К. А. Линд

Библиотека Остролиста

K. A. Linde

THE WREN IN THE HOLLY LIBRARY

Copyright © The Wren in the Holy Library

Copyright © 2023 by K. A. Linde

All rights reserved.

Edited by Liz Pelletier and Molly Majumder

Cover art and design by Bree Archer

Endpaper illustration by Melanie Korte

Case design by Elizabeth Turner Stokes

Stock art by vladymyr/Depositphotos, alex_skpr/Depositphotos,

Explorer/CGTrader, Tithi Luadthong/Shutterstock, ulimi/Gettyimages

Interior design by Heather Howland

Interior formatting by Britt Marczak

© А. Никулина, перевод на русский язык

В оформлении макета использованы материалы

по лицензии © shutterstock.com

© ООО «Издательство АСТ», 2025

* * *

Посвящается девочкам, которые влюбились в библиотеку раньше, чем в чудовище

От автора

В мой любимый день в Ирландии шёл дождь.

В этом не было ничего удивительного. Меня вот не удивляло.

Закутавшись в сиреневый дождевик, я вместе с мамой шла по серой каменной мостовой от церковной колокольни до позолоченного замка и древней школьной библиотеки. Мы приехали в Дублин, чтобы прикоснуться к своим ирландским корням, и этот город стал нашей первой остановкой по дороге на встречу с читателями в Париже. Однако это быстро привело к тому, что я стала яростно делать заметки в своём телефоне при посещении каждого нового места.

Из этих заметок впоследствии родилась данная книга.

В них было о сердце Лоуренса О’Тула, которое заточили в железную клетку и украли из кафедрального собора Христа. Об огромной библиотеке Тринити-колледжа, где хранилась книга настолько древняя, что её нельзя было доставать из-под стекла. Об ирландских деревьях фей, которые были настолько священными, что дороги приходилось строить, огибая их стороной.

Всё началось с воровки, библиотеки и монстра, ищущего древние сокровища.

Но этим всё не закончилось.

Вернувшись домой, я с огромной скоростью начала впитывать мифы, легенды и сказки. Я погрузилась в магическое измерение, где среди нас ходили Друиды, сменой времён года управляли первобытные существа, а в сражениях использовалось мифическое оружие.

Бродя по улицам Нью-Йорка, я знала, что хочу взять всю эту магию и слепить, сложить, срастить её в совершенно новую историю.

Где библиотека никогда не закрывается.

И за каждым углом таится тьма.

Так что берите кресло, усаживайтесь поудобнее и позвольте чёрной кошке рядом с вами тихонько зашипеть. Представьте, что вокруг вас сотни, тысячи книг – больше, чем вы когда-либо сумеете прочесть. В приглушённом свете мерцают зелёные лозы.

А теперь позвольте мне рассказать вам историю о монстрах, магии и маленьких воровках.

«Библиотека Остролиста» – это сказка о монстрах, тайнах и романтике, но в ней есть и то, что может подойти не каждому читателю. На её страницах вам встретятся драки, насилие, секс, употребление запрещённых веществ и алкоголя, описание сферы интимных услуг и бандитизм. Будут упомянуты оскорбления, геноцид и колонизация. Читатели, которым эти темы неприятны, – возьмите это предупреждение на заметку. А теперь налейте себе чашечку чая и входите в Библиотеку Остролиста…

Часть I

Библиотека Остролиста

Глава 1

«Сейчас или никогда».

Спрятавшись в тени, Кирс присела и прижалась спиной к каменной кладке.

На другой стороне улицы возвышался самый большой особняк, который только встречался ей во всем Верхнем Вестсайде. Каждая деталь, от кованых перил до кустов остролиста, обрамлявших дорожку и тянувшихся к балконам на верхних этажах, казалось, застыла во времени с самой викторианской эпохи. Даже причудливый дверной молоток и бронзовые светильники, судя во всему, были подлинными.

Стараясь дышать как можно медленнее, Кирс пересекла улицу, утопая в бурой каше, которой становился снег в Нью-Йорке. Белые хлопья всё ещё сыпались с неба, и она скрыла свои следы, прежде чем заглянуть в окно на первом этаже, ведущее в огромный тёмный кабинет. Всё в нем лежало на своих местах до того аккуратно, словно обстановка была постановочной декорацией. Лишь тонкая полоска света пробивалась сквозь щель под дверью.

Её задача была простой: украсть кольцо с бриллиантом и получить за это деньги.

– Пожалуйста, хотя бы постарайся быть осторожной, – раздался голос Итана в наушнике, ведущем к рации на её бедре. С телефоном было бы гораздо удобнее, но увы, она никогда не могла себе его позволить. Кирс улыбнулась.

– Я всегда осторожна.

– С каких это пор?

«Никогда». Она посмотрела на Итана, пристально наблюдающего за ней в бинокль с соседней крыши, и, отсалютовав ему двумя пальцами, приступила к работе. Достав набор отмычек, она вскрыла замок на окне и бесшумно подняла створку. Отсутствие какой-либо охранной системы она обнаружила ещё во время одной из первых разведывательных вылазок, но в голове всё никак не укладывалось, что её не встречали ни сигнализация, ни ловушки. Оглядевшись, она проскользнула в кабинет и закрыла за собой окно.

Следующую часть она уже давно пошагово расписала у себя в голове. Сконструировав макет дома, она отработала каждое предстоящее действие до автоматизма. Но как бы девушка ни готовилась, у неё за плечами было достаточно проникновений со взломом, чтобы знать: ничто и никогда не идёт по плану. Заказчик, Грэгори Эмбердаш, предоставил все данные, что имелись в его распоряжении. Вот только приходилось признать, что информация эта была весьма скудной. Кольцо находилось в запертой шкатулке в библиотеке. Необычное место, чтобы спрятать ювелирное украшение, инкрустированное бриллиантом размером с яйцо малиновки. Впрочем, что она знала о богачах? У этого вон даже охранной системы не было. Наверное, и библиотека как место хранения драгоценностей для него была чем-то логичным.

Кирс настороженно ожидала какого-то подвоха, но всё шло по плану. Она обогнула стол из красного дерева с гладкой чёрной кожаной вставкой и позолоченным светильником, прошла между парой диванов к старинным часам, показывающим почти полночь. Сделав глубокий вдох, приоткрыла дверь и выглянула в коридор, освещённый тусклыми настенными лампами. Её глаза забегали по помещению, отмечая сразу всё: малую гостиную на другом конце коридора, которую она раньше видела только в бинокль, парадную лестницу справа, отполированные деревянные полы и пышный, неприлично богатый интерьер. Неслышно прокравшись по гладким полам, она щёлкнула замком на входной двери.

Первое правило каждого вора: всегда планируй пути отхода.

– Пока всё в норме, – прошептала она Итану, стоя посреди пустого дома.

– Монстр? – уточнил он.

Она покачала головой, хоть он и не мог её видеть.

– Ещё не знаю.

Попытки Итана накопать информацию на владельца дома ничего не принесли. Имя Джон Смит, очевидно, было вымышленным, а якобы принадлежащий ему бизнес никогда не существовал. Особняк был огромным, но прислуга состояла всего из двух человек, которые являлись на работу стабильно и в любую погоду. Вот только самого хозяина никто не видел. Судя по опыту специфичной работы, это могло говорить либо о богатом человеке, уехавшем куда-то из города, либо о монстре.

Монстр бы всё сильно усложнил. Если её поймают в этом доме, ответственность девушка понесёт в соответствии с Соглашением с Монстрами, как и любой другой на её месте. А последствия нарушения этого Соглашения, как правило, были опасными для жизни. То есть попадаться ей было никак нельзя. Оставалось только скрестить пальцы и надеяться на вариант с уехавшим миллиардером.

– Держи в курсе, – сказал Итан. – Джен меня убьёт, если с тобой что-то случится.

– Джен слишком хорошо меня знает.

Пробираясь по пустому дому, она чувствовала, как сердце грохочет в ушах, а по венам разливается адреналин. На лице расцвела улыбка. Нехорошая улыбка, как ей всегда говорили. Потому что она не должна была получать столько удовольствия оттого, что приходилось прятаться, воровать, а главное – выходить сухой из воды.

Быстро взобравшись вверх по лестнице, она остановилась у огромных деревянных дверей. Бронзовая вывеска над ними гласила: «Библиотека Остролиста». Резная дверная рама была украшена причудливыми завитками и узорами, в которых угадывались листья и грозди ягод остролиста. Казалось, они словно шевелятся под её взглядом. Будто перед ней был какой-то знакомый язык, отзывающийся в дальних уголках памяти, но в то же время Кирс никогда в жизни не видела ничего подобного. Встряхнувшись и сбросив наваждение, она схватилась за холодную дверную ручку, абсолютно уверенная, что дверь окажется заперта. К её удивлению, ручка повернулась.

Кирс подняла глаза к потолку. Сигнализации нет. Замков нет. Дальше что – драгоценности будут просто разложены в витринах?

И всё же она потянула дверь на себя, совсем немного, достаточно, чтобы проскользнуть в это хранилище тайн.

Её глаза чуть не вылезли из орбит. Вывеска над дверным проёмом внезапно обрела смысл. Множество стеблей остролиста взбирались вверх по стеллажам самой большой личной библиотеки, которую Кирс когда-либо видела, и сворачивались на них сверху. Растения должны были представлять опасность для коллекции, но ни одна из книг, казалось, не была повреждена. Наоборот, за ними явно хорошо ухаживали. Но главная красота открывшейся ей картины заключалась в том, что каждая из сотен полок без исключения была просто набита книгами. Множеством книг. Целыми рядами томов: от старинных, обёрнутых в кожу, до совершенно новых, в твёрдых переплётах, с безупречными суперобложками.

Как же ей хотелось взять с полки каждую из них, хотя бы просто вдохнуть запах страниц. Открыть, похрустывая их прекрасными корешками, и впитать в себя содержимое. Прожить и прочувствовать совершенно иной мир. Любой, какой угодно, лишь бы не эту ужасающую реальность. Кирс легко могла бы остаться в этой комнате до самой смерти, так и не сумев прочитать все эти книги. Но у неё не было на это времени. Только несколько минут, чтобы найти кольцо и свалить к чертям отсюда.

Прищурившись, Кирс посмотрела на огромное окно на другом конце огромной библиотеки, виднеющееся между рядами стеллажей. Пройдя мимо уютного закутка со столиком, диваном и несколькими креслами по центру комнаты, она откинула защёлку на окне. Путь к отступлению всегда в приоритете.

– Я в библиотеке, – передала она Итану. – Как обстановка?

– Всё спокойно. Давай быстрее.

Она закатила глаза – ему-то легко её торопить, пока сам спокойно сидит снаружи. Оставалось только найти сейф. Эмбердаш утверждал, что он должен быть встроен в стеллаж на левой стороне комнаты. Теперь, при виде масштабов этого места, такая наводка казалась почти бесполезной. Кирс прошлась вдоль рядов, заглядывая в углы и отводя в стороны ветви остролиста на случай, если сейф был скрыт за ними. Тщетные поиски уже начали её раздражать, когда девушка отодвинула очередную ветвь и обнаружила искомое на полке на уровне её глаз. Кирс нахмурилась, глядя на невзрачную коробочку.

– Какого чёрта? – прошептала она в тишине.

Простой сейф со скважиной для маленького ключика с двумя небольшими штифтами, напоминающий огнестойкий футляр, в каких дома обычно хранятся документы. Слишком легко. Даже как-то оскорбительно. Должен же тут быть какой-то подвох. Кто хранит огромные кольца с бриллиантами в сейфах, которые может вскрыть даже ребёнок?

По всему телу пробежал холодок. Что-то здесь было не так. За время её работы множество заданий пошли коту под хвост, но это покалывающее ощущение на затылке, от которого волосы вставали дыбом, обычным не было. Она коснулась серебряного крапивника, висящего на шее на чёрной шёлковой нити, чтобы отогнать наваждение. В конце концов, какая разница, почему всё прошло так просто?

Она достала из кармана инструменты и аккуратно коснулась металла кусочком резины. Однажды ей довелось взламывать сейф, к которому оказалось подведено электричество. Приятного было мало. Но на этот раз ничего не произошло. Девушка не услышала даже шипения.

Затаив дыхание, она вставила инструменты в скважину, ловко орудуя внутри парой отмычек, и сейф с щелчком открылся. Взламывать замки она умела с семилетнего возраста, так что это заняло у неё считанные секунды. Крышка сейфа бесшумно откинулась, являя ей содержимое: стопку сложенных документов, серебряную монету с незнакомым гербом, кусок чёрного металла, что-то похожее на человеческий ноготь и кольцо с огромным бриллиантом.

Ну, по крайней мере Эмбердаш не соврал. Кольцо и вправду было там. Кирс убрала его в карман и уставилась на всё остальное. Какой странный набор. Закрыв крышку, Кирс аккуратно заперла замок, чтобы сейф выглядел непотревоженным, и прикрыла его остролистом, как было. Выпрямившись, девушка поёжилась. Библиотека её пугала. Что-то в ней было не так, хоть Кирс и не сразу осознала, что именно.

– Так, так, – раздался мрачный, холодный голос из темноты, – что это тут у нас?

Девушка замерла, чувствуя бегущий по позвоночнику ужас. Чёрт. Она ошиблась. Кто-то был дома. И теперь она стала добычей в ловушке хищника. Девушка отчётливо слышала это в интонациях голоса. Больше всего её насторожила чёткая, выверенная манера речи. И лёгкий британский акцент. Бархатный голос, совершенно безэмоциональный, полный чистой и необузданной мужественности. В каждом слоге сквозила тёмная, голодная сила.

Обычно действующая с холодными расчётом, сейчас Кирс едва ли могла справиться с нарастающей паникой. Каждый нерв звенел. Нужно было срочно взять себя в руки и обратиться к тщательно натренированным инстинктам. Или ей конец. Третьего не дано.

Он сделал шаг вперёд, выходя на свет, словно обрамлённый очертаниями дверей библиотеки, закрывшихся за его спиной. Бледное лицо целиком состояло из острых, жёстких черт и теней. Высокие скулы будто выточили из мрамора, а глаза скрывал полумрак. Волосы были настолько тёмные, что почти сливались с окружавшим их мраком.

Кирс медленно глубоко вздохнула, перенося вес на пятки. Она была ближе к окну, чем он, и молила любого бога, который мог услышать, о том, чтобы добежать туда раньше него. Настало время применить второе правило каждого вора: беги.

Кирс метнулась через всю библиотеку. До окна был всего десяток широких шагов, однако сейчас это расстояние казалось бесконечным. Но вот в дело вступил адреналин, и кровь сильными, быстрыми, ускоряющимися толчками растекалась по венам. Всё вокруг неё стало кристально чётким, словно в замедленной съёмке. Она всегда была быстрой и двигалась молниеносно – сказывались бесчисленные часы тренировок. Но это было чем-то иным. Тем, что Итан всегда называл её несправедливым преимуществом, когда они устраивали потасовки. Тем, что спасало её в большинстве ситуаций.

Кирс сосредоточилась на приближающемся окне, которое заранее открыла. Облачённые в перчатки пальцы вцепились в нижнюю часть створки и дёрнули её вверх. Хорошо смазанный механизм не издал ни звука. С быстро растущим чувством обречённости она посмотрела вниз, на маячащий двумя этажами ниже асфальт. Бывало и хуже, конечно, но это не значило, что ей такое нравилось.

Стиснув зубы, она забралась на подоконник. От высоты кружилась голова. В памяти всплыли уроки её бывшего наставника, когда он пытался побороть её иррациональный страх высоты. Не пристало такое будущему профессиональному вору.

Джейсон заставил её пройтись по каждому небоскрёбу в городе.

Вынуждал её прыгать по крышам.

Сталкивал её с них.

Не самое худшее из того, что он с ней делал, но вместе с воспоминаниями вернулось и чувство праведного гнева.

Сейчас и только сейчас Кирс была благодарна ему за то, что страх перед предстоящим прыжком не парализовал её окончательно. Сделав вдох, она разжала пальцы.

Она стала словно невесомой в воздухе. Падая, девушка приготовилась к приземлению. Кувыркаться по бетонному покрытию всегда было чертовски неприятно. В прошлом году она не рассчитала, вывихнула колено и хромала несколько недель. Сегодня такую же ошибку допустить было нельзя.

Девушка быстро преодолела подоконник, и сила тяготения резко отправила её навстречу земле, как вдруг на её руке сомкнулись чужие пальцы. Кирс услышала, как хрустнуло плечо, и закричала. Она, всегда гордившаяся своей стойкостью, оказалась застигнута врасплох. Ничего подобного Кирс не ожидала. Никто из людей не мог двигаться настолько быстро. Это было попросту невозможно.

Беспомощно болтаясь в чужой хватке, девушка стиснула зубы, борясь с болью, и тут, к ужасу Кирс, он затащил её обратно в окно и, что было ещё хуже, сделал это одной рукой. Как только она пересекла подоконник, он швырнул девушку через всю комнату. Кирс покатилась по ковру. Наушник вылетел из уха, рация хрустнула под бедром и отлетела вглубь библиотеки, не оставляя ей шанса предупредить Итана о возникшей проблеме, а потом из глаз брызнули звёзды, потому что она со всей силы впечаталась лицом в спинку стоявшего посреди комнаты дивана. Девушка подавила стон. Тёмные волосы выбились из хвоста и рассыпались по лицу. Кирс встряхнула головой, пытаясь отбросить их, но это лишь вынудило её зажмуриться от боли.

Чёрт. Этого не должно было произойти Весь план пошёл коту под хвост так быстро, что мозг только сейчас начал осознавать то, что её тело и так уже понимало по каждой шишке и синяку.

Столько силы. Столько жестокости.

В её мире это могло значить лишь одну ужасную вещь – монстра.

Нет, простой эта кража не была. Даже близко.

Иногда в голове не укладывалось, что она существовала в одном мире с чудовищами. Когда она была ребёнком, жившим на улицах южного Манхэттена, монстры были не более чем страшной сказкой на ночь. Люди для неё были в достаточной степени чудовищными. Теперь же все сказки обернулись явью. Тринадцать лет назад монстры вышли на свет и оказались такими же стремительными, свирепыми и жестокими, какими они изображались в сказках. Внезапно люди были вынуждены столкнуться с чудовищами. Это было настолько кроваво, насколько только можно себе представить, и мир рухнул практически за одну ночь.

По улицам бродили самые разнообразные твари, убивая людей направо и налево. Чудовища уничтожили значительную часть городов. Безопасных мест для укрытия стало крайне мало, а еды – ещё меньше. Полицейские, пожарные и медицинские службы перестали справляться. Люди убегали из городов толпами, забиваясь в старые бункеры и пытаясь выжить в дикой природе. Но монстров ничто не держало в одном только Манхэттене, и спокойные части мира стремительно уменьшались. К тому моменту, когда появились чудовища, Кирс уже давно была сиротой, и выжила она, только прибившись к воровской гильдии своего, теперь уже бывшего, наставника – Джейсона. Население было почти полностью уничтожено, и, если бы не Соглашение с Монстрами, к текущему моменту в живых бы не было уже никого.

И она только что нарушила это самое Соглашение.

– Браво, – угрожающе сказал он.

Монстр дважды хлопнул в ладоши, медленно, снисходительно. Он даже не стал закрывать окно или уж тем более запирать его. Оставил открытым, впуская в комнату резкий ночной воздух, и непринуждённым, уверенным шагом направился к ней.

– Впечатляющий план побега.

Кирс поднялась на четвереньки. Вывихнутое плечо протестовало. Голова кружилась. Вероятно, сотрясение. Джен и Итан будут в ярости. Держась за диван, она с трудом встала на ноги и пошатнулась. Из носа текла кровь. Оставалось надеяться, что тот хотя бы не был сломан.

А потом девушка вздернула подбородок, глядя на него.

Монстр только усмехнулся. Смертельно красивый убийца. Теперь, при свете, она могла разглядеть, что его волосы отливали полночной синевой. Да и глаза не были бездонными и чёрными, как ей сначала показалось, – они были серыми, как вихрь, изменчивыми, как погода, и беспощадными, как океан во время шторма. Он подошёл ближе, убирая облачённые в чёрные перчатки руки в карманы чёрного как смоль костюма.

Кирс прокрутила в голове известные виды монстров, пытаясь понять, с кем имеет дело. Основными представителями были вампиры, оборотни, русалки, призраки, перевёртыши и гоблины. Были ещё другие, что встречались реже, такие как нимфы, фениксы, инкубы, суккубы и тролли. Ни на кого из них монстр перед ней похож не был. Она не чувствовала от него вампирского холода. Даже на расстоянии он был подобен открытому пламени. Оборотень – более вероятно, учитывая, сколько жара от него исходило, но она как-то водилась с волчьей стаей, а этот больше походил на одиночку. От призраков всегда исходило лёгкое, неприятное ощущение смерти, словно они вот-вот высосут из тебя душу. Для тролля он был маловат. Для нимфы крупноват. Воды рядом не было, значит, не русал. Может, перевёртыш? Голова гудела от разных вариантов, и ей впервые хватило ума испугаться.

– Как тебя зовут? – спросил он, останавливаясь перед ней.

– Не твоё грёбаное дело.

– О, так она разговаривает. – Монстр протянул руку, словно пытаясь коснуться её разбитого носа, но девушка инстинктивно отбила прикосновение и рванулась вперёд, пытаясь нанести удар. Первое у неё получилось. Его глаза сверкнули чистой яростью, когда она отбросила руку чудовища от своего лица. А потом он отразил её удар с такой лёгкостью, словно она толком и не шевелилась.

– Не очень-то вежливо, – прорычал он.

Кирс было наплевать. Сосредоточившись на источнике глубоко внутри себя, она двигалась, подобно волне. Поймав равновесие и вспомнив все свои уроки, она отскакивала и перетекала с места на место, пытаясь нанести удар, чтобы улучить момент и сбежать.

Но его, кажется, совершенно не волновали её попадания и подсечки. Он отступал и снова нападал, уворачивался и парировал её удары. Он двигался с грацией, выработанной многими годами, хотя и выглядел всего на двадцать пять. Кирс было столько же.

Несколько минут спустя она уже запыхалась. На его лице расплылась ленивая ухмылка. Чудовище словно играло с ней. В его планы не входило давать ей и толики преимущества. А потом он за долю секунды оказался вне поля её зрения и точным ударом вонзил пальцы в болевую точку на плече девушки. Её рука повисла плетью, больше ей не подчиняясь.

Монстр без труда развернул её и с силой опрокинул на спину. Весь воздух со свистом вышибло из лёгких. Голова закружилась. Рука не двигалась. Вторая пульсировала болью из-за повреждённого сустава. Она тренировалась почти всю свою жизнь, но рядом с ним выглядела полной дилетанткой.

– Будешь вести себя прилично? – спросил он со всё той же несносной улыбкой.

Вместо ответа девушка наклонилась вперёд и сплюнула кровавый комок на ковёр.

Его глаза угрожающе замерцали.

– Это антиквариат, вообще-то.

– Да пошёл ты.

Он выпрямился и показал пальцем на большое бархатное кресло.

– Сядь туда, ответь на мои вопросы, и я тебя отпущу. Даю слово.

– И чего стоит твоё слово, монстр?

– Всего, – произнёс он с такой мощью в голосе, что Кирс поёжилась до самых костей.

Глава 2

Кирс села. Что ей ещё оставалось делать?

Монстры были настоящими. Он был монстром и имел полное право её убить за вторжение в его дом. Если ему хотелось поговорить, значит, она готова говорить. Это было не первое чудовище, с которым Кирс довелось сталкиваться в жизни, и ей хотелось верить, что не последнее.

Права монстров все ещё были чем-то новым. Война закончилась подписанием Соглашения всего три года назад. До того момента девушка и представить не могла, что монстры с людьми смогут договориться.

Война началась, когда была жестоко убита Коралина ЛеМорт. Она была вампирской провидицей, лидером, стремившимся положить конец раздору между вампирами и оборотнями, и слова свои она подкрепляла личной армией. Когда оборотень-отступник публично убил её, это стало искрой, от которой вспыхнул весь мир. После её смерти на свет вышли самые разные виды чудищ, и началась Война Монстров. Вампиры и оборотни стали ненавидеть друг друга ещё сильнее, а остальные чудовища разбились на два лагеря.

Дошло до того, что и монстры, и люди начали умирать от голода. Тогда созвали Конвенцию Имени Коралины. Делегации от каждого вида монстров, совместно с ООН, согласились положить конец убийствам и восстановить порядок. В итоге было подписано Соглашение. Оно ограничивало действия монстров, устанавливало новые правила для их соседства с людьми и обеспечивало мирное существование человечества. В честь Коралины даже поставили памятник перед Метрополитен-музеем, знаменуя подписание Соглашения. Мир наконец-то начал восстанавливаться после десятилетнего кошмара, но это ещё не значило, что вся нечисть была согласна с таким решением.

Как не значило и того, что Кирс выживет после этого разговора.

– Итак, давай начнём с твоего имени.

– Почему не с твоего?

– Должна же ты знать имя человека, которого грабишь. – Его улыбка говорила об уверенности в обратном. Словно он был в курсе того, что она не имела ни малейшего понятия. Он явно не был тем вымышленным Джоном Смитом, которому якобы принадлежал дом.

– Человека? – спросила она, вскинув бровь.

– Имя, – резко повторил он.

– Кирс, – выпалила она. – Меня зовут Кирс.

– Сокращённо от Кирстен?

Она прищурилась.

– Нет. Это как Пирс, только через К.

– А. – Он так и не сел. Монстр стоял в нескольких шагах от неё, давя своей пылающей аурой. – Можешь звать меня Грейвз.

– Грейвз? – спросила она. – И откуда ты вылез, из могилы?

– И такое бывает.

– Ты не человек, – обвинительно заявила она.

Он уставился на неё невидящим взглядом.

– Нет, не человек.

Кирс очень хотелось спросить, что именно он за нечисть, но девушка не собиралась доставлять ему такого удовольствия. Монстр явно хотел, чтобы она задала этот вопрос, ведь ей надо было знать, на какой стороне Соглашения он был и собирается ли её прикончить.

– Ты не производишь особого впечатления, – сказал он наконец, когда девушка так и не подала голоса.

Она стиснула зубы.

– Внешность бывает обманчива.

Он смерил её высокомерным взглядом.

– И кто же ты?

– Сам знаешь: та, что пришла тебя обворовать.

– Ах, ну да.

Он достал ладонь из кармана, держа в ней то самое кольцо, которое она, рискуя жизнью, пыталась добыть. Кирс ошарашенно уставилась на украшение. Как он его перехватил? Украшение лежало в потайном внутреннем кармане в левой части её куртки, а чудовище к ней почти даже не прикасалось, тем более не обыскивало. Удивление проступило на лице девушки лишь на секунду – а потом снова скрылось под напускным заносчивым равнодушием.

– Столько хлопот ради какого-то колечка, – сказал он, перекатывая его между пальцами, словно монетку.

– Тебе виднее.

– Как ты попала в мой дом? – спросил Грейвз, убирая кольцо обратно в карман. Она внимательно проследила за движением, чтобы знать, откуда его потом доставать.

– Через окно.

– Которое?

– В кабинете.

Он поджал губы и отвёл взгляд, словно бы размышляя об упомянутом кабинете в деталях. Нет, скорее, словно он мог видеть кабинет сквозь стены и выстраивал её путь оттуда. Хотя, конечно же, этого он делать не мог. Ни один из известных ей монстров такими способностями не обладал.

– Как ты прошла мимо охранной системы?

Кирс чуть не расхохоталась.

– Она была отключена.

Грейвз резко развернулся к ней.

– Она совершенно точно была включена.

– Проверь ещё раз.

– Я и есть охранная система, – почти прорычал он.

– Хреновая, значит.

Он снова усмехнулся.

– Громкие слова от девчонки, которую я так легко обезвредил.

– Женщины, – рыкнула она в ответ.

Он обдумал её поправку.

– И сколько же тебе лет?

– А ты не в курсе, что такое спрашивать неприлично?

Монстр лишь поднял бровь, как бы говоря: «Ты согласилась отвечать на мои вопросы».

Она вздохнула.

– Двадцать пять. Не сильно-то младше тебя.

– Внешность бывает обманчива, – парировал он ее же фразой, как ни в чем не бывало отходя к бару и наливая себе выпить.

С напитком в руке он вернулся обратно и предложил бокал девушке. Пить с врагом было плохой, очень плохой идеей. Однако принять бокал Кирс в любом случае не могла. Не с вывихнутым же плечом.

– Ах, прошу прощения, – самодовольно произнес он.

Монстр отставил бокал в сторону и со скоростью, за которой она едва успевала следить, схватил её плечо и вправил его на место без какого-либо предупреждения. Только идеальная точность и громкий щелчок. По руке прокатилась волна боли, и Кирс согнулась пополам, едва сдержав повторный крик.

– Лучше?

Она откашлялась.

– Можем уже закончить с этим допросом?

– А это допрос? – он снова протянул ей напиток, а когда она отказалась брать, залпом выпил половину. – Раньше допросы были повеселее. – Её брови полезли на лоб. Что это значит? – Ладно. Кто тебя послал?

– Я не выдаю имён, – сказала она. – И не отвечаю на вопросы, которые испортят мне карьеру.

Он прислонился к столу и скрестил руки на груди.

– Уверена, что испорченная карьера – это худшее, что тебе грозит, если ты не будешь отвечать на мои вопросы?

Кирс сглотнула. Это была угроза. Он наверняка мог её убить. Уж точно был на это способен. Он мог бы прикончить её просто развлечения ради. И по правилам Соглашения это сошло бы ему с рук. То, что он пока этого не сделал, значило, что ему что-то было от неё нужно. Потому он и задавал вопросы. Понять бы ещё, чего именно он хочет.

Она была категорически против нарушения правил. Обещала сама себе, что никогда не сдаст клиента. Но когда выбор встал между её жизнью и каким-то тупым миллиардером, которому на неё наплевать, инстинкт самосохранения очень быстро взял верх.

– Грэгори Эмбердаш.

Брови Грейвза дёрнулись вверх. Такого ответа он явно не ожидал.

– Призрак? – Кольцо волшебным образом снова появилось в его руке. – И на кого Эмбердаш работает?

– Такой информацией со мной не делятся.

Он бросил на девушку такой взгляд, словно только сейчас вспомнил, что она в этом тоже замешана.

– Ты выяснишь, на кого он работает.

Кирс фыркнула.

– Не буду я ничего узнавать. Так мы не договаривались. Да и не скажет он мне ничего, он так дела не ведёт. – Подчёркнуто нарушая и второй пункт их договора, девушка встала с кресла и слегка покачнулась, ловя равновесие. – Я ответила на твои вопросы. Грязную работу за тебя я делать не буду. Сам Эмбердаша спроси.

Грейвз вздохнул и коротко тряхнул головой. Его, кажется, раздражало то, что она не ползала перед ним на коленях и не предлагала сделать всё, что он только пожелает, лишь бы только он её не убил.

– Хочешь по-плохому, значит?

– Вызови уже легавых, мы с ними на «ты». Толку не будет. – Ни одна тюрьма Нью-Йорка не могла её удержать.

Монстр усмехнулся.

– Я не собираюсь обращаться к властям. Мои методы гораздо… эффективнее.

В животе дёрнулось нехорошее предчувствие.

– Твои методы?

Грейвз не ответил. Только начал методично снимать чёрные перчатки, сдвигая и аккуратно стягивая искусственную кожу с каждого пальца. Она успела заметить краешек татуировки, обвивающей его запястье, но он одёрнул манжеты. У него были крупные руки с тонкими, длинными пальцами. Она плохо разбиралась в музыке, но у пианистов, которых она видела в клубах, были точно такие же кисти, созданные оживлять клавиши и извлекать из прячущихся струн гипнотизирующую мелодию. Сложно было понять, зачем он вообще носит перчатки, будучи у себя дома. Особенно учитывая, что жар его тела она могла ощущать даже на расстоянии.

– Подойди, – скомандовал он с резкостью и силой автомобильного столкновения.

Девушка отказывалась повиноваться. Встречала она в этой жизни требовательных мужчин. И усвоила этот урок. Она больше не была травинкой, постоянно сгибающейся под порывами сильного ветра. Она была неподвижной горой.

Монстр заметил её неподчинение. Не сказанное «нет» повисло в воздухе.

Это привело его в ярость. Этот человек – этот монстр – привык к беспрекословному уважению. Она видела это в каждой детали. Власть – это единственное верное мерило характера. И монстр её не впечатлил.

Грейвз рванулся вперёд и в два быстрых шага оказался ровно перед ней. Кирс задрала голову, чтобы видеть облака, мечущиеся в его пронзительных серых глазах.

– Хорошо, – рыкнул он и дернул вниз молнию на её куртке, оголяя шею. Сердце Кирс ушло в пятки – ну точно, он вампир и сейчас выпьет её до дна. Девушка открыла было рот, чтобы запротестовать, но осеклась, увидев выражение его лица. Монстр с неприкрытым интересом рассматривал её подвеску.

– Крапивник, – тихо сказал он. Поймав её взгляд, он нехорошо улыбнулся. – Любопытно.

– Почему? – спросила она, готовая заступиться за свою самую ценную вещь. Кулон был единственным, что осталось ей от родителей.

Он не ответил. Только медленно, издевательски медленно поднял руку и прижал кончик указательного пальца к какой-то точке за её ухом. С грацией хищника, играющего с добычей, он медленно провёл пальцем по бьющейся ниточке пульса на её горле. Кирс даже не вздрогнула, хоть её сердце и пустилось в пляс от малейшего прикосновения. Её тело словно охватило пламя. Всю свою жизнь она ненавидела вампиров, но сейчас ей внезапно стало понятно, почему некоторые люди отдавались им добровольно. Ей было больно и страшно в ожидании того, что последует дальше, но она не могла пошевелиться, даже если бы попыталась.

Его палец достиг ямочки между её ключицами и снова поднялся обратно, с другой стороны. А потом он схватил девушку рукой за горло, пригвождая к месту. Он тут был главным. Вся власть была сосредоточена в его руках. Кирс видела голод в его чертах.

Она проглотила свои замешательство, возбуждение и зарождающуюся злость. Можно подумать, ему было позволено так её касаться. Можно подумать, у него было на это право. Да как он посмел! Но она не отстранилась. Её тело запульсировало в ответ. Она встретила равного. Мощь столкнулась с мощью.

Грейвз наклонился. В какой-то кристально яркий момент девушке показалось, что он сейчас поцелует её. Но монстр замер, глядя ей в глаза, и тряхнул головой. На его лице отразилось что-то похожее на удивление.

– Что ты такое? – прошептал он.

Глава 3

Кирс моргнула. Это он её спрашивал, что она такое? В каком из миров это вообще имело смысл? Это он перемещался по комнате со скоростью света. Это он затащил её в окно одной рукой, когда она попыталась выпрыгнуть. Это он обезоружил её, не напрягаясь.

– Отвечай, – прорычал монстр.

– Меня зовут Кирс МакКенна, – сказала она, задрав подбородок. – И я отказываюсь тебя кормить, так что убери от меня лапы.

Он резко отпустил её, словно обжёгся. Она удержала равновесие, чуть согнув ноги в коленях – как раз вовремя, чтобы не упасть на спину, – и гордо выпрямилась, наблюдая за ним и ожидая хоть каких-то объяснений.

– Ты думаешь, я вампир? – с отвращением и недоумением переспросил он. А кем же, интересно, он ещё мог быть? – Ты назвала только своё имя, – продолжил он. – Расскажи остальное. Расскажи, что ты такое.

– Ты ещё не объяснял, что ты такое, – парировала она.

Он фыркнул.

– Уверен, ты уже в курсе, раз находишься здесь.

Бессмыслица какая-то.

– Мы ходим кругами. Ты бы сильно облегчила жизнь нам обоим, если бы ответила прямо. – Он посмотрел на свою руку, ту, которой только что держал девушку за шею, словно пытаясь понять, что произошло. – Но ты не даёшь прямого ответа.

– Я ответила на все твои вопросы, как мы и договаривались. Могу идти?

– Нет, – тут же ответил он. – Ещё не на все.

– Тогда задавай дальше.

– Как ты сняла печати?

– Печати? – озадаченно переспросила она. – Какие печати?

Он заскрипел зубами.

– Их что, сняли те люди, с которыми ты работаешь? Тебе кто-то помог пробраться внутрь?

– Абсолютно без понятия, о чем ты. Я просто вошла.

Он снова окинул её взглядом, словно ища обман или злой умысел, но у девушки не было ни того, ни другого. Она действительно не знала, о чём он говорил. Кирс слышала о «печатях» в сказках, но не их же Грейвз имел в виду? «Монстры – это не магия», – таков был девиз всего сообщества нечисти. А печати явно были чем-то магическим, так что речь точно шла об ином.

Она была простой воровкой – хоть и очень хорошей – и только воровкой, не более того. Она знала, как отключать сигнализацию. Её учили проникать в любые здания. Она могла взломать шестиконтактный замок за считанные секунды. Однажды Кирс даже вломилась в банковское хранилище по указу Джейсона, чисто чтобы доказать, что она может это сделать и не попасться. Девушка очень хорошо разбиралась в своей работе, но о замках-печатях она раньше не слышала.

– Ты не понимаешь, о чем я, – сказал он наконец.

– Быстро же до тебя доходит.

Он задумчиво сделал шаг назад.

– И ты правда веришь, что тебя сюда послал Грэгори Эмбердаш.

– Он мне платит.

– И больше ты ничего не знаешь?

– Я знаю, что у тебя есть вещь, которую мне нужно принести ему, чтобы получить деньги.

Он протянул руку.

– Отдай.

– Кольцо у тебя, – напомнила она.

– Достань из кармана и отдай. – Она помедлила, и он рявкнул: – Сейчас же.

С возмущённым вздохом она достала огромное кольцо из тайного кармана. Стащила, когда он подошёл к ней слишком близко. Пока он был занят пристальным изучением её шеи, словно поехавший вампир, она работала.

Воровские правила три и четыре: отвлечение и ловкость рук.

Она уронила кольцо в протянутую ладонь.

– Попытаться стоило.

Он покачал головой.

– Ты простая воровка. Это оскорбительно.

Она выпрямилась во весь свой рост.

– Что ты сказал?

– Поверить не могу, что они опустились так низко. – Он снова убрал кольцо, и на этот раз Кирс едва разглядела куда. – Нужно проверить. На чём-нибудь, к чему они не подготовились.

– Что именно проверить? – Но он уже отвернулся, не удостоив её ответом.

– Вот.

Монстр поставил на стол маленькую резную деревянную коробочку. Некоторые узоры на ней были знакомы – тот же остролистный рисунок, что и вокруг дверей библиотеки. Полузнакомый язык, вертящийся на краешке сознания и ускользающий при попытке его понять.

– Открой, – приказал он.

Она вскинула бровь.

– Долго ещё этот твой допрос будет продолжаться?

Грейвз угрожающе прищурился. Она вздохнула и подцепила крышку коробочки кончиком пальца. Внутри ничего не было. Ещё скучнее, чем тот простенький замок, что она вскрыла ранее.

– Ух ты, – протянула она. – Я умею открывать коробочки.

Несмотря на её безразличие, монстр выглядел впечатлённым… и в его голове явно созрел какой-то план.

– Похоже, вы обладаете необычными талантами, мисс МакКенна. Вот только интересно… как вы умудрились прожить так долго, не зная о них?

– Всё я знаю, – произнесла девушка, гордо задрав нос.

Но в его глазах было что-то необычное. Что-то мерцающее и бездонное привлекло её внимание. Оно завораживало и заглядывало в душу. Хотя… может, он был и прав. Возможно, она – нечто большее. Возможно, она всегда об этом знала. На мгновение Кирс замерла, но ощущение быстро исчезло.

Грейвз медленно закрыл коробочку обратно.

– В нашем мире ходят легенды, – начал он размеренно и гулко, голосом густым, словно сироп, и столь же сладким. – О чудовищах и красавицах. Созданиях и историях, которые не дают заснуть ночью. Монстрах от рождения.

Та чувственная манера, с которой слова срывались с его губ, заставила её сглотнуть.

– Я знаю, что скрывается в ночи.

– Существуют вещи пострашнее, чем та нечисть, о которой знает этот мир, – сказал он, словно читая её мысли. – Все те истории, что вы слышали, все мифы и легенды несут в себе зерно истины.

– Например?

– Например, я, – сказал он спокойно. Потом наклонил голову набок. – И вы.

– Я? – вырвалось у неё. – Я человек.

– Уверены?

Она ошарашенно фыркнула.

– Ну да. Разумеется. Как я могу быть чем-то ещё хуже, чем чудовище? А уж тем более вампир? Они пьют человеческую кровь. – Она скривилась от отвращения.

– Вампиры – ничтожные падальщики. Мы позволили им жить на поверхности, а сами остались в темноте, чтобы они не путались под ногами со своими мелочными войнами. Вы же… что-то совсем иное. – Кирс сглотнула, ожидая, пока он продолжит. – По вашим словам выходит, что вы можете снимать мои печати без чужой помощи.

– Ты всё говоришь про какие-то печати, но я даже не знаю, что это такое. То есть знаю, но речь явно не об этом.

Он тяжело вздохнул, словно её неосведомлённость оскорбляла его лично.

– Это магические барьеры.

– Так, – ошарашенно повторила она. – О них я и думала. Но… магия? – она не удержалась от насмешливого тона.

– Да, магия. Благодаря печатям моему дому не нужны стандартные охранные системы. Они не впускают внутрь чужаков и оповещают меня о любых попытках проникновения. – Он убрал руки обратно в карманы. – Вы не должны были суметь подойти к моему дому даже на пару метров без моего ведома. По крайней мере, без чужой помощи, взломщика печатей или внушительной магической силы.

Кирс уставилась на монстра, и у неё вырвался смешок. А потом она расхохоталась так сильно, что едва устояла на ногах. Давненько её никто не заставлял смеяться до слез. Итан всегда пытался, но сухой юмор Джен обычно работал лучше.

– И что вас так насмешило? – спросил он, прорываясь сквозь её смех.

– Магии не существует.

Он вскинул бровь.

– Да что вы?

– Монстры – это не магия, – сказала она нараспев. – Этот тезис они провозгласили, когда появились. Это же почти их девиз: монстры – не магия. Сверхъестественные силы: скорость, сила, ловкость – да, но они не могут типа… передвигать вещи силой мысли. Или как там ломаются эти твои печати?

– И вы им верите?

Девушка скептически посмотрела на Грейвза.

– Уж думаю, я бы заметила, если бы кто-то использовал магию. Или хотя бы слышала об этом.

– Загляните в любую сказку любого народа в любом уголке мира, – парировал он. – У этих мифов есть истоки. Это редкий талант, который обычно давят в зародыше, пока носитель ещё ребёнок, и он не успевает развиться во что-то более полезное. Так что нет, не думаю, что у вас был шанс встретить кого-то подобного ранее.

– Я просто… не верю тебе. С чего мне верить?

Он оглядел её так, словно она была самым раздражающим созданием на всей планете.

– Не имею привычки давать спектакли.

– Ну, если ты не покажешь мне магию, – сказала она, изобразив пальцами кавычки, – то как ещё я тебе поверю?

Он резко втянул воздух, потом выдохнул. Потом снова открыл коробочку и протянул ей. Заглянув внутрь, она обнаружила внутри толстую золотую монету размером с серебряный доллар. Грейвз кинул монету ей, и она поймала её на лету.

– А ты у нас чародей, я смотрю, – саркастически заметила Кирс, роняя монету на стол. – На улицах таких полно. Хотя ловкость рук неплохая, признаю.

Он оскалился, снова захлопывая крышку.

– Я здесь не для того, чтобы вас в чём-либо убеждать, но с чего бы мне врать?

– Могу придумать причин этак сто.

– Откройте шкатулку, – прорычал он. Девушка взяла коробочку в руки и картинно распахнула крышку, усмехаясь ему, но тут из шкатулки посыпались сотни монет. В панике вытаращив глаза, Кирс подняла коробочку повыше, а монеты продолжали рассыпаться по полу. Когда поток, наконец, прекратился, она попыталась нащупать в шкатулке двойное дно.

– Это что ещё за фокус? – спросила она. Коробочка, как ни крути её, выглядела совершенно обычной. И девушка видела, что в ней ничего не было. – Там же было…

– Пусто? – договорил он за неё. – А какой смысл охранять пустую шкатулку?

Кирс тихо ахнула и отбросила коробочку, словно та могла её обжечь.

– Какого хрена? Магия?

Грейвз смерил её высокомерным взглядом.

– Я же вам говорил.

Магия.

Мать её… магия.

Все эти годы, полные монстров. Они появлялись из темноты, убивая и своих, и чужих. Это были бесцветные дни. Если бы Кирс не занялась воровством ещё до войны, то погибла бы в самом её начале, как и все остальные. В каком-то смысле Джейсон спас ей жизнь, бросив в свой личный тёмный мир. Не то чтобы она не страдала сильно от его рук снова и снова. Но за все эти годы смертей и разрушений она поняла, что виноваты монстры, а не магия. Монстры… не магия. И тем не менее…

– Теперь верите? – спросил он.

Девушка открыла было рот, но снова закрыла его.

– Почему ты все это мне рассказываешь?

Бесплатный сыр бывает только в мышеловке, особенно в этом мире. Особенно после всего, что она пережила. Если магия – редкая ценность, которую утаивали от людей даже теперь, когда монстры вышли на свет, и если каким-то образом в её проклятых венах течёт некий дар, то чем ей придётся за это заплатить?

– Потому что я хочу предложить вам работу.

Глава 4

Работа. Вот в чём подвох.

Меньше всего на свете Кирс хотелось работать на него. Её бесили напыщенные, пустые миллиардеры, для которых она воровала, но они были предсказуемы. Они хотели безделушки, побрякушки, картины и прочий бесполезный хлам. Но хорошо за это платили. Девушка работала на криминальных авторитетов, богатых дам и кого угодно ещё, кто мог заплатить за её любимое дело.

Но в случае с Грейвзом Кирс знала, просто знала, что работа с ним её убьёт. Что бы он ни попросил её своровать – это будет совсем иной уровень опасности. Он уже упоминал о магии. О невозможном, но тем не менее… существующем. Улицы хорошо научили её, за что стоит умирать, а за что нет.

И всё же, поджав губы, она ждала его предложения. По крайней мере, это должно было быть интересно.

– И что за работа? – ровным тоном спросила девушка.

– Такая, в которой вы явно хороши. Мне надо, чтобы вы кое-что для меня украли.

Она смерила его взглядом. Попыталась заглянуть за маску хладнокровности. Слишком уж быстро Грейвз от угроз убить её перешёл к деловым предложениям. Это «кое-что» было ему очень сильно нужно. И он готов был заплатить много денег. Это было ясно как день.

А вот чего Кирс не понимала, так это при чем тут она и что ей за это будет. Потому что одних лишь денег за такую работу было мало. Даже стабильность, которой она так отчаянно желала, не стоила того, чтобы за неё умирать. Девушка округлила глаза, принимая тот невинный вид, из-за которого мужчины вечно её недооценивали.

– А я тебе зачем?

Он медленно расплылся в улыбке.

– Очевидно, потому что сам я достать всё, что мне необходимо, не могу.

Ах, так она, значит, была для него ценным ресурсом? Это давало Кирс преимущество.

Раз сам он эту вещь достать не мог, и другой вор ему тоже не подходил, значит, её услуги были единственным возможным вариантом? Девушке хотелось бы побольше узнать о нём, но он словно был закрытой книгой, показывающей ровно столько, сколько нужно, чтобы её заинтересовать. Умно. Её собственная излюбленная тактика.

– Я могу щедро заплатить, – сказал Грейвз, не дождавшись ответа. – И сделать вашу жизнь очень, очень комфортной.

– Разве похоже на то, что мне нужны деньги? – хрипло спросила она.

Грейвз смерил взглядом её облачённую в чёрное фигуру. В одежде девушки не было ничего особенного, она была простой и практичной. Но Кирс знала, что он видел. Именно то, что она хотела ему показать. Порванный монстром воротник, потрёпанные ботинки и отвратительно раздутая самоуверенность. Его ухмылка стала шире.

– Ну же. Очевидно, что вам нужны деньги. Эта побрякушка, – он достал кольцо, – принесёт вам несколько тысяч. На пару месяцев жизни в городе хватит.

Она открыто поморщилась, давая ему понять, что якобы и понятия не имела, сколько на самом деле стоит бриллиант такого размера.

– И того меньше? – спросил он, заметив выражение её лица. – Какая жалость.

Пусть Кирс именно на это и напрашивалась, она ненавидела это слово. Жалость была приговором. Когда она ошивалась в трущобах, сочувствующие взгляды её бесили. Эти глаза, говорящие, что она ничего не стоит. То, как смотрели на неё другие ученики Джейсона. Сначала с завистью, потому что ей доставалось особое обращение, а потом… с ужасом, когда она стала его любимицей. Но хуже всего было их сочувствие при виде синяков и кровоподтёков на её теле, которые она так старательно пыталась маскировать. Ничего, со временем они все поняли то, что осознает и Грейвз, когда она оставит его без гроша.

– Мне не нужна твоя жалость, – возмущённо прорычала она.

– Ладно. Я могу заплатить, и много. Только согласитесь и позвольте мне исполнить все ваши мечты.

В голове завыла тревога. Он почти умолял, и ему это совершенно не шло. Словно Грейвзу никогда раньше не приходилось просить. Он просто брал. А она пока что отказывалась отдавать.

– Ты мне так и не сказал, что и у кого я должна своровать.

– Что-то детали вас не очень волновали, когда вы пришли красть у меня, – холодно заметил он. Простейшая попытка увильнуть от темы и ничего не рассказывать прежде, чем она согласится.

Как же сильно он ошибался. Как будто они были с разных планет. Ещё как волновали, вот только деньги ей нужны были, чтобы заплатить Колетт за жилье. Поэтому Кирс и проникла в его дом, не зная, поджидает ли её там монстр. Она рискнула и проиграла. В этих же переговорах девушка проигрывать не собиралась.

– Нет, – сказала она просто, чтобы посмотреть, что он будет делать. Монстр озадаченно уставился на неё, словно девушка только что сделала ход фигурой, которой вообще не было на доске.

– Нет? – шокированно переспросил он.

– Я сама решаю, на кого работать, и сейчас я выбираю не работать на тебя. Так что если это всё, то я ответила на все твои вопросы и теперь хочу уйти.

В тёмных глазах что-то сверкнуло.

– Если хотите, уходите, но это приключение всей жизни. Вещь настолько редкая и ценная, и её настолько сложно добыть, что взлом сейфов покажется вам детской игрой.

Взлом сейфов и был детской игрой. Ну, по крайней мере, в её детстве.

– Что за вещь такая? Святой Грааль? – спросила она с издевательским смешком.

Кирс не следовало показывать свою заинтересованность, потому что он немедленно уцепился за эту соломинку. Словно деньги ничего не значили, а вот азарт её подстегнул, пробудив любопытство.

– Вроде того, – сказал Грейвз. – И у вас есть шанс украсть его из хранилища глубоко под землёй, с неуязвимой охранной системой, куда его спрятали страшнейшие из монстров.

Она прищурилась. Заманчиво. До смешного заманчиво.

Джейсон выбрал её из других детей, потому что она шарила по карманам не ради выживания. По её маленькой мордашке было видно, как сильно ей это нравилось. Хотя не должно было. С годами девушка научилась скрывать свой энтузиазм, выдавать его за нечто иное. Нормальные люди так себя не вели. Их пугало то, что она получала столь сильное удовольствие от нарушения закона. И всё же жизнь на улицах научила её, что закон – вещь ничтожная, предназначенная лишь для того, чтобы его нарушать и обходить. Потому что, конечно же, закон считается нарушенным только в том случае… если тебя поймали.

Грейвз привалился бедром к столу и протянул руку за бокалом, снова став равнодушным и растеряв всю настойчивость. Впрочем, он не сводил с девушки глаз, пытаясь проследить за всеми расчётами, которые она выстраивала в своей голове.

– Так что, поработаем вместе?

Она помедлила. Звучало заманчиво, и он об этом знал. Стоило ему понять, чего ей хочется на самом деле, как именно это он ей и предложил – приключение и высокий риск. Работу, с которой не справится больше никто. В этом богом забытом городе такое получить было гораздо сложнее, чем деньги.

Нет, он, сам того не зная, предложил Кирс нечто более желанное, чем приключения, деньги и безопасность. Если ей и правда предстояло воровать у злобных монстров из подземелья, то она догадывалась, что это значит. Своими глазами девушка видела, что случалось, когда кто-то переходил дорогу не тому монстру. Город разевал свою пасть и пожирал человека целиком. Любой повод отомстить нечисти выглядел плюсом в её глазах.

И всё же… она колебалась. Не потому, что ей не хотелось соглашаться. Ещё как хотелось. Однако сначала нужно было привести дела в порядок.

– Дай мне двадцать четыре часа, – сказала она наконец. – И получишь ответ.

Монстр обдумал её слова и кивнул.

– Согласен. И ещё кое-что, пока вы не ушли.

Она тяжело вздохнула. Вечно есть «ещё кое-что».

Грейвз достал из ящика стола маленькую тетрадь в кожаном переплёте, открыл где-то посередине и протянул ей ручку. Девушка рефлекторно приняла, не в силах сопротивляться любопытству. Это была страница с подписями. Сверху было четыре имени, два из них – совершенно неразборчивые каракули. Ещё двумя были Ума Мэтьюсон и Матео Парриш. Ей эти имена были незнакомы.

– И что это? – спросила она.

– Подпишите.

– Зачем?

Монстр сухо посмотрел на неё.

– Все это делают. Если хотите уйти, придётся тоже поставить подпись.

– И что произойдёт?

– Если мои подозрения насчёт вас верны, мисс МакКенна, – сказал он, склонив голову набок, – то совершенно ничего.

Очередная игра. Она взяла ручку левой рукой и нацарапала своё имя, а потом кинула тетрадь на стол.

– Мы закончили?

Грейвз убрал тетрадь обратно в ящик и широким жестом указал на дверь.

– После вас.

Провожая её, монстр снова надел перчатки. Казалось абсурдным, что он вообще отпускает девушку, а уж тем более провожает, словно гостя, а не взломщика. Выйдя из библиотеки, они вместе спустились по большой лестнице. Идя молча, монстр сцепил руки в замок за спиной.

Кирс нервно ожидала, что земля в любой момент уйдёт у неё из-под ног. Появится полиция и утащит её в то место, из которого она каждый раз выбирается. Или произойдёт что-то похуже.

Но ничего не случилось. Он просто открыл входную дверь.

Снег казался пушистым одеялом на ступенях и подъездной дорожке, заставляя окружающий пейзаж выглядеть подобно волшебной сказке. Завтра всему этому было суждено превратиться в хлюпающую грязь, но сейчас от зрелища захватывало дух.

– Буду ждать вас завтра, – сказал Грейвз.

Она подняла голову, чтобы посмотреть в невероятные серые глаза. Так близко они с монстром ещё не стояли, а до этого Кирс была слишком сосредоточена на кольце, чтобы осознать, какой же он высокий. Грейвз нависал над ней. Его жар обжигал подобно клейму. Словно он мог выжечь часть себя на всем её существовании. Прожечь её закалённую маску насквозь и обнажить то, чем она могла бы стать, не будь брошена, использована и избита.

От такого пристального внимания девушку пробрала дрожь. Как будто он мог видеть в ней всё, что она предпочитала скрывать.

– Я свои обещания держу.

– Если не сдержите – приду сам.

Это ей не очень понравилось, но выбора особо не было.

– Ладно, – сказала она, спускаясь по заснеженным ступеням.

– Мисс МакКенна, – окликнул он девушку прежде, чем она успела отойти слишком далеко.

Кирс развернулась на месте, ожидая подвоха. Слишком уж легко она отделалась. Но Грейвз просто кинул ей огромное кольцо. Поймав его в воздухе, она удивлённо посмотрела на бриллиант размером с яйцо малиновки. С чего монстру отдавать его? Грейвз же так старался его сохранить.

– Жест доброй воли, – промолвил он.

Ох, с ним будет сложно работать.

В этот момент Кирс стало ясно, что в его аккуратно подшитых рукавах таилось не меньше тузов, чем в её, а времени и опыта было куда больше. Понадобится вся её осторожность, чтобы выжить при их сотрудничестве. Потому что теперь, стоя на пороге этого особняка, держа в руке то, за чем она пришла, и видя лишь часть его красивого лица в тени, девушка едва могла здраво соображать.

И именно это пугало больше всего.

Глава 5

Когда Итан встретил Кирс на улице, его карие глаза были полны беспокойства. Он коснулся было рукой своих угольно-черных кудрей, но тут же обеспокоенно опустил её.

– Какого чёрта там произошло? Выглядишь так, словно тебя избили.

– Потому что так и есть, – пробурчала она.

– Я пытался с тобой связаться, но ты молчала.

Кирс, вспомнив, как её рация разбилась и улетела в темноту, скорчила рожу.

– Потеряла рацию.

– Потеряла?

Его ладонь скользнула по смуглому лицу девушки с вечным оттенком сепии. Они с Кирс были примерно одного роста, но из-за длинных тощих рук и ног Итан всегда казался более высоким, чем был на самом деле. А когда он раздосадовано выпрямлялся – и того выше.

– Ты был прав, – сказала она, стараясь не хромать. – Там был монстр. Большой.

Итан издал взволнованный возглас, подхватив её под руку, и Кирс оперлась на него, чувствуя, как ослабевает боль в ноге.

– Я не видел, чтобы кто-то входил или выходил. Что это было? Вампир? Оборотень?

– Чёрт его знает.

Он ошарашенно посмотрел на неё, неторопливо шагая вниз по улице.

– В смысле?

– В прямом… я не знаю, Итан. Это был не человек, но и не кто-то из монстров, о которых я знаю или слышала хоть раз. – Она пожевала нижнюю губу. – Расскажу вам с Джен всё, когда вернёмся.

– Вернёмся?

Девушка нашарила в кармане кольцо и показала ему.

– Вот прямо сейчас Эмбердашу и отнесу.

Итан уставился на драгоценность.

– И ты умудрилась достать кольцо? Даже после нарушения Соглашения? Какого чёрта?

Взгляд Кирс заметался по казавшейся пустой улице.

– Всё потом, Итан.

Он моргнул, словно бы начиная осознавать серьёзность ситуации.

– Тебе бы сейчас домой. Утром сходишь к Эмбердашу.

Она покачала головой, заворачивая на 75-ю улицу по направлению к Центральному парку, где им нужно было поймать автобус.

– Доберусь до дома и объясню.

Они всегда рассказывали об успехах дня Джен. Она была центром их неидеальной троицы. И она же спасла их обоих от участи похуже смерти.

Итан перехватил Кирс покрепче.

– Тогда я с тобой.

Она усмехнулась.

– Да брось. Я же знаю, ты сегодня на ярмарке хотел с Кори повидаться.

Даже в приглушённом свете было видно, как Итан вспыхнул.

– Так нечестно.

– Он будет волноваться, если ты не придёшь. И Джен будет. Иди и сообщи им, что всё в порядке. А я сразу за тобой.

Он нахмурился.

– А всё точно в порядке?

На это Кирс ответить было нечего, но она натянула свою лучшую улыбку, ту, что всегда её выручала.

– Ну, только не начинай волноваться.

– Кирс, – простонал Итан, но они уже дошли до остановки, и перед ними как раз тормозил автобус.

– Позже увидимся, – сказала Кирс.

– Будь осторожна, пожалуйста! – крикнул ей Итан. Девушка помахала ему рукой и пробежала мимо подъехавшего к остановке М10, прочь от богатых особняков и залитой светом улицы, ведущей к Центральному парку. Её раздражала вся эта роскошь, словно бы и не тронутая войной. Эта часть Нью-Йорка никогда не менялась.

В этом городе словно существовали два мира: богачи и все остальные. Богачи спелись с монстрами с самого начала. Кто-то даже подозревал, что они уже давно знали о существовании нечисти и выкупили свою свободу в начале войны. Жили богатые в своих особняках, словно бы экономика не рухнула, монстры не наводнили улицы, а миллионы людей не погибли. Ничего для них не изменилось, разве что теперь они сосуществовали с монстрами. Ну или, по крайней мере, с такими же богатыми монстрами. Они вели с ними бизнес, посещали приёмы и отправляли детей в одни и те же дорогие частные школы. Как оказалось, за деньги купить и правда можно было всё.

И была та часть города, где жила Кирс. Стоило отойти от центра, как пейзаж менялся кардинально. Полуразвалившиеся квартиры, за ночь утроившиеся в цене. Полиция, которая лишь набивала свои карманы и не заботилась больше ни о чём. Преступные группировки на каждом углу. Женщины и мужчины, торгующие собственным телом, потому что остальная работа исчезла. Разрушения не только выпустили монстров наружу – они превратили в монстров всех остальных.

С момента подписания Соглашения всё пошло на поправку. Магазины снова открывались, люди стали выходить на улицу после наступления темноты, цены начали приходить в норму. Всё больше и больше людей покидало тень в поисках света, но кардинально ничего не поменялось. Бандиты до сих пор заправляли улицами. Бордели так же наводняли нижний Манхэттен и близлежащие районы. Монстры больше не охотились на людей для развлечения, но и на пути им попадаться никто не рисковал. Может, таковой была новая норма жизни.

Кирс двинулась на юг, пока свет не начал становиться ярче, потом свернула на восток. Мидтаун недавно начал вновь расцветать, несмотря на количество обитающих на Таймс-сквер монстров, и она легко влилась в бурный поток прохожих на тротуаре. Увернулась с пути громоздкого полутролля, топающего ей навстречу, и чуть не налетела на проходившего мимо вампира. Поспешно отскочив, Кирс врезалась в туристку, пытающуюся сфотографировать тролля, и наклонила голову, чтобы скрыть своё отвращение. До войны телефоны были для многих повседневной необходимостью. Теперь же у большинства не хватало денег на оплату сотовой связи… да и на путешествия. Кирс не могла понять, как и зачем богатые туристы все ещё тащились в Нью-Йорк, не говоря уже о том, как у них хватало мозгов фотографировать монстров на улицах. Некоторые люди, казалось, так и не поумнели.

Протолкнувшись мимо туристов, с разинутым ртом рассматривающих Рокфеллер-центр, Кирс направилась к комплексу Эмбердаша на Мэдисон-авеню. Грэгори Эмбердаш умело использовал свои призрачные навыки – тонкий слух, быстрые ноги и хватку ушлого бизнесмена, – чтобы разбогатеть во время войны. Несмотря на это, он оставался одним из немногих богачей, которых девушка могла терпеть. И, хоть она и не очень любила работать с монстрами после всего, что они натворили во время войны, в каком-то смысле Кирс предпочитала их остальным богачам, которые просто сидели и наблюдали, как мир катится к чертям.

Швейцар у двери кивнул, пропуская внутрь, где её ждали высоченный потолок, мраморные колонны и плюшевые диваны. Её клиенты, птицы высокого полёта, предпочитали вести свои дела на соответствующем уровне. Комплекс «Эмбердаш» для этого подходил идеально. Кирс прошла мимо стойки регистрации прямиком к ряду лифтов и зашла в первый же открывшийся.

Она приложила пропуск к считывающему устройству, чтобы попасть на самый верхний этаж. Эмбердаш лично вручил ей карточку, чтобы она могла попадать сразу в его пентхаус, минуя охрану. Кирс начала работать с ним, ещё когда состояла в воровской гильдии Джейсона, до того, как всё пошло прахом. Их деловые отношения, впрочем, пережили всеобщий коллапс, и теперь Эмбердаш подкидывал ей работу от клиентов, которым нужно было провернуть пару-тройку тёмных дел. Эмбердаш был неплохим и удобным посредником в таких делах – меньше народу пыталось убить её ради защиты своих секретов.

Лифт прозвенел и открылся, выпуская её в коридор, отделяющий офис Эмбердаша от его личных покоев. Кирс поёжилась, направляясь к офису. Ей совершенно не хотелось оставаться наедине с призраком на его личной территории. Слишком легко было нарваться на неприятности. Душу потерять, например.

Кирс дважды постучала в дверь, и ей открыла невысокая блондинка. У неё были пустые глаза и впалые щеки, но на лице застыло лихорадочное выражение, как и у прочих добровольных жертв Эмбердаша, что попадались Кирс. Призраки могли годами кормиться от одной души, если делали это осторожно. Некоторые даже предпочитали наблюдать, как жизнь понемногу, день за днём, покидает их тела. Впрочем, как и на любой иной офисной работе.

– Мисс МакКенна, – мгновенно узнала её секретарь. – Я передам мистеру Эмбердашу, что вы пришли. Проходите, располагайтесь.

Блондинка вяло направилась на другой конец комнаты, к закрытой двери, ведущей в жилые помещения, а Кирс шагнула через порог и так и осталась стоять, скрестив руки на груди и желая побыстрее со всем этим закончить.

Пять минут превратились в десять, и кожаный диван начал выглядеть весьма заманчиво. Девушка не собиралась расслабляться, но эти игры её утомляли. Призраки не спят по ночам. Она не была уверена, что они вообще спят, когда есть постоянная подпитка. Этот конкретный заставлял её ждать просто потому, что мог.

В тот момент, когда девушка уже начала думать, что Итан был прав, и надо было избавиться от кольца завтра, над её левым ухом раздался голос:

– Итак, – сказал Эмбердаш.

Кирс поёжилась и повернулась к нему лицом.

– Эмбердаш.

Призрак улыбнулся, и Кирс подавила желание вздрогнуть. Призраков было бы легко принять за людей, если бы от них не исходили такие волны энергий смерти при приближении. Как правило, у них была желтоватая кожа, хмурые лица и вечная аура, сплетённая из теней. Короче говоря, никто не хотел застрять с ними в тёмной комнате.

– Здравствуй, Кирс. – Он скользнул мимо неё, не то шагая, не то паря, и сел за стол. – Смею предположить, что ты ко мне по делу.

Она нашарила в кармане кольцо и со звонким стуком бросила его на стол.

Лицо Эмбердаша осталось бесстрастным, не шелохнулась и его тонкая, высокая фигура под изящным нарядом.

– Как всегда, ваши таланты не преувеличены.

– Приму за комплимент.

– Это он и был, – сказал призрак, потянувшись за кольцом.

Кирс накрыла драгоценность рукой и вскинула бровь.

– Что за игру вы ведёте, Эмбердаш?

Его глаза сверкнули от такой наглости. Пальцы застыли в сантиметре от её запястья.

– Что вы имеете в виду?

– Вы отправили меня в дом монстра, не предоставив достаточной информации. Я могла погибнуть.

– Я всего лишь посредник, – сказал он, взмахнув окутанной тенями рукой так, словно это всё объясняло. – Вы согласились выполнить работу. За это я вам и плачу. Вы добиваетесь результатов. Как и в этот раз.

Кирс сменила тактику, убрав руку с кольца и оставив его на виду. Он перевёл взгляд с неё на украшение и обратно.

– Вы же знаете, мне нравятся задания, которые вы мне даёте. Я хочу и дальше работать с вами. А ещё я весьма хочу жить. Мне казалось, вы цените мои услуги. – Она вздохнула, нервно зарываясь рукой в волосы и обнажая ушиб от драки с Грейвзом.

Эмбердаш склонил голову набок.

– Нечасто увидишь вас потрёпанной.

– И мне бы хотелось продолжать в том же духе. – Ушиб снова скрылся под тёмными волосами. – От меня будет больше пользы, если я останусь невредимой.

– Хорошо. Я заплачу больше, если вы на это намекаете.

Эмбердаш быстро убрал кольцо в карман, а потом набрал код на столе, открывая нижний ящик. Кирс как-то раз взломала его, просто ради интереса. Ей хватило ума ничего там не трогать. Эмбердаш бы выследил её и прикончил лично, если бы девушка его предала.

– И никаких больше монстров без предупреждения, – добавила она, пока тот отсчитывал купюры. Когда призрак закончил и пододвинул пачку к ней, Кирс спрятала деньги в правый карман куртки и направилась к выходу. Промелькнула мысль рассказать ему о новой работе, но девушке нравилось оставлять себе свободу выбора.

– Я бы на вашем месте был поосторожнее.

Кирс замерла. Когда она снова повернулась к Эмбердашу, он сцепил пальцы перед собой.

– Это была угроза?

– Уж точно не от меня.

Кирс заставила себя не реагировать.

– Что вам известно?

– Только то, что такие таланты, как у вас, очень востребованы, – сказал он, растворяясь в темноте офиса. – Так что… будьте осторожнее.

Кирс поёжилась от зловещего предупреждения. Грэгори Эмбердаш просто так советами не раскидывался. Дождавшись, пока он скроется из виду, девушка поспешно выскочила прочь из здания, радуясь, что может убраться подальше от него и пугающих предостережений.

Глава 6

Кирс сошла с автобуса за пару кварталов от дома. Несмотря на насыщенный вечер, она все ещё была как на иголках. Обычно по дороге с работы она засыпала на плече у Итана, и неважно, сидели вокруг люди или монстры. Автобусы были одним из последних пережитков старого Манхэттена. Никто не рисковал связываться с водителями автобусов.

Ступив на знакомую территорию, она вздохнула с облегчением. На Хаустон-стрит в это время кипела жизнь. Все магазины, включая её самую любимую пекарню в городе, уже закрылись, но это не мешало нижнему Ист-Сайду бурлить и в нерабочие часы. Местная банда под названием Рулетки патрулировала район. Из окон по дороге к Деланси-стрит прохожих зазывали девушки. В конце концов Кирс оказалась на углу между штаб-квартирой Рулеток, винным магазином и борделем мадам Колетт – главным украшением улицы и местом, которое она звала домом.

Они с Итаном и Джен жили на чердаке борделя, потому что Джен была единственной дочерью Колетт, а Кирс и Итана женщина сначала взяла под крыло, потом они подружились, а после и вовсе стали семьёй. Всё имущество у них было общее – так повелось с самой первой встречи.

Кирс поднялась по ступенькам и усмехнулась охраняющему вход члену Рулеток с фишкой казино на отвороте куртки.

– Привет, Кори. А я-то думала, у вас с Итаном были планы на сегодня.

Кори был для Итана всем. Родители Кори переехали из Филиппин незадолго до появления монстров и экономического коллапса. Они возлагали на сына большие надежды, но тот выбрал свой путь и стал членом Рулеток, где отлично вписался в череду широких плеч, бугристых мускулов и серьёзных лиц. Кирс бы никогда и не подумала, что они с Итаном так хорошо поладят. Но они встретились на одном из заданий, где Итан сотрудничал с Рулетками, и они с Кори быстро подружились.

Кори подмигнул ей.

– Все планы в силе, я скоро освобожусь. Мы пойдём на ярмарку в Маленькой Италии, вы с Джен не собираетесь?

Сердце болезненно кольнуло от упоминания празднества.

– А она всё ещё открыта, так поздно?

Ещё несколько лет назад ничто не уцелело бы в свирепых ночных набегах монстров. У уличной ярмарки уж точно не было никаких шансов. Казалось, всё и правда налаживается.

– Ага, – сказал Кори, откидывая блестящие чёрные волосы назад. – Если нимфам ничего не мешает, то они хоть всю ночь гулять будут.

Кирс рассмеялась.

– Не сомневаюсь.

Нимфы были той редкой нечистью, которую люди спокойно терпели. Озорные существа, зато какие устраивали вечеринки!

– Ты тоже приходи. Тебе полезно.

– Посмотрим, – отмахнулась она.

Кори молча пропустил её внутрь. Бордель в разгар рабочего времени уж точно не был самым любимым местом Кирс. Чаще всего она забиралась на чердак по пожарной лестнице, чтобы избежать фальшивого смеха работниц, а также похотливых взглядов и наглых лап их клиентов. Но надо было заплатить за жилье, а она ненавидела откладывать на завтра то, что можно было сделать сегодня.

Войдя в гостиную, Кирс обнаружила там пышную рыжую даму, овеянную аурой прекрасной хозяйки заведения, – Мадам Колетт. Рядом с ней сидел Кармин Гарсия, её постоянный партнёр и предводитель Рулеток. Об их любовной интриге знали все, как знали и о том, что хозяйка борделя никогда не бросит своё дело ради него.

– Поздно ты, – бросила она, сидя в старинном кресле у потрескивающего камина.

– Как обычно, мадам, – откликнулась Кирс.

– Займись делом, плесни мне ещё бренди.

Мадам Колетт никогда бы не призналась в этом, но она всегда дожидалась возвращения Кирс с очередного задания. Один раз девушка имела неосторожность задать вопрос, и ей чуть не надрали за это уши – делать Колетт больше нечего, кроме как сидеть и ждать какую-то девчонку, которую её дочь притащила на чердак, – но девушка знала правду.

Тем не менее она плеснула бренди в хрустальный бокал Колетт. Лучший из тех, что здесь можно было найти.

– Кармин, дорогой, нам надо дело обсудить, – мадам Колетт махнула на него ладонью с блестящими красными ногтями.

Он поднялся во весь свой немалый рост и напялил шляпу-котелок на зачёсанные назад волосы. Его смуглая кожа была гладкой и безупречной, но чёрные глаза смотрели с расчётливой проницательностью. Иначе и быть не могло – не зря же он заправлял одной из самых крупных и беспощадных банд города.

– Конечно, – сказал Кармин, поправив костюм-тройку. Серебряный зажим для галстука с фишкой казино сверкнул на свету. Он коснулся губами бледного запястья Колетт. – Увидимся позже.

Она проводила его взмахом руки и только потом сказала:

– Почему ты выглядишь так, словно тебя избили, девочка моя? – Колетт откинулась на спинку кресла и отбросила ярко-рыжие волосы с идеально бледного, нетронутого морщинами лба и голубых глаз.

Кирс повела ноющими плечами.

– Из строя пока не вывели, Колетт.

– Тебе бы ноги за деньги раздвигать, как хорошей девочке. А то после всех этих драк ты выглядишь так, словно из помойки вылезла. Неподобающий вид в моём гостеприимном доме.

– Учту.

– Принесла что-нибудь стоящее хоть?

Кирс вывалила на стол плату за проживание, и Колетт расплылась в улыбке.

– Здесь всё до цента.

– Хорошая девочка.

Мадам покачала бренди в стакане. Родив Джен в возрасте всего двадцати лет, она всё равно смогла стать одной из самых знаменитых бордель-маман в городе, заняв место своей предшественницы и выведя заведение на совершенно иной уровень.

– Что-нибудь ещё?

– Передай моей дочурке Дженесис, что завтра днём она будет нужна мне в палатке, хорошо?

– Передам. Доброй ночи, Колетт.

Девушка вышла из гостиной и направилась к величественной лестнице. Широкие ступени, украшенные вычурными перилами, были отполированы до блеска, напоминая об ушедших временах. Когда-то давно, когда этот дом ещё не стал борделем, здесь собирались богачи. Тогда в эту часть города заходил кто-то, кроме отбросов общества.

Стиснув зубы, Кирс стала подниматься на чердак. К счастью, никто не попался ей на пути к убежищу. Когда она вошла, свет был приглушён, окрашивая всё вокруг в разные полуночные оттенки.

Джен лежала, раскинувшись на своей кровати. Итан переоделся в домашнюю одежду и свернулся клубком рядом с ней, медленно заплетая её густые медные волосы в косы. Кирс любила видеть их такими беззаботными. Джен, которая выросла в этом борделе и всегда ожидала, что однажды ей придётся стать его частью. И Итан, которого приняла к себе церковь в его родном Хартфорде, в штате Коннектикут. Он поднялся до высокого сана и переехал в Манхэттен – лишь для того, чтобы пережить насилие и чудом спастись.

А что касалось Кирс… она любила иметь запасной выход, и Джен стала для неё именно им. Когда Джейсон узнал о том, что она хотела уйти из гильдии, он вспылил и избил девушку до полусмерти, а потом бросил умирать на улице. Единственная история, из которой ей не удалось сбежать невредимой. А потом Джен нашла девушку и подарила ей дом.

– Тяжёлая ночка? – спросила Джен.

– Уверена, Итан тебе уже рассказал, – ответила Кирс, на цыпочках пересекая скрипучий пол. Пройдя мимо тренировочного снаряжения посреди комнаты и обогнув потрёпанный оранжевый диван и яркий разноцветный стул, обивку которого Джен мастерски перетянула сама, она осторожно миновала маленький круглый столик, на котором покоилась Таро-атрибутика Джен и десятки растений, которые выхаживал Итан. Он был ими просто одержим, и Колетт уже давно бы устроила истерику, если бы он заодно не выращивал ещё и полезные травы, которые Джен использовала в лечебных настойках.

– Колетт хочет, чтобы ты завтра помогла ей в ярмарочной палатке.

Джен фыркнула.

– Ладно. Ты лучше расскажи, что сегодня было-то. Итан говорит, все пошло не по плану. И там был монстр.

– Ага. Можно и так сказать. – Кирс со вздохом плюхнулась на ближайшую кровать. Ну, понеслась. – Монстр был, вот только я о таких никогда не слышала.

Джен издала возмущённый возглас и спихнула с себя Итана, завязывая рыжие волосы в пучок на макушке. Обычно она была спокойной и безмятежной, но сейчас на её лице отразилась тревога. Кирс ненавидела заставлять Джен волноваться, но таковы были издержки её профессии.

Итан встал между двумя кроватями.

– Я тебе так и сказал.

– Сказал, – согласилась Джен. – Только я не поверила.

Она осеклась, заметив спокойствие Кирс. Зрение Джен стало сдавать, ещё когда ей исполнилось семь, и теперь оба глаза уже почти ничего не видели – за исключением бокового зрения. Один раз Колетт выложила врачам баснословную сумму денег, и всё, что они сделали, это поставили Джен жутко редкий диагноз, сказали, что лекарства не существует, и отправили восвояси.

– Что такое? – спросил Итан.

Здесь был её мир, её убежище. Только здесь Кирс могла по-настоящему расслабиться. Джен была их маяком, указывающим путь домой. Вместе их троица выкроила себе уголок, где дочка бордель-маман, церковный служка и воровка могли быть свободны от чужих ожиданий. И она была близка к тому, чтобы всё это разрушить.

– Во-первых, он предложил мне работу. Во-вторых, он владеет магией.

– Магией? – переспросила Джен в тот же момент, когда Итан спросил: «Что за работа?»

– Да, магией, – повторила Кирс.

– И ты ему поверила? – спросил Итан. Кирс перевела взгляд на него. Из всей их троицы он был самым молодым, стройным, высоким и прекрасным. Если бы захотел, он мог бы зарабатывать больше любого другого работника на этажах, что располагались под ними. Даже рваный шрам на лице не портил его поразительной, обворожительной красоты.

Кирс пожала плечами.

– Не поверила бы, если бы не видела своими глазами.

– Значит, это – какой-то никому не известный вид монстра? – спросила Джен, напряжённо обдумывая такую возможность. – А Соглашение на него распространяется?

– Не знаю, – сказала Кирс.

– Соглашение подписано представителями каждого вида нечисти. Только оно и держит нас в безопасности, не позволяет им нас убивать.

Кирс знала условия Соглашения. Чудовища и люди пришли к выводу, что ради создания нового, лучшего мира им всем придётся отказаться от разногласий. Монстры стали подчиняться человеческим законам, в том числе тем, что касались убийства, а людям взамен запрещалось вмешиваться в любые дела монстров, которые напрямую не нарушали закон. Это значило, что если человек вторгался в жилище монстра, вот прямо как Кирс вчера вечером, то его за это разрешалось убить на месте. Такие условия давали монстрам больше свободы, чем были согласны многие люди, но такой уж вышел компромисс.

– Честно говоря, это меня волнует меньше всего. – Поднявшись, Кирс прошла на дальнюю сторону комнаты.

– Что за работа, Кирс? – спросила Джен.

– Опасная, – сухо ответила Кирс. – Нужно украсть что-то очень важное у каких-то очень плохих тварей. Таких, власть которых распространяется даже на подземный мир.

Джен нервно сглотнула.

– Ох, Кирс.

– И речь идёт не о деньгах. Как закончу, у нас с вами будет такая безопасность и стабильность, что мы сможем свалить отсюда, когда захотим.

– Это ты из-за Торры? – прошептал Итан. Джен схватила его за руку и шикнула.

Кирс поморщилась. О Торре она не говорила, и меньше всего ей хотелось делать это сейчас.

– Может, он что-то знает о моем происхождении, – сказала она, аккуратно обходя взрывоопасную тему касательно своей бывшей подруги.

Сама Кирс очень мало знала о своём прошлом. Её мать умерла при родах, и она совсем немного успела пожить с отцом, пока тот её не бросил. Однажды она просто ушла в школу, а когда вернулась, его уже не было. Суровая жизнь на улицах уничтожила все хорошие воспоминания. Девушка не помнила ни лица, ни голоса. Словно чёрная дыра в памяти.

От родителей у неё осталась лишь подвеска.

Оказавшись на улице, она научилась стоять за себя. А потом Джейсон нашёл её самозабвенно обчищающей чужие карманы и завербовал в свою гильдию воров. Вместе с ним она оттачивала свои таланты, а после – отплатила за всю жестокость ножом в живот. Ну и скатертью дорожка.

Это было доказательством того, что время, проведённое без родителей, лишь оказалось инструментом, который создал из неё ту личность, какой она стала. Досталась ли ей выносливость от отца? Были ли её способности от матери? У Кирс не было ответов, и она не знала никого, кто мог бы что-то ей рассказать… до этого момента. Что бы с ней ни случилось ранее, истина была сокрыта временем.

Или теперь, возможно, уже не была. Девушка открыла было рот, намереваясь сказать именно это, но тут внизу раздались крики.

В комнату ворвался Кори с воплем:

– Бандитский налёт!

– Какого чёрта? – ошарашенно переспросил Итан.

– Налёт, – повторил он. – Выбирайтесь отсюда, срочно! Я помогу девчонкам. – Он похлопал Итана по плечу. – Берегите себя.

– Постараемся, – бросил Итан и потянулся к нему, несмотря на то что Кори уже со всех ног бросился прочь с чердака.

Кирс среагировала молниеносно, оттаскивая Итана и Джен к пожарной лестнице с задней стороны здания. Мысли жужжали в голове как пчелиный рой. Налёт? Бандитский? Да кому бы вообще хватило мозгов лезть в бордель Колетт? Рулетки распугали большинство конкурентов во всем районе, да и потягаться с ними могли немногие.

У девушки не было времени думать об этом. Нужно было вывести друзей из борделя в безопасное место.

Проверив, что вокруг чисто, Кирс помогла Джен вылезти из окна.

– Идите, – раздражённо огрызнулась Джен. – Я спущусь сама.

– Итан? – окликнула Кирс, спускаясь по пожарной лестнице.

– Прямо за тобой.

Она услышала отдалённые выстрелы и крики. Столько лет Кирс жила здесь, слышала разборки местных банд, разногласия с клиентурой и препирательства с новыми работниками, но ещё ни разу не доходило до настоящего нападения. На её убежище напали, и это приводило в ярость.

Убедившись, что опасности нет, Кирс преодолела последнюю пару метров прыжком. Джен неуверенно нашарила ногами лестницу. К счастью, она пользовалась этой лестницей не реже Итана, чтобы лишний раз не попадаться на глаза матери, но Кирс все равно не могла не переживать, глядя, как подруга неловко приземлилась на ноги. Итан спрыгнул с середины лестницы, мягко приземлившись за их спинами.

Помимо вылазок с Кирс, Итан работал посыльным Колетт и вёл дела с Рулетками. Почти каждое утро он проводил, тренируясь до десятого пота в попытках нарастить свои поджарые мышцы. Никогда Кирс ещё не была так рада, что он оказался рядом, как сейчас, когда между ними была Джен.

– Куда теперь? – спросил Итан.

– На ярмарку, – тут же отозвалась Кирс. – Среди людей проще укрыться.

Итан кивнул, взяв Джен за руку, и они направились к Маленькой Италии.

Друзья как раз заворачивали за угол, когда у Кирс появилось дурное предчувствие. Включились чистые инстинкты, зашевелились волосы на затылке, в животе свернулась тревога. Она прислушалась к своим ощущениям. Что бы это ни была за способность, и какое бы она ни давала ей преимущество, Кирс отдалась ей без колебаний. Всё её внимание было сосредоточено на повороте перед ними, и ровно через секунду из-за угла появилась рука с пистолетом, направленным точно ей в лицо.

Джен закричала. Итан ахнул. Кирс вернулась к нормальному восприятию времени и шагнула навстречу врагу в тот же момент, как он прицелился в них. Счёт шёл на секунды. Направив удар мимо пистолета, Кирс с силой опустила кулак на хрупкие кости запястья нападавшего. Мужчина выругался, а его оружие со стуком отлетело на несколько метров в сторону.

Вопросы задавать было некогда. Не было и времени выяснять, кем, ко всем чертям, был этот человек. Пистолет, может, и пропал из вида, но, если бы дело дошло до необходимости мериться с незнакомцем силами, Кирс бы ему явно уступила. Девушка умела драться, но это не было её сильной стороной, и если можно было обойтись без драки, она так и поступала. Скрытность всегда была её излюбленным методом. Прячься, оставайся незаметной, если что-то пошло не так – беги. В бою один на один этот громадный мужчина не оставил бы ей и шанса.

Поэтому, вместо того чтобы оттолкнуть его от себя, Кирс дёрнула мужчину к себе и, воспользовавшись его замешательством, с максимальной точностью всадила колено в пах. Задохнувшись, он повалился на землю.

Нельзя было терять ни секунды. Развернувшись к Джен и Итану, Кирс выпалила единственный приказ:

– Бегите!

Глава 7

Дважды им повторять не пришлось.

Джен и Итан промчались мимо мужчины. Кирс следовала за ними по пятам, бросив всего один взгляд через плечо, чтобы увидеть, как противник с трудом поднимается на ноги и выкрикивает какие-то приказы. Она впечатала его образ в памяти: он был одет во всё чёрное, а волосы скрывала вязаная шапка. Мужчина был под два метра ростом, краснощёкий, глаза изумрудные, улыбка кривая. На лацкане пальто блестела брошь в виде дуба. Друид? А что бруклинской группировке понадобилось от Рулеток?

У Кирс не было времени, чтобы ждать ответ. Девушка кинулась в бескрайнюю ночь, обгоняя друзей и пересекая площадь. Без единого слова они оставили хаос борделя позади и вскоре оказались на окраине ярмарки. Здесь, по крайней мере, они могли затеряться в шуме толпы.

Несмотря на снег, тысячи людей пили, танцевали и веселились. Они покупали еду, алкоголь, секс и предсказания в палатках, выстроившихся вдоль Малберри-стрит в Маленькой Италии. Это был старомодный карнавал, полный масок, костюмов и кутежа. Нимфы порхали сквозь толпу, выделяясь лишь благодаря разноцветным волосам. На вечеринках их, с рождения невероятно прекрасных и вдохновляющих, подобно музам, любили, но они всё равно оставались нечистью, и человеку в последнюю очередь хотелось бы попасть в немилость к нимфе, шаловливому маленькому демонёнку. Впрочем, сегодня, кажется, Соглашение соблюдали все, и дела шли прекрасно. Однако это ещё не значило, что в темноте не скрывалась совсем иная опасность.

Схватив Джен за руку, Кирс стала проталкиваться сквозь толпу. Сложно было поверить, что в любой другой нормальный вечер они бы сидели здесь, в палатке борделя, украшенной розовыми, фиолетовыми и оранжевыми разводами, где Джен зарабатывала, глядя в кристальный шар, читая по руке и раскладывая Таро. Её близкие знали, что на самом деле везло ей только с Таро, да и то лишь когда они решали с ней заговорить, но другие-то были не в курсе. И Джен достаточно часто оказывалась права, чтобы её здесь уважали. Не только за то, что она была дочерью Колетт, но и за то, что она являлась Провидицей, Госпожой Дженесис. Уморительный и лишь наполовину правдивый титул.

Весь мир окутала темнота. Снежинки опускались на веселящихся людей.

– Что нам делать? – задыхаясь, спросил Итан.

Джен поёжилась, прижимаясь к нему. Она выглядела такой юной и хрупкой, стоя посреди дороги под снежинками, похожими на перья из разорванной подушки, осыпающими всё вокруг. Она оказалась в совершенно чуждой для себя ситуации, и весь её лидерский тон испарился.

– Кирс? – переспросила она.

– Не думаю, что нас кто-то преследовал, – сказала Кирс, вглядываясь в продавцов уличных киосков и не узнавая ни единого лица. Надо будет серьёзно поговорить с Рулетками о том, какого чёрта произошло, когда все успокоится. – Пойдём. Найдём место, где можно отсидеться.

Работая локтями, Кирс продиралась сквозь волнующуюся массу людей. Толпа была достаточно плотной, что доставляло некоторые трудности, но она успешно прокладывала путь. Оглядевшись вокруг, девушка прикинула количество людей, отделяющих её от ближайшего выхода, и мысленно проложила путь до следующего пустого прилавка, не забывая при этом держать дрожащую руку Джен и тянуть их с Итаном за собой. Они торопливо обошли целующуюся парочку и нимфу, кокетливо наматывающую прядь сине-зелёных волос на палец.

Друзья почти добрались до цели, когда путь им преградила внушительная темнокожая женщина, вставшая перед Кирс.

– Вам некуда идти. – У неё был сильный, безошибочно угадывающийся иностранный акцент. Насыщенный ирландский говор. На горле красовалась татуировка в виде дуба.

– Друид, – прошипела Кирс. Женщина блеснула зубами.

– Босс сказал, ваше время вышло.

– Итан, – глухо приказала Кирс. – Защищай Джен.

Девушка не стала дожидаться утвердительного ответа товарища. Она дала времени замедлиться, пытаясь предугадать следующий шаг женщины. Если уклониться от стычки не удастся, то придётся идти напролом. Прибегнуть ко всем тем приёмам, которые Кирс бесконечно оттачивала.

Стиснув зубы, девушка выхватила из рукава нож и полоснула им в области груди женщины. Та отскочила с дистанции удара и вынула два собственных клинка. Женщина явно не ожидала, что Кирс умеет драться. Она была находчивой и быстрой, но короткие дистанции ей давались лучше марафона – значит, схватку нужно было закончить быстро.

Кирс подступила ближе к женщине, неглубоко дыша и держа руки ближе к телу. Та ударила первой, резко направив один из клинков вперёд. Кирс быстро увернулась, отскочив в сторону, и ударила в ответ, полоснув соперницу по руке. Женщина плавно двинулась ей навстречу, пытаясь сразить Кирс, но девушка была готова и ударила снова, рубанув ножом по открытому бедру.

Не собираясь сдавать позиций, Кирс перешла в наступление, но женщина увернулась от удара и нацелилась ей в ребра.

– Слева! – крикнул Итан.

Вздрогнув от его голоса, Кирс дёрнулась было в сторону, но опоздала. Нож резанул по её левому боку, пуская кровь.

Боль взметнулась по груди, заставив её зашипеть. Проигрывать было никак нельзя. Не сейчас.

Поразительно, но никто не обращал на них внимания. Ну и что, что они дрались при всём честном народе и истекали кровью посреди улицы. Может, в верхнем Ист-Сайде кто-нибудь бы закричал или отбежал подальше, но здесь это было в порядке вещей: драк происходило столько, что всем было всё равно. Люди убегали, только если начиналась стрельба или в ход шли клыки и когти.

Дыхание Кирс участилось. Девушка чувствовала, как сердце вместо груди начинает биться где-то в горле. Она попыталась было снова замедлить время, но сил уже не хватало. Слишком большой выброс адреналина за такой короткий отрезок времени. Ей нужно было подумать. Нужно было перевести дух. Но времени не было.

– Всё кончено. Сдавайтесь, и я обещаю, вы умрёте быстро, – нараспев сказала женщина.

Кирс отказалась заглатывать эту наживку. Ей было кого защищать. Они рассчитывали на неё. А эта женщина всего лишь пыталась вывести её из себя, заставить допустить ошибку. Ошибкой тут было лишь то, что они до сих пор дрались. Приходилось признать, что остальные Друиды наверняка следовали по пятам, и если первый нападавший их догонит, то их окажется как минимум двое на одного. Такая перспектива девушке совершенно не нравилась.

Кирс тяжело вздохнула, словно бы сдаваясь. Опустив руку с ножом, она кивнула женщине и замерла, выжидая, сработала ли наживка. Как и ожидалось, женщина кинулась на девушку, уверенная, что ей попалась лёгкая добыча.

Стоило темнокожей приблизиться на расстояние вытянутой руки, как Кирс мгновенно развернулась и схватила её, выворачивая запястье. Женщина с придушенным звуком выронила нож. Кирс ударила кулаком по почкам соперницы с такой силой, что та упала на одно колено, а после резко вмазала ей рукояткой клинка по виску. Покачнувшись, женщина рухнула наземь, словно мешок картошки.

– Чёрт возьми, – ахнул Итан.

– Кирс, – встревоженно вскрикнула Джен.

– Я не знаю, сколько их здесь ещё, – сказала Кирс, разворачиваясь к друзьям. Всё произошло так быстро, но в то же время отняло так много времени. – Надо двигаться. – Она схватила Джен за руку и пустилась бежать.

– Что им от нас надо? – пропыхтел Итан.

До этого момента Кирс думала, что это была бандитская разборка с Рулетками, но та женщина сказала, что её босс желал смерти Кирс. С чего вдруг главному Друиду понадобилась её смерть? Да ещё настолько сильно, что они ради этого напали на бордель и развязали открытую войну с Рулетками? В её-то жизни ничего не изменилось, кроме одного: Грейвз.

– Чёрт, – прошипела она. – Эмбердаш предупреждал, что мне стоит быть осторожнее, когда я сегодня выходила от него.

– Это из-за того парня, что предложил тебе работу? – ошарашенно переспросил Итан, огибая смеющуюся и танцующую троицу людей.

– Это он тебя убить хочет или это его враги? – спросила Джен между судорожными вдохами, пока они протискивались через толпу.

Кирс, конечно, отнеслась к предупреждению Эмбердаша серьёзно, но девушка совершенно не ожидала, что оно означало прямое нападение на её убежище.

– Просто… двигайте быстрее.

Кирс не знала, что делать, если на их хвосте висело ещё больше Друидов, а, по словам темнокожей женщины, было очень на то похоже. У неё не осталось сил драться с кем-то ещё. Она и бежала-то еле-еле. Кирс не имела никакого понятия о том, чем всё это могло обернуться для её друзей. Станут ли они простой разменной монетой?

От этой мысли в груди девушки вспыхнуло что-то яростное и смертельное. Нет. Они были её друзьями, её семьёй, её домом. Когда речь шла о них, ошибиться было нельзя. Она убила бы любого, прежде чем позволила бы хоть волоску упасть с их голов.

– Есть идея, – выдохнула Кирс, игнорируя укол боли в лодыжке и проскакивая между парой людей. – Давайте за мной. Надо выбираться из этой передряги.

Почувствовав новый прилив сил, она стала прорываться сквозь поток людей в сторону Нохо[1]. Джен тяжело дышала где-то за её спиной. Пока Кирс с Итаном тренировались, она так и осталась мягкой и податливой. У Джен были другие таланты. Кирс это никогда раньше не волновало, ровно до этого дня.

– Я в порядке. Не останавливайтесь, – выдавила Джен между судорожными вдохами.

Кирс снова сосредоточилась на настоящем, в котором они пронеслись мимо Принс и свернули налево, в сторону практически пустого переулка, ведущего к Лафайетт-стрит. Кирс толкнула Итана и Джен вперёд.

– Не останавливайтесь!

Если бы у неё только получилось переправить их на другую сторону, она могла бы сразиться с нападавшим, пока друзья удирали. Проход маячил впереди, в конце улицы, подобно маяку, манящему к себе, пока они бежали по переулку. Однако всего в пяти метрах от спасения дорогу им преградил их недавний знакомец. И он явно не забыл подобрать свой пистолет.

Первый выстрел рикошетом отскочил от земли, чудом не попав в Кирс. Джен вскрикнула, когда Итан отшвырнул их обеих в стороны, впечатывая в кирпичные стены.

– Уйдите с линии огня, – прокричала ему Кирс, пока он пытался затащить Джен в закрытый подъезд.

Найдя укрытие и для себя, Кирс достала пистолет из сапога и прицелилась в нападавшего. Он казался лишь силуэтом в проходе, и она не могла разглядеть ни одной его черты.

– Бросай оружие, – прорычал он.

– Сначала ты.

– Ты нас здорово погоняла и завалила Орлу. Было бы впечатляюще, если бы не так раздражало.

– Зачем ты здесь? – выкрикнула Кирс. – Что тебе от нас надо?

– Они тут ни при чем. Нам нужна ты, – сказал мужчина с усмешкой, которая ей совершенно не понравилась. – Ты работаешь на врага. Значит, тебя нужно устранить. Бизнес. Понимаешь?

Что-то свернулось у Кирс в животе. И всё-таки дело было в Грейвзе. Кто-то узнал, что она была в его доме. И вышла через парадные двери.

У входа в переулок появился ещё один мужчина.

– Вы окружены.

Кирс перевела пистолет на новоприбывшего.

– Если я вам сдамся, вы отпустите моих друзей?

– До них нам дела нет. Убьём только в том случае, если ты продолжишь бегать. Учитывая, что выхода у тебя нет, самое время перестать.

– Нет, Кирс, – крикнула Джен.

– Даже не думай! – бросил Итан.

– Деклан, ты с ума сошёл? – спросил второй. – Лоркан же тебя вскроет от носа до пупка, если ты их отпустишь.

– Захлопни пасть, Кормак, – рявкнул Деклан. И дёрнул пистолетом, приказывая Кирс выводить друзей.

Лоркан. Она запомнила это имя на будущее, когда Джен и Итан будут в безопасности.

– Кирс, – еле слышно прошептал Итан.

Двое Друидов начали ругаться между собой. Они думали, что Кирс выбрала именно это здание просто так, в то время как девушка лишь изображала из себя проигравшую. Чёрта с два она собиралась отдавать им своих друзей.

– Сейчас, – сказала она, посылая пулю в первого мужчину.

Итан распахнул дверь и кинулся внутрь, утягивая за собой Джен. Кирс нырнула вслед за ними, потратив секунду на то, чтобы запереть дверь за собой, и тут же ринулась вглубь по знакомым коридорам. Её бывший как-то жил здесь несколько месяцев, пока не переехал в район побезопаснее. Кирс по-прежнему прекрасно помнила план здания.

За их спинами раздался звон битого стекла и стук каблуков по плитке, но впереди уже маячил главный вход. Несколько парней, куривших траву в подъезде, вжались в почтовые ящики, пропуская их мимо себя на вечно занятую Хаустон-стрит.

Выбросив руку вперёд, Кирс остановила первое попавшееся такси. Некогда было волноваться о завышенной цене, она просто затолкала друзей на заднее сидение и рухнула вслед за ними. Едва дверь захлопнулась, как Деклан и Кормак выскочили на тротуар и застыли ни с чем, глядя на отъезжающее такси.

– Куда едем? – нетерпеливо спросил водитель, словно не осознавая опасности, которой только что избежали его пассажиры.

Итан с Джен вопросительно посмотрели на Кирс. В бордель не вернуться, это было очевидно. Оставался лишь один вариант.

– «Пять углов»[2], – сказала она.

Глава 8

Когда такси наконец остановилось в квартале от «Пяти углов», Кирс не глядя бросила деньги на переднее сиденье и выскочила из машины, распахнув дверь и придерживая её открытой для Итана и Джен. Итан вцепился в Джен с плохо скрываемым ужасом в широко распахнутых глазах. Джен выглядела потрепанной после погони, но к ней вернулось обычное спокойствие.

– Всё нормально? – спросила Кирс.

Итан с Джен переглянулись и кивнули, а потом Джен взяла Кирс за руку.

– Ты-то в порядке?

Кирс пожала плечами.

– Просто пойдём.

И они двинулись, шагая в ногу.

– Всё это так хреново, – простонал Итан, опустив голову и запихнув руки в карманы. – Обратно к Колетт идти нельзя. Надо как-то ей передать, что с нами случилось. И Кори, – на его лице отразилась паника. – Он будет волноваться.

– Мама – мудрая женщина, – сказала Джен. – И Кори знает, что мы сбежали по улицам. Сегодня он сильно волноваться не будет. Всё хорошо.

– Но как мы с ними потом-то свяжемся? У нас даже телефона нет.

Кирс вздохнула и произнесла то, что ей произносить совсем не хотелось:

– Нейт что-нибудь придумает.

Потому что Нейт О’Коннор мог решить любую проблему. Она не сомневалась, что и с этой разберётся. И Кирс подразумевала не только связь и безопасность.

– Мы в хороших руках, – сказала Джен.

– Но там же наш дом, – прошептал Итан вслух то, о чём думали все трое.

– Я знаю, – сказала Кирс.

После этого троица замолчала. Пусть у них и отняли дом, но по крайней мере они были вместе.

Кирс провела их за угол и вниз по 10-й улице к огромному складу, на котором располагался нижний ярус «Пяти углов». Названием заведение было обязано знаменитому району Пяти углов в нижнем Манхэттене и одноимённой банде, которая заправляла в этом районе в XIX веке. Так совпало, что это имя неплохо прижилось и при объединении пяти волчьих стай во время Войны Монстров под началом знаменитого альфа-оборотня Нейта О’Коннора. На его территории монстры мирно общались с людьми ещё до подписания Соглашения. Уже много лет эта территория была безопасным местом для тех, кто верил в общее будущее для чудовищ и людей – и продолжал верить в него до сих пор.

Снаружи здание было чёрным, украшенным светящейся синей вывеской и с опоясывающей здание очередью, к которой троица и присоединилась. Нетерпеливо отстукивая ритм ногой, Кирс наблюдала за продажей запрещенных веществ, разворачивающейся в парке на противоположной стороне улицы.

Через несколько минут они добрались до входа. Вышибала окинул их взглядом с ног до головы и указал на табличку, гласящую: «Мы соблюдаем Соглашение с Монстрами».

– Проблемы с этим есть?

– Мы в теме, – сказала Кирс. – Нам просто нужен Нейт. Он здесь?

– Не знаю, – сказал мужчина. – Не видел его. Проходите.

Кирс заплатила за вход и шагнула внутрь. Это было чудовищного размера здание. Огромный склад переоборудовали в гремящий ночной клуб, под завязку набитый танцующими людьми. Лицо Итана просветлело при виде экстравагантности заведения. Вечеринки ему, молодому и открытому впечатлениям, нравились больше, чем он готов был признать. Хотя, конечно, он предпочёл бы быть здесь с Кори.

Кирс плохо понимала, почему они с Итаном прожили такие похожие жизни, но он свои эмоции выражал легко, а она в итоге выросла закрытой и переломанной изнутри.

– Это место полно энергии, – сказала Джен.

Она была права. «Пять углов» были Ночным клубом с большой буквы. Обычно тут вообще было не продохнуть, но уличные фестивали и ярмарки теперь составляли им конкуренцию.

– Как хорошо, что сегодня не полнолуние, – пробурчала Кирс. – А то они бы были напрочь закрыты.

Итана передёрнуло.

– Да, это было бы очень неудачное время.

Оборотни могли превращаться по желанию, но в три ночи во время полнолуния этого выбора лишались. Зрелище было поистине зверским, и всё, что попадалось им на пути, быстро лишалось жизни. Кирс хорошо помнила, какими тихими становились улицы на эти три дня. Двери заперты на засовы, магазины закрыты, не слышно даже писка. С тех пор как Нейт стал альфой, оборотни запирались сами, чтобы не нарушать Соглашение.

– Пойдёмте. Надо найти Нейта.

Встав по обе стороны от Джен, они стали проталкиваться через клуб. Толпа казалась теснее обычного после их бегства с ярмарки. Держа подбородок поднятым, Кирс смотрела ровно перед собой.

Дойдя до бара, она облокотилась на стойку и обратилась к светловолосой барменше с брошью в виде полумесяца с пятью звёздами, скреплявшей глубокий вырез лифа платья, – символом Повелителей ужаса:

– Эй, Нейт тут?

Женщина налила два шота, отдала их стоящей перед ней паре, взяла у них деньги и только тогда повернулась к Кирс.

– Нужен Нейт? Вы знакомы?

– Мы друзья.

– Нейт дружит со всеми, – со смехом сказала она. – Давай конкретнее.

– Я его младшая сестра.

Барменша оценивающе окинула её взглядом.

– У Нейта нет сестёр, и слава богу. А если бы таковая и имелась, то она была бы самой оберегаемой девушкой во всем городе. Но если он с тобой изменяет Море, я его кастрирую.

Кирс фыркнула и выложила на стойку полтинник.

– Я бы сама грохнула его, если бы он изменял Море. Я бы сказала, мы коллеги. Скажи ему, что пришла Кирс МакКенна.

– Кирс МакКенна, – с уважением проговорила женщина, убирая деньги в карман. – Наслышана.

– Да ну? – Кирс никогда не могла сразу понять, хорошо это или нет. Собеседница была девушке незнакома, но она и сама уже год как не водилась с волками.

– Ага. Я девушка Финна. Он говорил, вы вместе работали на босса.

– Давненько я не слышала этого имени, – проговорила Кирс. Финн когда-то был её ведущим. Они с Ронаном стояли на верхней ступеньке Нейтовой иерархии.

– Я Кара. Идите сюда. – Барменша бросила полотенце на стойку. – Я посмотрю, чем там занят босс.

Кирс кивнула друзьям, а Кара подняла дверцу, пропуская их за стойку. Пройдя через дверь для официантов, они поднялись по лестнице.

Кара дважды постучала.

– Босс, вам надо это видеть.

– Я же сказал, меня не беспокоить, – проорал Нейт, распахивая дверь с диким оскалом на губах.

Впрочем, переведя взгляд с Кары на Кирс, он тут же вытаращился на неё.

– Привет, Нейт, – ответила ему девушка с печальной улыбкой.

– Чтоб меня! Сама Кирс МакКенна пожаловала в «Пять углов».

Кирс не смогла сдержать улыбки при виде него. Натаниэлю О’Коннору было тридцать с небольшим, он обладал средним ростом, но весь бугрился от мускулов. У него была загорелая кожа, словно он только что вышел из-под сентябрьской луны, и глаза орехового оттенка. Волосы у Нейта короткие, кудрявые и каштановые, говор харизматичный, а улыбка сражающая наповал – фирменная ухмылка О’Конноров. Он был несносен ещё до того, как Кирс узнала, что он оборотень, в комплекте с прилагающимися к этому собственничеством, хищными повадками и вспыльчивым характером.

Семья отца Нейта много поколений подряд являлась влиятельной ирландской мафией, пока самого Нейта не обратили во время войны. Клан распался, а Нейт стал альфой, объединил под своим началом всех волков Манхэттена и назвал их Повелителями ужаса. Кирс несколько лет работала с ним, пока не развалился уже её собственный мир. С тех пор как они разошлись, прошёл уже год. И всё же она была рада его видеть.

– Вот, вернулась.

Он попытался было обнять её, но девушка увернулась.

– Ладно, ладно, – со смехом проговорила она.

– Я же знаю, что ты скучала. – Он оглядел Кирс с ног до головы, оценивая её состояние, и присвистнул. – Я смотрю, у тебя была насыщенная ночка.

– И не говори.

Она не общалась с Нейтом целый год, но теперь, встретившись с ним снова, Кирс вспомнила и всё, что их связывало. После того как Джен спасла Кирс, Колетт хотела, чтобы девушка вернулась к воровству без лишних рисков. Эмбердаш был опасен, и события текущей ночи это только подтверждали. Но у Колетт был друг, местный альфа, которому нужно было провернуть пару делишек. Кирс с радостью согласилась. Это была непыльная работёнка, и она могла выполнить её с закрытыми глазами, но сложно описать словами, как сильно это на самом деле изменило девушку.

В какой-то момент Кирс перестала ожидать, что Нейт скинет её с крыши или бросит умирать посреди задания. Она внезапно осознала, что… ему можно было доверять. Он стал чем-то вроде стержня её жизни.

Пока не появилась Торра.

Пока всё не пошло коту под хвост.

– Ты же помнишь Джен и Итана?

– Конечно, – сказал Нейт, пожимая руку Итана.

– Рад снова видеть тебя, Нейт, – откликнулся Итан.

– Пророчица Дженесис, – с волчьей усмешкой сказал Нейт, добродушно приобняв Джен за плечо.

– Привет, Нейт, – смущённо откликнулась та.

– Друзья Кирс являются и моими друзьями, – заявил он.

– То есть ты имеешь в виду, друзьями Колетт, – поправил Итан.

– Эй, мы все тут семья.

Нейт выглядел так просто, что никто бы и не подумал, что перед ними лидер Повелителей ужаса. Но Кирс знала, что в душе он хотел для города только лучшего.

– Спасибо, Кара, – сказал он. – Можешь идти.

– Конечно. Рада была познакомиться, Кирс. – И Кара поспешила вниз.

Нейт приложил палец к ране на боку Кирс.

– Надо её обработать. Я так понимаю, раз ты пришла ко мне, то у тебя проблемы. Сколько я тебя не видел, год?

Кирс кивнула, поморщившись от боли после его прикосновения к ране.

– Всё в порядке.

– Мора скоро придёт. И ты дашь ей себя подлатать.

– Ладно, – сдалась она.

– Так что за проблемы? – спросил Нейт, указывая на неё кивком головы.

– Взялась за работу. Попалась. – Брови Нейта полезли на лоб. – Знаю. Невиданное дело. В любом случае мужик меня отпустил, но у него оказались могущественные враги.

– Насколько могущественные? – уточнил Нейт.

– Друиды.

Нейт зарычал.

– Ну, просто охренительно.

– Ага. Они напали на бордель прямо при Рулетках и гнались за нами через всю ярмарку в Маленькой Италии. Еле ноги унесли.

– Ты в глубоком дерьме.

– Я знаю, что мы без приглашения, но можем ли остаться у тебя? Пока я не придумаю, как избавиться от этих выродков.

Нейт пристально посмотрел на Кирс, наклонив голову и как бы намекая на то, что она очень многого не договаривает, но всё равно кивнул.

– Конечно. Вы все выглядите так, словно привидение встретили. Давайте я провожу вас до комнат? А потом, Кирс, Мора осмотрит твой бок. – Он развернулся к Джен и Итану. – У вас ранения есть?

Они оба покачали головами. Нейт открыл дверь и провёл их вверх по лестнице до жилых помещений.

– Подойдут? – спросил он, показывая рукой на несколько комнат.

– Идеально, – ответила Кирс. – Я понимаю, ты хочешь знать больше, но мне сначала нужно поговорить с ребятами. Обсудим потом, когда Мора придет?

Нейт кивнул на дверь.

– Ну, если ты не истекаешь кровью, то несколько минут у вас есть. Похоже, ты им нужна.

– Ага, – сказала она. – Длинная выдалась ночка. Кстати, сделаешь одолжение, передашь весточку Кори из Рулеток? Он близкий друг Итана. С ума, небось, сходит.

– Конечно. – Не успела она зайти в комнату, как Нейт добавил: – Эй, я правда рад тебя видеть.

Что-то болезненно кольнуло в груди. Вспомнилось, почему она перестала приходить сюда. Из-за разбитого расставанием сердца в её груди, которое не смог вылечить даже Нейт. Постепенно она перестала просить помощи у кого-либо. Стала избегать любого, кто напоминал ей о былых временах. Только её семье разрешалось упоминать произошедшее… или произносить имя Торры.

– И я тебя, Нейт.

И она зашла комнату, чтобы как-то во всём этом разобраться.

Итан лежал на кровати у самой дальней стены, раскинув ноги. Джен сидела рядом с ним, уставившись на собственные ладони. Кирс прекрасно знала, что они оба чувствовали. Ребята потеряли свой дом. Весь их мир съёжился до этой полупустой комнаты и неясного будущего.

Она почувствовала укол вины. Вся ответственность за произошедшее лежала на ней. Закрыв глаза, Кирс обдумала эту болезненную мысль. Нет, это всё началось из-за Грейвза. Вот он и виноват.

– Как твои рёбра? – спросила Джен, поднимая голову на звук её шагов.

Кирс задрала куртку и осмотрела рану.

– Порез неглубокий. Мора перевяжет.

– Жаль, у меня нет с собой трав. Хоть боль бы заглушили.

Пусть Джен и читала будущее по картам Таро, её настоящим талантом была медицина. Она могла состряпать идеальное средство от похмелья, собирала травы, которые выращивал Итан, чтобы залечивать многочисленные ссадины и порезы Кирс, и даже нашла формулу противозачаточного. Джен была просто до безобразия талантлива.

– Всё будет нормально, – сказала Кирс, садясь на противоположную кровать. – Ночь была долгой, но нам всё ещё надо поговорить о том, что произошло.

– О чём именно? – спросил Итан. – О той части, где нас чуть не убили, или о том, какая это наглость, что они напали прямо на бордель?

– О работе, – сказала она. – О работе и о магии.

– Ты что, серьёзно всё ещё думаешь согласиться? – возмутился Итан. – Тебя только что из-за него чуть не грохнули.

– Слушай, я тут не прыгаю от радости, что моё общение с тем парнем привело к таким результатам. Я с первого взгляда на него поняла, что он может убить меня на месте, но есть причина, по которой я нужна ему живой. Этим можно воспользоваться.

– Потому что ты что-то можешь для него украсть? – переспросила Джен. – Почему именно ты?

Кирс покосилась на свои пальцы. Приближалась самая абсурдная часть объяснений. Как будто то, что он владел магией, не было само по себе нелепицей.

– Он думает, что у меня тоже есть магия.

Молчание Джен и Итана затягивалось. Кирс подняла взгляд на них, чтобы оценить реакции. Итан смотрел скептически, а вот Джен скорее заинтересованно.

– И почему он так считает?

– Потому что в его доме не было современной сигнализации, в отличие от других тупых миллиардеров, у которых я обычно ворую. У него стоит система печатей, так он это назвал. Его дом защищён магией, а я прошла её насквозь. Он проверил это ещё раз, пока я была там, и это правда. Я могу ломать эти печати.

Итан вытаращился на неё.

– Магия? Серьёзно? Я думал, что «монстры – это не магия» – вот их главный девиз.

– Я сказала ему ровно то же самое, – согласилась Кирс. – Но и не верить собственным глазам я тоже не могу.

– Так получается, ты единственная, кто может провернуть эту работу, – заключила Джен.

Итан присвистнул.

– Значит, можешь содрать с него, сколько захочешь.

– Мне кажется, деньги его не особо волнуют, так что я собираюсь взять достаточно, чтобы мы смогли жить в безопасности, когда всё это закончится, – сказала Кирс, ероша рукой свои тёмные волосы. – Но в то же время никто, кроме него, не расскажет мне, есть ли у меня и правда магия.

– Так что ты будешь делать? – спросил Итан.

– То, что у меня получается лучше всего, – сказала она, самоуверенно улыбнувшись. – Вытягивать информацию и деньги из наивных придурков.

Джен вздохнула.

– Надеюсь, всё действительно окажется просто, Кирс.

– Разве я раньше хоть раз ошибалась? – спросила она с напускной смелостью, в первую очередь ради своих друзей. Джен и Итану было необходимо верить в навыки Кирс так же сильно, как она сама в них верила. Им нужно было знать, что девушка сможет вернуться живой. Да что там, после такой ночки это знание не помешало бы и самой Кирс.

Глава 9

– Мора будет через пять минут, – сказал Нейт, заглянув к ним чуть позже.

Попрощавшись с друзьями, Кирс проследовала за Нейтом в небольшой медпункт, где он начал доставать инструменты для Моры. Она работала медсестрой в одной из немногих оставшихся больниц и принимала всех, кто не мог позволить себе лечение. В прошлом ей не раз случалось латать Кирс – даже, пожалуй, слишком часто. Знакомые среди медперсонала – всегда полезная вещь, особенно учитывая дороговизну и труднодоступность здравоохранения.

– Ну так что, расскажешь, что на самом деле произошло? – спросил Нейт.

– Пожалуй, я действительно забыла упомянуть пару вещей. – Кирс со вздохом растянулась в мягком кресле.

Нейт грубо расхохотался.

– Пару? Я бы сказал, ты вообще всё забыла упомянуть.

– Слушай, я не хочу навязываться.

– Кирс, когда тебе нужна помощь – это не навязывание.

– Нейт, я не немощная какая-то, – сказала она.

– А никто и не говорит, что ты немощная. За тобой Друиды гоняются, – ответил Нейт, с силой ставя на стол бутылку антисептика и разворачиваясь к Кирс. – А вот чего я понять не могу, так это где тебя носило целый год.

Она нахмурилась.

– Нейт, я не знаю…

– Только давай без вот этого вот. Мы друзья. Мы можем поговорить о том, что случилось с Торрой. Тебе необязательно было уходить.

– Я не хочу об этом говорить, – огрызнулась Кирс и сглотнула, услышав знакомое имя. – Мы пытались её спасти. Мы не смогли. Больше здесь не о чем говорить.

– Там ещё до фига о чём говорить. Ты не виновата в том, что её похитили, Кирс, – раздражённо зарычал он. – И это не твоя вина, что она связалась с дурной компанией.

– Я должна была быть с ней, – процедила Кирс.

– Да вы же даже уже не общались, когда все это случилось, – возразил Нейт.

– Какая разница.

– Она и моей подругой была, если ты не в курсе, – сказал Нейт. – Она работала на меня, была моим барменом, когда вы познакомились. Может, она и не была частью стаи, но вполне могла бы быть. Она была одной из нас, и они её всё равно похитили.

– Ты думаешь, я не в курсе?

– Тогда нефиг было пропадать.

Кирс вскочила на ноги.

– Ты и понятия не имеешь, что со мной творилось. И права тоже не…

– Мы все скучаем по Торре.

– Нейт!

Стоило ей вспыхнуть, как он мгновенно растерял весь свой запал.

– Ты права. Это было низко с моей стороны. Я не виню тебя в том, что произошло. И я надеюсь, что ты сама себя тоже не винишь. Мы сделали всё, что смогли. – Когда их взгляды снова встретились, в его глазах орехового оттенка застыла искренность. – День, неделя, год, Кирс. Я с тобой. И то, что ты тут стоишь, это лишь подтверждает.

Кирс сдалась.

– Спасибо.

– А теперь расскажи всё ещё раз с самого начала, но теперь без утайки.

И она начала по порядку. Нейт слушал её историю с удивительно каменным лицом и только в конце выдохнул и сказал очень веское:

– Охренеть.

Кирс фыркнула.

– Ага. Это были охренительные несколько часов.

– Ты уверена, что он упомянул Лоркана?

– Абсолютно. Знакомы?

– Знакомы? – саркастично повторил Нейт. – Ну конечно же. Он глава Друидов и жуткий урод.

– Человек?

– Насколько я знаю. Когда во время войны мафиозная структура Манхэттена обрушилась и мы собрали всех волков в «Пяти углах», я предлагал ему сотрудничество. В то время у него было достаточно влияния, чтобы присоединиться. Он рассмеялся мне в лицо и сказал, что волки ниже него.

– Грейвз примерно то же сказал о вампирах, – призналась Кирс.

Поджав губы, Нейт скрестил могучие руки на груди.

– Короче, проблема в том, что я не пойму его цели. С Лорканом лучше не связываться, это правда, но я не слышал, чтобы он стрелял в невиновных на улицах.

– Судя по всему, Грейвз ему враг.

– И тебе теперь тоже, – добавил Нейт.

– Отлично, – проворчала она.

– Как по мне, я бы, скорее, поставил на то, что Лоркан здесь «хороший». – Он пожал плечами. – Людям на его территории всегда было безопаснее, чем на Манхэттене. Не знаю, что он там делает в Бруклине, но людей он оберегает.

– Ага, вот только нас он попытался убить. Хороший он, плохой ли, я знаю только то, что Лоркан против нас.

Нейт кивнул, но не успел ничего сказать, потому что в медпункт вошла высокая девушка деси[3]. Её густые каштановые волосы аккуратными волнами ниспадали до середины спины, а золотистая смуглая кожа сияла в приглушенном свете.

– Натаниэль О’Коннор, что ты на этот раз натворил?

– Мора, – промурчал Нейт, словно готовый наброситься на неё. – Ты загляденье.

Она скинула с себя куртку, оставаясь в бордовом костюме медсестры.

– Сексуальнее некуда, ага.

Он с дикой улыбкой шагнул к своей девушке.

– Намёк понят.

Нейт наклонился было для поцелуя, но Мора отпихнула его лицо рукой.

– Сначала пациент.

Нейт глухо зарычал.

– Конечно. Пациент в приоритете.

Мора засмеялась и направилась прямиком к Кирс.

– Привет, милая. Давно не виделись. Какими судьбами тебя занесло в мой медпункт на этот раз?

– Привет, Мора, – ответила Кирс. Никогда ей, видимо, не привыкнуть к тому, как легко у Моры получалось усмирять Нейта. – Нож. По рёбрам.

– Ну, разумеется. – Мора принялась за работу, разрезая футболку Кирс и промывая рану.

Мора уехала из Джерси-Сити, чтобы стать военной медсестрой на Манхэттене. Она всё ещё поддерживала близкие отношения с родителями и братьями, оставшимися дома, и они все гордились её самоотверженностью. С Нейтом она познакомилась в один из многочисленных разов, когда его пришлось зашивать, и каким-то образом он убедил её работать на него. Обаяние Нейта проложило ему путь в её жизнь, в её постель и в её сердце, где он и оставался до сих пор.

– Придётся зашивать. Будет очень неприятно. Нейт, дай ей виски.

– Обойдусь.

– Ещё текила есть, – предложила Мора.

Кирс помотала головой.

– Не.

– Как хочешь.

Стиснув зубы, Кирс терпела, пока Мора зашивала рану, профессионально подвязав её в конце. Больно было чертовски. Но потом Мора дала ей чистую одежду, и Кирс вновь почувствовала себя человеком, натянув свою куртку.

– Вернёмся к теме, – с улыбкой сказала Мора. – Какими судьбами?

– Мор, она его встретила, – сказал Нейт.

– Его?

– Того страшного хрена, о котором я тебе рассказывал.

– Ох, – прошептала Мора.

– Погоди, – мгновенно насторожилась Кирс, – ты его знаешь?

– Я знаю о нём. Многие знают, – подтвердит Нейт. – Он такой парень, который достанет тебе всё, что угодно, но за свою цену.

– Ну, меня он нанимает достать что-то для него, – заметила Кирс.

– Я слышал, он заставляет людей вписывать свое имя в его чёрную тетрадь, и так ты навсегда подписываешь ваш с ним договор и клянёшься держать его имя в секрете.

Кирс замерла. Так вот что он имел в виду, когда сказал, что ей ничего не будет? Она тоже вписала имя в тетрадь, но именем его могла разбрасываться направо и налево. Да, она особо не трепалась о его секретах, но лишь потому, что ей не хотелось подвергать опасности друзей, а не потому, что она не могла. И это лишний раз доказывало, что у неё была магия, которая оказалась ему неподвластна. Неудивительно, что Грейвз так за ней охотился.

– А, и ещё он помог подписать Соглашение.

Кирс шокированно уставилась на него.

– То есть ты хочешь сказать… он типа хороший?

– Нет, – задумчиво ответил Нейт и тут же пожал плечами. – Уверен, он это сделал ради собственной выгоды. Но и откровенно плохим я бы его тоже не назвал.

Кирс прикусила губу, переваривая услышанное. Этого она точно не ожидала. Не то чтобы это как-то поменяло её отношение, особенно учитывая то, насколько опасным он был.

– И что мне делать, как вы думаете? – спросила она.

– Он ужасающий, – ответил Нейт. – Может контролировать политику и вот это вот всё. Но и человечеству он тоже помог. Ссориться бы не хотелось.

– Значит, стоит согласиться на задание?

– Если он так хочет, чтобы это сделала именно ты, то он своего добьётся. Лучше уж сделать это на своих условиях.

Кирс вздохнула. И то правда. Только ей казалось, что всё не будет так просто: раз, два, и можно уходить. Но в то же время и на то, что Грейвз отстанет, она не надеялась. Особенно когда он уже видел цель на расстоянии вытянутой руки. Для Кирс было бы лучше сделать всё по-своему.

– К тому же это пойдёт на пользу общему делу, – продолжил Нейт.

Кирс вскинула бровь.

– Ох уж ты и это твоё общее дело.

Он усмехнулся.

– Слушай, мы оба прекрасно знаем, что всех проблем Соглашение не решило. Полно монстров, которые хотят вернуть всё как было и не терпят никакого вмешательства со стороны людей. Если ты украдёшь у них что-то важное, это только сыграет нам на руку, верно?

Под таким углом Кирс этот вопрос не рассматривала. Она ненавидела монстров за то, что они сделали с ней и её городом. За всё, что они отняли. Да, люди тоже не были святыми – один только Джейсон с лихвой доказывал, что они могут быть теми ещё чудовищами. Но любой удар по монстрам, которые мечтали вновь разрушить её город, того стоил.

– Твоя правда. Придётся быть осторожной, – добавила она. – Не думаю, правда, что он будет лёгкой добычей.

– Это он просто никогда не дрался с нашей Кирс, – улыбнулся Нейт.

Мора засмеялась над ними.

– Спаси Господь того человека или монстра, что встанет на пути Кирс МакКенны.

– Спасибо, – искренне проговорила девушка.

– Я только что отработала двенадцатичасовую смену и хочу спать, – зевнула Мора, проводя рукой по бледному лицу. По всему было видно, как сильно её выматывает работа. – Будь осторожна и заглядывай иногда. Слишком давно не виделись.

– Доброй ночи, – ответила Кирс.

Мора коротко поцеловала Нейта в губы и оставила их наедине.

Нейт тронул Кирс за руку, и она не стала отстраняться.

– Что бы ты там ни решила, я рядом. Если тебе что-то будет нужно, то у меня есть связи, стая. Тебе необязательно снова исчезать. Мы семья.

Кирс даже не подозревала, как сильно ей нужно было это услышать. Что кто-то верил ей и был готов помочь со всем разобраться.

– Спасибо. Уже жалею, что пропала на год.

– Ну, когда Торра ушла, я знал, что хорошего будет мало.

– Ушла, – хриплым шепотом повторила она.

Торра не ушла. Её похитили. Да, их знатно штормило, и они наверняка всё равно бы перестали общаться, но потом она просто исчезла.

– Я знаю, – склонил голову Нейт. – Но так или иначе, я рад, что ты снова здесь.

Сгибаясь под тяжестью усталости, она оставила Нейта в медпункте и пошла назад. Как оказалось, Кирс провела там больше времени, чем думала, так как, войдя в комнату, она обнаружила включённый свет и сидящего рядом с Итаном Кори. Джен сидела на соседней кровати.

Джен похлопала по матрасу рядом с собой. Скинув с себя куртку, Кирс залезла на кровать к подруге.

– Когда ты отправляешься? – спросила Джен.

Кори и Итан резко повернулись к ней.

– Отправляешься? – переспросил Итан.

– Ты знала, что я пойду?

– Ну конечно. Я тебя знаю, как саму себя, Кирс. Ты мне близка, как родная сестра.

Кирс с трудом проглотила вставший в горле ком.

– Взаимно.

– Ну, ночью-то тебе точно уходить нельзя, – возразил Итан.

– Уже почти утро, – заметила она. – А ещё я думаю, что вам двоим придётся залечь здесь, пока я не пойму, насколько велика опасность для вас.

Джен поджала губы.

– Так и думала, что ты это скажешь.

– Жить? Здесь? – ошарашенно переспросил Итан, вскакивая на ноги и скрещивая руки на груди. – Мы не можем здесь жить.

– Вам лучше остаться под защитой Повелителей, пока я не пойму, безопасно ли уходить.

– Чушь какая, – сказал Кори, положив руку Итану на плечо. – Рулетки могут их защитить не хуже.

– Сегодня не защитили, – тихо заметила Джен.

Итан нахмурился.

– Но мы не можем просто остаться тут. Все наши вещи там. Вся наша жизнь. А растения кто будет поливать?

– Мама попросит кого-нибудь о них позаботиться, – попыталась утешить друга Джен, но уверенности это ему явно не прибавило. Кирс, впрочем, не прибавило тоже. Колетт была женщиной с множеством талантов, но вот выращивать что-то у неё получалось не очень.

– Вам не придётся оставаться здесь надолго, – настаивала Кирс. – Как закончу с работой, купим себе жилье с личной системой защиты, идёт? А до тех пор я просто хочу, чтобы вы были в безопасности.

Кори вздохнул, поняв, что отступать она не собирается.

– Кирс права. Тут вы под защитой. Я принесу вам вещи с чердака и твои любимые растения тоже.

Итан, разинув рот, посмотрел на него.

– И тебе так будет нормально?

– Прости, Итан, – сказала Кирс. – Но выбора у нас нет.

– Я буду заходить, не волнуйся, – ответил Кори. – Всё не так плохо.

– Уверена, Нейт даже разрешит тебе посадить что-нибудь новое на крыше, – добавила Джен. – Ты же его знаешь. Он захочет, чтобы тебе было уютно.

Итан вздохнул.

– Ладно. Ладно, мы остаёмся.

– Скоро увидимся. – Джен обняла Кирс.

Даже несмотря на то, сколько лет они были друзьями, и всё тепло и добродушие Джен, Кирс все равно застыла. Проблема была не в самом прикосновении, они у друзей всегда были обыденным делом. Проблема была в чувствах, спрятанных под прикосновением. Эти объятья не были обычными. Они были прощальными. Они говорили: «Я люблю тебя».

Но в то же время они были ей нужны. Так что, понемногу расслабившись, Кирс обняла подругу в ответ.

– Не стану советовать тебе быть осторожной, – сказал Итан.

Девушка самоуверенно улыбнулась ему.

– Я всегда осторожна.

Он фыркнул.

– Все мы знаем, что осторожностью тут и не пахнет.

– Это точно, – подтвердил Кори.

– По крайней мере, вы хорошо меня знаете, – откликнулась Кирс, пересекая комнату.

Итан вздохнул.

– Тогда мы будем осторожны за тебя, хорошо? Ты только возвращайся поскорее.

Она кивнула, потому что слов уже не хватало. Можно было вечно стоять здесь, в окружении семьи и друзей, но так и не решиться оставить их позади.

Джен обняла её ещё раз и прошептала на ухо, чтобы Итан не слышал:

– Пообещай, что вернёшься.

Часть её знала, что Кирс не может ничего обещать, но она все равно произнесла эти слова. Даже несмотря на то, что они обе знали: это – ложь.

Интерлюдия

– Лоркану это не понравится, – сказал Кормак, подходя к Деклану.

– Отвали, – ядовито огрызнулся тот.

Конечно, не понравится. У них было одно-единственное задание, и вот чем оно кончилось. Орла была в отключке, Кирс с друзьями скрылись, и даже Грейвзу не пришлось показывать носа, чтобы всех спасти.

– Тебе придётся ему доложить.

Деклан прожёг Кормака взглядом.

– Найди Орлу и притащи её домой.

– Может, лучше пойти с тобой?

Деклан уставился на него.

– Ты меня не услышал?

– Услышал, – поспешно сказал Кормак. – Пошёл искать Орлу.

И Кормак испарился в поисках недостающего члена их команды. Деклан провёл рукой по лицу, пытаясь понять, что ему, черт возьми, делать. Он стал правой рукой Лоркана именно потому, что не совершал подобных ошибок. Он был быстр и расчётлив, за что Лоркан его и ценил. Он всегда добивался цели.

Но не в этот раз.

Деклан дошёл до фургона, который они бросили, сев на хвост девчонке, запрыгнул на пассажирское сиденье и приказал водителю ехать. Тот, к счастью, не стал спрашивать, где остальные. Мозгов хватило.

Предстоящая встреча Деклана совсем не радовала. Если бы только Грейвз не сунул свой нос куда не просят. Всё как обычно.

Он помнил, как впервые встретился с Грейвзом двадцать лет назад. Деклан тогда только недавно переехал в США из своего родного городка в Ирландии. Половина людей даже не могла понять ни слова из того, что он говорил. После трёх месяцев работы на Лоркана ему поступил приказ: Лоркан поручал Деклану особое задание.

Тогда он подумал, что это его награда за то, что он бросил всё ради переезда. Или что те уборные, которые он драил, сияли особенно ярко. Он был полон надежд, хотя стоило бы догадаться, что зря. Худшая работёнка всегда доставалась новенькому, а свежее Деклана новобранцев не было.

Он сел в фургон, практически такой же, как тот, в котором сидел теперь, и поехал через сияющий город на другой стороне моста. Тогда город был другим. Ярче, цветастее, с уймой машин на улицах. До катастрофы, до того, как монстры вышли на свет, в людях было гораздо меньше страха. Поиск места для парковки занял у него тогда полчаса. Теперь же это вообще не являлось проблемой.

Держа в руке посылку от Лоркана, Деклан подошёл прямо к парадной двери этого выродка. По спине пробежал едва заметный холодок. Он слышал о Грейвзе от других ребят. Те выставляли его сущим страшилищем. Деклан в этом описании сомневался ровно до тех пор, пока не встретил его сам.

Дворецкий Грейвза отошёл, чтобы позвать хозяина, а когда тот наконец появился на пороге, то выглядел точно так же, как все остальные напыщенные хрены, с которыми Деклану доводилось встречаться. За исключением взгляда и огня. Что-то в нём было не так, Деклан это сразу понял.

Посылка выглядела безобидно. Он даже не знал, что внутри, когда протянул её Грейвзу, но улыбнулся так, словно знал прекрасно о её содержимом, и проговорил:

– Привет от Лоркана.

Напрягшись, Грейвз взял посылку в руки. Откинув крышку, внутри он обнаружил букет ирландских полевых цветов, какими были усеяны просторы за домом матери Деклана, пестревшие жёлтым, фиолетовым и тёмно-синим. Цветы напомнили ему о доме. До того момента он даже не замечал, как сильно соскучился по родным местам.

Грейвз посмотрел на Деклана, и в глубине его глаз что-то сверкнуло. Сама смерть. Он швырнул букет на пол, стеклянная ваза разбилась вдребезги, а цветы рассыпались по коридору. А потом он шагнул к Деклану.

Хотелось бы парню сказать, что он храбро дал отпор этому кошмару, но Деклан сразу понял, что Грейвз собирался его убить. Сумасшедший. Из-за какой-то коробки с цветами. Поджав хвост, Деклан сбежал. Бежал он так быстро, как только мог. И с тех самых пор он ненавидел этого ублюдка. Цветы от Лоркана, очевидно, означали угрозу, но, чёрт возьми, на хрена убивать посыльного?

Деклан выпрыгнул из подъехавшего к бруклинскому штабу фургона и поднялся в офис Лоркана на лифте. Сидящая в клетке малиновка затрепыхалась, встревоженная его приходом.

– Ну? – спросил Лоркан. – Они мертвы?

– Сбежали.

Лоркан поднял взгляд от документов, разложенных на столе. В голубых глазах затаилась угроза.

– Что?

– Прыгнули в такси. Мы потеряли их след на территории Повелителей ужаса.

Оттолкнувшись от стола, Лоркан встал и подошёл к окну.

– А что Грейвз?

– Не показывался.

– Хм, – сказал Лоркан, глядя на огни бруклинских улиц внизу. – И ты точно уверен, что это была та же девчонка, что вышла из его дома?

– Абсолютно. – Деклан прочистил горло. – То, что она смогла от нас ускользнуть, уже показывает, почему она ему так интересна. Такого раньше не случалось.

– Она что-то знала о договоре?

– Честно говоря, похоже, что она вообще не знала, кто вы такой, – признался Деклан.

Тот едва заметно улыбнулся.

– Ну, это скоро изменится, не так ли?

Деклана пугала эта улыбка.

– Мне продолжить поиски?

Лоркан поднял ладонь, даже не взглянув на него.

– Ты сделал уже достаточно. Дальше я сам.

Деклан прекрасно осознавал, когда ему намекали на то, что пора исчезнуть. Он быстро убрался из офиса Лоркана, бесконечно проклиная Грейвза. Вот же ублюдок.

Часть II

Крапивник

Глава 10

Кирс вышла из «Пяти углов» обратно на улицы Манхэттена. Ей нужно было добраться из Вест-Виллиджа обратно в Верхний, но для этого мало было знать маршруты автобусов и ветки метро.

Пусть Нью-Йорк понемногу и приходил в себя, транспорт все ещё оставался роскошью. Она и так уже жалела о том, что столь поспешно поймала такси накануне. Если бы был любой другой способ, Кирс предпочла бы его, не раздумывая. Автобусы ходили относительно регулярно, если везло вообще оказаться на пути их следования, но метро оставалось более надёжным вариантом. Оно и до войны было не самым безопасным местом, даже при наличии в городе настоящей полиции, а теперь и вовсе превратилось в параллельный мир. Опасный, смертельный, полный преступных группировок… и монстров. Одно только метро уже было более чем весомой причиной не выходить из дома без пистолета.

Кирс бы с удовольствием лучше прокатилась на автобусе, но Нейт порекомендовал ей входы в метро, контролируемые Повелителями. Можно было сразу сесть на первый маршрут до верхнего Вест-Сайда, но ей надо было немного обдумать свой следующий шаг, прежде чем заявляться к Грейвзу. Так что вместо этого она пошла на север, на угол 6-й и 14-й улиц, чтобы сесть на знакомый маршрут «F», идущий до Мидтауна.

При спуске в метро плечи сковало напряжением. Над головой мигали лампы, едва разгоняя окружающий мрак. Ещё одним из последствий разгуливающих всюду монстров были торчащие у входов в метро тролли. Они сотрудничали с местными бандами и сдирали пошлину с ничего не подозревающих жертв. Своеобразная плата за переход моста.

– Тад, – кивнула она троллю, дежурившему на этой станции.

Он что-то буркнул. Кирс сдержала желание поёжиться при виде огромного тролля. Он был почти в два раза выше неё, с мясистыми плечами и руками, похожими на дубины. Грузная голова переходила сразу в плечи, а глаза напоминали маленькие бусинки. Судя по кровожадному изгибу губ и блеску в тёмных глазках, он бы предпочёл её раздавить, а не пропускать. Но Соглашение действовало, так что после уплаты пошлины ничего с ней случиться не должно было. По крайней мере, она на это надеялась.

– Нейт сказал пропустить меня, – сказала Кирс, показывая ему брошь с полумесяцем и пятью звёздами, подтверждающую её принадлежность к Повелителям.

Тролль выпрямился во весь свой немалый рост.

– Всё равно плати.

Этот ритуал её до ужаса раздражал, как и необходимость отдавать свои кровные за пользование и так уже платным метро. Но и прорываться с боем, как Кирс однажды довелось, когда её занесло не на ту станцию с чужими монстрами в Ист-Виллидже, тоже не хотелось.

Нейт заверил её, что платить не придётся, но девушка не собиралась драться с троллем, только чтобы проверить это на деле. Пошарив в кармане, она протянула Таду пятёрку. На других станциях приходилось платить куда больше, так что она тихо понадеялась, что ему и этого хватит.

Он добрую минуту размышлял, достаточно ли этой платы. Тролли сообразительностью не отличались. Во взимании пошлин роль играли не столько деньги, сколько сам факт проявления власти. В конце концов Тад убрал добычу в карман и кивнул на зияющую за ним глубину. Кирс, держа проездной наготове, вскоре запрыгнула на долгожданный поезд маршрута «F», идущий на север. Войдя, она немедленно плюхнулась на первое попавшееся место, втиснувшись между людьми, которым решительно не было до неё никакого дела. В последний момент в вагон вошли гоблин и перевёртыш, вооружённые и практически сочащиеся злобой. Пассажиры немедленно отвели взгляды, и Кирс не стала исключением. Ей и так хватало проблем.

Маршрут «F» она любила за то, что он шёл сразу до Мидтауна, безо всяких… неблагоприятных остановок. Все по умолчанию соглашались, что станцию Таймс-сквер первого маршрута стоило избегать – только туристам хватало ума там выходить, а Кирс всегда доезжала до следующей или шла пешком, если уж заносило в те места. Четвёртый, пятый и шестой маршруты на север она тоже отрицала, пусть они и были немного быстрее. Станция у Центрального вокзала так и кишела неприятностями, от одной только мысли о которых передергивало.

В общем, маршрут «F» был самым безопасным. Впрочем, когда Кирс вышла на залитую солнцем 57-ю улицу полчаса спустя, она была рада вырваться из недр метро. В верхнем Манхэттене она была вчера ночью, но при дневном свете контраст бросался в глаза ещё сильнее. Здесь всё окружение было ярким и красочным, со сверкающими стеклянными небоскрёбами, открытыми ресторанами с террасами и без решёток на окнах, мамами с детьми в колясочках, разнообразными магазинчиками, зазывающими покупателей кричащими вывесками, – и всё это без единой сомнительной личности, куда ни посмотри. Что ни говори, но счастье можно было купить за деньги.

Кирс запихнула руки в карманы, чтобы приструнить свои воровские привычки. Сложно было игнорировать всех этих наивных маленьких овечек с большими глазами, так и напрашивающихся, чтобы у них что-нибудь стянули. Однако эти улицы всё ещё патрулировала полиция, а девушке сегодня и так хватало проблем.

Она направилась к верхнему Ист-Сайду и своей любимой еврейской пекарне, уже много десятилетий остававшейся жемчужиной Мэдисон-авеню. Даже во время войны заведение закрывалось не больше чем на несколько месяцев. Расплатившись за угощения, она взяла свой бумажный пакетик с черно-белым печеньем, рогаликом, куличом с корицей и вышла обратно на шумную улицу. Кофейня поблизости была забита монстрами, вздыхающими о былых деньках, и она закатила глаза. До войны это местечко с маленькими сэндвичами и сладостями обожали богатые женщины, а потом оказалось, что там кормились суккубы. Достав из пакета печенье и надкусив его, Кирс направилась к Метрополитен-музею.

Усевшись на ступени музея, она продолжила завтракать, разглядывая стоящий перед ней памятник Коралине ЛеМорт. Коралина возвышалась на пьедестале, расправив плечи и вскинув подбородок. Её чистые глаза смотрели вперёд, в будущее, которого она так и не увидела, но хорошо себе представляла, сражаясь за единство монстров ещё тогда, когда люди даже не знали об их существовании. Кирс всегда было интересно, что бы подумала Коралина о том, что её смерть стала причиной войны. Была бы она разочарована? А может, даже не удивилась бы?

Ответа на этот вопрос уже никто и никогда не узнает, потому что её убили, и всё изменилось.

Глядя на красивые ступени музея, любой бы поверил, что мир вернулся к своему довоенному состоянию. Что Коралина погибла не зря. Но Кирс прекрасно представляла себе карту города, и на ней были не только здания, на ней были и территории. Человеческие группировки, пережившие войну только благодаря своей сплочённости. Рулетки в нижнем Ист-Сайде, их главные соперники Шакалы из Нолиты и ещё с полдюжины банд, разбросанных по городу. А ведь были и акулы побольше: Джентльмены в Ист-Виллидже, итальянская мафия в Маленькой Италии и Друиды в Бруклине.

Хуже всего были территории монстров, которых после конца войны осталось немного, но из-за них до сих пор возникали конфликты, грозившие обернуться катастрофой для людей. Например, крупнейший вампирский клан из верхнего Ист-Сайда постоянно конфликтовал со стаей Нейта из Вест-Виллиджа. И это не говоря уже о спорных территориях вроде Таймс-сквер.

По крайней мере, все они соблюдали Соглашение. Были и другие монстры, считавшие, что им не пристало подчиняться людям, которыми они питаются. Кто-то объявлял об этом во всеуслышание, кто-то просто притворялся, будто Соглашения не существовало, а худшие из худших сбились в собственную банду под названием Доблестные мужи.

Кирс уже много лет слышала упоминания о них то тут, то там, пока они не забрали Торру. Единственное хорошее, что можно было сказать об этой кровожадной и сумасшедшей компании, это то, что, несмотря на название, они принимали в свои ряды и мужчин, и женщин. Никакой дискриминации. Просто… жуткие монстры, мечтающие уничтожить человечество. Какая прелесть.

Сглотнув, Кирс снова посмотрела на Коралину ЛеМорт, спрашивая себя, могло ли всё развернуться иначе. Если бы Коралина выжила и война не началась, была бы Торра всё ещё рядом?

Выбросив пакет в мусорку и всё ещё думая о подруге, Кирс направилась в Центральный парк. Под тихо падающим снегом она прошлась по усыпанным листвой дорожкам, миновалалодочный домик с зеленеющей крышей и наконец дошла до фонтана Бетесда. Девушка-ангел, красующаяся по центру скульптурной композиции, смотрела вниз на своих подданных. Кирс всегда представляла, что она оценивает человечность.

Сложно было её винить. Единственным человеком, ответственным за случившееся с Торрой, Кирс считала саму себя. Год с лишним назад Доблестные сцапали Торру за долг, о существовании которого Кирс даже не подозревала. Вот она ещё дома, а на следующий день её и след простыл. Кирс должна была быть там, с ней, но накануне они поругались. Она наговорила всякого. Торра сказала ей проваливать, что Кирс и сделала. Больше они никогда не виделись.

Усевшись на присыпанную снегом ступеньку у озера, Кирс погрузилась глубже в собственную меланхолию, издалека наблюдая за купающимися русалками. Многие теперь не рисковали соваться в воду в принципе, да и Кирс тоже мозгов хватало. Русалки могли ходить на двух ногах, когда им вздумается, так они и оказались в озере Центрального парка, но никто не хотел бы стоять у них на пути. Они заманивали моряков в смертельные ловушки, их голоса звенели, подобно птичьему пению, а зубы были остры, словно у акулы.

Одна из русалок как раз уставилась на Кирс.

– Привет, красотка.

Девушка улыбнулась, нисколько не тронутая милым голоском русалки. Та выглядела очень невинно, если забыть, что она наверняка хотела утащить Кирс на дно озера и оставить её там себе на закуску.

– Не сегодня, – сказала она русалке, и та с обиженным фырком уплыла, обрызгав девушку на прощание водой.

Продолжая размышлять о собственных проблемах, Кирс прошлась по близлежащей террасе и по торговому центру, прежде чем начать забирать на запад, в направлении особняка Грейвза.

Монстры забрали у девушки всё. Теперь даже в её убежище было небезопасно.

Грейвз тоже безопасен не был, собственно, она таковым его и не считала. Но ему предстояло починить то, что ею было сломано, и он даже не представлял, что на самом деле его ожидало.

Глава 11

Кирс стояла у дверей особняка Грейвза. Она отчётливо помнила все входы и выходы, словно в голове была запечатлена карта. Точки, где солнце отбрасывает тени, проходя над строением. Передвижения всех, кто входит и выходит… кроме разве что владельца. Она так тщательно подготовилась, но все равно попалась в его лапы. Теперь, стоя у крыльца, девушка чувствовала себя так, словно отказывалась от части своей стратегии и становилась чьей-то пешкой. Но это было не так. Она никому не подчинялась.

Глубоко вдохнув холодный воздух, она окружила себя аурой напускной самоуверенности и поднялась по ступенькам к жилищу дьявола. Ещё вчера она переживала из-за снега, опасалась наследить на нём. Теперь же нарочно оставляла на тропинке отпечатки, объявляя о своём прибытии всем наблюдателям.

Кирс поёжилась. На этот раз не от холода.

Дверной молоточек был старинным: извивающийся дракон, свернувшийся восьмёркой, с длинным хвостом и короной из остролиста на голове. Может, это был его символ. Вся собственность Грейвза была отмечена остролистом. Так или иначе, она подняла тяжёлую фигурку и три раза гулко ударила ей о величественную дверь.

Та со скрипом открылась вовнутрь, и в проёме появился дворецкий. Это был седеющий мужчина среднего роста с твёрдой походкой и добрыми голубыми глазами. Кирс подумала, что ему лет пятьдесят, но вблизи он выглядел гораздо подтянутей, чем ей казалось. Словно эти пятьдесят лет лишь закалили его тело. Ради чего – этого она уже знать не могла.

– Здравствуйте. Мисс МакКенна, я полагаю? – дружелюбно спросил дворецкий с лёгким британским акцентом.

– Да, это я.

– Превосходно. Заходите, не стойте на морозе. Очень рады видеть вас в резиденции.

– Э, спасибо, – ответила Кирс.

– Позвольте вашу куртку, – сказал он, снимая с неё кожанку.

– А вас как зовут?

– Эдгар, – с улыбкой ответил он.

– Приятно познакомиться, Эдгар.

– А как мне приятно, мисс МакКенна.

– Кирс. Зовите меня Кирс, – сказала она, с улыбкой хлопая ресницами.

– Как пожелаете.

– Давно вы работаете на Грейвза?

Эдгар жестом пригласил её внутрь.

– Идите за мной, вам нужно согреться. Снегопад сегодня больно силён.

Кирс оценила его уловку. Она, конечно же, не ожидала, что дворецкий выдаст хоть какой-то из секретов своего хозяина, но попытаться стоило. Девушка позволила проводить её внутрь особняка. Интерьер был всё таким же отвратительно роскошным, с персидскими коврами, гобеленами и бесценными картинами. А она была воровкой. Она могла назвать цену каждого предмета, что попадался ей на глаза, и знала наверняка, сколько бы смогла выручить за него. Но богатство убранства дома Грейвза не поддавалось никаким подсчётам. Пещера драконьих сокровищ. Дверной молоток отлично подходил к этому образу.

Его ресурсы казались бесконечными. Однако ради одной единственной вещи, которую он хотел, но никак не мог добыть, ему нужна была она.

Эдгар привёл девушку в уютную гостиную с пылающим камином размером с небольшого ребёнка. Других источников света в комнате не было. Никакого электричества. Только мягкий свет огня, выхватывающий из темноты бархатные стулья, богатые меховые подстилки и резные деревянные столы. Огромный книжный шкаф, выполненный в таком же стиле, был полон безделушек, вроде тех, что она воровала для своих клиентов. Почему-то здесь вазы, деревянные фигурки и свечи не выглядели неуместными. Даже наоборот, добавляли остальной комнате шарма.

Да, призраком он быть не мог. Роскошь они любили не меньше вампиров, это правда, но ни один призрак не стал бы наслаждаться огнём в камине. Не говоря уже о том, что он прикасался к ней, а она при этом не потеряла ни частички своей души. Так что этот вариант тоже отметался.

Джен и Итану девушка сказала, что он не был похож ни на одного известного монстра, но любопытство не давало ей покоя.

– Ну же, присаживайтесь, дорогуша, – сказала ворвавшаяся в комнату женщина, держа в руках серебряный поднос с чайником, чашками и блюдцами, а также несколькими булочками и крошечными закусками. Её британский акцент был даже сильнее, чем у Эдгара, словно он пытался от него избавиться, а она, напротив, гордилась им.

Кирс прошла вслед за женщиной к самому привлекательному креслу и уселась в него.

– Я Изольда. На Эдгара не обращайте внимания, он не привык к гостям, – сказала Изольда с тёплой улыбкой. Она вообще вся была какая-то тёплая, начиная от каштановых волос, собранных в пучок на макушке, и заканчивая черно-белым платьем прислуги и мягкостью морщинистого лица. – Очень рады вас видеть. Какой чай вам больше нравится?

– Э… горячий?

Изольда усмехнулась.

– Дорогуша, мы же британцы. Чай и должен быть исключительно горячим.

– Ну да. Точно. Я предпочитаю Эрл Грей с мёдом, но подойдёт что угодно – на ваше усмотрение.

– Учту на будущее, – легко согласилась Изольда. – А пока ограничимся чаем с молоком и сахаром.

Кирс зачарованно наблюдала за приготовлением напитка. Это было совершенно не похоже на то, как подавала чай Джен у них на чердаке, а скорее походило на манеры модных дам из богатого района, с их крохотными чашечками, блюдечками и мини-сэндвичами.

Изольда протянула чашку чая, Кирс поднесла её к губам и тут же широко распахнула глаза.

– Это великолепно.

– Ещё сделаем из вас британку, – просияла Изольда. – А теперь закусите ячменной лепёшкой с вареньем и кремом. Я вернусь, если вам ещё что-то понадобится.

Кирс улыбнулась и попыталась пить чай с той изящностью, которой требовали маленькая кружечка и блюдечко, но он был слишком вкусный, чтобы медлить. Она бросила взгляд на поднос, ища лепёшку, но нашла там только булочки. Намазав одну из них кремом и клубничным вареньем, девушка впилась в неё зубами. А потом без лишних церемоний съела ещё две. Еда была… восхитительной. Словно в каждой порции содержалась двойная доза вкуса.

– Я рад, что вам нравятся мои угощения, – сказал стоящий в дверном проёме Грейвз.

Кирс дёрнулась, выплеснув часть чая в блюдце, и поспешно поставила его на стол, поднимаясь на ноги. Девушка даже не услышала, как он вошёл.

Грейвз, впрочем, вытянул перед собой руку в перчатке и облокотился на косяк.

– Прошу, не вставайте.

Когда Кирс отказалась садиться обратно, он шагнул в комнату и закрыл за собой дверь, а затем сел напротив, после чего она медленно последовала его примеру.

– Знаете, когда-то было принято пить чай из блюдечка. Сейчас это, конечно, уже жутко неудобно.

В голове промелькнула новая мысль, и Кирс подозрительно покосилась на хозяина дома.

– Она заколдована?

Он дёрнул уголком губ.

– Еда? Нет. Изольда просто лучший повар, какого я когда-либо встречал. Я тоже её лепёшки поглощаю с нездоровым восторгом.

Её взгляд дёрнулся к его губам в попытке представить, как такой мужчина вообще может что-то поглощать.

– Итак, вы решили взяться за эту работу. – Он произнёс это как утверждение, а не как вопрос, отчего она мгновенно оскалилась.

– К этому мы ещё вернёмся, – сказала Кирс, откидываясь на спинку кресла с напускным спокойствием. Переговоры уже начались, отступать было некуда. – Для начала у меня есть пара вопросов.

Его лицо осталось бесстрастным, но он жестом пригласил её продолжать.

– Как ты связан с Друидами?

Если вопрос его и удивил, то он этого никак не показал.

– «Связан» – это не совсем верное слово, – сказал Грейвз, закидывая ногу на ногу и опираясь на подлокотник.

– Вы враги? – предположила она. – Так лучше? Что, скажешь, ирландцы – плохие парни, а британцы – хорошие? Звучит не очень.

– Не всё то, чем кажется. – И с безразличным видом Грейвз добавил: – Не бывает плохих и хороших. Это же не сказка.

– Нет, в сказке за мной бы вряд ли гонялись с пистолетами.

– Смотря какую книгу читать. – Он вскинул бровь, как бы приглашая гостью к спору. – Когда станете работать на меня, вы окажетесь под моей защитой. О Друидах можно будет не волноваться.

– Лоркан перестанет пытаться меня убить?

Грейвз нахмурился при звуке этого имени.

– У нас с Лорканом… договор. Я не трогаю его людей, пока он не трогает моих.

– Перемирие с врагом, значит. Удобно, но не гарантирует безопасности моих друзей, которых он тоже пытался убить.

Грейвз поднял руку.

– Мне кажется, они в достаточной безопасности с твоими приятелями из Повелителей ужаса.

Кирс даже не моргнула. Ну, конечно же, он уже знал, где Джен и Итан. Ей оставалось лишь поверить ему на слово. Джен и Итан были под защитой Нейта. Больше информации ей было не вытянуть, не предоставив Грейвзу что-то взамен. Пора было менять тактику, если она собиралась извлечь из этих переговоров какую-то выгоду.

– Так это из-за тебя у нас есть Соглашение?

– Я принимал участие в этом процессе, – сказал он как ни в чем не бывало, словно это не привело к столь масштабным изменениям во всём мире.

– И подписал его?

Этот вопрос позабавил Грейвза.

– А вы подписывали?

– Я в этом не участвовала, – напомнила она. – В отличие от тебя.

– Уверяю, я делал это исключительно ради достижения своих целей.

– Не сомневаюсь, – сухо ответила она.

Кирс подождала, не скажет ли он что-то ещё, но он молчал. Обычно, когда людей подводишь к теме разговора, они начинают говорить. Большинство любят говорить о себе. Но Грейвз, кажется, был не прочь и помолчать.

Ну, что же, попытаться стоило. По крайней мере она получила от него пару обещаний, пусть и не совсем прямолинейных. Джен и Итан будут в безопасности, её саму Лоркан трогать не станет. Грейвз помог создать Соглашение, но сам его не подписывал. В то же время раз он принимал участие в его составлении, то наверняка соглашался с содержанием. Так что убить он её не должен. Наверное.

– Я принимаю твоё предложение, но с несколькими условиями.

– Да? – Грейвз откинулся назад. Он все еще не снимал те узкие чёрные кожаные перчатки. Скулы в свете камина казались острыми, словно лезвия.

Она стиснула зубы, глядя ему в глаза, и чуть не подавилась собственными словами:

– Десять миллионов долларов.

Грейвз и глазом не повёл.

– Три миллиона.

– Я касательно своей зарплаты не торгуюсь. Не можешь мне заплатить – я пошла.

– Пять миллионов.

Она прищурилась.

– Нет. Сделать это могу только я, и я прекрасно знаю, сколько стоят мои услуги. Десять. И половину вперёд.

– Ладно, – прорычал Грейвз, явно недовольный тем, что ему приходится соглашаться на её требования. – Но полную сумму вы получите только после завершения задания. Все ваши траты до этого момента будут совершаться через меня.

– Идёт.

Она подавила улыбку. Чёрт подери. Она как-то не рассчитывала, что он и с трёх-то миллионов сдвинется.

То, чего она хотела больше всего, Кирс уже выторговала: деньги и безопасность. Гарантий собственной целостности она не ждала. Она могла погибнуть при выполнении задания и знала об этом с самого начала. Её волновали лишь друзья.

Кирс собиралась приложить все усилия к тому, чтобы выбраться из этой передряги живой, но в случае, если у неё не выйдет, они были важнее всего. Её семья должна выжить.

Она вскинула подбородок.

– Если я погибну, деньги передашь Джен и Итану.

Он коротко кивнул.

– Скажи, что согласен, – потребовала она. – Они тут самое важное. Я делаю работу. Они получают деньги. И остаются в безопасности.

В ответ на её тон в его глазах промелькнуло что-то похожее на удивление, но он сказал лишь:

– Договорились.

– Хорошо.

– Что-нибудь ещё? – спросил Грейвз.

Единственное, что ей ещё было нужно, это информация. Но монстр не был похож на человека, который вот так просто рассказал бы всё, что девушке захочется. Честно говоря, она даже сомневалась, что он расскажет всё, что ей действительно нужно будет знать.

Впрочем, именно так она и привыкла работать. Минимум информации. Кирс не могла в лоб спросить у него о том, что ей хотелось знать, но это ещё не значило, что она не надеялась в процессе работы узнать больше о самой себе.

– Не буду просить гарантировать мою безопасность, но мы оба знаем, что настоящая валюта в этом городе – информация. От меня не будет необходимой пользы, если я не буду сама понимать, на что способна.

– Вас будут тренировать, – спокойно сказал Грейвз.

– Мою магию? – Кирс чуть не поперхнулась этим словом, но заставила себя не отводить взгляда от его ртутных глаз.

– Вашу магию, ваш разум, ваше тело.

От этих слов брови девушки полезли на лоб.

– Поясни.

– Если мы будем работать вместе, вас будут обучать и тренировать обращению с оружием.

– Уж поверь, я прекрасно обращаюсь с оружием.

– Но не с копьями.

Она посмотрела на Грейвза скептически.

– И зачем мне знать, как обращаться с копьём?

– Затем, мисс МакКенна, – мрачно сказал монстр, – что украсть вам предстоит именно его.

– О как, – прошептала она. Теперь вопросов стало ещё больше. – А зачем тебе красть копьё?

– Я коллекционер. Собираю редкие вещи. Вы наверняка заметили это, когда грабили мой дом.

Отрицать было бессмысленно.

– Заметила. И оно нужно тебе для коллекции? За десять миллионов?

Грейвз даже не моргнул.

– Для меня оно того стоит.

– Ладно. – Кирс скрипнула зубами. – Хорошо. Тренировки с оружием. Но обучение? Что за обучение?

– Я с невоспитанными людьми дел не веду, – спокойно ответил он. – Буду давать вам книги на прочтение, а потом будем вместе их обсуждать.

– Невоспитанными, значит, – прищурилась девушка. Он молча смотрел на неё, словно предлагая рискнуть не согласиться. Она была воровкой и не могла позволить себе такой роскоши, как быть воспитанной. – Значит, чтение, оружие и уроки магии.

– Когда вы будете к ним готовы.

– И я узнаю о твоей магии? – спросила она.

Серые глаза напротив, казалось, были впечатлены её наглостью.

– Должен признать, вы сильны духом.

– Это значит «нет»?

Он поднялся на ноги, застёгивая тёмный пиджак.

– Если вы пытаетесь выудить из меня информацию, то я оценил попытку. У меня много секретов, и никто не знает их все. Мало кто вообще знает хоть один. Большинству не знакомы ни моё имя, ни то, как я выгляжу. Придётся и вам довольствоваться тем, что я смогу предложить.

– И что это?

– Я буду тренировать вас так, как умею. Может, вам понравится, а может быть, и нет. То, что вы узнаете о себе в процессе, ваше, но все остальное… – Он помахал рукой, мол, ничем не могу помочь. – Свои секреты я оставлю при себе.

Кирс встала, не сводя с монстра глаз, как бы ей ни казалось, что под этим взглядом ей полагается съёжиться. Он прекрасно понимал истинную суть её вопросов. Всё будет сложнее, чем она ожидала.

– Понимаю, – сказала девушка, протягивая руку.

Вместо того чтобы пожать её, Грейвз проговорил:

– Теперь моя очередь ставить условия.

Опустив руку, Кирс приготовилась выслушивать его предложения. Из всех её попыток ставить условия успехом увенчалась только та, что касалась денег, так что она не собиралась легко соглашаться со всеми его требованиями.

– Слушаю.

– Вам придётся остаться у меня. – Она открыла было рот, чтобы отказаться, чёрта с два она останется здесь, но он не дал ей сказать ни слова: – Не обсуждается. Нельзя продолжать жить с друзьями и надеяться, что они будут в безопасности. Останетесь здесь. – Он подождал возражений, но у девушки не нашлось контраргументов.

– Их безопасность для меня самое важное.

Её очень раздражало, что он знал этот факт о ней. Однако несмотря на сложные отношения, они теперь были союзниками. Оставалось лишь надеяться, что их это защитит.

– Понимаю, – сказал он. – Следующее требование: будете носить с собой телефон.

– У меня нет телефона.

И это он тоже наверняка знал. Множество вышек обрушилось во время войны, а когда их наконец починили, все тарифы оказались невероятно дорогими. У Кирс таких денег не водилось.

Грейвз пожал плечами.

– Значит, будет.

– Два. Один для Джен и Итана.

– Нет. Они вам дороги, а значит, вас могут ими шантажировать. Для вас всех будет лучше просто перестать видеться.

– Ни за что.

– Хотите, чтобы они умерли? – резко спросил Грейвз. – Хотите посмотреть, как Лоркан всадит по пуле в их головы? Или чтобы один из его приспешников проследил за вами до укрытия и хладнокровно их зарезал?

Кирс сглотнула подступившую к горлу желчь. Как бы это её это ни злило, он был прав. Девушка никогда бы не пожертвовала Джен и Итаном. И на работу-то эту она согласилась только ради их безопасности. Но нельзя же было просто взять и не сказать друзьям, что она больше не вернётся.

– Ты не можешь запретить мне сообщить им, что я остаюсь. А то они наломают дров, пытаясь меня найти, – заметила Кирс.

– Позвоните своему Повелителю и скажете ему об этом. А после вы будете работать только на меня. А значит, будете жить здесь, больше не рискуя их жизнями.

Кирс кивнула, раздраженно скрипнув зубами. И как ей выжить столько времени без них? И, что ещё важнее, как им без неё?

Увидев, что девушка согласна, Грейвз продолжил:

– И наконец, самое важное: вы никому не раскроете моих секретов.

– Каких секретов? – невинно переспросила она.

Он прожёг Кирс взглядом.

– Я не могу наложить на вас обет. Наше сотрудничество потребует такого доверия, какого я не проявлял уже многие годы. Назовите мне хоть одну причину, по которой я должен верить вам на слово.

Отлично. Было приятно знать, что он не может сковать её обетами. Грейвз только что раскрыл девушке ещё одну полезную сторону её магического иммунитета. Кирс была не просто ценной, она была опасной. Он оставлял её при себе не ради тренировок, а чтобы присматривать за ней. Теперь всё встало на свои места.

– Свои секреты оставь при себе, – бросила она ему его же слова.

Но Кирс ничего не обещала. Было очевидно, что он ненавидел её за то, что не мог заставить сдержать слово. Она улыбнулась в ответ на его стальной взгляд. Переговоры были обоюдоострым процессом.

Он подождал, не добавит ли она что-то ещё, но девушка словно прикусила язык. В его зрачках плясало пламя.

– Тогда этого достаточно. – Он протянул ей руку. – Договорились?

Это была сделка с самим дьяволом, но она всё равно встала и пожала его руку, словно при помощи древней магии создавая между ними нерушимую связь.

– Договорились.

Глава 12

Грейвз отпустил её руку.

– Сделка заключена.

– Тогда начнём сегодня же. – Теперь, когда самое сложное было позади, она горела желанием узнать всё, что только возможно. Что у неё были за необычные таланты? Почему она могла проходить сквозь печати? Что вообще всё это значило?

Грейвз убрал руки обратно в карманы.

– Начнём, когда вы выспитесь.

Она и правда устала. Вчерашний день был просто… невыносимым. Сначала кража прошла совсем не так, как было задумано, потом погоня, после они сбежали к Нейту, да она едва стояла на ногах. Если так подумать, Кирс уже тридцать шесть часов как не смыкала глаз. И тем не менее… ей нужны были ответы.

– Да я в общем-то ещё в силах, – сказала она. – Можем начинать прямо сейчас.

– Возможно, – сказал он, недоверчиво оглядев её с ног до головы. – Но мне нужно, чтобы при тренировках с копьём ваш разум был кристально чист. Отдохните несколько часов, потом встретитесь с Эдгаром в спортзале.

– А магию мою когда начнём тренировать?

– У меня сегодня есть другие дела. Давайте я покажу вам вашу комнату, остальное обсудим, когда вернусь. – Грейвз открыл дверь, и Кирс решительным шагом направилась к ней.

– Ты уже и комнату для меня приготовил?

– Изольда приготовила, пока вы сидели на ступеньках музея.

Она вскинула бровь.

– Меня должно впечатлить то, что ты за мной следил?

– Вам бы не помешало внимательнее относиться к тому, что вас окружает.

На самом деле, она ощущала на себе чей-то взгляд с той самой секунды, как вышла за порог этого дома прошлой ночью. Просто не была уверена, кто именно за ней следил: он, Друиды или все сразу. Кирс это чувствовала, но не осознавала угрозы, пока не стало слишком поздно.

– Это что, мой первый урок? – подначила она. – Я знаю, как избавляться от хвоста.

– Плохо знаете, очевидно. – Грейвз разглядывал лицо Кирс так, словно не мог до конца понять, что за игру она ведёт. Потом жестом показал на коридор.

– Ай, – сказала она, прижав руку к груди. – Да ладно тебе. Ты похож на одного из тех людей, у которых каждый разговор – это урок. – Кирс попятилась из комнаты спиной вперёд, когда он шагнул ей навстречу. – Начни с самого простого: что я такое? что я умею?

Грейвз не ответил, только направился прочь по коридору.

– А вы ведь даже не спросили ничего про задание.

– Мы крадём копьё, – ответила она. – Ты же сам сказал.

– И не сказал ничего более.

Кирс пожала плечами.

– Да без разницы.

Она могла украсть что угодно и у кого угодно. Даже у самого Грейвза, если придётся. Детали были мелочью и волновали её в последнюю очередь. И потом… она подозревала, что у кого-то вроде Грейвза уже был готов план действий. Такая же работа, как и обычно, только риск помереть выше.

– Я бы на вашем месте не был так самоуверен, – сказал Грейвз.

– Самоуверенность убивает. Я уверена ровно настолько, насколько надо. Я воровка. Большинство считает, что это так себе талант, но я прекрасно им владею. А тебе именно это и нужно, иначе для чего меня нанимать?

На это у него ответа не нашлось. Грейвз снова поймал её взгляд, не то оценивая, не то одобряя.

Поспевая за широкими шагами монстра, она проследовала за ним до гигантской лестницы в середине здания. Вместе они поднялись на второй этаж. В таком огромном доме можно было с лёгкостью заблудиться. Ей был более привычен бордель Колетт. Он был сильно меньше особняка Грейвза, но там хватало места всем живущим девушкам. Столько комнат, сколько работников. А тут… тут больше никто не жил. Излишества ради излишеств.

– Прежде чем мы дойдём до вашей комнаты, позвольте объяснить правила проживания.

– Мне казалось, мы уже обо всем договорились.

– Это касается именно моего дома. В мои покои входить никому нельзя. Даже маленькой воровке, которая знает, как взломать замок. – Он повторил ещё раз, с напором: – Не лезьте в запертые комнаты.

У Кирс немедленно зачесались руки залезть именно туда. Говорить вору не пользоваться его навыками – всё равно что бросать ему вызов. Особенно теперь, когда ей стало интересно, что же он там такое прячет.

Грейвз, кажется, тоже все это понял.

– Я очень давно живу один, мисс МакКенна. Моё личное пространство для меня важнее всего моего имущества. Я не буду нарушать ваши границы, но взамен прошу оставить в покое мои.

– Скучный ты.

– Это значит «хорошо»?

– Да, – подтвердила она.

Он ещё какое-то время смотрел на Кирс, словно пытаясь оценить, насколько она серьёзна.

– Обещаю, – добавила она, надеясь, что получилось достаточно искренне.

– Хорошо. – Довольный ответом, он дошёл до конца коридора на третьем этаже. – Вот ваша комната.

– Но я правда не устала, – сказала девушка. Да, ночь была длинной и её порядком вымотала, но в то же время от всего случившегося в ней бурлил энтузиазм. – А в библиотеку мне можно?

– В библиотеку? – переспросил он, а после кивнул. – Можете читать всё, что стоит на полках.

– Так пойдём туда.

– Не сейчас. Если вам так не терпится приступить к учёбе, я подготовлю для вас книги сразу после тренировки.

Он потянулся к дверной ручке одновременно с ней. Их руки соприкоснулись, и она почувствовала его жар даже сквозь перчатку. Грейвз был настолько выше неё, что она вынуждена была смотреть на него, запрокинув голову. Осознав, как близко они стоят друг к другу, девушка с трудом сглотнула. Распространяя свои чары, она каким-то образом сама оказалась поглощена его взглядом.

Монстр отстранился первым.

– За вами сегодня гонялись, в вас стреляли, вас оторвали от дома, семьи и друзей. Вы в шоке, как бы хорошо вы это ни скрывали. Вам нужен сон.

– Я бы лучше о себе послушала.

– Никаких новых потрясений сегодня.

– Я тебе не хрупкий цветочек, который страшно сжать в ладони.

– Нет, вас страшно сжать в ладони, потому что вы напоминаете нестабильную бомбу.

На её лице расцвела дикая улыбка. Вот это сравнение ей понравилось.

Он сделал ещё шаг назад, словно Кирс удалось пробить его аккуратную маску.

– Ну хоть что-нибудь одно, – протянула она, вскинув бровь.

– А вы упрямая. Хорошо, начну с самого основного. Согласны?

Она кивнула. Её и так удивило, что она вообще заставила его прогнуться: ей-то казалось, он гора, которую невозможно пошевелить. Хотя это не остановило бы её от дальнейших попыток.

– Что вы такое – это ещё большой вопрос. Это нам придётся выяснить вместе, хоть у меня и есть некие подозрения. Но гораздо интереснее то, что вы можете. Насколько я понимаю из того, что видел, вы обнуляете магию.

– Это ещё что значит?

– Похоже, что у вас к ней природный иммунитет. Поэтому вы можете проходить сквозь мои барьеры, словно нож сквозь масло. Как далеко распространяется эта способность – будем разбираться.

– Иммунитет, – прошептала она, словно опьянённая сильным снотворным. – У меня иммунитет к магии.

– Таков мой вывод, да.

От этих слов по её телу словно прокатилась волна огня. Десятилетиями она думала о том, что монстры – это не магия, но теперь девушка знала о её существовании, о том, что даже у неё были силы, а иммунитет к магии казался чем-то невероятно полезным. Особенно если это значило то, о чем она думала.

– А от тебя у меня тоже иммунитет?

Грейвз замер. Лицо стало непроницаемым.

– Да.

О, это ему не понравилось. Хватало и того, что она прошла сквозь печати и проникла в дом без его ведома – это и так раздражало монстра. Но и его магия на неё тоже не действовала? Это меняло вообще всё.

– А много вообще в этом мире магии?

– К чему вопрос?

– Я что, всю жизнь с ней сталкивалась и даже не замечала?

– Вполне вероятно, – отчеканил Грейвз. – В этом мы разберёмся вместе. Доброго вам дня, мисс МакКенна.

Она смотрела, как он уходит прочь, крепко сцепив руки в замок за спиной. Нужно было его отпустить. Но что-то дёрнуло девушку остановить монстра, словно невидимая нить натянулась между ними. Последний раз, прежде чем он уйдёт.

– Грейвз, – окликнула она.

Он замер в тёмном коридоре и снова развернулся к ней.

– А другие, подобные мне, существуют? – задала она ещё один, полный надежды, но такой безнадёжный вопрос. Может, у неё были родственники где-то там, просто они о ней не знали?

– За все свои годы я не встречал никого подобного, – печально сказал монстр с оттенком… сочувствия.

Выражение мягкости на его лице отпугнуло Кирс. Словно она внезапно оказалась перед ним совершенно обнажённой.

Стиснув зубы и заставив лицо принять спокойное выражение, девушка решительно отказалась показывать ему свою реакцию.

– И много ли это лет? – спросила она.

Грейвз покачал головой и ушёл, но Кирс слышала, как он едва слышно прошептал:

– Много, очень много.

Глава 13

Кирс резко подскочила на кровати, шаря рукой в поисках ножа, которого не оказалось на месте.

Тяжело дыша, она настороженно, с ужасом и непониманием обвела взглядом комнату. Осознание обрушилось на неё. Вчерашние события нахлынули волной в мельчайших подробностях.

Друиды, «Пять углов», договор с Грейвзом.

Проверив время, она обнаружила, что уже почти полдень, а потом снова растянулась на огромной кровати с балдахином на четырёх столбах. Ночью она была так измотана, что даже не осмотрелась особо, просто прошагала от двери до кровати и рухнула. Теперь, когда схлынул адреналин, она чувствовала себя полностью выжатой. Рёбра ныли. Поморщившись, она ощупала аккуратные швы, наложенные Морой. Похоже, пора было узнать, не водится ли у Грейвза обезболивающее.

Для начала не мешало бы сходить в душ. Выскользнув из постели, она с отвисшей челюстью осмотрела помещение, озарённое струящимся из окна солнечным светом. Это была изящная комната со светло-синими стенами и кремово-серой мебелью. Кровать казалась даже слишком мягкой по сравнению с той, к которой Кирс привыкла у Колетт. Тёмно-синее одеяло было набито гусиным пухом и окружено десятком декоративных подушек, которые она во сне случайно скинула на пол. Дальше Кирс направилась в смежное помещение, где, как оказалось, находилась ванная комната. Она была больше, чем вся спальня Колетт, и украшена огромной вмонтированной в пол ванной с джакузи, а также полками с маслами, лепестками и солями. Душевая представляла из себя большую открытую комнату из камня, с тремя разными лейками и падающим с потолка водопадом, двумя раковинами, туалетным столиком и отдельным помещением, отведённым для туалета.

Потом девушка обнаружила гардеробную. Она был как минимум в два раза больше ванной и, насколько Кирс могла судить, совершенно пустой. Пустые пространства как нельзя лучше описывали богатство. Целая комната, в которой нет ничего. Собирался ли он её заполнять? Принадлежала ли она изначально кому-то другому? Да и просто… зачем?

Но ответов у неё не было, а вот дела поважнее – были.

Сначала – отмыться. Судя по всему остальному дому, процесс принятия душа должен был заметно отличаться от того, к чему она привыкла в борделе или «Пяти углах». Гостья сняла с себя одежду и свою драгоценную подвеску с крапивником и встала под струю воды. Кирс пришла в восторг от ощущения внезапного тепла на коже и роскоши самых вычурных баночек с шампунем и кондиционером. Девушка вымылась мылом с запахом мёда и лаванды, стараясь не сильно тревожить раненые ребра. Даже распаковала станок и побрилась, просто для полноты картины. Вода не кончалась и не остывала. Кирс могла бы оставаться там часами. И осталась бы, если бы живот не начал громко урчать. Утренние булочки никак не могли восполнить всю потраченную энергию.

Решив, что душевая, пожалуй, будет её любимой частью дома, Кирс выключила воду и вышла, завернувшись в пушистое белое полотенце. Даже в два – ещё одно для волос. Одежда, которую ей дала Мора, все ещё лежала раскиданной по полу, но ей не очень-то хотелось влезать обратно в грязный наряд. Девушка направилась в гардеробную и принялась открывать ящики. Пусто, пусто, пусто. В ней и правда не было никакой одежды. Ни единой тряпочки. Затем гостья услышала стук в дверь.

Кирс выскочила обратно и аккуратно приоткрыла щёлку.

– Да?

Изольда расплылась в весёлой улыбке.

– О, как здорово, что вы уже встали. Вот, я подумала, вам пригодится.

Она протянула Кирс стопку одежды.

– Вы моя спасительница, – сказала девушка, протягивая руки.

– Еду подадут в гостиную, когда вы спуститесь.

Живот Кирс снова громко заурчал, и она сухо улыбнулась.

– Уже бегу.

Закрыв дверь, девушка уронила полотенце на пол. В стопке обнаружились самые симпатичные штаны, что она когда-либо держала. Это были даже не леггинсы, скорее спортивные брюки из мягкого, но на удивление крепкого хлопка. Она могла бы в них даже бегать, если захочет. Футболка была из того же материала, и к ней прилагалась утеплённая спортивная куртка. Лёгкая, но тёплая и более симпатичная, чем вся её одежда вместе взятая. Пара шерстяных носков и кроссовки завершали образ. Удобная, свободная одежда. Никаких рюш, ничего лишнего. По размеру. То, что надо. Повесив свою верную кожаную куртку на вешалку, Кирс вышла из гардеробной.

Нацепив обратно подвеску, она вздохнула с облегчением. Вот теперь полный порядок.

Кирс вернулась тем же путём, которым шла до комнаты утром, позволив мышечной памяти вести себя. Выйдя в главный коридор, она пошла на запах и очутилась на кухне. Пахло чем-то тёплым и коричным, с ноткой кленового сиропа и, о боже, бекона!

Изольда обернулась, услышав её громкий стон, и с широкой улыбкой рассмеялась. Когда Кирс исследовала местность перед заданием, она посчитала пожилую женщину кем-то незначительным. Теперь было ясно, что девушка ошибалась. Изольда была сердцем дома.

Она была одета в чёрное платье с белым фартуком. Дополняли картину чёрные же колготки и удобные тёмные туфли. Волосы женщина убирала в высокий пучок, чтобы не спадали на чуть морщинистый лоб. Изольда до сих пор была прекрасна, и Кирс ужаснулась, попытавшись представить, какой же она была лет в двадцать. Почти сирена, только с едой вместо песен. Такое бывает?

– Гостиная в той стороне, милая, – сказала Изольда, показывая рукой.

– Он уже там?

– Хозяин? Пока нет. Ещё не возвращался.

Кирс подошла к кухонному острову и отодвинула тяжёлый железный стул с синим сиденьем.

– Я могу и тут поесть.

Изольда махнула рукой.

– Как хотите. Правда, я не привыкла к посторонним людям на моей кухне.

– Я не помешаю.

Изольда стала расставлять по подносам огромное количество еды, которой можно было накормить целую армию.

– Завтрак, раз уж вы день проспали.

– Выглядит замечательно, – ответила девушка.

И это была чистая правда. В животе у Кирс громко заурчало от одного только взгляда на это великолепие. Блинчики, омлет, яичница, бекон, сосиски. А ещё хашбрауны, свежие фрукты, тосты, булочки и штук пять вариантов плавленого сыра. Вдобавок к этому шли сок, кофе и чай. И всё это было выставлено перед ней.

Судя по всему, Кирс очень долго не могла закрыть отвисшую челюсть, потому что Изольда пояснила:

– Я не знала, что вам нравится, так что сделала всего понемножку.

– Это… это всё мне? – едва выдавила Кирс.

– Хозяин тоже чем-то перекусит, если не позавтракает в городе.

Кирс в чистом благоговении уставилась на стол. Она в жизни такого не видела. Шеф-повар в её полном распоряжении. Кто-то, с нетерпением ждущий, пока она наложит еду на тарелку и жадно её проглотит.

– Не стоило, – сказала Кирс. – Я же всё это не съем. Что вы делаете с остатками?

– Что можем, то жертвуем и помогаем кухням для малоимущих.

– То есть для всех, – тихо добавила Кирс.

Изольда тепло ей улыбнулась.

– Если вас это беспокоит, то просто скажете потом, что предпочитаете, и выработаем график. Я лучше всего работаю по графику, и в следующий раз не будет так много.

Кирс моргнула.

– А… хорошо. Спасибо огромное.

Изольда просветлела.

– Всё, что мне надо, это чтобы вам было вкусно. А теперь ешьте. Выглядите так, словно можете лошадь съесть, и будет мало.

В этом она не ошиблась. Кирс дважды наполнила тарелку доверху. Всё было таким вкусным, таким насыщенным. Было сложно остановиться и прислушаться к бедному раздувшемуся животу, в который едва помещалось всё, что она проглотила. У Колетт она никогда не голодала, голод вообще не был ей знаком уже несколько лет, но привычка не оставлять на тарелке ни единой крошки никуда не делась.

– Чем так вкусно пахнет? – спросил Грейвз, входя на кухню.

Изольда яростно покраснела.

– Да ничего нового, сэр.

– Бекон, – сказала Кирс с набитым ртом.

– Вы превзошли саму себя, – отвесил комплимент Грейвз.

– Вам подать тарелку? – спросила Изольда.

– К сожалению, я уже поел. Впредь таких ошибок совершать не буду.

Изольда заулыбалась, словно школьница, явно польщенная похвалой начальства.

– Вы никогда не ошибаетесь с выбором блюд.

– Никто не готовит так, как вы. Мисс МакКенна, полагаю, согласна.

– О да, – мгновенно кивнула Кирс. – Полностью.

– Ей это нужно, кожа да кости. Совсем оголодала, – сказала Изольда.

Кирс вскинула брови.

– Это вы ещё не видели меня оголодавшей.

– А так и не скажешь.

Грейвз кивнул, как бы соглашаясь с Изольдой. Вот предатель.

Кирс-то знала, как выглядит, когда истощена. Теперь она была вполне здоровой, на свой собственный взгляд.

– Готов отвечать на мои вопросы? – спросила девушка, подмигнув.

Грейвз покачал головой, слегка усмехнувшись.

– Как насчёт того, чтобы сделать это сегодня за ужином?

– Кажется, мне обещали уроки сразу, как проснусь.

– Поговорим за ужином.

Она подняла глаза, чтобы поймать взгляд его тёмно-серых глаз. Что-то в них было такое, что она никак не могла расшифровать.

– Ладно. За ужином так за ужином.

– Изольда накроет на стол. Будет поздно, где-то в девять.

– Я сова. Чем позже, тем лучше, – сказала она. – Но мне надо будет вернуться домой за одеждой.

Грейвз покачал головой.

– Скажите Изольде свои размеры, она купит вам новую. Всё, что захотите. Сразу после завтрака начнёте тренироваться с Эдгаром.

– Да, об этом я тоже хотела спросить. Зачем мне знать, как управляться с копьём? – Кирс снова подняла эту тему. – Я же красть его буду, а не драться им.

– Если что-то пойдёт не так, оно будет лучшим оружием, чтобы пробиться сквозь врагов.

Такая перспектива ей не очень понравилась.

– Я вообще предпочитаю скрытность. Или пистолет с ножом, если уж придётся.

– Я бы рассматривал все варианты развития событий.

– Ну ладно. – Она уже и так согласилась на это при переговорах, так что тренировок с копьём было не избежать. Оставалось лишь надеяться, что на самом задании до этого не дойдёт.

– Я ещё кое-что для вас купил, пока был в отъезде, – сказал Грейвз.

Выйдя на минуту из комнаты, он вернулся с маленьким и неприметным рюкзачком.

– Здесь всё, что вам нужно. В качестве аванса снял немного наличных. Половина нашей обговорённой суммы уже была зачислена на ваш банковский счёт, вот карта, – он протянул ей чёрную карточку, – а остальное поступит туда же после завершения работы.

Кирс взяла рюкзак и расстегнула его. Внутри обнаружилась обещанная гора наличных, два новеньких сияющих пистолета высшего класса со встроенными глушителями и запасом патронов, а также гладкий телефон с огромным экраном, загоревшимся от её прикосновения. В контактах был забит всего один номер.

– Я так понимаю, это ты?

– Это я. Отвечайте на мои звонки.

– А ты будешь часто звонить? – едко спросила она.

Он убрал руки в карманы.

– Давайте понадеемся, что нет. Ради нас обоих.

После он кивнул Изольде и испарился, не произнеся больше ни слова.

Кирс развернулась на стуле.

– Он всегда такой немногословный?

Изольда лишь улыбнулась.

– Даже не представляешь.

Посмеявшись, Кирс отправилась на поиски спортзала. Эдгар уже ждал там, и стоило девушке взять в руки копьё, как оно ей сразу же не понравилось. Не шло ни в какое сравнение с ножом или пистолетом. Один для ближнего боя, другой для дальнего. Копьё ощущалось как что-то неправильное. Им нужно было колоть, его нужно было метать, а ей не давалось ни то, ни другое. Они методично отрабатывали выпады, пытаясь применить её заточенные под нож рефлексы к тяжёлому копью. Закаленный металлический наконечник был прикреплён к древку из ясеня, окованному древесно-угольным чугуном, так что всю эту конструкцию было почти нереально сломать. Сила для этого потребовалась бы невероятная. К счастью, они занимались в основном с тренировочными версиями, так что никто не распорол оппоненту живот.

Эдгар был впечатляющим, энергичным учителем и заставлял повторять одно и то же движение раз за разом, пока её ладонь не покрылась мозолями и не начала сама собой разжиматься, а мышцы не взвыли о пощаде. Этот метод тренировок был ей знаком. Эдгар хотел, чтобы тело девушки запомнило каждое движение настолько хорошо, чтобы в бою мышечная память работала самостоятельно. Но даже понимание этого не делало процесс приятнее.

Покончив с тренировками, она решила немного отдохнуть, бродя по особняку. Большинство комнат оказались заперты, так что в какой-то момент гостья оказалась на пороге библиотеки, доступ к которой был ей полностью открыт.

Кирс прошлась вдоль увитых остролистом полок, любуясь бесконечными рядами книг и ища скрытые между ними сокровища. Однажды она сможет смотреть на окружающее пространство и не высчитывать тут же в голове цены всех видимых ею предметов и стоит ли их воровать. Однажды.

От рядов донёсся тихий звук, совершенно непохожий ни на что человеческое. Кирс замерла, пытаясь понять, не живёт ли в библиотеке кто-то ещё.

Она уже было решила, что ей почудилось, как вдруг в конце коридора появилась маленькая чёрная кошка. Кирс рассмеялась. А она-то уже почти бросилась наутёк из-за кошки.

– Привет, киса, – мягко позвала девушка, опускаясь на одно колено и вытягивая руку перед собой.

Кошка, разумеется, её проигнорировала. Только молча смотрела пронизывающими золотыми глазами.

– Ты тоже тут застряла, да?

Кошка издала неразборчивый звук и подняла хвост.

– Ну, можем быть друзьями, – предложила Кирс. Кошка была лучше полного одиночества.

Поэтому девушка сделала то, что лучше всего работало на уличных кошек: проигнорировала зверюшку и вернулась к внимательному разглядыванию полок. Не прошло и десяти минут, как кошка подошла к ней, так вальяжно, словно владела всей библиотекой, и с мурчанием обвилась вокруг ног.

– Ах вот оно как. Я тебе нужна только тогда, когда ты мне нет, – с улыбкой сказала Кирс. – И так всю мою жизнь.

Она наклонилась и погладила кошку по спине. Та зашипела, махнула на неё когтистой лапой и взлетела по полкам, чтобы наблюдать сверху.

– Будем дружить, – заявила Кирс.

Позже Изольда нашла девушку среди стеллажей, застав за попытками выманить кошку обратно на свет божий.

– О, я смотрю, вы встретили Анну, – сказала она, держа в руках маленькую книжку с коричневой обложкой и тарелку с горячим сырным сэндвичем.

– Анна, – повторила Кирс. – Так вот как тебя зовут.

Анна отползла ещё дальше.

Изольда лишь хмыкнула, поставив еду на стол и протягивая Кирс книгу.

– Хозяин велел отдать вам, когда закончите с тренировкой. Хочет, чтобы вы прочитали её к ужину.

Кирс покосилась на томик.

– Хорошо, я постараюсь. – Она села в кресло с сэндвичем в руке и принялась листать страницы, пока ей не попалось что-то интересное.

Это была история о рыжей девочке, которую подстерёг блуждающий огонёк. Она увидела, как что-то синее мерцает на краю её поля зрения, и наивно последовала за светом в лес, прочь от родителей. Дальше девочке пришлось пройти через разные испытания, чтобы доказать свою храбрость. В том числе ей нужно было пробраться мимо злой ведьмы и обмануть колдуна. Кирс пролистала все испытания, желая побыстрее добраться до той части, где девочка возвращается к семье, и всё становится хорошо.

Но рыжая девочка так и не вернулась домой. Блуждающий огонёк уводил её все дальше и дальше в лес, пока она не наткнулась на медведя, который её и съел. Ну и в чём была мораль этой истории? Что как бы сильно ты ни старался, выхода нет? Что то искушение, которое заставило тебя свернуть с пути, приведёт к смерти? Берегись!

Должно же тут было быть что-то ещё, иначе зачем заставлять её это читать?

Анна запрыгнула к ней, и Кирс следила за взглядом золотистых кошачьих глаз, пока их хозяйка устраивалась рядом поудобнее.

«Все мифы и легенды несут в себе зерно истины», – так однажды сказал ей Грейвз. Было ли зерно истины в этих сказках? Хотел ли он, чтобы Кирс поразмышляла над моралью истории о том, как опасно уходить в лес с тропы? Или суть была в той части, где её пожрал зверь? Кирс и так прекрасно знала, что сошла с тропы и рисковала быть проглоченной.

Тем не менее книга ей приглянулась, и закончила её девушка задолго до ужина.

Без четверти восемь она вернулась к себе в комнату, чтобы подготовиться к трапезе, заранее предвкушая ещё один горячий, долгий душ. Впрочем, войдя в дверь, она с удивлением обнаружила, что её шкаф теперь ломится от одежды: бальные наряды, костюмы, коктейльные платья, клубная одежда, с десяток пар штанов и футболок, спортивная одежда и лифы, пижамы и даже крохотное кружевное бельё. Этот ящик Кирс быстро закрыла. Шансов куда-то надеть те тряпочки у неё было столько же, что и бальный наряд.

После восхитительного душа Кирс высушила волосы самым дорогим феном, что видела в своей жизни, отчего её длинные тёмные волосы заблестели, волнами ниспадая на плечи. Обнаружилась даже коллекция средств для макияжа, вероятно, тоже приобретённая Изольдой – эта женщина подумала обо всем. Кирс почувствовала себя совершенно новым человеком.

Она выбрала чёрное коктейльное платье. Приятный мягкий материал облегал фигуру до самых колен. Обычно Кирс такое не носила, но, как оказалось, этот фасон подходил ей даже лучше. Вероятно, из-за стоимости. Качество было неоспоримым. Схватив с полки пару сапожек на толстом каблуке, она оглядела себя в большом ростовом зеркале. Крапивник на подвеске выгодно смотрелся в глубоком вырезе платья.

Сойдёт. Это всего лишь ужин. Причём деловой. Не свидание. Не о чем переживать. И это точно никак не касалось ни её интимных проблем, ни того, что она ни с кем не ужинала наедине уже очень давно, да и вообще решила, что ухаживания не для неё. В физиологическом плане-то ещё ладно, секс – это просто секс. А вот с остальными аспектами было существенно тяжелее.

У Кирс вспотели ладони. Просто смешно.

Это же даже был не тот тип ужина. Да, Грейвз был привлекательным, на её взгляд. Нужно было быть слепой, чтобы не увидеть, как он горяч. Но мало того, что смешивать бизнес с удовольствием вообще идея плохая, так это ещё и просто был не тот тип ужина. Вот обязательно было её телу так реагировать? Кирс могла не моргая смотреть в глаза Деклану, пока тот целился ей в грудь из пистолета, но она нервничала из-за этого?

Выпрямив спину, девушка спустилась по лестнице на силе чистой злости. Дойдя до гостиной, она обнаружила на входе в комнату Эдгара.

– Мисс МакКенна, вы выглядите просто очаровательно.

– Уж получше, чем в прошлую нашу встречу.

– Не лучше, просто иначе.

Она кивнула.

– Спасибо.

Эдгар открыл дверь, и хоть она и знала, чего ожидать, но всё равно оказалась не готова к великолепию обеденного зала. Стол из красного дерева тёмных тонов мог вместить за собой двенадцать человек, хоть накрыто и было всего на двух персон. Одно место – во главе стола, где тёмный, обжигающий Грейвз читал книгу в коричневом кожаном переплёте, а второе – слева от него. По периметру были расставлены канделябры со свечами, освещающие комнату, а сам стол по центру был украшен прекрасными цветами. Кирс понятия не имела, где он достал такие искусные букеты в это время года.

Эдгар откашлялся.

– Сэр, ваша гостья.

Взяв себя в руки, она шагнула вперёд, навстречу её личному тёмному похитителю из сказки. Колдуну, уводившему её прочь от тропы.

Глава 14

Грейвз оторвал глаза от книги, словно он был так поглощён чтением, что даже не слышал, как кто-то вошёл. Потом его серые глаза нашли Кирс и потемнели, заметив её облачение, пройдясь вниз по облегающему платью до самых обнаженных ног и обратно, ловя её взгляд. Она поёжилась от такого внимания. Его эмоции так и оставались под замком, но Кирс знала, что значит, когда кто-то смотрит на тебя так. Он тоже считал её привлекательной.

Но всё, что Грейвз сказал, прежде чем вернуться к чтению, это:

– Ах.

Эдгар отодвинул для неё кресло, и Кирс села, неловко прижавшись прямой спиной к аккуратной плюшевой спинке.

Девушка попыталась было игнорировать сидящего рядом Грейвза, но его присутствие словно заполняло собой всю комнату. И, хотя он и был чем-то смертельно опасным, она не могла также не оценить его привлекательность. Монстр был одет в чёрный костюм с идеально белой рубашкой и чёрным галстуком. Его пасмурные глаза быстро бегали по строчкам, а страницы он переворачивал одним пальцем, обтянутым чёрной перчаткой. Свои обычные он сменил на другие, более утончённые, вечерние. И всё же… как ни крути, это были перчатки.

Кирс прочистила горло.

– Ты всегда их носишь?

Грейвз мельком взглянул на неё.

– М-м?

– Перчатки. Ты всегда их носишь?

Но тут его глаза переместились на подвеску у неё на шее.

– Вы всегда её носите? – парировал он.

Девушка коснулась пальцами крапивника.

– Да. – В их первую встречу птичка, кажется, его удивила. – Ты не первый раз её замечаешь.

Он кивнул и протянул руку.

– Можно посмотреть?

В последнюю очередь она сейчас хотела снимать кулон и давать ему в руки.

– Ты уходишь от ответа на вопрос про перчатки.

– Нравятся они мне, – ответил хозяин дома, немного уступив, и сделал просящий жест пальцами. Вздохнув, она сняла подвеску и нехотя вложила в его ладонь.

Грейвз внимательно изучил мелкие детали на птичьей фигурке. Крылья, выступающие за пределы круглого кулона. Лёгкий филигранный узор по краям, уходящий на металлическую подложку. Эта подвеска была самым дорогим, что у неё было, и от её вида в его руках становилось дурно.

– Вы знаете, что символизирует крапивник, мисс МакКенна?

Она покачала головой.

– Нет.

– У некоторых народов крапивник символизирует весну и перерождение. В зимнюю пору он считается предвестником весны, знаком, что зима не вечна. Добрым знамением. У кельтов следующий день после Рождества называется Днём крапивника. На птиц охотятся и убивают, а потом насаживают на пики и проносят по городу. Так жители изгоняют бога зимы.

Кирс встревоженно распахнула глаза.

– Ух. Никогда не слышала о таком. И ты думаешь, что мой кулон что-то значит?

– Я верю, что вы – это доброе зимнее знамение. – Он поднял глаза на Кирс. – Так откуда, вы говорите, он у вас?

Грейвз снял одну перчатку, и она снова заметила край той самой татуировки. Её взгляд зацепился за узор, пытаясь разобрать, что же скрывалось под безупречным костюмом. Стебли, немного шипов, но большего она в приглушённом свете разобрать не смогла. От татуировки её взгляд переместился на палец Грейвза, которым тот обводил контур кулона. Медленно, но решительно. Практически неприлично.

– От мамы.

– А у неё откуда?

Кирс отвернулась. Она не любила говорить о матери, которую никогда не знала.

– Не было возможности спросить.

Грейвз снова перевёл взгляд на девушку, забыв про кулон, стоило ему уловить жёсткие ноты в её голосе.

– Умерла?

– При родах.

Теперь он выглядел заинтересованным.

– Сожалею о вашей утрате.

Кирс пожала плечами.

– И вы всегда носили этот кулон? – она кивнула. – Тогда вполне вероятно, что это наш ключ к разгадке вашего иммунитета. Он всегда был на вас, когда мы общались?

– Я везде его ношу.

Не предупреждая, Грейвз схватил её за запястье. От ощущения его обнажённой кожи, жара его тела и неожиданного прикосновения из груди Кирс вырвался вздох. По спине пробежал холодок, руки покрылись мурашками. Он заглянул ей в глаза, словно требуя открыться. Она резко втянула воздух, согретый его жаром. Всё внимание Грейвза было сосредоточено на ней. Девушка замерла в ожидании.

Но он лишь громко выдохнул и отпустил её.

Кирс откинулась на спинку кресла, отчасти разочарованная потерей контакта, и попыталась скрыть это, схватив стакан с водой и сделав большой глоток.

– Всего лишь безделушка, – сказал он, пожав плечами и возвращая ей подвеску.

Кирс вернула крапивника на законное место, недоумевая, как он выяснил это одним прикосновением.

– И ты это понял… просто меня потрогав?

– Да.

Это значило, что его магия была как-то связана с физическим контактом. Не в том ли причина наличия загадочных перчаток? Сгорая от любопытства ещё сильнее, она наблюдала, как Грейвз снова надевает одну из них на руку.

В этот момент из кухни появились Изольда и Эдгар с горами еды на подносах. Расставив блюда на столе, они сняли серебряные крышки и приступили к подаче. При виде еды, появляющейся на её тарелке, у Кирс потекли слюнки. Какое-то мясо на подушке из риса, горячая, объятая паром кукуруза, лоснящиеся булочки, свежие листья салата, даже ягоды, для которых был не сезон. Боже, как же она любила ягоды. Всё выглядело невероятно аппетитно, но первым делом она потянулась за малиной и положила её в рот. Оказалось даже вкуснее, чем Кирс помнила. Грейвз наблюдал за ней с явным интересом.

– Что? – спросила она, хватая ещё одну ягоду. – Сейчас не сезон.

Какое-то время он молчал. А потом, словно бы вопреки самому себе, сказал:

– Я просто не помню, чтобы хоть когда-то наслаждался чем-то так сильно.

– Когда живёшь на улицах, учишься ценить то, что у тебя есть. Тебе, пожалуй, и не понять.

– Я не всегда имел всё то, что вы сейчас видите. Меня тоже когда-то выбросили, как и вас.

Кирс спрятала гримасу за попытками разрезать кусок мяса. Выбросили. Он, безусловно, был прав. Просто звучало это так, словно она какой-то мешок с мусором.

– Как кто-то вообще мог избавиться от кого-то… вроде тебя? Магического?

– Легко. И без сожалений.

На это у неё ответа не нашлось. Кирс тоже не знала, почему её выбросили. В воспоминаниях о прошлом было пусто. Первое, что она помнила, это то, как стоит на улице, умирая от голода. У неё не было других вариантов, кроме как начать воровать. Лучше уж так, чем умереть голодной смертью. Очень скоро у неё стало отлично получаться. Потом её нашёл Джейсон. Девушка уже даже потеряла надежду узнать, что она такое… пока не встретила Грейвза.

Она вернулась к еде и съела кусок мяса так быстро, что едва успела почувствовать вкус, насыщенный и смягченный чем-то вроде клюквенного соуса. В жизни ничего подобного не ела.

– Прежде чем мы начнём, расскажите, как вам книга, которую я одолжил.

– Мрачновато, – призналась Кирс. – В любой сказке в конце все умирают? Почему-то я думала, что у истории про блуждающий огонёк будет хоть какой-то поучительный, но счастливый финал.

– С чего бы? Это же изобретение современной литературы.

Кирс помедлила, переваривая это замечание. Поймав взгляд пасмурных глаз напротив, она увидела в них искренний интерес и решила ответить тем же.

– Наверное, потому что я в чём-то понимаю эту маленькую девочку, которую увёл с тропы огонёк. В городе после войны это была частая история.

– О. – Он понимающе прищурился. – И вы хотели, чтобы у сказки про девочку был счастливый финал, потому что у вас его не было.

Она заставила себя не вздрогнуть от его слов.

– Мне не нужен был спаситель. Я сама себя спасла. Другим повезло меньше.

– Так устроен мир.

– Верно. Я так понимаю, ты хотел, чтобы я поняла: меня может сожрать тот монстр, что уводит с тропы. Метафора, так?

– Девочку в конце истории съедает не монстр, а медведь.

– Хорошо, – согласилась она. – Значит, единственный настоящий монстр в этой истории – это медведь. – Природный монстр, прямо как некоторые монстры среди людей, с которыми Кирс была очень хорошо знакома.

– Их двое, медведь и тот огонёк, что увёл её с тропы. Они оба привели девочку к смерти.

– И у неё не было ни единого шанса.

– Да, ни единого.

– Но ты все ещё ничего не сказал мне обо мне.

Грейвз прочистил горло.

– Ну, теперь мы знаем, что ваш иммунитет не зависит от этого кулона. Значит, вы наверняка похожи на меня.

Она с любопытством подалась вперёд.

– На тебя? Я монстр?

– Все мы монстры. Но для простоты скажем – да. Я такой монстр, которого вам раньше встречать не приходилось. Хотя с вашим иммунитетом вы бы вряд ли это заметили.

– И как тебя называют? – спросила она. Имена мало что значили, но ей хотелось обозначить свои ощущения конкретным словом.

– Есть несколько разных вариантов. Другие, подобные мне, сами решают, как предпочитают называться. Обычно это зависит от того, когда они родились или как их воспитывали. Большинство из нас, впрочем, выбирают слово «колдун».

– Колдун. – Во рту пересохло. Это была реальность. Это была её жизнь. – И есть другие?

– Да. Но не очень много. В отличие от иных монстров, которые вышли на свет, мы предпочли остаться сокрытыми. Мы редки и очень территориальны. – На секунду в нём промелькнуло что-то очень собственническое. – В большинстве городов уживается только по одному мастеру-колдуну. Мы ценим свои границы.

– Поняла, но что это вообще такое – колдун?

– Обычно нас зовут волшебниками, заклинателями или колдунами. Слово «колдун» появилось первым, где-то в 900 году. Сначала оно означало «клятвопреступник» или даже «дьявол». Большинство людей тогда были очень суеверны. – Грейвз с огромной аккуратностью нарезал мясо на кусочки, даже не поднимая глаз. – Они верили, что магия, которую они наблюдали, была злой силой. Что она противна Богу и природе. Только где-то в четырнадцатом веке появились другие слова, описывающие магию как нечто позитивное. Волшебник, маг, даже астролог.

– И почему ты себя не называешь одним из них?

Его взгляд стал опасным, и она поняла ещё до того, как Грейвз ответил, почему выбрал именно «колдуна». Потому что он был тьмой.

Грейвз пожал плечами.

– Я не отрицаю того, чем я являюсь.

– Понятно.

Он допил вино и налил себе ещё бокал.

– Что касается вас, очень похоже, что вы тоже одна из нас, но пока не хочу ничего утверждать наверняка. Удивительно, что вы так долго прожили с магией в венах, не зная о ней. Хотя, может, из-за того, что ваша сила негативная, пассивная, она не пыталась вас выжечь.

– Выжечь меня? – испуганно переспросила Кирс.

– Когда колдуны обретают силы без сопутствующих знаний, это часто их убивает. Даже опытные колдуны могут использовать магию слишком быстро и выгореть изнутри.

Кирс поморщилась.

– Звучит неприятно.

– Так и есть. Не знаю, почему ваши силы никогда не проявляли себя подобным образом. Способности у колдунов бывают абсолютно разными. Некоторые очень хороши в чём-то одном. Другие умеют всё понемногу. Может, вам просто повезло.

– А ты? Что можешь ты?

Он сдержанно улыбнулся.

– Мы не обо мне сейчас говорим.

Отлично увернулся. Но её голова была слишком занята перевариванием новой информации, чтобы расстраиваться. Учитывая, каким немногословным Грейвз был до этого, её поражало, что он раскрывался хоть настолько.

Эдгар очистил блюда, а Изольда поставила на стол крохотные нежные белые сладости. Это были маленькие прямоугольники со слоями теста и крема, украшенные шоколадными разводами поверху. Выглядело так, словно она могла бы взять такой и съесть за один укус.

И с одного же укуса Кирс решила, что это её самая любимая вещь на свете.

– Мильфей, – пояснил Грейвз быстрее, чем она успела спросить. – Французский десерт.

– Одобряю.

Грейвз отдал Кирс свою порцию, и она взяла её без единого угрызения совести. Судя по тому, с какой усмешкой он за Кирс наблюдал, ему нравилось смотреть на то, как ей вкусно.

– Итак, поговорим о работе? Вы, в конце концов, за этим сюда пришли, – спросил он, пока она жевала.

– Да. Расскажи всё, что мне нужно знать. – Сметя весь мильфей до последней крошки, Кирс облокотилась на стол. Ужин – это, конечно, замечательно, но она здесь не ради еды и любезностей. Пора было приступать к делу.

– Как я уже говорил, вы украдёте копьё.

– Да, это я уже поняла.

– Как ваши тренировки?

Она скорчила физиономию.

– Как кровавые мозоли на моих ладонях.

– Это нормально, когда впервые берете в руки незнакомое оружие. Нау́читесь. Времени у нас, правда, мало, так что тренироваться будете ежедневно, для наилучшего результата.

– Идёт. Но расскажи побольше про само копьё. Где оно? У кого я его буду воровать?

– Вы слышали когда-нибудь о Третьем Этаже?

Кровь застыла в жилах.

– Слышала, – сказала Кирс. Именно там бесследно исчезла Торра. Чёрная дыра, по сути. Люди вроде Торры находили там свою смерть.

– Копьё хранится в самом сердце Третьего Этажа, в резиденции главы общества Доблестных мужей.

Кирс не смогла сдержать улыбку. Ну наконец-то, шанс отомстить.

– Я так понимаю, о них вы тоже осведомлены?

– Группировка разнообразных монстров, которые сообща хотят разорвать Соглашение? Да, полагаю, о них слышали почти все, даже если не все с ними встречались.

– А вы встречались? – спросил Грейвз.

Кирс совершенно не собиралась рассказывать ему о том, как потеряла Торру, так что она ограничилась лишь коварной улыбкой.

– Я работаю с миллиардерами. Доводилось видеть брошки с золотыми крыльями, пронзёнными стрелой.

– В яблочко. Сам Третий Этаж закрыт печатями, как и здание, в котором находится копьё.

– Но я могу проходить сквозь печати.

Он кивнул.

– Можете. Но просто так идти туда без плана и надеяться выжить не вариант. У вас будет только один шанс проникнуть в здание и выйти с копьём. В день зимнего солнцестояния Доблестные мужи устраивают бал в резиденции их лидера. Двери будут открыты, внутрь хлынут сотни. Вот тогда мы и ударим.

Кирс моргнула, словно бы только сейчас осознав, что он абсолютно серьёзен.

– Зимнее солнцестояние?

Он вскинул бровь.

– Какие-то проблемы?

– До него же всего несколько недель.

– Отказываетесь? – ровно спросил он.

Взгляд Грейвза искал что-то в выражении её лица, словно ожидая, что она его пошлёт куда подальше. Ей предстояло столкнуться с худшими из монстров на их территории, да ещё и так скоро. Но девушка и не думала, что придётся красть у абы кого. Не с десятью миллионами на кону.

– Да нет, я это сделаю, чёрт возьми, – отрезала она. – Слишком высокие ставки, чтобы отказываться. Но я уж надеюсь, что твоих тренировок будет достаточно, чтобы выбраться оттуда живой.

– Вы соглашаетесь, зная, что можете погибнуть?

– Я знала, что могу погибнуть, когда переступила порог этого дома, – сказала она. – Я ради своей семьи сделаю что угодно. Лишь бы она была в безопасности.

В его взгляде промелькнуло что-то неразборчивое. Нечто вроде боли или сожаления, хотя вряд ли Грейвзу что-то из этого было свойственно.

Не удержавшись, Кирс подняла бокал.

– Что ж, за зимнее солнцестояние.

От этого он наконец-то расплылся в медленной, но искренней улыбке и звякнул своим бокалом о её.

– За зимнее солнцестояние.

Глава 15

Теперь, когда Кирс знала, что до самого невыполнимого задания в её жизни оставалось всего несколько недель, пора было принять собственные меры безопасности.

Да, она дала слово, что не станет видеться с друзьями, и планировала это слово сдержать, как бы её это ни убивало изнутри. Грейвз предложил ей позвонить Нейту, но некоторые вещи Кирс просто не могла сказать ему по телефону – особенно по тому, который Грейвз наверняка прослушивал.

А перед встречей с Нейтом ей надо было наведаться ещё кое-куда.

Сменив коктейльное платье на аккуратный спортивный наряд, девушка тайком выскользнула из особняка, спрятавшись от холода под капюшоном и прижимая к себе рюкзак. Кирс ненавидела ездить в метро по ночам, но время поджимало. Заплатив пошлину троллю на станции у 8-й авеню, она нырнула в тени, игнорируя свист гоблинов, ютившихся у небольшого мусорного костра, и такие же подкаты от человеческих мужчин, которые были не менее отвратительны. Держа рюкзак подальше от сомнительных пассажиров, она села на поезд маршрута «B». В кармане девушка сжимала заряженный пистолет, и новая рукоять под пальцами немного успокаивала. Он даже не выпирал из-под облегающей одежды.

К счастью, Кирс без проблем сошла за одну остановку до своей обычной станции. До дома Грейвза за ней уже однажды проследили, и ей совершенно не хотелось сегодня сталкиваться с кем-то из Друидов. Одного она уже приметила, выходя из особняка, но легко его миновала. У борделя Колетт дежурили аж два патруля. Недостаточно близко, чтобы наступать на хвост Рулеткам, но недостаточно далеко, чтобы быть здесь случайно. К счастью, она жила тут много лет и знала все входы, выходы и прилегающие улицы как свои пять пальцев.

Пройти мимо патрулей не составило никакого труда. Вскоре девушка проскользнула в боковую дверь борделя. Никакой тревоги. Никаких преследователей. Никто её даже не увидел. Кирс мысленно улыбнулась. На ярмарке люди Лоркана её почти поймали, но они не были лучше неё. Просто застали врасплох и загнали в угол. Может, сам печально известный Лоркан и был серьёзной угрозой, но его ребята точно нет.

Кирс прокралась через заднюю часть дома. Внутри было ещё тихо. Она слышала, как начинает работать кухня и как разносятся шаги наверху – девчонки готовились к вечерней работе. Клиенты потекут рекой после ужина, так что времени у неё было в обрез. Пробравшись через весь дом, она потайным путём направилась к комнате Колетт. Когда-то этот дом построили с расчётом на слуг, так что в нем было полно проходов, через которые прислуга могла перемещаться незаметно. Теперь это весьма играло ей на руку. Взобравшись по запасной лестнице, Кирс шагнула в спальню Колетт.

У окна шевельнулась фигура.

– Если ты хочешь меня убить, придётся придумать что-то получше.

Кирс развернулась и увидела Колетт, держащую пистолет в расслабленной руке. По спине пробежал холодок, но не из-за этого. Она почувствовала присутствие мужчины прежде, чем он потянулся к ней. Кирс отскочила, увернувшись от первого удара и заблокировав второй.

– Это я, – выдохнула она. Мужчину Кирс узнала – это был Кармин, лидер Рулеток. Плохие новости, учитывая, что в юности он был одним из лучших бойцов.

Кирс попыталась было отскочить снова, но его руки уже сомкнулись вокруг неё. Он был силён, как медведь, и не оставил ей ни шанса вырваться. Без вреда для него, по крайней мере, а драться она совсем не хотела.

– Да погоди ты, – вскрикнула Кирс.

– Кармин, стой, – скомандовала Колетт, резко отступая от окна. – Это Кирс.

Кармин немедленно отпустил её, хоть и с явным разочарованием. Поправив жилет и запустив руку в напомаженные волосы, он отошёл, тихо ругаясь по-испански.

– Ты что тут делаешь, девочка моя? – спросила Колетт, отбрасывая пистолет на ближайший столик.

Кирс покосилась на Кармина, не горя желанием делиться информацией при нём.

Колетт поняла её без слов.

– Кармин, пойди проверь тот вход, через который Кирс пришла. Вдруг за ней кто-нибудь следовал. – Женщина ещё раз посмотрела на Кирс и добавила: – И Кори заодно захвати.

Кармин что-то буркнул и наигранно откланялся.

– К вашим услугам, мадам.

Как только он скрылся за дверью, Колетт рванулась через всю комнату и стиснула Кирс в объятиях. Та замерла от удивления, а в следующий момент её уже отпустили. Сделав шаг назад, Колетт влепила ей пощёчину, и Кирс не смогла сдержать смеха, хватаясь за щеку.

– Никогда меня больше так не пугай.

– Великая Колетт умеет пугаться?

– Не нарывайся, – ответила она, но без злобы, словно не привыкнув быть настолько искренней.

– И не собираюсь. Я вот зачем пришла. – Кирс сняла маленький рюкзак, который дал ей Грейвз, и расстегнула его.

Брови Колетт полезли на лоб при виде кучи денег.

– Откуда они у тебя?

Кирс отмахнулась.

– Меньше знаете, крепче спать будете. Это вам. Сохраните на чёрный день или… на случай, если что-то пойдёт не так.

Колетт даже не притронулась к деньгам, вперив взгляд в Кирс.

– Во что ты вляпалась?

– В работу. На очень опасного человека. – Кирс достала единственную вещь, которую купила на свои деньги, – одноразовый телефон. – Вот.

Колетт взяла его в руки.

– А это зачем?

– Не думаю, что смогу снова заглянуть. Слишком опасно.

– Я в курсе, что опасно. Когда на моем пороге появляется Повелитель ужаса с посланием от самого Натаниэля О’Коннора, я уж понимаю, что к чему. – Она поджала губы. – Мы с Нейтом давно знакомы, я не просто так когда-то тебя к нему отправила. Может, расскажешь, что происходит?

– Лучше вам не знать, – сказала Кирс. – Через этот телефон сможете со мной связаться. Но только если всё будет совсем плохо. И никому не говорите, что он у вас есть.

Колетт тяжело опустилась в кресло у окна, сжимая маленькую трубку в руке.

– Ты думаешь, что не вернёшься. – Видимо, у Кирс это было на лбу написано. – Я могу что-то сделать?

Кирс покачала головой, застегнула рюкзак и забросила его обратно за плечо.

– Отнесу Джен и Итану.

– Так ты снова работаешь на Повелителей? – спросила Колетт. – Нейт по тебе скучал.

– Я работаю на себя, – дерзко улыбнулась ей Кирс. – И только на себя.

Колетт понимающе кивнула.

– А моя дочь?

– Джен и Итан в безопасности, у Повелителей.

– И они не вернутся? – спросила она как раз в тот момент, как в комнату вошёл Кори.

– Нет, – ответил он. – С охраной Повелителей никто не сравнится.

Колетт это словно слегка задело.

– Меня, вообще-то, охраняете вы.

– И именно поэтому я могу с уверенностью сказать, что если у Итана проблемы, то ему лучше остаться там. – Кори покосился на Кирс. – У него ведь проблемы, так?

Кирс коротко кивнула.

– Ты не светишься, когда ходишь к нему?

– Ты за кого меня держишь? Я с безопасностью Итана не шучу. Но с ним всё будет нормально, правда?

Колетт прокашлялась.

– Конечно, будет. Кто станет бодаться с Повелителями?

Кори посмотрел Кирс в глаза, ожидая ответа. Она нервно сглотнула. Врать не хотелось.

– Джен и Итан пока что в порядке, но это мой запасной план на случай, если всё полетит к чертям.

Кори неохотно кивнул.

– Как же мне всё это не нравится.

А ей-то самой как не нравилось.

Кирс не нравилась и следующая мысль, и девушка знала, что ему она тоже не понравится.

– Вообще я думаю, что тебе стоит пожить с ними. Если им что-то угрожает, то Друиды без труда проследят за тобой до их убежища.

Кори тихо выругался.

– Кармин меня никогда не отпустит…

– Кармина предоставьте мне, – проговорила Колетт.

– Думаешь, всё настолько плохо? – спросил Кори.

– Я бы лучше перестраховалась.

Кирс снова повернулась к Колетт, опасаясь, что придётся убеждать и её, но та лишь вскинула подбородок.

– Будь осторожна, девочка, – сказала она глухо и печально. – Твоё будущее окутано тьмой.

Глава 16

Кирс приняла предупреждение Колетт за чистую правду, потому что именно так оно и ощущалось. И она бодрым шагом шла навстречу этой самой тьме. Ну, хотя бы с открытыми глазами.

Девушка вышла из борделя тем же путём, которым вошла, еле уклонившись от очередного патруля Друидов. Эти гады были повсюду. Вместо метро она предпочла морозную прогулку до Хьюстон-стрит, где запрыгнула в отъезжающий автобус. С него она сошла в Гринвиче, а там ей оставалось всего несколько кварталов до их с Нейтом места встречи. Разнообразие маршрутов помогало убедиться, что за ней нет хвоста, так что, входя в круглосуточное кафе, она была уверена в отсутствии слежки.

А вот Нейт как раз пришёл не один. В тенях скрывались оборотни. В одном углу стояла Кара, барменша из «Пяти углов», убравшая светлые волосы в плотный хвост. Стойка у неё была хищная, словно она готова в любой момент наброситься на врага. Слева от неё была высокая брюнетка с острым носом. Дальше ещё больше незнакомых волков. Одного Кирс, впрочем, узнала. Стройный Ронан с ровным пробором в чёрных волосах и бледной кожей, едва заметной под чёрной формой, держал в зубах сигарету. Он присоединился к Повелителям во время войны, чтобы выторговать защиту своей семье, но те вечно грозились переехать обратно в Корею. Словно у кого-то были на это деньги.

Раз Ронан был здесь, то и его брат по оружию тоже находился неподалёку.

Финн, чернокожий и мускулистый, встретил её на входе в кафе. И если Ронан внушал страх, то Финн излучал энергию золотистого ретривера. При виде девушки он просиял.

– Приветики.

Кирс кивнула.

– Финн.

– Рад снова видеть тебя, МакКенна. – Он открыл перед ней дверь.

– Взаимно, – откликнулась Кирс, проходя внутрь.

Нейт уже ждал её за пустым кофейным столиком в их привычной кабинке. Девушка уселась напротив.

– Какая встреча, – проговорил Нейт.

Когда-то, когда она ещё работала на Повелителей, это было их любимое место встречи. Здесь, под пригоревший кофе и домашний пирог, деньги обменивались на краденую добычу.

– Миленько, – пробормотала она.

– Рад, что на этот раз ты смогла просто прислать сообщение, – со смешком заметил Нейт.

Он был прав, в те времена у неё не было телефона для связи. Она оставляла ему зашифрованные послания со временем встречи на доске у входа. Сообщения точно были более удобным способом связи, чем каждый раз надеяться, что доску не вытерли раньше, чем он её прочёл.

– Как летит время.

Он кивнул.

– Ничего так наряд. На качество он явно не скупится.

– Да он и на Луну не поскупился бы, если бы захотел, – сказала Кирс. – Но мы здесь не за этим.

– Догадываюсь. Ты взялась за его работу? К чему секретность?

– Я взялась за работу, но при условии, что не стану видеться с Джен и Итаном.

Нейт нахмурился.

– Какого хрена?

– Я хочу, чтобы они были в полной безопасности. Повсюду рыщут Друиды, и меньше всего на свете я хочу, чтобы в попытках добраться до меня они причинили вред кому-то, кто мне дорог.

– Их передвижения для нас не проблема.

Кирс в нём не сомневалась. Если она могла избегать патрулей, то мог и Натаниэль О’Коннор. И всё же она не собиралась рисковать Джен и Итаном.

– Могут они остаться у тебя? – спросила девушка, подталкивая к нему рюкзак под столом. Нейт взял его, расстегнул и заглянул внутрь, а потом посмотрел на неё, вскинув бровь. – Этого хватит?

– Конечно, – сказал Нейт, застёгивая молнию.

Кирс подозревала, что он согласился бы и за бесплатно, но она не любила быть в долгу. Они всегда работали на равных, и она планировала продолжать в том же духе.

– Там телефон внутри, по нему сможешь со мной связаться. Я осмотрела тот, что Грейвз дал мне, но не доверяю ему ни на грош.

– Ты никому ни на грош не доверяешь.

Кирс наклонила голову набок. Ну конечно же, она доверяла своим друзьям больше, чем колдуну, который определённо вёл её на верную смерть.

– Так что за работа? – спросил Нейт, поняв, что пора менять тему.

– Буду красть из места на Третьем Этаже, в день зимнего солнцестояния.

Нейт выпучил глаза.

– Третий Этаж. Кирс…

– Знаю, знаю, но он проведёт меня туда.

– Торры там больше нет, – сказал он, смягчившись. – Прошёл уже год.

– Я в курсе, – огрызнулась Кирс и постаралась взять себя в руки. – Её уже не вернуть, я знаю. Тут дело в возмездии. Я хочу, чтобы ты прикрыл мою спину, если я смогу провести тебя внутрь.

Нейт поджал губы.

– Солнцестояние? Двадцать первого?

– Ага.

– Чёрт, – сказал он. – Это в полнолуние.

– Да вы издеваетесь надо мной, – пробурчала она. – Вы все будете под замком?

– Вся стая, – подтвердил он. – Но зато ты сможешь не волноваться за Джен и Итана. В полнолуние в «Пять углов» никто не заходит. Да и не выходит.

– Ага. – И чего она вообще губу раскатала. Разумеется, ей придётся делать всё самой. Такой у них с Грейвзом был уговор. – Хоть они в безопасности.

– Под моей личной охраной, Кирс.

Кирс тряхнула головой, отгоняя разочарование. В конце концов, она привыкла полагаться только на себя.

– А ещё мне запрещено раскрывать его секреты, – добавила она, поиграв бровями.

– Ага, – сказал Нейт. – Пальцы скрестила, когда обещала?

Кирс пожала плечами.

– Посмотрим сначала, чего такого он мне расскажет.

Его лицо стало задумчивым.

– Уверена, что справишься?

Кирс встала из-за стола.

– Не задавай дурацких вопросов.

– Просто забочусь о тебе. Кто-то же должен.

– Я сама о себе забочусь.

Нейт поднялся на ноги и поймал её за руку прежде, чем девушка успела выскочить на улицу.

– Это тебе не прошлые наши задания, Кирс. – Она невозмутимо проигнорировала сомкнувшиеся на её запястье волчьи когти. Именно благодаря своей дикой стороне Нейт стал неоспоримым лидером волков Манхэттена, но при ней, как правило, он держал себя в узде. От него всегда исходил жар, но сейчас, когда их взгляды встретились, его глаза просто пылали огнём. – Одна ошибка, и ты мертва.

– Можешь не включать альфу, – подколола она, закрываясь от прямого вызова кокетливой улыбкой и полуприкрытыми ресницами, мгновенно прячась за выработанными инстинктами при появлении угрозы.

– Кирс, – вздохнул он. – Не надо со мной так.

Девушка с лёгкостью вывернулась из его хватки.

– Тогда хватит обращаться со мной так, словно я тебе обуза, а не коллега. Я знаю, на что иду, Нейт. Просто защити моих друзей и оставь всю грязную работу мне.

Он коротко кивнул, в глазах промелькнуло уважение, а потом она прошла мимо него и вышла из кафе. До верхнего Ист-Сайда Кирс доехала на метро и проскользнула обратно в особняк с той же лёгкостью, как и вышла, незаметно для всех. На шёлковые простыни она упала с улыбкой.

План был приведён в исполнение. Теперь оставалось только работать.

Глава 17

Когда Кирс следующим утром спустилась по лестнице, Грейвз уже стоял в прихожей в своём безупречном костюме-тройке, уткнувшись в другую книгу, уже не в ту, которой был так увлечён за ужином на прошлой неделе. Она наклонила голову, пытаясь разглядеть название, но он почуял её приближение, захлопнул книгу и убрал под мышку.

– Лёгкое чтиво? – спросила Кирс.

– Что-то вроде того. – Он оглядел её рабочую одежду. – Нам нужно кое-куда съездить.

– Я думала, у меня сейчас тренировка. Всего несколько недель осталось, – напомнила она.

– Я помню о нашем расписании. Потренируетесь, когда вернёмся. Это важнее.

Она вздохнула.

– И куда мы направляемся?

– По пути расскажу. – Он жестом указал на дверь, ведущую, вероятно, в гараж.

Прежде чем они успели сдвинуться с места, появился Эдгар и протянул ей длинную чёрную шерстяную куртку.

– От холода.

– Спасибо, – сказала Кирс, просовывая руки в рукава. По сравнению с Грейвзом, она была чертовски просто одета, но его это, похоже, не волновало.

Эдгар распахнул для них дверь, и девушка зашла в лифт вслед за Грейвзом. Тот нажал кнопку нижнего этажа, и двери лифта вскоре распахнулись, пропуская их в огромную тёмную комнату, в которую поместился бы с десяток автомобилей. На круглом подземном въезде уже поджидал лимузин. Рядом смирно стоял водитель, суровый мужчина лет сорока с лишним, в чёрном костюме и шляпе. Третий работник, которого она ни разу не замечала при разведке. Какого чёрта?

– Джордж, – поздоровался Грейвз.

– Сэр, – ответил Джордж, открывая перед ними дверцу. – Мисс МакКенна.

– Спасибо, Джордж, – с вежливой улыбкой ответила она, забираясь в машину.

Грейвз сел на заднее сиденье рядом с Кирс, а Джордж закрыл дверь и направился к водительскому месту.

– Джордж – твой постоянный водитель?

– Постоянный.

– И он знает, кем ты являешься? – Она предположила, что Эдгар с Изольдой точно знали. Не могли же они ежедневно ему прислуживать и не замечать, что с ним всё не так просто.

– Джордж работает на меня уже много лет.

Видимо, это должно было ответить на её вопрос, так как Грейвз уткнулся обратно в книгу.

– Он тоже связан с магией?

Грейвз вздохнул, словно не привык, что кто-то может мешать ему читать.

– Он не колдун, если вы об этом.

– Но есть же и другие магические создания, – не сдавалась Кирс.

Джордж сел за руль и с силой захлопнул за собой дверь.

– Готовы, сэр?

– Да, Джордж. Маршрут ты знаешь, – ответил Грейвз, прежде чем вернуться к разговору с Кирс. – Да, в мире есть другая магия. Но на меня работают простые люди, которым я щедро плачу за их время.

– И молчание, – догадалась Кирс.

Джордж приглушенно кашлянул от её дерзости, заезжая в подземный туннель, ведущий прочь от особняка.

– Молчание бы не помешало, да, – с намёком ответил Грейвз.

Кирс прикусила губу, наблюдая за тем, как лимузин выезжает на поверхность. Открылась автоматическая дверь гаража, и они оказались на Нью-Йоркских улицах. Повернув голову, девушка с удивлением осознала, что они находятся в нескольких кварталах от дома Грейвза. Умно. Никто бы никогда не заподозрил, что на другом конце этого выезда находится особняк. Неудивительно, что она никогда не видела, как хозяин дома уезжал или возвращался.

– Вас настолько поразил мой гараж? – спросил Грейвз.

– Люблю выходы. Главный инструмент каждого вора – это его окружение, – ответила Кирс, позволив себе развалиться в кресле, когда за окном замелькали улицы Нью-Йорка. – Воровство зависит от того, где находится добыча, едва ли не сильнее, чем от самой добычи.

Грейвз слушал с таким вниманием, словно ему правда была интересна её профессия.

– Это почему?

– Ну, всё дело в архитектуре. Парадные двери не подходят для скрытности, их охраняют. Нужно смотреть на место как на чертёж. Искать входы и выходы, существующие или потенциальные.

– Потенциальные?

– Иногда проще прорезать дыру в потолке или снять что-то с петель, чем ломать замок. Зависит от того, хочешь ли ты оставлять следы. – Кирс подняла руки и развела их сантиметров на тридцать. – Представь себе крысу. Крысы не входят через двери. Они ползут по стенам, рвут утеплитель, прогрызают дыры. Ловкие маленькие воришки. Если они не захотят, то ты и не узнаешь, что они тут были. Мы им подражаем. Делаем так, что сам дом играет нам на руку.

– Хм-м, – тихо откликнулся он, раздумывая над её словами. – Чертежи и крысы. Вы, как архитектор, рисуете помещение у себя в уме, чтобы получить преимущество.

– Хорошая аналогия, – согласилась она.

– Нужно будет об этом подумать. Мы можем использовать эту особенность себе на пользу, когда будем проникать на территорию Доблестных.

– А это как раз моя любимая часть: разведка.

– Точно, – задумчиво протянул он. После минутного молчания Грейвз сменил тему: – Мы едем в больницу.

– Я здорова.

– Несмотря на то что всё, что я вам пока рассказал, звучит очень… мистически, на самом деле оно объясняется наукой. Много лет колдуны пытались понять, что именно делает нас уникальными. Втайне, разумеется. Мы до сих пор не знаем, почему способны на то, что делаем. Но мы выяснили, что за это отвечает определённый ген.

– Колдовской ген? – спросила Кирс. Звучало так же бредово, как и сама магия. Но всё же её поверхностные знания биологии говорили о том, что генетические мутации случаются как в людях, так и в монстрах. Несмотря на то что монстры не хотели распространения этой информации, недавние исследования показали, что в потребности вампиров пить кровь, или необходимости призраков питаться человеческой сущностью, или даже в склонности оборотней к превращению именно в полнолуние среди прочего играла роль биология. Логично, что колдуны тоже обратились к учёным (или стали ими сами), решив поискать объяснение их магии.

– Не совсем, – сказал он. – Эммалин всё объяснит, когда мы доберёмся до «Завета».

– «Завета»?

Он лишь дьявольски усмехнулся.

– Сами увидите.

Сорок пять минут спустя они съехали с бульвара в Квинсе и подъехали ко входу во впечатляющее двухэтажное здание. На входе красовалась надпись «Завет», написанная большими, толстыми буквами, под которыми светился символ из круга и двух противоположных друг другу полумесяцев. Кирс в подобных местах не бывала с самого начала войны. Большинство из них захватили частные, платные лечебницы. Многие вернулись к эскулапам из подворотен, а если вам повезло дружить с кем-то из банд, то у них обычно имелся свой врач, например Мора. Большинство людей влезали в долги или, что гораздо чаще… просто умирали. И всем было плевать. От этой мысли Кирс начинала невыносимо скучать по прошлому, которое почти не помнила, но любила всей душой.

Грейвз провёл их внутрь через боковой вход. Кирс огляделась вокруг, стряхивая снежинки с плеч и волос. Небольшая приёмная была пуста, за исключением женщины в белом халате с бейджиком, на котором красовалось имя Харпер. К ней Грейвз и подошёл.

– Здравствуйте, – вежливо сказала Харпер. – Добро пожаловать в «Завет». Чем могу помочь?

– У нас назначена встреча с доктором Мафи, – резко сказал Грейвз.

– Превосходно. Имя?

– Кирс МакКенна.

– Ах, Кирс, – улыбнулась Харпер, переводя взгляд на неё. – Уже были у нас, дорогая?

Кирс покачала головой. У кого вообще сейчас были деньги на больницы?

– Заполните, пожалуйста. – Харпер пододвинула к ней планшет. – Ответьте на вопросы на первых двух страницах, а на третьей распишитесь.

Плюхнувшись на стул, Кирс принялась заполнять бумаги. На многие вопросы она попросту не знала, как отвечать. Например, про действующий адрес. Дом Грейвза она указать не могла, но и бордель Колетт тут тоже не подходил. В итоге она решила эту строчку пропустить. Потом она дошла до вопросов про семью, и стало ещё хуже. Откуда ей знать, был ли у её матери рак груди или были ли в семье её отца случаи повышенного артериального давления? В конце концов Кирс сдалась, перелистнула на последнюю страницу и поставила там свою подпись.

– Держите. – Она вернула планшет Харпер.

– Спасибо, дорогая. Подождать придётся всего несколько минут.

Кирс слегка ей улыбнулась и вернулась к своему стулу. Не успела она приземлиться на неудобное сидение, как открылась дверь, и появившаяся в ней женщина позвала:

– Кирс.

На женщине был тёмно-фиолетовый халат того же фасона, что и у Харпер. Этот цвет очень хорошо подчёркивал её чёрные волосы и широко посаженные глаза. Кирс она понравилась с первого взгляда.

– Это я, – сказала Кирс, делая шаг вперёд. Грейвз следовал за ней по пятам.

– Друзья могут подождать снаружи, – быстро сказала женщина. Грейвз прожёг её разъяренным взглядом, но она даже не моргнула.

– Всё нормально, – настояла Кирс. – Он может пойти со мной.

– Уверены?

Кирс кивнула.

– Честно, всё в порядке.

К тому же Грейвз скорее убил бы кого-то, чем пустил её туда одну. Особенно учитывая, что это он всё спланировал и лично знал доктора. Всё остальное казалось чистой формальностью. Бредовой бюрократией, честно говоря. Она-то думала, что Грейвз любого доктора может вызвать на дом, а не подвергать её всему этому.

– Ну, хорошо. Меня зовут Джесси, – сказала женщина, открывая дверь и пропуская их внутрь. – Добро пожаловать в «Завет».

Кирс прошла базовые процедуры: измерение роста, веса, давления, температуры и прочего. Потом Джесси провела их в кабинет. Кирс неловко села на кушетку, застеленную бумагой, хрустнувшей под её весом. Грейвз, стоящий возле маленького бирюзового стульчика, выглядел совершенно неуместным. Освещение резко выделяло его иссиня-черные волосы, но при этом каким-то образом смягчало черты лица. Здесь он казался больше похожим на человека.

Спустя несколько минут вошла ещё одна женщина, которой Кирс на вид дала около сорока лет. У неё была идеальная смуглая кожа, великолепные ресницы и крохотный пирсинг в носу. Одета она была в чёрный халат, а волосы прикрывал стильный красный хиджаб.

– О, здравствуйте, Кирс. – Женщина протянула руку, которую Кирс, немного напуганная её энтузиазмом, пожала. – Я доктор Мафи. Очень рады видеть вас в «Завете».

Грейвз откашлялся. Доктор Мафи с резким вздохом окинула его взглядом.

– Эммалин.

– Грейвз.

Напряжение, повисшее между ними, ощущалось почти физически. Они были либо настоящими врагами, либо любовниками, третьего варианта выражения их лиц не оставляли.

– Давно не виделись, – сказала доктор Мафи. – Уж не думала, что снова тебя тут встречу, после прошлого-то раза.

Грейвз пожал плечами, словно даже не был задет её уколом.

– Я здесь ради мисс МакКенны. Как мы и договаривались.

Доктор Мафи фыркнула.

– Ага. Ради мисс МакКенны.

– Тогда давайте приступим.

– Я попрошу тебя подождать снаружи, мне нужно поговорить с пациенткой.

– Нет.

– Тогда ничем не могу помочь, ищи кого-нибудь другого, кто будет хранить твои секреты, – стальным тоном сказала доктор Мафи.

Судя по его виду, Грейвз хотел поспорить. Ему не нравилось, когда его желания игнорировали. Это Кирс в нём заметила с самой первой встречи. Он ожидал, нет, требовал уважения к себе. Даже больше, чем уважения. Для своих подчинённых он был богом. Как он терпел саму Кирс, она не понимала. Но то, что сейчас происходило между ним и доктором Мафи, выходило даже за эти рамки. Она бросала ему вызов, ставила ультиматум.

Грейвз наклонил голову.

– Я это запомню.

– Не сомневаюсь, – ответила доктор Мафи, закатив глаза.

Стоило Грейвзу выйти из комнаты, как доктор Мафи развернулась к Кирс.

– Не знаю, как много времени у нас есть, так что не буду его тратить. Ты вообще осознаёшь, во что ввязалась?

Кирс вскинула бровь.

– Я так понимаю, что нет?

– Ты не обязана на него работать. И тест этот… тебе не нужен.

– Почему нет? – спросила Кирс. – Я думала, мы просто поищем мутацию в генах.

– Так и есть. Плюс общее обследование, анализ крови, анализ на наркотики, тест на беременность и…

– Стоп, тест на беременность? – ошарашенно переспросила она. – Это ещё зачем?

– Стандартная процедура, – рефлекторно ответила доктор Мафи.

– Звучит не очень-то стандартно.

– Секс был? – легко спросила она.

– Вообще?

– Недавно? – поправилась доктор. – За последний месяц?

– Нет.

– Тогда, наверное, можно пропустить, но вообще это абсолютно стандартно. – Доктор помотала головой. – Суть не в этом. Важно то, что у него будет доступ к этой информации. Можешь попытаться скрыть, но если ты знакома с ним так, как я когда-то, то должна знать, что твоя конфиденциальность – это ложь. Он всюду дотянется.

Очевидно, Кирс не знала его так хорошо, как эта доктор.

– И с чего мне вам верить?

Доктор Мафи беззвучно рассмеялась.

– Пожалуй, лучше и не верить. И ему заодно.

– Я верю себе.

Доктора это не убедило.

– Не знаю, что он тебе сказал про нашу больницу. «Завет» был учреждён ведьмами.

Кирс скептично посмотрела на неё.

– Ведьмами?

– Не такими, о которых ты думаешь. Мы в основном специализируемся на травах и зельях.

– Никакой магии? – спросила Кирс, покосившись на дверь, за которой ожидало ещё одно магическое создание.

– Немного магии. На ту, что практикуют колдуны, совсем не похоже, – успокоила девушку доктор. – Больница – наше прикрытие. Работаем с большинством потустороннего сообщества. Помогаем им, лечим их, прячем, – сказала она, глядя Кирс в глаза. – Так что, если что-то из этого тебе понадобится, ты знаешь, где нас найти.

Кирс ошарашенно вытянула руку перед собой.

– Вы помогаете монстрам?

– Я же вот прямо сейчас с Грейвзом работаю, – возмущенно сказала доктор.

– Но… остальным. Волкам, вампирам, призракам, вот этим всем?

Доктор Мафи вопросительно вскинула бровь.

– А почему нет? У людей есть где лечиться, почему у монстров не должно быть?

Кирс понимала, что вопрос справедливый, но сложно было не думать о том, что монстры сотворили с её миром. О том, как Нью-Йорк распался на тысячи кусочков, насколько сложнее стало в нём жить. Да, конечно, теперь у неё были друзья среди монстров, и она работала с некоторыми. Они все были разными. Однако сложно было избавиться от пылающей ненависти по отношению к тем тварям, которые украли Торру.

– Вы помогаете тем, кто разрушил нашу систему здравоохранения. Не говоря уже о миллионах погибших людей.

– Раз ты работаешь с монстрами, то я полагаю, ты в курсе, что всё не делится так просто на чёрное и белое.

– Нет, – сухо признала Кирс. – Среди людей столько же ужасных, сколько хороших.

– Как и среди монстров. – Доктор Мафи выразительно посмотрела на дверь, за которой, как она очевидно считала, Грейвзу было самое место.

Больше ничего она сказать не успела, потому что упомянутый Грейвз ворвался в кабинет.

– Поговорили?

– Поговорили, – откликнулась доктор Мафи с широкой невинной улыбкой. – Между нами девочками, да, Кирс? – она подмигнула.

Кирс выдавила улыбку.

– Точно.

– Ладушки. Тогда приступим, – сказала доктор Мафи.

Последующий час Кирс сдавала анализы. Как оказалось, нужно было гораздо больше, чем простой мазок из полости рта и тест ДНК. Выяснилось, что ДНК колдунов слишком изворотливая. Что-то связанное с изменениями в протеине или аминокислотах, она точно не поняла. Как-то всё это было связано с генетическими мутациями, и её поверхностное понимание биологии тут никак не помогало.

– Результаты ждать от недели до двух, – сказала доктор Мафи. – Я позвоню вам и расскажу, что удастся разузнать.

Обратно до лимузина они с Грейвзом плелись в тишине. В голове Кирс крутился миллион вопросов, и, хоть предупреждение доктора Мафи звенело в ушах, она не смогла удержаться.

– Так откуда ты знаешь доктора Мафи?

Он вздохнул, но ответил, только когда они сели в лимузин.

– Мы были в отношениях до того, как она получила свою степень.

– Оу, – сказала Кирс. – И что случилось потом?

– Она ушла. – Грейвз снова открыл книгу и словно окаменел. – Они всегда уходят.

Глава 18

– Я пойду потренируюсь, – сказала Кирс, когда они въехали в ведущий к особняку тоннель. – А у тебя какие планы?

Грейвз даже не оторвался от книги.

– А мне надо поработать.

Девушка попыталась заглянуть ему через плечо, но Грейвз отвернул название книги от неё.

– А чем ты занимаешься и зачем вообще работаешь?

– Я торгую самым ценным ресурсом на свете.

Кирс скептически покосилась на монстра.

– Деньгами?

– Знаниями, – он жестом указал на книгу. – И сегодня вечером мне надо кое-что выяснить.

– Ты шпион?

Он рассмеялся с искренним удивлением.

– Уже много лет как нет. – Прежде чем продолжить, он закрыл книгу и повернулся к Кирс. – Моё дело – знать всё что можно обо всех, кто имеет хоть какую-то ценность. С помощью этой информации я добиваюсь желаемых результатов и подталкиваю историю в нужном направлении.

Она поймала его взгляд.

– Звучит как шантаж.

– Иногда и так, – безрадостно согласился он.

– Оу. – Кирс кивнула, будто что-то поняла.

Грейвз оценил её реакцию.

– Вы не выглядите удивлённой.

– А должна? Я зарабатываю воровством. Ты же добиваешься целей с помощью людей и информации.

– Хотите сказать, мы одинаковые?

Она рассмеялась.

– Сомнительно.

– Может, у нас больше общего, чем вам кажется.

Кирс подождала, не скажет ли он чего-то ещё, но Грейвз молчал. Замкнутый круг какой-то. Каждый раз, когда ей казалось, что она вот-вот надломит его броню, колдун осекал её на лету.

Предупреждение доктора Мафи всё ещё звенело в памяти. В планах Кирс оно ничего не меняло. Одна цель, одно задание, которое она непременно выполнит. И тем не менее от этого разговора становилось не по себе. Впервые за много лет она так долго была вдали от друзей и уже чертовски по ним скучала. Скучала по Джен, по Итану, по Кори. Скучала по Колетт, отчитывающей её за то, что поздно возвращалась домой. Скучала по дому.

Когда Джордж наконец остановил машину, Кирс не стала ждать, пока ей откроют дверь, а выскочила из автомобиля сама.

– Удачи с работой, – бросила она Грейвзу, направляясь к лифту.

Поднявшись к спортзалу, она обнаружила там ожидавшего её Эдгара. После, когда он закончил надирать ей зад, у девушки едва хватило сил немного почитать очередную оставленную ей книгу, поедая при этом безупречный ужин, приготовленный Изольдой, а потом просто рухнула на кровать, лицом в подушку.

Следующий день ничем не отличался. Тренировка, чтение, еда, и всё по новой. Мышцы болели, голова трещала, и Кирс начинала подозревать, что Грейвз её просто пытает.

Когда она, сонно щурясь, вошла в спортзал на четвёртый день тренировок, то тут же замерла на месте.

У стенда с оружием, спиной к ней, стоял Грейвз. Его пиджак лежал брошенным на скамейке. Рукава идеальной белой рубашки были на три четверти закатаны и обнажали увитые вытатуированными стеблями предплечья. Рельефные мускулы, заметные под участками чистой кожи, вызвали у Кирс желание нервно сглотнуть. Ей был виден профиль, игра света на острых скулах и волевом подбородке. Словно скульптура эпохи Возрождения сошла с пьедестала.

В животе свернулось что-то очень похожее на вожделение. Пришлось напомнить себе, что у них были сугубо деловые отношения, – и как же ей не понравилось, что такая необходимость вообще возникла.

– Ты что тут делаешь? – спросила она, тоже скидывая куртку и выходя на настил.

Грейвз проследил за ней взглядом.

– Результаты ваших тренировок пока что… неудовлетворительные.

Она моргнула.

– Эдгар сказал, что у меня уже получается лучше.

– Подозреваю, его методы не соответствуют нашему сжатому расписанию. – Грейвз усмехнулся, и её это действительно напугало. – Так что я подумал, что сегодня Эдгара заменю сам.

– Ясно, – сказала она.

В памяти Кирс всё ещё были очень свежи воспоминания о том, как он вывихнул ей плечо и бросил на пол в их первую встречу. При этом даже не вспотев и не помяв костюм.

Грейвз взвесил в руке тренировочное копьё и бросил его девушке. Кирс легко поймала оружие, вес которого уже казался гораздо более привычным.

– Думаю, вам не помешает немного дополнительной мотивации. – Он взял второе копьё и пару раз перекинул его из руки в руку. – За каждое успешное попадание я отвечу на один ваш вопрос.

Она моргнула. Вот это мотивация.

– Любой вопрос?

– Вопрос об этом, – сказал он, доставая плотный белый конверт.

В таких присылают только приглашения на свадьбу или похороны. Ни адреса, ни имени, ни марки. Кирс повертела его в руках и заметила только печать в виде оборачивающейся назад птицы, выдавленную на ярко-алом воске. Его капли были похожи на кровоточащую рану.

– И что это? – спросила она.

– А это уже вопрос, – усмехнулся Грейвз и ступил на настил.

Придушить бы его. Ну конечно же, он превратил все в игру. Ну что ж, ей все равно нужно было тренироваться. Почему бы не провести это время с дополнительной пользой.

– Готовы? – спросил Грейвз, поманив её к себе.

Чёрт.

– Погнали.

– После вас, мисс МакКенна, – дразнящим тоном протянул он.

Кирс кинулась на колдуна с копьём в руке. Грейвз уклонился так легко, словно она едва пошевелилась, и стукнул наконечником по её плечу.

– Придётся стараться получше.

Стиснув зубы, она попыталась сосредоточиться. За плечами было всего три дня тренировок. С Грейвзом ей никак не справиться. Но вот если бы у Кирс получилось успокоиться, заглушить мысли и войти в то состояние, в котором всё превращалось словно в замедленную съёмку, то у неё были бы шансы.

Поймав второе дыхание, она двинулась вперёд, повинуясь отточенным инстинктам. Первый удар Грейвз отразил и тут же сделал свой выпад в её сторону. Наконечник копья сверкнул в поле зрения, и Кирс увернулась, доводя своё тело до предела и замедляя время. Её копьё, в свою очередь, задело рукав белой рубашки.

На лице Грейвза появилось одобрительное выражение.

– Уже лучше, чем вчера. – Подняв конверт, Грейвз протянул ей. – Что касается вашего вопроса…

Кирс взяла конверт и открыла его, найдя внутри плотный картон с золотыми тиснёными буквами:

«Монтрелл и Имани Като имеют честь пригласить вас к себе в особняк на официальное празднование заключения их союза».

Дальше были указаны дата и время, и стояла фраза: «Каждого гостя может сопровождать ещё один человек».

– Это твой тест, – просто сказал Грейвз.

– И что тестируем?

Он снова показал на настил.

– Продолжим?

Кирс тяжело вздохнула. Да уж, придётся нелегко. В то же время он был прав, у неё и правда стало получаться лучше.

Перехватив копьё поудобнее, Кирс отработала выпад, который накануне ей показывал Эдгар. Вышло нелепо и неумело. Грейвз без труда попал по ней и прищурился. Потом попал опять. Чуть-чуть не увернувшись от третьего удара, Кирс едва сдержалась, чтобы не швырнуть оружие на пол. Может, в первый раз ей просто повезло.

Но девушка не собиралась сдаваться.

Когда он атаковал её в следующий раз, Кирс вернулась к старым, заточенным под нож рефлексам и сменила технику, застав Грейвза врасплох ровно на долю секунды. Этого было достаточно, чтобы нанести удар.

Опершись руками о колени, она подняла взгляд на него.

– Так что тестируем?

– Вашу магию. – Грейвз протянул ей бутылку воды, из которой она тут же жадно отхлебнула под его невозмутимым взглядом. – Я уже знаю, что вы можете проходить сквозь печати. Вы через мои ежедневно ходите. – Ей показалось или он звучал немного уязвлённо? – И я знаю, что вы хороший вор. Проникли в мой дом незамеченной, да и о прошлом вашем я разузнал.

Кирс прищурилась.

– И что там, в моем прошлом?

– Вы точно хотите, чтобы я ответил? – спросил Грейвз.

Кирс скрипнула зубами. У неё были вопросы поважнее.

– Нет.

– Мои источники подтвердили, что вы хороши в своей работе.

– Отлично. И что за тест?

Грейвз снова поднял копьё, и Кирс едва не застонала. Они так целый день в спортзале проведут. Впрочем, может, в этом и был весь смысл. Может, он хотел растянуть её тренировки подольше, чтобы она выдохлась и задавала как можно меньше вопросов. А что, хорошая стратегия. Нет, просто прекрасная. Потому что теперь, мать его, она была вдвойне заинтригована.

Когда Кирс наконец заработала ещё одно очко, начинало казаться, что она сейчас упадёт в обморок от приложенных усилий. Впрочем, тот факт, что он даже не запыхался, раздражал куда сильнее.

– Тройной, – начал Грейвз, пока она пыталась дать своему ноющему телу передышку. – Во-первых, проверим, есть ли у ваших сил предел. Во-вторых, посмотрим, как вы справляетесь с большими объёмами магии. В-третьих, узнаем, как вы справитесь с рискованным заданием в жилище других монстров, прежде чем я отправлю вас на Третий Этаж в одиночку.

От такого ответа закружилась голова. И появилось столько вопросов, сколько ответов она точно не могла бы выбить за одну тренировку. Но он уже открыл ей больше, чем Кирс ожидала. Там, куда они пойдут, будут монстры и магия. Другие колдуны, наверное? Она не знала, как относиться к тому, что у её сил может быть предел, но об этом полезно было бы знать.

Теперь ей нужна была та информация, которую он ещё не предоставил.

– Так, значит, мы у них что-то украдём? Это ведь уже завтра вечером, – сказала девушка.

Грейвз вновь поднял копьё.

– Ещё раз?

– Ладно, – пробурчала она.

Но Кирс даже не успела дёрнуться, как Грейвз вдруг оказался у неё за спиной. Его жар прожёг её насквозь, а тело прижалось почти вплотную. Он положил одну ладонь на её копьё, а вторую – на другую её руку. Дыхание Кирс перехватило, тело подводило. Как тут было не отреагировать, когда её касались его руки, а его дыхание щекотало ей шею? Как бы она ни убеждала сама себя в том, что это ничего не значило, её реакция говорила совершенно об обратном.

– Бейте всем весом своего тела, а не одними только руками. – Грейвз направил её в нужную сторону. Сначала Кирс запиналась, сбиваясь из-за его непривычной близости, но потом расслабилась и стала пытаться снова. – Вот так.

Когда Грейвз отпустил её, она тихо выдохнула и встряхнула руки, чтобы вернуть мысли в нужное русло.

На этот раз он не стал ждать от неё подтверждения готовности, а просто рванулся вперёд. Девушка сделала выпад ему навстречу, ровно так, как он показал, а затем второй. Грейвз отбил удар, но в его глазах что-то вспыхнуло. Она быстро училась.

Её руки словно весили по сотне килограмм каждая, но Кирс упрямо продолжала бить и парировать. Наконечник копья Грейвза считанные миллиметры не достал до её лица, но она отбила его в последнюю секунду, развернулась на месте и попала в цель.

– Уже лучше, – кивнул он. – Да, мы обворуем их завтра ночью.

– Чёрт возьми, Грейвз, для этого слишком мало времени, – сказала Кирс. – Всего несколько недель до практически невыполнимой кражи на Третьем Этаже, а я должна провернуть ещё одну завтра? Нереально.

Его это, кажется, не волновало.

– Место мне знакомо, всё необходимое я предоставлю. Но вам нельзя идти внутрь как воровке. Придётся пойти в роли моего… – он сделал паузу, пожирая её глазами. – Питомца.

Кирс не шелохнулась, хоть внутри от этих слов всё вспыхнуло.

– И… что это значит?

Он поманил её к себе и вскинул брови, словно говоря: «Точно хочешь это узнать?»

Рука с копьём задрожала. О да, она бы очень хотела узнать, каково это – быть питомцем Грейвза…

Он сделал первый выпад, она отбила. Удар, блок, удар, блок. Кирс уступала ему в скорости и быстро начала выдыхаться. Вначале она двигалась ещё достаточно резво, но вскоре стала сомневаться, что сможет продолжать в том же духе. Однако ей был нужен этот ответ. Просто необходим.

Со следующим ударом она размахнулась слишком широко, и Грейвз напал с полной скоростью. Кирс даже сообразить не успела, что произошло, настолько чётко выверенными были его движения. А потом он с лёгкостью перекинул её через плечо и бросил на настил. Весь воздух со свистом вышибло из лёгких, и Кирс чуть задохнулась.

Грейвз, следуя инерции, перекатился по настилу и приземлился на колени, склонившись над ней. Лёгкие Кирс горели, и она едва могла дышать, глядя в его серые глаза. На какую-то секунду его взгляд дёрнулся вниз, к её губам, и тут же вернулся обратно. Словно бы он тоже думал о том компрометирующем положении, в котором они оказались… и о том, чем ещё они могли бы в нем заниматься.

– Будете делать всё, что я говорю, – ответил Грейвз несмотря на то, что она проиграла. От этих слов внутри неё что-то сжалось. – Позволите всем вокруг думать, что мы состоим в… – его голос стал совсем вкрадчивым, – интимных отношениях.

Призвав на помощь все годы, проведённые в доме Колетт, Кирс прямо источала очарование.

– Это я могу.

На секунду баланс сил в комнате изменился. Словно в этот момент колдун попался в её ловушку. Девушка воспользовалась тем, что он отвлёкся, и быстро сменила позу, опрокинув противника на спину.

– Я всё-таки в борделе жила, – напомнила она.

– Прекрасно. – Прочистив горло, он поспешно поднялся на ноги. – Нужно будет проявить недюжинный актёрский талант, потому что никто не должен догадаться, что у вас иммунитет к магии. И вам придётся пойти безоружной.

Подняв тренировочные копья с пола, он поставил их на стойку для оружия.

В животе Кирс всё ещё что-то трепетало, но она выдавила из себя:

– В платье можно легко спрятать ножи.

И вот он уже снова смотрел на неё, а она вновь ощущала себя загнанной в ловушку.

– В том платье, что будет на вас, не хватит ткани, чтобы скрыть ни одного ножа.

Глаза Кирс полезли на лоб, а он просто ушёл, не прощаясь.

Очередной вызов.

Ну ничего, она справится так хорошо, что однозначно сотрёт с лица Грейвза его самодовольную усмешку.

Интерлюдия

Долгая рабочая смена в «Завете». Эммалин Мафи обмякла в кресле, сняла светло-голубые очки, в которых просиживала долгие часы за компьютером, и невидящим взглядом уставилась на колбы с кровью неподалёку.

Как же у неё болела голова. Днём она уже выпила травяной настой, а потом ещё и таблетку, когда первый способ не сработал. Обычно и травы прекрасно справлялись, но это был не тот случай. Другой тип головной боли. Не тот, что бывает, когда пялишься в монитор или на нетерпеливых пациентов двенадцать часов подряд. Эта боль началась где-то за глазными яблоками и разливалась вверх по голове. Она возникла, когда Грейвз позвонил и записал на приём свою новую… кем бы она там ни была. Девушку. Любовницу. Ученицу. Эммалин понятия не имела и очень старалась убедить себя в том, что ей это совершенно безразлично. У неё и помимо Грейвза было полно проблем.

И всё же все они исходили от него. Как обычно.

Когда они впервые встретились, воздух был чистым и нежным. Всего за несколько недель до обвала экономики и погружения всего мира в сущий ад. Он был красив тогда и оставался красивым до сих пор. Острые линии и раздражающие привычки. Она знала, что он был опасен. Опасен и могущественен. Именно такие ей и нравились.

Когда дело впервые дошло до постели, Эммалин думала, что сможет его обуздать. Что будет управлять ситуацией. Но этого не случилось. Не было даже шанса. Грейвз никому не позволял себя контролировать. Никому. И она на собственном горьком опыте убедилась в том, что в его пасмурных глазах значила не больше песчинки.

Он отпустил её, как и всех ранее, и дал ей достаточно денег, чтобы пережить худшие дни того шторма, что бушевал вокруг. К счастью, ей оставался лишь год до получения степени, а его деньги позволили ей устроиться на медицинскую практику в «Завет».

Голова начала трещать ещё сильнее. Нужно было выметаться из больницы. Её смена давно уже закончилась. Но Мафи не могла перестать рассматривать кровь Кирс и удивляться.

Она сгрызла ногти под корень. Старая привычка, от которой доктор вроде как избавилась. Но привычки так просто не уходят.

Особенно когда ты знаешь, что должна сделать.

Дрожащей рукой она взяла телефон и нашла контакт, который внесла туда почти ровно два года назад. Король Людовик. Ложное имя, разумеется. Лишь прозвище очередного тирана. Она знала, что имя ненастоящее, когда впервые встретила этого вампира, лидера Доблестных мужей. Эммалин пыталась защитить сообщество от него, когда тот вальяжно вошёл в её кабинет, облачённый в костюм и источая ауру неизмеримой силы. С этой вечной чёртовой золотой брошью у горла – крыльями, пронзёнными стрелой. Символ у Доблестных мужей был таким же абсурдным, как и вся их миссия. Всё в итоге сводилось к восстановлению господства монстров над миром.

И она попала к нему в немилость. За одну лишь встречу он повязал её по рукам и ногам посредством шантажа и страха. Она и не надеялась, что он когда-нибудь выпустит её на свободу. Уж точно не сегодня.

Набрав сообщение, Эммалин стала ждать.

«Кажется, что-то есть».

Ответ пришёл почти мгновенно.

«Соответствие?»

Она покачала головой. Это вряд ли. Мафи и сама не знала, что она нашла, и ненавидела себя за то, что вообще отправила это сообщение. Кирс была всего лишь пешкой в этой игре. Как и сама Эммалин. Но Грейвз привёл её не просто так. Колдунья она или нет, это было неважно. Что-то в ней было особенное. Грейвз всегда связывался только с особенными.

Эммалин пыталась отговорить Кирс. Пыталась сказать ей, что не стоит сдавать эти анализы. «Конфиденциальность», – сказала она. Да, Грейвз увидит результаты, но не только он. Их увидит Эммалин, а она слишком многим обязана Людовику, чтобы хранить от него секреты. Конечно, доктору не хотелось этого делать, но какой у неё был выбор?

«Возможно. Мне нужно время, чтобы определить, подойдёт ли вам».

Она сглотнула. Терпением он никогда не отличался.

«Пришлю кого-нибудь за тем, что у вас есть. Оставьте себе достаточно, чтобы провести исследования. Рассчитываю на вас, Эммалин».

Эммалин поёжилась. Подумала о том, чтобы уничтожить образец крови и всю информацию о девчонке. Так было бы безопаснее. Но тогда убьют её саму, а Эммалин очень хотела жить.

Это делало из неё трусиху, да, но она упаковала образец, поместила его в холодильник на хранение и с тяжёлым сердцем вернулась к работе.

Часть III

Иммунитет

Глава 19

По правде сказать, Кирс бы обошлась и без выездного салона красоты, но Изольда настояла на том, что встречают всегда по одёжке. Не просто так же Грейвз нанял целую команду людей, чтобы побрить, выщипать и размять её кожу до идеала. К концу процедур она была мягкой и нежной, как новорожденный младенец. Даже её ладони, которые девушка абсолютно убила на занятиях с Эдгаром, теперь были гладкими, как новые. Точно магия. Волосы её обрели резкий, чёткий пробор посередине и были гладко убраны в низкий пучок. От макияжа захватывало дыхание. Множество слоёв контурирования лица одновременно и скрывали её природные черты, и подчёркивали их. Она была лишь полотном для художников.

Под конец появилась Изольда с платьем. Если это вообще можно было назвать таковым. Неудивительно, что Грейвз забраковал идею с оружием.

И всё же Кирс его надела, накинув сверху толстую куртку. В дополнение к наряду прилагался чёрный блестящий клатч и десятисантиметровые каблуки, которые она мгновенно прокляла, спускаясь по лестнице. Не хватало только подвески с крапивником, которую Изольда настойчиво порекомендовала оставить. Без её успокаивающего веса на груди Кирс уже чувствовала себя потерянно.

Она закуталась в меховую куртку. Спасибо Изольде за дальновидность. Метель на улице, может, и успокоилась, но снаружи всё ещё было невероятно холодно.

Дойдя до лестничного пролёта на втором этаже, Кирс заметила свет в комнате в конце коридора. Когда девушка изучала дом, то заметила, что Эдгар и Изольда этой части здания уважительно избегали, это намекало на то, что там были личные покои Грейвза. Как бы ей ни было любопытно посмотреть, что скрывалось внутри, Кирс не собиралась вторгаться в его личное пространство.

Не задумываясь, она подошла к пятну света и постучала в дверь. На той стороне всё замерло. Словно Грейвз даже дышать перестал от этого стука.

Она прокашлялась.

– Грейвз? Мы скоро едем?

Прошла секунда, другая, а потом дверь внезапно распахнулась. Её сердце пропустило удар при виде него. Кирс знала, что при всей его колючести, он был очень даже красив, но полностью чёрный костюм делал из Грейвза произведение искусства. Он натянул на длинные сильные пальцы перчатки, и она успела заметить край татуировки на его запястье.

– Мисс МакКенна, – сказал он. Девушка едва успела заметить за его спиной кабинет, прежде чем монстр плотно закрыл за собой дверь. – Как раз собирался за вами зайти. Джордж отъехал ненадолго. С минуты на минуту вернётся и отвезёт нас в аэропорт.

Кирс отшатнулась, ошарашенная его словами.

– В аэропорт?

Колдун достал из кармана пиджака вибрирующий телефон.

– А вот и он.

Грейвз предложил ей руку. Дружелюбный жест, но внутри у неё все сжалось. Он не говорил, что на эту вечеринку им придется добираться по воздуху. Она никогда раньше не летала на самолётах.

Незадолго до начала войны три главных авиакомпании страны слились в единую монополию, не встретив никакого сопротивления со стороны государства. Они устанавливали цены и методично вычищали всех мелких конкурентов. А на время десятилетней войны все их самолёты оказались прикованы к земле. Транспортное сообщение между городами было сильно ограничено. Междугородние, а уж тем более международные перелёты были чем-то неслыханным. Только в последние три года люди снова понемногу начали путешествовать, и в Нью-Йорк хлынули богатые туристы. Где-то там, снаружи, был целый мир, и теперь… он казался реальностью.

Девушка подхватила Грейвза под локоть и позволила проводить себя в гараж, где их и правда ждал Джордж. Вместо лимузина он сегодня был за рулём более практичного чёрного кроссовера с тонированными окнами.

– Держите, – сказал Грейвз.

Она переключила внимание на него и обнаружила в руках колдуна потрёпанную маленькую книгу в коричневой кожаной обложке.

– Для вас захватил.

– Новое домашнее задание? – Она с облегчением взяла книгу в руки.

– Предыдущую вы уже дочитали.

Девушка проглядела страницы. Их края были вытерты многократным перелистыванием и почти что рассыпались. Переплёт едва удерживал хлипкую книжонку.

– Почему выбрал именно её?

– Вы любите крапивников, а в этой книге находится одна из лучших историй о них.

Книга сама собой раскрылась на месте наибольшего излома, словно эту историю кто-то перечитывал раз за разом.

– «Дубовый и Остролистный Короли».

Грейвз ничего не сказал. Ладно крапивники. Она любила свою подвеску. Но остролист всегда был его символом. Он был на всём, что принадлежало Грейвзу, вплетён в его печати, да у него даже библиотека так называлась.

Девушка с лёгкой улыбкой поймала взгляд колдуна.

– Спасибо.

– Как дочитаете, поделитесь со мной своими мыслями.

Кирс кивнула и сразу приступила к чтению. Джордж очень плавно довёз их до аэропорта Кеннеди, где выехал прямо на лётное поле и остановился перед одним из самолётов.

– Ты уверен, что нам нужно лететь? – спросила Кирс, глядя на гигантское нечто над собой.

Грейвз переключил внимание на неё.

– У нас мало времени. Как нам ещё добраться до Чикаго?

На это у неё ответа не нашлось. Как же Кирс не нравилось то, что он заметил в ней искру испуга.

– Вы никогда не летали, – понимающе сказал колдун.

– Нет, – раздраженно ответила она. – Когда я должна была летать?

Он пожал плечами.

– До появления монстров. – Грейвз положил руку ей на спину, и его тепло просочилось даже сквозь меховую куртку. Это прикосновение успокоило девушку сильнее, чем она была готова признать. – Всё будет в порядке. Я держал пилота при деле ещё до катастрофы. Лететь безопаснее, чем ехать на машине, уверяю вас.

Подали трап.

– А как же снег? – спросила она, ища любое оправдание.

Грейвз медленно окинул её взглядом.

– Полосу расчистили. Да и снегопад закончился, но если снова начнётся, то самолёты могут летать и в снегопад. Разве стал бы я поднимать вас в небо, если бы думал, что нам угрожает опасность?

Насчёт своей безопасности она, может, и сомневалась, но он вряд ли бы стал рисковать собой.

– Нет.

– Верно. Не стал бы.

– Но…

– Всё будет хорошо, Крапивник, – сказал он мягко, но чётко, и это слово подействовало на неё не хуже гипноза.

Девушка поймала его стальной взгляд. В глазах колдуна мерцала уверенность, и Кирс черпала из неё силу. Он никогда раньше не звал её Крапивником, и ей такое обращение понравилось. Может, даже чересчур. По имени Грейвз её тоже никогда не называл, только Мисс МакКенна. А теперь вот… Крапивник. Всё это лишь сказки и мифы, но, когда он звал её так, всё вставало на свои места. Волнение улеглось.

Очевидно, он это заметил, потому что тут же кивнул.

– Вот и хорошо. Идём.

Они вышли из машины вместе, и она возблагодарила капюшон и высокий воротник за защиту от колючего холода. Грейвз, поторапливая, пропустил девушку вперёд по ступенькам. Балансируя на каблуках, она очень осторожно наступала на каждую и была крайне рада оказаться в тепле, зайдя внутрь самолёта. Раньше ей доводилось видеть только изображения коммерческих лайнеров с множеством маленьких сидений, но это был личный самолёт с роскошными диванами и баром. Красивый, современный и невероятно привлекательный.

– Садитесь куда хотите, пока мы готовимся к взлёту, – сказал Грейвз, заходя следом.

Кирс уселась на один из диванов, нервно подёргивая ногой.

– И что, даже без стюардессы?

– Если вы ещё не заметили, я не очень люблю людей.

– Заметила, – согласилась она.

Грейвз устроился поудобнее в соседнем кресле.

– Нужно обсудить последние штрихи.

– Это какие?

– Те, до которых мы не дошли во время тренировки. – Их взгляды встретились, и она тут же вспомнила, насколько близко друг к другу они оказались во время того занятия.

– Не мог просто сразу мне всё тогда рассказать?

– Мог, но вы задавали другие вопросы.

Она фыркнула.

– Ну ладно. Выкладывай.

– Имани и Монтрелл тоже колдуны.

– Об этом я догадалась, – кивнула Кирс. – Из того, что ты успел мне рассказать.

Он в ответ улыбнулся искренней тёплой улыбкой. Словно она начала нравиться ему сильнее за то, что сама отыскивала нужную информацию в его намёках.

– Это хорошо. Значит, вы выбрали правильные вопросы.

– Да, но раз теперь мне не надо драться за ответы, то скажи, почему мы вламываемся на территорию монстров, чтобы что-то у них украсть?

– Во-первых, мы не вламываемся, нас пригласили. Во-вторых, вы же уже вломились ко мне в дом.

– Я тогда думала, что ты человек, – возразила девушка.

Он усмехнулся.

– Да ладно?

Как будто это так сложно было представить.

– Ну, теперь-то я вижу, что ты чистый монстр. – Грейвз поджал губы и промолчал, но она продолжила расспрашивать: – Расскажи обо всём по порядку. Если мне предстоит нарушить Соглашение…

– Опять, – подсказал он.

– То мне нужно больше информации.

– Мы с Имани и Монтреллом знакомы очень давно.

– Что можешь рассказать об их силах?

– Имани исполняет желания. Она заточила свои способности так, что теперь может наделять определённые вещества этой силой, правда, как правило, только для исполнения очень конкретных намерений. Это называется порошком желаний.

– Звучит мощно и немного жутко.

– Ничего жуткого, по крайней мере не в той форме, в которой этой силой она пользуется… теперь.

Его глаза чуть помутнели, словно Грейвз вспоминал те времена, когда её силы применялись в гораздо менее благих целях.

– Обычно она занимается желаниями… сексуального характера. Сам порошок не опасен. Это не наркотик, хотя эффект чем-то похож. От сексуального желания нельзя получить передозировку.

– Так, значит, сексуальные желания. А это разве не сродни… изнасилованию?

В животе что-то свернулось от этих слов. Звучало как что-то, что может быстро начать приносить проблемы. Впрочем, так звучало большинство вещей.

– Отнюдь. Она очень внимательно выбирает те желания, которые исполняет. Нельзя просто попросить что-то, что причинит вред другому, и ждать, что она это выполнит. Так не работает.

– Ладно. Я не знаю, как работает магия. Но если я её встречу, то хочу быть готова ко всему.

– У её магии есть правила. Все присутствующие на вечеринке дали своё согласие, и желания исполняются только при полной добровольности участвующих. Если кто-то хочет определённого вида секса, то он получит его от того, кто хочет заняться именно таким. Это не шведский стол.

Потребовались неимоверные усилия, чтобы продолжить смотреть ему в глаза.

– Поняла. Значит, у меня проблем возникнуть не должно. Если я ничего не пожелаю, то ничего и не произойдёт.

Его взгляд метнулся к её губам и тут же обратно.

– У вас иммунитет к её магии. Можете вообще не волноваться.

– Только если мои силы не достигнут предела, – возразила девушка.

– Я буду рядом, – успокаивающе откликнулся он.

– А что можешь сказать про её мужа?

Кулаки Грейвза на секунду сжались, но потом расслабились.

– У Монтрелла несколько способностей попроще, главным образом идеальная память.

– Так, значит, он слабее тебя?

Грейвз фыркнул, и его эго разрослось, заполняя собой всю кабину.

– Равных мне по силе нет.

И это были не просто слова – это был факт.

Кирс покосилась на книгу, лежащую у неё на коленях.

– И много ли ты знаешь о том, что нам предстоит украсть?

– Много. Нам нужна стопка писем. У меня есть чертежи дома, и я могу показать вам, где они, скорее всего, находятся.

Звучало более чем удовлетворительно. Она и с меньшим количеством материала успешные дела проворачивала. Оставалось лишь надеяться, что всё и правда будет так просто, как описывает Грейвз. Ей снова предстояло красть у монстров, а прошлый раз прошёл, мягко говоря, не совсем по плану. Если не сработает, она подпадёт под действие Соглашения. Грейвз, может, и всемогущий, но это вряд ли помешает чете Като её прикончить.

– А что в письмах? – спросила Кирс. – Они помогут нам найти копьё?

– После выполнения этой задачи мне станет гораздо понятнее, как подступиться к копью.

– Хорошо, – ответила Кирс. Его ответ звучал как-то странно, но в то же время было логично, что он хотел её проверить. Если это как-то поможет им с копьём, тем лучше. – Покажи чертежи.

К тому времени, как они поднялись на достаточную высоту, она уже вовсю изучала новые сведения. Это расслабляло, но до конца Кирс о своих страхах так и не забыла, да и подсознание вечно напоминало девушке, что она собиралась зайти на территорию врага в платьице толщиной с пергамент, с двумя хищниками впереди и одним – прямо за спиной.

Глава 20

Спустя два часа и одно отвратительно трясучее приземление они оказались в Чикаго, на западном берегу озера Мичиган. Грейвз весь полет читал роман. У Кирс на коленях лежала та книга, что он ей дал. А теперь они были на земле и ехали на север в креслах ещё одного кроссовера, и по её венам гулял адреналин.

Ещё через двадцать минут они въехали на длинную лесистую аллею, по которой бесконечно поднимались вверх, пока в поле зрения не показался огромный стеклянный дом. Он был завораживающим и совершенно непрактичным. Благодаря подготовке Кирс знала, как дом выглядит, но даже не осознавала, как внушительно здание будет смотреться вживую.

Стоящий на холме особняк казался по крайней мере в два раза больше дома Грейвза, и множество комнат в нем просматривались насквозь. Она видела, как люди ходят внутри, танцуют и общаются. Если бы девушка не знала, что многие комнаты обшиты панелями, то всерьёз бы озадачилась вопросом личного пространства. Но открыты чужим глазам были только общие жилые помещения, что было ей весьма на руку.

Кроссовер остановился у огромного круглого въезда. Грейвз вышел первым и подал Кирс руку. Потом притянул к себе, положив ладонь ей на талию. Собственнически и заманчиво.

Кирс поёжилась, когда он прошептал ей на ухо:

– Помни свою роль.

Она и не забывала.

– Знаю.

Грейвз больше ничего не сказал до самых дверей. Да и что ещё тут скажешь, когда со всех сторон – глаза и уши.

У входа гостей поприветствовал швейцар. Они даже не успели постучать.

– Ваше приглашение, пожалуйста.

Грейвз достал открытку из кармана и протянул ему.

– Имя?

Грейвз только улыбнулся. Опасной улыбкой. Швейцар бросил на него лишь один взгляд и издал тихий, неразборчивый звук, после чего шагнул назад и вернул приглашение.

– Сюда, пожалуйста, – дрожащим тоном сказал он, придерживая дверь.

И они вошли внутрь. В задней части зала рос огромный дуб, подпирающий потолок, а свисающие люстры изливали на гостей мерцающий свет. Пары извивались в танце в угоду хозяевам, словно зачарованные феями из сказок. Монтрелл и Имани стояли под деревом, обозревая вечеринку, подобно средневековым монархам. Монтрелл был побрит под ноль, с пухлыми губами и уникальной сияющей кожей, подобной блестящим чёрным берегам Гавайев. Он был обнажён по пояс, облаченный только в свободные белые хлопковые штаны. Волосы Имани также были сбриты, а её смуглая кожа блестела россыпью золотой пудры. Тонкая, с маленькой грудью и узкими бёдрами, скрытыми под длинной белой полупрозрачной накидкой, она держалась подобно богине, так что Кирс даже начала сомневаться, не настоящие ли перед ней король и королева.

– Вы пялитесь, – заметил Грейвз.

– А как иначе? Ты меня не предупреждал, что они оба такие красивые.

– Оба?

Она кивнула.

– А ты так не думаешь?

Его взгляд обжигал, но Кирс не могла отвести глаз от пары на возвышении.

– Когда-то думал.

Секреты, секреты.

– Позвольте вашу куртку? – словно из ниоткуда перед ними появилась женщина.

Грейвз поднял руку:

– Мою оставьте.

Её выход. Коротко вздохнув и стараясь не привлекать внимания к собственному дискомфорту, Кирс скинула с себя тёплую куртку.

На секунду время словно бы замедлилось. Вся комната затаила дыхание, а взгляды обратились к ней. К ней и к каждому сантиметру её обнажённой кожи.

Кирс была облачена в цельное платье из прозрачной чёрной паутинки. Вырез опускался глубоко вниз промеж её грудей, где череда сверкающих бриллиантов скрывала из виду соски. Такой же бриллиантовый узор пересекал низ живота и опускался ниже, прикрывая… ну хоть что-то. Вместо лифа на ней была тонкая полоска из чёрного кружева, которая едва ли закрывала больше, чем бриллианты. Рукавов не было, и ничто не скрывало её обнажённые руки. Хотя ткань и спадала на пол, подобно бальному платью, каждая часть её тела оказалась выставлена напоказ.

Услышав ещё один тихий вздох, Кирс отвела взгляд от Монтрелла и Имани, которые явно наслаждались зрелищем, и перевела его на Грейвза. Тот стоял, замерев, даже более неподвижный, чем обычно. Словно хищник, затаившийся перед прыжком на добычу. Расширенные зрачки, чуть приоткрытые чувственные губы, нахмуренные брови. В этом выражении читался не интерес, а желание заявить, что девушка принадлежит ему.

По позвоночнику пробежал холодок и рассыпался мурашками по обнажённой коже. Этот взгляд её обезоружил. Ощущение, что это на ней он так сосредоточен, что это ради него она здесь и одета именно так. Сама девушка уже какое-то время вальсировала вокруг да около своего интереса к Грейвзу, но его становилось всё сложнее скрывать, когда колдун держал её за руку, когда его дыхание щекотало шею, когда он прижался к ней тогда на тренировке. И всё же обычно он быстро отступал. Здесь же Грейвз остался рядом, и вид этого желания, так чётко написанного на его лице, зажёг все её тело огнём страсти. Она не знала, было ли её влечение так же очевидно. Девушке не хотелось близких отношений, но она была не против быть его… питомцем.

Возбуждение натянулось между ними плотной струной, и она с усилием сглотнула. Потом эротично приоткрыла алые губки и резко прижалась к нему всем телом. Его руки снова обвили её талию, спустились ниже, ещё ниже, схватили за задницу. Из горла девушки вырвался тихий стон.

На долю секунды Грейвз словно перестал дышать.

– Готов? – промурлыкала она самым соблазнительным тоном, какой только могла изобразить.

Сжав в руках её ягодицы, он притянул девушку чуть сильнее к себе.

– Более чем.

Граница между реальностью и спектаклем начала стираться.

– Представить вас? – спросил он.

– Разумеется.

Глава 21

Монтрелл и Имани ждали их у корней огромного дуба.

– Ну надо же, – произнесла Имани. – Вот уж не ожидала снова увидеть тебя.

– Имани, – сказал Грейвз с коротким кивком и повернулся к её мужу. – Монтрелл.

Монтрелл прищурился и поджал губы.

– Давно не виделись.

– Пятьдесят лет, – сказала Имани. – А не разговаривали мы уже сто пятьдесят.

Кирс вздрогнула. Сто пятьдесят? Это насколько же Грейвз стар? Он говорил, что живёт уже очень долго, но она как-то не задумывалась над тем, что это значило. Над тем, что он может выглядеть на двадцать, живя при этом уже сотни лет.

– И то верно, – ответил Грейвз. – Достаточно времени, чтобы помириться. В конце концов, это благодаря мне вы познакомились.

– Помириться? – процедил Монтрелл сквозь зубы. – После того, как ты…

– Милый, – проворковала Имани. – Брось.

Монтрелл отступил и вскинул подбородок.

– Кто твоя спутница?

Резкий вопрос. Можно было бы даже подумать, что его задаёт обманутый друг. Это бы объяснило и остальное поведение. Грейвз и правда умолчал о самых важных деталях этой вечеринки.

– Позвольте представить – Крапивник, – сказал Грейвз, притягивая её ближе.

Кирс нервно сглотнула. Они договорились, что при других колдунах не будут использовать её настоящее имя, но и… это она не выбирала.

Монтрелл широко распахнул глаза.

– Правда, что ли? Крапивник?

Грейвз кивнул, и между ними двумя возникло некое понимание. Что-то, о чём Кирс было неведомо.

– Так, значит, она твоя, – процедил Монтрелл сквозь зубы.

– Моя, – согласился Грейвз, и звучало это как подтверждение сделки.

– Обычная девушка? – спросила Имани, словно бы не заметив подтекста.

Грейвз негромко хмыкнул.

– А я-то думал, ты меня знаешь.

Монтрелл фыркнул.

– Не в его стиле. Любовница.

– Куколка, – согласилась Имани. – Красивая и хрупкая.

– Так и повторяешь одну и ту же историю, – подколол Монтрелл.

Имани цыкнула.

– На пару перепихонов сойдёт?

Кирс попыталась не оскалиться. Именно так все эти люди и должны были её воспринимать, но это ещё не значит, что ей нравилось слышать подобное.

– Может, на большее его и не хватит, – вырвалось у неё.

Грейвз с силой сжал пальцы на её талии. Предупреждение.

Монтрелл засмеялся.

– А она кусается. Отлично. Дольше протянет.

– Поражаюсь, что ты разрешаешь ей так разговаривать, – сказала Имани, изящно сходя с возвышения.

Чем ближе она подходила, тем жарче становилось. Словно Имани горела изнутри. Интересно, подойди Кирс ближе, почувствовала бы она такое же тепло и от Монтрелла? Тот же жар, что она всегда ассоциировала с колдуном, который сейчас прижимал её к себе. Пусть они и были похожи, у Имани жар был не такой сильный, не такой всепоглощающий.

– Она новенькая, – пожал плечами Грейвз, словно это всё объясняло.

– И что ты в ней прочитал? – спросила Имани, вскинув бровь.

Прочитал? Это ещё что значит?

– Ты же знаешь, что я личные детали не раскрываю, – осторожно ответил Грейвз.

– Ну же, дорогой. Сними перчатки, дай посмотреть.

Грейвз смерил её скучающим взглядом.

– Тебе разве недостаточно того, что даёт эта вечеринка и твой чудесный муж?

Глаза Имани метнулись к Монтреллу и тут же обратно, словно Грейвз вывел её из равновесия.

– Ну, конечно же.

Значит, в перчатках был какой-то смысл. Кирс так и думала. Но не то чтобы стало понятнее, какой именно.

– Зачем ты здесь на самом деле? – требовательно спросил Монтрелл, возвышаясь над ними. – Явно же не затем, чтобы похвастаться своей новой игрушкой.

– Я получил приглашение, – холодно ответил Грейвз.

– Простая формальность, – отбрил Монтрелл. – И ты это прекрасно знаешь.

– И что, я не могу захотеть вас проведать?

– Ты не любишь людей, – сказала Имани. – И должен был догадаться, что мы спросим.

Грейвз вздохнул.

– Ну, у меня к вам есть одно дело.

У Монтрелла вырвался громкий смешок.

– Вот оно что. Дело. И почему я не удивлён?

Грейвз отвлёкся от внушительной парочки, чтобы посмотреть на Кирс. Его взгляд задержался на её груди, прежде чем подняться и остановиться на тёмных глазах. Девушка прикусила губу, сердце забилось сильнее.

– Как насчёт того, чтобы раздобыть нам пунша? – предложил он.

К магии Имани у неё был иммунитет, но Грейвз предупредил девушку, что пунш ни в коем случае пить нельзя. Он был пропитан чарами Имани, и ещё не факт, что только ими. Кирс однажды пробовала запрещенные вещества в «Пяти углах», и Нейту пришлось спасать её от самой себя. Повторять тот опыт совершенно не хотелось.

Она надулась.

– Но я не хочу тебя оставлять.

Грейвз прищурился.

– Взрослым надо поговорить.

В её глазах вспыхнул огонь. Злость и возмущение в ответ на такой комментарий. Но потом он наклонился к ней, и все связные мысли скоропостижно покинули Кирс. На долю секунды показалось, что сейчас он её поцелует. Она к этому готовилась, но почему-то оказалась совершенно не готова. В последний момент Грейвз свернул к её шее, задержавшись губами над бьющейся жилкой. Девушка сглотнула и качнулась в его сторону. Поцелуй был легким, почти невесомым, но при этом таким значительным.

Он задел кончиком носа мочку её уха, и Кирс поёжилась.

– Пунш.

– Ага. Пунш, – тяжело сглотнув, закивала она.

Отстраняться от него было почти физически больно, но девушка сделала шаг назад. Ковыляя прочь, Кирс слышала, как хмыкнула Имани, но ей было наплевать, что там о ней думали. Все её мысли занимал пунш. Ей нужен был пунш, чтобы потушить этот огонь внутри.

Впрочем, стоило ей исчезнуть из поля зрения колдунов, как Кирс встряхнулась, отгоняя от себя чары Грейвза и то, что они в ней зажгли. К магии у неё был иммунитет, а вот к нему, очевидно, нет.

Выйдя в соседнюю комнату, Кирс сбросила маску. На лице появилась привычная воровская улыбка.

– За работу, – прошептала она.

Глава 22

Свою задачу она знала. Украсть документы и свалить. Вот её миссия. Всё остальное второстепенно.

Пройдя мимо бара, она воспроизвела в памяти карту дома, чтобы сориентироваться. Грейвз не ждал, что она вернётся сию минуту. Он отвлекал Имани и Монтрелла, давая ей время на работу. Старое, знакомое чувство зазвенело в руках и ногах. Она попыталась сдержать улыбку. Девушке всё ещё надо было изображать игрушку Грейвза на случай, если её кто-то заметит. Но было так приятно снова прибегнуть к своим талантам. Что тут скажешь? Ей нравилось воровать.

Кирс осторожно исследовала стеклянные комнаты. К счастью, все остальные гости уже напились пунша и пьяно шатались. Она прошла мимо парочки, занимающейся сексом в не-таком-уж-укромном уголке, а потом заглянула в комнату, где обнаружилась полноценная оргия. Уж на что Кирс не была монашкой, но увиденное даже её заставило покраснеть. Крепкий же должен был быть волшебный порошок в этом пунше. В конце концов она добралась до тех комнат, где располагались личные покои Монтрелла и Имани. Самая дальняя комната была их спальней, но по бокам от неё располагались ещё два помещения. Благодаря чертежам Кирс знала, что там находятся кабинеты. Осторожно покосившись на пьяных людей в конце коридора, она вынула шпильку из волос и быстро справилась с замком на двери слева. Открывая её, Кирс никак не ожидала того, что найдёт внутри.

Ящики.

Колонны ящиков, до самого потолка.

Что это, чёрт возьми, такое? Впрочем, пришла она не за этим. Дважды проверив, что все чисто, Кирс аккуратно заперла за собой дверь. Времени оставалось всё меньше. Она пересекла коридор, задаваясь вопросом, аналогичная ли картина ждёт её в комнате напротив, но, как только она открыла замок, толпа хлынула в её сторону. Теперь, у всех на виду, воровка не могла не то что проверить комнату, но даже снова запереть её.

Так что девушка прикинулась своей и затерялась в толпе. Добравшись до бара, она взяла два бокала с пуншем и продефилировала обратно к Грейвзу.

Он стоял с Имани и Монтреллом, но пространства между ними стало меньше. Словно они подошли ближе. Как мошки подлетают к огню. Никто из них не обратил внимания, когда она снова появилась возле колдуна.

– А с Кингстоном что? – прошипел Монтрелл.

– Оставьте его мне, – сказал Грейвз.

– Уверен, что провернёшь такое у него под носом? – спросила Имани.

– Если кто и может, то это Грейвз, – сказал Монтрелл. В его глазах плескалась ярость.

Кирс наклонилась вперёд, расплёскивая пунш, словно бы уже хорошо приняла, и хихикнула.

– Потанцуй со мной.

Имани усмехнулась Грейвзу.

– Ну как тут отказать?

Грейвз взял у неё бокалы и поставил их на ближайший столик.

– Отказать ей я не могу ни в чем.

Он взял Кирс за руку и повел прочь от деловых разговоров. Ей стало интересно, касалось ли это как-то ящиков. Так и хотелось ему рассказать, но не при таком количестве людей вокруг и не в то время, когда Имани с Монтреллом и так относились к их визиту с подозрением. Нужно было играть роль. Так что она дала ему притянуть себя ближе, где-то на краю общей толпы. Она даже не была уверена, что Грейвз станет танцевать. Не тот типаж. Он вечно стоял как столб, с книжкой в руке. Но на этот раз колдун её удивил.

Кирс качнула бёдрами в такт музыке. Его облачённые в гладкую кожу ладони спустились по её обнажённым рукам. Потом, схватив её ладонь, он закрутил партнершу, разворачивая спиной к себе. Девушка продолжила двигаться, словно такая близость была для них обычным делом. Его глаза спустились с её талии на бедра, наслаждаясь каждым изгибом под прозрачной тканью.

Всё это было лишь игрой. Просчитанной, жестокой игрой. И тем не менее когда он настойчиво прижался к ней бёдрами, то, что она с ним творила, было вполне реальным и очевидным. Она ахнула. Мускулы напряглись. Она его возбуждала. И, о боже, как же сильно он возбуждал её в ответ. Вскинув руки над головой, она провокационно и абсолютно бесстыже изогнулась ему навстречу. Раз, по легенде, они спят, значит, её совершенно не должен удивлять его стояк, вжимающийся ей в зад. Он должен её радовать.

– Крапивник, – прорычал он ей на ухо.

– М-м-м, – промурлыкала она. Один только звук этого слова вернул мир с головы на ноги.

– Ты что, пила пунш?

Она медленно развернулась к нему лицом, не разрывая контакта между их телами. Закинув руку ему на шею, девушка зарылась пальцами в кончики иссиня-черных волос.

– Я сделала всё так, как ты сказал.

Это звучало очень соблазнительно. Словно она всегда следовала его приказам.

Грейвз заглянул ей в глаза, ища признаки опьянения, но она была абсолютно трезва. И вообще у неё был иммунитет. С чего бы ему думать иначе?

– И что, вправду сделаешь всё, что я тебе скажу?

Она чуть было не замерла, но тут же вспомнила, где они находятся и как всё это важно. Она была в его руках. Он наверняка специально дразнил её. Почему бы не ответить тем же. Она провела кроваво-красными ноготками по его шее и вниз по груди. Схватила за галстук, притянула к себе. Завораживающие глаза цвета шторма искали в ней ответы, которых явно не находили.

– Всё, и даже больше, – поддразнила она, подмигивая.

Он прочистил горло, и она почувствовала, как колдун почти невольно прижимается ближе.

– Тогда, может, стоит проверить, к чему это приведёт.

Грейвз взял её за руку и вышел из главной залы, не сводя с девушки глаз. Пока они удалялись от Имани и Монтрелла, её сердце громыхало где-то в ушах. Она была его игрушкой. Это нормально. Но это не было игрой. Не полностью. Её желание, едва сдерживаемое тонким клочком нижнего белья, уж точно не было.

Выскользнув в коридор, ведущий к кабинетам, он выдохнул ей на ухо:

– Какая дверь?

Кирс резко пришла в себя. Работа. Просто работа. Они пришли что-то украсть.

– Правая, – немедленно ответила она. – Я её уже открыла. Слева просто гора коробок.

Он кивнул, останавливаясь перед местом назначения.

– У нас зрители, – тихо прошептал он. А потом резко прижал Кирс к стене, накрыв её тело своим. Из её горла вырвался резкий вздох. Девушка чувствовала крепкие линии его тела, ощущала проникающий в неё огонь его жара. Зрители. Значит, нельзя было давать никаких подозрений, что они уединяются в комнате по какой-то иной причине, кроме желания перепихнуться. Грейвз уткнулся лицом в её шею. Его дыхание обжигало кожу. Её пальцы вцепились в воротник его пиджака, когда он соблазнительно и развязно запрокинул её голову назад.

– Что ты такое? – низко прорычал он, обхватывая её рукой за талию. – Сирена, ведущая меня к погибели?

Она вздрогнула от его слов. Они были настоящими.

– А получается?

Вместо ответа он дёрнул ручку и открыл дверь, наклоняя голову в сторону. Она проскользнула в тёмную комнату, и замок щёлкнул за его спиной.

– Вот мы и здесь.

Грейвз кивнул. Они были в кабинете, а точнее, кабинете Имани, и именно это им и было нужно.

– Приступай. Я посторожу дверь.

Кирс задавила в себе все бурлящие чувства и принялась за работу, прочёсывая имущество Имани, осторожно и тщательно. Спустя минуту она спросила:

– Чувствуешь что-нибудь? Какую-нибудь магию, которая бы указала на письма?

– Нет. Весь дом полон магии. Она повсюду.

– Спасибо за помощь.

Переместившись к книжным стеллажам, Кирс стала перебирать книги, надеясь найти среди них полую, но тут Грейвз тихо выругался. За секунду он оказался перед ней. Девушка непонимающе посмотрела на колдуна, но он лишь дёрнул её к себе. Её рот слегка приоткрылся от удивления такой резкой переменой. Время замедлилось, прямо как во время драки. А потом Грейвз набросился на неё.

После первого же прикосновения губ она потеряла контроль. Поцелуй не был ни нежным, ни согревающим. Он даже не был особо интимным. Он был собственническим, требовательным и до боли доминантным. Он словно говорил: «Моя, моя, моя». Этот поцелуй был пробуждением, словно всех до него попросту не существовало. Вообще ничего не существовало ни до, ни после этого момента. Это была вечность. Он вжал её спиной в стеллаж, безжалостно игнорируя корешки книг. Его ладони обрамляли её лицо, словно он держал одно из своих бесценных сокровищ. Его рот подчинял её себе, заставляя разжать губы, сплетаясь языками.

И в этот момент дверь распахнулась.

Глава 23

Кто-то откашлялся.

– Простите, что отвлекаю.

Грейвз продолжил целовать её ещё секунду, прежде чем отстранился и провёл большим пальцем по распухшей губе Кирс. Почти нежно. Затем он развернулся к стоящей в дверях Имани.

– Мы заняты.

Судя по лицу Имани, именно это она и ожидала здесь увидеть.

– Могу я предложить вам спальню на втором этаже?

– Ты же знаешь, я люблю книги.

В её взгляде мелькнуло что-то мрачное.

– Да уж, знаю. Но это мой личный кабинет. Гостям вход воспрещён.

– Что же, Крапивник, пошли тогда, – сказал Грейвз, протягивая ей руку.

Кирс позволила ему увести себя из комнаты. Имани не сводила с них глаз всю дорогу. Как бы старательно они ни играли свои роли, это явно не помогало. Когда они вышли, Имани закрыла дверь на замок. Обратно было не попасть, по крайней мере пока все оставались в сознании. В выражении лица Имани читалось, что она не дура и не доверяет Грейвзу. Будь у них больше времени, Кирс бы предложила задержаться в городе на несколько недель, втереться в доверие. Но у неё была лишь эта ночь.

Так что остаток вечера они провели, танцуя и наслаждаясь вечеринкой. Вот только тот поцелуй слишком сильно её отрезвил. Всё было чересчур чётким и реальным, чтобы терпеть происходящее вокруг. Кирс бы предпочла напиться и перестать замечать те места, где Грейвз её коснулся.

В середине вечера действие достигло лихорадочного апогея. Словно магия, спрятанная в пунше, дошла до пика. Кирс этого не понимала. На Имани и Монтрелла это, похоже, не действовало. Они лишь смотрели свысока и периодически похотливо касались друг друга, ко всеобщему восторгу.

Сейчас или никогда.

– Я отойду в уборную, – сказала Кирс, прижимаясь губами к уху Грейвза.

– Проводить?

Она покачала головой.

– Развлекай хозяев.

Он вскинул бровь, но кивнул.

– Только быстро.

Уходя, Кирс послала ему воздушный поцелуй. Впрочем, не успела она удалиться, как Грейвз окликнул её:

– Крапивник? – Девушка удивлённо обернулась, но тут их губы снова встретились, и она больше не могла думать ни о чем, кроме прижимающегося к ней тела.

– Очень быстро, – твёрдо сказал он ей в губы.

Голова снова поплыла. Ей точно будет нужна хорошая мастурбация после всего произошедшего. Прикусив губу, чтобы эмоции не отразились на лице, она отошла. Нужно было вспомнить, что она на работе. Им с Грейвзом никак нельзя было быть вместе. Пока что вместо этого она чувствовала только угли, которые он раздувал своим языком. Может, она бы и разозлилась, не будь так сильно возбуждена.

Кирс прошла через залу не оборачиваясь. Не задерживаясь в коридоре, она сразу направилась прямиком к двери кабинета. Имани ясно дала понять, что нужная им информация наверняка там. Иначе с чего бы ей так поспешно их оттуда прогонять? Может, там была какая-то печать, которую задел Грейвз. В таком случае Кирс могла проникнуть туда незамеченной.

Она снова открыла замок своей верной шпилькой. Грейвз сказал, что в этом доме всё пропитано магией. Может, она и не чувствовала её так, как он, но взгляд Имани метнулся к стеллажу за их спинами аж два раза. Кирс хорошо разбиралась в людях. Это значило, что то, за чем они пришли, было рядом. Совсем рядом.

Открыв и снова закрыв дверь, Кирс целенаправленно двинулась к шкафу. Она провела рукой по корешку каждого томика. Ничего не выделялось. Никаких полых книжек. Никаких причин полагать, что нужная им информация была здесь. За исключением Имани, которая ясно дала понять именно это.

И тут Кирс почувствовала её. Маленькую книжечку, которую раньше пропустила. Она была задвинута дальше остальных. Нарочно. Потянув за корешок, она услышала щелчок. За стеллажом открылась потайная дверь. У Кирс отвисла челюсть – Имани смотрела на книги не потому, что в них скрывалось то, за чем они пришли, а потому, что оно было за этими книгами. Кирс много откуда воровала. Вламывалась в музеи, бурилась через складской бетон, ползала по потолку, но вот потайных проходов ей ещё не попадалось. А сейчас она собиралась в такой залезть.

Глава 24

С восторженным смешком она отодвинула стеллаж и вошла в тёмную комнату. Кирс закрыла за собой дверь, проведя рукой по стене и найдя рычажок, который ею управлял. Сматываться предстояло быстро, и она не могла тратить ни минуты по пути назад. Тусклый свет лампочек освещал каменные ступени. Стеклянный дом, очевидно, был построен поверх чего-то, существовавшего ранее. Постройка из мира до монстров, вероятнее всего. Ничто стеклянное не могло пережить те беспокойные времена. Так что оставался только один вариант – вниз.

Кирс спускалась в логово колдуньи. Ступеньки были гладкими, словно по ним ходили веками и сточили камень посередине. Впереди был слышен шум. Не совсем голоса, скорее что-то неправильное. Сжав волю в кулак и наслаждаясь каждой минутой беспокойного ожидания, которое курсировало по телу, она дошла до конца лестницы и направилась в разветвленный коридор. Звуки доносились слева. Справа было тихо. Ей бы не помешало знать, что происходит и как это можно обернуть себе на пользу, даже если ради этого и придется пройти глубже в львиное логово.

Неслышно ступая по камню, Кирс завернула налево. Вскоре в конце коридора показался деревянный пол. Сердце отчаянно билось в груди. Звуков вечеринки наверху стало совсем не слышно. Остались только Кирс и ожидающее её неизведанное. Повернув ручку, она приоткрыла щёлку в двери. Ровно настолько, сколько нужно, чтобы заглянуть внутрь.

Выпучив глаза, она окинула взглядом огромное подземное помещение размером с половину заводского склада. По периметру оно было аккуратно уставлено ящиками, такими же, как наверху, а в центре стояло множество двухметровых столов для вскрытия трупов. К счастью, использовали их не по назначению. Вместо этого сотня людей внутри расфасовывала, упаковывала и грузила мелкий красный порошок.

У Кирс была только одна догадка – порошок желаний. Это была не какая-то местечковая операция, это был… целый бизнес. Знал ли об этом Грейвз? Об этом ли деле он говорил с Имани и Монтреллом? Это им надо было скрыть от Кингстона, кем бы он ни был?

Ещё больше вопросов, но никаких ответов. Грейвз говорил, что порошок не опасен. Лишь продолжение магии Имани. Но всё явно было куда масштабнее, чем он рассказывал.

Кирс пришла сюда не за этим. Девушка вернулась обратно тем же путём и направилась в противоположную сторону туннеля. Казалось, ей пришлось идти целую вечность. Она даже стала считать свои шаги, чтобы представлять, как далеко уже продвинулась. Может, её цель вообще была не здесь. Может, колдуны просто защищали свой бизнес.

И тут она завернула за угол и упёрлась в огромную дверь банковского хранилища. Гигантская штука была врезана в камень. Вполне вероятно, что вся структура здания была спроектирована, отталкиваясь от этой великолепной золочёной двери.

Кирс расплылась в улыбке. Поехали.

У неё не было с собой никаких инструментов, за исключением шпильки, но для такого хранилища они бы не понадобились. Дверь была старая, по меньшей мере сотня лет. Такие даже больше не делали. Что было Кирс только на руку. Взлом заброшенного банковского хранилища обещал быть сущим пустяком по сравнению с теми помещениями, в которые её заставлял вламываться Джейсон. И выбираться обратно тоже. По крайней мере, здесь никто не сломает ей руку за недостаточно быстро открытый замок.

Колдуны, вероятно, рассчитывали, что резные спирали и завитки на едва понятном ей языке не дадут никому пройти внутрь. Печати. Они не были похожи на те, что стояли на дверях Библиотеки Остролиста. Печати Грейвза струились по лозам, а здесь узор состоял из птиц. Птиц с длинными шеями, смотрящими себе за спины. Такой же символ был на конверте с приглашением. Кирс догадывалась, что это печати Имани – та была гораздо сильнее Монтрелла и наверняка хотела защитить содержимое. А значит, остролист был фишкой именно Грейвза. Любопытно.

К счастью, печати на неё не работали, а Имани с Монтреллом и не думали, что им может понадобиться дополнительная охрана. Они не предвидели её появления. Прямо как Грейвз. Никаких сигнализаций. Нечего отключать. Ни тепловых датчиков, ни захвата движения, ни тревоги. Как же халатно. Но, очевидно, эффективно. Грейвз сказал, что таких, как она, больше нет. Обычно печатей было более чем достаточно, но только не сегодня.

Кирс присела возле замка и прижалась к нему ухом, вслушиваясь в звук шестерёнок. Как бы её ни тренировали, хранилища по определению невозможно так просто взломать. В отличие от огнеупорных сейфов, которые чаще всего можно было просто пнуть или выкинуть из окна, – щёлк, и готово.

Самый быстрый и эффективный способ попасть в сейфовую дверь – просверлить металл, пока не покажется механизм. Тогда она бы смогла пойти от обратного, просчитать комбинацию и повернуть всё как полагается. Проблема в том, что не каждый знает, где сверлить. Большинство хранилищ автоматически закрываются заново. При повреждениях они блокируются намертво и не оставляют взломщику других вариантов, кроме как несколько часов разбирать всё по винтику. За это время уже должны появиться охранники и арестовать её. Так и произошло.

Кирс вздрогнула. Это было воспоминание. Плохое воспоминание. Джейсон бросил её легавым на растерзание. Сказал, что это просто ещё одно хранилище, из которого ей нужно выбраться, потому что нужна практика. С тех пор она больше ни разу не пыталась перебирать замковый механизм подобного рода. Только не после того, как он впечатал кулак ей в лицо. Сегодня, впрочем, у неё и дрели-то не было. Не то чтобы они вообще ожидали, что у Като будет хранилище. А ещё желательно, чтобы никто даже не узнал, что она тут была, а это главный недостаток дрели.

Оставался последний вариант – подбор кода к двери с нуля.

К такому Кирс тоже готовили, но на это было нужно время. Её самый бесценный ресурс.

Джейсон мог справиться за сорок минут. Её лучшим результатом были тридцать семь. Сегодня девушке предстояло побить свой собственный рекорд, если она хотела остаться незамеченной.

Кирс повернула диск, прислушиваясь в ожидании лёгкой перемены в ритме, которая бы означала, что внутренняя часть пришла в движение. Отметив в уме нужное положение, она продолжила в том же духе, крутя колёсико туда-сюда, пытаясь выпытать у двери её секреты. Джейсон делал это быстро, но она всегда была быстрее. Словно сейф говорил с ней напрямую, и она единственная могла его услышать.

Дрожь не давала ей отвлекаться. В подвале было дико холодно. Здесь не было ни капли того искусственного тепла, что разливалось по главной зале колдунов. Хуже было только то, что она стояла почти голая. Руки дрожали за работой. Она, конечно, была благодарна своему иммунитету, чем бы он ни был, но именно сейчас, посреди зимы, ей очень хотелось бы обладать огнём в венах.

Время текло медленно. С каждым щелчком она ждала, что кто-то вот-вот спустится по тёмному коридору. Не имея ни малейшего понятия, сколько она уже тут сидит, Кирс повернула колёсико в последний раз, и дверь с шипением открылась.

В лицо девушке бросилось облако белого дыма, и она с кашлем отмахнулась от него, утирая глаза, которые начинало щипать. Всё-таки в хранилище была ещё одна защитная мера, но и та основывалась на магии. Кирс была практически уверена: то, что она вдохнула, было порошком желаний, но по цвету он отличался от того, который лежал в ящиках. Магия на неё не работала, но ей не очень-то хотелось узнавать, сработает ли эта штука.

Время поджимало всё сильнее. Белый порошок висел в воздухе, словно невидимая угроза. Нужно было торопиться.

Запихнув клатч под мышку, Кирс отодвинула дверь и вошла внутрь. Хранилище оказалось небольшим прямоугольником метр на полтора, в нём едва хватало места, чтобы встать. При этом денег в него вмещалось столько, что хватило бы на целую жизнь или даже десять. Наличные были свёрнуты стопками и сложены целыми колоннами. Золотые слитки лежали на полу, как камни на городской улице. Украшения и драгоценности сияли, как пещера Али-Бабы. Всё это ослепляло.

Ладони вспотели. Кирс непонимающе уставилась на них. Девушка не двигалась, но при этом… потела. Прижав руку ко лбу, она поняла, что он горячий. Слишком горячий. Кирс дёрнулась вперёд, прекрасно зная, что если её найдут тут, то прикончат на месте. И то при условии, что порошок не сделает этого первым.

Кирс принялась искать ещё быстрее, не обращая внимания на роскошества и выглядывая единственную неприметную папку. Она копалась в коробках, полных драгоценностей, и чем слабее становилась, тем меньше её волновало, что содержимое рассыпалось по полу. Она прошла мимо африканских масок на стене, мешков с чем-то похожим на зерно и какого-то автомата, вроде как с водой. И наконец… увидела свою цель, лежащую поверх контейнера.

Пот катился по спине и по груди, прожигал дорожки в её коже. Девушка то и дело с трудом сглатывала, мечтая хоть о капле воды. О чём угодно, лишь бы утолить эту бесконечную жажду. Только что она скучала по теплу, и вот уже горела изнутри. Может, магия на неё всё же действовала?

Кирс подхватила папку. Грейвз описал её в деталях: небольшой квадрат, плотно набитый и запечатанный знаком остролиста на чёрном воске. Вот она.

А теперь нужно было убираться отсюда, пока она не взорвалась или не обратилась кучкой пепла там, где стоит.

Глава 25

Кирс запихнула конверт в клатч и захлопнула дверь хранилища за собой. Выкрутив диск на двери, она отправилась обратно тем же путём, которым пришла. С каждым шагом её ноги двигались всё медленнее и медленнее. Ей приходилось поддерживать себя, опираясь рукой о стенку. Ещё шаг, и она споткнулась, всем весом приземлившись на четвереньки. Поднявшись обратно на ноги, Кирс тихо выругалась, обнаружив кровоточащее левое колено и ободранные ладони. Споткнулась буквально о собственные ноги, что было ей несвойственно. Она никогда не была неуклюжей.

До лестницы девушка добралась, кажется, спустя целую вечность. И только благодаря повышенной настороженности она догадалась остановиться, прежде чем подниматься выше.

Сверху приближались голоса.

Кирс попятилась назад и завернула за угол, изо всех сил вжимаясь в стенку и молясь, чтобы не задеть какую-нибудь сигнализацию. Чтобы они шли не за ней, потому что у неё не было никаких сил на драку. Девушка и стоять-то едва могла.

– Он сам предложил продажу? – спросил незнакомый голос.

– Ага. На него не похоже, – ответил узнаваемый баритон Монтрелла.

– Подозреваешь?

– Кого, Грейвза? – спросил Монтрелл с легким смешком. – Всегда и всю его жизнь.

– И тем не менее ты доверишь ему перевозить ящики с порошком?

Монтрелл вздохнул.

– Да. Но только с красным. И мы будем за ним наблюдать. Посмотрим, как пойдёт.

Пара говорящих достигла подножия лестницы. Кирс затаила дыхание. Её лоб блестел от пота, а сама она чувствовала себя вымотанной и истощённой одновременно. Она едва могла сосредоточиться на том, о чём те двое говорили.

– Звучит рискованно.

– Когда речь идёт о Грейвзе, всё рискованно. После того, что он сделал…

Но Кирс не узнала, что же это такое было. Монтрелл и второй мужчина повернули налево, в сторону подземного склада. Это был её шанс. Девушка тут же кинулась к лестнице и вверх по ступенькам, так поспешно, как только могла. А могла не очень быстро. Она споткнулась дважды. Рука проскальзывала по каменной стене и вынуждала падать на ступени.

К её облегчению, дверь наверху никто не охранял. Несколько раз слепо махнув рукой, Кирс нащупала выключатель и выскользнула в кабинет.

Температура подскочила ещё выше, и она застонала под её воздействием. Нужно было добраться до Грейвза.

Стеллаж Кирс проигнорировала. На то, чтобы ставить его на место, сил не осталось. Да и смысл теперь уже париться? Оставалось надеяться, что они решат, что это Монтрелл не задвинул дверь за собой до конца.

Кирс вышла из кабинета. Вечеринка казалась совершенно иным миром. Все были взмокшие от танцев, так что её жар даже не казался странным. Девушку шатало так же, как других гостей. Она едва могла стоять на каблуках. Надо было их бросить. Они только мешали.

К ней подошёл мужчина.

– Хочешь немного развлечься?

Кирс моргнула. Его силуэт расплывался по краям.

– Грейвз, – выдохнула она.

– Зови меня как хочешь, сладкая.

– Нет, – сказала она, отталкивая его.

Но сил больше не было. Силы были иллюзией. Вся та тысяча способов, которыми она могла расправиться со взрослым мужиком, испарилась. Она была лишь маленькой, жалкой человеческой девочкой. И этот мужчина не собирался слушать её «нет». Он продолжал теснить Кирс назад. Всё это было так странно. Остальные гости на этой вечеринке веселились добровольно. Они хотели этого. Так почему она? Почему всегда она?

Мозг отключился. Спрятался в то маленькое ужасное место, которое она для себя создала. Место, куда она могла уходить и жить там одной, подальше ото всех. Разложить всю боль по полочкам, пока не переставала чувствовать… пока не забывала всю жестокость.

И тут на плечо мужчины опустилась рука.

– Она сказала «нет». – Его голос был суровым и древним. – Стоило бы научиться уважать слова женщины.

– Да ладно, мы просто развлекаемся. И потом, она так одета…

– Если ты сейчас скажешь, что она напрашивается, – сказал Грейвз тихим, рычащим голосом, – я вырву тебе глотку вот этими руками.

Парень отшатнулся и поднял ладони вверх в знак отступления.

– Ладно, ладно, чувак, никаких проблем. Ничего такого я не хотел.

– Ты нагло нарушаешь правила вечеринки. Богиня об этом узнает.

Мужчина побелел.

– Да я не…

Грейвз уже отвернулся от него, сосредоточившись на Кирс. Посмотрев на них, парень поспешил убраться.

– Крапивник? – спросил Грейвз совершенно иным тоном. Более мягким. Даже обеспокоенным. – Крапивник мой, ты в порядке? Что случилось?

– Горячо, – прошептала она. – Я просто хотела согреться, а теперь… вот.

– Чёрт, – рыкнул он.

Не раздумывая ни секунды, Грейвз подхватил Кирс на руки. Его жар смешался с тем, что исходил от неё. Перекликался с ним.

Оказавшись в безопасности, её сознание поплыло. Унеслось куда-то далеко-далеко. Ей привиделся крылатый лев, рычащий с каменного помоста. В ответ ему дракон в короне выдувал облака пламени. Стадо жертвенных овец. Картина сменилась сплошной смертью, и она закрыла глаза, отгоняя галлюцинацию.

Потом наступила темнота.

И вот она уже не видела ничего.

Глава 26

В голову Кирс проникло громкое жужжание. Оно заглушало всё, кроме того, как отвратительно она себя ощущала. Её жутко мутило. Хотелось выплюнуть все внутренние органы. Девушка со стоном пошевелилась и вдруг ощутила руку на своём плече. Попыталась было скинуть её, но сил толком не было. Так что вместо этого свесилась с края того, на чем она там лежала, и её вырвало на пол.

Ответом ей была матерная тирада, но Кирс это совершенно не волновало. Она не останавливалась, пока из неё не вышло все содержимое желудка, да и после этого продолжила хрипеть впустую ещё минимум минуту.

– Ух, – простонала она, переворачиваясь обратно на спину.

– Внезапно я жалею, что решил обойтись без персонала, – сказал Грейвз откуда-то издалека.

Она зажмурилась и постаралась воздержаться от повторного фонтана.

– Что… случилось?

Грейвз несколько минут молчал, убирая за ней. Позже Кирс однозначно будет в ужасе от этого факта. Когда он закончил, подушка возле неё просела под его весом.

– Судя по всему, ты вдохнула много порошка желаний.

– Точно, – сказала она, резко вспомнив всё. Ну, по крайней мере частично. К ней вернулись смутные очертания воспоминаний. Все они были какими-то разрозненными, словно с тех пор прошло несколько лет, а не часов. – А где мы?

– В самолёте.

– Хорошо.

– Вот, выпей, – сказал Грейвз.

Она медленно открыла глаза и увидела, что он держит стакан с мутной жидкостью у её лица. От одной только мысли о том, чтобы это пить, её снова замутило.

– Что это такое?

– Противоядие. Станет легче, – ответил он.

Кирс приподнялась на локте, борясь с тошнотой, взяла стакан дрожащей рукой и заставила себя выпить всё до дна. Она даже не стала спрашивать, почему на вкус жидкость так сильно отдавала серой. Только плюхнулась обратно на диван.

Стало немного лучше. Смерть от рвоты ей уже не грозила, но всё по-прежнему болело. Глаза жгло. Кожа была липкой от пота. По венам тёк огонь. Правда, жар его, к счастью, начал утихать.

Грейвз ещё какое-то время молчал, не сводя глаз с её лица. Не будь ей так плохо, Кирс бы даже сказала, что в его глазах было беспокойство.

– Как ты себя чувствуешь? – спросил он.

– Уже лучше. – Она закрыла глаза. – Спасибо.

– Когда ты была без сознания… – он не договорил, вместо этого прочистив горло. – Этого не должно было случиться.

– Ага.

– Расскажешь, как именно это произошло? – спросил Грейвз.

– Конверт был не в кабинете. Там был тайный спуск в подвал. В нём фасовали порошок по ящикам. Я вскрыла их банковское хранилище и достала конверт. Он в клатче.

– Хорошо, – сказал Грейвз, но тут же нахмурился. – У них было банковское хранилище?

Она кивнула.

– Там стояли печати, но это не проблема. Когда я его открыла, изнутри вырвалось облако белого порошка. Он меня всю с головой накрыл, и я его вдохнула.

– Белый порошок, – сказал Грейвз, бледнея. – Я думал, она его больше не делает.

– А я думала, что у меня иммунитет к магии.

– Я тоже так думал. – Он покачал головой, помрачнев. – Имани – это живая иллюстрация к тому, что нужно быть осторожнее со своими желаниями. Она сильная колдунья, но порошок расширяет сферу её влияния. До того, как усовершенствовала его для продажи, Имани экспериментировала с более опасными вариантами. Красный порошок она оставляет для вечеринок – это с ним ты видела коробки в том кабинете, это её порошок желаний. Самый полезный и прибыльный бизнес. Но чтобы найти безопасную формулу, она многих своих подопытных попросту перекачивала опасными желаниями. Белый порошок, как правило, убивает людей. Иногда мгновенно. Я думал, она отказалась от его производства.

– А на меня он почему сработал? Я думала, это невозможно.

– Когда ты захотела согреться, он чуть тебя не спалил. Я знал, что она на такое способна, но был уверен, что твои способности тебя защитят. До хранилища они явно прекрасно работали.

Сознание Кирс опять поплыло. Словно её утягивало на дно.

– Так есть у меня иммунитет к магии или нет?

– Должен быть, – нахмурился Грейвз. – Иначе была бы мертва.

– Тогда почему это вообще подействовало?

– Рабочая теория такова, что ты либо вдохнула так много, что твой иммунитет не выдержал, либо у тебя нет защиты от тех воздействий, что проникают внутрь.

– Понятно, – протяжно сказала она. – Так, значит, ты без понятия.

– Для этого и был тест.

Кирс потрясла головой, борясь с грузом последних двадцати четырёх часов, давящих на неё.

– А у тебя такие силы есть?

– Нет, – спокойно ответил он.

– Ну и на том спасибо, – пробормотала девушка, падая обратно на диван и закрывая глаза. Слишком много информации, чтобы её сейчас переваривать. Не тогда, когда она не могла ни сосредоточиться, ни безболезненно вздохнуть или пошевелиться.

– Поспи ещё, – сказал Грейвз, бережно убирая волосы с её лица. Глаза тут же сомкнулись, а тело расслабилось под нежным прикосновением. – Скоро уже будем в городе. Дома восстановишься.

– Это не мой дом, – сказала она, прежде чем снова отключиться.

Интерлюдия

Имани оставила своих поклонников на милость их разврата.

Порошок желаний потихоньку распространялся по их организмам. Она изматывала себя, насыщая пудру магией, но как только желания исполнялись, это под завязку накачивало её силой. Беспредельно. Безрассудно.

Неудивительно, что Грейвз сбежал из её дома со своей опьяневшей игрушкой. В тот момент Имани, лоснящаяся от силы и подпитываемая сотней людей, могла бы с ним потягаться. У него не было бы ни единого шанса. При мысли о нём настроение у неё испортилось. Возможно… шанс у него бы всё равно был. Это же Грейвз, в конце концов.

Хорошо, что он ушёл. Вот бы навсегда.

Надо было перестать слать ему приглашения. И Монтреллу сказать, чтобы не слал. Это всегда было чистой формальностью. Кингстону они их тоже слали, но он же не заявлялся к ним на приёмы и не портил всё развлечение.

Но это же Грейвз. Вечно он всё портит.

Стряхнув воображаемую пылинку с идеально белого платья, она направилась сквозь толпу. Пальцы касались её смуглой кожи, разрываясь от желания доставить ей удовольствие. Ей это нравилось. Простота этих вечеринок, простота распутства. Все желания тут были простыми. Секс, выпивка, экстаз. Все эти вещи она всегда доставляла в избытке.

– Прошу, богиня, – ахнула какая-то женщина, падая перед ней на колени. – Благослови меня!

Имани окинула полуголую женщину взглядом. Её бледная кожа блестела от масел. Зрачки были невозможно расширенными. Щёки красные, грудь дрожала, вздымаясь, при виде колдуньи. Она могла бы приказать этой женщине перерезать самой себе горло. Чистая, необузданная власть.

Переборов в себе этот порыв, Имани положила ладонь женщине на лоб.

– Всё. Теперь иди и процветай с моим благословением.

Женщина поёжилась. Тёмные глаза наполнились слезами. Жалко пробулькав своё «спасибо», она упала назад, в подставленные руки другой девушки, а Имани двинулась дальше.

Когда колдунья впервые встретила Грейвза, она думала, что сможет пленить его деньгами и силой желаний. Была молодой и глупой. Он был для неё билетом из грязной викторианской Англии прямиком в жизнь, полную приключений, тех, о которых она всегда мечтала. Она была права и в то же время сильно ошибалась. Грейвз увидел её колдовской потенциал. Он хотел взращивать её, словно растение в саду.

Сначала Имани сопротивлялась. Очень долго она только и хотела, что вернуться домой, в Гану, и учиться у своего народа. Но Грейвз был путешественником. Он учился у людей по всему миру. Она не жалела о том, что уехала с ним в его резиденцию в Париже, но её жизнь была бы совсем иной, откажись она тогда.

Париж казался вершиной цивилизации. Вечерние улицы полнились писателями, художниками, творцами всех мастей. Она лично дружила с Александром Дюма, когда он писал свои великолепные романы. А во время одной из всемирных выставок они наблюдали, как строилась внушительная Эйфелева башня.

Потом появился Монтрелл.

Поэт, помнящий наизусть всё, что когда-либо читал. Он уплыл из Нигерии искать новой жизни в Париже, пробравшись на корабль с помощью магии. Она встретила его на сенсационной выставке У. Э. Б. Дюбуа с фотографиями жизни американцев африканского происхождения. С первого взгляда на Монтрелла магия внутри неё словно бы запела. Одно его присутствие успокаивало раздражение внутри неё, не покидавшее колдунью все пятнадцать лет, проведённые с Грейвзом.

Нужно было довольствоваться тем, что Грейвз терпеливо оттачивал её навыки, намеренный сделать из Имани достойного мастера. Но он всегда отказывался заводить с ней отношения и скрывал свою личную жизнь. Они были близки, как никто другой, и всё равно он отказывался снимать маску. Поэтому, когда она узнала, что он проводит время с кем-то, но не с ней, Имани решила, что ей просто необходимо знать, кто это был.

Итак, она решила это выяснить. И что же обнаружила?

Его с Монтреллом.

Её Монтреллом. С которым пела её магия. Который понимал её страдания, как свои собственные.

Часть её знала, что, если она вмешается, это станет концом всего. И всё же она не смогла сдержаться. И это и правда всё испортило. Монтрелл так и не закончил своё обучение колдовству. Как и Имани, он прибыл в этот город, чтобы начать всё сначала. И прямо на глазах у Грейвза… они влюбились. Но часть Монтрелла всегда была привязана к Грейвзу. И всё же он ненавидел его за то, что тот так легко отдал его Имани. За то, что он так просто отпустил их обоих… как будто бы знал заранее, что они уйдут. Грейвз всегда говорил, что все уходят. И они лишь доказали его правоту.

Поэтому она и украла его письма. Чтобы было чем шантажировать. Никто не отпускал своих лучших воспитанников так просто, не имея запасного плана. А у Грейвза, сволочи такой, всегда был план.

Она вздохнула, входя в кабинет. Хорошо, что он ушёл. На пользу им с Монтреллом, их браку и всему миру. Ничем хорошим их сосуществование закончиться не могло.

В дверях Имани замерла. Что-то было не так. Дверь, ведущая к складу, была распахнута. Не настежь, но и не закрыта. Монтрелл спустился вниз, чтобы подготовить ящики, которые будут отправлены Грейвзу, но он не такой дурак, чтобы оставить проход открытым.

То изящество, с которым Имани двигалась, не могло скрыть её растущего страха. Она сбежала вниз по ступеням, но почуяла его ещё на подходе. Её волшебный порошок. Белый дым, который она собственноручно изобрела, чтобы воспроизводить кошмары человека, которые заставляли бы его желать собственной смерти. Весь туннель был окутан этим запахом. Его сладкий привкус витал в воздухе. Такие желания она не продавала. Они доставались лишь врагам. Её глаза распахнулись от ужаса. Хранилище.

Подхватив юбки, Имани бросилась бежать. Нет, нет, нет, нет, нет. Но так оно и было. Дверь хранилища была открыта. Белый порошок усеивал пол. Достаточно, чтобы убить человека. Чтобы заглушить все его чувства и заставить его последнее желание сожрать его изнутри. Пыль с издёвкой висела в воздухе.

Она знала, что это значит. Знала, ещё даже не открыв хранилище и не переступив порог. Ещё не заглянув в коробку. Ещё не обнаружив пропажу писем.

Грейвз её обокрал.

Упав на колени и пачкаясь в собственном порошке, она кричала, и кричала, и кричала.

Он за это заплатит.

Ох, как же дорого он за это заплатит.

Часть IV

Дубовый и Остролистный Короли

Глава 27

Когда Кирс пришла в себя на своей кровати в особняке Грейвза, она понятия не имела, сколько пробыла в отключке. Во рту стоял такой вкус, словно она наелась нафталиновых шариков, а в горле пересохло. Её больше не знобило, но и хорошим самочувствие назвать было нельзя.

Точно так же она себя чувствовала, когда впервые подцепила грипп. Это было сразу после начала войны, когда бушевал худший штамм из всех, когда-либо известных человечеству. Она тогда работала с Джейсоном, и ему было плевать, болеет Кирс или нет. У них намечалось важное дело, от которого она никак не могла отказаться. Так что девушка задачу выполнила, решив, что лучше уж болезнь, чем то, что её ждало, если бы она сказала ему «нет».

Температура весь день стояла за сорок, а перед глазами скакали звёзды. Следующие три недели она лежала пластом. Обычно Кирс выздоравливала очень быстро. В тот раз она должна была умереть. Многие так и умерли во время войны. Но даже когда она официально выздоровела, осложнения липли к ней, как мокрая салфетка, которую никак не можешь стряхнуть.

Последствия волшебного порошка ощущались почти так же.

Нужно было понять, сколько она провалялась без сознания. У них и так не было времени, и любая задержка напрямую снижала их шансы на успех. Чёрт.

Скинув одеяло, Кирс нашла в шкафу термобелье и куртку на меховой подкладке. Потом натянула перчатки без пальцев, шерстяные носки и плюшевые тапки, затем схватила с тумбочки кулон с крапивником и вернула его на законное место на своей шее. Взяв с собой книгу, которую дал Грейвз, она поплелась вниз по лестнице.

Утренний свет, прорывающийся сквозь окна за пределами её комнаты, заставил девушку прищуриться. Надвинув капюшон пониже на глаза, она бледной тенью проплыла на кухню. Ощущение было такое, словно по пути ей пришлось протащить свою тушку по горячим углям и сухому льду. Два пролета – это слишком много ступенек.

На кухне было пусто. Так что Кирс проковыляла к раковине, налила себе стакан воды и выпила его за две секунды. Потом налила ещё один. Поёжившись, она взяла холодный напиток в руки и направилась к двери в гостиную. Втайне она надеялась, что там её встретит только свернувшаяся у огня Анна, но вместо этого девушка обнаружила Грейвза.

Он устроился в ближайшем к камину кресле с распакованной стопкой писем на коленях. Его идеально сидящий серый свитер выглядел отвратительно дорогим и очень качественным, но сам Грейвз в нём казался почти… нормальным. Это обезоруживало. Иссиня-чёрные волосы падали ему на лицо, влажные, словно колдун только вышел из душа. От мысли о нем в ду́ше её щеки вспыхнули. Удивительнее всего было то, что на руках не было перчаток. Он носил их всегда, даже дома.

Кирс тянуло к нему, как магнитом, так что она шагнула вперёд. Он резко поднял голову. Их взгляды встретились, и в её голове пронеслось воспоминание о поцелуе. То, как он прижал её к стенке. Тот момент, когда он назвал её сиреной. Воспоминания нахлынули на неё, согревая до кончиков пальцев. Потому что ей это понравилось. И, судя по выражению его лица, ему тоже.

Грейвз вскочил на ноги.

– Ты проснулась, Крапивник.

Прозвище вызвало у неё лёгкую улыбку.

– Долго я спала?

– Чуть больше суток, – сказал он.

– Чёрт, – прошептала девушка. – Мы не в том положении, чтобы терять целый день. Мне нужно тренироваться.

Хотя было очевидно, что у неё на это нет никаких сил.

– Забудь про тренировки, – сказал он. – Ты могла умереть. Присядь.

Кирс приняла его приглашение. Тепло огня согрело её бок, и она наклонилась ближе, вспоминая, что его тело ощущалось точно так же.

– Спасибо.

Он сел напротив, переложив письма на столик.

– Рад видеть, что ты снова ходишь.

– Ага. Уже много лет не было так хреново.

Кирс с любопытством посмотрела на письма, гадая, что он нашёл внутри. Хватит ли им этой информации, чтобы отправиться за копьём. Тогда она могла бы просто сделать работу и… уйти. Потому что именно этого Кирс и хотела. Глядя на его прекрасное лицо, она с трудом могла даже думать об этом.

К счастью, думать и не пришлось, потому что в дверь, которую Кирс оставила приоткрытой, просочилась Анна.

Переведя взгляд жёлтых глаз с хозяина на гостью, кошка запрыгнула на стопку книг и устроилась поудобнее.

– Привет, киса, – сказала Кирс. Девушка провела ладонью по кошачьей спинке, а когда Анна требовательно посмотрела на неё, сделала это ещё раз.

– Я вижу, ты встретила Анну Болейн, – одобрительно сказал Грейвз. – Такая же темпераментная дама, как и её тёзка.

Кирс моргнула.

– Она же там была королева чего-то, да?

– Верно. Вторая жена Генриха VIII. Известна тем, что соблазнила короля, а потом использовала его любовь, чтобы перевернуть мир с ног на голову.

– Мой типаж.

Грейвз улыбнулся.

– А потом он отрубил ей голову.

Кирс не смогла сдержать короткого, но громкого смешка.

– Ну, разумеется. – Она подняла глаза к потолку, потом опустила. – Секс и опасность. Лучший жанр.

– Интересный у тебя взгляд на вещи. – Грейвз покачал головой и вернулся к стопке писем. Кирс не сводила глаз с кошки.

– Мы с тобой обязательно подружимся, – настойчиво сказала она.

– Не думаю, что у Анны вообще бывают друзья.

– Так это твоя кошка, – сказала Кирс, ловя его взгляд.

– Моя, – мягко сказал он. Наверное, это было единственное существо на свете, способное его смягчить. Потом Грейвз добавил: – Я тебя навещал.

– Лично?

А может, она ошибалась. Может, ради неё он тоже начал смягчаться.

– Да, лично, – сказал он, не отводя взгляда. – Магия сильно выжгла твой организм. Я дал тебе противоядие, но твоему выздоровлению оно не помогло. По крайней мере, не так сильно, как я надеялся. Как самочувствие?

– Хреново, – призналась девушка. – Всё ещё не понимаю, почему у меня не было иммунитета. Я знаю, ты уже объяснял в самолёте, но всё очень размыто. Много чего размыто после того порошка.

Он нахмурился.

– Я считал, что ты будешь невосприимчива к магии Имани, потому что она была во всей системе вентиляции. Ты дышала ей весь вечер, и было непохоже, чтобы на тебя это влияло.

А точно не влияло? Изнутри она, конечно, не сгорала. Это была просто похоть. Самое обычное и обыкновенное желание.

– Ты знал заранее, что порошок будет в вентиляции?

Грейвз сделал слишком большую паузу, прежде чем ответить:

– Я хотел проверить твой иммунитет. Потому и противоядие с собой взял.

Так, значит, он знал и всё равно рискнул ей. Колдун говорил, что это проверка. С самого начала предупреждал, но её это всё равно задело. Особенно после того, что произошло под землёй.

– Я ведь и умереть могла в том хранилище.

– Я считал, что у меня всё под контролем, – сказал он. Потом его глаза похолодели. – Но оказалось наоборот.

– Ни одна работа не проходит строго по плану.

– Нет, но я не собирался рисковать твоим здоровьем и подвергать тебя риску так же, как это когда-то сделали со мной, – признался он и тут же нахмурился, словно сам не ожидал в этом признаться. – Мне не понравилось смотреть, как ты страдаешь.

Сердце забилось быстрее от этих слов. Потому что мозг говорил Кирс, что мужчина, подобный ему, так думать не может. Джейсону всегда плевать было на её здоровье и безопасность. Как раз наоборот, он чаще всего и был причиной всех её увечий. Порой собственноручно причинённых.

Но Грейвз выглядел искренним, и в эту секунду она ему поверила. Он не ожидал, что Кирс пострадает. Он не хотел, чтобы она страдала. Последнее звено цепочки мыслей встало на место: его расстроило её состояние.

– Я в порядке, – тихо сказала девушка. – Мне уже лучше. Надо только хорошо поесть, и уже завтра я наверняка буду в форме.

Напряжение схлынуло с его плеч.

– Хорошо.

– Ну так что, мы хоть добыли ту информацию, за которой охотились?

Пасмурные глаза потемнели, но он отвернулся и равнодушно выкинул одно из писем в огонь.

Кирс вытаращилась на колдуна.

– Ты что творишь?

– Что, по-твоему, было в этих письмах?

– Ты сказал, что там есть информация о том, как добыть копьё.

– Разве? – спросил он, выбрасывая ещё одно.

Она покопалась в памяти. Говорил ли? Уж точно намекал.

Нет, не говорил. Это она предположила, а он просто согласился. Попала прямиком в его ловушку. Ей так хотелось проявить себя, пройти его проверку, что она даже и не подумала о том, что Грейвз скрыл от неё правду ради собственной выгоды.

– Так что в письмах-то?

– Личная переписка. Хотел добыть их последние сто пятьдесят лет.

Кирс кивнула, начиная понимать. На её губах расцвела опасная улыбка.

– Ты использовал меня, чтобы отомстить врагам.

Ах, как же он был умён. Возненавидела бы, не будь так впечатлена гениальным манипулятором, скрывавшимся под мрачной маской.

– Вроде того.

– А если бы у меня не получилось?

Пришла уже его очередь улыбаться, со смертельным спокойствием.

– Ты заверяла, что у тебя всегда получается.

– Разумеется.

– Так это и работает. Я не собираюсь посылать тебя за копьём прежде, чем ты поймёшь, под силу ли тебе добраться до него.

Тоже верно.

– Ну, зато мы стали на шаг ближе к копью.

Он замер в ответ на резкий сарказм, прозвучавший в её голосе. Словно на секунду засомневался, правда ли такая выходка сошла ему с рук, или Кирс сейчас будет орать на него. Они смотрели друг на друга через комнату, и его взгляд стал задумчивым.

– Стали.

– Но, когда пойдём на главное дело, чур, посвяти меня во все части плана.

– Как скажешь, – просто ответил колдун.

Кирс никогда бы ему не поверила, если бы не видела только что, как его потрясла её болезнь. Он не хотел, чтобы ей было плохо. Ну да, он утаил правду о письмах, но что это меняло? Глядя на него, она решила, что ничего.

– Почему ты назвал меня Крапивником?

– О. – Грейвз наклонил голову набок. – Я хотел дать им понять, что ты моя.

– А разве не в том была суть всего этого дурацкого спектакля?

– Это был… более весомый аргумент.

– Это ещё почему?

– Ты прочитала ту книгу, которую я тебе дал?

– Эту? – Она начала, но он тогда отвлёк её информацией о деле.

– Эту, – подтвердил Грейвз.

Книга сама собой открылась на той истории, что она читала, – «Дубовый и Остролистный Короли».

В сказке лето и весна были богами, которые сражались за власть над этим миром. Дубовый Король был героем-завоевателем, чемпионом весны и лета, приносящим людям солнечный свет и радость. Остролистный Король был тёмным, загадочным богом зимы. Его боялись в той же мере, что и восхваляли. Дважды в год, в ночи солнцестояний, два короля сходились в битве. Когда проигрывал Остролистный Король, Дубовый приводил в мир весну, а когда побеждённым оказывался Дубовый Король, Остролистный насылал зиму.

Кирс понравилась эта история. Смена времён года в волшебной интерпретации. Вот только оставалось неясным, как это должно было помочь ей понять Грейвза. Он был колдуном, а не богом зимы.

Да, крапивник был важным символом Остролистного Короля, точно так же как малиновка для Дубового. Но она просто носила кулон с птичкой. Выбрал ли Грейвз остролист своим символом из-за этой истории? Звал ли он её Крапивником, потому что посчитал знаком своего перерождения? Своей музой? Всё это было так сложно. Ответы между сказочных строчек.

У Кирс не было сил спорить об этом сегодня. Не когда она была так опустошена, а он нарочито играл с ней.

Усмехнувшись, он убрал руки в карманы.

– Прочитай.

Какое-то время они молча дышали одним воздухом, отказываясь отступать или нападать.

– Больше ничего не скажешь?

– Теперь, когда я знаю твои пределы, можем приступать по-настоящему. Мне сегодня надо будет уехать, поискать последнюю вещь, которая нужна для нашей авантюры. Как будешь чувствовать себя достаточно хорошо, возвращайся к тренировкам с Эдгаром. Поговорим, когда у меня всё будет готово. – Он отвернулся к письмам, как бы говоря, что она может идти.

Кирс попыталась просверлить взглядом дыру в его голове, но он никак не отреагировал.

– И всё?

– Тебе надо восстановить силы. До тех пор мы всё равно ничего не сделаем, – сказал Грейвз, непринуждённо выкидывая в огонь ещё одно письмо.

Она кивнула, скрипнув зубами. Ладно. Она прочитает эту чёртову книгу. И будет тренироваться. И никогда больше не забудет, что он может вертеть ей так же умело, как она им.

Глава 28

Кирс тренировалась до изнеможения. А потом вставала и тренировалась ещё немного. Из-за перегрузки магией она потеряла целый день и никак не могла позволить себе потерять ещё хоть один. Правда, Грейвз не вернулся даже с наступлением темноты.

Она подумала было просто забраться обратно в кровать, но потом проверила одноразовый телефон и обнаружила там сообщение от Нейта с просьбой о встрече. Раз теперь она снова была на ногах, самое время вылезти из дома и узнать, как поживают её друзья.

Переодевшись во все чёрное, она выскользнула из комнаты, старательно не попадаясь в поле зрения новых камер Грейвза, и вышла из дома, никем не замеченная.

Оттуда она направилась к станции метро на Амстердам-авеню, но уже через пару кварталов ноги начали заплетаться. Далеко ей дойти в таком состоянии не светило, не говоря уже о метро. Магическая перегрузка, тренировки – у неё попросту не осталось сил.

Позволив себе возмутительные траты, она поймала такси и попросила довезти до Гринвича, где заплатила водителю и со вздохом вышла обратно в холодную ночь. Нейт согласился встретиться в кафе, но больше всего Кирс хотелось на всё плюнуть и пойти прямо в штаб Повелителей. Она так скучала по своим друзьям. По друзьям, по их чердаку и по Колетт.

Может, не будь Кирс так занята своими мыслями, она заметила бы Друидов до того, как они её окружили.

– Привет, Кирс, – проговорил Деклан с кровожадной улыбкой.

Он вышел из темноты вместе с пятёркой Друидов. В её нынешнем состоянии они убили бы Кирс прежде, чем она смогла бы пошевелиться.

Призвав на помощь всю свою напускную храбрость, она взглянула врагу в лицо.

– Деклан. Чем могу помочь?

– Как здорово, что ты спросила, – сказал Деклан. – Лоркан хочет с тобой поговорить.

– Сейчас мне не очень удобно. Давайте назначим встречу, я подберу для него окно. – Ей так хотелось над ним посмеяться, но Деклан был слишком серьёзен, а у неё просто не было на это сил.

– Лоркан не будет ждать.

Кирс закатила глаза.

– Ты сам себя слышишь? Звучишь просто смешно.

– Либо ты идёшь добровольно, либо мы ведём тебя силой. – Он скрестил руки на могучей груди. – Тебе решать.

– Вы меня и пальцем не тронете. У Грейвза с Лорканом уговор, знаешь ли.

– И мы этот уговор не нарушим, если ты пойдёшь с нами по-тихому.

– «По-тихому» не совсем в моём стиле.

Деклан прищурился.

– Мы следили за тобой от самых его дверей. Сейчас ты не сможешь разобраться даже со мной одним, не то что со всеми остальными.

Кирс проигнорировала это замечание.

– И чего ему надо? Почему сам не пришёл, если так хочется поболтать?

– Узнаешь, когда встретишься с ним.

– Даёшь слово, что я смогу уйти после того, как выслушаю его?

– Тебе нужно не моё слово, а Лоркана. Но если захочешь уйти после вашей беседы, то мы не сможем тебя удерживать по условиям уговора.

Девушка выдержала паузу, чтобы все видели, как она размышляет над сказанным. Глазами Кирс шарила по теням, выискивая скрывающихся в них волков. Ей не хотелось, чтобы Друиды думали, будто она сдастся без боя, но, раз они следили за домом Грейвза, так оно, скорее всего, и было.

– Ладно. Ведите тогда.

Её согласие, кажется, ошарашило Деклана. Вероятно, он думал, что придется скрутить Кирс силой, может даже вырубить, прежде чем она подчинится. Но у девушки не было никакого желания опять оказываться без сознания после приключений с волшебным порошком. Так что она решила пойти и встретиться с этим легендарным Лорканом. Давно пора.

– Мы идём или так и будем тут стоять?

– В чём подвох?

– Восхитительно, чего можно добиться, если не тыкать в человека пистолетом.

Деклан расхохотался, шагнул вперёд и хлопнул Кирс по спине с такой силой, что она покачнулась.

– Дерзкая же ты штучка. Ладно, пошли.

Кирс пришлось перейти на лёгкий бег, только чтобы за ним поспевать, так что она себя дерзкой совершенно не чувствовала. Деклан подвёл её к нескольким чёрным внедорожникам. Плюхнувшись в машину, они в полнейшей тишине поехали прочь от знакомых улиц Челси. К удивлению Кирс, никто не стал надевать повязку ей на глаза. Да, она знала, что их территорией был Бруклин, но как-то не ожидала, что они так спокойно покажут ей местонахождение штаба. Они пересекли Вильямсбургский мост, всё так же молча, а девушка просто наблюдала в окно, как остров уменьшается вдали.

Некоторое время спустя внедорожники остановились у большого кирпичного здания, дорогу к которому украшали нависающие огромные дубы, давно уже лишившиеся всех листьев. На другой стороне улицы высился большой белый купол бывшего Вильямсбургского банка на Бродвее. Деклан выволок Кирс из машины, но она вывернулась из его рук.

– Я могу идти сама, – прошипела девушка.

– Ладно. Сюда.

Он прошёл через расположенный на первом этаже ресторан с полами в черно-белую клетку и кабинками из массивного дерева. Деклан пронёсся по заведению так, словно был в нём хозяином, и вывел их в коридор с лифтом. Один из друидских прихвостней нажал на кнопку, и Кирс проследовала за ними в открывшиеся двери. Деклан вставил карточку в слот, открыв им доступ к самому верхнему этажу, надпись у которого гласила: «Равноденствие».

За открывшимися дверьми оказался очень элегантный ресторан. С высокого потолка свисали хрустальные люстры. Выполненные из массива полы были отполированы до блеска и натёрты воском. На круглых столах, расставленных по залу, мерцали свечи. Длинные зелёные шторы обрамляли окна, от вида в которых захватывало дух: там горели огни всего ночного города.

Кирс уже несколько недель жила с Грейвзом, но роскошь все ещё ошеломляла её. Здесь, в этом укромном уголке на окраине, и такой шикарный ресторан, «Равноденствие». Нахмурившись, она попыталась уловить крутящуюся на краешке сознания причину, по которой это название казалось ей знакомым, но не успела: в дверях появился мужчина.

Он двигался с грацией танцора, легко и непринуждённо. Кирс знала, как работает такая походка. Ей пришлось учиться подобной скрытности, и на это ушли годы. Но он не был ни тощим, ни слишком мускулистым. На вид ему было лет тридцать с небольшим. На спортивной подтянутой фигуре сидел аккуратный костюм-тройка. Ни горы мышц, ни броской одежды. При этом он был… стильным, элегантным, уверенным в себе.

Пока мужчина подходил, Кирс успела подметить все детали. Золотые часы, сверкающие на запястье; аккуратно подстриженная тёмно-каштановая борода; плавная походка; лазурно-голубые глаза, напоминающие ей о чистом небе в Центральном парке. Но главным образом Кирс подметила его улыбку. То, как она легко отражалась в его глазах. Словно он никогда не знал настоящей боли.

Мужчина остановился прямо перед ней.

– Здравствуйте, Кирс. Рад знакомству. Я Лоркан Флинн.

Глава 29

Лоркан протянул ей руку, как положено джентльмену, и Кирс вопросительно уставилась на неё. Он что, думал, что они каким-то образом стали друзьями? Может, с Грейвзом у них и было перемирие, но девушка не забыла, как он попытался убить её и друзей. Или как её только что похитили.

Он опустил руку.

– Хорошо. Значит, без рукопожатий. Рад наконец с вами встретиться.

– Рады ли? – спросила она.

– Однозначно. А вы нет?

Она пожала плечами.

– Приятно знать, что за лицо скрывается за этим именем.

– Прошу прощения за обстоятельства, но нам было абсолютно необходимо встретиться. – У него был лёгкий ирландский акцент. Не такой сильный, как у Деклана, но выдающий в нем иностранца.

– Это ещё почему?

Лоркан лишь улыбнулся и жестом пригласил её к столику в дальней части зала, накрытому сияющей серебряной посудой. Там их ждала заранее откупоренная бутылка кроваво-красного вина, разлитого по бокалам словно бы в ожидании вампирского празднества.

– Я не одета для званого ужина. – На Кирс был спортивный костюм и кроссовки. Волосы убраны в хвост. Макияжем почти и не пахло. А это место было пятизвёздочным, вероятно удостоенным и звезды Мишлен, по крайней мере в довоенное время. Она здесь вообще не вписывалась.

– Как хорошо, что хозяин заведения совсем не против, – подмигнул Лоркан. Когда Кирс продолжила непонимающе смотреть на него, он добавил: – Мне кажется, мы… не с того начали наше знакомство.

– Кажется? – спросила она. – Вы пытались меня убить.

– И это было ошибкой. Со мной вы в безопасности.

И почему мужчины вечно так говорят? Как будто правда думают, что хоть одна женщина в это поверит.

– Интересно вы рассуждаете о «безопасности» после того, как меня буквально похитили.

– Пригласили, – поправил он.

– Вооружённые люди, – парировала она. – Приглашение могли бы и сами занести.

– Влияние Грейвза распространяется на большую часть Манхэттена. Лучше было встретиться в Бруклине, на моей территории. Так мы можем быть уверены, что нас не потревожат. После ужина мои люди оперативно вернут вас туда, куда пожелаете. – Он прижал руку к груди. – Даю вам слово.

Кирс замешкалась на пороге ресторана. Ужинать с Лорканом совершенно не хотелось, но ей был интересен он сам и причины, по которым они с Грейвзом друг друга ненавидели. Его настрой вернуть её обратно после всех разговоров выглядел искренним, но обстоятельства всё равно не нравились.

– Я понимаю, что ваше слово дорогого стоит. – Это она могла предположить на основании их с Грейвзом уговора. Лоркан кивнул. – Так что если вы его нарушите, я вас убью.

Он рассмеялся, легко и громко. Этот человек привык смеяться. В отличие от неё. В отличие от Грейвза.

– Меньшего я и не ожидал, – сказал Лоркан.

Она кивнула.

– Я с вами поужинаю, но больше так не делайте.

Он склонил голову.

– В следующий раз явлюсь лично.

Закатив глаза, Кирс прошла за ним к столику. Лоркан отодвинул для неё стул, а потом занял место напротив. И тут её озарило.

– Грэгори Эмбердаш часто здесь бывает.

Лоркан пододвинулся к столу.

– Ах да, он мой клиент.

– Он как-то упоминал мимоходом.

– С него станется. – Лоркан достал платок. – Обожает ягнёнка, который, так совпало, как раз сегодня в меню.

– Эмбердаш – призрак, он не ест ягнятину.

– Призраки могут есть человеческую еду. Она просто их не насыщает, – парировал Лоркан.

Кирс перекосило. Об этом думать ей совершенно не хотелось.

– И он с вами работал? – спросила девушка.

Лоркан жестом указал на неё.

– Это он порекомендовал мне вас.

– Замечательно. – Что ж, это объясняло его размытые предупреждения. Наверное, стоило ожидать, что Эмбердаш её сдаст, но они так давно друг друга знали, что всё равно было больно. – И почему же именно меня?

– Я искал того, кто сможет вломиться в дом к Грейвзу. Эмбердаш предложил мне несколько неудачных кандидатов, пока, наконец, мы не дошли до вас. Если так вам будет легче, то знайте, что он предложил вас очень нехотя и только тогда, когда других вариантов попросту не осталось.

«Нет, легче не стало».

– А это разве не нарушает вашего с Грейвзом уговора?

– На грани, – признал он.

– А зачем пытаться меня убить после того, как у меня получилось? Это разве не противоречит вашим планам?

– Вы вышли через главный вход. Я решил, что вы теперь на его стороне.

– А нынче, когда я буквально у него живу, значит, не считаете?

– Ещё как считаю, – с широкой улыбкой ответил он, но дальше не продолжил. – Вам нравится каберне-совиньон?

Покачав вино в бокале, он сделал небольшой глоток. Но Кирс ничего не ела с самой вечеринки. Начинать с вина вряд ли было лучшим решением.

Вместо этого девушка взяла стакан воды. Перед ними появились свежие салаты из зелени и корзина с хлебом. Лоркан взялся за вилку.

– Значит, без вина, – сказал он. – Надеюсь, хотя бы салат будет вам по вкусу.

Кирс с наслаждением запустила вилку в салат, но ко рту её не поднесла.

Лоркан вздохнул и тоже отложил вилку.

– В этом же вся суть. – Его голос смягчился. – Я завожу разговор. Хочу узнать вас получше.

Она положила локти на стол, наплевав на этикет.

– Зачем?

– Я в вас ошибся. Когда увидел, как вы выходите из дома Грейвза, я решил, что он переманил вас на свою сторону, что вы заодно и Эмбердаш меня подставил. Я не хотел дарить Грейвзу ещё одну пешку. Признаю, порой я принимаю решения слишком поспешно, когда речь идёт о нём. Но мы с вами не враги.

Она хотела спросить, почему он так торопился во всём, что связано с Грейвзом. У неё было столько вопросов. Невыясненных вопросов, вокруг ответов на которые Грейвз вертелся, как хитрый лис. И вот перед ней сидел Лоркан, готовый предоставить ей информацию. Но какой ценой? Нужно быть осторожной. Лоркан казался лёгкой добычей, но тот, кто мог потягаться с Грейвзом, однозначно умел вести игру.

– Как скажете, – кратко ответила девушка, наклонившись и пробуя салат.

Её подвеска качнулась над едой. Лоркан издал тихий горловой звук.

– Что за птица у вас на кулоне?

Она подняла глаза, уверенная, что он и так знает ответ.

– Крапивник.

Лоркан улыбнулся во все тридцать два зуба.

– Правда? Крапивники – замечательные птицы.

Кирс устало посмотрела на него.

– Тоже сейчас расскажете мне о том, как их убивают на следующий день после Рождества?

– Я смотрю, Грейвз снабжает вас информацией, – понимающе сказал он. – Крапивники – это предвестники весны. Конца зимы. Смены времён года, всё такое.

– А их убивают просто забавы ради.

– Ну, уже нет. В наше время всё ограничивается вечеринкой. – Он отпил ещё вина. – Но уверен, Грейвза ваш кулон весьма заинтересовал. Как и меня, птичка.

Кирс заставила себя держать руки на виду, как бы сильно ей не хотелось спрятать украшение под одежду.

– А теперь ешьте. Выглядите так, словно уже несколько недель голодаете.

Абсурдное заявление, учитывая, что до адского похмелья от волшебного порошка она питалась лучше, чем когда-либо в своей жизни. Решив свалить это наблюдение на общее недомогание, она решила всё же поесть. За первым укусом последовал второй, затем третий. И что не так с этими мужиками и едой? Как мог салат быть таким вкусным?

– Козий сыр с моей домашней фермы и свежая малина.

– Откуда вы достали малину посреди зимы? – спросила Кирс, вылавливая из салата ещё одну ягоду и наслаждаясь ей. Малина была и у Лоркана, и у Грейвза. Деньги были ответом на этот вопрос.

– У нас всех есть свои секреты, – сказал он, сверкнув глазами.

Когда они наконец прикончили салаты и Кирс наелась самого тёплого и хрустящего хлеба на свете, прибыло основное блюдо. Как и обещали, это был ягнёнок в ароматном соусе с гарниром из картофельного пюре с коричневым маслом.

– Расскажите мне о себе, – продолжил Лоркан. – Что вы делаете развлечения ради? Какие у вас вкусы? Музыкальные предпочтения?

Кирс попыталась понять, чего он добивается. Она-то думала, он будет грубым и заносчивым. Что он не воспримет её всерьёз, попытается перекупить, а если это не сработает, то убить. Или, по крайней мере, скажет ей, что Грейвз – очень, очень плохой парень, и укоризненно погрозит пальчиком. Вот только… ничего из этого он не делал.

– Зачем вам обо мне знать?

– Я что, не могу посчитать красивую женщину интересной? – спросил Лоркан.

Она наклонилась вперёд и похлопала ресницами.

– Вы считаете меня красивой?

– Вы прекрасно знаете, что вы красивая. И очень интересная, учитывая, как долго вы прожили на улицах благодаря своим навыкам.

– Надо же, какой вы милый, – заигрывающе сказала она.

Лоркан снова рассмеялся. Как же легко это у него получалось.

– Если я кажусь вам милым уже сейчас, то подождите до десерта. Не буду портить сюрприз, но это моё любимое блюдо. – Лоркан откусил ещё немного ягнятины, прожевал и снова заговорил: – Итак? Что там по интересам?

– Сначала вы, – сказала она, откусывая кусок самого сочного мяса, что когда-либо пробовала.

– Мне нравятся долгие прогулки по лесам и болотам. Люблю парусный спорт, люблю рыбачить в ясные дни, а в дождь прятаться в беседке с гитарой. Люблю фестивали, ритуалы, фермерские рынки. Признаю, мне легко угодить, – ответил он, кладя вилку на стол. – А что насчёт вас? Легко ли угодить вам?

Это был важный вопрос. Да, он хотел узнать о ней больше, но на самом деле Лоркан проверял, можно ли её купить. Сможет ли он сманить её на свою сторону добрыми глазами, тёплыми улыбками и вкусной едой. Кирс решила подыграть ему и посмотреть, к чему это приведёт.

– Мне нравится… тренироваться, – пожала она плечами.

– Но это работа, – отмахнулся он. – Что вы делаете ради удовольствия?

– Ради удовольствия, – тихо повторила она. – Признаюсь, в моей жизни мало удовольствия.

– Ну, должно же вам нравиться что-то кроме воровства и тренировок.

Кирс опустила глаза, притворяясь невинной жертвой.

– Ну, пожалуй, мне нравятся куличи из еврейской пекарни в Верхнем Ист-Сайде, напротив музея.

– Куличи? – восторженно переспросил он.

Кирс кивнула с лёгкой улыбкой.

– Куличи с корицей. Лучшее, что я когда-либо пробовала.

– Обязательно скажите мне название, я стану спонсором их заведения. – Он наклонился ближе. – Что ещё?

– Ну, мне нравится проводить время с друзьями. – Она нахмурилась, словно только сейчас вспомнила, где сидит. – Теми, которых вы пытались убить.

– Повторюсь, я ошибся. Прошу прощения за недоразумение. – Он поднял руки перед собой. – Простите меня?

Чёрта с два.

– Вы больше их не тронете?

– Меня интересуете исключительно вы, дорогая. – Это ровным счётом ничего не значило, и они оба это знали. – Продолжайте, пожалуйста, – подбодрил он.

– Мне нравится бренди, – призналась она. – Впервые попробовала его в шестнадцать лет. Оно на вкус как напиток, которым стоит отмечать достижения.

– У меня есть впечатляющая коллекция различного бренди. Попрошу подать к десерту, – заверил Лоркан. – Расскажите ещё.

– Ну, на самом деле мне просто нравится обчищать карманы ничего не подозревающих богатеев.

Он фыркнул.

– Вам бы почаще развлекаться. Если воровать у богатых – это ваш способ повеселиться, то я мог бы сильно вас порадовать.

И несмотря на то что оба они играли свои роли, в этот момент она ему поверила. Лоркан не был похож на того злодея, которого рисовало ей воображение. Вообще ни на что плохое он похож не был. Кирс была уверена, что всё это лишь уловка, чтобы она расслабилась, но он просто… не выглядел опасно. Да, она знала, что на самом деле Лоркан ещё как опасен. Он пытался её убить. Он враждовал с Грейвзом. Он был боссом мафии, контролировавшей весь Бруклин. Этот список был одним большим предупредительным знаком: «Не влезай – убьёт!». Вот только она ничего такого не чувствовала.

Их пустые тарелки унесли, а на десерт подали восхитительный коричный хлебный пудинг, политый кремовым ванильным соусом с бурбоном, в сопровождении обещанного бренди. Сделав всего глоток, Кирс тут же решила, что это самый вкусный бренди в её жизни.

– Спасибо за чудесный вечер. Вам всегда рады в «Равноденствии». В любое время. За мой счёт, – сказал Лоркан.

– Почему? Что это вообще за место?

– Это мой ресторан. Равноденствие – символ баланса, а баланс для меня очень важный концепт. Я стараюсь применять его к своей жизни, временам года, еде. Три дня в неделю я открываю двери ресторана для бедных и голодных. Бесплатные горячие обеды для всех, кто придёт. Следующие три дня я принимаю богатых и привилегированных членов общества. Тех, кто хочет вести дела и проводить встречи вдали от глаз себе подобных. – Он обезоруживающе улыбнулся девушке. – Я предоставляю необходимую услугу. Совершенно неофициально. Баланс.

Сколько раз ей был жизненно необходим горячий обед? Как часто ей случалось голодать с абсолютно пустым желудком? Со счёта можно сбиться, но это не отменяло его роли в происходящем. Да и потом, он наверняка манипулировал ей, говоря именно то, что она хотела услышать. Может, Лоркан и совершал хорошие поступки, но его роли в происходящем это никак не меняло.

– Почему вы ненавидите Грейвза?

Его губы тронула улыбка.

– Он вам не сказал?

– Хочу услышать вашу версию.

Лоркан задумался на секунду, допивая последние капли бренди из своего стакана.

– Оставим это до следующего раза, – сказал он наконец. – Вы же вернётесь, не так ли?

– Не знаю, – ответила она, вскинув бровь. Было ли ему ещё что ей рассказать? Могла ли она выжать из него больше?

Его улыбка стала шире, а голубые глаза просияли.

– Давайте вы позвоните мне, когда будете готовы? Чтобы мне больше не пришлось присылать Деклана.

Лоркан достал визитку и толкнул её через стол. Кирс приняла карточку. На плотном кремовом картоне были золотым тиснением отпечатаны его имя и номер. Единственным другим украшением был маленький жёлудь. Кирс запихнула визитку в карман. Вдруг пригодится.

– Может быть, – сказала она, поднимаясь.

Он тут же встал и шагнул к ней, словно что-то его притягивало.

– Деклан отвезёт вас обратно в город.

– Отлично. – Кирс подняла глаза, чтобы видеть его реакцию на следующие её слова: – Я расскажу об этом Грейвзу.

Лоркан кивнул.

– Что же, меньшего я и не ожидал. Хотя я не нарушал нашего уговора. Как вы считаете, мы вам навредили?

– Меня похитили, – отметила Кирс, отказываясь пятиться. Они стояли так близко друг к другу. Девушка взглянула ему в глаза, ловким жестом снимая часы с запястья Лоркана, пока он зачарованно глядел на неё.

– И я вас отпускаю. – Его улыбка дрогнула, и он посмотрел на неё с некой искренностью в глазах. – Хоть и неохотно, признаю.

– Как же вы бесстыже флиртуете, – сказала Кирс, отступая назад и разбивая то напряжение, что он пытался между ними создать. Руки она спрятала в карманы. Лёгкая добыча.

– Мой недостаток, я знаю. – Но тут он схватил её за запястье. – Не очень-то мило с вашей стороны. – Лоркан перевернул её ладонь и разжал пальцы, чтобы обнаружить часы, которые она сняла с его руки. – Это я, пожалуй, заберу.

– Как вы узнали? – любопытно спросила она.

– В следующий раз расскажу, – подмигнул он, застёгивая часы.

Ещё одна ловушка, в которую она совершенно не собиралась попадаться.

– Я пошла.

Лоркану словно сложно было отпускать её.

– Возвращайтесь, Кирс.

Она бросила на него последний взгляд, притворяясь, будто была не прочь.

– Может быть.

Глава 30

Деклан совершенно не собирался везти её обратно к Грейвзу. Высадил прямо там, где подобрал, и только рассмеялся, когда она показала ему средний палец вместо чаевых. Тем вечером ей явно предстояло добираться до Грейвза самой. Лоркан, может, и обещал ей безопасный путь домой, но его правую руку явно не особо волновала её безопасность.

Кирс дождалась, пока чёрный автомобиль скроется из виду, и вздохнула с облегчением.

Скатертью дорожка.

– Ну и ночка у тебя выдалась, – проговорил Нейт у неё за спиной.

Кирс развернулась.

– Да уж, – буркнула она.

В тенях вдоль всей улицы скрывались волки. Она заметила Кару и Финна, державшихся рядом. Финн приобнимал Кару за талию, а она улыбалась каким-то его словам. Ронан посмотрел на них с очевидным недовольством, потом вернулся к разведке.

– Уотерс. – Ронан щёлкнул пальцами в сторону брюнетки. Та кивнула ему. – Лопез, Келлер. – На этот раз он показал на невысокого смуглого парня и веснушчатую рыжую девушку на другой стороне улицы. Те вышли из теней, как только к месту встречи стали подходить люди. Все они так слаженно работали вместе, двигались как единый организм, а не отдельные волки.

– Могла бы и предупредить, что это случится сегодня, – сказал Нейт, привлекая её внимание обратно к себе.

– Но ты же всегда готов к чему угодно, – поддразнила Кирс.

Поравнявшись с Нейтом, она подстроилась под темп ходьбы, и вместе они направились к круглосуточному кафе в конце улицы.

– И как всё прошло? Я как-то не думал, что встреча выпадет на сегодня. Ты выглядела потрепанной, когда они поймали тебя на улице.

– Ну, это был не совсем мой план, Нейт, но ты же знаешь, когда подворачивается возможность…

– Так и скажи, что они тебя в любом случае повязали бы.

– Ну да, я была не в лучшей форме, чтобы отказываться. Рада, что мы этого ожидали, – сказала Кирс. – Пусть оно и случилось не совсем тогда, когда я предполагала.

Она уже несколько раз замечала, как Друиды патрулируют зону вокруг особняка с самого её переезда. Ещё тогда девушка сказала Нейту, что ей, пожалуй, стоит нарваться на встречу с Лорканом, но она точно не рассчитывала, что встреча состоится этой ночью. И теперь у неё точно не оставалось времени повидаться с Джен и Итаном. Зато Кирс определила тактику Лоркана.

– Ну и? – спросил Нейт. – Удачно?

Она одарила его волчьей улыбкой.

– Все карты мне выложил.

Нейт фыркнул.

– Как я по тебе скучал.

Распахнув дверь в пустое кафе, он подал сигнал своим людям. Те разбрелись по периметру. Нейт направился прямиком к несчастному бариста, а Кирс уселась на их обычное место. После небольшой жизнерадостной беседы Нейт вернулся с напитками.

Кирс подула на горячую жидкость.

– И ты был прав, – признала она.

– Да ну?

– Нет смысла бояться Друидов, когда в тенях поджидают Повелители ужаса, так ведь?

Окинув её взглядом, Нейт кивнул.

– Верно. Я рад, что мои ребята за тобой присматривали. Хотя должен признаться, стало неуютно, когда ты зашла в его штаб.

– Они сами притащили лису в свой курятник, это им стоило волноваться, а не тебе.

Он хмыкнул.

– Тоже правда. Ну, выкладывай всё.

Девушка вкратце пересказала Нейту суть разговора с Лорканом. Он лишь кивал, слушая, и закатывал глаза в ответ на каждую попытку босса Друидов её очаровать.

– Короче, самовлюблённый козёл.

Кирс рассмеялась.

– Чья бы корова мычала.

– Я этого хотя бы не скрываю. Жаль, что не получилось выжать из него больше информации о Грейвзе.

– Расскажет ещё как миленький, – сказала Кирс, пожимая плечами. – Если ты заметил, он немного в отчаянии.

– А по-моему, ты ему нравишься.

– Что очень странно. Не уверена, сколько из этого было хорошей актёрской игрой, но он точно неплохо изображает из себя главного героя этой истории.

– Он наверняка таковым себя и считает.

– Ага, – кивнула она. Как непохоже на Грейвза, который видел в себе монстра этой сказки. – Что у них с Грейвзом за тёрки, как думаешь?

Нейт вздохнул.

– Без понятия. Но доверять я бы не стал ни тому, ни другому.

– Я вообще никому не доверяю.

Нейт озарил её ослепительной улыбкой.

– Кроме меня, разумеется. Именно поэтому ты мне тут всё и рассказываешь.

Кирс только покачала головой в ответ на его выходки, пусть это и было её планом с самого начала.

Шаг первый: подобраться поближе ко всем важным шишкам этого города и выяснить их секреты, цели и планы. Все знали, что монстрам было тесно в условиях Соглашения. Доблестные мужи просто-напросто были самыми громкими. Кирс не собиралась оказываться с краю и в этой войне. Особенно не теперь, когда у неё появилось преимущество. И не после того, как эти твари похитили Торру. Это было личное.

Шаг второй: вместе с Нейтом и его Повелителями разработать на основании всей этой информации дальнейший план действий, который можно будет использовать против монстров. Если, а точнее когда вся таящаяся злоба перельётся через край, они будут готовы. Нейт оставался для этого лучшим кандидатом. Он был её союзником, союзником людей. Кирс бы предпочла его любой другой альтернативе.

Шаг третий: украсть копьё. Нанести удар по врагу, по тем, кто украл Торру. Это была главная цель – лишить их любого преимущества.

Правда, когда Кирс всё это планировала, она не учла Грейвза. То, что происходило между ними после той тренировки и вечеринки у Имани. Он просил не раскрывать его секретов, но она уже знала его достаточно хорошо, чтобы понимать: если он узнает, что Кирс ведёт двойную игру с Повелителями ужаса, то слетит с катушек.

– Мы ведь союзники, – сказала она.

– Друзья, – поправил Нейт.

– Хорошо. Друзья, – непринуждённо ответила Кирс, словно это слово для неё ничего не значило. Нейт и правда был её другом, но все без исключения участники этой игры её напрягали. У всех была над ней власть. Даже у Нейта. Особенно у Нейта. В конце концов, он знал её лучше всех.

– С Лорканом пока подождём, значит. Если ты уверена, что он за тобой ещё придёт.

– Придёт, – с уверенностью сказала она. – Не выдержит. Он верит, что сможет мной воспользоваться, чтобы насолить Грейвзу.

– А на самом деле им пользуешься ты, – со смешком заметил Нейт.

– Восхитительно, сколько людей добровольно перестают замечать правду, если им мило улыбнуться. – Она продемонстрировала ему именно ту самую милую улыбку, и Нейт фыркнул.

– Кстати, что случилось за последнюю пару дней? От тебя ни весточки не было.

– Я работала.

– Главное, чтобы ты была в безопасности.

Кирс фыркнула.

– Я оказалась в опасности, как только согласилась на эту работу.

Нейт нахмурился, недовольный такой оценкой, но сказал только:

– Мы с тобой засиделись. Надо вернуть тебя к Грейвзу домой, пока он не понял, что тебя нет. Мне нужно что-то ещё о нём знать?

Кирс неловко заёрзала. Не то чтобы она не хотела выдавать информацию о Грейвзе Нейту и его Повелителям. Она не доверяла Грейвзу. Как и он ей. Это колдун разъяснил кристально ясно с самого начала. Но Кирс дала слово, что не будет трепаться о его секретах, и почему-то ей очень хотелось это слово сдержать. По крайней мере пока.

Заметив её сомнения, Нейт вскинул бровь.

– Только не говори, что у тебя вдруг проснулась совесть.

Кирс только закатила глаза.

– Вот ещё. – Она встала из-за стола. – Я тебе напишу, как будет новая информация.

Нейт пристально посмотрел на подругу, словно пытаясь понять, не манипулирует ли она ещё и им заодно.

– Мы на одной стороне, Кирс.

– Знаю, – ответила девушка.

Как бы ей ни хотелось в это верить, но на самом деле на её стороне в этом деле была только она сама.

Глава 31

В доме было удивительно тихо, когда Кирс пробралась обратно в свою комнату и её успокаивающее тепло. Закрыв за собой дверь, она прошла к кровати, на ходу скидывая куртку. Сложно было сказать, что именно её насторожило, но, подняв глаза, она обнаружила сидящего в кресле напротив Грейвза.

Кирс тихо ахнула. Он не должен был быть дома. Нейт бы её предупредил.

– Грейвз, – тихо прошептала она. – Ты что тут делаешь?

Он медленно поднялся на ноги, выглядя как никогда угрожающе. Кирс поёжилась от ауры его присутствия, глядя на возвышающуюся над ней фигуру.

– Ты ушла.

– Да.

– И избежала камер.

– Я думала, ты их в качестве вызова повесил.

Он шагнул ближе, легко преодолевая расстояние между ними.

– Ты всё воспринимаешь как вызов?

Она склонила голову набок.

– А разве не в этом вся прелесть жизни?

– Ты же понимаешь, что это была плохая идея, – с резким выдохом сказал он.

– Мне не запрещено выходить за территорию, – как бы между прочим напомнила Кирс.

Грейвз заметно напрягся в ответ на её беспечный тон, словно что-то в нём внезапно треснуло.

– Ты же ещё выздоравливаешь, – глухо прорычал он.

В пасмурных глазах мерцало беспокойство, и он нервно стиснул зубы. Кирс впервые осознала, что колдун, кажется, не злился на неё… он о ней волновался.

Что-то в ней оттаяло в ответ. Девушка-то думала, что он каменный. Даже когда спас ей жизнь, Грейвз не казался таким уж обеспокоенным.

– Я в порядке, – успокаивающим тоном сказала она.

– Но тебе не стоило уходить, не восстановившись полностью.

– Ты прав, – согласилась она, расслабляясь и понижая тон. – Мне не стоило вообще выходить. Друиды выследили меня и притащили в «Равноденствие» к Лоркану. На ужин.

– Что? – ошарашенно переспросил он. – Сегодня?

– Ага, вот только вернулась.

– Это нагло нарушает условия нашего уговора. – Грейвз был похож на дракона, готового расправить крылья и начать плеваться огнём. – Лоркан за это заплатит.

Кирс преградила ему дорогу.

– Как видишь, я жива и здорова. Мы просто поговорили.

– Ты не знаешь Лоркана так, как знаю его я. Он ничего не делает просто так. И если он привёл тебя в «Равноденствие», это считается за посягательство на мою территорию. Я так понимаю, он хотел переманить тебя к себе? – спросил Грейвз, замерев в ожидании ответа.

– Что-то вроде того. – Кирс взглянула на него из-под ресниц, пользуясь хрупкостью момента. – Я сказала, что передам тебе, что он сделал. Думаю, он ждёт от тебя реакции.

– Хочешь сказать, я пойду у него на поводу?

Кирс развела руками.

– Не знаю. Просто сложно представить другую причину, по которой он стал бы меня красть, а потом отпускать, если бы не хотел тебя подразнить.

Грейвз стиснул зубы ещё сильнее, словно поняв, что она права.

– И что он тебе сказал?

– Толком ничего, – соврала Кирс. На самом деле он дал ей достаточно информации, но Грейвз всё равно спрашивал не об этом. – Просто хотел узнать меня получше. Думаю, испытывал меня, не более.

– И ничего не рассказывал о наших отношениях?

Кирс покачала головой.

– Нет. Я без понятия, что между вами произошло. Он мне ничего не сказал, а раз так, то и ты вряд ли скажешь, – со вздохом заключила она.

Серые глаза Грейвза вспыхнули. На секунду показалось, что его разрывало между двумя мирами. Словно он стоял на краю обрыва, гадая, сможет ли допрыгнуть до противоположного края, но ему было видно лишь глубокую бездну внизу. Наконец колдун медленно поднял глаза, ловя её взгляд. Она видела тени, пляшущие в чёрных зрачках. Призраки прошлого и того, что в нём произошло.

– Множество лет назад, задолго до твоего рождения, мы с Лорканом были… своего рода семьёй, – сказал он, переводя взгляд на закрытое окно, словно ему сложно было говорить, глядя ей в глаза. Кирс боялась даже дышать, не веря, что он решил хоть что-то рассказать, и опасаясь спугнуть его, словно дикого кота, напомнив о своём присутствии. – Мы друг другу не очень подходили, но какое-то время он был второй стороной моей монеты, моим братом, разве что не по крови. Когда случилась трагедия, между нами разверзлась пропасть. Он винит в этом меня.

Грейвз замолчал, и Кирс уже почти решила, что на этом он и закончит.

– Возможно, здесь он прав, – сказал Грейвз наконец. – Но я не смог загладить ту вину и никогда уже не смогу. Так что с тех пор мы стали врагами.

Боль в его голосе прошила её грудь. Как же Кирс не хотелось ему сочувствовать, но в то же время она не могла себя остановить. Колдун рассказал эту историю так кратко и болезненно, что становилось ясно: сколько лет бы ни прошло с тех событий, они будут ранить его всегда. Что бы за трагедия ни случилась и сколько бы Лоркан ни оставался врагом, желающим расплаты, те первые годы, когда они были семьёй, никуда не денутся. И ничто не причиняет большей боли, чем семья.

– Грейвз, – прошептала она.

Он почти вздрогнул, возвращаясь в реальность, словно и не собирался рассказывать ей так много.

– Пойдём в библиотеку. Я нашёл то, что искал.

Кирс хотелось вернуться обратно в тот момент честности и открытости, но он был упущен. Так что она просто кивнула и проследовала за ним из своей комнаты в Библиотеку Остролиста. Анна спала, свернувшись клубочком на диване. Кирс села рядом, и это вредное существо тут же оскорблённо вскочило и перебралось на другое место.

– Я это запомню, – сказала Кирс кошке.

Пока Грейвз наливал себе выпить, она взяла полистать книгу с журнального столика. Сама девушка от алкоголя отказалась. Но, как бы она ни пыталась сосредоточиться на чтении, ей не давали покоя мысли об Анне Болейн. О той, которая кошка, разумеется.

Домашняя кошка как-то совершенно не вязалась с характером Грейвза. Кошки, в конце концов, сами выбирали хозяев, а не наоборот.

Кирс любило множество уличных кошек, и примерно такое же количество её презирало. Она заводила среди них друзей, по возможности кормила, однажды даже наблюдала, как Джен пыталась протащить в дом усато-полосатого прямо под носом у Колетт.

Так почему из всех возможных людей Анна выбрала Грейвза? Из всех возможных монстров?

Грейвз сел рядом с ней, прерывая размышления.

– Что читаешь? – спросила она, только теперь заметив, что всё это время у него в руках была книга. Он протянул ей маленький зелёный томик. Взяв его в руки, Кирс увидела на обложке узор из трёх спиралей, сходящихся в маленьком треугольнике по центру.

– Тебе бы понравилось, я думаю. Предыдущую уже дочитала?

– Ага.

– И что думаешь?

Она задумчиво потёрла пальцем губу.

– Мне понравилась история о Дубовом и Остролистном Королях и их битвах.

– Я так и думал.

– В каком смысле?

Лицо Грейвза напоминало безразличную маску.

– Ну, не могли же тебе понравиться истории о Верховных Жрицах и их целительских способностях.

Эту она тоже читала. Поэтому наморщила нос.

– Я тебя умоляю. Девственницы, живущие на острове отдельно от мужчин и управляющие погодой, чтобы корабли лучше плавали. Нет уж, спасибо.

Грейвз пожал плечами.

– Другие были времена. Так что именно тебе понравилось в Дубовом и Остролистном Королях?

Кирс прикусила губу, гадая, что именно она должна была увидеть в той истории. Что-то в ней было до боли похоже на правду, этого она отрицать не могла. Даже если картинка полностью и не складывалась у неё в голове.

– Ну, мне нравится концепция того, что дважды в год главенство зимы или весны решается в сражении. Дубовый Король вечно пытается вернуть свет, а Остролистный Король – тьму. Гармония. Можешь себе представить, если бы это не работало? Если бы Дубовый Король проиграл в зимнее солнцестояние, и зима с тьмой воцарились навсегда? Ну или, по крайней мере, до следующей битвы?

– Начала с гармонии, закончила хаосом, – забавляясь, отметил он. – Лучше тебя, наверное, ничем и не описать.

– Я большую часть своей жизни провела в хаосе. Не знаю, что делать с гармонией. А почему ты любишь эту историю?

Он задумчиво постучал пальцем по подлокотнику.

– Она про жизнь. О чём-то настоящем.

Кирс чувствовала на себе его взгляд.

– Это же просто мифология.

– Кто-то может и так сказать. Другие заметят, что правды в ней столько же, сколько и в любой другой религии. Мифологией история становится только тогда, когда перестаёт быть угодной большинству.

– Ну да, наверное. – Эта книга была так же потрёпана, как и та, что Кирс брала раньше. Видимо, она действительно колдуну очень нравилась, раз из всей своей необъятной библиотеки Грейвз так сильно любил перечитывать именно её.

– Разве сезоны не сменяются каждый год?

– Да, но это всё давно объяснено наукой. Планеты вращаются вокруг Солнца и всё такое, – сказала она, впрочем осёкшись под конец.

– Но тем не менее существуют монстры и магия, – ответил он, – которых наука понять не в силах.

– Тоже верно. – Кирс ещё задержалась взглядом на зелёной книжке, недоумевая, как колдун связан с остролистом и не в том ли причина его любви к этой истории. – Остролист – это твой символ. Он повсюду в библиотеке и вплетён в твои печати. Из-за этой истории?

Его взгляд заволокло туманом.

– Остролист – это символ вечной жизни, потому что он остаётся зелёным даже зимой, а ягоды у него ядовитые. Я счёл его похожим на себя.

Грейвз встал и вынул какие-то бумаги. Когда он разместил их на столе, среди листов оказалась стопка неосторожно сложенных чертежей, уголок чего-то похожего на ещё одно приглашение и рисунки различных компьютерных деталей?

– Что это такое?

– Это то, над чем я работал. Как только у меня появился взломщик печатей, я потянул за все ниточки, которые были.

Кирс одобрительно закивала. Эту часть работы она обычно выполняла одна или вместе с Итаном. Было даже приятно сотрудничать с кем-то, достаточно подготовленным, чтобы собрать большинство нужной ей информации в одном месте.

– Рассказывай.

– Ты слышала когда-нибудь о вампире по имени Король Людовик?

– Звучит знакомо, – призналась она. – Правитель криминального мира или типа того?

– Он самый, – сказал Грейвз. – Назвал себя в честь французского короля Людовика Четырнадцатого, «короля-солнце», самого долгосрочного правителя Франции. Людовика-вампира изгнали после подписания Соглашения, и с тех пор он стал полноправным монархом криминального подполья монстров. Это он руководит Доблестными мужами. И совершенно не стесняется громко заявлять о своём отвращении к тому, что он воспринимает как подавление прав и свобод монстров. А ещё он верит, что должен править этим миром. Я бы даже сказал, он был самым ярким противником Соглашения. Но такого человека… такого вампира, как он, какой-то договор не удержит.

– И копьё сейчас у него, – догадалась Кирс.

– Да. Я имею основания полагать, что копьём владел его предшественник. По моей информации, после его смерти копьё перешло к Королю Людовику.

– Так, значит, сам ты его не видел?

– Нет, – признался Грейвз. – С тех пор как потерял доступ к подземью, не видел.

Он протянул Кирс один из рисунков. На нём была дверь банковского хранилища и система безопасности. Кирс прищурилась, пытаясь найти какую-нибудь зацепку.

– Вот где хранится копьё. С печатями проблем не будет, но тебе придется взломать саму дверь, не подняв тревоги.

– Всё нормально. Думаю, с чем-то таким я справлюсь. Будет ещё лучше, если сможем выяснить модель или тип двери. Любое преимущество сыграет мне на руку.

– Сделаю, что смогу. – Грейвз протянул ей фотографию. – Вот он, Людовик.

Снимок был зернистым и мутным. Людовик оказался крупным, но в добром здравии. Тёмные густые волосы, трость, сжатая в бледных руках. Выглядел он так, словно пытался изобразить аккуратность и достоинство, но у него плохо получалось. Глаза казались безумными даже при плохом качестве фотографии. Губы искривлены так, словно жизнь когда-то обошлась с ним жестоко, и теперь он был готов ответить в десятикратном размере.

– По виду ясно, что с ним что-то не так. – Сразу было понятно, что давать этому монстру какую-либо власть – это плохая идея.

– Ещё как. С ним много, много чего не так, – серьёзно кивнул Грейвз.

– Но к копью ты не можешь подобраться не из-за него. Он просто вампир. А вампиры не умеют ставить печати, так ведь? В чём именно тогда проблема?

Грейвз достал из папки ещё одно фото и протянул ей. Когда девушка потянулась за снимком, их руки соприкоснулись. От малейшего контакта по коже взметнулось пламя. Она слегка вздрогнула и попыталась скрыть это, приняв новую позу и очень внимательно рассматривая фотографию.

На фото был долговязый молодой парень в широких очках в чёрной оправе. У него была смугловатая кожа и копна кудрявых каштановых волос, а на лице застыло чрезмерно нетерпеливое выражение.

– Проблема в нём, – сказал Грейвз.

Кирс не сдержала скептицизма.

– В этом парнишке?

– Это Уолтер Родригез. Обычный колдун, от которого слишком много проблем, – сказал Грейвз.

– Погоди. Я думала, ты единственный колдун в городе?

– Я такого не говорил. Только то, что мы территориальны. Я позволяю колдунам мелкого калибра жить на моей земле до тех пор, пока они знают своё место.

– «Мелкого калибра»?

– Да, колдуны бывают трёх видов: обычный, ученик и мастер.

– А ты тогда… – Он прожёг её взглядом. – Ну да. Глупый вопрос. – Раз он решал, кто живёт на его территории, то точно был мастером. Кирс прокашлялась. – И как же кто-то низшего ранга может доставлять тебе проблемы?

– Я встретил Уолтера несколько лет назад. Предложил ему потренироваться, стать учеником. Мы работали вместе, чтобы развить его способности. Некоторые ученики позже становятся мастерами своего дела, как Имани. Потенциал других оказывается лишь огоньком в ночи, они никогда не растут, как Монтрелл. Огонь Уолтера прогорел самым фееричным образом.

Кирс впитала эту информацию. Ей очень хотелось поинтересоваться, где на этой шкале находится она, но отходить от темы не хотелось.

– И почему же он является проблемой?

– Уолтер сосредоточился на одной из своих способностей, силовых полях, и стал фактически неприкасаемым. Каждый колдун может использовать печати, это базовая способность.

– Серьёзно? Даже я могу?

Грейвз кивнул.

– Да.

Кирс это известие привело в восторг.

– И все печати выглядят по-разному? У Уолтера они будут отличаться от твоих?

– В каком смысле? – заинтересовано спросил Грейвз, наклоняясь ближе.

– Во всех печатях есть символы. Остролист – у тебя и та птичка – у Имани?

Колдун выглядел поражённым.

– Да, магия очень индивидуальна. Птица Имани – это санкофа[4], – объяснил он. – Символ из западной Африки, который означает, что стоит обратиться к прошлому, чтобы построить лучшее будущее. И да. Вся магия индивидуальна.

– А мой символ тогда, получается, крапивник?

Его улыбка была острой и всезнающей.

– Вот и увидим.

Кирс уже не терпелось научиться.

– Так вот, про Уолтера, – сказал Грейвз. – Печати становятся мощнее, когда ты накачиваешь их своей силой. Мои печати, таким образом, сильнее, чем у Имани, а у неё они крепче, чем у Уолтера. Вот только Уолт нашёл способ вкладывать свои силовые поля в печати, как Имани вкладывает желания в порошок. И теперь я не могу сломать его барьеры.

– Печати, которые нельзя сломать, – повторила она. – Неудивительно, что тебе понадобилась я.

– Мне нужен специалист по печатям, да.

– Как он научился создавать такие печати?

Грейвз пожал одним плечом.

– До сих пор не знаю. Я его этому не учил, так что только если самостоятельно. Когда мы впервые встретились, он был математическим гением и технарём. Думал, что сможет запрограммировать магию, как компьютер.

– Умно. – Кирс внезапно поняла, к чему всё это ведёт. – Он нашёл способ быть полезным и теперь работает с Королём Людовиком.

– Защищает весь Третий Этаж, а вместе с ним и копьё.

– Логично.

– Мой план таков: ты пойдёшь на вечеринку Доблестных мужей с этим приглашением. Уйдёшь с танцев, проникнешь в хранилище, достанешь копьё и сбежишь. Если что-то пойдёт не так, то тут пригодятся все твои тренировки. Пробьёшься на свободу с помощью копья.

– Звучит просто.

– И может тысячу раз пойти не так. – Грейвз перевёл взгляд на бумаги на столе. – У нас чуть больше недели, чтобы достать всё необходимое.

Неделя. Чёрт.

– Время поджимает. Что нам ещё нужно?

Грейвз достал из кармана пиджака маленькую записную книжку и принялся зачитывать список.

– Найти самый лёгкий путь, которым ты сможешь попасть на Третий Этаж мимо охраны и печатей, приглашение – это только пропуск на само празднество. Больше информации о хранилище, чтобы ты смогла в него проникнуть. Подходящее платье. И путь отхода.

– О, моё любимое, – промурчала Кирс.

– Да. И самая сложная часть. Я не нашёл ни одного пути на Третий Этаж или с него, который бы не вёл через пункт досмотра. Что нам не подходит, если ты будешь с копьём.

– Ну, тогда время для самой лучшей части – разведки, – усмехнулась Кирс. – Когда начинаем?

Девушка даже не заметила, как близко придвинулась к Грейвзу в своём возбуждении. Она прижалась к нему плечом. Его тепло впитывалось в её кожу. Она посмотрела в глаза колдуна, пытаясь понять, собирается ли он прервать напряжение и заметить то, что между ними происходит. В животе что-то перевернулось, когда в его взгляде она увидела жажду.

Он открыл было рот, словно собираясь что-то сказать о произошедшем, но тут снизу раздался грохот.

Они вышли из библиотеки и спустились вниз по лестнице, где Эдгар как раз открывал дверь.

В прихожую ворвался громкий голос с британским акцентом.

– Эдгар, старина, сколько лет, сколько зим!

Грейвз облегчённо выдохнул, словно уже готовился к худшему.

Новоприбывшая фигура бесцеремонно ворвалась внутрь.

– Вот ты где, Грейвз. Во что, чёрт возьми, ты вляпался на этот раз?

Грейвз рассмеялся.

– Привет, Кингстон.

Итак, перед ней стоял тот самый Кингстон.

Глава 32

Кингстон был на полголовы ниже Грейвза, с обвисшими щеками и заметным животом, выпирающим из-под жилета. Он выглядел как образцовый джентльмен из девятнадцатого века, в комплекте с галстуком, цилиндром и тростью. Шляпу он ловко снял с головы и подхватил под мышку.

Кингстон яростно потряс руку Грейвза.

– Неужели ты приехал аж из самой Англии, чтобы меня отчитать? – спросил Грейвз.

Кингстон фыркнул.

– Не пришлось бы, если бы ты здраво мыслил и вернулся домой.

– Это когда это я отличался здравомыслием? – сухо спросил Грейвз.

– Ах, твоя правда. Ни разу за всё то время, что я тебя знаю. – Кингстон перевёл взгляд с Грейвза на неловко стоящую в отдалении Кирс и указал в её сторону тростью, которая, похоже, была просто модным аксессуаром, а не настоящим костылём: – Это она?

– Она? – переспросил Грейвз и тоже развернулся к Кирс. – А, Кингстон, позволь представить: моя ученица, мисс МакКенна.

Брови Кингстона резко полезли на лоб.

– Ты взял ещё одну?

– Нужно же как-то время коротать, – спокойно ответил Грейвз. – Это мой учитель, Кингстон Дарби.

Грейвз жестом велел Кирс сделать шаг вперёд, но она была слишком ошарашена его словами. Ученица. Она была ученицей Грейвза? Он как-то умолчал об этом, когда они говорили о видах колдунов. Значило ли это, что у неё был достаточный для ученика уровень магии? Что её тренировали как полноценного колдуна?

Шагнув вперёд, она протянула руку Кингстону.

– Приятно познакомиться. Можете звать меня Кирс.

Кингстон взял её ладонь в свою, но вместо того, чтобы пожать, он картинно согнулся пополам и коснулся её костяшек губами.

– Честь имею, дорогая моя.

Кирс в замешательстве подняла взгляд на Грейвза. Неужели он всегда так эпатажно себя ведёт?

– Учитель? – спросила она вместо того, чтобы озвучивать возникшую мысль.

Кингстон возмущённо выпрямился.

– Чему ты вообще учишь девочку, раз она даже не знает, что я взял тебя в ученики и вырастил тем, кем ты теперь являешься?

Кирс попыталась сдержать улыбку, но старания были тщетны.

– Сложно представить Грейвза учеником.

– Это ты сейчас так говоришь. Но когда-то он был юным оборванцем, попадающим в неприятности на каждом шагу.

– А, то есть мало что изменилось, – сказала Кирс.

Грейвз убрал руки в перчатках в карманы, молча позволяя своим учителю и ученице подначивать его.

Зато Кингстон отреагировал взрывом хохота и положил руку на плечо Кирс.

– В точку, в точку. Ну-ка, Грейвз, где твоя коллекция бурбона? Я проделал длинный путь. И если уж мне придётся торчать в этой предательской стране, по крайней мере буду потреблять самое лучшее.

– Эдгар тебя проводит, – качнул головой Грейвз, и Кингстон вальяжно направился к Библиотеке Остролиста вслед за дворецким.

Кирс встала сбоку от Грейвза, глядя ему вслед.

– Ученица?

– А что, нет? – спросил он.

– А что, да? Я не научилась даже капле магии.

Грейвз выпрямился во весь рост. Его глаза словно смягчились при взгляде на девушку. Свет играл на иссиня-черных волосах. Ей до боли хотелось смахнуть падающую на тёмные глаза прядь, но она мысленно отчитала себя за этот порыв.

– Разве нет?

– Ты умрёшь, что ли, если не ответишь на вопрос вопросом?

Его губ коснулась едва заметная усмешка.

– Не знаю. Умрёшь ли ты от того же?

Кирс картинно склонила голову в его сторону.

– Твоя взяла.

– К твоему сведению, дар Кингстона – убеждение. В том же смысле, в котором у Имани исполнение желаний, а у Уолтера силовые поля. Даже интересно посмотреть, насколько ты иммунна к его магии и скольким влиянием он обязан чисто своему характеру.

– А ты тогда что такое?

Он задержался на ней взглядом.

– Знание.

Так он описывал свою работу, а не то, чем был он сам. Впрочем, это же было логично, учитывая его род занятий и то, как колдун добыл всё необходимое для реализации их плана прежде, чем ей пришлось пошевелить хоть пальцем.

– Тогда понятно, почему у тебя такая библиотека, – сказала Кирс наконец.

В его взгляде мелькнуло что-то тёмное и голодное. Такое выражение она уже однажды видела, за секунду до того, как он набросился на неё на вечеринке у Като. Её губы приоткрылись, в горле комком свернулось предвкушение.

– Вы идёте там или нет? – позвал Кингстон.

Кирс вздрогнула, отшатываясь от Грейвза, который словно даже не смутился. Просто молча пошёл на зов.

Сердце Кирс колотилось как бешеное, пока она следовала за ними. Ей нужно было немедленно выпить.

Эдгар вышел из комнаты и прошёл мимо, держа в руке папку с аккуратно убранными со стола деталями их миссии. Кажется, даже учитель Грейвза не знал, что они собирались украсть копьё. Занятно.

Кингстон уже уселся в одно из бархатных кресел, скинув с него лозу остролиста, достал трубку и набил её табаком. Грейвз отошёл к бару. Замешкавшись между ними, Кирс в конце концов села на тот же диван, который чуть не наградил её сотрясением во время первого визита в этот дом, и поджала ноги под себя, наблюдая, как Кингстон достаёт из другого кармана спичечный коробок. Потратив несколько минут на то, чтобы раскурить трубку, он довольно покивал.

– Итак, Кирс, – сказал Кингстон, пристально разглядывая её, – Грейвз всегда так тщательно хранит свои секреты, что я даже не знал, что у него появилась ученица. Что же за способность у вас открылась? И как вы пополняете резервы?

– Ну, – сказала она, бросая взгляд на Грейвза и проверяя, не вмешается ли он, если вдруг не хочет, чтобы она рассказывала обо всём Кингстону. Однако колдун, судя по всему, не был против. Возможно, он даже искренне доверял учителю. – У меня иммунитет.

Кингстон вскинул палец к потолку.

– Вот оно что! Неудивительно, что он прибрал вас к рукам.

– Всё совсем не так, – сказал Грейвз, подходя с напитком для Кингстона.

– Спасибо, молодой человек, – сказал тот.

Второй стакан Грейвз передал Кирс, и она немедленно сделала добротный глоток. Грейвз же вернулся к бару, чтобы налить порцию и себе, а потом сел на другой край дивана, закинув лодыжку на колено другой ноги. Он выглядел почти что приятно. Мерцающий приглушённый свет сглаживал все его острые углы.

– Иммунитет, – задумчиво повторил Кингстон. – Какая редкость. Умение, конечно, пассивное. Может, вам и силы восстанавливать не надо.

– Да нет, как раз надо, – ответил Грейвз.

Кирс резко перевела взгляд на него. Ей колдун ничего такого не рассказывал.

– Ты о чём вообще?

– Грейвз, ну в самом деле. Мне что, самому девочку воспитывать? – с широкой улыбкой спросил Кингстон. Когда Грейвз ничего не ответил, тот повернулся обратно к Кирс. – У всех колдунов есть как минимум одна основная способность. Иммунитет – у тебя, убеждение – у меня. Но у меня есть и сила поменьше – перемещение. Так я сюда и попал, между прочим. Вышел из своего дома и сразу к Грейвзу на порог.

У Кирс, вопреки её попыткам оставаться спокойной, отвисла челюсть.

– Вы… можете перемещаться между разными городами?

– Ещё бы. Очень полезное умение. Но это моя меньшая сила. На неё тратится больше энергии. И вся магия имеет свою цену. Мы чувствуем себя слабее, когда пользуемся своими способностями, а потом нам нужно время на восстановление. Тренировки в первую очередь помогают узнать свои пороги, ограничения, слабости. Чтобы никто другой не смог застигнуть нас врасплох.

Кирс снова посмотрела на Грейвза, на этот раз шокированно. Он… тренировал её всё это время. Чуть не угробил, заставив добывать те письма, но теперь было яснее ясного, что таковым просто был его метод практики.

– Мог бы мне и сказать, – прошипела она.

– Я же сказал тебе, что всё это было проверкой.

– А, он вас чуть не убил? – громко рассмеялся Кингстон, потягивая трубку. – Классическая проверка на слабость.

– Вы тоже его почти убили? – вырвалось у Кирс.

Кингстон отсалютовал Грейвзу стаканом.

– Разумеется.

Кирс потрясла головой. Ненормальные.

– Параллельно с другими тренировками вы должны обнаружить, как восстанавливать свои способности. Еда и сон помогают, – гость похлопал себя по животу, – но по отдельности занимают больше времени, чем правильная подзарядка.

– И что мне нужно делать?

Грейвз вздохнул.

– Для каждого – что-то своё. Иногда это связано с твоим прошлым. То, что ты делала в детстве, чтобы успокоиться, или то, что вернуло тебе смысл жизни, когда стала взрослой. – Его взгляд затуманился. – Для Кингстона это искусство. Он смотрит на него, анализирует, критикует, созидает, и его силы восстанавливаются. И да, он слегка одержим картинными галереями.

– К слову говоря, надо купить билеты на завтра, – сказал Кингстон.

– А ты?

– Я читаю, – просто ответил Грейвз.

А. Ну что же, это объясняло, почему он постоянно читает. Вечно восстанавливает свои способности.

– А я?

– Пока не понял, – признался Грейвз. – После порошка желаний ты восстанавливалась медленнее, чем хотелось бы, потому что я не выяснил твой способ подзарядки до того, как мы пошли к Имани и Монтреллу.

– Недочёт, – отметила Кирс.

Столько фрагментов картинки разом встало на свои места. Вот почему ей так сложно было отойти от воздействия порошка. Ей нужно было восстановить силы.

– Кстати об Имани и Монтрелле, – мрачно сказал Кингстон, погремев льдом в пустом стакане. Кирс только теперь заметила, что тоже допила бурбон.

Грейвз взял бутылку с бара и принёс её к столу, налив всем ещё по одной.

– Нам обязательно о них говорить?

– Благодаря им я и узнал о твоём новом проекте. Только… им ты не сказал, что она твоя ученица. И даже назвал совершенно другое имя. Крапивник? – Кингстон выглядел понимающим. – У Монтрелла была истерика.

– Не моя проблема.

– А она Крапивник? – его взгляд вернулся к Кирс. – Что скажешь?

Кирс схватилась за подвеску на шее.

– Когда я последний раз смотрела в зеркало, вроде в птицу не превращалась.

Кингстон рассмеялся.

Девушка, впрочем, плохо поняла, что тут настолько смешного. Грейвз назвал её Крапивником, и это вызвало у хозяев определённую реакцию, но она тогда ещё не понимала, что у этого слова есть какое-то особое значение. Неужели она была не первым его крапивником? На секунду Кирс почувствовала что-то сродни разочарованию, прежде чем отогнать это чувство прочь.

– Я использовал это имя, чтобы привлечь их внимание, и это сработало, – рыкнул Грейвз.

– Ещё как. Они даже забыли проверить, есть ли у неё магия.

– А я обязан был что-то из этого им сообщать? – спросил Грейвз с плохо сдерживаемой злостью в голосе. Он не следовал ничьим приказам и не собирался слушать указания о том, как управлять своей империей.

Кингстон лишь отхлебнул ещё бурбона и рассмеялся.

– Нет, конечно, но вещам баланс нужен, знаешь ли.

– Да, и они этот баланс нарушили. Я лишь забрал то, что принадлежало мне, и тем самым восстановил порядок.

– Они захотят отомстить, – заметил Кингстон.

Грейвз помрачнел.

– Пусть попытаются.

– Ты сильнее их обоих. Чёрт возьми, сынок, ты сильнее всех колдунов, что я когда-либо встречал, за исключением меня самого. Но ты не неуязвим.

– Я в курсе, – ровным тоном ответил Грейвз.

– Ну, в любом случае я прибыл от их имени. Предупреждение доставил, тебя официально приструнил, – сказал Кингстон со смешком, как бы прекрасно понимая, что это невозможно.

– Они тебе рассказали о своём маленьком бизнесе? – Грейвз произнёс это так спокойно и тихо, что Кирс сразу услышала в его голосе тикающую бомбу.

– Конечно, конечно, – помахал рукой Кингстон. – Я всё знаю об этой новой версии порошка. Очень умно, кстати.

– А то, что она его продаёт?

– Она не зря королева Чикаго.

– А за пределами Чикаго? – спросил Грейвз. – Как насчёт того, что она делает это прямо здесь? Или в Лондоне?

Кингстон напрягся.

– Она не посмеет.

– Имани не хотела, чтобы я тебе об этом говорил, но раз уж они послали тебя меня отчитывать, то и мне нет смысла хранить их секреты.

– А в чём проблема, если она продаст порошок где-то ещё? – спросила Кирс.

– Чем дальше магия от своего владельца, тем менее стабильной она становится. А нестабильная магия угрожает всем магическим носителям, – возмущенно заметил Кингстон. – Ты теперь одна из нас, Кирс, так что слушай внимательно. Твоя главная задача – сохранить существование магии в секрете. Мы не похожи на других монстров. Если магию обнаружат, всему нашему укладу жизни придёт конец.

Какое-то время они молчали, переваривая его ответ. Вот почему «монстры – это не магия» стало популярным девизом. Магия была опасна по-своему. Это Кирс стало очевидно, как только она переступила порог их странного мира.

– Может, стоит напомнить об этом Имани, – сказал Грейвз.

– Напомню, уж поверь, – пробурчал Кингстон. Потом махнул в сторону Грейвза рукой со стаканом. – Хватит уже о делах. Давай, рассказывай, что у тебя случилось с нашей последней встречи. Столько воды с тех пор утекло, а я намереваюсь прикончить эту бутылку.

Грейвз заметно расслабился, меняя тему.

Кирс откинулась на спинку дивана. Может, прибытие Кингстона было к добру. Она была готова хоть всю ночь сидеть в библиотеке и слушать, как он раскрывает всё больше секретов таинственного Грейвза.

Глава 33

Пожалуй, Кирс переборщила с выпивкой. Она даже не заметила, как уснула на диване, – только то, что резко проснулась, когда кто-то накинул ей на плечи плед. Грейвз так и сидел рядом, допивая остатки бурбона. Кингстона давно и след простыл. Её макушка касалась бедра Грейвза. Шерстяной плед и жар его тела согревали.

– Прости, что разбудил, – сказал он, глядя чётко перед собой.

– Ничего страшного. Всё равно нужно перебираться к себе в кровать, если не хочу отлежать себе всю шею.

– Разумно.

Кирс села и потянулась. Потом посмотрела на Грейвза. Такой печальный, такой злой, так похожий на неё. Они по-разному реагировали на обстоятельства, но, как говорится, подобное тянется к подобному… Вот и сейчас её снова тянуло к нему.

– Ты не сказал ему про копьё, – заметила она.

– Не сказал.

– Почему-то я думала, ты захочешь привлечь к делу учителя.

– А ты бы хотела привлечь своего?

Кирс вздрогнула от одной мысли об этом. Джейсона в этом разговоре вообще упоминать не хотелось. Да, он научил её всему, что девушка знала. Он был и её учителем, и худшим ночным кошмаром. Кирс была счастлива, что его больше не существовало, и им никогда не придётся свидеться вновь.

– Нет, – выдавила она.

– У нас с Кингстоном необычные для колдунов отношения, – продолжил Грейвз. – Мы что-то вроде друзей с раздельными территориями. Я не всегда одобряю его методы, он не всегда одобряет мои. И этот план он бы точно не одобрил.

– Почему? – поинтересовалась Кирс.

– Копьё – это ценный артефакт, но в то же время им опасно обладать. Кингстон считает, что это пустая трата времени. Однако я бы не удивился, если бы он пошёл на перехват. Он любит коллекционировать значимые вещи не меньше меня.

Кирс понимающе кивнула. Значит, и она будет при Кингстоне молчать. В последнюю очередь им сейчас нужно было ещё одно препятствие на пути к цели. По крайней мере, теперь было ясно, почему Эдгар собрал все планы прежде, чем Кингстон добрался до библиотеки.

Она решила сменить тему.

– Так ты всё это время меня тренировал?

– Да. Я с самого начала предположил, что ты колдунья. Доказательств ещё надо будет дождаться, но я решил сразу придерживаться плана. Методы у меня… особенные.

– Судя по всему, именно такие, какими учили тебя.

– Похожие, да, но то, что с тобой случилось, в планы не входило.

– Что именно?

– Твоя болезнь, – сказал он, окинув её взглядом. – Мне не понравилось видеть, как тебе плохо.

– Я выздоровела.

– Да, но не так быстро, как хотелось бы. И ты не видела себя со стороны, когда потеряла сознание. – Он опустил голову. – Ты была такой… хрупкой. Тонкой.

Кирс чуть не рассмеялась.

– Звучит совсем на меня не похоже.

– Не похоже, потому мне и не понравилось. Тебе причинили вред, а я ничего не мог с этим сделать.

Он прожёг её взглядом, позволяя заглянуть глубже. Девушка была более чем уверена, что такие откровения он мало кому доверял.

– Ненавижу, когда ситуация выходит из-под моего контроля.

Кирс сглотнула. Это она уже знала. Как о нём, так и о себе. Только благодаря контролю она как-то справлялась с этой жизнью. Даже самые отвратные её стороны были предсказуемы. Со временем Кирс стала их ожидать. Но текущую ситуацию она не контролировала. Девушка выгрызла себе небольшой уголок в его мире и цеплялась за каждую возможность получить чуть больше власти над колдуном, но большего контроля Грейвз ей позволить не мог. Он был высшим хищником.

Что-то внутри неё поёжилось от этой мысли. Кирс раньше никогда не была с кем-то, кто стоял бы выше неё в пищевой цепочке. Внизу живота свернулся жар, и она сжала ноги. Голову всё ещё мутило из-за алкоголя. Она даже не могла вспомнить, сколько выпила. Ясно было только, что достаточно, чтобы развязать ей язык и руки.

Она хотела его. Это был неопровержимый факт.

Так почему бы не взять?

Кирс стянула с себя плед. Потом поднялась на ноги. Грейвз наконец-то посмотрел на неё, пусть и с осторожным равнодушием.

– Пойдёшь спать?

– Ещё рано.

Она взяла стакан из его руки. На донышке осталось ещё немного напитка, и Кирс опрокинула его в себя залпом, словно шот.

Грейвз проследил за движением её горла, когда она сглотнула порцию жидкой храбрости. Когда их взгляды столкнулись, между ними вновь вспыхнул жар, и колдун откинулся на спинку дивана, откладывая книгу в сторону.

– Я собирался его допить.

Она поставила стакан на стол и взяла бутылку из-под бурбона, поболтав ею из стороны в сторону и глядя на переливающиеся по дну остатки.

– Ещё на одну порцию здесь хватит.

Он протянул было руку, но Кирс с улыбкой опрокинула бутылку, допивая всё до последней капли. Грейвз глухо зарычал. Совсем дико. Абсолютно непохоже на него. Вероятно, он тоже был немного пьян от хорошего разговора с другом и учителем, от алкоголя, от этой малой капли отдыха в их безумные времена.

– Вычту из твоего гонорара. – Он снова откинулся на спинку, наблюдая за ней расчётливыми серыми глазами.

– Думаю, могу себе это позволить. – Она поставила бутылку обратно на столик. – Хотя хочу я совсем не этого.

В ответ он вздёрнул подбородок и вскинул брови. Наверняка же знал, чего именно она хочет. Чувствовал. А как иначе? Это ощущение висело между ними с самой вечеринки.

– И чего же ты хочешь, Крапивник? – спросил он с оттенком желания на последних слогах.

Вслед за словом пришло воспоминание о диалоге ранее. «А она Крапивник? Что скажешь?» Кирс не знала, что всё это значило. Но успела прочитать достаточно, чтобы понять, что остролист и крапивники были тесно переплетены. Один – символ другого. Конец зимы. Начало весны. Им было предназначено быть вместе. А раз так, то, следуя этой логике, они принадлежали друг другу.

Она оседлала его высокую фигуру, устраиваясь у него на коленях и обхватив шею руками. Он пылал. Горячий, словно пламя, но совсем не так, как прожигал её порошок желаний. Впрочем, в каком-то смысле она хотела, чтобы колдун прожёг её насквозь. Грейвз вопросительно поднял бровь, ища что-то в её чертах. От девушки не укрылся дрогнувший уголок губ, ураган в его глазах и лёгкий наклон головы. Он был заинтригован.

– Что ты делаешь?

– То, что надо было сделать, когда ты меня поцеловал.

И она накрыла его губы своими. Его горячие, идеальные губы. На вкус они были словно все смертные грехи вместе взятые. Порочные, мягкие губы, так непохожие на резкие черты его характера. Корица и бурбон. Мощная смесь, от которой у Кирс закружилась голова. Она знала, что его магия на неё не работает, что у неё иммунитет, но в этот момент она чувствовала эту магию на кончике языка. Вся её кожа покрылась мурашками, желая лишь, чтобы это пламя поглотило её целиком.

Он резко отстранился, чтобы посмотреть на неё.

– Я не могу дать того, что тебе нужно.

– О, ещё как можешь, – лукаво проговорила Кирс.

– Чего ты заслуживаешь, – поправился Грейвз.

Она фыркнула.

– Бессмысленное слово.

Его пальцы отвели локон волос с её лица.

– Маленький мой Крапивник, я же монстр. Да, монстр в костюме, но это не лишает меня когтей.

– Не волнует, – отбрила она. – Я хочу этого.

– Ты не хочешь…

– Не надо говорить мне, чего я хочу. Я сама тебе скажу. Я хочу тебя. – Она схватила его галстук, дёргая к себе. Между их губами были считанные миллиметры, когда она скомандовала: – Спусти монстра с поводка.

Он отозвался на эти слова низким горловым стоном, словно сдерживал себя так бесконечно долго. Удерживал всё то, что делало его собой. И теперь, повинуясь её слову, сорвался. Их губы снова столкнулись, голодные, жадные. Этот поцелуй был так непохож на поддельное представление на вечеринке, но, каким-то образом, был точно таким же. Быть может, притворства в нём тогда было не больше, чем в ней. Тот вечер был пробуждением, и вот они наконец достигли логичного завершения.

Руки Грейвза спустились на её ягодицы, те самые, от которых он не мог оторваться в особняке, и стиснули их, дорвавшись до желаемого. Сильно. До синяков. Не сдержавшись, Кирс застонала ему в губы. Как же давно она так себя не чувствовала. Как же давно она не чувствовала себя способной плюнуть на контроль и просто существовать. Она и подумать не могла, что найдёт это в Грейвзе, но чёрт подери, как же он был хорош.

Вот то, чего она хотела, вот то, о чём она просила. Секс. Простой и понятный. Никаких назойливых эмоций и осложнений. Самая лёгкая часть – и она была нужна ей целиком. Он был нужен ей целиком и полностью.

– Крапивник, – прорычал Грейвз, проводя губами по линии её челюсти.

– Да, – ахнула она.

Он прижался поцелуем к бешено бьющейся ниточке пульса на её горле. Там Грейвз впервые коснулся её, когда Кирс ещё думала, что он вампир, планирующий выпить её досуха. Даже мелькнула мысль, что она бы ему это позволила. И вот теперь Кирс была податливой глиной в его руках. Более чем согласная на всё, что он захочет.

Когда язык колдуна нашёл её ключицы, его руки скользнули вверх под её футболку. Перчатки безумно мешали. Она хотела почувствовать его руки на своей коже, но в то же время даже так исходящий от него жар почти обжигал. Переживёт ли она вообще, если он оголит руки?

Кирс качнула бёдрами ему навстречу с плохо сдерживаемым нетерпением. Не то чтобы она хотела что-то сдерживать. Больше нет.

– Чёрт, – прорычал Грейвз.

Он поднял её на руки и тут же уронил спиной на диван, перемещаясь в доминирующую позицию, отчего она широко распахнула глаза. Стоило, наверное, бояться, когда он так нависал над ней, но в то же время контроль всегда принадлежал ему. Всегда. Даже этот мимолётный знак капитуляции, это чувственное «чёрт», сорвавшееся с его губ, было афродизиаком покруче порошка желаний.

Грейвз двинул бёдрами вперёд, давая ей ощутить всю его длину сквозь ткань штанов, и Кирс закатила глаза, выгибаясь ему навстречу и подхватывая ритм. Всё её тело было натянуто, как струна, но в то же время расслабленно. Обхватив его бедра ногами, она лишь мечтала, чтобы он сорвал с неё одежду. Разорвал в клочья голыми руками и овладел ей.

– Грейвз, – умоляюще простонала она.

Расцепив её хватку на собственной талии, он спустился лицом к краю футболки. Убрав ткань, он принялся оставлять цепочку поцелуев вдоль кромки её брюк. Кирс заёрзала под этой пыткой губ и языка на обнажённой коже. Кто бы мог подумать, что пытки Грейвза будут вот такими.

– Пожалуйста. – Слово сорвалось с её губ прежде, чем она успела себя остановить.

Грейвз сверкнул белоснежными зубами, заставив её вздрогнуть. О, ему это нравилось. Её бесстыжая мольба. Кирс это было совершенно не свойственно, но она была готова на всё, только бы он оказался внутри неё побыстрее.

Он схватил её футболку и сдёрнул через голову, а затем зарылся лицом в её груди. Сегодня она решила не надевать лифчик и сейчас была благодарна всему в этой вселенной, что больше ни один слой одежды не отделял её от его горячего рта. Грейвз втянул сосок в рот и покатал между зубов, дразня языком. Кирс могла лишь извиваться под ним, запуская пальцы в волосы цвета полуночи. Хотела, чтобы он не останавливался, хотела, чтобы спустился ниже, можно вообще всё и сразу. Когда он чуть прикусил один из сосков, боль прокатилась по ней горячей вспышкой, неотличимой от удовольствия. Грейвз уделил внимание и второй груди, всё так же неторопливо. Сколько бы она ни выгибалась и ни хваталась за него, он отказывался прекращать методично совращать всё её тело.

У бедного клочка нижнего белья не было ни шанса.

– Не могу… – невнятно пробормотала она. Колдун усмехнулся.

– Да?

Его палец скользнул по шву её штанов, и она чуть не взорвалась. Кирс видела вспышку света, трепещущие крылья, начало весны. Весь её мир сосредоточился на его пальце, который нашёл её клитор, обвёл его один раз и испарился.

Грейвз довольно хмыкнул в ответ на её стон. А потом стал спускаться ниже, ниже и ещё ниже, рассыпая поцелуи по её животу и вокруг пупка. Потом он закинул её ноги себе на плечи. Девушка даже не успела осознать, как он уже зарылся лицом промеж её ног. Пусть их пока и разделяли её чертовы штаны, её тело уже сдалось на милость его желания.

– Как же хорошо ты пахнешь, – простонал он. – Давай узнаем, какая ты на вкус.

Кирс кивнула. Ну, наконец-то.

Стянув с девушки штаны и бельё, он отбросил их куда-то за спину, тут же вернувшись к ней.

– Какая красивая киска, – сказал он, обжигая дыханием.

– Грейвз. – Кирс попыталась подползти ближе.

Он высунул язык, мимолётно коснувшись чувствительного участка кожи.

– Вот этого ты хочешь?

– Мать твою, – ахнула она.

– Ну, где же твои манеры? – шутливо спросил Грейвз.

Ей захотелось его убить.

– Пожалуйста, – прошептала Кирс.

– Старайся лучше, Крапивник.

– Грейвз, – с приглушённым стоном выдавила она. – Просто трахни меня, ртом, языком, губами. Ты мне нужен… – Он провёл носом по клитору, и она всхлипнула. – Трахни меня, или я умру.

– Ну нет, этого я допустить не могу.

Он наклонился и прижался к её киске губами. Первым же движением языка провёл по всей щёлке до самого комочка нервов, и она была готова взорваться. Тот огонь, которым Кирс горела во время вечеринки, внезапно показался лишь маленькой свечкой.

Она и так балансировала на краю, готовая в любой момент сорваться. Когда колдун развёл её ноги шире, обводя языком клитор, все её тело дрожало, едва сдерживаясь. Он лизнул её центр, смакуя жар и желание. Когда же его губы сомкнулись на самом главном, Кирс увидела звёзды.

– Боже, да, – простонала она.

Её пальцы вцепились в волосы цвета полуночи, зарываясь в шелковистые пряди, пока их владелец доводил девушку до оргазма. Все мольбы однозначно того стоили, потому что этот мужчина знал, как правильно пользоваться языком. Она лишь жалела, что он так и не снял проклятых перчаток. Потому что ей безумно хотелось узнать, как ощущаются его пальцы.

– Перчатки, – скомкано пролепетала она.

Но Грейвз даже не стал отвлекаться, чтобы ответить. Словно хотел доказать, что ему не нужны пальцы, чтобы довести её до оргазма. И он, чёрт возьми, был прав. Язык на клиторе был неумолим и давил на ту самую точку, которая всё ближе и ближе подталкивала её к краю. Притянув его голову ещё ниже и пульсируя под его губами, Кирс закричала на всю комнату, не раздумывая, что кто-то ещё может их услышать. В этот момент ей было совершенно всё равно.

Её тело обмякло на диване, и Кирс поймала взгляд его мерцающих серых глаз, когда Грейвз поднял голову от её промежности. Сквозь брюки она видела очертания его члена, длинного и твёрдого. В глазах Грейвза плескался голод, и ей не терпелось его утолить.

– Я с тобой ещё не закончил.

– Тогда трахни меня!

Он поднял её на ноги и спиной вперёд оттеснил к книжным полкам. Лозы остролиста водопадом струились вниз. Промеж колючих стеблей мерцали алые ягоды. Книжные ряды уходили вдаль, насколько хватало глаз. Развернув лицом к себе, Грейвз вжал её спиной в полки. Шипы вонзились в кожу, ягодный сок растёкся по позвоночнику. Весь стеллаж вздрогнул.

Она потянулась к нему, снова смыкая их губы и чувствуя вкус собственного возбуждение на его языке. Как же это было чертовски горячо.

Не разрывая поцелуй, но желая хоть немного его раздеть, она вслепую шарила по его штанам. Расстегнув ремень и пуговицу, она потянула вниз застёжку молнии. Спустив брюки по бёдрам, коснулась пальцами его члена.

Стоило ей обхватить его, как из горла Грейвза вырвался рык. Чёрт возьми, да её пальцев едва хватало. Кирс даже прервала поцелуй, только чтобы узреть его напряжённую длину во всей красе. От одного только вида всё тело задрожало желанием. Впечатлённо распахнув глаза, она провела по члену ладонью.

– Нравится вид? – спросил Грейвз.

Облизнув губы, она поймала его взгляд.

– Внутри меня понравится больше.

Вместо ответа он подхватил её под ноги и помог обвить ими его талию. Кирс потянулась вверх и обернула лозы вокругзапястий, крепко ухватившись за них для устойчивости. Они впились в её кожу, но девушка даже не обратила внимания, потому что за одно быстрое движение Грейвз вошёл в неё целиком.

Кирс запрокинула голову назад, сжимая стебли ещё сильнее. Этот момент представлялся ей с тех самых пор, как они вместе танцевали, и чёрт возьми, он не разочаровал. Грейвз наполнил её до предела, его член вошёл в неё как влитой. Он держал её так легко, словно Кирс совсем ничего не весила. И ей было плевать и совсем не интересно, какая такая магия ему в этом помогала, она вообще не могла думать ни о чём, что усложняло бы происходящее. Существовал только он, целиком. И тут колдун начал двигаться. Легко вышел, с силой вошёл обратно. У неё не было слов, не о чем было молить, осталось только чистое наслаждение. И она больше не была уверена, точно ли он чудовище или монстр. Скорее бог. Бог сладострастия.

Он вжал её в полки, делая именно то, чего она от него хотела, – давая себе волю. Осторожный и собранный Грейвз испарился, уступив место мужчине, зверю, богу. И он был безжалостен.

Его сильные толчки были так же неумолимы, как солнечный жар в летний полдень. Всё, что она могла, и всё, чего хотела, – это принимать его и позволять этому солнцу сиять во всей своей красе. Может, оно её и обожжёт, но это будет того стоить.

У неё были и другие любовники. Но никто и ничто не могло сравниться с ним. Даже если впереди была бы ещё целая жизнь, полная партнёров, Грейвза бы не переплюнул никто.

Её сердце бежало, спотыкаясь, приближая нарастающий внутри оргазм.

– Я уже почти…

– Только со мной, – приказал он, и девушка не могла ослушаться.

Её удерживала не магия. Лишь он один. Приказу не нужна была магия, чтобы он имел над ней власть. Кирс держалась изо всех сил, царапая ногтями его спину, пока Грейвз вонзался в неё. Наконец, она не выдержала. Открыла было рот, чтобы предупредить его, но с губ сорвался лишь крик, с которым она кончила на его члене.

Грейвз немедленно последовал за ней, с рыком кончая глубоко внутри неё и ещё сильнее сжимая в ладонях её бёдра. Она чувствовала каждый изгиб, каждый удар пульса и каждый контур внутри себя, содрогаясь, пока он извергся ещё несколько раз, доводя её до новой вершины наслаждения, и, наконец, успокоился.

Её собственные вскрики стихли до всхлипов и стонов, когда она пришла в себя, содрогаясь всем телом и позволяя истерзанным ладоням разжать болезненную хватку на лозах остролиста, вместо этого роняя руки ему на плечи, а голову ему на грудь. Их сердца бились в унисон, а груди тяжело вздымались от усталости. Медленно выскользнув из неё, Грейвз осторожно поставил девушку на ноги, но те, похоже, превратились в желе. Когда она пошатнулась, колдун придержал её за талию.

– Я… – прошептала Кирс, глядя на него затуманенными глазами.

Вместо ответа он поцеловал её, вбирая в себя весь воздух из её лёгких, словно ему тоже после всего этого был нужен ещё один поцелуй. Когда они отстранились друг от друга, Кирс могла лишь поражённо смотреть на него.

Что же он с ней сделал? Как мог он испортить для неё любой другой секс?

Голосок на задворках сознания говорил девушке, что её это не волнует.

Не волнует совершенно.

Глава 34

Когда она спустилась на завтрак следующим утром, Кингстон встретил её с той же жизнерадостной бодростью в глазах. Показалось ли ей или в его взгляде проскользнула странная искра? Знал ли он о произошедшем?

Изольда напевала себе под нос, стоя у плиты. Грейвза видно не было.

Кирс редко просыпалась в одном доме с человеком, с которым переспала накануне, и уж точно никогда с ними не завтракала. Но тем не менее… она всё ещё была в доме Грейвза. Замерев в ожидании и гадая, изменит ли его произошедшее. Это был всего лишь секс, в конце концов. В прошлом он ничего не значил.

– Хорошо провели вечер? – спросил Кингстон.

Кирс вздрогнула, садясь напротив за маленький столик. Знал ли он об их с Грейвзом интрижке? Девушка тут же потянулась за блинчиками и беконом, чтобы занять руки.

– Эм, да.

– Отлично. У Грейвза всегда был неординарный подход, но он очень эффективен.

Кирс чуть не подавилась первым кусочком блина.

– Да, это точно.

– Дерзкий ход, даже не предупредить вас о начале тренировок, – со смешком добавил он. – Изольда, дорогая, можно мне ещё кофе?

Изольда тут же подлетела к ним, подбегая к Кингстону и розовея на ходу.

– Конечно, господин Кингстон. Как вам завтрак?

– Лучшая еда на этом берегу, милая.

Изольда окончательно залилась краской и убежала, спрятав лицо.

– Вам бы сосредоточиться на том, как восполнять свои силы после истощения, – подмигнул Кингстон. – Будет гораздо спокойнее, когда разберётесь с этим вопросом.

– А как вы свой способ нашли?

Он задумчиво отхлебнул кофе.

– Мой отец был художником. Но в первую очередь джентльменом, разумеется. Из высшей знати.

Кирс вскинула бровь.

– Из высшей знати?

– А, да, он был достаточно знатным графом во время Столетней Войны. – Кингстон заметил её непонимающий взгляд. – Была такая очень важная война между Британией и Францией, началась в четырнадцатом веке.

Кирс явно не стоило пить в этот момент, потому что она незамедлительно подавилась. Утерев пролившийся по подбородку сок, она уточнила:

– Сколько вам лет?

Кингстон лишь рассмеялся.

– Много.

Глаза Кирс полезли на лоб.

– Возвращаясь к теме, да, мой отец был графом, но его настоящей страстью было искусство. В те времена это было не очень принято, но он рисовал и лепил скульптуры, желая оставить после себя нечто большее, чем война. Я был частью этого «большего». Меня воспитывали как его преемника, поэтому я всегда был с отцом, когда он рисовал, ездил верхом или шёл на войну. – Кингстон отпил ещё кофе. – Искусство всегда придавало мне сил. Я даже не удивился, когда оказалось, что оно помогает и моей магии.

– Вы так открыто говорите о своих силах.

– В отличие от Грейвза-то? – переспросил Кингстон. – Мы выросли в очень разных условиях. Я не стыжусь своих способностей. Моя совесть чиста. – Он постучал пальцем по голове. – Многие наши действия зависят от психики. Хоть я за свои годы и повидал немало ведьм и колдунов, сожжённых на кострах, охотники никогда не ступали лично на мой порог. Грейвзу повезло меньше.

После этого Кингстон неожиданно затих, словно погрузился в раздумья.

Кирс доела завтрак. Размышляя о том, что ей сказал Кингстон, она снова вспомнила Грейвза. Девушка видела много ужасов за свою жизнь и многие испытала на собственной шкуре. Она знала тот стыд, что оставался после, и как он мог источить человека.

Минуту спустя на кухне появился Грейвз, только недавно из душа и облачённый в безупречный чёрный костюм и чёрные же перчатки.

– Доброе утро.

Кирс подняла голову от тарелки, ища его глаза, и он поймал её взгляд. Девушка думала, что колдун отвернётся, и ситуация станет неловкой. Но… он этого не сделал. Лишь наклонил голову в её сторону с лёгкой усмешкой, как и всегда. Она вздохнула с облегчением, радуясь, что всё может продолжаться своим чередом. Ведь с облегчением же?

Кингстон прикончил остатки еды и встал, чтобы пожать Грейвзу руку.

– Ещё какое доброе. Мы готовы идти?

– Да, – сказал Грейвз. – Всё забронировано.

Кирс отодвинула тарелку от себя.

– А мне в музей идти обязательно?

– Ну, разумеется, – прогудел Кингстон. – Я столькому хочу вас научить.

– Он уже начал посвящать тебя в историю Британии?

Кирс кивнула.

– О да.

– Есть у него такая привычка, – обречённо признал Грейвз.

– Все ещё скучаю по временам, когда на территории Британской Империи никогда не заходило солнце, – сказал Кингстон.

Грейвз скорчил гримасу отвращения, словно поверить не мог, что Кингстон признавался в этом вслух. Кирс начинала понимать, почему он редко звал учителя в гости.

Девушка нахмурилась.

– Я, конечно, историю знаю похуже вашего, но разве Британская Империя не была довольно-таки ужасной?

Кингстон покосился на неё.

– Смотря кого спрашивать.

Грейвз прищурился.

– Да, и, если спросить бывшие колонии, они все скажут, что Империя была ужасной.

– Какие мы прогрессивные, – пробурчал Кингстон.

– Кингстон, – раздражённо оскалился Грейвз. – Не можешь же ты правда до сих пор в это верить.

– Британцы много хорошего для мира сделали, – важно надулся Кингстон. – И для тебя.

Лицо Грейвза словно заострилось. Если бы он так смотрел на Кирс, она бы предпочла бежать в противоположную сторону, но Кингстона этот взгляд особо не тронул.

– «Хорошим» я бы это не назвал.

– Как скажешь, – сказал Кингстон, закрывая тему.

Грейвз с Кирс обменялись взглядами, поняв друг друга без слов за долю секунды.

– Пошли, пока опять не началось, – сказал Грейвз, кивнув головой в сторону двери.

Вслед за Грейвзом и Кингстоном Кирс прошла к лифту. Джордж уже ждал их у лимузина, в который Кингстон незамедлительно уселся. Грейвз поравнялся с Кирс прежде, чем она успела последовать его примеру.

– Постарайся не обчистить весь музей.

Она фыркнула.

– Как будто я планирую показывать тебе сокровища, которые нагребу.

К её удовлетворению, его это явно позабавило.

Лимузин быстро домчал до музея. Кингстон всю дорогу болтал, а Кирс наблюдала, как Грейвз уворачивается от его вопросов с той же ловкостью, как и от её. Наконец, Джордж остановился у главного входа и открыл им дверь.

Кирс тысячу раз стояла перед Метрополитен-музеем, пялясь на всевидящую статую Коралины ЛеМорт. Обедала в своей любимой пекарне за углом. Воровала у богатых господ на этих самых ступенях.

Но она и представить не могла, что однажды ей позволят пройти через главные двери.

Когда-то музей принимал всех желающих, но после появления монстров кто-то украл несколько бесценных картин во время погромов, так что теперь двери были закрыты для публики. Пропускать стали только по предварительной брони, а цена за вход взлетела до небес, недоступная большинству людей. Ещё один элитный клуб, в который девушка и не мечтала попасть.

Проходя между белыми колоннами в платье и на каблуках, она чувствовала себя подделкой. От прошлой жизни у Кирс остался только крапивник на шее. Знали ли они, что впускают к себе вора? Но Грейвз и Кингстон вели себя согласно статусу, и никто даже не посмотрел на неё в вихре рукопожатий и любезностей.

Грейвзу, судя по всему, сам музей был не очень интересен, но Кингстон в его стенах поистине ожил. Это была его территория, в конце концов. Взгляд Кирс метался по стенам из белого мрамора и деталям вычурной прихожей, ведущей к бесконечным рядам картинных галерей.

– Не считаешь ли неправильным, что всё это искусство прячут от остального народа? – задумчиво спросила она.

Грейвз наклонил голову, раздумывая над ответом, хотя по серым глазам было видно, что вопрос его удивил.

– Искусство всегда собирают, архивируют и хранят богатые. Ничего удивительного, что здесь происходит то же самое.

– У богачей вечно всё так.

– Это правда, – согласился он, идя с ней рядом. Кирс почти могла коснуться его руки. От малейшего соприкосновения её желудок сделал кульбит. – Они закрыли двери музея, думая, что защищают экспонаты, но на самом деле лишь перекрыли доступ к ним. Искусство процветает в тёмные времена боли и разбитых сердец. Подозреваю, что многие из тех, кому сюда не пройти, прочувствовали бы эти картины так, как богатые попросту не могут.

– Да, – выдохнула Кирс. – Как может понять голод тот, чей живот всегда был полон?

– Именно.

Она наклонилась поближе.

– Мне кажется, мы зря тратим этот день с Кингстоном. Нам разве не нужно проводить разведку?

Грейвз поймал её взгляд, и его глаза лишь на секунду метнулись к её губам. Исходящий от него жар заметно усилился.

– Иногда информацию можно найти там, где меньше всего ожидаешь, – загадочно ответил колдун.

И она поверила ему, пусть зимнее солнцестояние и казалось тикающей бомбой на задворках сознания. Время поджимало.

– Так, так, – Кингстон погрозил им пальцем. – Давайте без этого. Я этот жар отсюда чувствую.

Грейвз отстранился, забирая тепло с собой. Его лицо приняло абсолютно равнодушное выражение.

– Не имею ни малейшего понятия, о чём ты.

Кингстон покачал головой, глядя на них, и Кирс вспыхнула.

– Пойдёмте уже. Хочу первым делом посетить вон ту выставку. Она египетская.

– Ты разве не был в Египте лично? – спросил Грейвз, равняясь с Кингстоном.

– Разумеется.

Кирс слушала их непринуждённую беседу, следуя за ними по всему музею. Через час она уже перестала понимать, зачем ей вообще так сильно хотелось сюда попасть в прошлом. Очевидной причиной было, разумеется, то, что ей сюда было нельзя. Запретные вещи Кирс всегда нравились больше всего.

Но в остальном здесь было безумно скучно. Кингстон, может, и подпитывался от этого бесцельного брожения, но Кирс заработала себе исключительно ноющие ноги. И зачем она нацепила каблуки, когда у неё были прекрасные кроссовки?

Выходя из египетского крыла и направляясь к галерее портретов, Кирс подавила зевок. Нужно было срочно менять тему разговора, или до конца дня ей было не дожить.

– Я узнаю этот взгляд, – сказал Грейвз.

Она спрятала руки в карманы куртки.

– Какой такой взгляд?

Он вскинул бровь.

– Ты обворуешь нас всех до последнего цента.

– Так уверен, что я этого ещё не сделала?

Кингстон рассмеялся.

– Уж мы бы заметили.

– А где ваши карманные часы? – усмехнулась Кирс.

Кингстон сунул руку в карман, чтобы продемонстрировать их, но тут же замер, найдя только пустоту.

– Богом клянусь, куда-то я их не туда положил.

Грейвз протянул руку в сторону Кирс.

– Сказал же, ничего не красть.

– А я думала, это только музея касалось, – с невинным смешком ответила она, бросая часы в его ладонь.

Мелкие купюры, которые она прихватила из кармана Кингстона ранее, девушка упоминать не стала. По нему было видно, что он их вряд ли хватится. Не то чтобы ей как-то могли пригодиться британские фунты с лицом нынешнего монарха. Пока никто не успел задуматься, чего ещё она успела натворить, девушка поспешно сменила тему:

– А как вы с Грейвзом познакомились?

Грейвз со вздохом закатил глаза.

– Ну вот, опять эта история.

Кингстон, напротив, просиял:

– Замечательная, между прочим.

– Как скажешь.

– И скажу! – радостно провозгласил Кингстон, проводя их мимо портретов в какую-то очень странную комнату с абстрактными картинами. Кирс их не понимала. Почему круг и линия на холсте считаются искусством? – Грейвз тогда только прибыл в мой город, сбегая от некоторых проблем.

– Это каких?

– Таких, о которых не стоит вдаваться в подробности, – сказал Грейвз прямо и угрожающе.

Кингстон кивнул ему.

– Неважно, главное, что они были очень неприятными. Он приехал с пустыми карманами и раной от ножа на животе. Не очень глубокой, но длинной. От сих и до сих, – Кингстон показал на одну сторону своего живота, а затем на противоположную. – Люди и от меньшего помирали, особенно в то время.

Кирс было интересно, когда именно это произошло. Если он сам был из тысяча трёхсотых, а Грейвз знал Имани уже сто пятьдесят лет, между этими двумя точками пролегал значительный промежуток времени. Но уточнять она не стала. Урок был усвоен. Грейвз любил говорить о своём прошлом не больше, чем она. По нему было ясно, что весь этот разговор и так ему не нравился.

– Я нашёл Грейвза полумертвым снаружи таверны. Он умолял владелицу о еде, практически истекая кровью на ступеньках. Я хотел было вмешаться, но тут он использовал свои способности. У любой магии есть свой вкус или некое ощущение. Можно научиться неплохо их скрывать, но натренированный человек всегда их заметит.

– И вы ему помогли? – спросила Кирс. Хотя ей очень хотелось знать, как силы Грейвза ощущались или какими они были на вкус. Она-то рядом с ним чувствовала только жар.

– Нет, – коротко ответил Грейвз, убирая руки в карманы. – Не помог.

– Конечно же, нет, – сказал Кингстон как нечто само собой разумеющееся. – Я же думал, что он какой-то умирающий уличный оборванец.

– Вы оставили его умирать?

Кингстон фыркнул.

– А что, он похож на мёртвого?

– Он оставил меня с владелицей таверны, – сказал Грейвз.

– И эта сердобольная дама, Господь храни её душу, сжалилась над тобой. Вылечила и попыталась женить на своей дочери.

– Это был… неприятный побочный эффект. Спасибо, что напомнил, Кингстон.

– Всегда и с радостью, – засмеялся тот. – Ну, я-то этого всего не видел. Но, когда зашёл в таверну несколько месяцев спустя, Грейвз ей почти что заправлял. Даже скопил немного денег и торговался, чтобы купить соседнее заведение.

– Да, да, все мы любим истории с хорошим концом, – мрачно сказал Грейвз.

– Он сделал себе имя, так что я предложил стать моим учеником. Засранец заявил, что ему это не нужно.

Грейвз пожал одним плечом, самоуверенно усмехнувшись.

– Так и было.

Кингстон улыбнулся Кирс.

– А на самом деле ему было это нужно.

Кирс не смогла удержаться от смешка, выуживая часы обратно из его кармана.

Глава 35

Они ещё несколько часов бродили по залам, почти не встречая кого-либо ещё. В какой-то момент Кирс сдалась и сняла туфли, оставшись босиком на отполированных полах. Непрофессионально, но ей было плевать. Сразу после отбытия Кингстона им пора было начинать разведывать всё про Короля Людовика и разбираться с печатями Уолтера… Ей никак нельзя было стирать себе ноги в кровь.

– Ещё одна галерея, – подбадривал Кингстон.

– Я больше не могу. Пойду на ступеньках посижу, вы продолжайте.

– Кингстону тоже пора бы заканчивать, – сказал Грейвз, с намёком глядя на него. Он тоже звучал почти нетерпеливо. Кирс подняла бровь. Судя по всему, ему долгие прогулки по музеям тоже не нравились.

Кингстон вздохнул.

– Ладно. Тогда эта последняя. Осмотрю её, и можем уходить.

Кирс почувствовала такое облегчение, что даже нацепила обратно свои жуткие туфли, прежде чем выйти на колючий зимний мороз.

– Тебе было столь же скучно, как мне? – спросила она Грейвза.

– А может быть, я просто уже нашёл то, что искал, – сказал колдун с хитрой усмешкой. Кирс хотела было спросить, о чём это он, но Грейвз уже отвёл взгляд.

Обняв себя за плечи в попытке согреться, она спустилась вниз по ступеням и остановилась перед статуей Коралины ЛеМорт.

Грейвз встал рядом, чуть задев её ладонь своей. Кирс поёжилась, но не от холода. Посмотрев на девушку, он молча снял пальто и накинул ей на плечи.

– Лучше?

Взглянув в его обычно холодные глаза, на этот раз она нашла в них лишь тепло. Может, прошлая ночь что-то изменила. Судя по тому, какие кульбиты выделывал её желудок, она была не против.

– Ты её знал? – спросила Кирс, показывая на памятник революционерке, с чьей смерти началась Война Монстров.

– Один раз слышал её речь, – ответил он.

– И какой она была?

Грейвз пожал плечами.

– Слишком юной, чтобы понимать, что она всего лишь рисовала мишень на собственной спине.

Кирс нахмурилась от такой оценки.

– Все говорят о ней так, словно Коралина собиралась изменить мир.

– Она и изменила, но не к лучшему.

С этой суровой правдой Кирс поспорить не могла.

– Был бы мир таким, как сейчас, если бы она не погибла?

– Этого мы уже никогда не узнаем. – Грейвз жестом показал на свой телефон. – Мне надо ответить.

Она согласно махнула рукой, плотнее натягивая пальто и вдыхая его чистый мужской запах, а потом прислонилась к основанию памятника. В размышлениях о прошлом не было никакого смысла. Его всё равно уже было не изменить. Оставалось только двигаться вперёд и позаботиться о том, чтобы оно не повторилось.

Сейчас все её мысли занимал колдун. Тот самый, который только что удивил её, отдав своё пальто. Девушка очень старалась не улыбаться, но получалось плохо. Так что Кирс просто повернулась лицом к солнцу и закрыла глаза, впитывая в себя последние угасающие лучи.

– Кирс МакКенна? – окликнул незнакомый голос.

Она открыла глаза и обнаружила перед собой сухонького пожилого джентльмена в кипе. Девушка прищурилась, пытаясь вспомнить его.

– Мы знакомы?

Он кивнул.

– Я работаю в пекарне за углом. Вы раньше постоянно заходили.

– Ах да, – тихо сказала Кирс. Замешательство и лёгкая паника пронзили её иглой. Почему он пришёл? Откуда знал, что она будет здесь? – Чем могу помочь?

– Это вам, – сказал старик. Его руки заметно дрожали, когда он протянул маленький белый пакет.

– Что это?

– Ваше любимое. Он… он сказал, это ваше любимое, – пробормотал старик и быстро пошёл прочь.

Кирс озадаченно нахмурилась. Её любимое? Её любимое что?

Она открыла пакет и обнаружила в нём огромный кулич с корицей. Её рот наполнился слюной, но одновременно Кирс отшатнулась, как от проказы. Кажется, она знала, кто мог послать ей кулич из любимой пекарни.

– Это что? – спросил Грейвз, закончив разговор и вернувшись к ней.

– Мне только что передали, – сказала девушка.

Грейвз тут же стал разглядывать толпу.

– Кто передал? Откуда он знал, что ты тут?

– Без понятия.

Услышав это, Грейвз нахмурился. В его глазах начал сгущаться шторм.

– Покажи мне его. Нужно допросить.

– Мы знакомы, – призналась Кирс. – Он работает в пекарне, куда я раньше постоянно заходила. – Она показала пакет со сладкой выпечкой. – Это кулич.

– Неважно. Это лишь значит, что ты ему доверяла. Нужно узнать, кто это сделал. Выброси, ты даже не знаешь, кто его послал.

– Вообще-то… кажется, знаю. – Кирс нервно сглотнула. – Лоркан.

Грейвз замер, неподвижный, как ночь, и мрачный, как тени. Зубы стиснуты, взгляд жёсткий и бескомпромиссный. Целую звенящую секунду он молчал. Затем спросил:

– Откуда ты знаешь?

– Ну, я сказала ему, что это моя любимая еда.

Грейвз стиснул кулаки. Он выглядел так, словно был готов вырвать кулич у неё из рук и выкинуть его самолично.

– Похоже, он в тебе… заинтересован.

– Да, похоже на то.

– Мне это не нравится, – сказал колдун, ловя её взгляд.

– Так потому он это, наверное, и сделал, – ответила Кирс.

Грейвз выпрямился, снова оглядываясь вокруг.

– Уверен, так оно и есть.

Но он выглядел разъярённым.

Нет, не разъярённым. Ревнивым.

Да быть такого не могло. Чтобы Грейвз ревновал? Она даже не знала, с чего бы ему это делать. Потому что Лоркан был его врагом? Или из-за неё самой? Из-за прошлой ночи?

Кингстон весело спустился к ним по ступенькам.

– Что же, это было очень воодушевляюще! – уловив напряжение между ними, он тут же добавил: – Что случилось?

– Лоркан прислал Кирс подарок, – процедил Грейвз сквозь зубы.

Кингстон вздохнул.

– Ну да, он любит тебя донимать. Сам же знаешь. Помнишь, как Лоркан слал тебе все те цветы?

Грейвз прожёг учителя взглядом за такие предположения, но постепенно остыл. Его плечи медленно расслабились. Выражение лица вернулось к спокойному равнодушию. Ни злости, ни недовольства, ни… ревности. Его так разозлило… то, что Лоркан передал ей кулич? Или то, что Лоркан так продемонстрировал свою власть?

Кирс не знала. Похоже было и на то, и на другое.

– Просто пойдёмте, – сказал Грейвз, широким шагом направляясь к лимузину.

Кирс пошла следом, всё ещё размышляя над его сдержанной яростью. Лоркан это сделал, чтобы задеть Грейвза. И её тоже. Ей не нравилось быть пешкой в их игре. Это Кирс тут должна быть игроком, а не наоборот.

Когда по пути к лимузину они поравнялись с мусорным баком, девушка выкинула кулич. Даже думать не хотелось о том, что это говорило о её выборе стороны в данной ситуации. Или о том, почему в животе что-то затрепетало, когда Грейвз бросил на неё одобрительный взгляд.

Дождавшись, пока Кирс сядет рядом с ним в машину, колдун наклонился к её уху. Сердце подпрыгнуло от такой близости. В памяти тут же всплыла предыдущая ночь.

– Ты никогда не говорила, что тебе нравятся куличи.

Она моргнула.

– Ты и не спрашивал.

Он кивнул.

– Теперь буду знать.

Грейвз отстранился, когда Кингстон плюхнулся на сиденье рядом с ними с весёлым возгласом:

– Трогай, Джорджик!

Позже вечером в особняке он потягивался и кряхтел, охая и ахая о том, что ему никак нельзя промахнуться с порталом.

– Может, завтра этим заняться, – протянул Кингстон. – Ну так, на всякий случай.

– Что-то ты осторожничать стал на старости лет, – заметил Грейвз, вскинув бровь.

– Вот только не надо тут намёков, у меня всё под контролем, – моментально раздул ноздри Кингстон.

– Конечно, – согласился Грейвз, покосившись при этом на Кирс, которая едва сдержала улыбку.

Было очевидно, что ему не терпелось выпроводить Кингстона восвояси.

– На этот раз не буду на год пропадать, – пообещал тот Грейвзу, пожимая руку.

– Поверю, когда увижу, – откликнулся Грейвз.

Кингстон кивнул Кирс.

– Удачи с тренировками.

– Спасибо, – сказала она.

После этого Кингстон очертил в воздухе дверной проем. Только что он стоял на дорожке у дома Грейвза, и вот уже на совсем другом континенте. Дверь растворилась в воздухе за его спиной.

– Это, наверное, самая полезная способность на свете, – выдохнула Кирс.

Грейвз пожал плечами.

– Слишком уж она удобная.

– Слишком удобная?

– У каждой магии своя цена, – сказал он. – И каждая способность – это одновременно и сила, и слабость. Я забыл, как общаются люди. Ты забудешь, как опасна магия. Кингстон забыл, что существуют последствия.

– Ты явно ждал, когда он уйдёт, – заметила Кирс.

– Как и всегда. – Грейвз пожал плечами, глядя на пустое место, где только что стоял его учитель. – Я тут подумал насчёт Лоркана.

– Что мне стоит держаться от него подальше?

– Что мы, возможно, можем воспользоваться его интересом, чтобы выяснить, что он знает о тебе, нашей миссии и твоих друзьях.

Улыбка девушки стала смертельно опасной.

– Мне нравится ход твоих мыслей.

– Взаимно, – признался он.

От сдержанного колдуна такие слова дорогого стоили.

– Но это обсудим в другой раз. Когда мы были в музее, мне звонила Эммалин. Она обнаружила что-то интересное в твоей крови.

Внутри Кирс всё запело.

– Серьёзно?

– Да. И меньше всего я бы хотел, чтобы Кингстон к тебе присматривался.

– Это ещё почему? – возмутилась она.

– Есть у него привычка убивать то, чего он не понимает, и только потом разбираться.

– О как, – прошептала девушка.

– Больше он нам не мешает, так что пора ехать.

Глава 36

Кирс вышла из дома вслед за Грейвзом. Улицы были пусты, и они прошли вниз по 75-й в сторону Амстердам-авеню. Вместо страха на неё нахлынула радость. Это было её любимое время суток.

– Надо чаще выходить погулять в ведьмин час. – Она запихнула руки в карманы его пальто, радуясь, что так и не вернула его.

Грейвз дёрнул бровью.

– «Ведьмин час»? По крайней мере, теперь я точно знаю, что ты читаешь мои книги.

– Они классные, – признала Кирс. – Мне нравятся эти истории.

– Какую читаешь сейчас?

Она попыталась вспомнить, что было последним.

– Боги, Туата да Даннан[5].

На его лице появилась улыбка.

– Правильно произносится как Туа-ха дэй Дан-нэн.

– Ой. Ну, ты вообще пробовал произносить ирландские слова вслух? Там столько гласных.

– Гаэльский – это мой второй язык, – довольно улыбнулся он.

– Ну, конечно же. – Кирс показательно закатила глаза. – Так вот, ещё мне нравится Морриган.

Грейвз покачал головой, ведя её на подземную парковку.

– Этого стоило ожидать.

– Какая женщина в современном мире не будет мечтать о той власти, что была у Морриган? Правительница, богиня войны, предсказательница будущего. В основном, конечно, бедствий, но всё же.

– Не спорю. – Они спустились вниз по лестнице.

– К тому же она представлена в виде трёх сестёр. Мне нравится мысль о том, что один человек может быть тремя. Как мы с Джен и Итаном сильнее вместе.

– Меткое замечание. Тройка – это счастливое число у ирландцев: жизнь, смерть, перерождение.

– Ещё лучше.

Двумя этажами ниже он похлопал рукой по капоту блестящего чёрного автомобиля.

– Пришли.

– Почему машина стоит на подземной парковке, когда есть собственный подземный гараж?

– На случай чрезвычайной ситуации.

Она даже не стала удивляться. А смысл? Это же Грейвз.

Мотор взревел, и они понеслись сквозь гараж на пустые нью-йоркские улицы. Грейвз вёл машину с той же уверенностью, с которой делал всё остальное в жизни.

– Это всё, что ты запомнила из последней книги? – спросил Грейвз, когда они взяли курс на Куинс. – Там не только о богах было.

– Ещё о Друидах читала.

Пальцы Грейвза крепче сжали руль.

– Да?

– У них тоже есть магия.

– Они колдуны своего народа. – Он пожал плечами.

– Скорее жрецы, – сказала Кирс. – В части историй они целители и прорицатели.

– Конечно, – легко согласился он. – А писал эти истории кто?

– Откуда я знаю. Книгу мне дал ты.

– Как и в большинстве случаев, – мрачно сказал колдун, – историю пишут победители.

Это она и сама знала. История Войны Монстров писалась до сих пор, и то многие успели забыть, до чего всё дошло. Даже представлять не хотелось, что будет написано в учебниках истории через тысячи лет.

– Остальное было скучновато. Куча исторических фактов. Я плохо запоминаю имена и даты.

– И ничего в глаза не бросилось?

– Ну, – задумчиво проговорила она. – Меня заинтересовали праздники.

Он фыркнул.

– И почему я не удивлён?

– Судя по всему, там было весело, – усмехнулась Кирс. – Чем-то похоже на вечеринки у Имани.

– Это точно. – Грейвз покосился на неё. По телу прокатился жар. Она уже попробовала его на зубок. Ей должно было этого хватить, но приходилось признавать, что хотелось ещё.

Прокашлявшись, она отвела взгляд.

– Но так-то там, по сути, одно божество то, другое божество сё. А, и феи. Как я могла забыть о феях.

– Сидах, – опять поправил её Грейвз. – Или Фэйри.

– И четыре магических артефакта. Меч чего-то там, котёл, Копьё Луга…

– Лью, – поправил Грейвз, покосившись на Кирс. – Как имя Хью.

– Ну да, с произношением у меня не очень. – Она прищурилась, пытаясь вспомнить последнее.

– Камень Фала, – подсказал Грейвз. – Четыре сокровища Туаха дэй Даннэн.

– Ага, вот они, – сказала Кирс и тут же замерла. – Стоп. Копьё. – Она ткнула в Грейвза пальцем. – Ты сказал, что вся эта фигня реальна.

– Сказал.

– Ладно, – прошептала она, собираясь с мыслями. – Так, значит, все эти магические предметы, феи, то есть, простите, сиды и боги – это всё тоже реально?

– Сказки же на чём-то основаны.

Это означало «да».

Над этим Кирс и размышляла весь остаток времени, пока они неслись по Куинсу, приближаясь к чёрному входу в «Завет». Внутри было темно. Рабочий день закончился, но Грейвз сказал, что у них был назначен приём.

Колдун кивнул, словно приглашая внутрь, и они зашли в «Завет». Там он провёл её по коридору до лаборатории, в которой доктор Мафи сидела за компьютером и что-то яростно печатала. Сегодня её волосы были убраны под горчично-жёлтый хиджаб, но он выглядел надетым наспех, не так безупречно, как в прошлый раз. Под глазами залегли круги, смуглая кожа приобрела желтоватый оттенок, будто она пахала от рассвета до заката. Доктор даже не заметила, как они вошли.

– Эммалин, – сказал Грейвз.

Доктор Мафи подскочила и закрыла то, над чем работала.

– Грейвз, вы всё-таки добрались.

– Добрались, – подтвердил колдун.

Доктор окинула Кирс взглядом с ног до головы.

– Красивое пальто.

Кирс ответила на её холодный взгляд не менее ледяным.

– Здравствуйте, доктор Мафи.

– Я смотрю, ты плохо слушаешь советы.

Грейвз прокашлялся.

– Ты очень расплывчато выразилась по телефону. – Он покосился на Кирс. В его глазах мелькнуло что-то вроде обеспокоенности. Потом снова повернулся к Мафи. – Тебе нужны ещё образцы?

Доктор Мафи встала, отряхивая с одежды несуществующую пыль.

– Да. Сядь сюда, пожалуйста, Кирс.

Кирс покосилась на Грейвза, и он кивнул. Мафи выглядела… встревоженной. Словно её что-то напугало. Кирс сделала так, как попросили, и Мафи быстро приступила к работе, забирая ещё порцию крови у неё из руки.

– Что происходит, Эммалин? – спросил Грейвз. Он скрестил руки на груди. Лицо похолодело. – Ты же как открытая книга. Что-то не так.

– Не читай меня, – огрызнулась она.

– У тебя на лице всё написано.

Это доктора Мафи немного успокоило.

– Да, наверное. Просто… – Она посмотрела на Кирс. – Я не знаю, что и думать о её анализах. Некоторые ответы у меня есть, но мне нужно будет время, чтобы понять, что происходит. Я такого никогда раньше не видела.

– Объясни, – приказал Грейвз.

Она скрипнула зубами.

– Ну, для начала, она не колдунья.

Кирс чуть не вскочила со стула от удивления. Её глаза полезли из орбит, а челюсть отвисла.

– Что? Но у меня же есть магия!

Грейвз не выглядел удивлённым. Или просто очень хорошо это скрыл.

– У меня тоже есть магия, но я же не колдунья, – ответила доктор Мафи.

– Тогда кто я, ведьма? – удручённо спросила Кирс, откидываясь на спинку стула.

– Нет.

Доктор Мафи вернулась к своему столу и взяла лист бумаги, который вручила Грейвзу и что-то ему показала.

– Это образцы ДНК колдунов. Те несколько, которые изучены. Это тот ген, которому приписывают ответственность за ваши способности. Есть ещё несколько протеиновых вариаций, разниц в ДНК и РНК, но в общем и целом он должен выглядеть вот так. Больше ничего и искать не надо, если присутствует он.

– Понял, – сказал Грейвз.

Доктор Мафи положила сверху ещё один лист бумаги.

– Вот так выглядит геном человека. – И ещё один. – А это то, что у неё.

Грейвз нахмурился, бегая глазами по странице.

– То есть она и не человек.

Эммалин пожала плечами.

– Нет. Но об этом мы и так догадывались. Однако ни к одному из тех видов монстров, что у меня записаны, она тоже не относится. – Мафи извиняющимся взглядом посмотрела на Кирс и пожала плечами. – Прости, я не знаю, что ты такое.

– Я не понимаю, – тихо пробормотала Кирс.

– Ты какая-то бледная. Одну секунду. – Доктор Мафи залезла в стоящий неподалёку холодильник и протянула ей пакетик с соком. – Вот, выпей.

Кирс послушно взяла губами трубочку, потягивая виноградный сок.

– Что из других образцов выяснила? – спросил Грейвз.

– Мало что, – призналась доктор. – Практически по всем показателям она выглядит как человек. Ну, ты посмотри на неё, человек человеком.

– Как и ты, – заметил Грейвз. – Как и я.

– Ну да. Точно. Я пытаюсь сказать… кроме её ДНК, больше ничего не отличается, за исключением одного-единственного показателя. – Доктор Мафи достала последний лист бумаги. – Понятнее вряд ли станет. Мне вот точно не стало.

Грейвз посмотрел на листок. Кирс вытянула шею, пытаясь заметить хоть что-то. Доктор Мафи показывала всё это Грейвзу, а не ей, так, словно это не она тут распиналась про личную информацию в прошлый раз. Здорово же её всё это выбило из колеи.

– На что я смотрю?

– Повышенное содержание белых клеток в крови, – ответила доктор Мафи, показывая на число.

– Значит, она борется с какой-то инфекцией?

– Я ничем не болею, – сказала Кирс.

– Не болеешь, – согласилась доктор Мафи. – Я бы даже сказала, ты одна из самых здоровых пациентов, что я у себя принимала. Ты вообще хоть раз болела?

Кирс кивнула.

– Гриппом, один раз. Сразу после катастрофы.

– Тест на грипп был положительный? Штамм знаешь?

– Да нет. Я была очень молода, и никто не мог позволить себе сходить к врачу, но все симптомы были налицо. Я тогда работала со своим учителем, намечалась большая добыча. До задания оставалась несколько дней, и я не могла отказаться. Так что всё равно его выполнила, а потом, не знаю, лежала в кровати недели этак три.

– Но как выглядел этот грипп?

Кирс пожала плечами.

– Как грипп. Ужасно высокая температура, настолько высокая, что мне мерещилось всякое, галлюцинации были. Потом я потеряла сознание посреди разведки. Когда закончила задание, слабость была невероятная. Как никогда в жизни. Как… стоп.

Грейвз поднял брови. На его лице промелькнуло что-то вроде понимания.

– Такая же слабость, как была после порошка?

Она кивнула. Пришло резкое осознание.

– Да. Именно так.

Он повернулся к доктору Мафи.

– Объяснение есть?

– Её тело питается магией, – сказала доктор Мафи.

– Что, простите? – вырвалось у Кирс.

– Питается магией? – удивленно переспросил Грейвз. Она ещё никогда не видела его таким растерянным. – Поясни, что ты имеешь в виду.

– Это клиника для сверхъестественных существ. Использовать магию, чтобы сделать что-то быстрее или проще, – стандартная практика. Я использовала некоторые техники, когда тестировала кровь, а она поглотила всю магию. Белых клеток так много, потому что она её каким-то образом перерабатывает. У меня не было достаточно образцов, так что я всё ещё разбираюсь.

– Не питаюсь я магией, – пробормотала Кирс. – Разве я бы не заметила, если бы такое происходило?

– Её тело ничем таким не питается, – медленно проговорил Грейвз, словно бы переваривая информацию. Он постучал пальцем в кожаной перчатке по губам. Потом снова посмотрел на Кирс, и в его глазах зажёгся огонёк. Он понял. Он разобрался. – Это поглощение.

– Поглощение. Ты слышал раньше о таком? – благоговейно спросила доктор Мафи.

– Слышал о том, у кого была такая способность. Магия не блокируется полностью, она всасывается в тело.

Доктор Мафи постучала пальцами друг о друга.

– Хм. Ага. Да, хорошо, это отличная мысль, Грейвз. – Она тут же вернулась к компьютеру и снова принялась печатать. – Я изучу тот образец, что мы взяли сейчас, и сообщу, если найду что-то ещё.

Мафи подошла к Кирс и отсоединила трубку, забирая пакет с кровью и помещая его в холодильник.

– Ты кому-то ещё об этом говорила? – немедленно с подозрением спросил Грейвз.

Доктор Мафи выглядела задетой.

– Нет. Конечно же, нет.

Грейвз просверлил её взглядом, но она твердо, не моргая, не отвела глаз. Кирс не была уверена, стоит ли ей верить. В такой большой больнице кто угодно мог увидеть, чем занимается доктор Мафи. Не то чтобы она понимала, что это вообще такое, способность поглощать магию. Но если один только иммунитет уже делал её ценной, то она и представить не могла, что будет, если окажется, что девушка может впитывать в себя чужую магию.

– Эммалин, – сказал Грейвз почти что угрожающе. – Никто не должен о ней знать.

– Конфиденциальность пациента, Грейвз, – напомнила ему доктор.

Грейвз перевёл взгляд на Кирс, чуть ли не встревоженный. Нет, совершенно точно встревоженный. Она стала лучше разбираться в его сдержанных эмоциях. Ему не нравилось, что она оказалась чем-то необъяснимым. А ещё сильнее ему не нравилось то, что об этом теперь знала доктор Мафи.

– Она никому не скажет, – заверила его Кирс. Потом посмотрела на доктора. – Так ведь?

Доктор Мафи глядела на них с удивлением. Словно Кирс с Грейвзом были окном, в которое можно было разглядеть растущие между ними чувства. Но вслух она сказала лишь:

– Именно так.

– Пусть это так и остаётся, – сказал Грейвз. – Позвоню через несколько дней и буду ждать новостей.

Доктор кивнула. Руки у неё тряслись.

– Буду работать. Спасибо, что пришли.

Грейвз кивнул ей, убирая бумаги за пазуху, и жестом показал Кирс следовать за ним.

– Поверить не могу, – дрожащим голосом сказала девушка. – И что теперь мне делать?

– Это ничего не меняет, – немедленно ответил он, успокаивающе кладя руку ей на спину. Она подалась навстречу касанию. – Пусть ты и не колдунья, но магия у тебя есть. А магия подчиняется законам и правилам. Тебе в любом случае придётся им следовать, так что и тренировать тебя будем как есть.

– Получается, я нечто новое? – тихо спросила Кирс.

Грейвз помолчал немного, а потом ответил:

– Или нечто очень древнее.

Глава 37

Грейвз всё ещё говорил по телефону, так что Кирс шагнула в дом первая, держа в руках свою маленькую деревянную шкатулку. Голова кружилась. Она была чем-то новым, или древним, или просто другим, но она не была ни человеком, ни колдуньей. На сердце стало тяжело. Она и не замечала, как сильно ей всё это было важно, пока не узнала правду. Будь она колдуньей, Грейвз мог бы её тренировать, а это помогло бы пережить грядущее задание.

Он был так потрясён, когда она пострадала в особняке Имани. Не станет же колдун отправлять Кирс на дело без тренировки? Что-то ей подсказывало, что в таком случае она оттуда не выберется.

Нужно было взять себя в руки. То, что она такое, никогда не имело значения, все годы, проведённые на улице, это было совершенно неважно. Ей оставалось лишь пережить это, как и всё, что было ранее. А если вдруг не переживёт, что ж, по крайней мере Джен с Итаном будут обеспечены на всю оставшуюся жизнь.

Кирс расправила плечи и задрала подбородок. Им всё ещё нужно было украсть копьё. То, что они сделали один шаг вперёд и два назад, ещё ничего не меняло.

– Пойдём в библиотеку, – сказал подкравшийся сзади Грейвз.

Она подскочила.

– Да как ты это делаешь?

– Что делаю? – спросил он. В глазах на этот раз блестела смешинка. Когда-нибудь она в нём всё-таки разберётся.

Кирс прошла в Библиотеку Остролиста и плюхнулась на своё любимое место.

– Выпьешь?

– Нет, спасибо.

Грейвз налил стакан себе и сел напротив.

– Задавай свои вопросы.

Она решила пропустить те, из-за которых могла показаться слабой. Ей нужны были факты, а не утешения.

– Что вообще такое – поглощение? То есть я знаю, что значит это слово, но не понимаю, как оно работает в моём случае.

– Ну, до этих пор мы предполагали, что раз ты проходишь через мои печати, то иммунна к их касаниям. Так что магия не может тебя коснуться, или ты вовсе её отталкиваешь. Пассивная способность, которую ты не можешь контролировать, – объяснил он. – При поглощении вместо того, чтобы отталкивать магию, ты впитываешь её в тело. Каждый раз, когда ты проходила через мой барьер, та магия, что должна была тебя остановить, поглощалась твоей кожей. Пока неясно, копишь ли ты эту магию и можешь ли использовать её позже. Ты никогда не говорила о других способностях, поэтому поводов так думать пока нет.

– Нет у меня других способностей. – Кирс поджала губы. Затем резко выпрямилась. – Хотя…

Он поднял брови.

– Да?

– Я никогда не думала об этом как о способности, просто как о части себя, но я быстрая. Не настолько, конечно, как ты, но, когда мы с Итаном тренировались, он всегда говорил, что у меня есть преимущество, потому что я могу так сильно ускориться. Дело даже не в скорости как таковой. Я могу вроде как… затормозить время. Увидеть, как он приближается ко мне, и среагировать. Я зову это моей замедленной съёмкой.

– Интересно, – сказал Грейвз. – Как долго ты можешь это делать?

Она покачала головой.

– Недолго. Обычно оно выгорает очень быстро. А когда заканчивается, я становлюсь вялой и чувствую себя хреново.

– Ты всё это время пользовалась своими способностями и даже не знала об этом.

– Это не было похоже на магию. Ощущалось как что-то само собой разумеющееся.

Он понимающе кивнул.

– Знаю. У меня тоже так. – Он опрокинул в себя остатки алкоголя. – Мы узнаем, что ты ещё умеешь, Крапивник.

Она покрылась мурашками от прозвища.

– Но как, если я не колдунья?

– Я знаю, тебя это беспокоит, но меня нет. Я живу уже очень долго. Разберёмся.

Кирс позволила этим словам придать ей сил. Хотелось бы ей быть такой уверенной, но она-то так долго не жила. Магия пугала её.

Грейвз сел рядом. Она чувствовала его жар, обжигающий и манящий, у своей ноги. Что-то внутри неё по привычке замерло от внезапной близости, потом вновь оттаяло.

Грейвз вытянул руки перед собой. Потом стянул с них перчатки. Сердце Кирс пустилось в пляс. Его руки. Эти прекрасные длинные пальцы и властные, сильные ладони. Те, что она так редко видела. Чернильные лозы на его запястьях, исчезающие под рукавами. Девушка не видела эти руки, даже когда они занимались сексом. Он не стал снимать перчаток тогда. Лицо Кирс вспыхнуло, когда в её голове всплыла очень чёткая картинка того, как он снимает с себя пиджак и рубашку, открывая ей, насколько его тело на самом деле покрыто чернилами.

Колдун прочистил горло, и она резко перевела взгляд на его лицо, старательно придавая своему спокойное выражение, чтобы Грейвз не понял, о чём она только что думала.

– Я мастер своего дела. Я овладел более чем одной основной способностью и несколькими поменьше. – Он отложил перчатки в сторону. – Во-первых, я могу рассеивать звук. Звукоизолировать комнату, скрыть разговоры от любопытных ушей. – Он поймал её взгляд. – Или стоны.

Кирс чуть приоткрыла рот и тут же захлопнула его обратно. Она-то думала, он будет игнорировать, что между ними что-то вообще произошло, но нет, пожалуйста, вот оно, сорвалось с его губ. Девушка постаралась не ёрзать.

– Ну, по крайней мере, Кингстон ничего не слышал, – сказала она. – Хотя он, кажется, всё равно догадался.

– Точно, – подтвердил Грейвз. – Так вот, как я тебе уже говорил, я – это знание. Но дальше я не объяснил. Моя главная способность – это чтение.

Она нахмурилась.

– Все об этом говорят. Но что это значит?

– Моё тело – это оружие. – Он поднял руки между ними. – Когда я кого-то касаюсь, то могу его прочитать. Могу пролистать поверхностные мысли. Прочесть воспоминания и то, что кричит громче всего. Обычно это заветные мечты и то наслаждение, которое он хочет получить. Могу сделать это за секунду, но если кто-то тренировался защищаться от такого, то тогда потребуются часы.

– Оу, – только и сказала Кирс, вспыхнув. Она вспомнила его руку на своём горле в ту первую ночь. Шок в его глазах, с которым он удерживал её на месте. Явно проверяя, сможет ли он её прочитать. Намеренное действие. Он не знал, что о ней думать. Она озадачила человека, который знал всё. – Но… меня ты прочесть не смог?

– Нет, – признал Грейвз. – Не смог. Ты даже не представляешь, сколько раз я хотел узнать, что происходит в твоей голове.

– Раздражает, наверное.

– Ещё как. Я провёл много времени, учась точно определять, кто люди такие, и узнавать о них всё по одному соприкосновению на улице.

Она прикусила губу.

– Поэтому ты всегда выглядишь так, словно не понимаешь меня?

Он кивнул. Его глаза, обычно такие непроницаемые, теперь были ей открыты. И она видела, как сильно на него влияла невозможность понять, что она думает.

– В тебе нет никакой логики. У меня нет контекста. Признаю, моя способность меня избаловала. Мне пришлось запомнить твой язык тела, форму твоего лица, всё то, что ты говорила, и то, о чём молчала.

Он говорил об этом так, словно ненавидел этот факт, но впечатление создавалось ровно обратное. Словно ему нравилось узнавать её ближе. Словно неспособность подсматривать информацию сделала ценнее всё, что он узнавал у неё обычными методами.

– Ну, я рада, что ты не можешь меня прочесть. Похоже на какое-то вторжение.

– Для того и перчатки, – сказал он, потянувшись за ними.

Кирс сама не поняла, что ей двигало, но она взяла Грейвза за руку.

– Не надо. – Его мерцающие серые глаза встретились с её. – Со мной они тебе не нужны.

– Привычка, – признал он, очевидно колеблясь.

– Обойдёшься и без них. – Но руку она убрала.

– Хорошо. – Грейвз положил перчатки на столик. – Раз я рассказываю тебе о своих силах, то должен предупредить… один раз я тебя всё же прочитал.

– Что? Ты читал мои мысли?

– Я не читаю мысли, – покачал он головой. – Это не так работает. В основном я вижу воспоминания. Если и мысли, то только самые поверхностные. То, что люди сами мне кричат. По работе я сначала вытягиваю нужные ответы на поверхность, задавая правильные вопросы, а потом ищу, что всплывёт в их памяти. Это не точная наука, но такой метод принёс мне наибольший успех.

– Так вот как ты узнал о Третьем Этаже и хранилище. Применяя свои силы в деловых целях.

– Да.

– А я-то думала, ты людей пытал.

– А кто сказал, что не пытал? – ровным тоном спросил колдун, и она чуть не подавилась. С него станется.

– И что за воспоминание ты увидел у меня? – прошептала Кирс, медленно приходя в ужас от того, что он мог там углядеть.

– Когда я держал тебя на руках после порошка желаний, то не мог понять, как тебе помочь. У меня было лекарство, но ты не могла его выпить, не захлебнувшись. Так что я попытался тебя прочитать, но увидел, полагаю, только галлюцинации от порошка. Всё было смешано в кучу. У тебя были синяки на горле и лице. Изо рта шла кровь. – Он помрачнел. – Ты лежала в сточной канаве.

– А, – выдавила девушка. Она знала, что он увидел. Ту ночь, когда она попыталась уйти от Джейсона, и он её чуть не убил. Но Кирс не хотелось, чтобы об этом знал Грейвз. Если он когда-то и узнает о её прошлом, это должно быть её решением.

– Как я уже сказал, это, вероятнее всего, была галлюцинация, – сказал колдун, когда она промолчала. – И больше я не пытался. Вернёмся к теме: силы поглощения также объясняют, что случилось в тот день с порошком. Видимо, ты впитала больше магии, чем могла переварить. Так что остальная магия зацепилась и сработала, попытавшись тебя убить. Поэтому я и смог тебя прочитать. В тебе было столько магии, что ты не могла впитывать мою достаточно быстро.

Кирс провела большим пальцем по губе, размышляя над сказанным. В этом был смысл. Гораздо больше смысла, чем в теории об иммунитете.

– Значит, нам и правда нужно было проверить мои пределы. Иначе это стало бы нашим слепым пятном.

– Именно. Теперь надо понять, как восстанавливать твою магию. Тогда можно будет безопасно тренироваться.

– Как ты понял, что чтение восстанавливает твою?

Он задумался на секунду. Глаза заволокло воспоминаниями.

– Когда Кингстон взял меня в ученики, я помешался на образовании. Мне всегда хотелось прочесть всё, до чего я мог дотянуться, задолго до того, как библиотека Кингстона оказалась в моём распоряжении, но у бедного мальчишки было мало шансов что-то найти в то время. Тот зелёный томик, что я тебе одолжил, – это перевод книги, которую я читал в юности.

Неудивительно, что она была ему так дорога.

– Пока мы тренировались с Кингстоном, я постоянно возвращался к книгам ослабший и страдающий от боли, а уходил от них сильным и крепким. Как и в случае с искусством для Кингстона, процесс того, что всегда придавало мне сил в прошлом, стал восполнять и мою магию.

Она задумалась над его объяснением. Что-то, что заряжало её в прошлом. Из-за чего она чувствовала себя сильнее, более целой. То, что поддерживало её, когда чувствовала себя слабой.

– Воровство, – осознала Кирс. – Воровство восполняет мою магию. Других вариантов я не вижу. Это единственное, что я делала всю жизнь и из-за чего чувствовала себя лучше. И в тот раз, когда у меня якобы был грипп, я неделями не могла вылезти, чтобы что-нибудь стащить. Единственный раз в жизни, когда я не была на улице и не обчищала карманы. Ну, не считая периода после Имани и Монтрелла.

Грейвз даже рассмеялся, словно это было настолько очевидно.

– Ну, конечно же. С воровки станется считать, что кража восстанавливает её магию.

– Воровка – это моя сущность. Так же как ты специализируешься в знаниях, а Кингстон клянётся, что искусство – это некая форма убеждения.

– Воровство так воровство, – сказал он, поднимаясь на ноги.

Вскоре колдун вернулся с простой коробочкой, очень похожей на ту, что Кирс вскрыла в свой первый визит к нему.

– А это что? Очередной фокус?

– Сейчас объясню. Я думаю, нам нужно сменить подход к добыче копья.

– На таком позднем этапе?

– Раньше я думал, что ты колдунья с иммунитетом к магии. Поглощение – это совсем другая история. Оно не пассивное, это совсем другой уровень, а значит, и научить я тебя могу большему. Конкретнее, ты можешь научиться впитывать в себя печати, и тогда я сам смогу пройти с тобой на вечеринку.

Глаза Кирс полезли на лоб.

– Ты думаешь, я такое могу?

– Думаю, сможешь, если мы потренируемся. С копьём ты уже сносно управляешься, можем переключиться на это.

Кирс не могла поверить своим ушам. Её магия не только оказалась полезной, пока она тут боялась, что раз не колдунья, то и работы ей не видать, но Грейвз ещё и собирался продолжать её тренировать. И он планировал пойти с ней, а это серьёзно повышало её шансы выбраться оттуда живой, на что девушка боялась даже надеяться.

– И когда начнём?

– Так вот об этом… – Он протянул ей шкатулку – Сначала научишься ставить печати. Потом снимать.

Кирс вся дрожала от предвкушения.

– Я научусь магии?

– С первой попытки вряд ли получится, – предупредил Грейвз. – На развитие способностей могут уйти годы. Но я начну с азов.

– Хорошо, – благоговейно прошептала девушка, глядя на маленькую деревянную коробочку.

– Печати ничем не отличаются от любой другой магии, но на них почти не тратится энергия. Ты можешь постоянно держать их активными и толком не уставать. – Что прекрасно объясняло его дом и то, как в нём всегда поддерживались печати. – Большинство магии начинается с ощущения, но это другой урок, и его я оставлю на потом. Пока что тебе стоит знать только то, что магия – это намерение.

– Намерение?

– Тебе нужно сказать магии, что тебе от неё нужно, и она это сделает.

– Вот так вот просто?

– Нет. Но печати, по крайней мере, это самое простое. Если я захочу поставить барьер на эту шкатулку, мне нужно будет лишь подумать об этом и использовать ту магию, что у меня есть.

– А вся шкатулка после этого не станет покрыта узорами из печатей?

Он усмехнулся.

– Только если я этого захочу. Можно скрыть их так, что они будут видны только мне, но тогда они будут слабее. Печать становится сильнее, если она буквально отпечатана на поверхности. В библиотеке они самые сильные, потому что вырезаны на двери. Здесь будет лишь временный барьер, ему не придётся держаться сотню или две лет.

– Понятно, – с округлившимися глазами проговорила Кирс.

– Так вот, я хочу, чтобы ты сфокусировала своё намерение на шкатулке. А потом протянула руку и запечатала её.

Кирс скептически посмотрела на колдуна.

– И это всё?

– Если думаешь, что не получится, то да, это всё.

Ну нет, так дело не пойдёт. Она сможет.

Кирс сфокусировалась на коробочке. Маленький деревянный квадрат. Металлический замок. Гладкие грани. Это была её шкатулка, и больше ничья. Она остановит любого, кто попытается заполучить содержимое. Кирс направила свой приказ на коробочку, но ничего не произошло.

– Кажется, не сработало, – грустно обмякла она в кресле.

– Не сработало. Ты бы почувствовала. Но я и не думал, что получится с первого раза.

Она кивнула и снова сосредоточилась на коробочке, твёрдо намереваясь заставить эту штуку ей подчиниться. Попробовала ещё раз, и ещё, и ещё. Ничего не произошло. Как бы Кирс ни фокусировалась, она не могла передать своё повеление коробочке. Это была просто шкатулка. В ней даже ничего не лежало такого, что стоило бы запечатать.

– Уф. Ну, не дано мне. – Она откинулась на спинку сиденья.

– Оставь шкатулку себе, – кивнул Грейвз. – И продолжай тренироваться.

– Ладно, – разочаровано протянула девушка.

– Это не единственное, над чем нам нужно работать. Другая часть тебе должна понравиться.

– Ну-ка? – оживилась она.

– Разведка, – диковато улыбнулся колдун. – Сегодня мы отправимся в подземье.

Интерлюдия

Начальник поручал Эдгару много разных заданий.

Уборка была его любимой.

Он знал, что должно было быть наоборот. Несмотря на название, это было грязное дело. Но он всё равно наслаждался им.

Вывеска «Завета» горела фиолетовым светом, когда он подошёл к чёрному входу. Камеры Эдгар обезвредил ещё до того, как приехал. Того, что должно было случиться дальше, никому видеть не следовало. Не тратя времени на аккуратность, Эдгар врезал кирпичом по дверной ручке и почувствовал, как она с лязгом просела. Толкнув дверь, он вошёл в стерильное помещение.

Он лично никогда не любил больницы. Слишком много дурных воспоминаний. В детстве у него часто случались эпилептические припадки. Да и до сих пор иногда случаются. Но когда он был маленьким, его родители и слова-то такого не знали – «эпилепсия». Деревенские шептались, что в ребенка вселился демон. Его родные были очень религиозными, так что Эдгар прошёл через несколько обрядов экзорцизма, прежде чем взял дело в свои руки и сходил к доктору. А родители продолжали верить, что с сыном что-то не так, до самой смерти.

Может, что-то и было не так. Но его болезни это никак не касалось.

Когда он впервые встретил Грейвза, Эдгар как раз сбежал из дома. Его утомило вечное внимание к болезни и почти полное безразличие к нему самому. Он думал, что был создан для большего. Так что оставил позади своё поселение и на попутках добрался до большого города.

Он и двух недель там не пробыл, прежде чем его квартиру разгромили, украли все деньги и даже заставили снять ботинки под дулом пистолета. Глупый деревенский парнишка. Да ещё в придачу, пока воры убегали с его одеждой, у него случился приступ. К тому моменту их не было почти целый год. Самый неподходящий момент.

Грейвз как раз выходил из театра, когда обнаружил бьющегося в припадке на земле Эдгара. Лишь одно прикосновение руки – и вся его жизнь перевернулась. Грейвз дал ему то, в чём Эдгар, сам того не зная, так нуждался. Смысл.

Эдгар был прилежным учеником. Он научился всему, чему Грейвз был готов его научить, и даже большему. Теперь он был незаменимым. Инструментом, который Грейвз затачивал последние тридцать пять лет. Эдгара не волновало, что он старел, пока Грейвз оставался таким же. Эдгар не чувствовал себя старше. Только выглядел так. А Грейвз не выглядел старше, зато прекрасно чувствовал свой возраст.

Грейвз был достоин того, чтобы посвятить ему свою жизнь.

И убирать за ним бардак.

Эдгар вошёл в лабораторию доктора Мафи, не чувствуя ни малейшего сожаления о том, что он собирался сделать. Ему и хотелось бы посочувствовать бедному врачу, но она просто оказалась не в том месте и не в то время.

Мужчина осмотрел оборудование. Большие белые аппараты, чёрт знает для чего предназначенные. Они были выше его понимания, но он знал, что приборы дорогие и важные. Эдгар не собирался уничтожать это место, которое приносило благо другим, только чтобы исправить ошибку. Грейвз редко ошибался.

Эдгар нашёл нужную папку. Пролистал заметки, отыскал каждую крупицу информации о Кирс МакКенне. Анализ слюны, анализ мочи, анализ крови, физическое здоровье, температура, давление и все прочие тесты, которые для неё провели. Каждый он уничтожил отдельно, превращая улики в пепел. Нельзя было оставить ни единого следа.

Потом он добрался до компьютеров и взломал почту доктора. Увидев, что она натворила, Эдгар лишь вздохнул.

Что же, это всё осложняло.

Он думал, что обойдётся уничтожением информации. Теперь, вероятно, будет нужно убрать и её. Она работала на Короля Людовика. Судя по их переписке, вампир держал Мафи в кулаке уже давно, и не совсем по её вине. Она задолжала ему внушительную сумму и выплачивала её выискивая по анализам крови особую, подходящую для властителя вампиров пару. Доктор Мафи не была злодеем, лишь попала в дурную ситуацию. Что делать с этой информацией – это решать только Грейвзу.

Эдгар переслал письма хозяину и стал ждать инструкций. Впрочем, он уже подозревал, что тот скажет. Ему было бы не впервой убивать по приказу. Доктор с её ведьминскими способностями может стать проблемой, но время и терпение – это всё, что ему нужно, чтобы найти подход. Как и всегда.

Разобравшись с письмами и сервером, Эдгар достал из компьютеров жёсткие диски и просверлил в каждом дыру. Было бы веселее по очереди разбить все мониторы, но информация хранилась именно здесь. Было непохоже, чтобы она копировала что-то с сервера, но стоило наведаться к ней домой, чисто на всякий случай. Эдгар подозревал, что там её не будет. Мафи боялась, что Грейвз её раскусил. Что же, в этом она не ошиблась.

Загудел телефон.

– Отчёт, – потребовал Грейвз.

– Всё как вы и подозревали. Мне её убрать?

– Нет, – тут же ответил он. – Только найди. Если сможешь, приведи сюда. Уверен, что она уже в бегах.

– У меня тоже были такие подозрения, сэр.

– Всё остальное на месте?

– Нет сегодняшней порции крови.

Грейвз выругался.

– Думаю, мы прекрасно знаем, где она.

– Да, сэр.

Эдгар улыбнулся, положив трубку и обводя взглядом больницу. Играться было некогда. Он закинул сумку на плечо. Ему предстояла охота. И у его добычи уже была фора.

Часть V

Третий Этаж

Глава 38

Грейвз настоял на том, чтобы вооружить её до зубов.

Кирс совершенно не возражала.

На этот раз она с ног до головы оделась в чёрное. Даже сняла подвеску с крапивником, как бы это её, да и Грейвза, вероятно, ни расстраивало. Потом нацепила на себя портупею с двумя прекрасными пистолетами, которые Грейвз купил ей после заключения сделки. Вдобавок к ним он предложил ещё два, чтобы спрятать в сапоги, и запасные обоймы в куртку. Ножи Кирс спрятала в карманы, в сапоги, в куртку. В волосы она заткнула отмычки – никогда не знаешь, когда отмычка спасёт тебе жизнь. Ощущение было такое, словно девушка собралась на войну.

– Не надо так выглядеть, – сказал Грейвз, кидая ей любимую куртку, на которую наложил какую-то печать.

– Как «так»?

– Такой счастливой.

– Когда доберёмся до подземья, я обязательно усмирю свой энтузиазм. Но ты сам подумай. Наконец-то работа в поле. Я этого так ждала.

– Если бы я знал, что ты так обрадуешься, может, начал бы брать тебя с собой на деловые встречи.

Кирс замерла, поражённая его словами.

– Да не начал бы.

Грейвз усмехнулся.

– Уверена?

Нет, глядя на его лицо, уверена она не была. Колдун и правда думал о том, чтобы брать её с собой. Кирс и представить себе не могла, что Грейвз вот так откроет кому-то свои секреты.

– Не забывай, наша сегодняшняя задача – это найти путь внутрь и убедиться, что ты можешь проходить сквозь печати Уолтера.

Выдохнув, Кирс сосредоточилась. В конце концов, разведка была гораздо веселее, чем её полный провал в попытках изучения магии. А провалы продолжались с тех самых пор, как Грейвз дал ей шкатулку. Может, Уолтер и был всего-то учеником Грейвза, которого тот выгнал, но теперь его печати были усилены силовыми полями. Оба были практически уверены, что способность к поглощению поможет Кирс пройти их насквозь, но сегодня они собирались проверить это на деле.

– Он слабее Имани, – продолжил Грейвз. – Нам просто нужно провести тебя на Третий Этаж.

– Ты меня до зубов вооружил. С чем я могу там столкнуться?

– Это чёрный рынок под метро. Монстры собираются там, чтобы утолить свои самые тёмные желания, незаконно торговать оружием и так далее. Соглашение там не имеет никакой силы.

Это она и так знала.

– Помни, я внутрь пройти не смогу. С тех пор как Уолтер присоединился к Королю Людовику, мне на Третий Этаж хода нет. Я не смогу тебя защитить.

– А меня и не надо защищать, – сказала Кирс. – Я сама себе защитник.

Грейвз смерил её взглядом.

– Это рынок монстров. Люди там основная валюта. Ты, может, и не человек, но они-то об этом не знают. Оружие спасёт тебя не от всего.

– Ладно, я тебя поняла.

– Итак, если ты спокойно проберёшься внутрь, следующий шаг – это незаметно осмотреть территорию. Потом сможешь начать искать другие выходы с Третьего Этажа.

– Вот в этом я как раз хороша, – заверила Кирс наставника. – Это моя игра.

Грейвз посмотрел на неё скептически, но спорить не стал. Они отправились пешком, выйдя из дома через подземный гаражный туннель, после чего оказались на несколько кварталов южнее по Амстердам-авеню. Оттуда прошлись по 72-й улице ко входу в метро и спустились по лестнице, перескакивая через две ступеньки. Тролль спал на стуле у подножия. Кирс была очень рада, что сегодня ей не придётся с ним связываться.

– Монстры, – прошипел Грейвз с таким отвращением, словно сам не был одним из них.

Миновав тролля, они прошли к турникетам. Грейвз прикоснулся к сканеру голой рукой, а потом жестом показал ей проходить. Дождавшись приятного щелчка, Кирс шагнула дальше.

– Ты как это сделал?

– Магией, – спокойно ответил он.

– Не думала, что ты пользуешься метро.

– Я и не пользуюсь. – Грейвз двинулся вперёд по грязной платформе. – Сюда.

– А куда мы едем вообще?

– На Таймс-сквер.

Она моргнула.

– Серьёзно?

– Да, к сожалению.

Таймс-сквер был последним местом в городе, куда ей хотелось соваться. Бывшее сосредоточение местного шика было разгромлено во время войны. Большое сражение между враждующими сторонами привело его в негодность. Кто-то ратовал за то, чтобы вернуть месту прежний блеск, но район захватили монстры, и процесс продвигался медленно. Кирс не была там уже по меньшей мере год, и нежелание возвращаться стояло высоко в списке приоритетов.

И всё же с Грейвзом наверняка было безопаснее, чем одной. Так что девушка проследовала за ним в поезд на третьей линии, который с грохотом подошёл к платформе. В это время народу должно было быть мало, но это Нью-Йорк, так что, разумеется… вагон был забит до отказа. Грейвз схватился за центральный поручень, а Кирс положила руку сразу под его и попыталась удержаться на ногах, когда поезд покатился на юг, к Таймс-сквер.

– А что там, на Таймс-сквер? Ну, помимо хаоса.

Ртутные глаза Грейвза заметались по набитому вагону. Группа нимф сидела друг у друга на коленях напротив. Большинство других мест занимало пёстрое разнообразие людей. У дальней стены она заметила гоблина. Никого с особенно острым слухом, но это особой роли и не играло.

Она почувствовала искажение в воздухе, когда Грейвз махнул рукой, колдуя на глазах у ничего не подозревающей публики. Никто даже головы не поднял. Все были слишком заняты собой, чтобы заменить магию на расстоянии двух шагов.

– Вход на Третий Этаж.

– На Таймс-сквер?

– Под, – поправил Грейвз. – Самый прямой путь в подземье. Он ведёт на пропускной пункт, а оттуда уже ниже.

Кирс поёжилась от предвкушения, расплываясь в той самой неправильной улыбке. Грейвз лишь покачал головой.

– Воришка, – пробормотал он.

Поезд с визгом остановился на станции на углу Таймс-сквер и 42-й улицы. Нимфы цветным взрывом сорвались со своих мест. Кирс вышла вслед за ними и направилась было к выходу, но Грейвз оттеснил её подальше от потока, в сторону платформы «S». Она уж точно не собиралась жаловаться, что им не нужно было проталкиваться через безумие, творящееся наверху.

Когда они дошли до платформы, Грейвз дождался, пока подойдёт поезд и в него зайдут все пассажиры. Когда станция окончательно опустела и перед ними остались лишь молчаливые рельсы, Грейвз спрыгнул вниз и поднял руки, словно готовясь её поймать.

– Давай.

– Грейвз, я тебе не принцесса.

Кирс легко приземлилась на ноги, присев на рельсах, словно кошка. Потом выпрямилась в полный рост и вскинула бровь.

– Да, – только и сказал он с намёком на улыбку. – Сюда.

И двинулся в мрачную темноту туннеля метро.

Ей пришлось пробежаться, чтобы догнать его.

– А если поезд поедет?

– Поезд придёт только через пять минут, у нас есть время.

– Замечательно.

Кирс не могла перестать проверять время на телефоне. Пять минут – это не так много. С момента отправления предыдущего поезда прошло уже четыре. А они редко ходили точно по расписанию. Если быть честной, то даже до монстров они не всегда ходили по расписанию. Но полагаться на это ей не хотелось.

Когда пять минут начали истекать, девушка постучала по экрану телефона.

– Грейвз.

Тот резко остановился.

– Пришли.

Он шагнул вперёд и растворился в темноте. Кирс ошарашенно ахнула. Только что он был здесь, и вот его уже нет.

– Сюда, – позвал Грейвз из темноты.

Стены туннеля внезапно задрожали, и, резко обернувшись, она увидела приближающиеся огни поезда. Кирс охватил страх. Выбора не оставалось, так что она сделала глубокий вдох и проследовала за Грейвзом. Тьма оказалась не более чем барьером – по ту сторону девушка увидела несколько ламп, разбросанных по потолку и освещающих пространство впереди.

Вот он, вход на Третий Этаж.

Кирс медленно выдохнула.

– Тут печатей явно не было.

– Не было. Проходов вниз множество, а вот пунктов пропуска гораздо меньше. – Грейвз перешагнул через гниющий крысиный трупик. – Под городом проходит целая сеть туннелей, более обширная, чем схема метро. На пропускных пунктах следят, чтобы никто не проник во владения Короля Людовика. Уолтер контролирует пункты пропуска с помощью своих печатей, значит, контролирует доступ к рынку, а следовательно, и к Королю.

– Почти гениально. Уверен, что стоило его выгонять?

Грейвз покосился на неё.

– В тот момент это казалось правильным.

– Зато подумай, если бы ты этого не сделал, то мы бы никогда не встретились.

Он нахмурился.

– Вот в этом я сомневаюсь.

Она тоже сомневалась. Что-то их друг с другом связывало. Пересеклись бы так или иначе.

– Третий Этаж – это своего рода отдельный город. С помощью пропускных пунктов с людей взимают деньги за проход на рынок, за жизнь там, за работу. Так что другие проходы найти будет проблематично.

Она кивнула.

– Поняла. А где находится сам рынок?

Помолчав немного, Грейвз ответил:

– Под Центральным рынком.

– А, – понимающе хмыкнула Кирс. В этом был смысл. Мало кто совался на Центральный. Хоть он и сохранился во всем своём великолепии, но был такой же тёмной зоной, как и Таймс-сквер.

– Центральный рынок всё ещё живёт за счёт как людей, так и монстров, – заметил Грейвз.

– И только туристы тупы настолько, чтобы туда соваться.

– Именно, – согласился колдун. – Наземный рынок – лишь прикрытие. Третий Этаж находится в подвале под ним. Те редкие люди, что туда суются, либо тратят достаточно денег, чтобы, может быть, купить право безопасного прохода, либо просто жить не хотят.

– Звучит логично, – безэмоционально ответила Кирс.

Люди, когда хотели, могли быть куда хуже монстров. Большинство, впрочем, обо всём этом совсем не просили. Ей хотелось бы, чтобы они жили в безопасности, которой не было у неё самой в юности.

– И Людовик живёт посреди Третьего Этажа?

– На самом деле нет. Много ты знаешь про местную железнодорожную систему?

– Только то, что на ней можно доехать туда, куда мне надо.

Грейвз иронично покосился на девушку.

– А между прочим, интересная тема, если вдруг захочешь почитать что-то помимо сказок.

– Эй, это ты тут выбираешь материалы для чтения, – напомнила она.

– Расскажу вкратце. Когда в Манхэттене разрабатывали систему путей, то в тысяча девятьсот десятом году к ней пристроили потайной 61-й путь для перевозки президентов в неспокойное время. Он находится под зданием гостиницы «Уолдорф-Астория», и на него можно попасть через запертую золотую дверь на 49-й улице.

– Никогда не была в этой гостинице.

– Там сейчас новое руководство.

– Что за монстр? – потому что других вариантов в это время она и не ожидала.

– А сама как думаешь?

– Людовик, – предположила Кирс.

Грейвз кивнул.

– Купил здание, получил доступ к секретной платформе и вместо того, чтобы поселиться в пентхаусе, забился в бункер.

– Разумеется. Я так понимаю, дверь на 49-й запечатана?

– Да. Ты смогла бы войти и выйти, но это самый очевидный путь, и за ним постоянно наблюдают. Нам нужен другой, более надёжный выход.

С этим она была согласна. Пути отхода входили в её постоянный репертуар.

Этот урок Джейсон ей преподал самым жестоким образом.

Глава 39

– Пункт пропуска впереди, – сказал Грейвз наконец, притормаживая через несколько кварталов. С другого конца туннеля до них донеслись голоса. – Через него сможешь пройти на Третий Этаж, посмотреть на рынок монстров и, надеюсь, найти как пробраться в убежище Людовика через 61-й путь.

Они остановились, когда пункт пропуска появился в поле зрения. Кирс видела его раньше на фотографиях, и всё равно вид её разочаровал. Она-то ожидала вычурной арки с мерцающим синим свечением или какой-нибудь жидкостью, которая разойдётся под её касанием. Но это был просто ещё один туннель с кучей монстров, караулом и каким-то аппаратом. Без охранников-гоблинов она бы и не догадалась никогда, что это проход в логово монстров.

– И как он работает?

– Уолтер врезал свои печати в стены, – сказал Грейвз. Вытянув шею, Кирс разглядела отметины, на которые иначе и не обратила бы внимания.

– То есть они весьма мощные.

Колдун кивнул.

– То, что врезано, всегда сохраняется дольше. Учитывая, сколько сил надо, чтобы удерживать барьеры по всему городу, я подозреваю, что он вынужден вырезать их, иначе попросту не вытянет.

– Или Уолтер просто сильнее, чем ты думаешь.

Грейвз покосился на неё.

– Сомневаюсь.

– Какой же ты самоуверенный.

Он усмехнулся.

– Не просто так. – Колдун показал на аппарат, который она заметила ранее. – Печати контролируются компьютером.

Кирс нахмурилась. Она понимала в технике достаточно, чтобы при необходимости взломать. Но вот собирать её или хотя бы понять, какого типа сила должна быть у Уолтера, чтобы подпитывать своей магией электронику, – это было не по её части. Кирс и деревянную шкатулку-то пока запечатать не могла.

– Каким образом?

– Без понятия, – неохотно признал Грейвз, скрипнув зубами. – Всю компьютерную систему тоже разработал Уолтер. Ему нужно было дать другим возможность проходить в подземье, пока печати работают, но при этом не пропустить внутрь кого-то вроде меня.

– Он настолько тебя не любит, что специально запечатал от тебя вход?

– Можно и так сказать, – сухо сказал Грейвз.

– А как ещё? Ты его выгнал, бросил в процессе обучения, – заметила девушка. – Неудивительно, что он не хочет тебя видеть.

– Понимаешь ли, я всё это время думал, что я могущественный враг.

Она рассмеялась.

– Да, это тоже вряд ли играет в твою пользу.

– В любом случае сначала Уолтер оставил открытыми несколько точек, через которые можно было проходить. На входе всех обыскивали. Народу это не понравилось. Они начали жаловаться.

– Работа с клиентурой во всей своей красе, – пробормотала Кирс.

– Электроника стала его решением. Посетителей сканируют, они платят пошлину и получают пропуск. Предъявляют его, и тот взаимодействует с печатями, позволяя пройти. Как проездной в метро.

– А на это они, значит, не жалуются?

– Им нравится чувствовать себя закрытым клубом.

– Ну, разумеется. Пропуск мне нужно будет украсть? – спросила Кирс, наблюдая за растущей толпой.

Грейвз молча показал ей пропуск.

– Это был тот самый завершающий шаг, над которым я работал в день похода в музей. Сделал для тебя.

Она довольно выхватила у него карточку.

– Так, значит, я просто пройду внутрь?

– Мой информатор сказал, что пропуск поможет с системой, но не с печатями. Их может правильно настроить только Уолтер. Карточка у каждого своя, но в конечном итоге пропускают именно печати.

– Значит, мы можем обмануть машину, но не магию, – задумчиво протянула девушка.

– Именно. Поэтому мне и нужен был спец по печатям: они врезаны в стены и настроены против меня.

– Облажался ты с Уолтером, – констатировала Кирс.

Грейвз молча скрестил руки на груди. Ответить ему было нечего.

Кирс несколько минут наблюдала за пропускным пунктом, где монстры прикладывали карты к сканеру и проходили дальше. Включались ли печати каждый раз, как узнавали очередной пропуск? Или карточки защищали монстров от них? И то и другое должно было работать довольно-таки просто, если оно и правда было написано в формате кода. Она знала, как взламывать код, но не как он пишется. Программист с магическими силами наверняка бы справился быстрее.

– Крапивник? – спросил Грейвз.

Она моргнула и взглянула на него.

– Анализировала ситуацию. Мне надо подобраться поближе, чтобы посмотреть на механизм и проверить печати. Как думаешь, карточки на секунду обезвреживают печати или просто позволяют носителю пройти?

Он слегка расслабился, когда Кирс вошла в рабочий режим. Словно верил, что она знает, что делает.

– Второе, – убедительно сказал Грейвз. – Включать и выключать вырезанные печати почти нереально, особенно учитывая, сколько таких он поддерживает одновременно. Механизм просто позволяет через них проходить.

– Вот только он не знает обо мне.

– Не знает.

Опасно улыбнувшись, девушка принялась рассматривать толпу.

– Поняла. Откуда все идут?

Два грузных гоблина с винтовками М16. Шатающаяся женщина в платье-комбинации и вампир в одежде восемнадцатого века, придерживающий её за шею. Прилипшая друг к другу парочка, которую все обходили по широкой дуге. Кирс чуть поёжилась, осознав, что это суккуб и инкуб. Даже монстры не любили сексуальных хищников, часто работающих в парах. И наконец, группа быдловато выглядящих парней, ржущих и уламывающих окружающих на что-то. Она даже представить не могла, что за извращённые пристрастия привели их сюда, когда парни могли прекрасно развлечься на поверхности. Других человеческих женщин в очереди не было, за исключением закуски вампира.

– Основной вход находится в закрытом туннеле на Центральном, но помимо него сюда ведут ещё сотни других. Думаю, поэтому Уолтер и выбрал эту точку для одного из пропускных пунктов.

Кирс пожевала губу, потом пошарила по карманам в поисках резинки для волос. Ей нужно было выглядеть менее женственной. Вытащив из причёски отмычки, она спрятала их в рукава. Потом уложила волосы на глаза, чтобы выглядеть более лохматой, а остальное убрала в хвост и подвернула, заколов одной из своих верных шпилек-отмычек. А потом накинула капюшон.

Самой большой проблемой был рост. Она была среднего женского роста, низковатой для мужчины. Но можно было сойти за мальчишку с тягой к приключениям.

– Как я выгляжу?

– Как будто сейчас влипнешь в неприятности.

Кирс подмигнула ему.

– Не недооценивай меня.

И Кирс поравнялась с первой прошедшей мимо неё фигурой.

– Телефон не выключай, – настойчиво напомнил Грейвз.

Она постучала пальцем по карману, давая понять, что услышала, но в остальном девушка уже о нём забыла. Грейвз дал ей план. Теперь она знала, как его провернуть. Кирс затесалась среди быдловатых парней и шагнула вперёд, врезаясь в ближайшего.

– Ой, сорян.

– Да без проблем, пацан, – со смехом ответил тот.

Она положила руку ему на плечо, старательно не поднимая глаз, пока её вторая рука обшаривала его в карман.

– Вечно я во всех влетаю.

Но парень уже не обращал на неё внимания. Даже не почувствовал, как потерял кошелёк. Был слишком занят тем, что она в него врезалась, и ладонью на своём плече. Отвлекающий манёвр. Ловкость рук. Она обошла парня и отодвинулась подальше от группы, прежде чем порыться в кошельке, где обнаружился пропуск. Всегда полезно иметь запасной. Его можно было изучить позднее. Да и было неплохо оставить очередь за собой, когда парень поймёт, что его бумажник испарился.

Вампир прошёл перед ней, заплатив дополнительную пошлину за девчонку, которую вёл с собой. Пока парочка проходила, Кирс с интересом наблюдала за аппаратом. Никаких сигналов от компьютера или от печатей, только фотография и зелёный огонёк, показывающий, что проход разрешён. А потом настала очередь Кирс.

Затаив дыхание, она подошла к аппарату. Если техника не примет её карту, если она не сможет пройти сквозь печати, её обнаружат. Уолтер и Король Людовик могут даже узнать, что они пытались проникнуть в подземье. Кирс не хотела давать им наводок, не хотела, чтобы они знали, что она работает с Грейвзом. Но нужно было проверить – или им никогда не узнать, какие препятствия ей под силу преодолеть.

Наконец, Кирс прижала карточку к экрану. Сердце билось где-то в горле. На экране появилось её фото, потом вспыхнула зелёная лампочка.

– Проходите, – пробурчал мужчина, следящий за проходной.

Кирс усмехнулась, но настоящее испытание было ещё впереди. Помощь от информатора Грейвза обманула машину. Теперь дело было за её магией. Она шагнула вперёд. Теперь, зная, что искать, девушка могла почти что прочесть язык, врезанный в стену, но значение всегда от неё ускользало. Печати Уолтера были уникальны, как остролист Грейвза и санкофа Имани. Она разглядела в их центре что-то похожее на солнце. Стало интересно, как этот символ отражался в самом Уолтере.

Сделав глубокий вдох, Кирс подождала осмотр, пытаясь заметить, как магия впитывается в её кожу, но чувствовала себя как обычно. Печати Уолтера впитались в неё без каких-либо ощущений, и Кирс оказалась на противоположной стороне. Первый тест пройден.

Обернувшись назад всего один раз, она увидела, что Грейвз наблюдает за ней. Он выглядел голодным. Это была их победа. И немалая.

Теперь её ждал Третий Этаж.

Глава 40

Туннель не вывел Кирс сразу к рынку Третьего Этажа. Вместо этого он долго извивался и петлял туда-сюда, пока, наконец, она не достигла цели. Подавив страх, Кирс с восхищением оглядела открывшийся ей вид. Рынок располагался в подземной пещере такого размера, что она даже не видела противоположной стороны. Такой тёмный, зловещий, но такой живой. И полный монстров. Монстры были повсюду.

По периметру помещения были выстроены опоры, под которыми ютились наспех установленные палатки и лачуги. Двигаясь вместе с толпой, Кирс нырнула в рыночную суету. Основной проход вывел её в центр площади, где прямо посреди ряда торговцев высилась статуя Коралины ЛеМорт.

Кирс озадаченно моргнула. Привлекать к себе внимание не хотелось, но какого чёрта в подземье находилась статуя Коралины? Она была символом революции и мира. Её памятник у музея был установлен после Конвенции имени Коралины, когда заканчивалась Война Монстров, но подземье противостояло всему этому. Король Людовик и Доблестные мужи хотели Соглашение разорвать.

Не сдержав любопытства, Кирс протиснулась к статуе и взглянула на табличку у её ног.

Высшая награда достигается жертвами.

– Коралина ЛеМорт

Значит, Король Людовик считал смерть Коралины символом той революции, что была нужна ему, неизбежной жертвой, и слова её он тоже исказил под своё видение. Как типично.

Стиснув зубы, Кирс развернулась и обнаружила перед собой тёмный туннель, закрытый вычурными позолоченными дверями, покрытыми печатями. В центре каждой печати виднелся символ солнца, такой же, как на пункте пропуска. Печати Уолтера. Посередине ворот красовалась эмблема Доблестных мужей – крылья ангела, пронзённые стрелой.

По обе стороны от входа стояли здоровенные тролли, неодобрительно косившиеся на любого, кто подходил слишком близко. Что же, это явно был вход в резиденцию Короля Людовика. Своё место проживания он особо не скрывал – да и зачем, когда здесь его власть была сильнее всего?

Стараясь не попадаться троллям на глаза, Кирс отступила обратно в поток людей, оценивая обстановку, как предлагал Грейвз. Она особо не выделялась. Вокруг было полно людей и монстров в капюшонах, прячущих лица и держащихся особняком. В голове началась вырисовываться карта местности для Грейвза.

Сложно было поверить, что когда-то это место служило подвалом Центрального рынка. Отсюда явно вынесли всё подчистую, чтобы превратить огромное открытое пространство в рынок для монстров. Отголоски прошлого были видны в системе вентиляции, выкачивающей воздух, и в старых людских рабочих местах, переоборудованных под прилавки.

Проходя мимо палатки с мясом, она изо всех сил постаралась сдержать шок. Перевёртыш, заправлявший там, подавал мясо сырым, а сидящие за барной стойкой монстры смачно вгрызались в плоть. Кирс была готова поклясться, что видела на одной из тарелок что-то похожее на человечину. По условиям Соглашения, это было незаконно, но в подземье никто не следил за соблюдением законов. Она поёжилась. В следующей палатке продавались зелья и эликсиры. Там стоял полный до краёв ведьминский котёл, от которого валил пар. Стало даже интересно, правда ли там что-то варилось или он был просто для атмосферы. И как бы, например, доктор Мафи отнеслась к такой игре на стереотипах.

Кирс прошла дальше. Ей встретились отрубленные головы, пакеты с кровью, побрякушки самых разных форм и размеров, обещающие носителю всяческие волшебные способности. А вот когда её внимание привлёк следующий стенд, восхищённому взгляду открылся целый прилавок разнообразного оружия. Ножи, мечи, кинжалы. Пистолеты, автоматы и даже гранатомёт.

– Что-то приглянулось? – спросил мужчина за прилавком.

Кирс вздрогнула и подняла глаза. Мужчина оказался вовсе не мужчиной, а фениксом. Редкий вид монстров, который мог превращаться в огромную птицу и сгорать дотла. В довоенных историях как-то забывали упомянуть, что своим огнём феникс вполне мог обратить в пепел и кого-то ещё заодно.

– Э, нет, спасибо, – быстро ответила Кирс. Как бы руки ни чесались стащить что-нибудь, ей не особо хотелось становиться угольком.

Она обвела взглядом рынок, рисуя в голове план. Его территория оказалась больше, чем она ожидала, по ней легко можно было бродить несколько дней. Но у Кирс было две основные цели: изучить всё и найти способ протащить внутрь Грейвза.

Нет, неправда. Цели у неё было три. Нейт знал, что, когда Торру похитили, её утащили на Третий Этаж, но никто из них тогда не смог найти пути внутрь. Нейт слишком симпатизировал людям, да ещё и помог с подписанием Соглашения. Никто не собирался пускать его или членов его стаи сюда, даже если бы они и знали, где искать. Теперь-то было очевидно, что они бы даже не смогли сюда пройти.

Но Кирс знала, что ублюдком, забравшим Торру, был монстр по имени Орик Томпсон. Она нашла его имя и телефон на клочке бумаги в заброшенной квартире подруги. Попытавшись выяснить о нём побольше информации, Кирс быстро узнала, что тот был вампиром, частенько продававшим людей на Третий Этаж.

Пожалуй, искать сейчас кого-то вроде Орика Томпсона ей надо было в последнюю очередь, но когда ещё девушке могла представиться возможность найти ответы… или убить монстра, сотворившего это с её Торрой.

Надвинув капюшон на глаза и стараясь не обращать внимания на проходящих мимо монстров, она направилась к ближайшему бару – на поверхности такие заведения всегда были источниками информации, в подземье вряд ли было иначе. Грузный тролль чуть не сбил её с ног. Мускулистый и по пояс голый русал прошёл так близко, что она почувствовала запах океана. Мимо мелькнул даже оборотень с характерной крадущейся походкой. Вампиры с оборотнями вели свою собственную войну уже целую вечность. Очевидно, Соглашение расстраивало множество различных монстров, раз оборотень разгуливал по вампирскому рынку.

Наконец она вошла в бар с очень подходящим названием: «Кровь». Местечко это выглядело ровно так же грязно, как любая дешёвая забегаловка на поверхности, только с монстрами и кранами с чем-то похожим на человеческую кровь. Кирс села в углу бара и заказала пиво, к которому даже не притронулась. Там девушка просидела так долго, что бармен перестал её замечать, а сама она наслушалась слишком много нытья от гоблина, который возмущался, что Король Людовик держал здесь сорок восемь акров земли, но при этом не мог найти местечка для его нового бизнеса по убийству людей. Ну, то есть он это всё говорил другими словами, но слушать было отвратительно, а представлять себе размах влияния Короля Людовика, если Уолтер охранял для него почти пятьдесят акров земли, не считая его личной резиденции, и вовсе ужасало.

Наконец бармен подошёл узнать, нужен ли гостье ещё напиток, и её момент настал. Пододвинув к нему пятьдесят долларов, Кирс наклонилась вперёд:

– Просто любопытства ради, не подскажешь, где я могу кое-кого найти?

Монстр забрал деньги и выжидающе посмотрел на неё.

– Смотря кого.

– Орика Томпсона.

Он протянул руку, требуя больше денег, и Кирс вложила в его ладонь ещё пятьдесят. Отлично, что, помимо хорошо спрятанного оружия, она припасла в карманах ещё и наличку.

– Конечно. Орик работает в местечке за углом. – Он грубо осмотрел её с ног до головы. – А что, работёнку ищешь?

– Нет, спасибо, – сказала Кирс, двигая к нему ещё купюру. – Как пройти?

– Называется «Красный Бархат». – Дорогу он ей объяснял с усмешкой.

– Хорошо. Как я его узнаю? – Ещё купюра.

– Не пропустишь. Мелкий, лысый, длинная блондинистая борода. – Бармен улыбнулся, обнажая острые вампирские клыки. – Ты ему понравишься, если понимаешь, о чём я.

К сожалению, она, скорее всего, понимала. Но теперь у неё хотя бы появилась зацепка. Впервые за этот год. Пришло время ответов.

Уходя, она бросила ещё денег в банку для чаевых.

– Меня тут не было, – добавила девушка.

Бармен махнул на неё рукой, словно это было обычным делом.

Указания он дал ценные, и Кирс успешно отыскала на рынке место работы Орика. При виде цели кровь застыла у неё в жилах. Девушка слышала, что это был за монстр, знала о его преступлениях, но, лишь увидев его вживую, поняла, насколько они реальны.

«Красный Бархат» был вампирским борделем. В окнах показательно висели люди с обнажёнными шеями. Насыщенный красный экстерьер резко выделялся на фоне чёрной и тёмно-серой палитры всего остального рынка.

Это сюда забрали Торру? Вот кому её продали?

Одна только мысль приводила Кирс в бешенство, но ей не оставалось ничего другого, кроме как пустить свои ярость и отвращение в дело.

Для начала она собиралась пообщаться с Ориком Томпсоном. Пулей вампира не убьёшь, но свинец вполне сможет замедлить его достаточно для того, чтобы Кирс успела оторвать ему голову.

Глава 41

Орик Томпсон был слугой.

А она-то целый год думала, что он был крупным игроком в этих их играх. Аж тошно становилось. На деле он даже не был владельцем борделя, только крал людей с поверхности и поддерживал постоянный приток человечины для вампиров внизу. Лишь одно из звеньев в цепочке прислуги настоящего владельца «Красного Бархата».

Чтобы застать Орика одного, Кирс потребовалось гораздо больше времени, чем она планировала потратить. Впервые девушка заметила его выходящим из задней двери борделя в окружении других вампиров. Они вопили о том, как отлично провели время. Ей же хотелось перебить их всех на месте.

К сожалению, нельзя было привлекать к себе внимания. Месть местью, но дурой она не была. Нельзя было подвергать опасности их с Грейвзом задание. Кирс всё ещё нужен был доступ к Третьему Этажу, надо было найти как провести туда колдуна. Время поджимало, но теперь, зная, что она может проникнуть внутрь, девушка могла рыскать вокруг хоть круглосуточно.

Другие вампиры похлопали Орика по спине, прощаясь, и дальше по рынку он пошёл один. Кирс следовала за ним на солидном расстоянии. Он был вампирским отморозком, как бармен и говорил, невысокий, крепкий и с морщинистым лбом, словно его обратили далеко не в юности. Менее опасным это Орика не делало.

Когда вампир завернул в пустой переулок и достал сигарету, Кирс не стала мешкать. Проверив, правильно ли сидит на пистолете глушитель, она пустила пулю вампиру в ногу.

Орик вскрикнул, падая на землю и хватаясь за колено. Долго он на полу не останется. Нужно было действовать быстро.

Кирс вышла из теней сбоку от него и почувствовала, как все эмоции, которые она тщательно сдерживала целый год, хлынули наружу. Не дав даже заговорить, Кирс впечатала кулак ему в лицо. Много урона это не нанесло. Она не просто так обычно не сходилась с монстрами в открытом бою. Уж точно не так. Она пряталась, а не дралась. Но в тот момент это не имело значения.

– Какого хрена? – заорал Орик.

Из карманов куртки появились два ножа, которые она прижала к его горлу.

– Ты год назад привёл сюда женщину, – прорычала Кирс.

Он рассмеялся. Пуля в ноге, ножи у горла, а он всё равно смеялся.

– Я много девчонок сюда привожу.

Может, стоило просто убить его. Одним ублюдком на улицах меньше. Но, мать его, ей нужны были ответы.

– Женщину, – поправила Кирс. – Где-то метра полтора ростом, глаза синие, волосы короткие, розовые.

Вампир снова рассмеялся.

– Может, и приводил. Кто знает.

В венах Кирс вскипела ярость. Она пнула пулевую рану в его ноге, вызвав у вампира крик боли.

– Я бы тебе советовала вспоминать активнее.

– Много было девчонок. И мальчишек тоже, – вскрикнул он. – Я всех не помню.

Кирс прищурилась, пытаясь понять, не совершила ли ошибку. Врал ли он? Оттягивал время, чтобы восстановить силы и наброситься на неё? Или просто был настолько бессердечен? Может, всё сразу.

– Торра. Её звали Торра, – рыкнула она. – Вспоминаешь?

Он широко распахнул глаза. Это имя для Орика что-то значило.

– Ах, Торра? – с очередным идиотским смешком переспросил он. – Ну конечно, я знаю Торру.

Кирс моргнула. «Знаю». Он знает Торру. Бессмыслица какая-то. Её мозг не мог осознать, почему Орик говорил о подруге в настоящем времени.

– Что ты с ней сделал, тварь?

– Отвёл её к Королю Людовику, разумеется, – с жестокой улыбкой ответил вампир. – Это ему все работники «Красного Бархата» долг отрабатывают.

Король Людовик.

Внутри Кирс всё заледенело. Надо было догадаться, что все дороги вели к нему. Людовик был главным злодеем и мозгом всех операций и извращений на Третьем Этаже.

– И что с ней случилось?

– Последний раз видел её на перерыве, – сказал Орик.

– Перерыве?

– В «Красном Бархате».

Все кусочки картинки встали на место. Он знал Торру не когда-то, он знал её сейчас. Она принадлежала Королю Людовику и была на перерыве. В «Красном Бархате». Торра была там прямо сейчас. Она была жива.

Кирс отвела взгляд от Орика, глядя на уродливое красное здание вдалеке. Торра была жива.

И в этот момент Орик решил напасть. Зарычав, он кинулся на Кирс. Вампирские клыки заострились и вытянулись, и он приложил всю свою немалую силу, чтобы повалить девушку.

Внезапное открытие Кирс, может, и отвлекло, но инстинкты никуда не делись. Прежде чем он успел до неё дотянуться, девушка нырнула в состояние замедленной съёмки. Развернувшись к нему лицом, увернулась в сторону. Руку при этом выбросила вперёд, и, так как он не ожидал от Кирс такой нечеловеческой скорости, Орик наткнулся на неё сам. Сила её ускоренного движения встретилась с его вампирской скоростью, и нож прошил противнику горло насквозь.

Его рот ещё успел исказиться в удивлённой букве О, прежде чем она снесла вампиру голову с плеч.

– Чёрт, – прошипела Кирс.

Она едва успела отпрыгнуть в сторону, чтобы не попасть под фонтан крови. Орик был мёртв. Она убила монстра на их территории. Закон в этом месте, может, и отсутствовал, но ей нужно было срочно убраться подальше от места преступления, пока никто не пришёл искать убийцу одного из слуг Короля Людовика.

О самом убийстве она не жалела. Просто не могла. И не только за Торру, но и за всех людей, которых он лишил жизни за эти годы. За всех людей, с которыми он обращался как со скотом. За них всех. Скатертью дорожка.

Итак, теперь у Кирс была новая цель.

Нужно было найти Торру и вытащить её отсюда.

Глава 42

Тяжело грохая подошвами о землю, Кирс вернулась обратно к борделю. Она не знала, сколько у неё было времени, прежде чем тело Орика обнаружат. Не знала, будет ли кому-то вообще до него дело. Всё это было одним большим риском. Пришло время импровизации.

Никто не остановил её по дороге к чёрному ходу борделя. После многих лет, прожитых у Колетт, Кирс знала, что чёрный ход – это лучший способ войти и выйти без лишних подозрений. Работники всегда радушнее бандюков из охраны. Рулеток она любила, но даже они были наёмной силой. А наёмная сила не любит пускать внутрь тех, кто может быть вреден для бизнеса.

В комнате на первом этаже сидела небольшая группа работников. Опустив голову, Кирс заговорила ровно и низко:

– Эй, – окликнула она. Присутствующие посмотрели на гостью, увидели, что та не похожа на сотрудника или потенциально клиента, и тут же потеряли интерес. Кирс разыграла единственную карту, которая была у неё на руках: – Орик сказал, Торра на перерыве. Где её найти?

– У себя в комнате, наверное, – ответил мужчина, раскинувшийся на диване.

– Второй этаж, третья дверь слева, – добавила женщина.

– Спасибо, – ответила Кирс.

Девушка поднялась по лестнице в задней части борделя. Ею обычно пользовались только сами работники, так что там было безлюдно. Приоткрыв дверь на второй этаж, Кирс осмотрела коридор, подождала, пока мимо пройдёт вампирша, и только потом торопливо прошла на другой конец и постучалась в дверь Торры.

До этой секунды ею двигал чистый адреналин. Осознание того, что Торра не просто была жива, а жила здесь, в «Красном Бархате», всё это время, рухнула тяжёлым мешком ей на голову, пока Кирс ждала у двери. Её продали. Её похитили из дома и сдали работать в кровавый бордель. И она выживала здесь целый год. Целый грёбаный год.

И всё это время Кирс была наверху, жила своей жизнью, пыталась не думать о Торре, считая, что подруга мертва. От этой мысли что-то внутри неё сломалось. На глаза навернулись слёзы, которые она поспешно утёрла. Нельзя было разваливаться. Рано. Нельзя, пока Торра ещё здесь.

Дверь распахнулась, и Кирс забыла, как дышать.

Перед ней стояла Торра. Когда-то розовые волосы теперь стали каштановыми, со светлыми кончиками. Голубые глаза ярко выделялись на фоне белой кожи, настолько бледной, что под ней было видно вены. Словно это место высосало из неё весь цвет. Но эти очертания бёдер, этот аккуратный наклон головы, изгиб груди под красным корсетом. Всё это Кирс прекрасно помнила.

– Торра? – ахнула она.

Та широко распахнула глаза.

– Кирс?

– Ты жива. – Она поднесла ладонь к губам.

– Ты что здесь делаешь? – схватив Кирс за руку, Торра втянула её в комнату. Захлопнув дверь, она привалилась к ней спиной, словно ей тоже было тяжело стоять при виде подруги.

Кирс оглядела Торру с ног до головы, словно перед ней стоял оживший призрак. Всё такая же, но в то же время совсем другая. Более хрупкая, тонкая, шея и изящные запястья покрыты узнаваемыми белыми шрамами от укусов. Но совершенно точно Торра.

– Торра, ты жива, – снова проговорила Кирс.

Не сдержавшись, она шагнула вперёд и заключила Торру в объятия. Целый год она считала её мёртвой. Подруга была человеком, с которым Кирс связывали близкие отношения, и именно после них девушка сдалась. Да, они с Торрой не были идеальны. Они ругались и вечно раздували из мухи слона по малейшему поводу. Но Кирс никогда не желала ей смерти. Или этого.

– Жива. Я жива, – сказала Торра, утирая слезу с щеки Кирс.

– Поверить не могу, что ты здесь, – продолжила та. – Нам надо бежать. Я только что убила вампира и…

– Что ты сделала? – ахнула Торра.

– Убила грёбаного вампира, который сделал это с тобой, Тор. – Кирс выпрямилась, заставляя себя успокоиться. – Я зажала Орика Томпсона в угол и оторвала ему башку, когда он кинулся на меня.

– Боже мой. – У Торры задрожали губы. – Я рада, что он мёртв. Правда рада, Кирс, но весь бордель закроют на проверку, когда узнают. Тебе нельзя здесь оставаться.

– Я без тебя никуда не пойду! – упёрлась Кирс. – Я вытащу тебя отсюда.

– И что потом? У тебя есть план?

– Чёрт, – выругалась Кирс.

У неё был план. Тот, который дал ей Грейвз. Найти проклятый выход отсюда.

Это было важно, было необходимо для их дела с самого начала, но теперь у этой задачи появился новый смысл. Так она сможет вывести Торру. Она не знала, что Торра жива, поэтому даже не подумала, что выход стоит найти заранее. Кирс могла уйти, но не мог никто другой. Никогда она ещё так сильно себя за это не ненавидела.

– Я смогу тебя вывести. Мне просто нужно время, – сказала Кирс. – Спрячем тебя для начала.

– Ты не сможешь меня спрятать. Я в порядке. Я в безопасности. Я жива.

– Тор. – Кирс снова утёрла глаза. – Ни в какой ты не в безопасности. Прошу тебя.

– Нет уж, послушай. Сейчас ты уберёшься отсюда, а потом найдёшь способ вытащить меня. Плевать, сколько я там должна Королю Людовику и что он может найти меня и убить, если я пропаду.

– Не найдёт. Я убью его первая.

Это Торру напугало.

– Я верю, что ты говоришь это искренне, но сначала тебе нужно уйти. Возвращайся. Найди выход. И тогда я уйду с тобой. Но я не переживу, если они ещё и тебя сюда упекут. Всё станет просто ужасно, если ты тоже окажешься здесь.

В борделе взвыла тревога. Кирс подскочила от неожиданности.

– Они знают. Они знают, что Орик мёртв, – в панике воскликнула Торра, торопливо подталкивая Кирс к двери. – Иди, пожалуйста.

– Я придумаю, как тебя вытащить, – пообещала Кирс. – Клянусь. Я за тобой вернусь.

Торра обняла её ещё раз.

– Не умирай только, пожалуйста.

После чего она схватила Кирс за руку и выволокла её за дверь.

Кирс выскочила из комнаты, едва поспевая за Торрой. В борделе царил сущий хаос, прямо как в ночь нападения на заведение Колетт.

– Сюда, – крикнула Торра.

Вслед за ней Кирс добежала до той же лестницы, по которой до этого поднималась. Минуя других перепуганных работников, они торопливо спустились вниз. Никто словно бы и не замечал Кирс, пока она шла с Торрой. Но было очевидно, что очень скоро вампиры соберут работников вместе, и тогда она окажется лишней.

– Теперь сюда, – опять сказала Торра.

Девушки свернули на другой пролёт в стороне от основного потока и оказались у боковой двери. «Слава богу, у Торры был запасной выход».

– Теперь иди.

– Я вернусь, – пообещала Кирс.

– Спасибо, – со слезами на глазах ответила Торра.

Кирс ещё раз напоследок взглянула на свою подругу. Слеза на её щеке, покрасневшие глаза, испуг на лице и дрожь в измождённом теле. Она запомнила до мельчайшей детали, как в этот момент выглядела Торра. Потому что это была настоящая цена владычества Короля Людовика.

В этом заключалось его настоящее злодейство. Копьё нужно было ей по множеству причин. Заработать денег, обеспечить безопасность семье, пополнить коллекцию Грейвза, забрать копьё у монстров, которые начали бы с помощью его силы новую войну.

Но сейчас… сейчас она видела настоящие последствия его власти.

Когда-то Кирс хотела украсть копьё и выполнить работу.

Теперь она хотела вспороть им чёртову глотку Короля Людовика.

Глава 43

Кирс успешно миновала охрану, закрывающую «Красный Бархат». Остальной Третий Этаж жил своей жизнью, словно бы ничего больше не произошло. Много ли значил один мёртвый вампир в месте, где свежее мясо и кровь подавали на каждом углу? Как бы Кирс ни трясло, ей нужно было грамотно замести следы.

Крови на ней не было. В переулке было темно, она не снимала капюшона. Если там стояли камеры, она могла на них попасться, но ничего такого во мраке девушка не заметила. Она вообще нигде камер не видела, за исключением входа в резиденцию Короля Людовика. Словно единственное, что имело значение в его королевстве беззакония, это его собственная шкура. Сволочь.

Когда всё немного улеглось, она написала Грейвзу, что идёт обратно, и вернулась к пропускному пункту по тому же длинному коридору. Снова приложила карточку к сканеру, прошла через печати и оказалась на другой стороне.

Грейвз ждал её у входа в туннель.

– Ну, как прошло?

– Не по плану, – сказала Кирс. Как ни старалась, она не могла унять дрожь в руках.

Он бросил лишь один взгляд на её лицо и дрожащее тело, и его голос стал почти что нежным:

– Что случилось?

– Не здесь, – ответила она.

Грейвз только кивнул. Он понимал потребность в секретности лучше всех, кого она знала. Даже лучше неё самой. Так что, когда он повёл её прочь по туннелю, она молча пошла следом.

Нужно было взять себя в руки. Кирс не могла тут расклеиться. Не могла потерять контроль. Нужно было вернуться обратно в библиотеку, в безопасность дома Грейвза. Безопасность… рядом с самим Грейвзом.

Это с каких это пор он стал олицетворять для неё безопасность? Разве он не был просто очередным монстром? Видимо… перестал им быть. Это она точно могла сказать.

Кирс доверяла ему. Не только своё тело, как той ночью, но свою безопасность, а теперь ещё и свои… секреты. Она могла доверить ему секрет о Торре.

– Мы достаточно далеко, – сказал Грейвз, останавливаясь. – Тебя всю трясёт. Расскажи, что случилось.

Кирс прислонилась к стене туннеля. Её и правда до сих пор трясло, она никак не могла успокоиться.

– Год назад я дружила с девушкой. Её звали Торра.

– Так, – неуверенно кивнул Грейвз.

– Мы познакомились через Повелителей, у нас быстро сложились близкие отношения. Она хотела, чтобы я переехала к ней. Хотела честной и приличной жизни, – рассказывала Кирс, вспоминая всё так чётко, словно это было вчера. – А я была всё ещё… не готова. Она подумала, что я никогда не изменюсь. Мы серьёзно поругались. – Кирс поймала его взгляд. – А потом она пропала.

– Пропала? – переспросил он.

– Исчезла на Третьем Этаже.

Грейвз замер.

– И ты её нашла.

– Я думала, она мертва, Грейвз, – выдавила девушка сквозь вставший в горле ком. – Думала, навсегда её потеряла. Вампиры разгромили её квартиру, а её саму похитили. Я об этом узнала только потом, а Нейт не смог прорваться в подземье, потому что он сочувствует людям. Мы не знали о печатях. Он потерял волка в попытках проникнуть туда, так что мы оба были вынуждены прекратить поиски.

– Чёрт, – прошептал он.

– Так что я планировала найти виновных и вытрясти из них ответы.

– Ты об этом ничего не говорила.

– Знаю, – ответила Кирс, не скрывая отчаяния. Той искренней уязвимости, которую она так редко кому-то показывала. – Я о ней вообще не говорю. Ни с Нейтом, ни с Джен или Итаном.

– Но теперь говоришь со мной, – медленно произнёс Грейвз, словно бы осознавая всю ценность происходящего.

– Я хочу, чтобы ты меня понял.

– Рассказывай. – Его слова не звучали грубо, скорее успокаивающе, словно она могла быть с ним честной, словно так могло быть всегда.

– Я нашла вампира, который её похитил. И убила его.

Грейвз опасно улыбнулся.

– Хорошо.

– Не осуждаешь?

– С чего бы? Он это заслужил.

– Да, – выдохнула Кирс. Это не было её первым убийством. Нет, той чести удостоился Джейсон, но обычно она всегда старалась избегать подобных ситуаций. Никогда ещё Кирс не нарывалась на проблемы так прямолинейно. – Да, он это заслужил. И я бы сделала это ещё раз.

– Я бы сделал это за тебя.

Девушка кивнула, чувствуя понимание между ними.

– Он сказал мне, что Торра все ещё жива. Я нашла её в борделе. Она работает на Короля Людовика. – В глазах Кирс сверкнул огонь, и она позволила колдуну увидеть её ярость. Его собственная жажда мести была ей ответом. – Я пообещала, что вытащу её. Что найду выход. И что я, чёрт возьми, порешу его в конце.

После секундной паузы Грейвз кивнул.

– Он это тоже заслужил.

– Не то слово.

– А ты? – спросил он, сокращая дистанцию между ними.

– А что я?

– Ты в порядке?

Всё пламя внутри неё утихло от его взгляда. В нём не было жалости. Не было этого ужасного слова, которое она никогда не могла принять. Лишь понимание, принятие, открытость. В этот момент, перед лицом трагичной несправедливости, они оба сбросили с себя броню.

– Не знаю, – призналась Кирс.

– Иди сюда. – Грейвз протянул к ней руки.

Какую-то секунду она даже не могла понять, о чём он говорит. Не могла осознать, что Грейвз, предлагающий её утешить, это тот же монстр, которого она встретила первой ночью в особняке. Не могла поверить, что он так сильно изменился ради неё, а она – ради него.

Она хотела этого.

Хотела так же сильно, как секса.

Так что она шагнула в его объятия. От первого прикосновения девушка поморщилась, но, когда её обволокло его тепло, напряжение каждой мышцы тела словно покинуло Кирс, и она обмякла в его руках.

А потом разрыдалась.

Глава 44

Три раза Кирс ходила на чёрный рынок, и три раза возвращалась с пустыми руками. Ни одной лазейки наружу, которая не вела бы к одному из пунктов пропуска Уолтера. Никаких потайных ходов. Ни единого слуха о том, как проскользнуть мимо. Следя за людьми, она нашла ещё три пропускных пункта, но толку от них было не больше, чем от того, который показал Грейвз. Запасной пропуск, который она стащила в первый раз, тоже оказался бесполезен.

А время было на исходе. До зимнего солнцестояния оставалось четыре дня.

По крайней мере, будучи на Третьем Этаже, она могла проверять, что Торра до сих пор жива, как бы ни было мучительно понимать, что Кирс не может её вытащить. Выход просто необходимо было найти вовремя, иначе все планы полетят к чертям собачьим. Грейвз не сможет пойти с ней, а Торра не сможет сбежать на свободу из этой клоаки.

Поэтому Кирс вновь сидела в библиотеке Грейвза и искала хоть какой-то способ всё это провернуть. За спиной скрипнула дверь, и она учуяла корицу быстрее, чем успела поднять голову.

– Это что? – ахнула Кирс.

– Пища, – ответил Грейвз с лёгкой улыбкой, которая, теперь она это знала, предназначалась только для неё. Девушка даже не заметила, когда начала узнавать эти детали, но сути это не меняло.

– Пахнет волшебно.

Он поставил пакет на стол рядом с картой, над которой она корпела. На той были отмечены все входы и пути в подземье, которые нашёл Грейвз. Заглянув в пакет, Кирс обнаружила там кулич с корицей. В животе заурчало ровно в тот же момент, когда её сердце ёкнуло.

– Кулич? – спросила она.

– Твой любимый.

Это было правдой, но Кирс как-то не ожидала от него такого подарка. Даже после того, как Грейвз разозлился, что Лоркан прислал ей такой же. И после того как она расклеилась у него на глазах, и он согрел её в своих руках. Да она до сих пор едва верила своим глазам.

– Спасибо, – прошептала Кирс, отломила кусок и запихнула в рот, тут же застонав от одного только вкуса. Ту выпечку от Лоркана она выбросила, даже не попробовав. Оказалось, кулич ещё вкуснее, чем Кирс помнила. – Как же вкусно.

Грейвз попробовал кусочек и одобрительно кивнул.

– Теперь вижу, почему тебе так нравится.

– Лучший в городе. – Отломив ещё несколько кусков, она снова посмотрела на карту. – Бедняга продавец.

– В смысле?

Кирс покосилась на колдуна.

– Надеюсь, в отличие от Лоркана, ты его не перепугал.

Грейвз оскорблённо посмотрел на девушку.

– Я не пугаю маленьких старичков.

– Ты сам по себе довольно-таки жуткий.

– Спасибо за комплимент, – лениво откликнулся он, отхватывая себе ещё кусочек.

– Нельзя, чтобы он переставал печь эту красоту. Так что я надеюсь, ты не перестарался.

– Я хорошо ему заплатил. – Их глаза встретились. – Ради тебя.

Кирс сглотнула и кивнула, поспешно возвращаясь обратно к карте. Она чувствовала, что Грейвз смотрит на неё, но молчала. Ждала, пока он что-то скажет.

– Я тут подумал, – произнес Грейвз, вставая рядом с ней.

– Опасное занятие.

С того самого момента в туннеле она словно бы постоянно чувствовала, где он. Словно между ними протянулась связывающая нить. Когда они оказывались друг к другу настолько близко, её сердце пускалось в пляс. Кирс словно не могла оторвать глаз от его лица или очертаний его тела в костюме.

– Нам нужен этот выход.

– А я, по-твоему, чем занимаюсь? – спросила она.

– Я и не умаляю твоих трудов по разведке, – заверил колдун.

– Ладно. Если у тебя есть новые идеи, как вывести нас с Торрой оттуда, то я слушаю.

– Ну, когда я ещё считал, что у тебя иммунитет, я не был уверен, можешь ли ты контролировать свою пассивную способность. И если бы у нас всё получилось, ты могла бы поделиться этим иммунитетом со мной.

– А со мной этими мыслями слабо было поделиться?

– Проекция подобного рода – это продвинутый уровень магии. – Его глаза остановились на её лице. – У нас не было времени учить тебя таким сложным приёмам.

– Я даже тупую коробку запечатать не могу, – пробурчала девушка.

Несмотря на то что Кирс тренировала свою магию каждый свободный час вне подземья, с места она так и не сдвинулась. Начинало казаться, что эта способность поглощения такая же пассивная, как и вся остальная её магия. Или что раз она не колдун, то ей такое вообще не под силу.

– Может, мы копаем не в ту сторону, – признал Грейвз.

– Неужели ты только что признал, что ошибся?

На его лице мелькнула улыбка, и он наклонился к Кирс.

– Не может такого быть. Я хотел сказать, возможно, нам стоит научить тебя осознанно поглощать магию. Хочу проверить, может, эта твоя способность позволяет не только проходить сквозь магические заслоны, но и ломать печати.

– Это как должно работать?

– Сейчас твоя способность к поглощению пассивная. Ты проходишь через мои печати, они тебя касаются, ты втягиваешь то, что на тебя воздействует, и идёшь дальше. Но что, если ты могла бы впитать больше, чем то, что тебя касается? Что, если ты могла бы поглотить всю печать целиком?

Девушка нахмурилась.

– И ты думаешь, что я так смогу?

– Если ты уже несколько дней провела в попытках создать собственную печать и так ничего и не достигла, то стоит попробовать что-то ещё.

– Допустим. Я уже на всё согласна. – Повернувшись, Кирс заметила, как его взгляд метнулся к её губам и тут же обратно, словно ничего и не было. – А если я смогу, не боишься, что повторится ситуация, как с порошком желаний? Что я поглощу больше, чем могу переварить?

– Пределы, – сказал Грейвз. – Мы выясним, сколько ты можешь впитать. Как только начнёшь уставать – прекратим.

– Звучит очень весело, но, если я поглощу слишком много магии из печатей, они разве не начнут на меня действовать? Я не застряну на Третьем Этаже без возможности отступить?

– Такое возможно, – признал Грейвз. – Избыток магии перегружает твою систему, но я не верю, что печати Уолтера достаточно сильны, чтобы довести тебя до предела.

– Почему нет? Им же хватает силы, чтобы сдержать тебя.

На этот раз он улыбнулся ей во все тридцать два зуба.

– Потому что меня Уолтер боится. А о тебе он не знает. К тому же у тебя в этой ситуации преимущество: ты знаешь, как избавляться от излишков магии.

– Я знаю? – переспросила Кирс, нахмурившись.

– Ты можешь, как ты выражаешься, уйти в замедленную съёмку, чтобы потратить часть из поглощённой магии. Подозреваю, сознание ты теряла именно от этого.

От таких новостей Кирс выпрямилась. Об этом она раньше не задумывалась.

– Думаешь, сработает?

– Нам многое нужно проверить. Давай приступать.

Грейвз позвал её за собой в центр библиотеки, где поставил ту загадочную запечатанную шкатулку, которую Кирс открыла в их первую встречу. Хотелось бы ей разобраться, как запечатать свою собственную шкатулку, стоявшую в комнате наверху.

– Что, мне опять открыть коробочку? – с коротким смешком уточнила девушка.

– Не совсем.

– Тогда намерение? – попробовала угадать она. – Сосредоточить мою волю на шкатулке и поглотить её волю?

– Нет. Так ставятся обычные печати. Это совсем другое. – Он положил руку на крышку коробочки. – Кингстон уже рассказал тебе основы, хоть я и не уверен, что ты слушала. Магию можно почувствовать. У неё есть что-то вроде ауры. Она открывает в тебе что-то новое.

– Я слушала. И как магия ощущается?

– Каждая по-своему, в зависимости от того, на что способен владелец. Но сама по себе магия в первозданном виде всегда была чистой энергией. Как солнце, которое согревает твою кожу, или треск пламени. Ты чувствуешь энергию, когда она исходит от огня, от солнца.

Кирс кивнула.

– Я постоянно чувствую, как энергия валит от тебя.

Он вскинул бровь.

– Правда?

– Твой жар, огонь. Ты постоянно горишь.

От его взгляда чуть не сгорела она сама. До этого Кирс не говорила ему, что чувствует, какое тепло от него идёт, когда он рядом. Грейвз выглядел впечатлённым.

– Тогда ты уже начала её чувствовать. Я постоянно использую небольшое количество магии, чтобы поддерживать печати. Я и так редко мёрзну, но ты заметила именно магию. Дело не только в физическом тепле, дело в магической энергии. В ней есть жизнь. Иногда запах. Мне говорили, что моя магия пахнет как кожа и пергамент.

Девушка нахмурилась, пытаясь вспомнить, чуяла ли от него такие запахи, но не отыскала в памяти ничего подобного.

– Вот с этого сегодня и начнём. Я хочу, чтобы ты нашла мою магию. Почувствовала её. А дальше мы поймём, как тебе осознанно впитать её.

Внутри вспыхнули сомнения. Её магия всегда была исключительно случайной. Замедленная съёмка была естественной частью её самой. Девушка даже не знала никогда, что это магия. И о том, что она впитывает магию, тоже не знала. И печати у неё не получались. Кирс казалось, что она не сможет.

– Дыши, Крапивник, – напомнил Грейвз, кладя руки ей на плечи, чтобы привлечь к себе внимание. Она поймала его взгляд. Хотя прикосновение и должно было её смутить, вместо этого оно расслабляло. Выдохнув, она кивнула, а он добавил: – Это просто тренировка.

– Ладно, я готова.

Увидев, что девушка наконец успокоилась, Грейвз отошёл от неё и медленно снял перчатки. Зная, каких усилий ему стоило ощущать себя спокойно без них в её присутствии, Кирс ценила каждый момент, когда он их снимал.

– Я к тебе прикоснусь и отдам энергию, попытавшись тебя прочитать. Ты, конечно, сразу её впитаешь, но я хочу, чтобы ты на ней сосредоточилась. Почувствовала.

– Постараюсь. – Она замешкалась. – А ты не сможешь меня прочитать?

– Нет. Только если тебя переполнит магией.

– Хорошо, – тихо сказала Кирс.

– Можно?

Она кивнула. На этот раз Грейвз спрашивал разрешения. Как это, должно быть, было непривычно для того, кто привык просто брать любую нужную информацию. Она была ему благодарна.

Пальцы Грейвза приглашающе сомкнулись на её запястье. Осторожный вес его ладони лёг на обнажённую кожу. Она отвлеклась, потерявшись в мерцающих серых глазах. Он так редко её касался, что девушка едва ли могла фокусироваться, но нужно было сосредоточиться на тренировке.

Кирс попыталась заметить что-то кроме его касания и тепла его руки, растекающегося по её запястью. Прищурилась. Должно же быть хоть что-то. Ей так сильно хотелось почувствовать от него запах кожи или нотку свежего пергамента. Узнать, как на самом деле он пах. Не только тот мужчина, которым он казался снаружи, но и настоящая сущность внутри. Но как бы сильно она ни старалась, всё, что чувствовала, – это его руку.

– Есть успехи? – Кирс покачала головой, и он её отпустил. – У меня есть и другие идеи. Само по себе ничего не получится. Особенно учитывая, что тебе никогда не доводилось осознанно пользоваться своими силами. Для тебя это в новинку. Будем продолжать пытаться.

– Ну ладно, – разочарованно сказала она. Воровать, в конце концов, у неё тоже не с первой попытки получилось. Нельзя же было ожидать, что магию она схватит на лету, как бы сильно ей этого ни хотелось. – Как думаешь, может, всё это не работает, потому что я не колдунья?

Грейвз покачал головой.

– Нет, я думаю, дело просто в неопытности. И есть только один способ отработать навык.

– Тренировкой, – закончила за него Кирс, и они вернулись к работе.

Потренировавшись несколько часов, Кирс не сдвинулась ни на шаг. Она не чувствовала ту магию, что поглощала. Та не гудела, не жужжала и вообще никак не ощущалась. Был только Грейвз и его прикосновение. Или её рука на печати одной из его шкатулок, которая на ощупь была просто как холодное дерево. Или пара граммов красного волшебного порошка, колбу с которым он принёс. Её замутило от одного только вида. Но Грейвз заверил девушку, что это было совсем не то, что она вдохнула дома у Имани, а потом совсем некстати добавил, что она может быть более восприимчива к нему после произошедшего. Сможет почувствовать его силу.

Не вышло.

Её только пробило холодным потом, после чего Кирс решила оставить продолжение на потом.

И как-то так она снова оказалась на Третьем Этаже.

Глава 45

Торра зябко обняла себя за плечи, прячась в тенях у заднего выхода из «Красного Бархата». Кирс вскоре объявилась, как и обещала.

– У меня мало времени. Ты нашла выход?

Кирс покачала головой, жалея, что ей приходится сообщать дурные вести.

– Нет ещё. Слышала что-нибудь интересное?

– Я не хочу вызывать подозрений, но, когда у нас был общий сбор по поводу грядущей вечеринки, я поспрашивала чуть-чуть. – Торра нахмурилась. – Они всё ещё злятся из-за Орика. Не хочу, чтобы кто-то подумал, будто я планирую побег. Отсюда никто не сбегает.

– А ты сбежишь, – заверила Кирс.

Она и не ждала, что Торра сможет найти выход. Если бы она могла, то не торчала бы в этом месте год. Нет, эта задача была целиком возложена на Кирс, и она это знала.

– А что там с вечеринкой? – спросила Кирс.

– Праздник Короля Людовика по случаю зимнего солнцестояния. Каждый год закатывает. В прошлый раз это была… кровавая бойня. – Торру передёрнуло.

Кирс поёжилась. Торра могла оказаться на той же вечеринке, на которой сами Кирс с Грейвзом будут красть копьё. Нужно было как-то вывести её до этого момента.

– Что такое? – спросила Торра.

– Ничего.

– Я слишком хорошо тебя знаю. Почему мне кажется, что ты тоже там будешь?

– По работе, – призналась Кирс.

– Не надо, – сказала Торра. – Как ты туда попадёшь вообще? Ты же человек. Они тебя убьют.

– У меня есть приглашение.

Торра схватила Кирс за руку. Её лицо перекосило от страха.

– Они тебя убьют.

– Я приду туда, Торра, и я придумаю, как сделать так, чтобы тебе туда ходить не пришлось.

– Тогда лучше используем вечеринку для прикрытия, – предложила Торра. – Ты ищи выход. Я проведу тебя туда так, чтобы у них была причина не убивать тебя на месте. И потом мы уйдём.

Кирс замотала головой.

– Я тебя опасности подвергать не буду.

– Я и так уже в опасности, – прошипела Торра. – И я предлагаю способ нам обеим выйти оттуда живыми.

– Сначала нужен выход.

– Тогда за работу, – по-доброму пожурила её Торра. – И насчёт вечеринки ты подумай. Не знаю, откуда ты взяла приглашение, но я тебе клянусь, я знаю Короля Людовика. Нельзя тебе приходить на вечеринку просто так.

Торра поковыляла обратно в «Бархат», оставив Кирс недоумевать, откуда Грейвз вообще взял это приглашение. Торра провела в подземье достаточно времени, чтобы знать, как тут всё было устроено. Может, она была права. Может, им с Грейвзом стоило пересмотреть план.

Но сначала ей нужен был грёбаный выход.

Обойдя бордель по дуге, она направилась в «Кровь». Раз метание по входам на Третий Этаж пользы не приносило, Кирс решила прибегнуть к более скучному методу разведки: ждать, слушать и наблюдать.

К счастью, на этот раз в баре работал другой бармен, и этому гоблину было ещё больше наплевать на то, что девушка не пьёт из стоящего перед ней стакана. Кирс пришла подслушать нужную ей информацию. Вот только за тот час, что она там провела, никто не упомянул ничего даже отдалённо подходящего. Ни слова о входах или выходах, ни писка о Короле Людовике. Пусто.

Ещё один день коту под хвост. Кирс положила деньги на стойку и встала. Да, вокруг было множество монстров. Инкуб облокотился на своего суккуба, и вместе они похотливо разглядывали гоблина, пьющего пиво на другом краю бара. Русалка с двумя ногами и волосами цвета водорослей разговаривала с подозрительным перевёртышем. Все они тут были к месту. Союзники вампиров ещё со времён войны. А вот стайка нимф её удивила. Они с оборотнями были ближе всего к людям. В подземье приходило больше монстров, чем Кирс даже могла предположить.

Она как раз выходила из двойных дверей, готовая вернуться к более классическим методам, раз уж наблюдение и подслушивание ничего не дало, как что-то привлекло её внимание. Мелькнувшие очки в чёрной оправе, потрёпанная футболка с супергероями и грязные чёрные кеды. Он выбивался из общей картины рыночного хаоса, и только поэтому Кирс обратила на него внимание. В нём девушка мгновенно узнала человека с фотографии в библиотеке Грейвза.

Уолтер Родригез.

Кирс быстро завернула за угол паба, сканируя глазами толпу. Чуть не врезалась в призрака и поспешно попятилась подальше от пожирателя душ.

– Простите, – сказала она, стараясь сделать голос пониже.

И тут она увидела его. Кудрявые каштановые волосы мелькнули и тут же исчезли в переулке.

Кирс бросилась за ним. Завернув за ещё один угол, она обнаружила Уолтера стоящим у чёрного входа в какой-то ресторан. Кирс скользнула в тень, скрываясь в темноте пещеры, чтобы спокойно подслушать разговор.

– А, ты опять здесь? Уже? – спросил Уолтера русал, злобно поморщившись.

– Ага. Пора уже, Ульстер, – ответил тот.

Мужчина фыркнул.

– У нас есть небольшой запас. Он молоденьких любит, так?

Парень прокашлялся.

– Ага. Да. Молоденьких.

– Ладно. Пришлю их скоро.

– Отлично. Чтоб к вечеру были, – добавил Уолтер.

– Знаешь что, – прорычал Ульстер, протягивая руку, словно намереваясь дёрнуть его за воротник супергеройской футболки. Однако за несколько сантиметров до тела Уолтера его что-то оттолкнуло. Словно он наткнулся на невидимую стену.

Силовое поле.

Кирс моргнула. Ну, что же, яснее некуда. Она только что увидела, как работают силовые поля Уолтера. Невидимый барьер вокруг него, в нескольких сантиметрах от тела.

Уолтер прищёлкнул языком, резко теряя всю свою дурацкую неловкость и разминая длинные конечности.

– Королю Людовику это очень не понравится. Советую прислать девчонок немедленно, пока мне не пришлось ему обо всём рассказать.

Ульстер отшатнулся на шаг. Даже здесь все боялись магии. Хорошо же устроился засранец. Личный лакей Короля Людовика. Он ставил печати, следил за пропускными пунктами на входах в подземье и, судя по всему, даже приводил Людовику людей на обед.

Кирс передёрнуло от одной только мысли об этом. Молоденьких он любит. Гадость какая.

Уолтер зашагал прочь от ресторана, и Кирс решила сесть ему на хвост, чтобы проследить, чем тот занимается. Сначала он остановился купить еды себе, выбрав невероятно аппетитно выглядящие эмпанады, от вида которых у неё заурчало в животе. Вторая остановка была, чтобы проверить барахлящую печать на двери какого-то оружейного склада. Наверняка она прошла через такую же на входе в «Красный Бархат» и даже не заметила.

Перед дверью стоял ещё один аппарат, и владелец, одетый во все чёрное перевёртыш, отчаянно размахивал руками, жалуясь, что ему слишком долго не чинили барьер. Уолтер монстра проигнорировал и просто принялся за работу.

Наконец он завернул в ещё один бордель. Этот был чуть более похож на то, что она привыкла видеть наверху. Уже не вампирский, но наверняка для него всё так же похищали людей сверху. Отвратительно.

Какой же разведка иногда могла быть скучной. Опять куча бессмысленного ожидания. Зевнув, она прикрыла рот рукой и отступила в тень, когда какой-то вампир прошёл слишком близко. Кирс сомневалась, что Уолтер надолго задержится внутри с проститутками, но, может, они постараются продлить удовольствие. Отработать свои деньги и всё такое. Она знала все приёмы профессии, даже если сама никогда ей не занималась.

Однако Уолтер вернулся всего несколько минут спустя. Ещё и нахмурился, глядя на заведение, словно сама концепция была противна и ему тоже. Вот уж удивительно.

Кирс проследовала за ним мимо борделя на окраины рынка. Чем дальше они уходили от центра, тем сомнительнее становился пейзаж, но Уолтера это мало волновало. Ну конечно же, тот, кто защищён от всех опасностей, будет себя вести именно так. Как бы ей хотелось прижать к его горлу нож, просто чтобы посмотреть на его шок. Его поля бы на неё не сработали. Отчего Кирс чувствовала себя львицей, выслеживающей добычу.

И тут стоило ей только моргнуть, как он исчез.

Кирс нахмурилась. Куда, чёрт возьми, он мог деться? Был же ровно перед ней. И что-то она сомневалась, что Уолтер обладал ещё и магической невидимостью. Грейвз настаивал, что две сильные способности – это уже редкость.

Постояв минуту в замешательстве, она подошла к стене, рядом с которой он исчез, и провела рукой по поверхности, пытаясь найти ответы. Кладка выглядела как все другие стены, но не совсем. Это была та же субстанция, как тьма, через которую они с Грейвзом прошли в туннеле метро. Ничего невидимого.

Сделав глубокий вдох, воровка шагнула вперёд и оказалась в ещё одном узком туннеле. Проведя рукой по стене, она нашла его печати. Бинго.

Ступая тихо, как мышка, она пошла вперёд. Потайной вход на рынок. Она почти светилась от радости. Потому что потайной вход… это также и потайной выход.

Ей нравились выходы.

А этот ещё и был ей просто смертельно необходим.

Кирс слышала впереди шаги Уолтера. Шум рынка остался позади, и теперь она поняла, что у него была громкая походка заносчивого болвана. Ему не нужно было быть тихим, не нужно было учиться скрытности. Не с его способностями. Грейвз говорил, что у магии есть свои побочные эффекты. Уолтер научился не бояться ни боли, ни последствий. Ведь кто его тронет, с его-то силовыми полями? Он стал беспечным. Это можно было использовать.

Кирс шла за ним до развилки на дороге. К её крайнему удивлению, на развилке был указатель. Она услышала, как Уолтер повернул налево. На стрелке вправо было написано: «Резиденция». Дом Уолтера? Или Короля Людовика? Мог ли это быть чёрный вход на 61-й путь? Та стрелка, что показывала в её сторону, гласила: «Рынок». А вот сторона, куда пошёл Уолтер, обозначена не была.

Кирс последовала за его топаньем. Она старательно запоминала все повороты и развороты, несмотря на темноту, но начала терять след. Если бы не шаги Уолтера впереди, у неё были все шансы безнадёжно потеряться. Она шла за ним минут тридцать. По её подсчётам, в таком темпе они за это время прошли пару километров. И тут вдали забрезжил свет. Он мельком осветил фигуру Уолтера, который взобрался по лестнице и исчез наверху.

Если она проследует дальше, то может попасть в неприятности. Но ей нужно было знать, что ждало дальше. Кирс отсчитала добрые пять минут. Потом прокралась вперёд, залезла по лестнице и обнаружила там ещё один туннель метро. Свет падал на потайной люк, который можно было заметить, только глядя прямо на него. В остальном он был практически невидим. В проём были врезаны знакомые печати. Это значило, что даже если кто-то и нашёл бы этот вход, то не смог бы им воспользоваться. Кроме неё, разумеется. И Грейвза с Торрой, если она успеет научиться поглощать печати.

Кирс вылезла из люка и пробежалась до ближайшей станции. На ней, к счастью, никого не было, когда девушка взобралась на южную платформу между Пятой авеню и 23-й улицей. Это был район Флэтайрон. Кирс бы вышла прямо перед знаменитым Флэтайрон-билдинг.

Девушка достала телефон, и Грейвз поднял трубку после первого же гудка.

– Ты в порядке?

– Я нашла выход, – сказала она.

– Серьёзно? – удивлённо переспросил он.

– Проследила за Уолтером через потайные туннели с самого рынка. Сможешь отследить мою локацию, чтобы у нас был маршрут?

Пауза.

– Да.

– Так и сделай. Я вернусь на рынок тем же путём.

– Готово, – сказал Грейвз. – Будь осторожна.

– Как обычно, – пошутила Кирс. – Иду обратно в туннель.

– Эй, – раздалось в трубке прежде, чем она успела спрыгнуть с платформы.

– Да?

– Молодец.

Она расплылась в улыбке, сбрасывая звонок.

От одного комплимента ей уже хотелось пищать. Наверное, Кирс должно было раздражать то, как она млела от его похвалы, но как тут злиться, когда похвала была заслуженной.

Глава 46

Ей потребовалась уйма времени, чтобы найти обратный путь сквозь туннели. Без шаркающих шагов Уолтера в качестве ориентира Кирс несколько раз свернула не туда, но в итоге всё же добралась до цели. Очень хотелось проверить и ответвление к резиденции, но это Кирс решила оставить на завтра. У них оставалось три дня, чтобы понять, как лучше всего спуститься в эти катакомбы и снять печати, чтобы использовать их в качестве входа и выхода во время кражи. Очень мало времени, но другого выбора у них не было.

Когда Кирс залезала на вроде бы пустую платформу, чья-то рука схватила её за запястье и затащила наверх. Зарычав, девушка потянулась за пистолетом. Только достав его и направив в лицо мужчине, она осознала, что тот ей знаком.

Но оружия не опустила.

– Лоркан, – усмехнулась она.

– Вот это приветствие, – сказал он со всё той же очаровательной улыбкой.

– Почему вы за мной следите?

– Я же сказал, что мы ещё увидимся.

– Да, но я как-то не думала, что вы сами ко мне придёте. – Не в его это было стиле. Даже несмотря на то, что именно это он обещал в их прошлую встречу. Тот кулич казался больше предупреждением, чем подарком.

– Я тоже не думал, – признался он. – Но… меня к вам тянет.

Кирс прищурилась из-за дула пистолета.

– Попробуйте ещё раз.

– Можете перестать тыкать в меня этой штукой, пожалуйста? Я здесь из лучших побуждений.

– Как в тот раз, когда меня чуть не убили, или в тот, когда меня похитили?

– За первое я уже извинился, а за похищение вас накормили ужином. Чего-то же это должно стоить? – Его улыбка стала ещё шире.

– Точно должно?

– Я просто хочу поговорить. Обещаю, – сказал Лоркан, делая шаг вперёд. Положив руку на дуло пистолета, он осторожно опустил его вниз, к их ногам. – Ну вот, так гораздо лучше, разве нет?

– Не особо.

Он рассмеялся тем лёгким и звонким смехом, от которого казалось, что в его жизни нет ни одной проблемы.

– Пойдёмте прогуляемся по улице.

– Там мороз.

– Могу одолжить вам своё пальто, – предложил он, приподняв одну бровь.

– Я пас.

– По поводу куртки или по поводу прогулки?

– И то и другое, – ответила Кирс. – Следить за людьми плохо. Их часто после этого убивают.

– Сказала женщина с пистолетом в руке.

Они с Грейвзом давно условились, что попробуют использовать интерес Лоркана к ней в своих целях. Точно так же, как она когда-то планировала поступить с Нейтом. Но в случае Нейта это было всё равно что подкладывать монстру под нос бомбу. С Лорканом Грейвз, скорее, предложил ей способ вытянуть информацию из его врага. Но как бы ей ни хотелось выяснить, что ему известно об их деле, гораздо больше она желала, чтобы Лоркан перестал за ней следить.

– Ладно. Я погуляю с вами при одном условии.

Он молча ждал, словно готовясь к удару.

– Вы пообещаете больше за мной не шпионить.

– Соглашусь на ваше условие, если вы дадите мне свой номер.

– Чего? – ошарашенно переспросила она. – Зачем?

– Чтобы мне больше не надо было за вами следить.

– Невыносимый, – пробормотала Кирс себе под нос. – Вы в курсе, что там сверху Таймс-сквер, да?

Он усмехнулся.

– Со мной вам ничего не угрожает.

И почему-то она ему поверила.

– Ладно, – сказала Кирс, убирая пистолет и направляясь к выходу. Лоркан шёл за ней по пятам.

Девушка поднялась по лестнице, миновала тролля и вышла на ледяной городской воздух. Она так долго просидела под землёй, что было приятно вдохнуть свежий воздух вместо рециркулируемого. Но это всё же Таймс-сквер, и расслабляться было нельзя.

Станцию метро внизу она проезжала неоднократно, а вот самой площади не видела уже по крайней мере год. К её удивлению, половина огромных экранов снова работала. Даже знакомые бренды и бродвейские шоу опять давали рекламу. Несколько сильных мюзиклов в этом году снова вернулись на сцену. Приглашались и люди, и монстры.

И место снова было полно толп туристов. Кирс ожидала увидеть их на Пятой авеню – те, кто мог позволить себе покупки в дорогущих модных бутиках, всегда их находили. Но она даже не думала, что столько смельчаков сунутся на Таймс-сквер, словно… словно всё пришло в норму.

– Давненько тут не были? – спросил Лоркан.

– Я это место изо всех сил избегала даже до того, как его разгромили.

Кирс едва исполнилось двенадцать, когда началась война, и к тому времени она уже много лет работала на Джейсона. Нормальным ребёнком её нельзя было назвать даже с натяжкой. Туристы означали лишь лёгкую добычу. В остальном у неё на них была аллергия. Единственный плюс войны – то, как Нью-Йорк очистился от таких гостей.

– Приятно видеть, что оно приходит в норму.

Кирс кивнула, почти улыбнувшись.

– Пойдёмте. Мне нравится кафе поблизости. Заодно согреемся. – Он провёл рукой по тёмным волосам и улыбнулся ей с искренним простодушием в больших голубых глазах. Идеальные белые зубы и намёк на ямочку на правой щеке.

– Почему вы это делаете? – спросила она. – Мы же по разные стороны баррикад.

Эти слова его явно оскорбили.

– Разве?

– Вы ненавидите моего босса.

– Не всё так однозначно. – Его улыбка стала шире. – И потом, я просто приглашаю вас на кофе.

Ну что же, пожалуй, можно было попытаться что-нибудь из него выжать.

– Ладно. От кофе не откажусь.

Лоркану нравился звук его собственного голоса, так что он продолжил болтать, пока они шли вниз по сорок второй, в сторону Брайант-парка и неприметной кофейни, открытой 24 часа. Кирс заказала чёрный кофе, а Лоркан с довольным видом взял капучино. Получив свой заказ от загнанного бариста, они сели за столик.

– Если вы не перестанете так усмехаться, я начну жалеть, что пришла сюда с вами.

Лоркан поднёс чашку к губам, пытаясь не улыбаться. У него не получилось.

– Я подумал, мы можем начать с того, на чём остановились.

– Это с чего?

– Вы хотели знать нашу с Грейвзом историю, – беззаботно сказал он.

Кирс посмотрела на свою чашку. Стоило ли сообщать Лоркану, что часть этой истории она уже знает? Или лучше было подыграть и посмотреть, что расскажет он сам? А какой Лоркану от этого толк? Он явно хотел переманить её или хотя бы выяснить дальнейшие планы Грейвза. Чего она рассказывать совсем не собиралась. Зато не отказалась бы узнать, какие планы были у него.

– И с чего мне верить тому, что вы расскажете?

– Справедливо, – согласился Лоркан, отпивая кофе. – Понимаю, это сложно осознать, но в этой истории не я плохой парень. Злодей тут Грейвз.

Кирс улыбнулась, опираясь на один из подлокотников.

– Думаете, одного кулича хватит, чтобы сделать из вас хорошего парня?

Лоркан с лёгким смешком пожал плечами.

– Я просто подумал, что вас он порадует, вот и всё. Не удержался.

– И Грейвза это, разумеется, никак не касалось.

– Подловили, – добродушно кивнул он. – Но раз вы работаете с кем-то вроде него, вам стоит знать, кто он на самом деле.

– Монстр, – догадалась Кирс.

– В точку. – Лоркан наклонился к ней в той же позе, словно они делились секретами. – Девушке вроде вас не стоит водиться с подобными. Не знаю, что он вам поручает, но ничем хорошим это не кончится. Вы же поэтому ходите на Третий Этаж?

Она вскинула бровь. Он пытался добыть информацию.

– Вы что, за мной и там следили?

– В этой проклятой дыре? Боже упаси. – Он наморщил нос. – Но было несложно догадаться, зная, каким входом вы пользуетесь. Правда, неясно зачем.

Итак… он ничего не знал про копьё. Или, по крайней мере, не знал, что они собирались его украсть. Допрашивая девушку, он, сам не догадываясь, выкладывал ей всю информацию.

Кирс решила сбросить карты и посмотреть, купится ли он.

– У меня там подруга, – сказала она дрожащим голосом, опуская глаза на свой кофе. Особо играть не пришлось. – Она в долгах. Я ходила к ней, чтобы понять, как её оттуда вытащить.

– Никто не выбирается оттуда, попав в долги, – сказал Лоркан так, словно знал наверняка.

– Ага. Вот и она так говорит.

– И эта подруга… это и есть ваша работа?

– Она не работа, – огрызнулась Кирс, поднимая на него полные слёз глаза. – Она человек.

– Простите, – тихо сказал он. – Грубо прозвучало. Я не хотел.

– Ничего, – прошептала Кирс и отпила горячий кофе.

Лоркан прочистил горло и спросил опять:

– И всё это как-то связано с Уолтером Родригезом?

Кирс старательно сохранила нейтральное выражение лица.

– Это ещё кто?

Лоркан рассмеялся, легко и светло.

– Провальный маленький проект Грейвза. Сбежавший колдун, работающий на рынке, – звучит как что-то, что Грейвз может захотеть исправить. А вы вооружены до зубов. Вы… приманка, я так подозреваю?

Она невинно захлопала ресницами.

– Впервые слышу. Звучит как кто-то, кому лучше не попадаться.

– Ради вашей собственной безопасности посоветовал бы вообще с колдунами не водиться.

– Уже поздно, не находите?

– Никогда не поздно. Буду с вами честен: мы с Грейвзом когда-то были близки. Были друг для друга семьёй. – Кирс замерла, услышав в словах Лоркана очертания той же истории, что ей рассказывал Грейвз. Говорил он грустно, как и было положено. Только неясно, насколько Лоркан был при этом искренен. – И изменилось это лишь потому, что он меня предал. Грейвз сделает вам больно так же, как мне, как всем остальным вокруг. – Лоркан обвёл пальцем край кружки. – Вам необязательно на него работать. Другие уже пытались, вот так же, как и вы, но есть причина, почему никто не остаётся с ним надолго. Не хочу, чтобы с вами случилось то же самое. Не знаю, чем он вас удерживает, но вы могли бы уйти. С моими Друидами вы будете в безопасности.

– Я учту.

Лоркан тихо рассмеялся.

– Ну вот, вы опять выглядите так, словно хотите меня зарезать. Неужели моя компания так противна?

На самом деле нет. Противна его компания не была. Он вёл себя слишком самоуверенно, но что-то в Лоркане было очень лёгкое и уютное.

Однако это ещё не значило, что она не видела его насквозь. Он пытался заставить её сомневаться в Грейвзе, а Кирс только-только начала было в нём разбираться.

– Неужели вы настолько в себе не уверены, чтобы спрашивать? – ответила она вопросом на вопрос.

– С вами… может быть, и так. – Он выглядел искренним. – Вы выбиваете меня из равновесия.

Чёрт возьми, он разогнался на полную. Всё ей выложил. Это точно была поддельная личность. Он наверняка играл роль, точно так же как она, когда рассказывала ему про Торру. Выпытывал у неё информацию. Нельзя же и вправду быть таким наивным.

– Потому что не ползаю перед вами на коленях?

– Я привык получать то, чего хочу, – как бы между прочим сказал Лоркан, потирая бороду. – Но мне нравится проводить с вами время. Вы другая.

– Я другая, – саркастично повторила Кирс. – Вам бы подобрать другой подкат. Этот немного заезжен.

Он со смешком поднял ладони перед собой.

– Вы, конечно, правы. Но моих чувств это не меняет.

Кирс распустила волосы. От туго затянутого хвоста у неё начинала болеть голова. А может быть, от этого разговора. Или от времени. Боже, как же она устала. Девушка залпом допила кофе. Кофеин мог облегчить её существование на добрую минуту.

– Мне пора. Спасибо за кофе.

– Подождите, – сказал Лоркан.

К тому моменту, как это слово сорвалось с его губ, она уже наполовину поднялась со стула.

– Что? – прожгла Кирс его взглядом.

– Ваш номер, – напомнил он.

– А я на это не соглашалась.

Он пододвинул к ней телефон по столу.

– Ну же, обменяйтесь со мной. Я знаю, что вы не добавили мой номер себе. – Не добавила. Визитку его она сохранила, вот только пользоваться ей не собиралась. – Слушайте, я больше не буду вас преследовать. Можем просто… поговорить. Как друзья.

– Все ваши друзья угрожают друг друга убить?

Он подумал.

– Да, похоже на правду.

Она не смогла сдержать улыбки. Вот же сволочь, всё-таки нашёл как выманить её номер, как бы она ни сопротивлялась. Вопреки доводам разума, Кирс передала ему телефон и вбила свой номер в его устройство.

– Доброй ночи, – сказала она, забирая телефон.

Лоркан резко протянул руку и схватил её за запястье. Словно не мог удержаться и не коснуться её в последний раз.

– Доброй ночи, Кирс.

Она осторожно высвободила руку и вышла из кофейни. Стало интересно, чего добивался Лоркан. Пытался ли он её нанять или просто до такой степени ненавидел Грейвза?

Хорошо, что Грейвз предложил эту стратегию. На сей раз попасться в лапы Лоркана и разобраться в его напускной искренности оказалось ещё легче. Слишком многое стояло на кону, чтобы позволять ему подобраться так близко к их миссии. Меньше всего Кирс хотела, чтобы он им помешал.

К тому же ей нравилось, что Грейвз открыл ей столько же карт, сколько она ему. Всегда было полезно знать позицию соперника.

Глава 47

К тому времени, как Кирс добралась до особняка, внутри было тихо, но эта тишина больше не казалась угрожающей или смертельной. Вместо этого в неё было приятно возвращаться. Почти как… домой.

Поднимаясь по лестнице, Кирс с удивлением заметила свет в кабинете Грейвза на втором этаже. Она никогда не видела, что было в той комнате. Какой-то части её вороватого мозга хотелось проверить, но, как бы девушку не гложил интерес, как бы ни хотелось узнать все его секреты, ещё сильнее ей хотелось, чтобы эти самые секреты колдун открыл сам. Узнавать всё из первых рук оказалось гораздо приятнее.

Так что она развернулась к лестнице, оставляя хозяина дома проводить свой вечер, как ему там угодно, но даже не успела подняться на первую ступеньку, как за спиной повернулась дверная ручка. Оглянувшись, Кирс заметила, как Грейвз выходит из комнаты в одних только чёрных спортивных штанах.

У Кирс перехватило дыхание. Она ни разу не видела его раздетым. Даже когда они занимались сексом, он был полностью одет, вплоть до перчаток. Теперь, увидев его мускулистую фигуру, девушка об этом жалела.

Грейвз тяжело дышал, словно только что выходил на вечернюю пробежку. На мускулистом теле блестел пот, капли которого собирались в каждом изгибе рельефного пресса. И наконец-то, наконец-то она увидела всю его татуировку. Лозы остролиста начинались от его запястий, струились вверх по сильным рукам с заметными венами, переваливались через выступы бицепсов и выше по плечам, к краю груди. Стебли обвивали контуры мышц, а шипы словно физически впивались в кожу. Детализированный, завораживающий и, без сомнения, самый реалистичный дизайн татуировки, который она видела в своей жизни.

Сердце тяжело билось в груди. Грейвз просто стоял перед ней, а внизу живота уже всё сжалось и запульсировало. Она снова хотела его, так же сильно, как тогда, когда он прижимал её к книжным полкам. Грубым и нетерпеливым монстром, которого спустили с поводка.

Но гораздо сильнее пугало то, что она хотела его, Грейвза, как мужчину, а не как монстра. Это было совершенно новое чувство.

Колдун поднял глаза и увидел, что девушка пялится на него. И позволил ей это.

Кирс сглотнула, отступая от лестницы и разворачиваясь к Грейвзу.

– Пробежка?

– Помогает прочистить голову, – признался он. – Ты поздно.

– Наткнулась на Лоркана, – сказала Кирс, роняя взгляд на виднеющийся над резинкой штанов пояс Адониса.

Когда девушка снова посмотрела на него, Грейвз усмехнулся, ни капли не стесняясь. Только подошёл к ней, заполняя собой пространство вокруг.

– И как прошло?

– Ты был прав. Он не знает про копьё. Лоркан купился на ту полуправду, что я ему скормила. Сказала, что хожу туда навестить подругу. Он думает, что мы охотимся на Уолтера, потому что тот отбился от рук.

– Отлично, – довольно сказал Грейвз. – Так и знал, что мы сможем обернуть его преследование нам на пользу.

Её глаза забегали по его рельефным рукам. По выпуклым бицепсам и широким плечам.

– Ага.

– Выглядишь измотанной, – сказал он, подходя ближе.

– Так и есть, – зевнула она и прикрыла рот, жалея, что не подавила импульс. Кирс и правда устала, но в то же время не расстроилась бы, если бы он не дал ей спать остаток ночи.

Колдун сократил расстояние между ними и заправил шальной локон ей за ухо. Обычно она бы отстранилась от такого прикосновения. Но не теперь. Она не хотела отстраняться.

Только не от Грейвза.

Что-то между ними изменилось, и не только с физической точки зрения. Тот факт, что у них ничего больше не было с той самой ночи в библиотеке, даже пугал. И тем не менее что-то было иначе. Она открылась ему. Она начала лучше понимать мужчину, которого понять было невозможно. А он смотрел на неё так…

Боже, он смотрел на неё так, словно она была чем-то… драгоценным.

Чем-то, что стоит защищать.

Когда Кирс в последний раз позволяла кому-то оберегать себя так, как это делал Грейвз? Да, у неё были друзья, и они бы ради неё пошли хоть на край света, но это она обычно защищала их. Нейт был частью семьи, но он знал, что обычно она сама за себя. Даже Колетт, как бы о Кирс ни заботилась, в первую очередь прикрывала свою собственную спину. Поэтому они так хорошо и сошлись. Это были её люди.

А вот Грейвз… он держал её жизнь в своих ладонях, и Кирс безоговорочно верила, что он донесёт её до противоположного берега. От этой мысли в животе что-то затрепетало.

– Ты опять дрожишь, – заметил колдун, подцепив её пальцем за подбородок, чтобы девушка посмотрела на него.

– Я тебя никогда таким не видела.

– Без костюма? – спросил он.

– Уязвимым, – прошептала она.

Грейвз наклонил голову.

– Когда я с тобой, я неуязвим.

Он накрыл её губы своими, и Кирс потеряла способность связно мыслить. На вкус он был как чистое блаженство, в котором хотелось утонуть. Завернуться в это ощущение навечно и никогда не выбираться. Обняв Грейвза за шею, Кирс прижалась к его обнажённой коже, чувствуя жар, твёрдый пресс и его руки на спине, жадно притягивающие её ещё ближе.

Как же долго каждое ласковое прикосновение в её жизни стоило слишком дорого, как часто после них она ожидала, что на этот раз её точно убьют. Даже с самыми близкими друзьями, которые никогда бы не подняли на неё руку, она дёргалась от одной только мысли о подобной близости. Но теперь, с Грейвзом, все страхи испарились.

Он не желал причинить ей вреда. От этого осознания девушка растаяла в его руках.

И тут завибрировал её телефон.

Грейвз отшатнулся, подозрительно щурясь.

– Что это?

– Э, ничего, – сказала она, в панике осознавая, который именно телефон звонил.

Её потайной.

Тот номер был только у двух людей – у Колетт и Нейта.

– Если ничего, то дай посмотреть. – Грейвз протянул руку. Его глаза превратились в щёлочки, слово колдун понял, что это что-то, чего у неё быть не должно, в ту же секунду, когда Кирс осознала, что он не должен был об этом знать.

Она всегда носила этот телефон с собой, но все сигналы на нём были выключены, за исключением чрезвычайных случаев. Кирс никак не ожидала, что он зазвонит прямо перед Грейвзом. Ну или, по крайней мере, надеялась, что успеет заглушить звонок и перезвонить в следующий раз.

А вышло в итоге совсем не так.

Достав трубку из кармана, она показала ему свой запасной телефон, который перестал звонить и тут же начал жужжать снова.

Грейвз забрал мобильник и ответил прежде, чем девушка успела его остановить.

– Кирс! – ахнул Нейт на том конце провода, не дав Грейвзу сказать ни слова. – Выметайся на улицу сейчас же. Придумай любую отмазку. Я к тебе сейчас ближе всего, как раз был в патруле, я тебя подберу.

Всё то время, что Нейт говорил, Грейвз не сводил с неё глаз. Доброта и понимание, бывшие там ещё недавно, бесследно испарились из-за слов оборотня. Теперь колдун знал, что она поддерживала с ними связь, что Нейт следил за его домом, что девушка оставила ему способ связаться с ней.

Грейвз был само знание; ему несложно было догадаться, что всё это значит.

Она нарушила их договор.

– Грейвз, – прошептала девушка.

Но Нейт всё не затыкался.

– Кирс? Ты слышишь меня? Итана и кучу моих волков отравили. Мы не знаем, выкарабкаются ли они.

В этот момент ей резко стало плевать, что там думает Грейвз. Итан был в опасности, и её мозг мгновенно замкнуло. Выхватив трубку у Грейвза, она прижала её к уху.

– Нейт? Что случилось с Итаном? В смысле отравили?

– Судя по всему, кто-то подсыпал ему что-то в напиток. У них у всех передозировка.

– В напиток? – непонимающе переспросила Кирс. Итан вообще не должен был находиться где-либо, где ему могли что-то подсыпать в стакан.

– Всё расскажу, когда доберусь, – сказал он и тут же грязно выругался. – Две минуты, или я ломаю чёртову дверь, Кирс.

И он бросил трубку.

Грейвз стоял, сжав руки в кулаки. Его глаза превратились в лёд. Развернувшись на пятках, он пошёл прочь. Чёрт.

Кирс ринулась следом.

– Грейвз, – окликнула она.

Через порог в его комнату она шагнуть не посмела. Пусть дверь и была открыта, её внутрь не приглашали. У неё абсолютно не было на это времени, но что-то же ей надо было сказать.

Тут Грейвз вернулся, на этот раз в футболке.

– Ты поддерживала связь со своими друзьями и с Повелителями ужаса, – ледяным голосом сказал он.

– Не было у меня никакой связи с друзьями.

– А Натаниэль О’Коннор?

– Сейчас дело не в Нейте, дело в Итане.

– Иди спасай своего друга, – сказал Грейвз, указывая на дверь. – Твой волк будет здесь с минуты на минуту.

– Ну, не надо, – попросила Кирс. – Не закрывайся от меня. Тут вопрос жизни и смерти.

– Я бы ни за что не стал удерживать тебя вдали от друга в такой момент, – ответил Грейвз. – Но дело не в Итане, а в нарушении нашего договора. Я ясно дал понять, что любой контакт с твоими друзьями и знакомыми подвергнет их риску, а наше дело поставит под угрозу.

Кирс замотала головой.

– Всё совсем не так.

Грейвз открыл было рот, готовый начать извергать пламя, как дракону и положено, но тут в дверь забарабанили. Эдгар и Изольда уже ушли. И только один человек должен был приехать за ней.

В панике покосившись на Грейвза, Кирс поспешно сбежала вниз по лестнице и распахнула дверь. На пороге во всей своей красе стоял Нейт, и его лицо было перекошено от ужаса.

Разъярённый Грейвз проследовал за девушкой по пятам. Из-за его печатей Нейт не мог и шагу ступить в дом, и ему хватило ума даже не пытаться.

– Привет, О’Коннор, – вежливо сказал Грейвз.

Нейт кивнул ему.

– Прошу прощения за вторжение.

– Что ты, я совсем не против, – сказал Грейвз так, что было кристально ясно, что он ещё как против появления Нейта на своём пороге. – Договор мы уже всё равно расторгли. – Грейвз всё ещё смотрел на Нейта, словно злость в его взгляде могла испарить оборотня на месте. – Так что иди.

– Ты это не всерьёз.

– Ты знаешь, что я серьёзен.

– Нет, мать твою, не серьёзен, – прорычала Кирс.

Взгляд Кирс заметался между двумя мужчинами. Сложно было осознать, что всё рушилось прямо у неё на глазах. Пока где-то умирал Итан, и никто не знал, что с ним. Ей нужно было быть там.

Плевать на миссию, плевать на предательство.

Она не могла остаться здесь, пока часть её сердца умирала на другом конце города.

– Поговорим, когда я вернусь, – яростно бросила она Грейвзу, перешагивая через порог на сторону Нейта.

Колдун отступил на шаг назад.

– Мы оба знаем, что ты не вернёшься.

И он захлопнул дверь у неё перед носом.

– Чёрт! – выкрикнула Кирс.

Не могло всё так закончиться. Слишком много всего стояло на кону для них обоих, чтобы закончиться вот так.

– Кирс, – поторопил Нейт. Судя по голосу, он был готов взять её в охапку, стащить с крыльца и швырнуть в машину.

Но этого ему делать не пришлось. Джен и Итан всегда были для девушки важнее всего. С Грейвзом всё наладить она могла и потом.

Развернувшись, Кирс ушла из его дома, унося с собой расторгнутый договор.

Глава 48

Кирс влетела в машину Нейта, а сам он по дуге обогнул автомобиль и прыгнул на водительское сиденье. Двигатель взревел, когда он утопил педаль в пол.

– Прости, что сорвал твоё прикрытие, – сказал Нейт.

– Не хочу об этом говорить. Сейчас меня только Итан волнует, – ответила Кирс, глядя, как мимо проносится ночной город. – С Грейвзом разберусь потом.

– Лады, – сказал он.

– Выкладывай, какого хрена произошло. Итан был в клубе? Какого черта Итан делал в клубе?

– Слушай, он стал подрабатывать барменом вместе с Карой, – сказал Нейт, нервно ероша свои кудри.

– Что, прости? – угрожающе переспросила она.

– Это его идея была, – сказал Нейт. – Я ему говорил, что лучше пусть учится у неё, но не выходит в зал. Сидеть вечно взаперти в одной комнате тяжело, Кирс.

– Он был в опасности! Его чем-то накачали!

– Знаю, мать его, знаю. Всё должно было быть безопасно. Да, вокруг ходит много запрещённых веществ, но почти ничего не действует на моих волков так же, как на людей, а на этот раз трое из них в таком же состоянии, Кара в том числе, – сказал Нейт. – Так что для меня всё это тоже серьёзно, и мне чертовски жаль.

– Жаль? – рявкнула Кирс. – Ты должен был их защищать.

– А они и были под защитой, – уперся он. – Но, блин, жить им тоже как-то надо. Джен с Морой работала, училась на медсестру. Отлично вписалась.

– И что, она с Морой куда-то ходила?

– Нет, нет, только после смен с ней занималась, вот и всё. Она в порядке, я клянусь.

– Нейт, если Итан умрёт, тебя никакой бог не спасёт.

Побледнев, Нейт кивнул.

– Я знаю.

Всю дорогу до «Пяти углов» Кирс сидела как на иголках. Закрыв глаза, она попыталась успокоить бешено колотившееся сердце. Паникой делу не поможешь. Ей нужна была чистая голова. Должен найтись какой-то выход.

Нейт завёл машину в гараж в квартале от «Пяти углов», и они вместе побежали по территории Повелителей. Кирс не спала уже почти двадцать четыре часа, и это чувствовалось, но расслабляться было нельзя. Нейт направил её к заднему входу, который сторожил Финн.

– Босс, – кивнул тот и грустно улыбнулся, когда заметил её. – Кирс.

– Привет, Финн.

Он протянул руку и распахнул перед ними дверь.

– Ситуация? – рявкнул Нейт. По дороге к лестнице с ними поравнялся Ронан.

– Кара, Элайджа и Хейли борются с этой хренью в их организме, но эффект гораздо хуже любых других препаратов, несмотря на то что они волки. – Ронан бросил взгляд тёмных глаз на Кирс. – Итану хуже не стало, но и улучшений нет. Мы перенесли всех в конференц-зал, но Матео перекинулся.

Нейт вскинул брови.

– Перекинулся?

– Непроизвольно.

Нейт скрипнул зубами.

– Чёрт. А само вещество?

– Мы допросили барменов, охрану и постоянных посетителей, но никто не заметил ничего подозрительного.

Нейт кивнул.

– Хорошо. Возвращайся на пост.

Ронан кивнул Нейту, потом Кирс и растворился в тенях.

Нейт провёл Кирс ещё по одному пролёту и толкнул дверь в конференц-зал. Она ворвалась внутрь вслед за ним. В комнате было бы тесно, даже если бы на столе не лежали два здоровенных волка. Кара была последней, кто ещё держался в человеческом обличье. Её бледная кожа совсем побелела, и она тряслась, словно сопротивляясь перевоплощению.

Итан лежал, раскинувшись на столе, и Кори крепко сжимал его ладонь. Он весь пожелтел, и его неровный шрам неприятно выделялся на болезненно выглядящем лице. Если бы не тяжело вздымающаяся грудь, Кирс бы решила, что друг уже умер.

– Ох, Итан, – ахнула Кирс, подбегая ближе и хватая его за вторую руку.

Джен кинулась к ней с объятиями.

– Ты пришла.

– Ну конечно же, я пришла. – Отстранившись, Кирс посмотрела в её красные глаза. Джен казалась ещё более худой, словно происходящее высосало все жизненные силы и из неё заодно. – Как он?

– Не знаю, – сказала Джен. – Мора тут медсестра, я только ей помогаю.

– А нужен нам доктор, – глухо сказала Мора. Нейт подошёл к ней и поцеловал в щеку. Когда Мора посмотрела на Кирс, её лицо было спокойным, но Кирс всё равно увидела то, что не было произнесено вслух. Плохо было дело. – Итан жив. Они все пока живы. Я дала им активированный уголь, чтобы препарат перестал впитываться в их организмы, но ничего не изменилось.

Мора перевела взгляд на Джен, словно ища поддержки от собственной ученицы. Джен на всех оказывала такое влияние.

– Могу дать Итану ещё порцию, – настояла Джен.

– Но волкам уже не можем, не пострадав при этом сами, – отрезала Мора. – У меня нет оборудования, чтобы откачать содержимое их желудков. Нам нужно в больницу.

– Итана мы можем отвезти, – сказала Джен. – Может быть, даже Кару. Но что делать с превратившимися волками?

Кирс знала идеальную больницу.

– Есть больница для монстров в Куинсе. Они возьмут волков.

– Куинс? – переспросила Мора. – Они не переживут дорогу туда. Я вообще не знаю, можно ли их перевозить.

В этот момент Кара закричала, и все замерли от скрипа впившихся в стол когтей. Её спина выгнулась дугой, глаза широко распахнулись, большие голубые радужки моментально сжались в точки. За секунду между выдохом и вдохом она перекинулась. Всё её тело вытянулось, появилась шерсть, а когда она рухнула обратно на стол, на её месте оказался огромный волк с медовой шерстью и клыками, способными перекусить человека надвое.

– Чёрт, – вскрикнул Нейт. – Они не должны перекидываться так бесконтрольно. Это неправильно. Мора?

Та покачала головой, и её спокойная маска треснула.

Подошла Джен.

– Что нам делать?

Мора на секунду прикрыла глаза и ответила:

– Надо попытаться вынести их отсюда. Я больше ничего сделать не могу.

– Но как же? – вскрикнул Кори. – Если мы сдвинем его с места, он точно не выживет.

– Если мы не сделаем вообще ничего, то тем более, – сказал Нейт, кладя ладонь Кори на плечо.

Мора вздохнула.

– У нас нет времени решать. Нужно просто довезти его до больницы.

– Я ведь был там, когда всё это случилось, – печально сказал Кори. – Сначала с ним было всё совершенно нормально, а в следующую секунду он как с цепи сорвался, стал диким. Никогда его таким не видел. Даже подумал, что это мило, но потом…

Кирс посмотрела на расстроенное лицо Кори. Он не плакал, но глаза были пустыми и потерянными. Словно, пока Итан лежал на этом столе, кто-то вырезал внутри него дыру. При виде того, как ломается сильный член банды Рулеток, Кирс чуть сама не сорвалась.

– Мы вообще знаем, от какого вещества такое может быть? – спросила Кирс. – Чтобы волки так перекидывались?

Она запихнула руки в карманы, ощущая себя до ужаса беспомощной. Как бы ей хотелось, чтобы здесь был Грейвз. Уже жалела, что не позвала его с собой. Не потому, что тот смог бы помочь, нет, он же не целитель. Если колдун мог лечить, он бы точно как-то ускорил её выздоровление, когда Кирс чуть не померла из-за магии Имани.

Что за порошок мог сделать такое? Заставить человека вести себя дико, а волков – перекидываться против их воли.

А что, если это не порошок вовсе?

Что, если это магия?

Вдруг именно поэтому человеческие методы на них не работают?

– Никогда не слышал, чтобы моих волков что-то насильно перевоплощало, – сказал Нейт.

– На рынке сейчас новое вещество ходит, – подсказал Кори. – Мы пока даже не знаем, как выглядит передоз от красного порошка.

Кирс замерла.

– Погоди… красного порошка? – может, это была даже не какая-то там магия. Может, это была именно магия Имани. – А это новое вещество, случайно, не называется порошком желаний?

Нейт кивнул.

– Ну да… а ты откуда знаешь?

Кирс замотала головой. Грейвз говорил, что магия Имани не опасна. Что тот товар, который она производила для своих вечеринок, просто усиливал сексуальное желание. Она не знала, было ли это всё атакой Имани, но кто-то совершенно точно хотел добраться до Итана, чтобы насолить ей.

Либо ему нужно было в больницу, либо Кирс должна была попробовать использовать магию. Вот только она не знала, как пользоваться своей магией. Они с Грейвзом безуспешно пытались часами. Ни разу девушка не смогла даже почувствовать его, и ни разу у неё не получилось создать печать. Но если это и правда был порошок желаний, то в больнице, даже если Итан доживёт, что уже было маловероятным, доктора бы не смогли ничего с ним сделать. Всё было бы зря. Можно прочистить желудок, но магия останется в организме, и его желание все равно убьёт его.

Грейвз бы смог точно сказать, есть ли тут магия, но им было некогда возвращаться за колдуном.

Вся надежда была только на неё.

Глава 49

– Дайте я, – сказала Кирс, отталкивая Мору, чтобы подойти ближе к Итану.

– Кирс? – спросила Джен, чувствуя перемену в ней.

Без дальнейших предупреждений девушка прижала руки к груди Итана и закрыла глаза. Магия была где-то здесь. Ей нужно было найти её, почувствовать, ощутить её вес. Кирс раньше никогда подобного не делала, но это была не тренировка. Это был вопрос жизни и смерти.

Так что она стала зарываться всё глубже и глубже. Забираться в уголки своего сознания, в которые никогда раньше не заглядывала. Во все те моменты, в которые она оказывалась быстрее, ловчее и сильнее сверстников и даже старших. Когда она должна была быть мелкой соплёй, погибшей на улицах, но выжила. Эти инстинкты сохранили ей жизнь. Её магия и её сила, вот что её спасло. Чтобы сработало, Кирс было нужно сейчас и то и другое.

И тут словно все органы чувств девушки разом очнулись… она нашла магию.

Сначала что-то едва заметное. Лёгкое прикосновение к её сознанию. Изголодавшийся ветерок, говорящий, что зима закончилась, и грядёт весна. Кирс ухватилась за это чувство, эту странную новизну в голове. Вцепилась в неё, потянула на себя, пока картинка не сфокусировалась. Яркий свет в темноте.

Она была права.

Всё тело Итана пронизывала магия. Он был испачкан в ней с ног до головы, всего лишь сосуд для сил Имани, для колючего жара, который вызывала её способность. И это было ещё не всё – цветы. Она чувствовала запах цветов. Лилий. До этого момента она ни разу ещё не ощущала запах чужой магии, но теперь была более чем уверена, что у магии Имани был приторный до удушья запах лилий.

Кирс чуть не стошнило от вкуса и вездесущего аромата, но она отказывалась терять фокусировку. Дальше ей предстояло самое сложное. Нужно было вытянуть магию из тела Итана и впитать её в себя. Кирс ещё никогда не поглощала магию осознанно. На неё нахлынул страх. Страх не того, что она не сможет. Нет, она боялась, что у неё получится. Что она впитает её в себя, и эта магия снова её утопит.

Выживет ли Кирс? Сможет ли снова полностью восстановиться, учитывая то, что магия Имани сделала с ней в прошлый раз? Без антидота от Грейвза её не смогут откачать. Она хотела было сказать им позвонить Грейвзу. Пожалуйста, пусть ответственность ляжет на кого-нибудь ещё.

Но стоило открыть рот, как нити выскользнули из её пальцев. Кирс едва не потеряла Итана, и его тело немедленно забилось в приступе.

– Кирс! – закричал Кори.

Мора попыталась оттолкнуть её плечом, но Кирс не сдвинулась с места. Закрыв глаза, она потянулась к удушающему аромату и снова зарылась в него.

Грейвз ей сейчас помочь не мог. Нужно было сделать всё самой, а уже потом разбираться с последствиями, какими бы они ни были.

Её руки задрожали на груди Итана, и на секунду девушке показалось, словно что-то стиснуло её живот. Эта давящая боль словно парализовала. Будто на неё повесили тонн десять кирпичей, которые со всех сторон тянули вниз и пытались разорвать связь.

И тут что-то коснулось её руки. Легчайшее прикосновение пальцев Джен. От одного этого касания Кирс смогла наконец сделать вдох. Потом ещё один. И тогда Кирс почувствовала её… магию самой Джен или что-то вроде того. Не магия колдуна. Просто свет в конце очень длинного туннеля. Та часть Джен, что позволяла ей читать карты Таро и делала её зелья такими мощными. Та часть Джен, которая подбирала переломанных бродяжек с улицы и выхаживала их. Та часть Джен, которая была… ей самой.

Прикосновение Джен сообщило Кирс, что она здесь. Что подруга верит в неё. Что Кирс справится. Джен не нужно было понимать, что происходит, чтобы знать, что у Кирс всё получится. А ей только это и было нужно. Джен всегда знала, что именно ей было нужно.

Обернув зёрнышко силы Джен своей магией, Кирс отправила поток их совместных усилий Итану. И тут почувствовала, как ей ответила ещё одна искра.

Итан.

Его светоч не был похож на те, что горели внутри Кирс и Джен. Это была та часть Итана, благодаря которой росли его цветы. Та часть Итана, которая не позволяла ему сдаваться даже в самые тяжёлые времена. Та часть Итана, которая была чистейшим проявлением его самого.

Она расцвела под их прикосновением и перекинулась мостом, завершив треугольник. Триединство. Троица. Начало, середина и конец. Как раз достаточно, чтобы связать их вместе.

Выдохнув, Кирс ухватилась за Джен и Итана, теперь точно зная, что у неё получится. Когда она вдохнула в следующий раз, втягивая в себя как можно больше воздуха, вместе с ним в неё хлынула и магия.

Та энергия, что засела в теле Итана, поползла вверх, вверх, вверх, прочь от него… в её тело.

Для всех остальных в этой комнате магия была невидима. Да она сама до этого момента не умела видеть её. Но запах и пламя магии внезапно превратилось в мягкое золотое свечение по всему его телу. Её глаза распахнулись, полные нового осознания. Всё сложилось в единую картину, как Грейвз и говорил.

Потянувшись к этому золотому свечению, она могла чувствовать нарастающую волну магии, впитывающуюся в её кожу и растекающуюся по телу. Лилии погребли её с головой, и навстречу потянулся огонь. «Привет, старая знакомая». Было больно. Магия впилась в неё, словно пытаясь сломать кости и разорвать Кирс на части. Боль завладела ей, сдавила, скрутила. Вместе с ней пришла агония. Впереди замаячила бездна. Но Кирс не разжала хватки. Она отказывалась отпускать.

А магии всё прибывало. Всё больше и больше.

Кирс замутило. Ей хотелось очистить желудок, выплюнуть эту липкую гадость, но она не могла пошевелить руками, даже если бы захотела. Они были прикованы к груди Итана, втягивая в себя всё золотое сияние без остатка и впитывая его в её тело. Глаза жгло, словно они вспыхнули огнём. Затряслись руки, плечи, всё тело. Пламя поднялось к ушам. Все исчезли, кроме них с Джен и Итаном.

Время перестало существовать. Не в том измерении, где она работала. Кирс могла слышать своих друзей где-то в отдалении. Наконец прибыла Колетт. И другие. Финн и Ронан. Все кричали, спрашивали, что она делает, пытались заставить её прекратить.

Но Кирс не могла остановиться. До тех пор, пока вся магия не выйдет из тела Итана. Пока он не откроет глаза, не посмотрит на неё и не одарит своей милой улыбкой.

Пока он не выживет. Даже если она при этом умрёт.

– Почти всё, – прошептала Джен. Словно она знала, как близко Кирс подошла к концу. Прекрасная, догадливая Джен.

И вот последний клочок магии свернулся в пальцах Кирс. Она осторожно взяла его в руку, как маленький огонёк. А потом он влетел в её тело, и девушка почувствовала, как тот зарывается глубже.

Но она ещё не закончила. Её переполняла сила. Магия оглушала организм, но ещё столько было не сделано.

Протянув руку, Кирс ухватилась за лапу Кары и начала вытягивать магию из неё, твёрдо намеренная вобрать в себя всё. Потом можно было войти в замедленную съёмку и сбросить магию Имани прочь. Но это можно было сделать только потом, когда будет точно уверена, что собрала всё без остатка. Потому что Кирс не знала, сможет ли найти эту нить опять, да ещё так быстро.

Когда она потянула на себя энергию, окутывающую тело волчицы, в Каре что-то изменилось. Она как будто сопротивлялась. Кара забилась на столе, и Нейт снова начал кричать, веля ей прекратить. В кожу Кирс вонзились когти, и она закричала.

Боль поглотила её с головой. Она попыталась пробиться на поверхность, втянуть в себя ещё больше отравы. Но чувствовала девушка не только боль из кровоточащей руки. Это была магия. Её способности к поглощению начинали заканчиваться. Больше она забрать не могла. Не хватало сил.

– Нет, – прошептала Кирс, борясь с магией и болью. – Нет.

– Кирс, пожалуйста, – Джен схватила её поперек туловища и оттащила назад.

Как только её рука соскользнула с Кары, связь прервалась, и Кирс обмякла в объятиях подруги.

Итан больше не светился, зато сама Кирс сияла, подобно солнцу.

– Она спасла его, – выдохнула Джен.

Весь мир кружился. Все были в шоке, но Кирс не могла выдавить ни слова. В замедленную съёмку она тоже войти не могла. С большим трудом девушка успела вспомнить имя Грейвза, и тут ей навстречу дружелюбно бросился пол.

А потом захлестнула милосердная темнота.

Глава 50

Кирс лежала в кровати.

Не в такой мягкой, как та, в которой она обычно просыпалась. Где она? И что это за голоса? Всё было таким отдаленным и размытым.

Девушка открыла глаза и быстро заморгала, встреченная режущим ярким светом. Её зрение не успевало подстроиться, так что Кирс неловко подняла руку, загораживая лицо.

– Ох, – простонала она.

– Кирс! – ахнул кто-то.

Этот голос ей был знаком. Опустив руку, Кирс увидела склонившуюся над ней Джен. Джен?

– Ты… ты что тут делаешь? – спросила Кирс.

Джен нахмурилась.

– Что ты помнишь?

Она попыталась что-то вспомнить, но в голове была пустота. Она работала с Грейвзом. Потом была на Третьем Этаже. Говорила с Торрой. Виделась с Лорканом. А потом что? Как она попала к Джен?

Над ней появилось ещё одно лицо. Итан.

Кирс отчаянно заморгала. Ей что, это снится?

– Да откуда вы здесь все?

– Ты в «Пяти углах», – сказал Итан, садясь на стул рядом с кроватью Кирс. – И ты спасла мне жизнь.

Кирс посмотрела на Итана. Он не выглядел так, словно она и вправду спасла ему жизнь.

– Правда?

– Итану подсыпали какое-то вещество, – тихо сказала Джен. – Ты пришла и вытянула яд из него… буквально голыми руками.

Голыми руками? О чём они вообще? И тут Кирс почувствовала её. Магию.

– О боже.

Она развернулась, и её вырвало в ведро у кровати. Из неё вышло всё содержимое желудка и потом ещё немного.

Так плохо ей не было со случая с порошком желаний. Точно. Все воспоминания о случившемся резко вернулись. Это и был порошок желаний.

Опустошив желудок, Кирс упала обратно в кровать и подождала, пока комната перестанет вращаться. Она была в отвратительном состоянии, но в то же время что-то в её восприятии изменилось. Словно у мира появился второй слой. Теперь она уже не могла понять, как не замечала его раньше. Неужели это ощущение навсегда останется таким ошеломляюще сильным? Или со временем она привыкнет? Словно мир никогда и не был монотонно серым?

– Помню, – сказала она друзьям. – Всё помню.

Джен с Итаном переглянулись.

– Это же была… магия, да? – спросила Джен. – Это Грейвз тебя научил?

– Да, – сказала она. Потом добавила: – Нет. В смысле, он пытался меня научить, но дошло до меня, только когда надо было спасти Итана и остальных.

Джен поморщилась, а Итан уронил взгляд на руки. Они что-то не договаривали.

– Остальные, – прошептала Кирс. – Что случилось с Карой и ещё двумя волками?

Джен сглотнула.

– Они… не выкарабкались.

Только тут Кирс заметила бинты на второй руке. Вспомнила, как когти Кары впились в неё, пока девушка пыталась выкачать из волчицы магию. Но Кирс не хватило сил. Слишком мало она ещё тренировалась. И связь разорвалась.

– Я оставила их умирать, – в ужасе прошептала она.

– Это не твоя вина, – тут же сказал Итан.

Кирс почувствовала подступающие слёзы. А чья же ещё? Порошок желаний оказался в городе из-за её кражи. Итану его подсыпали, чтобы насолить Кирс. В корне всего был Грейвз, но ничего из этого бы не произошло, если бы она не взяла ту, самую первую работу. Если бы отказалась из-за недостатка информации. Она была так сосредоточена на добыче, что недостаточно подготовилась. И теперь из-за неё погибли люди.

– Моя, – хрипло сказала Кирс. – Это моя вина.

– Ты спасла Итана, – напомнила ей Джен.

– Но мне не хватило сил спасти остальных.

– А это не твоя ответственность, – сказал Итан, осторожно взяв её за руку. – Ты сделала то, что смогла, и я вечно буду тебе благодарен.

Кирс кивнула, закрыв глаза и сдерживая слёзы. Всё это было из-за Имани. Это была месть. Она это запомнит и станет сильнее.

И больше при ней никто не умрёт.

– Кирс, – сказала Джен. – Когда ты вытягивала магию из Итана… я тоже что-то почувствовала.

Затолкав поглубже боль и чувство вины, Кирс открыла глаза и посмотрела на свою прекрасную подругу.

– Твою магию.

– Мою магию, – завороженно повторила та.

– И магию Итана.

Итан вытаращился на неё.

– У меня нет магии.

– Есть, – сказала Кирс. – Не знаю, каким образом, но есть.

– Я тоже её чувствовала, – подтвердила Джен.

– Я без понятия, что вы умеете и кто вы вообще такие. Про себя-то ещё не всё узнала, но мы выясним это вместе, – пообещала девушка. – Всё, что я могу сказать, это что ты не просто так читаешь Таро. – Кирс перевела взгляд с Джен на Итана. – А ты не просто так выращиваешь растения посреди зимы.

Итан покосился на добрый десяток горшков по всей комнате.

– Это не магия.

– Но это что-то, – сказала Кирс.

– И это связывает нас, – добавила Джен.

– Да, – кивнула Кирс. – Как нить между нами тремя.

Джен выглядела воодушевлённой. Итан – скептичным. Но, как Джен и сказала, она это почувствовала. Её друзья были не совсем обычными людьми, как и она сама.

И у них был только один способ найти ответы.

Кирс встрепенулась в панике.

– Стоп, а сколько я спала?

– Три дня, – ответил Итан.

Кирс покачнулась

– Три дня? – она отсчитала дни в своей голове. – Чёрт, сегодня что, солнцестояние?

– Канун, – ответила Джен. – Ночь на двадцатое. Завтра полнолуние, так что все волки заперлись под клубом. Мы собирались пойти к Море, как только ты очнёшься.

– Чёрт, чёрт, чёрт! – Кирс выпуталась из одеяла.

Три. Грёбаных. Дня.

– Мне нужно найти Грейвза.

– Ты что, пойдёшь обратно? – удивлённо воскликнул Итан.

– Должна, – сказала Кирс, поднимаясь на дрожащие ноги. Голова кружилась, но ей срочно надо было назад.

– Ты едва стоишь. Никуда ты не пойдёшь, – ответила Джен, останавливая подругу. – Запрись с нами, так безопаснее.

– Я вас обоих очень люблю. И не жалею, что пришла, даже если Грейвз со мной не согласен. – Тот факт, что он захлопнул перед Кирс дверь, всё ещё приводил её в ярость. Своё раздражение она спрятала, потянувшись за одеждой на тумбочке. Нужно было идти, а она не могла отправляться в больничном халате. – Грейвз сказал, что я нарушила наш договор, но на кону стоит слишком многое, чтобы бросать всё сейчас.

– А что на кону? – спросил Итан. – Деньги? Нам и тут нормально, Кирс. Да, я сначала был скептически настроен, но мне вообще-то нравится с Повелителями.

Кирс замотала головой.

– Небезопасно. То, что случилось, это лишь доказывает. И безопасно не станет, пока я не закончу.

– И поэтому ты вернёшься? – спросила Джен. – Ради нашей безопасности?

– Торра жива, – вырвалось у Кирс.

Джен и Итан ошарашенно уставились на неё.

– Как? – прошептала Джен.

– Быть не может, – сказал Итан.

– Я нашла её, – сказала Кирс, оперевшись о стену. Чёрт, с этим надо было что-то делать. – Я её нашла и пообещала вытащить. К тому же, оказывается, вся эта кража гораздо серьёзнее, чем я изначально ожидала. Просто поверьте на слово: если мы оставим эту штуку в руках Короля Людовика, то второй войны с монстрами нам не избежать.

У Итана отвисла челюсть.

– Ты не шутишь, – прошептала Джен.

– Ни капли.

Кирс натянула футболку и пропихнула руки в узкие рукава куртки, зашипев, когда ткань задела рану.

– Но ещё один-то день ты отдохнуть можешь?

– Нет, всё случится завтра ночью, – ответила она. – Надо возвращаться сейчас. Должен же Грейвз соображать здраво, вне зависимости от всяких договоров. – Кирс прикусила губу, поколебавшись. – Ну, должен же.

Лицо Джен смягчилось.

– Ты хочешь вернуться к нему.

Ну конечно же, Джен видела её насквозь.

– Хочу, – призналась Кирс. – Он… другой. По-своему добрый даже.

Итан поморщился.

– Я думал, он монстр?

– Да, я тоже так думала, – прошептала Кирс.

Её мысли унеслись куда-то далеко, вспоминая, как он отдал ей свою куртку, как обнял её тогда в туннеле, как заправлял ей волосы за ухо, глядя на Кирс своими неповторимыми серыми глазами. Вкус кулича, ощущение его губ. Эта лёгкая улыбка, которую она только начала понимать. Множество мелких путей, которыми Грейвз-монстр превратился для неё в Грейвза-мужчину.

Джен коснулась её руки.

– Звучит так, словно он тебе на самом деле нравится.

– Он монстр, да, но он мой монстр.

Джен с Итаном притихли от её заявления. Это была правда, вся правда о Грейвзе. Та правда, которой даже она сама ещё не успела взглянуть в глаза.

– Я всю жизнь провела, убегая от прошлого. Не хочу больше бежать. Особенно от него. – Прочистив горло, девушка посмотрела на своих друзей. – Так что я вас люблю, но прятаться вы будете без меня, потому что мне нужно идти.

– Нужно, – согласился Итан так, словно и он наконец-то понял.

– Последнее, пока ты не ушла, – сказала Джен, доставая из своих вещей карту Таро и протягивая её Кирс. – Вытянула для тебя.

Кирс перевернула карту. Маг. «Грейвз».

– Спасибо, – сказала она.

А потом крепко обняла друзей, собралась с силами и вышла за дверь.

Стоило ступить за порог «Пяти углов», как на её плечи легла вся тяжесть происходящего. Дверь намертво заперли изнутри. Она даже пару раз подёргала, чтобы убедиться, что никто после неё не прошмыгнёт внутрь.

Смирившись, Кирс посмотрела на здание. Она поступала правильно, но ей не хотелось оставлять их беззащитными. Если порошок желаний проник внутрь и навредил её друзьям единожды, это легко могло случиться ещё раз. Может, это была Имани. Может быть, ей или Грейвзу хотел насолить кто-то другой. Плевать. Никто больше не тронет её друзей.

Теперь у Кирс было что защищать. Что запечатать. Когда она сосредоточила свою волю на клубе, магия в ней ожила без колебаний. Кирс нарисовала печать на всём здании сразу. Она не стала стоять и думать, правильно ли это делает. Просто использовала магию на чистом инстинкте, как та хотела. А когда она закончила, «Пять углов» официально стали заведением, свободным от порошка желаний. Её друзья были в безопасности.

Магия с тихим жужжанием гудела где-то на задворках её сознания, когда девушка разглядела в собственной печати маленького крапивника.

Теперь можно было уходить.

Интерлюдия

Изольда пришла на работу раньше обычного.

Что-то было не так.

Она проснулась посреди ночи, чувствуя себя так, словно по ней ползали полчища жуков. После этого уснуть уже не получилось. Думать о чём-то другом тоже.

Так что вместо этого она оделась и пришла в особняк Грейвза ещё до рассвета. Решила испечь несколько батонов хлеба. Ему нравился свежий хлеб по утрам. Он любил, когда запах выпечки растекался по дому и приветствовал его.

Но когда Изольда пришла, хозяин сидел на её кухне. Словно знал, что она придёт. Перед ним стоял пустой хрустальный стакан. Только несколько кубиков льда таяло на дне. Он смотрел на стакан так, словно хотел, чтобы тот сам себя наполнил. Или пытался в нём утопиться.

Всё это было очень похоже на тот раз, когда она впервые его встретила. Изольда работала пекарем в месте очень далеко отсюда. Грейвз приходил каждый день и заказывал что-нибудь из её последних кулинарных изобретений. Изольде нравился его статный вид, но было в нём и что-то тёмное. Что-то, что съедало мужчину изнутри. Ей тогда было всего двадцать пять. Она была наглой и глупой. Так что, когда однажды он засиделся допоздна, уткнувшись носом в стакан с алкоголем, она с ним заговорила. Романа у них никогда не было, она слишком быстро поняла, что Грейвзу никогда было не полюбить. Не так, как этого хотела она. Он был мужчиной, разбитым на тысячу осколков.

Когда Грейвз предложил ей работу, она согласилась не раздумывая. Кому-то надо было за ним присмотреть, это было очевидно. И почему-то ей хотелось быть таким человеком.

За эти годы люди возникали в его жизни и исчезали на её глазах. Женщины и мужчины появлялись на её кухне и снова быстро пропадали. Некоторые оставались подольше, пока колдун их тренировал.

Если что-то в жизни Грейвза и было постоянным, так это уходящие люди.

Все они в его жизни были временными.

Он никогда ни одну живую душу не подпускал к себе достаточно близко, чтобы почувствовать что-то кроме мимолётного интереса. Большинство это возмущало. Кто-то уходил в печальном смирении. Может, они видели то же, что и она. Что сломанный человек не мог любить, потому что никто не мог сложить обратно настолько мелкие осколки.

Хуже того, кто вообще мог его полюбить? Она любила его по-своему. Она была предана ему. Она посвятила ему жизнь. Но ей он показывал лишь лучшие свои стороны. Чтобы тебя полюбили, нужно было показать и худшие тоже.

Изольда знала, на кого работала.

Он был злодеем в собственной истории.

Её это не заботило. Он ей платил, заботился о ней, присматривал за ней. Но для чего-то большего нужно было принять человека как есть. Увидеть, кто он такой, все его разбитые части, и решить, что хочешь быть с ним, несмотря ни на что.

Когда Изольда увидела его сидящим на кухне, она сердцем почуяла, что случилось.

Кирс ушла.

И он её отпустил.

Изольда тихо вошла на кухню. Достала ингредиенты, осторожно смешала муку, соль и дрожжи. Воду добавила в последнюю очередь, замешивая тесто по технологии, которой научилась много лет назад. Её стареющие руки не любили месить, но так результат женщине нравился больше, чем при использовании миксера. Скорость ещё не значила качество. Так в тесто вкладывалось больше любви.

И только выложив тесто на столешницу и начав его разминать, Изольда наконец заговорила:

– Кирс ушла?

Грейвз кивнул. Он даже не выглядел удивлённым.

– Вернулась к семье.

– Насовсем?

Ещё один кивок.

– Да. – Тут он помедлил. Огонь в его чертах вспыхнул и снова погас. Словно он даже злиться больше не мог. Грейвз тихо вздохнул. – Ясно было, что она не задержится надолго.

– И что вы будете делать?

– То же, что и обычно. – Когда он посмотрел на Изольду, на его лице была написана боль. – Начну заново. Опять.

Однако Изольда поняла истину, сокрытую в его словах. Он страдал. Он так изменился за эти несколько недель. Кирс хорошо на него влияла. Она не терпела его угрюмые повадки. Шутила с ним. У них были общие интересы. Было одно удовольствие смотреть, как они оба начинают раскрываться. Изольда уж и не ждала, что доживёт до этого дня. Впервые за все годы работы на Грейвза она начала думать, что ошиблась в нём. Что он всё же мог любить.

– А как же Кирс?

– Она свой выбор сделала. Как и все они. Один за другим, один за другим. Выбирают… – Грейвз помахал рукой в воздухе, а потом потянулся за бутылкой и налил себе ещё. – Что там для них важно.

Вместо него. Вместо обучения магии. Вместо этой жизни.

В каком-то смысле она понимала, почему другие могли выбирать жизнь попроще. Ту магию, которой он обладал, никак нельзя было назвать простой. Она была тёмной, смертельной, опасной. Большинство людей не справлялись. Но Кирс казалась ей другой.

Изольда не сдержалась и произнесла это вслух.

– Мне показалось, она была другой.

Глядя на хозяина, она поняла… что он тоже так считал.

– Была, – согласился Грейвз.

От этого лишь больнее было осознавать, что он ошибался.

Часть VI

Зимнее солнцестояние

Глава 51

Тащиться пятьдесят кварталов пешком по морозу Кирс хотелось в последнюю очередь, но отвезти её было некому, да и денег на такси не хватало, так что выбора особо не было. Она рискнула сунуться в метро на 14-й улице, заплатив за вход очень раздражительному троллю, и села на поезд первого маршрута. На платформе Кирс обчистила несколько карманов, чтобы пополнить свой запас магии, и к тому времени, как она вышла в Верхнем Вест-Сайде, девушка уже чувствовала себя заметно лучше.

Её неприязнь к этому району куда-то испарилась. Ещё несколько недель назад она бы скривилась при виде чистых, хорошо освещённых улиц, но теперь они выглядели… правильно.

Когда в поле зрения показался особняк Грейвза, она вздохнула с облегчением. Внутри этих четырёх стен она обрела больше, чем когда-либо мечтала. Казалось, будто Кирс возвращается домой. Несмотря на это, к парадной двери с её вычурным драконьим молоточком она подошла неуверенно, зная, что внутри живёт настоящий огненный зверь. Эта мысль Кирс немного развеселила, но улыбка тут же исчезла, стоило поднять молоточек и стукнуть им в дверь.

Она легко могла бы просто переступить порог. Его магия не могла удержать Кирс. Но теперь она чувствовала себя гостем, даже сильнее, чем когда стучалась к нему в первый раз. Теперь она не знала, будут ли ей здесь рады.

Пауза затягивалась. Кирс снова подняла молоточек и стукнула им о дверь. Прошла ещё минута, и только потом створка медленно открылась вовнутрь.

Перед ней предстал Грейвз. На нём были брюки и мятая рубашка. Первые три пуговицы расстёгнуты, рукава закатаны почти по локоть, выставляя остролистные татуировки напоказ. В руке болталась полупустая бутылка. Волосы спадали на лоб, блестя синевой в свете уличного фонаря. Пасмурные глаза медленно осмотрели её с ног до головы. Он выглядел так, словно провёл эти дни хуже неё, а это было сложно переплюнуть.

– Кирс? – спросил он, и тон его голоса нельзя было описать иначе как шокированный.

Девушка никогда не слышала от него такой интонации. А уж тем более – чтобы он произносил её имя. Она всегда была мисс МакКенной или Крапивником. Это выбивало из колеи.

Он смотрел на гостью озадаченно, словно она была сложным математическим уравнением.

– Что ты тут делаешь?

– Можно войти?

– Не помню, чтобы тебе когда-то было нужно приглашение. – Грейвз нашёл в себе достаточно храбрости, чтобы жестом пригласить её внутрь. Бутылку бурбона он поставил на столик у входа, закрыв дверь носком ботинка.

Кирс потёрла ладони и подула на них.

– Чего это у тебя тут так холодно?

– Я один.

Они вместе стояли в холодной прихожей, не говоря ни слова. Между ними повисла лишь тишина. Грейвза её появление явно потрясло. Словно натянутая между ними нить дрожала и могла в любой момент оборваться.

Нужно было начинать говорить, но от одного вида колдуна в таком состоянии ей стало только хуже. Они оба зашли в тупик. Ни один из них не доверял второму до конца, как бы ни изменилось всё за эти недели. И теперь ей нужно было найти в себе силы сдаться. Сделать то, чего она никогда ни с кем себе не позволяла.

Прежде чем девушка заговорила, он напряжённо спросил:

– Ты здесь по делу?

– Я пришла… извиниться, – выдавила она из себя наконец.

Он вскинул бровь.

– Извиниться? За что это?

– За то, что так вышло с Нейтом. – Кирс опустила взгляд на свои руки. – Можем мы сесть, чтобы всё это обсудить, пожалуйста? Мне многое нужно тебе рассказать.

Его кадык подпрыгнул, и Грейвз кивнул. Они прошли в гостиную, и Кирс не смогла сдержать улыбки. Маленькая зелёная книга лежала на столике. Её плед был аккуратно сложен рядом с её любимым креслом. Анны нигде не было видно, но она всегда ходила, где вздумается.

Грейвз тут же направился к потухшему камину. Без него комната казалась гораздо холоднее и враждебнее. В полной тишине Грейвз снова развёл огонь, пока Кирс устраивалась на диване. Вскоре по всей комнате разлилось тепло, и в её пальцы вернулось осязание.

Кирс дождалась, пока Грейвз сядет в кресло напротив, прежде чем продолжить:

– Я не знаю, как это ещё объяснить, – сказала она, опуская глаза и ища в себе мужество открыться. – Я не просто так люблю выходы и пути отхода. Мой отец бросил меня ещё в детстве, и я жила на улицах. Это было ужасное время. – Её передёрнуло. – Не люблю даже вспоминать о тех годах.

Грейвз понимающе кивнул. Его тоже когда-то бросили. Он знал, как это бывает.

– Потом меня подобрал Джейсон, мой учитель. – Кирс сделала глубокий вдох. Как же она ненавидела даже имя его вслух произносить. – Вырастил меня в своей воровской гильдии как одарённую ученицу, – с ненавистью добавила она. – Не могу сказать о нём ничего хорошего, кроме того, что он помог мне выжить. Еле-еле.

Ей хотелось рассказать Грейвзу больше, о всех тех методах, которыми Джейсон её ломал. Но боль, которую он причинил, всё ещё горела в её венах.

– Лучшее, чему он меня научил, это как убегать. Даже если чаще всего сбегать приходилось от него самого. – Она сглотнула, усилием заставив себя продолжить. – Поэтому, когда я переехала к тебе, то увидела клетку.

Грейвз нахмурился.

– Я этого не хотел.

– Уверен? – спросила она. – Да, я могла уходить и приходить когда угодно, но мне нельзя было жить собственной жизнью.

Он стиснул зубы, но ничего не ответил.

– Так можно ли меня винить за то, что я взбунтовалась против заточения и тут же заготовила пути отхода, чтобы спастись, когда всё неизбежно полетит к чертям. – Она покосилась на свои дрожащие руки. Ей не нравилось, как звучат собственные слова. – Я была готова умереть на этом задании, но мне нужен был запасной план, и никакие доводы разума не могли меня остановить. Но потом… всё изменилось.

При этих словах Грейвз выпрямился.

– Как изменилось?

– А ты не знаешь?

Кирс видела, что он и правда не знал. Не имел ни малейшего понятия, как она себя чувствовала. Они оба были такими закрытыми, неспособные быть самими собой. В прошлом им сделали больно, и теперь даже признаться в том, что им не всё равно, казалось невозможным.

– Поначалу работа была просто работой. Потом ты из монстра превратился в знакомого, затем в друга, а после… в нечто большее. В того, кому я почти что могла… доверять, – решила Кирс и упрямо продолжила: – Теперь я хочу выполнить эту работу не ради денег или моих друзей. А ради того, чтобы вытащить оттуда Торру. Ради того, чтобы забрать копьё из лап Короля Людовика. Ради тебя.

– Я думал, ты не вернёшься.

Кирс вздохнула.

– Всё получилось совсем не так, как я планировала, но должен же ты был знать, что что-то изменилось. Что я вернусь.

– Тебя не было три дня, – сказал Грейвз. – Признаю, я вспылил, но было похоже, что ты свой выбор сделала.

– Знаю, – мягко сказала девушка. – Но я вернулась. – Сердце билось где-то в горле. Она открывала себя полностью и даже не знала, будет ли этого достаточно. Если она разбила ту крупицу доверия, что появилась между ними за последнюю пару недель, вдребезги, то могла никогда уже её не вернуть.

Наконец, Грейвз тихо спросил:

– Так это не означало твоего ухода?

– Нет, – с чувством припечатала Кирс. – Нет, это вовсе не означало моего ухода. – Горячность в её голосе, кажется, застала колдуна врасплох. – Я ушла только из-за Итана.

– Он в порядке? – осторожно спросил Грейвз.

– Да. Оказалось, что это совсем не та передозировка, о которой все думали. Кто-то подсыпал ему и троим волкам Нейта порошок желаний. Я впитала магию из Итана, но волки… погибли.

Грейвз вскочил на ноги.

– И никто не послал за мной? У меня же есть антидот, я бы мог помочь их вылечить.

– Когда Нейт за мной заезжал, мы ещё не знали, что это такое. Думали, это просто запрещённые вещества. – На её глаза снова навернулись слёзы. – Не знаю, Грейвз. Всё так быстро произошло. Когда я осознала, что это магия, то сделала всё, что могла.

Его глаза округлились от шока.

– Ты в их смертях не виновата.

– Но они погибли из-за меня. Мне не хватило сил. Не хватило знаний о моих силах.

– И это моя вина, – настойчиво сказал он.

– Уже неважно чья. Их это не вернёт. – Кирс раздражённо утёрла глаза. – Мне нужно стать сильнее. Нужно тренироваться пользоваться своей магией, чтобы больше в такие ситуации не попадать. – Девушка грустно посмотрела на колдуна. – Вот почему меня не было целых три дня. Поэтому я не вернулась. Я проснулась и сразу пришла… только обворовала несколько людей по дороге.

– Я рад, что ты вернулась, – резко выдохнув, сказал он. – И рад, что ты спасла Итана. И что разобралась со своей магией и научилась её восполнять.

Кирс кивнула.

– Почти как новенькая. Словно мои силы только и ждали момента, когда они мне понадобятся. Я увидела магию, смогла её учуять. Теперь понимаю, что ты называл намерением и волей. Я вообще всё понимаю. Я даже поставила печать на «Пять углов», чтобы туда больше не могли пронести порошок.

– Я знал, что со временем у тебя всё это получится. К сожалению, иногда магия просыпается только в момент острой необходимости, – сказал Грейвз.

– Хорошо, что она вообще проснулась, – ответила Кирс. – Так что вот, видишь, теперь у нас есть всё, чтобы завтра закончить дело. Я хочу это сделать. Нет, мне нужно это сделать. – Она с силой сглотнула, позволяя Грейвзу увидеть свои искренность и рвение. – Я в любом случае туда пойду, но вместе мы сильнее. Ты и сам это знаешь.

При этих словах в глаза Грейвза вернулся свет. Она видела, как в них созревает новый план.

– Вместе мы сильнее. – Эти слова от него звучали подобно музыке. Мягкие, соблазнительные. Он снова встал на ноги. – Тогда новый договор?

– Не нужен нам никакой договор. Работаем вместе. Заходим, забираем копьё, убиваем Короля Людовика и все вместе сваливаем оттуда.

Он кивнул.

– Идёт.

Глава 52

Они снова были в деле, и Кирс чувствовала себя легче, чем когда-либо в присутствии Грейвза. Или вообще в чьём-либо присутствии.

– А я ведь правда думал, что ты ушла насовсем, – сказал он.

– Ты закрылся, как только услышал о Нейте. Я же сказала, что вернусь. Пообещала, что мы поговорим.

Грейвз провёл рукой по волосам и, когда снова посмотрел на неё, стало ясно, что Кирс вывела его из равновесия. Что она удивила того, кто редко удивляется. Он и правда не думал, что девушка вернётся. Несмотря на то что она кричала ему, обещая, что сделает это, Грейвз немедленно решил, что она такая же, как все. Что она бросит его. Сразу после того, как наконец начала расслабляться в его присутствии.

Но колдун, разумеется, не знал, насколько это было важно для неё самой. Она же никогда не рассказывала ему о своём прошлом. Была так же закрыта, как и он. Закрыта настолько, что он решил, что Кирс уйдёт и не обернётся. И никогда его не вспомнит. Это было ясно написано на его красивом лице. Всё потому, что она не могла поделиться своей болью. А он не мог поделиться своей.

– Постараюсь объяснить, – начал Грейвз. – Я никогда не говорю о своём прошлом. Понимаешь, я уже родился монстром. – Он стиснул кулаки. – В день своего рождения я убил собственную мать. Не самим фактом родов, а своей сущностью.

– А в чём разница? – спросила Кирс. Он посмотрел на девушку пустыми глазами.

– Матери погибают, когда рождаются колдуны. Они не могут пережить магию внутри себя или же её дальнейшую потерю.

– Ох, – прошептала она. Потом на неё снизошло озарение. – Так вот почему ты решил, что я тоже колдунья. Потому что моя мама тоже умерла.

– Да. Моя мать была ирландкой и покинула свой народ, чтобы быть с моим отцом, которого они бы никогда не одобрили. Она стала светом всей его жизни. Он был на всё ради неё готов. А когда она умерла, в её смерти отец винил меня.

После этого признания Грейвз отвёл глаза. Кирс хотела было сказать, что он стоил больше, чем то, что с ним сделали другие. Она надеялась, что он и сам это знал.

– В тот же день умер король Англии Генрих VII, – добавил колдун. – В этом отец тоже винил меня.

– Это же бред.

Он кивнул, как будто был согласен, но годы обид это не отменяло.

– Так и есть. Генрих умер от туберкулёза. Но об этом я узнал гораздо позже. Просто удачное совпадение. Что-то, что отец мог вбивать мне в голову все шесть лет, которые я жил с ним. – Колдун стиснул зубы. – Много лет спустя я вернулся в нашу хлипкую лачугу в городке, которого больше нет на карте, чтобы отплатить отцу за все те годы и всю его доброту, но он уже умер. – Грейвз нахмурился. – Оно и к лучшему. Мне ни к чему была его кровь на руках. Но и простить отца никогда не смогу. Видишь ли, он меня продал.

– Продал, – тихо повторила она.

– Да. Как корову.

Кирс много ужасных вещей повидала на своём веку. Её сердце болезненно сжалось при мысли о мальчике, хладнокровно проданного родителем. Кирс просто бросили перебиваться самостоятельно. Она даже представить не могла, как больно было знать, что твой отец сделал это нарочно.

– Вскоре после моего шестого дня рождения через нашу деревню проходил купец. Отец позволил ему забрать меня за сущий бесценок. С купцом я жил и путешествовал несколько лет, пока не смог сбежать. – Его взгляд затуманился. – Тяжёлые были времена. Ещё пара лет мне понадобилась, чтобы пробраться на корабль до Ирландии, где жил мой народ. Я думал, что они-то точно меня примут, даже если я ирландец лишь наполовину.

– Приняли? – прошептала Кирс.

– Приняли. На какое-то время. – Колдун посмотрел на неё отстранённо, болезненно. – Но это совсем другая история.

Грейвз позволил ей увидеть мужчину, скрывающегося под всей его напускной храбростью. Точно так же как она показала себя ему.

– Так вот, от отца я впервые узнал, что ничто не вечно. Самой долгой компанией в моей жизни был Кингстон, но и то два мастера колдуна не смогли терпеть друг друга долго. Мы исчезли из жизней друг друга. Никто не оставался рядом со мной надолго. Все уходили. – Он осторожно протянул руку и взял её ладонь в свою. – Я лишь предположил, что ты просто последнее из множества моих разочарований.

Она сглотнула.

– И ты ошибся.

– И я ошибся, – согласился Грейвз после недолгой паузы.

А потом колдун наклонился вперёд и накрыл её губы своими.

Кирс подалась ему навстречу. У его губ был всё тот же манящий, восхитительный вкус. Но когда её магия обволокла его, она впервые почувствовала нечто большее, чем лишь его пламя. Она почувствовала его. Та магия, что делала колдуна таким могущественным, заставляла его сиять чистым золотым светом. Бесконечным, безграничным, бессмертным. Он ощущался как сама вечность. И подо всеми этими ощущениями Кирс почуяла его. Терпкий запах кожи и новых книг. Точно так, как Грейвз описывал, только гораздо многограннее. Это были лишь основные ароматы. Его магия была намного сложнее. Она вдохнула запах первого зимнего снега, нотки чая и розмарина. Все они были очень чёткими, и все они были безошибочно Грейвзом.

– А ты был прав, – сказала Кирс ему в губы. – Твоя магия и правда пахнет кожей и… ты назвал это пергаментом, но я скорее чую книги. Как в твоей библиотеке.

Он расплылся в улыбке.

– У твоей тоже есть лёгкий запах.

– И чего же?

– Весны.

Она наморщила нос.

– Весны? Как-то расплывчато.

– В Ирландии есть одно озеро, скрытое от посторонних глаз. Весной там распускаются тысячи диких цветов. Ярко жёлтые, насыщенно фиолетовые, тёмно-синие. Трава такая зелёная, что похожа на море. Всё пахнет свежестью и новизной. Словно нет ничего невозможного. Вот какой у тебя запах.

Грейвз снова поцеловал её, на этот раз глубже. Кирс почувствовала, как уплывает. Словно была готова позволить этому случиться. Разрешить ему поглотить себя, как никому раньше не разрешала.

Проблема была в том, что она не открыла ему столько же, сколько он доверил ей. Пусть девушка и признавалась в этом лишь редким людям, ей нужно было рассказать всё Грейвзу, прежде чем они зашли дальше. Кирс медленно отстранилась, очень нехотя отрываясь от мужчины.

– Что такое? – его руки остались зарывшимися в её футболку.

Она опустила глаза, нервно сглотнув.

– Я понимаю твою историю. Ту часть, где тебя отдали, по крайней мере. Меня бросили на улице, когда я была совсем маленькой. – Грейвз отпустил её футболку и внимательно посмотрел на девушку. – Я уже сказала тебе, что Джейсон подобрал меня в детстве. Что он тренировал меня как свою преемницу. Но это ещё не всё.

Грейвз подцепил её пальцем за подбородок, призывая посмотреть на себя.

– Расскажи.

Его слова подтолкнули Кирс продолжить.

– Он хотел научить меня лучше воровать. Ввести в свой круг общения. И сначала так и было. Всему, что я умею, я научилась у него. Он был отличным вором. Я, к его недовольству, была ещё лучше. – При мысли о том, что собиралась сказать дальше, девушка замерла. Но присутствие Грейвза успокаивало, уравновешивало, помогало держать себя в руках.

– Джейсон был… нестабильным. – У неё вырвался резкий смешок. – Господи, почему же о нём так сложно говорить? Он был уродом, отвратительным и недостойным никакого прощения.

– О тех, кто ранил нас сильнее всего, всегда говорить сложно, – мягко сказал Грейвз, словно тоже понимал её боль.

– Может быть, и так. – Она опустила глаза, больше всего на свете желая спрятаться от воспоминаний о Джейсоне куда подальше. Чтобы он больше никогда не мог на неё повлиять. – Из-за того, что я была особенной, он проводил со мной больше всего времени. Обращался со мной как с… членом семьи. И ты пойми, в хорошие дни он был словно солнце в летний день. Благодаря ему вращался мир.

– А в плохие дни?

Она поёжилась.

– В плохие дни я никогда не знала, выживу я или умру от его руки.

Грейвз замер.

– Он причинил тебе вред?

– Вред? – Ее голос сорвался. Кирс посмотрела ему в глаза. – Я годами не знала, за какой шаг получу ласку, а за что меня скинут с крыши здания.

– Он скидывал тебя с крыши?

– Чтобы я перестала бояться высоты, – сказала она. – Один раз он сломал мне руку в трёх местах. Срослось неправильно, так что он сломал её ещё раз, чтобы я не стала обузой в его планах. А все остальные члены гильдии при этом ненавидели меня за то, что я была его любимицей. – Кирс безжизненно рассмеялась. – Я бы всё отдала, чтобы быть кем угодно ещё. То, сколько он надо мной измывался…

Она не могла даже договорить.

– А потом Джен… нашла меня. И спасла, – объяснила Кирс. Грейвз накрыл её руку своей, такой сильной и успокаивающей. – Я давно хотела найти способ уйти от Джейсона и его воровской компании. Он пронюхал о моих планах. Его это… скажем так, не обрадовало. Я попыталась сбежать, но он в эти игры играл дольше меня, так что он меня нашёл. И остановил. – Голос задрожал, руки начали трястись. Самые жестокие слова были также и самыми правдивыми, но ей ещё ни разу не доводилось произносить их вслух.

– Можешь не продолжать, – низким, грозным тоном ответил Грейвз. – Я уже и так хочу его убить.

– Нет, мне надо сказать, – выдавила из себя девушка. – Он сказал, что просто забирает то, что принадлежит ему. Что я его собственность, и мне запрещено уходить. Что он убьёт меня прежде, чем допустит это. Наверное, он думал, что я мертва, когда избил меня до полусмерти и бросил изломанное тело в пустом переулке. – Кирс икнула на следующем слове. – Даже в смерти от него было не сбежать.

В глазах Грейвза плясали огни.

– И это нас они называют монстрами.

Кирс кивнула. Люди могли быть монстрами не хуже тех, у кого росли когти и клыки.

– Так вот что я видел тогда, – сказал он еле слышно, словно боясь её спугнуть.

– Ты о чём?

– В тот единственный раз, когда я смог тебя прочесть, когда тебя переполняла магия Имани. Я увидел тебя окровавленной в каком-то переулке. Я видел, что Джейсон с тобой сделал. – Грейвз сжал кулаки.

Она сглотнула.

– Ага.

– Я тогда этого не осознал. Не понял, почему твой мозг так зациклился на том изображении.

– Теперь ты знаешь, – прошептала Кирс.

– Как ты от него сбежала?

– Это произошло в паре кварталов от борделя Колетт. Джен притащила меня туда, – объяснила Кирс. – Поначалу я жутко боялась, что меня заставят работать в борделе или девочкой на побегушках. Что все вокруг меня были так милы только в качестве уловки, а потом сделают мне больно. – Кирс тяжело вздохнула. – Но всё было не так. Джен не такая. Я очень долго это осознавала, но она всегда была просто моей подругой. Она залечила мои раны.

– И где Джейсон сейчас? – убийственно тихим голосом спросил Грейвз.

Она помотала головой.

– Мёртв, я думаю. Я всадила в него нож. – Кирс опустила глаза на руки, нервно цепляя заусенцы. – Нужно было заставить его страдать побольше, но я не собиралась придираться, получив шанс отомстить.

– Хорошо, – сказал Грейвз, медленно снимая перчатки. – Я бы не вытерпел, если бы он был жив. Нашёл бы и убил собственноручно.

– Его смерть принадлежала мне, – ответила Кирс, дрожащими руками убирая волосы с лица. – И вот именно поэтому я с трудом принимаю чужие утешения или какую-либо близость. – Вздохнув, она добавила: – Поэтому я не смогла быть с Торрой. – Грейвз замер от звука этого имени. Они не упоминала Торру с тех пор, как Кирс рыдала на его руках в том туннеле. Но это была правда. Ещё одна, на которую она раньше не могла взглянуть. – Во мне не осталось никаких чувств. – Девушка посмотрела ему в глаза, позволив всей своей уязвимости отразиться на лице. – Поэтому, когда я подошла к тебе тогда в туннелях, это был… с тобой всё было иначе.

– А, – сказал он, утирая слезу с её щеки. – И поэтому ты не могла понять, как я мог подумать, что ты ушла.

– Как я могла оставить единственного человека, которому смогла открыться? Первого человека, с которым я даже смогла мечтать о чём-то большем.

Он коснулся её щеки.

– Теперь понимаю.

– Ну и парочка же мы, – с булькающим смешком отметила Кирс.

– Действительно. Ну и парочка.

Их губы снова встретились. Она открылась ему, позволяя их языкам сплестись. Его руки, блаженно обнажённые руки, легли на её щеки, и она подалась им навстречу. Она хотела этого. Не просто секса. Чего-то большего. Девушка призналась в своём самом страшном секрете, показала ему, кто она на самом деле. И осталась желанной.

Она хотела больше, чем отдельные части. Она хотела всё и сразу.

– Грейвз, – прошептала Кирс, поднимая его на ноги. – Я хочу этого. Я хочу быть с тобой.

– Уверена?

– Да.

Он поцеловал её в губы.

– Пойдём со мной.

Глава 53

Её сердце забилось ещё быстрее, когда он повел её прочь от комнаты с камином, вверх по первому лестничному пролёту и к своим комнатам. Сколько недель она провела в его доме, но ни разу не заглядывала туда, уважая его личное пространство. Кирс соврала бы, если бы сказала, что ей не было любопытно, но это вообще было ей свойственно. И мало что могло укрыться от воровки с хорошим набором отмычек.

Когда Грейвз распахнул двери, за ними оказалась его спальня. Пространство поражало одновременно простотой мебели и богатством той обстановки, что он выбрал для себя. В отличие от роскоши всего остального дома, это было больше похоже на убежище. Больше похоже на Грейвза.

– Этого я тоже никогда раньше не делал, – признал он.

– Чего не делал?

Он потянул Кирс в свои покои.

– Не приводил никого к себе в комнату.

Она сглотнула.

– Совершенно новый опыт.

– А это редкость для того, кто прожил столько лет, сколько я, – согласился колдун.

Она прошлась по его убежищу, уделяя внимание мелким деталям, наверняка важным для него. Резные деревянные фигурки птиц на верхней полке шкафа, томик «Ворона» Эдгара Аллана По на прикроватной тумбочке из красного дерева, пригоршня европейских монет, глядя на которую казалось, что он только что вернулся из поездки – вот только среди них не было ни одной современной; портрет настоящей Анны Болейн в её знаковом жемчужном ожерелье и ещё одна картина в приглушённых тонах, на которой две фигуры сидели в поле среди диких цветов, склонившись над маленькой зелёной книгой. Может быть, одной из них даже был Грейвз.

Кирс понимала, почему он так ценил своё личное пространство. Место, где его больше никто не видит, где он может быть просто самим собой. И теперь Грейвз позволил ей вторгнуться в это место.

– Я рада, что ты показал мне всё это, – сказала Кирс, проводя пальцем по прозрачной вазе с зимними цветами. А потом вернулась к нему и за руку потянула к кровати.

– Нам необязательно…

Она прижала палец к его губам.

– Тссс… Я этого хочу. – Медленно стащив через голову футболку, она бросила её на пол у его ног. – Именно с тобой.

Больше не пытаясь возразить, он провёл пальцами по кромке её штанов и толкнул спиной вперёд на кровать. Поймав её губы своими, расстегнул пуговицу. Её руки, в свою очередь, принялись за пуговицы его рубашки, медленно расстёгивая их.

– Я никогда раньше не был с кем-то, кого не могу прочитать.

– В библиотеке мы тогда неплохо справились.

Он рассмеялся ей в губы.

– То было спонтанно. На этот раз я не хочу торопиться. Со всеми остальными я всегда интуитивно знал, чего они желают, но с тобой всё иначе.

– Я просто хочу тебя, – ахнула Кирс, когда его руки прошлись по чувствительной коже её живота.

– Значит, придётся самому учиться узнавать, что именно заставляет тебя издавать эти неописуемые звуки, – сказал он с дьявольски хитрой улыбкой. Его пальцы скользнули под её пояс, лениво проводя по бёдрам. Кирс застонала, пытаясь не ёрзать под его прикосновениями. Взгляд его любопытных глаз был полностью сосредоточен на ней. – А я очень люблю учиться новому, – промурлыкал он.

Одним плавным движением он снял с неё лиф. Её груди вырвались из плена, и его взгляд тут же переместился на них. Следом последовали его руки, властные, уверенные и изучающие девушку заново. Её голова запрокинулась назад, когда он покатал в пальцах сосок.

– В прошлый раз ты меня даже не коснулся, – сказала Кирс, протягивая к нему руку.

– Уверяю тебя, ещё как коснулся.

Она хмыкнула.

– Ты был в перчатках.

– В случае большинства… это для их же защиты, – сказал он, наклоняясь к её груди и обхватывая сосок губами.

– Я хочу чувствовать твой жар. – Она надавила руками на его тёплую грудь. – И твои руки.

Грейвз скинул с себя рубашку, являя взору ту рельефную грудь, что так её впечатляла. Вся татуировка была на виду. Кирс провела ногтями по чернильным линиям остролиста, вниз вдоль впившихся в его кожу шипов и вокруг листьев, исчезающих за поясом брюк.

– Такая живая татуировка, – прошептала она. – Можно я обведу её языком?

Он застонал, прижимаясь к девушке.

– Можешь делать со мной всё, что захочешь, – разрешил Грейвз, снова приникая к её губам.

Учился здесь не только он, и ох, как же ей понравилась эта реакция. То, как он резко прижался к ней, твёрдый силуэт его эрекции под тканью брюк.

Она осторожно опустила руку к его штанам и сжала его член в ладони. Грейвз дёрнулся навстречу её пальцам. «Ещё». Оторвавшись от его губ, она цепочкой поцелуев спустилась вниз по идеальной груди, отмечая каждую мелкую деталь в татуировке и полотно шрамов на его коже. Опустившись перед мужчиной на колени, она бросила на него взгляд из-под ресниц.

– А если я хочу вот этого?

– Мне казалось, это я должен был тебя изучать, – процедил он сквозь зубы.

– Для этого будет ещё достаточно времени.

Тяжело дыша, Грейвз следил, как она расстёгивает его брюки и стягивает их с узких бёдер. Боксеры отправились следом, открывая ей всю его длину. В прошлый раз она едва успела его коснуться. Только схватила один раз, прежде чем он вошёл в неё.

Теперь Кирс хотела его целиком и без остатка. Сжав член в руке, она медленно провела вверх и вниз, а потом обхватила губами головку.

Из горла колдуна вырвался стон, она подалась вперёд, вбирая его целиком. Когда девушка поднялась, бедра Грейвза подались следом, словно он хотел снова войти в неё. Она дразняще облизнула самый кончик, прежде чем снова взять в рот полностью, задержавшись у основания. Его пальцы зарылись в её волосы. Нежным колдуна назвать было сложно, но и больно он ей не делал. С грацией хищника он стал направлять её движения.

Если бы такое выкинул кто угодно другой, Кирс бы мгновенно ушла. Обычно ей не нравилось делать подобное. Раньше это было менее… предсказуемо. Более… доминантно. Даже больше, чем она обычно предпочитала.

Но в случае с Грейвзом это ощущалось правильно. Так оно и должно быть. Кирс никогда не была покорной девушкой, ни раньше, ни сейчас. Но это чувство оказалось совершенно другим. Словно Грейвз доставлял ей столько же удовольствия, сколько и она ему.

Кирс была так полна им, что могла бы лопнуть. Его горячая плоть у неё во рту, а кончить почему-то уже готова была она.

Каким-то образом он стал ещё больше. Им почти можно было подавиться. А потом одним медленным движением он вышел из неё. Борясь со вспыхнувшим чувством утраты, она посмотрела на мужчину сквозь слёзы на ресницах, стоя перед ним на коленях.

– Грейвз? – прошептала она.

– Когда ты так выглядишь, Крапивник… Я просто обязан тебя взять.

Она покрылась мурашками.

– Да.

Грейвз поднял девушку на ноги, и она сняла с себя джинсы и ненужное бельё. Потом забралась на кровать и легла, раскинувшись перед ним и глядя на его обнажённое тело в обрамлении собственных ног. Он всего лишь стоял там, подобный греческому – нет, кельтскому – богу, а она уже едва могла дышать. Закусив губу, девушка поманила его к себе.

– Ты нужен мне, – произнесла она те слова, что не говорила ни разу в жизни.

Грейвз устроился между её ног, и его напряжённый член оказался у её киски. Она могла просто податься вперёд, и он бы вновь оказался внутри неё. Их взгляды тут же притянуло друг к другу, словно магнитом. Даже не зная, что Грейвз в ней видит, она понимала, что стала для него чем-то ценным. Чем-то новым в мире, который никогда не менялся.

– Ты остаёшься, Крапивник? – спросил он снова, просто чтобы убедиться.

Она кивнула, наслаждаясь звуком своего прозвища.

– Да. Я остаюсь.

Он прижался к её губам, почти даже нежно, прежде чем войти в неё. Девушка выгнула спину, зажмурив глаза и громкоахнув. Именно этого она и хотела. Того, как они идеально друг другу подходили. Словно их жизни шли к этому моменту, и теперь всё наконец-то встало на свои места.

– Смотри на меня, – сказал Грейвз. – Покажи мне всё, что прятала.

Она медленно открыла глаза, моргнув, и посмотрела на колдуна. Он не мог её читать. Не мог использовать свою магию и впервые не знал, чего она от него хотела. Так что Кирс смотрела на него, не отрываясь, когда Грейвз начал двигаться в ней с размеренным, простым ритмом. Ей хотелось большего. Жёстче. Быстрее. Но в то же время у неё никогда не было ничего подобного. Этого чувства между ними, которое делало секс таким интимным.

– А что я прятала?

– Всё, – сказал он, проводя большим пальцем по её нижней губе. Она приоткрыла рот и лизнула его. – Но теперь я тебя вижу.

Она ахнула, когда он вошёл в неё сильнее. Не разрывая зрительного контакта, они подавались навстречу толчкам друг друга. Их огни смешивались, горели ярче, наполняли комнату жаром, словно печь. Всё это тепло сгустилось внизу её живота, и, когда они столкнулись в последний раз, оно взорвалось. Они кончили вместе с такой силой, что казалось, будто энергия волной хлынула от них во все стороны.

Грейвз упал на девушку, прижавшись к её лбу своим.

– Мой Крапивник.

– М-м-м, – запыхавшись, отозвалась она.

Он снова нашёл её губы, позволяя себе лишь лёгкое касание.

– Я сейчас вернусь. – И он испарился, поднявшись и направившись в ванную. Она осталась лежать на кровати, восторженно глядя в потолок. Так вот что ей всё это время было недоступно. Секс не был просто сексом. С Грейвзом он стал чем-то большим.

В соседней комнате забулькала вода, и Грейвз вернулся, стаскивая её с кровати. Кирс чуть не упала, неспособная стоять на подкашивающихся ногах, и Грейвз с тихим смешком забросил её себе на плечо. Кирс попыталась было протестовать, но он унёс её с такой лёгкостью, словно она была пёрышком.

Ванная комната была огромной, почти размером со спальню, со встроенной в пол ванной, которая могла бы сойти за маленький бассейн, и джакузи, рядом с которым Грейвз её осторожно опустил на ноги и зашёл в воду, приглашая Кирс за собой.

– Я могла бы и сама дойти, – шутливо протянула она.

– Чтобы я да упустил шанс тебя донести? – Он цокнул языком. – Да ни за что.

Кирс с улыбкой зашла в бурлящую воду и чуть не застонала от её тепла.

Грейвз взял девушку за руку и притянул к своему обнажённому телу прежде, чем она успела сесть. Устроившись у него на коленях, Кирс свернулась клубочком. Грейвз обнял её, и девушка со счастливым вздохом закрыла глаза, оказавшись в его тёплых руках.

– Я рад, что ты вернулась, – тихо сказал он, пропуская её волосы сквозь мокрые пальцы.

– Я тоже. – Кирс провела рукой вверх и вниз по его бицепсу. – У меня есть вопрос.

– Да?

– В каком году умер Генрих VII?

Грейвз глухо рассмеялся.

– 1509.

Кирс вздрогнула.

– Оу.

– Считаешь, сколько мне лет?

– Грейвз, – выдохнула она. – Как это вообще возможно?

– Колдуны живут очень долго, – ответил он.

Кирс посмотрела ему в глаза.

– Больше пяти сотен лет.

– И всё ещё учусь доверять, – сказал он, проводя рукой по её лицу и останавливаясь в сантиметре от её губ. – Но тебе я доверяю.

– Хорошо. Тогда поцелуй меня ещё раз.

Так он и сделал, проводя языком по её припухшей нижней губе, после чего все внятные мысли окончательно покинули Кирс.

Глава 54

– Хватит ёрзать, Кирс, – шикнула на неё Торра. – Ты и так выбиваешься из картины. Постарайся расфокусировать взгляд, словно ты под веществами.

Торра предложила провести Кирс на вечеринку Короля Людовика среди остальных людей из «Красного Бархата». Она бы, конечно, предпочла, чтобы Кирс вообще туда не совалась, но другой возможности вывести Торру на свет у них не предвиделось. К тому же Торра с Королем Людовиком работала уже год. Раз она сказала, что приглашение Грейвза не поможет проникнуть внутрь, то Кирс ей верила.

Грейвз тоже согласился на этот план, а сам собирался пробраться на вечеринку по подземному туннелю, который Кирс нашла благодаря Уолтеру. Внутри они должны были встретиться, вывести Торру через туннель прежде, чем начнётся кровопролитие, и оставить её ждать у выхода, пока Кирс и Грейвз вернутся с копьём.

Теперь успех всей миссии зависел от того, насколько убедительно Кирс изобразит из себя девчонку из «Красного Бархата».

Вот только на них она была совершенно не похожа. Она видела солнце и не выглядела угасающей. Но при тонне макияжа, скандальном наряде и в сапогах на каблуках Кирс казалось, что она вполне себе вошла в роль. То, что по пути к чёрному входу все девушки были облачены в белые мантии борделя с высокими воротниками, тоже играло ей на руку. Мантия свою работу выполняла прекрасно, но Торра настояла, чтобы Кирс всем представлялась новенькой, дабы не возникало вопросов к отсутствию у неё укусов.

Когда подошла её очередь, Кирс сделала глубокий вдох и попыталась выглядеть чуть более похожей на зомби. Охранник-вампир окинул её скептическим взглядом.

– Ты из «Красного Бархата»?

Она склонила голову и покосилась на Торру за её спиной с, хотелось надеяться, выражением испуга и смущения.

– Я новенькая, – еле слышно прошептала Кирс.

– Чего?

– Новенькая она, – рявкнула Торра, переключая внимание на себя. – Очередная жертва с долгами, надеется сегодня здесь свою смену отработать. Можно двигаться уже? Мне деньги нужны.

Монстр прожёг Торру взглядом, и Кирс поспешно проскочила в двери. За годы работы ей доводилось примерять разные образы и маскировку, но это был совершенно новый уровень. Очень мало шансов, что всё пойдёт как надо, очень много вероятностей, что что-то пойдёт абсолютно не так.

Торра коснулась её спины, и девушки торопливо прошли в зону, где готовились развлечения. Пёстрая группа располагалась в чём-то похожем на полузаброшенный склад. Вдоль стены высились колонны ящиков, а остальное помещение было заполнено людьми, заготовленными для вечеринки Короля Людовика в качестве развлечения и закуски.

– Хотя бы попытайся быть осторожной, – прошипела Торра подруге на ухо.

– Ты же меня знаешь.

– Знаю, потому и говорю.

– Главное – придерживайся плана, – сказала Кирс. – Если все пойдёт как надо, обе будем свободны ещё до конца вечера.

Они приближались ко входу на вечеринку. Работники «Красного Бархата» скидывали с себя мантии, открывая взору различные белые комплекты – белое шёлковое бельё бэби-долл, белые кожаные шорты и кисточки на сосках, прозрачное кружевное боди, – и сдавали верхнюю одежду смотрителю, прежде чем перешагнуть порог.

Торра повернулась к Кирс. Их глаза встретились, так близко друг к другу. Она смотрела на подругу с болью, словно хотела добавить что-то ещё, попросить её остановиться, сбежать. Но Торра ничего из этого не сказала.

Только кивнула, глядя на Кирс большими оленьими глазами. Потом пришла её очередь. Торра скинула с себя мантию, оставшись в короткой белой ночной сорочке с чокером, застёгнутым на шее, и прошла вперёд Кирс, которой не оставалось ничего другого, кроме как сделать то же самое.

Как только Кирс сняла ткань, то почувствовала себя обнажённой. Из-за её спортивного телосложения большинство эротичного белья сидело на ней слишком плотно. Пришлось ограничиться белым корсетом, приподнимавшим грудь почти до подбородка. По заказу Грейвза в него вшили потайные отделения для ножей. К корсету прилагался кружевной комплект из трусиков и подвязок, к которым крепились белые чулки. Белые сапоги доходили чуть выше колена, и в них девушка спрятала ещё два обычных ножа, которыми гораздо удобнее драться. Взгляд Торры при виде её наряда помутнел, и она поклялась, что Кирс никогда не сойдёт за одну из девочек из борделя.

И вот она была на месте. И ей нельзя было быть никем другим, кроме как одной из них. Так что Кирс качнулась вперёд и вступила на вечеринку Короля Людовика по случаю зимнего солнцестояния.

Кирс и не знала, что что-то настолько прекрасное может существовать в подземье. Обычно всё было таким мрачным и загадочным. И отдавало застоем и вульгарностью. Но в этой бальной зале не было ничего подобного. Мраморные полы были отполированы до блеска. Высокие башни колонн из того же белого мрамора обрамляли комнату. Потолок словно вышел из одной из книг Грейвза. По всему куполу протянулось детальное изображение, наполовину полное великолепных ангелов в божественном сражении, с текущей по их телам кровью и перекошенными от боли лицами, а на вторую половину – ангелов обнажённых, в комфорте и роскоши. Посыл был ясен. Только войной, смертью и жертвами достигались жизненные блага.

Кирс заставила себя отвести взгляд от росписи и попыталась не утонуть в великолепии золотого зала. С потолка свисали золотые люстры. Официанты разносили золотые кубки на золотых же подносах. Комната была заполнена монстрами, в основном мужчинами и редкими женщинами. У каждого на лацкане блестела золотая брошь. Приглядевшись, она разобрала ангельские крылья, пронзённые стрелой. Такие же, как на татуировке Торры. Знак Доблестных мужей. Кирс ожидала увидеть на вечеринке одних только вампиров, но, пусть их было и большинство, они были далеко не одни. По краям комнаты суетились перевёртыши. Русал крутил в танце девушку из «Красного Бархата». Через зал прошёл тролль. Гоблинша за раз выхлебала бутылку вина, выпивая со своими товарищами. Нимфы танцевали под их собственную музыку, не слышную другим. И повсюду были призраки. Для полной коллекции не хватало только оборотней – похоже, даже монстры не хотели связываться с волками в полнолуние.

Затаив дыхание, Кирс поняла, что узнаёт одного из призраков – Грэгори Эмбердаша.

Кровь прилила к лицу. Он был в числе Доблестных мужей? Хотел разорвать Соглашение? От одной только мысли об этом начало мутнеть в глазах. Да, он сдал её Лоркану, но она никак не ожидала, что ему хватит глупости хотеть войны.

Кирс попятилась подальше от Эмбердаша. Меньше всего ей хотелось попасться ему на глаза и сорвать всю операцию. Но, развернувшись, чтобы уйти, она чуть не столкнулась с вампиршей. Её взгляд зацепился за брошь Доблестных у той на одежде.

Она улыбнулась Кирс.

– Нравятся наши брошки?

Та прочистила горло.

– Очень.

– Они отмечают нашу принадлежность к Доблестным мужам.

Кирс заставила себя улыбаться.

– И что это значит?

Женщина провела кроваво-красным ноготком по челюсти Кирс.

– Напоминание, что крылья всегда можно сломать. Что тех, кто пытается вылететь на свободу, всегда можно сбить. А самое главное, этот символ напоминает нам, где наше место – монстры должны снова править миром.

– Прямо как здесь?

– Как и положено, – сказала она, передавая девушке кубок. Кирс ожидала увидеть в нём кровь, но там оказалось лишь вино. – Выпей немного, мой ангел.

– У меня нет крыльев.

– Больше нет, – промурлыкала она.

Кирс притворилась, будто нерешительно отпила немного вина, и вернула кубок вампирше.

– Спасибо. Но мне нужно найти своего благотворителя.

– Оу? А я-то думала, что вы, девчонки, все свободны. – Она схватила Кирс за зад, чтобы подчеркнуть свои слова.

Та сдержалась, чтобы не выхватить из-под белоснежного корсета кинжал и не всадить собеседнице в глотку.

– Почти все, – заговорщически подмигнула Кирс и торопливо пошла прочь от вампирши.

К счастью, та не стала её преследовать. Бросив взгляд назад, Кирс обнаружила, что она уже развлекается с юным мальчишкой. Кирс поморщилась. Это напомнило об Итане, и такая мысль ей совсем не понравилась.

Нужно было вспомнить план. Вот только… где, чёрт возьми, Грейвз?

Он должен был прийти ещё до того, как ей пришлось разгуливать по вечеринке в одном нижнем белье. Это было маскировкой, но если Грейвз не пробрался внутрь, то надолго это её не спасёт. А она совершенно не собиралась позволять себя кусать… ни сегодня, ни вообще.

Кирс медленно обошла комнату. Её воровской опыт научил девушку изучать помещения, оставаясь незамеченной. В белом корсете было сложнее скрываться в тени, но отнюдь не невозможно. Большинство работников борделя хотели, чтобы их заметили. Это было их работой. Так что она наблюдала за открывшейся картиной. Толпа монстров и их закуски на вечер. Как же быстро расхватывали людей из «Бархата». От этого мурашки бежали по коже. По крайней мере, нигде не было Торры. Оставалось лишь надеяться, что она уже успела выбраться.

И Короля Людовика всё не было видно. Возможно, он намеревался явиться народу эпично и с фанфарами. Звучало как что-то в его стиле. Ему нравилась та загадочность, что окружала его, когда Людовик управлял всем из-за сцены.

Кирс стиснула зубы и погрузилась глубже в тени огромной залы. Она прошла половину помещения, приближаясь к самому высокому помосту, когда кто-то схватил её за руку.

– Привет, красотка, – сказал стоящий в тени мужчина. Он был высоким и светлокожим, с глазами орла, заметившего мышь. – Как тебя зовут?

Кирс замерла и попыталась изобразить из себя опьянённую кокетку, подобно остальным. Глядя в глаза вампиру, сделать это было непросто.

– Привет, – промурлыкала она. – Я Кендра. А вы?

– Вилсон Беллак, – ответил он так, словно это должно было ей что-то сказать. – Куда же ты так торопишься?

– А я тороплюсь?

– Ты рыскала в тенях зала. Кого-то ищешь?

Ей не понравилось, насколько он был близок к правде. Хотя, конечно, он не мог об этом знать.

– Меня забронировали, – с придыханием сказала Кирс. – Один из высоких чинов Доблестных мужей.

– Высоких чинов? Тогда, может, мы с ним знакомы.

– Может, – кокетливо сказала она, осторожно пошевелив запястьем и выскальзывая из его хватки.

– Так кто же он?

– Когда найду, обязательно вас познакомлю.

– Не думаю, – сказал Вилсон, снова хватая её за руку и дёргая к себе. Она постаралась не ёжиться из-за исходящего от него холода. – Вся ваша братия свободна. Сам виноват, что бросил такую дикую розочку цвести в одиночестве.

Кирс похлопала ресницами.

– Я думаю, что…

– Мы вам платим не за то, чтобы думать, – прорычал вампир.

И влепил ей пощёчину.

Больно было больше от шока, чем от самого удара. Он и не собирался причинить ей боль. Лишь поставить выскочку на место. Этот вампир явно часто так делал. Наверняка даже знал, с какой силой ударить, чтобы не оставить следа. И она это знала, потому что Джейсон бил её так бесчисленное количество раз. Кирс отогнала от себя воспоминания, заталкивая их поглубже.

Коснувшись рукой лица, она отвела взгляд, старательно избегая вампира. Потому что знала: в её глазах плескалась мрачная решимость, говорящая, что девушка убьёт его на месте за то, что тот её тронул.

– А теперь ты пойдёшь со мной. Комната у меня уже есть, – сказал Вилсон, с силой хватая девушку за плечо и уволакивая в сторону выхода.

Кирс сдержала вздох облегчения. Да, комната – это хорошо. Комната значила, что она сможет убить его вдали от посторонних глаз, а не посреди бальной залы. Надо будет постараться не сильно запачкать корсет кровью. Хотя кто заметит, в такой-то компании.

Они уже почти дошли до двери, когда на плечо мужчины опустилась рука, заставляя его замереть.

– Вилсон Беллак.

Кирс с трудом сдержала спокойное выражение лица, увидев стоящего перед сопливым вампиром Грейвза.

– Да? Мы знакомы? – спросил Беллак.

– Не думаю, – сказал Грейвз, излучая господство. Сияние его магии почти ослепляло её. Она и не понимала раньше, что тот страх, который Грейвз внушал людям, был частью его магии. Теперь стало ясно, почему все так сдувались в его присутствии. – Но у вас моя собственность.

– И кто ты, чёрт возьми, такой?

Грейвз только улыбнулся вампиру. Холодно и убийственно.

– Это уже вряд ли ваше дело.

– Ты из Доблестных?

Вместо ответа Грейвз постучал по броши на лацкане пиджака.

– А теперь отпустите то, что принадлежит мне.

Вилсон отбросил её руку, словно Кирс была куклой. Казалось, ему хочется сказать что-то ещё, но Вилсон лишь разъярённо удалился.

– Мне кажется, ты ему не понравился, – заметила Кирс.

– Да, есть такое подозрение, – согласился Грейвз.

– Где тебя носило?

Он сверкнул брошью. Видимо, ему пришлось с кого-то её снять.

– Скучала? – Колдун притянул Кирс к себе, окидывая взглядом откровенный наряд.

– Да не особо, – поддразнила она.

– Мне нравится костюмчик. Наденешь потом для меня?

Девушка не могла понять, намеренно ли Грейвз её подначивает. Что-то внутри неё защекотало от этой мысли, но времени думать об этом не было.

Она толкнула его локтем.

– Начинай уже головой работать.

Он вскинул бровь.

– А что, я разве не работал?

Она вспыхнула от его слов и интимного тона. Что-то внутри у Кирс затрепетало, но и думать об этом было некогда.

– Мы зря тратим время, – сказала она.

Колдун кивнул, но тут в комнате всё стихло, створки входных дверей захлопнулись. Кирс сглотнула и покосилась на Грейвза. Он едва заметно покачал головой.

– Его Королевское Высочество Король Людовик, – объявил слуга.

И на главную сцену вышел правитель подземья.

Глава 55

– Приветствую вас, мои дорогие монстры, – воскликнул Король Людовик.

Кирс с Грейвзом переглянулись и отошли подальше от собравшейся в круг нечисти. Они должны были уйти до начала речи Короля, но Грейвз задержался. Зато теперь Кирс наконец-то разглядела главного монстра в деталях.

Король Людовик был фигурой выдающейся во всех отношениях, начиная от слишком уж вычурного костюма семнадцатого века в духе настоящего «короля-солнце», с длинным золотым камзолом, пышными рукавами, длинными чулками и туфлями на каблуках, и до большого завитого накрахмаленного парика. Он словно бы упивался именем, которым сам же себя и наградил. Держа в руках скипетр, правитель неспешно вышагивал к ожидавшим его гостям, которые встречали Короля громкими овациями.

Рядом с ней вздохнул Грейвз.

– Даже исторически верный парик подобрать не мог.

Кирс с трудом сдержалась, чтобы не засмеяться.

– Что?

– Их начали пудрить на сто лет позже.

Она покачала головой.

– Только ты это знаешь.

Король Людовик тем временем продолжил, вскинув руку вверх:

– Добро пожаловать на мой бал в честь зимнего солнцестояния!

Даже несмотря на дурацкий парик, он всё равно выглядел внушительно. От него исходила аура властности, а в глазах плескалось сумасшествие – нетрудно было понять, как он стал правителем, несмотря на все свои причуды. Он излучал авторитет и опасность, словно был готов в любой момент начать убивать каждого из присутствующих за неправильный взгляд.

– Самая длинная ночь в году принадлежит нам, – сказал он, восторженно наклоняясь вперёд. – Принадлежит созданиям тьмы. Тем, кто сражался за место, принадлежащее им по праву.

Новый взрыв поддерживающих криков толпы, жаждущей его одобрения.

– Только чтобы пасть от коварной человеческой руки и потерять всю власть благодаря треклятому Соглашению. Словно то, что мы сильнее, быстрее и живём дольше, чем люди, это какая-то болезнь, а не то, чем оно является на самом деле. – Вампир сделал драматическую паузу. – Спасение.

Ответом ему был оглушительный рёв. Все виды монстров провозглашали его величие и славили обещанное спасение. Вот что их опьяняло. Не кровь и зрелища. Перспектива вернуть себе то, что, по их мнению, у них отобрали, вот что вызывало у нечисти самый ненасытный голод.

Тут Кирс заметила Уолтера у основания сцены, на которой стоял король. Он сосредоточенно не сводил с предводителя глаз. Кирс толкнула Грейвза локтем.

– Что он делает?

– Он защищает Короля Людовика, – выдохнул колдун ей на ухо. – Его силовое поле окружает их обоих.

Кирс прищурилась, фокусируясь на магии Уолтера, и заметила лёгкий золотой блеск, обволакивающий его и Короля заодно. Чтобы добраться до правителя, им нужно было сначала разобраться с Уолтером.

– Ты знал, что он так может?

Грейвз заиграл желваками, ясно давая понять, что нет. Это была ещё одна новая способность. Уолтер оказался большей угрозой, чем Грейвз когда-либо предполагал.

Король Людовик продолжил.

– Вы уже знаете, во что я верю, за что я стою. Это не выборы, на которых мне надо перечислять прошлые победы, чтобы вы поняли, что со мной сила. Я – это пик вампирской мощи, пик силы любого монстра! И я не отступлю. И не проиграю. В отличие от братьев, что пали до меня. Я буду сражаться за наши права, за нашу возможность жить так, как мы сочтём нужным, а не как нам позволяют люди, которые ниже нас. – Король Людовик поднял руку, заставляя толпу исходить слюной от его слов. – Они хотят, чтобы мы ползали перед ними на коленях, хотя мы – это высшие хищники этого мира.

Кирс перевела взгляд на людей в зале. На закуски, закупленные на вечер. Большинство выглядели всё такими же околдованными, но Кирс заметила нескольких, кому всё это явно было так же противно, как и ей. Они этого не заслужили. Никто из них.

– Мы – Доблестные мужи! Мы не будем унижаться. Мы не примем компромиссов, – кричал Король Людовик своим последователям. – Мы по праву должны править этим миром. Пора вернуть его себе! – Толпа взревела, и Король Людовик окликнул её: – Пируйте же, братья и сестры. Наслаждайтесь дарами нашей войны. Завтра начнётся настоящая работа.

Все продолжили кричать и скандировать имя короля.

– Выходы открыли, – сказал Грейвз.

Кирс развернулась, чтобы уйти, но Грейвз внезапно замер.

– Что такое?

И тут она заметила доктора Мафи, прижимающую дуло пистолета к его спине.

– Не так быстро, – мрачно сказала та.

– Что ты делаешь, Эммалин? – спросил Грейвз.

– Ты пришёл меня убить.

– Неправда.

– Лжец, – прошипела она.

– Отпусти его, – прорычала Кирс, выхватывая нож из сапога и приставляя его к рёбрам доктора. Одно лёгкое движение вверх, и лезвие вошло бы прямо в её сердце.

Мафи замерла.

– Кирс?

– Мы пришли не за тобой. А теперь. Отпусти. Его.

– Не могу, – прошептала она.

Кирс надавила на клинок сильнее.

– Я не хочу тебя убивать. Давай отойдём куда-нибудь и всё обсудим.

– Чтобы он смог меня убить? – прорычала Мафи.

– Эммалин, я пришел сюда не из-за тебя.

– Ты натравил на меня своего пса, – разъярённо сказала она. – Я пришла к Людовику, потому что знала, что ты меня убьёшь.

– Я послал Эдгара предложить тебе защиту.

Она рассмеялась.

– Я тебе не верю.

Но Кирс слышала правду в его словах. Может, Мафи и наставила на него пистолет, но у Грейвза была магия. Кирс ни на секунду не сомневалась, что он смог бы вырваться, если бы захотел. А значит, он хотел поговорить. Так что, хоть Кирс и не знала, что он посылал Эдгара за доктором Мафи, её эта новость совершенно не удивила. Причин лгать у Грейвза попросту не было.

– Он говорит правду. Мы пришли не за вами, – сказала Кирс.

– А за кое-чем другим, – добавил Грейвз.

– Кое-чем… а не кем? – переспросила доктор.

– Да, – ответила Кирс. – А теперь бросьте пистолет.

На лице Мафи отразилась мучительная борьба.

– Откуда мне знать, что вам можно доверять?

– Не доверяйте, – ответила Кирс. – Вы же знаете, он мог бы вас остановить в любой момент. А Грейвз этого до сих пор не сделал, потому что не хочет причинять вам вреда. Я тоже не хочу. Поверьте мне, пожалуйста.

Мафи покосилась на неё, и, что бы она в Кирс ни увидела, это убедило её опустить пистолет чуть ниже.

– У меня есть комната поблизости. Отведу вас туда. – Грейвз развернулся к ней, и Мафи добавила: – Даже не пытайся меня читать.

Только в этот момент Кирс осознала… что на Грейвзе не было перчаток.

– После тебя, Эммалин, – мрачно сказал он.

Доктор Мафи выглядела так, словно ей хотелось снова поднять пистолет и пристрелить его, но вместо этого она спрятала оружие среди складок своей чёрно-золотой абайи[6].

– Идите за мной.

Они исчезли в дверном проёме, как призраки в ночи, ускользая прочь по коридорам и виляя по всему дому Короля Людовика. Кирс словно ударили в грудь, когда она осознала его масштабы. Не то чтобы они не знали, какого размера это место, но чем дольше они шли за доктором, тем дальше уходили от хранилища.

Наконец, доктор Мафи остановилась у двери, положила пальцы на ручку и произнесла несколько слов. Её ладонь окутал серебристый свет, замок щёлкнул, и она открыла дверь. Кирс знала, что Мафи была ведьмой, но впервые видела, чтобы та использовала магию.

– Вау, – выдохнула она.

– Дешёвые трюки, – фыркнул Грейвз, заходя внутрь.

Мафи, уже вошедшая в спальню, закрыла дверь за Кирс. В комнате было бедно: небольшая кровать в углу, тумбочка рядом и письменный стол с двумя стульями напротив.

– Если вы тут не за мной, то что вы тогда тут забыли?

– А мы можем сначала поговорить о том, что ты продала душу Королю Людовику? – спросил Грейвз.

Мафи выглядела так, словно была готова выцарапать ему глаза.

– Ничего подобного я не делала.

– А, значит, только свои профессиональные принципы?

– Да о чём вы вообще? – озадаченно спросила Кирс.

– Эммалин продала твою кровь Королю Людовику, – сказал Грейвз.

Кирс стало дурно.

– Ты продала мою кровь?

Мафи плюхнулась на кровать напротив них.

– Всё было совсем не так. Я неофициально работала на некоторых политиков. Людовик об этом прознал и стал меня шантажировать. Я бы загремела в тюрьму. Он загнал меня в угол и не оставил выбора.

Значит, она была такая же, как и все остальные в мире Короля Людовика, обязанная ему без возможности сбежать. Это не оправдывало того факта, что доктор отдала кровь Кирс Королю Людовику, но добавило Мафи в длинный список его жертв.

– И зачем ему была нужна её кровь? – спросил Грейвз.

– Он искал кровь с магическими составляющими. Верил, что такая кровь сделает его сильнее, позволит ему выиграть эту войну. Так что я сказала ему, что буду искать среди пациентов больницы кандидатов с необычной кровью.

– И что, он правда от этого становится сильнее?

Мафи закатила глаза.

– Нет, конечно. Её кровь не подействует на вампира, но он меня не слушает.

Грейвз вздохнул и отошёл от доктора.

– Почему ты не пришла ко мне?

Мафи засмеялась.

– Я и так должна была тебе услугу. Не хотелось задолжать ещё и вторую.

Грейвз хотел было сказать что-то, но Кирс встала между ними.

– Мир – это жестокое место. Он всех нас делает монстрами.

Мафи погрустнела от этих слов.

– Так и есть, правда же?

– Надо сказать ей, – повернулась Кирс к Грейвзу.

Он замотал головой.

– Мы и так слишком много времени тут потратили. – Колдун развернулся к Мафи. – Уходи отсюда, пока ещё можешь. Доберёшься до моего особняка – поговори с Эдгаром, он даст тебе всё необходимое.

– Почему ты мне помогаешь? – скептически спросила доктор. – Ты всегда делаешь только то, что выгодно тебе.

Он посмотрел на Кирс, и та кивнула, чувствуя внутри болезненное понимание.

– Потому что стоило сделать больше ещё в первый раз.

Мафи удивлённо отшатнулась. Её глаза забегали между ними двумя.

– Может, ты и правда изменился, – задумчиво сказала она. – Ладно. Я уйду. Но и вам советую сделать то же.

– В том и план, – сказала Кирс. – Надо только ещё кое-что захватить сначала.

– Я не смогу отговорить вас от этой затеи, чем бы она там ни была, так? – спросила доктор Мафи.

Кирс покачала головой.

– Мы настроены решительно.

Мафи вздохнула. Потом посмотрела на Грейвза.

– Вы знаете весь план дома?

– Я знаю, как пройти, – заверил он.

– Ну, конечно. – Доктор встала и протянула ему руку. – Сверься с моей картой на всякий случай.

Грейвз уставился на её руку так, словно поверить не мог в то, что видит.

– Ты хочешь, чтобы я тебя прочитал?

Доктор Мафи вскинула подбородок, глядя ему в глаза.

– Я хочу, чтобы ты вывел её отсюда, и она не стала случайной жертвой.

Он напрягся.

– Она не случайная жертва.

– Тогда позволь помочь.

Грейвз выпрямился во весь свой немалый рост и медленно взял Мафи за запястье. Кирс впервые видела, как колдун читает кого-то, на неё саму это, в конце концов, не работало. Она знала, что он делает подобное с остальными, но теперь могла наблюдать воочию.

Его магия вспыхнула золотистым светом от соприкосновения, сияющая, завораживающая аура с сильным запахом кожи и лёгкой ноткой бумаги. Кирс с трудом осознавала, что он читал мысли Мафи. Пусть Грейвз и настаивал, что это называется не так. Что он мог только слышать часть мыслей мимоходом. Мафи явно показывала ему путь через коридоры. Накладывала ту карту, что была известна ей, на ту, которую изучали они с Кирс.

Что ещё он мог заметить за такое короткое касание? Какие ещё её мысли, может даже неосознанные, Грейвз мог узнать? Неудивительно, что колдун был так силён. У него был доступ к сознанию людей.

Секундой позже Грейвз разжал руку. Свет, огонь и запах тут же испарились.

– Что ж, кажется, моя информация немного устарела. Но наш путь всё ещё открыт.

– Спасибо, – сказала Кирс Мафи.

Та лишь мрачно кивнула.

– Давайте быстрее. Он хочет сегодня устроить кровавую баню.

Глава 56

Оставив Мафи у входа в её комнату, они нырнули обратно в лабиринты коридоров, с отточенной лёгкостью минуя гостей и охрану. Кирс держалась возле Грейвза. Чем ближе они подходили к хранилищу, тем знакомее становились повороты.

– Удивительно, что Мафи разрешила тебе её прочитать, – сказала Кирс. – Мне казалось, раньше её это сильно злило.

– На то есть причины. В прошлом я этим доверием злоупотреблял, – сказал колдун. Они свернули в очередной коридор.

– А что ещё ты прочёл в ней?

Он нахмурился.

– Достаточно.

Вот поэтому доктор Мафи и не хотела, чтобы Грейвз лез в её голову.

– Никогда ещё не была так рада тому, что ты не можешь читать мои мысли.

– Да не читаю я мысли, – раздосадованно сказал он. – Мафи практически прокричала мне план дома. Чуть голова не разболелась. Всё остальное я и так уже знал. Иногда люди столь сильно стараются о чём-то не думать, что не могут думать ни о чём другом.

Кирс поёжилась.

– Неудивительно, что все тебя так боятся.

– Потому и нужны перчатки, – сказал Грейвз, показывая ей голые руки. – Нам сюда.

Кирс заглянула за очередной угол и увидела двух вампиров, стоящих у двери.

– Пришли, – сказала она. – Это единственная дверь с охраной. Не хватает только таблички с надписью: «Обворуйте меня».

– Как же ты извращённо думаешь.

– Сказал тот, кто эти мысли читает.

Колдун пожал плечами.

– Я свои силы получил честным путём.

– Как и я, – сказала она, доставая нож из корсета. – Что будем делать?

– Тебе один, мне второй.

Кирс глубоко вздохнула. В глубине души она знала, что может справиться с вампиром. Она уже один раз убила – Орика, тогда в подворотне, войдя в замедленную съёмку. Правда, ей не особо хотелось растрачивать силы, ещё даже не дойдя до хранилища. К счастью, этих вампиров необязательно было убивать. Достаточно просто вырубить. Возможно, прямое нападение было не лучшим вариантом.

– Есть другая идея.

– Это какая?

Она приобняла Грейвза рукой за талию и приникла к нему.

– Помнишь, что ты мне тогда у Имани сказал? Что мне надо будет притвориться твоим питомцем? – Она обвела рукой свой наряд. Белое бельё явно обозначало её как девчонку из «Красного Бархата».

– Обожаю то, как ты мыслишь, – восхищённо прогудел он.

Грейвз дождался её сигнала, и они оба завернули за угол. Кирс прижалась к нему сбоку. Нагло схватив её рукой за задницу, он покачнулся вперёд, словно пьяный. Грейвз очень натурально шатался, пока она глупо хихикала рядом с ним.

– Эй вы, двое, – сказал первый вампир, широкий и плотный. Смуглая кожа, тёмные глаза, больше мышц, чем мозгов. – Гостям сюда нельзя. Валите туда, откуда пришли.

Не останавливаясь, Грейвз сверкнул брошью. Его британский акцент стал сильнее и заносчивее.

– Я Доблестный муж. Чт… что хочу, то и делаю.

Охранники закатили глаза, расслабляясь при виде его состояния.

– Сэр, вынуждены попросить вас найти себе комнату. – Они задержались взглядами на Кирс, разглядывая её откровенный наряд и пульсирующую в венах кровь. – Свою… спутницу тоже с собой заберите, и всё будет хорошо.

Когда первый охранник сделал шаг вперёд, чтобы преградить путь, они синхронно пришли в движение, как единый организм. Грейвз ринулся к крупному охраннику, а Кирс преградила дорогу второму. Он был меньше, но с проницательными, голодными глазами, которые не сводил с неё.

Девушка рванулась вперёд, метнув нож из корсета ему в горло, но охранник быстро отскочил назад, уворачиваясь от смертельного клинка. Он был быстрым. По-вампирски быстрым. Чтобы выжить, ей нужно было соответствовать – или быть даже быстрее. И это на каблуках.

Была его очередь атаковать, и вампир взмахнул дубинкой, целясь ей в голову. Кирс выхватила второй нож из сапога, пригибаясь и уворачиваясь от удара. У него было бесспорное преимущество в расстоянии, а вот ей нужно было подобраться ближе, чтобы нож стал полезен. В этот момент Кирс очень не хватало пистолета. Жаль, что пушки не влезли в этот костюм.

Охранник снова взмахнул дубинкой, чуть было не врезав ей по лицу, и Кирс решила, что всё может идти к чёрту.

Время замедлилось, практически поползло. Её магия с гудением вспыхнула вокруг, призванная осознанно на этот раз, и закружилась лишь ей одной заметной золотой спиралью вокруг девушки. Дубинка летела ей в лицо с целью сломать челюсть. Отскочив с линии удара и увернувшись от оружия охранника, она оказалась близко к нему, не давая шанса снова замахнуться. Пнула под колено, развернулась и полоснула ножом по груди. Вампир ахнул, больше от удивления, чем от боли, и отбил следующий удар, отчего нож вылетел у неё из руки.

– Сволочь, – выругалась Кирс, поспешно отступая от монстра и возвращаясь в обычную скорость.

– Твою кровь я выпью с особенным кайфом, сучка, – прорычал он.

Девушка упала на колени и сшибла его с ног, а потом, перевернувшись на спину, прыжком встала. Вампир некрасиво рухнул на пол, но к тому времени, как она выпрямилась, он уже был в прыжке в её сторону. Девушка отшатнулась, входя в замедление, достала второй нож из сапога и ударила вампира рукоятью в висок.

Тот пошатнулся, удивлённо выпучив глаза, но наступать на неё не перестал. Нужно было действовать быстро и решительно. Может, кость её нож и не прорежет, но какой-то урон нанесёт.

И тут, стоило ей кинуться на противника, появился Грейвз. Он двигался с ошеломляющей скоростью – даже в замедлении она едва его заметила. Размытая вспышка золотого света и жара, он перехватил удар вампира, отбил его рукой, а потом развернул спиной к себе. Время замедлилось ещё сильнее, когда вампир осознал, что его одолели. А потом Грейвз сломал ему шею и уронил труп на пол.

Кирс вернулась обратно в нормальное течение времени и поморщилось. Всё было таким тихим, но по возвращении все звуки казались усиленными.

– Спасибо, – тяжело дыша, сказала она. – Как думаешь, нас кто-то услышал?

Грейвз посмотрел на неё, и всё стало понятно без слов.

– Открой дверь на той стороне коридора.

Кирс приступила к работе. Дёрнула ручку запертой двери, проверила на наличие магии, но печатей не было. Видимо, внутри не находилось ничего ценного. Улыбнувшись, она обратилась к другим своим навыкам, доставая верную шпильку и вскрывая замок за считанные секунды. Кому нужны фокусы Мафи, когда она могла провернуть то же самое с обычной отмычкой.

Кладовка. Самая обычная кладовка уборщика. Отлично.

Вместе с Грейвзом они затащили туда обоих охранников. Поворочав их, Кирс забрала у одного пистолет и затолкала его в сапог. У второго охранника нашлась карточка пропуска вроде тех, что использовались на пропускных пунктах, но на этой был символ Доблестных мужей. Её она тоже запихнула в сапог, уже в другой, а потом закрыла дверь и снова заперла её на замок.

Грейвз достал маркер и нарисовал на дверце простенькую печать, с негромким шипением наделив её своей магией. Чуть-чуть сверкнуло золотом и повеяло нотками кожи и новых книг. До сих пор не верилось, что раньше она не могла его чуять.

– Теперь самое весёлое, – сказала Кирс.

Они вернулись к хранилищу. Вход в него выглядел довольно-таки непримечательно: просто большая серая металлическая дверь с ручкой, если не обращать внимания на отверстие для карты в стене рядом.

– Твой ход, – сказал Грейвз.

Кирс расправила плечи, воспрянув от предвкушения. Вот это она любила. Её кровь пела. Вся та магия, которую она только что потратила, скоро будет восполнена. Руки задрожали от возбуждения, но Кирс быстро встряхнулась и приступила к делу.

Проверила ручку. Разумеется, заперто. Тогда девушка обратилась к своей магии и осмотрелась вокруг в поисках печатей. Из груди Кирс вырвался вздох. Здесь Уолтер не поскупился. Система барьеров была устроена так, словно ей нужно было взломать банковское хранилище по определённой схеме и с чем-то вроде кодового замка. Тоже запечатанного. С таким она ещё ни разу не сталкивалась.

– Что такое? – спросил Грейвз.

– Кодовый замок, как на сейфе. Нужно снять печати в определённом порядке, чтобы провести тебя внутрь.

– А иначе что?

– Хочешь это выяснить? – нахмурилась она.

– Нет.

– А тебе точно надо идти со мной?

Он смерил Кирс пустым взглядом. Грейвз не собирался зайти так далеко и сдаться на самом пороге хранилища.

– Ладно, – со смешком согласилась она. – Тогда иди стой на шухере.

Грейвз отошёл обратно к началу коридора, а Кирс вернулась к работе. Размяв руки, она представила, что это просто ещё один замок, такой же, как все прочие. Проведя ладонями по множеству печатей, она узнала солнечный символ, встречающийся повсюду в барьерах Уолтера. Печати на неё не реагировали – она их просто поглотила, – но, чтобы не попасться за этим занятием, ей ещё нужно было подобрать код, и сделать это быстро. Ловкие руки, навыки и интуиция – вот инструменты достойного вора.

Она попробовала взглянуть на проблему с точки зрения Уолтера. Девушка знала некоторые компьютерные основы с тех пор, как ей доводилось отключать охранные системы и камеры слежения. Компьютеры работали на нулях и единицах. Если код был написан правильно, то он функционировал как мозг, решая сложные проблемы и отвечая за повседневные задачи. А вот если в коде была ошибка, то и запасной мозг работать переставал. Нужно было только разобраться в коде этой системы.

Вероятностей, к сожалению, было бесконечное множество, и Кирс не знала, как открывать подобные замки, не слыша щелчков в механизме. Пытаться наугад было нельзя, от этого бы точно сработала сигнализация.

Её глаза забегали по резьбе. Должна же в ней быть какая-то деталь. Некоторые печати были темнее других, словно их вырезали глубже, но девушке была неизвестна причина. С чего Уолтеру вообще устраивать это всё именно так? И тут Кирс заметила что-то новое среди знакомых ей завитков и узоров. Какая-то иная печать. Возможно, его собственного изобретения.

Палец завис над самой верхней печатью. XXII. Римские цифры. Её взгляд двинулся по кругу до следующей печати. I. И следующей. II. И дальше. III. Потом IIII вместо IV, как должно было быть, но Кирс всё равно поняла, на что смотрит. Это были часы.

Но почему некоторые числа были темнее других? Может, ими чаще пользовались. Ей хорошо были видны цифры I, III, IIII, V, IX. Пространство вероятностей сузилось, но не особенно сильно.

Кирс достала из сапога пропуск и провела им по прорези, как на пропускном пункте, но ничего не открылось. Вместо этого под отверстием появилась панель для ввода пароля.

– Грейвз, – позвала она. – Печати защищены паролем. Отдельно я их снять не могу, на девяносто семь процентов уверена, что от этого сработает сигнализация. Нужен пароль.

– Великолепно, – с досадой сказал он. – И чем я могу помочь?

– Ты знал Уолтера. Что он мог выбрать в качестве пароля? Какая-то цепочка чисел, где есть один, три, четыре, пять и девять. Что-то с кодом или с математикой связано, наверное.

– А что, если пароль ставил Людовик? – спросил Грейвз.

– Ты бы разрешил Людовику выбирать пароль?

– Ну конечно же, нет.

– Думаю, Уолтер бы тоже вряд ли стал. Это его система, его код, – сказала она гораздо увереннее, чем чувствовала себя на самом деле.

Кирс вспомнила того человека, которого преследовала на рынке. Уолтер так гордился своей работой. Это было видно в каждом сантиметре его систем и в том, как он их чинил. Ей казалось, что он бы ни за что не стал доверять контроль над ними кому-то другому сверх необходимости.

Грейвз ещё несколько секунд смотрел на клавиатуру, а потом, даже не посоветовавшись с ней, вбил несколько цифр.

– Ты что делаешь? – ахнула Кирс, ожидая, что вот-вот взвоет сигнализация, и кто-нибудь их остановит.

Но система, как по мановению волшебной палочки, отключилась, и дверь медленно начала открываться.

– Как? – с облегчением выдохнула Кирс.

– Уолтер всегда любил число Пи. Ему нравилось, что оно такое постоянное. 3,14159.

– Как хорошо, что ты такой умный, – пробормотала она. – Я бы и за миллион лет не догадалась. Это была бы катастрофа.

Грейвз пожал плечами.

– Мне показалось, стоило рискнуть.

Очень повезло, что он не ошибся.

Дверь наконец с мягким шипением отворилась. От открывшегося вида у Кирс перехватило дух. Эта комната была даже прекраснее, чем бальный зал, с чёрными мраморными полами с золотыми вкраплениями. Стены были равномерного лоснящегося красного цвета. Вдоль одной из них располагались встроенные белые стеллажи, полные самых разнообразных вещей, в числе которых были украшения, драгоценные камни, большая золотая корона и несколько очень старинных книг. На другой стене были выставлены различные произведения искусства, вероятно бесценные. Кингстон бы убил за возможность побывать в этой комнате.

Но её взгляд привлекал предмет по самому центру комнаты.

Закрытая чёрная витрина с самым важным экспонатом – копьём.

Она наконец-то до него добралась.

Кирс всё ещё нужно было сломать печати, чтобы удостовериться, что охранная система не включится обратно и не запрёт их внутри. Теперь она могла это сделать, не боясь сигнализации. Уолтер был куда умнее, чем считал Грейвз. Всё это было гениально прописано.

Она осторожно отключила все печати по одной, впитывая в себя золотистый свет, касаясь магии Уолтера – она пахла благовониями и грозой. Очень не хотелось, чтобы кто-нибудь включил систему обратно и запер Грейвза внутри. Это был её план отступления для комнаты с единственным входом.

– Ладушки, – кивнула она.

Затаив дыхание, девушка шагнула в комнату с трофеями. Никакой сигнализации. Никакой охраны. Только полная тишина.

– Грейвз, ты только посмотри, – сказала Кирс, разворачиваясь к нему.

Но колдун всё ещё стоял по ту сторону.

– Вали оттуда! – закричал он, и в тот же момент взвыла тревога.

Дверь между ними захлопнулась прежде, чем она успела переступить порог. Свет погас, оставляя её в полной темноте.

Кирс кинулась было к двери, но на ней сомкнулись чьи-то грубые руки.

– Нет! – закричала она, пытаясь достать ножи или пистолет из сапога.

Но что-то твёрдое ударило её в висок, и девушка рухнула на пол без сознания.

Глава 57

Под её щекой был холодный пол.

Голова кружилась. Она слышала голоса. Множество голосов. Пробежавший по спине холодок сказал ей не шевелить ни единым мускулом. Она уже однажды чувствовала такой страх, когда оказалась лицом к лицу с монстром. На этот раз он был всепоглощающим.

Было ясно, что тот, кто её похитил, к делу подошёл серьёзно. Из корсета и сапог пропали ножи и украденный пистолет. Она была безоружна. И Кирс предстояло встретиться с целой толпой монстров без пути к отступлению. Её худший кошмар.

По крайней мере, оставался ещё Грейвз. Она очень на это надеялась.

Нет, Грейвз обязан был прийти. И спасти её.

– О, она проснулась, – сказал голос рядом.

Дальше притворяться не было смысла.

Кирс открыла глаза, когда пара вампиров грубо поставила её на ноги. Все её худшие страхи немедленно подтвердились. Её притащили в бальную залу, полную монстров, где Король Людовик, подобно герою-завоевателю, сидел на троне, покрытом кровью его жертв – трёх молодых девушек. Одна была уже мертва, вторая так накачана его ядом, что ей тоже оставалось недолго. Третьей была Торра.

При виде неё, лежащей у подножия трона, привалившись головой к одной из ножек, Кирс забыла, как дышать. Она уже должна была быть у выхода, ждать Кирс и Грейвза. Уж точно не лежать у ног Короля Людовика, едва дыша.

Оторвав взгляд от Торры, Кирс убедилась, что Уолтер так и стоял впереди них. Мерцающее силовое поле, заметное только магам, защищало вампира.

И тут она заметила, что стояло перед жестоким монстром: прозрачная витрина, гудящая от поставленных на неё печатей. Копьё Луга.

Кирс кинулась к нему. Ей бы только успеть схватить копьё, но она даже не успела закончить эту мысль, как её дёрнули назад и скрутили.

По залу прокатилась волна смеха, и Король Людовик перевёл на девушку свой демонический взгляд.

– Наша почётная гостья! – провозгласил он.

Встав в полный рост, на полголовы выше самой Кирс, он бесцеремонно сбросил девушек на пол. Кирс вызывающе посмотрела вампиру в глаза. Не дрогнула, не отвела взгляда. Да, ей было страшно, но она отказывалась это показывать.

– Да ладно тебе. Я же слышу твоё сердцебиение, – тихо сказал он. – Можешь не притворяться.

Она отказывалась показывать свой страх. И доставлять ему такое удовольствие.

– Пошёл на хрен, – очень изящно выплюнула она.

Это вызвало у него смешок.

– Зачем же так ругаться. Мы же на вечеринке. Это праздник. – Он указал на голодных зрителей. На монстров, жаждущих откусить от неё кусочек. На их угощения, лежащие без сознания от потери крови. Как будто всё это не было абсолютно отвратительно. – В конце концов, я столько сил приложил, чтобы заполучить тебя.

Она моргнула. Стоило громадных усилий не открыть рот, но Король прочёл невысказанный вопрос в её глазах.

– Понимаешь ли, я давно искал лакомый кусочек вроде тебя. Силу, настоящую силу, нельзя купить или подделать. Её можно только унаследовать. Как в моем случае. – Выпрямившись и выставив перед собой скипетр, он важно надулся. – Но её можно увеличить. И твоя кровь мне в этом поможет.

– Хрень собачья, – опять сплюнула Кирс.

Мафи сказала, что её кровь была бесполезна для вампиров. Простая кровь. То, что она могла поглощать магию, никак на него не влияло.

Правитель подземья усмехнулся.

– Да ну? Может, проверим?

Маска спала, и на её глазах инстинкт убийцы взял над ним верх. Лишь за секунду он из картинного актёра превратился в настоящего смертельно опасного зверя. Он переместился так быстро, что Кирс лишь увидела мелькнувшую тень, и вот он уже был рядом с ней. Силовое поле Уолтера окружило девушку, и мясистые пальцы Людовика сомкнулись на её запястье.

Она нашла взглядом прислонившуюся к трону Торру. Та смотрела на подругу грустно и умоляюще.

– Дыши, – одними губами сказала она.

Глаза Кирс расширились в панике. Нет, нельзя было позволять вампиру укусить её. Отчаянно озираясь, она пыталась найти другой выход.

Грейвз. Где, чёрт возьми, был Грейвз? Его не поймали, он даже не успел зайти в комнату. Должен же он был это всё остановить.

Но никто не пришёл.

Никто не остановил вампира, когда тот поднес её запястье к своим губам. Она была самой скрытностью, тайной, секретами. У Кирс была её замедленная съёмка, но голова всё ещё шла кругом после того, как её вырубили. Всё кружилось, она не могла переключиться так быстро, не могла вырваться из рук его приспешников.

Он вонзил клыки в запястье девушки. Кирс возненавидела себя за то, что ахнула. Кровь хлынула из её вен, а он прокусил глубже. На этот раз, когда вампир хлебнул её крови, Кирс закричала.

Людовик отстранился с довольным вздохом. Её кровь запачкала уголок его рта.

Яд встряхнул её организм, как доза эспрессо. Там, где ещё несколько секунд назад была боль, не осталось ничего. Её ещё ни разу до этого не кусали вампиры, но Кирс достаточно часто слышала от других, что ощущения были как от огромной дозы алкоголя. Немного пьяные и очень возбуждённые. Она думала, что хуже порошка желаний уже ничего не будет, но Кирс бы предпочла его той пелене, которая легла на все её чувства.

– Вкуснейшая кровь, – сказал Король Людовик. Громкий рёв толпы вернул её в реальность. – И полная силы. – Глубоко вздохнув, он раскинул руки в стороны. – До краёв полная силы. С тобой и моим копьём я буду непобедим. Мы расторгнем Соглашение и заберём то, что принадлежит нам по праву.

Кирс пошатнулась.

Он рассмеялся и кивнул своим приспешникам. Те отпустили девушку, и она качнулась вперёд.

– Яд работает быстро, – сообщил ей Король Людовик. – У меня он, как видишь, особенно насыщенный. – Вампир показал на лежащих у его ног девушек.

Зрение расплывалось, но она всё равно поискала глазами выход. Грейвза всё ещё было не видать. Чего он ждал?

– Уверяю, за тобой никто не придёт, – зловеще сказал вампир, словно прочитав её мысли. – Ты моя.

Он придержал её рукой за талию. Кирс попыталась вырваться, но его хватка была слишком крепкой.

– Иди сюда. Покажу тебе второй свой трофей. Ты всё равно не сможешь его потрогать, – объяснил Король Людовик. – Никто не может пройти сквозь печати моего юного ученика.

Значит, Король Людовик не знал о её способностях. Ему было известно только то, что её кровь поглощает магию, со слов Мафи. Отлично.

Нужно было оставаться в здравом уме. Достаточно было бы замедлить время и выжечь яд из организма, но у неё ничего не получалось. Магия была такой же размытой, как и все её чувства, так что Кирс ничего не оставалось, кроме как пройти вслед за Королём Людовиком к витрине.

Даже в её жалком состоянии у девушки спёрло дыхание, когда она заглянула внутрь и впервые разглядела копьё.

Каким-то образом оно одновременно было более обычным, чем она ожидала, и более прекрасным. Бритвенно-острое лезвие сантиметров в тридцать длиной почти не было украшено, прикреплённое к тёмной деревянной рукояти, которая, несмотря на возраст оружия, казалась новой.

Сердце тяжело забилось. Столько сил было потрачено, чтобы добыть один единственный предмет, и вот он, прямо перед ней.

– Ух ты, – не сдержалась она.

– Великолепно, неправда ли?

Король Людовик вскинул руки к потолку и пустился в разглагольствования о копье и о его заслуженном месте во главе их кровожадной организации. Кирс едва стояла на ногах, но свой шанс она упускать не собиралась.

Кинувшись вперёд, она просунула руку сквозь печати на витрине и её пальцы сомкнулись на копье.

Девушку ударило волной силы. От первого же соприкосновения весь вампирский яд улетучился из её организма. Притуплённые чувства резко прояснились. Замедленная съёмка покалывала в кончиках пальцев, практически блестя золотым туманом у неё перед носом. Золотые нити усеивали всю её кожу, показывая впитанную магию. На секунду ей показалось, что она может высосать магию из всех присутствующих в комнате, как чёрная дыра, если только постарается.

О да, это точно было то самое копьё.

Оно гудело от запертой в нём энергии, магии столь глубокой, что ей сложно было противостоять. Словно в его лезвии были заточены рвущиеся наружу молнии. Словно бы копьё узнало её. У него была собственная воля, и всё, чего оно сейчас хотело, это выпустить силу на свободу. Кирс подавила в себе желание именно так и сделать.

«Используй меня. Дерись мной. Дай мне волю».

Ох, как же это было заманчиво.

«Как давно я жду тебя. Уничтожь врагов наших».

Сколько раз она мечтала, как что-то придаст ей достаточно сил, чтобы уничтожить всех её врагов? Она хотела, чтобы её родители вернулись и спасли дочь от бедности. Мечтала, что кто-нибудь придёт и остановит Джейсона в худшие моменты её детства. Хотела, чтобы кто-нибудь позаботился о ней, когда её сломало, чтобы ей больше никогда не пришлось воровать. Мечтала о безопасном городе с безопасными улицами без монстров.

Мечты были для слабаков.

Она оттолкнула от себя это гудящее притяжение энергии внутри. Копьё взбрыкнуло, негодуя, что она пыталась подавить его волю своей. Ей нужно было быть крепче стали, закрыться от самой его природы непробиваемым щитом. А потом закрыть дверь и похоронить энергию копья за ней. Наконец, оно успокоилось.

Никто не пришёл её спасти.

Наставив копьё на Короля Людовика, она объявила:

– Я сама себя спасу.

Глава 58

Шок на лице Короля Людовика быстро сменился презрением. Силовое поле Уолтера сомкнулось вокруг вампира. Он думал, что это его защитит. Кирс только что на его глазах прошла через печати, а вампир всё ещё верил в силовые поля Уолтера.

– И что ты собираешься с ним делать? Маленькой девочке не управиться с Копьём Луга.

Она могла с ним управиться. Даже если его силе было сложно противостоять.

– Твой хозяин же сказал тебе, что ты держишь?

О, она знала. Грейвз давал ей читать все те книжки ради этого момента. И она сама нашла ответ о копье. Не то чтобы это подготовило её к тому, каково будет держать его в руках по-настоящему.

Это не имело значения. Важно было только то, что оно удобно сидело в руке, и никаким словам Людовика было её не переубедить.

– Копьё Луга, – объявил он гостям. – Палач. Непобедимый в бою. – Правитель издевательски посмотрел на Кирс. – Маленькие девочки не могут подчинить себе силы богов. Тебе не хватит мощи.

Пусть это и было оружие бога, это всё ещё было и просто оружие.

В конце концов, раны они наносили одинаковые.

И тот, кого Кирс хотела уничтожить, стоял прямо перед ней, с Торрой у трона и двумя жертвами у его ног. Двумя из сотен, даже тысяч.

Люди, у которых не было шанса на спасение. Люди, которых он переводил на лакомства. Кирс могла стать одной из них. Джейсон был отдельным видом монстра и издевался над ней нещадно, но даже за ним не тянулась длинная цепочка мертвецов. Если оставить Короля Людовика в живых, сколько ещё людей окажутся на месте Торры? Мафи? Сколько ещё народа пострадает из-за него и его жалких Доблестных мужей?

Нет уж, она обещала Торре, что убьёт Короля Людовика.

И она свои обещания исполняла.

Копьё уцепилось за её мысли, увидело её сердце и осознало, чего она хочет. На этот раз Кирс не стала сопротивляться. Не проигнорировала его зловещий голос, потому что они говорили в унисон.

– Ты никакой не король, – сказала Кирс, делая шаг вперёд. – Ты лишь тянущий за ниточки кукловод. И сегодня твоему правлению придёт конец.

Она подняла копьё, и мышцы сами собой вспомнили часы тренировок. Новое оружие никогда не казалось ей таким удобным, как нож или пистолет, но это потому, что она ждала именно это копьё. Идеальный вес в её руке, тёмный голос в её ушах. Она знала, что делать.

Пройдя сквозь силовое поле, девушка успела посмотреть, как лицо Людовика исказилось удивлением, а потом сделала резкий выпад копьём. Людовик едва успел увернуться. Вокруг них заревела тревога. На неё кинулась охрана, но Кирс не глядя полоснула по ним копьём, почувствовала тошнотворный хруст разрубаемой кости, услышала хлюпанье раздираемой плоти. Почти не обратив на всё это внимания, она снова нацелилась на Людовика.

Он вскинул руки, чтобы заслониться от атаки. Кирс пропорола на обеих его руках длинные кровавые полосы. Людовик вскрикнул, и весь мир за их спинами обратился в хаос. Перейдя на сверхчеловеческую скорость, он попытался было отбежать назад, но Кирс тут же вошла в замедленную съёмку, накрываясь ей, как вуалью. Внезапно Людовик уже пятился, размахивая руками.

Секунду спустя она снова оказалась рядом, сбрасывая замедление. Его челюсть отвисла, обнажая белоснежные клыки. Глаза широко открылись от шока и приятного количества страха. Ему было не победить, и он впервые это осознал. Она его обыграла. Маленькая девушка, у которой ничего не было и которой никто не мог помочь.

– Как? – ахнул он.

– Магия.

Призвав на помощь все свои тренировки, Кирс со всей силы всадила копьё глубоко в сердце короля вампиров.

Когда она выдернула его, Король Людовик упал на колени.

– Кто ты такая? – пробулькал он сквозь выплеснувшуюся изо рта кровь.

– Монстр из твоих кошмаров.

И она взмахнула копьём наотмашь, обезглавливая короля.

Под хор из множества криков голова Людовика упала на пол. Его тело завалилось вперёд, расплёскивая кровь по белому мрамору и окропляя красным её бельё.

Кирс подняла глаза на стоящих перед ней монстров. Уолтер уже растворился в толпе остальных последователей Людовика, его ничтожных Доблестных мужей. Тварей, которых он взрастил своей пропагандой. Эти монстры всю жизнь ущемляли людей. Они заслуживали такой же смерти.

И тут на сцене появилась ещё одна фигура.

Грейвз.

Он оценил состояние мира, только что перевернувшегося на своей оси согласно её желаниям. Оглядел её окровавленную одежду, дикую улыбку на лице, крепко сжатое в руке копьё. На его потрясающем лице расплылась улыбка, и он кивнул Кирс. Бьющая из неё сила запульсировала между ними.

Девушка вскинула подбородок, глядя ему в глаза. Она приняла себя как монстра. Монстра рядом с ним. И он принял её в ответ, одним только взглядом.

Нет, не просто принял. Он наслаждался этим. Упивался. Словно так было предназначено самой судьбой.

Грейвз пересёк сцену в несколько длинных шагов, не обращая внимания на кровопролитие, прошёл по крови мёртвого короля вампиров, положил руку ей на затылок и поцеловал её с хищной жадностью. И она ответила ему в тон, не сдаваясь ни на сантиметр. Борьба, вызов, откровение.

Потому что никто никогда не целовал её так, как Грейвз, стоя в крови их врага.

Их губы сошлись вместе. Языки боролись за доминирование. Сила текла по ним, как по закрытой электрической цепи, вспыхивая и сверкая у всех на виду. Их магия соприкоснулась. Золотое свечение вокруг каждого из них, не единое целое, скорее отражение.

Когда они разорвали поцелуй, мир словно вернулся на своё законное место. Словно так всегда и должно было быть.

– Мой Крапивник, – сказал он.

– Я добыла копьё. – Она продемонстрировала оружие.

Грейвз бросил взгляд на копьё и обратно на девушку, словно она так его ослепила, что он и не заметил.

– Хорошо. Пора уходить.

– Надо забрать Торру.

Грейвз протянул руку к копью, но Кирс не могла его отпустить. Копьё не хотело, чтобы она его отпускала. Так что девушка оставила Грейвза стоять перед надвигающейся толпой монстров и упала на колени перед вампирским троном.

– Торра. Торра, нам пора. Нужно уходить.

– Кирс, – слабо сказала подруга. – Я не могу пошевелиться.

– Можешь. Я тебе помогу.

Она подхватила Торру под плечи и подняла её тонкую фигурку с пола.

– Ты его убила.

– Обещала же, – сказала Кирс.

– Спасибо, – прошептала Торра.

– Нам надо уходить, – тихо выругавшись, сказал Грейвз.

– Тогда помоги мне, мать твою.

Ругнувшись себе под нос, он подхватил Торру на руки, словно та ничего не весила.

Прошло всего несколько секунд между смертью короля, поцелуем Грейвза и освобождением Торры, но монстры уже собирались с силами, чтобы броситься в погоню. Да, копьё было мощным оружием, но Кирс сомневалась, что сможет победить целую армию вампиров.

«Не недооценивай меня».

Она вздрогнула от голоса в своей голове, не зная, её это мысли или… копья.

– Сюда, – сказал Грейвз.

Они бросились бежать.

Кирс держала копьё сбоку. Вес был в самый раз. Даже идеальный. До невозможности сбалансированный, словно бы оружие было продолжением её тела. Стало ясно, что все те тренировки она терпела именно ради этого момента.

Грейвз явно не тратил времени зря, пока его не было. Вся охрана между ней и выходом была нейтрализована. Открывшаяся её взгляду бойня впечатляла и ужасала одновременно. На пути к потайному туннелю из резиденции Людовика им попалась только группка перепуганной стражи. Часть из них бросилась бежать, заметив Кирс. С остальными она быстро расправилась. Торра в какой-то момент потеряла сознание.

Свернув к туннелю, они столкнулись с самим Уолтером Родригезом, в панике несущим тяжёлый рюкзак.

У него отвисла челюсть.

– Грейвз?

– Привет, Уолтер, – сказал Грейвз.

– Ты, – он повернулся к Кирс, – ты… ты прошла через моё силовое поле.

– И через твои печати, – с опасной улыбкой добавила она.

Его глаза бешено бегали с Грейвза на Кирс и на копьё, словно он не мог решить, чего стоит опасаться больше. Увидев их злобу, он усилил свою защиту, и в воздухе едва заметно запахло благовониями и грозой. Кирс только что сообщила, что может проходить сквозь его барьеры, но он всё равно среагировал на рефлексе.

– Ч-что вы тут делаете?

– Пользуемся твоим выходом, – спокойно сказал Грейвз. – Умный ты мышонок.

– Как вы о нём узнали? – Уолтер попятился, переводя взгляд между ними.

– Я знаю всё, что ты делал для Короля Людовика. Но ты выбрал не ту сторону, Уолтер. Твой хозяин мёртв.

Тот выпучил глаза.

– Я ничего не выбирал. Ты выбросил меня, как ненужный мусор. – Его голос дрожал, но он отказывался уступать Грейвзу. – Я пошёл к следующему по силе, а сейчас я ухожу.

– У нас нет на это времени, – сказала Кирс. – Пошли.

– Он угроза, – сказал Грейвз.

– Пожалуйста, нет, – умолял Уолтер, отступая. – Я просто хочу выбраться отсюда. Никому не желаю вреда.

– Ты его слышал. Его в это втянули, – сказала Кирс, преграждая дорогу Грейвзу. – Ты и правда выкинул ученика, не заметив в нём потенциала?

Грейвз посмотрел на неё с чем-то похожим на обожание. Он уже изменил своё отношение к Мафи. Казалось, колдун впервые осознал и свою ошибку с Уолтером.

– Правда, – сказал Грейвз. – Больше никакой работы на Доблестных мужей?

– Никакой, – панически подтвердил Уолтер.

– Времени нет, – поторопила Кирс, проходя мимо Уолтера. – Грейвз, пошли.

На секунду ей показалось, что тот её не послушает. Но нет, поглядев на Уолтера ещё секунду, Грейвз пошёл за Кирс к выходу. Они перешли на бег.

Туннель был длинным и много петлял, но она помнила дорогу. Всё это время Кирс крепко сжимала в руке копьё, и его гудение постоянно напоминало ей о том, что эта штука была жива и очень опасна.

– Какого хрена я держу в руке, Грейвз? Да, ты говорил, что это Копьё Луга, но я как-то не ожидала, что оно будет таким. – Кирс потрясла рукой. – Боги, – пробормотала девушка себе под нос. – Это копьё бога.

– Да, я говорил тебе, что это такое. Именно поэтому его и нельзя было оставлять у Людовика.

Между знанием и знанием была огромная разница. Если всё это было правдой. Если копьё было на самом деле магическим копьём настоящих богов. Если истории, которые он давал ей читать, были не просто намёками, а чистыми фактами, – то кем тогда была она? И кем был Грейвз?

Его символом был остролист. Логично, что он считал крапивника частью себя. Колдун ничего об этом не говорил сам, но Кирс и так всё знала. Может, она даже знала это с самого начала. Потому что они были связаны с той самой первой ночи. С того момента, как он увидел её подвеску. С той секунды, когда она увидела его библиотеку. Они были связаны, как их магия в том поцелуе, – неразрывной нитью.

Но Кирс нужно было сказать это вслух.

– Ты Остролистный Король.

Сглотнув, он кивнул.

– А ты – мой Крапивник.

Глава 59

Остролистный Король.

Во плоти.

А она была его Крапивником.

Кирс содрогнулась от этих слов. Они звучали так же, как предсказания Джен. Как неоспоримая истина.

То, что мифы и легенды могут вот так вот оживать, казалось чем-то невозможным, но и игнорировать правду она не могла. Перед Кирс стоял её бог зимы, и это был его день, день зимнего солнцестояния. Неудивительно, что она чувствовала между ними связь. Это и правда была судьба.

– Что это значит? – выдохнула девушка. – Как я могу быть твоим Крапивником? Не понимаю.

– Остролистный Король – это сила зимы, – процедил Грейвз сквозь зубы. – Воплощение энергии всего времени года сразу. После летнего солнцестояния я начинаю набирать силу, а после зимнего – теряю.

– Это я знаю. Из-за боя с Дубовым Королём.

– У Дубового Короля есть его малиновка, символ приближающейся осени. А у меня – крапивник, символ наступления весны.

– Но я же плохой знак, – сказала она. – Я… птичка, которая погибает после Рождества.

– Да, но до тех пор ты делаешь меня сильнее, – признался Грейвз. – Сейчас и до конца самой длинной ночи в году я нахожусь на пике силы.

– То есть этой ночи, – прошептала она.

– Верно. – Он бросил взгляд на Кирс, сворачивая ещё глубже в лабиринт туннелей.

– Но Кингстон сказал… что для тебя это плохо заканчивается, – сказала она, складывая вместе все кусочки картинки последней пары недель. Слова людей о том, что она крапивник, чего девушка раньше не понимала.

Грейвз снова отвёл глаза.

– Ну да. Я становлюсь сильнее, это правда, но, так или иначе, после солнцестояния ты становишься символом моего падения.

Кирс ошарашенно моргнула.

– И почему… почему ты тогда работаешь со мной?

– Наше дело завершается сегодня. Рискнуть стоило, – признался Грейвз, когда вдали показался свет в конце туннеля. Он перехватил Торру поудобнее. – Я не… – он искренне запнулся. – Не планировал влюбляться в тебя. Это в планы не входило.

Она сглотнула.

– Я… не понимаю.

– Это поэтично, – тихо сказал Грейвз. – Влюбиться в то, что тебя уничтожит.

У неё всё ещё оставалось множество вопросов. Гораздо больше, чем ответов, как, впрочем, с Грейвзом всегда и выходило. Но тут они наконец достигли конца коридора.

Забросив Торру на плечо, Грейвз взобрался вверх по лестнице. Кирс последовала за ним, не выпуская из руки копья. Когда девушка добралась до верха, Грейвз втащил её в туннель метро.

Дальше они в полном молчании добежали до выхода и выбрались наверх, в самую длинную ночь в году. Зимнее солнцестояние. Последняя ночь расцвета сил Грейвза. У них получилось. Они выжили, и копьё было у них.

Торра проснулась, когда они вышли на ночной воздух.

Она сонно зашевелилась.

– Можете меня отпустить.

Грейвз осторожно поставил девушку на ноги, скинул с себя пиджак и набросил на её обнажённые плечи.

Торра слегка пошатнулась.

– Спасибо.

– Дашь нам минутку? – посмотрела Кирс на Грейвза.

Он показал на машину, ждущую на улице. Их план отхода. Кирс кивнула и проследила за тем, как он идёт к автомобилю.

Торра запрокинула голову и сделала длинный, глубокий вдох свежего воздуха.

– Я уже думала, что никогда больше не увижу неба.

Кирс нахмурилась.

– Мне так жаль, Тор.

– Но ты меня спасла. Вытащила меня, – сказала та с резким вздохом. – Я никогда не смогу тебе за это отплатить.

– Ничего ты мне не должна. Я просто исправила отвратительную несправедливость.

– И его правда больше нет.

Кирс кивнула.

– Его больше нет.

Торра сглотнула комок, борясь со слезами.

– Сложно поверить.

– Что будешь делать теперь?

Торра улыбнулась, и Кирс впервые с их воссоединения увидела на её лице выражение счастья.

– Что хочу. Я свободна.

Торра обняла её, и Кирс крепко стиснула подругу в ответ, радуясь, что во всём этом безумии смогла спасти хоть одного человека. Хотелось верить, что свержение Короля Людовика положит конец козням Доблестных мужей, но она не могла знать этого наверняка. По крайней мере, хоть он сам больше не сможет охотиться на невинных людей.

– Можешь пойти с нами, – предложила Кирс. – Грейвз бы мог тебе помочь.

Торра посмотрела на монстра, ждущего у чёрной машины.

– Думаю, это не мой путь.

– Тогда иди к Колетт, – сказала Кирс, отпуская её. – Нейт ещё ночь будет сидеть под замком из-за полнолуния. Потом он тебе поможет.

Торра сглотнула.

– Думаешь, они всё ещё захотят мне помогать?

– Мы все скучали по тебе, – настойчиво сказала Кирс. – Они тебе помогут, что бы ты ни решила.

– Спасибо, Кирс. – Торра начала снимать с себя пиджак Грейвза.

– Оставь себе. Уверена, у него их ещё миллион. – Торра кивнула. – Тебя точно не стоит подвезти?

– Думаю, сейчас я просто хочу прогуляться, – сказала она, и прежде, чем Кирс успела сказать что-то ещё, Торра развернулась и пошла прочь.

Кирс до ужаса не хотелось её отпускать, но девушка знала, что это такое, идти куда-то независимым человеком. Она сделала то, что собиралась. Торра была на свободе.

Грейвз молча открыл для неё дверь, увидев, что Кирс идёт в его направлении. Когда они оба забрались в машину, колдун только сказал:

– Трогай.

Автомобиль сорвался с места. Тишину нарушало лишь их тяжёлое дыхание. Кирс аккуратно положила копьё себе на колени. С одной стороны, она была рада, что больше не приходится его держать, но какой-то части её хотелось тут же схватить копьё обратно. Как какая-то болезнь.

– Дай посмотреть, – сказал Грейвз.

Она замотала головой.

– Мне кажется, оно не хочет, чтобы я его отдавала.

– Оно с тобой разговаривает?

– Можно и так сказать. – Кирс поёжилась. – Кажется, оно пытается подчинить меня своей воле.

– В этом сущность копья. Оно происходит из истории самого Луга, который был так умён, что перехитрил стража и попал ко двору Туата де Даннан, – объяснил Грейвз. – Только потом, когда боги стали проигрывать в великой битве, они назначили Луга своим генералом. Этим копьём он сразил их врагов.

– Да, и сейчас оно очень хочет сделать то же самое, – сказала Кирс, проводя пальцами по длинному древку.

– Значит, оно тоже живое.

В животе свернулось нехорошее предчувствие, и девушка вопросительно вскинула брови.

– В смысле «тоже»?

Не сводя глаз с копья, он ответил:

– Ты уже знаешь ответ.

Кирс пораскинула мозгами.

– У тебя уже есть что-то ещё.

Вместо того чтобы отвечать на этот риторический вопрос, Грейвз сказал:

– Есть четыре магических предмета: копьё, меч, котёл и камень. Когда боги ушли, эти артефакты раскидало по миру, и их не могли отыскать многие века. Только слухи мелькали то тут, то там. Копьё всегда считалось самым известным, потому что оно было практически непобедимым. Я искал их много, много лет.

– Все четыре артефакта?

– Да, – просто ответил Грейвз. – Они принадлежат мне в той же мере, что и остальным. Моя мать была из рода магов, поклонявшихся Туата де Даннан. Любой из этого рода имеет право на эти предметы. Так почему не я?

Она вспомнила, как колдун упоминал, что ездил в Ирландию, к родне со стороны его матери. Кирс как-то не догадывалась, что он говорил о такой родне. Маги – последователи древних кельтских богов.

Честно говоря, всё это плохо умещалось в голове. Важнее всего было то, что у него было ещё что-то, кроме копья. Он уже достиг своей цели наполовину.

– И что у тебя уже есть? – спросила девушка.

– Меч, – сказал Грейвз. – А ты держишь копьё. Осталось найти ещё два предмета.

– И что ты будешь с ними делать?

Он на секунду задумался.

– Сотворю заклинание.

– И что получится?

От этого вопроса с лица Грейвза исчезли все эмоции.

– Очень мощная магия.

Больше от него было ничего не добиться.

Несмотря на всё, что между ними успело произойти за эти недели, колдун всё ещё не доверял ей настолько, чтобы открыть всю правду. И Кирс знала, что так будет, с самого начала. Всю дорогу она выманивала у Грейвза ответы, и всё это время он скрывал от неё свои настоящие намерения. Ей совершенно не стоило удивляться, но почему-то она всё равно удивилась.

Проехав по зимнему Нью-Йорку, они въехали в подземный гараж, а Кирс так и не убрала руки с копья.

Когда они остановились, девушка спросила:

– Меч-то хоть покажешь?

– Если хочешь.

Она перехватила копьё, игнорируя его заманчивые предложения, и вышла из машины. Вслед за Грейвзом Кирс подошла к стене гаража. Проведя по ней рукой, колдун открыл прорезь в камне. Сначала Грейвз снял с неё магический замок. Потом отсканировал сетчатку глаза и отпечаток пальца. И наконец, выпустив облако воздуха, в стене открылась дверь в потайную комнату. Внутри было хранилище, новенькое, блестящее и непробиваемое. Поверх этого последнего слова техники были врезаны печати. Для Грейвза это были не шутки.

Он открыл все замки и печати, после чего им наконец-то явилось содержимое.

Только одна вещь – сверкающий клинок.

– Меч Истины, – сказал Грейвз, взяв его в руку.

Глаза Кирс полезли на лоб. Она чувствовала исходящий от оружия свет, уникальную смесь магии. Каким-то образом она ощущалась ровной противоположностью копью в её руке.

Сама судьба и мощь, способная сотрясти весь мир.

– И что он делает? – восхищённо прошептала девушка. Копьё пылало в её руке, оказавшись так близко к ещё одному артефакту.

Грейвз поднял меч перед своим лицом.

– Он показывает всю сокрытую правду.

Ещё одна правда шептала ей на ухо.

Что-то не так.

И тут она почувствовала это сама. В доме было… тихо.

В нём не было не только звуков, в нём не было магии.

– Твои печати сняты.

Грейвз посмотрел в сторону дома.

– Здесь кто-то есть.

Они выскочили из хранилища, меч у него, копьё у неё, и взбежали на первый этаж по запасной лестнице. Потом ещё выше, к Библиотеке Остролиста, сквозь приоткрытую дверь которой пробивалась полоска света.

Грейвз поднял меч, освещая себе путь, и они шагнули в комнату одновременно. Увидев, что ждало их внутри, Кирс чуть не выронила копьё. Джен и Итана держали Друиды, приставив к их горлам ножи.

А посередине, развалившись, подобно монарху, сидел Лоркан Флинн.

Глава 60

– Джен! – ахнула Кирс. – Итан!

Девушка шагнула было к своим друзьям, но Грейвз удержал её. Она хотела к ним, ей нужно было к ним, но между ними были Лоркан и чёртовы ножи. Даже с копьём она всё равно не доберётся до них прежде, чем друзья погибнут.

– Кирс! – вскрикнул Итан. – О господи, Кирс.

– Вы ранены?

– Мы в порядке, – сказала Джен. По её щеке скатилась слеза. Грудь тяжело вздымалась. – Всё будет в порядке.

Кирс развернулась к главному Друиду.

– Лоркан, что ты творишь? Они тут ни при чём. Отпусти их.

Он выпрямился после её обращения. На нём был синий костюм-тройка, галстук затянут, коричневые ботинки отполированы до блеска. Лоркан подстриг бороду, а тёмные волосы спадали ему на лоб. Кирс заметила портупею с парой пистолетов, а руку он держал на чёрном клинке.

– Привет, Кирс. – Его глаза были добрыми и располагающими, никак не подходящими к образу хищника, каким он вторгся в дом Грейвза. – Ты не отвечала на мои сообщения.

– Как-то думала, что ты поймёшь намёк.

– Он пробился через защиту волков, – сквозь слёзы проговорила Джен.

– Повелители все были в цепях из-за полнолуния. Мы ничего не могли поделать, – добавил Итан.

– Вы тут не виноваты, – настойчиво сказала Кирс. – Простите меня.

– Это нарушает наш договор, Лоркан, – с убийственным спокойствием сказал Грейвз.

– Да что ты? А я и не знал, – весело откликнулся тот. – Ты что, думал, я пропущу сегодняшнюю ночь?

Грейвз стиснул зубы.

– И на что ты надеешься?

– Мне кажется, это весьма очевидно. Получить назад артефакты, которые принадлежат моему народу. – Взгляд Лоркана переместился с копья в руке Кирс на меч, который держал Грейвз. – Должен же ты был понимать, что к этому всё придёт, Брэннон.

Грейвз дёрнулся при звуке этого имени.

– Ой, что, тебя так больше никто не зовёт? – рассмеялся Лоркан, но это был жестокий, холодный смех. Словно он знал, что бьёт по больному. – Нельзя разгуливать вокруг, собирать друидские артефакты и думать, что никто не заметит.

– Я знал, что ты заметишь, – прорычал Грейвз. – Но наглое вторжение в мой дом – это уже совсем другой вопрос. Тебя ждут последствия.

– Сегодня единственная ночь в году, когда это правило не работает.

– Почему? – требовательно спросила Кирс.

– Ты ей так и не сказал? – спросил Лоркан. – Ну конечно же, нет. Сплошные секреты.

– Всё она знает, – проговорил Грейвз, перехватывая меч поудобнее. – Полночь ещё не наступила. Выйдем на улицу?

– Что я знаю?

Лоркан хмыкнул.

– Да нет, я думаю, это идеальное место. Как ты его теперь называешь, Грейвз? Библиотека Остролиста? Не слишком ли очевидно?

И тут Кирс посмотрела на них. На Грейвза, окружённого со всех сторон остролистом, с крапивником под боком. На Лоркана, стоящего напротив него в ночь зимнего солнцестояния. Она вспомнила дубовые деревья в его владениях. Жёлудь на визитке. Чистый резкий запах, которым от него всегда веяло. Ему нужна была только малиновка, и он был бы вылитым Дубовым Королём.

– Ой, – ахнула она, когда всё встало на свои места. Лоркан поклонился ей.

– Дубовый Король, к вашим услугам.

– Как? – прошептала она.

– Хотелось бы и нам знать. Что бы мы ни делали, нам не сбежать друг от друга. Ты, Кирс, теперь тоже часть этого, к сожалению. Я бы пощадил вас с твоими маленькими друзьями. Но кража моей собственности не проходит без последствий. – Лоркан хитро улыбнулся и переключил внимание обратно на Грейвза. – Можете всё вернуть, и тогда разойдёмся полюбовно.

– Мне плевать на кельтские истории, ваши артефакты и вашу идиотскую войну, – рявкнула Кирс, угрожающе делая шаг вперёд. – Отпусти моих друзей, сейчас же.

– Если тебе плевать, тогда отдай его. – Лоркан протянул руку.

Копьё. Она могла просто отдать Лоркану копьё, и тогда он пощадил бы её друзей.

Но Кирс не имела права этого сделать. Какой бы образ он ни выстроил для неё, какие бы дружелюбные и близкие он ни изображал с ней отношения, доказательство всего, что скрывалось под маской, было прямо перед ней. Он был убийцей. Слишком опрометчиво она забыла тот урок. Он был готов пойти на всё, чтобы заполучить желаемое. И копьё бы означало его победу.

Оружие загудело в её пальцах, проникло в её яростные мысли. Но она соображала лучше, чем тогда, убегая от верной смерти, и проигнорировала его. Кирс не собиралась рисковать своими друзьями.

– Так и думал, – сказал Лоркан, когда она не сдвинулась с места.

– Как ты узнал? – спросил Грейвз.

– Ну, я уже давно подозревал. Я знал, что меч у тебя. Спасибо, что добыл его для меня, – улыбнулся Лоркан. – Мы всё перерыли, ища его, а теперь он сам к нам пришёл. А вот куда делось копьё, мы не знали. Только то, что ты за ним охотишься.

Лоркан перевёл взгляд на девушку.

– А потом Кирс начала шнырять на Третий Этаж, как мышка, и меня это… заинтересовало. И что же я обнаружил, когда послал туда своих ребят? Что копьё было у Короля Людовика и он как раз устраивал вечеринку по случаю зимнего солнцестояния.

– Чёрт, – прошипела Кирс.

– Я знаю, как ты работаешь, Грейвз. – Лоркан склонил голову набок. – Это была твоя игра. Мне оставалось лишь подождать, пока ты сам принесёшь мне приз.

Взгляд Грейвза потемнел. Она видела по тому, как напряглась его челюсть, что колдуна бесило то, как хорошо Лоркан его знал.

– Как ты снял печати?

– А как мы вообще что-либо делаем, братец? – Лоркан бросил это слово так, словно оно было оскорбительным.

Грейвз скрипнул зубами. Кирс озадаченно переводила взгляд с одного на другого. Братья? Это в каком смысле?

Грейвз вздохнул.

– Ты провёл ритуал, чтобы их обезвредить, и усилил себя за счёт переходного момента во времени.

Лоркан медленно, демонстративно похлопал в ладоши.

– Именно. Мы выбрали этот день по той же причине, что и ты. Магия сильнее в солнцестояние. Всё это вопрос баланса.

– На хрен ваш баланс, – выплюнула Кирс.

– Ещё вопросы есть? – услужливо спросил Лоркан, словно они встретились за чашечкой чая, и её плачущие друзья не стояли у него за спиной. Друид поднялся на ноги, стряхивая с себя невидимую грязь. – Я бы хотел продолжить наше шоу.

– Какое шоу?

Лоркан достал из пиджака пистолет и вскинул его, целясь Итану в грудь.

– Отдай мне копьё, или твой дружок умрёт.

Грейвз замер без движения.

– Лоркан, – прошипел он.

– Нет! – Кирс запаниковала. Этого просто не могло происходить. Это был невозможный выбор, но в то же время очень простой. Она отдала бы Лоркану копьё. Но в то же время… она никак не могла этого сделать. Он бы всё равно просто убил их всех.

– Почему ты это делаешь? – спросила Кирс. – Мы могли бы работать вместе.

– Нет, не могли бы, – спокойно сказал Грейвз.

– Мы с Грейвзом враждуем уже пятьсот лет, – сказал Лоркан. – Зачем теперь останавливаться? Это скучно.

– Ты монстр, – прорычала она.

Лоркан прищурился, словно оскорблённый.

– Монстр тут не я. Что бы он там тебе ни наплёл, это всё ложь. Я могу тебе это гарантировать, потому что я был там пятьсот лет назад, когда он разрушил нашу дружбу. Когда он перестал быть моим братом и превратился в то извращённое коварное нечто, которым является до сих пор. Он подделка, и он тебя использует, Кирс. Точно так же как и всех остальных в его жизни. Он разрушает их, крупица за крупицей, день за днём. Вирус, паразит, пиявка. Ничем не лучше других монстров, которых он так презирает. Он высасывает из тебя жизненную энергию, а потом выбрасывает, когда ты становишься ему не нужен.

– Он не опускается до захвата заложников! – закричала Кирс.

– Да ты посмотри на него, он даже не защищается, – добавил Лоркан, махнув рукой на Грейвза. – Потому что не может. Я говорю правду. С твоего места это плохо видно, птичка, но герой в этой сказке я. Друиды – это огни света во мраке мира. А Грейвз и ему подобные – злодеи и демоны в ночи.

– Если такой хороший, то отпусти их.

– Боюсь, этого я сделать не могу, – сказал Лоркан с чем-то похожим на сожаление. – У тебя есть то, что мне нужно, а я слишком хорошо знаю Грейвза и то, что словами его не переубедить. Только действиями. Так ведь, брат?

– Не переубедить, – согласился Грейвз. – Но ты тут тоже виноват.

– Тоже виноват? – Лоркан выглядел разъярённым, словно вот-вот переведёт пистолет на Грейвза и выстрелит. Он посмотрел на Кирс. – Хочешь знать, почему мы друг друга ненавидим? Грейвз хладнокровно убил мою сестру, голыми руками. – В животе Кирс что-то неприятно свернулось, и она бросила вопросительный взгляд на Грейвза. Тот даже не смотрел на неё. Всё внимание колдуна было сосредоточено на Лоркане. – Эмилии было шестнадцать лет, а он взял и лишил её жизни, вот так просто. – Лоркан щёлкнул пальцами. – И её уже не вернуть.

Кирс сглотнула.

– Я сочувствую твоей потере. Но новыми смертями ничего не исправить. Если ты сегодня убьёшь моих друзей, ты будешь ничем не лучше его.

– Я делаю это без удовольствия. А вот ты просто не понимаешь, что держишь в руках, – сказал Лоркан.

– Не надо меня недооценивать. Я чувствую его силу. Я знаю, что это такое.

– Ты её чувствуешь, но никак не можешь знать. Ты никогда не была в Ирландии. Никогда не гуляла по вересковым полям. Никогда не стояла там, где раньше стояли сами боги. Для тебя это просто копьё, – прорычал Лоркан. – Для нас… это наследие. Это дом.

– Это ещё не даёт тебе право никого убивать.

– Жертвы всегда были частью наших ритуалов. А ритуалы наделяют нас силой. Так что у всего есть смысл. У тебя есть выбор. Можешь отдать мне копьё, а можешь смотреть, как погибают твои друзья. Решай.

– Лоркан, нет, – рявкнула она.

Пистолет выстрелил с громким хлопком. Кирс вскрикнула, дёргаясь вперёд, словно она могла защитить друзей от пули. Крики Джен и Итана слились с её голосом, но потом все увидели, что пуля вошла в пол у их ног.

– В следующий раз не промахнусь, – пригрозил Лоркан. – Копьё, Кирс.

Ею овладел страх. Второй раз он предупреждать не станет. Следующий выстрел будет в тело, а не в пол.

– Хорошо, – сказала Кирс. – Хорошо. Только перестань. Пожалуйста.

– Отлично, – победно улыбнулся Лоркан. – Уже гораздо лучше. Давай его сюда.

Кирс кивнула.

– Ладно.

– Нельзя, – сказал Грейвз, вытягивая руку и преграждая ей путь.

– Знаю, – сказала она, чувствуя скатывающиеся по щекам слезы. – Но как ты не понимаешь? Я не могу их потерять. Не могу потерять свою семью.

Огонь в его глаза погас, но он всё равно шагнул вперёд.

– Ты не можешь отдать копьё.

– Пережить то, что будет иначе, я тоже не могу.

– Это верно, – сказал Лоркан. – Отдай мне то, что моё по праву. Не давай ему сбить тебя с толку.

Грейвз схватил её руку, крепко и неумолимо.

– Послушай меня. Лоркан всё равно убьёт всех в этой комнате, если ты отдашь ему копьё. Ты только потому и стоишь ещё на ногах. Не можешь же ты быть так глупа, чтобы повестись на это.

Она посмотрела на Грейвза большими рассеянными глазами.

– Он нашёл моё слабое место. Поэтому могу. Прости, что у тебя нет слабостей.

– Хм-м, – мягко сказал Лоркан. Его глаза забегали между ними. – Да нет, ещё как есть. – Он развернулся на месте, направив пистолет в грудь Кирс. – Неужели наш злодей верит, что это любовь?

– Прекрати, – ледяным, убийственным тоном сказал Грейвз.

– Что, думаешь, ты достоин подобных чувств после того, что сделал с Эмилией?

– Ты и твоё прошлое тут ни при чём.

– Почему нет? – разъярённо воскликнул Лоркан. – Ты думаешь, что можешь просто жить дальше. Что ты больше не обязан страдать за то, что украл у меня, у нашего народа, у мира. Ты не заслуживаешь кого-то вроде неё. Ты вообще ничего не заслуживаешь.

– Если ты её застрелишь, это будет самой большой ошибкой в твоей жизни, – прорычал Грейвз.

Он попытался проскочить перед Кирс, закрыть её собой, но Лоркан выстрелил им в ноги. Кирс с визгом отскочила в сторону от пули.

– Ну-ка, ну-ка, не надо двигаться. – Кирс замерла на месте, и Грейвз сделал то же самое. – Я вот не думаю, что это будет ошибкой. Ты отдаёшь мне меч, я не убиваю девушку, которую ты любишь. Звучит справедливо.

Кирс даже не могла осознать его слова. Грейвз бы не отдал меч ради неё. Это было невозможно.

– Ты об этом пожалеешь, – пригрозил Грейвз.

– Почему? Потому что ты придёшь за мной?

– Приду, – согласился Грейвз. – Но не поэтому.

Грейвз сорвался с места ослепительной вспышкой. За секунду он оказался перед ней и замахнулся мечом. На секунду Кирс показалось, что он её ударит. Что убьёт собственной рукой, чтобы Лоркану было нечем его шантажировать. Но вместо этого он поднёс клинок к её лицу.

– Яви свою суть.

Он провёл мечом вниз по её телу, по диагонали от плеча, через живот и к противоположному бедру. Она вздрогнула под весом оружия. Инстинкты говорили ей поднять копьё и отбить меч, но это были не её мысли, а копья. Она ощутила силу, которую излучал меч. Освобождающуюся правду.

Кирс задрожала, её кожа покрылась холодным потом. Пульс подскочил, казалось, словно она сейчас потеряет сознание. Ахнув, она стиснула кулаки. Костяшки побелели, пальцы сжались сильнее вокруг древка копья. Больно не было, только неприятно и сбивало с толку. Словно она всю жизнь жила под водой и внезапно оказалась на суше.

Разжав пальцы второй руки, она вдруг почувствовала себя легче пёрышка. Всё её тело охватило яркое синее свечение, прошитое золотыми нитями, сияющий вихрь, пульсирующий, словно он жил отдельно от неё. Наконец, в последней вспышке обрушенной на неё силы меча, её магия взорвалась фейерверком из миллиона мельчайших частиц, а потом впиталась обратно в кожу.

Затем всё кончилось. И Кирс стало легче. Будто с неё сняли оковы.

– Что… ты со мной сделал? – прошептала она, разминая пальцы и ощущая свою новую свободу.

– Открыл правду о том, кто ты такая… что ты такое.

Лоркан подскочил на ноги, выпучив глаза.

– Быть не может. Они… они все мертвы.

– Как видишь, не все, – ответил Грейвз.

– А что… что я?

В её голосе промелькнул страх. Наконец-то все её вопросы могли найти свои ответы. И в то же время Кирс почти не хотела знать. Боялась этого не пережить. Но… ей было просто необходимо узнать правду.

Лоркан уронил руку, опуская пистолет. Благоговейным голосом он сказал ей то, что она всегда так хотела знать.

– Блуждающий огонь.

Глава 61

– Что?

– Блуждающий огонь, – сказал Лоркан. Он выглядел так, словно был готов склонить голову и поклясться ей в верности. – Последняя из своего рода.

Кирс перевела взгляд обратно на Грейвза.

– Блуждающий огонь? Типа маленький шар света? Как в сказках?

– Не шар света. Просто люди ничего другого не запомнили кроме того, что огни заманивают людей во тьму. Но настоящие огни относятся к Фейри.

– Фейри? То есть феям? – Она коснулась своих ушей и ахнула. Они больше не были абсолютно круглыми. Их кончики едва ощутимо заострились. Да и помимо этого всё ощущалось как-то иначе. Словно все её конечности вытянулись и расправились. Её кожа всё ещё излучала свечение, и теперь девушка могла наглядно видеть уровень своей магии поглощения, а не просто чувствовать её.

Грейвз кивнул.

– Это были могущественные маги, пришедшие из своего мира тысячелетия назад. Они веками были союзниками Друидов, пока весь их род не исчез.

– Их уничтожили, – прорычал Лоркан. – Объявили на них охоту и перебили. Одну за другой, пока их больше не осталось. – Лоркан шагнул к Кирс, словно хотел коснуться её и убедиться, что она настоящая. – Но вот она ты. Настоящее чудо.

Кирс отступила назад, сбитая с толку такой резкой переменой настроения. То он был готов её убить, то теперь смотрел с обожанием вперемешку с благоговением. Слишком много всего и сразу. Она не выдерживала. Она была огнём. А огни были феями. И она… была последней из них.

И тут в сердце девушки вспыхнуло что-то ещё. Открытие, о котором она даже не задумалась. Грейвз знал и не сказал ей. Это не было секретом из его прошлого. Это было секретом о ней. Он утверждал, что рассказывал ей всё, что касалось её самой.

Она развернулась к колдуну.

– И как давно ты это знал? – Грейвз посмотрел на девушку. Она видела, как работают механизмы в его голове. Как он пытается найти выход из этой ситуации. – Как давно, Грейвз?

– Я подозревал это с той ночи, когда мы были у Мафи. Когда ты впитала в себя магию.

Кирс словно ударили.

– Ты знал той ночью… это было несколько недель назад. Ты сказал, что слышал о ком-то подобном. Ты тогда говорил о феях? – Он стиснул зубы. Это сообщило ей всё, что было нужно. – Блуждающие огни поглощают магию. И тем не менее ты никогда не делился этими подозрениями со мной. Почему?

– Я что-то подозревал, да, но у огней никогда не было таких ограничений, как у тебя.

– Ты мог воспользоваться мечом, – заметила она.

– Я же не знал, что ты была скована. Что тот, кто с тобой это сделал, сковал твою магию и твою истинную суть.

– Ты хочешь сказать, что просто не доверял мне достаточно, чтобы показать меч.

– Именно это он и хочет сказать, – подтвердил Лоркан.

– Я разорвал твои оковы и раскрыл истину под слоем лжи, – сказал Грейвз. – Я с самого начала планировал сделать это сегодня ночью.

Скована. Он разорвал её оковы. Теперь Кирс была настоящей феей, в истинном смысле этого слова. И всё же… она не могла отделаться от своей злости. Настоящая Кирс, та, которую бросили на улице, та, над которой измывался Джейсон, та Кирс всё ещё была в ярости. Откуда ей было знать, действительно ли он собирался открыть ей правду этой ночью. Она знала только то, что он не сделал этого раньше.

– Но ты подозревал, что я блуждающий огонь, – со смертельным спокойствием повторила она.

– Он не просто так от тебя это скрыл, – сказал Лоркан. – Он знал, что ты захочешь узнать, на что способна.

– Почему? – требовательно спросила Кирс, разворачиваясь к Лоркану, раз Грейвз отказывался ей отвечать. – Что бы я узнала?

– Потому что феи способны убивать колдунов, – ответил Лоркан.

Кирс в ужасе распахнула глаза.

– Ты думал… что я угроза.

– Нет, – немедленно возразил Грейвз. В его голосе вспыхнула боль от такого обвинения. – Никогда.

Кирс сделала ещё шаг назад. Подальше от них обоих.

Как она дошла до этого? До момента, когда мужчина, ради которого она наконец-то смягчилась, мужчина, который стал ей небезразличен, которому она открыла свои секреты, был способен поверить в такое. Способен скрыть от неё единственное, что она хотела знать, потому что испугался.

– Мне плевать на ваши разборки и причины, по которым вы пытаетесь друг друга убить. Мне даже всё равно, правда ли вы Остролистный и Дубовый Короли, – сказала Кирс, вытягивая копьё между ними.

Его сила текла по её венам, смешивалась с её магией, твердила ей, как она могущественна и сколького они смогли бы достичь вместе.

«Ты тоже из моего рода».

Если копьё говорило правду, если феи действительно были из того же магического рода, что Лоркан и Грейвз, то оно тоже принадлежало ей по праву.

– Вы оба соврали мне, – обвинила их она. – Если я блуждающий огонь из рода фей, то это копьё принадлежит мне по праву рождения, и ни один из вас его у меня не отберёт.

– Как и положено, – не раздумывая, согласился Лоркан.

В глазах Грейвза вспыхнул огонь. На долю секунды ей показалось, что он пожалеет о содеянном, когда осознает, что лишился копья, но тот был слишком захвачен своей враждой с Лорканом, чтобы увидеть, что вместе с оковами её настоящей сущности он разрушил и её доверие.

– Все кончено, – провозгласила Кирс.

– Ничего ещё не кончено, – рявкнул Грейвз, не сводя глаз с Лоркана. – Он нарушил наш уговор. Он похитил твоих друзей. У него нет права просто взять и выйти из этой комнаты.

– Думаешь, что сможешь меня остановить? – спросил Лоркан.

Грейвз прищурился.

– Время положить этому конец.

– Нужно было убить тебя за то, что ты сделал с Эмилией, – сказал Лоркан. – Моя сестра заслуживала лучшего.

– Эмилии это не касается.

– Ещё как касается, и мы оба прекрасно это знаем, – закричал Лоркан. Подняв пистолет, он взмахнул им в сторону Кирс. – Я ошибся. Ты ею воспользуешься и выбросишь, как всех до неё. Ты всё такой же, каким и был всегда.

В аккуратной маске Грейвза что-то треснуло. Он кинулся на Лоркана, мечом выбивая из его руки направленный на Кирс пистолет. Прозвучал оглушительный выстрел. Джен с Итаном закричали. Кирс пригнулась, но пуля прошла рядом с ней и вонзилась в книжную полку за спиной. Раздался перепуганный кошачий вопль, и через библиотеку поспешно пробежала Анна.

Потеряв пистолет, Лоркан отскочил с пути Грейвза и схватился за висевший на поясе чёрный меч. Взмахнув им с грацией человека, который тренировался много веков, он вскинул меч и отбил удар Грейвза с громким звоном.

Началась древняя битва.

Весна и осень.

Лето и зима.

Свет и тьма.

Всё это было лишь новым катализатором для старой, как сам мир, истории. Остролистный и Дубовый Короли сходились в яростной схватке, сражаясь, чтобы вернуть свет весны или же оставить мир в бесконечной тьме. В эту ночь казалось, что выиграть мог любой из них.

Пока они были увлечены боем, Кирс не стала терять времени. Войдя в замедленную съёмку, она кинулась на Друидов, державших её друзей. От девушки не укрылось то, с какой лёгкостью она теперь призывала свои силы. Они текли сквозь неё, словно жидкость. Никогда ещё всё не казалось таким плавным. Даже, пожалуй, чересчур – перестаравшись, она оказалась позади своих друзей.

Друидка, державшая Итана, что-то вскрикнула при виде её скорости. Кирс перехватила копьё, как её тренировали, и направила оружие на женщину. Не ожидав от Кирс такой свирепости, та уронила нож, которым угрожала Итану. Кирс пнула её ногой, отправив женщину в полёт на добрую пару метров, и та рухнула мешком между креслами и кофейным столиком.

– Эшлин! – воскликнул второй Друид.

– Хватай её, Найл, – простонала Эшлин.

Освободившись, Итан тут же развернулся и накинулся на державшего Джен Найла. Через секунду рядом с ними оказалась Кирс и, выйдя из замедления, ударила Найла по голове. Она ещё не знала, какие новые боевые приёмы стали ей доступны, как быстро она теперь могла передвигаться, какие новые последствия её теперь ожидали. Ясно было одно – ей нужно было вывести друзей отсюда живыми.

Найл тяжело упал на пол. От её удара по его виску потекла кровь, и на секунду Кирс испугалась, что убила парня. Это в её планы не входило, так что девушка вздохнула с облегчением, когда он застонал и попытался перевернуться.

– Осторожно! – закричала Джен.

Эшлин поднялась на ноги и целилась в них из пистолета.

– Ложись! – крикнула Кирс.

Но в тот момент, когда Эшлин выстрелила, Найл выскочил перед Кирс. Он ахнул, подавившись от боли. Кирс широко распахнула глаза. Он её спас.

– Только не… огонь, – сказал Найл Эшлин.

Та испуганно ахнула, роняя оружие и вскидывая руки вверх.

– Я не подумала… – Она упала на колени. – Найл.

Но его уже не стало.

Звон мечей вернул их к реальности. Кирс ничего не могла поделать с Друидом, который погиб ради неё. Только не сейчас, пока её друзьям всё ещё угрожала опасность.

– Надо выбираться, – сказала Кирс.

– Окно, – предложил Итан, обернувшись.

– Там слишком высоко для вас, вы что-нибудь сломаете, – сказала она, прекрасно зная, что сама готовилась примерно к тому же ещё две недели назад. Но Итан с Джен были слабее. – Нужно пройти мимо них к лестнице.

Перед друзьями разворачивалась историческая битва, но её интересовал лишь побег.

Кирс стиснула пальцы Джен. Итан взял её за вторую руку. Трио. Команда. Как и всегда.

– Вместе, – сказал Итан.

– Вместе, – повторила Джен.

Кирс знала библиотеку как свои пять пальцев. Бесчисленное количество часов она провела под защитой этих полок, отдыхая от тренировок. Самый быстрый путь наружу лежал прямо через поле боя. Самый худший – окно и перспектива сломать ноги. Нужен был третий.

– Сюда, – сказала она, утаскивая друзей в сторону от сражения. Те два существа уже давно перестали замечать мир вокруг них.

Они петляли между рядами. По дороге им попалась забившаяся в угол Анна.

– И ты с нами, киса, – сказала Джен, подхватывая кошку на руки.

Кирс вытаращилась на неё. Ну конечно же, Джен понравилась Анне Болейн.

Завернув за очередной угол, они оказались с другой стороны от сражения. Свирепой битве пока что не предвиделось конца. Было сложно пройти мимо, особенно для её друзей, но и другого выхода у них не было. По крайней мере, ничего реального.

Ей нужно было открыть двери и выскочить из библиотеки с двумя друзьями и своенравной чёрной кошкой. Чёрт.

– Когда я открою двери, бегите быстрее, чем когда-либо, – крикнула им Кирс. – Если Грейвз с Лорканом подберутся близко, оставьте их на меня. Поняли?

Они испуганно закивали.

Кирс перешла на максимальную скорость. Её тело едва успевало понимать, что происходит, пока она летела к двери. Всё замедлилось настолько, что девушка даже успела в деталях рассмотреть сражение. Грейвз и Лоркан этой ночью были чем-то большим, чем обычно. Солнцестояние, полнолуние, приближающийся ведьмин час – для этой битвы сошлись все звёзды.

Было так странно видеть их в сиянии магии. Дубовый Король и Остролистный Король. Бог лета против бога зимы. Тьма против света.

Кирс понятия не имела, кто из них был чем. Во всей этой истории не было хороших парней. Грейвз сказал ей об этом с самого начала. Только они и последствия их действий. Намерения становились не важны, когда результат оставался тем же.

Два лжеца, монстра, убийцы.

Оба способные любить, жить, смеяться.

Ни героев.

Ни злодеев.

Только люди, благословлённые и проклятые магией.

Как и она сама.

Но кто-то должен был победить.

За секунду до того, как она вышла из замедления, Кирс увидела, как изменился ход битвы. В тот момент, когда она распахнула двери библиотеки, Лоркан сделал выпад. Отбив лезвие Меча Истины, он вонзил чёрный клинок в плечо Грейвза.

Кирс ахнула, когда оружие выпало из его руки. Меч с оглушающим грохотом покатился по полу библиотеки, а сам Грейвз завалился на спину. Лоркан наклонился, поднимая свой трофей, и вскинул руку с мечом, провозглашая себя победителем. Дубовый Король. Несущий свет. Он вновь победил, как и каждое зимнее солнцестояние.

Грейвза его противник больше не интересовал. Когда он поймал взгляд Кирс, Лоркан перестал для него существовать. Девушка была в ярости. Он соврал ей, манипулировал, скрыл от неё правду. И тем не менее, глядя ему в глаза, она знала, что его чувства к ней были искренними. Что в конце битвы он весь принадлежал лишь ей. В пасмурных глазах клубились бездонные тоска и привязанность.

– Кирс, – вскрикнул Итан, протягивая к ней руку. – Ну же.

– Нам надо уходить, – сказала Джен, прижимая к груди перепуганную кошку.

Но когда Лоркан замахнулся на Грейвза вторым мечом, Кирс поняла, что не может дать всему этому закончиться вот так. Она не видела мира, её мира, в котором не было бы Грейвза. Что бы он там ни сделал, что бы он от неё ни скрывал. Как бы она сейчас себя ни чувствовала.

Никогда ещё в жизни она не двигалась так быстро. В одну секунду Кирс ещё стояла у дверей, а в следующую уже поднимала над головой копьё, стоя между двумя созданиями из начала веков.

Она приняла на себя весь сокрушительный удар, которым Лоркан намеревался окончить бой. Меч со звоном столкнулся с копьём, но настоящая сила была не в магических артефактах, а в мощи самого Дубового Короля и его победы.

Магия хлынула из него яркой белой вспышкой, поразившей Кирс точно в сердце. Она задохнулась, чувствуя, как магия лишает её всех чувств, – а потом взрывной волной вырывается из неё наружу, сотрясая особняк и весь мир вокруг.

То, что осталось от Кирс, взорвалось вместе с ней.

Глава 62

Магия богов.

Вот что обволакивало всё её тело. Необъятный, всепожирающий огонь божественной магии.

Её наследие Фейри отчаянно пыталось с ней потягаться. Невозможная задача, но её поглощение всё равно работало на износ. У Кирс не было шансов впитать всю ту энергию, что обрушилась на неё. Она и порошок желаний-то перенесла с трудом. Несмотря на все новые способности, какими бы они там ни были, она просто не могла поглотить всю мощь вступающего в силу Дубового Короля.

Словно услышав щелчок открывающегося замка, она почувствовала тот момент, в который её сила проиграла. Ту секунду, когда она перевалилась через край и рухнула в жерло магического вулкана. Её заживо сжигало на костре. Каждое нервное окончание, каждый орган чувств, каждая клетка её тела взорвались раздирающей болью, не оставив от неё ничего, кроме отчаянного крика.

– Нет! – хором вскрикнули Лоркан и Грейвз.

Она слышала вопли друзей, но её собственный вой быстро их заглушил.

– Этот удар предназначался не тебе, – ахнул Лоркан.

– Это всё твоя вина, – бросил ему Грейвз.

Выдернув меч из своего плеча, он с коротким рыком отшвырнул чёрный клинок в сторону. Оторвав раненное тело от пола, Грейвз кинулся к Кирс, разбрызгивая повсюду кровь.

– Ты справишься, Крапивник, – сказал он, хватая девушку за плечи. – Борись. Ты можешь победить. Просто… просто отдай всё мне. Всё это предназначалось мне.

Но она не могла ничего сделать, не могла ничего сказать. Вокруг была только боль. Бесконечная, обжигающая боль.

Она тренировалась достаточно, чтобы научиться ставить печати, поглощать магию, замедлять время. Ничего из этого не могло ей помочь. Она впитала слишком много. Она не могла войти в замедленную съёмку, даже если бы попыталась. Только не в то время, как её тело сгорало изнутри.

Если Кирс и могла передать магию кому-то другому, она не имела ни малейшего понятия, как это делать.

– Прошу тебя, Крапивник. – Голос Грейвза надломился. – Пожалуйста. Ты должна попытаться. Попытайся отдать мне то, что должно быть моим. Это моя смерть, а не твоя.

По её лицу побежали слезы, она никогда не могла ему отказать. Не могла, хотя пыталась.

– Тебе нельзя умирать до Рождества, помнишь? – Он охрип. Его ладони коснулись её лица. Она взглянула в любимые серые глаза. – Нельзя. Нельзя уходить так рано. Ты должна привести весну.

Кирс зарылась глубже в магию, сопротивляясь её всепоглощающей, болезненной волне, пробираясь в самый центр её сути. Ища ту искру, в которой хранилась вся её магия. Маленькая блёстка, тлеющий уголёк. Кирс начала раздувать её. Попыталась заставить себя сделать то, чего никогда не делала. Перенаправить всю мощь Дубового Короля тому, кому предназначался его удар.

От копны магии отделилась нить. Она оторвалась от Кирс и свернулась завитком у них перед глазами.

– Да, – сказал Грейвз. – Да, давай её мне. У тебя получится. Попробуй ещё.

Её лицо заливало слезами. Девушку дико трясло.

Она пыталась снова. От её тела отделилась ещё ниточка. Она оттолкнула её от себя, попыталась оторвать. Нить коснулась костюма Грейвза и впиталась в его грудь. Он рыкнул, словно был готов развалиться от малейшей вспышки боли.

– Отлично, – сказал он.

Она больше не могла. Просто… не могла.

– Ещё раз, – скомандовал он.

На этот раз он наклонился и накрыл её губы своими. На мимолётную долю секунды боль отступила перед его поцелуем. Весь мир растворился. Её магия была перегружена, так что Грейвз мог читать её беспрепятственно, пусть Кирс и не знала, что он мог в ней увидеть, кроме поглощающего её огня.

Но тут что-то изменилось. В её голове появилось воспоминание.

Не её. Грейвза.

Его глазами она смотрела, как он бежит по цветочному полю. Ярко-жёлтые, тёмно-синие и насыщенно-фиолетовые оттенки окружали юношу со всех сторон. Притаившись посреди поля, перед ним сияло озеро. Такое большое и зелёное, что оно казалось бескрайним морем. С книгой под мышкой он вышел на берег. Солнце согревало его лицо и обнажённые руки. Ни татуировки. Ни шрамов. Ни одной отметины. Это был тот, кто ещё не успел стать монстром.

«Всё пахнет свежестью и новизной. Словно нет ничего невозможного. Вот какой у тебя запах».

Так вот… что она ему напоминала.

Надежду.

Дом.

Картинка лопнула, словно мыльный пузырь, и Кирс снова оказалась в библиотеке, посреди борьбы за собственную жизнь. Воспользовавшись секундной передышкой, она зарылась в себя сильнее и вырвала наружу ещё одну искру. Та перешла Грейвзу, и вслед за ней последовала ещё одна.

– Что происходит? – спросил Итан.

– Скажите нам, что с ней, – потребовала Джен.

– У неё получается, – восхищённо сказал Лоркан. – Она передаёт ему магию.

У неё и правда получалось… еле-еле. По ниточке. Нужно было стараться сильнее, сражаться упорнее, но ей было так больно. Больнее, чем она могла себе вообразить.

Что ещё хуже, теперь ей приходилось бороться с наступающей тьмой. Та давила, не давая забыть о себе. Да, Кирс была сильной, но хватит ли её сил на это?

– Не могу, – умудрилась выдавить она.

Ноги подкосились от боли, и девушка рухнула на колени. Грейвз последовал за ней и застонал, приземлившись на раненную руку.

– Можешь, – сказал Грейвз, прижимая её к себе. – Это моё. Отдай всё мне, Крапивник. Дай мне с этим покончить.

Она попыталась снова, но последний уголёк погас. В глазах начало темнеть. Она ахнула. Всё. Это был конец.

– Помоги ей, мать твою, – заорал Грейвз на Лоркана. – Ритуал проведи, заклинания почитай, я не знаю, вылечи её.

– Я в этот удар вложил всю свою магию, – панически и болезненно закричал в ответ Лоркан. – Поздно уже для заклинаний.

– Она уходит, – с ужасом сказал Грейвз. – Кирс, Кирс, ты сможешь.

Услышав своё имя на его губах, она очнулась. Поймала его взгляд и едва заметно улыбнулась. А потом бороться стало просто нечем. Божественная магия поглотила её.

– И что, никто из вас не может спасти её? – закричала на них Джен. – Спасите её!

– Пожалуйста! – заорал Итан. – Она же умирает.

Джен внезапно оказалась рядом с девушкой. Её мягкие ладони коснулись лица Кирс, когда та уже почти лишилась зрения. Итан последовал за Джен, зарываясь лицом в её волосы. Она слышала, как тот всхлипывает, рыдая возле её уха.

Очень хотелось сказать, что всё будет хорошо. Что они теперь будут в безопасности. Но слова не шли. Слов больше не было.

– Прощайтесь, – сказал Лоркан.

– Нет, – ледяным голосом ответила Джен. – Нет. Может, вы двое и не можете её спасти. Может, никто из нас не может. Но я так просто не сдамся.

Джен протянула руку Итану.

– У одной меня не получится.

– А что мы можем? – спросил Итан.

– Вместе? Всё что угодно.

Итан кивнул и взял её за руку. Они опустили сцепленные ладони на сердце Кирс. В этот момент внутри Джен взметнулась вспышка света. Та самая маленькая частица магии, которую Кирс впервые заметила в момент их связи, когда Итан был под воздействием порошка желаний. Её магия потянулась к Итану и, к его удивлению, соединилась с его собственным источником магии, маленьким ростком, совсем как те, что он взращивал все эти годы.

Как только между ними установилась связь, треугольник сам собой закрылся за секунду, цепляясь за поток энергии внутри Кирс. Но она уже была слишком далеко. Глаза залило тьмой. Дыхание стало поверхностным, грудь едва вздымалась. А её сердце… споткнулось, замедлилось и остановилось.

А потом их трио озарила новая вспышка света, словно перерождая связь заново.

Целительная сила Джен, магия роста Итана и энергия Кирс хлынули сквозь них единым потоком. Он всё нарастал, нарастал и нарастал, пока все трое не оторвались от пола. Сила их союза превратилась в совершенно новый вид магии.

Магия Дубового Короля врезалась в потолок столпом света, проламывая крышу Библиотеки Остролиста и устремляясь к полной луне.

Всё замерло, подвешенное в воздухе, пока последние остатки энергии не прошли сквозь их тела и не ускользнули в открытый мир.

А потом все трое рухнули обратно на пол библиотеки. Обломки крыши посыпались со всех сторон. Джен и Итан кинулись к Кирс, и её сердце забилось вновь.

Она застонала, всё ещё чертовски чувствительная после всей поглощённой магии.

Но она была жива.

Она была жива.

Открыв глаза, Кирс увидела заплаканные лица друзей. Пораженно смотрящего на них Лоркана. И Грейвза.

Грейвза, который всё ещё истекал кровью на полу собственного дома. Грейвза, который смотрел на неё так, словно увидел призрака. Грейвза, который подполз к ней и поцеловал в губы.

Ей снова пришло на ум его воспоминание об озере и диких цветах. Она не знала, что это значило. Да что там, она даже не знала, что он умеет передавать воспоминания другим людям. А может, это у него вышло только с ней, когда она умирала.

– Я в порядке, – сказала Кирс, осторожно отстраняясь от него. – Я в порядке.

– Кирс, – облегчённо выдохнула Джен.

– Ты жива, – сказал Итан, утирая слезы.

– Вы спасли меня. Не знаю как. Я была… – Кирс не смогла договорить. Мертва.

– Вы соединились, – сказал Грейвз. – Трое стали единым целым, как три части души в кельтских поверьях.

– Тройка – это наша священная цифра, – согласился Лоркан. Он повернулся к Грейвзу. – Это был трискель. Ты тоже видел?

– Что такое трискель? – спросила Кирс.

– Древний символ из трёх спиралей, соединяющихся в центре. Исторически его использовали, чтобы описать момент, когда Друид, Верховная Жрица и блуждающий огонь объединяют свою магию.

Джен подавилась.

Итан отшатнулся.

– Но мы же не…

Кирс посмотрела на своих друзей. На их магию, которая, как и в её случае, дремала внутри них. Джен, которая нашла и спасла их с Итаном. То, как вместе они росли, залечивали раны и становились сильнее.

Вместе они всегда были сильнее.

– Да, – сказал Лоркан, глядя на Итана. – Ты Друид.

– А я – Верховная Жрица… – ошарашенно сказала Джен.

– Вы одни из моих людей, – продолжил Лоркан, – и ваше место – рядом со мной. Только я могу помочь вам раскрыть ваш потенциал. – Он протянул к ним руку. – Позвольте я укажу вам путь.

У Кирс вырвался лающий смешок, и она даже удивилась, что от этого ей не стало больно. Перевернувшись, она схватила копьё, а потом помогла Джен и Итану подняться на ноги.

– Как будто мы станем тебе доверять после всего, что ты натворил. – Она встала между Лорканом и своими друзьями. – Только через мой труп.

– Я вам не враг, – сказал он.

– Убирайся отсюда и не возвращайся никогда, – приказала Кирс.

Лоркан оглядел её с ног до головы, словно видел Кирс в первый раз. Его глаза широко распахнулись, а голос вдруг просел от едва сдерживаемых эмоций.

– Как же я по тебе скучал.

Кирс взмахнула копьём.

– Уходи, Лоркан.

Он посмотрел на копьё, потом на лежащего на полу Грейвза, затем опять на Кирс.

– Мы ещё встретимся.

– Если так, то молись, чтобы я отпустила тебя живым во второй раз.

Лоркан улыбнулся и кивнул.

– Увидимся, a chuisle mo chroí.

Кирс нахмурилась, не поняв его слов. Ей было интересно, что это значило, но он лишь кивнул и помог Эшлин вынести тело Найла из библиотеки.

Дождавшись, пока они наконец уйдут, Кирс развернулась к Грейвзу, который всё-таки поднялся на ноги.

– Что он сказал?

– Биение моего сердца, – тихо ответил он.

– И почему он меня так назвал?

– Друиды и огни были союзниками.

Было очевидно, что это далеко не всё. От благоговейного осознания, что она огонь, Лоркан в ту секунду перешёл к чему-то ещё. Чему-то более глубокому.

– Хочешь, Джен осмотрит тебя? – спросила Кирс, показывая на его плечо.

– Не уверена, что могу сейчас помочь чем-то кроме обычной перевязки, – пробормотала Джен.

Грейвз покачал головой.

– Я… буду в порядке. На мне всё быстро заживает.

Джен и Итан отошли Кирс за спину, а она всё никак не могла перестать смотреть на Грейвза. Она спасла ему жизнь. Он попытался спасти её. Это были неоспоримые факты. Но и ощущения предательства это никак не отменяло.

– Ты видела? – спросил он.

– Озеро и поле с цветами?

Закрыв глаза, он вздохнул с облегчением.

– Ты видела.

– Да.

Снова открыв глаза, он склонил голову.

– Лоркан не единственный, кто может вам что-то предложить. Я тоже могу вас тренировать. Можете учиться у меня здесь.

– Я думаю, пожалуй, дальше мы сами. – Джен и Итан встали по бокам от Кирс, взяв её за руки.

И вместе, втроём, они ушли прочь, оставив позади разрушенную библиотеку.

Глава 63

Пять дней спустя в Нью-Йорке не умер ни один крапивник.

Кирс вдохнула морозный воздух, позволив снегу собираться в тёмных волосах. День Крапивника. Её день. И она выжила, пусть и с трудом.

Перед ней остановилась чёрная машина Нейта. Он опустил окно с пассажирской стороны.

– Готова?

Она коснулась подвески на шее. Наследие, оставленное ей родителями, что бы с ними ни случилось. Ответов у неё всё ещё не было, но она собиралась их отыскать.

– Готова, – ответила девушка.

Открыв дверь, она села в машину. Нейт пулей пронёсся по загруженным улицам. Возвратились рождественские пробки, в одночасье развернулись рождественские рынки. На Рокфеллер-плаза стояла рождественская ёлка. Сама Кирс этого не видела, скрываясь в «Пяти углах», но ей рассказывала Колетт. Словно в этом году все с удвоенным рвением старались вернуть городу рождественскую магию и праздничное настроение.

После всего, что произошло в день солнцестояния, Кирс, Джен и Итан ушли к Колетт, которая выделила им другую комнату. Никто из них не сказал этого вслух, но они не были готовы возвращаться на чердак. На следующий день проснулись волки, и друзья переехали обратно к Повелителям. Нейт тысячу раз извинился за то, что случилось, пока он сидел на цепи. Но Кирс его и не винила. Она вообще не была уверена, что даже Нейт смог бы справиться с Лорканом в ту ночь.

– Ты точно уверена? – спросил Нейт.

– Абсолютно.

– Всё ещё извиняюсь, – сказал Нейт, бросая на неё быстрый взгляд. – За всё.

– Тебе не за что извиняться, Нейт. Там всё полетело к чертям.

Волк кивнул, и остаток пути они проехали в тишине. Заглушив двигатель в квартале от Колетт, Нейт припарковался на первом попавшемся месте.

– Ты же знаешь, Кирс, моя дверь всегда для тебя открыта.

– Знаю, – сказала она. И правда знала.

Но она больше не могла сидеть у Нейта. Или у Колетт. Ей столько надо было сделать, столько узнать. Пора было приступать.

– Не пропадай ещё на год, ладно? – Он обнял девушку. Она не стала даже сопротивляться, разрешая согреть себя волчьим теплом. Как же Кирс изменилась.

– Я вернусь, – пообещала она.

Кирс как раз выходила из машины, когда он окликнул её.

– Погоди.

Она сунула голову обратно в салон, и Нейт протянул конверт.

– Не собирался тебе отдавать. Он не заслужил иметь к тебе доступ. Но… Блин.

Кирс перевернула чистый конверт и обнаружила на нем зелёную восковую печать с узором в виде жёлудя. Лоркан. Кирс запихнула конверт в карман куртки.

– Спасибо, Нейт.

Перебежав улицу, она остановилась у крыльца борделя. Кори, неподвижным стражем стоявший у двери, расплылся в улыбке.

– Кирс! Рад тебя видеть.

– Привет, Кори. – Она помахала ему рукой, удивляясь, что он ещё может улыбаться, учитывая их планы с Итаном и Джен. Хотя, может, Итан ему ещё не сказал. Оттягивал до последнего.

– Они тебя внутри ждут. – Кори открыл перед девушкой дверь.

Внутри её встретила Колетт. Волны её пышных рыжих волос рассыпались по спине. На ней было чёрное платье в пол и норка на плечах. При виде Кирс женщина вскинула бровь.

– Добро пожаловать назад.

– Неужели скучали? – спросила Кирс, пытаясь зацепиться хоть за что-то привычное.

– Нисколько. – Она понизила голос. – Я просто рада, что ты вернула мою Дженесис домой. И Итана, – добавила Колетт. – И себя саму, конечно же. Три моих ребёнка.

На этих словах у Кирс встал ком в горле. Когда Колетт протянула к ней руки, Кирс и ей позволила себя обнять. Сколько объятий в день прощания.

Она поднялась по старым, знакомым ступенькам, проводя рукой по перилам и слушая всё тот же сопровождающий её шаги скрип. Девушка никуда не торопилась, вспоминая о былом. Потом, чуть-чуть не дойдя до чердака, она остановилась и достала письмо Лоркана.

Сама не знала, будет ли его читать, но любопытство взяло верх.

Кирс.

Я знаю, ты мне не доверяешь. Я не дал тебе для этого повода. Но ему верить тоже нельзя. Не буду в сотый раз перечислять все способы, которыми он пудрит людям мозги. Верю, что ты и сама уже увидела правду.

Я мог бы удариться в поэзию и рассказать тебе, что ты священна для моего народа, как ты изменила весь мир, но за время нашего краткого знакомства я успел понять, что тебя не переубедить.

Так что иди.

Иди и узри остальной мир. Найди ответы так же, как их нашёл я. Как их нашёл он. А когда вернёшься домой, я буду ждать.

Л. Ф.

P. S. Я бы начал искать на Гоблинском Рынке на Графтон-стрит в Дублине.

Кирс сложила письмо и засунула обратно в карман. Несносный, заносчивый мужик. Как будто не он угрожал убить её и её семью несколько раз, в том числе после того, как пообещал этого не делать. Как будто она не видела его собственные лживые сети. Теперь Лоркан ползал перед Кирс на коленях, потому что она, оказывается, была священна для его народа. Этого мало.

Скрипнув зубами, Кирс отпустила злость, преодолела последние несколько шагов и толкнула дверь на чердак.

Почему-то теперь он казался… меньше.

Неужели они и правда жили тут втроём?

Их кровати всё так же стояли у дальней стены. Тренировочный комплекс находился посреди комнаты, заброшенный. Уголок Джен для её Таро и травяных отваров. Диван, на котором они валялись вместе. Кирс провела пальцем по комоду и обнаружила на нём пыль. Итан всегда держал всё в такой чистоте, что в это сложно было поверить. Большинство растений погибли или исчезли из опустевших горшков. Арфа Джен, заброшенное хобби, которое так и не прижилось, валялась среди бардака на её столе. Одежда Кирс всё ещё лежала в шкафах или была разбросана по полу. Здесь они когда-то жили.

– Привет, – сказал Итан, закидывая за плечи набитый рюкзак.

– Кирс. – Джен обернулась на звук её шагов. – Мы как раз собираемся.

Все вещи Кирс из дома Грейвза привезли утром Рождества в аккуратно упакованных коробках. Ни записки, ни привета от него самого. Только коробки и ещё пять миллионов на её банковском счёте. Плата за услуги.

Кирс это не удивило. Она была ещё одним человеком, которого он от себя оттолкнул. Ещё одна из списка тех, кто от него ушёл.

Так что, по-хорошему, ей ничего не было нужно на чердаке. Одежда от Грейвза была качественнее, да и сидела лучше. Просто надо было закрыть эту главу.

– Тебе придётся ей сказать, – прошипела Джен.

– Что сказать? – очнулась Кирс.

– Я… я остаюсь, – сказал Итан.

Кирс моргнула.

– В каком смысле?

– В смысле… – Он глубоко вздохнул. Он правда боялся говорить об этом. – Я буду тренироваться с Лорканом.

На этот раз Кирс застыла на месте.

– Что, прости?

– Он же сказал, что может учить нас… меня. Я… Друид, – сказал Итан, нервно проводя рукой по кудрям. – И я не знаю, что это значит. Я даже не знаю, как это возможно. Но у него есть ответы. Прямо сейчас, Кирс.

– Он же тобой воспользуется, – сказала девушка, с трудом сдерживая свой тон.

– Он не Грейвз.

– Нет, не Грейвз, – подтвердила Кирс, и это не было комплиментом.

– Итан это сделает и без твоего согласия, Кирс, – заметила Джен. – Так что просто порадуйся за него.

– Порадоваться, – повторила она. – Он же пытался тебя убить. Вас обоих. Он почти убил меня.

– Я знаю, – перебил её Итан. – Но это то, чего я хочу. У меня есть магия. Хочу знать, как ею пользоваться. Так что я пойду к нему. Ты свою сделку с дьяволом заключила. Позволь мне заключить мою.

Ей не хотелось этого делать. Хотелось умолять его передумать. Но Кирс не могла решать за друга.

– Конечно, – сказала она вместо этого. – Конечно, если это твой выбор.

Итан выдохнул.

– Ты… ты тоже можешь со мной.

– Не могу, – сказала она. – Мне нужны мои собственные ответы. Без обязательств. Надеюсь, ты получишь от Лоркана то, что хочешь, но, если он что-нибудь с тобой сделает, напомни, что я его убью.

Итан рассмеялся, но, осознав, что подруга говорит серьёзно, неловко прокашлялся.

– Ага, уверен, он будет в восторге. – Итан повернулся к Джен. – А ты?

– Я считаю, что тебе нужно идти своей дорогой, даже если мы с ней не согласны, – тихо сказала Джен. – Но лично я с Кирс.

Он кивнул.

– Так и думал.

– Но мы вернёмся, – настойчиво сказала Джен. – Навсегда нас разлучить не выйдет.

Джен поманила Кирс к себе, и та позволила своим друзьям обнять её. Этот их трискель, как назвал его Лоркан, который они создали сами. Кирс знала, что вместе они сильнее. Мысль о том, что Итан уйдёт к Лоркану, ощущалась… неправильно. Но она не могла остановить его, точно так же как он не мог остановить её. И всё же, думая о том, что друга не будет с ними, она чувствовала себя потерянной.

Джен похлопала Кирс по руке, и они проводили Итана до двери.

– Кирс, – сказал он через плечо. – До встречи.

Девушка улыбнулась, борясь с подступающими слезами.

– До встречи.

Когда он ушёл, Кирс позволила слезе скатиться по щеке и тут же яростно её утёрла. Итан сделал свой выбор. Разговор окончен.

Скрип ступенек вернул её в реальность. Девушка развернулась, надеясь, что он передумал, но, вопреки здравому смыслу, фигурой, вошедшей на чердак, оказался Грейвз.

Она резко втянула воздух при виде него. Колдун хорошо смотрелся в отглаженном чёрном костюме. Рана его, судя по всему, полностью затянулась, так как на нём не было даже перевязи. Никто бы и не догадался, что ещё неделю назад его пырнули мечом. Но Кирс знала. Видела это в наклоне его головы, в стиснутых зубах, в том, как он держал свой вес. Она знала его слишком хорошо, чтобы не видеть болезненного напряжения. Это осознание делало всё хуже. Она и правда его знала.

И её спутанные чувства тут никак не помогали.

– Вот уж не думала, что увижу тебя тут, – призналась она, когда тот вошёл на чердак.

– Хотел увидеть тебя, пока ты не уехала.

– И что, не послал машину? Не стал ждать, пока я приду сама?

– Я пришёл к тебе, – просто сказал он.

Кирс отвела взгляд.

– Тут небогато, но это был наш дом.

– Я понимаю, что это место для тебя важно.

– Стой, ты что, пришел просить меня остаться? – покосилась на него Кирс.

У колдуна был тёплый взгляд.

– А что, сработает?

Она тихо рассмеялась.

– Вопросом на вопрос. Типичный Грейвз.

– Останься, – сказал он с почти умоляющей ноткой.

– Не могу, – ответила девушка.

Она хотела услышать от Грейвза эти слова. Хотела, чтобы он желал её так. Хотела быть ему нужной. Долгое время она считала, что они одинаковые. Они и были – где-то в корне.

Они подходили друг другу не только потому, что он был Остролистным Королем, а она – его Крапивником. Нет, потому что они были двумя обрывками одного гобелена, и, будучи с ним, ей казалось, что её пришили на место. Вот только он распорол тот шов обратно своим мечом. И она пока не знала, как это исправить.

Поэтому и стало понятно, что ей нужно уйти. Уйти и самой искать ответы. Здесь она навсегда бы осталась частью плана Грейвза. Знала бы ровно столько, сколько нужно ему, а не сколько нужно ей. Она хотела большего. И если ей и суждено было вернуться в этот город, домой, к Грейвзу… она хотела сделать это по-своему.

– Понимаю, – сказал он неодобрительным тоном.

– Можешь подсказать, с чего мне начать, – предложила она.

Грейвз обдумал её просьбу.

– Если бы я начинал сейчас, я бы отправился в Дублин, – сказал он. – На Графтон-стрит есть место, которое называют Гоблинским Рынком. Раз ты не остаёшься, то попытай удачу там.

Кирс чуть не рассмеялась. Гоблинский Рынок. То же место, что ей посоветовал Лоркан. Что же, если она и сомневалась в ком-то из них, то, что их рекомендации совпали, делало всё это достовернее.

– Спасибо.

Он кивнул.

– Береги себя, ладно?

– Как и всегда.

– Этого-то я и боюсь.

– Не недооценивай меня, – попыталась кокетничать Кирс.

– А копьё? – нерешительно спросил Грейвз.

– Копье принадлежит мне, – ответила она. – Подождёт твоё заклинание.

Он схватил её за руку. Только сейчас Кирс поняла, что на нём не было перчаток. Кожа к коже. Его жар впитался в её ладонь.

– То, что произошло между нами, было настоящим, – признался он. – Для меня.

– Знаю. – Она поймала взгляд серых глаз, увидела в них все его бушующие эмоции. Ей хотелось в них утонуть. Ей столько всего от него хотелось. – Для меня тоже.

Дверь на чердак скрипнула.

– Кирс, Итан ушёл… – Джен осеклась, заметив в комнате Грейвза. – Ой. Я могу вернуться потом.

Кирс окинула взглядом чердак, который когда-то был её убежищем. Теперь это была просто комната. Главными в её жизни были люди. Джен, Итан, Колетт, Нейт – вот кто имел значение. Может… может быть, даже Грейвз.

– Нет, – сказала Кирс. – Я думаю, мне больше ничего не нужно.

Пройдя мимо Грейвза, она взяла Джен за руку и перелистнула последнюю страницу своей жизни на чердаке.

– Ты ещё вернёшься? – донесся до неё голос Грейвза с той стороны двери.

– Нью-Йорк – это мой дом, – сказала она. – Я здесь ещё не закончила.

Интерлюдия

Грейвз стоял посреди отремонтированной библиотеки. Все книги вернулись на свои места. Крышу починили. Даже Анна снова была с ним.

Весна в самом разгаре, но ему всё ещё было холодно.

Потому что в городе не было Кирс.

Он помнил, как увидел её в первый раз. Маленькая воровка, пробравшаяся сквозь его печати, чтобы украсть бриллиант. Она стояла в полумраке, тёмные волосы каштановой волной спадали из хвоста. Не совсем худосочного телосложения – он видел множество таких в городе после окончания войны. У неё было побольше мышц, чем у большинства. Мелькнули острые скулы, она убрала камень в карман и стала озираться, проверяя, нет ли кого вокруг.

Но его она не заметила.

Не была готова к его ярости. Когда он поймал Кирс и она оказалась в его власти, стояла перед ним, с крапивником на подвеске под горлом, и её кожа отказывалась предоставлять ему желанные ответы.

В тот момент он понял, что она сильна. Но даже не подозревал насколько.

И уж точно не знал, что эта сила сделает с ним.

Грейвз прожил столько жизней, но ни одна из них не поддавалась никакому сравнению с теми неделями, что он провёл рядом с ней.

Налив себе выпить, он подхватил на руки чёрную кошку. Анна возмущённо зашипела и укусила его, заставив уронить её обратно. Приземлившись на лапы, она запрыгнула на диван и злобно покосилась на хозяина, прежде чем улечься на сиденье.

Кошка вела себя так с самой ночи солнцестояния. Сложно было её винить.

– Знаю. Я тоже по ней скучаю.

Осушив стакан, Грейвз поставил его на стол и склонился над материалами заклинания, над которым трудился почти всю свою жизнь. Чтобы завершить его, ему были нужны четыре предмета. Ещё неделю назад у него было два из четырёх, а сегодня – ни одного. Вернулся к тому, с чего начал.

Повинуясь мимолётной вспышке гнева, он взмахнул рукой и снёс всё со стола, рассыпая бумаги и документы по полу. Стакан последовал за ними, разбиваясь на миллион осколков. Всё его спокойствие улетучилось. В нём кипела ярость. Он потерял два предмета… и Кирс. Своего Крапивника. А что взамен?

Уперевшись руками в стол, он наклонил голову. Иссиня-чёрные волосы упали ему на глаза.

Он знал, у кого меч.

Знал, у кого копьё.

Это уже что-то. Лучше, чем ничего, хотя именно так оно и ощущалось.

Он был знанием. Его силы позволяли читать ответы на величайшие загадки вселенной, но он не мог добиться того, чего на самом деле хотел. Единственного по-настоящему необходимого знания. Женщины, которую он действительно желал.

Ещё хуже, теперь во всем этом оказался замешан Лоркан. Да, конечно, Друиды с огнями тысячелетиями были вместе, пока огни не вымерли, но Лоркан так хотел прибрать к рукам Кирс не поэтому.

Он вспомнил, как тот назвал её «a chuisle mo chró».

Грейвзу сложно было даже выдавить слова из себя, когда Кирс спросила его об этом. От одной только мысли глаза заливало красным. Ну конечно, конечно же, после всего случившегося ему ещё и в этом предстояло с Лорканом соревноваться.

Биение его сердца, да уж.

Так Грейвз и остался сидеть, тяжело дыша и пытаясь сдержать бурлящую в нём злость. Пошевелился только тогда, когда почувствовал вибрацию телефона в кармане.

Вздохнув, он оттолкнулся от стола и ответил:

– Алло?

– Грейвз, – сказал хриплый голос на той стороне провода.

Он замер. Этот голос колдун не слышал уже очень, очень давно.

– Лаз?

– Есть наводка, если тебе интересно.

– Целиком и полностью зависит от того, что ты там нашёл.

Лаз фыркнул.

– Ты знаешь, что я искал.

Грейвз выпрямился. По его лицу расплылась улыбка.

– Ты нашёл котёл.

– Бинго.

– Рассказывай.

Чем дольше Лаз говорил, тем чётче Грейвз осознавал одну важную истину: для этого дела ему понадобится очень искусный вор.

Благодарности

Когда я села за написание «Крапивника», то и представить не могла, через сколько всего мне придётся пройти с этой книгой. Шесть лет потребовалось на то, чтобы из зёрнышка идеи вырастить ту красоту, что вы сейчас держите в руках. Слишком часто мы смотрим на завершённый проект и забываем, как долго к нему шли. Поэтому хочу вспомнить всех, кто прошёл этот путь со мной.

В первую очередь хочу сказать спасибо своему мужу Джоэлу, который был со мной с самого начала, когда я впервые написала про Грейвза. Спасибо ему, что, когда я заявила, что хочу написать монстров-«Мстителей», он не рассмеялся, а поддержал меня. Спасибо за все те годы, которые мы провели, превращая эту книгу в то, какая она сейчас, и за то, что слушал, как я вслух зачитываю правки, снова и снова, до кровавых слёз. И конечно же, спасибо моему малышу, который родился и рос одновременно с написанием этой книги.

Спасибо моему агенту, Кимберли Броуэр, которая услышала концепцию Грейвза и сказала: «Пиши книгу. Это оно». Ты была права. Это был целый путь. Длинный, извилистый путь, но ты всю дорогу была со мной. Мой боец, ты позволяла мне плакать, жаловаться, радоваться и прыгать по комнате. Спасибо, спасибо, спасибо. Без тебя меня бы тут не было.

Всем моим друзьям, кто уделил этой книге хоть немного своего времени. Ребекке Яррос за каждый двухчасовой звонок, каждую эсэмэску и каждое виртуальное объятие – это было наше совместное путешествие. Нане Малоун, которая всегда была на той стороне провода, когда была так нужна. И читателям по сложным темам, которые вычитали для меня Имани и Монтрелла и подтолкнули добавить в книгу персонажного разнообразия, которым я могла бы гордиться. Стейси Харт за каждый писательский сеанс, за каждую мелкую правку и за твою дружбу. Диане Петерфройнд за то, что раз за разом напоминала мне, чего я стою, и запрещала мне идти на уступки. И за название книги, которое я бы ни за что без тебя не придумала! Сьерре Симоне за то, что у нас с ней похожие проблемы, и за то, что подталкивала меня не смягчать эти вопросы, когда я уже собиралась притормозить. Рэйчел ван Дайкен за все длинные сообщения, благодаря которым я дошла до конца. Кэнди Стайнер, моей бессменной поклоннице. Благодаря тебе эта индустрия становится светлее. Аманде Буше за красивую цитату и за то, что сравнила эту пару с Барронами. Высшая похвала! А ещё спасибо Лорелин Пейдж, С. Д. Рейсс, Мари Манкуси, Керри Энн Райан, Лекси Райан, Холли Рене, К. А. Такер, Адриане Лок, Клэр Контрерас, Лизе Бейкер и Вирджинии Кэри.

Моим альфа-читателям: Анджи, Беки и Ребекке. Вы прочли уйму первых черновиков этой книги, и я буду вечно благодарна за ваши наставления и поддержку. Мы это сделали, девчонки!

Моему невероятному публицисту – Даниэль Санчез. Не устану благодарить тебя за все твои мудрые советы и те моменты, когда ты меня подбадривала. Моей незаменимой ассистентке и подруге, Дэвин МакКейн. Твой труд очень ценен, и издать эту книгу было гораздо проще с твоей помощью.

Спасибо Лиз Пеллетье и команде «Красной Башни», которые вели эту книгу с самого первого дня. Очень благодарна, что вы прочитали её ещё до анонса и сразу дали ей шесть звёзд. Бри Арчер за блистательную обложку, которая превзошла все мои мечты. Молли Маджумдер за идеальные правки, благодаря которым эта книга ожила. Ханне Линдси за бесконечную корректуру. Множеству чувствительных читателей и кельтскому фольклористу, которых привлекли к этому проекту.

Спасибо Джиллиан Грин и команде Tor UK за вашу работу за сценой и особенно за потрясающую обложку британского издания. А ещё огромное спасибо всем зарубежным издателям, которые переводят «Библиотеку Остролиста».

И наконец, спасибо всем читателям, которые поддержали эту книгу. Каждому из вас, кто взял её, прочитал и влюбился в неё. Это книга от самого моего сердца, та, которую я всегда хотела прочитать, и я надеюсь, что для вас она тоже станет такой!

Notes

1

Нохо (англ. NoHo) – исторический район в Нижнем Манхэттене, расположен между кварталами Ист- и Гринвич-Виллидж. Название района образовано первыми буквами от словосочетания North of Houston.

2

Отсылка на знаменитую ирландско-итальянскую банду XIX века «Пять углов» из трущоб Манхэттена. Из этой банды вышли такие знаменитые гангстеры, как Альфонсе «Аль» Капоне и Чарльз «Лаки» Лучано.

3

Де́си – термин, применяемый к людям, культурам и продуктам индийского субконтинента и диаспоры.

4

Санкофа – слово на аканском языке Ганы. На русский язык оно переводится как «обернитесь и возьмите» (san – возвращаться; ko – идти; fa – искать, находить и брать), что означает важность изучения прошлого. Изображение символа может сильно различаться. Наиболее распространённые виды – птица, обернувшаяся к хвосту, возможно с яйцом в клюве, или же несколько изменённый символ сердца.

5

1 Туа́та Де Дана́нн (др. ирл. Tuatha Dé Danann) – «племена богини Дану» – четвёртое из мифических племён, правивших Ирландией, согласно ирландской мифологии.

6

Абайя – традиционное арабское длинное женское платье с рукавами.

Content

К. А. Линд
Библиотека Остролиста

От автора

Часть I Библиотека Остролиста

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Интерлюдия

Часть II Крапивник

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Интерлюдия

Часть III Иммунитет

Глава 19

Глава 20

Глава 21

Глава 22

Глава 23

Глава 24

Глава 25

Глава 26

Интерлюдия

Часть IV Дубовый и Остролистный Короли

Глава 27

Глава 28

Глава 29

Глава 30

Глава 31

Глава 32

Глава 33

Глава 34

Глава 35

Глава 36

Глава 37

Интерлюдия

Часть V Третий Этаж

Глава 38

Глава 39

Глава 40

Глава 41

Глава 42

Глава 43

Глава 44

Глава 45

Глава 46

Глава 47

Глава 48

Глава 49

Глава 50

Интерлюдия

Часть VI Зимнее солнцестояние

Глава 51

Глава 52

Глава 53

Глава 54

Глава 55

Глава 56

Глава 57

Глава 58

Глава 59

Глава 60

Глава 61

Глава 62

Глава 63

Интерлюдия

Благодарности

Notes