мать ее совьёт, положит в люльку свитую, ночью или днём, а как хватится – в люльке её нет. Она сидит на полочке, где иконы. Если ночью – то там был свет вокруг неё и она там сидит, агукает, как бы играет с иконами и смеётся. Мать её возьмет оттуда, нашлёпает и опять в люльку положит» (воспоминания Анастасии, жительницы города Кимовска).

«Бывало, её родители проснуться, а ее нет с ними, они начинали звать ее, а она отвечает: „Да вот я“. Оказывается она ночью сидит в переднем углу и играет с иконами. Как она могла их достать, снять положить на стол и сама спуститься? Она успокаивает родителей: „Спите, я скоро приду“. Это были её первые удивительные поступки» (воспоминания Ксении Ивановны Сафаровой).

Нужно сказать, что в наши дни появилась традиция называть блаженную Матрону – Матронушкой, ласковым именем, кажется пришедшим прямо из её детства. Действительно, и так называли Святую те, кто вспоминал о её детстве. И всё же более часто встречается в воспоминаниях земляков о детских годах блаженной другое имя, близкие знакомые называли её «Матрюшенька».

Исторический фон: Россия в 1883–1889 годах

Принят закон «Об отмене подушной подати» (1886), который отменял давно устаревший налог, взимавшийся со всех граждан независимо от их социального и материального положения. Отмена этого налога значительно улучшила положение бывших крепостных крестьян.

Деятельно работал Крестьянский банк, который массово давал бывшим крепостным крестьянам кредиты для покупки земли.

В стране продолжался промышленный бум, активно строились железные дороги, начала работу Закаспийская железная дорога.

В 1887 году готовилось покушение на императора Александра III, организованное членами террористической фракции «Народной воли», но его удалось предотвратить. Основные организаторы покушения были казнены, среди них Александр Ульянов. При всех стараниях власти победить революционное движение не удавалось, террористы только глубже уходили в подполье.

В 1888 году произошло крушение императорского поезда, Царская семья не погибла только потому, что Александр III (обладавший недюжинной силой) держал на своих плечах крышу разрушившегося вагона-столовой, из которого в это время эвакуировали всех, кто там находился, в том числе его жену и детей. По всей стране в честь чудесного спасения венценосной семьи в храмах отслужили благодарственные молебны.

Глава 3

Детство и отрочество. Первые чудеса. Встреча со святым Иоанном Кронштадтским

Детство Матронушки в окружении заботливых родителей, с сестрой и двумя братьями можно назвать вполне хорошим и спокойным. Родные были с ней добры, особенно мать жалела свою слепую дочь. Так как девочка без помощи матери не могла сама за собой ухаживать, не могла делать многие вещи, которым быстро учились зрячие дети, то забота о ней по-особенному их сближала.

Только вот мир за пределами отчего дома не был так добр и терпим к маленькой слепой девочке, как её близкие. При всей её врождённой доброте, открытости и желании общаться с людьми односельчане относились к Матроне в первую очередь как к калеке, человеку с ограниченными возможностями. В деревне главным образом ценилась в людях способность приносить пользу в крестьянском труде. Инвалид становился обузой для общества и семьи, иждивенцем, которого приходилось содержать другим, да ещё и тратить на уход за ним время и силы. Кто знает, сколько раз в жизни начиная с детства приходилось Матроне слышать упрёки, что она как калека не приносит пользы. И если родные её жалели, хотя и мать могла называть дочь – «дитё ты моё несчастное», искренне сочувствовали её слепоте, то окружающие, случалось, были к Матроне жестоки.

Особенно натерпелась маленькая слепая Матронушка от соседских детей. Её слепота не только не вызывала у них сочувствия, но провоцировала острый интерес, граничащий с жестокостью. Чувствуя безнаказанность, понимая, что Матрона не может увидеть своих обидчиков и пожаловаться на них взрослым, дети, случалось, откровенно издевались над нею. Могли специально столкнуть в яму и наблюдать, как она, незрячая, с трудом, перемазываясь, долго выбирается из неё. Или били её ветками крапивы, понимая, что она не может увидеть, кто именно из них сделал ей больно. При этом ещё и смеялись над ней, наблюдая за её мучениями. Постепенно поняв, что сочувствия и доброты ей от компании сельских детей не дождаться, Матронушка перестала с ними играть, отказывалась выходить со двора, когда они звали её.

Так вспоминала об этом Анастасия, жительница города Кимовска: «Когда ей было уже три годика, иногда она стала выходить на улицу. А её ровесницы крапивы наломают, крапивой её настегают и в яму глубокую посадят. А потом спрячутся и смотрят: как же она оттуда вылезает? Она вылезает из глубокой ямы и идёт домой. Когда они потом её звали играть, она им отвечала: „Не пойду я больше гулять с вами. Вы меня крапивой стрекочете, в яму сажаете, ругаете меня слепой, смеётесь надо мной“. И не стала она больше гулять с детьми». «Она рано перестала играть с детьми, потому что сверстники её обижали, и почти всегда была дома» (З. В. Жданова).

Подрастая, Матронушка научилась находить в жизни особенные радости, не зависящие от других людей. Она гуляла в полях вокруг села, на просторах среди душистых диких трав и полевых цветов. С детства на всю жизнь она полюбила цветы, их нежность, их приятный запах. В Тульской области на лугах растёт почти тысяча растений, цветы многих из них имеют замечательный аромат. Полевые цветы стали для Матроны особым счастьем. Окружающие это знали и в детстве и позже стали приносить ей в подарок небольшие букетики из полевых ромашек, клевера, иван-чая, шалфея, цикория, купальницы, гвоздики травянки, гусиного лука, луговой герани, донника и других трав, растущих вокруг её родного Себино. Она всегда была очень благодарна за эти скромные знаки внимания. Из той любви блаженной к букетам полевых цветов, которая появилась во время её деревенского детства, родилась впоследствии традиция – приходить к ней всегда с цветами.

Чем старше Матронушка становилась, тем более осознанно укреплялась её любовь к церкви. Молитвам и церковным службам она стала уделять много времени. Постепенно она научилась сама без посторонней помощи находить дорогу в храм. Тем более что он находился недалеко от её отчего дома. Теперь, когда мать не могла найти её, не знала, куда дочь ушла, она чаще всего находила Матронушку в храме. Та обычно стояла на своём любимом месте в церкви – слева, за входной дверью, у западной стены. «Матрона всегда стояла в храме за входной дверью. Мать её ищет, а она в церкви» (из воспоминаний Зинаиды Александровны Карпиной, уроженки села Себино).

Вера в Бога, службы в храме, молитвы постепенно стали для Матронушки основной радостью в жизни. Все односельчане знали: если в церкви служба, то там можно встретить маленькую слепую девочку Матрону, которая тихонько стоит недалеко от дверей у стеночки. Часто крестится, старается подпевать церковному хору, улыбается чему-то сокровенному в умиротворении и покое. Слова службы она запоминала на слух. «Матрона постоянно молилась, любила стоять на службах в храме» (З. В. Жданова).

Когда Матронушке было лет около семи, родные начали замечать: если она что-то говорит о будущем, то предсказанное сбывается. Сначала это касалось не каких-то сложных или глобальных вещей, а самых обыкновенных. Скажет она, что кто-то придёт, человек приходит; предупреждает, что может случиться какое-то несчастье, скажем пожар, и это случается.

Сначала окружающие её словам не верили, в воспоминаниях земляков об этом периоде жизни Матроны можно встретить слова, которые часто говорили люди в ответ на её предупреждения, их смысл можно свести к одному – «да что может знать эта слепая». Но предсказания маленькой слепой девочки так часто сбывались, что постепенно люди стали к ним прислушиваться. «Матрона предсказывала с семи лет, даже раньше» (А. Ф. Выборнова). «С семи лет Матрюшенька начала предсказывать, она стала кормилицей всей семьи и других многих» (Евдокия Носкова).

Не всегда Матрона говорила о будущих событиях прямо, могла свои предсказания облечь в форму притчи. И тогда окружающие только со временем догадывались, о чём она их предупреждала, на что намекала. «Еще в детстве у неё появился дар духовного рассуждения и ведения, способность предсказывать различные события, и уже тогда к ней стали приходить люди за советом, сначала свои, местные, а потом и из других краев» (З. В. Жданова).

Со временем сначала родные, а потом и односельчане к Матроне стали прислушиваться. В конце концов после того, как многие её предсказания сбылись, люди стали обращать внимание на её слова, а затем и целенаправленно обращались за советами. Когда ей было уже лет около двенадцати, близкие стали специально обращать внимание и запоминать, что и когда она говорила, а когда предсказанное сбывалось, то рассказывали об этом другим. Всем стало ясно – слова Матроны о будущем постоянно сбываются, и это вызывало к ней большое доверие. «Потом, ей было уже годов побольше – двенадцать или четырнадцать лет, начала она как-то беспокоиться: „Господи, хоть бы меня отвезли бы, ох, скорей бы! А ты, мать, только икону одну возьми и больше ничего“. Тут неожиданно приехали за ней и увезли в Краснополье. (Там была тетя Поля, которая за ней ходила.) И в тот же день начался вечером пожар. Все дома начали гореть, а Матронин дом уцелел» (из воспоминаний Анны Дмитриевны Прохоровой, внучатой племянницы блаженной Матроны).

Однако не только предсказания Матроны сбывались или у людей налаживалась жизнь благодаря её советам, но и больные люди выздоравливали, если она молилась о них Господу. «Женщина подошла: „У меня дочка припадочная, слюна изо рта идет, и всё лежит в постели“. Тогда Матрона дала ей воды и сказала: „Покропи её и дай попить, и будет она здорова и выйдет замуж“. Она все сделала, дала дочери воды, и дочь после этого три дня спала» (Прасковья Кузминична из Епифани).

В воспоминаниях Прасковьи Кузминичны из Епифани, опубликованных в книге З. В. Ждановой, есть несколько эпизодов, когда к двенадцатилетней Матроне пришли несколько женщин «из Ховани» (село Хованщина расположено в 7 километрах от Себино), значит, к этому времени слава о её даре достигла и других деревень. Интересен и разброс причин, по которым эти женщины нуждались в помощи Матронушки. Одна хотела уехать из родного села и купить в новом месте себе дом, но сомневалась, стоит ли это делать, поэтому пришла за советом. Она получила от Матронушки ответ, как сделать лучше. У второй болела дочь, она просила её исцелить. Матронушка помогла – дочь выздоровела. Третья не хотела отдавать замуж свою дочь за человека, которого та полюбила. Но последней женщине даже не пришлось рассказывать о своей проблеме, Матронушка заранее знала её вопрос и сразу ей сказала: «Что, дочка твоя нашла жениха, и вы не хотите её отдавать? А вот пусть она за него выходит, а то она на вас будет обижаться, если вы будете за другого сватать».

С самого начала односельчане Матроны и приходившие к ней из ближайших мест люди задавали ей вопросы, связанные с их обычной, повседневной жизнью. Искали ответы на вопросы о будущем, когда находились на перепутье. Человеку страшно делать выбор, потому что последствия он не может предвидеть. Правильный выбор во многом понятие для людей абстрактное. Каким бы хорошим и нравственным человек не был, но он способен судить о мире только исходя из своего опыта, опираясь на свой несовершенный разум. Поэтому ему страшно, вдруг выбранный путь непоправимо изменит его судьбу, ухудшит его жизнь. Любое принятое решение может обернуться для человека как радостью, так и неприятностями. Только со временем становится ясным, правильным ли путём пошёл человек. На православной Руси люди издавна в сложные моменты искали помощи у прозорливых старцев и стариц, у блаженных, у праведных монахов и монахинь, которым Господь по их чистоте и молитве даровал талант предвидения. Не великими знаниями, не подвигами мирскими стяжали эти прозорливцы дар предсказывать будущее, а светом безгрешной души. По их молитвам Господь давал им способность увидеть все возможные варианты развития жизни, каждую из судеб, которая сложится в результате определённого выбора, и это позволяло провидцу подсказать человеку лучший из вариантов, самый полезный для него и его души. Именно такой правильной советчицей считалась у современников Матрона. Она рассказывала вопрошающим, как стоит поступить и какие после этого будут последствия. Часто предупреждала, что случится, если человек не прислушается к её совету и поступит по-своему. Каждый раз получалось именно так, как говорила Матрона. Поэтому с каждым годом число людей, которые приходили к ней за советами в трудные моменты, становилось всё больше и больше.

Другим не менее важным даром Матроны с самого детства стала способность с помощью молитв исцелять людей от разных недугов. Эта способность настолько была явной, видимой, что люди воспринимали исцеление больных после посещения ими Матронушки как настоящее чудо. Молва о выздоровевших, порой неизлечимых больных, разносилась быстро и привлекала новых страждущих. Привезённые к ней на телегах парализованные («расслабленные») уходили домой на своих ногах, страдавшие от приступов эпилепсии («падучей») выздоравливали и т. д. Слепая девочка из крестьянской семьи совершала то, чего не могли сделать профессиональные врачи. Для верующих христиан в те годы это не казалось чем-то невозможным, невероятным, потому что, по Евангелию, именно чистым духом людям, с незапятнанными душами, подобными детским, принадлежит Царствие Божие, и Господь «алчущих исполнил благ, и богатящихся отпустил ни с чем» (Евангелие от Луки). То, что Господь милостиво помогал людям через слепую, с чистым сердцем девочку, воспринималось верующими практически как норма.

Однако с самого начала своего служения не всякому человеку бралась помочь Матрона, не с каждым соглашалась говорить. Во многих воспоминаниях её современников есть рассказы о том, как она отказывалась с кем-то разговаривать, из какого бы дальнего места посетитель к ней не пришёл. Как правило, было две основные причины для такого отказа. Во-первых, если посетитель не верил или сомневался, что может получить от неё помощь. В каждом таком сомнении просматривался скептицизм по отношению к возможности чуда вообще, часто это оказывалось признаком, пусть и неосознанного (в христианской России в крестьянской среде не афишируемого), но атеизма. «Пошла к Матроне на совет. И ещё с ней шли двое. Одна из них говорит: „Да что нам она там даст? Воды святой? Давай возьмем из речки, всё равно такая же вода“» (Прасковья Кузминична из Епифани). Во-вторых, причиной отказа мог быть грех человека, в котором тот не покаялся, который не замолил. К Матроне приходили и страшные грешники, с чёрными душами, которых она обличала и ни о какой помощи которым не могло быть и речи.

Внешне для простых крестьян поведение Матроны во время общения с людьми, приходившими к ней за помощью, может быть, не сильно отличалось от того, как вели себя знахарки, которых в те времена было достаточно в деревнях. Матрона ведь тоже что-то шептала над головой человека, давала какой-то «водички» или «маслица». Однако это были проблемы восприятия происходящего простыми людьми, и не имели отношения к Матроне, к тому Божьему дару, которым она обладала. Людям проще было приписать чудо силе каких-то манипуляций, которые совершала Матронушка, чем поверить, что Святой Дух действует через эту незрячую девочку, и значит, их достигла Сила Господня. Как говорят старцы – «У Бога нет рук, человек становится Его руками». Праведный, святой человек – инструмент в Руках Божьих. Таким инструментом Господним стала Матрона. Обычным селянам страшно было это принять, гораздо проще оказалось верить в особую водичку или маслице.

Однако если проанализировать воспоминания современников Матроны, то они чаще всего, вспоминая собственные встречи с ней или своих знакомых, в первую очередь отмечают молитвы, которые она читала над головами людей, крестные знамения, которыми она их осеняла. Близкие вспоминали, что Матрона часто в такие моменты повторяла «Отче наш», «Да воскреснет Бог», «Господи Вседержителю, Боже сил и всякие плоти», «Живый в помощи Вышняго» (90-й псалом) и другие. «Люди сядут на колени, она одной рукой по голове водит, а другой рукой крестит» (А. Д. Прохорова).

Часто больным с собой Матрона давала просфору, святую воду, есть воспоминание о подаренном «красном яйце» сразу после Пасхи Христовой. Но главным, самым главным «лекарством» всегда во всех рассказах выступают молитвы. Именно им отводится главное место. Над больным человеком блаженная могла читать молитвы Господу, Божьей Матери, святым и больше двух часов подряд, прося у Бога милости для страдающего человека.

Во многих воспоминаниях есть упоминание о водичке, которую давала Матрона с собой излеченным ею людям или передавала для больных. Многие из этих людей называют эту воду святой. Более того, блаженная советовала им пить святую воду. Обычную святую воду из храма. «В Подсолнечной, по Ленинградской дороге, у меня живет крестная. Поехали мы с нею к Матрюшеньке. Я у нее спрашиваю про свою боль. Она мне сказала: „Пей святую водичку“» (София Васильевна Ефремова, жительница села Куликовка). «Еще у одной дочки моей, Натальи, была сильная пупковая грыжа, величиной с кулак. Матрона тоже сказала, что все пройдёт. Дала воды, читала молитвы над головой, и всё прошло» (П. С. Аносова).

Позже упоминание святой воды, которую Матрона давала людям, вызвало много соблазнов и сомнений. Почему? Православные всегда верили в чудодейственную силу святой воды, особенно, к примеру, Крещенской, то есть освящённой в праздник Крещения Господня. Святой водой окропляли жилища, ею поили больных, давали её пить детям как лучшее из лекарств. Всю свою жизнь Матрона вела строгую христианскую жизнь, постоянно посещала службы, причащалась, всегда имела духовного отца. У неё не могло быть недостатка в святой воде, она могла её в достаточном количестве брать в храмах.

Никто из близких и излеченных людей не вспоминал, что Матрона шептала над водой что-то другое, кроме молитв. Да и то до конца было непонятно – за человека ли она молилась в этот момент или её молитвы были обращены к воде. Ни в одном из воспоминаний нет прямого упоминания, что за воду она давала посетителям, то есть она не наливала её из чайника, бутылки или кувшина. Поэтому домыслы «о заговорах» можно считать только домыслами. Давала Матрона людям иногда «маслице» (скорее всего, из лампады в красном углу) или, к примеру, освящённое пасхальное крашеное яичко, это полностью соответствует традициям блаженных и старцев на Руси. Святую воду, масло из лампады или освящённое яичко давал приходящим к нему людям, скажем, тот же преподобный Серафим Саровский.

Нет оснований полагать, что Матрона, строго придерживавшаяся всех православных правил и традиций, могла их нарушать в случае со святой водой. Это было бы святотатством – считать святой воду, над которой просто прочитаны молитвы. Строгое, неукоснительное соблюдение всех христианских правил и норм для Матроны всю жизнь оставалось главным.

Нужно сказать, что знахарство на Руси было практически всегда семейным делом и достаточно прибыльным, за эти услуги брали плату. Мать или отец учили этому своих детей, иногда бабушка или дедушка – внуков. Считалось, что способности к этому передаются по наследству. Чужих в это дело не допускали. Учили в семье знахарству долго, с самого детства. У Матроны не было родственников-знахарей. Никто не мог её научить ремеслу знахарства, тем более если вспомнить, что начала она помогать людям в семь-восемь лет. К тому же знахарство никогда не сочеталось со строгой благочестивой христианской жизнью. А во всех воспоминаниях современников семья Матроны описывается как глубоко верующая и благочестивая, близкая к церкви и священникам. Такой они воспитали и дочь. «Заговорённые воды» и сами заговоры, конечно, к блаженной не могут иметь никакого отношения. К тому же с самого начала и до конца жизни Матрона никогда не просила за свою помощь вознаграждения. Максимум соглашалась взять в подарок какие-то продукты, сладости или недорогие вещи. Если ей предлагали деньги или что-то дорогое, она непременно отказывалась.

Люди, которые доверялись Матроне, открывали ей свои сокровенные мысли, просили совета в самых личных, можно сказать практически интимных, делах, выслушивая её мнение, принимая его, вынуждены были однозначно для себя решать, что Бог и светлые силы стоят за её спиной. Потому что если бы было в этом хотя бы малейшее сомнение, то благочестивые крестьяне, прихожане храма, служившие в церкви священники никогда бы не приняли Матронушкин дар, не помогали бы ей и не поддерживали бы её. А Матроне их участие было необходимо, потому что к двенадцати годам она, по сути ребёнок, незрячий, слабый, несла на своих плечах груз ответственности за людей, которых спасала от болезней, которым помогала советами. Конечно, Матронушка была необыкновенно смелым человеком, стойко терпевшим свою немощь и вверившим свою судьбу в руки Божьи. И обращавшиеся к ней люди не могли этого не чувствовать.

Но духовные подвиги, добро, которое Матронушка делала людям, вызывали ненависть к ней тёмных сил. Её постоянная, тяжёлая борьба со злом, о которой знали только близкие, требовала великих душевных сил. Поэтому хорошо знавшие Матрону люди называли её воином. «Однажды Матрона по осени сидела на завалинке, которую делали около дома до окон, для тепла. Мать ей говорит: „Что же ты сидишь, холодно, иди в избу“. Матрона отвечает: „Мне дома сидеть нельзя, огонь мне подставляют, вилами колют“. Мать говорит: „Там никого нет“. Матрона отвечает: „Ты же мама не понимаешь, сатана меня искушает“» (А. Б. Малахова).

В житиях многих святых есть момент, когда после долгого молчания, или затвора, или истинно монашеской жизни, или благочестивой мирской судьбы праведник больше не может скрывать себя, по воле Божьей он должен начать служение страждущим. Он начинает помогать людям. Пророчествует. Лечит. Наставляет. Учит. Такой момент был и в жизни Матроны. Сначала изредка происходили по её молитвам исцеления, или она предсказывала грядущие события. Люди её помощи не просили, Матронушка по собственной инициативе им помогала. Порой от её участия даже отказывались. Однако в один момент всё изменилось, она целенаправленно стала каждый день принимать ищущих её помощи и поддержки немощных. С определённого времени к ней стали ежедневно приезжать множество людей. Можно только догадываться, как ей открылось, что пришла пора начинать явное, широкое служение миру. Известно только, что перед этим призванием она попросила, чтобы священник её причастил. Сама Матронушка назвала этот переход в притчевой манере «свадьбой», будто принимала «в свою семью» весь православный мир, будто с этого момента не оставалось для неё людей чужих, а все становились для неё родственниками – родными.

К счастью, об этом событии сохранились воспоминания её родных. «Однажды она проснулась и говорит своей маме: „Мама, подготовься, у меня скоро будет свадьба“. Мать пошла к священнику, рассказала ему, священник пришел к ним, причастил Матренушку на дому, её всегда причащали на дому по её желанию. И вдруг, через несколько дней, едут и едут повозки к их дому, идут люди, везут больных, со всеми бедами и горестями, и все почему-то спрашивают Матрюшу и по пять или шесть подвод каждый день, а то и больше. Матрюшенька читала над ними молитвы и очень много исцеляла. Ей мама и говорит: „Матрюшенька, да что же это такое?“ Матрюшенька отвечала: „Я ж тебе говорила, что будет свадьба“. К ней приезжали издалека, никто им словом не обмолвился, никто не оповещал и никто никому ничего не говорил, ехали…» (Ксения Ивановна Сифарова, двоюродная сестра жены брата блаженной Матроны). Целые колонны из приезжающих одна за другой телег с больными и одержимыми – это и был тот «свадебный поезд», о котором говорила матери Матронушка.

После того как к Матроне за помощью стали приезжать сначала земляки из соседних с Себино сёл, потом люди со всего уезда, со всей Тульской губернии, затем и из других губерний, она стала как бы местной знаменитостью. В округе о ней заговорили, изменилось к ней отношение людей. Больше никто не позволял себе свысока смотреть на слепую «калеку». Окружающие старались с ней сблизиться. А для семьи она стала хорошей помощницей в материальном смысле, приезжавшие люди привозили ей в подарок продукты, вещи, немного денег.

В это время у Матроны сложились тёплые дружеские отношения с дочерью местных помещиков Лидией Яньковой, которые продолжались многие годы. Один из потомков рода Яньковых рассказывал в интервью о сохранившемся в их семье предании о том, что дружба Матронушки и Лидии Яньковой началась тогда, когда блаженная избавила девушку от постоянных, изматывающих приступов головной боли, мучивших её с рождения. Из-за приступов больная вынужденно много времени проводила в постели, страдая от сильных спазмов. Благодаря Матроне Лидия смогла начать жить полноценно, избавилась от тяжёлой болезни, за что сама девушка и её родители, горячо любившие единственную дочь, навсегда остались признательны блаженной.

Барышня Лидия Александровна из семьи дворян, помещиков Яньковых, была на два года моложе Матроны (если годом рождения Матронушки считать 1883 год). Исследователи из СВРТ нашли в архивах документы, подтверждающие, что дата рождения Лидии Яньковой – это 1885 год.

Семья Лидии была глубоко верующей, благочестивой, её родные много помогали церкви, это они на свои деньги отремонтировали, достроили, расширили храм Успения Пресвятой Богородицы в Себино. Отец Лидии какое-то время был старостой Себинской церкви. В отроческие годы девочки Лидия и Матрона настолько сблизились, подружились, что когда помещики Яньковы решили отправить дочь Лидию в паломнические поездки, чтобы она могла своими глазами увидеть православные святыни русской земли, то с ней вместе пригласили поехать и Матрону.

Предположительно первая паломническая поездка состоялась в 1896 году. Так как в это время Матроне было 13 лет, а Лидии всего 11 лет, то понятно, что девочки одни не могли сами отправиться в дальнюю поездку, кто-то их наверняка сопровождал. Этот человек должен был получить проездные документы на предстоящее путешествие. Пока найти записи о получении таких документов в архивах не удалось.

Есть версия, что взрослой наставницей, которая могла брать с собой в паломнические поездки Лидию и Матрону, была старшая двоюродная сестра Лидии – Надежда Андреевна Янькова, которая много ездила по России, посещая святые места. Однако взрослой её можно назвать условно, так как она родилась в 1876 году и была всего на семь лет старше Матроны. Возможно, трёх девушек (Надежду, Лидию и Матрону) сопровождал ещё кто-то из взрослых.

Мать Надежды Андреевны – Софья Михайловна Янькова была первой настоятельницей знаменитой Шамординской обители, находившейся недалеко от Оптиной пустыни. В юности Софья Михайловна вышла замуж за помещика Андрея Николаевича Янькова, родила дочь Надежду. В зрелом возрасте, будучи вдовой, по благословению оптинского старца Амвросия Софья Михайловна приняла постриг, старец оставил ей данное при крещении имя. Мать София стала управляющей Шамординской обители, её устроительницей и первой игуменьей, обладала даром предвидения, по её молитвам происходили исцеления. В 1987 году преподобная София была прославлена в лике местночтимых святых Тульской епархии как София Шамординская.

Надежда Андреевна часто бывала в Шамординском монастыре, игуменьей которого была её мать. Возможно, если Лидия и Матрона паломничали вместе с Надеждой Андреевной, то и они бывали в Шамординской обители и, скорее всего, посещали Оптину пустынь. Но это только предположение.

В любом случае, вероятно, паломнических поездок у Лидии и Матроны было немало. Известно точно, что девочки вместе посетили Киево-Печерскую лавру, Троице-Сергиеву лавру, монастыри и храмы Санкт-Петербурга. Эти три святых места перечислены в книге З. В. Ждановой как те, которые точно посетила Матронушка вместе с Лидией Яньковой. А вот какие именно святыни подразумеваются под словами из книги З. В. Ждановой «…и другие святые места» – неизвестно.

Как правило, паломнические поездки совершали только в летнее время. Дальние путешествия до конца XIX века оставались сложными, требовали много времени и сил. В зимнее время старались далеко из дома не уезжать. Поездка в Киево-Печерскую лавру становилась сложной в любое время года. Возможность проехать по железной дороге из Центральной России напрямую в Киев появилась только в самом конце XIX века (около 1899 года). До этого южнее Москвы существовали только отдельные железнодорожные участки, связывающие некоторые крупные города. Эти участки к тому же принадлежали разным компаниям. Составы же одной компании не имели права заезжать на железнодорожные пути другой. В итоге путь из Москвы в Киев или состоял из множества пересадок с поезда на поезд, или местами приходилось пересаживаться в экипажи, чтобы добраться до очередной железнодорожной станции. Поэтому иногда путешественники предпочитали ездить по старинке – в собственных экипажах. А это влекло за собой множество проблем – неустроенные дороги, необходимость кормить лошадей и давать им отдых, усталость людей от постоянной тряски в экипаже – трудности в такой поездке возникали на каждом шагу.

В общем, паломничество из села Себино в Киево-Печерскую лавру (дорога в полторы тысячи километров длинной) в 1896 году можно назвать чрезвычайно серьёзным предприятием и очень важным событием в жизни двух подруг – Матроны и Лидии.

Свято-Успенская Киево-Печерская лавра – третий удел Пресвятой Богородицы на земле, старейший монастырь на Святой Руси, годом основания которого считается 1051 год. Вначале монахи жили в пещерах, которые сами копали, там же создавали и подземные церкви. Возникшая подземная обитель разрасталась, со временем число братии увеличилось, начали строить надземные кельи и храмы. В 1089 году состоялось освящение главного соборного храма обители в честь Успения Пресвятой Богородицы. В лавре находятся мощи многих православных святых, в том числе Нестора Летописца и Ильи Муромца. Паломники посещают Ближние и Дальние пещеры с подземными кельями святых иноков, подземные церкви.

В XIX веке паломничество в Киево-Печерскую лавру для каждого христианина становилось событием, которое люди потом вспоминали всю жизнь. Приехавшие на поклонение древним святыням молились так же и в старинных соборах Киева, в первую очередь в Софийском, построенном Ярославом Мудрым в первой половине XI века. Чтобы всё осмотреть, везде успеть помолиться, паломники в Киев приезжали на достаточно долгое время. Можно себе представить, какое глубокое потрясение испытала деревенская девочка Матрона, слушая рассказы о древних святынях Киева во время их посещения. Как радостно ей было во время пышных служб в знаменитых соборах. Для неё это был неожиданный, драгоценный духовный подарок. Можно представить, как шла она по подземным коридорам между пещерными кельями, как прикасалась к их влажным стенам, как чувствовала запах, в котором перемешался дух сырой земли и ладана, как присутствовала на службах в пещерных храмах, вслушиваясь в дивное монашеское пение с особой акустикой подземных церквей.

Вторым незабываемым паломничеством для подруг Матроны и Лидии стало (скорее всего, уже не в 1896 году, а в следующем или в последующие 3–4 года) посещение Свято-Троицкой Сергиевой лавры, которая находится в 350 километрах от Себино. И путь к ней уже не был таким длительным и трудным, как в Киев.

Обитель Преподобного Сергия Радонежского возникла на горе Маковице вокруг пустыни святого, сначала простого инока, который там поселился в 1337 году. Вся история России тесно переплетена с историей лавры, главные события в стране так или иначе оказывались связанными с этим святым местом. Посещение самой почитаемой обители в России имело много традиций. Самые благочестивые христиане часть пути шли в лавру пешком. В обители молились не только в старинных соборах и прикладывались к мощам «игумена земли русской», но посещали многочисленные святыни вокруг лавры – скиты, святые источники, монастыри. Матрона смогла прикоснуться к настоящему источнику духовности России, веками хранившему веру предков.

В 1897 году (если считать годом рождения Матроны 1883 год) летом вновь вместе с Лидией и, скорее всего, с кем-то из её ближайших родственников Матрона снова смогла отправиться в паломничество, теперь в столицу России – в Санкт-Петербург. Снова паломникам предстояло преодолеть немалое расстояние почти в тысячу километров пути. Однако дорога из одной столицы в другую – из Москвы в Петербург – к концу XIX века стала достаточно комфортной. Уже с 1851 года было открыто прямое железнодорожное сообщение между двумя столицами по Николаевской железной дороге.

На момент поездки в Санкт-Петербург Матроне было 13 лет, только осенью ей должно было исполниться 14 (в книге З. В. Ждановой есть слова «…матушке было лет четырнадцать» о возрасте Матроны во время поездки в столицу). Наверное, девочек провели по Александро-Невской лавре, где они поклонились святыням знаменитого монастыря. Потом юные паломницы, скорее всего, помолились в Исаакиевском соборе и каких-то других знаменитых храмах имперской столицы. Однако, может быть, одной из главных причин посещения Санкт-Петербурга и его окрестностей было желание собственными глазами увидеть «батюшку всея Руси», любимейшего, почитаемого в народе пастыря – Иоанна Кронштадтского. Не было в православной церкви того времени священника более уважаемого, чем отец Иоанн. К его словам прислушивались все – от членов Царской семьи до крестьян в самых отдалённых районах империи. О его мудрости, о его милосердии, о его любви к людям ходили легенды. Поэтому юные паломницы Матрона и Лидия, безусловно, хотели лично его увидеть, послушать его проповеди и для этого отправились в Кронштадт.

Иоанн Кронштадтский, в миру Иоанн Ильич Сергиев, был сыном бедного деревенского дьячка из Архангельской губернии, образование получил благодаря настойчивости и личным талантам. После окончания с отличием Петербургской духовной академии ему предложили служить в Кронштадте. С детства знавший тяжёлую жизнь простого народа, не понаслышке знакомый с голодом и нищетой, отец Иоанн в Кронштадте начал помогать самым обездоленным людям, бороться за души своей паствы с пламенностью настоящего пророка. Его глубокая вера, его миссионерское служение со временем привлекло к нему множество людей со всей России. Верующая интеллигенция зачитывалась его книгами. Для многих православных его книга «Моя жизнь во Христе» стала настольной, воспитывавшей душу, укрепляющей в вере. Простые неграмотные люди видели в отце Иоанне образец христианской любви, истинного милосердия, потому что он отдавал на помощь бедствующим всё, что имел. Все считали, что через него Господь творит благодеяния. Благодаря поддержке благочестивых людей отец Иоанн помогал тысячам бедняков, многих спасая от голода. Из трущоб Кронштадта он часто возвращался домой без верхней одежды и даже без обуви, отдав даже её нуждающимся. На его проповеди в храм приходили тысячи людей. Люди верили, что праведность отца Иоанна была столь высокой, что Бог даровал ему способность исцелять болезни. Десятки больных по молитвам Иоанна Кронштадтского выздоравливали. Год за годом собственным примером искреннего служения Богу отец Иоанн укреплял православную веру в России.

В 1897 году Иоанну Кронштадтскому было 68 лет, к этому моменту он был известен по всей России, православные доверяли ему, как никакому другому священнику того времени. Со всей страны к нему приезжали люди за советами, за укреплением своей веры, за помощью в несчастьях, за исцелением от болезней.

В один из дней лета 1897 года седовласый старец, любимый всеми православными страны священник Иоанн Кронштадтский служил в Соборе Святого апостола Андрея Первозванного в Кронштадте, клириком которого он был. Храм, как обычно, оказался переполнен, местные жители и множество приезжих паломников стояли сплошной стеной, наиболее настойчивые старались протиснуться вперёд, стараясь поближе подойти к солее. Затаив дыхание, все слушали проповедь отца Иоанна. Матрона с Лидией стояли в самом дальнем углу от иконостаса. Слепой Матронушке не по силам было подойти ближе к произносящему проповедь священнику, люди могли сжать её, навредить ей. Может быть, из дальнего угла церкви Матрона даже плохо слышала то, чему учил народ отец Иоанн. Но она, слепая, слабая, маленького роста девушка, ничего не могла поделать, ей пришлось оставаться вдалеке от теснящихся людей.

Дальше произошло чудо. Отец Иоанн, закончив говорить проповедь, вдруг внимательно стал смотреть выше голов стоящих плотными рядами перед ним людей, что-то или кого-то рассматривая вдалеке у двери или у стены рядом с ней. «Расступитесь!» – неожиданно попросил он людей. «Расступитесь! Дайте проход!» – повторил он настойчиво. Люди нехотя медленно отступили вправо и влево, разошлись, образовав узкий проход в направлении, куда показывал рукой старец. А смотрел он на Матрону, которая скромно стояла в самом конце храма. «Матронушка, иди-иди ко мне», – позвал отец Иоанн. Когда Матрона подошла к солее, он обратился к окружающим: «Вот идет моя смена – восьмой столп России».

Лидия Янькова, которая во время встречи Матроны с Иоанном Кронштадстким стояла рядом с ней, вспоминала, что святой старец благословил Матронушку, а на прощанье сказал: «Ножки свои береги». Тогда эти слова были неожиданными и непонятными, только несколько лет спустя открылся их смысл, когда Матрона потеряла способность ходить.

В житии Святой блаженной Матроны Московской после описания встречи Матронушки с Иоанном Кронштадским и его слов о ней как о «восьмом столпе России» написано: «Значения этих слов матушка никому не объяснила, но её близкие догадывались, что отец Иоанн провидел особое служение Матронушки России и русскому народу во времена гонений на Церковь».

Почему именно восьмым столпом России назвал Святой Иоанн Кронштадский Матронушку, доподлинно неизвестно. Толкователи объясняют эти слова по-разному. Некоторые делают упор на то, что число семь всегда имело особое сакральное значение ещё с Ветхого Завета, так в Книге Притчей Соломоновых есть слова: «Премудрость созда Себе Дом и утверди столпов седмь». Есть и другие толкования о семи столпах. Старцы семью столпами, на которых держится христианство, считали семь соборов святых отцов и семь веков, доводящих до будущего века, по Иоанну Богослову.

Православное предание утверждает, что Иоанн Кронштадтский под столпами, на которых держится православная Россия, имел в виду наиболее почитаемых на Руси святых. Что касается первых шести столпов, то называют имена: преподобного Антония Киево-Печерского, преподобного Феодосия Киево-Печерского, Преподобного Сергия Радонежского, святого Тихона Задонского, святого Иоасафа Белгородского, преподобного Серафима Саровского. Седьмым столпом считается сам Иоанн Кронштадский. А вот восьмым столпом, получается, он назвал блаженную Матрону Московскую. Однако неясно, почему из большого числа великих святых Руси выбраны вначале именно эти шесть действительно глубоко почитаемых преподобных чудотворца. Если учесть, что названы они не самим отцом Иоанном Кронштадтским, а толкователями, то эта версия – о восьми столпах как о самых почитаемых в России святых – вызывает сомнения.

Однако есть и другие мнения, исследователи, анализируя тексты самого Святого Иоанна Кронштадтского, упомянутые в них имена почитаемых в то время современных священников (митрополитов, епископов, будущего патриарха), предполагают, что людьми – «столпами веры», на которых в то время держалось православие, могли быть священники, которым только предстояло стать новомученниками. Вот такая неожиданная версия.

Есть и философское толкование, почему всё же именно восьмым столпом назвал Матрону Святой Иоанн Кронштадтский. Число восемь считается символом бесконечности и Божественного совершенства. Семь дней Господь создавал мир. Есть традиция считать, что седьмой день длится до сих пор. А восьмой день – вечный, это Царствие Небесное. Восьмой столп – это святая последних времён, перехода от древнего старинного православия к временам конца веков. Такое вот существует сложное толкование.

Однако так как ни Святой Иоанн Кронштадтский, ни Святая Матрона Московская не объяснили, что именно означают слова отца Иоанна, обращённые к Матронушке, почему он назвал её «восьмым столпом России», то остаётся только гадать о смысле, заложенном в этом утверждении.

Одно остаётся ясным – Святой Иоанн Кронштадтский назвал Матронушку человеком, пришедшим ему на смену. Ему – священнику, которого при жизни считали святым, прислушивались к каждому его слову, почитали и преклонялись. Какими же неожиданными оказались эти слова для людей, присутствовавших при этом откровении, предвидении! Для всех перед отцом Иоанном стояла деревенская слепая девочка, а для него перед его духовными очами предстала праведница, молитвенница за Россию, чудотворица, будущая святая, «восьмой столп России», которая пришла ему на смену и станет укреплять русский народ в страшные богоборческие годы.

Исторический фон: Россия в 1890–1899 годах

Принят закон об ограничении земельных переделов в крестьянской общине (1893). Закон запрещал продажи и залог общинных земель и крестьянских наделов.

В 1891 году произошло покушение на наследника престола Николая Александровича. При посещении цесаревичем Японии в рамках восточного путешествия на него напал японский националист. Наследник был ранен, но остался жив. В храмах России прошли службы в честь его спасения.

В 1891–1892 годах в Поволжье, на юге и востоке России (до Урала) случился неурожай из-за засухи летом и сильных морозов зимой при отсутствии снега. Начались голод и эпидемии тифа и холеры, охватившие 17 губерний. Погибло почти 400 000 человек. Сбором средств и помощью голодающим занимался цесаревич Николай Александрович, возглавивший Особый комитет Наследника Цесаревича, который стал активно бороться с бедствием, но решить проблему удалось лишь к марту 1892 года, обеспечив голодающих необходимой помощью. Однако только хороший урожай 1893 года окончательно решил проблему голода во всех пострадавших губерниях.

Продолжалось развитие сети железных дорог – началось строительство Транссибирской магистрали. Комитет, ведавший её строительством, возглавил наследник престола Николай Александрович.

В 1894 году скоропостижно скончался император Александра III. На престол вступил его старший сын Николай Александрович, вскоре обвенчавшийся с принцессой Алисой Гессенской и Рейнской, в крещении Александрой Фёдоровной.

В 1896 году состоялось венчание на царство императора Николая II и императрицы Александры Фёдоровны. Случилась трагедия в давке на Ходынском поле в Москве, во время раздачи подарков по случаю коронации нового императора погибли около 2 тысяч человек.

В 1896 году состоялось подписание договора между Россией и Китаем об оборонительном союзе против Японии и о постройке Китайско-Восточной железной дороги (КВЖД).

В стране прошла денежная реформа. Введено золотое денежное обращение. На смену серебряному рублю пришёл золотой. Во внутреннее денежное обращение России были введены золотые монеты.

В 1897 году была создана единая Российская социал-демократическая рабочая партия (РСДРП), борьба революционеров против власти выходила на новый уровень.

В 1899 году состоялась Гаагская мирная конференция, созванная по инициативе России. Была принята конвенция о мирном разрешении международных споров, о законах и обычаях сухопутной войны.

В 1899 году начался мировой экономический кризис.

Глава 4

Юность. История двух икон Божьей Матери «Взыскание погибших», написанных по благословлению Матроны. Паралич ног. Жизнь до революции

К концу XIX и к началу XX века Матронушка стала, по деревенским меркам, совсем взрослой, в те времена девушки часто в 16–17 лет выходили замуж, это была обычная практика. Поэтому и относились к девушкам в этом возрасте не как к детям или подросткам (отроковицам), а считали их вполне зрелыми, готовыми к замужеству. Однако никогда, ни в одних воспоминаниях нет даже намёка на то, что Матрону кто-то рассматривал в качестве невесты или родители думали о её замужестве. В практичной сельской жизни жена в первую очередь рассматривалась как работница и будущая мать, способная рожать много здоровых детей. Слепая девушка, неатлетического сложения, небольшого роста в физическом плане для односельчан оставалась ненужной калекой. Дар Матроны был в другом, её предназначение было в служении миру.

Всё больше и больше людей в округе узнавали о Матроне. Постепенно слух о том, что есть слепая девушка, которая способна видеть будущее, по молитвам которой люди избавляются от самых страшных болезней, достигал не только соседних уездов, но теперь и дальних губерний. Есть воспоминание себинцев о том, что когда число людей, ежедневно приезжавших к Матроне, выросло, то для бесед с ними родные выделили ей небольшой домик-сарайчик, стоявший в глубине подворья Никоновых.

К Матроне практически каждый день приезжали люди, которые просили помощи. Ушло в прошлое недоверие к ней. Теперь страждущие приходили с верой в то, что Матрона может им помочь. Конечно, по-прежнему иногда среди просителей были любопытные, привлечённые возникающей вокруг неё славой, или откровенно отрицательно относившееся к провидице люди, в основном из тех, кто отрицал возможность Божьего чуда как такового. Матронушка сразу безошибочно определяла: по важному ли делу пришёл к ней человек, искренне ли он верит, что она может ему помочь. На случайных людей она время не тратила. Но и с теми, кому помогала, о ком молилась, была достаточно строга. Она ценила своё время, понимая, что её помощь нужна многим людям. Матрона с посетителями чаи не распивала, долгие пустые разговоры не вела, но при этом оставалась всегда доброжелательной, порой даже ласковой. Её советы были точными, слова – уважительными, но она никогда, ни с кем не сюсюкала. З. В. Жданова так об этом писала: «Раньше моё общение с Матушкой было такое: придёшь, спросишь, получишь облегчение, покой душе и уйдёшь. Матрёнушка всегда была краткой, избегала лишних слов, не позволяла долго засиживаться у неё».

Нужно сказать, что если проанализировать воспоминания земляков Матроны о дореволюционных годах, когда блаженная жила в родном селе, то за небольшим исключением приходили к ней за помощью в основном люди простые, небогатые, в большинстве крестьяне. Чаще всего люди вспоминают, что посетители приезжали на телегах или приходили пешком даже из дальних сёл. Если и есть несколько воспоминаний об обратившихся в это время к Матроне за советом дворянах, то это местные помещики, наблюдавшие, как много к ней идёт простого народа, и решавшие тоже её о чем-то спросить. Вот воспоминания об обращении к Матроне «барыни»: «Когда барыня купила в Себено дом, то пришла к Матрюше и говорит: „Я хочу строить колокольню“. „Что ты задумала делать, не сбудется“. А барыня уже известку нажгла, все приготовила. „Как же не сбудется? Все у меня есть и деньги, и материалы“. А было это все перед революцией» (рассказ Евгении Ивановны Калачковой, сестры Василия Ивановича Прохорова).

По воспоминаниям З. В. Ждановой, Матрона предупреждала близких для неё помещиков Яньковых о грядущей революционной катастрофе: «Помещику их села Себено, Янькову, советовала все продать и уехать за границу – если бы он уехал, то не видел бы разграбления „дел своей жизни“ и ранней, преждевременной смерти. А дочь – скитаний». К сожалению, Яньковы к Матроне не прислушались, хотя с детства знали о её даре. В этом случае непонятно, просил ли сам совета у Матроны помещик или она по собственной инициативе хотела помочь дорогой для себя семье и, главное, своей давней подруге Лидии Яньковой. Возможно, Лидию Матрона действительно предупреждала о грядущей революции, а вот её отец, согласно сохранившимся документам, умер ещё в 1909 году, поэтому не мог увидеть разграбление своего имения.

В конце XIX и начале XX века общее напряжение в России нарастало, общество лихорадило. Развивающаяся экономика, поднимавшийся технический прогресс, постепенно проникающие в самые глубины общества, образование сдвигали целые народные пласты, что приводило к ярким, сильным, часто неуправляемым процессам. Стачки, появление не только запрещённых деструктивных, но и откровенно террористических организаций, как волнами, разносили тревогу по всей стране. Люди не понимали, что может или должно случиться, но чувствовали, возможно, скоро произойдут какие-то тектонические сдвиги в их мире, которые затронут жизнь каждого.

По воспоминаниям близких, Матрона не просто волновалась, как остальные люди, которые испытывали необъяснимое беспокойство, а точно знала, что скоро грядёт революционная катастрофа. Провидица предупреждала, что земляные наделы, о которых так мечтали её односельчане, за которые платили последние копейки, на покупку которых брали кредиты, скоро станут никому не нужны. По воспоминанию З. В. Ждановой, Матрона «образно показывала, как будут делить землю, хватать с жадностью наделы. Лягут, руки протянут вперед, лишь бы захватить себе лишнее, а потом все бросят землю, побегут кто куда. Земля никому не нужна будет». Матрона предвидела и открыто говорила, что скоро грядет революция в Россию. «Как будут грабить, разорять храмы и всех подряд гнать» (З. В. Жданова). Образно предсказывала, что гибель ждёт царя и Царскую семью. Матрона «…однажды попросила мать: „Мама, дай мне куриное перо, только большое“. Ей дали перья, она выбрала самое большое перо, ободрала его и говорит матери: „Мама, видишь это пёрышко?“ Мать говорит, да что ж его смотреть, ведь ты ж его, Матрюшенька, ободрала, а Матрюшенька говорит: „Вот так обдерут нашего Царя-батюшку“. Мать испугалась и говорит Матрюшеньке, что так нельзя говорить, а Матрюшенька ей отвечает: „Не бойся, мама, его уже ободрали“» (К. И. Сифарова).

На рубеже XIX–XX веков в России чувствовалось наступление предгрозового времени. Уже гибли от рук революционеров-террористов государственные мужи, червь сомнений в устройстве мира заражал умы даже простых крестьян, вера в земную справедливость у многих вытесняла веру в Бога. Именно в это время, когда, казалось, повсеместно ослабевало православие, Матрона вдруг, удивив даже близких, сделала всё, чтобы в родном для неё храме Успения Пресвятой Богородицы в Себино появилась икона Божьей Матери «Взыскание погибших». Трудно найти икону Божье Матери, которая больше бы подошла для молитв в безбожные, атеистические времена разрушения христианской веры, чем этот образ. У него испокон веков всегда молились самые закоренелые преступники, отступники, духовно падшие люди. Считалось, что, искренне покаявшись, они могут вымолить для себя прощение. Так как великая любовь Божьей Матери, Её милосердие распространяются даже на самых больших грешников, часто спасая, казалось, навсегда духовно умерших людей. Богородица будто воскрешает их души.

В повести «О покаянии Феофила во граде Адане», созданной еще в VII веке, рассказывается, как несправедливо оклеветали благочестивого, честного человека, который служил у архиерея экономом. Его не просто оклеветали, а строго наказали, хотя он был невиновен. В ответ этот человек озлобился, в гневе отказался от Бога и Его Пречистой Матери. Отдал он свою душу тёмным силам, однако со временем раскаялся и, затворившись в храме, круглосуточно на коленях стал со слезами молиться у иконы Божьей Матери, называя её «Взыскание погибших». Его молитвы были столь искренними и раскаяние столь глубоким, что Богородица простила предательство, смилостивилась, пожалела отступника. После этого он всю оставшуюся жизнь посвятил Господу, много потрудился, умер монахом. Сделался не просто иноком, а достиг святости, став преподобным. С тех пор у иконы «Взыскание погибших» многие люди, оказавшиеся на грани духовной или физической гибели, молятся Божьей Матери в надежде на спасение и получают его, если способны на подлинное раскаяние.

На Руси об иконе Божьей Матери «Взыскание погибших» впервые узнали в XVII веке, а начиная с XVIII века такие иконы стали появляться в русских храмах. Есть среди них особо почитаемые иконы. Одной из самых старых, если не самых древних, признают икону, обретённую в 1666 году у Саратова в водах Волги. Сейчас этот чудотворный образ «Взыскание погибших», прославившийся многими чудесами, хранится в Покровском кафедральном соборе в Самаре. Известна почитаемая в народе Борская икона «Взыскание погибших», прославившаяся многими исцелениями. Была, но утеряна такая очень известная чудотворная икона на Орловщине. Знамениты иконы «Взыскание погибших» в Покровском храме в Гатчине и в Высоцком монастыре в Серпухове. Сейчас есть подобные образы в храмах разных городов страны, любят эту икону по всей России.

В Москве всегда по-особому почитали иконы «Взыскание погибших», их в столичных храмах много, среди них есть и старинные, чудотворные, особо известные. Это образ из храма Воскресение Словущего на Успенском Вражке, написанный в начале XIX века, он многое пережил: его на три части разрубили французы в 1812 году, прихожане чудом сохранили его при разграблении храма в революцию, позже он едва не сгорел во время пожара в 1980 году. Эту икону да сих пор особо почитают верующие москвичи. Ещё одна икона Божьей Матери «Взыскание погибших» была главной святыней московского храма Святого Николая в Звонарях. После 1812 года празднование иконы Божьей Матери «Взыскание погибших» в Москве каждый год длилось четыре дня у двух особо почитаемых чудотворных образов. Начинался праздник у большой иконы «Взыскание погибших» в храме Рождества Христова в Палашах, на следующий день служили у такой же чудотворной иконы в церкви Святого Николая в Звонарях, потом снова в Палашах и заканчивали на четвёртый день опять в Звонарях.

Есть разные традиции написания иконы Божьей Матери «Взыскание погибших». Бывает поясное изображение Богородицы и в полный рост. С покровом на голове и без. Матрона выбрала тот из них, на котором Богородица изображена по пояс и без покрова. В древние времена верующая женщина обязана была покрывать голову, отсутствие плата было невозможно, могло быть расценено как бесчестие. Но в предании об этой иконе говорится, что Божья Матерь так возлюбила род человеческий, что даже готова обнажить голову и опустить свой покров на каждого кающегося грешника, защитить им погибающего, чтобы спасти его.

К моменту, когда Матронушка приняла решение заказать для родной церкви икону Божьей Матери «Взыскание погибших», о блаженной не просто знали в родной губернии, но относились к ней с большим уважением, если не сказать, что с почитанием, несмотря на юный возраст. Её просьбу о помощи в приобретении иконы люди восприняли во многом как благословение праведницы. Поэтому, когда Матрона попросила ей помочь в сборе средств, чтобы оплатить работу иконописца, то ей взялись помогать местные священники и многие благочестивые сельчане, в основном женщины.

По воспоминаниям близких Матронушке людей, она стала видеть вещие сны, видения, в которых сама Богородица сказала ей об иконе «Взыскание погибших». Из воспоминаний А. Ф. Выборновой, дочери Ксении, которая была старостой в Себинской церкви при жизни блаженной Матроны: «Однажды Матронушка говорит: „Мам, мне все снится икона 'Взыскание погибших'. Божия Матушка к нам в церковь просится“».

Изображение иконы Матронушка попросила найти священника (того самого, который её крестил и предсказал её праведность – отца Василия Троицкого), подробно объяснив, где именно в его архиве, в какой книге изображение иконы можно найти. Так вспоминала об этом К. И. Сифарова: «Однажды Матрюшенька говорит: „Мама, сходи к батюшке, у него в архиве на таком-то ряду, от низу четвёртый, лежит книга, а в книге изображена икона Царицы Небесной 'Взыскание погибших'. У нас в храме такой иконы нет. Сходи и скажи батюшке, чтобы он её принес“. Батюшка очень удивился этому и нашёл, и принёс эту книгу ей, нашли икону эту и она говорит: „Мама, я выпишу икону“. Семья была бедная, мать опечалилась, чем же они будут платить за неё?»

Даже при среднем достатке в семье Матроны или даже выше среднего достатка оплатить работу иконописца и материалы, необходимые для создания иконы, простым крестьянам было сложно, вернее невозможно. Такие траты не мог выдержать бюджет обычной сельской семьи. Поэтому Матрона попросила своих земляков помочь собрать деньги для благого дела. Отозвались многие, в основном благочестивые односельчанки. Они пошли собирать деньги по окрестным сёлам, просили не только по домам у жителей, но и стояли с кружками на папертях церквей. Это было непростое и небыстрое дело – собрать средства на изготовление иконы. Многие крестьяне, узнав, что праведная слепая Матрона просит о помощи в таком важном деле, не имея денег, давали какие-то продукты, делились последним. Продукты можно было продать, и вырученные деньги шли в общую копилку. «Матрюшенька велела женщинам деревни пойти по всем церквам в округе для сбора помощи, благословила их. Они набрали всего: и денег, и хлеба, масло, яйца…» (К. И. Сифарова).

Всё, что женщинам удавалось собрать, они приносили Матроне. Она своим прозорливым видением знала и чувствовала, с какими мыслями люди жертвовали деньги на икону. От чистого ли сердца их отдавали, или внутренне жалея, злясь, нехотя отрывая от себя. Перед людьми таким было стыдно отказать в жертве на икону, но делали они это с раздражением, с внутренним гневом. Монеты и купюры таких людей Матронушка сразу находила среди других, от души поданных пожертвований, и просила помогавших ей женщин вернуть данное с ненавистью назад владельцам. Для оплаты работы иконописца её устраивали только деньги людей глубоко верующих, для которых радостно было поучаствовать в создании новой иконы Божьей Матери. «Один мужик дал рубль нехотя, и брат его дал копейку на смех. Когда деньги принесли к Матронушке, то она все эти деньги перебрала, что-то искала, нашла этот рубль и копейку: „Мама, отдай им, они мне все деньги портят“» (А. Ф. Выборнова).

В конце концов с трудом, но нужная для создания иконы сумма была собрана. После этого (по воспоминаниям односельчан Матроны) в городе был найден иконописец. Что касается того, в каком именно городе нашли живописца, то в разных исследованиях называют два разных города – Епифань и Богородицк. Однако большинство жизнеописателей склоняются всё же к Богородицку. Вот и А. Ф. Выборнова в своих воспоминаниях писала, что как только собрали деньги, так сразу поехали в Богородск и там заказали икону «Взыскание погибших».

Есть интересный рассказ о том, как иконописец уверенно сказал Матроне, что напишет образ быстро, дескать, для него такое дело неново, он много икон написал. Однако Матронушка видела людские души насквозь, потому попросила его исповедаться и причаститься, прежде чем начинать работу. Она в своей праведности лучше других знала, что только с чистой душой, раскаявшийся во всех грехах человек может создать истинно благодатную икону. Шло время, а иконописец всё не мог написать образ Пресвятой Богородицы, не получалось у него, задумал даже вернуть деньги и отказаться от заказа. И тогда Матронушка ему прямо сказала, что есть у него страшный незамоленный грех, который и не даёт ему написать святую икону. Так описывает этот случай К. И. Сифарова: «Художник сказал: „Давайте, буду писать“. Матрюшенька спросила: „Ты точно знаешь, что напишешь эту икону?“ Художник ответил, что напишет, взял все и стал писать. Прошло много времени, художник пришел к Матрюшеньке и сказал, что он ничего не может написать. Матрюшенька и говорит ему: „Иди, раскайся в своих грехах, ты убил человека“. Он ужаснулся: откуда она могла все знать? Тогда он снова пошел к священнику, покаялся, снова причастился, пришел к Матрюшеньке, попросил прощения, что сразу не раскаялся. Она ему сказала: „Иди, теперь ты напишешь Чудотворную икону Царицы Небесной 'Взыскание погибших'».

Когда икона наконец была готова, пришло время её торжественно перенести в место, для которого она была написана – в храм Успения Пресвятой Богородицы в Себино. По традиции такое перенесение святого образа выливалось в настоящий праздник, в крестный ход. Из Богородицка люди шли пешком многие километры, несли икону Божьей Матери «Взыскание погибших» на руках, пели молитвы. Часто к такому шествию по дороге присоединялись верующие из деревень, мимо которых шёл крестный ход. Бывало, что в дорогу с новой иконой выходили несколько человек, а к храму, в который её несли, приходили уже сотни, в иных случаях и тысячи православных.

От Богородицка до Себино где-то 55 километров в те времена не слишком обустроенной дороги, если идти без остановок, спортивным шагом, то это более 11 часов пути. И это без привалов на отдых и еду. А в те времена было принято ещё и останавливаться на молебны у храмов, монастырей, святых источников. Так как люди шли с достаточно большой иконой в руках, да ещё крестным ходом, в котором участвовали люди разных возрастов, то возникает вопрос: этот крестный ход успел ли пройти путь за один световой день? В любом случае перенесение иконы из Богородицка в Себино было достаточно крупное событие для всей Тульской губернии. Так этот крестный ход вспоминает А. Ф. Выборнова: «Тогда взяли подсвечник с тремя свечами, взяли икону со всем киотом и понесли её от Богородска до самой церкви в с. Себино переносом с крестным ходом, с хоругвиями. Ну вот, так и донесли до нашего села. Пешком несли, на руках, а несли – не чувствовали тяжести, как перышко».

Матронушка, которая столько сил, времени, души вложила в эту икону, не могла спокойно сидеть дома и ждать, пока образ принесут. Она вместе с односельчанами отправилась его встречать. Её не смутила собственная слепота, которая не позволяла ей идти быстро, не остановил неблизкий путь, верующие пошли встречать икону за четыре километра. Матроне пришлось опираться на руку поводыря, спотыкаться на ямах и ухабинах незнакомой дороги, но она, радостная, шла со всеми своими земляками, потому что сбылась её мечта – Богородица «приходила» на иконе, как просила в Матронушкином сне, в их родной храм.

Неожиданно посреди дороги Матрона остановилась, люди, что шли за ней, тоже остановились, и потом: «Вдруг она говорит: „Не идите дальше, теперь уже скоро, они уже идут, они близко“. Она, вот, слепая от рождения, а все говорила как ведущая. „Вот, – говорит, – идут, сейчас через полчаса придут, принесут икону“. И правда: через полчаса показался крестный ход. Здесь на месте, где жители встречали икону, отслужили молебен и тогда только понесли её до Себино. А Матрюша то держалась за икону, то её вели под ручки – она слепая, не видела ведь она ничего. Когда принесли икону, опять молебен был, и икону поставили в нашем храме» (А. Ф. Выборнова).

Нужно сказать, что точную дату, когда в церковь села Себино принесли икону Божьей Матери «Взыскание погибших», в воспоминаниях никто из современников Матроны не указывает. Однако известно, что Матронушка «обезножила» – потеряла способность ходить – в 17 лет. Если мы принимаем 1883 год как год рождения блаженной Матроны, то самое позднее, когда икона могла быть написана и принесена в храм в Успения Пресвятой Богородицы в Себино – 1900 год. Позже она просто физически не способна была бы идти встречать икону, потому что с 17 лет могла только сидеть, ноги у неё были парализованы. А земляки красочно описывали её участие в празднике, в крестном ходе именно на собственных ногах, когда Матрона ходила встречать икону далеко за окраину села.

Икона Божьей Матери «Взыскание погибших» стала настоящей святыней для земляков Матроны. У образа молились о самом заветном, сколько слёз и поклонов видела икона. Достаточно быстро она стала для народа чудотворной. Вот, что писала К. И. Сифарова об иконе Божьей Матери «Взыскание погибших» в родном Себино: «К этой иконе Чудотворной идут люди с любой болью, с любыми болезнями, обращаются люди к ней, и Она помогает. Если нет дождя – засуха – её выносят на луг, среди нашего села и молятся, служат молебен все прихожане и, не успеют прийти люди домой, как пойдёт дождь». Близкая Матронушке З. В. Жданова вспоминала, как именно благодаря чудотворной иконе Божьей Матери «Взыскание погибших» в Себино ребёнком осталась жива после падения с высокого обрыва в Дон.

Несмотря на то что существует множество воспоминаний, в том числе и опубликованных, о создании иконы «Взыскание погибших», в Себино сохранилась одна легенда, по которой образ был не написан, а обретён. Согласно этому преданию Матрона указала в Успенском храме место, где нужно было искать икону. Образ откопали в углу церкви. Данная легенда сохранилась только в устном виде, и никакими фактами не подтверждена.

Икон Божьей Матери «Взыскание погибших», связанных с именем блаженной Матроны, существует две. Кроме первой, которая была написана специально для храма Успения Пресвятой Богородицы и хранилась в этой церкви в родном селе Матронушки, был и второй образ. Его написали снова по просьбе Матронушки, но уже лично для неё. Эту икону называют келейной иконой блаженной Матроны, у которой она молилась постоянно всю оставшуюся жизнь. Кто и когда написал вторую икону Божьей Матери «Взыскание погибших» – келейную специально для Матронушки – неизвестно.

Кроме неизвестного иконописца из города Богородицк, написавшего икону для церкви, о котором упомянули в своих воспоминаниях близкие Матроне люди, в статьях о блаженной всплывает имя ещё одного иконописца – мастера Никиты Люличева из села Монастырщино, расположенного в 10 километрах от Себино. Возможно, именно он написал вторую – келейную икону для Матронушки, но это только предположение.

Сейчас точно не известны даты создания обеих икон. В случае с иконой для церкви можно хотя бы косвенно определить время. А вот год написания второй иконы пока совсем нет возможности определить. Авторы многочисленных статей и книг о блаженной Матроне указывают самые разные годы создания обеих икон – от 1900 до 1923 года включительно, но не приводят никаких доказательств своих версий. Некоторые считают, что сначала появилась келейная икона и только потом икона для церкви, что противоречит воспоминаниям современников Матроны, потому что изначально причиной появления самой идеи – написать именно эту Богородичную икону для храма в Себино – стал сон-видение, в котором сама Богородица попросила Матрону об этом. Скорее всего, первая икона Божьей Матери «Взыскание погибших» по просьбе блаженной Матроны была создана около 1900 года для храма Успения Божией Матери в селе Себино. А вторую такую же икону, вновь по просьбе Матронушки, написали позже.

В 1900 году в жизни Матроны случилось большое несчастье – она потеряла возможность ходить. Конечно, это было потрясение для 17-летней девушки. Однако Матрона восприняла своё новое состояние с достоинством и терпением, как человек благочестивый и глубоко верующий. Такова была воля Божья, и Матрона приняла её. Теперь физический мир вокруг, и без того ограниченный из-за невозможности видеть, ещё меньше оставлял для неё возможностей. До этого она могла сама ходить на службы в церковь, могла уйти погулять в поля, где собирала цветы, да и просто ходить по дому, выходить во двор, посидеть на лавочке. Теперь же она могла только сидеть на кровати или лавке, а для любого перемещения по дому или селу или переезда в другое место ей нужна была помощь кого-то сильного, кто мог её перенести. Это делало жизнь Матронушки ещё более зависимой от людей и их доброты к ней. Новое несчастье совсем не изменило её характер, она осталась такой же светлой, радостной и доброжелательной, так же старалась помогать людям. Поток к ней страждущих не только не иссяк после того, как она потеряла способность ходить, но по-прежнему увеличивался с каждым днём.

Одной из подруг Матрона сказала, что потеряла способность ходить из-за встречи в храме с какой-то женщиной, в подробности она не вдавалась. Основная версия, как Матрона перестала ходить, простая – это случилось в храме, после службы, неожиданно, по неизвестной никому причине. Однако существует и более подробная легенда, как именно это произошло. Согласно этой истории, сохранившейся как сказание, однажды к Матроне пришла односельчанка Надежда Потапова, у которой случилось горе, ей начал изменять муж Алексей, собирался совсем уйти из семьи. До этого супруги жили душа в душу, в семье росло пятеро детей. А тут стал злым, нервным, чужим. Выяснилось, что он нашёл себе любовницу Анастасию, черноволосую и черноглазую красавицу из соседнего села Чебыши. Но и из семьи он не уходил, уверял, что жену любит, но его «будто на верёвке» тянет к любовнице. Надежда горько плакала, просила помочь сохранить семью. Матрона пожалела несчастную женщину. Помолилась, дала ей святой воды. Посоветовала ей заказать о муже молебен в церкви и его в храм повести, но та ответила, что не пойдёт он, так как говорит: «Скучно мне в церкви». Тогда Матрона сказала: нужно чтобы он хотя бы этой святой воды, что она сейчас дала, выпил. И тогда от его блудной страсти и следа не останется.

Через неделю, когда после службы Матрона с родителями вышли из церкви, к ней подошла брошенная чужим мужем Анастасия, на руках у неё был чёрный котёнок. Она со злобой бросила котёнка на ноги Матроне: «Отняла у меня Алексея! Получай!» И быстро ушла. А Матрона упала как подкошенная, и, когда её подняли, она уже не могла стоять на своих ногах. Так это было или нет – точно неизвестно, но сказание такое есть. Однако, может быть, сама возможность потери способности ходить связана и с врождённой болезнью блаженной – анофтальмом. Потому что кроме слепоты из-за отсутствия глазных яблок этой патологии присущи и нарушения развития нервной системы, которые могли в какой-то момент способствовать параличу обеих ног. Сама Матрона объяснила З. В. Ждановой, как она потеряла способность ходить, следующим образом: «Рассказывала она мне, что сидячей она стала так: „Шла в храме после причастия и знала, что к ней подойдёт женщина и отнимет у нее хождение“. Так и было. Сказала: „Я не избегала этого – такова была воля Божия на это!“».

Очень близким человеком с самого младенчества для Матроны оставался священник храма (Успения Пресвятой Богородицы) в её родном селе отец Василий Троицкий, который и предсказал, что девочка станет праведницей. Именно отец Василий сказал родителям Матроны, что если она что-то попросит, то они сразу должны идти к нему, он будет ей во всём помогать. И это своё обещание батюшка сдержал. Помогал своей духовной дочери с иконой «Взыскание погибших», по её просьбе приходил исповедовать и причащать её дома, когда она уже не могла ходить сама. Сколько другой помощи и доброты видела Матрона от отца Василия, мы не можем знать. Понятно только, что священник постоянно поддерживал Матронушку, всем возможным помогал ей и в духовной жизни, и в материальных потребностях, оставаясь для неё настоящим духовным отцом. Когда в 1906 году отец Василий скончался (о чём сохранилась запись в Метрических книгах), Матрона, молитвенно связанная с ним, сразу это почувствовала. «Матронушка однажды ночью вдруг сказала матери, что отец Василий умер. Родители удивились, испугались, побежали в дом священника. Когда они пришли, то оказалось, что он действительно умер, перед этим положив чистый холст на постель, чтобы умереть на чистом холсте» (П. С. Аносова). Смерть отца Василия, конечно, для Матроны стала большой личной потерей.

В дореволюционное время семья Никоновых жила обычной, размеренной, выверенной крестьянской жизнью. Подросшие дети работали в поле вместе с родителями, все вместе занимались хозяйством. Старшая сестра Матроны – Пелагея – в 1892 году вышла замуж (Матроне в это время было 9 лет) за односельчанина Илью Владимировича Горшкова. У Пелагеи с Ильёй было собственное домохозяйство. Через два года после венчания в 1894 году в семье Горшковых родилась дочь Марфа. А вот следующая дочь Мария появилась на свет только в 1903 году.

Сохранились записи о рождении детей в семье Горшковых. После рождения второй дочери – Марии – в 1903-м году следующим появился на свет сын Павел в 1904-м, но он через месяц умер, потом родились ещё два сына (Андрей в 1905 году и Иван в 1908-м).

В 1904 году женился старший из двух братьев Никоновых – Иван (Матроне был 21 год), на тот момент ему было 19 лет. Его женой стала 17-летняя Евдокия, дочь крестьянина Николая Ивановича Федотова. В 1907 году в семье родился первенец, мальчика назвали Дмитрием, возможно, в честь деда – Дмитрия Ивановича Никонова. Сохранились записи о крещении ребёнка, в крёстные к новорождённому позвали Матрону (ей было 24 года). Через два года после рождения сына в семье Ивана Никонова (1909-м) появилась на свет дочь Мария, крёстной которой также стала её благочестивая слепая тётя Матрона. Нет сомнения, что сам Иван и все родные в это время глубоко уважали духовный дар, которым наградил Бог Матрону, потому что, когда в семье Ивана родился второй сын – Василий, то и его крёстной снова стала блаженная слепая сестра. Получается, что Матрона была крёстной трёх старших детей своего брата Ивана. И это говорит о многом, о добрых, дружеских, близких отношениях между братом и сестрой. Нечасто встречается в семьях, чтобы сестра становилась крёстной матерью троих детей собственного брата.

Матрона любила всех своих племянников и племянниц. В воспоминаниях близких часто встречаются рассказы о том, как племянники навещали свою блаженную тётю, как она давала им советы, помогала, а порой, когда они выросли, и они помогали ей. Случалось, что она у кого-то из них жила. Можно сказать, что, не имея родных детей, Матрона много любви и внимания отдавала племянникам как собственным детям, поэтому с детства со многими из них была близка, заботилась о каждом.

Позже (в 1908 году) женился и младший из братьев Никоновых – Михаил. Его женой стала 17-летляя Пелагея Прохорова. У них в 1909 году родилась дочь Елизавета, крёстной матерью которой тоже стала Матрона. Через какое-то время Михаил ушёл в солдаты. Существует два варианта, как именно это случилось. Первый – один из двух братьев Никоновых должен был уйти в солдаты. Оба уже были женаты, у обоих уже были дети, поэтому они решили бросить между собой жребий. В итоге в солдаты пошёл младший брат Михаил. Хотя, может быть, это был сознательный выбор, возможно, решение принимала вся семья. У старшего брата в это время уже было двое или трое детей, а у младшего – только одна дочь. Второй вариант этой истории такой – жребий тянули все потенциальные рекруты в Себино, и было их два десятка, метка досталась Михаилу, он ушёл служить в армию.

В это время в семье случилось большое горе – заболел отец, Дмитрий Иванович Никонов. По общему мнению, человек он был добрый, тихий, богобоязненный. Болезнь свою воспринимал смиренно, но слабел с каждым днём и уже не мог работать в полную силу, как до этого. Он таял на глазах, рак губы в те времена оставался неизлечимым, лекарств и обезболивающих препаратов не было, болезнь протекала мучительно. Рак губы чаще возникает на нижней губе, на поздней стадии больные испытывают сложности с приёмом пищи, появляется неконтролируемое слюноотделение. На губе образуются кровоточащие опухоли, которые постепенно соединяются, на них выступают язвы. Метастазы могут прорастать в кость, случаются разрушения челюсти, дальше происходит поражение всего горла и даже лёгких. Больной теряет вес, у него появляются одышка, кашель, кровохарканье.

Измученный страшной болезнью Дмитрий Иванович Никонов скончался в возрасте 62 лет 27 марта 1912 года (запись сохранилась в Метрических книгах). Несмотря на плачевное состояние его здоровья в конце жизни, смерть его стала большим ударом для родных. Незлобивый, тихий, трудолюбивый, глубоко верующий человек до конца оставался опорой для своих детей, внуков и жены. В воспоминаниях об отце блаженной Матроны Дмитрий Иванович предстаёт человеком глубоко верующим, как и её мать – Наталья Никитична. «Матронины родители – Димитрий и Наталия – любили ходить в храм иногда вместе, и вот мать в праздник одевается и зовет в храм с собою Димитрия, он отказался, не пошёл. Дома он читал молитвы, пел, а Матрона тоже была дома. Мать, находясь в храме, думала о своем муже, „вот он не пошёл“, и все волновалась… Отошла Литургия, Наталия пришла домой, а Матрона ей и говорит: „Ты, мама, в храме не была“. „Как не была? Я только пришла и раздеваюсь!“ А она говорит: „Был отец в храме, а тебя там не было!“» (А. Б. Малахова).

Из рассказа понятно, что Матрона прекрасно понимала, какая глубокая вера в Бога была у её отца. И кто знает, почему отец в тот день не пошёл в церковь, может быть, он уже плохо чувствовал себя, и в том виновата оказалась болезнь. Или он хотел помолиться вместе со слепой, не имеющей возможности пойти в храм из-за паралича ног дочерью. В любом случае его молитва была так искренна и горяча, что Матрона не сомневалась: её отец душой и сердцем находился в храме.

Остаётся только догадываться, какое горе испытывала Матрона, потеряв отца. Пока он, хотя и тяжело больной: оставался жив, она была защищена спаянной вокруг него семьёй. Согласно патриархальным законам, никто не посмел бы спорить с Дмитрием Ивановичем, перечить ему, поэтому слепая молитвенница-дочь оставалась полностью защищённой от любых превратностей и несправедливостей, могла свободно, с его молчаливого согласия, принимать людей, которые бесконечно шли к ней за помощью. Никто не смел оспаривать такое её право, потому что верующие родители полностью её поддерживали.

После смерти Дмитрия Ивановича всё становилось уже не так однозначно. Нужно сказать, что в 1911 году, когда он уже был смертельно болен, во время очередной сельскохозяйственной переписи, всё равно именно он оставался единственным домохозяином, ему принадлежало всё имущество. Даже по переписи 1916 года, когда его уже не было в живых, он числился владельцем домохозяйства. Однако имущественные отношения в семье постепенно стали меняться, что влекло за собой изменение в общении между родственниками. При всём уважении к матери взрослые дети Натальи Никитичны, особенно сыновья, после смерти отца считали себя вправе принимать любые, удобные для них и их семей решения, потому что стали наследниками всего имущества. Для Матроны, как для человека слепого, ограниченного в возможностях, мать и отец с детства оставались главной опорой, самое главное – «её глазами». А после того, как она потеряла возможность ходить в 17 лет, без посторонней помощи не могла передвигаться, ещё и нужен был кто-то, кто постоянно переносил бы её с места на место. Отец всегда оставался половиной (второй была мать) основной моральной и физической поддержки, которая так была необходима Матроне. Со смертью отца она стала настоящей сиротой, пусть к моменту смерти Дмитрия Ивановича ей уже исполнилось 29 лет.

Какое-то время после ухода в мир иной отца жизнь блаженной Матроны продолжала идти по накатанной колее: в постоянной молитве, с ежедневным многочасовым приёмом людей, которым она старалась помочь. Случалось, что Матрона, несмотря на своё тяжелое физическое состояние, в крайних случаях соглашалась посещать особо тяжёлых больных. Так есть воспоминания А. Ф. Выборновой о том, как Матрону повезли на телеге в соседнее село Куликовку к очень больной женщине, которая уже была так слаба, что её опасно было куда-то везти. Она же говорила, что в село Себино к Матроне приезжали люди за сотни километров: «А за сколько километров к ней приезжали – за 200, за 300, и она знала, как человека по имени звать!»

Знала Матрона не только имя приехавшего к ней, но и историю его жизни, и проблему, с которой человек к ней собрался обращаться, что, конечно, сразу заставляло его относиться к данным ему советам с доверием. Однако если, несмотря на явный дар провидения Матроны, люди продолжали в ней сомневаться, она всё равно часто помогала, жалея их. Как, например, в случае, о котором А. Б. Малаховой рассказала её мать, лично знавшая блаженную: «Бабушка Антонины сломала палец, пошла к Матроне, по дороге думала, мне надо идти в Берёзовку, к бабке, ведь она выправляет переломы, ну ладно, зайду вперёд к Матроне, когда Анна пришла, а Матрона говорит: „Мама, кто там пришёл? Анна! Ты ведь, Анна, хотела идти в Берёзовку палец исправить, ну иди, иди!“ Я пошла, идти надо семь километров. Пришла, а бабка говорит: „Да где же у тебя сломан палец? Он здоров!“ И вот пока я шла по дороге, мне Матрона исцелила палец».

Чем старше Матрона становилась, чем больше исцеляла людей своими молитвами, тем большее количество людей обращалось к ней за помощью. Иногда помощи у неё кто-то просил для своего родного человека, порой совсем не верящего в Бога. Но по горячей просьбе близких Матрона бралась помочь и таких гибнущим в неверии людям. Именно так Матрона помогла излечиться от тяжёлого недуга (возможно, инсульта) брату Ксении, старосты храма в Себино. Он не верил в дар Матроны, судя по всему, много плохих слов о ней говорил, но однажды утром племянница Ксении приехала к своей тёте и рассказала, что с отцом несчастье: «Сделался как глупый: руки опустил, глаза смотрят как у дурака, язык плохо говорит». Сестра поехала к брату и повезла его к Матроне. Попросила её о помощи. Матрона сказала ей: «Ну что, поверил, что я ничего не знаю, а сам сделался как плетень!», но потом пожалела мужика, разрешила его привезти. «А брату Матрона сказала: „Благодари сестру, я из-за сестры тебе помогаю“. Почитала над ним, воды дала. На него навалился сон. Он лёг спать здесь, у матери моей. Как убитый уснул. Утром встаёт совсем здоровый. Водички только выпил, да и покропили его. Всё у него прошло» (А. Ф. Выборнова).

Случалось, что Матрона, которая предвидела злые дела, возможные преступления, предотвращала их совсем неожиданными, чудесными способами. Так она предотвратила поджог дома. Об этом вспоминала её внучатая племянница А. Д. Прохорова: «А один раз (или у сестры она жила, или дома) подошел мужик и хотел поджечь дом. Но видит: какой-то человек стоит и стоит возле дома. Раз подошёл, два подошел, а человек все стоит, не отходит, не дает поджигать. Потом мужик этот пришёл к ним с покаянием: „Правда, ваша слепая чего-то знает. Я не смог ничего сделать“».

Остались многочисленные воспоминания, в основном односельчан и родных блаженной Матроны о её жизни в Себино в дореволюционные годы, о предвидениях, сбывшихся предсказаниях, точных советах, чудесных исцелениях больных. Сама плоть от плоти крестьянка, она в эти годы была окружена такими же простыми людьми, заботы и проблемы которых были ей понятны и близки. Пропали ли у кого-то лошади, обокрали ли кого, нет ли у девушки жениха, нужно ли женить сына, продавать ли дом или покупать, как заработать денег, как вернуть загулявшего мужа – мелочей для Матронушки не существовало, каждая чужая проблема становилась для неё своей. И если издалека к ней не так и часто приезжали, то из собственного или из соседних сёл многие люди постоянно обращались к ней за советом, зная, если она что-то скажет, то так и надо сделать, потому что тогда всё будет хорошо. А уж если кто-то болел, то непременно обращался за помощью к слепой Матроне, она поднимала на ноги самых тяжёлых больных. Близкие в основном называли её ласково – Матронушкой или Матрюшенькой, а посторонние часто не церемонились, говорили «слепая». Как всякий духовный дар, её дар молитвенницы вызывал не только восхищение и благодарность, но и ненависть у людей с тёмной душой, и Матрона стойко терпела их озлобление, полагаясь в первую очередь на волю Божью.

Матроне был уже 31 год, когда в 1914 году началась Первая мировая война. Если до этого времени потрясения в стране не слишком затрагивали жизнь обычных крестьян, которая в основном строилась из хозяйственных работ, семейных забот и шла вокруг приходской жизни местного храма, то «большая война», как со временем её стали называть, затронула и многих деревенских жителей. Русско-японская война, длившаяся с 27 января (9 февраля) 1904 по 23 августа (5 сентября) 1905 года, несильно потревожила привычную жизнь на просторах державы, да и шла она где-то далеко на Дальнем Востоке. Так и стачки 1905 года, которые охватили промышленные центры, не слишком волновали крестьян. Совсем другое дело – Первая мировая, она коснулась всех граждан: мобилизация, лишившая крестьянские хозяйства работников, переселение тысяч беженцев, двинувшихся с запада на восток, убегавших от войны, уменьшение в стране свободных денег, когда огромные траты шли на нужды фронта. Трудности военного времени постепенно ослабляли и без того не успевшие стать на ноги после отмены крепостного права крестьянские семьи.

Семью Матроны война тоже близко коснулась, её брат Михаил, которого «забрали в солдаты», теперь оказался на фронте в действующей армии, что, конечно, заставляло родных тревожиться за его жизнь.

Исторический фон: Россия в 1900–1916 годах

Русско-японская война 1904–1905 годов. Поражение России, потеря ею Порт-Артура, южного Сахалина, Ляодунского полуострова. В Цусимском сражении погибает русская эскадра.

Декабрьские вооружённые восстания (1905 года) рабочих в крупных городах России. Баррикады на улицах.

Манифест 1905 года об учреждении Государственной думы. Работа I Государственной думы в 1906 году.

Начало Столыпинской аграрной реформы в 1906 году, свободный выход крестьян из общины с наделами, возможность свободной продажи этих участков земли.

Российский поход в Персию в 1909–1911 годы. Победа России, сохранение её влияния в Персии.

Убийство Петра Аркадьевича Столыпина в 1911 году.

Начало Первой мировой войны в 1914 году.

Неудачи России на фронте – великое отступление 1915 года.

Лето 1916 года – Луцкий прорыв, наступление русских войск, победы в бритвах с Австро-Венгрией и Германией, завоевание Буковины и Южной Галиции.

Глава 5

Революционное время. Братья – коммунисты. Переезд в столицу. Жизнь в Москве, частая смена квартир. События довоенного времени

После смерти отца Матроны главным в семье стал старший из его сыновей – Иван. Человек он оказался предприимчивый, трудолюбивый, деятельный, руководил хозяйством основательно, благосостояние семьи росло. Младший сын Никоновых – Михаил – почти восемь лет не был дома, сначала служил в императорской армии, потом воевал на фронтах Первой мировой войны. В революцию он попал под влияние большевиков, вернулся домой в 1917 году убеждённым революционером.

В родном селе Михаил сразу занялся активной агитацией. Под влиянием младшего брата резко изменился и старший брат Иван, он вскоре примкнул к революционной деятельности и со временем тоже вступил в партию большевиков. При новой власти карьера у обоих братьев-коммунистов начала быстро развиваться. В мае 1917 года себинцы при полном сходе единогласно выбрали Ивана Никонова членом волостного совета – выборного органа крестьянского самоуправления, созданного после Февральской революции 1917 года.

В 1918 году Михаил Никонов стал председателем Себинского комитета бедноты, а в 1919 вступил в партию большевиков. Комбеды были главными органами управления советской власти в деревнях во время «военного коммунизма». Они должны были изымать «излишки» продуктов у крестьян, на самом же деле часто забирали всю сельхозпродукцию, которую находили, вплоть до семян. Реквизировали также скот и сельскохозяйственные орудия. Во многом благодаря их деятельности в некоторых губерниях в сёлах, и так разорённых гражданской войной, начался голод. Комбеды работали рука об руку с продовольственными отрядами. Недовольных политикой комбедов крестьян арестовывали, а упорно сопротивлявшихся подвергали террору. Позже Михаил принимал активное участие в раскулачивании односельчан и создании колхоза.

Понятно, что отношения между православной блаженной Матроной и её родными братьями, ставшими коммунистами, не могли оставаться даже просто нейтральными. С одной стороны, Матрона, которая, как православная христианка, придерживалась всех церковных правил и преданий, была погружена в молитву, считала новую власть глубоко греховной и враждебной церкви. С другой, её братья, убеждённые коммунисты, активисты, не могли принять глубокой веры сестры. Для них молитвенница-сестра, к которой по-прежнему изо дня в день не иссякал поток страждущих, становилась не просто чуждой их убеждениям, но и опасной для их дальнейшей карьеры в партии.

После возвращения Михаила в родное село со временем хозяйство семьи Никоновых было переписано на него. Он стал основным владельцем имущества. В 1919 году, согласно сохранившимся документам, за ним числилось всё домохозяйство, в котором указывались и 11 душ родственников. Однако в 1920 году, скорее всего, произошёл раздел имущества между братьями, потому что с этого года Иван и Михаил Никоновы стали числиться владельцами двух разных домохозяйств. У Михаила с 1920 года значились в доме кроме него самого ещё жена, дочь и сын. У Ивана семья была побольше, в доме с ним жили жена, дочь и три сына. Ни у одного, ни у другого братьев Никоновых, согласно документам переписи, не числились в домах ни мать, ни сестра. Скорее всего, после раздела имущества, доставшегося им от отца, у Ивана и Михаила Никоновых для матери и сестры-инвалида места не нашлось. Возможно, мать кто-то из них к себе бы и взял, но вот слепая парализованная сестра, к тому же известная далеко за пределами села моливенница, судя по всему, ни одному из двух братьев была не нужна. Легко понять, что Матронушка не могла жить без икон, без исповеди и причастия, без молитв, понимала высокую ответственность перед своим духовным даром. Это братьев не устраивало. В свою очередь, Наталья Никитична не могла оставить без помощи и заботы беззащитную дочь-инвалида, по воспоминаниям современников, до отъезда Матроны из Себино мать всё время находилась рядом с ней.

Братья Матроны под воздействием новой идеологии приняли и партийное отношение к окружающим, когда людей больше не считали близкими, если они не разделяли их политические идеалы. Оба брата уже были люди «перекованные», с православными матерью и сестрой «им было не по пути». Сердца их очерствели. Матрона их жалела. Не зря она отвечала матери в ответ на её слова: «Дитя ты мое несчастное!» – «Я-то несчастная? У тебя Ваня несчастный да Миша!» (Е. И. Калачкова).

Можно с уверенностью сказать, что для Матроны отказ от веры обоих братьев стал действительно большим несчастьем, в первую очередь она жалела их как отступников. От сестры оба брата решительно дистанцировались. Если у первых трёх детей Ивана крёстной матерью была Матрона (согласно сохранившимся записям), то больше он сестру в восприемницы не звал. Михаил же родившегося после его возвращения с войны сына крестить не стал, видимо из-за своих новых убеждений.

Где же жили в Себино с 1920 года блаженная Матрона с матерью? У историков есть предположение: в семье старшей дочери Никоновых – Пелагеи. В архивных документах указано, что в доме, принадлежавшем Илье Владимировичу Горшкову – мужу Пелагеи, жили кроме него ещё восемь человек, но в ведомости записаны всего шестеро – жена, две дочери и три сына. Кто же ещё те два человека, которые жили в доме, но не являлись прямыми родственниками Ильи Горшкова? Возможно, это как раз и были Матрона и её мать.

В одном воспоминании, опубликованном в книге З. В. Ждановой, прямо говорится о том, что Матрона жила какое-то время у сестры. «Один раз (или у сестры она жила или дома)», – упомянула об этом и А. Д. Прохорова.

Есть такая поговорка: нет пророка в своём отечестве. Это выражение – перефразированные слова Господа из Евангелия от Матфея: «Иисус же сказал им: не бывает пророк без чести, разве только в отечестве своем и в доме своем». В полной мере подобное касалось и жизни Матроны. Братья и в большей мере сестра не верили в духовный дар их слепой сестры Матрёны. Почитающие блаженную люди удивлялись: как же так – родные люди, братья и сестра, которые изо дня в день видели Матронушку и людей, просивших у неё помощи, сами ей не верили. Близкие, прожившие рядом с ней много лет, видевшие многих, вылечившихся по её молитвам, наблюдавшие чудеса её прозрения будущего, получается, отказывались верить собственных глазам. А. Ф. Выборнова удивлялась: «Брат Матрюшеньке не верил: „Что там она знает?“ Свой родной брат, а не верил».

Вот и родная сестра блаженной однажды в ответ на её предсказание только разозлилась: «Пошла бы ты от меня, слепая!» А Матрона ей: «Не слушаешь, ну как хочешь» (А. Д. Прохорова). И хотя всё всегда случалось так, как предсказывала Матрона, её сестра и братья продолжали не верить, что рядом с ними живёт Божья избранница. Не могли они принять то, что сестра единой с ними крови, слепая, с парализованными ногами, на самом деле обладает необычайными духовными талантами, великим Божьим даром. Остаётся только догадываться, как трудно Матронушке было жить рядом с таким неверием, пренебрежением и порой унижением.

В 1920-е годы усилилось давление на церковь, изымались церковные ценности, повсеместно стали арестовывать священников, монастыри переделывали в трудовые коммуны. У храмов и обителей отбирали собственность, национализировали земли. Открыто и активно работала антирелигиозная пропаганда, церковь изображали врагом государства, откровенно клеветали на верующих. Начались массовые изъятия из обителей и храмов мощей Святых угодников. Мощи оскверняли, вскрывали раки и снимали это на киноплёнку, делая пропагандистские атеистические агитки.

Братья-коммунисты уверенно делали партийную карьеру, им верующая сестра мешала одним фактом своего присутствия. Тем более что Матрона не только не поддерживала новую власть, но оплакивала расстрелянную Царскую семью, жалея царя-батюшку. В Себино, как и по всей стране, всё больше появлялось людей, снимавших с себя кресты, перестававших ходить в храм. А в это время Матрона, не скрываясь и не боясь, продолжала принимать приходивших к ней за её молитвами людей. Поток страждущих увеличивался, потому что среди голода и разрухи в обнищавшей после Гражданской войны стране несчастных и больных людей становилось только больше. Всё чаще блаженной приходилось спасать людей «порченных», бесноватых. Отказывающиеся от Бога люди, оставаясь без Божьей защиты в греховном мире, оказывались с душами открытыми для всякой нечисти. Они остро нуждались в горячих молитвах, но сами уже были неспособны на них. С этого времени икона «Взыскание погибших», у которой всегда молились о погибающих душах отступников, слышала всё больше и больше молитв блаженной о страдающих душевными болезнями, отказавшихся от Христа, оставшихся без духовной опоры людях.

Мать Матроны – Наталья Никитична – старела и слабела, в 1925 году ей исполнилось 74 года (по архивным документам она родилась в 1851 году). В 1920-е годы средняя продолжительность жизни была 58–60 лет, больше 70 лет – такой возраст тогда считался достаточно почтенным. Помогать дочери-инвалиду ей, скорее всего, было уже трудно. Часть близких Матроне подруг в это время постаралась перебраться в города, в основном в Москву, которая в общем-то не так далеко и находится от Себино – около 280 километров. К этому моменту в городах жить было легче, чем в измученных продотрядами и нищетой деревнях. Начавшие вновь работать заводы и фабрики нуждались в рабочих, в том числе неквалифицированных. Появившиеся во время нэпа – новой экономической политики – состоятельные граждане и получавшие высокое жалование чиновники повсеместно обзаводились домработницами и няньками для своих детей. Несколько близких знакомых Матроны и их подросшие дети к этому времени уже работали в Москве на фабриках, домработницами, в разных конторах на низкооплачиваемых должностях (уборщицами, истопниками и т. д.). В Москву и её окрестности перебрались несколько племянников Матроны.

Скорее всего, видя достаточно бедственное положение Матроны в Себино, «новые москвичи» уговорили её переехать в столицу. Большинство исследователей жизни Матроны называют главной причиной её отъезда ненависть к ней братьев-коммунистов. Принято считать, что именно они посодействовали тому, что их блаженная сестра вынуждена была уехать из родного села. Это, безусловно, в какой-то степени так и было. Братья, наверное, сделали всё, чтобы «выжить» сестру, к которой постоянно приезжали люди, прося её помощи и молитв. Можно предположить, что, как члены партии, они должны были постоянно получать замечания из-за сестры. Она им мешала. Приближались времена, когда родственники тех, кому не нравилась новая власть, сами становились для нее врагами, как бы они не доказывали свою лояльность. Поэтому для братьев, сестры и матери Матрона оказалась не просто помехой, а опасным человеком. Тут разговор уже шёл не об убеждениях, а о жизни и смерти, о безопасности всей семьи.

Возможно понимая всю сложность ситуации для своей семьи, Матрона, которая не могла изменить жизнь даже ради родных, предпочла уехать подальше от близких. Её преданность служению, духовному дару, данному ей от Бога, всегда оставалась непоколебимой. С самого детства ни собственное слабое здоровье, ни порой жестокое отношение к ней людей, ни неверие некоторых, даже близких людей не могли заставить её отказаться от духовного призвания. Зная о великой доброте блаженной, можно предположить, что она никогда, ни за что не согласилась бы, чтобы из-за неё кто-то пострадал. Тем более родные люди. Может быть, Матрона готова была пожертвовать собой, стать бездомной, стараясь защитить, спасти близких. Она обладала даром предвидения, кто знает, вдруг её родных ожидали бы репрессии из-за неё – к тому времени уже известной молитвенницы и Божьей угодницы.

Есть ещё одно предположение, касающееся переезда блаженной в Москву. Матрона никогда и ничего не делала без Божьей воли. Ей открывалось будущее, она знала промысел Божий и всегда строго просила людей исполнять то, что было угодно Господу. В воспоминаниях односельчан о периоде жизни блаженной на родине упомянуты всё же в большинстве люди, которые жили достаточно близко от Себино, крестьяне из ближайших деревень. Из дальних мест в её родное село всё же добирались единицы. Без Божьей воли Матрона, без сомнения, не могла покинуть родину. Столь важное решение такой, как она, человек, глубоко религиозный, постоянно погружённый в молитву, не мог принять только по собственной воле. Если бы она осталась в Себино, то не было бы у нас Святой блаженной Матроны Московской. Она могла бы остаться местной почитаемой молитвенницей, богомолкой. В годы атеизма и антирелигиозной политики в провинции ей просто бы не дали «превратиться» в общероссийскую старицу. Церковь постепенно теряла силу и возможности поддерживать крепкую, спаянную духовную жизнь в стране, соединять религиозные центры, повсеместно поддерживать исповедников. Лучшие из лучших становились новомучениками, закрывались храмы, ликвидировались монастыри, священники оказывались в лагерях и тюрьмах.

Может быть, в том была воля Божья, чтобы Матрона перебралась в Москву. В этом, наверное, состоял промысел Господа – блаженная простая женщина из крестьян, неграмотная, одарённая чистым сердцем и глубокой верой в Бога, в то время только оказавшись в столице, могла стать известной на всю страну старицей. Так же, как и прежде, к ней продолжали приезжать с просьбами её земляки, которых она очень любила, но только в Москве среди приходивших к Матроне людей появились и высокопоставленные военные, чиновники, интеллигенция, творческие люди. Сарафанное радио разнесло слух о её духовном даре по всей Москве, а из столицы – и по всей стране. К ней стали приезжать люди из других городов, уже не только из европейской части страны. Если в таком ключе рассматривать переезд Матроны из Себино в Москву, то, конечно, не только в братьях-коммунистах было дело. А в призыве к всенародному служению. Если всмотреться в жития святых, то у многих из них был такой момент, когда из дальних пустынек, из лесов и пещер они по призыву Господа шли к людям – «открывать себя миру».

В некоторых воспоминаниях отъезд Матроны в Москву связывают с именем её подруги Лидии Яньковой. Кто-то прямо говорит, что они уехали вместе, но это вызывает большие сомнения, поскольку никаких подтверждений данному факту нет. Отец Лидии Яньковой умер в 1909, мать – в 1912 году. В революцию Лидию лишили имущества. Однако её не только не арестовали, а выделили небольшой дом на окраине Себино и участок земли (о чем сохранился протокол от 1918 года). Крестьяне хорошо относились к Лидии Яньковой, говорили о ней добрые слова. Так уроженка села Себино А. И. Никулина вспоминала о бывшей молодой помещице: «Барыня держала рабочих, была очень добрая, ценила труд. Все её жалели. В революцию всю её ограбили. А ведь даже многодетным помогала бесплатно». Позже Лидии Яньковой всё пришлось уехать из родных мест, одна из близких Матроне женщин вспоминала, что Лидии пришлось скитаться по миру. Единственное, что известно о её дальнейшей судьбе – предположительно, она умерла в 1940 году в Казани.

В 1925 году Матроне было 42 года (если год рождения 1883), возраст зрелости. Она накопила немалый жизненный опыт. Перед ней прошли сотни человеческих судеб. Многим и многим людям она помогла. Сколько жизней спасла. Всякие болезни и страдания излечивались по её молитвам. С тёмными силами она сражалась и побеждала их. Она «читала» душу каждого, кто приходил к ней, не мог никто скрыться от её прозорливости. Тульская земля взрастила блаженную Матрону и дала её дару окрепнуть, теперь её путь лежал в сердце России, в город, который она называла святым, – в Москву. Так и говорила: «Москва – святой город!»

Скорее всего, поводов для переезда в Москву у Матроны было много – комплекс причин, почему она покинула так любимое ею родное село. Как именно и когда точно это произошло, неизвестно. В воспоминаниях нескольких близких к блаженной людей упомянуто только, что сначала в столице жила она в доме своей односельчанки, которую когда-то излечила, а затем благословила выйти замуж за московского священника – отца Василия, служившего в храме Святителя Николая на Ямах. Церковь эта находилась на Николоямской улице, переименованной в советское время в улицу Ульяновскую. В доме священника рядом с церковью Матрона жила неизвестно как долго, да и до конца сложно понять, что это были за люди – хозяева дома, кроме того, что женщины (или женщина), которые пригласили блаженную к себе пожить, являлись её земляками, а хозяином дома был священник – отец Василий. В остальном в рассказах полная путаница.

Кто-то вспоминал, что в доме на Ульяновской жила «послушница Матроны Пелагея» с её мужем отцом Василием и их двумя детьми, другие упоминают, что эта Пелагея и была недоброй хожалкой при блаженной. В одном из рассказов об этом периоде жизни Матроны встречается фамилия семьи с Ульяновской улицы – Жаворонковы. З. В. Жданова пишет как о своей подруге и близком к Матронушке человеке о Екатерине Жаворонковой, упоминая, что именно у неё и её матери жила Матрона на Ульяновской улице. Она красочно описывает, как блаженная помогла излечиться матери Екатерины от страшных припадков, при этом не называет имени матери и не упоминает отца Василия. У Зинаиды Владимировны есть в воспоминаниях такие слова о Екатерине Жаворонковой: «…до войны, после излечения ее матери, Матушка долго жила у них на Ульяновской». Однако она нигде не упоминает об отце Екатерины как о священнике. Учитывая воспоминания других близких к Матроне людей, всё же в данный момент невозможно однозначно сказать, кто именно жил на Ульяновской улице, в каких эти люди были между собой родственных связях.

Можно точно сказать, что Матрона жила в доме на Ульяновской улице рядом со старинным, известным храмом. Первый каменный храм Николая Чудотворца на Ямах был построен на пересечении дорог на Владимир и Нижний Новгород в XVIII веке жившими в этой слободе ямщиками, до этого на месте каменной церкви стоял деревянный храм. Он располагался в Таганском районе на углу Николоямской улицы и Николоямского переулка, собственно название своё эти улицы получили благодаря имени церкви. Главный престол храма, построенного в XVIII веке, был освящён в честь Святой Троицы. Ещё два придела – в честь святителя Николая и в честь Иоанна Предтечи. К сожалению, в 1927 году храм закрыли, кресты сняли, помещения передали разных учреждениям, а 1950-е годы оставшиеся строения снесли и на их месте построили жилые дома.

Остаётся только догадываться, как рада была Матрона жить в доме священника, практически в церковном дворе. Теперь у неё не было проблем с молитвами, никто не смотрел на неё косо, её окружали верующие, она могла свободно принимать приходивших к ней людей, постоянно исповедоваться и причащаться, молиться сколько её душе было угодно.

Однако спокойная жизнь в семье священника у Матроны длилась недолго. Отца Василия арестовали, судя по всему, в 1927 году, когда закрыли храм, в котором он служил. После ареста гостеприимного, доброго, милостивого батюшки у Матроны наступили трудные времена. Долгое время ей постоянно приходилось менять квартиры. Без прописки в Москве она была вне закона, её в любой момент могли арестовать и, без сомнения, в лучшем случае сразу бы выслали из столицы, а могли и приговорить к тюремному сроку. Почти стопроцентно, что у неё в то время не было паспорта, как и у большинства крестьян. Поэтому прописать её даже при всём желании никто не мог. Для Матроны как для человека, который не мог ни ходить, ни видеть, практически бездомная жизнь была особо тяжела. Её принимали на недолгое время в основном земляки или родственники, но они очень рисковали, давая кров блаженной богомолке, жившей в Москве без документов. Поэтому Матрона при первой же опасности, которую предвидела как человек прозорливый, просила её перевезти на новое место. Часто так случалось, что её увозили, а на следующий день с проверкой приходила милиция. Так много раз она чудом избегала ареста.

Ещё одной сложностью в жизни блаженной всегда было то, что она не могла обходиться без посторонней помощи. Постоянно нуждалась в сиделке. В течение её жизни в Москве у неё было несколько хожалок, в разные годы это были разные люди. В физическом плане Матрона полностью от них зависела. Согласно Толковому словарю русского языка Т. Ф. Ефремовой, хожалка – это «та, которая ухаживает за кем-либо или за чем-либо, заботится о ком-либо или о чём-либо, выхаживает кого-либо; сиделка». Из-за того что Матрона физически оставалась полностью беззащитна, её жизнью во многом распоряжались хожалки. Они решали, когда ей пить или есть, часто по своему желанию могли каким-то людям отказать во встрече с блаженной. Матрона смиренно терпела такое отношение к себе, никогда не роптала. Хотя в воспоминаниях людей, приходивших к ней, нередко встречаются моменты, когда блаженная, услышав голос знакомого человека, настаивала, чтобы его к ней хожалка пропустила. И та нехотя, но подчинялась.

Особенно «злой», по общему мнению близких Матроны, оказалась первая её хожалка в Москве – Пелагея, которая долгое время находилась рядом с блаженной после её переезда в столицу. До конца непонятно – родственница или даже жена священника отца Василия Пелагея и хожалка, которая лет пятнадцать ухаживала за Матронушкой, переезжая с нею с места на место, один ли это человек или тёзки. Скорее всего, что просто имя одно, но люди разные. Очень уж не соответствует образу матушки, жены священника или родственницы священника хожалка Пелагея, которую вспоминали как женщину грубую, наглую, пьющую, склонную к воровству. Скорее всего, некоторые из людей, которые оставили воспоминания о Матроне, но сами лично её не знали, а пересказывали чужие слова, в этом случае могли ошибаться, запутавшись в одинаковых именах.

З. В. Жданова ярко описывала жизнь Матронушки в те годы: «Она жила, не имея своего угла, имущества и запасов, кто пригласит, там она и живет, жила на приношения, которым она не была хозяйка». Особенно печально думать о дурном отношении к блаженной сиделки: «Была в послушании у злой Пелагеи, она всем распоряжалась, пила и отдавала своим родственникам. Без её ведома Матушка не могла ни пить, ни есть. Иногда губы у нее пересохнут, она жалобно просит Пелагею: „Пить хочу“, а та грубым голосом, выпившая, поевшая втихаря, лежа на кровати: „Не время тебе пить!“» (З. В. Жданова). Матронушку спрашивали: как же она может выдерживать рядом с собой такого злого человека, как Пелагея? Но терпению и кротости матушки не было предела. Она всем отвечала, что такова Божья воля, для смирения нужно и таких людей терпеть.

Сказать, что Матрона не имела своего угла, что ей не было где голову приклонить, – это ничего не сказать. Потому что ей приходилось жить и в подвале, и в щитовом домике, и в сторожке, и в соломенной постройке – практически в шалаше. Самое сложное время скитаний по Москве выпало для неё с 1927 по 1941 год. Сейчас невозможно точно посчитать, сколько мест жительства Матрона сменила за эти годы, потому что земляки, на воспоминаниях которых во многом строятся представления о биографии Матроны, в это время бывали у неё редко, часто помнили факты неточно. Многие их рассказы противоречат друг другу, события не совпадают по датам. Поэтому общую картину довоенной жизни Матроны в Москве сложно назвать безупречным полотном. Впрочем, воспоминаний достаточно много, поэтому из них можно всё же составить достаточное, пусть и не абсолютно точное представление о довоенной жизни блаженной.

После того как арестовали отца Николая, мужа послушницы и землячки Матроны, блаженная первое время жила на разных улицах и в переулках Замоскворечья и центра. Дома, в которых она останавливалась, переезжая из одного в другой, часто находились недалеко друг от друга (сейчас бы мы сказали, что находились они в районах станций метро «Новокузнецкая», «Павелецкая», «Арбатская»).

Какое-то время Матрона жила в Вишняковском переулке, недалеко от храма Николы в Кузнецах. Здание храма Святителя Николая в Кузнецкой слободе, сохранившееся до наших дней, было построено 1817 году, на месте разобранной церкви 1491 года. Интересно, что именно в этой церкви хранится почитаемая икона Божьей Матери «Взыскание погибших». Храм не закрывали в советское время, в нём служат и сейчас. Есть воспоминания, что Матрону посещали прихожанки этого храма, когда она жила по соседству. Наверное, её исповедовали и причащали на дому священники этой церкви, потому что она не могла долго оставаться без Причастия.

Жила Матрона и на Татарской улице в двухэтажном доме в подвале у племянницы. Эта улица находится недалеко от Вишняковского переулка. Понятно, что дом не принадлежал племяннице Матроны, наверное, она снимала в нём комнату или квартиру, или ей дали здесь жилье; место для тёти у неё нашлось только в подвале.

Ещё один из адресов, где жила Матрона в столице, – Пятницкая улица. Недалеко от Павелецкого вокзала, снова рядом с церковью – Троицкой. Домик стоял «у трамвайной линии». Церковь Живоначальной Троицы в Вишняках находится на углу Пятницкой улицы и Вишняковского переулка. Первый храм здесь построили ещё в 1630 году, когда здесь поселились стрельцы. Название «Вишняки» связано с именем стрелецкого командира – Матвея Вишнякова. Первый каменный храм построили в 1686 году, затем его разобрали и возвели новый в 1812 году, в Отечественную войну с Наполеоном храм горел и был восстановлен к 1824 году. При советской власти храм был закрыт в 1929 году, возвращён церкви в 1994 году, сейчас в нём идут службы. Создаётся впечатление, что Матрона сознательно выбирала для жизни места, от которых недалеко были церкви.

Где именно жила Матрона у Никитских Ворот, неизвестно. Это уже центр Москвы. Но есть сведения, что в этом районе она тоже недолго у кого-то останавливалась.

Ещё одно место, где жила Матрона, – это Петровско-Разумовское. Только в 1917 году это село вошло в состав Москвы. Массовая застройка в этом районе началась в 1954 году. В довоенные, 1930-е годы это была окраина столицы, по сути деревня с бедными одноэтажными постройками. Поэтому не стоит удивляться, что, по воспоминаниям современников, Матрона здесь жила в «соломенной сторожке».

В одном из рассказов есть упоминание, что Матрона жила и на подмосковной станции Подлипки, но когда именно это было – неизвестно и по какому адресу – тоже.

Накануне начала Великой Отечественной войны Матрона оказалась в Сокольниках, на востоке столицы. Жила в летней фанерной постройке, которую в зимнее время пытались отапливать печкой печкой-буржуйкой, но тонкие стены промерзали, в хижине было неуютно, сыро, холодно.

Однако, какие бы сложные условия жизни у Матроны не были, как бы ей постоянно не угрожал арест, люди продолжали бесконечной чередой идти к ней за помощью. По воспоминаниям близких, в день к ней приходили до сорока человек. Для многих она оставалась единственной надеждой и поддержкой в те времена, когда церкви закрывали, священников и монахов арестовывали, верующих преследовали, рядом с Матроной люди оттаивали душой. В квартирах, в которых ей позволяли пожить, подвалах и сторожках блаженная сохраняла свои иконы, денно и нощно молилась, так часто совершая крестное знамение, что у неё на лбу образовалась от трёх сложенных пальцев ямочка.

Никакие трудности и опасности не могли изменить ласковый, добрый нрав Матронушки. Она оставалась такой же приветливой, милостивой, доброй, сочувствовала людям во всех их горестях. Принимая чужие несчастья близко к сердцу, старалась помочь. Многие её современники запомнили блаженную истинно добросердечной, сострадательной, с золотой душой. Вспоминали, что она часто улыбалась.

Вот одно из описаний внешнего вида Матроны, которое оставила А. Ф. Выборнова: «Ручки маленькие, полненькие такие, пушистые волосы на прямой рядок, черное платье с белыми мушками». «Матрона все время сидела на койке. Ручки маленькие, ножки коротенькие. Я за нее и боялась хвататься», «Матрона ножки поджимала под себя, под юбку. Люди сядут на колени, она одной рукой по голове водит, а другой рукой крестит» – так описывала блаженную А. Д. Прохорова. Ещё одно описание внешности Матроны и как блаженная общалась с пришедшими к ней людьми, оставила З. В. Жданова: «Она была маленькая, как ребенок, все время лежала на кроватке, на боку, на кулачке. Когда принимала, она садилась, скрестив ножки, две ручки вытянуты прямо в воздухе, наложит пальчики на голову стоящего перед нею на коленях человека, перекрестит, скажет главное, что надобно его душе, помолится».

Все близкие вспоминали, что Матронушка была маленького роста – «как ребёнок». Её рост был 148 сантиметров, это немного, безусловно, но всё же речь не идёт о карликовости. О такой болезни говорят, если женщина ниже 120 сантиметров, а 148 – это всего лишь человек небольшого роста.

Есть воспоминания, что Матроне открывался невидимый простым людям духовный мир. С кем она говорила – со святыми, с ангелами – никто не мог знать. Но как рассказала она ещё в Себино матери, что Божья Матерь просится к ним в Успенскую церковь (значит, сама Богородица что-то лично Матроне говорила), об иконе «Взыскание погибших», так и в Москве люди замечали, что блаженная может беседовать с кем-то, а они никого при этом не видят. Вот рассказ Ксении Гавриловны Потаповой о подобном случае, связанном Матронушкой: «Вдруг говорит: „Да, да“. Я спросила, к кому же она обращается, в комнате никого, кроме нас, не было. „Это тебе не нужно знать“, – отвечает. Наверно, она с ангелами говорила».

В одном из рассказов женщины, которая постоянно прибегала к помощи блаженной, есть воспоминание, что, когда у неё умер муж, она очень волновалась за посмертную судьбу его души. И спросила Матрону, как ей облегчить его участь. Блаженная посоветовала ей подать записки «об упокоении» во все церкви, какие та сможет. Женщина написала записки в церквях и стала приходить к Матроне каждый выходной и спрашивать: как там её муж? Блаженная отвечала: «Вижу его каждый день», говорила, что он мечтает попасть в рай, но не знает, как это сделать, и посоветовала женщине: «Ты ему закажи ещё сорокоуст». Та ещё заказала. «А однажды приходит, а Матрона сидит на койке, улыбается: „А что же вы не видели, как я с ним разговаривала?“ И спустя еще некоторое время сказала: „Ну вот, теперь твой Богдан – все, из шкуры вышел. И это все благодаря тебе“» (А. Д. Прохорова).

Земляки, которые привыкли обращаться к Матроне за советом, уже не могли жить без её помощи; оказываясь в трудных ситуациях, они стали приезжать к ней в Москву; узнавая об её очередном месте жительства от других земляков, находили блаженную в любом конце столицы. Матрона тоже скучала по своим односельчанам. А. Ф. Выборнова: «Бывало, только зайдешь – ух она говорит из своей комнаты: „Это наши, наши соскучились обо мне, открывай скорее!“» Иногда блаженная, затосковав по родине, по матери, просила кого-то помочь ей съездить в родные края, повидать близких. Нечасто, но она навещала Себино. Из рассказа той же Выборновой: «Потом она уехала в Москву из деревни, но навещала все равно, из Москвы ездила. Или вызовут, или сама приедет – соскучится по дому, по матери».

Люди, много раз убеждавшиеся в прозорливости Матроны, у которых разрешались благодаря её советам самые трудные ситуации или они получали исцеление по её молитвам, никогда не забывали о ней, обращались к ней всю оставшуюся жизнь. Для многих она становилась практически живым подобием ангела-хранителя, так как постоянно пеклась об их душевном и физическом здоровье, укрепляла в них веру в Бога.

В Москве к блаженной постоянно стали приходить новые просители, услышав о ней от тех, кому она уже помогла. Пообщавшись с Матроной, получив совет или излечившись по её молитвам, они возвращались к ней вновь и вновь. Многие называли её матушкой, им становилась необходима её деятельная любовь, её наставления и помощь. Остались воспоминания разных людей, которым долгое время постоянно помогала Матронушка, превратившись для них в родного человека. В трудные атеистические времена блаженная становилась для многих маяком и опорой, помогая им сохранять огонёк веры, потому что всё, вся её деятельность, вся жизнь была основана на молитве, на горячей любви к Богу.

Рассказ о своей судьбе К. Г. Потаповой из Москвы можно назвать типичным для людей, которые долгие годы обращались за поддержкой к блаженной. Суть его выражена в словах: «Всю жизнь Матрона мне помогала».

Придя первый раз к Матроне в 1935 году, когда та жила у племянницы в подвале двухэтажного дома на Татарской улице, Ксения Гавриловна до самой смерти постоянно обращалась к блаженной за помощью. По молитвам Матроны женщина излечилась от туберкулёза, хотя болезнь была запущенной, в угрожающей стадии. Позже заболела её дочь, и снова девушку «отмолила», спасла Матрона, хотя у той уже началось кровохаркание и «распад лёгких». А после молитв блаженной она выздоровела полностью, её врачи даже сняли с учёта. Когда Потапова не могла найти работу, после обращения к Матронушке, которая пообещала помочь с этой проблемой, должность нашлась сама собой – произошло случайное знакомство с женщиной, которая сама предложила хорошую работу.

У многих людей доверие к Матроне переходило в любовь к ней, в почитание. Нужно сказать, что именно в это время сложилась традиция писать Матроне письма с просьбами о помощи в делах или в избавлении от болезней. Если земляки узнавали, что кто-то из односельчан или крестьян из ближайших к Себино деревень едет в Москву к Матроне, то многие писали блаженной записки. Часто такой человек приезжал в столицу с полным карманом посланий, которые передавал хожалкам. Они потом читали эти письменные просьбы блаженной, и она помогала написавшим. А если дело было срочным, блаженная сразу отвечала на него ходокам, которые его привезли. Об этом вспоминала З. А. Карпина, которая хотя жила в Москве, но была уроженкой Себино: «Моя мама, как только едет в Москву к Матроне, ей изо всех деревень пишут записочки, и она на них отвечает». Эта традиция – писать записки Матронушке – сохранилась и до нашего времени, только эти послания оставляют паломники у мощей Святой блаженной Матроны Московской.

Доверие к Матроне её современников, почтение у некоторых, доходящее до преклонения, вызывало у некоторых людей и простое любопытство. Многим было интересно, как это рядом с ними, в обычном мире живёт кто-то, чьи молитвы слышит Господь! Это что же за человек такой, которого слышит Небо, ведь с Богом и Богородицей могут общаться только ангелы. Как же так произошло, что обычный человек стал близким к ангелам и святым? Что необычного может быть в этой простой крестьянке, инвалиде, почему ей даны такие таланты, исключительные духовные дары? Уже тогда жизнь Матронушки обращала на себя пристальное внимание разных людей, вызывала неоднозначные мнения, а временами становилась для кого-то соблазном. Только к блаженной это не имело никакого отношения. Она относилась к этому даже с юмором.

Однажды к Матроне с просьбами приехали две женщины, одна из которых была односельчанкой блаженной, дочерью церковного старосты из Себино. Другая очень волновалась, где они будут ночевать, так как то ли поздно они приехали, то ли долго им было возвращаться назад. Но Матрона, как только женщины зашли в дом, сразу сказала, что оставит их ночевать у себя: «Я перину-то вам не постелю, а из дому вас не отпущу, места всем хватит». И тут же с улыбкой добавила: «Вот, некоторые приходят, ночами не спят, все караулят, как я буду молиться». Наверное, подобное случалось не раз. Так и получилось и в тот раз, эту ситуацию описала одна из двух женщин – А. Ф. Выборнова: «Я спала как убитая, а Мария Васильевна не спала – караулила». Получается, подсматривала всю ночь за Матроной. Это было обыкновенное любопытство, которое, возможно, мешало молитвам блаженной. Но она всегда была необыкновенно терпима к слабостям людей, в ответ не сделала замечание, не пристыдила женщину за бестактность и дерзость. А спокойно продолжала молиться всю ночь.

О подобном случае (подсматривания за блаженной) вспоминала и Паша, хозяйка домика в Царицыне: «Спала Матронушка на голом кутничке с маленькой подушечкой. Она была мученица. И спала она очень мало. Как-то раз ко мне приехал отец с Колымы, и мы пришли с ним к Матроне и остались там ночевать. Я думаю: „Дай-ка я послежу, что Матушка делает“. Я следила до утра. И до утра она била поклоны и молилась». Однако и в этом случае Матрона легко простила женщине её любопытство, наверное считая его невеликим грехом.

Даже такая преданная Матроне З. В. Жданова тоже не избежала подобного греха, вспоминала: «По ночам Матушка молилась, дремала на кулачке, полулежа. Я как-то ночью подсмотрела, она наклонилась и с кем-то невидимым разговаривала, потом повернулась в мою сторону и говорит: „Ай, ай, ай, зачем ты так?“».

Времена с 1925 года (когда Матрона переехала в Москву) до начала Великой Отечественной войны в 1941 были одними из самых тёмных и страшных для церкви в истории нашей страны. На верующих по всем направлениям шло наступление. Атеистическим государством православная церковь практически уничтожалась. Если в 1917 году в России было 1256 монастырей, то к 1941 году их на всю страну осталось всего 64. Из 78 767 храмов и часовен в 1917-м действующими к 1941 году осталось 3732 – их количество уменьшилось больше чем в 20 раз! За послереволюционные годы количество священников катастрофически сократилось: из 120 тысяч их осталось меньше 6 тысяч. Ещё печальнее выглядит статистика по монашествующим: из почти 110 тысяч иноков осталось чуть больше 5 тысяч.

В эти тёмные для православной церкви времена, когда не только каждый священник и монах, по сути, был исповедником, готовым в любой момент стать мучеником, но и обычные верующие люди подвергались репрессиям. Простой поход в храм, нательный крестик, иконы и Библия в доме могли послужить поводом для увольнения с работы, исключения из института. Самые рьяные атеисты добивались лишения верующих родительских прав – у православных семей отбирали детей. Но и этого безбожной власти казалось мало, преданных своей вере людей из-за работы в церкви или постоянных посещений Божественных литургий арестовывали, судили и отправляли в лагеря и ссылки.

Блаженная Матрона ежедневно жила под угрозой ареста не только из-за того, что у неё отсутствовала московская прописка, главной причиной для него могла в любой момент стать её искренняя, глубокая вера в Бога. Но никакие опасности, никакие трудности не могли заставить блаженную изменить своему служению. Вокруг бушевало атеистическое море новой безбожной власти, а Матрона, как всегда, исповедовалась, причащалась, круглосуточно молилась, вокруг неё всегда на стенах висели иконы и горели лампады. Ни на какие уступки времени она не шла. Приходившим к ней людям она говорила, что они должны ходить в храмы, молиться, носить нательные кресты. К. Г. Потапова вспоминала, что когда она пришла первый раз к Матроне в 1935 году, то та отказалась с ней разговаривать, потому что на женщине не было нательного креста. А та боялась его носить, потому что работала домработницей, её хозяева возмущались, увидев на ней крест: «Бывало, стану подметать, крест выпадет, хозяева мне скажут: „Что ж ты удавленника-то носишь, молодая девушка?“» Вспоминала Ксения Гавриловна ту свою первую встречу с блаженной так: «У нее была послушница, она и спрашивает: „А крест-то на тебе есть?“ Матрона за неё отвечает: „Кто ей давал-то? Они все кресты побросали, только ищут здоровья, чтоб им Бог дал“. Послушница мне и говорит: „Ты надень крест, тогда приходи. Ты к кому пришла без креста?“» Женщина послушалась, надела крест и снова вернулась к Матроне, а потом много лет молилась, ходила в храм, а блаженная постоянно помогала ей и её близким.

Матрона говорила о силе святого креста, наставляла людей так: «Силою Честнаго и Животворящего Креста спасайтесь и защищайтесь». Особенно трепетно она относилась к крестному знамению, сама всё время молилась, крестясь, и других учила почаще делать это. Говорила: «Чаще креститесь: крест – такой же замок, как на двери» (П. С. Аносова). Напоминала, что нужно не забывать крестить еду. З. В. Жданова вспоминала: «У нее на лбу была ямка от пальчиков при крещении крестом. Крестилась медленно, усердно, пальчики искали ямку».

Люди приходили к Матроне с самыми разными вопросами, в том числе не понимая, как Господь попустил, как позволил наступить безбожному времени, почему повсеместно закрывают и разрушают храмы. Матрона отвечала: «На это воля Божия, сокращено было количество храмов потому, что верующих будет мало, служить будет некому» (З. В. Жданова), говорила, что раньше «люди ходили в храмы, носили крест и дома были защищены образами, лампадами и освящением», этим всем надёжно были прикрыты, сохранены от тёмных сил. Отказавшись от Бога, народ остался беззащитным. Матрона всех учила: «Враг подступает – надо обязательно молиться»! (П. С. Аносова).

В конце 1940-х годов Матрона уже точно знала, что России угрожает большая война, что скоро жестокий и сильный враг нападёт на неё. Если другие люди смутно предполагали, что противостояние с фашистской Германией опасно, потому может закончиться открытой войной, то блаженная была уверена – предстоит затяжная, трудная, страшная битва. Почти каждого близкого человека, который приходил к ней в это время, она предупреждала о грядущей войне. Больным советовала лечиться, поехать в санаторий, потому что скоро это станет невозможным. Кто сомневался, ехать в отпуск или нет, настойчиво рекомендовала ехать и хорошо отдохнуть, объясняла, что скоро долго не будет возможности расслабиться и собраться с силами. И только горько вздыхала, когда кто-то не принимал всерьёз её предупреждений и советов. Так, Матрона дала совет москвичке Ольге Носковой в начале 1941 года, которой дали путёвку, а она не хотела идти в отпуск зимой: «Нужно идти в отпуск сейчас, потом долго-долго не будет отпусков. Будет война. Победа будет за нами. Москву враг не тронет, она только немного погорит. Но из Москвы уезжать не надо».

Матроне было заранее открыто, что впереди мир ждёт тяжёлая затяжная война, но наша страна победит и, хотя битва с фашистами будет кровавой, напавших врагов наш народ одолеет. «Еще Матрона как-то сказала мне и всем людям, которые были рядом (а это было в 39–40 году): „Ну, что, вот сейчас вы все ругаетесь, делите, а ведь война накануне. Конечно, много народу погибнет, но наш русский народ победит“» (П. С. Аносова).

Как ни тяжела оставалась перед войной жизнь Матронушки, всё же это были мирные годы, хотя бы относительно сытые. Накануне Великой Отечественной войны ей было около 60 лет, годы временами давали о себе знать, матушка уже быстрее уставала, но всё равно не иссякал поток приходивших просить её молитв, и она, зная, как мало осталось у народа духовной поддержки, продолжала своё служение.

Исторический фон: Россия в 1917–1940 годах

В 1917 году произошла Февральская буржуазно-демократическая революция. Образовано Временное правительство. Государь император Николая II отрёкся от престола. В октябре произошёл большевистский переворот.

В России восстановлено Патриаршество. На Поместном Соборе избран патриарх Тихон.

В январе 1918 году созвано и сразу распущено Учредительное собрание. Создана РСФСР. Создана Красная армия. Заключён Брестский мир. России вышла из Первой мировой войны. Началась интервенция.

Приняты декреты о прекращении выдачи средств на содержание церквей и священнослужителей, и об упразднении военного духовенства, и об отделении церкви от государства и школы от церкви. Духовенство и монашествующие отнесены к нетрудящимся элементам, лишены избирательных прав.

1918–1920 годы. Гражданская война. Военный коммунизм. Продразвёрстка.

В 1919–1920 годах прошла кампания по публичному вскрытию мощей русских святых. За год были вскрыты 64 раки с мощами самых почитаемых святых, в том числе преподобных Сергия Радонежского, Серафима Саровского, Мирофана Воронежского, Иоасафа Белгородского и других.

В 1920 году красные нанесли поражению А. И. Деникину, а затем и П. Н. Врангелю; был расстрелян А. В. Колчак.

В 1921 год начался голод во всех губерниях. Переход к НЭПу (1921–1928). Принят декрет об изъятии церковных ценностей. Попытки священников и прихожан отстоять богослужебные предметы карались расстрелом.

В 1922 году В. И. Ленин тяжело заболел и фактически отошел от дел. Учрежден пост генерального секретаря ЦК РКП(б), который занял И. В. Сталин. Образование СССР.

Обновленческий раскол – создание «Живой Церкви». Её активная борьба с канонической Русской православной церковью и с патриархом Тихоном. Крупномасштабная кампания государства по изъятию церковных ценностей. Суды над патриархом Тихоном и поддерживающими его архипастырями, по всей стране аресты священников.

В 1924 году умер В. И. Ленин.

Патриарх Тихон издал указ о запрещении в служении лжемитрополитов-обновленцев. Жёсткое противостояние церкви с обновленцами, победа над ними.

В 1925 году создан Союз воинствующих безбожников. Болезнь и смерть патриарха Тихона.

Коллективизация (1928–1937). Первая пятилетка (1928–1932). В 1929 году начало индустриализации.

В 1929 году поражение Троцкого в политической борьбе. «Борьба с троцкизмом». Десятикратное увеличение финансирования промышленности (Днепрогэс, Турксиб, Магнитогорский и Кузнецкий металлургические комбинаты и др.).

В 1932–1933 годы по всей стране голод. Введение паспортного режима, ограничение передвижения крестьян.

В 1934 году вступление страны в Лигу Наций. Убийство С. М. Кирова. Начало репрессий. В 1935–1938 годы массовые политические репрессии. Расстрел Л. Б. Каменева, Г. Е. Зиновьева, Н. И. Бухарина, М. Н. Тухачевского. «Чистки» в Красной армии.

В 1939 году конфликт на реке Халхин-Гол. Договор с Германией о ненападении (пакт Молотова – Риббентропа). Нападение Германии на Польшу. Начало Второй мировой войны. Война с Финляндией.

Практическое уничтожение к 1939 году организованной структуры Русской православной церкви, разрушение епархий как административных единиц. К 1939 году на территории России осталось всего около ста соборных и приходских церквей.

В 1940 году присоединение Бессарабии, Прибалтики, Западной Белоруссии и Западной Украины.

Глава 6

Великая Отечественная война. Жизнь во время войны. Семья Ждановых. «Невидимая на фронтах» молитвенница. Миф о встрече блаженной со Сталиным. Чудеса и пророчества в военные годы

Несмотря на настойчивые предупреждения Матроны, которая заранее всем говорила о том, что скоро начнётся большая, страшная война, для людей, даже близких к блаженной, как и для всей страны, нападение Германии стало полной неожиданностью. Близкие Матроне люди будто не слышали её предупреждений. Или не верили им.

В первые дни и месяцы войны люди были сильно испуганы, растеряны. Армия отступала, сдавая один город за другим, что вызывало непонимание у простых граждан. В Москве у многих людей началась паника, не в лучшем состоянии оказались и большинство руководителей. Никто не понимал, что происходит и чем всё закончится. Видя, что враг рвётся к столице, каждый москвич сам для себя решал, что ему делать дальше, как поступить в этот тяжёлый момент. Большая часть молодых мужчин уходила на фронт, другие эвакуировались с заводами на восток. Кто мог по возрасту и по силам, записывались в ополчение, иные отправлялись рыть окопы. Матери бросились спасать детей, увозя их, как им казалось, из ставшей очень опасной столицы. Москва опустела, обезлюдела, закрывались предприятия и учреждения.

Однако Матрона не разделяла всеобщего панического настроения. Она вела ровно такой же образ жизни, как и до войны. Молилась, принимала посетителей, теперь чрезвычайно испуганных, неуверенных в завтрашнем дне, умолявших её посоветовать, как им поступить. Главным для многих москвичей в тот момент стал вопрос: уезжать или нет из столицы?

Успокаивая переполненных тревогой людей, блаженная уверяла их, что Москву немцы не возьмут, наши её отстоят и со временем в столице станет лучше, чем во многих других местах. И гораздо безопаснее, чем в эшелонах, которые шли на восток под немецкими бомбёжками, или в небольших деревнях европейской части России, многие из которых оказывались на линии фронта или близко к нему. Отговаривала она и от жизни в эвакуации, часто голодной, на чужих квартирах, полной бед и лишений. Те, кто прислушался к советам Матроны, никогда об этом не жалели. А вот ослушавшиеся блаженную позднее много раз каялись, что поступили по своей воле, потому что хлебнули горя в военные годы.

Так, по воспоминаниям З. В. Ждановой, её сестра вместе с тремя детьми, матерью и свекровью собралась уехать в эвакуацию, но перед этим решила посоветоваться с Матроной – стоит ли это делать? Блаженная ей ответила: «Никуда не уезжай. А кто поедет, увидит большие муки». Женщина послушалась и никогда об этом не пожалела. А вот другая женщина – землячка Матроны – совета у неё попросила, но сделала по-своему, не послушала блаженную, а поступила так, как ей велел муж-полковник, который решил, что жене и сыну будет безопаснее в Себино, в небольшом селе, расположенном далеко от железной дороги. Женщина с ребёнком уехала в Себино, где они чуть не погибли, когда село занял карательный отряд немцев. Кто знает, сколько раз землячка Матроны пожалела о своём «непослушании».

Так случилось и с внучатой племянницей Матроны – А. Д. Прохоровой, которая тоже жалела, что не послушалась блаженную тётю, не осталась в Москве, а уехала в начале войны в Себино: «Когда война началась, я собралась в Себино. Взяла билет и перед отъездом зашла к Матроне. „Я еду домой“. – „Нет, ты домой не езди“. – „А я уже билет взяла“. – „А кто тебе разрешил?“ – „Я боюсь, тут бомбёжки“. – „Там еще хуже будет“. Я упрямая была, не слушалась. А Матрона говорит: „Ну, потужишь и обратно приедешь“». Блаженная Матрона оказалась права, в войну Себино очень пострадало, многие дома были разрушены (из 150 домой осталось едва ли 30, остальные сгорели), жители натерпелись бед.

Многие земляки Матроны после революции переезжали не только в Москву и ближайшие с Себино городки, но и в Тулу. Когда началась война, туляки волновались: возьмут ли фашисты Тулу? Матрона их успокаивала. Прасковья Кузьминична из Епифани вспоминала: «Когда началась война – немец тут быстро подошел – Матрона передала всем людям, что в Тулу немец не придет: „Не бойтесь, в Туле он не будет“». Действительно, в Тулу фашисты не вошли, а вот в Епифанском районе Тульской области хозяйничали 18 дней. Красная армия выбила их из этого района 13 декабря. И только на один день немецкий карательный отряд занял Себино – 4 декабря. Однако немцы успели за это время сжечь большую часть села, жителей собирались казнить, спасло их чудо – немцы вынуждены были срочно, в панике отступить, хотя всё было готово для расстрела мирных себинцев, в том числе детей.

С самого начала войны Матрона свои молитвы отдавала русским воинам, которые сражались на фронте. Просила Господа им помочь, защитить их. «Когда началась война, матушка просила всех приходящих к ней приносить ивовые ветки, она их ломала на палочки одинаковой длины, очищала от коры и молилась. Пальчики были все в ранках. Часто говорила, что бывает невидимо на фронтах, помогает» (из воспоминаний Александры Антоновны Гуськовой).

Что означали эти молитвы блаженной над её израненными в кровь руками? Что означали эти ивовые веточки? Она брала на себя чужую боль? Закрывала воинов невидимой стеной? Оплакивала погибших? Помогала лечить раненых? Посылала духовную поддержку героям, бившимся с сильным, самоуверенным врагом? Матрона никому не объяснила, зачем именно ей нужны ивовые ветки, но все знали, что когда она склоняется над ними, то она уже не рядом, а душой отправилась куда-то туда, в окопы, в госпитали, в гущу боёв.

В 1941–1942 годах Москва стала прифронтовым городом. Жители страдали от холода, от голода, от неустроенности – работы у многих не было, большинство предприятий были закрыты. Каждый горожанин выживал как мог. Матрона, которая полностью зависела от других людей, вместе со всем городом переносила общее горе войны, но ей, бездомному инвалиду, было сложнее, чем другим. Бездомность становилась для неё совсем тяжкой, теперь люди сами трудно жили, да и законы военного времени были такими строгими, что поселить человека без прописки становилось смертельно опасно.

Какое-то время блаженная гостила в Сергиевом Посаде у родственников, но и там стало небезопасно. В конце концов её перевезли в фанерный домик в Сокольниках. Там она могла жить с хожалкой, никого не подвергая угрозе наказания, потому что этот домик пустовал. Однако жизнь в нём была суровой, неустроенной. Маленький, с тонкими стенами домик отапливался буржуйкой. Это была металлическая печь, которую использовали и для отопления, и для приготовления пищи. Топилась она дровами, которые в войну тоже непросто стало доставать, да и нужно их было немало, потому что летняя постройка плохо сохраняла тепло.

Поздней осенью 1942 года стены фанерного домика в Сокольниках, где в это время жила Матрона, промерзали насквозь. Буржуйка дымила, наполняя комнаты постоянным запахом гари, из-за дыхания людей и приготовления еды смог оставался в паре, который висел в воздухе, холодное помещение не проветривали. В доме было сыро, холодно, душно.

Кто знает, долго ли бы выдержала Матрона жизнь в летнем фанерном домике. Когда наступили бы настоящие холода, лютой зимой 1942 года, осталась бы она жива или нет, оказавшись в не приспособленном для морозов жилище. Никакая буржуйка не справилась бы с лютыми холодами военных зим. Даже при первых морозах, как вспоминала З. В. Жданова, волосы у блаженной, спавшей на лежанке, примерзали к стене так, что их с трудом отдирали.

Не будем гадать, что было бы с блаженной Матроной, не окажись рядом с ней такой человек, как З. В. Жданова. Сейчас можно найти много разных нареканий в адрес Зинаиды Владимировны, дескать, что-то в воспоминаниях о блаженной написала не так, где-то поступила не так, в чём-то ошиблась. Но факт остаётся фактом: в один из самых тяжёлых моментов жизни Матроны именно она протянула блаженной руку помощи. Так случается, что несовершенный человек, а она писала о себе, что порой бывает несдержанной, нервной, увлекающейся, проявляет такую чистоту душевную, что спасает кого-то лучше себя, выше. Может быть даже зная заранее, что этим поступком ставит себя в уязвимое, трудное положение. Во многом это признак жертвенности, особого дара душевной щедрости.

Зинаида Владимировна, несмотря на отсутствие у Матроны прописки и на собственное тяжёлое положение, решила блаженную взять к себе. В это время она только что развелась с первым мужем из-за его неверности. И вернулась из Нижнего Новгорода в Москву к пожилой матери. Отец сидел в тюрьме, женщины не знали, жив ли он вообще, брат воевал на фронте. У неё не было работы, они с матерью, которая получала карточки как иждивенка, с трудом выживали.

Лучше всего иллюстрирует момент переезда Матроны в особняк Ждановых рассказ самой Зинаиды Владимировны: «Я приехала в Сокольники, где матушка летом часто жила в маленьком фанерном домике, отданном „на время“ благодетелями. Была глубокая осень… Я вошла в домик, а в домике сырой, промозглый густой пар, топится железная печка – буржуйка. Я подошла к Матушке, а она лежит на кровати лицом к стене, повернуться ко мне не может, волосы примерзли к стене, еле отодрали… Я в ужасе сказала: „Матушка, да как же это? Ведь вы же знаете, что мы с мамой живем, брат на фронте, отец в тюрьме, неизвестно где, две комнаты у нас – 48 метров, отдельный вход, теплый дом – особняк! Почему же вы не попросились к нам?“ Матушка вздохнула тяжело и сказала: „Бог не велел, чтобы ты потом не пожалела!“».

В этом была вся добрая душа Матронушки – не могла она подвергать опасности близких людей. Предвидя будущее, наверное, знала, что З. В. Жданова тяжело заплатит за то, что у неё поселится блаженная, из-за этого через несколько лет её арестуют, осудят. Она пройдёт лагеря и все муки, с этим связанные. Зинаида Владимировна и сама не могла не понимать, какой опасности себя подвергает, давая кров блаженной, к этому времени в тюрьме находился её отец, но её личная порядочность и любовь к Матронушке оказались выше возможных угроз её собственному благополучию.

Так осенью 1942 года Матрона оказалась в особняке Ждановых, находившемся по адресу Староконюшенный переулок, дом 30, в одном из известных районов Москвы, недалеко от Арбата. Это был не просто дом, а пусть и деревянный, но настоящий дворянский особняк. Когда-то он принадлежал предкам отца Зинаиды Владимировны.

В начале XX века особняк принадлежал дворянину Ивану Дмитриевичу Жданову, состоявшему в близком родстве с известным, влиятельным и богатым родом Дурново. Отцом Зинаиды Владимировны был единственный наследник дворянского рода Ждановых – Владимир. В молодости невестой Владимира Жданова была Ксения Владимировна Шухова, старшая дочь всемирно известного архитектора, девушка утончённая, образованная. Но так случилось, что женился он на кухарке Евдокии Михайловне, прислуживавшей в их доме, доброй, милой, скромной девушке, приехавшей из села Себино. Их (для всех неожиданную) свадьбу в своё время предсказала блаженная Матрона.

Накануне революции у Владимира и Евдокии родилась дочь, которую они назвали Зинаидой. Сначала родители Владимира не принимали крестьянскую девушку как невестку и не признавали внучку. На какое-то время Владимир поселил жену и дочь в Сергиевом Посаде. Но во время революции всё изменилось, наличие родственницы-крестьянки позволило её знатной родне какое-то время избегать арестов. Особняк у них отобрали, но оставили две большие комнаты с отдельным входом.

Двухэтажный особняк, в котором жили Ждановы и куда поселилась Матрона, производил большое впечатление на приходивших к блаженной людей, особенно её односельчан из Себино. Этот дом описан с уважением во многих воспоминаниях, дескать, был красивым, с украшениями и резьбой, особое впечатление на простых людей производили два льва у входа. Мебель в квартире тоже была под стать дому, старинная, дорогая, в обеих комнатах висели картины, фотографии в рамках, лежали белоснежные салфетки, в шкафах стояла дорогая посуда, хранилась целая библиотека книг.

«Мы пришли в Староконюшенный пер. к Евдокии Михайловне, это наша деревенская. У неё большая комната, метров 40, иконы сверху донизу, в трёх углах» (А. Б. Малахова). «Матрона находилась у инженера Жданова, на Староконюшенном переулке. Он был инженером по возведению кессонных работ. Матрона жила одна у Евдокии (девичья фамилия Носкова) в сорокаметровой комнате. Там были иконостас, старинные лампады, занавески тяжёлые. Дом был деревянный, львы на воротах. Часть дома у инженера конфисковали и поселили людей» (воспоминания Василия Михайловича Гуськова из Себино).

Многие из этих вещей из особняка сейчас можно увидеть в Музее Святой блаженной Матроны Московской в Покровском монастыре. З. В. Жданова завещала мебель и достаточно много вещей из квартиры в Староконюшенном переулке Покровской обители, в которой сейчас хранятся мощи блаженной. Также в этом музее находится одежда, которая принадлежала как Зинаиде Владимировне, так и самой блаженной Матроне. Но, главное, здесь хранится множество икон, висевших на стенах в комнате, в которой жила Святая. По воспоминаниям многих современников, в квартире, где жила у Ждановых Матрона, три угла были увешаны образами, горели лампады. Когда говорят о доме человека как о его домашней, семейной церкви, наверное, имеют в виду именно такое жилище: полное ликов святых, лампад, духовных книг, где постоянно звучат молитвы и горят свечи.

Подвиги людей бывают разные – яркие, как вспышка, длящиеся мгновения или минуты, такие чаще случаются на войне или в мирной жизни, когда нужно быстро остановить несчастье, противостоять ему. Другое дело, когда подвиг повседневный, бытовой, часто люди не знают ему настоящей цены, а он порой сложнее, чем быстрый, мгновенный поступок.

Если вдуматься, то скромный житейский подвиг Зинаиды Владимировны и её матери Евдокии Михайловны Ждановых очень дорогого стоит. Многие ли из людей способны приютить в своём доме инвалида, взять на себя ответственность за человека слепого, с парализованными ногами? Практически чужого – Матрона не была им родственницей! В любые времена подобный поступок вызвал бы у окружающих разные чувства: от глубокого уважения до полного непонимания причин подобного выбора. Если ещё и учесть, что к блаженной бесконечной чередой каждый день шли люди, с раннего утра до позднего вечера, то легко представить, как непросто жилось хозяевам. Ведь приходили самые разные люди – несчастные, больные, одержимые, нищие, психически больные. Те, от которых в обычной жизни все стараются отгородиться, держаться подальше. Но именно такие больше всего и нуждались в помощи блаженной.

«Вот здесь-то я видела много… К Матушке приходило иногда по 40 человек, чего только не видели и чего только не узнали…» – вспоминала о тех годах Зинаида Владимировна. В двух предложениях здесь заключено впечатление от всего того, что каждый день происходило рядом с Матроной. Кричали и катались по полу одержимые, к которым потом, после молитв блаженной, возвращался разум. Те, кого вносили в дом на носилках, излеченные, уходили на своих ногах. От крепких, иногда долгих молитв Матроны у людей через время исчезали горбы и грыжи, отступал тогда непобедимый туберкулёз, срастались кости, рубцевались язвы. «Матушка знала все события вперед. Ее жизнь была народ, каждый день поток скорбей и печалей приходящих… Помощь больным людям, утешение и исцеление их. Исцелений было много от ее ручек. Возьмет двумя руками голову плачущих страдальцев, пожалеет, поможет святостью своею, и люди уходили как на крыльях…» (З. В. Жданова).

Вокруг бушевала война, горе, страдания, да и жизнь у самих Ждановых была полна трудностей. Евдокия Михайловна долгое время не имела никаких известий от мужа, отбывавшего срок в лагере, волновалась о воевавшем на фронте сыне. Долгое время не могла найти работу в прифронтовой Москве Зинаида Владимировна, но всё равно они вспоминали время, которое у них жила блаженная Матрона, как самое счастливое в своей жизни. З. В. Жданова писала: «Лучшие дни прожитой мною жизни были дни, когда Матушка жила у нас. Свет тех дней греет до сих пор. В доме перед образами теплились лампады, любовь Матушки и ее тишина окутывали душу. В доме были святость, радость, покой, незримое тепло. Шла война, а мы жили на небе. Жизнь вне святости и веры православной – ад кромешный, усыпление греховное».

Блаженная Матрона переехала к Ждановым не одна. Первым делом вместе с ней приехала хожалка Пелагея, которая постоянно находилась рядом с блаженной, помогая ей со всеми физическими надобностями, едой, питьём, одеждой и т. д. От хамства Пелагеи – женщины злой, грубой, выпивавшей – страдали все, кто жил в квартире Ждановых.

Кроме Пелагеи вместе с блаженной в квартире на Староконюшенном переулке оказалась маленькая девочка – Ниночка. Сколько ей было лет? Тут цифры в воспоминаниях разнятся. Кто-то пишет: «сиротка лет пяти». Кто-то, что было ей три года. И хотя многие называли крошку в воспоминаниях «сироткой», Зинаида Владимиров писала, что мать у девочки была жива, только очень плохо относилась к дочери, совсем не заботилась о ней, морила голодом, холодом, пила, гуляла, в результате малышка оказалась на улице. Об отце Ниночки никто не упоминал: то ли он умер, то ли бросил ребёнка. В любом случае маленькая девочка осталась без дома, без попечения взрослых. Когда и где в своих скитаниях по Москве Матрона, пожалев, стала заботиться о несчастной девочке, неизвестно. Только в добром сердце Матроны нашлось место и для брошенного ребёнка. Сама беззащитная и бездомная, Матрона взяла Ниночку к себе. Ждановы девочку полюбили. Ниночка была ласковой, доброй, милой. По воспоминаниям Зинаиды Владимировны, которая назвала девочку «ангел во плоти», иногда посетители угощали малышку сладостями, но она их не ела, прятала и уже у новых приходивших к блаженной людей спрашивала: есть ли у них дети? Если дети были, то передавала им гостинцы, те самые сладости. Ребёнок вносил радость в жизнь всех, кто жил в особняке Ждановых. Зинаиду Владимировну Ниночка со временем стала называть «мамой Зиной». Однако жизнь у бедной Ниночки оказалась недлинной, где-то к концу войны или сразу после её окончания Ниночка умерла от дифтерита. Все жившие в квартире Ждановых и близкие к блаженной люди очень опечалились. Зинаида Владимировна писала: «Девочка была особенная. И вот, за неделю до своих семи лет она в сутки от дифтерита умерла… Мы страшно все расстроились и плакали».

Нужно сказать, что когда Матронушка с хожалкой Пелагеей и малышкой Ниночкой переехали к Ждановым, то через какое-то время у блаженной и её спутников наконец-то появилась московская прописка. В особняке в Староконюшенном переулке хозяйки сделали всё, чтобы обеспечить прописку всем трём новым жильцам. Зинаида Владимировна в воспоминаниях особо выделила этот факт: «Вскоре к нам приехала Матушка и ее прислужница Пелагея с маленькой трехлетней сироткой – Ниночкой, мы их прописали к себе». Это было необычайно важно! Теперь Матрона могла не бояться, что её арестуют за нарушение паспортного режима. В войну в прифронтовой столице прописка была просто необходима для спокойной жизни.

В 1940 году было принято постановление «Об утверждении положения о паспортах», по которому в местностях, где существовала паспортная система (а это касалось всех городов), без паспортов могли проживать только военные и дети, запись о которых вносили в паспорта родителей или опекунов. Все остальные горожане обязаны были иметь паспорт. А вот сельских жителей этот закон не касался, у крестьян паспортов совсем не было, и передвигаться по стране без особых разрешений они не имели права. Даже временное пребывание крестьян в городах строго регламентировалось: сельские жители могли приезжать только «в города своей области на срок до 5 суток».

Когда горожанину выдавали паспорт, ему нужно было в течение 24 часов оформить прописку – поставить о ней штамп в паспорте. То есть в городах не существовало паспорта без прописки или прописки без паспорта. Постановление выполнялось строго.

Некоторые исследователи биографии Матроны сомневаются, что блаженная имела паспорт. В ответ можно сказать точно – прописать без паспорта в Москве было невозможно. Если прописку оформили, значит, до этого блаженная получила паспорт. Есть ещё одно косвенное подтверждение того, что паспорт у Матроны был – это фотография, которая хранится в музее Покровского монастыря. На ней блаженная аккуратно причёсана и одета в красивую кружевную белую кофточку. Под портретом подпись, в которой указано, что эту фотографию сделали для паспорта. Рядом в витрине висят несколько белых кофт, принадлежавших Ждановым, очень похожих на ту, которая на фотокарточке. Музей создавался при непосредственном участии З. В. Ждановой, и нет причин сомневаться в том, что если она утверждала, что это фото блаженной Матроны для паспорта, то так оно и есть. А необходимость в нём могла появиться только для оформления документа. Иначе не стали бы «мучить» Матрону переодеванием и посещением фотографа. Значит, паспорт у блаженной появился после переезда к Ждановым. Его сделали, чтобы оформить ей московскую прописку.

Кроме Евдокии Михайловны и Зинаиды Владимировны Ждановых, блаженной Матроны, её хожалки Пелагеи и девочки Ниночки в квартире в Староконюшенном переулке всю войну жил ещё и блаженный Митрофаний. Его тоже приютили добросердечные Ждановы. Матронушка очень уважала и любила этого человека. Все его считали настоящим молитвенником, каковым он являлся с юности. Бездомный нищий богомолец нашёл утешение и приют рядом с Матроной, которая, будучи сама беспредельно в мире беззащитной, старалась помочь всем несчастным, кто оказывался с ней рядом. Был ли это бесприютный странник-молитвенник или брошенная, никому не нужная маленькая девочка.

Кем именно был Митрофаний, каково было его настоящее имя, неизвестно, возможно, он сам не знал этого. Со слов Зинаиды Владимировны Ждановой, всё, что он помнил – отроком в революцию его привезли из Петрограда в женский монастырь в районе Вязьмы. И оставили в обители под опекой игуменьи Сарры. Какое-то время, когда он был совсем мал, то даже жил в келье настоятельницы. Странник помнил, что, подрастая, стал работать вместе с монахинями, стегал одеяла. О своём дореволюционном прошлом он рассказывал Зинаиде Владимировне только то, что с родителями жил в Санкт-Петербурге, но остался сиротой.

В обители Митрофаний жил до того времени, пока новые власти не начали массово закрывать монастыри, арестовывая монашествующих. Накануне закрытия монастыря мать Сарра сказала своему воспитаннику: «Монастырь скоро опустеет, всех разгонят, меня заберут, а тебя я благословляю быть странником» (из воспоминаний З. В. Ждановой). Так и оказался Митрофаний без крыши над головой, без родных, без имущества, стал бродить по дорогам от одного места к другому. Добрые люди давали ему приют, делились хлебом, а он обо всех молился. Его любили за то, что он в атеистические, безбожные времена оставался истинным богомольцем, не предавал веру Христову. Конечно, Матронушка знала, кем на самом деле был блаженный Митрофаний, для неё не было тайн, связанных с судьбой любого человека. Может быть, со временем историки, изучая подробно биографию блаженной, установят и имя человека, которого она взяла под своё крыло. Всю войну жил у Ждановых блаженный Митрофаний, светлый, добрый, незлобивый человек, блаженный молитвенник. Богомольцев на какое-то время немного оставили в покое, однако после войны вновь начались гонения, не меньшие, чем в революционные времена. В 1948 году Митрофания, которого Зинаида Владимировна называла «великим прозорливцем и рабом Божиим», арестовали, судили, дали 25 лет. Отправили отбывать срок в Мордовию.

В военные годы поток людей к Матронушке день ото дня только увеличивался. С одной стороны, это происходило потому, что народного горя становилось так много, что для бедных, страдающих людей блаженная порой являлась единственной надеждой и опорой, сами они уже не справлялись с тревогами и бедами. С другой стороны, наконец-то жизнь Матроны в Москве стала достаточно обустроенной, Ждановы её любили, берегли, у неё были прописка, собственная комната, в которой она могла свободно молиться и принимать людей. Больше Матроне не приходилось постоянно менять квартиры, опасаться ареста из-за нарушения паспортного режима. Она больше семи лет, с осени 1942 года по начало 1950 года, жила в особняке в Староконюшенном переулке. В эти годы людям не нужно было искать блаженную по всей Москве, найти её не составляло труда – многие земляки и любившие её москвичи знали, где она живёт.

Мужчины воевали, к Матроне в основном приходили женщины, измученные необходимостью как-то прокормить себя и детей, переживавшие за судьбу своих мужей, братьев, отцов на фронтах. Одним из самых частых вопросов, которые блаженной задавали в войну, был: жив ли муж, сын, отец, брат? Вернутся ли они, не ранены ли, не в плену ли? Матрона кого-то успокаивала, что жив и вернётся. Бывало, что даже если женщина получала похоронку, но блаженная говорила, что на самом деле человек жив, то так оно и было. Солдат возвращался домой. Но уж если она говорила, что солдата нужно поминать, то со временем оказывалось, что действительно он погиб.

Так вспоминала об этом З. В. Жданова: «Много было случаев, когда она говорила приходящим на их вопросы: „Жив? Нет?“ Кому скажет: жив, ждите… Кому: отпевать и поминать. У мамы была подруга, три раза получила извещение о смерти мужа, а Матушка свое „жив, придет на 'Казанскую'! Постучит в окошко…“ Кончилась война, а его так и нет, и вот в 47-м году он пришел, и все так и было. Этот человек и теперь жив – Хиров Тимофей Федорович. Весной 1948 года он достал икону Казанской Божией Матери и пешком от Кутузовки донес ее до Царицыно, где в то время Матушка гостила».

Часто посещавшая Матрону Александра Антоновна Гуськова вспоминала, как в войну приезжала к блаженной спросить, жив ли её муж: «Он аккурат попал в плен, извещение от него пришло: „Пропавший без вести“. Я приехала к Матроне… Я вошла, поцеловала Матрюшу. Спросила про мужа. Она отвечала: „Он придёт. Он у строгих начальников находится“». Так и получилось, муж Александры Антоновны после войны вернулся домой. А. Ф. Выборнова тоже вспоминала, как она приезжала к Матроне в военные годы спросить – живы ли родные: «Матрона говорила: „Брат живой и мужа твоего все время поминаю, муж живой“. И правильно, так всё и оказалось. Брат потом еще много раз ко мне приезжал».

Иногда кто-то просил блаженную помочь не при встрече, а заочно – в молитве, и она помогала. Труднейшие ситуации разрешались как будто сами собой, люди избегали арестов, проверки документов, на судах неожиданно даже прокуроры проявляли добросердечность, арестованных отпускали. Иные ситуации настолько легко и быстро разрешались, что люди воспринимали это как чудо. А Матронушка только улыбалась в ответ, когда человек прибегал рассказать ей, что самые сложные проблемы вдруг рассеялись, отступили. И только по её отдельным замечаниям о произошедшем, случайно сказанным словам с точными деталями человеку становилось понятно, что Матрона была рядом с ним, это её стараниями он спасся от беды или решил свои проблемы.

Кроме того, Матрона, если кто-то сам или его родные просили позаботиться, сохранить в пути, помочь в каком-то важном деле, в таких случаях на расстоянии помогала, защищала. В войну бытовых неурядиц случалось много, люди ездили из городов в деревни обменять вещи на еду, спасаясь от голода, а любая дорога превращалась в полосу опасностей и преград. В то время огромные массы людей перемещались по стране, в эвакуацию и обратно, с заводами, на фронт и назад в тыл. Эшелоны бомбили, сесть на поезда было трудно, люди по несколько дней могли находиться на вокзале, некоторых обворовывали, других арестовывали, если у них не было необходимых проездных документов, которые получить не всем удавалось, поэтому многие рисковали – отправлялись в дорогу без документов. Часто к Матроне прибегали такие несчастные, замученные жизнью люди, и просили: матушка, помоги без проблем одолеть дорогу. И она помогала.

Так в войну Матрона однажды как будто «провела за ручку» одного солдата, который ехал откуда-то с Волги назад на фронт мимо Москвы. В столице у него оставалась семья, о которой он долгое время ничего не знал, но документов, чтобы повидать родных, у него не было. Тогда он, помолившись святому Николаю Угоднику, мысленно обратился к Матроне, попросив её помочь повидать близких, но при этом чтобы его не арестовали и он не стал дезертиром. В результате он доехал до Москвы, в поезде, на вокзале, в городе рядом с ним у всех проверяли документы, а мимо него проходили, как будто не видели его. Каждый раз, когда появлялись проверяющие, парень проходил без проблем мимо них, в этот момент он про себя молился. Зинаида Владимировна так вспоминала тот случай: «Приехал, разыскал семейство, мать его поехала тут же к Матушке, а она ей: „Пусть сын твой поживет дома, ходит по Москве не боясь, я буду все время с ним – устроится“. Страшно было, ведь это дезертирство! Но человек этот верил без сомнений и поступил, как Матушка велела. Потом он влился в армию чудом Божиим и молитв ради Матушки и воевал еще до конца войны».

Количества помощи и поддержки, которую оказывала Матрона во время войны людям, просто не счесть. Верующие в страшные годы фашистского нашествия остро нуждались в молитвенной поддержке. В годы, когда Церковь оказалась практически разгромленной, лишь единицы храмов оставались открыты, во многих городах закрыли вообще все церкви, большинство священников либо оказались в лагерях, либо были расстреляны, в России практически не осталось монастырей, верующие нуждались в молитвенных подвигах преданных Богу православных старцев и стариц. В момент, когда страна, утопая в горе, в крови, противостояла грозному врагу, у людей почти отняли основу их духовной силы – Русскую православную церковь. Может быть, как раз о служении блаженной Матроны в такие времена своему народу и говорил Святой Иоанн Кронштадтский, когда-то предвидя, что станет она «восьмым столпом России». Опорой для русского народа в период официальной политики атеизма.

Стоит задуматься, в какой страшный для Церкви период жила Матрона, какой атеистической страной пыталась сделать Россию советская власть. Вспомнить, что блаженная ни в каком виде её не принимала. Она призывала даже окна закрывать в революционные праздники, считая всё происходящее шабашем тёмных сил. Матрона всячески поддерживала гонимых богомольцев, всегда оставалась преданной священству, пыталась помогать разграбленным храмам, всегда сердечно вспоминала погибшую Царскую семью. Поэтому любое предположение в том, что она могла общаться с кем-то из представителей партийного руководства, которое возглавляло уничтожение Церкви, выглядит нелогичным.

Тем не менее существует устойчивый миф, что осенью 1941 года к блаженной Матроне якобы тайно приезжал Иосиф Сталин. И якобы состоялась беседа блаженной с «отцом народов».

До конца непонятно, откуда именно появился миф «о встрече со Сталиным», потому что в широко известной книге З. В. Ждановой «Сказание о житии блаженной старицы Матроны» эта история передаётся уже со слов каких-то малознакомых автору людей, а не как пересказ услышанного от самой блаженной. Казалось бы, встреча с таким важным историческим персонажем, как Сталин, если бы она состоялась в действительности, имела бы такое весомое значение, что блаженная, которая рассказывала Зинаиде Владимировне о практически всех значимых и мало значимых событиях в своей жизни, хоть раз вспомнила бы и об этом. В книге З. В. Ждановой достаточно подробно изложена биография блаженной. А вот о встрече со Сталиным ни слова о прямом рассказе блаженной об этом, ни намёка. Если в других случаях «Матушка сказала», «Матронушка рассказывала», то тут простая констатация факта (дескать, кто-то говорил, что они встречались), и это звучит из уст напрямую незнакомых с блаженной людей.

Зинаида Владимировна в случаях с другими историями из жизни Матроны прямо говорит о том, что, когда и как именно блаженная ей об этом рассказала или указывает источник информации – человека, которого, как правило, знала лично. Иначе обстоит дело с «мифом о встрече со Сталиным», здесь прямого источника нет – какое именно имели отношение к блаженной Матроне люди, «знавшие о встрече Сталина и Матроны», неизвестно.

Отрывок из книги З. В. Ждановой – цитата из рассказа А. Б. Малаховой: «В августе 1989 года на кладбище, где захоронена мать Матрона, пришла женщина лет восьмидесяти и сказала Антонине, которая постоянно ухаживает за могилой Матушки, что она дочь подруги матери Матроны… Потом она сказала: „Мой дядя, Никита Ермаков, работал во время войны в Кремле, подвозил продукты. Когда немцы приблизились к Москве, вот-вот возьмут, то Сталин готовился к выезду из Москвы. Мой дядя сумел к нему подойти и сказать, что есть такая блаженная мать Матрона, прозорливая, которая может сказать Вам, как поступить: уезжать или нет. И дал адрес. К ней он приезжал, она сказала: „Русский народ победит, победа будет за тобой. Из начальства один ты не выедешь из Москвы““.

Этот рассказ имеет много неопределённостей и логических неточностей. Женщина, которая спустя 37 лет со времени смерти блаженной Матроны, ухаживающая за её могилой, разговаривает с некой незнакомой женщиной, у которой дядя якобы привозил в войну продукты в Кремль. С точки зрения рассказчицы, её дядя, водитель или грузчик, мог запросто, когда захотел, общаться с главой государства воюющей страны, так плохо Верховного главнокомандующего охраняли. Только со слов неизвестного „дяди“, без указания его должности, называя только имя, читателя уверяют, что состоялась встреча Сталина и Матроны. Более того, каким образом „дядя“ вообще смог узнать, что именно сказала блаженная главе государства? Явно он не присутствовал на встрече. Подобное и не утверждается. И в рассказе нет информации, что позже Сталин рассказал „дяде“ о том, что ему якобы сказала блаженная. Также в изложенной истории не утверждается, что „дядя“ был лично знаком с Матроной, поэтому и от неё он не мог узнать подробности встречи. Одним словом, в эту историю невозможно поверить: от начала (какая-то женщина рассказала другой женщине о непонятном „дяде“) до слов, которые якобы сказала Матрона (каким образом это могло стать известно). Однако многие, несмотря на явную несуразицу, поверили этому рассказу.

Почему же миф, появившийся из столь странных рассказов, до сих пор живёт и процветает? Может быть, причина кроется в том, что в книге история о якобы встрече Сталина и блаженной Матроны не заканчивается на описании собственно самой встречи. Дальше идёт снова в стиле „раньше слышала, но не верила“ рассказ „дочери, подруги матери Матушки Матроны“, о том, что в 1964 году, когда та работала в Городской клинической больнице № 1 медсестрой, у них лечился академик А. Н. Бакулев, который ей сказал, что она может спрашивать у него о чём угодно. Она спросила о Сталине: почему его после смерти унизили? Дальше описан разговор медсестры и академика, из которого читатель узнаёт, что Сталин работал сутками, „что ему Берия подсовывал документы, которые вредили Русскому народу и Государству“ и „не было никого, кто раскрыл бы ему глаза на всё“. Понятно, что в приказном порядке отменить культ личности любого политического деятеля нельзя, в реальности поклонение ему будет существовать годы и годы. И в ответ на любые доводы, документы, доказательства люди будут отвечать – он не знал, его обманывали, он непогрешим. Вокруг имени кумира будут возникать мифы, с которыми невозможно бороться фактами или логикой, потому что для человека, почитающего идола, никакие доводы не имеют значения.

Вторит предыдущей рассказчице и другая современница блаженной Матроны – москвичка П. С. Аносова: „Люди рассказывают, что Сталин был у Матроны, она ему не велела уезжать из Москвы, похлопала его по правому плечу и сказала: „Красный петух победит““. В этом варианте мифа Матрона говорит Сталину уже другие слова, отличные от предыдущего варианта („Русский народ победит, победа будет за тобой. Из начальства один ты не выедешь из Москвы)“. Во второй истории совсем неожиданный источник информации – „люди рассказывают“.

Несмотря на такие сбивчивые, туманные рассказы, которые, скорее всего, являются слухами, не подтверждёнными фактами, до сих пор есть и постоянно появляются люди, уверенные, что встреча Сталина и Матроны состоялась. К примеру, в 2008 году в храме Святой равноапостольной княгини Ольги в Стрельне Петродворцового района Санкт-Петербурга появилась икона художника И. И. Пивника „Блаженная Матрона благословляет Иосифа Сталина“. Икона была написана благодаря покровительству настоятеля храма. После возмущения общественности и осуждения действий священника священноначалием икону из церкви убрали, а настоятель сам попросил освободить его от должности. Однако заявил, что „Я верю двум Патриархам – Сергию и Алексию I. Они считали совершенно определенно: Сталин был верующим человеком“. Заявление можно считать спорным. Зная трудные, драматические судьбы обоих патриархов в безбожные времена, трудно представить себе, что они считали кого-то из руководителей Коммунистической партии верующим человеком. Тем более что таковые сами называли себя атеистами.

В одном из интервью этот уже бывший настоятель храма продолжал настаивать на своей точке зрения: „Что же плохого в том, что св. Матрона благословила вождя, который не уехал из Москвы, стал организатором обороны столицы? Причём очень странно, что немцы в Москву не вошли, хотя в отдельные дни имели все возможности занять город. Странные поступки немецких полководцев, не объяснимые логически, а также грянувшие морозы – все это обнаруживает воздействие молитвы Св. Матроны. И я в 70-х годах знал старую женщину Анастасию, которая приезжала в гости к Валентине Катушкиной, известной в Иваново верующей женщине, имевшей благодарственные грамоты от архиепископа Амвросия. Москвичка Анастасия была свидетельницей визита И. В. Сталина к св. Матроне. Впрочем, сам Сталин не хотел, конечно, широкой огласки, и Анастасия рассказывала эту историю чуть ли не шёпотом, хотя были уже 70-е годы. В своё время рассказ Анастасии просто потряс меня. Приход Сталина к Св. Матроне – это событие из жития Святой. Икона не лжёт, она сообщает благочестивую правду о покровительнице Москвы“.

Известный публицист протоиерей Владимир Вигилянский, пресс-секретарь патриарха Алексия II, после появление в храме иконы „Блаженная Матрона благословляет Иосифа Сталина“, которая породила дискуссию о „святости Сталина“, писал: „Разговоры о святости Сталина – кощунство над памятью мучеников, которые погибли во время сталинского режима, ведь при Сталине никто так не пострадал, как духовенство, которое было истреблено почти на сто процентов. Произошло дисциплинарное нарушение: клирик не имеет права вешать в храме неканоническую икону“.

В наши дни по-прежнему в некоторых храмах России имеются пусть не отдельные иконы с изображением Сталина и Матроны, а клеймы на иконах Святой блаженной Матроны Московской, на которых показана „встреча“.

Что касается людей, которые настаивают на том, что Сталин в 1941 году приезжал к блаженной Матроне и они беседовали, то большинство из них – приверженцы коммунистических идей. Именно люди, считающие Сталина „святым человеком“, обращались к Русской православной церкви с предложением его канонизировать. Благодаря в том числе и их усилиям в наше время появляются „иконы с изображением Сталина“, его статуи, одну из которых в Великих Луках освятил местный священник.

Однако не только приверженцы сталинских идей, но и некоторые верующие люди и даже священники считают возможным поддерживать версию встречи Сталина и блаженной Матроны.

Одним словом, вопрос о том, встречался ли Сталин с блаженной Матроной, не праздный, не мелкий, потому что положительный ответ влечёт за собой серьёзные последствия. Это один из поводов для почитателей Сталина – считать его верующим человеком и требовать к нему соответствующего отношения, вернее, изменения взгляда на его действия, поступки и политику.

Русская православная церковь высказала свою позицию однозначно – никакой встречи Святой блаженной Матроны со Сталиным не могло быть в принципе. Даже предположение о возможности такой встречи церковь считает кощунством. В период работы по подготовке к канонизации Святой блаженной Матроны Московской историки, учёные из Московской духовной академии специально проверяли документы, в которых могли быть указаны факты, хотя бы в чём-то намекавшие на возможность встречи блаженной Матроны со Сталиным. Они пришли к однозначному выводу: такого события не было. Синодальная комиссия по канонизации святых также подтвердила, что ни в одном историческом документе нет и намёка на то, что Сталин посещал блаженную Матрону. Комиссия однозначно пришла к мнению, что это слухи, фантазия и небылица.

Работавший над документами для канонизации и над житием Святой блаженной Матроны богослов и философ, насельник Московского сретенского монастыря иеромонах Иов (Гумеров) писал: „Бытует миф о том, что И. Сталин приезжал к блаженной старице Матроне. Это совершенно невозможно предположить из того, что мы знаем о жизни этой дивной угодницы Божией. В 1997 году священноначалие поручило мне подготовить материалы к канонизации Матроны Никоновой. Приходилось по крупинкам собирать о ней сведения. Нет ничего, что могло бы подтвердить приезд к ней Сталина. Она была гонимой. В любой день была готова к аресту. Такое положение сохранилось до самой ее смерти 2 мая 1952 года. Попытка представить жестокого гонителя Церкви верующим христианином и благодетелем Церкви опасна и может принести только духовный вред. Так размываются границы добра и зла“.

Нужно сказать, что жизнеописание Святой Матроны в авторском изложении З. В. Ждановой членами Комиссии по канонизации было признано не соответствующим статусу жития. Одной из причин этого стало именно упоминание о якобы встрече Сталина и блаженной Матроны, которое категорически было признано ложью, порождённой слухами.

В итоге можно сказать, что в вопросе о реальности мифа о встрече Иосифа Сталина и блаженной Матроны мнения кардинально разделились. Первая, большая часть людей, почитающих блаженную – во главе с Русской православной церковью и церковными историками – категорически отвергает возможность подобного события. Вторая часть людей – склонных к почтительному отношению к Сталину или нейтрально к нему относящаяся – верит в то, что он ездил к блаженной за советом, и она доброжелательно с ним говорила и, по мнению некоторых, даже благословила его. Обе группы людей уверены в правильности своего мнения. Никакое научное обсуждение данного вопроса с изучением исторических материалов, воспоминаний, архивов в настоящее время не представляется возможным, потому что эмоциональный накал по-прежнему берёт верх над фактами и реальной информацией.

* * *

С первого дня войны блаженная Матрона всеми силами, всеми молитвами была рядом со своим сражающимся народом. Конечно, блаженная лучше других понимала, что победить страшного врага можно только с Божьей помощью. Как святой человек, она жила в особом мире – в её бытии земные молитвы соприкасались с Небом. Блаженные способны иначе чувствовать сущее, не как обычный человек. Господь всегда присутствовал в её душе, через него она воспринимала мир. Матрона помогала людям не только по их просьбам, но и по причинам, обычному человеку непонятным. Матрона молилась за воюющую Россию, помогала воинам не по чьему-то ходатайству или из-за чьих-то рассказов. Только такие молитвенники, как она, могли ясно чувствовать душу и чаяния народные. Как „восьмой столп России“, блаженная все силы отдавала тем, кто сражался на фронтах и страдал в тылу. Люди, веря в это, шли к блаженной непрерывным потоком.

Небольшие послабления для православной церкви во время Отечественной войны носили в основном пропагандистский характер, на деле из тысячи ранее закрытых монастырей вновь открыли только Троице-Сергиеву Лавру и ещё несколько обителей. Если в начале войны было около 4 тысяч работающих храмов по всей стране, то потом разрешили вновь служить ещё в 6 тысячах (для сравнения: до революции в стране было около 100 тысяч храмов), да и во многих из вновь открытых церквей не было священников, большинство из которых были расстреляны. Возвращали полуразрушенные помещения, без икон и утвари, часто без куполов и колоколов. Да и сама статистика вызывает сомнение в её точности, потому что в войну многие храмы, считавшиеся работающими, оказались разрушены. Трудное положение церкви делало абсолютно каждого священника, монаха, молитвенника необычайно ценным для духовной жизни народа.

Церковь страдала от войны так же, как и остальная страна. Так же на службах не хватало всего необходимого, так же гибли во время обстрелов и бомбёжек священники, умирали от голода и болезней. Церковные здания становились мишенью для вражеской артиллерии. После войны многие из них оказались в руинах.

Тяжёлая участь постигла во время войны храм Успения Пресвятой Богородицы на родине блаженной Матроны в селе Себино. Он не был полностью разрушен, но сильно пострадал. Матрона заранее знала о печальной судьбе любимого храма, рядом с которым выросла, службы в котором многие годы посещала. «Матрюша говорила про церковь: „Обдерут нашу церковь „Успение“. Обдерут „Успение“, снимут иконы, облупят весь храм Успения Божией Матушки. В войну так и было“» (рассказ Клавдии Павловны Горячкиной).

Как только враг отступил, Матрона сразу начала помогать всем, чем могла, чтобы церковь в её селе вновь открылась. А в Успенском храме почти не осталось икон, не было колоколов. Блаженная находила иконы, колокола и передавала это на родину в Себино. «Однажды приехала я в Москву к Матрюше, она мне говорит: „Езжай домой, вези колокол в церковь и икону „Покров Пресвятой Богородицы“. Я испугалась, что тяжело нести. А она говорит: „Как перышко понесешь, не учуешь“. И довезла. Колокол был серебряный, а как звенел!“» (А. Ф. Выборновой).

Война закончилась, Победа для всех стала большим счастье. Только горе, которое война породила, никуда не делось. Истерзанные бедами люди – потерявшие близких, искалеченные, обнищавшие – пытались залечить телесные и душевные раны. Поэтому посетителей в послевоенные годы у блаженной Матроны стало не меньше, а даже больше, чем в войну.

Исторический фон: Россия в 1941–1945 годах

22 июня 1941 года – нападение Германии на Советский Союз. Начало Великой Отечественной войны.

8 сентября 1941 – 27 января 1944 года – блокада Ленинграда. Прорыв блокады – 18 января 1943 года.

30 сентября 1941 – 20 апреля 1942 года – битва за Москву. 17 июля 1942 – 2 февраля 1943 года – Сталинградская битва. 5 июля – 23 августа 1943 года – битва на Курской дуге.

7 ноября 1944 года – вся территория России освобождена от фашистских оккупантов. Граница полностью восстановлена на всём протяжении от Черного моря до Баренцева.

9 мая 1945 года – капитуляция Германии.

Август 1945 года – военные операции в северо-восточном Китае, Корее, на острове Сахалин и Курилах. Японские войска в беспорядке бежали. 2 сентября 1945 года – Японией подписан Акт о безоговорочной капитуляции. Завершение Второй мировой войны.

Потери СССР в Великой Отечественной войне: общие людские потери (военнослужащих и гражданского населения) – около 27 миллионов человек, количество утраченного национального богатства страны – 30 %, а в районах, подвергшихся оккупации, – около 67 %.

В годы войны происходило целенаправленное уничтожение фашистами православных святынь по прямому указанию Гитлера: «Памятники искусства на Восточном фронте не имеют значения и подлежат разрушению».

Большинство церквей были уничтожены в Смоленске, Полоцке, Новгороде. Немцами в Полоцке был украден уникальный напрестольный крест преподобной Ефросинии Полоцкой.

В знаменитой Святой Софии Новгородской (XI век) был разрушен центральный купол. Погибла уникальная фреска Пантократора. Бесследно исчезла часть богатейшей ризницы: иконы XVI века, иконостасы, резные позолоченные царское и митрополичье место, уникальное паникадило, подарок царя Бориса Годунова. При отступлении немецкие солдаты снимали с куполов храмов всю позолоченную медную обшивку. Остался без кровли собор Юрьева монастыря, фашисты полностью разрушили Хутынский монастырь. Десятки храмов стояли в руинах, некоторые погибли безвозвратно, в них сгорели уникальные фрески, иконостасы и древние иконы. Храм Спаса на Нередице (XII век) прицельным огнем был уничтожен немцами полностью.

Отступая из Пскова, немцы пытались уничтожить все православные монастыри и храмы. Относительно нетронутыми остались только четыре храма, остальные пытались взорвать. Был взорван храм Савиной пустыни (XV век) с древним иконостасом. Сильно пострадал Снетогорский монастырь, пострадали фрески 1313 года. Была взорвана колокольня-храм (XVII век), от которой не осталось даже фундамента и т. д.

В Подмосковье был практически стёрт с лица земли Ново-Иерусалимский монастырь, ценности были украдены из хранилищ его музея.

Церковь лишилась многих святынь. Например, чудотворной иконы Тихвинской Божией Матери, похищенной фашистами из Тихвинского монастыря в декабре 1941 года.

Посещая после освобождения окрестности Ленинграда, митрополит Алексий (Симанский) писал: «Прекрасный Петергофский собор стоит с разобранными куполами, с которых немцы содрали золотые листы, с разбитыми стенами, зияющими окнами. Говорят, они простреливали из пистолетов иконы в Петергофском соборе. Другие церкви представляют еще более удручающее зрелище. Разбита церковь Серафимо-Дивеевского подвория, совершенно разрушена кладбищенская церковь в Старом Петергофе. Там собрались спасаться от бомбежки верующие… Теперь как памятник позорного фашистского злодейства лежит на земле огромная груда красных кирпичей, напоенных кровию русских жертв германского зверства (в храме погибло более 2 тыс. человек)».

Фашистами уничтожались не только старинные церкви, имевшие художественную ценность, но и обычные, ничем не примечательные храмы. Многие церкви в местах активного партизанского движения становились братскими могилами, в них каратели сжигали местных жителей в наказание за сотрудничество с партизанами.

В числе документов обвинения на Нюрнбергском процессе был представлен отчёт о потерях Русской православной церкви в годы войны, в нём приводились следующие цифры: немецко-фашистские захватчики уничтожили и повредили на территории СССР, подвергшейся оккупации, 1670 церквей и 69 часовен. Ущерб от порчи и разграбления церковного имущества ориентировочно был оценён в 6,024 миллиарда рублей в тогдашних ценах. Но все понимали, что погибло много бесценных вещей – старинных икон и утвари, фресок, иконостасов и т. д.

20 ноября 1945 – 1 октября 1946 года состоялся Нюрнбергский процесс (Международный военный трибунал над нацистскими преступниками в городе Нюрнберг в Германии). На нём был представлен отчёт о причинённом СССР материальном ущербе в ходе нападения Германии:

– немецко-фашистские захватчики и их союзники разрушили 1710 городов и более 70 тысяч сёл и деревень,

– лишили крова около 25 миллионов человек,

– уничтожили около 32 тысяч промышленных предприятий,

– разрушили 84 тысячи школ и других учебных заведений,

– разграбили 98 тысяч колхозов и т. д.

Из общей суммы военных расходов и экономических потерь четырех стран-победительниц (СССР, США, Великобритания и Франция) на СССР пришлось 53 %. Цифры показали, что основную ношу в победе над фашистской Германией вынес Советский Союз.

На Нюрнбергском процессе первые лица Германии были признаны виновными в совершении военных преступлений, преступлений против мира и человечности.

Глава 7

Жизнь после войны. Помощь людям, израненным войной. Аресты близких людей. Последние годы перед уходом. Предсказание даты собственной смерти. Словесное завещание

Тяжёлая, затяжная мировая война закончилась, но раны, которые Великая Отечественная нанесла людям, не могли исчезнуть сами по себе. Предстояло годы и годы залечивать последствия – рубцы и увечья, оставшиеся не только на телах, но, что не менее страшно, на душах людей. Со своими болями люди шли к Матроне. Часто даже те, кто, казалось бы, уже давно не верил в Бога, не находя нигде помощи, становясь на грань отчаяния, обращались к блаженной. В это время Матроне было уже больше 60 лет, не только близкие, хорошо знавшие её люди, но и тот, кто впервые видел блаженную, воспринимал её как мудрую старицу, принимая её советы как материнские.

Ярким примером того, какие люди стали приходить к Матроне после войны, может служить история, которая случилась в 1946 году. Рассказала её З. В. Жданова, ставшая свидетельницей произошедших событий. Однажды в особняк в Староконюшенном переулке, где тогда жила Матрона, пришла близкая знакомая блаженной – Татьяна. Она привела с собой «женщину-комиссара», которая прошла войну и только что вернулась с фронта. У фронтовички было большое горе – муж погиб, а единственный сын сошёл с ума. Она сказала Матроне, что пришла к ней от отчаяния, потому что сына даже к лучшим европейским врачам возила, но никто его не может вылечить. Блаженная пообещала помочь, но спросила у несчастной матери: «Господь вылечит твоего сына, а ты в Бога поверишь?» Женщина честно призналась: «Я не знаю, как это: верить!»

Матрона больше ни о чём не стала спрашивать женщину, а дала ей пузырёк с водой, над которой прочитала молитвы. Сказала, чтобы та поехала в больницу, попросила о встрече с сыном: «Поезжай сейчас же в Кащенко, договорись с санитарами, чтобы они его крепко держали, когда будут выводить его, он будет биться, а ты постарайся плеснуть этой воды ему в глаза и обязательно попади в рот».

Через время женщина вернулась к Матроне и на коленях благодарила её, потому что, когда она сделала всё, как сказала ей блаженная, её сын выздоровел. Больше всего женщину поразило то, что, когда санитары сына привели, он бился в их руках и кричал, чтобы она выбросила то, что у неё в кармане (а там лежал пузырёк с водой, который дала Матрона). Мать не могла понять, откуда сын мог знать о пузырьке. Как мог догадаться, что у неё в кармане что-то есть? После того как вода от блаженной попала ему в лицо, в рот, парень сразу сказал, что ему стало хорошо, и «глаза его стали прежними». Вскоре его выписали абсолютно здоровым.

В воспоминаниях близких к Матроне людей постоянно повторяются рассказы о том, как блаженная излечивала людей «порченых», страдавших душевными болезнями. Такой человек переставал владеть собой, у него случались разного рода припадки, или что-то внутри его «жужжало», или что-то мешало дышать, или он совсем забывался, терял себя, будто превращаясь совсем в другую личность. Как правило, в таких случаях врачи оставались бессильными. Какими бы средствами и связями ни обладали родственники больного, какие бы большие деньги ни тратили, чтобы помочь несчастному, всё было тщетно. Только Господь, услышав молитвы Своей угодницы, мог исцелить, казалось бы, потерянную, погибающую душу человека.

Однажды часто бывавшая у Матроны москвичка П. С. Аносова в дороге случайно познакомилась с военным и его женой, которые везли из психиатрической лечебницы домой восемнадцатилетнюю дочь. Прасковья Сергеевна вспоминала, что мужчина был в чинах – генерал. Неожиданно девушка прямо в поезде вдруг начала лаять по-собачьи. Пожалев больную, Прасковья Сергеевна предложила отвезти её к Матроне. Генерал сначала и слышать об этом не хотел, считал, что рассказ о молитвеннице, которая помогает людям, – это всё выдумки, но его жена поверила, ухватилась за возможность, как последнюю надежду, и настояла на своём. В итоге они все вместе приехали к Матроне.

Дальше случилось с девушкой для всех удивительное, так это вспоминала Прасковья Сергеевна: «Стали ее подводить к Матронушке, а она сделалась как кол, руки-ноги как палки, на Матушку плевала, вырывалась. Матрона говорит: „Бросьте, она теперь уже ничего не сделает“». Матрона молилась, а больная, упав на пол, извивалась и кружилась, потом уснула на целых трое суток, а когда очнулась, то даже сразу не поняла, где она находится. Перестала вести себя странно, больше не лаяла, стала совершенно здорова. Генерал предлагал Матроне любое вознаграждение за её помощь – деньги, дачу. Но блаженная от всего отказалась, сказав, что ничего ей не нужно.

Время от времени подобные истории повторялись: когда блаженная помогала людям состоятельным или их родным, те в ответ предлагали ей большие деньги, машину, дом, дачу, но она всегда отказывалась. Богатство, которое так ценили люди от мира сего, ей, Божьему человеку, не представлялось важным. Не могло быть в её жизни даже намёка на то, что за свой дар от Бога она могла бы получать плату от людей. Нет и ещё раз нет. Никакие «материальные дары» ей не были нужны. Матронушка помогала страждущим как мать, из любви и участия, отдавая этому служению всю себя. Её подвиг был бесценным, потому что никто не может назначить цену действенной молитве к Богу.

Помощь больным людям, предвидение будущего, точные советы – в этом были ежедневные будни Матроны. Однако иногда она помогала кому-то и материально, передавая деньги, которые оказывались у неё в руках, тем, кто в них нуждался. Или после разговора с Матроной через какое-то время человек вдруг откуда-то получал необходимую сумму на свои нужды. Об одном таком случае вспоминала Паша (хозяйка дома в Царицыно): «Одна женщина ходила несколько раз к Матроне: ей очень хотелось съездить в монастырь, а денег не было. И вот как-то раз опять пришла она к Матроне, а та, прочитав ее мысли, говорит ей: „Ну что, я вижу, тебе хочется съездить в монастырь? Ну ничего, съездишь, съездишь в монастырь и деньги у тебя будут“. А через несколько дней пришла незнакомая женщина и принесла сто рублей. Дает деньги и говорит: „Ты хочешь съездить в монастырь, вот тебе сто рублей“. Та женщина очень удивилась и обрадовалась: она уже и не надеялась, что так скоро ее желание исполнится».

Также есть множество воспоминаний, когда к Матроне обращались с просьбой помочь найти работу. В этих случаях после обещания блаженной помочь вскоре вакансия находилась как бы сама собой. Человек встречал кого-то, кто предлагал ему работу. Хотя до этого безрезультатно её искал долгое время.

Однако иногда Матрона помогала и в совсем необычных делах, в таких, которые, казалось бы, не по силам были необразованной женщине из сельской глубинки. Так в 1946 году З. В. Жданова оканчивала архитектурный институт, ей нужно было написать диплом. Но отношения с научным руководителем у неё не сложились. Он отказался помогать своей студентке, заранее заявив, что она диплом не защитит. Зинаида Владимировна была в отчаянии, ей нужен был документ об образовании, потому что она надеялась, окончив институт, найти хорошую работу. Получилось так, что ей пришлось стать главным кормильцем в семье.

Пожилая мать болела, отец сидел в лагере, ему постоянно отправляли посылки, потому что он страдал от недоедания и из-за этого болел. Высшее образование позволило бы Зинаиде Владимировне хорошо зарабатывать, но враждебность научного руководителя лишала её возможности подготовить достойный выпускной проект. За две недели до защиты преподаватель злорадно сообщил, что ей точно ни за что не успеть закончить диплом. Вернувшись домой, она залилась слезами от обиды на несправедливое отношение, от бессилия. Матронушка её утешала, сказав, что она сама ей поможет. И защита обязательно состоится.

Вот как вспоминала тот день Зинаида Владимировна: «И вот Матушка говорит: „Поедем мы с тобою в Италию, во Флоренцию, в Рим, посмотрим творения великих мастеров…“ И как начала перечислять улицы, строения, остановилась и показывает мне Палаццо Питти, потом и говорит: „Вот другой дворец с арками въезда, сделай так же, как там: три этажа низа здания крупной кладкой и сделай две арки въезда“, я была потрясена ее ведением. Утром я прибежала в институт, наложила кальку на проект и быстро, коричневой тушью нанесла ее указания…» В итоге Зинаида Владимировна с успехом защитилась. Комиссия назвала её проект отличным.

Для обычных людей казалось чудом, как, откуда, почему Матрона могла знать вещи, которым не училась, о которых точно не могла ни от кого слышать. Как могла не просто их знать, но понимать тонкости, логику, разбираться в деталях. Что это была за уникальная способность черпать информацию из каких-то особых источников единого Божьего мира?

В откровенных разговорах Матрона признавалась, что Господь ей позволил «увидеть» всю красоту земли. Её физическая слепота была преодолима дарованными ей духовными талантами. Блаженная говорила З. В. Ждановой: «Мне Бог однажды открыл глаза и показал мир и творение Свое. И солнышко видела, и звезды на небе, и все, что на земле, красоту земную: горы, реки, травку зеленую, цветы, птичек».

Обладая богатыми духовными дарами, всю жизнь посвятившая людям, Матронушка себя считала обычным человеком. Даже намёка на надменность не замечали приходившие к ней люди. Наоборот, блаженная не уставала повторять, что помогает не она, а только Господь. Например, в ответ на просьбу помочь пришедшей к ней К. Г. Потаповой блаженная ответила: «Что, Матронушка – Бог, что ли? Бог помогает».

Никого никогда Матрона не осуждала и других учила: «Каждая овечка будет за свой хвостик подвешена. Что тебе до других хвостиков?» Объясняла, что каждый человек ответит перед Господом за свои поступки, за свои грехи, не нужно оценивать, обвинять, порицать других людей.

Всю жизнь Матрона жила как воцерковлённая православная христианка. В родном селе росла рядом с храмом, постоянно посещала службы, пока могла ходить. Когда парализованные ноги лишили её возможности посещать церковь, к ней домой приходили священники. Так было в родном Себино, так же продолжалось и в Москве. В каком бы районе столицы блаженная не жила, у кого бы на квартире Матрона не останавливалась, постепенно о ней узнавали прихожане и священники ближайшей церкви и начинали её посещать. Священники исповедовали её и причащали на дому. Не было периода, когда Матрона оставалась бы вне лона православной церкви.

В Москве у Матроны появились близкие её душе священники, любившие блаженную и заботившиеся о ней.

Отец Василий Серебренников, настоятель храма Воскресения Словущего Иерусалимского подворья на Арбате – именно в этой церкви хранится знаменитая палашевская икона Божьей Матери «Взыскание погибших» – много лет окормлял блаженную. Отец Василий любил Матрону и всегда по первому зову приходил к ней. Неизвестно, когда именно они познакомились, но именно отец Василий много лет помогал Матроне и заботился о ней. Священник родился в Томске в 1907 году. Сначала он выбрал профессию врача, окончил медицинский факультет МГУ, защитил кандидатскую диссертацию. Однако позже решил стать священником. Матроне он стал настоящим другом. Отец Василий прожил долгую жизнь, умер в 1996 году, в возрасте 90 лет.

Другим духовным наставником и другом для Матроны стал в столице отец Николай Александрович Голубцов, служивший в храме Ризоположения Господня на Донской улице. Это был известный не только в столице священник, потому что он был православным писателем, ярким проповедником. Его статьи и проповеди печатали в «Журнале Московской Патриархии». Автор текстов службы с акафистом иконе Донской Божьей Матери и иконе «Взыскание погибших», отец Николай был известным церковным публицистом. Родился он в 1900 году в семье профессора Московской духовной академии, с детства глубоко верил в Бога. Когда служил в армии, категорически отказался снять нательный крест, за что постоянно подвергался наказаниям. Окончил Московскую сельскохозяйственную академию имени К. А. Тимирязева, но духовное призвание взяло верх, он стал священником. Вот такой неординарный, талантливый человек, авторитетный православный писатель был одним из близких для блаженной Матроны людей.

Когда Матрона жила у Ждановых в Староконюшенном переулке, она исповедовалась и причащалась у отца Дмитрия Делекторского (1879–1970), настоятеля храма Рождества Иоанна Предтечи на Пресне. Священника арестовывали в 1937 году за «антисоветскую агитацию», но в тюрьме он находился недолго. Обвинение сняли, отца Дмитрия выпустили. Интересно, что судьба отца Дмитрия оказалась связана с именем архимандрита Серафима (Битюкова), именно тот уступил ему, молодому священнику, в трудные годы безбожия место в храме Москвы, а сам уехал в Подмосковье.

Предания сохранили имена этих трёх священников, близких Матроне в Москве, но были и другие люди в духовном сане, с которыми была знакома и общалась блаженная. К концу жизни её хорошо знали не только в храмах, но и в монастырях Москвы, как мужских, так и женских. Известно было её имя и монахам Троице-Сергиевой лавры. Знавшая Матрону А. Б. Малахова утверждала, что «в Сергиевой лавре хорошо знали матушку, она там часто гостила».

Известно, что Матрона почитала знаменитого на всю Россию священника – отца Валентина Амфитеатрова. Посылала людей посетить могилу уважаемого народного батюшки. Духовные подвиги отца Валентина высоко ценил отец Иоанн Кронштадтский, оба они обладали даром предвидения, по их молитвам исцелялись люди. Оба были яркими проповедниками. До наших дней сохранились тексты почти двух сотен талантливых проповедей и наставлений отца Валентина, сразу после смерти были опубликованы несколько его духовных книг. Отец Валентин, служивший настоятелем Архангельского собора в Кремле, постоянно заботился о страждущих, помогал бездомным, сиротам, вдовам. Не только в собор, но и в его квартиру приезжали тысячи людей со всей России, но больше всего москвичей, потому что в столице его по-особенному любили. Может быть, Матрона чувствовала близость к отцу Валентину ещё и потому, что за шесть лет до смерти он ослеп, но и, слепой, не переставал проповедовать и принимать людей. Умер знаменитый батюшка задолго до приезда Матроны в Москву, его не стало в 1908 году. Но благодарные верующие его не забывали, могила отца Валентина Амфитеатрова на Ваганьковском кладбище стала местом паломничества и молитв. Вот этой могиле и Матрона иногда посылала поклониться приходивших к ней людей.

Нужно сказать, что Матронушка, как всякий верующий человек, нуждалась в помощи и советах священников. В трудное время, перед тем как принять важное решение, она просила позвать к ней священника, исповедовалась, причащалась, просила о ней сугубо молиться. Она не только практически каждого приходящего к ней человека просила посещать церковные службы, причащаться, пить святую воду, но и настаивала, чтобы он постоянно молился дома и как можно чаще осенял себя крестным знамением. И сама блаженная неукоснительно следовала этим правилам.

Блаженная вовсе не считала себя какой-то исключительной, от рождения безгрешной. Если внимательно всмотреться в воспоминания близких ей людей, то можно увидеть, что иногда Матрона сомневалась, с осторожностью принимала какое-то решение, боялась кого-то лишний раз о чём-то попросить, чтобы не обидеть. Тревожилась: а вдруг люди потом пожалеют о том, что пошли ей навстречу или помогли? Она была очень внимательной, осторожной с чувствами окружающих.

Ничто человеческое не было Матроне чуждо. Можно с уверенностью сказать, что ей было присуще чувство юмора. Она любила и умела пошутить. Часто в воспоминаниях близких ей людей встречаются упоминания того, как она говорила – «с улыбкой», «улыбаясь», «смеётся». К примеру, в случае, когда помогла брату и сестре, потерявшим документы, доставить в целости и сохранности корову, которую те вели на продажу. Потом буквально с хохотом, разговаривая с ними, она говорила: «Я слепая, всю дорогу с ней корову за хвост вела».

Может быть, во многих высказываниях Матроны, в которых есть просто юмор, присущий блаженной, слишком серьёзные люди усматривают чуть ли не какую-то крамолу. Так, одной из самых порицаемых цитат из воспоминаний о Матроне многим видится её высказывание о «пяточке». «Матушка часто шутила, на вопрос, как спастись, говорила: „Цепляйтесь все-все за мою пяточку и спасётесь, и не отрывайтесь от меня, держитесь крепче“» (З. В. Жданова).

Люди без чувства юмора, воспринимая высказывание буквально, в чём только не обвиняют блаженную, вплоть до того, что, дескать, только за Бога должен человек держаться. Матрона, конечно, знала это лучше других, сама говорила каждому, что помогает не она сама, а Господь. А в этом случае в шутливой форме попросила прислушиваться к её советам, поучениям, наставлениям. Хотелось бы, чтобы люди вдумывались в то, что читают. «Матушка часто шутила…» – шутила она, говорила с юмором. Вообще, Матрона порой давала советы людям не прямолинейно, а притчами, иносказательно.

Иногда в жизнеописаниях Матроны можно заметить, что авторы относятся к ней не как к обычному живому человеку, а как к легенде, отказывая блаженной в каких-то чувствах, слабостях. Но она-то, как всякий человек, обладала особенностями личности, характера. Скажем, боялась чего-то, как все люди, или любила какую-то определённую еду. Вот в воспоминаниях близких есть факты, когда она просит кого-то из знакомых поделиться рыбой, угостить её, в другом случае особое внимание уделяет селёдке на столе. Создаётся впечатление, что ей нравились рыбные блюда.

Блаженная любила живые цветы, радовалась, когда ей их дарили. Просила не приносить ей цветы искусственные, не любила их.

Она боялась смерти и честно в этом признавалась. Священник, который исповедовал её перед кончиной, видя, как она волнуется, прямо её спросил: «Матушка, да неужели и Вы боитесь смерти?» И Матрона честно ответила: «Боюсь» (З. В. Жданова).

Простые человеческие чувства – земные, присущие всем людям – вкупе с полной страданий жизнью, делают блаженную Матрону ещё более дорогой и близкой каждому, кто обращается к ней с молитвой. Её трудная, полная невзгод жизнь вызывает к ней огромное уважение и даёт понимание, что блаженная может понять каждого в его горестях. Будучи обычным страдающим в мире человеком, она смогла преодолеть всё и остаться праведной молитвенницей. Её жизнь – это пример для каждого верующего. Праведная жизнь в греховном мире, полном невзгод, – подвиг. Преодоление своих немощей, слабостей, искушений – поступок, вызывающий уважение. И дающий надежду, что, преодолев себя, можно спастись.

Матрона жила в семье у Ждановых с осени 1942 до самого конца 1949 года или до первых чисел 1950-го. Квартира в особняке в Староконюшенном переулке стала для неё более чем на 7 лет настоящим домом. Хозяйки – Евдокия Михайловна и её дочь Зинаида Владимировна – Матронушку любили, во всём её поддерживали, заботились о ней. Эти годы можно назвать самыми благополучными и спокойными из всех прожитых блаженной в столице.

В 1945 году, в Себино скончалась мать Матроны, которую блаженная очень любила. Если верить архивным записям, согласно которым Наталья Никитична Никонова родилась в 1851 году, то умерла она в очень почтенном возрасте – в 94 года. Но смерть матери, в каком бы возрасте она не умерла, для ребёнка всегда большое горе.

Летом 1949 года умерла хожалка Пелагея, годы находившаяся рядом с блаженной Матроной, женщина со сложным, тяжёлым характером, практически спившаяся. Окружавшие матушку люди называли её «злая Пелагея». Летом Матрона переезжала из шумной, пыльной Москвы на природу, как на дачу, в Царицыно. Там Пелагея и умерла, три дня она мучилась, кричала, ругалась, её поместили в отдельный домик, Матрона молилась, чтобы Господь принял душу сварливой, беспокойной хожалки.

Позже в жизни Матроны было ещё несколько хожалок-сиделок – без постороннего ухода ей было не прожить. Имена помогавших Матроне людей перечислила в своих воспоминаниях А. Д. Прохорова: «За Матроной ухаживала Пелагея, которая потом умерла, тётя Поля Красноярская, порченая. После тёти Поли – тётя Даша и тётя Таня. На Сходне – тётя Груша (Агриппина Ивановна) и дядя Серёжа Ракитинские». Сколько времени каждый из этих людей находился при Матроне, кто они были такие, доподлинно неизвестно. О ком-то известно хоть что-то, а о других – совсем ничего.

Размеренная, устоявшаяся жизнь в квартире Ждановых, с тремя углами, увешанными иконами, у которых постоянно горели лампады, с молитвами, которым никто не мешал, позволяла Матроне помогать большому количеству людей, без боязни, свободно приходивших к ней в особняк в Староконюшенном переулке. Зинаида Владимировна вспоминала, что рядом с Матронушкой «в доме была святость, радость, покой, незримое тепло… мы жили на небе».

Однако спокойная жизнь в квартире у Ждановых неожиданно закончилась. Слишком много людей приходило к блаженной, Матрона становилась всё более известной в столице и стране. Для властей она в первую очередь оказалась символом преданности православию, с которым они неустанно боролись с революционных времён. После войны гонения на церковь продолжились с новой силой.

Перед Рождеством 1950 года Матрона неожиданно для Ждановых сказала, что ей нужно срочно искать для себя новую квартиру. Расстроенным Евдокии Михайловне и Зинаиде Владимировне она объяснила, что должна быстро уехать, потому что скоро произойдут страшные вещи. Её отъезд был таким стремительным, что множество вещей и икон, которые у блаженной собрались за время жизни у Ждановых, и даже привезённые из родного Себино, Матрона оставила, благодаря чему они сейчас оказались в музее Покровского монастыря в Москве, потому что со временем Зинаида Владимировна завещала их обители.

О быстром отъезде Матроны из квартиры Ждановых вспоминала А. Б. Малахова, перед уходом блаженная сказала хозяевам: «Уезжаю, так надо. Против всех нас готовится что-то страшное, мне здесь быть нельзя, так будет лучше». Антонина Борисовна объясняла: «Было и раньше такое, заявляли соседи. Жаловались везде, что без конца ходят люди, много народу, даже полковники на машинах приезжают. А времена были сталинские».

Шестого января 1950 года особняк в Староконюшенном переулке окружила милиция, в квартире Ждановых произвели обыск. Зинаиду Владимировну арестовали, параллельно арестовывали по всей Москве и других людей, близких Матроне. Всем предъявили обвинение в организации «церковно-монархической группы». Основным организатором группы, кроме Зинаиды Владимировны, по делу проходила Екатерина Жаворонкова, в семье которой вначале переезда в Москву долго жила Матрона. В тюрьме арестованных бесконечно допрашивали, стараясь добиться признательных показаний.

Арест З. В. Ждановой так описывала её близкая знакомая А. Б. Малахова: «Ночью приехали из МГБ три полковника и три солдата, окружили дом… вошли. Дочь лежала на постели, увидела их и стала молиться, чтобы только её забрали, а не мать и брата. Предъявили ордер на арест Зинаиды. Зинаида, уходя, пала на колени перед образом „Взыскание погибших“ (Матушкина вторая икона, заказанная ею художнику) и молилась, думала про себя, а, оказывается, вслух: „Царица Небесная, мне никто не может помочь, ни мать, ни брат, одна Ты, в руки Твои предаю мою жизнь!“ Её увезли».

Хотя, по утверждению историков, причиной ареста З. В. Ждановой были только несколько доносов её школьной подруги (практически незнакомой с Матроной и окружением семьи Ждановых), этому противоречат собственные воспоминания Зинаиды Владимировны. Дело церковно-монархической организации, как она вспоминала, состояло из множества уголовных дел, в которых хранилось немало материалов. Как вспоминала З. В. Жданова, дело было огромное, на столе следователя с трудом помещались папки с делами знакомых ей людей, на которых явно долгое время поступали доносы. Эти факты плохо сочетаются с оглаской имени только одной доносчицы, молодой девушки, на самом деле подробно ничего толком не знавшей о жизни Ждановых и тем более о людях, к ним приходивших.

Зинаиду Владимировну допрашивали с пристрастием иногда несколько следователей сразу, она из последних сил старалась отстоять невинных людей, которых оговорили, обвиняя в преступлениях против власти. Практиковались и ночные изнуряющие допросы. Пытались обвинить не только её, но и её брата, героя-фронтовика, который вернулся с войны. В результате брата не арестовали, но лишили возможности трудиться по специальности, он устроился работать на завод.

По словам Зинаиды Владимировны, на допросах устоять ей помогали молитвы и надежда, что о ней молится Матронушка («Много чудес было на следствии. Матушка невидимо расчищала обвинения»). И конечно, во время следствия арестованная постоянно про себя молилась, часто повторяя «Живый в помощи». Она так предана была Матроне, так хорошо понимала важность её служения людям, что готова была понести любое наказание, только бы блаженная не пострадала. Позже она писала: «Мы с Катей понимали, что могло быть с Матушкой. Я молилась: „Пусть с нами, только не с Матушкой“».

После ареста дочери не раз вызывали на допросы на Лубянку её мать Евдокию Михайловну Жданову, угрожали ей. Растерянная, расстроенная, она поехала к Матроне со своим горем, в ответ блаженная её утешила: «Ты только не плачь, ты проси Царицу Небесную и молись Богу, а „им“ ничего не отвечай, с „ними“ не пререкайся. Молись Господу, Царицу Небесную проси и больше тебе ничего не надо. Главное, чтобы ты не плакала, не волновалась. Зинаида не пропадет, вернется» (А. Б. Малахова).

В воспоминаниях о следствии Зинаида Владимировна затрагивает момент, который бросает тень на одного из священников, близких к Матроне: «Матушка, переехав к нам, имела одного и того же священника о. Дмитрия из храма на Красной Пресне. Этот священник непрестанно бывал у нас. Пелагея однажды и говорит: „Ты знаешь, кто он? Другого пригласи!“ Матушка ответила: „Нельзя мне, так надо“. На допросах выяснилось, что о. Дмитрий, как сказал следователь, „был наш“!» В любом случае кажется странным, что постоянно, не один год окормлявшего Матрону священника (к которым было особенно предвзятое в те годы отношение) не арестовали и не допрашивали. В то время как были арестованы и допрошены практически все близкие к блаженной люди.

Действительно ли отец Дмитрий Делекторский сыграл в судьбе Матроны и её близких отрицательную роль? Был ли он агентом НКВД или нет, возможно, узнают в будущем, если удастся отыскать документы следствия, найти в архивах уголовные дела церковно-монархической группы. Как именно священник проявил себя при подготовке практически разгрома окружения блаженной Матроны в 1950 году, сейчас неизвестно. Хочется надеяться, что окружавшие блаженную люди заблуждались, и отец Дмитрий искренне был предан Матроне. Почему-то сама блаженная Матрона, когда ей намекали на неблагонадёжность отца Дмитрия, отказывалась приглашать другого священника. Кто знает, может быть, отец Дмитрий по-своему старался защитить блаженную. Семь лет никого из окружения Матроны, когда она жила у Ждановых, власти не трогали, однако всё это время рядом с ними был отец Дмитрий. Безусловно, власти не могли не следить за таким известным в Москве человеком, как Матрона. Возможно, то, что наблюдал за ней хорошо известный ей человек, блаженную устраивало. В любом случае остаётся много вопросов, связанных с арестами в окружении блаженной в 1950 году, безусловно, кто-то из ближайших знакомых долгое время следил за её жизнью и писал доносы о том, что происходит в особняке в Староконюшенном переулке. К счастью, сама Матрона осталась на свободе, вовремя покинув квартиру Ждановых.

Нужно сказать, что, возможно, при подробном изучении материалов о жизни отца Дмитрия предположения З. В. Ждановой о том, что он был агентом НКВД, не подтвердятся. Священника ещё до знакомства с Матроной однажды арестовывали, но почти сразу выпустили и больше не преследовали.

В книге по истории храма Рождества Иоанна Предтечи на Пресне об отце Дмитрии автор пишет только хорошее. У отца Дмитрия было пятеро сыновей. Один из них воевал в Великую Отечественную. Второй служил в НКВД. В войну сын доставлял грузы в осаждённый Ленинград по льду Ладожского озера. Третий сын возглавлял конструкторское бюро на военном заводе. Сам отец Дмитрий участвовал в сборе средств на создание танковой колонны «Дмитрий Донской», которую формировали по инициативе Московской Патриархии. Храм на Пресне в военные годы и после войны посещало много верующих. На Пасху 1944 года в церкви собралось 6 тысяч человек, а в 1945 году на пасхальную службу пришли уже более 11 тысяч верующих. В колокольне храма жили монахини, оставшиеся бездомными после закрытия их обителей. Они пели на клиросе, работали в церковной лавке, ухаживали за церковными помещениями. Отца Дмитрия прихожане очень уважали. Службы были строго по правилам, никаких вольностей, разговоров, хождений по храму. Хочется надеяться, что уважаемый священник отец Дмитрий не был замешан в гонениях на окружение блаженной Матроны.

З. В. Жданову осудили по 58-й статье УК РСФСР – за контрреволюционную деятельность и отправили в лагерь. Также оказалась в заключении Екатерина Жаворонкова. Неизвестны имена людей, которые ещё были осуждены по делу «церковно-монархической группы», но, безусловно, такие люди были, и они понесли наказание за одну «провинность» – близость к блаженной Матроне. Нужно сказать, что пострадали не только те люди, которых арестовали по делу «церковно-монархической группы», но и все, кто бывал в доме Ждановых. Их тоже вызывали на Лубянку на допросы. А. Б. Малахова рассказывала со слов Е. М. Ждановой, что «всех знакомых таскали, запретили ходить к ним – „Враги народа“».

В лагере З. В. Жданова постоянно вспоминала Матрону и её слова, утешала ими и других заключённых: «Она часто говорила мне: „Не горюй, скоро всю 58 статью распустят, не будет того, что было“. В лагере мне это помогало, я твердо знала, что ее слова не пропадают, и эти слова в меня вселяли надежду, и я утешала других заключенных, особенно с 25-летними сроками».

На свободу З. В. Жданову выпустили после смерти Сталина, в 1955 году, к тому времени блаженной Матроны в живых уже не было. Пока Матронушка была жива, её наставления и слова поддержки передавала дочери в письмах в лагерь мать. Последнее, что просила передать своей верной «Зиночке» Матрона, были слова: «Пусть она ничего не боится, что бы ни было страшно, она в воде не потонет и в огне не сгорит, пусть знает это и живёт как малое дитя в саночках, возят дитя и нет никакой заботы – Господь всё сам управит!»

Зинаида Владимировна считала, что здоровье Матроны сильно подкосил арест многих преданных ей людей, их заключение. Она с печалью писала: «Матушка после моего ареста прожила всего два года – сгорела, помогая нам».

Последние два года (после арестов в 1950 году и судов над её ближним окружением в столице) жизнь блаженной Матроны вновь стала кочевой, беспокойной. Больше она не возвращалась жить в центр Москвы, слишком это стало для неё опасным. Многие из тех, кто поддерживал её в столице, оказались в лагерях, за других она теперь волновалась, понимая, что их жизни подвергнутся риску, если примет их помощь. Теперь блаженная вынужденно была очень осторожной, но это касалось только других людей. Себя же она по-прежнему не жалела, хотя её физические силы таяли с каждым днём. В январе 1950 года (если считать временем её рождения осень 1883 года) Матроне было 66 лет. Учитывая её тяжёлое врождённое заболевание, можно считать чудом, что она дожила до таких почтенных лет. Но никаких скидок на возраст или убывающие силы Матрона для себя не делала, по-прежнему она каждый день с утра до ночи принимала людей, которые шли к ней бесконечным потоком, находили её везде, в каком бы далёком от центра Москвы месте или в Подмосковье она не обретала приют.

Были моменты, когда Матрона с трудом избегала ареста. В основном она успевала сменить место жительства, заранее чувствуя потенциальную опасность. Но был случай, о котором вспоминала А. Ф. Выборнова, когда Матрона не успела или не захотела переезжать, а её пришли арестовывать: «Много раз Матрону хотели арестовать. Однажды пришел милиционер ее забирать, а она ему говорит: „Иди, иди быстрей: у тебя несчастье в доме“. Он послушался, поехал домой, а у него жена от керогаза обгорела. Но он до больницы ее довез все-таки живую… Матрона ему тогда сказала: „Поезжай скорее, у тебя дома несчастье, а слепая от тебя никуда не денется. Я сижу на постели, никуда не хожу“». В благодарность за спасение жены милиционер сделал так, что в тот раз Матрону не стали арестовывать.

Какое-то время после практически бегства из квартиры Ждановых в Староконюшенном переулке, чудом избежав ареста, Матрона гостила по разным адресам, постоянно меняя место жительства.

Одним из проверенных и надёжных мест, где при необходимости она могла укрыться, была квартира родственников её племянника Ивана в Сергиевом Посаде (переименованном ещё в 1930 году в Загорск в честь революционера Владимира Загорского). Эта квартира в Загорске, где блаженную любили и всегда готовы были приютить, принадлежала то ли сестре жены племянника Матроны, то ли его тёще. Тут данные расходятся. В воспоминаниях хозяйку квартиры называют Полина или тётя Поля. Эта женщина всегда была добра к Матроне, любила её. Но, возможно, в Загорске были и две квартиры, в которых иногда гостила блаженная – тёщи Ивана и сестры его жены.

С племянником Иваном у Матроны сложились очень близкие, тёплые отношения. Он готов был при первой необходимости броситься её спасать. Об этом вспоминала А. Ф. Выборнова: «Племянник Матронушки Иван жил в Загорске. И вдруг она его вызывает к себе. Она его, конечно, мыслями вызывала. Откуда же он мог знать? Он вон где, в Загорске, жил, а она – в Москве. Приходит он к своему начальнику, говорит: „Хочу у вас отпроситься: прямо не могу, надо мне к тёте моей ехать“. Он приехал и не знает, в чём дело. А Матрона ему говорит: „Давай, давай, перевези меня скорей в Загорск, к тёще своей“. Он её привез к тёще. И только они уехали, как пришла милиция».

Есть прямое свидетельство о том, что Матрона после того, как вынуждена была покинуть квартиру Ждановых, жила в Загорске. Об этом вспоминала А. Д. Прохорова: «Еще до Сходни Матрона жила в Загорске у тети Поли». Есть воспоминания, что Матрону хожалки возили по Загорску в детской коляске. Возможно, не только там, но и в других местах, где жила блаженная. В том числе и в Москве, потому что и в столице люди видели, как Матронушку привозили на службу в храм.

В деревнях детские коляски выглядели как деревянный ящик на колёсах. К нему впереди прикрепляли длинную палку с поперечной перекладиной на конце, за неё и тащили коляску. Внутри ящика укладывали одеяло и на него усаживали ребёнка. Так как Матронушка, по воспоминаниям близких, была совсем небольшого роста с маленькими ручками и ножками, то можно представить, что её вполне могли возить на таком приспособлении.

Ещё одним местом, где, судя по всему, неоднократно жила Матрона, был домик в Царицыне. В то время это был подмосковный посёлок (только в 1960 году Царицыно вошло в состав Москвы). Как вспоминали близкие Матроне люди, домик принадлежал некой женщине по имени Паша, подробно о ней долгое время ничего не было известно, кроме имени. В воспоминаниях люди так её и называли: «Паша, хозяйка домика в Царицыне».

В наше время стало известно о женщине, которая заявила, что знает полное имя и фамилию той самой Паши, у которой в Царицыне жила Матрона. По её мнению, это была Прасковья Фетисова. Назвала она и точный адрес Фетисовых в Царицыне – улица Советская (теперь Польская), дом 18. У Прасковьи Фетисовой была внучка Раиса, вот подруга её детства и рассказала, что помнит жившую в доме Фетисовых слепую пожилую женщину, к которой приходили люди. Была ли это действительно Матрона или нет – неизвестно, в настоящее время подобную информацию практически невозможно проверить.

Паша вспоминала (и её слова опубликованы), что после того, как Матрона вынужденно покинула квартиру Ждановых, она прописала блаженную у себя в Царицыне: «Было на Матрону гонение после ареста Зинаиды, где она жила на Арбате, и Екатерины, на Ульяновской, у родителей которой она когда-то жила. Я ее прописала, а она мне говорит: „Ты меня прописала в Царицыне, а я тебя буду везде прописывать“». Нужно сказать, при анализе других воспоминаний Паши становится понятным, что Матрона жила с ней не в одном доме, а отдельно в какой-то летней ветхой постройке. И сама Паша навещала там блаженную.

Считается, что последним земным пристанищем для Матроны стал дом Сергея Сергеевича и Агриппины Ивановны (Груши) Курочкиных в подмосковном посёлке Сходня на улице Курганная, дом 23. Во всех воспоминаниях близкие к Матроне люди «дядю Серёжу» и «тётю Грушу» называют Ракитскими, скорее всего, из-за названия села, из которого они были родом: деревня Ракитино находится в 30 километрах от Себино. В книге З. В. Ждановой встречаются упоминания нескольких людей, после имён которых есть уточнение, что они «ракитские». Именно дядю Серёжу и тётю Грушу земляки блаженной, навещавшие её в этом посёлке, называют людьми, которые приютили в Сходне Матрону. Однако имеется одна семья, оспаривающая этот факт.

По версии семьи Демидовых, в Сходне на улице Курганной жила семья водителя Афанасия Демидова, жена которого Ульяна была родом из Себино. По рассказам их потомков, однажды к ним, даже без предупреждения, люди привезли Матрону. Демидовы её приютили, освободили для блаженной лучшую комнату, и она жила у них до самой смерти. Эти данные никак не подтверждены фактами. Ульяну и Афанасия Демидовых не упоминает в своих воспоминаниях никто из близких Матроне людей, в отличие от «ракитских» Курочкиных. С другой стороны, нет и фактов, опровергающих рассказы потомков Демидовых.

Сходня в начале XX века была элитным дачным посёлком, застроенным аккуратными кварталами дорогих домов. Здесь отдыхали зажиточные купцы, чиновники, врачи, инженеры. В посёлке были дома и у известных людей, например, тут находилась дача председателя III Государственной думы Александра Ивановича Гучкова. Для себя богатые дачники устраивали различные увеселения, с концертами в Сходне не раз выступал Федор Иванович Шаляпин.

После революции посёлок изменился, здесь появились небольшие предприятия, работники которых начали строить для себя недорогие одноэтажные дома.

Ещё до революции в Сходне жили краснодеревщики, занимавшиеся изготовлением дорогой мебели для дач. Позже из этих артелей образовались мебельные фабрики. Потом возникли разные производства – зеркальные, валяльные и другие.

После Великой Отечественной войны в Сходне начали строить деревянные двухэтажные многоквартирные бараки на 10–12 квартир.

Матрона жила в деревянном доме дореволюционной постройки, голубого цвета, с декоративным мезонином и резными наличниками. Все резные украшения были покрашены в белый цвет. Дом был с застеклённой верандой, на которой обычно собиралась очередь из посетителей.

Дом, где жила блаженная, находился на другой от станции стороне железнодорожного полотна, по воспоминаниям людей, приезжавших к Матроне, где-то в километре от платформы. Люди приезжали из Москвы на электричке, потом шли пешком. Недалеко от дома находился храм Святой Троицы. На этом месте первый храм был построен на средства местных землевладельцев и дачников в 1903 году, был он летний, деревянный, освятили его во имя Святой Живоначальной Троицы. В 1907 году на пожертвования местных прихожан был возведён теплый придельный храм во имя святителя Николая. В 1909 году Троицкая церковь сгорела. В 1910 году был построен новый каменный Троицкий храм. В 1936 году храм закрыли, какое-то время в нём был кинотеатр, затем комбинат художественных работ. В 1990 году церковь вернули Русской православной церкви. Здание находилось в плачевном состоянии, его удалось восстановить только к 1996 году. С тех пор в храме вновь идут службы. В 2001 году на его территории открылась действующая часовня в честь блаженной Матроны Московской, которую прихожане очень почитают.

В Сходню дорога к Матроне для многих близких для неё людей была сложной, особенно для её земляков, которых она по-особенному любила. Тулякам нужно было сначала добраться до Москвы, а потом ещё и ехать дальше в Подмосковье. Однако истинно преданных Матроне людей это не останавливало.

К концу жизни блаженная часто так плохо себя чувствовала, что не в состоянии была принимать людей. Однако если кто-то приезжал из Себино или окрестных с ним деревень, то она из последних сил старалась с ними поговорить. Зимой 1951/52 года окружающим стало понятно, что Матрона угасает. Понимала это и она сама, поэтому не отказывалась от встреч со старыми знакомыми, дорогими для неё людьми, Матрона начала прощаться с ними. Так о встрече в последние дни жизни блаженной вспоминала А. Б. Малахова: «Дошли мы до ее дома, к нам выходит хозяин навстречу: „Вы к кому?“ „Да мы, – говорим, – к Матрене идем“. „А она, знаете, не принимает“. „Как же не принимает, мы столько времени шли…“ – „А вы чьи?“ – „Да мы, – говорим, – тоже оттуда, где она родилась“. – „Ну-ну идите, своих она вроде принимает“».

Есть сведения, что к концу жизни у Матроны снова наладились отношения по меньшей мере с одним из родных братьев – Иваном. Он приезжал к ней несколько раз, говорят, каялся, что оставил сестру без помощи и поддержки. Об этом вспоминала А. Ф. Выборнова: «А как коснулось его горе, так и поверил в сестру. И вот в последнее время (она жила в Москве) брат начал к ней ездить и прощения сколько раз просил у сестры!»

О судьбах обоих братьев блаженной Матроны – Ивана и Михаила – разноречивые данные. Потомки братьев рассказывали, что те в 1930-е годы переехали в Москву. Чем они занимались в столице, как жили, информации мало. Известно, что накануне Отечественной войны Иван работал на автобазе, чем занимался Михаил – неизвестно. Есть рассказ внучатой племянницы Матроны о том, что она какое-то время жила у дяди Вани, «маминого брата, на Комсомольской площади». Ещё встречаются воспоминания, что Иван помог своему брату Михаилу построить дом на Воробьёвых горах. Позже появились сведения, что у обоих братьев на Воробьёвых горах были дома.

Также нет подробностей, как именно в войну и послевоенные годы складывалась жизнь у братьев Никоновых. Старший Иван точно в Великую Отечественную на фронте не был, но есть сведения, что на войне погибли, по разным данным, три или четыре его сына. О Михаиле тоже точных данных нет. Известно, что он ушёл на фронт в 1942 году. Какое-то время считалось, что он пропал без вести, но это оказалось ошибкой. Михаил вернулся с фронта домой, сохранились его послевоенные фотографии.

Внучатая племянница Матроны – А. Д. Прохорова – так вспоминала об отношениях блаженной с братьями: «Братья ее были дядя Миша и дядя Ваня. Они были неверующими, особенно дядя Миша. Они ее вообще не понимали. Дядя Миша тут всех кулачил, дядя Ваня уж к ней ходил, когда стал плохой. Он был маленький ростом, с усиками, худенький. Приходил на кладбище, плакал. Тетя Дуня, его жена, тоже к ней ходила». Как сложилась жизнь сестры Матроны, которая осталась в Себино, неизвестно. Не сохранилось ни одной её фотографии и никаких данных о её послевоенной жизни.

Весной 1952 года блаженная Матрона уже настолько себя плохо чувствовала, что при встречах с давними знакомыми начала прощаться с ними. В ответ людям трудно было поверить, что блаженная может их покинуть. Они привыкли во всём полагаться на неё, прибегать к ней за помощью в трудные моменты жизни, надеялись и знали, если случится любая самая страшная болезнь – по молитвам Матронушки её можно будет преодолеть.

Пасха 1952 года выпала на 20 апреля, в конце Великого поста и на Страстной неделе к Матроне приезжало много людей, но она совсем не имела сил с ними встречаться. Она уже прощалась с земной жизнью. С большим трудом беседовала только с самыми близкими, много позже эти люди поняли, что последние её слова к ним были как словесное завещание. Так, А. Ф. Выборновой блаженная говорила несколько раз о том, что её скоро не станет: «А ещё Матрона, когда жива была, состригла и дала мне немножко волос с виска и сказала: „Я тебе дам свой височек, ты его храни. И всегда ходи на кладбище, когда какая нужда или что. Проси с душою, и я помогу“». В другой раз уже перед самой кончиной повторился разговор о том, что у могилы с ней умершей можно будет разговаривать как с живой: «Когда я была у Матроны в последний раз, она сказала: „Если с тобой что случится, приходи на могилку. Наклонись, спроси, что нужно – я дам совет“».

Вспоминала о прощании с блаженной и К. Г. Потапова: «Перед смертью Матроны, на Страстной, я пришла к ней. Она жила на Сходне. Народ сидит на терраске. Выходит Даша – послушница, говорит: „Матронушка очень плохо себя чувствует, она сказала: 'Всех-то провожай, а ей скажи, чтобы она подождала'“. Постучала она мне по голове: „Ты меня слушайся, слушайся“».

Последний наказ своей святой родственницы А. Д. Прохорова вспоминала всю жизнь: «Мне она говорила: „Хоть я умру, а все равно я буду с тобой, живая. Никогда про меня не забывай“».

Простилась Матронушка и с А. Б. Малаховой и её матерью: «На прощание Матушка Матрона подозвала нас к себе, сказала „Наклоните головы“ и благословила нас, и над нами что-то читала, и по голове руками все водила. Ну вот и все. Взяли мы у нее благословение и пошли». Антонина Борисовна рассказывала о последних днях блаженной: «Блаженная Матронушка еще при жизни говорила: „После смерти моей приходите на могилку. Как принимала людей, так и буду принимать“. Блаженная Матрона за три дня до своей кончины сказала, что она отойдет ко Господу. У нее спросили: „Матренушка, как же нам жить? С кем же мы теперь останемся, с кем советоваться будем?“ Она ответила: „После моей смерти таких не будет, как я, а вы приходите на могилку, я там всегда буду, я вам также буду помогать и молиться за вас, как при жизни моей. Разговаривайте со мной, все горести свои поверяйте мне, я буду вас видеть и слышать, что душе вашей скажу, то и делайте“».

Когда праведная кончина блаженной Матроны приблизилась, она знала о ней заранее, как многие святые люди. Паша, хозяйка дома в Царицыне, где временами жила Матрона, вспоминала: «А послушнице своей Матрона как-то раз сказала: „Таня! Поди сюда, Петровна! Ты Пане (т. е. Прасковье Сергеевне) телеграмму тотчас дай, когда я умру!“ Когда Матрона умерла, я эту телеграмму и получила».

За несколько дней до своей смерти Матрона назвала точное время, когда именно она умрёт, предстанет перед Господом. Перед своей кончиной несколько дней принимала всех без исключения людей, которые к ней приходили.

З. А. Карпина вспоминала: «Матрона предупредила, в какой день она умрёт, и три дня принимала неограниченно. Она просила, чтобы ее отпели в Ризоположении, а похоронили на Даниловском кладбище: „Чтобы я слышала службу“».

Накануне последнего дня земной жизни Матрона готовилась к жизни вечной. Попросила приехать из Москвы отца Дмитрия Делекторского из храма Рождества Иоанна Предтечи на Пресне. Священник приехал, исповедал блаженную старицу, она приняла Святое Причастие.

Исторический фон: Россия в 1945–1952 годах

2 февраля 1945 года состоялось избрание патриарха Московского и всея Руси Алексия I на Поместном Соборе Патриаршей церкви.

22 августа 1945 года вышло постановление правительства, предоставляющее Патриархии, епархиальным управлениям, приходским общинам ограниченное право юридического лица. Им разрешалось открывать финансовые счета, заключать сделки, покупать строения, открывать предприятия, осуществлять наём работников. Разрешалось использовать колокольный звон. Юридически стало возможным оформить существование монастырей. Началось возрождение духовных школ (академий и семинарий).

В 1946 году на Пасху открылась Троице-Сергиева лавра.

В связи с 800-летием Москвы в 1947 году из Кремля в Патриарший Богоявленский собор были перевезены мощи Святителя Московского Алексия.

С 1947 года активизировалась атеистическая пропаганда. Вдвое снизилось по сравнению с 1946 годом количество открываемых православных храмов, с 10 до 8 уменьшилось количество семинарий, снова сократилось количество монастырей.

В августе 1948 года вышло постановление правительства о запрете церковных ходов, молебнов вне церквей, публикации акафистов. Не только запретили открывать новые церкви, но и стали закрывать недавно открытые.

В 1949 году создан Совет экономической взаимопомощи (СЭВ). Произошло первое испытание советской атомной бомбы. Холодная война.

В 1949–1952 годах прошло массовое изъятие церковных зданий для их переоборудования под клубы. Активная ликвидация молельных домов. Запрет на любую образовательную деятельность в церквях, особенно по обучению детей. Резкое сокращение количества монастырей. Запрет одному священнику служить в нескольких храмах и выезжать на дом к верующим для совершения треб.

Глава 8

Смерть блаженной старицы. Похороны. Почитание могилы. История обретения мощей. Патриарх Алексий II. Игуменья Феофания. Работа Комиссии по канонизации, подготовка документов. Канонизация блаженной

В ночь с 1 на 2 мая 1952 году в подмосковном посёлке Сходня в доме по адресу улица Курганная, 23, умерла великая русская праведная блаженная старица Матрона.

На следующий день – 3 мая – её тело привезли в Москву в храм Ризоположения, эту церковь выбрала сама Матрона. К 6 часам вечера там собралось большое количество народа, чтобы проститься с известной на всю столицу и уже практически на всю страну блаженной. Тело Матроны привезли в храм почти с двухчасовым опозданием, но люди терпеливо ждали.

Полное название церкви, в которой отпевали Матрону – храм в честь Положения честной Ризы Господней в Успенском соборе в Москве на Донской. Находится церковь по адресу: Москва, улица Донская, дом 20, в километре от Донского монастыря.

Первый деревянный храм Ризоположения был сооружён в Донской слободе в 1625 году на месте встречи московским духовенством посольства персидского шаха Аббаса I, которое привезло в Москву в дар царю Михаилу Фёдоровичу частицу Ризы Господней. В этой одежде Господа вели на Голгофу. Святыню положили на хранение в Успенском соборе Кремля, а на месте встречи её в Москве построили сначала храм, а потом в память о событии ещё и обелиск. С тех пор в России появился особый праздник – Положение честной ризы Господа нашего Иисуса Христа в Москве, отмечается он 10 июля, и только Русской православной церковью. Первая каменная церковь Ризоположения была построена в 1680 году, позже несколько раз она перестраивалась, последнее великое освящение очередной раз обновлённого храма состоялось в 1894 году. В безбожные времена XX века церковь не закрывалась. Именно в этом храме с 1949 года в клире служил близкий Матроне священник – протоиерей Иван Голубцов, неординарный, талантливый человек, церковный писатель и проповедник. Кроме всего прочего, в храме Ризоположения хранится одна из самых почитаемых в России икон Божьей Матери «Взыскание погибших». Известно, что именно образ «Взыскание погибших» всегда был особенно дорог блаженной Матроне.

Блаженная, живя в Москве, всегда по-особенному относилась к церкви Ризоположения, знала работавших в ней женщин, можно сказать, что с некоторыми из них дружила. Блаженная Матрона чувствовала близость к святыням старинного храма. «Мария Ивановна, которая работала в храме Ризоположения, к ней ходила и рассказывала, что Матрона ей говорила: „Я в вашей церкви все иконы знаю какая где стоит“» (К. Г. Потапова).

Тело блаженной Матроны привезли вечером 3 мая из Сходни и установили гроб в центре храма Ризоположения. Люди шли бесконечной чередой, чтобы попрощаться с любимой старицей. Все горько плакали, блаженная для многих стала родной, близкой. Рядом с ней каждый чувствовал себя защищённым, уверенным, что молитвы блаженной слышит Господь. Теперь люди осиротели, думали, что остались без молитвенницы за их души, рядом с которой чувствовали, что будто Небо недалеко, Господь и Божья Матерь близко. Прощаясь с блаженной Матроной, каждый рыдал как сирота. Храм внутри, церковный двор, улица рядом – везде стоял народ. Несли живые цветы, которые так при жизни любила старица, венки и искусственные цветы она просила на её похороны не приносить, не нравились они ей.

Так вспоминала прощание с Матроной в храме А. Б. Малахова: «Гроб с ее телом стоял на середине церкви, открытое лицо было у неё. Ручки у нее были такие маленькие, пухленькие, как у младенца, и все подходили, прикладывались к рукам. Все, кто был в церкви, плакали, потеряли самое дорогое – Путеводительницу в жизни, как жить без неё? Такая опора была, скажет слово, и не думаешь, не терзаешься – всё так и будет… Я передать не могу, что в церкви я чувствовала, что-то необычное, будто по воздуху ходила…»

Нужно сказать, что рубашечка (срачица), в которой была похоронена блаженная Матрона, после обретения её мощей была передана для поклонения в Храм Святителя Мартина Исповедника, Папы Римского (Вознесения Господня) в Алексеевской Новой Слободе. Погребальную рубашку блаженной можно увидеть и сейчас, она сохранилась нетленной до наших дней.

Есть сведения, что в похоронах блаженной Матроны, в её отпевании участвовали монахи Троице-Сергиевой лавры. Они узнали о кончине праведной старицы благодаря её послушницам и поспешили приехать в храм Ризоположения в Москву. О том, как они с матерью узнали о смерти блаженной, а потом сообщили об этом монахам Троице-Сергиевой Лавры, вспоминала А. Б. Малахова:

«В начале мая хотели опять поехать к Матушке. Приходим к Евдокии на Староконюшенный переулок узнать, не там ли она, а она нам сообщает, что Матрёна умерла и завтра, в 6 часов вечера, значит 3 мая, её привезут в храм Ризоположения. Ну, мы расстроились, было нестерпимо жалко, что её больше не увидим, что теперь делать? И поехали домой.

У нас с мамой было задумано 3 мая поехать в Загорск к Преподобному Сергию. Ну, говорим, в Загорск теперь не поедем, а то не успеем завтра Матушку Матрону встретить. Легли спать. Вдруг маму в половине пятого утра Матрона будит: „Вставай, вставай скорее, везде успеете, езжайте в Загорск, везде успеете“. Мы тут же собрались и поехали в монастырь, подали там записку „Новопреставленную блаженную Матрону“. Она, видимо, послала нас туда возвестить о её смерти. Таким образом в Троице-Сергиевой лавре узнали тоже о смерти Матушки и приехали из монастыря накануне похорон и в день похорон монахи. В Сергиевой лавре хорошо знали матушку, она там часто гостила. На панихиде батюшка записочку эту взял и говорит: „А кто это подал записочку? Кто подал записочку? Она что, умерла?“ Там, видно, многие её знали. Мы говорим: „Это мы подали. Да, умерла. Сегодня в 6 часов её привезут в храм Ризоположения в Москве“».

Заупокойная служба в церкви Ризоположения прошла 4 мая, усопшую блаженную Матрону проводили в мир инобытия, молитвенно ходатайствуя о даровании ей Царствия Небесного. Когда гроб выносили из храма, на улице, несмотря на май, пошёл снег. Гроб поставили в автобус, рядом сели самые близкие к блаженной люди и родственники. Остальные провожавшие пошли пешком к Даниловскому кладбищу, которое для своего упокоения тоже выбрала сама Матрона. Идти было не так чтобы и очень далеко, около 2,5 километра.

Точно известно, что на похоронах Матроны присутствовали её родные братья – Иван и Михаил Никоновы. Сохранилась фотография, где оба брата стоят у гроба своей сестры – блаженной Матроны. Со слов внука Михаила Дмитриевича Никонова: его дед умер в 1960-е годы и похоронен на Даниловском кладбище, а дядя – Иван Дмитриевич Никонов – умер в 1957 году и похоронен на Головинском кладбище. Фотография, на которой у гроба Матроны стоят оба её родных брата, хранится в Музее Матроны Себинской Московской в Себино.

В Москве всегда была проблема получить для похорон место на кладбище. Тем более сложно было найти место для человека, прописанного в Сходне. Но тут на помощь пришла любившая Матронушку, работавшая в церковной лавке церкви Ризоположения, близкая к блаженной Параскева. Женщина предложила для похорон место на семейном участке Даниловского кладбища, где уже была похоронена её мать. Рядом с матерью Параскевы блаженную Матрону и похоронили. Со временем, через несколько лет, на этом же участке, в общей ограде, вместе с собственной матерью и блаженной Матроной упокоилась и сама Параскева.

О похоронах блаженной сохранились воспоминания З. А. Карпиной: «Когда мне сообщили, что Матронушка умерла, что ее сегодня хоронят, я поехала в храм „Ризоположение“. Когда приехала – её уже отпели, я не успела проститься, но поехала с гробиком в автобусе как родственница. На кладбище было такое паломничество, весь асфальт был заполнен народом. Пока я добралась до могилы, её уже закапывали, я успела только горсть земли бросить».

Могила Матроны на Даниловском кладбище с самого начала – с весны 1952 года – стала местом паломничества для почитавших блаженную православных верующих. Как она и завещала, люди продолжали приходить к ней с просьбами. Обращались к Матронушке как к живой, просили её молитв и когда получали помощь, то возвращались поблагодарить. По-прежнему приносили для неё живые цветы, только теперь на кладбище. За могилой ухаживали близкие Матроне ещё при её жизни женщины. А. Б. Малахова вспоминала, что у могилы Матроны продолжалась такая же кипучая, наполненная событиями жизнь, как будто блаженная не умирала: «Приходят люди, ставят свечи на могиле, священники служат панихиды. Горит у нее там неугасимая лампада с того дня, как ее похоронили». Сама Антонина Борисовна, когда снесли дом, в котором она жила, долго не могла получить квартиру. Им с сыном предлагали только однокомнатную, но после усердных молитв на могиле блаженной Матроны в конце концов дали двухкомнатную квартиру, причём ей перед этим приснилась Матронушка, которая подтвердила, что поможет.

Череда чудесной помощи людям, обращавшимся к блаженной Матроне у её могилы как к живой, год от года после её кончины не уменьшалась. Более того, со временем слава Матронушки по «сарафанному радио» расходилась только шире. Те, кто получил помощь Божью после молитв на могиле блаженной, советовали и другим идти на Даниловское кладбище, найти место её упокоения и обратиться к ней за помощью или советом. Когда человек убеждался, что Матрона его «услышала», он и другим людям рассказывал о великой блаженной.

Люди, которым блаженная Матрона помогала при жизни, продолжали обращаться к ней и после её смерти. Так, К. Г. Потапова вспоминала, что долго не могла найти работу, совсем отчаялась, а потом решила обратиться к уже почившей блаженной: «Пошла я к Матроне на могилу, встала на колени, попросила помочь мне найти работу. Вскоре встретилась неожиданно в очереди с заведующей инструментальной мастерской на „Красном Пролетарии“, и она взяла меня к себе на работу. Препятствий нигде не было, хотя я закончила 4 класса, а брали туда с десятилеткой».

У Прасковьи Кузминичны из Епифани, одной из старых знакомых Матроны, была подруга, которая жила недалеко от Даниловского кладбища. У женщины сильно пил и буянил сын, но после постоянных обращений к блаженной на её могиле в семье у неё всё наладилось, «наступила тишина».

Вернувшаяся после заключения и ссылки в 1959 году З. В. Жданова, по-прежнему глубоко преданная Матроне, жила по завету блаженной, которая ещё при жизни ей говорила: «Умру, ставьте на канун за меня свечки, самые дешёвые, ходите ко мне на могилку, я всегда буду там, не ищите никого другого. Все поверяйте мне, а я буду вам вкладывать мысли, что вам делать и как поступать. Наступает время „прелести“, не ищите никого, иначе обманетесь». Благодаря упованию на молитвы Матронушки было пересмотрено дело второго мужа Зинаиды Владимировны, сына священника, осуждённого и несколько лет проведшего в лагерях, ему выдали паспорт и разрешили вернуться в Москву. «Матушка нам все время помогает, и мы живем по ее заветам, ни о чем не думаем. Все, что нужно, нам дают! Вот какие мы грешные люди и с каким трудом приходится за нас, недостойных, земных, просить Бога», – писала З. В. Жданова, добавляя, что «у могилки Матушки мне рассказывали о ее великой помощи люди, которые ее никогда не знали».

Среди рассказов о помощи после посещения могилы блаженной уже после её кончины есть история одной старушки, которая благодаря невестке чуть не лишилась квартиры после смерти сына, но Матрона помогла несчастной избавиться от непутёвой родственницы. О женщине, которую несправедливо оклеветали на работе, пытались уволить и даже подали на неё в суд. Долго длилось разбирательство, бедной женщине некому было помочь, но после того, как она посетила могилу Матроны, на суде прокурор вдруг стал на сторону несчастной, ей оплатили все дни, в которые она не по своей вине не работала. «Это было настоящее чудо. Вот как на суде матушка Матрона присутствовала» (З. В. Жданова).

По-прежнему обращались к Матроне за помощью и «порченые», одержимые люди. У могилы они получали облегчение. Об одном таком случае вспоминала А. Б. Малахова: «На Пасху 1989 года на могилку к Матроне пришли две порченые, одной лет 40, а другой лет 30. Я стояла у ног Матроны, у дуба, а они – в головах. Народу было много, человек 10. Одна из этих двух кричит: „Ух ты, Матрона! Молишься за всех, Матрона!“ Я ей говорю: „Положи голову к Матроне на могилку, где находится Матушкина голова“. Она не может, что-то ей мешает. Я говорю: „Клади, клади, не бойся, нагибай голову, клади“. Наконец она положила голову, но тут у нее стали дергаться ноги, она начала биться о землю. Потом это прошло. Она встала, ей стало легче… Они обе притихли, успокоились, поговорили с нами и пошли. Больше я их не видела. Вот как действуют сама могилка и присутствие Матушки».

Шли годы, но народная тропа на Даниловское кладбище к могиле блаженной Матроны не зарастала. Постоянно кто-то ухаживал за местом упокоения любимой праведной старицы. Постепенно пространство вокруг могилы превратилось в своеобразный мемориал. Обычную невысокую ограду вокруг могил дополнило высокое ограждение с сеткой. Вокруг на сетке весели иконы (Спасителя, несколько разных образов Божьей Матери, один – блаженной Ксении Петербуржской и др.), фотография патриарха Алексия II, несколько фотографий самой Матроны. Сетку украшали еловыми ветками или цветами. В изголовье могилы стоял большой деревянный крест, горела неугасимая лампада. Могильный холм постоянно украшали цветами, рядом ставили зажжённые свечи прямо в землю.

Как ни просила перед смертью Матрона не приносить ей искусственных цветов, люди их всё равно приносили, поэтому время от времени, так как люди оставляли на могиле зажжённые свечи, эти цветы и веночки загорались. Было несколько таких небольших пожаров, когда могила блаженной оказывалась покрыта пеплом от сгоревших искусственных цветов, однажды обгорел даже крест. Об одном таком пожаре вспоминала А. Б. Малахова: «Я проснулась, сразу поняла – что-то случилось на кладбище. Пришла и вижу: все погорело и крест весь черный, в саже». Антонина Борисовна говорила о том, что на могиле постоянно ощущалось присутствие рядом блаженной: «Пришла одна женщина к Матроне помолиться на могилу, стала уходить, закрыла дверцу, отошла на три шага от могилки, и тут же с руки ее спадают часы и ударяются об землю. Она остановилась. И вдруг дверь на ограде сама собой распахнулась. Она сразу поняла, что закрывать дверь к могилке Матушки нельзя».

Долгое время после смерти блаженной Матроны её почитание можно было назвать стихийным. Временами то больше, то меньше людей приходили на её могилу, пока в 1993 году не вышла книга З. В. Ждановой. Её общий тираж неизвестен, потому что она вызвала живейший интерес в среде православных верующих, книгу постоянно допечатывали, так как быстро раскупали. Говорят, что только в первые годы было издано, по одним данным, 100 тысяч, по другим – 150 тысяч экземпляров. А сколько всего было напечатано книг «Сказание о житии блаженной старицы Матроны» – никто не считал, потому что она многократно выходила в разных издательствах, а не только в Ново-Голутвином монастыре в Коломне.

В книге Зинаида Владимировна написала, что подвигла её на создание этого жизнеописания сама блаженная Матрона, ещё при жизни сказавшая своей верной «Зиночке», что та когда-нибудь напишет о её жизни. Блаженная Матрона умерла в 1952 году, З. В. Жданова вернулась в столицу в 1959, а книга с жизнеописанием Матроны вышла в 1993 году. Получается, что Зинаида Владимировна работала над книгой больше тридцати лет. Это был серьёзный труд – собрать (записать) и систематизировать воспоминания многих близко знакомых с блаженной Матроной людей. В основном своими воспоминаниями о блаженной поделились земляки Матроны, не только люди из её родного села Себино, их дети и внуки, но и жители из деревень всего Епифанского района. Также немало собралось рассказов о блаженной, которыми поделились люди, ставшие близкими Матроне в Москве. В итоге получился сборник воспоминаний начиная с младенческих годов Матроны, её юности, с информацией о её родственниках, о переезде в Москву, о жизни в столице. Основой книги стали рассказы о блаженной Матроне и своей собственной судьбе самой З. В. Ждановой.

Нужно сказать, что сборник воспоминаний не структурирован как биография в полном смысле этого слова, события не следуют одно за другим в хронологии. Каждый интервьюированный вспоминал события из жизни блаженной или то, что слышал от других людей, вразброс. Поэтому в одном и том же рассказе может соседствовать история из детских лет Матроны в Себино и тут же – из последних лет её жизни в Москве. Нередко люди противоречат друг другу. Однако скрепляет повествование постоянное перечисление чудес, которые происходили по молитвам блаженной. Любого человека не могут не поразить большое количество точных предсказаний, выздоровлений людей от самых страшных и застарелых болезней, помощи, казалось бы, в бесконечно запутанных и безнадёжных делах. В рассказах упоминаются невероятно большое количество людей, в судьбах которых блаженная приняла участие, в чём-то посодействовала им, поэтому в итоге после прочтения книги возникает картина жизни действительно народной чудотворицы и помощницы.

Уже после выхода знаменитой книги, в интервью монахини Свято-Троицкого Ново-Голутвина монастыря и много сделавшая для сохранения памяти о блаженной А. Б. Малахова (в постриге монахиня Матрона) говорили, что перед подготовкой рукописи к печати они побывали в Себино на родине Матроны. Там они дополнили записи З. В. Ждановой новыми воспоминаниями о святой её земляков, которые там им удалось собрать. По их словам, в сборник они также включили и воспоминания самой Антонины Борисовны.

С самого начала появления книги «Сказание о житии блаженной старицы Матроны» впечатления от неё у читателей были разными. Люди из народа, которые блаженную Матрону всегда считали своей, родной, собственно те самые, чьи воспоминания опубликовали в книге, приняли напечатанное с восторгом. Может быть потому, что воспринимали Матронушку своей, близкой, такой знакомой матушкой, из деревни, будто из соседней избы. Видели в ней ту любовь и готовность помочь каждому, которые всегда больше всего народ ценил в простой русской женщине. Другой дело, люди образованные, «книжные», многим из них были непонятны восторги простого народа по поводу необразованной деревенской блаженной. Да и сам народ, скажем прямо, часто у интеллигенции где-то глубоко в подсознании вызывает отторжение, если не брезгливость. Книга таким «высокообразованным людям» показалось незамысловатой, простоватой, полной «бабьих сказок». Так же они, собственно, стали относиться и к самой блаженной Матроне – с большой степенью недоверия, во многом перенося иногда действительно не всегда удачные попытки малообразованных людей объяснить феномен личности блаженной Матроны на её образ. Противоречия между этими двумя полюсами восприятия такого великого явления, как Святая блаженная праведная Матрона Московская, остаются в общем-то до сих пор. Выбор оценки «от сердца» или подхода «от ума» каждый из почитающих блаженную Матрону принимает для себя сам. И так происходит со времени её жизни до наших дней.

Причиной выбора блаженной Матроной для своего упокоения именно Даниловского кладбища, по словам самой старицы, стало то, что здесь был открытый кладбищенский храм, в это время уже не принадлежавший обновленцам, подобных церквей в Москве было мало. Поэтому Матрона сказала, что хочет быть похороненной там, где она сможет «слышать службы».

Старинное Даниловское кладбище было открыто во время чумы в Москве в 1771 году. Создали его по распоряжению графа Григория Григорьевича Орлова, который по приказу императрицы Екатерины II боролся с чумой в Москве. Кладбище расположили в Даниловской слободе, но не рядом с известным монастырём, а в двух километрах от него. До революции в этом месте хоронили в основном купцов и ремесленников, здесь находятся усыпальницы многих известных купцов, в том числе Третьяковых.

Каменный храм Сошествия Святого Духа на Даниловском кладбище был освящён в 1838 году. Иконостас церкви, изготовленный в 1832 году, сохранился до наших дней. В 1922 году из храма было изъято более 7 пудов золотой и серебряной утвари и окладов икон. Однако храм власти ограбили, но, к счастью, не закрыли. Когда в 1929 году закрыли знаменитый Симонов монастырь, в храм Сошествия Святого Духа передали его святыни: иконы Божией Матери «Иверская» и «Скоропослушница», икону преподобного Серафима Саровского.

Матрона могла быть уверенной, что если её похоронят на Даниловском кладбище, то найдутся священники, которые будут служить панихиды на её могиле, людям будет где подать записку или молебен об упокоении её души. Так и получилось: клир и прихожане кладбищенского храма Сошествия Святого Духа много лет заботились о поминании блаженной Матроны.

Даниловский монастырь был закрыт советскими властями ещё в 1929 году, находился в запустении, практически в разрухе, вернули его Церкви только в 1983 году, когда началась подготовка к празднованию 1000-летия Крещения Руси. К лету 1988 года часть соборов и зданий обители были восстановлены и украшены. Много внимания уделял восстановлению монастыря патриарх Пимен, им была создана специальная комиссия по реставрации и строительству Данилова монастыря. Средства на реставрацию древней обители жертвовали не только московские приходы, но и все епархии Русской православной церкви, так как на её территории решено было создать духовно-административный центр Церкви. Со временем здесь расположились Синодальная резиденция, отдел внешних церковных связей, музей, центр духовного развития молодёжи, регентские курсы, курсы звонарского мастерства, художественные мастерские и т. д.

Возвращение Церкви Данилова монастыря и начало служб в его храмах (в середине 1980-х годов), появление в стенах древней обители монашеской братии дали новый толчок в почитании могилы блаженной Матроны и самого её имени. Прихожане храмов вновь открытого монастыря рассказывали друг другу о блаженной старице, упокоившейся недалеко, на Даниловском кладбище, о чудесной помощи по её молитвам. Знали и почитали блаженную Матрону и монахи. Именно тогда впервые от своего духовника и прихожан Данилова монастыря услышала о праведной старице будущая игуменья Покровской обители матушка Феофания. С этого времени она начала ездить на могилку блаженной на Даниловском кладбище.

В одном из интервью игуменья Феофания так рассказывала о своей первой «встрече» с блаженной Матроной: «О том, что есть такая подвижница, я узнала очень давно, еще в 1982 году. Я только окончила школу и стояла перед выбором своего дальнейшего жизненного пути. Духовника нашей семьи, архимандрита Поликарпа, как раз перевели из Троице-Сергиевой лавры в Данилов монастырь, который первым из всех московских обителей передали Церкви еще в советское время. И я ездила к батюшке на исповедь. В монастыре была полная разруха, только-только начались восстановительные работы к 1000-летию Крещения Руси. Кто-то мне сказал, что на Даниловском кладбище есть могилка одной старицы, которая помогает в разных нуждах. И я стала каждый раз, бывая у духовника, туда ездить – до метро „Тульская“, а там на трамвае до кладбища. Найти могилку оказалось трудно – никто из посетителей не знал, где это, только нищие у входа в храм и продавцы цветов мне подсказали, где похоронена Матронушка. Могилка была не совсем заброшена, кто-то ухаживал за ней. Бывало, другие люди приходили, просто прикладывались. Не помню, что я конкретно просила, но уже тогда Матронушка мне стала помогать: привела меня ко многим духоносным старцам, которые разрешили мои недоумения и наставили на путь истинный. Вскоре я ушла в монастырь. Благодарю Господа за Его великие милости, ведь в то время почти никто и не знал о Матронушке – книг о ней не было…»

Будущая игуменья Феофания (в миру Ольга Дмитриевна Мискина) родилась в большой верующей семье, в которой росли девять детей. С ранних лет родители водили своих детей в храм. Когда Ольга училась в школе, семья переехала в город Струнино, в получасе езды от Свято-Троицкой Сергиевой лавры. Каждые выходные с вечера всей семьёй они уезжали на службу в лавру, после всенощного бдения оставались ночевать в храме, дети спали на клиросе. Позже Ольга училась в лавре на регента. В 1987 году она стала послушницей в Корецком монастыре. В 1988 году послушницу Ольгу направили в Москву в Патриархию для помощи в подготовке праздника 1000-летия Крещения Руси. В 1990 году она была подстрижена в иночество с сохранением прежнего имени. В 1992 году инокиня Ольга была направлена по благословению патриарха Алексия II, согласно её прошению, во вновь открывшийся Свято-Троицкий Серафимо-Дивеевский женский монастырь. Два года инокиня Ольга добросовестно, ревностно трудилась на ниве восстановления святой обители в Дивееве – Чётвертого Удела Пресвятой Богородицы. Однако жизнь её резко изменилась в 1995 году, когда указом патриарха Алексия II она была назначена настоятельницей Покровского женского монастыря в Москве, который только что передали Русской православной церкви, обитель лежала в руинах (её закрыли в 1929 году). 66 лет монастырские храмы и здания разрушались, теперь их нужно было восстанавливать. Вскоре инокиня Ольга была пострижена в монашество патриархом Алексием II с именем Феофания.

Мать Феофания, горячо любившая Святого преподобного Серафима Саровского, мечтавшая служить в Дивеевской обители, оказалась назначенной настоятельницей монастыря, древнего, уважаемого, но в XX веке практически разрушенного. Часть строений обители лежали в руинах, а в сохранившихся помещениях работали более сорока учреждений, которые не горели желанием покинуть территорию монастыря.

В одном из интервью матушка Феофания вспоминала, что, оказавшись в Москве в 1995 году после указа патриарха, «в первую очередь, как приехала, я поспешила к блаженной Матронушке на кладбище, чтобы получить ее благословение… Конечно, мне нужны были духовные силы, ведь предстояло открывать монастырь с нуля. И поэтому я решила попросить помощи у Матронушки в этом нелегком послушании».

Настоятельнице было очень трудно: кроме восстановления монастырских храмов и помещений и выселения организаций, находившихся на территории обители, нужно было оформлять огромное количество разных юридических документов. Но с самого начала матушка Феофания при возникновении трудностей, а они случались постоянно, мысленно обращалась к Матронушке, ездила к ней на могилу. Позже матушка так вспоминала то время: «Поэтому мне, как настоятельнице, пришлось заново все документы оформлять, чтобы монастырь зарегистрировать. Устав долгое время согласовывался с Министерством юстиции, два раза нам возвращали документ. Потом съездила к блаженной Матронушке, и чудесным образом всё завершилось благополучно – устав согласовали! Тогда я еще больше стала верить в помощь блаженной Матроны, чаще ходить к ней, каждую бумагу к могилке прикладывала, просила помощи… Ведь это такое долгое хождение по инстанциям: сколько бумаг нужно было оформить, сколько подписей-согласований собрать… А я только подпишу бумагу – и опять еду к блаженной Матроне. Ради каждой подписи ездила, иногда по 2–3 раза в день, уставала, конечно, но так радовалась, когда получалось что-то согласовать!»

Так с самого начала блаженная Матрона помогала восстанавливать Покровский монастырь, который потом стал для неё домом. Со временем имя праведной старицы всё крепче оказывалось связанным с современной судьбой древней обители.

Восстановление Покровского монастыря двигалось медленно, с большими трудностями. К 1998 году в Покровском соборе ещё не до конца были положены полы, но матушка и сестры уже мечтали о том, что вскоре можно будет храм освятить. Святейший патриарх Алексий II волновался и всячески поддерживал настоятельницу монастыря в её тяжёлом труде. Иногда патриарх лично приезжал посмотреть, как идут работы. Матушка вспоминала, что «как-то в начале января 1998 года приехал Святейший Патриарх Алексий II к нам в обитель. Это было воскресенье, около 15.00». Заранее он настоятельницу о своём приезде не предупредил, приехал частным порядком – с ним были только водитель и иподиакон. Когда матушка Феофания вернулась в обитель, а была она снова на Даниловском кладбище у могилы блаженной Матроны, то с удивлением узнала, что территорию монастыря осматривает патриарх. Вот тогда матушка и рассказала предстоятелю о праведной старице Матроне: «Упала Святейшему в ноги: „Простите, Ваше Святейшество!“ А он спрашивает: „Где это ты бываешь по выходным?“ Я сразу сказала, что была на кладбище у Матронушки, туда столько народу ходит!.. И я подарила Святейшему книжечку „Житие блаженной Матронушки“.

Я стала сразу рассказывать, как мы с сестрами там дежурим, за могилкой присматриваем, людей чаем с пирожками кормим… А про Матронушку Патриарх Алексий ничего не знал, поэтому решил сразу же, не откладывая, лично съездить на кладбище, отслужить литию. Я взяла кадило, омофор у него был с собой, и поехали. Святейший отслужил литию, а мы с иподиаконом пели. Народу на кладбище было довольно много, и сначала люди даже не поняли, что это Патриарх приехал».

Вот так патриарх Алексий II смог сам лично убедиться, что к Матронушке на могилу приезжает много людей, что народ её любит и почитает. Матушка Феофания вспоминала: «После литии Святейший еще долго разговаривал с народом, расспрашивал, как им помогает Матронушка. Очень вдохновился Патриарх этой поездкой. А я попросила: Ваше Святейшество, если можно, останки Матронушки перенести к нам в монастырь, перезахоронить. И сразу же я подала прошение, которое было напечатано заранее, лично в руки Святейшему. После этого мы с сестрами каждую ночь молились Матронушке и читали акафист ей (тогда еще старый был акафист), чтобы к нам в монастырь перенесли её Святые мощи».

С этого воскресного дня в начале января 1998 года началось медленное, но верное движение к всенародному прославлению праведной блаженной старицы Матроны. Оно не было лёгким, но много людей содействовало и помогало этому славному, богоугодному делу.

Благословление на обретение мощей блаженной Матроны (именно 8 марта 1998 года) дал лично Святейший патриарх Алексий II. Матушка Феофания так вспоминала те события: «В начале марта, за неделю до обретения мощей, мне позвонили из Патриархии и сказали, что 8 марта нужно подготовить кладбище, приедет комиссия для обретения мощей. Я никому ничего не сказала, даже сестрам, и поехала. С администрацией кладбища мы заранее договорились, чтобы его закрыли в 17 часов. С 17 часов до 19 мы все убрали с могилки. Крест, который стоял на могиле, сейчас находится у нас в монастыре в правом приделе Покровского храма».

В комиссию по обретению мощей вошли: архиепископ Истринский, викарий Московской епархии Арсений (Епифанов), наместник Новоспасского монастыря архиепископ Орехово-Зуевский, викарий Московской епархии Алексий (Фролов), наместник Свято-Данилова монастыря архимандрит Алексий (Поликарпов) с братией, настоятель храма во имя Мартина Исповедника в Москве священник Александр Абрамов, архидиакон Роман (Тамберг). Кроме того, в работе Комиссии по обретению мощей принимали участие, помимо представителей Русской православной церкви, эксперт по вопросам судебно-медицинской экспертизы, антрополог, доктор медицинских наук, профессор Виктор Николаевич Звягин и археолог, доктор исторических наук Андрей Кириллович Танюкович.

Рабочие принялись раскапывать могилу. Архидиакон и народ вокруг начали петь «Святый Боже, Святый Крепкий, Святый Безсмертный, помилуй нас» и пели, пока не были обретены мощи. Хотя кладбище было закрыто, непонятно откуда и как, но вокруг могилы блаженной собрался народ.

Матушка Феофания об этом удивительном моменте вспоминала: «Чувствовалась такая благодать! Сама атмосфера была очень благодатная. Все люди стояли на одном дыхании, с благоговением, никто не разговаривал. Было такое чувство, что все ждали какого-то чуда. Пока копали, все время шел снег, очень крупный, но не чувствовалось холода вообще, шло какое-то тепло и радость».

В 23 часа 30 минут 8 марта 1998 года останки блаженной Матроны достали из могилы и отнесли в кладбищенский храм в честь Сошествия Святого Духа, где наместником Свято-Данилова монастыря архимандритом Алексием в сослужении собора клириков была совершена заупокойная лития. Позже гроб с честными останками старицы Матроны был доставлен в Данилов монастырь и помещён в надвратном храме во имя преподобного Симеона Столпника.

Комиссия по обретению мощей приступила к работе, которую закончила 13 марта. В результате при освидетельствовании останков старицы Матроны была обнаружена выпуклость в форме креста на груди, о чем упоминалось в её жизнеописании. Сомнений не было – данные останки принадлежали блаженной Матроне. 30 апреля по благословению Святейшего патриарха Алексия II при торжественном пении тропаря Пасхи «Христос воскресе из мертвых…» честные останки блаженной Матроны были перенесены в храм Святых Отцов Семи Вселенских Соборов в Свято-Даниловом монастыре. В тот же день вечером братия монастыря отслужила заупокойное всенощное бдение.

На следующий день – 1 мая, в пятницу 2-й седмицы по Пасхе, накануне 46-й годовщины преставления блаженной старицы Матроны – панихиду в храме Святых Отцов Семи Вселенских Соборов совершил архиепископ Истринский Арсений. Собор был полон народа, официально о службе никому не сообщали, но множество людей пришло на богослужение. В этот же день гроб с честными останками блаженной Матроны был перенесён в Покровский женский монастырь. В обители его торжественно встретили в 12 часов 30 минут при колокольном звоне матушка Феофания, сестры монастыря и верующие. Останки великой блаженной окончательно нашли свой дом в обители, где её любили и глубоко почитали.

Когда останки блаженной Матроны перенесли в Покровский женский монастырь, то сразу начали готовиться к канонизации праведной старицы. Для Синодальной комиссии по канонизации святых нужна была информация о чудесах по молитвам Матроны, об исцелениях. Нужны были истории, подтверждённые фактами, с именами и адресами очевидцев и участников событий. Это была сложная, кропотливая работа, большую часть которой взяли на себя матушка Феофания и сестры Покровской обители.

К моменту начала работы комиссии с материалами по канонизации блаженной Матроны уже давно вышла в свет книга З. В. Ждановой, которая пользовалась большим успехом. Однако жизнеописание блаженной Матроны в авторской редакции Ждановой было признано комиссией не соответствующим статусу жития. Текст книги «Сказание о житии блаженной старицы Матроны» подвергся резкой критике со стороны членов Комиссии по канонизации: председателя комиссии митрополита Крутицкого и Коломенского Ювеналия (Пояркова), председателя Издательского совета Московского патриархата епископа Бронницкого, викария Московской епархии Тихона (Емельянова), составителя житий новомучеников, секретаря Синодальной комиссии по канонизации Святых игумена Дамаскина (Орловского).

Комиссией была создана экспертная группа из преподавателей Московской духовной академии, которой было поручено подготовить документы для канонизации блаженной Матроны и составить канонический текст жития, исключив все исторически недостоверные и богословски неточные сведения о праведной старице. Непосредственно подготовкой документов о блаженной Матроне к заседанию Комиссии по канонизации занимался архимандрит Иов (Гумеров) – в последствии насельник Сретенского монастыря в Москве, а в те годы священник отец Афанасий.

Иеромонах Иов (в миру Шамиль Абильхаирович Гумеров) родился в 1942 году. В 1966 году окончил философский факультет МГУ, затем аспирантуру. Защитил кандидатскую диссертацию в Институте философии Академии наук СССР. 15 лет работал старшим научным сотрудником во Всесоюзном научно-исследовательском институте системных исследований Академии наук. В 1984 году принял крещение с наречением Афанасием. В 1990 году экстерном окончил Московскую духовную семинарию, а в 1991-м, снова экстерном – Московскую духовную академию. Кандидат богословия. Преподавал в Московской духовной семинарии основное богословие и в Духовной академии – Священное Писание Ветхого Завета.

Нужно сказать, что версия истории, как именно началась работа по обретению мощей блаженной Матроны и её прославлению, в изложении иеромонаха Иова несколько отличается от рассказанного матушкой Феофанией, впрочем, может быть, обе версии просто дополняют друг друга. Это подтверждает, что к концу 1990-х годов официальное признание Церковью святости блаженной Матроны назрело, количество чудес по её молитвам и почитание блаженной в народе стали достаточно большими.

По воспоминаниям иеромонаха Иова, 28 июля 1996 года, в день престольного праздника в храме Святого равноапостольного Владимира в Старых Садех, после Божественной Литургии архиепископ Истринский Арсений поручил ему начать работу по канонизации местночтимых Святых, чтобы прославить Святых, связанных с Москвой. В одном из интервью иеромонах Иов рассказывал: «Несколько недель у меня ушло на то, чтобы составить общий список московских подвижников благочестия, праведников, блаженных XIX–XX столетий, а также новомучеников и исповедников. При составлении такого списка я опирался на имевшиеся публикации. Всего в списке оказалось около 25 имен. Среди них была Матрона Никонова».

Первым делом началась работа над канонизацией митрополита Московского и Коломенского Макария (Невского). Однако одному отцу Иову готовить материалы было тяжело, и он попросил владыку Арсения разрешить привлечь к работе ещё нескольких человек. Так в комиссии экспертов оказалось ещё три человека: отец Дионисий Поздняев, преподаватель (ныне профессор) истории Русской Церкви в Московской духовной академии и в Сретенской семинарии Алексей Константинович Светозарский и заместитель главного редактора Издательства Московской патриархии Евгений Семенович Полищук.

Однако когда отец Иов с коллегами продолжили работу по подготовке прославления ещё нескольких праведников, архиепископ Арсений неожиданно распорядился всё отложить и срочно готовить материалы по канонизации блаженной Матроны. Оказалось, что незадолго до этого у владыки побывала А. Б. Малахова, которая заботилась о могиле блаженной Матроны. Она рассказала о том, что множество людей приходит на могилу блаженной. К тому же в то время существовала реальная опасность того, что могилу блаженной могло захватить «одно из раскольнических течений, существовавших в те годы».

Отец Иов вспоминал: «Получив срочное задание, я отправился на Даниловское кладбище, чтобы заручиться молитвенной помощью блаженной Матроны и встретиться с Антониной Борисовной, которая совершала титанический труд по уходу за могилой, поддержанию порядка и чистоты: ежедневно тысячи людей с букетами цветов часами простаивали в очереди, чтобы только приложиться к могиле. Я очень благодарен Антонине Борисовне за помощь. У меня с ней на протяжении тех лет, пока шла работа, было полное понимание».

Часть документов о чудесах, произошедших по молитвам блаженной, отец Иов получил от А. Б. Малаховой, которая собирала эти сведения, записывая рассказы тех людей, которые возвращались на могилу Матроны, чтобы поблагодарить её за помощь, или присылали благодарственные письма по почте. Её помощь отец Иов оценил высоко: «Самым ценным для будущей канонизации были свидетельства о чудесах. Антонина Борисовна дала мне толстую пачку листов. Это были многочисленные письма с адресами и телефонами, в которых люди свидетельствовали о полученной ими помощи по молитвам блаженной Матроны. Я звонил по некоторым указанным в письмах телефонам. Люди с волнением рассказывали о полученных исцелениях и помощи в трудных жизненных обстоятельствах. При подготовке материалов к канонизации мы часть этих свидетельств включили в специальный документ о пожизненных чудесах».

Весь год, пока готовились необходимые документы для прославления блаженной Матроны, активны были не только сторонники её канонизации, но и противники. Отголоски их баталий иногда взрываются горячими обсуждениями и статьями и сейчас, в среде тех, кто спустя 25 лет с момента канонизации Святой Матроны Московской по-прежнему не принимает этот церковный акт. Однако плодотворное сотрудничество многих людей в 1998–1999 годах, готовивших прославление блаженной Матроны, в конце концов привело к успешному окончанию сложной работы – было принято окончательное решение о канонизации праведной блаженной старицы Матроны Русской православной церковью.

Матушка Феофания вспоминала: «Патриарх Алексий II в апреле 1999 года вызвал меня и сообщил, что канонизация блаженной Матроны намечена на 2 мая 1999 года. Это была такая радость, что просто не описать словами. В день канонизации собралось так много народа, что вся территория была заполнена людьми, хотя нигде и объявления не давали».

Перед канонизацией блаженной Матроны в монастыре стали готовить всё для этого необходимое, главное было – окончательно подготовить храм. Торжественная служба проходила на втором этаже Покровского собора. До этого его реставрировали в течение года, убрали все перегородки, со стен счистили краску, которой те были покрыты, местами открылись старинные фрески, сделали гранитный пол и поставили иконостас.

Второго мая 1999 года в Покровском монастыре служил сам Святейший патриарх Алексий II. Готовилось торжественное причисление старицы Матроны к лику местночтимых Святых. В нижней церкви Покровского собора в полночь сначала отслужили раннюю литургию, потом последнюю литию по старице Матроне. Богомольцы оставались в монастыре до утра, чтобы участвовать в торжественном прославлении. Всю ночь люди шли, чтобы поклониться мощам блаженной. К утру собралась огромная толпа, заполнившая весь монастырь.

Утром 2 мая патриарх Алексий II огласил в храме с амвона Акт о канонизации в лике месточтимых святых блаженной Матроны Московской:

«Настоящим определяем:

1. Причислить к лику праведных для местного церковного почитания в городе Москве и Московской епархии старицу Матрону Московскую.

2. Честные останки блаженной Матроны Московской, почивающие в Свято-Покровском ставропигиальном монастыре города Москвы, отныне именовать святыми мощами и воздавать им достодолжное поклонение.

3. Память блаженной Матроне Московской совершать в день ее преставления – 19 апреля (2 мая).

4. Службу новопрославленной блаженной Матроне Московской составить особую, а до времени составления таковой отправлять общую по чину праведной.

5. Писать новопрославленной блаженной Матроне Московской икону для поклонения согласно определению Седьмого Вселенского Собора.

6. Напечатать житие блаженной Матроны Московской для назидания в благочестии чад церковных.

7. Настоящее Определение Наше довести до сведения клириков и верующих православных приходов и обителей города Москвы и Московской епархии.

Патриарх Московский и Всея Руси Алексий II. 2 мая 1999 года».

Патриарх совершил первый молебен у раки с мощами, которая была установлена в нижней церкви Покровского храма. Матушка Феофания вспоминала: «Утром, во время Патриаршей службы на душе была такая радость, трепет, но и так благодатно, что не передать словами! Паломников собралось так много, что они заполнили всю территорию монастыря. Службу на улице слушали по трансляции.

Святейший Патриарх Московский и всея Руси Алексий II с амвона огласил Акт о канонизации, а потом, когда хор впервые запел тропарь и кондак блаженной старице Матроне Московской, от радости у нас у всех полились слёзы: ведь ещё одна угодница Божия, еще одна молитвенница теперь прославлена! Наша любимая блаженная Матронушка, которая всех нас слышит, и видит, и помогает каждому, кто с верой обращается к ней, никого не оставляет неутешенным!»

Так в 1999 году блаженная Матрона была прославлена как местночтимая московская святая.

Через почти 5 с половиной лет – 6 октября 2004 года – Святая старица была причислена к лику общецерковных Святых определением Архиерейского собора Русской православной церкви, который по докладу Синодальной комиссии по канонизации Святых принял следующее решение: «Причислить к лику общецерковных Святых и включить в Месяцеслов Русской Православной Церкви блаженную Матрону Московскую (Никонову; 1883–1952; память 19 апреля/2 мая). Сообщить имя сей подвижницы Предстоятелям Поместных Православных Церквей для включения его в святцы». 16 июля 2013 года Священный Синод установил дополнительный день празднования памяти блаженной – 8 марта, в память об обретении её честных мощей.

Исторический фон: Россия в 1953–1999 годах

5 марта 1953 года умер И. В. Сталин.

7 июля 1954 года вышло Постановление ЦК КПСС «О крупных недостатках в научно-атеистической пропаганде и мерах ее улучшения», возобновилось наступление «на церковные пережитки».

В 1955 году образовалась Организация Варшавского договора.

В 1956 году на XX съезде КПСС был развенчан культ личности И. В. Сталина. Начался процесс освобождения заключённых из лагерей, в том числе и духовенства.

В 1958 году начались хрущёвские гонения на церковь, попытка её уничтожения. Резкое сократилось количество храмов и монастырей. Н.С Хрущёв обещал показать «последнего попа» в стране.

16 января 1961 года было принято секретное постановление Совмина «Об усилении контроля за деятельностью церкви». Практически вводилась блокада церкви, с лишением её всех возможностей – финансовых, юридических, благотворительных и т. д.

12 апреля 1961 года состоялся полёт Ю. А. Гагарина в космос.

В 1964 году Н. С. Хрущева сняли с должности первого секретаря ЦК КПСС. Страну возглавил Л. И. Брежнев.

В 1979 году советские войска вошли в Афганистан.

В 1982–1984 годы страной руководил генеральный секретарь ЦК КПСС Ю. В. Андропов.

17 мая 1983 года произошла официальная передача церкви Свято-Данилова монастыря в Москве.

В 1984–1985 годы страной руководил генеральный секретарь ЦК КПСС К. У. Черненко.

В 1985–1991 годы страной руководил генеральный секретарь ЦК КПСС М. С. Горбачев.

В 1988 год торжественное празднование 1000-летия Крещения Руси, возобновление просветительской, издательской, миссионерской, благотворительной деятельности церкви. В Троице-Сергиевой лавре состоялся Поместный Собор Русской православной церкви.

В 1990 году М. С. Горбачев избран президентом СССР.

В 1990 году Верховным советом СССР принят закон «О свободе совести и религиозных организациях». Церкви возвращён статус юридического лица, отменён государственный атеизм. Начало патриаршества Алексия II (Ридигера).

В 1991 году Рождество официально признано нерабочим днём. Властями разрешаются крестные ходы и колокольный звон.

В 1989–1992 годы в России открывается до 30 храмов в неделю, восстанавливаются монастыри, образовываются воскресные школы, молодёжные центры, семинарии. Начинают работу 87 духовных школ.

19–22 августа 1991 года был создан ГКЧП. Попытка государственного переворота.

24 августа 1991 года М. С. Горбачев уходит в отставку. Подписано Беловежское соглашение, упразднен СССР, создан СНГ.

С 1992 года начинаются рыночные реформы в Российской Федерации.

2–3 октября 1993 год происходит столкновения в Москве между сторонниками парламентской оппозиции и милицией. Военные захватывают Белый дом.

12 декабря 1993 года принята новая Конституции Российской Федерации.

В 1995 году создан Миссионерский отдел Русской православной церкви. Возобновление миссионерской деятельности церкви. Начало сотрудничества с армией и образовательными учреждениями.

В 1996 год проходят выборы Президента Российской Федерации. Побеждает Б. Н. Ельцин.

17 августа 1998 года в России начинается экономический кризис, дефолт.

31 декабря 1999 года Б. Н. Ельцин объявляет о досрочном сложении с себя полномочий Президента Российской Федерации и назначает В. В. Путина исполняющим обязанности Президента России.

Глава 9

История Московского Покровского монастыря. Рака для святых мощей и сень над ними. Иконография блаженной Матроны. История иконы, висящей на стене Покровского храма. Иконы блаженной – с закрытыми и открытыми глазами. Судьбы двух почитаемых икон Божией Матери «Взыскание погибших», созданных стараниями Святой Матроны

С 1 мая 1998 года мощи блаженной Матроны хранятся в Покровском женском монастыре в Москве, их установили в левой части нижнего Покровского собора. Через год, 2 мая 1999 года, здесь же состоялось прославление блаженной Матроны Московской в лике Святых.

Если познакомиться с историей Покровского монастыря, то становится понятным, что именно эта обитель органично подходит для места почитания любимой в простом народе блаженной Матроны, милосердной к страданиям людей матушки.

До постройки Покровского монастыря раньше на его месте стоял другой монастырь, полностью сгоревший при Иване III. Поэтому настоящий монастырь в какой-то степени можно считать восстановленным.

Покровский монастырь был основан в 1635 году царём Михаилом Фёдоровичем в память отца – патриарха Филарета, умершего в праздник Покрова Пресвятой Богородицы. Изначально это был мужской монастырь. В народе его называли Божедомским или Покровским Убогим монастырём, потому что в этом месте существовало дом, в который собирали неопознанные трупы со всей Москвы, а также умерших бездомных, странников и очень бедных людей, чтобы похоронить их по христианскому обычаю. Есть сведения, что сюда же приносили подкидышей, брошенных детей. И после постройки Покровского монастыря люди по привычке продолжали доставлять сюда оставленных родителями детей. Священники и монахи помогали устроить жизни этих сирот, находили для них приёмных родителей. Часто таких детей называли Богданами, считалось, что они Божьи, и Господь Сам устраивает их судьбы.

Есть сведения, что издавна на месте монастыря стояли «убогие дома», к которым в праздник Покрова Богородицы из соборов и монастырей Москвы совершались крестные ходы. Священники и монахи соборно совершали панихиду по умершим насильственной или внезапной смертью, после которой нищим раздавали милостыню в поминовение душ погребённых людей. Потому что некому было помолиться о душах несчастных, умерших без покаяния или погибших от рук злодеев. Благочестивые люди специально привозили в «убогие дома» гробы, приносили саваны и рубахи, покупали для поминания свечи.

Начавшееся в 1635 году строительство Покровского монастыря закончил уже следующий царь – Алексей Михайлович, который имел обычай посещать обитель в Пасхальные дни, делал пожертвования, христосовался с братией обители.

Первый каменный Покровский собор был построен в середине XVII века, потом возвели трехъярусную колокольню и храм в честь Воскресения Словущего. В начале XVIII века в обители открыли семинарию, то есть монастырь стал «учительским». Позже у ограды монастыря с помощью благодетелей были построены две богадельни – мужская и женская.

В 1812 году французы монастырь разграбили, многие его постройки разрушили или сожгли, но после войны обитель вновь была восстановлена. К середине XIX века Покровский монастырь стал важным духовным центром, перед этим его существенно перестроили. В обители на пасторских курсах готовили миссионеров, учили по четыре сотни человек сразу. Есть сведения, что для преподавания и помощи в важном деле подготовки миссионеров прибыли монахи с Афона.

В годы Первой мировой войны в обители работал госпиталь на 500 раненых, за которыми ухаживали монахи. После революции в 1929 году монастырь закрыли.

Покровский монастырь и место, где его построили, изначально были сосредоточием благочестия, сострадания, милосердия в Москве и её окрестностях. Здесь достойно с христианскими почестями погребали самых несчастных людей: умерших беззащитных нищих, неопознанных погибших, подобранных на улицах города. В обители раздавали милостыню бездомным. Во время эпидемий и войн открывали лазареты. Для нищих мужчин и женщин работали приюты. Здесь давали временный приют и устраивали судьбы сирот. Святая блаженная Матрона Московская, всю жизнь старавшаяся помочь каждому, кто к ней приходил, жалевшая людей как родных, наверное, не могла бы выбрать для упокоения лучшего места, чем Покровский монастырь.

Сейчас трудно представить, находясь в красивой благоустроенной Покровской обители, что ещё недавно, в безбожные времена, она была полуразрушенной, лежала в руинах. С начала 1990-х годов Церковь пыталась вернуть в своё лоно строения, которые остались от некогда процветавшей обители. Но только в 1996 году наконец вышло постановление о передаче Патриархии храмов и всех строений Покровского монастыря.

Настоятельницей обители матушку Феофанию назначили в феврале 1995 года, но поселиться с первыми сестрами в монастыре они смогли только через несколько месяцев – в октябре, когда им выдали ключи от первого этажа Покровского собора. Вначале они спали в храме прямо на полу, не было ни кроватей, ни даже матрасов. В правой части церкви сделали трапезную, там и еду готовили.

Отец и братья матушки Феофании помогли разобрать в храме перегородки, сооружённые съехавшими арендаторами. Из фанеры изготовили временный иконостас, который установили в левом приделе храма, где сейчас покоятся мощи блаженной Матроны. Матушка Феофания сама по ночам шила облачение для престола, завесы для алтаря. В итоге 13 октября 1995 года состоялось освящение малым иерейским чином придела в честь преподобного Нила Столобенского, а 14 октября на праздник Покрова Пресвятой Богородицы впервые с 1929 года в храме была совершены Божественная литургия и первый крестный ход вокруг него.

А уже через два года после открытия Покровского монастыря, в него были перевезены мощи блаженной Матроны. Инокиням ещё предстояло приложить много труда для полного восстановления обители, конечно, главной помощницей в этом для них стала Святая Матрона Московская. Потому что иначе как чудом не назовёшь превращение развалин Покровского монастыря в процветающее место, способное принять тысячи паломников.

Матушке Феофании и сестрам досталось сложнейшее послушание. В 1998 году Покровский храм был ещё не до конца восстановлен и украшен, что говорить о других зданиях. Они находились в полуразрушенном состоянии. Вот как вспоминала матушка Феофания, с чего начиналось восстановление монастыря: «Куполов на храмах не было, на крышах росли деревья и трава, не знаю во сколько слоев… В Воскресенском храме было три этажа: на первом этаже спортзал, какие-то тренажеры, ночной клуб; в подвале – бильярдная, наверху, где сейчас ризница, – киностудия, часть помещений арендовали экстрасенсы и еще какие-то фирмы и организации… На первом этаже Покровского храма, где сейчас мощи блаженной Матроны Московской, находился склад, где, по сути, хранился только мусор. На втором этаже – кабинеты Министерства топлива и энергетики. В храме были сделаны перекрытия и получились третий и четвертый этажи, которые были сданы в аренду разным фирмам. Выезжая, арендаторы четвертого этажа – не помню, что это была за фирма, – сожгли подкупольную часть, и, к сожалению, сгорела вся роспись Покровского храма.

Братский (сейчас – сестринский) корпус второго этажа занимали „Мегаватт Банк“ и Министерство топлива и энергетики; они тоже сдавали помещения в аренду разным фирмам, каждую комнату – это был просто ужас… На первом этаже в каждой комнате находилась какая-нибудь организация: кто обувь оптом продавал, какие-то индусы продавали кофты, утюги, холодильники, чайники – кто что. Просто какой-то рынок!»

Протекала система отопления, самодельные перекрытия разрушались на глазах, нужно было убирать массу самодельных перегородок, в зданиях прогнили полы, во многих помещениях не было окон, остались только оконные проёмы, текли крыши. В некоторых заброшенных зданиях жили бомжи. Только из Воскресенского храма пришлось вывезти более ста грузовиков мусора. Постепенно, шаг за шагом матушке и инокиням удалось ремонтировать храмы и помещения. Превратить территорию монастыря, сначала похожую на свалку, в цветущий парк – они посадили более 3 тысяч деревьев.

С момента перенесения в Покровский монастырь мощей блаженной Матроны он стал местом притяжения для тысяч людей, которые потянулись в обитель со всех концов России, да и мира, с молитвами к Святой старице. Трудно представить, какая великая ответственность легла на плечи матушки Феофании и сестер по созданию достойных условий для поклонения великой Святой.

Одной из самых важнейших задач для монастыря стало изготовление раки для мощей Святой Матроны Московской и сени над ней, таких, чтобы они были достойны памяти всенародно любимой блаженной. Работа предстояла сложнейшая. Сразу не нашлось мастеров, готовых взять на себя ответственность за изготовления настолько сложных и важных изделий. Даже самые искусные мастера, самые опытные художники отказывались браться за столь сложную работу. Выхода не было, пришлось самой матушке Феофании попытаться организовать совместное творчество разных людей, чтобы общими усилиями осуществить проект. Вот как она рассказывала в одном из интервью о том, как ей удалось сделать намеченное: «Проекта изначально никакого не было – мы постепенно разрабатывали его с художниками. Я везде ездила, фотографировала в Кремле, к преподобному Сергию в Лавру, по другим храмам и монастырям. Художники делали наброски. Например, колонны мы взяли у преподобного Сергия, немножко только изменили; занавеси сделали, как в Кремле, чтобы получилось более изящно.

Потом думаю: что же поместить на стене над ракой? Хотела сначала икону написать, а потом решила, что нужно взять сюжет из жития, как блаженная Матронушка молится за Россию и каждого человека, который к ней приходит. При жизни не могла ходить, а сейчас стоит на коленях и просит Матерь Божию перед Ее иконой „Взыскание погибших“ (которая сопровождала Матронушку всю жизнь) за всех, кто просит ее молитв в болезнях, скорбях житейских, семейных проблемах, работе, учебе…

На верху сени, где стоят ангелы, нужно было сделать какую-то надпись, и я решила написать слова, которые Матронушка говорила перед смертью: „Все, все приходите ко мне и рассказывайте, как живой, о своих скорбях. Я буду вас видеть, и слышать, и помогать вам“.

Как-то всё постепенно складывалось, художники рисовали, и наконец получился готовый проект. А потом самым сложным было найти, кому заказать изготовление раки по эскизу. Никто не решался, ведь это огромный объем филигранной работы – сделать серебряную раку. Наконец руководство Софрино согласилось – они даже специально открыли целый цех. Сень и рака были готовы к концу 2003 года, и, когда Святейший Патриарх Алексий II приезжал служить в обитель, ему очень понравилось».

Сейчас понятно, что рака для мощей и сень над ней – это настоящие произведения искусства, которыми любуется каждый верующий, приближаясь к ним. Такими же уникальными являются и неугасимые лампады, которые всё время горят над мощами блаженной Матроны. Матушка Феофания долгое время ездила по музеям Москвы и Санкт-Петербурга, по старинным храмам, фотографируя там лампады. Потом художники, вдохновлённые этими снимками, творчески осмысливали старинные образцы и нарисовали лампады, которые изготовили специально для Матронушки. Лампады над мощами Матроны Московской уникальны, подобных больше нет.

Такими же, как рака, сень и лампады, уникальными произведениями искусства являются и аналой, за которым монахини читают Неусыпаемую Псалтырь у мощей Матронушки, и большой подсвечник у раки, и столик, на который люди кладут принесённые ими цветы. В каждую вещь у мощей Святой Матроны Московской вложено много труда и любви.

Для праздников в монастыре есть прекрасные, тонкой работы, с искусной вышивкой покрывала для мощей блаженной Матроны. Они разных цветов. На Пасху – красное покрывало. На Господние праздники – белое. На Богородичные праздники – голубое. В посты – чёрное или фиолетовое покрывала.

Первые иконы с образом Святой Матроны появились после её канонизации в 1999 году. В храмах Покровского монастыря сейчас находятся по крайней мере пять чтимых икон блаженной. Самых известных образов Святой в монастыре два – первый из них находится на улице, на стене Покровского храма, обычно очередь к нему не меньше, чем очередь к мощам, второй – в левом приделе храма, напротив мощей. Оба этих образа были созданы одними из первых и во многом заложили основу традиции написания икон Святой Матроны Московской, правила изображения блаженной.

Чаще всего иконописцы берут за основу известную фотографию, сделанную, как считается, где-то около 1952 года, на которой блаженная Матрона сидит на кровати, подогнув ноги, руки её лежат на коленях, или, скорее, она упирается ладонями в колени. Иконописцы при создании поясных икон повторяют внешний облик блаженной с фотографии, но обычно меняют положение рук Святой.

К изображению лика Святой иконописцы относятся по-разному. Большинство следует упомянутому фотоснимку, сделанному в конце жизни старицы, пытаются точно повторить черты лица блаженной: округлое лицо, плотно закрытые веки, достаточно близко посаженные к переносице. Другие творчески перерабатывают черты Святой, используя для этого не только фотографию 1952 года, но более ранние фото. На некоторых иконах Матрона достаточно молодая и даже юная, в её образе видны отсылки к фотографиям блаженной в юности: на одной из них она ещё стоит на своих ногах, и к другому снимку, который был сделан на паспорт, где она молодая, без платка, в красивой кофточке. На таких иконах Матрона более стройная, лицо у неё овальное с достаточно узким подбородком.

Чаще всего встречаются иконы, на которых блаженная Матрона изображена по пояс, с поднятой в молитве правой рукой, в левой руке она держит чётки. Иногда руки Святой сложены на груди. Есть и иконы, на которых блаженная стоит во весь рост, но лик Святой, её руки и платье на них не отличаются от поясных образов, только платье длинное, в пол.

Обычно Святую Матрону изображают в зелёном платье и белом платке, завязанном под подбородком. Однако цвет платья Святой на иконах бывает и другим – красным, синим, тёмно-коричневым. Изредка встречаются иконы, на которых Матрона в белом платье из парчовой ткани, украшенной крупными яркими цветами, будто райскими. Такой образ есть в Сретенском монастыре в Москве. Ещё один из излюбленных видов одежды на иконах блаженной – простое тёмное платье в мелкий нерегулярный белый горошек, подобное тому, что встречается на некоторых её фотографиях. Последнее время появляется изображение и вовсе неожиданной одежды у блаженной на её иконах – сарафаны, красочные жилетки поверх платья, разного цвета кофты и юбки и т. д. Такими же разными изображают и платки на голове блаженной Матроны, как правило, в большинстве случаев они белого цвета, но бывают и светло-розовыми, и других цветов, но в светлых оттенках. Платки по виду тоже разные, бывают наброшенные на голову шали, укутывающие блаженную почти до пояса, или большие платки, покрывающие плечи, завязанные на груди.

Мало найдётся святых, у которых иконы были столь разнообразными по изображению, сюжету, цветам, как у Святой блаженной Матроны Московской. Складывается впечатление, что единые канонически строгие правила для создания образов блаженной Матроны пока иконописным сообществом не выработаны, очень часто каждая новая икона создаётся мастером по собственному разумению и не похожа на предыдущие образцы.

Немногочисленные, но были написаны иконы, на которых изображены отдельные события из жития Святой Матроны. Например – «Встреча Матроны с праведным Иоанном Кронштадтским», «Перенесение честных мощей Матроны в Покровский монастырь», «Исцеление страждущего болезнью ног», «Крещение Матроны», «Встреча иконы Пресвятой Богородицы „Взыскание погибших“» и т. д.

Можно увидеть изображения Святой Матроны Московской на иконах в группе святых (в составе Собора святых – с другими угодниками Божиими на образах Тульских или Московских святых) или с кем-то из почитаемых святых. Так, есть образы, на которых Святая блаженная Матрона Московская и Святая блаженная Ксения Петербуржская вместе молятся у иконы Божией Матери «Взыскание погибших» или у других икон, или просто они стоят рядом.

В некоторых церквях икона блаженной Матроны находится в иконостасе, в чине Деисус. Как правило, в таком случает её образ составляет пару иконе Святой блаженной Ксении Петербуржской.

На иконах Покровского монастыря Святая Матрона часто представлена на фоне храмов Покровской обители или на руке она держит модель Покровского собора, где покоятся её мощи. Есть варианты икон, когда блаженная изображена на фоне Московского Кремля – это отсылка к тому, что Святая – «Московская». Есть изображения блаженной Матроны на фоне Данилова монастыря, где хранились какое-то время её мощи после их обретения на Даниловском кладбище.

Мы уже писали, что заботами блаженной Матроны, её стараниями были созданы две иконы Божьей Матери «Взыскание погибших», одна для Успенской церкви на её родине, в Себино, другая – для самой блаженной. Келейная Богородичная икона «Взыскание погибших» почти всю жизнь сопровождала Матрону, была её любимым образом, у которого она ежедневно молилась. Когда иконописцы начали писать иконы с ликом самой Святой Матроны Московской, то нередко они стали туда включать изображение её любимого образа. Есть варианты иконы, когда Матрона держит в руках любимую икону, молится у неё, или образ располагается в одном из верхних углов иконы. Иногда встречаются иконы почти сюжетные, как картины, на которых блаженная Матрона молится в бревенчатой избе. В красном углу деревянного дома висит икона Божией Матери «Взыскание погибших», у которой горит лампада. Перед Святой стоит стол, на котором кружка воды и просфора.

Появились и новые виды икон, на которых вместо клейм с сюжетами из жития или чудесами вокруг лика Матроны находятся небольшие образы самых разных святых, подобранных по вкусу иконописца: от особо почитаемых в России святых до новомучеников. Называют такие иконы – «Матрона Московская со Святыми».

Безусловно, одной из самых почитаемых икон Святой блаженной Матроны Московской является та, что висит на внешней стене Покровского собора. По традиции, практически каждый паломник прикладывается не только к мощам блаженной, но и к этой особо почитаемой иконе. Каждый день сотни людей хотят поклониться этому чудотворному образу, рассказать Матронушке о своих печалях и невзгодах. Летом и зимой, невзирая на погоду, в дождь или снег, огибая храм, стоит очередь из паломников под открытым небом, каждый ждёт своей очереди, чтобы приложиться именно к этой иконе, именно в этом месте.

Самая почитаемая в Покровской обители икона блаженной Матроны была создана в монастыре и расшита бисером сёстрами обители. Затем образ поместили в специальный киот, чтобы защитить, так как сразу предполагалось, что она будет находиться на улице, на стене Покровского храма. Место, на котором образ висит, было выбрано неслучайно. Именно в этом месте, у стены собора, ещё до канонизации блаженной и даже до обретения её мощей, когда Покровский монастырь только восстанавливался (в 1998 году), настоятельница обители Феофания в видении впервые разговаривала с Матронушкой. В одном из интервью она вспоминала: «Место, где икона, – то место, где мы с Матроной разговаривали первый раз… Я говорю: „Матронушка, пожалуйста, приди к нам“. Она говорит: „Я должна посмотреть угодья“. И мы прошли по всей территории монастыря и обратно встали здесь. Она говорит: „Всё подходит, очень хорошая территория. Только вот одного не хватает“. Я стала на колени сразу: „Матронушка, я всё сделаю, чтобы только ты пришла“. Она говорит: „Я очень люблю детей-сирот. Вот если приют откроешь, я приду“. И каких-то два дня не прошло, мощи к нам приносят… Я как-то всё забыла, про свой обет забыла. И как-то вечером сплю, и кто-то стучит в окно. Открыла просто окно, а оттуда голос говорит: „Когда откроешь приют?“ Я так перепугалась, никого нет, а голос… Утром следующего дня в обитель привезли двух первых детей».

В настоящее время в Покровской обители работает Православный детский приют милосердия для девочек. Официально он называется – Социально-реабилитационный центр «Детский приют Покровского женского монастыря у Покровской заставы Русской Православной Церкви (Московский Патриархат)». В нём постоянно живёт 30–40 девочек (от 6 до 18 лет), в большинстве это «сироты при живых родителях», дети из неблагополучных семей. Девочки учатся в православной гимназии в Троице-Лыково, получают разностороннее образование, воспитание в православных традициях. Также их учат шить, вязать, вышивать, готовить. Много времени уделяется занятиям музыки, практически все девочки играют на различных музыкальных инструментах. Воспитанницы приюта с наставниками много путешествуют, летом отдыхают на море. К праздникам девочки сами пишут сценарии, стихотворения, тексты и музыку для песен, готовят концерты и спектакли. Есть в приюте игровые комнаты. Воспитанницы постоянно участвуют в Богослужениях, исповедуются и причащаются.

Игуменья Феофания называет воспитанниц монастырского приюта «Матронушкины детки», говорит, что «Приютские дети – очень способные и старательные, они быстро учатся всему полезному: умеют шить, петь, готовить, сервировать стол, играть на музыкальных инструментах, а в школе проходят Закон Божий. Только нужно с ними заниматься и с любовью и вниманием обращаться… С воспитанницами занимаются сестры монастыря, имеющие специальное педагогическое образование. Перед педагогами стоит задача бережно врачевать юные души детей, воспитывать детей в Православии и любви к России». По словам матушки, выйдя из стен приюта, «…выпускницы сейчас учатся в вузах и получают самые разные профессии: детского врача, медсестры, экономиста, архитектора, ветеринара, учителя, социального педагога и другие. Некоторые уже сами создали семьи, венчались у нас, крестили своих детей». Вот так хорошо складывается жизнь у «детей Матроны», воспитанных при её благословении.

Можно сказать, что история детского приюта для девочек Покровского монастыря неразрывно связана с особо почитаемой иконой Святой Матроны Московской, которая висит на стене Покровского собора. Когда-то и сама Матронушка приютила бездомную сиротку Ниночку, показывая пример, как должно поступать православным людям – помогать и поддерживать самых незащищённых, слабых людей, в первую очередь обездоленных детей.

* * *

В Москве в настоящее время есть несколько особых мест, связанных с памятью о блаженной Матроне, кроме мощей блаженной и почитаемых икон в Покровском монастыре. В этих местах (в каждом из них) есть и другие почитаемые иконы Святой.

Во-первых, на Даниловском кладбище, где несколько десятилетий хранились честные останки блаженной, сохранилась могила, в которой она была похоронена. Люди по-прежнему посещают это место, несут цветы и зажигают свечи. Так как блаженная выбрала это кладбище, чтобы «слышать службу в храме», а сразу после обретения мощей первым храмом, в который перенесли гроб с телом праведной старицы, была кладбищенская церковь – Сошествия Святого духа, то её тоже стараются посетить паломники. Здесь они могут помолиться у почитаемой иконы Святой Матроны Московской с частицей её мощей.

Во-вторых, ещё одним местом, связанным с почитанием блаженной Матроны, является Данилов монастырь, здесь паломники отдают память тому времени, когда с марта по май 1998 года, после обретения мощей праведной старицы, в этой обители хранились её честные останки, перед которыми служили панихиды. В Даниловом монастыре есть почитаемая икона Святой Матроны Московской с частицей мощей, у которой молятся паломники.

В-третьих, в церкви Святого Мартина Исповедника, Папы Римского находится особый ковчег. В нём хранится одежда, в которой похоронили блаженную Матрону, – её рубашка, есть здесь и частица мощей Святой. У ковчега расположена почитаемая икона Святой Матроны Московской. Нужно сказать, что это достаточно редкий случай, когда одежда, в которой похоронили святого человека, хранится отдельно от мощей, да ещё и осталась не просто нетленной, но и отлично выглядит, как новая. Храм Святого Мартина Исповедника находится в Таганском районе Москвы, в стороне от особо посещаемых паломниками мест. Немногие люди приходят в эту церковь поклониться святыням, связанным с именем блаженной Матроны, что, конечно, не делает этот храм менее значимым в деле сохранения памяти о Святой старице.

* * *

В данный момент многие иконописцы пишут иконы с ликом Святой Матроны Московской. Но были люди, которые первыми написали иконы блаженной Матроны, во многом задав на годы вперёд традицию её изображения. Наверное, первыми иконописцами, которые начали писать образ блаженной Матроны, стали супруги Игорь и Ольга Кривовы. Будучи мастерами в «Софрино» (художественно-производственное предприятие по изготовлению церковной утвари и других предметов для нужд Русской православной церкви), Кривовы весной 1997 года приехали в восстанавливающийся Покровский монастырь, где познакомились с его настоятельницей матушкой Феофанией. Через месяц матушка благословила их писать иконы для Покровской обители.

Именно супруги Кривовы первыми заложили основу символики в изображении блаженной Матроны. Зелёный цвет одеяний блаженной, который они использовали, это каноническая традиция – изображать одежду блаженных именно зелёной или зеленоватой. Чётки в руке Матроны означают ей молитвенный подвиг при жизни. Направленная к людям открытая правая ладонь символизирует благословение верующих. Белый платок на голове говорит о чистоте и непорочности.

На иконах, где блаженная изображена в полный рост, она достаточно высокая, хотя известно, что Матрона была небольшого роста: современники вспоминали, что Святая была маленькая, как ребёнок. В иконографии есть традиция удлинять пропорции тела святого при его изображении, это символизирует устремление его к Небу, преображение его.

Большинство икон храмов Покровского монастыря, а также подворья и часовни Матроны Московской написаны Игорем и Ольгой Кривовыми. По благословению матушки Феофании по описаниям жизни блаженной ими была написана первая житийная икона Святой – «Предстояние святой блаженной Матроны пред Божией Матерью с Покровом».

Игорь Кривов – самородок, который не имел профессионального образования, но начал писать иконы по зову души. После участия в выставке молодых иконописцев его взяли на работу в «Софрино», вскоре ему стала помогать жена. Десять лет они работали вместе, прежде чем начали писать иконы для Покровского монастыря. Вот как в одном из интервью супруги Кривовы рассказывали о создании житийной иконы блаженной Матроны: «Житийные иконы святых имеют свои канонические особенности. Сначала мы подробно изучили житийные иконы Преподобного Сергия Радонежского, святого Николая Чудотворца, преподобного Серафима Саровского. Потом приступили к написанию иконы святой Матроны с клеймами, в которой стремились отразить основные вехи жития блаженной и передать их в каноническом стиле, опираясь при этом на изображения житий наших православных святых. Например, в иконе отражены эпизод крещения маленькой Матроны, встреча блаженной отроковицы со святым Иоанном Кронштадтским, история написания иконы „Взыскание погибших“, преставление и последующее прославление старины.

На первой житийной иконе было написано 12 основных клейм, потом их стало 16, позже – 18. Это связано с посмертными чудесами Матроны. Например, из Африки приехал болящий, который стал терять зрение. По молитвам к Матроне он получил исцеление. На основе этого события мы написали клеймо. Число клейм увеличилось также после выхода в свет полного жития Матроны и после обретения ее мощей».

Супруги Кривовы первыми написали на иконе блаженную Матрону с закрытыми глазами. Позже не раз возникала дискуссия, как именно нужно писать Святую Матрону, с закрытыми глазами или с открытыми. Противники изображения блаженной с закрытыми глазами настаивают, что в православной иконописи есть традиция писать образ святого без телесных недугов, так как их не может быть в Царствии Небесном.

Основоположники традиции писать блаженную Матрону с закрытыми глазами объяснили свою позицию. Ольга Кривова: «Образ Матроны с закрытыми глазами указывает верующим на то, что блаженная обладала прежде всего духовным зрением. Обыкновенный человек многого не видит и не понимает, а Святая Матрона Московская при закрытых глазах видела больше, знала больше, чувствовала больше, сколько всего предвидела! Закрытые глаза – это неотъемлемая часть ее образа! В иконе все очень символично». Игорь Кривов: «В своих работах мы придерживаемся исторической истинности изображений, основанной на портретном сходстве и церковном предании. Существуют образы Матроны, написанные с открытыми глазами. Мы видели реакцию людей на подобные иконы: им тяжело воспринять такой образ, потому что всем известно, что Матронушка при жизни была незрячей, и отношение людей к такой иконе неоднозначно».

В иконописной школе Московской духовной академии, которая во многом задаёт тон и правила современной иконописи, создаются образы Святой Матроны обоих изводов: с открытыми и закрытыми глазами. Есть мастера, которые некоторые иконы даже делают в двух вариантах – и с открытыми, и с закрытыми глазами.

В настоящее время в практике закрепилось два вида образов Святой Матроны – с закрытыми и с открытыми глазами, у каждого из этих направлений есть сторонники, которые уверенно и аргументированно отстаивают свою позицию. Однако нужно помнить, что при изготовлении иконы мастер обязательно показывает эскиз священнику и просит его благословления. А если образ пишется для храма, то его благословляет настоятель. Иконописцы не принимают решения сами, поэтому прихожане должны помнить, что все образы в их церквях (с открытыми ли глазами Матронушка или с закрытыми) получили благословение и освящены. И ко всем иконам в храме нужно относиться с благоговением. Церковное священноначалие пока не давало никаких комментариев на тему, как именно нужно изображать на иконах блаженную Матрону.

В большинстве церквей на иконах Святая Матрона Московская изображена с закрытыми глазами. Но встречаются в московских храмах иконы блаженной с открытыми глазами. Так подобная икона есть в церкви во имя Сорока Севастийских мучеников. Это уважаемый старинный храм у Новодевичьего монастыря.

В храме Апостола Фомы также есть икона, на которой изображена блаженная Матрона с открытыми глазами. В этой церкви настоятелем был известный православный миссионер протоиерей Даниил Сысоев, который считал, что Святую нужно изображать в преображённом состоянии, без болезней, от которых она страдала при жизни.

Вспоминая о самых почитаемых иконах Покровского монастыря, безусловно, нужно вспомнить самую любимую и близкую икону для Матронушки, написанную по её просьбе для повседневных молитв – образ Божией Матери «Взыскание погибших». К счастью, намоленная самой блаженной Матроной Московской икона сохранилась. Зинаида Владимировна Жданова, в квартире у которой хранился этот образ, завещала его Покровскому монастырю. Значимость этой иконы трудно переоценить, сравнить её можно разве что с любимой келейной иконой преподобного Серафима Саровского – образом Божией Матери «Умиление», у которой умер великий святой. В Серафимо-Дивеевском монастыре, где хранится «Умиление» батюшки Серафима, знаменитой иконе оказывают особый почёт и монахини, и паломники, понимая его важность, воспринимая его как прямую связь с любимым святым.

К сожалению, посещая Покровский монастырь, искренне любя Матронушку, многие паломники равнодушно проходят мимо самой любимой иконы блаженной матушки. Икона Божьей Матери «Взыскание погибших», у которой годами молилась блаженная Матрона, считавшая её своей драгоценностью и старавшаяся с этим образом не расставаться, висит внутри храма, практически напротив мощей – на правом от них простенке. Старая икона с поблекшими красками, в простом окладе, с малозаметной надписью, что это и есть та самая икона – келейная икона блаженной Матроны – мало привлекает внимание паломников. Вокруг красивые, яркие современные иконы, впереди прекрасная богатая рака с мощами и сенью. На их фоне скромный образ в бедном окладе многими остаётся незамеченным.

А какой, собственно, могла быть любимая икона Матронушки, женщины родом из деревни, из обычной крестьянской семьи, скромной и простой, но от этого только по-настоящему подлинной. Кажется, будто лишь вчера молилась у иконы «Взыскание погибших» блаженная. Можно представить, что на этом образе сохранились отпечатки её пальцев, следы губ от её прикосновений, частицы дыма, наполнявшего её родную избу, когда топили в ней «по-чёрному», и налёт от благоухающего ладана из постоянно горевшей перед этим образом лампады. То, что сохранилась эта икона, – это большой дар нам, потомкам. Радость, когда люди могут помолиться у любимого образа почитаемой Святой, как будто постоять рядом с самой блаженной на молитве.

Первая же икона Божией Матери «Взыскание погибших» стала главной святыней в себинском храме, прославившись многими чудотворениями. По воспоминаниям себинцев, у этой иконы всегда молились, когда на тульской земле случалась засуха, страшное для крестьян бедствие. Икону «Взыскание погибших» выносили в поле, к реке и там служили молебен, в котором участвовали все местные жители. Часто после такой молитвы едва ли не сразу начинался дождь, люди не успевали вернуться домой – промокали до нитки. В Успенском храме у чудотворной иконы больные просили исцеления, и многие после этого выздоравливали.

Говорят, что в Себино созданную заботами Матронушки икону «Взыскание погибших» местные называли «Московской», так как образ был списком с известной иконы, хранившейся в Москве в церкви Рождества Христова в Палашах.

Во время войны храм в Себино сильно пострадал, некоторые иконы погибли, однако образ Божией Матери «Взыскание погибших» уцелел. После Победы церковь была какое-то время закрыта. Себинцы посылали ходоков не только в Тулу, но и в Москву с просьбами открыть свой любимый храм. Матрона земляков успокаивала: «Откроется церковь, куда она денется, откроется». Так и случилось – в 1947 году Успенская церковь в Себино вновь открылась. И по-прежнему главной святыней в ней оставался образ Божией Матери «Взыскание погибших». Однако храм хотя и открыли, но часто он подолгу не работал, потому что в те годы катастрофически не хватало священников даже в городах, что уж говорить о сельской местности. Священники в Успенской церкви в селе Себино часто менялись, временами после отъезда очередного батюшки месяцами не присылали нового.

В 1970-е годы настоятелем Успенской церкви в Себино стал отец Лавр (в миру Виктор Алексеевич Тимохин). Родился он в Тульской области в селе Петрушино Алексинского района в 1955 году. Отец Лавр был священником сразу в нескольких приходах Тульской епархии, поэтому постоянно был в разъездах. О тех временах он вспоминал так: «В то время церкви никак не охранялись, их постоянно обкрадывали, уносили иконы, предметы богослужения, старинные книги. Я сам не мог постоянно стеречь святыню себинского храма – „Взыскание погибших“, потому что под моим благочинием находилось несколько приходов, я постоянно был в разъездах на служении. Вот возвращаюсь, а сердце щемит, вдруг вернусь – и не найду её».

В 1993 году отец Лавр переехал в город Новомосковск Тульской области, где с 1990 года была зарегистрирована православная община, которая выкупила помещение бывшего кафе на окраине городского парка. Вскоре в бывшем кафе отрыли первый в городе (после безбожных времён) православный храм – Рождества Пресвятой Богородицы. Вот настоятелем этого храма и был назначен иеромонах Лавр. Вскоре администрация Новомосковска передала православной церкви ещё одно помещение – бывший кинотеатр, так появился в городе ещё один храм, освящённый в честь иконы Божией Матери «Нечаянная радость», настоятелем которого тоже стал отец Лавр. В 1995 году по благословению патриарха Алексия II на месте прихода храма Рождества Пресвятой Богородицы был основан Свято-Успенский мужской монастырь, наместником которого был назначен архимандрит Лавр.

Ещё в 1993 году, отправляясь в Новомосковск, отец Лавр забрал с собой подлинник иконы «Взыскание погибших» из Успенской церкви в Себино, который блаженная Матрона заказывала для любимого храма в родном селе. Для церкви в Себино была написана копия этой почитаемой чудотворной иконы. В настоящее время подлинник иконы «Взыскание погибших» по-прежнему продолжает храниться в Свято-Успенском мужском монастыре в Новомосковске. В этой обители построен храм Покрова Божией Матери, в нём есть придел иконы Божией Матери «Взыскание погибших», в котором хранится икона из Себино. В настоящее время эта икона является главной святыней Свято-Успенского монастыря в городе Новомосковске. Находится монастырь приблизительно в 60 километрах от села Себино, родины блаженной Матроны, на полдороги пути в Тулу. Теперь в Новомосковский монастырь приезжает множество паломников, желающих помолиться у иконы «Взыскание погибших», дорогой сердцу Святой праведной Матроны Московской.

Так сложилось в наши дни, что особая любовь и почитание блаженной Матроной иконы Божией Матери «Взыскание погибших» соединило имя любимой в России Святой и известный с древности Богородичный образ. Верующие люди, услышав «Взыскание погибших», сразу вспоминают Матронушку. Поэтому и на иконах самой блаженной Матроны так часто встречается изображение дорогой её сердцу иконы.

Что касается иконографии Святой блаженной праведной Матроны Московской, то в настоящее время она только складывается. В православии иконография – это совокупность особенностей, характеризующих иконы того или иного типа, комплекс утверждённых Церковью правил и норм, которых должен придерживаться иконописец при написании той или иной иконы. Есть надежда, что свод правил со временем будет выработан и по отношению к образам блаженной Матроны. Пока же большое количество разнообразных икон блаженной говорит о том, что они востребованы верующими. Иконы Святой старицы есть практически во всех православных церквях России и в домах у большинства верующих людей.

Глава 10

Современное почитание блаженной Матроны. Традиции: цветы и записки. Храмы, посвящённые блаженной Матроне. Службы и житие на разных языках. Почитание в других странах и верующими других религий. Музеи, сайты, книги, документальные фильмы, «библиотеки» с записями чудес – всенародное почитание Святой. Музейный комплекс на родине в Себино

Главным центром почитания Святой Матроны Московской, безусловно, является Покровский монастырь в Москве, где хранятся мощи праведной старицы. В музее обители выставлены мебель, посуда, книги и т. д. из квартиры Ждановых в Староконюшенном переулке, где Матрона прожила самое долгое время в Москве.

Покровский монастырь каждый день открывает свои ворота для паломников с 7 часов утра, а закрывает их в 20 часов вечера. В будние дни обитель в основном посещают москвичи, в большинстве люди приходят до работы или после, две большие очереди – к мощам и почитаемой иконе Матроны – стоят каждый день, круглый год. Ежедневно в монастырь приходит 1–5 тысяч человек, в зависимости от погоды. В выходные паломников существенно больше, чем в будни, обычно 8–10 тысяч.

С ранней весны до поздней осени по субботам и воскресеньям прибывают автобусы с паломниками из разных регионов страны, некоторые приезжают накануне ночью, и уже с 4 часов утра люди занимают очередь перед воротами обители. В такие дни рано утром площадь перед монастырём оказывается заполненной паломниками, которые преодолели многочасовой путь на автобусах из своих городов и сёл с разных концов России и из ближнего зарубежья, чтобы поклониться Святой Матроне Московской, попросить у неё помощи.

На автобусах, стоящих на улицах вокруг монастыря, есть таблички, по которым можно изучать географию страны: «Курск – к Матронушке», «Ростов – к Святой Матроне», «Астрахань – к Матроне», «Псков – к Матроне Московской» и т. д. И никому в нашей стране не нужно объяснять, куда именно ехал каждый из этих автобусов, вся Россия знает, кто такая Святая блаженная Матрона Московская и как много она значит для православного народа. Приехавшие паломники, часто вместе со священниками своих храмов, заполнив ещё ночью пространство у ворот Покровской обители, читают акафисты, часто тут и там поют церковные хоры. После открытия монастыря все эти люди сразу устремляются к мощам блаженной Матроны и её почитаемой иконе на стене Покровского собора. Выстраиваются две длинные очереди, но люди готовы стоять часами, чтобы иметь возможность обратиться к Матроне так, как она сама завещала, говоря, чтобы приходили к ней как к живой, рассказывали о своих проблемах, а она будет всех слышать и помогать.

Существуют две основные традиции у паломников при посещении Покровской обители. Первая – большинство людей приходят к мощам блаженной Матроны с цветами. Эта традиция имеет корни в любви Матронушки к цветам. С малых лет она полюбила полевые цветы, сама их собирала в полях вокруг родного села. Зная, что Матрона всегда радуется, если ей подарить букет, близкие иногда приносили цветы с собой и дарили блаженной.

Позже, уже в Москве, люди тоже старались порадовать Матронушку – дарили ей цветы. Со временем это закрепилось в традиции. Сейчас паломники приносят букеты уже не полевых, а любых цветов, в Покровский собор и, подходя к мощам блаженной, отдают их монахиням. Как правило, число бутонов в букете нечётное, считается, этим подчёркивается то, что блаженной дарят их как живой. Принесёнными людьми цветами не только украшают храмы в обители, но большую их часть освящают на мощах Святой Матроны. Потом освящённые бутоны раздают паломникам на выходе из Покровского собора. Считается, что лепестки из этих бутонов нужно высушить и относиться к ним как к святыне. Люди добавляют «Матронушкины цветы» в чай, когда болеют. Или зашивают сухие лепестки в маленькие подушечки, чтобы прикладывать их к телу, в места, которые болят.

Вторая традиция связана с просьбами к блаженной Матроне, которые записывают на бумагу заранее. Потом эти записки оставляют у мощей или у иконы на улице, которая висит на стене Покровского собора. Сложилась такая практика – писать Матронушке записки – ещё при жизни блаженной. Люди из разных мест передавали блаженной записки, узнавая, что кто-то из знакомых едет в Москву. Сейчас также многие паломники из разных регионов России, отправляясь в столицу и собираясь посетить мощи Святой Матроны в Покровском монастыре, привозят с собой записки с просьбами от родных, соседей, друзей. В очередях к мощам блаженной можно видеть людей с целыми пакетами небольших, разнообразных бумажек, исписанных просьбами к Матроне.

Однако записки блаженной Матроне не только издалека передают люди через знакомых, но и те, кто стоит в очередях, обычно они сами тоже записывают на листочки свои просьбы. В этом, наверное, есть смысл, у мощей у паломника времени немного – поцеловал человек раку и его уже просят проходить дальше, очередь-то большая, каждому нужно успеть обратиться к Святой. Поэтому многим легко растеряться, забыть, что хотел сказать Матронушке, о чём её попросить. Заранее записанная на бумаге просьба точно окажется у мощей блаженной, останется в специальном ящике для подобных посланий.

Очереди к мощам Святой Матроны и к её иконе на Покровском храме часто бывают очень длинными, люди порой стоят в них часами. В монастыре советуют, чтобы не ждать долго в очередях, лучше в обитель приезжать в будние дни, хорошо ближе к вечеру. Потому что хотя Покровская обитель и закрывается в 8 часов вечера, но тех паломников, кто к этому времени оказался на её территории, не просят уйти. Какая бы не собралась большая очередь, каждый человек сможет приложиться к мощам и иконе на Покровском храме. Конечно, случается, что паломники, если много людей, и до 11 часов вечера терпеливо ждут, но охранники терпят, никого не гонят – до последнего человека в обеих очередях. Но обычно по вечерам в обители людей немного, особенно в будни.

Часто, если погода хорошая, люди проводят на территории монастыря целый день, специально для этого приходят утром. Для этого есть всё необходимое – благоустроенная как парк территория с множеством деревьев и клумб, на которой везде стоят лавочки. Есть уютная монастырская трапезная, детская площадка, святой источник, магазин с выпечкой, общественный туалет.

Особые дни в Покровском монастыре – это дни памяти Матронушки, когда обитель открыта весь день и всю ночь. С 7 на 8 марта (память об обретении Святых мощей блаженной), с 1 на 2 мая (память о канонизации блаженной), с 21 на 22 ноября (память о дне крещения блаженной) ворота обители не закрываются и ночью. Также и в ночное время открыта обитель в главный престольный праздник Покровского монастыря – с 13 на 14 октября в Покров Пресвятой Богородицы. В эти дни паломники могут приложиться к мощам Матронушки, причаститься на ранней литургии, которая служится в полночь. Позднюю литургию в эти дни часто возглавляет Святейший патриарх Московский Кирилл.

В дни памяти блаженной Матроны обычно открыты все четыре храма Покровской обители, часть из которых в обычные дни закрыта. Паломники могут посетить кроме первого этажа Покровского собора и Воскресенского храма, которые открыты каждый день, ещё и второй этаж Покровского собора и храм Петра и Февронии.

В главные праздники Покровской обители её посещает до 50 тысяч паломников. Поэтому в эти дни на монастырской площади устанавливают большой экран, на котором транслируется богослужение. Для паломников устраивается благотворительный обед, общая трапеза на 20 тысяч человек.

Матушка Феофания так рассказывает о тех, кто обращается за помощью к блаженной Матроне: «Посмотрите, сегодня тысячи людей приходят к ее целебным мощам, и она помогает всем. Ведь идут и молодые, и старые, с детьми, с младенцами. Во всех болезнях, скорбях и бедствиях, и в семьях, в работе, в судебных делах, перед операциями люди приходят, берут благословение, и, действительно, операции проходят благополучно. А сколько детей родилось по молитвам к праведной Матронушке! Очень она помогает бесплодным родителям. У нас по воскресеньям всегда отдельная очередь к мощам – и многие из этих деток родились благодаря предстательству Матронушки.

Кто с чем обращается к ней. У нас сейчас выходят очередные книги с описанием чудес, которые нам присылают люди, еще мы выпустили аудиодиски, можно послушать в машине. Без слез невозможно слушать. Матронушка помогает в самых тяжелых ситуациях, даже людям, находящимся в коме. Стоит людям подать записочки Матронушке на молебен, как сразу приходит помощь. Несут даже новорожденных младенцев уже больных. Люди просто обращаются к ней как к живой. И зависимые от пагубных пристрастий приходят – умоляют, чтобы Матронушка их исцелила. Сначала приходят, чтобы попросить, а когда Матронушка исполняет их прошения, люди уже с благодарностью подходят».

Когда у людей нет возможности приехать в Москву к блаженной Матроне, они присылают в монастырь письма с описанием своих проблем, и тогда сестры монастыря молятся за них у мощей. Пишут в ответ этим людям утешительные письма.

Помня о милосердии Матронушки, монахини стараются так же помогать многим нуждающимся людям. Насельницы ведут душеполезную переписку с заключёнными нескольких колоний. Отправляют в адрес исправительных учреждений посылки с духовной литературой, иконами, вещами, канцелярией. Монастырь помогает многодетным семьям, инвалидам, бездомным, беженцам, одиноким старикам, освободившимся заключённым, сиротам – как это бы делала сама блаженная Матрона.

Матушка Феофания говорит: «Помогаем и вновь открытым монастырям и храмам, помня, как и нам было тяжело: жертвуем средства, церковную утварь, облачения. Как при жизни Матронушки, так и после праведной кончины она несет свое служение Богу, помогая людям, молясь за всех, кто с верой обращается к ней. И мы, насельницы обители, призваны здесь служить Богу не только молитвой, но и через сугубое служение ближним. И в этом наше монашеское делание: чтобы всем приходящим к всероссийской старице было хорошо и тепло».

Покровский монастырь стал инициатором возведения первого храма в честь блаженной Матроны. В Москве на пересечении Варшавского шоссе и МКАД с внешней стороны дороги в районе 33-го километра построена церковь Святой праведной блаженной Матроны Московской Покровского ставропигиального женского монастыря. Его строительство начато в 2007 году Покровским монастырём по благословению патриарха Алексия II, а в феврале 2010 года церковь была освящена. В настоящее время храм работает как монастырское подворье, в котором постоянно проживают насельницы Покровской обители. В цокольном этаже церкви обустроен баптистерий для крещения взрослых с полным погружением. В церкви находится икона с частицей святых мощей блаженной Матроны Московской. Здесь люди могут взять освященные на мощах лепестки цветов, привезенные из Покровской обители, заказать требы, которые передают в монастырь.

Последние годы по всей России стали массово строить церкви, посвящённые Святой Матроне Московской. Если ещё несколько лет назад статистика называла 30 храмов и часовен блаженной Матроны Московской, то на сегодняшний день в России освящены более 100 храмов, часовен и отдельных престолов (в разных церквях) во имя Святой. Они есть во многих крупных городах России – в Архангельске, Белгороде, Екатеринбурге, Ессентуках, Казани, Новосибирске, Орле, Самаре, Сочи, Твери и др. Однако не всегда храмы посвящены только блаженной Матроне. Есть храмы, освящённые сразу в её имя и, к примеру, блаженной Ксении Петербуржской (в Курске, в Кемеровской области). Или храм посвящён сразу Святителю Луке архиепископу Крымскому и Матроне Московской (в Тверской области). Если сначала большинство храмов блаженной Матроны строились в Московском регионе, то сейчас по статистике на первые места по количеству таких церквей вышли Ставропольский край, республика Башкортостан, Новосибирская и Кемеровская обрасти, Краснодарский край. Строят церкви в образовательных учреждениях, домах ветеранов, больницах, в духовных центрах, в колониях для осуждённых.

Во многих регионах стали появляться не только храмы во имя блаженной Матроны, но и святые источники её имени. Первый такой источник был воссоздан в Покровской обители в Москве, на месте исторического святого источника, разрушенного после закрытия монастыря. Многие паломники, посещая мощи блаженной, уносят с собой святую воду из её источника. Есть святой источник во имя блаженной в Курской области, над ним устроена часовня с главкой и крестом. Часовня относится к храму Тихвинской иконы Божией Матери, где хранится икона блаженной Матроны с частицами мощей и гроба праведной старицы. В Орловской области также есть источник, освящённый в честь Святой Матроны. В день памяти блаженной к источнику местными верующими совершается крестный ход. Обустроены почитаемые святые источники блаженной Матроны в Удмуртии, в Подмосковье в Рузском районе, в Самарской области, в Тульской области (в Себино, на родине Матроны) и т. д.

Не только в России ширится почитание Святой блаженной Матроны Московской, этот процесс идёт по всему миру. В первую очередь почитают её практически во всех Поместных православных церквях. Практически все иностранные церковные делегации, посещая Россию, приезжают в Покровскую обитель поклониться мощам Святой Матроны Московской, таких визитов бывает каждый год несколько десятков. Причём это представители не только православных церквей.

Святейший патриарх Болгарский Неофит и Блаженнейший патриарх Румынский Даниил по благословению патриарха Московского и всея Руси Кирилла совершали в Покровском монастыре Божественную литургию. Многократно приезжал поклониться блаженной Матроне Александрийский патриарх Феодор. Его Святейшество Сербский патриарх Порфирий со своим духовным окружением посещал женский Покровский монастырь в Москве, чтобы поклониться мощам Святой Матроны Московской, глубоко почитаемой во всем православном мире.

Множество верующих по всему миру обращаются с молитвой к Святой блаженной Матроне Московской. Житие блаженной переведено и издано на греческом, английском, французском, немецком, болгарском, румынском, арабском и других языках. Издан акафист Святой праведной блаженной Матроне Московской на немецком, французском, румынском языках. На румынском языке издана служба Святой Матроне Московской.

Храмы в честь блаженной Матроны построены в Европе и в Америке. Есть очень уютный белоснежный храм Святой Матроны Московской в Майами (самый большой храм на всём юго-восточном побережье США). Здесь у иконы блаженной хранится ковчег с двумя частицами её мощей. С 2011 года (с момента освящения церкви) известно о неоднократных случаях чудес, произошедших по молитвам к блаженной Матроне в этом храме: у бесплодной пары родились дети, выздоровел смертельно больной мальчик, от которого отказались врачи, восстановил своё состояние практически разорившийся бизнесмен и т. д.

В Лиме (столице Перу) верующими создан православный приход Московского патриархата во имя Святой блаженной Матроны Московской. На Кипре греческая семья с русскими корнями, у которой после молитв к Матронушке выздоровел страдавший от тяжёлой болезни ребёнок, построила церковь во имя Святой блаженной Матроны Московской. Верующие со всего острова приезжают в неё помолиться, постоянно получая чудесную помощь праведной старицы. В Берлинско-германской епархии существует община блаженной Матроны Московской. Построены церкви блаженной Матроны в Белоруссии, на Украине, в Болгарии и т. д. В Сербии обустраивается монастырь во её имя.

Игуменья Покровского монастыря матушка Феофания вспоминала: «Однажды к нам приехала делегация, в которой был молодой человек, араб по происхождению. В сложной ситуации ему приснилась некая старица в платочке, которая звала его к себе и обещала помочь. Он и знать не знал, кто это такая и куда ему нужно ехать. Пытался отыскать, что же это за Святая, наконец кто-то ему подсказал, он увидел икону Матронушки и сказал: „Это была она!“ Собрал своих друзей, они все вместе впервые приехали в Россию и пришли к нам в обитель. Молодой человек по-арабски очень эмоционально рассказывал своим друзьям о Матронушке, интересовался жизнью обители, восхищался тем, как русский народ почитает Святую старицу и часами стоит в очереди к её мощам… Святая старица помогает каждому, кто с верой к ней обращается, независимо от того, где человек находится и на каком языке он говорит».

Святая блаженная Матрона Московская стала настоящим всенародным духовным достоянием. Почитание блаженной Матроны и в России, и в мире год от года растёт.

Однако в честь Святой Матроны не только строят храмы, часовни, создают общины её имени, освящают источники, но постепенно значимость и почитание Святой становится во многом культурным феноменом. В очередях к мощам Матроны Московской можно встретить людей, далёких от церкви, но по происхождению близких к православному сообществу, которые именно благодаря блаженной в итоге выбирают веру предков. Поклониться Матроне приходят и люди различных религий и разных христианских конфессий – мусульмане, буддисты, католики, лютеране, протестанты и др. Они приезжают не только со всех концов России, но и из разных стран, находя в образе блаженной Матроны близкие для себя черты, веря в то, что Святая может им помочь. И помощь им через обращение к Матроне приходит, что не кажется людям неправославной веры чем-то невозможным.

Кроме церковного почитания в обществе ярко проявляется, можно сказать, интерес и признание Блаженной Матроны как уникального, исключительного общественного явления. Почитание Матроны уже давно шагнуло за пределы церковных оград. В России существуют музеи Матроны Московской – то есть вполне светские учреждения, в которых сотрудники собирают информацию о жизни блаженной, о её судьбе, о её родных и друзьях. Опубликовано множество книг о праведной старице, многие из которых также посвящены не только её духовным подвигам, а биографии или отдельным фактам в её судьбе.

Можно назвать целый ряд документальных фильмов и телевизионных передач о Матроне Московской, снятых не в житийном жанре, а в биографическом. Причём если книги, музеи, документальные фильмы можно считать более близкими для старшего поколения, то большое количество сайтов, посвящённых блаженной Матроне, говорит о том, что Святая интересна людям среднего и молодого поколения. Об интересе молодёжи к блаженной Матроне говорит и большое количество юношей и девушек в очередях к мощам Святой в Покровском монастыре. Наверное, какие-то глубинные душевные струны затрагивает образ Святой Матроны в человеческой душе независимо от возраста.

Также доверие к блаженной, если понаблюдать за очередями в Покровском монастыре, не зависит и от пола человека. К Матронушке одинаково много приходит и женщин, и мужчин. Одним словом, можно с уверенностью сказать, что к блаженной Матроне обращаются все – взрослые и дети, мужчины и женщины, люди разных верований и разных национальностей.

Если говорить о музеях Матроны Московской, то справедливо будет начать с достаточно скромного музея (два небольших зала) в Покровском монастыре. В первом из залов воссоздана обстановка квартиры Ждановых из особняка в Староконюшенном переулке, в котором блаженная Матрона жила с 1942 по 1949 год. В небольшой по размеру комнате музея собраны мебель, посуда, книги, утварь, фотографии, иконы, лампады и т. д., сохранённые З. В. Ждановой, её матерью и братом. Все выставленные в музее Покровского монастыря вещи когда-то окружали блаженную, некоторыми из них она пользовалась. В витринах хранятся сувениры, которые на память дарили блаженной люди, металлические шарики, которые вместо чёток она перебирала в руках и др.

Во втором зале музея, достаточно просторном, в нескольких витринах представлена одежда, её большая часть была собственностью Зинаиды Владимировны. Но есть и одежда, принадлежавшая Матроне. В остальной части зала расположены витрины с артефактами, фотографиями и документами по истории обители. Несмотря на то что музей расположен в монастыре, он создан по обычным правилам подобных учреждений: главное в нём – реальные вещи, иллюстрирующие биографию Святой Матроны. Чем, собственно, музей и ценен.

Целый музейный комплекс существует на родине Святой Матроны Московской в Тульской области в селе Себино. В настоящее время это поселение в четыре десятка домов, с меньше чем двумя десятками постоянных жителей. Оживает село летом, когда сюда приезжают дачники, в основном из Тулы и Москвы. Последнее время дачники стали здесь активно строить для себя новые дома.

Дом, где появилась на свет блаженная Матрона, во время войны сильно пострадал, позже совсем разрушился. Какое-то время одна предприимчивая семья выдавала свой дом (построенный уже после Великой Отечественной войны) за «родной дом Матроны», но селяне знали, что это выдумка, чтобы собирать деньги с доверчивых туристов. Сейчас этот «фиктивный дом» стоит пустой, полуразрушенный, а на месте, где действительно был настоящий дом Никоновых, установили специальный знак.

Прекрасно сохранился старинный Свято-Успенский храм, главное украшение Себино. Церковь тесно связанна с судьбой блаженной Матроны, этот храм она любила и всю жизнь о нём заботилась. Храм по-прежнему действующий и очень почитаем верующими. Сейчас в Успенском храме три придела: Успения Божией Матери, Святого благоверного князя Александра Невского и Блаженной Матроны. Сохранился старый с позолотой иконостас. Купель, в которой крестили блаженную, сохранилась, паломники могут её увидеть. Она стоит в приделе блаженной Матроны. Говорят, что в легендарной купели и сейчас крестят младенцев. В этом же приделе есть икона Святой Матроны с частицей мощей. Есть в храме икона Спасителя, которую завещала Успенской церкви З. В. Жданова. Люди могут постоять на месте, где любила молиться во время служб Матронушка, слева у стены у входной двери. Паломники молятся, подают записки о здравии, об упокоении, ставят свечи у икон и образа Божьей Матери «Взыскание погибших», к сожалению не подлинного, а только копии. Может быть, подлинник когда-нибудь вернётся на родину блаженной. В общем-то храм практически не изменился с тех времён, как в нём молилась Святая блаженная Матрона. На территории Успенского храма установлен памятник священнику отцу Василию Троицкому.

В Себино открыт музей Матроны Себинской Московской. В нём хранятся документы и фотографии, связанные не только с жизнью самой блаженной, но и с историей её семьи, братьев и сестры и их потомков. В музее есть предметы быта себинцев, иллюстрирующие, как в прежние времена люди жили в этой местности. Можно посмотреть фильмы о блаженной Матроне.

Освящён источник у протекающей рядом с Себино реки – Мокрая Табола. Устроена купель, на стенах которой размещены поучения блаженной Матроны. Рядом имеется и открытая купель. Паломники с благоговением окунаются в святой Матронушкин источник.

Памятников Матроне на территории Себино два. Один из них установлен на въезде в село – «Матронушка встречающая» архитектора Петра Добаева. Второй стоит на месте, где был родной дом блаженной Матроны. Эскиз этого памятника сделал известный тульский скульптор Игорь Котенев, но после его скоропостижной смерти меценат Николай Шарапонов нашел в Москве скульптора Алексея Игнатова, который и завершил работу над монументом. В наши дни от Успенского храма к месту, где стоял родной дом Матроны, ведёт специально обустроенная аллея.

На месте старого приходского кладбища установлен крест с надписью: «Сие место упокоения благочестивых предков – жителей богоспасаемого села Себино». Скорее всего, в этом месте были когда-то похоронены и предки блаженной Матроны.

Сейчас Себино благодаря своей святой уроженке становится известным по всему миру, сюда приезжают не только наши соотечественники, но и гости издалека – из Франции, Бельгии, Мексики, США и других стран.

В музее Святой блаженной Матроны есть тетрадь, которую сотрудники музея называют «книгой общения с Матроной», в ней посетители пишут послания блаженной. В них просьбы к Матронушке, благодарности за чудесную помощь, признание в радости от встречи с её родиной.

* * *

Важной составляющей почитания блаженной Матроны является публикация книг о ней. К настоящему времени их издано достаточно большое количество – более ста. Условно их можно разделить на несколько групп. Примерно половина – это каноническое житие, опубликованное в разных издательствах, акафисты, службы (порой с нотами). Совсем немного вышло книг о Святой Матроне для детей, как правило, они небольшие, но красиво иллюстрированные. Больше всего изданий выходило в начале 2000-х годов, сразу после канонизации блаженной. Первоначально они представляли собой сборники, в которые каждый автор вносил ту информацию о блаженной, которую считал нужной. К примеру, жизнеописания Святой или каноническое житие, только акафист или плюс к нему кондак и молитву, немного информации о современных чудесах, происходивших при жизни Святой или в последние годы, уже после её смерти и т. д.

Постепенно стали появляться книги, в которых главное внимание было сосредоточенно только на чудесах, с определённой их систематизацией. Начали выходить целые сборники, иногда достаточно объёмные, посвящённые исключительно чудесам, состоящие из рассказов людей, которым помогла блаженная Матрона, с указанием их имён, места проживания и подробной историей произошедшего. Появились книги, авторы которых сосредоточились на определённых темах: только на поучениях блаженной Матроны или анализе какого-то одного вопроса её биографии – выяснение точной даты её рождения, местам её проживания в Москве, подробному рассказу о её семье и т. д.

Практически все авторы книг о Святой Матроне Московской так или иначе используют самую первую книгу о блаженной, написанную близко знавшей Святую З. В. Ждановой «Сказание о житии блаженной старицы Матроны». Нужно сказать, что Зинаида Владимировна скромно называет себя не автором, а составителем. Вслед за ней и многие современные авторы также именуют себя составителями. Интересно, что труд З. В. Ждановой совсем небольшой – 126 страниц. Состоит он в основном из воспоминаний о Матроне лично знавших её людей и из довольно подробного рассказа самой Зинаиды Владимировны о своей судьбе и судьбе её семьи. Практически ни один автор, обращавшийся к биографии Святой Матроны Московской, не смог обойтись без фактов, цитат, информации, почерпнутой из книги Ждановой.

Книги современных авторов в основном небольшие, где-то около ста страниц (немного меньше или больше). Однако имеются и исключения, самый большой из находящихся в библиотеках фолиантов, посвящённых Святой Матроне, достигает 800 страниц. Но, как правило, в больших книгах публикуется информация о посмертных чудесах. Часто в объёмных трудах литераторы пытаются структурировать, анализировать, упорядочить весь накопленный за 30 лет с момента выхода первой книги материал. Или просто (и это чаще всего) увеличивают объём за счёт публикации информации о чудесах, произошедших по молитвам к блаженной Матроне, что нравится многим читателям.

Кроме публицистических книг о блаженной Матроне Московской существуют и художественные произведения, и не только проза, но и поэзия. Однако художественных изданий единицы, в большинстве книги публицистические, изредка близкие по жанру к очеркам. Перечень конкретных книг, упомянутых в этом обзоре без названий, частично приведён в конце этой книги.

Достаточно много информации можно встретить о Святой Матроне Московской в Интернете – сайты, блоги, группы в социальных сетях, страницы в энциклопедиях и т. д. Есть множество сайтов, посвящённых персонально блаженной Матроне, на которых публикуют как её биографию, поучения, сведения о наиболее значимых событиях в её жизни, так и рассказы о чудесах, которые произошли после обращения к Святой. Причём не только чудеса, которые происходили при жизни блаженной, но в основном произошедшие в настоящее время. Некоторые сайты исключительно информационные, их задача – рассказать посетителям о личности блаженной, её духовных подвигах. Другие интернет-ресурсы ставят своей задачей собрать как можно больше сведений о помощи блаженной людям в наши дни. Особое место среди всех сайтов, посвящённых Святой Матроне Московской, занимает интернет-портал Московского Покровского монастыря – www.pokrov-monastir.ru. На этом сайте не только собраны данные о жизни блаженной, её канонизации, но и публикуются новости о почитании Святой современниками. Здесь ведётся летопись современной истории монастыря, которая во многом строится вокруг благоговейного поклонения Святой старице Матроне.

Целый ряд интернет-ресурсов создан людьми, глубоко почитающими Святую Матрону. Часто эти проекты не имеют отношения к религиозным или общественным организациям, а появляются благодаря «зову души» конкретного человека, который таким образом захотел отдать дань любви и уважения блаженной Матроне. Таких сайтов достаточно много и становится день ото дня только больше: https://mati-matrona.ru/, www.matrona.ru, https://omatrone.ru/, https://kmatrone.ru, https://matronamoskovskaya.ru/, https://svyataya-matrona.ru и т. д. Отличаются данные сайты обычно тем, что их адреса сразу включают в себя отсылку к имени блаженной Матроны.

Не остаются в стороне от почитания Святой Матроны и различные православные интернет-порталы и веб-журналы, в которых с неизменным постоянством появляются статьи о Матроне Московской или описание чудес по молитвам к ней. К примеру, такие статьи есть на сайте «Православие. ру» (https://pravoslavie.ru), «Правмир» (https://www.pravmir.ru/moya-matronushka/), «Милосердие» (https://www.miloserdie.ru/article/blazhennaya-matrona-fakty-biografii-na-fone-epohi-2/), в журнале «Фома» (https://foma.ru/matrona.html) и т. д.

Во многих православных и светских энциклопедиях есть страницы, посвящённые Святой Матроне Московской, – к примеру информация в православной энциклопедии: https://www.pravenc.ru/text/2562616.html. Есть страница о блаженной Матроне Московской и в широко известной «Википедии».

Интересно, что в последнее время стали появляться специальные страницы на сайтах митрополий, епархий или храмов, на которых публикуется информация о помощи блаженной Матроны прихожанам, которые молились у иконы Святой старицы или ездили в Москву к её мощам. Например, подобная страница есть на сайте Татарстанской митрополии – https://tatmitropolia.ru/all_publications/publication/?id=64781 amp;ysclid=lu9tarr9ve790494591. На этой странице можно прочитать о помощи страждущим не только православным, но и мусульманам. Что хорошо иллюстрирует то, что блаженная Матрона становится всенародно почитаемой Святой. Количество сайтов, которые полностью посвящены Святой блаженной Матроне или на которых опубликованы статьи о ней, действительно бьёт все рекорды.

Можно с уверенностью сказать, что и практически все светские мало-мальски известные в стране информационные газеты и журналы хотя бы раз, но публиковали материалы о Святой Матроне.

На телевидении на основных каналах тоже время от времени встречаются упоминания о Святой Матроне Московской и Покровском монастыре, где покоятся её мощи. Появляются передачи о блаженной. Кажется, уже изобретён новый вид документального фильма – о жизни и чудесах Святой Матроны Московской. Чаще всего такие фильмы снимают к юбилеям канонизации Святой или к её личным юбилеям. Все картины имеют общие черты – съёмки на родине блаженной в селе Себино, в Покровском монастыре, потом несколько человек рассказывают о чудесах, которые произошли непосредственно с ними, между сюжетами записаны комментарии историков или писателей, которые работали над книгами о блаженной Матроне, иногда режиссёры добавляют рассуждения и толкования священников. При всей однотипности этих фильмов каждый из них зрители принимают с неизменным интересом и радостью, может быть ещё и потому, что люди, которые их снимают, попадают под очарование любви блаженной Матроны к людям, под обаяние её личности. Подобные фильмы: «Богом данная», «Приходите ко мне, как к живой», «Матрона Московская», «Блаженная Матрона», «Ад и рай Матроны», «Фильм о Матроне Московской», «Святые и близкие. Матрона Московская», «Чудотворица», «Эффект Матроны» и т. д.

Документальные фильмы о блаженной Матроне в общем-то практически без исключения сняты в расчёте на невоцерковлённого зрителя, человека светского, редко посещающего храм или совсем далёкого от религии. Фильмы в основном снимали на федеральных каналах, можно сказать, в познавательных целях. Образ блаженной Матроны в определённой степени для всего нашего общества стал частью современного мира. Именно в таком ключе был снят документальный фильм о Матроне Московской в серии о самых известных женщинах нашей страны в XX веке (по заказу общества «Знание»), именно как о личности, повлиявшей на формирование мировоззрения целого поколения. В трактовке создателей, с которой многие будут не согласны, блаженная выступает неким символом психотерапевтической составляющей в современном мировоззрении общества.

Несмотря на достаточно мощный интерес к Святой праведной Матроне Московской в самых разных слоях общества и постоянное глубокое её почитание огромными массами людей, с момента канонизации блаженной появилось немалое количество противников признания её святости. Время от времени эти люди публично озвучивают свою точку зрения. Как правило, достаточно в резкой форме. Один из самых последовательных противников Матроны Московской – бывший член Синодальной комиссии по канонизации святых (в 1993–2013 годах), преподаватель духовной академии, доктор богословия, кандидат философских наук протоиерей Георгий Митрофанов, который утверждает, что блаженную Матрону канонизировали вопреки протестам комиссии. Называет почитателей блаженной «не православными, а язычниками, которым нужна своя чудотворица».

Критики канонизации Матроны Московской утверждают, что почитание её опирается на поддержку малограмотных священников, что народ «падок» на чудеса, а это следствие интереса простых людей к оккультизму. Их рассуждения доходят до того, что чудеса и массовое почитание блаженной они «ставят в вину» Святой, называя искушением ожидание чудес. Возмущают их и очереди к мощам Матроны Московской, которые, по их мнению, не совместимы с созерцательной молитвой.

Особое неприятие критиков вызывает книга З. В. Ждановой, которую иначе как одиозной они не называют. Не обращая внимания на тот факт, что житие блаженной Матроны не копия книги, а составлено церковными учёными и состоит из тщательно отобранных фактов из биографии блаженной. Книгу З. В. Ждановой они называют «сборником бабьих басен, мифов и небылиц». И упорно ставят знак равенства между этой книгой и житием Святой Матроны Московской, уверяя, что церковь не могла определить, что в жизнеописании блаженной является правдой, а что – нет.

Оппонируя противникам канонизации Матроны, о серьёзной работе над подготовкой жития блаженной говорил один из его составителей иеромонах Иов (Гумеров): «Когда началась наша работа, имелась небольшая книжка о блаженной Матроне, изданная Свято-Троицким Ново-Голутвиным монастырем в 1993 году. Это сборник воспоминаний людей, которые знали праведницу. Биографических данных там немного. К содержанию книги мы старались подойти с исследовательской осторожностью. Причин несколько. Люди вспоминали уже четыре десятилетия спустя. И сами они уже были в весьма преклонном возрасте. Неизбежны были неточности. Кто-то писал свои воспоминания на основе одной или двух непродолжительных встреч с блаженной. Внимательно читая эти тексты, нетрудно было заметить в некоторых из них отсутствие строго церковного понимания описываемых событий».

Несмотря на то что церковные учёные скрупулезно отбирали информацию при подготовке материалов для канонизации блаженной и открыто, как иеромонах Иов (Гумеров), готовы были и отвечали на возникавшие по этому поводу вопросы, никакие доводы не смогли убедить противников святости Матроны. Остаётся предположить, что дело здесь не в фактах биографии блаженной, а в отношении к её личности как таковой. К примеру, один из экспертов церкви по чудесным знамениям академик РАЕН Павел Флоренский посчитал, что вера в исцеления благодаря молитвам к блаженной – это мания, которая, с его точки зрения, противостоит официальной медицине: «Я крайне негативно отношусь к этой мании исцеления, в том числе через Матрону, это ни в коем случае не должно противостоять врачебной практике». К слову, сама Матрона постоянно рекомендовала людям обращаться за помощью к врачам, принимать лекарства. Она говорила: «Людям лечиться надо обязательно, тело – домик, Богом данный, его надо ремонтировать».

Известный религиовед, специалист по агиографии, кандидат исторических наук Илья Семененко-Басин в одном из интервью сказал, что в «культе новой святой» «виноваты современные СМИ, а еще раньше – церковная печать…».

Отдельное ярое неприятие в статьях противников вызывает Покровский монастырь и лично игуменья Феофания, которую в каких только грехах не обвиняли. В первую очередь ей ставили в вину то, что именно она сделала всё возможное для канонизации блаженной Матроны. Само процветание монастыря трактуется критиками как обогащение и вызывает резкие нарекания.

Среди последовательных противников канонизации блаженной Матроны своими радикальными взглядами выделяется один из самых известных православных публицистов, бывший преподаватель духовной академии, бывший протодиакон Андрей Кураев (признан иноагентом), который категорически высказывается против её почитания. В одной из своих книг он отвёл много места доказательствам своей позиции. «Всё, что связано с культом Матроны, – это бесконечная череда фейков и манифестация альтернативно-народной религиозности» – его приговор, и это одно из самых мягких его высказываний о блаженной Матроне.

Категорическое неприятие канонизации Святой блаженной Матроны Московской чаще всего замечено у людей образованных, поборников науки, аналитиков, знатоков церковных уставов и правил. Строгих учителей, которые со знанием дела, подтверждая свои идеи цитатами, не принимают веру простых, по их мнению недостаточно образованных людей в святость блаженной Матронушки. Не по уму верую, а по сердцу. Не понимают иногда даже очень умные люди народной потребности в чудесной материнской любви простой женщины из народа, пусть немощной и неграмотной, но которую слышат Божья Матерь и Спаситель.

Противостояние между народной, пусть для кого-то незамысловатой, почти детской верой в Божью милость, которую Бог даёт через кого хочет, и научным, исключительно умом выверенным богословием, может быть, и порождает достаточно жёсткое столкновение позиций: «я верю, Матронушка Святая» и «не может этого быть, что вы, необразованные люди, понимаете в религии».

Будет справедливым после цитат противников канонизации блаженной Матроны привести слова сторонников почитания Святой старицы, уважаемых, образованных, авторитетных людей.

Патриарх Алексий II о почитании блаженной Матроны: «Оскудела бы тропа народная к раке с её мощами, но люди идут из разных городов и весей, ибо получают молитвенную поддержку на своем жизненном пути».

Патриарх Кирилл о канонизации блаженной Матроны: «Слава о её молитвенной помощи распространялась все больше и больше, что, в свою очередь, сделало необходимым изучение ее жизни и подвигов. А результатом этого уже стала церковная канонизация праведницы»; и о подвиге блаженной: «Чудотворная сила Матроны Московской прямо связана с её страданиями, с её муками, с несением ею спасительного креста. И да поможет всем нам Господь, прибегая к помощи Святой праведной Матроны, взывая о её содействии в решении наших жизненных проблем, одновременно наполнять свой ум и своё сердце силой её примера, пониманием того, что означает для человека несение креста, который Бог на него возлагает».

Автор жития канонического текста «Житие праведной Матроны, блаженной Московской старицы» архимандрит Иов (Гумеров) о Святой: «Святая блаженная Матрона в период массового безбожия многих людей, хотя и не имевших твердой веры, но в болезни или тяжелых жизненных обстоятельствах обращавшихся к ней, привела в Церковь. Так и сейчас ее просят о помощи не только воцерковленные люди, но и далекие от Церкви. Знаю примеры, когда даже неправославные (казах, дагестанка) спрашивали, можно ли им поехать к Матроне. Ее помощь людям – миссионерская».

Блаженная Матрона Московская в настоящее время является, наверное, самой почитаемой святой Русской православной церкви. Очереди к её мощам не иссякают, чудеса после мольбы к ней о помощи происходят ежедневно. Никакие сомнения критиков в правильности её канонизации не могут поколебать доверие людей к любимой народом Матронушке. В Покровский монастырь приходят тысячи людей поклониться милосердной матушке, которая как настоящая мать жалеет каждого. Сжимая в руках цветы, люди склоняются над её Святыми мощами со словами: «Матронушка, моли Бога о нас!»

Дни памяти Святой блаженной Матроны Московской празднуются пять раз в год:

– 8 марта (23 февраля ст. ст.) в день обретения святых мощей,

– 2 мая (19 апреля ст. ст.) в день ее праведной кончины,

– 2 сентября (20 августа ст. ст.) в составе Собора московских святых,

– 5 октября (22 сентября ст. ст.) в составе Собора тульских святых,

– 22 ноября (9 ноября ст. ст.) в день крещения святой.

Приложение

Житие праведной Матроны, составленное для Комиссии по канонизации Русской Православной Церкви. Автор – священник Афанасий Гумеров

Данный текст жития был составлен на основе жизнеописания Матроны Дмитриевны Никоновой, после анализа фактов из её жизни и сведений о чудесах, произошедших по её молитвам, и проверки соответствия их православным канонам церковными экспертами. Житие было представлено в Комиссию по канонизации Русской православной церкви к 1999 году.

Угодница Божия, снискавшая своим молитвенным предстательством за людей широкое народное почитание, Матрона Димитриевна Никонова родилась в 1885 году в селе Себино Епифанского уезда (ныне Кимовского района) Тульской губернии. Село это расположено в двадцати километрах от Куликова поля. Родители ее Димитрий Иванович и Наталия Никитична были бедными трудолюбивыми крестьянами.

Священное Писание свидетельствует, что всеведущий Бог иногда предъизбирает Себе служителей еще до их рождения. Так, Господь говорит святому пророку Иеремии: «Прежде нежели Я образовал тебя во чреве, Я познал тебя, и прежде нежели ты вышел из утробы, Я освятил тебя» (Иер. 1, 5). Незадолго перед тем, как Матрона появилась на свет, её мать видела сон-знамение: с неба спустилась огромная белая птица и села на ее правую руку. Птица имела человеческое лицо, но веки глаз её были накрепко сомкнуты. Вскоре вещий сон оправдался: родившаяся девочка оказалась слепой, на месте глазниц были впадины. Таким образом, Бог, избрав ее для особой жизни, с самого начала возложил на нее тяжелый крест, который она с благодушной покорностью воле Божией несла всю жизнь.

Святое крещение над младенцем было совершено в церкви Успения Пресвятой Богородицы села Себино. Церковный староста Павел Иванович Прохоров, присутствовавший при этом таинстве, позднее вспоминал: «Дня за два до крестин в церковную сторожку зашел священник о. Василий из деревни Борятино, что в пяти километрах от села Себино. Это было накануне какого-то праздника. Этот-то священник и крестил младенца Матрюшеньку. Когда во время крещения священник окунул её в купель, из купели до потолка поднялся столб или пара, или легкого благоухающего дыма, я точно не помню. Священник был крайне удивлен, сказав при этом: „Я очень много крестил младенцев, но такое вижу в первый раз, и этот младенец будет свят“». Имя новокрещенной было дано в честь подвижницы V века преподобной Матроны (память 9/22 ноября).

С младенчества Матрона тянулась к святыням. Ей не было и года, когда она ночью вылезла из печи, где из-за холода в избе устраивалась на ночлег семья, необъяснимым образом достала из парадного угла иконы и играла с ними.

Глубоко верующая мать часто брала маленькую Матрону в церковь. Позже девочка стала посещать дом Божий сама. У нее было определенное место в храме, где она молилась и подпевала хору.

Когда Матроне исполнилось семь лет, окружающие стали замечать в ней дар прозрения. Нередко она, находясь внутри дома, могла рассказать о том, что происходило в это время за его пределами. Сродница её рассказывает: «Однажды Матрюшенька говорит: „Мама, сходи к батюшке, у него в архиве на таком-то ряду, от низу четвертый, лежит книга, а в ней изображена икона Царицы Небесной „Взыскание погибших“. У нас в храме такой иконы нет. Сходи и скажи батюшке, чтобы он её принес“. (Рассказ П. И. Прохорова записан со слов его внучки Ксении Ивановны Сифаровой, родственницы брата блаженной Матроны). Священник очень удивился, но книгу эту нашёл и принёс Матронушке, она и говорит: „Мама, я выпишу такую икону“. Впоследствии по её просьбе действительно была написана икона „Взыскание погибших“. В селе Себино эту икону чтили. Она помогала людям в скорбях, болезнях. Если было бездождье, её выносили в поле, совершали пред ней молебен и ещё до возвращения молившихся домой начинался дождь. Позднее тот же художник сделал для блаженной список с этой иконы, с ним Матрона не расставалась до конца своей долгой страннической жизни.

Однажды ночью Матронушка вдруг сказала матери, что отец Василий, который крестил её, умер. Удивлённые и испуганные родители побежали в дом священника. Когда они пришли, то оказалось, что батюшка действительно умер.

„А один раз, – рассказывает односельчанка Матроны Анна Федоровна Выборнова, с младенчества знавшая блаженную старицу, – я была у Матроны в Москве вместе со своей снохой. Матрона и говорит: „Вы вот в Москве, а что у вас дома делается – двадцать пять домов сгорело! Поезжайте скорее обратно“. Мы приехали в Себино и узнали, что всё так и было. Одна бабушка зашла в горницу, а там у неё лежала мята сухая и молочанка из конопли. Зажгла спичку – всё и загорелось“.

С детства прозревала Матрона и в души людей, в их внутренний мир. Так, ещё живя в Себино, она обличила художника в совершенном им смертном грехе, помогла ему исправиться (именно он написал впоследствии чтимый ею образ Богородицы „Взыскание погибших“). Позднее, когда из-за разрушения традиционного уклада жизни в России было много духовно смятенных людей, этот дар дал возможность Матроне врачевать человеческие души, открывая их тайные недуги.

А то, что в России в будущем установится богоборческая власть, блаженная Матрона предрекала еще отроковицей. Зинаида Владимировна Жданова, в доме которой около восьми лет жила Матрона, рассказывает: „В малом возрасте она предсказала, что в Россию грядет революция. „Будут грабить, разорять храмы, всех подряд гнать“. Руками показывала, как будут делить землю, хватать с жадностью наделы, лягут на землю, руки вперед, лишь бы захватить себе побольше, а потом все бросят и побегут кто куда! Земля никому не нужна будет“.

„Однажды Матрона, еще совсем девочкой, говорит матери: „Я сейчас уйду, а завтра будет пожар, но ты не сгоришь“. И действительно, утром начался пожар, загорелись риги у Козловых. Чуть не вся деревня сгорела, затем ветер перекинул огонь на другую сторону деревни, и дом матери остался цел“ (рассказ К. И. Сифаровой).

„Когда в Себино купила дом одна барыня, она пришла к Матрюше и говорит: „Я хочу строить колокольню“. „Что ты задумала делать, того не сбудется“, – отвечает Матрюша. А барыня уже всё приготовила, известь нажгла. „Как же не сбудется, когда всё у меня есть – и деньги, и материалы?“ А было это перед революцией. Так ничего с постройкой колокольни и не вышло“ (рассказ Евгении Ивановны Качалковой, односельчанки блаженной Матроны).

Благочестивые жители села Себино, в том числе и помещица Лидия Янькова, совершая паломничества в различные святые места Руси (Киево-Печерскую и Троице-Сергиеву лавры и др.), брали Матрону с собой. До нас дошло предание о посещении Матроной вместе с другими богомольцами Иоанновского монастыря в Петербурге. Служил святой праведный Иоанн Кронштадтский. Под конец службы он вдруг сказал верующим: „Расступитесь! Дайте проход!“ А потом: „Матронушка, иди, иди ко мне“ (она стояла при входе в храм) и добавил: „Вот идет моя смена – восьмой столп России“.

В семнадцать лет Матрона приняла от Господа еще один крест: она лишилась возможности ходить, Позже, живя в Москве, она рассказала З. В. Ждановой: „Шла по храму после причастия и знала, что ко мне подойдет женщина, которая отнимет у меня способность ходить“. Так и случилось. Я не избегала этого – такова была воля Божия!»

Не имея возможности посещать храм, блаженная Матрона молилась дома. По ее желанию к ней приходил священник и причащал ее.

Имея предстательство пред Богом, она помогала людям. Много людей приходило к ней со скорбями и болезнями. Недугующих везли не только из ближайших, но и отдаленных сел. Рассказывают, что каждый день подъезжало по пять-шесть подвод, иногда и больше. Матрона читала над ними молитвы и очень многих исцеляла. А. Ф. Выборнова, отца которого крестили вместе с Матроной, рассказывает подробности одного из таких исцелений: «Моя мать родом из села Устье, и там у неё был брат. Однажды встаёт он – ни руки, ни ноги не двигаются, сделались как плети. А он в целительные способности Матроны не верил. За мамой в село Себино поехала дочь брата: „Крёстная, пойдём скорее, с отцом плохо, сделался как глупый: руки опустил, глаза не смотрят, язык еле шевелится“. Тогда моя мать запрягла лошадь, и они с отцом поехали на Устье. Приехали к брату, а он на маму посмотрел и еле выговорил: „Се-стра…“… Собрала она брата и привезла к нам в деревню. Оставила его дома, а сама пошла к Матрюше спросить, можно ли его привезти. Приходит, а Матрюша ей говорит: „Ну что, говорил твой брат, что я ничего не могу, а сам сделался как плетень“ (а она его ещё не видела!), а потом сказала: „Веди его ко мне, помогу“. Почитала над ним, дала ему воды, и на него напал сон. Он уснул как убитый и утром встал совсем здоровым. „Благодари сестру, её вера тебя исцелила“, – только и сказала Матрона брату».

Помощь, которую подавала Матрона болящим, не только не имела ничего общего с заговорами, ворожбой, так называемым народным целительством, экстрасенсорикой, магией и прочими колдовскими действиями, при совершении которых «целитель» входит в связь с темной силой, но имела принципиально отличную, христианскую природу. Именно поэтому праведную Матрону так ненавидели колдуньи и различные оккультисты (об этом свидетельствуют люди, близко знавшие ее в московский период жизни). Прежде всего Матрона молилась за людей. Будучи угодницей Божией, богато наделенная свыше духовными дарами, она испрашивала у Господа чудесную помощь недугующим. История Православной Церкви знает много примеров, когда не только священнослужители или монахи-аскеты, но и жившие в миру праведники молитвой врачевали нуждающихся в помощи.

Матрона читала молитву над водой и давала ее приходившим к ней. Пившие ее и окроплявшиеся ею избавлялись от различных напастей. Содержания этих молитв мы не знаем, но, конечно, тут не могло быть и речи об освящении воды по установленному Церковью чину, на что имеют каноническое право лишь священнослужители. Но также известно, что благодатными целительными свойствами обладает не только святая вода, но и вода некоторых водоемов, источников, колодцев, ознаменованных пребыванием и молитвенной жизнью близ них святых людей, явлением чудотворных икон и др.

Около 1925 года блаженная Матрона, не встречая понимания у своих братьев, которые были против того, чтобы к ней ходил народ, уехала из родного села в Москву. Начался новый период ее подвижнической жизни. Она становится бездомной странницей. Много лет она нигде не была прописана, порой жила у людей, относившихся к ней крайне враждебно. С жильем в Москве было трудно, выбирать не приходилось. З. В. Жданова, в семье которой Матрона прожила около десяти лет, рассказывает, какие лишения порой приходилось претерпевать блаженной: «Я приехала в Сокольники, где матушка часто жила в маленьком фанерном домике, отданном ей „на время“. Была глубокая осень. Я вошла в домик, а в домике густой, сырой и промозглый пар, топится железная печка-буржуйка. Я подошла к матушке, а она лежит на кровати лицом к стене, повернуться ко мне не может, волосы примерзли к стене, еле отодрали. Я в ужасе сказала: „Матушка, да как же это? Ведь вы же знаете, что мы живем вдвоем с мамой, брат на фронте, отец в тюрьме и что с ним – неизвестно, а у нас – две комнаты в теплом доме, 48 квадратных метров, отдельный вход; почему же вы не попросились к нам?“ Матушка тяжело вздохнула и сказала: „Бог не велел, чтобы вы потом не пожалели“».

Действительно, к бездомной, не имевшей прописки Матроне, которую часто посещало много людей, милиция всегда относилась с подозрением. «Много раз Матрону хотели арестовать. Однажды пришел милиционер ее забрать, а она ему говорит: „Иди, иди быстрей: у тебя в доме несчастье“. Милиционер послушался, поехал домой, а у него жена от вспыхнувшего керогаза обгорела. Но все же он успел её спасти, отвезти в больницу. Приходит на работу утром, а ему говорят: „Ну что, слепую забрал?“ А он отвечает: „Слепую я забирать никогда не буду. Если бы слепая мне не сказала, я бы жену потерял, а тут я жену все-таки в больницу свез“».

Лишь с осени 1942 года, поселившись у Евдокии и Зинаиды Ждановых в Староконюшенном переулке, Матрона на восемь лет получила спокойное пристанище.

Приезд Матроны в Москву был делом Божественной воли. В этом огромном столичном городе было столько несчастных, потерянных, отпавших от веры, духовно больных людей с отравленным сознанием. Прожив около трех десятилетий в Москве, она совершила то духовно-молитвенное служение, которое многих отвратило от гибели и привело ко спасению.

Ежедневно видевшая блаженную Матрону З. В. Жданова сообщает ценные подробности о ее жизни в то время: «К матушке приходило иногда по сорок человек; чего только не приходилось видеть… Матушка знала всё события заранее. Каждый прожитый день её жизни был наполнен скорбями и печалями приходящих, помощью больным, утешением и исцелением их. Много было исцелений от ее ручек: возьмет двумя руками голову плачущего, пожалеет, согреет святостью своей, и человек уходит как на крыльях. А она, обессиленная, только вздыхает и молится ночи напролет. У нее на лбу была ямка от пальчиков – так часто она осеняла себя крестным знамением. Крестилась она медленно, усердно, нащупывая пальчиками эту ямку… Шла война, и блаженной Матроне часто приходилось отвечать на вопросы: „Жив или нет?“ Кому скажет: жив, ждите; кому – отпевать и поминать… Мамина подруга три раза получала извещение о смерти мужа, а матушка свое: „Жив, придёт на Казанскую, постучит в окошко“… Кончилась война, а его так и нет; и всё же в 1947 году он пришёл, и всё было именно так, как она сказала! Этот человек – Тимофей Федорович Хиров – и теперь жив (Записано в 1995 году). Весной 1948 года он взял Казанскую икону Божией Матери и пешком от Кутузовки донес её до Царицына, где в то время матушка гостила».

Бывший житель села Себино Василий Михайлович Гуськов рассказывает: «Я уже перебрался в Москву, поступил работать на завод, а у нас в Себино началась коллективизация и хозяйства взялись раскулачивать. Отец убежал ко мне, а мать забрали, посадили в Веневскую тюрьму… Я пришел к Матроне, рассказал ей, что арестовали мать. „Отпустят, – говорит Матрона, – в чем она виновата? Она ни в чем не виновата“. Так и произошло».

Матушка открывала людям будущее, чтобы одних успокоить и утешить благоприятным исходом жизненно важных событий, а других подвигнуть к терпению и молитве в ожидании скорбей. Вспоминает Прасковья Сергеевна Аносова, хозяйка дома в Царицыне, где одно время жила Матрона Дмитриевна: «Мне она сказала: „У тебя будет тернистый путь, Прасковья“. Еще она сказала, что будет у нас много детей и что муж мой умрет, и я останусь одна с детьми. А муж в то время был еще здоров. Народилось у нас с ним шестеро детей. И вот у мужа нашли рак желудка, и 28 марта 1961 года он умер. Когда у меня родился седьмой мальчик, Юрочка, Матрона мне сказала: „Он у тебя жить не будет, Бог возьмет его к себе“. А мальчик был удивительный, не по возрасту разумный. Умер он в год с месяцем. Так сбылось всё, что предсказывала мне матушка».

Напротив, 3. В. Жданову праведная Матрона утешила, сказав об отце, который был в заключении: «Жив, жив, вернется; а перед этим получите от него письмо, напишет, где он, и попросит сохранить книги». «Через шесть лет мы, – рассказывает Зинаида Владимировна, – действительно получили такое письмо, в нем была приписка врача, что отец очень истощен. Попытались послать посылку, а почта не принимает – запрещено. Я к матушке, а она говорит: „Подождите, найдется человек, который поможет отправлять посылки“. Так и случилось: в церкви на Арбате, в Филипповском переулке, подошла к маме незнакомая женщина и сказала: „Знаю ваше горе, я работаю в отделе посылок Курского вокзала – я вам помогу“. Мало того, она еще помогала продуктами, сама носила ящики с тяжелыми посылками и молилась о их благополучной доставке. Отец выжил и вернулся».

Матрона предсказывала и трагические последствия попрания людьми святынь. П. С. Аносова свидетельствует: «В Царицыне была церковь… Когда её закрыли, было решено забрать колокол. Матрона сказала: „Пускай только попробуют – святотатцы погибнут, а в храм не войдут“. И вот пошли в храм трое комсомольцев, а там вода, они тонут. Никто ничего понять не может. Из райисполкома прислали ещё четверых. Они взяли лестницу, полезли за колоколом. И тут откуда-то отвалилась плита и задавила их всех».

Как и в с. Себино, в Москве Матрона многим облегчала страдания, исцеляя от болезней.

Вот несколько примеров. Ксения Гавриловна Потапова, знавшая блаженную Матрону с 1935 года и получившая по ее молитвам исцеление от туберкулёза, рассказывает: «Дочь мою положили в больницу в Звенигород: у нее уже начался распад легких. Предложили операцию. Приехала я ее навестить, а она плачет: „Боюсь, умру“. Пошла я к Матушке, рассказываю, что дочери предлагают операцию. „А какую?“ – „Лёгких“ – „Я не разрешаю!“ – И постучала кулаком о кулак. „Пусть выписывается, если будет стоять вопрос о выписке, а от операции отказывается“. Вскоре после этого дочери стало намного легче, настолько, что она собралась замуж. Пришла она к Матроне. „Матронушка, я хочу замуж выходить“. „Куда собралась постом-то? Я тебя после выдам за хорошего“. А она вышла постом за своего жениха и родила девочку. Вскоре у моей дочери повторился сильный туберкулез с кровохарканьем и распадом легких. Это было зимой. Предложили операцию. Врачи сказали: „Если согласишься – год тебе жить, а если не решишься – ни за что не ручаемся“. И отпустили за советом к родителям. Она приезжает под масленицу, плачет: „И так, и так – смерть“. Я и говорю: „У нас есть советчица, пусть будет по ее совету“. „Съезди, – попросила дочь, – спроси“. Приехала я за советом. „Что делать?“ Она опять постучала кулаком о кулак: „А я не разрешаю. А если вы, родители, разрешите, она умрет под ножом. А сколько Бог нарек – столько проживет“. Дочь отказалась от операции, и процесс в легких закрылся, все прошло… даже с учета сняли».

Матрона не только советовала больному что-то сделать, но молилась за него, и недугующий исцелялся. У дочери П. С. Аносовой Наталии была сильная пупочная грыжа величиной с кулак. Матрона сказала, что все пройдет. Дала воды, читала молитвы над ее головой, и все прошло. Блаженная старица спасла и ее мать, которая, когда отца забрали в лагерь, была очень больна. Матрона успокоила Прасковью: «Не волнуйся, отец вернется, будете вместе жить. А маме воды дай попить… Мама поправится, все будет хорошо». По молитвам праведницы так все исполнилось.

Праведная Матрона, исцеляя болящих, заботилась в первую очередь о спасении их душ, старалась подать прежде всего духовную помощь. Матери Екатерины Андреевны Жаворонковой (в их доме до войны жила блаженная), внезапно заболевшей падучей болезнью, она посоветовала каждое воскресенье причащаться. Один раз больная пропустила причастие, и с ней случился сильный припадок. Но постепенно благодатная помощь от Бога, получаемая в таинстве Евхаристии, и молитвы Матроны уврачевали болящую.

Особым подвигом любви праведной молитвенницы было исцеление бесноватых, одержимых, тяжко страдавших от бесовского плена. Вот несколько случаев, рассказанных людьми, близко знавшими Матрону. П. С. Аносова, часто посещавшая в психиатрической больнице своего брата, вспоминает: «Однажды, когда мы ехали к нему, с нами ехал мужчина с женой – дочь из больницы выписывать. Обратно мы опять ехали вместе. Вдруг эта девушка начала лаять (ей было лет 18). Я и говорю ее маме: „Жаль мне вас, мы мимо Царицына едем, давай завезем дочку к Матронушке…“. Отец этой девушки, генерал, сначала и слышать ничего не хотел, говорил, что все это выдумки. Но жена его настояла, и мы поехали к Матронушке… И вот стали девушку подводить к Матронушке, а она сделалась как кол, руки как палки, потом стала на Матронушку плевать, вырывалась. Матрона говорит: „Оставьте ее, теперь она уже ничего не сделает“. Девушку отпустили. Она упала, стала биться и кружиться по полу, её стало рвать кровью. А потом эта девушка уснула и проспала трое суток. За ней ухаживали. Когда она очнулась и увидела мать, то спросила: „Мама, где мы находимся?“ Та ей отвечает: „Мы, дочка, находимся у прозорливого человека…“ И все ей рассказала, что с ней было. И с этого времени девушка совершенно исцелилась».

З. В. Жданова рассказывает: «В 1946 году в их квартиру, где жила тогда Матрона, привели женщину, которая занимала очень высокое положение. У нее сошел с ума единственный сын, муж погиб на фронте, сама она, конечно, была безбожницей. Она ездила с больным сыном в Европу, но известные врачи помочь ему не смогли: „Я пришла к вам от отчаяния, – сказала она, – мне идти больше некуда“. Матрона спросила: „Если Господь вылечит твоего сына, поверишь ли ты в Бога?“ Женщина сказала: „Я не знаю, как это – верить“. Тогда Матрона попросила воды и в присутствии несчастной матери стала громко читать над водой молитву. Подавая ей затем эту воду, блаженная сказала: „Поезжай сейчас же в Кащенко (психиатрическая больница в г. Москве, в настоящее время – Алексеевская), договорись с санитарами, чтобы они его крепко держали, когда будут выводить. Он будет биться, а ты постарайся плеснуть этой водой ему в глаза и обязательно попади в рот“. Зинаида Владимировна вспоминает: „Через некоторое время мы с братом стали свидетелями, как эта женщина вновь приехала к Матроне. Она на коленях благодарила Матушку, говоря, что теперь сын здоров. А дело было так: она приехала в Кащенко и все сделала, как Матушка велела. Там был зал, с одной стороны барьера вывели ее сына, а она подошла с другой стороны. Пузырек с водой был у нее в кармане. Сын бился и кричал: „Мама, выброси то, что у тебя лежит в кармане, не мучай меня!“ Ее поразило: откуда он узнал? Она быстро плеснула водой ему в глаза, попала в рот – и вдруг он остановился, глаза стали ясными, и он сказал: „Как хорошо“. Вскоре его выписали“».

Приходила к Матроне католичка Хеля, по национальности полька. После совершенного над ней колдовства у нее вырос большой острый горб. Матрона помолилась, почитала над ней молитвы, и горб исчез. Хеля перешла в Православие.

Праведная Матрона говорила близким: психических заболеваний нет, есть духовные – немощь, расслабление, беснование, одержимость разными духами злобы. Борясь за души людей, ведя открытую брань с мироправителями тьмы века сего, она расплачивалась собственными болезнями.

Массовое отпадение людей от Церкви, официальное воинствующее богоборчество, нарастание отчуждения и злобы между людьми, отвержение миллионами традиционной веры и повседневная греховная жизнь без покаяния привели к тяжким последствиям. Много стало людей поврежденных, плененных падшими духами. Матрона это хорошо понимала и чувствовала. На вопрос о том, как же Господь допустил закрытие, разрушение и уничтожение стольких храмов, она отвечала: «На то воля Божия, количество храмов уменьшилось потому, что верующих стало мало, скоро служить в них будет не для кого и некому». «Почему же никто не борется?» – спросила З. В. Жданова. «Народ под гипнозом, – сказала она, – сам не свой, страшная сила вступила в действие, эта сила существует в воздухе, проникает везде; раньше болота и дремучие леса были местом обитания этой силы, так как люди ходили в храмы, носили кресты, дома были освящены, защищены образами, лампадами, и бесы пролетали мимо таких домов; а теперь бесами заселяются и люди по своему неверию и отвержению от Бога».

Человеческие скорби и несчастия особенно умножились с началом Великой Отечественной войны. Матрона приходила на помощь многим людям. Слепая и лишенная способности ходить, она стяжала особое духовное дарование, которым Господь нередко наделяет святых. Матрона могла не только проницать духовным взором пространство, но и присутствовать в различных местах, как бы переносясь через расстояния. Когда началась война, Матрона просила всех приходящих к ней приносить ивовые ветки; она их ломала на палочки одинаковой длины, очищала от коры и молилась. Пальчики были все в ранках. Часто говорила, что бывает невидимо на фронтах.

Последние два года были для праведницы временем скорбей и сугубой молитвенной помощи близким. 6 января 1950 года была арестована З. В. Жданова, в семье которой последние годы жила Матрона. Прозревая события, блаженная переехала на другую квартиру. «Уезжаю, – сказала она, – так надо. Против всех нас готовится что-то страшное, мне здесь быть нельзя, так будет лучше». Обвинение было предъявлено по 58-й статье – Ждановой вменялась в вину организация церковно-монархической группы. Матрона как бы незримо присутствовала на следствии. З. В. Жданова постоянно чувствовала помощь блаженной. «Мама написала мне в лагерь последние слова Матушки, обращенные ко мне: „Пусть она ничего не боится, как бы ни было страшно. Она в воде не потонет и в огне не сгорит, пусть знает это и живет, как малое дитя в саночках; возят дитя, и нет никакой заботы – Господь все сам управит“».

Когда Матроне исполнилось шестьдесят шесть лет, приблизилось время отшествия её из многоскорбной земной жизни, где она стольких людей утешала, врачевала и сохраняла своею молитвою к Богу.

Блаженной Матроне было открыто время её кончины. За три дня до смерти она сказала об этом близким. Святая душа праведницы отошла ко Господу 19 апреля / 2 мая 1952 года. Отпевал её в церкви Положения Ризы Господней на Донской улице отец Николай Голубцов. 4 мая при большом стечении верующего народа состоялось церковное погребение Матроны на Даниловском кладбище.

Отпевание и погребение Матроны было началом её прославления в народном религиозном сознании как угодницы Божией. При жизни она говорила: «После смерти моей приходите на мою могилку. Как принимала людей, так и буду принимать…» Слова эти стали исполняться сразу же после её кончины.

Вот уже сорок пять лет люди приходят на её могилу, благоговейно молятся, просят блаженную Матрону о помощи, и Бог по молитвам Своей угодницы подает исцеление от мучительных, непосильных для врачей болезней, облегчение в скорбях, благоприятное разрешение тяжёлых жизненных вопросов. У могилы Матроны люди нередко получают нужный совет, чтобы выйти из сложных запутанных обстоятельств. Упавшие духом утверждаются в надежде.

Блаженная Матрона была православным человеком в глубоком, традиционном значении этого слова. Сострадание к людям, идущее от полноты любящего сердца, молитва, крестное знамение, верность святым уставам Православной Церкви – все это было средоточием её напряженной духовной жизни. Природа ее подвига своими корнями уходит в многовековые традиции народного благочестия. Поэтому и помощь, которую люди получают, молитвенно обращаясь к праведнице, приносит духовные плоды: люди утверждаются в православной вере, воцерковляются внешне и внутренне, приобщаются к повседневной молитвенной жизни.

Родовое древо Cвятой блаженной Матроны Московской

Создано специалистами Союза возрождения родословных традиций (СВРТ), во главе с Бибиковым В. В. и Зайцевым Г. А.

Основные даты жизни Святой блаженной Матроны Московской

1883, первая половина ноября – Матрона Дмитриевна Никонова родилась в селе Себино Епифанского уезда Тульской губернии.

22 ноября – крещение Матроны в храме Успения Божией Матери села Себино. Её называют в честь преподобной Матроны Константинопольской. Местный священник отец Василий (Троицкий) после произошедшего во время обряда чуда – над купелью поднялся благоухающий столп пара – сказал, что девочка будет праведницей.

1890–1902 – первые пророчества и исцеления людей по ходатайству Матроны (первые чудеса, когда ей исполняется 7–10 лет).

1895 – начало систематического служения. К Матроне ежедневно начинают приезжать страждущие.

1897 – поездка с подругой Лилией Яньковой в Кронштадт. Встреча Матроны в Андреевском соборе со святым преподобным Иоанном Кронштадтским, который назвал её «восьмым столпом России» и своей сменой.

1898–1900 – по благословению Матроны написана икона Божией Матери «Взыскание погибших».

1900 – Матрона лишилась способности ходить.

1925 – Матрона переезжает в Москву.

1925–1927 – жизнь у Жаворонковых на Ульяновской улице.

1927–1941 – постоянные переезды блаженной по столице с квартиры на квартиру.

1942–1949 – жизнь в семье Ждановых в Староконюшенном переулке.

1950 – постоянные переезды блаженной с квартиры на квартиру по окраинам Москвы и по Подмосковью.

1951–1952 – жизнь в подмосковном посёлке Сходня в семье земляков Курочкиных.

1952, 2 мая – кончина блаженной Матроны в Сходне.

1999, 2 мая – акт о канонизации в лике местночтимых святых блаженной Матроны Московской в городе Москве и Московской епархии.

2004, 6 октября – причисление блаженной Матроны Московской к лику общецерковных Святых определением Архиерейского собора Русской православной церкви. Включение её имени в святцы.

Библиография

Ананичев А. С. Блаженная Матрона Московская. М.: Благовест, 2014.

Ананичев А. С. Помоги, Матронушка. Жизнеописание и посмертные чудеса блаженной старицы Матроны Московской. М.: Издательство Московской Патриархии, 2010.

Антонов Д. Н. Приходы Тульской губернии 1915–1916. Тула: Неография, 2014.

Белов И. Святая блаженная Матрона Московская. Самая полная книга. М.: Астрель, 2012.

Бибиков В.В, Зайцев Г. А. К вопросу о дате рождения Матроны Московской. М.: Союз возрождения родословных традиций, 2011.

Блаженная Матрона: житие без мифов и домыслов с молитвами и акафистом // Электронная библиотека журнала «Фома». URL: https://www.lavkafoma.ru/product/blazhenna-matrona-zhitie-bez-mifov-i-domyslov-s-molitvami-i-akafistom.

Блаженная старица Матрона. Житие, чудеса – к церковному прославлению. М.: Издательство Покровского Ставропигиального женского монастыря, 1999.

Богословский А. Блаженная Матрона Московская, святая помощница и утешительница. М.: ЭКСМО, 2011.

Голицын М. В. Мои воспоминания. 1873–1917. М.: Русский мир, 2007.

Гумеров А. Житие праведной Матроны, составленное для комиссии по канонизации // Электронная библиотека журнала «Фома». URL: https://foma.ru/zhitie-matronyi-moskovskoy.html

Десятников В. А. Блаженная праведная Матрона Московская. М.: Олма-пресс, 2003.

Жданова З. В. Сказание о житии блаженной старицы Матроны. Свято-Троицкий Ново-Голутвин женский монастырь, 1993.

Житие и чудеса Святой праведной блаженной Матроны Московской. Т. 1. М.: Издательство Покровского Ставропигиального женского монастыря, 2002.

Иов (Гумеров), архимандрит. Все приходите ко мне, и я буду помогать вам // Монастырский вестник. 2019. Май.

Иов (Гумеров), иеромонах. Тысяча вопросов священнику. М.: Издательство Московского Сретенского монастыря, 2009.

Казанский М. В. Учитель с Куликова поля. Тула: Аквариус, 2014.

Кайшаури Н. Блаженная Матрона: факты биографии на фоне эпохи // Милосердие. ru. [Электронный ресурс]. 2024. 7 марта. URL: https://www.miloserdie.ru/article/blazhennaya-matrona-fakty-biografii-na-fone-epohi-2/.

Круглянская Н. А. Матушка Матрона. М.: Русский издательский центр им. Святого Василия Великого, 2012.

Курбанова Ж. Иконография блаженной Матроны Московской // Монастырский вестник. 2023. Март.

Кусакин С. В. Храмы Куликова поля. Тула, 2014.

Лясковская Н. В. Матрона Московская. М: Вече, 2016.

Малягин В. Ю. О жизни и чудесах блаженной Матроны. М.: Даниловский благовестник, 2012.

Маркова А. А. Святая блаженная Матрона Московская. М.: Благовест. 2016.

Мацукевич А. Блаженная Матрона Московская. М.: ЭКСМО, 2011.

Мелихова Г. Н., Пешехонов И. В., Пешехонова Т. В., Бурцев И. Г. Отчёт о 1-й фольклорно-этнографической экспедиции Государственного военно-исторического и природного музея-заповедника «Куликово поле» на территории Куликова поля (7–31 июля 1997 г.). Тула, 1999.

Наша молитвенница. Книга о Святой блаженной Матроне Московской. М.: Ковчег, 2012.

Пальмов Э. А. Путь к Святой Матроне. М.: Сибирская Благозвонница, 2021.

Писарева Т. К. Свет земли тульской. Матрона Себинская Московская. Издано в Орле (ООО «Салон оперативной Полиграфии») по заказу МБУК «Кимовский историко-краеведческий музей им. В. А. Юдина», 2019.

Покровский Ставропигиальный женский монастырь у Покровской заставы. 380 лет основания. 20 лет возрождения. М.: Издательство Покровского Ставропигиального женского монастыря, 2015.

Светлова О. А. Прорицательница и чудотворица Святая Матрона Московская. М.: АСТ, 2014.

Святая блаженная Матрона Московская. Житие. Акафист. Служба. Нижний Новгород: Родное пепелище, 2014.

Сергеева Е. Матрона Московская: дарующая утешение и веру. М.: Вече, 2011.

Серова И. Матрона Московская. СПб.: Глаголь Добро, 2010.

Скоробогатько Н. В. Предивная чудотворица Матрона Московская. Краткое житие, чудеса. М.: Духовное преображение, 2023.

Строганов М. С. Матрона Московская. И свет во тьме светит // Проза. ру. [Электронный ресурс.] 2015. URL: https://proza.ru/2015/07/04/1104.

Судакова И. Н. Блаженная Матрона Московская. Научись у святой. М.: Вольный странник, 2023.

Тарасов Д. Матрона Московская. СПб.: Ленинградское издательство, 2012.

Ушаков А. Святая блаженная Матрона Московская. М.: Мартин, 2015.

Феофания (Мискина), игуменья. Мы стараемся по мере сил служить Господу и людям // Монастырский вестник. 2020. Февраль.

Феофания (Мискина), игуменья. Человек без бога не может ничего // Славянка. 2020. № 5.

Худошин А. Житие Святой блаженной старицы Матроны Московской и её чудотворения XX–XXI вв. М.: Терирем, 2017.

Чернопятов В. И. Дворянское сословие Тульской губернии. Т. 3. Родословец. Материалы. М., 1909.

Чудеса Святой праведной блаженной Матроны Московской. Т. 2–5. М.: Издательство Покровского Ставропигиального женского монастыря, 2007–2019.

Чуднова А. Вам поможет Святая блаженная Матрона Московская. М.: АСТ, 2009.

Юдина В. А., Дворецкий В. П., Каретников И. В., Писарева Т. К. Земное в небесном. Небесное в земном. Тула, 2023.

Content

Ирина Ордынская
Матрона Московская

Предисловие

Глава 1 Родина и родные

Глава 2 Рождение. Крещение. Младенческие годы

Глава 3 Детство и отрочество. Первые чудеса. Встреча со святым Иоанном Кронштадтским

Глава 4 Юность. История двух икон Божьей Матери «Взыскание погибших», написанных по благословлению Матроны. Паралич ног. Жизнь до революции

Глава 5 Революционное время. Братья – коммунисты. Переезд в столицу. Жизнь в Москве, частая смена квартир. События довоенного времени

Глава 6 Великая Отечественная война. Жизнь во время войны. Семья Ждановых. «Невидимая на фронтах» молитвенница. Миф о встрече блаженной со Сталиным. Чудеса и пророчества в военные годы

Глава 7 Жизнь после войны. Помощь людям, израненным войной. Аресты близких людей. Последние годы перед уходом. Предсказание даты собственной смерти. Словесное завещание

Глава 8 Смерть блаженной старицы. Похороны. Почитание могилы. История обретения мощей. Патриарх Алексий II. Игуменья Феофания. Работа Комиссии по канонизации, подготовка документов. Канонизация блаженной

Глава 9 История Московского Покровского монастыря. Рака для святых мощей и сень над ними. Иконография блаженной Матроны. История иконы, висящей на стене Покровского храма. Иконы блаженной – с закрытыми и открытыми глазами. Судьбы двух почитаемых икон Божией Матери «Взыскание погибших», созданных стараниями Святой Матроны

Глава 10 Современное почитание блаженной Матроны. Традиции: цветы и записки. Храмы, посвящённые блаженной Матроне. Службы и житие на разных языках. Почитание в других странах и верующими других религий. Музеи, сайты, книги, документальные фильмы, «библиотеки» с записями чудес – всенародное почитание Святой. Музейный комплекс на родине в Себино

Приложение Житие праведной Матроны, составленное для Комиссии по канонизации Русской Православной Церкви. Автор – священник Афанасий Гумеров

Основные даты жизни Святой блаженной Матроны Московской

Библиография