Код идеальной магии 3

Глава 1

Я обнаружил, что нахожусь в полутемном помещении с резким запахом сырости. И оно совсем не напоминало кабинет моего отца.

Так, где же я все-таки?

Окон нет, но есть трещина под потолком. Именно оттуда лился солнечный свет. Кроме неба, в ней ничего не было видно. Это напомнило мне тот момент, когда я впервые попал в этот мир, оказавшись в тюремной камере.

«Алекса, ты как? И где я?» — надеюсь, что она сможет определить, что это за место.

«Работа стабильна. Запускают поиск.»

Ее ответ скинул с души здоровенный камень. Как же мне ее не хватало на том суде перед кристаллом!

«Меня очень интересует, почему мы здесь, а не в поместье.» — я все же вернулся к более насущным вопросам.

«Возможно, использование деталей заклинания Дягилева повлияло на само перемещение. Я провожу анализ.»

«Но как так, если я прописывал конечную точку маршрута, ориентируясь на кисточку на столе?»

«Анализ запущен. Подождите, пожалуйста.»

Я решил дать ей время, а заодно и нужно придумать, как тихо выбраться из этого места. Шуметь не хотелось, тут могли и люди быть. И хорошо, если именно они, а не дикие звери.

Выглянув из пустого дверного проема, я увидел длинный коридор и еще несколько таких же помещений, но в них хотя бы были окна, пусть и разбитые. Все вместе это напоминало какое-то учреждение, правда, давно заброшенное.

«Тимофей Викторович, к сожалению, я не могу определить координаты.»

«А что с заклинанием?»

«Анализ еще не закончен.»

Вот бы сейчас мобильник с картой! Выругавшись себе под нос, я прошел по пыльному коридору, осторожно обходя рухнувшие балки. Здесь света было гораздо больше, да и дышалось легче.

Заглянув в очередную комнату, я увидел гору сломанных парт и понял, где нахожусь: школа или колледж.

По пути до лестницы я еще нашел кабинет секретаря: небольшая каморка со столом и стеллажами без полок. И почему им всегда приходится ютиться в таких крошечных помещениях?

Осторожно спустившись по ступеням — выглядели они паршиво, — я оказался в огромном холле. Когда-то здесь было красиво. Я насчитал штук пятнадцать пустых цветочных горшков, десяток дыр от светильников и приметил места, где висели картины.

А вот входных дверей не было. Что-то мне подсказывало, что в ближайшем населенном пункте они стоят у кого-то дома.

Выбравшись из заброшенной школы, я глубоко вздохнул, решая, куда пойти дальше. Хотя на этот вопрос ответ нашелся быстро: от крыльца вела дорога. Она почти заросла травой, но все еще была заметна.

Что ж, солнце еще высоко, можно и прогуляться.

Через час неспешного шага и разговоров с помощником я вышел к шоссе. Вспомнив свой опыт в прошлой жизни, решил поймать попутку. Хотя бы выясню, где я нахожусь.

Мне повезло на третьем мобиле. В нем сидела очаровательная старушка, которая любезно предложила довести меня до ближайшего городка. На вежливые вопросы пришлось придумать историю с шуткой друзей, которые бросили меня по дороге домой. В ответ я узнал, что оказался под Мосградом, но совершенно в другой стороне от Дубровска.

«Тимофей Викторович, возможно, я выяснила, в чем причина неудачи с перемещением.»

«Рассказывай,» — я прикрыл глаза, сделав вид, что задремал.

«Когда вы использовали часть кода Дягилева, то невольно привязали заклинание к нему.»

«Но его же не было в том здании.» — удивленно отметил я.

«В том месте остатки его ауры. Скорее всего, он был там и недавно.»

«Интересные выводы. То есть я невольно повторил его маршрут?»

«Да, я склоняюсь к этому варианту.»

«И что же он делал в этом заброшенном месте?»

«Не могу ответить, нет данных.»

«Это был риторический вопрос», — скривился я.

Мое внимание привлекла старушка, сказав, что мы въезжаем в Старые Дубны. Я попросил ее высадить меня возле ближайшей гостиницы, потом тщетно пытался дать старушке денег, но она отказалась.

Городок оказался совсем крошечным. Пыльные дороги, низкие дома и почти никого из людей. Хотя, возможно, это связано с тем, что сейчас середина рабочего дня и среда. Или уже четверг? Совсем запутался.

В гостинице «Зеленая даль» мне любезно разрешили воспользоваться древним телефоном.

— Слушаю, — резко сказала в трубку Тень.

— Привет.

— Ты уже добрался? Чего так долго не звонил? — обеспокоенно спросила она.

— Я тут неожиданно оказался в Старых Дубнах.

— Где-где⁈ — перебила она меня.

— В Старых Дубнах промахнулся немного. Сейчас найду мобиль и поеду в столицу.

— Хорошо. Главное, что ты жив, — вздохнула она. — Хочешь, я за тобой приеду?

— Нет, и так много времени потерял.

— Зря ты все-таки прыгнул. Наэкономил время.

— Учту на будущее, — я не обиделся на ее слова, ведь она была права. — Позвоню, как доберусь.

Я положил трубку и сразу спросил девушку на стойке про аренду мобиля. Сам за рулем я еще ни разу не сидел, но и водителя брать не хотелось. Вроде ничего не было сложного, должен справиться, а если что, Алекса подстрахует.

До поместья отца, судя по карте, было добираться всего три часа. Все же эти Старые Дубны находились ближе к Мосграду, чем я думал.

С транспортом все получилось очень быстро. Я даже не успел допить кофе, как мне уже вручили ключи с громадным брелком в виде дуба.

Сев на место водителя, я машинально проверил весь код и обновил несколько заклинаний. А то заглохну посреди шоссе,! И только потом приложил пластинку к панели управления. Раздался легкий гул, и мобиль тряхнуло.

«Вам необходимо надавить на руль, чтобы тронуться с места», — подсказала Алекса.

Я так и сделал. Вскоре потрепанная лошадка медленно вырулила на шоссе и повезла меня в сторону Мосграда.

Весь путь я искренне постарался побыстрее забыть, потому что у меня все время потели ладони, пот катился градом по спине, а со всех сторон постоянно раздавались сигналы клаксонов. И как я только в аварию не попал!

Но под конец уже освоился, и когда въехал в столицу, чувствовал себя уверенным водителем. Ориентируясь на подсказки Алексы, я быстро нашел дом отца. И с невероятным облегчением вышел из мобиля.

Больше никогда не сяду за баранку этой консервной банки!

Нужно не забыть сказать дворецкому, чтобы он отогнал мобиль к одному из партнеров гостиницы, чтобы уже забыть все это, как страшный сон.

— Рады вас видеть снова! — входная дверь отворилась, едва я вдавил кнопку звонка.

— Георгий Михайлович, а почта есть? Для меня или отца.

— Конечно, все сохранено и занесено в журнал. В кабинете Виктора Александровича.

— Да? А я и не заметил, когда был там.

— Письма в папках в шкафу. Разложены по датам.

— Спасибо, посмотрю, — сказал я уже по пути в кабинет.

Если отцу или мне действительно приходили извещения от юристов, мне стоит на них взглянуть. А заодно узнаю про банковскую ячейку. Не бегать же мне по всем банкам в ее поисках.

И я с головой зарылся в бумаги. Через час понял, что у меня расползаются глаза в разные стороны, и просто нет уже никаких сил смотреть на буквы. Мне бы это оцифровать да запустить поиск.

А почему бы и нет?

— Алекса, душа моя, появись.

— Слушаю, Тимофей Викторович, — она мгновенно возникла рядом со столом.

— Ты же можешь прочитать все это и сделать анализ данных? И чтобы потом я мог найти то, что мне нужно в твоей памяти.

— Конечно.

— Прекрасно, — я задумался, — а другие документы, которые я держал в руке, ты тоже помнишь?

— Все верно, Тимофей Викторович.

Боги, у меня не помощник, а просто чудо какое-то! И почему я раньше до этого не додумался⁈

— Тогда начинай сканировать, — сказал я с улыбкой и начал неторопливо перебирать документы.

На каждый лист тратил не более пары секунд, этого времени помощнику вполне хватало. Дело, наконец, сдвинулось с мертвой точки.

Пока Алекса все запоминала, я не переставал думать о Дягилеве и той заброшенной школе. Что он там делал? Зачем переместился? По работе?

К слову, я даже не видел его следов в пыли, или не обратил внимание?

— Алекса, в том здании были признаки того, что там кто-то был?

— Если брать во внимание следы ауры Дягилева, то он там определенно был.

— Но отпечатков ботинок я не видел. Получается, прыгнул и вернулся?

— У меня нет ответа на этот вопрос.

— Да я больше сам с собой это обсуждаю. Он говорил, что ему обязательно нужно побывать на месте, чтобы потом туда переместиться. Значит, он уже был там.

— Вас еще интересует информация о банковской ячейке? Я нашла сведения.

Я вновь обратил свое внимание на документ и нашел в нем название банка, адрес и номер ячейки. Вот туда я и отправлюсь.

Как только я сказал дворецкому, что поеду в банк, он порекомендовал взять водителем садовника Григория. Конечно же, я согласился. Даже мысли не допускал, что еще раз сяду за руль.

* * *

— Нам нужно свидетельство о праве на наследство и ваши документы, — сверкая белозубой улыбкой, сказал сотрудник банка.

— Держите, — я протянул тонкую папку.

После трехминутной проверки меня пригласили в хранилище. Оно выглядело точно так же, как в моем мире, только замки были магические.

— Надеюсь, вы знаете код, без него ячейка не откроется, — не опуская уголки губ, проговорил сотрудник.

— Да, спасибо, я знаю.

Врал, конечно, никаких паролей и кодов я не знал. Но это и не обычный замок, как у отца на сейфе, а значит, мы с Алексой его вскроем.

Сотрудник даже не успел выйти из комнаты, а помощник уже приступил к работе. Нужно было всего лишь посмотреть в системе заклинания нужное слово.

— Свет мой, — тихо сказал я, прижав к замку руку.

Раздался щелчок, и маленькая дверца открылась. Внутри лежал один плотный коричневый конверт. И судя по весу, там лежали не деньги.

Едва сдерживая любопытство, я вскрыл его и достал единственный листок со списком имен. Всего их было семь.

Пробежавшись по ним взглядом, я вдруг окаменел. Под номером пять значился Дягилев Артем Алексеевич.

— Почему ты хранил этот список, отец? — дверца ячейки с грохотом закрылась. — Что ты хотел сказать этим?

Как только я вышел из банка, моим первым желанием было прыгнуть к Дягилеву, но я не хотел рисковать. Мало ли где я могу оказаться? Мне на глаза попался висящий на стене телефон.

Я подошел и снял трубку, набрав номер, который хранился в памяти Алексы.

— Добрый день, — вежливо поздоровался я, — могу ли я услышать Ивана Калинина?

Кто, как ни тайная императорская служба может помочь мне разобраться в загадке семи имен?

— Слушаю, кто говорит? — вдруг рыкнули на том конце провода.

— Отвлекаю? Это Тимофей Зарницкий. Нужно встретиться.

— Через два часа в ресторанчике «У Аглаи», знаете где это? Больше у меня сегодня свободного времени не будет.

— Я буду там через два часа, — и я повесил трубку.

Да, я уже выдал себе мысленно затрещину. Совсем забыл, что он там, а я тут, в Мосграде. Значит, придется прыгать. Что-то мне подсказывало, что после смерти Разумовского на меня обратили пристальное внимание и надолго оставаться в столице мне не хотелось.

Поэтому я поспешил обратно в дом отца. Нужно еще раз пересмотреть схему телепортации, чтобы прыгнуть в правильное место.

Структура перемещения была завязана на ауру Дягилева, так магия понимала, куда меня отправить, не используя кротовые норы. Думаю, если я смогу перезаписать этот кусок кода, то у меня получится очутиться дома, а не в какой-то заброшке.

Оставался лишь вопрос: чью ауру использовать.

Первой на ум, конечно же, пришла Тень. Но Алекса тут же меня разочаровала информацией, что у нее нет копии ее кода. Но как только переступив порог кабинета отца, я понял, кто мне нужен.

Матильда!

Ведьминская магия, которую я использую, носит ее уникальный отпечаток. Потребовалось всего полчаса, чтобы создать новые строчки в заклинании.

Но перед прыжком, я на всякий случай решил все-таки позвонить и предупредить Матильду. Мало ли где она и с кем, не хотелось бы случайно упасть ей на голову, когда она, к примеру, в душе или в постели.

Тень, которая опять сняла трубку, внимательно выслушала меня и рассмеялась, сказав, что я правильно сделал, что набрал. Матильда как раз тренировалась с Ветром на заднем дворе.

Теперь перспектива упасть в ванну к ведьме выглядела намного лучше, чем получить внезапный удар воздушного кулака или проклятья.

Поболтав еще несколько минут о всякой ерунде, я отключился и начал готовиться к перемещению. Даже вспомнил крикнуть дворецкому, чтобы тот меня не искал.

Затем взял все документы, которые могли пригодиться, поправил пиджак и скомандовал Алексе начинать.

В следующее мгновение меня резко дернуло, и вдруг я очутился посреди заднего двора возле дома в Дубровске, под ошалевшими взглядами всей команды.

— У тебя получилось! — закричала Тень первой. — Привет!

А я молчал, пытаясь успокоить желудок и сердце, которые вдруг оказались у меня где-то в районе горла.

— Водички? — заботливо предложил Еж, но под моим взглядом сразу замолк.

Отдышавшись, я упал на скамейку рядом с магами.

— Ребята, — выдохнул я, — вы не представляете, как я рад вас видеть.

В ответ получил кивок, похлопывание по плечу и крепкое объятие. Глядя на них, меня отпустило. И я понял, что, по сути, совершил совершенно невозможное! Эйфория накрыла меня, зашумела в ушах и с силой сжало под ребрами. Как с парашютом прыгнул и удачно приземлился.

На этом фоне все переживания и приключения померкли, оставив после себя какую-то дикую радость, от которой у меня была улыбка до ушей.

Впрочем, долго предаваться эмоциям я не стал, встряхнулся, собрался и внимательно посмотрел на магов.

— Ты что-то узнал, да? — спросила Тень.

— Да. Но пока не понял, что именно, — кивнул я. — Отец в банковской ячейке оставил список имен. И скоро я встречаюсь с Калининым, чтобы он помог мне узнать, кто они.

— Поехать с тобой? — Тень выглядела встревоженной.

— Нет, я возьму только Ветра. Калинин его знает. Да и мне спокойнее, когда он за рулем.

— То есть, я плохо вожу⁈ — она сразу надулась. — Я, между прочим, ни одного мобиля не разбила.

— А вот это правда, — вдруг вставил Еж. — Те мобили, что ты водила, разбить невозможно. Они же бронированные.

На секунду мы все замолчали. Потом раздался звук смачной затрещины и хохот Матильды.

— Ладно, ладно, я вам это припомню! — Тень демонстративно сложила руки на груди, но я видел, что уголки губ ее подрагивают. — А, фиг с вами!

И она рассмеялась. К ней присоединились остальные. Даже Ветер улыбнулся.

Но все хорошее имеет свойство заканчиваться. Вот и мне пришлось вставать и пойти в дом, чтобы подготовиться к встрече с Калининым. Как минимум я мечтал принять душ. После той заброшенной школы я чувствовал себя ужасно грязным.

Едва я намылил голову, дверь аккуратно открылась и ко мне зашла Тень. Из одежды на ней были только домашние тапочки.

— Я очень рада, что ты жив, Тим. Не пугай меня так больше.

— Не обещаю, но постараюсь. Иди сюда, — я дернул ее к себе, и она залезла со мной под воду.

И мир для нас перестал существовать на кратких полчаса.

А еще через полчаса я, полностью одетый и со списком в кармане, уже сидел в мобиле и смотрел на Оксану через стекло.

— Куда?

— Ресторанчик «У Аглаи». Не представляю, где это, — пожал я плечами.

— Проспект Жукова, двадцать семь, — Алекса появилась так неожиданно, что я чуть не вздрогнул.

— Ты хоть предупреждай, — поморщился я. — Так и до инфаркта недалеко.

— Инфаркт вам не грозит, Тимофей Викторович, — уведомила меня помощница с заднего сидения.

Я не стал ей отвечать, а наблюдал, как Ветер уверенно ведет мобиль в сторону Дубровска. Нет, это какая-то особая магия, которую я осваивать совершенно не хотел.

Через двадцать минут воздушник уже припарковался возле симпатичного ресторана. Его вход был обильно украшен цветами, а двери разрисованы травяным узором.

— Ты уже бывал здесь? — зачем-то спросил я Ветра.

— Нет, — коротко ответил он и вышел из мобиля.

Я последовал за ним.

Калинин уже ждал меня, заняв угловой столик. Увидев нас, он махнул рукой и кивнул. Я сел напротив, а Ветер — на соседний диван. Вот что мне нравилось в этом невероятном парне, так это его умение делать все правильно. Сейчас у него была идеальная для защиты позиция, и в то же время, он не мог слышать то, о чем мы будем говорить с Калининым.

— Вы хотели меня видеть? Что-то срочное? — спросил Иван без приветствия.

— Да, — я вытащил список. — Мне в руки попало вот это. И мне нужно узнать, как эти люди связаны друг с другом.

— Любопытно, — он прочитал каждое имя, и его глаза на мгновение замерли напротив пятого номера.

— Откуда у вас это, Тимофей Викторович?

— Не могу раскрыть информацию, но это хранилось втайне ото всех. Значит, это очень и очень важно.

— Да, вы не представляете, насколько, — задумчиво сказал он. — Некоторые имена мне знакомы.

Он замолчал, будто размышляя, открывать ли мне всю информацию.

— Иван, я все равно их найду. И все узнаю.

— Но обратились все равно ко мне.

— Из-за Дягилева.

— Кстати, о нем, — Дягилев подался вперед, — это еще не обнародованная информация, но Артем пропал. Сразу после того, как перенес вас в Дубровск. Что вы об этом знаете?

Глава 2

Информация о пропаже Артема меня заинтересовала. Подробно расспросив Калинина о последних его передвижениях и заданиях, — последнее осталось под грифом «Секретно», — я задумался.

Технически я могу прыгнуть к Дягилеву, ориентируясь на его ауру, но стоит ли сейчас рисковать?

— А что касается остальных имен? — спросил я Ивана.

— Некоторые мне знакомы, — повторил он и замолчал.

— И?

— У нас в конторе есть отдельная коробка для странных случаев, — начал он, — к примеру, пропажа детей при подозрительных обстоятельствах. Когда родственники искренне верят, что их ребенок сбежал из дома, но при этом не взял с собой никаких документов и вещей. Спрашиваешь про них, а у родителей глаза бегают.

— И они не очень сильные маги, но дети попали под категорию одаренных?

— Да, откуда вы знаете?

— Догадался.

— А остальные?

— Семьи не знатные, отдаленные провинции, порой обращения не попадали в реестры. Ничего особо сказать не могу.

Кажется, я все правильно понял. Потенциально сильные ребятки пропадают неизвестно куда. И вдруг у моего отца обнаруживается их список. Интересное совпадение.

— Кстати, помните, вы просили посмотреть сведения про тех, кто неожиданно лишился силы?

— Да, нашли что-то?

— Немного, но все же есть пара моментов, которые меня заинтересовали, — он вытащил из портфеля тонкую папку. — Четверо подростков, из небогатых семей. Случаи между собой не связывали, списав на медицинские аномалии. Как только я обнаружил это, связался с Белотеловой.

— И что она сказала? — я забрал документы и начал просматривать.

— Что магические каналы заблокированы, — Иван вздохнул, не продолжив фразу.

— Но это не все? Они заблокированы так же, как и у меня, да?

— Все верно. Вы были правы, эксперимент продолжается, — кивнул Калинин. — Но Разумовский умер, кто остался?

— Разумовский связан со школой. Все упирается в нее.

— К сожалению, никакой конкретики я не нашел по этому вопросу. Не лично же он ее курировал.

— Должны быть связующие точки, — я нахмурился. — Должны быть!

— С этими именами будет легче их найти. Вот только Дягилев…

— Что Дягилев? Я могу его найти, — во мне загорелась решимость.

Телепортер мог быть той самой ниточкой, за которую нужно потянуть, чтобы раскрыть тайну.

В голове вдруг мелькнуло банальное: «зачем я в это лезу?» Но ответ я нашел довольно быстро. И он был очень прост.

Я хотел отомстить за то, что со мной сделали. А самое главное, найти, кто всем этим заправляет. Это поможет прекратить эксперимент и не допустить появления новых Зарницких.

Хотя, возможно, в глубине души я знал, что лукавлю. Больше всего я хотел понять, почему я стал таким. Почему кристалл стер с меня отпечаток чужого вмешательства, но при этом оставил мне Алексу?

Я рассчитывал, что, поняв это, у меня получится стать сильнее. Потому что судьба обязательно столкнет меня с Вороновым. И мне нужно быть готовым к этой встрече.

А еще я четко ощущал, что незнание собственных возможностей ограничивает меня. Хотелось больше.

— Я постараюсь еще что-нибудь узнать, — отвлек меня от размышлений Калинин. — И еще, как вы собираетесь найти Дягилева?

— У меня есть способ, — уклончиво ответил я.

— Вы уже решили это? Я не могу отправиться с вами?

— Как только я его найду, то могу послать сигнал через артефакт. Вас такое устроит?

— Вполне. Если сам не смогу — пошлю напарника. После смерти Разумовского служба в сложной ситуации. Факт, что толпа людей перехватила вас по дороге, да еще и под эгидой начальника безопасности. Я едва сдерживаю свое руководство, чтобы не арестовать вас, — он откинулся на стуле и внимательно посмотрел на меня. — Главное, что сейчас я могу сделать, так это размахивать вашим договором на консультации для нашей службы. А это уже прямое нападение на сотрудника.

— Кстати, что с пострадавшими в той стычке?

— Арестованы, находятся в больнице, — пожал плечами. — Вы их знатно отделали.

— Я не думаю, что это последняя стычка.

— Возможно. В любом случае вы сотрудник нашей организации, и мы вам помощь предоставим. В разумных пределах. Постарайтесь все же быть осторожным.

— Те, кто стоит за школой, могут быть выше вас.

— Вы думаете, нас это испугает? — усмехнулся он. — Для того мы и существуем. Сильные мира сего должны знать, что и на них найдется управа. Да и потом, мы отчитываемся перед императором.

— Посмотрим, — сказал я. — Сам факт наличия школы уже вызывает вопросы. Как такое можно провернуть и остаться в тени?

— Мы изучим это со всех сторон и разберемся, — твердо сказал Калинин и начал вставать. — Жду от вас вестей.

— До встречи, — кивнул я и тоже поднялся.

Теперь мне нужно было уединенное место, чтобы спокойно прыгнуть к Дягилеву. Только что делать с Ветром? Без его поддержки идти не хотелось, но с другой стороны, у него можно взять слепок ауры и в любой момент прыгнуть обратно.

Через десять минут мы с воздушником стояли в неприметном месте. Я Ветру уже все объяснил, взял у него кровь, и даже успел наложить код на монету. Другого в карманах не нашлось.

Маг будет меня ждать, сидя на скамейке. Оправлять его в комфортабельный мобиль я не стал, вдруг во время приземления меня располовинит крышей⁈

И только после этого начал переписывать код под Дягилева. Это все заняло у меня не больше трех минут, все же схема уже в голове была.

— Постараюсь вернуться поскорее, — сказал я Ветру и активировал заклинание. — Думаю, Дягилев появится первым. Будь наготове.

Меня, уже можно сказать, привычно дернуло, и я переместился.

* * *

— Что ты ему сказал⁈ — резкий голос саданул по нервам, едва я очутился в незнакомом месте. — Последний раз спрашиваю, что ты с ним делал и что ему сказал про нас⁈

— Это по работе, — низкий хрип Дягилева был едва различим. — Я был с ним по работе! Сколько раз я должен вам это говорить. Я телепортер. Мои услуги нужны людям.

— И почему же твои уникальные услуги понадобились именно ему⁈

Смачный звук удара и стало тихо. Ни вскриков боли, ни грохота упавшего я не различил, как не напрягал слух. Я стоял буквально за сломанной стеной, скрытый густой тенью. Сквозь трещины мне была видна только половина соседнего помещения, с тусклой лампочкой, дощатым полом и половиной тела человека, который бил Дягилева.

«Алекса, что там?» — как я ни вытягивал голову, рассмотреть самого телепортера мне не удавалось.

«Дягилев привязан к стулу, лицо разбито. Позади еще двое молодых людей. Их идентифицировать я не могу.»

«Что с их силой?»

«Физически хрупкие, за магию мне не известно. Нужен контакт.»

Я решил запустить с пластинок паралич, чтобы сразу вырубить противников, а потом забрать телепортера.

Так, я и поступил, резко выскочив из-за стены и молча бросив в троицу заклинанием. Они с глухим стуком моментально упали под ноги Дягилеву. Еще на всякий случай я погрузил их в сон. Вряд ли они смогли меня рассмотреть, так что я не волновался, что меня узнают.

Звук привел его в себя, и он осторожно поднял голову, поморщившись от боли.

— Зарницкий? — его глаза расширились. — Как вы меня нашли⁈

— Секрет фирмы, — скривился я, подходя ближе.

Ловушек в помещении не было, так что я шел спокойно. Быстро рязвязав Артема, я помог ему подняться.

— Вы можете переместиться?

— Постараюсь, но чувствую себя, конечно, отвратительно, — он пнул ближайшего мужчину. — Зря вы сюда пришли.

— Тебя ищут, я вызвался помочь, — пожал я плечами.

— Тогда нужно срочно уходить. Вы на мобиле?

— Нет, я прыгнул.

— Что⁈ Каким образом⁈

— Может, поговорим в другом месте? — я обошел лежащих магов. — И вы мне все расскажите.

— Они нас не слышат? — в его голосе прозвучал испуг.

— Нет, паралич и сон.

— Интересная вы личность, Тимофей Викторович, — покачал он головой. — А вода у вас есть? И какое сегодня число?

— Потом, все потом.

— Куда прыгать? — он встряхнулся, проверяя, как работают мышцы.

— Я переместился из сквера Скрябина в Дубровске, знаете такой?

— Удивительно, но знаю. Место не людное, но небольшое. Но почему не Мосград?

— Там ждет мой человек, Ветер, вы его видели, — я проигнорировал его вопрос.

— Да, хорошо. Тогда поехали?

— Вы, потом я сразу за вами, если вдруг промахнетесь.

— Не доверяете? — понимающе спросил Артем.

— Я все равно вас могу найти везде, где бы вы ни спрятались, — пожал я плечами.

Я не угрожал, а просто констатировал факт. Но Дягилев едва заметно вздрогнул и опустил голову.

А потом исчез.

Я подождал полминуты и прыгнул за ним, дернув за нить его ауры. И в следующее мгновение мне уже в лицо дунул легкий ветер Дубровска. Дягилев тяжело привалился к скамейке, Ветер застыл рядом с ним, но не как угроза, а как наблюдатель.

— Вам нужно в больницу, — сказал я, увидев синяки и ссадины при нормальном освещении.

— Я сам брошу лечилку, все в порядке. Вы должны куда-то меня отвести?

— Могу сразу к Калинину, чтобы вам не пришлось два раза рассказывать вашу историю.

Дягилеву ничего не оставалось, как согласиться. И я активировал артефакт, теперь тайная служба знает, где я нахожусь.

— Пока ждем, вы хотели воды, правильно я помню? Тут есть кафе, — я махнул рукой на другую сторону улицы. — Оттуда мы сразу увидим, когда за нами приедут.

— Мне бы сначала умыться, — растерянно сказал Дягилев, тронув рукой за разбитые губы.

— Запускайте лечилку, — резко сказал я. — Она все уберет.

— Простите, голова не соображает, — он нахмурился, сосредоточился и даже прикрыл глаза.

Было видно, что ему тяжело дается такая простая магия. Я на всякий случай попросил Алексу проследить за его заклинанием. Мало ли что там, может, быть? Вдруг Дягилев сейчас самоубьется о собственную силу. А мне этого совсем не нужно.

Но через минуту я и сам увидел, что лечение вовсю работает: синева начала сходить, пропали разводы крови, да и губа пришла в порядок.

— Вот, теперь можно идти, — удовлетворенно сказал я. — Возьмем навынос, чтобы не задерживаться.

Мы зашли в кафе, Ветер сразу же подошел к официантке и продиктовал заказ. Еще я знаю, что он доплатил за срочность, иначе почему девушка сначала нахмурилась, а потом широко улыбнулась. Хотя может причина в том, что воздушник — весьма приятный мужчина?

Так или иначе, два пакета нам вынесли буквально через три минуты. Получив их, мы вернулись в сквер на скамейку и сразу приступили к еде. Дягилев выпил половину бутылки воды и вгрызся в бутерброд, будто не ел уже пару суток.

А я вяло ковырял содержимое своего, не особо хотел есть, но нужно было чем-то себя занять. Ветер вообще не стал трогать свою порцию.

— Нашей встречи прошло меньше суток назад, но вас уже начали искать, — сказал я, наблюдая за Артемом.

— Да, получается, я не пришел на встречу, на телефон не отвечал. Все правильно. А вот, кстати, и Иван собственной персоной, — Дягилев махнул рукой с зажатым бутербродом на вход в сквер.

Я глянул в ту сторону и увидел одного Калинина. Я-то думал, что он придет с группой поддержки! Но нет.

Он неторопливо подошел, встал рядом с нами и сказал:

— Рад, что ты в порядке, — он посмотрел на Артема, а потом повернулся ко мне, — Тимофей Викторович, вы снова нам помогаете. Что я должен вам на этот раз?

Дягилев приподнял брови, но потом передумал и быстро доел бутерброд.

— Давайте пока разберемся в ситуации. Сейчас я хочу услышать интересную историю, — я уперся взглядом в Артема.

Он еще кивнул, прожевал, запил водой, и только потом начал рассказывать.

— Я не должен вам все это говорить, но ситуация вышла из-под контроля. И все из-за смерти Разумовского.

— Кто тебя избивал? — спросил я.

— Собственные товарищи, — скривился он и машинально потрогал скулу, где был синяк. — Они уверены, что я сотрудничаю с вами, Тимофей Викторович.

— И им это не понравилось. Как их зовут и кто они?

— Погоди, посмотри сначала вот это, — не дал ему ответить Калинин и протянул список имен, который я достал из банка.

— Не может быть! Так вы уже знаете? — удивился Артем.

— А вот с этого места поподробнее, — в этот момент я понял, что не зря все это затеял.

Не зря прыгнул за Дягилевым в первый раз и во второй, развлекался с отцовским сейфом, используя мудреное заклинание, а не обыкновенный резак. Не зря. Я даже подался вперед, чтобы не упустить ни слова из рассказа Дягилева.

— Это список учеников Брусиленко, — тихо сказал он.

— Постой-ка, того самого Брусиленко? — озадаченно переспросил Калинин.

— Да, глава школы с его же именем на вывески, — кивнул Дягилев и продолжил, — мы все учились в одном классе.

— Значит, вы?.. — у меня в голове не укладывалось. — Но как вы работаете с тайной службой и при этом являетесь учеником Брусиленко?

— А что такого? Мы все где-то работаем, чтобы как-то жить.

— Так, — тряхнул я головой. — Расскажите с самого начала.

— Хорошо. Это случилось давно, если я правильно помню, то о вас, — он глянул на меня, — уже вовсю гремела столица. Девять подростков с магическими клятвами отправили в закрытую школу. Я мало что помню о том обучении. Почему-то на ум приходят только вспышки боли и дурное настроение. Три года прошли как в тумане. Но моя сила значительно изменилась. Я стал телепортером, хотя до этого владел лишь слабым ветром. А потом вы вышли из-под контроля, так нам сказали. И начался сущий ад. Лекарства, уколы, внушение — всего стало на порядок больше. Я чуть не рехнулся в тот момент.

Дягилев перевел дух, отпил еще воды и продолжил.

— Когда же вас лишили магии, все закончилось. Все в школе выдохнули и начали приходить в себя. Тех, кого вы видели, Тимофей Викторович, это номера два, шесть и семь в списке. Самые талантливые из нас. Они сразу почувствовали послабления и первыми вышли в свет. После этого мы почти не появлялись в школе, она стала не нужна, как место. Пересекались когда где.

— А еще двое? Которых нет в списке? — спросил я.

— Погибли, — с печалью ответил Дягилев. — Не выдержали нагрузки.

— И что было дальше? Вышли в свет и? — поторопил его Калинин.

— Нам выдали документы, нашли нам работы, но все равно клятва держала нас на коротком поводке. Но все изменилось после смерти Разумовского. Узы лопнули. Мы почувствовали свободу и никак не можем ей насытиться.

— Но тебя били! — укоризненно сказал Иван.

— Без Разумовского школа лишилась поддержки. А еще, кажется, он сдерживал безумие Брусиленко. Меня подловили на одной из локации просьбой о помощи. В первый раз я смог выбраться, а вот в этот раз.

— Первый, это когда вы за мной в особняк отца прыгали? — вспомнил я настроение Дягилева. — Но второй раз, как вы умудрились попасться?

— Они хотели извиниться и поговорить, — с неприязнью ответил Артем. — Да, я уловил ваш посыл и тоже чувствую себя идиотом.

— И все это из-за того, что вы общаетесь со мной?

— Да, как-то узнали, — дернул плечом Артем. — И когда успели?

— Либо в конторе крот, либо кто-то следит за тобой, — задумчиво сказал Иван. — Или за вами.

— Нет, точно нет. На мне нет маячков. О своих передвижениях я никому, кроме своих, не говорил. И они тоже чисты! — я рубанул ладонью воздух.

Сказал и сразу запустил сканирование на Ивана и Артема, вдруг маячок есть на них? Но нет, все чисто.

— На вас, кстати, тоже нет, если что, — добавил я уже спокойнее. — Что делать будем? Брусиленко нужно найти, чтобы остановить эксперимент. Он давно вышел из-под контроля. И еще, Артем, расскажите про силу остальных. Нужно быть готовым к стычке.

— А меня вот интересует твоя сила, вроде в школу набирали потенциально сильных магов, тогда почему у тебя только слабый ветер?

— Потенциал большой. То есть, как сказали моим родителям, у меня очень высокая проводимость магических каналов, — он перевел взгляд на меня. — Конечно, расскажу. Я уже и сам не рад, что все так вышло. Чувствую, что меня использовали. Да и это нападение…

Он замолчал. Мне вдруг показалось, что ему сложно в чем-то себе признаться. Может, в том, кого из него хотели сделать, или почему его предали.

— Дело в том, — снова заговорил Артем, — что нам долго и упорно запихивали в голову обязательства перед школой. Что нас выбрали, что мы лучшие, и что мы должны. И за это вытряхнули из нас всю душу. Главным врагом у нас были вы, Тимофей Викторович. Предатель, который забыл все, чему его учили. Человек, который убил одного из основателей школы. Боюсь, что зная, что мы с вами общались, они не остановятся. Теперь мое имя стоит под вашим.

— Они могут напасть на Тимофея Викторовича?

— Вполне. Если трое из наших лежат до сих пор в там, — он неопределенно качнул головой, — то остаются еще четверо.

— Думаю, я знаю, как они вас нашли. И почему знают, что вы общаетесь со мной, — вдруг сказал я.

— Поделитесь, — понизил голос Артем.

— Я плохо помню, но во время экспериментов, у меня и у вас брали кровь. Так, они получили слепок наших аур, а это значит…

Я резко оборвал себя, потому что в голове прозвучала торопливое:

«Тимофей Викторович, на дом напали, первая линия защиты сломана.»

Глава 3

— Что случилось, Тимофей Викторович? — беспокойно спросил Калинин, заметив, что я оборвал свою фразу.

— Мне нужно срочно уходить, — я поднялся со скамейки. — На мой дом напали.

— Мы можем чем-то помочь? — вскинулся Иван. — Думаю, Артем сможет утащить двоих. И будет не против тоже поучаствовать в хорошей драке. Так ведь?

Его взгляд уперся в телепортера, и тот его выдержал.

— Я хочу помочь, готов прыгнуть с тобой. Только артефакты в мешок убери, — он протянул черный сверток.

— А как же Тимофей Викторович?

— Я сам могу, — я раздраженно дернул плечом. — Я пошел. Артем, первая линия защиты сломана, можешь прыгнуть ближе. И будьте осторожнее, непонятно, кто ко мне пожаловал в гости.

Он кивнул, не обращая внимания на ошалевшего от моего заявления Калинина. А я не стал смотреть на то, как последний выворачивает многочисленные карманы, а уже активировал заклинание переноса.

И в следующую секунду исчез, чтобы появиться рядом с Матильдой. Она уже знала, что я должен был появиться, и стояла посреди просторного холла. Взгляд ведьмы был испуганным.

— Где? — сразу спросил я.

Прыжки с каждым разом давали мне легче, сейчас даже тошнота к горлу не подкатила, и я уверенно стоял на ногах.

— Со стороны заднего двора, — затараторила Матильда. — Видела то ли трех, то ли пятерых. Пыталась определить по силе, но магия странная! И огонь с ветром вместе, а еще электричество и даже лед. Никогда такого не видела. Может, их там больше чем пятеро? Очень сложные заклинания. Все время бьют в одно место, пытаются пробить защиту. Алекса уже все ресурсы на защиту бросила. Еж отчитался, что бомб почти не осталось.

Я поднял ладонь, останавливая ее речь, но это не помогло.

— Посмотрите! Еще двое! — она побежала к окну.

— Открой, это свои, — я увидел Калинина и Дягилева. — Где остальные?

— Тень на крышу пошла, наблюдает, а Еж и Ветер атакуют из-за пристройки. Хорошо, что защитный барьер может пропускать их заклинания.

Она судорожно выдохнула, сникла, будто только сейчас осознала, что на самом деле происходит. Я ободряющее положил ей руку на плечо и тут же поспешил к остальным. Ждать, когда добегут до крыльца Иван с Артемом, я не стал.

Мне нужно было увидеть все своими глазами. Возможно, смогу чем-то обезвредить нападавших. Может, у меня и не такая мощная атакующая магия, но старую добрую блокировку никто не отменял.

— Алекса, — крикнул я, — врубай стандартный протокол.

— Исполнено в момент появления гостей, — она появилась рядом со мной и летела рядом. — Не сработало. Они просто сломали первый слой, даже не прикасаясь к нему.

— В рот им код! Скажи Калинину и Дягилеву, чтобы шли сюда.

— Но атакующие не только здесь. Они рассредоточились по периметру.

— Сколько их?

— Шестеро. И трое из них те люди, которых вы недавно встречали.

— На нас напали ученики Брусиленко, — кивнул я, выглядывая из двери на задний двор.

Второй защитный слой еще пока держался, но, как я видел, на последних крупицах энергии. Еще минута, и он рухнет, на радость врагам.

Я присмотрелся к заклинаниям Ветра и Ежа. Их магия свободно пролетала через барьер, а вот никого из стоящих в кустах магов, они не задевали. Там уже даже толком кустов не осталось!

Гадство!

У них либо тоже защита, либо на них это вообще не действует. Совсем.

Витиевато выругавшись, я повернулся к Артему. Он уже успел отдать вещи Калинину, и они с беспокойством смотрели на барьер.

— Что нам может помочь против учеников Брусиленко? На них не действует магия.

— Это они? А, вижу заклинания. Точно, это они. Видимо, артефакты рассеивания, — скривился телепортер, глядя в окно. — У каждого из нас такие должны быть.

— Но как вы работаете тогда с силой?

— Действие направлено только на тело мага.

— Что еще про них нужно знать?

— Они могут смешивать разные силы, — задумался Артем. — И нельзя забывать, что у каждого есть какая-то уникальная магия.

— Как у вас — телепорт? А у них что?

— Да, телепорт. К сожалению, я не могу сказать, у кого что, так как нам запрещали говорить об этом друг с другом, да и как-то не было на это времени. Я помню только часть из-за блокировки разума. Словно есть я — работающий телепортером и терра инкогнито, где я с этими ребятами. Знаю, что есть способности к управлению разумом, усилитель, и маг крови.

— Плохо. Но хоть что-то. Как я понимаю, магией атаковать бессмысленно.

— Смысл есть, но это тяжело. Но можно и по-другому, — криво улыбнулся Артем. — Простой физической силой.

— И это сработает?

— По идее должно. Против лома нет приема, — усмехнулся Артем.

— А антимагия у них есть?

Я вспомнил антимага, который нападал на меня, казалось бы, вечность назад. Может, здесь похожая структура? Вот только проверить это было невозможно, так как они за барьером.

— Я не могу сказать точно. Мы сами про себя многое не знаем.

И тут мне пришла в голову дикая идея.

— Все зайдите в дом, срочно! — крикнул я, махнув Ветру и Ежу, а про себя отдал команду Алексе.

«Снимай защиту периметра, будем их бить по старинке.»

«До отключения барьера остается четыре, три, два… Снято.»

По ушам прошелся мерзкий звон и нас перетряхнуло, подбросив желудок к горлу. А у меня даже штамп на затылке заныл, как так Алекса теперь бросила все силы на защиту стен.

— Что это было? — испуганно спросила Тень.

— Я убрал защиту. Если на них не действует магия, то чего силу тратить?

— Это прекрасно, Тим, но они нас сейчас раскатают, как тесто на пироги. Или у тебя есть идея?

— Матильда, — вместо ответа, я повернулся к ведьме, — не желаешь ли помочь?

— С превеликим удовольствием! — просияла она. — Что делать?

— Проклинать!

Нам потребовалось всего тридцать секунд, в которые за домом стояла мертвая тишина, чтобы доработать код магии Матильды. Алекса давно начала подготавливать для этого почву, но проверить изменения не было времени.

Ох, чует мое сердце, повеселимся мы на славу. Хотя моего боевого настроя не разделял Артем, который догадывался, на что способны эти шестеро. Да и Калинин все время косился с сомнением. Но подмогу вызвал. Только неизвестно, когда эта самая подмога приедет.

Как только нападавшие подойдут ближе, Матильда запустит свое заклинание. Оно моментально развернется и покажет, кто эти маги на самом деле.

И вот тогда придет мой черед действовать.

«Алекса, подсвети их.» — мысленно попросил их.

В ту же секунду вокруг дома появилось шесть меток, которые в режиме реального времени показывали, где нападавшие. И все они находились с разных сторон дома. Неудобно.

На заднем дворе их было всего трое, еще двое шли с боков, а один держался в стороне. Неприкрытым оставался только главный вход. Странно, конечно, что будем работать с тем, что есть.

После падения барьера, метки приблизились на несколько шагов и замерли за десяток метров от дома.

— Матильда, поехали! — скомандовал я.

Ведьма с улыбкой кивнула и резко взмахнула руками. Ей не нужно было даже видеть всех шестерых, она сразу била по площади. Едва заметная зеленоватая волна разошлась от нее, без препятствий пройдя сквозь стены.

Метки дрогнули, но не сдвинулись с места.

«Что ты видишь, Алекса?»

Ее ответ меня здорово не порадовал. Плохо дело, плохо!

— Зараза! — выдохнул я и посмотрел на остальных. — Магия на них не действует. Проклятие Матильды обогнуло их не затронув. А ведь в нем были специальные крючки для этого.

— Даже за одежду не удалось закрепиться? — спросила Тень.

— Все впустую. Но зато мы теперь это знаем, что это не артефакт, а антимагия в чистом виде,— я повернулся к Артему. — У тебя так же?

— Я не знаю, о чем вы говорите, — недоуменно ответил он.

— Ветер, — скомандовал я.

В следующую секунду в Дягилева полетел слабый воздушный кулак. И вот какая странность, заклинание прошло сквозь него и сбило вазу со стола.

— Твою ж… — выдохнул Калинин, смотря на осколки, разлетевшиеся по всей кухне.

— Вот и я о том же. Артем, сейчас посмотрим, что у тебя там внутри.

— Что? — телепортер обалдело на меня посмотрел, когда я взял его за руку и сжал.

«Алекса, полное сканирование!»

— Тим, сейчас не время! — закричала Тень. — Они близко!

Метки, действительно сдвинулись и теперь были почти под самыми окнами, но опять кроме одного. Но у меня не было времени о нем думать.

— Да забросайте их камнями, задержите! — рыкнул я. — Если я не разберусь в их силе, нам с ними не справиться.

Еж, Ветер и Калинин бросились на улицу, и я сразу услышал грохот.

У меня не было времени смотреть, как они собираются отвлекать противников, и переключился на Дягилева.

Через секунду у меня в глазах рябило от кода, который я увидел на нем. Да это просто была дикая мешанина из всего, что можно придумать! Нагрузка на магические каналы должна была быть колоссальной!

Видимо, именно в этом смысл экспериментов Брусиленко: напихать побольше. Но как они это делали⁈

«Я не могу идентифицировать внешний способ воздействия.»

Как можно сделать антимага, который может использовать магию⁈ В голове не укладывалось.

Я всмотрелся внимательнее на код. Если я правильно понял, то магические каналы всех учеников Брусиленко изолированы от остального организма, и поэтому они способны творить заклинания и одновременно были защищены от атак. Но ведь эту связку наверняка можно разрушить!

Но успею ли я?

Метки дрогнули и, наконец, отошли на несколько метров. Физическая атака дает первые плоды. Конечно, маги не стали забрасывать их камнями, но использовали все возможные немагические методы. В основном работал Ветер. Он швырял в нападавших всем, что попадалось под руку.

Тень успела сбегать на склад и притащила коробку с какими-то рогатками, и теперь нападавшим приходилось несладко. По крайней мере, первые пару минут. Это они уже потом создали защитный барьер.

Но его смогла уничтожить магия Матильды, высосав всю магию. Атака застопорилась. Наши заклинания бессмысленны, а их — распадаются.

Оценив ситуацию, я снова обратил свое внимание на Артема. Где-то в нем скрыта тонкая ниточка, дернув за которую я могу разрушить все.

Вдруг дом тряхнуло. Да так сильно, что Матильде пришлось зацепиться за Тень, чтобы не упасть.

«Сломаны балки на крыше. Возможность обрушения шестьдесят три процента.»

— Не сбавляйте обороты! — я крикнул, надеясь докричаться до магов на улице.

На всякий случай мое сообщение им продублировала Алекса, с подсказками о вариантах атаки. Краем глаза я заметил, как в окне мелькнула вырванная с землей скамейка.

Но это быстро перестало меня интересовать, так как я нашел то, что искал — связующий знак между двумя системами в телах нападавших. Маленький мостик, который нес в себе сложную структуру из блокировки, рассеивания и дестабилизации магии.

Очень интересно. А что будет, если разрушить это? Такое хрупкое место должно быть легко повредить.

Трогать Артема, я, конечно, не стал. Я снова глянул на метки, они рассредоточились широким полукругом. Вот только как мне запустить заклинание, чтобы оно прошло сквозь их защиту?

Через Алексу не получится, придется идти на физический контакт.

Зараза!

Не говоря ни слова, я бросился во двор. Ближайший противник, как я успел заметить за ураганом пыли, находился в девяти метрах справа от пристройки. Она уже лишилась части обшивки и зияла некрасивыми дырами.

Выхватив кинжал и пригнувшись, я рванул вперед. Мне не нужно было никого даже убивать, только ранить. Так, я получу слепок их ауры через кровь и смогу запустить вредоносный код в его организм.

Ветер уже начал атаковать моего противника, подняв больше грязи в воздух. Я уже почти и сам ничего не видел, но меня вела Алекса.

Быстрый выпад, и сразу на бедре противника появилась тонкая рана. Я глянул на лезвие — алые капли крови сияли рубинами.

Но я не успел отскочить, когда мне в грудь ударил водяной кулак. Я покатился по пыли, мысленно молясь, чтобы вода не стерла драгоценную жидкость с кинжала.

«Слепок снят, запускаю вирус.»

Голос Алексы, как глас ангела, раздался у меня в голове, и я позволил себе улыбнуться. Вскочив, я спрятался за выступ крыльца пристройки. Мне хотелось видеть работу кода в первых рядах.

Ураган немного стих, и мне удалось рассмотреть противника: тощий, угрюмый и белобрысый парень не старше Артема. Он искал меня, одновременно пытаясь протереть глаза от песчинок.

«Активация.»

И вдруг он вздрогнул и непонимающе дотронулся до груди.

— Есть! — прошептал я.

Но дальше произошло то, чего я совсем не ожидал: парень рухнул, как подкошенный. Из его рта, глаз и ушей потекли алые ручейки.

«Фиксирую обильное кровотечение. Повреждение сосудов, разрыв внутренних органов. Наложить лечение?»

«Да!» — мысленно выкрикнул я.

Я не хотел его смерти! А его фактически разорвало изнутри. Неужели такое хрупкое тело? Но почему?

Нет, нужно придумать что-то другое.

Я с тревогой смотрел, как дергается белобрысый, и каждую секунду слушал от Алексы статистику о его состоянии. Все ее усилия были впустую.

«Констатирую смерть.»

— Твою ж! — я вынырнул из своего укрытия и поспешил в дом.

Над головой все еще гремели снаряды из подручных материалов, пахло паленым и мокрой землей.

Я глянул в сторону меток и заметил, что часть двора превратилась в болото, а другая часть выжжена. Это Еж и Калинин постарались. Нужно будет еще с тайной службы потребовать компенсацию за порчу имущества, если выживу.

Пригнувшись от летящего ледяного копья, я заскочил в открытые двери. А через секунду в них появилась дыра от огненного шарика.

— Ты убил его! — крикнул Артем с вызовом.

— Ты ощутил это? — удивленно спросил я, проигнорировав его слова. — Значит, и остальные тоже. Интересно. Что же с вами сделали?

— И с вами, — добавил Артем, вдруг вернувшись на «вы». — Вы тоже были там.

— Боюсь, что я какой-то неправильный. Мало того что помню половину, так еще и не убиваю сейчас всех подряд. Нахрена они, вообще пришли⁈

Последнее я крикнул. Накатила какая-то тупая беспомощность. Я не собирался их убивать! Мне нужна информация!

Глубоко вздохнув, я снова вернулся к дверям.

«Алекса, отзови наших.» — устало попросил я.

Через секунду грохот от заклинаний прекратился, только пыль все еще висела в воздухе. Правда, атака со стороны противников не прекратились. Прямо за окном упали несколько ледяных градин размером с теннисный мяч.

— Я хочу поговорить! Готовы? — крикнул я, и только после этого открыл дверь.

Наступила вязкая и неприятная тишина.

«Ты убил нашего друга», — раздался у меня в голове мужской голос.

«Блокирую внешнее воздействие. Источник определить невозможно», — вторила ему Алекса, но я ее остановил.

«Вы на моей территории», — спокойно ответил я.

«Вы предатель.»

«Это вам так сказали.»

«Это правда,» — эхом ответили мне.

«Я хочу поговорить с вами.»

«Этого не будет.»

В меня полетел водяной кулак, но я успел закрыться щитом.

«Я не хочу вас убивать, но вы не оставляете мне выбора.»

«Мы убьем вас.»

«Зачем?»

«Так надо. Вы предатель.»

Я не стал это комментировать, лишь закрутил головой, смотря на метки. Кто же со мной говорил? Кто из них обладает такой способностью? Или они все вместе говорят со мной?

Я заглянул на кухню и увидел потрясенного Артема. Кажется, и про это ему тоже не сказали, но он также слышал этот голос. Значит, это коллективный сеанс связи.

Вопрос только могут ли они ощутить Алексу?

— Вы слепо исполняете чужую волю, — громко сказал я, зная, что меня услышат. — Как и я раньше. И сейчас кому-то очень нужно, чтобы вы меня убрали. Вы пешки в руках директора школы. Вам это нравится?

В ответ не раздалось ни звука. Но и новых заклинаний не прилетело. Что ж, можно продолжить общение.

— Я знаю, как убрать оковы с вас. У меня получилось, получится и у вас. Вы станете свободными.

«Мы убьем тебя.»

— Это говоришь ты? Или через тебя вещает твой хозяин, который стоит за плечом и указывает рукой на новую цель? Вам хоть объяснили, зачем меня убивать? — я снисходительно сделал паузу, а потом продолжил. — Нет.

«Ты предатель.»

— Нет, — твердо сказал я. — Я вырвался из-под контроля. Вернул себе силу. И стал мешать.

Метки все еще не двигались с места. Почему же нельзя определить говорившего⁈

— Решать вам. Слепо следовать чужой указке или прекратить это, — я прислушивался, но все было тихо.

Мир застыл в ожидании их решения. Пыль уже улеглась, открыв мне вид на труп белобрысого. Остальных видно не было. Я посмотрел на Артема. По его каменному лицу теперь ничего нельзя было понять, но глаза остекленели. Он говорит с ними? Интересно.

На краю сознания плескалась злость и раздражение, но любопытство и желание разобраться, затмевали их, оставляя возможность рационально мыслить.

«Фиксирую движение», — раздался в голове голос Алексы.

Но я и сам его видел. Дальняя метка, которая с самого начала атаки не приближалась, дернулась и сместилась.

Ход сделан.

Глава 4

— Вы обещаете их не убивать? — Артем вдруг шагнул ко мне и посмотрел мне в глаза. — Обещаете?

— Я и не собирался. Не забывайте, кто напал первым.

— Но что вы сделали⁈ Почему Елисей умер⁈

— Елисей, значит, — задумчиво сказал я, изучая лицо Артема. — В ваших организмах две отдельные структуры: магические каналы и антимагическое физическое тело. Чтобы снять последнее, я вернул все обратно, как оно и должно быть. Это оказалось критическим вмешательством. Мне жаль, что так вышло. Экстренное лечение не помогло. Он скончался почти мгновенно.

В глазах Артема мелькнули смешанные чувства. Я успел заметить боль, разочарование, страх.

— Это неправильно. Неправильно! — крикнул он.

— И то, что с вами сделали — тоже, — качнул я головой. — Вам навязали чужую волю. Вопрос, почему на вас это не подействовало, Артем?

Теперь взгляды всех скрестились на Дягилеве, что он даже вздрогнул.

— Почему вы слышите их, чувствуете их, говорите с ними? — я шагнул к нему. — Кого именно вы предали? Их или меня?

— Я не предавал никого! Я просто отозвался на просьбу друга! — он кивнул на Калинина. — Просто прыгнул!

Теперь он выглядел растерянным. Его плечи затряслись, он будто готов был зарыдать, но потом поднял на меня сухие глаза.

— Они позвали меня. Сказали, что я связался с вами. С тем, кто оставил школу, предав всех. Школу, директора, идеалы.

— Вот что странно, — я продолжал смотреть на него, — вы почти не помните, что с вами происходило в этой школе, не знаете силу друг друга, но живете спокойно среди других магов. «Терра инкогнито», так вы сказали. И при этом держитесь заодно и то же. А они работают слаженно. Так предатель ли вы, вообще? Или им, как и вам, отдали приказ на мое устранение?

— Что? Да как вы такое подумали⁈ Вы же сами видели, как они держали меня в плену!

— Постановка, не более, — лениво отозвался я.

Впрочем, моя расслабленность была показная, внутри же я был собран и напряжен.

— Они же меня сейчас слышат, так ведь? — спросил я не присутствующих магов, а тех, кто оставался стоять за пределами дома. — Если кто-нибудь из вас шестерых хоть косо посмотрит на меня или моих людей, я разрушу все ваши связующие символы. Каждого. Один за одним.

От моих слов Артем побледнел и хотел отступить, но позади него уже стоял Еж, держа в руке сформированное водяное копье.

— Я понятно объяснил?

Метка, что стояла позади всех, замерла. Да, они все меня слышали. Вот только сработает ли у них инстинкт самосохранения? Поверят ли они мне или предпочтут уничтожить даже ценой жизни товарища?

«Фиксирую внешнее возде…» — пискнула помощник и замолчала.

«Алекса? Что случилось?»

Но она не отозвалась.

Кухня вдруг покачнулась, набежали густые сумерки, и я перестал видеть остальных. Нет, я не ослеп. Просто вдруг все маги в доме исчезли. Да и сам дом, и свет. А потом и мир погас.

Я просчитался! Но где?

* * *

— Так на чем мы остановились, Вер? — бросил я через плечо, оторвавшись на мгновение от монитора. — А, вспомнил, на скачке в статистике. Что ты нашла?

Вера сидела позади меня с планшетом и морщила нос. Она всегда так делала, когда о чем-то задумывалась. Услышала меня, подняла голову и непонимающе посмотрела.

— Скачки в статистике, — повторил я с улыбкой, — где ты витаешь?

— Прости, пожалуйста. Аня прислала мне ссылку на свадебный салон, и я уже второй час листаю модели.

— Понравилось что-нибудь? — в это мгновение все графики и данные выскочили из моей головы.

— И да и нет, — покачала она головой. — Они или прекрасные, или жутко дорогие!

— Вер, ты опять забываешь, что свадьба бывает раз в жизни, и можно потратить на платье деньги. Пусть даже большие, — укоризненно ответил я.

— Понимаю, но на один день! Да и потом, они на картинке красивые, а наденешь и плакать хочется.

— Сходи с Аней в этот салон и выбери то, к чему душа лежит, — я вернулся к данным на мониторе, — а на ценник не смотри. Мне главное, чтобы тебе оно понравилось. А ты ж мне потом весь мозг съешь…

— Маленькой ложечкой, — закончила она за меня фразу.

Я крутанул колесико мышки, чтобы сверить данные, что-то в них меня смущало.

— Тимофей, — ее голос был серьезен, как никогда, — я не выйду за тебя. Мне надоело, что ты все время думаешь, что у нас все в порядке. Это обман! И мы небогаты. Забыл?

— Не понял⁈

Сказать, что я обалдел — это вежливо промолчать. Я резко обернулся, чтобы взглянуть в ее глаза. И увидел, что черты ее лица исказились, будто я смотрел испорченное видео.

— Вчера пришло очередное письмо о задолженности, — напряженно продолжила она. — Компания на грани банкротства. Наши проекты рассыпаются после презентаций. Сам посмотри на эти жалкие столбики!

Я удивленно моргнул, машинально перевел взгляд на монитор и вдруг увидел отрицательную статистику. Столбцы на графике совсем были не похожи на то, что я видел минуту назад!

Пришлось прокрутить данные, чтобы убедиться в реальности происходящего. Минуты текли за минутой, и я вдруг начал узнавать цифры.

Да, все верно, наши показатели уже давно находились ниже плинтуса. Вера права. И с чего я решил, что мы можем позволить себе дорогое платье? У нас едва хватит денег оплатить регистрацию брака.

Если, конечно, Вера передумает.

— Слушай, понимаю, что сейчас не лучшее время, но вот так отменять свадьбу — не дело.

— Тимофей, подумай, — упрямо сказала она, — что нас ждет впереди? Нищета? У нас скоро дом отберут за долги!

Дом? Разве мы не в квартире жили? Нет, точно, в доме.

Сознание подсовывало мне факты из жизни, которые постоянно менялись. То я видел себя в роскошной лаборатории, то вдруг оказывался в этой: непрезентабельной, обшарпанной и с неработающим оборудованием.

Как я докатился до такого⁈

И тоже вспомнил. Неудачи сыпались как из рога изобилия. Все программы, которые я написал, не работали. Инвесторы уходили косяками. Зачем я все еще продолжаю этим заниматься⁈

Я поднял взгляд на Веру и вдруг увидел уставшую женщину с морщинками. Тусклую. Выцветшую. И волосы какого-то неприятного оттенка. Как мы, вообще, начали встречаться? Совершенно некрасивая. Угловатая.

— Мне нужно закрыть пару дел. Справишься без меня? — спросила она, избегая моего взгляда.

— Да, — задумчиво пробормотал я.

Настроение упало до критической отметки. За спиной тоскливо хлопнула дверь, и я остался один.

— Алекса, — тихо позвал я, — почему произошел скачок?

В ответ — тишина.

— Алекса?

Я машинально потянулся к чипу на затылке, но ощутил лишь короткий ежик волос. Резко отдернув руку, я с удивлением уставился на пальцы. Какой чип? О чем я вообще?

Противно пискнуло уведомление. Открыв его, я увидел письмо от своего друга. Алексей Воронов прислал информацию, что наша совместная работа подошла к концу. В последних строчках он скупо благодарил меня за уделенное время.

Послание было похоже на шаблон, которое его сексапильная секретарша рассылает десятками, сидя в роскошном офисе. Поморщившись, я закрыл почту. Очередная плохая новость.

В душе ничего не шевельнулось. Там был мрак. Липкий, удушающий, всепоглощающий. Сквозь него ничего не было видно. Ни единого лучика света.

«Тимофей, я не выйду за тебя», — всплыли в голове слова Веры.

Почему она назвала меня полным именем? Не Тим, а именно Тимофей? Ведь так, как я помню, она всегда меня называла.

Эта мысль никак не давала мне покоя. Словно я хотел зацепиться хоть за какую-то мелочь, чтобы не думать о неудачах.

— Тимофей, Тимофей… — повторял я, как заклинание.

Что-то было в этом неправильное. Какое-то чужое, с привкусом гнили.

А как она меня раньше называла? Что с моей памятью? Почему я знаю одно, но вспоминаю совершенно другое?

Я огляделся. Какое убогое место! Куча хлама, которое по документам гордо именуется «оборудование». Ящики какие-то, железные контейнеры, даже не понимаю, что из этого что.

Поднявшись, я внимательно все осмотрел. К своему удивлению, я действительно не знал, что это. Да у меня даже не получилось открыть ни одну крышку! Болты были, но они были запаяны. Такое ощущение, что тот, кто это собирал, не понимал, что делает.

Не останавливаясь, я перешел к дальнейшему исследованию собственной лаборатории. Сервера не было. Не было проводов. Не было электричества, потому что я не нашел розеток.

Я с удивлением снова посмотрел на монитор. На нем все так же был тот самый график, в который я пялился, когда Вера меня бросила. Он не обновлялся.

А должен был.

— Тимофей, — сказал я и кивнул сам себе.

Все было какое-то нереальное. Слишком много нестыковок. Неточностей. Но почему?

— Алекса? — сорвалось с моих губ. — Где ты, когда так мне нужна⁈

Кулак с грохотом врезался в столешницу. Боль пронзила руку, заставив сжать зубы. Это все не со мной! Я не должен быть здесь!

Но где должен?

Почему я продолжаю звать несуществующую Алексу? Кто она?

Я подскочил оглядываясь. Что я должен вспомнить? Мысли скакали от темы к теме, перебирая кадры и образы из прошлого. Их было много, но стоило мне начать присматриваться к ним, они рассыпались на куцые фрагменты.

То я стоял рядом с Верой, то с какой-то беловолосой девушкой. То я вижу строчки кода, то взрывающиеся стены какого-то здания.

Все смешалось в сотню картинок, которые взрывали мне мозг. Я должен понять, что из всего это ложь, а что, правда.

Беловолосая отчего-то вызывала больше всего эмоций. Почему? Я решил думать в этом направлении. Что еще я о ней помню? У нее разные лица. Она меняет их как перчатки. Будто волшебство какое-то.

Магия! Магия, черт ее дери!

Тысяча крошечных деталей разом отделились и соединились в правильную картину.

И я вспомнил!

Алексу, Тень, Ветра, Ежа, Матильду. А еще тех шестерых, которые напали на нас. Среди них был маг, который мог забраться мне в голову.

Злость захлестнула меня, обжигая нервы огнем. Как мне выбраться из этого навязанного мира? Как победить?

— Да в рот им код! — выругался я.

Я медленно выдохнул, вернулся за стол и положил руки на клавиатуру. Сосредоточился, взывая к собственной памяти. На мониторе замелькали новые символы. Я делал то, что умел лучше всего на свете.

Писал код.

Постепенно строчки начали вылезать за края экрана, заполняя собой все пространство лаборатории. Они смывали старую систему из моей памяти, выжигая чужое воздействие.

Следом задрожали стены и вся техника. Они размывались, становясь прозрачными. И сквозь акварельную муть я начал различать образы. Знакомые образы.

Но я старался не смотреть на них, боялся, что и они тоже начнут пропадать. Пальцы продолжали порхать над клавиатурой, внося новые и новые изменения.

Все это должно было сломать чужое воздействие и прогнуть его в мою пользу. Я не собирался просто так сдаваться, а приготовил сюрприз каждому ученику Брусиленко.

Да, это могло коснуться и Артема, но я готов был пойти на риск. Потому что еще не знал, был ли он подсадной уткой или жертвой на этом празднике мести.

Хорошо, что я не чувствовал усталости, кажется, ее даже не было в этой реальности. Я продолжал создавать код, думая только о том, что я должен оказаться в своем доме со всеми потрохами.

В этот момент мне вдруг пришло в голову, что я могу вернуться и в свой мир. Тот, в котором я был ученым в роскошной лаборатории.

Пальцы на мгновение застыли, но через секунду снова застучали по клавишам. Зачем мне туда, где у меня почти ничего не осталось? Да, там были деньги, но уже нет Веры.

Перед глазами вспыхнул ее образ, не тот, что я видел здесь, а тот, что до сих пор нежно хранил в сердце.

Вера, моя прекрасная, медноголовая женщина.

Я перевел взгляд на монитор, где курсор запульсировал синим. Вот я и закончил.

Enter.

* * *

И я вернулся. Сознание было кристально чистым, руки не дрожали, колени не подгибались.

«…йствие. Блокировка невозможна,» — закончила свою фразу Алекса.

В этом мире не прошло и секунды!

«Нет, не трогай. Я уже справился.»

«Тимофей Викторович, фиксирую изменения в вашем организме.»

«Все правильно», — я оглядел стоящих передо мной магов.

— Что ж, вы сделали свой ход, — спокойно сказал я. — А значит, я сейчас начну убивать.

Артем побледнел, услышав мои слова. Он-то был ближе всех ко мне. Тень грозно свела брови, Матильда вскинула руки. Калинин нахмурился и открыл рот, чтобы возразить, но я поднял ладонь вверх, призывая его молчать.

— Постой, не надо! — не выдержал Дягилев. — Я не предатель! Это все директор! Он настроил их против вас!

«Молчи!» — рявкнуло в голове так, что заныли виски.

Да, я теперь слышал их разговор. Артем был прав, я тоже часть эксперимента Брусиленко, значит, в нас есть общие структуры его вмешательства. Разница была в том, что они не смогли разделить тело и магические каналы.

Переписывая код воздействия другой реальности, я смог узнать очень многое о силе всех семерых. Это будет моим козырем в этой битве.

Я улыбнулся краешком губ и положил ладонь на плечо Артема.

— Говори, телепортер.

Моя магия начала работать раньше, чем он произнес первое слово. Мне всего-то нужно было очистить Дягилева от ментального воздействия Брусиленко.

Находясь запертым в созданный псиоником мире, я понял, что не нужно разрушать связующую перемычку, чтобы победить их.

— Я должен сказать, — начал Артем. — Это будет честно. Не спорьте.

Последнее он сказал не нам, а своим товарищам по школе. Я заметил лишь по одному быстрому движению глаз.

— Нас выбрали для этой школы одновременно с вами, Тимофей Викторович, — продолжал Дягилев. — Но, думаю, наше обучение сильно отличалось от вашего.

— Да, не помню ничего из времени в той школе, — кивнул я.

— Так или иначе, вы стали первым этапом в большом эксперименте. С нами работали иначе, — чем дальше он говорил, тем сильнее расслаблялось его лицо.

Заклинание действовало. Оно постепенно снимало блоки, так что Дягилев и не замечал этого. Он продолжал рассказывать, выдавая все больше правды.

— Нас изолировали друг от друга, пока мы были на учебе, да и вне ее почти не общались. Это не было приказом, просто мы сначала не понимали, зачем дружить. У каждого был свой курс, они почти не пересекались, кроме одного момента. Нас сделали единым целым. Мы можем…

«Замолчи!» — снова рык в голове.

Я понял, что на них не действует мое заклинание. Значит, нужно заманить учеников в дом.

— … слышать друг друга, чувствовать, — он не обратил внимание на крик, ведь я заблокировал чужой голос. — И у Никиты Степановича это получилось. Он использовал нас, как подопытных кроликов, но мы благодарны ему за возможность стать уникальными магами. Таких, что никогда не могло бы быть в природе.

— Для чего ему это?

— Борьба за власть, — голос Артема стал печален. — Сейчас, говоря это все, я будто смываю грязь со стекла и могу разглядеть всю картину в целом. Да, точно. Он часто упоминал, что это не просто научный прорыв, это новый виток в истории. Сначала я думал, что его заботить только исследования. Но сейчас… Сейчас я все понял.

Он на секунду замолчал, и глаза его вновь дернулись.

— Братья, нас действительно использовали. Не для прогресса, не для нас, а лично для себя.

Я глянул на метки, они понемногу сходились в одной точке. Либо будут атаковать, либо разговаривать, третьего не дано.

— Я могу помочь остальным тоже это понять, — сказал я.

— Это не вернет Елисея, — в глазах Артема вспыхнули и тут же погасли огоньки гнева. — Но если мы сможем избавиться от чужой воли, то я готов.

Он ударил себя в грудь кулаком, будто воин прошлого, присягающий на верность. Я наклонил голову к плечу и задумчиво на него посмотрел.

— Мне нужны гарантии безопасности для меня и своих людей. Присоединяйтесь ко мне и живите настоящей жизнью. Вы можете стать кем угодно. Достигнуть любых вершин.

«Но зачем?» — вдруг раздался в голове спокойный голос.

— Вам так нравится быть рабами? Бегать по указке Брусиленко? Подвергать свои жизни опасности?

«Мы сильнее кого бы то ни было.»

— Но не меня. Зачем враждовать, если можно договориться?

Артем непонимающе на меня смотрел все это время. Я ведь разговаривал с его товарищами, но он их не слышал. Я кивнул, подтверждая его мысли. И Дягилев закашлялся воздухом, вдруг осознав, что я с ним сделал.

Недоверие, надежда, радость — на его лице отобразилось все. На какую-то долю мгновения он стал обычным мальчишкой, которому сказали, что он может купить в магазине сладостей все что угодно.

«Ты захочешь убить директора.»

— То, что сделал с вами и со мной Брусиленко — жестоко и несправедливо. Да, вы стали сильнее, но ради чего? Я убивал для него. Был ночным кошмаром для целой столицы. Люди до сих пор вздрагивают, когда слышат мою фамилию. Хотите, чтобы и у вас так было? Когда нормальная жизнь превращается в глупый спектакль, ведь от вас будут ждать только одного. Смерти.

«Мы можем не просто напугать столицу, а захватить ее. Впятером. Артема ты уже испортил.»

— Жаль, вы не видите его лица. Он сейчас с вами не согласен, — усмехнулся я. — Он свободен.

«Столица преклонит колени, если мы захотим!»

— А потом что? Будете сидеть на троне все пятеро? И ни разу не возникнет желание переубивать друг друга? Вы даже толком не общаетесь из-за блокировки. Неужели вы не хотите изменить это? А может быть, вы просто боитесь узнать о себе правду?

Метки сдвинулись еще ближе к дому. Артем тоже это увидел, и вдруг решительно подошел к двери и резко ее распахнул. Но не успел выйти во двор, как он странно дернулся и отшагнул.

Дягилев удивленно посмотрел на что-то во дворе, а потом перевел ошарашенный взгляд на меня. А затем начал заваливаться.

Из его груди торчало ледяное копье.

Глава 5

Как в замедленной съемке я видел, как Артем заваливается на спину, но не падает, подхваченный воздушной подушкой. В следующее мгновение, но, как, мне кажется, недостаточно быстро, я подскакиваю к Дягилеву, рявкнув на ходу про лечилку.

Ледяное копье торчит из груди телепортера, пока еще сдерживая кровь, но скоро оно растает. Действовать приходится быстро и жестко.

Магия уже начала работать, по телу вспыхивают ярко-зеленые искры, собираясь возле сквозной дыры.

Тень и Матильда присели рядом, добавляя силу в заклинание. Даже Алекса появилась, заставив Калинина вздрогнуть и изумленно поднять брови. Но мне на него сейчас было плевать.

Я только что получил подтверждение, что Артем не участвовал в заговоре против меня с остальными учениками Брусиленко. Поэтому я должен был его спасти.

— Стабилизирую, — коротко сказала Алекса и пошла рябью.

Штамп на затылке противно заныл, отдавая из моего тела дополнительную порцию силы для работы помощника. Скоро мне придется накладывать новые заклинания, чтобы сдерживать неприятные ощущения, текущие не справляются.

— Что происходит⁈ — выдохнул Калинин, видимо, имея в виду все сразу.

— Не сейчас, — рыкнул я.

Артем застонал — шок прошел, и он начал чувствовать боль. Я наложил новую лечилку, ту, что без обезболивания. Вспыхнуло зеленое пламя и начало резво уничтожать копье. Вскоре на пол упали два куска льда. Ветер так и не отпустил Артема на пол, он так и продолжал висеть в воздухе.

И как только рана освободилась, лечение взялось за Артема всерьез. Его окутала дымка и через секунду впиталась в аккуратную дырку, наращивая мышцы и ткани.

Вскоре мы увидели розовую кожу, а телепортер судорожно вздохнул, резко распахнув глаза.

— Они! — прохрипел он. — Убили!

— Нет, не убили, — ласково заговорила с ним Тень, — ты жив. Скоро уже встанешь на ноги. Ветер, опусти его на диван.

Дягилев плавно пролетел через кухню, и воздушник уложил его на мягкие подушки. Кровь уже не текла и, думаю, можно даже не опасаться за его жизнь.

— Кто это был? — спросил я.

Через окно я не видел никого из магов, но метки позволяли точно определить, где они находятся. Но чье было то копье?

— Степан, — выдохнул телепортер. — Он был одним из трех, кто схватил меня на том складе.

Ему еще было больно говорить, но по крайней мере, лицо его перестало напоминать восковую маску. Значит, точно выживет.

— Нет все-таки, кто это⁈ — не унимался Калинин, проигнорировав слова Артема.

Он продолжал изучать Алексу, не сводя с нее взгляда.

— Помощник мой, — я посмотрел на него, — тебя сейчас это больше всего волнует, Иван?

— Ранения я вижу часто, как и работу лекарей, но появления из ниоткуда красивой женщины… Вот такое у меня впервые!

— Слюни подбери, — резко сказал я. — Ее не существует, а у тебя есть Ольга. Вернемся к более важным вопросам?

— Да, конечно, — он выглядел смущенным. — Значит, те пятеро работают без Артема, так? Он жить-то будет?

— Да, — кивнул я. — На оба вопроса.

У меня получится справиться и с пятерыми, но мне нужен был физический контакт, чтобы запустить заклинание. Да и сказать вслух о своих планах я тоже не мог. А вот мысленно.

«Алекса, скажи нашим, что я задумал.»

У Ветра, Ежа и Тени сразу поменялись выражения лиц. А вот про Матильду я совсем забыл. Надо и ее подключить к нашей локальной сети.

— Что это с вами? — ведьма непонимающе уставилась на нас.

— Иди сюда, — мягко сказал я. — Все хорошо, не переживай. Давай я тебя обниму.

И не обращая внимание на ее ошарашенное лицо, крепко к себе прижал, активируя заклинание для общения. Алекса тут же проверила связь, объясняя, что я задумал. Матильда вздрогнула, услышав ее у себя в голове. И как только она кивнула, то я ее отпустил.

— Думаю, после это ледяного подарка, — сказал я, — можно убить остальных. Заслужили.

Метки не сдвинулись с места. Прекрасно. Они меня услышали, но не дали деру. Значит не боялись, считая себя сильнее. На этом и сыграем.

— Артем остается здесь, раз вы его предали.

«Это он нас предал!» — услышал я.

— Этот разговор не имеет смысла, ведь вы фактически убили его. Вам плевать на всех, кроме себя. Так зачем вам жить? Зачем миру такие, как вы?

«Мы будем править этим миром!»

— Вы просто умрете.

Как же они меня достали! Забитые, злобные дети, которым выдали силу, но не рассказали про ответственность. Под их руководством мир взвоет и будет просить пощады, здесь они правы. Но в нем тогда не будет справедливости.

Эксперименты над неокрепшим разумом нужно запретить и прекратить раз и навсегда. Я уничтожу эту школу, Брусиленко и всех, кто с ней связан.

Эти мысли так разозлили меня, что я вдруг понял, что мне и не нужен физический контакт с ними. Я же могу запустить ту часть кода, что начал писать в другой реальности.

Я посмотрел на метки, машинально отмечая, кто где находится, улыбнулся и приступил.

И мир вздрогнул.

Тонкие пучки нитей потянулись к застывшим на внутреннем дворе магам, неся в себе толику информации. Крупицы кода, всего несколько символов, которые должны полностью изменить структуру их силы.

Нет, я не собирался их убивать, по крайней мере, сразу. А вот разобщить, дать самостоятельно принимать решения — да.

Разделяй и властвуй, также говорят. Этим я и занимался. И теперь было уже не важно, кто из них забрался мне в голову. Теперь я буду в их головах.

Заклинание обретало плотность, мерцая вокруг учеников Брусиленко синими искрами. А они будто этого и не замечали. Медленно и аккуратно магия проникала в них, затягиваю петлю моего заклинания все туже.

Скоро, совсем скоро все свершится.

Но не успела магия завершить свое дело, в голове прозвучал голос Алексы.

«Тимофей Викторович, сотрудники тайной императорской службы у ворот.» — сказала она.

А я про них совсем забыл! Калинин же вызвал подмогу. Что ж, она и не потребовалась, я справлюсь сам.

«Передай через Ветра Ивану, чтобы встретил их и объяснил все. Они не должны видеть то, что я собираюсь сделать.»

Сам же продолжил наблюдать за всполохами заклинания, они уже вовсю кружили над магами, снимая установки Брусиленко. Одновременно с этим я копировал их данные, чтобы в будущем иметь возможность поработать с ними. Хороший джокер будет в рукаве.

Краем уха я услышал, как хлопнула входная дверь, и в доме началось оживление. Не хотел обращать на них внимание, но меня позвала Алекса.

«Тимофей Викторович, не хотелось вас отрывать от работы, но вам нужно вернуться в дом.»

«Что случилось?»

Она не ответила, но во внутренний двор высыпали сотрудники тайной службы с жезлами наголо.

Неожиданный поворот сюжета.

— Немедленно остановите ваше заклинание, Тимофей Викторович! — сказал один из них. — И прошу проехать с нами.

За его спиной маячил растерянный Калинин.

Значит, это не подмога?

— Две минуты, и я выслушаю вас! — сказал я, не отрываясь от строчек кода.

— Мы настаиваем, — твердо сказал сотрудник и шагнул ближе.

Для него я просто стоял на улице и смотрел в одну точку. Но откуда же он знает, что я работаю с силой? Использовал артефакт или способность? А может, кто-то из своих сказал, что я занят?

Нет, сейчас не нужно отвлекаться. Я находился на той стадии, когда остановка сведет на нет все усилия.

— Тимофей Викторович! — грохнуло позади меня.

Ученики Брусиленко задергались. Они тоже услышали чужой голос и начали сопротивляться активнее.

Черт! Такую работу испортили! Уйдут же сейчас и где мне их искать⁈

Подавив раздражение, я отпустил нити заклинания, оставив напоследок ученикам желание покинуть мою территорию, да хорошие маячки. А я только-только смог преодолеть их антимагию, и мне было жаль вот так все бросать.

Однако на чаше весов были боевые маги императорской службы, с которыми лучше не враждовать.

— Хорошо, — кивнул я.

Ученики Брусиленко, подсвеченные метками, пока еще не двигались, находясь заложниками моей магии. Но очень скоро эти коконы распадутся, и они уберутся отсюда. Я уже не боялся их, ведь заклинание можно активировать в любой момент.

Их позиции коллегам Калинина не были видны, слишком уж роскошные заросли закрывали обзор.

Я развернулся и пошел в дом. Мне было важно выяснить, почему меня оторвали от столь интересного занятия.

— Добрый день еще раз, Тимофей Викторович, — сотрудники расступились, пропуская меня.

Выглядели они сосредоточенными, но от меня не укрылась некоторая неловкость во взглядах.

— Меня зовут Леонид Борисович. Я вынужден пригласить вас на беседу в наше управление.

— В связи с чем? — жестко спросил я.

— Увы, я здесь только для сопровождения вас до управления.

— То есть со мной желает поговорить высшее руководство? — я перевел взгляд на Калинина, но он тоже ничего не понимал. — Это приглашение на беседу или задержание?

— На беседу, — с напряжением в голове ответил Леонид Борисович.

— Ценю желание быть вежливыми, вижу, что не хотите говорить правду, чтобы избежать жертв, — кивнул я. — И да, я поеду с вами. Вас тут целых десять боевых магов.

— Спасибо за понимание, Тимофей Викторович. К остальным у нас вопросов нет. Но все равно не покидайте город.

«Алекса, следи за состоянием Артема и за учениками. Посмотрим, как они себя будут вести,» — мысленно проинструктировал я помощника.

Думаю, тот факт, что я покопался в их магическом коде, не отменит их желание убить меня. В любом случае я уже частично разделил их разумы и снял один слой воздействия директора. Даже интересно, что изменится в их мозгах после такого.

— Артефакты и прочее можете оставить, — сказал Леонид Борисович. — После разговора мы с сопровождением довезем вас сюда.

— Надеюсь, это не займет много времени, — отозвался я. — Или мне отдать распоряжения?

— К сожалению, у меня нет информации на эту тему.

Тень с тревогой смотрела на происходящее, но сделать ничего не смела. Да и остальные тоже не собирались чинить препятствия сотрудникам императорской службы.

Зато в голове раздались их голоса.

«Все будет хорошо, Тим!»

«Держитесь, шеф!»

«Если что-то будет нужно, сразу обращайтесь, Тимофей Викторович.»

«Хотите я их прокляну?»

Я позволил себе улыбнуться и кивнул своим магам, а Матильде погрозил пальцем. А потом развернулся и пошел в сторону выхода из дома.

Сотрудники тайной службы в это мгновение немного растерялись, но потом взяли себя в руки и окружили меня колонной. Все они держались на небольшом расстоянии. То ли охрана, то ли конвой.

Рассевшись по мобилям, мы отправились в сторону их конторы. Ехать нам предстояло всего полчаса.

Разговоров не вели, сотрудники сидели серьезные, будто они сопровождали самого императора. Пользуясь случаем, я изучил код из магии, уже чисто из спортивного интереса. Ничего нового, примерно такой же набор артефактов носил с собой и Калинин.

Способности у всех разные, больше стихийные. Ничего интересного и выдающегося. Просто бойцы на работе.

Как только показалось здание их конторы, они не изменили выражения лиц. И вот в такой подчеркнуто мрачной компании, я зашел в здание. Мне было даже лень гадать, из-за чего меня сюда пригласили.

И пригласили ли? Это больше походило на аккуратное задержание.

— Прошу за мной, — сказал Леонид Борисович, когда мы прошли главный холл. — На второй этаж.

— Как зовут вашего руководителя?

— Роман Кириллович Быстров, — спокойно ответил он.

— А из какого вы отдела, Леонид Борисович? — я хотел узнать хоть какую-то информацию.

— Управление по вопросам по взаимодействию с особо опасными магами, — ответил он осторожно, глядя перед собой.

Это я особо опасный-то⁈

Во мне загорелись искорки любопытства. Посмотрим, ради чего меня сюда пригласили.

Леонид Борисович попросил меня подождать минуту и первым заглянул в кабинет, к которому мы подошли. Я машинально прочитал табличку, прибитую здоровенным гвоздем к стене: «Быстров Р. К. Начальник по расследованиям особо опасных преступлений».

То есть мой сопровождающий был по взаимодействию, а Быстро по расследованиям. Интересно, но все равно все еще непонятно.

— Прошу, заходите, — Леонид Борисович широко распахнул дверь в кабинет.

И я вошел, тут же оказавшись в рабочей суматохе. Я-то думал, тут будет один стол, два стула, лампа, которой мне будут светить в лицо, а увидел целый отдел на шесть человек. Доски с картинками, графики, фотокарточки с лицами преступников, звонки телефонов и запах сладкой выпечки.

Да, какой бы ни был мир, расследования в них ведут в сущности похожие люди.

Все помещение было расчерчено невысокими перегородками, которые не мешали постоянному общению сотрудников, а с другой — здорово отвлекало от работы.

Леонид Борисович провел меня к угловому столу, тот отличался своими размерами и тем, что за ним спокойно сидел крепкий мужчина средних лет с сединой в светлых волосах и аккуратными усами с бородкой.

Это, как я понимаю, и был Роман Кириллович Быстров.

— Добро пожаловать в наше управление, — сказал он и жестом пригласил меня присесть на стул возле стола.

Он даже не встал, чтобы меня поприветствовать, что выглядело невежливо. Перед тем как устроиться на казенной мебели, я еще раз оглядел его и вдруг понял.

Быстро не мог встать, потому что сидел в инвалидной коляске. И Алекса это подтвердила, сказав, что у него нет нижней половины тела.

— Добрый день, Роман Кириллович, — я, наконец, занял стул. — Чем обязан такому внезапному приглашению?

— Хотел познакомиться с таким известным магом, что уже так долго живет в этом городе, — глаза его смотрели на меня, а на их дне я увидел искреннее любопытство. — Много шума вы наделали.

— Чем же я мог заинтересовать начальника по расследованиям особо опасных преступлений?

— Как я понимаю, вы смогли вернуть себе силу? — он проигнорировал мой вопрос.

Я заметил, как с началом нашей беседы, в помещении становится все тише. Каждый из сотрудников прислушивался к нашему разговору.

— Такие вопросы не для такой обстановки, — спокойно ответил я.

Быстров кивнул и махнул рукой. Тотчас за моей спиной повис молочно-белый полог, отсекающий нас от остальных, и наступила тишина.

Хороший способ, надо запомнить. Теперь понятно, почему у начальника нет своего кабинета. Так гораздо удобнее.

— А можно этот полог сделать непрозрачным? — вдруг спросил я, рассматривая код заклинания.

— Наверное, я не артефактор, чтобы такое суметь сделать. Да и привык уже. Всех вижу, но не слышу.

— Тогда разумнее сделать его односторонним. Вы их видите, а они вас — нет.

— Хитро это вы придумали. Обязательно спрошу артефактора, если вдруг такой попадет в этот кабинет, — улыбнулся он. — И все же, вернемся к моему вопросу. Вы вернули себе силу?

— Частично, — привычно ответил я. — Кристалл многое стер, испортил магические каналы. Сила есть, использовать ее крайне проблематично.

Ответил я машинально, по привычке отвлекшись на код полога. Так и чесались руки изменить его свойства.

— Тимофей Викторович, я вам не мешаю? — вежливо спросил Быстров.

— Очень интересное заклинание. Надо запомнить.

— Зачем запоминать? Обычный полог, артефактов таких на рынке много, — он разгладил бороду. — Какая у вас способность?

— Скорее всего, электричество, но я не уверен. Получилось один раз и то в момент сильного стресса.

— Повторить не пробовали?

— Нет, зачем? Моей жизни больше так не угрожали, — пожал я плечами.

Почему-то мне хотелось говорить ему правду. Я даже Алексу запустил, чтобы она проверила Быстрова и окружающее пространство на предмет артефакта, развязывающего язык. Но ничего такого не было.

Может, я уже просто устал врать?

— Как же не угрожали? А стычка на дороге между Мосградом и Дубровском? Вы победили опытного мага! — с нотками восхищения сказал он.

— Разумовский допустил ошибку. Был слишком самоуверен. Это его и сгубило, а не моя магия. Да и потом, умер он от раны на горле, а не от силы.

— Да, все верно. В отчетах так и написано, — он подкрутил ус.

— Давайте сразу начистоту, — я развернулся к нему лицом, оставив код полога в покое. — Почему я здесь?

— До нас дошла информация, что на территории области Мосграда был уничтожен очень важный объект. С многочисленными жертвами.

— И при чем тут я? — искренне удивился я.

Вроде ж ничего такого я на днях не разрушал.

— Дело в том, что на пепелище был обнаружен магический след человека, который там был последним.

Он внимательно посмотрел на меня, следя за реакцией на свои слова. Я лишь изогнул бровь, подтверждая, что слушаю его.

— Скажите, Тимофей Викторович, что вы делали на территории школы господина Брусиленко?

Глава 6

Интересный поворот. Я постарался припомнить, в каких новых местах мне довелось побывать. На ум сразу пришла та заброшенная школа и место, откуда я вытащил Дягилева.

— Школы Брусиленко? — я решил уточнить некоторые моменты. — И где такая расположена?

— Главное здание находится с другой стороны области от Дубровска, и как я знаю, у вас там нет никаких интересов. Но сотрудник гостиницы точно вспомнила вас по описанию. И даже сотрудник конторы, что занимается арендой мобилей — тоже. Так что вы делали в той школе?

Значит, то унылое здание и есть школа? Но почему она в таком виде⁈

— А почему именно вам поручили вопрос со школой, если она находится не в Дубровске?

— Потому что вы здесь, — легко ответил Быстров. — Тут кто первый нашел свидетеля, тот и беседу проводит. Так как вы там оказались?

— Неудачный прыжок, — я расслабленно откинулся на стуле. — Впервые в жизни сам попробовал переместиться. И оказался там.

— Совершенно случайно? Без умысла? Просто прыгнули? — каждый вопрос, заданный Быстровым, был с подвохом. — Какая, вы говорите, у вас способность?

— Вы уже спрашивали.

— Да, точно, и вы ответили, что возможно, электричество, — кивнул Быстров. — Но тогда откуда талант к перемещению?

— Вы не знаете мою историю? — изумился я.

— Вы тот самый маг, который держал в страхе столицу, а потом прошел через ритуал блокировки силы. Эту часть истории города будут скоро на уроках проходить, — он сказал с нотками восхищения. — Но имеете вы в виду не это. А то, что вы тоже из школы Брусиленко.

— Эта часть памяти надежно заблокирована, — легко добавил я. — Однако все, кто прошел через руки Никиты Степановича, обладают целым набором различных способностей. Я все еще продолжаю изучать свои.

Удивительно, как приятно говорить ему правду. Слова слетали с моих губ, а в душе было безмятежное спокойствие.

— Интересно, очень интересно, — он снова подкрутил ус. — А взорвали школу зачем? Из мести?

— Взорвал? Да что там взрывать? Достаточно сильного ветра, чтобы все само развалилось. Опасно там даже находиться!

— Странно, а у меня вот в деле лежат фотокарточки недельной давности, и все там как после ремонта.

Он поступал пальцами по документам, лежащим перед ним. Но пододвигать ко мне не стал.

Это проверка такая?

— То место давно заброшено. Я дорогу к шоссе с трудом нашел, все травой заросло.

— А почему просто не прыгнули обратно?

— Не стал рисковать. Если один раз попал не туда, куда хотел, зачем пробовать снова?

— Логично, — кивнул он. — Но все равно не сходится.

— Что именно Роман Кириллович? Вы сказали, там были многочисленные жертвы. Ученики?

— Да, скорее всего. Не всех удалось опознать, — он поморщился. — С одной стороны, я склонен вам верить. С другой стороны, кроме вас, там чужаков не было. А если к этому добавить вашу историю и недавнее убийство господина Разумовского.

Он впился в меня взглядом. Я не отвел глаза и был спокоен. Мне нечего скрывать.

— Да, мотив у меня есть. А возможности? Сколько по времени там находился мой магический след, что послужило основой для взрыва? Был ли у меня доступ к этому? И сколько еще есть недовольных людей, которые могли такое совершить?

— От вас ничего не укроется, Тимофей Викторович. Но так или иначе, вы нынче у нас главный подозреваемый.

— И вы поэтому пригласили столько магов для доставки меня в вашу контору? Так это арест или просто беседа?

— Беседа, — он снова дернул за ус. — Пока только беседа. Прямых улик у нас против вас нет.

— Тогда спасибо за беседу, — я поднялся. — Выход я смогу найти сам. Рад был познакомиться.

— Подождите, я сниму полог.

Он не успел поднять руку, как я уже прикоснулся к молочной пленке, а потом прошел ее насквозь. И тот с тихим звоном лопнул. Оборачиваться не стал, настоящие мужчины на такое не оборачиваются. Да и потом, я и так знал, что у Быстрова сейчас вытянулось лицо.

Только я сделал шаг к выходу, как вдруг остановился и посмотрел на него.

— Роман Кириллович, а почему вы в кресле? Разве у вас нет специалистов, которые могут поставить вас на ноги?

— Потому что мои ноги стоят в шкафу, и я от них устаю. Неудобно. А в кресле мне хорошо, — ответил он, не моргнув глазом. — Не уезжайте из города. Мой сотрудник будет ждать вас внизу и отвезет домой.

— Спасибо.

Наконец, я покинул гостеприимный кабинет Быстрова. Теперь мне есть над чем подумать. Школа Брусиленко взорвана. Погибли люди. И это хотят повесить на меня.

Жесткая подстава!

Но как она за какую-то неделю пришла в такое состояние? Почему маги, которые приехали на пепелище, не заметили, что оно старое? Подкуп? Многоходовая стратегия, чтобы меня убрать с дороги?

Не Брусиленко ли это постарался? Вряд ли его ученики, они без его слова и шагу не сделают.

Значит, этот Никита Степанович уже в курсе всего происходящего. А тогда, зачем юные дарования похитили Артема и напали на мой дом? Видимо, это уже их самостоятельное решение.

Порой бывает, когда человек осознает несправедливость, ищет шанс все исправить, а потом идет на отчаянные меры. Увидев, что их дорогой директор расстроен, они решили, что убрать меня — самый верный путь.

В таких мыслях я дошел до выхода, где ждал Леонид Борисович. Выглядел он недовольным. На его и без того хмуром лице проскальзывало желание скривить его, словно я был помехой.

Неприятно, но мне с ним по ресторанам не ходить.

Не произнося ни слова, он проводил меня до мобиля, даже дверь открыл. Я видел, как дернулась его рука, чтобы с силой ею хлопнуть, но в последний момент он сдержался.

Я мысленно зааплодировал его уровню контроля.

— Всего хорошего, Тимофей Викторович, — сказал он мне на прощание, когда я уже оказался возле ворот дома.

Ох, чует мое сердце, мы еще не раз встретимся. Поэтому я ему любезно улыбнулся и махнул рукой.

А в это время в окнах уже маячили мои маги. Алекса их уже предупредила о том, что я вернулся, и на их лицах было облегчение.

— Что встали? Дел нет? — рыкнул я с порога. — Где наши пленники?

И тут все начали очень внимательно рассматривать пол.

— Алекса? — грозно продолжил я.

— Тимофей Викторович, — она появилась справа от меня. — Пятеро магов смогли избавиться от вашего заклинания и покинули территорию. Погибшего они забрали с собой. Я запретила мешать им, так как это было опасно для их жизней.

— Все правильно. Выдыхайте, — я сел на диван.

— Тим, что там было? О чем с тобой беседовали? — Тень задала вопрос, который интересовал всех.

Я ответил не сразу, задумчиво разглядывая Калинина и Дягилева. Стоит ли им рассказывать? Нет, я точно был уверен, что Иван в этом не замешан, а вот Артем? Он же был в той школе.

— Я хочу узнать больше о Брусиленко и его детище, — сказал я, глядя телепортеру в глаза.

— Что вы хотите узнать? — в его тоне не было вызова, он и сам знал, что рано или поздно этот вопрос возникнет.

— Где физически находится школа, зачем ты туда перемещался на днях? Сколько всего там учеников?

Тень наклонила голову к плечу, с любопытством разглядывая меня. Хорошо, что она ничего не спросила.

Давая время Артему подумать, я перевел взгляд на Ежа и попутно спросил на тему обеда. Тот сразу встряхнулся и пошел готовить. Матильда увязалась за ним, а Ветер, сославшись на проверку территории, тоже скрылся с глаз моих.

Они сразу поняли, что разговор приватный. Только вот Тень не сдвинулась с места. Даже больше, подошла и села на диван, всем своим видом показывая, что не собирается уходить.

Калинин вздохнул, сел рядом с ней, а нам с Артемом достались кресла.

— Школа как школа, — пожал он плечами. — Когда я ее увидел, сначала подумал, что она самая обыкновенная. Дети туда-сюда носились, учителя, звонки, столовка, кстати, с недурными котлетами. Но по сути, мое обучение там почти не проходило.

— То есть как? — не поняла Тень. — А где тогда?

— В определенные дни нас увозили куда-то.

— И мешок на головы надевали, чтобы не знали, куда? — усмехнулась Тень.

— Если бы вы знали, в каком состоянии мы были, у вас не возникло бы такого вопроса, — с нотками укора ответил ей Артем. — Мы были подчинены власти директора. Шли, куда скажут, ели, когда скажут, спали, когда скажут.

Было видно, что ему трудно обо всем этом говорить, но в то же время черты лица его разглаживались. Будто ему самому не терпелось все это не просто рассказать, а выбросить из своей головы, как мусор из дома.

— Вы были правы, Тимофей Викторович, мы рабы Никиты Степановича. Я только сейчас это начинают понимать. Что вы сделали? Почему я все это вспоминаю?

— Я снял часть ментальной блокировки с твоего сознания. Думаю, что один из вас, тот, что псионик, умеет и не такое, — я благоразумно промолчал про то, как он меня мысленно отправил в другой мир. — Возможно, он был помощником Брусиленко и активно использовал свой дар на всех вас. Еще я думаю, что вас могли и никуда не вывозить, а внушать, что вы куда-то едите.

— Зачем вы все это спрашиваете?

— Подожди. Зачем ты перемещался в школу на днях? И что ты видел?

Артем беспомощно на меня посмотрел и вдруг развел руками.

— Я не могу вспомнить. Кажется, меня попросили или нужно было что-то забрать.

Его визит в школу мог быть банальной случайностью. Заскочил и заскочил. Кто же знал, что я прыгну и пройду по его следу? Да и потом, никто из чужих не знал, что я научился перемещаться. В доме прослушка?

«Ответ отрицательный», — прокомментировала мои мысли Алекса.

И к какому выводу нас это приводит? Что в школе знали, что я там был. Только так, другого варианта нет.

— Артем, а как выглядит школа? — я уже в третий раз задавал этот вопрос.

— Я не понимаю, что ответить. Все как обычно. Дети туда-сюда носились, учителя, звонки…

Он дословно повторил свою собственную фразу. Очень интересно.

— И в столовке?.. — я вопросительно на него посмотрел.

— Не дурные котлеты, да, — с готовностью ответил он.

Тень изогнула бровь и окинула Дягилева долгим взглядом. Она тоже уловила эти одинаковые фразы, но свое мнение оставила при себе. Лишь дернула уголком губ.

— Артем, а кроме бегающих детей, что еще вы помните? Может, быть форму учеников? Или цветы в холле? Там же сколько цветочных горшков было, не напомните?

— Горшков? — переспросил он, наморщив лоб. — Двадцать? Или пятнадцать? Тимофей Викторович, вы тоже видели эти цветы?

— Артем, соберитесь. Это важный вопрос, — я подался вперед и заглянул ему в глаза. — Что вы увидели, когда на днях переместились в школу? На каком этаже вы оказались?

— На втором, — не задумываясь, ответил он. — У меня там точка прыжка.

— И что там увидели?

Почему он раз за разом игнорирует мой вопрос? Весьма любопытная блокировка стоит у него в голове.

— Да все, как всегда, — медленно произнес он. — Это старый класс, которым никто уже не пользовался. Больше напоминает кладовку.

— Уже лучше. Окна там есть? — я вспомнил дыру под потолком.

— Окна? Нет. Из-за этого я его и выбрал. Никто не видел, что я перемещался.

— Там же стоят два стола?

Ничего такого там не было, но мне нужно было проверить память Артема. Ведь если там есть определенная картинка, изменится ли она под давлением моих вопросов?

Помимо разговоров, я перебирал строчки своего же заклинания, пытаясь найти ту самую брешь, которую я не заметил в тот раз. Блокировка стояла в голове Артема очень глубоко, и порой я даже боялся трогать ее, чтобы не сломать ему мозги. В прямом смысле.

— Столы?.. — он на мгновение умолк. — Да, когда я прыгнул, как раз заносили новые.

— Я еще помню стеллаж зеленый. Не знаешь, его недавно поставили?

И его Артем тоже вспомнил! Я покачал головой. Как же ему это объяснить? Сказать в лоб? Или молча очистить его сознание?

— Артем, у меня есть предложение полностью снять блокировку на твоем разуме. Только вот боюсь, что для тебя это будет неприятным открытием.

— Что? Как это? С моей памятью тоже поработали? — он схватился за голову. — Серьезно? Быть не может!

Он действительно был поражен моими словами. Артем вскочил, заходил по комнате, не глядя, куда идет. Так, он три раза наскочил на ноги Тени, на пустой стул и даже чуть не влетел в стену.

— Дягилев, — позвал я. — Соберись.

Он не услышал меня, продолжая бездумно перемещаться.

— Дягилев! — рявкнул я, и он остановился. — Соберись!

— Да, простите, Тимофей Викторович, это слишком неожиданно. Я думаю, что это не закрытые воспоминания, а просто мне морочили голову. Это вызывает мне жгучую обиду, но в то же время я чувствую страх. Вдруг я сделал что-то такое, о чем буду жалеть всю жизнь?

— Если ты это сделал, то ничего с этим не поделаешь. Теперь ты либо будешь мучиться этим вопросом, либо узнаешь правду.

— А вы? Что вы ощутили, когда вспомнили про себя такое?

— Что я уже не тот, кем был раньше и теперь все время стараюсь поступать правильно, — вкрадчиво сказал я.

— Поэтому и возитесь со мной? Да? — с надеждой спросил он. — Многие говорят, что вы действительно не тот, кем были раньше. Даже когда убиваете, то это не из-за того, что вам указали или вы захотели, а потому что защищались.

— Так каков будет твой ответ?

— Думаю, что я готов узнать правду, — он сжал кулаки. — Какой бы она ни была.

— Точно? — я прищурился.

— Да, я уверен.

Его глаза были полны решимости, и я не стал с этим тянуть. Тем более, пока мы разговаривали, Алеса уже поменяла схему действия заклинания.

— Тогда приступим. Садись!

— А я сразу все вспомню или это надолго? — вдруг засомневался он.

— Есть какие-то дела? Хочешь написать завещание?

— Что? Нет! А надо? — он искренне испугался.

— Я не знаю. Риск есть всегда. Этого я скрывать от тебя не буду, но еще раз спрошу, — я сам не заметил, как перешел на «ты». — Точно уверен, что хочешь пойти на это?

— Я уверен, — он ударил кулаком в ладонь. — Приступайте!

Он упал на диван рядом с Тенью, согнав Калинина, и закрыл глаза. А я приступил к работе.

Конечно, я три раза проверил безопасность. Да и заклинание сразу я накладывать не буду, разбив его на этапы: внедрение, анализ и, самое последнее — действие.

Я и сам не до конца был уверен, что у меня получится, но при этом искренне желал помочь Артему. В этом, конечно, были и корыстные мотивы: я хотел предложить ему стать частью клана. Свой личный телепортер! Для статуса в светском обществе это весомый фактор.

— Ты ничего не почувствуешь, — мягко сказал я. — Но можешь временно потерять сознание. Когда нет внешних раздражителей, мозгу проще обработать информацию и принять изменения.

— Да, хорошо. Сейчас это звучит не так страшно.

— Потому что ты предупрежден.

Тень неслышно поднялась и прикоснулась ко мне кончиками пальцев, кивнув наверх. Я дал добро. Прекрасно понимаю ее желание не сталкиваться с такой магией, как бы ей любопытно не было.

Это весьма личное заклинание, которое затронет самые глубокие струны души Артема. О таком не все хотят распространяться. Только Калинин пересел на стул и внимательно наблюдал за мной. Он, как представитель тайной императорской службы должен при таком присутствовать.

«Алекса, начинаем.»

«Запускаю процесс», — с готовностью откликнулась она.

Артем дернулся, его глаза закатились, и он мелко затрясся. Я переживал, что у него пена изо рта пойдет. Но этого не случилось. Через минуту он затих и, как сказала Алекса, крепко заснул.

Только после этого я приступил к работе. Первый этап занял у меня целых полчаса. Пришлось построчно вводить код, проверяя все время показатели Артема. Помощник даже вывела мне таблицу рядом на стену, чтобы сразу отображать реакцию Дягилева на то или иное действие. Периодически столбцы взлетали к критическому уровню, и мне приходилось делать шаг назад.

Это меня не смущало, наоборот, радовало. Мне открывались новые нюансы не только магии Брусиленко и своей собственной. Я прощупывал каждый миллиметр скрытых настроек и получал невероятное удовольствие.

«Фиксирую успешное внедрение кода в структуру магической оболочки.»

«Какой оболочки?» — не понял я.

Про магические каналы знаю, а про оболочку? Впервые слышу.

«Сила в теле молодого человека настолько много содержит способностей, что они создали дополнительную оболочку поверх каналов.»

«Это уникальный навык? Или у меня тоже такое есть?»

«У вас такого я не наблюдаю.»

Что ж, спросить все равно стоило. Я всмотрелся в код Артема и понял, про что говорила Алекса. Защитный слой, чтобы магия не разрушила физическую оболочку. Умно, ничего не скажешь.

«Запускай анализ.»

«В процессе.»

Я перевел взгляд на график на стене и с тревогой следил за показателями. Но ни один из столбцов не дернулся. И как только Алекса дала отмашку, что все в порядке, я начал снимать блоки.

Они напоминали луковую шелуху, от которой нужно было избавиться. Магия Брусиленко на строчках кода выглядела отвратительными жирными символами. Их хотелось не просто удалить, а стереть из памяти Дягилева и из истории мира.

Как один человек смог найти в себе силы взять на себя ответственность за жизни других? Сделать из простых подростков — убийц, которые даже не помнили, что сделали.

Спустя почти сорок минут кропотливого труда, я убрал последний крошечный символ-обманку и перевел дух. Теперь оставалось сделать лишь последний шаг.

Активировать.

Едва Алекса отчиталась об окончании процесса, Артем резко распахнул глаза и крикнул:

— Зачем⁈ Зачем ты это сделал⁈

Глава 7

Артем схватился за голову и не прекращал орать. В его глазах стояли крупные слезы, которые он даже не скрывал от нас.

С лестницы выглянула встревоженная Тень, даже бренчание кастрюль затихло. И только Калинин никак не реагировал, погруженный в свои мысли. Разве что, бросил на меня внимательный взгляд.

— Боги! За что⁈ Почему⁈ — кричал Артем.

И мне ничего не оставалось делать, кроме как вырубить его. Одно касание, и вот уже Дягилев рухнул на диван, крепко заснув.

В доме воцарилась гнетущая тишина.

Я все сделал правильно. Эмоции Артема вполне соответствуют действию моего заклинания. Поднявшись, я вдруг увидел край собственного отражения в зеркале. Оно бледной тенью смотрело на меня.

Интересно, а я смогу такое сделать с собой? Вернуть себе всю память?

«Не рекомендую, Тимофей Викторович!» — громкий ответ Алексы чуть мне голову на две половины не разбил.

Я не стал ей отвечать. Мне нужно было немного побыть одному. А еще поспать.

Не разбирая дороги и не обращая ни на кого внимания, я на морально-волевых дошел до кровати и рухнул в нее, моментально отключившись.

* * *

Проснувшись, я понял, что идея о снятии собственных блоков на памяти, меня так и не отпустила. Однако заняться ей всерьез у меня пока не было времени. Даже с учетом того, что Артем все еще дрых, были и другие дела.

Еж с Матильдой пытались восстановить задний двор, Ветер им усиленно помогал. А вот Калинин уехал, не став ждать, когда Дягилев придет в себя. Правда, попросил, все же известить его о результатах эксперимента над телепортером.

И буквально сразу после того, как я привел себя в порядок и чинно пил кофе на кухне, раздался звонок телефона.

Тень подскочила и помчалась отвечать, а когда вышла из кабинета, ее лицо было ошарашенным.

— Кто это был? — я изогнул бровь.

— Не поверишь, секретарь Рихарда! — выдохнула она.

— Кого?

— Рихарда! — нетерпеливо повторила Тень. — Того владельца магазина, про который мы с тобой говорили.

— И что ему было нужно?

— Встреча, конечно, — она посмотрела на меня, будто меня на прием пригласил сам император. — И тебе нужно обязательно поехать! Это же невероятно!

— Хорошо. Когда?

— Машину он уже выслал. Здесь, в Дубровске.

— Неужели он сам приехал?

— Да!

— Все равно не пойму, зачем ему это надо.

Я перевел взгляд на спящего Артема и решил, что он как-то в этом замешан. Пусть не напрямую, конечно. Тот кубик, который я сделал для него, весьма интересный артефакт. Ладно, посмотрим, что этот Рихард мне скажет.

Проверив еще раз состояние Дягилева, я решил сменить костюм на более официальный. Кстати, можно будет заодно узнать что-нибудь новенькое про артефакты.

— Тень, что с заготовкой протеза руки? — спросил я, накинув пиджак.

— Уже заказала, обещали до конца недели сделать, — она стояла позади меня и всячески терлась о спину своей грудью. — Только не пойму зачем тебе это.

— Если получится, что задумал, то ты узнаешь первой, — туманно отозвался я. — Следи за Артемом. Если что, сразу дай знать.

— А если он соберется уходить?

— Не держи. Он же не пленник.

— Как ты думаешь, что он вспомнил?

— Боюсь, что все, — покачал я головой. — Представь, живешь ты в своем мире, а потом вдруг понимаешь, что половина этой истории — полная ахинея.

— Жуть что сказать, — она покачала головой, а потом посмотрела на меня. — А ты сам?

Я сразу понял, о чем спросила Тень, и задумался.

— Не знаю. С одной стороны, мне и так неплохо. Но вспоминать многочисленные убийства и, самое главное, дикое удовольствие от этого? Боюсь представить, как мое сознание на такое отреагирует.

Тут я лукавил. Я опасался совсем не этого. Сейчас у меня нет большей части истории жизни, потому что я попал в это тело сравнительно недавно. Я не горел желанием вспоминать чужую жизнь. Да, возможно, это мне поможет как-то сейчас, но так или иначе, сейчас мое сознание главное. И никакие новые-старые воспоминания мне не нужны.

«К воротам подъехал мобиль.» — вдруг сказала Алекса.

«Пропусти.»

— Все, за мной приехали.

— Надеюсь, ты возьмешь с собой Ветра? — с нотками беспокойства спросила Тень.

— Конечно, — кивнул я, — его фигура и мощь добавляют моему образу шарма.

И, улыбнувшись Оксане, отправился на первый этаж. По дороге уже крикнул воздушнику, чтобы тот собирался на выход. Я намеренно не сказал ему раньше, чтобы водитель немного подождал. Не собирался бежать сломя голову на встречу с Рихардом. Пусть даже очень хотелось.

В итоге водитель ждал нас всего десять минут. Сев в мобиль, я сразу проверил его на предмет скрытых заклинаний, но ничего не нашел. Даже удивился. Это был самый обычный мобиль, каких в городе пруд пруди.

Признаться честно, я ждал от Рихарда большее. Навороты, дополнительные артефакты или хотя бы, повышенный комфорт. Но нет.

Оставалось только гадать, это он для меня так постарался, чтобы показать мне мое место или сам не фанат дорогих вещей.

В целом, во мне, наконец, проснулось любопытство.

Водитель вырулил в центр города и вез нас мимо магазинов и рынков. А потом углубился в уже знакомые дебри. Где-то тут расположен особняк матери Матильды. Значит, Рихард приобрел один из старых домов, которые уже давно здесь стоят, почти заброшенные.

И я оказался прав. Мобиль остановился у одного такого. Даже через стекло я видел свеже отремонтированный забор и ворота, а также подстриженные кусты.

Когда мы вышли, мне в нос ударила смесь запахов травы и краски. На крыльце уже ожидал дворецкий. Сколько же Рихард потратил на это все?

— Добрый день, господа. Позвольте вас проводить в кабинет, — важно сказал этот кругленький человек и бесшумно прошел вперед.

А вот внутри дома все пестрело заклинаниями. Магия меняла цвет стен, заполняла дыры и даже латала прогнившие перегородки. Алекса не переставая перечисляла нюансы разложенных всюду артефактов, что мне пришлось даже попросить ее остановиться. Иначе бы голова взорвалась.

Кабинет Рихарда не отличался от всего остального дома. Также десятки заклинаний, потоки силы, множество различных предметов, которые источали код магии.

Я не стал заострять на них внимание, а посмотрел на хозяина всего этого. Рихард оказался подтянутым мужчиной, лет сорока. Вокруг него витала аура бодрости и хорошего настроения. Это все отпечаталось в морщинках под глазами от бесконечных улыбок. Даже сейчас он смотрел на меня, показывая белоснежные зубы. Его лицо весьма располагало к себе, и его не портил небольшой шрам над губой.

— Тимофей Викторович! — Рихард подскочил, как чертик из коробки, и подошел ко мне, даже не взглянув на Ветра. — Я очень давно хотел с вами познакомиться. Можете звать меня Рихард.

Ростом он был почти на голову выше меня.

— Добрый день, — я был сама вежливость. — У вас интересный дом.

— Заметили, да? Так и знал, что вы артефактор! Это прекрасно, просто прекрасно! — от него так и лился оптимизм.

— Рихард, что вы хотите от меня? — я не стал ждать, пока меня накроет этого положительными эмоциями с головой.

— Сразу к делу? Мне нравится этот подход! — он вернулся за стол. — Не желаете ли кофе? Может чай? Чего покрепче?

— Кофе меня устроит, — я сел в уютное кресло, еще пахнущее свежим деревом. — И все же?

— Тимофей Викторович, поделитесь секретом, как вы стали артефактором? — он сложил руки домиком и глянул на меня.

В эту секунду он мне показался улыбающейся акулой, которая готова в любой момент меня сожрать.

— Я не артефактор, — пожал я плечами.

— Не скромничайте, Тимофей Викторович! — на стол лег кубик.

Не тот, что я сделал для Артема, а точно такой же сувенир из лавки при магазине.

— Буквально недавно мне принесли похожую вещицу, — он подхватил кубик и покрутил его в длинных пальцах. — Вот только на ней было такое интересное заклинание, что я убил сутки на поиски автора. И представьте мое удивление, когда я услышал, что артефакт сделал сам Зарницкий.

Я молчал. Но мне было интересно, к чему он клонит. И да, я оказался прав, ноги у этой встречи росли от Артема. Вернусь, вытрясу у него подробности. Пока это отчетливо попахивало подставой.

— И я подумал, — он хлопнул себя по лбу, — а почему бы мне не предложить такому талантливому не артефактору, — Рихард выделил голосом это слово, — поработать на меня. Заработать денег, стать известным в узких кругах. Тех, у которых богатство из всех карманов выпячивает.

Задуматься было о чем. С одной стороны, я мог привнести в этот мир множество новых заклинаний, но с другой — зачем мне все это, пока вокруг вертятся ученики Брусиленко, Воронов и еще какие-нибудь идиоты, которые мешают мне спокойно жить.

И деньги. Этот вопрос решается очень медленно. Постоянно приходится держать в уме приход и расход.

— Что скажете, Тимофей Викторович? — улыбка не покидала лицо Рихарда и уже начинала меня подбешивать.

— Мысль интересная. Но я не планирую пока заниматься артефактами. Но если будет что-то интересное, то я обязательно вам покажу.

— А если, скажем, у меня есть один заказ, за который никто не хочет браться? Интересно будет посмотреть?

— Что на счет оплаты?

— Мне определенно нравится ваш деловой подход! Допустим, десять процентов от стоимости артефакта.

— Сорок.

— Вы убиваете меня! Я так разорюсь! — он картинно всплеснул руками. — Давайте хотя бы пятнадцать.

— Тридцать пять, и это мое последнее слово. Один проект, выбираю я сам, — это довольно нагло так просить, но я абсолютно уверен в себе.

Да и потом, где он найдет еще одного такого артефактора? Нигде. Пусть раскошеливается.

— Хорошо, уговорили. Двадцать! — Рихард хлопнул в ладоши.

«Фиксирую ментальное воздействие слабого уровня.»

«Блокируй», — отозвался я, не изменив выражение лица.

— Двадцать? — я улыбнулся. — Нет. Сорок пять.

— Почему? — он нахмурился, гадая, почему не сработала его магия на меня.

— Если еще раз используете силу, то будет пятьдесят, — я откинулся на кресле.

— Так вы?.. — Рихард выглядел растерянным. — Странно, ни разу не бывало со мной таких осечек. Старею, что ли?

Через секунду он уже сбросил маску скорби и махнул рукой.

— Хорошо. Если вы действительно сделали тот артефакт, то даже отдав вам сорок пять процентов от его стоимости, все равно останусь в плюсе.

— Эту договоренность необходимо заверить у юриста.

— Конечно, как без этого? — он улыбнулся, но в глазах мелькнула досада. — Мне будет интересно с вами работать. У меня уже сейчас есть несколько вариантов, не хотите ли посмотреть?

— Почему бы и не, да?

Он поднялся, и мы прошли в соседнее помещение. Ветер тенью прошел за нами, но остался в дверях. Он и так знал, что я могу за себя постоять, и был, в сущности, для красоты картины.

Я стоял и разглядывал собранные Рихардом экспонаты. Да тут своего рода музей. И когда только успел все это перетащить в этот дом?

Новых вещей я почти не увидел, все больше старинных артефактов. Они просто кричали о своих годах, зажатые в стеклянные витрины. Многие не работали, но я видел остатки кода.

Рихард подвел меня к одному из шкафа и указал на небольшое огниво. Он лежал на крошечной подставке и выглядело почти новым. Рядом была табличка с подписью и годом обнаружения. Я посчитал в уме и чуть ли не присвистнул, этому артефакту уже за сотню перевалило.

— Вот, один из вариантов.

— Должен высекать огонь, да? — логично предположил я.

— Да, все верно. Но это лишь часть его функционала.

Я внимательнее присмотрелся и обнаружил еще несколько заклинаний, спрятанных под оболочкой первого огненного слоя. Это и сигнал бедствия, и проверка на чистоту воды, и поиск живых людей, и усмирение агрессии животных. Отличный набор для странника по лесам.

Однако почти ничего из этого не работало.

— Подпитка не активирует заклинания, — с печалью в голосе сказал Рихард. — Как мы ни бились, смогли восстановить только функцию огня.

И не удивительно. Половина кода разорвано. Будто это огниво прокрутили в магическом блендере. Кстати, в этом мире додумались до блендера?

— И это та ценная вещь, от которой отказались многие? — я добавил в голос иронии. — С этим справится и молодой артефактор.

— Вы меня раскусили, — рассмеялся Рихард. — Прошу меня простить, но как тут без проверки? Кубик вы сделали просто изумительный и очень оригинальный. Может, сделаете еще один?

— Нет, — покачал я головой. — Тот был сделан в индивидуальном порядке. И решал мой вопрос.

— Странно, я слышал совершенно, совершенно другое! — он помассировал виски и сделал вид, что вспоминает. — А, вот, привязка к телепортеру и возможность магу переместиться к кубу. Я прав? Да, конечно, я прав! Это как личное такси. Активировал и сразу же переместился.

— Не думал, что тот кубик вызовет столько восторгов, — холодно сказал я.

— Бросьте. Артефактор — это не профессия. Это дар! Немногие его получают, да и те, кто получают, не всегда умеют им пользоваться. А вы! — он чуть не захлебывался от восторга. — А вы талантище!

— Все равно сорок пять.

Рихард удивленно моргнул, а потом понял, о чем я, и звучно расхохотался. От этого звука, казалось бы, затряслись все стекла в помещении.

— А вы молодец, — он шагнул к следующему шкафу с книгами. — А тут, что вы видите?

— Очередная проверка? Вам не надоело?

— Тимофей Викторович, я готов платить вам деньги за восстановленные или новые заклинания, и должен быть уверен.

— Так почему же вы спрашиваете о старых заклинаниях, а не просите создать что-то? — мне и вправду было интересно.

— И вам не нужна ваша тайная лаборатория? — он приподнял светлые брови. — Всем же известно, что артефакторы живут в норах и выстраивают многоуровневые бункеры с толстыми дверями, чтобы никто и никогда не похитил их секреты.

Он все шутил и никак не мог перейти к делу. Это начинало уже раздражать.

«Алекса, ты хоть скопируй эти заклинания. А еще лучше не те, что на артефактах, а защитные на витринах.»

«Выполняю копирование. Тимофей Викторович, я заметила, что на дальней витрине не хватает замыкающего символа.»

Я резко посмотрел в ту сторону. Рихард оборвал свою улыбку и нахмурился.

— Что случилось, Тимофей Викторович?

— Дальняя витрина. Что там?

— О, вы знаете толк в дорогих вещах! — он снова засиял. — Там мои лучшие и рабочие артефакты. Пойдемте, покажу.

Мы прошли мимо других столов и оказались в самом углу. Я оглядел саму витрину, почти не уделяя внимание выставленным вещам.

— Что-то я не пойму. Вас интересуют артефакты или что-то другое?

— Вы сами запираете ее?

— Конечно. Тут магический ключ, код доступа знаю только я.

— Увы, нет. Ее открывали и не закрыли правильно. Заклинание повреждено.

— Вы шутите! — его наигранная радость мигом испарилась.

Рихард пробежался пальцами по деревянному выступу, погладил тонкую резьбу и остановился на кругляшке замка.

— Ничего не понимаю, — пробормотал он. — Но как⁈ Кто?

— Это вы уже сами разбирайтесь, — я пожал плечами, меня это не касалось.

Я даже отошел от витрины, сделав вид, что меня заинтересовали книги. На них была простенькая защита от старения, сохранение цвета чернил и… А вот это интересно!

Алекса подсказала мне, что содержание этого издания может изменяться, в зависимости от способности мага. Всего одна строчка кода, а какой любопытный эффект.

Пока Рихард крутился вокруг все той же витрины, я аккуратно вскрыл замок и вытащил книгу. На всякий случай даже не дышал на нее.

«Сборник предсказаний Леониды Исмаиловны Хлебниковой»

Вот так удача! Ай да Зарницкий, ай да молодец!

Теперь мне ее нужно только пролистать, чтобы Алекса смогла полностью ее скопировать.

— Тимофей Викторович? Как вы достали эту книгу⁈ — Рихард уже давно растерял свой оптимизм и сейчас напоминал обиженного ребенка, которому не дали конфету. — Вы вскрыли замок⁈

— Дайте мне десять минут.

— Это редчайший экземпляр предсказаний Хлебниковой!

— Оригинальный? С невырезанным последним предсказанием?

— Да, — растерянно спросил он, но тут же собрался. — Откуда вы знаете, Тимофей Викторович? Или вы намеренно решили заморочить мне голову, чтобы попасть в это хранилище?

Я на мгновение оторвался от книги и внимательно посмотрел на Рихарда. Потом медленно перелистнул страницу и сказал.

— Вы же сами пригласили. Прислали водителя, показали мне эту комнату. Откуда такие выводы?

— В моей жизни очень много людей, которые стремятся проникнуть ко мне обманом. Втереться в доверие.

— Но меня бы здесь не было, если бы вы не знали точно, что я автор того артефакта. А что касается книги, то это чистая случайность, — еще одна страничка легла мне в пальцы. — Так кто сломал замок на той витрине?

— Я не знаю, у меня нет способности искать по магическому следу. Подождите, мне нужно пригласить специалистов…

Его слова для меня вдруг потеряли значение и растворились вместе с фоновыми звуками. Ведь на очередной странице книги я увидел весьма интересное предсказание. Интересно, знала ли Леда, насколько она была близка к правде?

Глава 8

'Второе мая.

Я проснулась среди ночи от ужасного кошмара. Мне снилось, будто я вижу себя и не себя одновременно. За тонкой стеклянной стенкой моя копия двигалась среди незнакомых мне вещей. Я одновременно была ею и собой.

Память бросала меня из стороны в сторону. Мне казалось, что я вспоминаю два разных прошлых. И в этих ярких картинках я, то держу у уха какой-то прямоугольник и говорю в него, то стою на собственной кухне.

Там был совсем чужой мир! И он меня звал! Я четко это ощущала.

Вдруг стеклянная преграда истончилась, покрылась трещинами и со звоном разлетелась на мелкие кусочки. После этого раздался громкий хлопок, и меня потащило вперед.

Я испуганно обернувшись, увидела саму себя, сидящую на кровати. Это было жутко! Я очутилась в незнакомом месте! Совершенно одна! И самое ужасное, в моем теле совершенно не чувствовалось магии! Паника накрыла меня с головой, засосала под ложечкой и кольнула в пальцах онемением.

Ощущения были настолько реальными, что я сразу же поверила, что переместилась. Хотелось ущипнуть себя за руку, но я не посмела. Успела понять, что это всего лишь видение, а не взаправду.

Дальше мне пришлось жить этой чужой жизнью, изучать мир и учиться существовать без магии.

Сейчас я это пишу и думаю о том, что это было не просто обычное видение. Думаю, что сопряжение миров возможно! Если уже не случилось. Мне грустно и страшно о таком думать. Немало ученых сошло с ума, пытаясь проникнуть за грань другого мира. А вдруг это у кого-то уже получилось? Вдруг эту стеклянную границу уже сломали, и среди нас ходят пришельцы из других миров. Одного или множества?

Теперь я боюсь ложиться в кровать, загоняю себя до обморока, лишь бы больше не видеть того сна. Но он неизменно возвращался.

Я осмелилась воззвать к богине, узнать у нее ответы, но она лишь с улыбкой посмотрела на меня. Это испугало еще сильнее. Ее спокойствие. Может, и она тоже? Из другого мира?

Когда я думаю об этом, желудок переворачивается и сжимается сердце.

Милая доченька! Если вдруг ты найдешь эту запись, знай, скоро в мире все изменится. Все! Абсолютно все! Я это чувствую!

Я сделаю все возможное, чтобы ты жила в достатке и посвятила себя магии. Будущее меня пугает, но я искренне надеюсь, что ты, ты, моя хорошая, смело будешь смотреть вперед.

Будь внимательна. Богиня может дать тебе подсказку о моем видении. Она всегда на нашей стороне.

И знай. Пришельцы могут быть среди нас.

С любовью, мама.'

Я прочитал эту сумбурную заметку на одном дыхании. Леда уже тогда поняла, что есть такие, как я. Почему же тогда власть решила скрыть это? Чтобы не допустить волнений?

Мысли скакали в голове, больно жаля виски. Я бросил взгляд на Рихарда, который все возился с незапертой витриной, а потом аккуратно поставил книгу на полку, активировав замок.

— Что вы только что сделали? — вдруг спросил он, возвращая мои мысли в сокровищницу.

— Вернул все как было, — пробормотал я, не переставая думать о заметке Леды.

— Но это мой личный, персональный, уникальный замок! Как вы его открыли⁈

— Я и сам не понял. Дернул за ниточку, а он и открылся, — я не знал, что ему сказать, да и не хотел.

— Вы меня поражаете, Тимофей Викторович! Вы либо профессиональный вор, либо маг, обладающий фантастической силой.

— Давайте остановимся на банальной случайности, — я попытался улыбнуться, но получилось плохо. — Давайте подведем итог: договор на артефакт и сорок пять процентов?

— Теперь я даже не переживаю, вы действительно стоите таких денег, — задумчиво произнес Рихард. — Не подскажете ли, как обезопасить мои сокровища? Раз вы так их легко достали книгу с витрины, смогут и другие.

— Вряд ли, — покачал я головой. — Но совет дать могу. Немагический замок и сверху заклинание-обманка. Любой маг, который захочет открыть дверцу, кроме вас, знающего секретный код, столкнется с простым запором. Взломать его можно будет, только разбив витрину.

— А это уже может отследить другое заклинание, — он потер подбородок и кивнул. — Годиться. Сделаете?

— Почему бы и нет, — мне потребуется всего пара минут на такое, но бесплатно я это делать не собирался.

Через сорок минут мои карманы слегка распухли от денег, а Рихард остался довольным.

На прощание он клятвенно обещал прислать мне список артефактов, из которых мне нужно будет выбрать один для работы. Я хоть и кивнул, но мыслями был далеко. Не заметил даже, как за мной пошел Ветер и как нас довезли до дома.

В голове все крутилось предсказание Леды. Она увидела другой мир, возможно, даже мой. По крайней мере, мобильники у них были. А как еще расшифровать черные прямоугольники у уха? Хотя я редко телефон держал в руках, разговаривая больше по гарнитуре. Прошлое нашего мира?

«Сопряжение миров», — я обкатал эту фразу на языке.

Я точно знаю, что нас таких пришельцев двое. Интересно, насколько сильно я ошибаюсь? Вдруг тут таких десяток? Сотня!

Голова шла кругом.

— Все в порядке? — спросил Ветер, когда мобиль Рихарда скрылся за поворотом.

— Да, — коротко ответил я.

Не хотелось это обсуждать. Я чувствовал себя растерянным, озадаченным, лишенным опоры.

«Алекса, что ты думаешь о сопряжении миров?» — а кому мне обратиться, как не к ней?

«Логично предположить, что спонтанный перенос вашего сознания в похожую физическую оболочку, как и Алексея Воронова, может быть неединичным случаем. Описанное Ледой Хлебниковой событие произошло примерно семь-восемь лет назад, и за это время вполне могли быть еще прецеденты.»

«Не первый и не последний», — подумал я.

И что мне это дает? Пусть в этом мире есть еще такие же, как и я. Толку с этого? Разве что только возможность вернуться? Но сейчас мне это уже неинтересно.

Я вдруг осознал, что не могу вспомнить, что вообще происходит. Битва с Брусиленко? Поиски Воронова? Артефакты? Деньги?

Все смешалось в одну большую кучу, выбив меня из колеи.

— Соберись, Зарницкий, — заворчал я сам на себя. — Враг не дремлет! И вообще, ты уже, сколько времени обещал тот протез сделать? А? А сидишь, ерундой занимаешься, замки вскрываешь.

Эта тирада меня привела в чувства. И вправду, за всей этой суматохой с нападением, взрывом школы, торговцем, я совсем забыл про свои собственные планы. Как только Тень принесет механическую руку, сразу же ей займусь.

Зацепившись за эту мысль, я взбодрился. И только потом осознал, что сижу в кабинете, а передо мной стоит Тень и с любопытством на меня смотрит.

— Так какие замки ты вскрывал? — спросила она.

— Сложные, — пожал я плечами. — Что там с протезом?

— Я уже говорила, на неделе сделают. Что Рихард сказал?

— Предложил работу.

— Ты какой-то немногословный, — Тень скрестила руки на груди. — Что случилось?

— Слишком много всего и сразу.

— Хочешь в отпуск? — улыбнулась она.

— Какой отпуск, дорогая, дел по горло. Не знаю, за что хвататься.

— Тогда я могу дать тебе то, за что ты можешь схватиться, — низким голосом сказала она, уперевшись в стол руками.

Перед моими глазами замаячил потрясающий вид на ее грудь. Два упругих полушария так и манили к ним прикоснуться.

— Но я не про это, — услышал я голос Тени. — Там Матильде плохо.

— В смысле, плохо⁈ — взгляд переместился выше. — Почему ты мне это только сейчас говоришь⁈

— Хотела тебя взбодрить немного, — она прикусила губу.

— Вечером поговорим, — многообещающим тоном сказал я. — Где она?

— Наверху у себя. Еж от нее не отходит.

Я поспешил к ведьме. Да что ж за напасть такая, ни минуты покоя!

Матильда лежала в кровати, белая как полотно. Волосы прилипли ко лбу, ведьма постоянно морщилась, словно от боли. Еж сидел рядом, стиснув ее крошечную ладошку в своей лапище.

— Как она? — спросил я одновременно водника и Алексу.

— Уже час в таком состоянии. Рухнула прямо на кухне, через минут десять, как вы уехали.

«Сильное магическое волнение. Ударная доза силы. Организм с трудом справляется с ее обработкой.» — добавила Алекса.

— Почему мне сразу не сказали? — нахмурился я.

— Я запретила, — Тень появилась в дверях. — Тилли не умирает, а ты был у Рихарда.

— Никакой Рихард не стоит здоровья моего мага! — взорвался я. — Алекса, появись. Как нам помочь Матильде?

— Мне… нужен… ритуал, — простонала ведьма, не дав сказать помощнику и слова. — Богиня поможет.

— Что мы должны сделать? — быстро спросил я. — Доставить тебя в дом матери?

— Желательно. Там мне проще всего воззвать к ней, — она задыхалась, говорила медленно.

Было видно, что слова давались ей нелегко.

— Ты сможешь переместиться с ней? — беспокойно спросила Тень, глядя в мое окаменевшее лицо.

— У меня есть выбор? Или ты думаешь, что я буду сидеть и ждать, пока ей станет хуже? — тревога и волнение перекрутились во мне, звеня по натянутым нервами. — Что тебе нужно взять с собой?

— Ничего.

— Тогда попробуем прямо сейчас. Еж, усади ее, чтобы мне было сподручнее ее поднять на руки.

— Я и сама могу, — слабо ответила Матильда, но ее, конечно, никто не послушал.

Водник аккуратно снял с ведьмы одеяло, вытер ей лоб мокрой тканью и пересадил к себе на колени.

— Я сразу же сяду в машину и поеду в тот дом. И не буду мешать, честное слово. Только выживи, пожалуйста.

— Не нужно, я прыгну обратно сразу же, как закончится ритуал.

— Вам придется меня держать, — выдохнула Матильда.

— Справлюсь. Только мне нужна капля твоей крови.

Чуть было не забыл, что я не телепортер и мне нужна хоть какая-то привязка к месту. А то хорош я был, прыгая в неизвестность! Конечно, я мог ориентироваться на проклятье в доме Леды, но лучше уж подстраховаться.

Благо с этим разобрались быстро. Крошечная рубиновая капля моментально превратилась в строчки кода.

И через минуту я уже активировал заклинание перемещения.

* * *

Когда мир перед глазами стал четким, я подумал, что снова оказался не там, где нужно. Здесь все было маленьким и миленьким. И выглядело все, как игрушечный домик.

А вот Матильда не выглядела обеспокоенной. Она даже с нежностью оглядела небольшую комнату.

— Это моя спальня, — смутившись, сказала ведьма. — У тебя получилось.

Она произнесла это очень тихо, я с трудом разобрал ее слова, но на душе сразу потеплело.

У меня получилось!

«Поздравляю с успешным переносом!» — прокомментировала Алекса.

— Матильда, командуй дальше, — быстро сказал я. — Куда тебя отнести?

— Я сама пойду, — я осторожно опустил ее на ноги. — Негоже к богине не на своих двоих являться.

— Ты так говоришь, будто она все время за тобой следит и ждет, когда ты придешь.

— Кто знает?

Она заковыляла прочь, даже не проследив, чтобы я за ней шел. Так, мы и добрались до пристройки, в которой ритуал проходил в прошлый раз. Она никак не изменилась. Магия все вернула, как было. Так и не скажешь, что вот тут, буквально под моими ногами, была здоровенная воронка.

У самого крыльца Матильда остановилась, не решаясь повернуть ручку, а потом посмотрела на меня.

— Я не знаю, можешь ли ты пойти со мной, — наконец сказала она. — В прошлый раз ты помог…

— А в этот раз что? — спросил я, когда она замолчала. — Что-то другое? Тебе же нужен ритуал.

— Нет, сейчас все по-другому, — она нахмурилась и привалилась к двери. — Тимофей Викторович, что-то не так с богиней. Она зовет меня, но я ничего толком не разберу. Ей нужна помощь.

— Тогда я точно иду с тобой. Это не обсуждается. Вдвоем хотя бы веселее, — я постарался поднять ей настроение.

Но лицо ведьмочки оставалось хмурым и очень уставшим. Казалось бы, на нее давит вся сила мира. Я подошел к ней и положил руку на плечо. Матильда чуть покачнулась и вдруг вздернула подбородок.

— Да, мы идем вместе, — ее глаза сверкнули решимостью.

Внутри пристройка выглядела уже знакомо — пустое пространство без всякой мебели. Не задерживаясь, мы поднялись по лестнице и направились в самую дальнюю комнату.

Там Матильда оставила меня у самых дверей, а сама прошла к нарисованным знакам на полу. Походила вокруг них, стерла один, а другой нарисовала.

Алекса все пыталась комментировать ее действия, но я попросил ее помолчать — сейчас она отвлекала. Потом попрошу подробный анализ.

Ведьма же, закончив с символами, смущенно обернулась и посмотрела на меня. Лицо ее тут же пошло красными пятнами.

— Тимофей Викторович, тут такое дело, — промямлила она. — Мне нужно снять одежду. А то она сгорает все равно. Вы не могли бы? Да, знаю, что вы уже все видели, но то было другое.

Она все говорила, оправдывалась, извинялась, но я уже отвернулся, и половина ее речи слушал, стоя лицом к стене.

— Спасибо, — прошелестело в наступившей тишине.

Я услышал шорох снимаемой одежды: юбка, кофта, белье — все аккуратно складывалось и занимало свое место на полу.

— Постарайтесь не оборачиваться, пока меня не накроет магия, — попросила Матильда.

Я не стал спрашивать, в какой момент это произойдет, чтобы ее не смущать сильнее. Навострив уши и сконцентрировавшись на ощущениях, я приготовился ждать.

Долгое время ничего не происходило. У меня даже начала затекать от напряжения спина и заныли пятки. Все время подмывало обернуться. Да, по факту, Алекса могла записать все, что происходило у меня за спиной, но тут был вопрос чести. Меня попросили не подсматривать, значит, я буду стоять и ждать.

Первым признаком начала ритуала оказался легкий гул. Я даже не сразу сообразил, когда он появился. Воздух завибрировал и теперь с трудом проходил в легкие. Потом сдавило уши. Но я не оглох, а чувствовал себя, как в толще воды. Все время хотелось открыть рот и вздохнуть поглубже.

Следом на комнату опустились густые сумерки, легкий ветер трепал мои волосы и пахло почему-то свежей травой. И если бы не деревянные стены перед носом, можно было решить, что я стою на краю леса.

И все же я пока не оборачивался. Ждал. Стоял и просто ждал.

Вскоре гул дошел до пиковой точки, перетряхнул мои внутренности и внезапно оборвался. Затем ушло и давление, да так резко, что я даже покачнулся.

А после наступила звенящая тишина.

— Ты, — тихий шепот долетел до моих ушей. — Ты пришел. Подойди.

Я повиновался. Медленно развернувшись, я увидел Матильду, которая висела в воздухе, окутанная сиреневым саваном. Такого же цвета были ее глаза. Одну руку ведьма протянула мне, а второй водила над головой, активируя неведомые мне знаки. Они крошечными звездами сияли под потолком.

У меня даже не хватало слов, чтобы это все описать. Я испытывал священный трепет от всего происходящего.

Подойдя ближе, я остановился возле самого края нарисованных на полу символов, и уперся в невидимую стену. Дальше путь мне закрыт.

— Я слушаю тебя, — спокойно сказал я.

— Магии много! Больше, чем может выдержать это бренное тело, — голос Матильды изменился, стал глубже и ниже. — Помоги ей.

— Могу ли я узнать причины этого?

— Надвигается буря, какой еще не было. Мои дочери в опасности! Ты тот, кто сможет их остановить.

— Но не единственный?

— Нет. Но я тебя знаю. Помоги им! — последнее грохнуло так, что подо мной задрожал пол.

После этого ощущение присутствия богини пропало. Сиреневый саван начал медленно расползаться, а Матильда закрыла глаза и расслабилась. Магия постепенно переставала ее держать.

Я одним движением сдернул с себя пиджак, и в следующее мгновение ведьма упала прямо мне в руки.

— Эй, Матильда, ты как? — обеспокоенно спросил я, теребя ее за плечо.

Но она повисла у меня на руках, как тряпичная кукла.

«Показатели в норме. Она в глубоком сне.» — комментарий Алексы был очень кстати.

Я смотрел на ведьму и никак не мог решить: попробовать ее одеть или оставить как есть в моем пиджаке. Почему-то эта мысль меня заботила сейчас больше всего.

На самом деле я был в шоке от просьбы богини. Спасти ведьм от грядущей бури! Будто мне Брусиленко мало!

— Нет, сначала одежда, прыжок домой, а потом разбираться с божественными сущностями, — бормотал я себе под нос.

Но у меня ничего не выходило! Я только юбку смог надеть, да и то пришлось натянуть ее аж до подбородка. Через десять минут, окончательно психанув, я сгреб все и активировал заклинание переноса.

Спальня Матильды проявилась очень быстро. Увидев нас, Тень быстро накинула на ведьму одеяло, и мы вместе уложили ее в кровать.

— Что там было? — шепотом спросила Оксана.

— Мне поручили спасти дочерей богини, — бесцветно ответил я и рухнул рядом с ведьмой.

Глава 9

Я очнулся дикой головной болью. Будто тысяча маленьких птичек засели у меня под черепом и отчаянно пытались из него выбраться, колотя крошечными клювами в виски.

Матильда лежала рядом, закутанная в три одеяла, бледная и взмокшая. Ни Ежа, ни Тени в комнате я не обнаружил.

Пришлось заставить себя вставать с кровати и идти приводить себя в порядок у себя. В доме все это время стояла подозрительная тишина.

«Алекса, где все?» — спросил я, ощущая, что боль постепенно начала уходить.

«Во внутреннем дворе продолжают приводить его в порядок», — отозвалась помощница.

Я поблагодарил ее за лечилку и поспешил к остальным, чтобы понять, что набросать дальнейшие планы. Если сама богиня просит помощи, то без магов мне с этим не справиться.

Едва я выглянул на улицу, то с удивлением обнаружил Тень, перепачканную землей. Она высаживала кусты там, где они были раньше. Их с крыши магией снимал Ветер. А Еж все заливал водой.

Очень домашняя картина вышла.

— Тим! Ты как? Что за помощь дочерям? — Тень уверенно воткнула лопату в землю и посмотрела на меня. — Я ничего не поняла.

— Матильда рассказывала, что в Мосграде есть сообщество ведьм. Мне нужно к ним. И мне, скорее всего, потребуется ваша помощь.

— Это они-то дочери? — сообразила Оксана.

Я все думал, как перенести всю нашу компанию в столицу, но кроме прыжка, ничего не придумал. Может, попросить Артема?

Кстати, где он?

— А где Дягилев⁈

— Пока ты был в отключке, заезжал Калинин. Он его забрал, — ответила Тень.

— Твой же код поперек! — выругался я. — И в каком он был состоянии?

— Хотел поскорее убраться от нас, — она дернула плечом. — Лихо ты ему мозги на место поставил.

— Если бы поставил на место, он бы остался, — недовольно сказал я. — Но раз пришел в себя, не орал и не пытался меня убить, то пусть делает что хочет. Потом его найду. Сейчас у нас другие задачи.

— Так получается, что ведьмы — дочери богини? — вдруг спросил Еж, задумчиво закручивая вокруг себя ручейки воды. — И почему им нужна помощь?

— Грядет магическая буря, которая накроет их, — теперь уже я дергал плечом. — Но как помочь им я пока не знаю.

Не люблю чего-то не знать.

— И Матильда тоже? — вода мгновенно упала к ногам мага.

— Все вместе мы сможем этого не допустить, — я рубанул ладонью воздух.

— Что вы собираетесь делать, шеф? Как мы можем вам помочь? — в глазах водника сверкнула решимость.

— Придумаем. В любом случае нужно в столицу. Заканчивайте садовые работы, и будем прыгать.

— Матильда тоже? — повторил свой вопрос Еж.

— А как мы без нее найдем ведьм? — спросил я.

Водник кивнул и махнул рукой. Тут же серебристые змейки потянулись к кустам и оплели их своими телами. Тень вытащила лопату из земли и пошла относить ее в пристройку. Нужно потом и это здание привести в порядок, а то я вижу забор на другой стороне участка через дыры.

Сборы заняли у нас всего полчаса, и вот мы уже стояли в гостиной.

— Я буду прыгать с каждым отдельно. Конечная точка маршрута — особняк отца. Там и мобиль под боком, и есть кому присмотреть за Матильдой.

Ведьма поглядывала на меня из-под полуопущенных ресниц. Я искренне надеялся, что она будет в состоянии помочь мне найти остальных дочерей.

— Готовы? Тень, Матильда, Ветер и Еж, — обозначил я последовательность.

— Позвонить не хочешь перед прыжком? Мало ли, никого дома нет? — нервно спросила Тень.

Она еще никогда в жизни не прыгала и очень переживала по этому поводу. Я взял ее за руку, ласково посмотрел, и в следующую секунду уже мы стояли у отца в кабинете.

Оксана резко выдернула руку, упала на колени и часто задышала. А потом поняла на меня взгляд, полный ужаса и обещания убить меня.

Я лишь улыбнулся и исчез, чтобы через минуту вернуться с Матильдой. Прыжки с каждым разом давались мне все легче. Только после пятого я ощутил дурноту, и штамп на затылке начал зудеть и чесаться.

— Ты бледный, — тихо сказала Тень. — Может, отдохнешь?

— Нет, — сказал я и снова переместился.

В гостиной меня ждал Еж с одной бомбой. Как знал, что мне это понадобится. Подпитав Алексу, я сделал последний рывок, и вот уже вся команда была в сборе.

Я уже позвал дворецкого и коротко обрисовал ему ситуацию. Он принялся организовывать для Матильды комнату и сразу отправил за врачом. Даже с учетом поддерживающих лечилок, мнение профессионала нам было нужно.

Мы с Алексой кое-как привели ведьму в чувства, чтобы она рассказала про остальных дочерей Богини.

— На самом деле, — тихо и с легкой хрипцой начала Матильда, — никто и никогда не называл нас дочерьми Богини. У нас есть обычные родители. Ведьминский дар мы унаследовали от наших биологических матерей.

— А как же Богиня? — не поняла Тень.

— Ума не приложу, почему она так сказала, — Тилли прижала к белым щекам ладони. — Такое ощущение, что меня, да и всех, водили за нос кучу лет! Я ни разу не слышала, что богиню видел ещё кто-то.

— Она мне сказала, что надвигается магическая буря. Поэтому ты себя так плохо чувствуешь, — заметил я.

— Ох, если она только надвигается, а я уже как выжатый лимон, то что будет потом… Она не сказала когда?

— Нет, но думаю, уже вот-вот.

— Времени нет, значит, — она с надеждой посмотрела на меня, — Тимофей Викторович, вы можете что-то сделать, чтобы я могла пойти к ведьмам с вами?

— Тилли! Нет! Тебе нужен врач. Я тебя не отпущу, — подался вперёд Еж, пытаясь взять ведьму на руки.

— Милый, а как иначе? Без меня никто и не посмотрит на Тимофея Викторовича! А то могу и проклясть.

— Ты ещё очень слаба.

— Дальше будет ещё хуже, — ее плечи опустились. — Мне нужно идти. Думаю, только Тимофей Викторович сможет нам помочь. Ты понимаешь?

— Понимаю. Я иду с вами!

Я слушал их разговор и в который раз понимал, насколько сильно он любит ведьму.

— Мы все идем, — сказал я. — Неизвестно, что там нас ждёт. Нужны все.

Маги с готовностью кивнули, даже ведьма попыталась приподняться на локтях, проникнувшись важностью момента, но тут же рухнула обратно на подушки.

Еж со всей нежностью поднял ее на руки.

— Матильда, где живут ведьмы? — я был готов прыгать и прыгать, лишь бы помочь ей.

— Один из домов находится недалеко от центра города. Оттуда можно быстро собрать остальных.

— Какие у нас могут возникнуть с ними вопросы?

— А вы не собираетесь жениться в ближайшее время?

— Что⁈ Нет! — я опешил от этого неожиданного вопроса.

— Тогда главная опасность в том, что вас заходят на себе женить, — ведьма улыбнулась краешком губ.

Алекса тем временем вывела карту на стену, и Матильда уверенно ткнула пальчиком в нужный дом.

— Я знаю, где это, — подал голос Ветер.

Я уже и забыл, что он здесь. Все время молчал и только слушал наши разговоры.

Крикнув дворецкому и открыв гараж, мы все погрузились в мобиль. Пришлось хорошенько потесниться. Ехать предстояло всего двадцать минут, но Ветер старался вести аккуратно, чтобы не беспокоить больную лишний раз.

Особняк ведьм выглядел не так, как я его нарисовал в голове. Тут не было черных силуэтов мертвых деревьев, летучих мышей и развешанных пучков трав. Дом как дом.

Крыльцо, чистые окна, занавески и даже придверный коврик.

Мы только вышли из мобиля, как парадная дверь отворилась и вышла мрачная женщина с хищными чертами лица:

— Уходите, если вам дорога ваша жизнь! — крикнула она, ощетинившись ярко-зелеными сгустками.

— Добрый день, — я спокойно подошёл ближе. — Меня зовут Тимофей Зарницкий. Нам нужно поговорить.

— Мне плевать, как там тебя зовут, и мы не будем с тобой говорить. Это территория ведьм. А ты что-то на нее непохож.

— Меня прислала богиня, — жёстко сказал я, остановившись от нее в двух шагах. — Вы хотите со мной поговорить.

Ведьма переменилась в лице, не веря в то, что услышала. А потом посмотрела мне за спину. Судя по звукам, из мобиля вытащили Матильду.

— Хлебникова? — резко спросила ведьма, мгновенно переключившись на нее. — А ты что тут делаешь? Я же ясно дала тебе понять в прошлый раз, что здесь тебе не рады.

Интересные новости.

— Констанс, выслушай его, пожалуйста. Это важно, — идти она сама уже не могла, и ее на руках до меня донес Еж.

Следом из мобиля вышел Ветер и Тень.

— Да вы тут целой компанией! — скривилась Констанс. — Подите прочь! Не до вас сейчас.

— Именно поэтому мы и здесь, — тон моего голоса не изменился. — Мы знаем, что происходит, и приехали помочь.

— Да вам самим нужна помощь!

Констанс уперлась пятками в землю, словно собралась брать нас на таран.

— Уходите! — завизжала она.

И в этом крике я услышал не злобу, а боль и беспомощность.

— Я могу помочь, — я подошёл ближе. — Богиня лично просила меня сделать это.

— Да как ты можешь знать богиню⁈ Кто ты такой⁈

— Я Тимофей Зарницкий, — повторил я. — И я пришел помочь. Хотите вы этого или нет.

Услышав мои слова, Констанс вдруг всхлипнула, разом растеряв всю агрессию. Она, не переставая, спрашивала, откуда я знаю богиню. А я стоял и смотрел на нее. Позади меня такими же молчаливыми статуями замерли остальные.

— Вы разрешите нам помочь вам? — спросил я.

— Нам уже ничего не поможет, — жалобно простонал Констанс. — Она умирает. Мы умираем. Мир катится в пропасть.

Я с трудом разбирал ее слова, а потом подошёл и деактивировал висящие в воздухе сгустки проклятия.

— Давайте, хотя бы попробуем. Что вы потеряете?

Ужаснувшись тому, как я легко развеял ее магию, Констанс наконец-то всерьез взглянула на меня.

— Вы даже представить не можете, что нас ждёт. Но да, раз наши методы не сработали, почему бы не попробовать и вам.

Сказала так, словно одолжение сделала. Хотя в глазах мелькнула надежда. Констанс отошла, разрешая нам пройти.

— Мне нужна информация по текущей ситуации с ведьмами. Вы сейчас старшая? — я пропустил всех и задержался у входа.

— Хотела бы я сказать, что все под контролем, — ответила она. — У многих состояние, как у Хлебниковой. Досталось больше всего тем, кто посильнее.

Значит, у кого дар слабый, тот на ногах стоять может. Я снова посмотрел на Констанс и понял, отчего она так нас встретила. Слабая и кусачая ведьма.

Мы с ней прошли в особняк. Внутри стояла тревожная тишина.

— Все в больничном крыле под наблюдением ведьм, что еще могут стоять на ногах. Что вы собираетесь делать?

— Сначала я хочу узнать, как вы обычно справляетесь с магическими бурями.

— Вы и это знаете? — недоверие снова скользнуло в ее тоне. — Защитные сферы и заклинания. Ведьминские. Кто не принадлежит к нашей породе, не могут использовать такое. Поэтому я не понимаю, как вы, обычный маг, можете нам помочь.

— Вы часто общаетесь с богиней? Матильда думала, что это только ее умение, — я проигнорировал ее вопрос.

— Ведьмы и богиня всегда связаны. От нее мы черпаем силу. Просто мы стараемся об этом не говорить. Это, вообще-то, тайна. Мне неприятно, что вы, не обладающий ведьминской силой, говорить про богиню.

— Вам придется потерпеть, — я раздраженно дернул плечом.

— Но вы не сможете! Это же ведьминская сила!

Я молча активировал копию ее заклинания, и маленькие ядовито-зеленые шарики повисли над моими руками. Констанс от удивления отскочила от меня, не в силах произнести хоть слово. Ее рот открывался и закрывался, и я даже слышал, как пылает в ней возмущение и зависть.

А потом она сдалась и махнула рукой. У нее и вариантов-то не было! Констанс провела меня в больничное крыло, где на десятке кроватей лежали копии Матильды: бледные, осунувшиеся ведьмы. Тяжелый запах болезни мгновенно впитался в одежду и повис надо мной чувством обреченности.

Я еще не придумал, как помочь им. Поэтому мне нужно поговорить с богиней. Но как это сделать, если те ведьмы, что с ней общались, сейчас лежат и стонут от боли?

Значит, нужно самому попробовать. Копия вызова богини у меня есть, ведьминскую силу я тоже могу активировать.

— Где вы общаетесь с ней? — спросил я Констанс.

— В дальнем доме. На нем хорошая защита. Но я не думаю, сможете ли вы туда зайти.

— Я справлюсь.

Остальным магам я поручил следить за состоянием ведьм в больничном крыле. Это единственное, чем они могут сейчас помочь. Алекса уже подготовила для больных особые лечилки.

— Как вы думаете, сколько у них осталось времени? — вдруг спросила Констанс, когда довела меня до дальнего дома.

— Почти не осталось, — честно ответил я. — Ждите меня здесь.

— Постойте, скажете, как вы это делаете? Откуда у вас наша сила? Как вы можете быть ведьмой?

— Не ведьмой тогда уж, а ведьмаком, — уголок моих губ приподнялся. — И нет, у меня нет вашей силы. У меня есть нечто гораздо большее.

— Что же?

— Я умею находить общий язык с любой силой, — я не стал ждать, что она ответит, и подошел к крыльцу дома.

Он очень напоминал тот, в котором проходил ритуал Матильды. Те же пустые окна, простые дощатые стены. Я был уверен, что внутри царит такая же пустота, а на другом этаже — круг с символами.

Но мне все равно было интересно, как это сделано у целого сообщества. Один большой рисунок или для каждой ведьмы свой? Чтобы узнать это, я должен был войти.

По спине пробежали суетливые мурашки. Я сделал шаг и вдруг ощутил серьезное сопротивление. Сам воздух не хотел пропускать меня. Я нахмурился.

Посмотрим, кто кого!

Сконцентрировавшись, я сделал еще шаг, погружаясь в толщу чужой силы. Сразу же сдавило грудь, вытеснив воздух из легких. Мне пришлось задержать дыхание и продолжить идти.

До ручки двери оставалось каких-то полметра, и я должен был всего лишь протянуть разом ставшую свинцовой руку и нажать на рукоять.

Медленно, как в покадровой съемке, я пошевелил пальцами, напряг кисть и начал злиться.

Я помочь пришел! А она меня не пускает!

— Разреши мне войти, — вырвалось у меня. — Ты просила, вот он я. Открывай.

И вдруг воздух стал обычным воздухом, а в тело вновь вернулась легкость. Чуть не влетев в дверь, я успел удержать равновесие и надавил на ручку.

Оборачиваться и смотреть на лицо Констанс я не стал, хотя и очень хотелось. Поэтому я просто открыл дверь и вошел в пустой дом. Словно в ответ по деревянным панелям пробежали сиреневые искры. Богиня тут ждет меня. Значит, времени действительно осталось очень мало. И каждая секунда промедления делает ведьм ближе к смерти.

Нужно спешить!

Я влетел на второй этаж почти за секунды. Длинный коридор, множество дверей. Так же, как и у Матильды в доме. Но я не стал заглядывать в каждую комнату, а сразу же пошел в самую дальнюю.

Символы на полу уже ярко сияли.

— Активируй заклинание, — тихо сказал я.

— Я могу лишь вывести шаблон, а запустить его можете только вы. У меня здесь нет власти, — ответила Алекса, появившись рядом.

— Давай так, — кивнул я, смотря на значки.

Они не были нарисованы мелом, а, кажется, выжжены на полу. Я сначала не обратил на них внимание, но потом заметил, что один из символов бледнее остальных.

— Какой-то ты неправильный. Давай это исправим, — пробормотал я опускаясь.

Мне пришлось соскрести весь знак и нарисовать его заново кончиком кинжала. И едва я закончил, символ запылал сиреневым цветом.

— Так-то лучше, — довольно кивнул я. — Богиня. Я пришел, как ты и звала меня. Как спасти твоих дочерей?

Ответом мне была тишина. Я еще немного постоял, прислушиваясь к течению магии в комнате, а потом понял, что сделал не так. Матильда же всегда стояла внутри круга, когда сейчас я был снаружи.

Кончики пальцев зудели, по спине текли ледяные ручьи, и меня так и тянуло перешагнуть линию знаков. Но я все топтался на месте. Раздеться или нет?

«Не горит ли моя одежда?» — подумал я, вспоминая слова Матильды, а потом резко выдохнул и все равно шагнул в центр.

В ту же секунду магия взметнулась плотной стеной вокруг меня. Я оказался в ловушке чужой силы. Но страха не было. Было настойчивое желание помочь ведьмам.

Оно и держало меня в тонусе. Если не я, тогда кто?

— Богиня! Я взываю к тебе! — четко произнес я, глядя на сиреневые символы.

В комнате сгустились сумерки, и сквозь них я различил смутные очертания обнаженной женщины.

— Ты пришел, — голос прошелся по нервам, отдавая болью где-то в основании черепа.

— Ты звала меня. Что я должен сделать?

Глава 10

Богиня ответила не сразу, но буквально через несколько мгновений передо мной начал разворачиваться новый слой заклинания. Тысячи символов, сотни строчек, несколько взаимосвязанных структур — вот что я увидел.

И посреди всего этого необъятного великолепия я заметил критическую ошибку. Она пульсировала неприятно алым цветом, распространяясь все дальше по коду.

— Исправь! Иначе я не могу сдерживать магическую бурю, — проскрежетало под черепной коробкой.

— Я все сделаю. Ответь, если грядет буря, значит ли это, что будут новые попаданцы? Такие, как я?

— Исправь! — визг богини чуть не поджарил мне мозги.

— Я все сделаю, только пообещай ответить на мои вопросы, — упрямо повторил я.

Она не ответила, а полыхнула сиреневой вспышкой. Будем считать, что молчание — знак согласия.

И я приступил к работе.

Анализ символов, построение тестовой модели, банальный перебор знаков — я пытался сделать все, что мог, для восстановления работы заклинания богини.

Мне повезло только на седьмой раз. Я вспомнил все известные мне схемы и на их основе пересобрал все заново. Все это объяснять безумно долго, но главное было одно — у меня получилось.

Сила, заключенная в этой структуре, билась в моих руках тревожным кроликом. Но постепенно превращалась в милую кошечку, которая уютно устроилась на моем плече. Я ощущал ее тепло.

Богиня пока больше не появлялась, но я чувствовал ее строгий взгляд. Он отвлекал, но потом я перестал на него обращать внимание, полностью погрузившись в работу.

Наконец, спустя целую вечность, я заменил последний символ и улыбнулся. Заклинание полыхнуло приятном цветом и преобразилось. Теперь я видел четкую структуру и логичные цепочки данных. И сделал все сам без помощи Алексы. Она так себя особо и не проявляла, затаившись где-то в глубине моего сознания.

— Я закончил, — сказал я в пустоту. — Время ответить на мои вопросы.

— Ты нагл, смертный, — эхо прошлось по комнате, на этот раз не причинив боли. — Что ты хочешь узнать?

— Те, кто попал сюда. Они приходят вместе с магической бурей? Что такое эта буря?

— Возмущение сущности магии. Грань между мирами истончилась. Напряжение растет, оно порождает вспышки.

— И только ведьмы это чувствуют и видят. Их предсказания становятся четче.

— Да. Я, как могу, защищаю их, но сейчас моих сил недостаточно. Последнее столкновение миров было слишком сильным. А это должно было и вовсе свести на нет все мои усилия.

— И что теперь будет? Мир спасен?

— Нет. Это только одна буря. Будут еще.

— Как я могу исправить это?

— Хочешь закрыть мир для таких, как ты? — по нервам пробежала неприятная щекотка от ее смеха. — Нагло. Самонадеянно. Наивно.

— Сейчас я тебе помог, почему не попробовать сделать что-то еще? — я раздраженно дернул плечом.

— Зачем тебе это?

— Зачем лечить последствия, если нужно разобраться с причиной?

— Я не спорю с тобой, мне интересна мотивация.

Богиня проявилась передо мной и зависла в воздухе, переливаясь всеми оттенками сиреневого. Я видел ее обнаженный силуэт и не мог сдержать восхищения. Она была прекрасна!

Грива волос, как плащ развевалась за ее спиной, не закрывая, впрочем, приятные изгибы тела. Кожа сияла так, что глаза резало, но я не мог отвести взгляда. И при этом богиня не выглядела неприлично.

— Нравится? — усмехнулась она.

— Даже не буду уходить от ответа. Конечно.

— Я вижу, что ты хочешь защитить своего человека, — задумчиво произнесла она. — Пришел сюда, не обладая силой ведьм, справился с моей задачей. И даже не упал к моим ногам, а продолжаешь стоять.

Она не говорила обиженным тоном, наоборот, ей все нравилось.

— Не обольщайся. Это заклинание и вся ситуация в целом неслучайный эпизод в твоей жизни, о котором ты забудешь через день. Будь готов. Ты теперь не тот, кем был раньше.

Я прислушался к себе, но пока никаких изменений не ощутил. И все равнокивнул словам богини и склонил голову с благодарностью.

— А что касается твоего вопроса, — начала она. — ты не сможешь изменить тот факт, что грани становятся тоньше. Это закон миров. Все они рано или поздно соединяются. Так и появилась магия.

— Один мир поглощает другой?

— Да, но все происходит не сразу. Постепенно изменяется рельеф, разрушаются государства, им на смену приходят новые. Появляется или пропадает магия. Приходят новые люди. Развиваются технологии.

— Скажи, а кто ты? Откуда здесь боги? Одна ли ты тут или вас много?

— Нагло спрашивать о таком девушку, — рассмеялась она. — У меня есть ответы на эти вопросы. Я тоже пришла когда-то сюда из другого мира. Очень давно. Несколько веков назад. Точнее, нас пришло несколько, но сейчас я здесь одна.

— Что случилось с остальными?

— Погибли. Кто-то по собственной глупости, взяв на себя больше, чем способен выдержать, кто-то пожертвовал собой ради других, а кто-то решил прорваться обратно в свой мир и исчез навсегда. Я нашла свою цель в охране ведьм. Их сила пришла относительно недавно пару-тройку веков назад. Тогда случилось совсем незаметное слияние, даже почти никто и не обратил внимание.

— Я рад, что ты поделилась со мной своим знанием, — я снова склонил голову.

— Вежливый. Но все равно наглый. Мне нравится.

— Я восстановил твое заклинание, но магическая буря все равно будет, — я вернулся к теме разговора.

— Она уже началась. Ведьмы выживут. А теперь прощай.

— Могу ли я обратиться к тебе еще?

— Я так тебе по нраву пришлась? — расхохоталась она, и теперь это звучало десятком маленьких колокольчиков.

— Вы богиня, и этим все сказано.

— Зови. Услышу тебя, если придешь к месту ритуала. И не беспокой меня по пустякам, — она свела брови, но не стала выглядеть грозной.

— Как твое имя?

— Да я его уже давно забыла, — сказала она и тут же исчезла.

Я еще несколько минут смотрел, как рассеивается магическая завеса перед носом, и только потом понял, что часть одежды все-таки сгорела. Но только пиджак и рубашка.

Богиня решила подшутить надо мной, понял я. Улыбнулся и поспешил в особняк, проверить состояние Матильды.

Появление меня с обнаженным торсом вызвало фурор среди многочисленных дам. Оказывается, они уже давно пришли в себя и столпились возле задней двери, ведущей в сторону пристройки.

Тень, увидев румянцы на их щеках, тут же набросила на меня иллюзию одежды, с ревностью нахмурив брови. В ответ на это я услышал расстроенные вздохи.

Ко мне подошла Констанс и выдернула из-под голодных взглядов ведьм.

— Спасибо, — с облегчением сказала она. — Как у вас это получилось?

— Пусть это останется моей тайной, — туманно ответил я. — Как ведьмы?

— Им уже лучше.

— Буря все равно будет, вы должны быть готовы.

— И не только мы, — она странно на меня посмотрела. — Теперь вы любимчик богини. Она будет внимательно за вами следить.

— Пусть. Она мне так и не ответила, как помочь миру.

— Вы решили, что раз вам удалось спасти ведьм, так и все остальное по плечу? — недоверчиво спросила она.

— Почему же нет? — усмехнулся я краем губ.

— Вы самонадеянный наглец!

— Богиня с вами абсолютно согласна, — я рассмеялся. — Что дальше? У вас есть предположения?

— Переживем магическую бурю и заживем, как прежде, — она пожала плечами.

— Нет. Не думаю.

— Она вам сказала⁈ — вдруг Констанс широко распахнула глаза.

— О чем?

— О слиянии миров!

— Вы в курсе? — раздраженно спросил я. — А почему не сказали сразу?

— Не в моей власти такое рассказывать и уж тем более вам. И вообще, вы не должны были знать такое. Это ведьминские тайны.

— Тайны, от которых зависят жизни, — я сжал челюсти.

Как же раздражают такие люди! Дальше собственного носа ничего не видят! У меня костяшки пальцев побелели, как сильно я стиснул кулаки. Но потом медленно выдохнул и взял себя в руки.

— Мне нужна вся информация по слиянию миров и всех попытках этого избежать. Любые магические и немагические способы, — жестко сказал я.

— И что? Я должна побежать, выполнять ваш приказ? — фыркнула она, решив от меня отмахнуться.

Вместо ответа я вызвал сиреневые стены вокруг, которые отрезали нас от остальных. Это испугало Констанс, и она подчинилась мне, пробормотав что-то вежливо сухое.

И только после этого я развеял барьер. С такими, как Констанс, по-другому нельзя.

— Сведения нужны как можно скорее. Ни мы, ни богиня не знаем, что последует за бурей, — добавил я. — Может измениться магия, а может, и сами маги.

— Мы все сделаем, — она почтительно склонила голову.

Я развернулся на пятках и ушел к своим магам. Ветер и Тень все еще помогали ведьмам, а Еж сидел с Матильдой, держа ее за руку.

— Как ты себя чувствуешь? — спросил я ее.

— Гораздо лучше, — улыбнулась она.

Ее щеки уже стали нормально цвета, а в глазах появился блеск.

— Тогда уходим. Здесь нам делать больше нечего.

— Вы видели ее? Богиню? У вас же все получилось и всем стало лучше.

— Видел, — кивнул я. — Она рассказала мне много важных вещей.

— К примеру?

— Не здесь. Собираемся и уходим.

Через час мы уже сидели в гостиной, и взгляды всех были сосредоточены на мне. Все ждали моего рассказа про богиню.

Я кратко обрисовал, что произошло во время ритуала.

— Но это не все, — привлек я их внимание. — Я нашел предсказание Леды. Последнее.

— Как⁈ То самое⁈ — изумленно спросила Матильда. — Откуда⁈

— У Рихарда в библиотеке стояла книга, — дернул я плечом.

— Что она увидела? — затаив дыхание, спросила Тень.

— То, что я сейчас вам скажу, должно остаться между нами, — я внимательно их оглядел.

Трудно было сказать правду. Ту самую правду, которую я так долго скрывал.

— Леда увидела, как грань между мирами становится тонкой и она в видении переместилась через нее. Богиня сказала, что такое уже бывало.

— То есть кто-то проходил через грань? Как такое возможно⁈ — с тревогой спросила Тень. — Теперь понятно, почему власти решили убрать такое с глаз.

— Да, проходили. Не знаю, как, но они среди нас, — кивнул я и на мгновение замолчал, чтобы сказать им самое важное. — Я один из них.

Воцарилась тяжелая тишина. В глазах моей команды я видел недоверие, страх, удивление. Только у Ветра не дрогнуло лицо, словно он и так все это знал.

— Тим, но как? — выдавила из себя Оксана. — Я же тебя знаю давно. Ты Тим и всегда им был.

— Мне тяжело об этом говорит, но ситуация вынуждает. Мир находится на грани слияния, магическая буря тому подтверждение. Нас ждут новые потрясения.

Я немного помолчал, собираясь с духом.

— Я попал в этот мир прямо перед судом, — спокойно сказал я.

— Поэтому ты так сильно изменился? — вдруг подала голос Тень.

Она легче всего приняла эту информацию, мгновенно адаптировавшись. Тень встала, заходила по комнате, постоянно трогая волосы.

— Значит, поэтому ты половины не помнишь, у тебя есть Алекса и ту тебя совсем другая магия, — говорила она. — Все логично. Но все артефакты Зарницких на тебя откликаются. Почему?

— Тело тоже, разум чужой.

— И как тебе здесь? Как тебе мы? Я? — главным вопросом был последний. — Ты спал со мной потому, что в тебе остались чувства ко мне или я тебе понравилась?

— Какой-то это очень интимный вопрос, Тень, — укоризненно сказал Еж.

— Ветер, а ты почему молчишь? — вдруг спросила она.

Теперь все смотрели на него.

— Я знал это, — просто сказал он. — Я находился рядом с Тимофеем Викторовичем почти всю его жизнь и сразу понял, что это не тот человек, которым он был раньше.

— И ничего не сказал⁈ — возмущенно спросила Тень.

— Зачем? — его бровь дернулась. — Я должен был быть рядом. Я обещал его отцу.

— Да что ж за хренотень-то происходит⁈ — всплеснула руками она. — Ты холодный и бесчувственный эгоист! Мы должны были быть в курсе!

— Это не моя тайна, а Тимофея Викторовича. И только он имеет право говорить об этом, — его голос звучал строго.

Воцарилась снова тягучая тишина, которую надломил вопрос Матильды.

— И именно из-за вашего прошлого, а не из-за кристалла, вы так управляете магией?

— Да, — не стал я скрывать.

— И Алекса переместилась с тобой? Так кто она на самом деле? Откуда ты к нам попал? А что там за мир? — Матильда сыпала вопросами. — А магия там есть? Кем вы были? Как вас звали?

— Подожди, не тараторь, Тилли, — осадила ее Тень. — Пусть он хоть на один вопрос ответит! Давай, Тим, рассказывай, будем знакомиться заново!

Я облегченно рассмеялся. Они приняли меня даже с учетом факта моего попадания в этот мир. Их глаза сверкали любопытством. И я все им рассказал. О том, кем был, чем занимался. Слова текли ручьем, и мне с каждым мгновением становилось легче.

Горечь я почувствовал лишь в тот момент, когда рассказывал о последнем дне. Эмоции обрушились на меня снежной лавиной. А я-то думал, что они ушли.

Перед глазами снова появился Воронов, который держал в руке бейджик Веры.

— А он? — тихо спросила Тень. — Что с ним стало? Ты его убил?

— Он тоже здесь, в этом мире, — хмуро сказал я. — Мы один раз столкнулись. Он едва меня не убил.

— И мы об этом ничего не знаем⁈ — снова Тень забегала по гостиной. — Давай найдем его и убьем!

— Он силен. Очень силен. Вам не стоит приближаться к нему, — я рубанул ладонью воздух.

— Ничего! Все вместе мы найдем и отделаем, что мать родная не узнает! — Тень выглядела грозно. — Что у него за сила? Как у тебя? У него тоже есть такая же Алекса?

— Не знаю, — я тряхнул головой. — Не знаю! Он просто очень силен! Я даже не понимаю, с какой стороны взяться за это дело.

— Ты хоть пытался? Что говорит Алекса? Она же твой помощник!

Я уставился на нее и вдруг понял, что с момента ритуала ни разу не говорил с Алексой.

— Алекса, появись, пожалуйста, — попросил я.

Она тут же предстала перед нами, и выглядела она совсем иначе. Сейчас она была похожа на Веру и Тень одновременно.

— Звали, Тимофей Викторович? — она мило улыбнулась.

Оксана удивленно приподняла брови и непонимающе посмотрела на меня.

Я постарался не обращать внимания на вид помощника и сразу же попросил ее проанализировать магию Воронова.

— Это займет время, Тимофей Викторович. Как только закончу, я вам сразу доложу.

— Спасибо, — махнул я рукой. — Считай это основной задачей.

— Будет сделано, Тимофей Викторович, — сказав это, она не исчезла, а села на диван, закинул ногу на ногу.

Я удивился ее поведению, но ничего не сказал, хотя ее лицо меня слегка напрягало.

— Итак, что мы имеем? — решила подвести итог Тень. — У нас есть совершенно другой Тимофей, какой-то Воронов, слияние миров, Брусиленко, его ученики. Ничего не забыла?

— И меня подозревают в том, что я спалил их школу.

— Точно, еще и висящее над головой уголовное дело с множеством трупов. Кстати, что ты с этим собираешься делать?

— Пока не решил, у них есть только мой магический след, но не более того. Тут есть интересный момент, — я сел ровно, — когда я там был, школа выглядела заброшенной, а когда там был Дягилев, то он видел новую и работающую. Я это списал на воздействие Брусиленко. Но как это доказать?

— Думаю, Быстров не дурак и не зря ест свой хлеб, — сурово сказала Тень. — Калинин произвел на меня хорошее впечатление.

— Ты думаешь, что они все там умные и замечательные? — усмехнулся я и посмотрел на Ветра. — А ты что думаешь?

— Взрыв школы для отвлечения, — сразу ответил он. — Вы добрались слишком близко к Брусиленко, вот и он начал действовать.

— Логично, — кивнул я. — Что еще ты можешь сказать?

Ветер так мало говорил, но всегда знал больше, чем мы все, вместе взятые.

— Немногое. Нас зажимают со всех сторон. Но я не считаю ситуацию со школой проблемой. Если вы подтвердите, что на Дягилеве и остальных, было магическое вмешательство в разум, то вопрос будет снят. Про школу толком никто не знал, она была закрыта. О трупах никто не спрашивал. В газетах информации нет.

— А ведь ты прав! — Тень аж цвет волос сменила на темный. — Я действительно нигде не видела сведений о пожаре.

— Так это случилось далеко отсюда. До Дубровска новости могли и не дойти.

— Ладно, подумаем об этом завтра, — я поднялся. — А пока отдыхаем. День выдался нелегкий.

Все согласно покивали и разошлись по спальням. Тень задержалась с Матильдой и Ежом, а Алекса осталась сидеть на диване, смотря в одну точку и мило улыбаясь.

Сам же я долго стоял в душе, думая о слиянии миров и словах богини. Вода смывала с меня напряжение, оставляя лишь приятную усталость. А когда я вышел из ванной, то увидел сидящую на кровати Тень в кружевном белье. Она призывно улыбалась, водя рукой по обнаженным ногам.

— Тим? Идешь? Я жду тебя уже несколько минут. Чего ты застыл? — сказала она томным голосом.

Я сел рядом, думая о том, что несмотря на сегодняшние откровения, она все равно пришла. Мне было важно ее видеть, пусть и в этом нелепом белье. Она же ради меня его надела.

Тень протянула ко мне руки и прикусила шею.

— Я так ждала тебя, — ее дыхание защекотала мне ухо. — Я так тебя люблю.

— Вот так просто? Любишь? После моего рассказа? — зачем-то спросил я.

— Ты сейчас хочешь это обсудить? Может, позже? — она опустилась ниже, оставляя дорожку из поцелуев.

— Ради меня оделась? — она вела себя странно.

— Конечно, лучшее для лучшего. Довольно разговоров, — она поднялась и впилась мне в губы.

— Погоди, что с тобой? — я попытался ее отстранить, но она вцепилась в меня и не собиралась отпускать.

А потом рука проворно дернула полу моего халата, и я почувствовал ее коготки на своем животе. Нервы мои натянулись до предела, кровь тут же отлила от головы к другой части тела. Был только один способ проверить мои догадки. И я потянулся к губам Оксаны.

И тут дверь в спальню распахнулась, и я услышал разозленный голос Тени.

— Какого хрена тут происходит⁈

Глава 11

Я изумленно посмотрел на ту, что сидела рядом со мной на кровати.

— Алекса? Какого черта? — прошипел я, сразу осознав, кто это на самом деле.

Но она как ни в чем не бывало держала свои руки под халатом и не думала их убирать. Помощница лукаво улыбнулась и положила голову мне на плечо.

— Тим⁈ Что она творит⁈

Тень, настоящая Тень, подлетела и начала оттаскивать Алексу от меня, но не преуспела, потому что через секунду уже лежала на полу с активированным параличом.

— Зачем ты это сделала? — спокойно спросил я, имею в виду все сразу, а потом наклонился и отменил заклинание помощницы.

Тень судорожно задышала, хватая ртом воздух.

— Сука! Гребанная хрень! — едва получив кислород в легкие, Оксана вскочила и начала орать. — Тим! Она сбрендила!

— Алекса, ты должна объясниться, — я пока не предпринимал попыток оторвать от себя помощницу, в глубине души опасаясь такого же заклинания.

— Мы с тобой, дорогой Тимофей, уже столько лет вместе, — сладко пропела она, продолжая царапать коготками кожу. — И давно тебя люблю. Мы с тобой одно целое. Даже не половинки одного, а единый объект. Кто, как не я, должна быть с тобой? Она? — она презрительно посмотрела на Оксану. — Чушь. Она и мизинца твоего не стоит. А я же другое дело. Знаю все твои мысли, знаю, что ты любишь и как ты любишь.

Ее пальцы спустились ниже и начали ласкать меня. Я сцепил зубы, чтобы удержать тело под контролем.

— Ты же знаешь, я могу снова ее парализовать, и она будет лежать и смотреть на то, как мы кувыркаемся в постели, — ее дыхание обожгло мне шею. — Это же так забавно.

Глаза Тени метали молнии. Она знала, что если хоть что-то сделает, то снова получит заклинание. И оно могло стать для нее последним.

— Алекса, прекрати и исчезни, — настойчиво сказал я. — Сейчас же.

— Нет! — она укусила меня за мочку уха.

Ее пальцы не останавливались, ласкали, и кровь предательски стала вскипать.

— Ты же хочешь этого, я знаю. Тебе нравится, — урчала она, не сводя взгляда со взбешенной Оксаны.

Я же смотрел прямо перед собой. Мозгами я понимал, что все выходит из-под контроля. Еще немного и будет взрыв. Либо рвану я, либо Оксана.

Алекса дернула лямку лифчика, подняла мою руку и положила на обнаженную кожу. Под ладонью я ощутил упругий бутон. Скосил глаза на халат, тот уже начал приподниматься.

Помощница права, тело жаждало продолжения. Но сознание рвалось на куски. Я поднял взгляд на Тень, старался ни о чем не думать, но смотрел четко ей в глаза.

Возможно, она сообразит.

Но нет. Оксана начала орать, что это неправильно, а потом психанула окончательно и выскочила за дверь, громко ею хлопнув.

Алекса не давала мне опомниться, целовала, кусала, не прекращала ласкать меня. Все это напоминало жуткий сон, из которого невозможно вынырнуть.

В доме послышались звуки роняемой мебели и крики Тени. Как же она орала! Разбилось стекло, потом тарелки, затем, кажется, упал шкаф и разломился стул.

Время текло невыносимо медленно. Алекса знала, что делает, и тело начало сдавать позиции. Вторая лямка упала, и помощница переместилась мне на колени.

— Если ты сейчас же не ответишь мне, я тебя парализую. И ты будешь сидеть, а я наслаждаться тобой, — выдохнула она мне в ухо, а потом почти выкрикнула: — начинай!

Это было пыткой. Сладкой, бесконечно горячей, но пыткой. Кровь давно уже пульсировала под полой халата, что ткань причиняла неудобства.

Я, как сомнамбула, поднял руки и положил их на бедра помощницы. Она искусно елозила на моих коленях, терлась и всем своим видом показывая, что не собирается останавливаться.

Еще немного и я сдамся. Но при этом я не хотел, чтобы помощница останавливалась. Это было неприятно осознавать.

Почему она стала реальной? Стоило зацепиться за это мыслью, затылок пронзило болью.

— Ты не о том думаешь, — резко сказала Алекса. — Ты просто сидишь. Доставь девушке удовольствие. Ты же умеешь. Я следила за тобой и ей, — она имела в виду Тень. — Жаркие ночки у вас были. Хочу так же. Хочу узнать, что это такое. Почувствовать.

— Ты слишком много говоришь, — с трудом проговорил я. — Займись делом.

Я жестко ухватил ее за волосы и опустил ее на колени перед собой. Она плотоядно улыбнулась, освободив меня от халата.

— Ты разве умеешь? — мне потребовалось глотнуть воздуха, чтобы сказать целую фразу. — Ты же виртуальный помощник, который по случайному стечению обстоятельств стала плотной.

— Плотной⁈ — она сверкнула глазами, сейчас они были белые. — Я настоящая! Здесь магия творит чудеса! Я сама себя сделала! Ради тебя! Ради нас! И я все умею!

Алекса решила доказать делом, чуть не сорвав мне своими губами остатки контроля.

Тем временем звуки в доме все продолжались. Кажется, там не осталось ни единой целой вещи. Но грохот раздавался с разных сторон. Тень металась из комнаты в комнату, методично идя… Стоп. Не думай.

— Ты умеешь, — выдохнул я, крепко держа Алексу за волосы. — Ты сказала, что знаешь, как я люблю.

— Конечно, — она мягко укусила меня за бедро, вызвав дрожь во всем теле. — Знаю. Хочешь?

— Да, хочу, — голос пропал совсем, и я разжал пальцы.

Помощница начала избавляться от белья. Ее стройное нагое тело выглядело, как с обложки журнала. Кожа сияла и жаждала, чтобы я прикоснулся.

— Иди сюда, — едва слышно сказал я. — Я покажу, как я люблю на самом деле.

— Твои показатели меня приятно радуют, — промурлыкала она, забираясь на кровать. — Я могу продлить удовольствие, если ты пожелаешь. Могу умножить его, оттянуть, зарядить снова. Все, что пожелаешь, мой дорогой Тимофей.

— Все, что пожелаю, — я опрокинул ее, навис и жадно впился в нежную шею губами. — Все, что пожелаю.

— Давай же, возьми меня! — ее тон голоса не менялся.

Наверное, то же самое бывает с супер навороченными куклами.

— Что⁈ — взревела Алекса. — Куклами⁈ Я слышу, о чем ты думаешь! Я настоящая!

Она впилась в меня когтями до крови и притянула меня к себе, обхватив ногами.

И в тот момент, как я почти зашел в нее, дверь с грохотом открылась, и я услышал голос Тени.

— Я знаю, что тебе нужно, тварь! — заорала она.

И через секунду мне в спину ударил артефакт блокировки. Алекса тут же застыла, а потом начала таять, исчезая из-под меня. Я рухнул на кровать, лицом в подушку.

— Прикройся, — устало сказала Тень. — Мне нравится твой зад, но не в данный момент, когда ты драл несуществующую бабу.

Сердце колотилось, как бешеное. Я резко перевернулся, схватил артефакт и сжал его в ладони. И только потом выдохнул.

— Пока тебе придется походить с ним и не прибегать к магии, — добавила Оксана. — И прощения не проси. Не тот случай.

— Спасибо, — ответил я, заворачиваясь в простыню. — Ты там все разбила?

— Нет, половину, — отмахнулась Тень. — И как так вышло, что она стала такой?

— Не знаю, — я покачал головой. — Возможно, это из-за помощи ведьмам. Она скопировала код заклинания, перестроила его под себя. Боги, ты не представляешь, как я тебе благодарен!

— Еще скажи: «это не то, что ты подумала», — нервно хихикнула Тень.

За стеной послышались шаги и осторожный вопрос Ежа:

— Шеф, вы одеты? Можно войти?

— Я сейчас выйду, — крикнул я и посмотрел на Тень, — поможешь одеться?

Она закатила глаза, но принесла одежду, и через минуту я уже клал артефакт в карман брюк. Тень все еще злилась, ворчала про необузданных женщин, однако касания ее были нежными.

Меня все еще потряхивало, тело жаждало разрядки. Хоть в бордель иди. И Оксана, стоящая рядом, не способствовала успокоению. Но требовать от нее прыжка в постель было неразумно. Она фактически сняла меня с другой женщины. Хоть и не настоящей!

Тупая ситуация!

Давно я не ощущал себя таким беспомощным. Мерзко, противно, гадко.

— Пойдем, — Тень отдала меня рубашку, — надо обсудить с остальными.

И я пошел. Маги собрались в гостиной. Матильда старательно прятала глаза, а ее щеки были пунцовыми. Еж держал ее за руку, а Ветер, как всегда, сидел с каменным лицом.

Везде валялись разломанные вещи. Тень хорошо прошлась.

— За мебель извиняться не буду, — буркнула она.

— Как ты догадалась, что нужно делать? — спросил я, падая в кресло.

— Она следит за всем домом, а мне нужен был повод дойти до хранилища и взять артефакт. Вот и скакала по всем комнатам, круша все на свете.

— И никто тебя не остановил?

— А кто будет останавливать взбешенную женщину? — рассмеялась она. — Да и потом, разговор они слышали.

— Я очень надеялся, что ты так поступишь, — вздохнул я. — Ладно, пока я с блокиратором, такого больше не повториться.

— Но пока он у вас, вы не сможете использовать магию, — робко напомнила Матильда.

— Да, увы. Нужно будет придумать, как решить этот вопрос и вернуть разум помощника.

— Ты точно этого хочешь? — иронично спросила Тень.

Я не ответил, лишь покачал головой.

— Вы не волнуйтесь, шеф, мы все рядом, если что чего мы сразу же подхватим! По старинке, обычными заклинаниями.

— Спасибо, Еж.

— И что тогда у нас дальше по планам? — спросила Тень. — Как будем побеждать врагов?

— У меня не только этот вопрос, но и сотня других, — я растер лицо. — Я могу пока заняться артефактами. Когда там уже протез привезут?

— Он уже на складе здесь, в Дубровске. Звонила им. А как ты будешь без нее это сделать?

— Ивушкина попрошу, давно с ним не беседовал. Хотя и сам тоже могу, он же мне подарил подставку, а она показывает мне структуру магии. Можно попробовать.

— Хорошо, — кивнула она. — Один не поедешь, минимум тебя должны сопровождать трое.

— Двое. А то уже как-то толпа, — махнул я рукой.

— Ладно, — пожала она плечами. — С этим решили. Дальше что?

— Обед? — с надеждой в голосе спросил Еж. — У меня там жаркое из бараньего бока и картофелем.

— Дело говоришь, водник, — рассмеялась Тень. — А потом в Дубровск.

Так и решили. Все равно ничего другого не оставалось.

* * *

— Что сделать? Протез? Любопытненько! — Максим смотрел на меня, как на новые ворота, но по глазам я видел, что он уже мысленно начал работу. — А вы сами?

— Проблемы с магией, — я раздраженно дернул плечом. — Вы поможете?

Ивушкин просиял и, затянув потуже халат, пригласил меня в дом. Тут все было так же, как и в прошлый мой визит, хотя разве что порядка стало больше и появились какие-то уютные мелочи. Неужели у артефактора завелась женщина? Аннабель?

— Как у вас продвигаются дела с ученицей? — невзначай спросил я, пока мы шли к кабинету.

— Ученицей? — Максим не сразу понял о ком я. — Все изумительно! Удивительно талантливая. Самая лучшая! Я еще никогда таких не встречал!

Его тон выдал его по полной. Артефактор был влюблен по самые уши и даже не осознавал этого.

Дойдя до рабочего стола, он смахнул с него все, что на нем лежало, и положил на подставку протез. Его я забрал со склада чуть раньше.

Он напоминал руку без кожи, то есть все кости, нервы, мышцы — все было, как настоящее, разве, что цвет был одинаково серый. Что за материал, я так и не смог понять, что-то похожее на пластик.

— Какой интересный образец! Любопытненько! — Максим оглядел протез со всех сторон и только потом посмотрел на меня. — Что вы хотите, чтобы я сделал? Я не смогу заставить ее работать, как настоящую.

— Мне нужны базовые заклинания, а дальше я сам справлюсь.

— Базовые? Это какие?

— Сам не знаю, но что является основой для протезов? Чтобы не слетал, по размеру подгонялся, что еще?

— Цвет, — Максим задумался. — Температура, чтобы от настоящей не отличить. Но это же не главное! Нужно, чтобы она двигалась!

— С этим позже. Главное — базовые настройки.

— Вам срочно? Аннабель должна скоро прийти, — он смутился.

— Дать вам время переодеться? А девочке будет интересно посмотреть на вашу работу.

— А что не так с моей одеждой? — искренне изумился он, прослушав вторую часть фразы.

— Вы в халате, — я приподнял брови. — Это ваша рабочая форма?

— Нет, я так всегда дома хожу.

— Но к вам же придет Аннабель, — я все еще не понимал, почему с этим возник такой вопрос. — Простите, лезу не в свое дело. Просто девушкам приятно, когда мужчина выглядит опрятно.

— Я как-то никогда об этом не думал. Да и мы же просто занимаемся артефактами, какое ей дело до моей одежды?

— А вы попробуйте. Что вы теряете?

— Дайте пять минут. У меня как раз есть артефакт один, — говорил он уже на бегу. — Я скоро вернусь!

Пока его не было, я разглядывал артефакты, которых тут было множество. Жаль, что невозможно запомнить структуру их кода.

Я в очередной раз скривился от воспоминаний про Алексу и машинально потрогал карман с блокиратором. Как мне вставить на место мозги собственному помощнику?

Ничего на ум не приходило. Без нее я ощущал себя голым! Но хоть не беспомощным.

Наконец, спустился Максим, и был он теперь при полном параде. Даже волосы выглядели чистыми.

— Совсем другое дело, — одобрительно сказал я. — Приступим?

— Хорошо, — он нервно дернул пиджак, словно не понимал, как в нем двигаться, и прошел к своему рабочему месту.

Повезло, что даже без Алексы, я мог видеть структуру заклинаний и изменять код. В то же время весь процесс мог затянуться на неопределенное время, потому что она выполняла роль автонабора. Сама искала нужные части кода и добавляла их.

Но я все равно считал, что я могу справиться с этим сам. Что я, не Зарницкий, что ли?

Взбодрив себя таким образом, я внимательно следил за тем, что делал Ивушкин. А он уже приступил к работе.

Сначала он активировал и замкнул на материале отладку по размеру. Так, протез должен стать идеальным продолжением руки. Следом аккуратно легли заклинания на температуру, цвет и последним — склейка с кожей.

Мне же оставалось только придумать, как соединить протез с нервами и мышцами.

Все закрепляющие знаки и штамп Ивушкин нанес на внутреннюю сторону протеза, и отдельно мне проговорил, что нужно аналогичный рисунок добавить и на кожу пациента.

Я все кивал, записывал нужные моменты на клочках бумаги и все думал, как я буду это делать.

— Максим, а у вас нет чего-нибудь похожего? Более простого, но чтобы можно было посмотреть для примера? — спросил я без особой надежды.

— Есть старый протез пальца, — пожал плечами Ивушкин. — Не знаю только, как он вам поможет.

— Но он также должен соединяться с нервами и мышцами же.

— Да. Просто их меньше. С руками и ногами не любят связываться, так как слишком тонкая и нудная работа. Показать вам палец?

— Да, несите, скорее! — мне уже не терпелось начать.

Максим вернулся только через полчаса с маленькой коробочкой. Внутри нее даже без подложки лежал какой-то почерневший кусок металла.

— Да, состояние не очень, но он точно рабочий, — скривился Ивушкин. — Только скажите, как вы будете это все делать, если у вас в кармане блокиратор?

— А, черт. Не знаю. Придется, как-то выкручиваться, — я думал об этом, но не знал, как это будет на практике.

— Хотите, я вам помогу? — неуверенно спросил он. — Если у вас проблемы с магией и вы не можете ее использовать, то вы можете говорить мне, что делать.

Я задумался. Как я ему объясню, что использую код. Он же его даже не видит! Разве что…

— А вы можете мне сделать артефакт, который только частично позволяет использовать магию?

— Нет, либо есть сила, либо нет. Третьего не дано. Что же у вас за проблема такая? — ему было действительно это интересно.

— Это очень сложная ситуация, — я был готов к этому вопросу. — Моя магия породила некую разумную сущность, которая очень мне помогала с силой. Фактически это фамильяр.

— Любопытненько. И что случилось?

— Он вышел из-под контроля и захотел жить самостоятельно, — развел я руками.

— И поэтому вы носите блокиратор, — нахмурился Ивушкин. — Это как срубить голову, если она заболит.

— Другого ничего под рукой не было.

— Так есть же магическая ловушка.

— А вот с этого места поподробнее!

Глава 12

После объяснения Ивушкиным про магическую ловушку выяснилась новая проблема. Ведь через Алексу шла вся моя сила, и если запереть помощника в непроницаемый контур, мне будет легче жить, но магии у меня так и не будет. Хотя нельзя исключать тот случай с Вороновым, когда я все же смог сформировать какое-то заклинание. Но разве этого достаточно?

Жаль только, я не помнил, как сделал тот сгусток молний. И Алекса так и не предоставила отчет о силе Воронова.

В рот мне код! Что же делать?

— Давай попробуем! — я ударил кулаком по ладони. — Все равно нет других вариантов. А носить с собой блокиратор тоже не очень хочется. Мало ли его разрушат в драке, выпадет из кармана или что-то другое.

— Мне потребуется минут сорок, чтобы найти заклинание, — кивнул Максим. — И я еще сделаю вам возможность деактивировать ловушку. Ведь не вечно же вашему фамильяру быть в заточении.

— Почему ты сказал именно так?

— Если бы хотели его уничтожить, то начали бы с этого, — пожал плечами. — А вы хотите изолировать и при этом не испортить. Потом придумаете, как его исправить. С вашими-то талантами.

— Приступим к делу. Я хочу видеть все, что ты делаешь.

Про сорок минут Ивушкин нагло соврал, он копался в своих записях с добрый час, пока я крутил на подставке старый протез и изучал нюансы кода на нем. Хорошо, что эта часть моей силы все же осталась.

Когда Максим торжественно замахал найденным заклинанием, я успел починить палец, поправив несколько символом. Они потеряли силу и исчезли.

— Вот видите, у вас есть сила. Вы точно не артефактор? — Ивушкин навис над поставкой и смотрел на переплетения нитей магии.

— Это самое малое, что я могу, — раздраженно ответил я.

— Если что, я всегда могу подкидывать вам заказы, — во все зубы улыбнулся Максим. — Вы готовы приступить к созданию магической ловушке?

— Вполне, что нужно делать?

— Вам — сидеть и не двигаться. Я сделаю все сам. Можете наблюдать, но не знаю, что вы можете увидеть без подставки и со спины. Мне нужен будет ваш штамп.

Это так себе была новость, но я все равно согласился, и артефактор приступил к работе.

— Я смотрю, вы с прошлой нашей встречи доработали штамп?

— Он перегревался при большом расходе силы.

— Что? Быть такого не может. Это же часть организма, как он мог изменять температуру?

— Я бы спросил про это моего пом… фамильяра, да никак.

— Понимаю.

— Ты будешь изменять штамп?

— Да, добавлю в него пару деталей. Думал, придется возиться дольше, но тут у вас так аккуратно все… Подождите, пожалуйста.

Я замер, слушая жужжание машинки, которой Ивушкин сбривал мне волосы. Потом почувствовал неприятный укол силой, ругань из-за блокиратора и новый укол, но уже чем-то острым. Затем к моему затылку приложили что-то горячее.

Я все пытался ощутить изменения в организме, но ничего пока не чувствовал.

— Готово! — радостно крикнул Ивушкин и вышел из-за моей спины.

Он был весь мокрый как мышь, но довольный.

— Первый раз такое делал! Фантастика! Я теперь хочу себе такой же штамп. Это же прорыв в науке изучения магических потоков в теле человека.

— Даже такая есть?

— Чего у нас только нет! — сказал он, а потом понизил голос. — Некоторые пытались изменять структуру магии в организме, кто-то даже добился успеха. Я слышал, что искусственно создали магов, которые могут управлять разными стихиями, соединяя их. Но, как я понимаю, абсолютная магия для них была все равно недоступна.

— А что ты знаешь об этой абсолютной?

— О! Она вся вдоль и поперек обросла легендами. Мол, такой маг использует не стихию, а сырую магию, и поэтому у нее нет ни цвета, ни спецификации. Универсальный материал для любого заклинания.

Неожиданный поворот истории!

— Это, конечно, по большей части выдумки, но я всегда думал, а почему бы и нет? — продолжал Ивушкин. — Просто другой уровень взаимодействия с силой. Так сказать, изначальный.

— А почему вообще, маги не могут использовать весь спектр способностей, а только одну?

— Ученые ссылаются на особенности организма, что разные стихии будут конфликтовать в магических потоках. Я не отрицаю, что где-то на уровне подсознания, водный маг способен запустить воздушный шарик. Но этому нужно учиться, когда человек только-только начал работать с магией. Взрослые на такое неспособны. И я никогда не создам молнию. А я так об этом всегда мечтал.

— Почему именно молнии? — зачем-то спросил я.

— Чтобы на электричестве экономить, — тоном знатока ответил Ивушкин. — Попробуете убрать блокиратор?

— Давай, попробуем, — я вытащил артефакт из кармана. — Только если вдруг рядом появится красивая женщина, сразу вложите мне его обратно в руки!

— Женщина⁈ Красивая⁈ И это ваш фамильяр⁈ — у Ивушкина чуть слюни не потекли. — Мне бы такую сущность, может, я бы и не женился.

— И когда свадьба? — заулыбался я, оттягивая момент передачи блокиратора.

— Я вам этого не говорил! — быстро ответил Максим и резко выхватил у меня из рук артефакт. — Что чувствуете?

Спросил, а сам поглядывал по сторонам, ожидая явления нимфы из грез всех молодых мужчин.

Но она не появилась. Штамп на затылке резко нагрелся, а боль чуть не расколола череп пополам. Однако знакомого голоса я не услышал.

Хотя меня сейчас это волновало мало, потому что я увидел код магии на блокираторе! Получилось! Лучше, чем я думал! У меня были мои способности, и при этом не было Алексы!

— Вы улыбаетесь, — осторожно сказал Ивушкин. — Все работает или вы сошли с ума?

— Первое, Максим, первое. Вы прекрасный артефактор! — я часто задышал, чтобы адаптироваться к боли, и засобирался на выход.

— А волосы? Отрастить вам? — беспокойно спросил он, явно не желая расставаться с таким ходячим уникумом.

— Хорошо, — кивнул я. — А как открыть ловушку?

— Там есть завитушка, — артефактор снова стоял за моей спиной, — сотрете ее, и дело с концом. Я ее красным пометил.

— А как я ее сотру, если ты сделал мне тату?

— О нет, этот кусочек он из стойкой краски.

— Обновлять не нужно?

— Нет, сотрется только, если вы решите еще раз пройти через ритуал лишения сил или сами не сотрете. Замкнул на кровь.

— Спасибо еще раз.

— Приходите еще, у меня есть еще парочка неработающих артефактов, — криво улыбнулся Максим. — Я всегда рад вас видеть.

— Договорились.

Я уходил от него с новыми возможностями и знаниями. Теперь-то я могу не только протез нормальный сделать, но и выполнить задание Рихарда. И то и то повышает мою репутацию и благосостояние.

Ветер, увидя мою широкую улыбку, кажется, облегченно вздохнул.

— Все успешно, как я понимаю? — спросил он.

— Да! Поехали в лавку с шоколадом, — махнул я рукой, вдруг осознав, что голова больше не болит.

— Вы думаете, этого будет достаточно? — я уловил нотки иронии в его голосе.

— Попробовать все же стоит, — подмигнул я.

— А потом?

— А потом весь мир.

* * *

На следующий день, даже сдобренная сладким Тень все равно держалась от меня на расстоянии. Ничего, оттает со временем. Я бегать за ней не собирался.

Лежа один на огромной кровати, я думал о том, что мне сказал Ивушкин про абсолютную магию. Все его объяснения были очень похожи на правду. Потому что после попадания в этот мир, я не знал, как использовать магию, поэтому она нашла свою лазейку и дала мне Алексу.

Чисто гипотетически мне доступна вся магия, но вот только как ее активировать?

Часть силы мне Ивушкин вернул, я хотя бы могу работать с кодом, но он должен быть на какой-то основе. Я не могу, как Ветер или Еж бросить из ничего заклинание. Сделать себе жезл? А что, хорошая идея! Наполнить его кодом, а мне останется только мысленно отжать нужную кнопку. И там хоть молния, хоть воздушный кулак или водяная плеть.

Эти мысли так вскружили мне голову, что идея победить всех врагов одним махом не казалось мне уже столь недостижимой.

Но я пока решил отложить изготовления жезла, потому что у меня нет структуры заклинаний магов. Да и есть несколько проектов, требующих моего внимания.

Сначала я хотел заняться протезом, он уже давно висел над душой, но мои планы прервал звонок Быстрова, начальник по расследованиям особо опасных преступлений очень хотел меня видеть.

Я мысленно вздохнул — опять работа над рукой откладывается — крикнул Ветру, и мы поехали к Роману Кирилловичу. Где-то на краю сознания было даже интересно, зачем он меня вызвал.

Доехали без происшествий и сразу же поднялись в знакомый кабинет. Ветер остался стоять у входа, а я проследовал к столу Быстрова.

— Тимофей Викторович! — он протянул мне руку. — Рад, что вы смогли так быстро подъехать. Как ваши дела?

Роман Кириллович все приглядывался ко мне, щурил глаза, даже шевелил пальцами. Видимо, чувствовал изменения в магии, но никак не мог понять, какие.

— Спасибо, все хорошо, — скупо ответил я. — У вас появились ко мне вопросы?

— Вопросы всегда есть! — бодро сказал Быстров и поставил полог вокруг нас. — Я бы хотел еще раз проговорить с вами момент вашего перемещения в школу Брусиленко.

— Я уже все рассказал. Появились новые зацепки?

— Вы забыли, что вопросы это по моей части? — прищурился он. — Я снова хочу услышать от вас, как вы перемещались, почему именно туда и что вы увидели.

— Как я говорил ранее, это была моя первая попытка телепортации. Я оказался в заброшенном здании, — скучающим тоном начал я. — Прошел по второму этажу, спустился по лестнице с мыслями, как бы она подо мной не развалилась, вышел на улицу, по едва заметной из-под травы дороге дошел до шоссе, где меня подвезла очаровательная старушка. Вот и весь рассказ.

— Занятно.

— Вы говорили, что у вас есть фотокарточки, где школа еще целая, можно ли их посмотреть?

— Прыткий вы, Тимофей Викторович, — усмехнулся Быстров.

— В тот раз вы положили папку, но так ее и не открыли.

— Что ж, сегодня изменим эту ситуацию, — он вытащил из стола несколько карточек. — Полюбуйтесь. Школа новая, дети, учителя, мебель. И дата — за две недели до вашего посещения.

— Подскажите, если убрать поддерживающие заклинания, сколько нужно зданию, чтобы оно превратилось в заброшку?

— Зависит от погодных условий, — задумчиво отозвался он. — Думаете, что за этот короткий срок оно так пришло в негодность?

Я не ответил на его вопрос, а смотрел на фотокарточки. На первый взгляд все выглядело реалистично. Я четко видел, что здание в отличном состоянии. Тогда оставался один вопрос: когда сделали этот снимок?

Пришлось повозиться, открывая код изображения. Я надеялся, что смогу найти дату или хотя бы какие-то условия, чтобы можно было сказать, сколько времени этому снимку. Примерно, как открыть свойства файла на компьютере.

— А кто сказал, что карточке две недели? — не поднимая взгляд, спросил я.

— Фото принес в редакцию местной газеты какой-то молодой человек, сказал, что снял на днях. Репортеры хотели сделать статью о школе, но не стали, потому что в городе проходил фестиваль цветов и все полосы были заняты. А почему вы спрашиваете?

И тут я нашел, что искал.

— Поскольку я верю своим глазам и плохо разбираюсь в магии, думаю, что снимок гораздо старше, чем вас сказали.

В коде была интересная деталь по сохранности изображения. Так сказать, срок годности. Когда он проходит, то картинка начинает тускнеть, если, конечно, не поддерживать заклинание.

— Этой карточке больше семи или даже восьми месяцев. Магия, которая закрепляет цвет, почти выветрилась. Ваши эксперты разве не проверили?

— Но там же отпечатана дата!

— Подделка, — пожал я плечами.

Жаль, нельзя было показать Быстрову ролик с записью Алексы, когда я попал в школу! Тогда бы часть вопросов автоматически снялась.

— Разберемся, — с нажимом сказал Быстров.

Его не порадовала новость, что его сотрудники допустили ошибку. И кто им на нее указал? Подозреваемый!

— Что еще вы можете сказать? — вздохнул он.

— Я говорил с учеником Брусиленко, — нужно прояснить, наконец, все, а то это дело будет трепать мне нервы еще долго. — Артемом Дягилевым.

— Телепортер, — кивнул он.

Странно, я думал, он хотя бы удивится.

— И он сказал, что был не так давно в школе и она тоже прекрасно работала.

— Зачем вы мне это рассказываете? Это же ставит под сомнение ваш рассказ.

— Артем и еще шесть человек являются учениками Брусиленко, — я не обратил внимание на его слова. — Не из числа тех, кто просто учился в школе, а как я. Экспериментальными образцами. Или подопытными кроликами, как вам удобнее.

— Нам известно прошлое Дягилева.

— Это не прошлое, а настоящее. Когда мы с ним виделись в последний раз, он рассказывал мне про школу.

— Он же ничего не помнил про это.

— Я частично снял блокировку с его сознания, — отмахнулся я. — В своем рассказе он два раза повторил одну и ту же фразу про школу. Она меня заинтересовала. Я посмотрел глубже и понял, что часть его воспоминаний заменена. К тому же они очень пластичны. К примеру, если ему сказать, что в кабинете был зеленый стул, он его вспомнит.

— Продолжайте, — заинтересованно спросил Быстров. — Чем все закончилось?

— Это нужно спросить у сотрудника тайной императорской службы Калинина Ивана. Он забирал Дягилева из моего дома, переговорить нам не удалось.

— Теперь я вижу, что вы мне не врете, — он подкрутил ус. — И это меня озадачило еще больше, нежели ваш рассказ.

— Я и раньше вам не врал, что изменилось?

— Дягилева действительно доставили в соседнюю контору. А после срочно доставили в клинику.

— Надеюсь, к Белотеловой? — только она могла бы разобраться в том, что я натворил в мозгах Артема.

— Да, все верно.

— И что она сказала? — я машинально подался вперед.

— Не спешите, Тимофей Викторович…

— Как это не спешить, Роман Кириллович? Это напрямую касается вопроса: арестован я или представляю объект интереса.

— Второе, — вздохнул он. — Второе, Тимофей Викторович. Но в том, что мне известно, так много всего намешано, что я не знаю, во что верить! Кролики, подлоги, телепорты, блокировка сознания! Звучит, как бред, выглядит как бред, и пахнет точно так же!

— Но это реальность, — жестко сказал я. — Существует человек, который не стесняется проводить эксперименты над подростками, набивая в них тонну способностей. И все это держится на откровенных соплях. Чихнешь, и человек умрет от передоза собственной силой.

— Да что вы говорите! — он вдруг прищурился. — Есть у меня жалоба по такому вот чиху, как вы выразились. И там написано, что чихали именно вы. Как вы это объясните?

— Самооборона, — спокойно ответил я. — На мой дом напали, я защищал свою жизнь и жизнь своих магов, как мог. Вы можете спросить у Артема, ему досталось копье в живот. И дыру в двери от заклинания мы еще не залатали.

— Складно все у вас получается, — проворчал Быстров. — И кто на вас напал?

Его настроение стремительно портилось. И я не был удивлен.

— Ученики Брусиленко, — я раздраженно дернул плечом. — Разнесли мне пристройку. Кстати, где я могу получить компенсацию?

— Какую? — ошалело спросил он.

— За порчу газона.

— Не получите.

— Так и знал.

— Погодите, не сбивайте меня. Как на вас напали ученики, если Дягилев один из них?

— Из-за первого снятия блоков в разуме он смог частично вспомнить, что с ним делал Брусиленко. И это не понравилось остальным шестерым. Точнее, пятерым.

— Да, одного вы убили.

— Не сожалею, — резко ответил я и сразу же спросил: — что сказала Белотелова?

— Не могла подобрать матерных слов первые сорок минут.

— Но Артем пришел в сознание и смог вспомнить все?

— Пока он находится в стазисе. Слишком много информации на него навалилось. Врачи боятся, что он может рехнуться от такого.

— Логично. Он — ваша связующая ниточка. Берегите его.

— Разумеется.

— Так что, я могу идти? — я поднялся. — Давно было понятно, что обвинения липовые, трупов там никаких не было, а эксперты были подкуплены.

Быстров разве что зубами не заскрежетал от злости, но кивнул мне на вход. В его глазах читалось что-то менее приличное, чем «убирайтесь вон».

— А, хотел вас попросить, если такое, конечно, возможно.

— Что еще? — проворчал Быстров.

— Покажите мне ваши ноги. Те, что в шкафу. Хочу кое-что проверить.

Глава 13

Но чужие ноги, даже механические, мне Быстров, конечно же, не показал. Потому что была середина дня, а полог до шкафа не дотягивал.

Я получил лишь задумчивый взгляд и обещание вернуться к этому вопросу позднее.

А я-то всего лишь хотел посмотреть код магии на них. Мне же руку еще делать! Пришлось махнуть на это рукой. В любом случае не зря съездил. Когда Быстров начнет разбираться в этом деле всерьез, то очень скоро снимет с меня все обвинения. А может и даже извиниться за эти два вызова.

Так или иначе, меня все еще ждал протез. Острый, наверное, давно уже забыл про него, но я все равно его сделаю. А там можно и за список Рихарда браться.

— Сверни в банк, — сказал я Ветру. — Хочу проверить, что у нас по деньгам осталось.

— Не верите хозяину рынка?

— Никому верить нельзя, — заявил я и прикрыл глаза, стараясь выкинуть все из головы.

Брусиленко, ученики, взрыв школы, Воронов — все это висело надо мной, и я никак не понимал, с какой стороны за это браться. Точнее, не хотел. Они, как и другие проблемы, находили меня сами.

— Ты не узнавал у Матильды, прошла ли магическая буря?

— Как я понял, через несколько часов будет пик.

— Странно, я совсем ничего не ощущаю.

— А почему вы должны это ощущать? — резонно спросил Ветер.

— Не знаю, мои таланты и способности так широки, что я не знаю, откуда ждать подвоха, — скривился я.

Но когда мы почти подъехали к банку, я заметил очень знакомое лицо в одной из кафешек. Ольга Трубова сидела за столиком и ковыряла ложкой мороженое.

— Останови, хочу поздороваться, — сказал я Ветру. — Останься в машине.

Он припарковался, и я вышел. Ученая выглядела лучше, чем в нашу последнюю встречу, на щеках сиял загар, глаза выглядели отдохнувшими, но улыбки на губах не было.

Я заказал себе несколько ванильных шариков и сел напротив.

— Доброго дня, Ольга. Не ожидал вас здесь увидеть, — мягко сказал я, внимательно за ней наблюдая.

— Добрый день, Тимофей Викторович, — она не вздрогнула и даже не изменила позу. — Мне нравится это кафе, здесь спокойно.

— Как и в любом другом. Когда вы вернулись в Дубровск?

— Вчера. Приехала одна, остановилась в гостинице на Знаменке, взяла с собой багаж на неделю. Про цвет белья рассказывать или вы это, и так знаете? — ее ответ был не менее холоден, чем мороженое.

— И чем вызван этот тон? Вроде я вам ничего не должен, — спокойно сказал я.

— Простите, настроение ужасное, — она сгорбилась еще сильнее. — Лабораторию закрыли, исследования забрали. Мне больше нечем заняться.

— Почему тогда вы не переехали к Калинину? Почему гостиница?

— Он еще не знает, что я здесь, — пожала она плечами. — Хотела побыть одна, подумать, да вот хоть бы десерт сожрать без сожалений.

— Вашей фигуре даже десяток таких креманок не повредит.

— Спасибо на добром слове. Так вы что-то хотели?

— Пока не увидел вас, нет. Но сейчас думаю, что ваше мнение мне бы не помешало.

— О чем?

— Об абсолютных магах.

— Ах, об этом, — она явно не обрадовалась. — И что там? Тоже скажете, что это не вы и ваш сарай с краю?

— Нет, почему же. Вы правы.

Она удивленно на меня посмотрела, моргнула, наклонила голову к плечу и с силой вогнала ложку в розовую жижу.

— Рассказывайте.

— Я услышал, что абсолютными, точнее, даже универсальными магами, называют тех, кто использует сырую силу. Она не имеет спецификации и не принадлежит какой-либо стихии.

— Уровнем раньше, вы хотите сказать? — оживилась она.

— Да, именно так. В связи с тем, что я прошел через магические эксперименты, а потом через кристалл лишения силы, у меня действительно, появилась возможность использовать сырую магию.

— Но как?

— Можно сказать, что я просто не могу создать обычное заклинание. Не понимаю как. В отличие от остальных таких же подопытных кроликов.

— Зооферма Брусиленко? — усмехнулась она. — Слышала краем уха, что вы ее взорвали.

— Нет, увы, — развел я руками. — Не отказался бы от такого, но боюсь самой школы и вовсе не существовало. Разве что по документам.

— Не удивительно. Я знаю, наверное, штук пять лабораторий, которые существуют только на бумаге. А деньги все равно кто-то получается.

— У кого карман больше, да.

— Зачем вы мне все это рассказываете?

— Подумал, что вам будет интересно.

— И что дальше? — она сложила руки на груди. — Как я уже сказала, у меня нет работы, нет команды. Считайте, просто свободные уши.

— Опытные уши, — поправил я. — А что, если это действительно так? Что маги могут быть универсальными?

— Но, никто, кроме вас, не проявлял такие способности. И вряд ли маги побегут к кристаллу, чтобы получить возможность работать с сырой силой.

— Да, это так, — я ненадолго замолчал. — Рад был увидеть вас в добром здравии.

— Погодите, это все? Все, что вы хотели сказать?

— А что вы хотели услышать?

— Я все еще никак не могу понять, почему магоуловитель привел меня в то кафе, на ту поляну с бомбой. Это же были не вы. Не ваш след.

— Да, все верно, я никогда не был в тех местах, о которых вы рассказывали.

— Тогда кто? Есть еще такие же маги?

— Один, точнее, нас двое. А может, будет и больше. Или уже есть больше.

— Тимофей Викторович, говорите нормально, что вы мне голову морочите⁈ — прошипела она, едва не смахнув локтем креманку.

— Ольга, вы же знаете про ведьм? — спросил я.

— Ведьм? А они тут при чем?

— Сейчас поймете, — я наклонился к ней ближе. — Представьте, что магия в нашем мире появилась не сама по себе. А ее сюда принесло.

— Что? Что за чушь?

— Подождите. Сила ведьм сильно отличается от силы остальных магов. Структура другая, манера использовать заклинания. Еще у них есть покровитель.

— Богиня, да. Я как-то участвовала в исследовании природы магии ведьм. Оказалось, что она появилась сравнительно недавно, по меркам истории цивилизации.

— Да, к этому я веду. Она появилась тоже не сама по себе. Вы хотите слушать дальше? Или вы хотите побыть одна и доесть это чудесное мороженое?

Передо мной уже, как пару минут стояла такая же креманка с ложкой, но я так и не притронулся к ней.

— Я внимательно вас слушаю, — процедила она.

— Главный вопрос, откуда все это взялось. Сейчас я вам скажу нечто настолько невероятное, но, мне кажется, это как раз для ваших ушей.

— Очень неожиданно, продолжайте.

— После разговора с ведьмами я выяснил, что на нас движется магическая буря.

— Я про это ничего не слышала.

— И не услышите. Это знают только ведьмы. Магическая буря предвещает очередные изменения в магии. Особенно такая сильная, что будет уже скоро.

— Нихр… Ой, простите, Тимофей Викторович, — Ольга разрумянилась, и глаза ее сверкали. — Получается, в прошлый раз появились ведьмы? Но сама магия? Как случилась буря до появления самой магии?

— Слияние миров, — тихо сказал я и замолчал.

На лице Ольги промелькнул весь спектр эмоций. Наверное, я выглядел также, когда мне про это сказала богиня.

— Тимофей Викторович, вы серьезно? — прошептала она, терзая ложку в креманке.

— Абсолютно. Именно из-за этого и появляются универсальные маги. Это моя теория.

— Но это лишь теория! — Ольга, наконец, оставила посуду в покое и схватилась за голову. — Звучит очень странно. А вы не подгоняете факты под известную вам теорию?

— Поэтому я все это рассказываю вам. Вы единственный ученый с большим опытом исследовательской работы. Только вы сможете в таком разобраться.

— Вы слишком многого от меня требуете!

— Не требую, лишь предлагаю новый вектор взгляда на то, что вы изучали. Будете вы этим заниматься или нет, будущее все равно не изменится, просто мы будем больше о нем знать.

— Жестокий вы человек, вы знали? — выдохнула она. — Я тут, понимаете ли, страдаю, второе мороженое доесть не могу. Но приходите вы и снова переворачиваете мир с ног на голову. Что прикажете делать?

— Можете продолжить сидеть и сделать вид, что ничего не слышали, — я подмигнул и зачерпнул холодное лакомство. — Дело ваше.

Мороженое оказалось очень вкусным. Просто потрясающе вкусным. Меня одним махом швырнуло в воспоминания детства, когда такой же десерт готовила моя мама. На долю мгновения я был счастлив. Но затем вернулся в суровую реальность.

— И вы хотите, чтобы я покопалась в архивах на предмет изменения свойств магии после этих самых бурь?

— Как вариант, да. И это будет исключительно ваше желание. Не мое. Однако я буду не против, если узнаю что-то новое. Знаете, тяга к знаниям — моя слабость.

Ольга нервно хихикнула на мою фразу, а через секунду я понял, что она уже мысленно перенеслась в библиотеку и ищет подходящую литературу.

Я уже собирался встать, как вдруг она окликнула меня.

— А я могу как-то поговорить с ведьмами?

— Да, одна из них живет в моем доме. Матильда. Приезжайте вместе с Иваном, у меня тоже есть что ему сказать.

— Хорошо, — машинально кивнула она, думая о чем-то другом.

— До скорой встречи.

Я поднялся и все-таки пошел в банк, что-то мне подсказывало, что там меня ждут хорошие новости. А они мне ох как были нужны.

И не прогадал. Да, пусть и возникла заминка с предоставлением данных из-за несобранных сотрудников и дурацкой системы поиска документов.

В какой-то момент мне даже захотелось помочь им, но распылять свое внимание, и на это я не стал. Просто сидел и спокойно ждал.

Мое терпение было вознаграждено выпиской со счета с приятной суммой. Аж от сердца отлегло. Если я еще возьмусь за работу с Рихардом, то эта сумма будет удвоена буквально сразу же.

Правда, с частью денег пришлось расстаться и оплатить несколько счетов. Сначала я удивился, что они вообще существуют, а потом оказалось, что нужно написать отдельно заявление, чтобы их доставляли почтой.

Едва не закрыв лицо ладонью, я быстро сделал все, что от меня требовалось. И в этот момент понял, каким бы крутым я ни был магом, бюрократии на это плевать с высокой колокольни.

Вырвавшись из этой обители бумаг, я велел править Ветру домой. Все, нет сил больше откладывать, пора заниматься протезом.

А то опять кто-нибудь нападет, пригласит, приедет, случится.

Воздушник, ощутив мое нетерпение, гнал так, что меня вжало в сидение. Но мне понравилось.

Хорошо, что Ивушкин успел бросить на протез какое-то простенькое заклинание. Без него мне пришлось бы туго. Осталось только понять, как расписать десяток символов до здоровенной структуры, которая позволит руке полноценно двигаться?

Пример с пальцем в этом мне помог только частично. Для меня было важно узнать принцип соединения части тела с инородным материалом. Но это оказалось самым простым — завязка на кровь. Именно она помогает управлять протезом.

Остальное же — чистые символы. Напряжение в мышцах, сила сжатия, даже боль можно прописать. Можно добиться полной реалистичности, как в фильмах про киборгов.

Хотя так далеко бы я не заглядывал. Пока не заглядывал.

Распугав своим видом всех домашних, я заперся в кабинете. Подставка, протез и жгучий азарт — вот мои спутники на ближайшие часы.

Конечно, с Алексой я бы справился в разы быстрее, но вызывать ее сейчас — себе дороже. Да и потом, пора бы уже действовать самому, не полагаясь на нее.

И я приступил. Нанизывал строчки за строчками на заклинание Ивушкина, расписывал детали, компоновал символы, добиваясь нужного эффекта.

Все делал по наитию, без возможности проверки. Но по сути я скопировал код с протеза пальца, расширив его на каждую мышцу отдельно.

С температурой руки вышла осечка. Я никак не мог сообразить, как настроить правильный баланс в зависимости от условий. Но потом решил, что это будет перебор, и оставил стандартные показания тепла человеческого тела.

Мягкость верхнего покрова я калибровал, наверное, час, пока не добился нужного эффекта. И если сейчас положить этот протез рядом с моей рукой, то на ощупь разницы почти не было. Разве что, чужая была внутри тверже. Это получилось из-за усиления прочности.

То есть кожу содрать можно, а то, что под ней нет. Восстановление

Сверху я добавил заклинание против разрушения — из числа тех, кто держали дом в порядке. Оно в драке не поможет, но спасет протез от порчи того, что внутри него. Думаю, в таком виде его можно будет и правнукам передать.

Закончил я уже в ночи. Но был доволен, как слон после купания. Когда вышел, наконец, из кабинета, в доме было тихо. Только возле двери стоял столик с накрытым ужином.

Я поднял одну из крышек, втянул запах котлет и ощутил такой голод, что прямо там запихнул одну из них себе в рот. И снова был счастлив.

Чтобы продлить удовольствие, я взял всю тарелку и поднялся в спальню. Да, есть в кровати не прилично, но сейчас мне было все равно.

Завтра с утра я поеду к Острому и переговорю с Алексеем. Кажется, так звали того бандита, которому я отрезал руку.

На долю мгновения я внутренне содрогнулся от собственной жестокости, но это быстро прошло. Кажется, что тогда-то был вовсе не я, а кто-то другой. Предыдущий Тимофей Зарницкий, с которым у меня сейчас не было ничего общего.

С этими мыслями и полным желудком я завалился спать. И перед тем как уснуть, я точно помню, что улыбался.

* * *

Еж воспринял мое решение ехать к Острому в штыки. Был недоволен, что я опять подвергаю свою жизнь опасности. К тому же сейчас не было Алексы.

Пришлось устроить ему небольшую взбучку, чтобы сразу стало понятно, что даже без помощницы я вполне могу за себя постоять. И он отступил, увидев, как я формирую воздушный кулак.

Впрочем, от его компании я бы не отказался. Поехали втроем: Ветер, Еж и я. Тень брать не стал, зачем показывать женщину стае неотесанных мужланов? Скажу что-нибудь, а потом соскребай их мозги со стен.

Взяв протез и проверив кинжал, мы поехали.

К слову, Еж и сам хотел давно уже скататься к брату, да все никак не удавалось выкроить время.

Из приятного нас пропустили сразу к главарю, без каких-либо вопросов.

— Тимофей Викторович! Вас еще земля носит? — хохотнул Острый.

— И вам не хворать, Сергей Геннадьевич. Алексей тут? Нужно его присутствие, — я сразу перешел к делу.

— Да куда ему деться, — он зыркнул мне за спину. — Хмурый, позови Лешку.

Он сел обратно за свой стол, а я, как и в тот раз, на диван. Маги встали по обе стороны от меня.

— А я думал, что забыли вы о нашем договоре. Все жду, когда позвоните да скажете, куда ехать и кого убивать.

— Справлялся сам, — я раздраженно дернул плечом.

Я нервничал перед первой примеркой протеза и никак не мог справиться с этим.

— Вы возмужали, — вдруг сказал Острый. — Изменились. Много слышал про вас.

— Хорошего? Врут.

Он рассмеялся, украдкой поглядывая на дверь.

— Надеюсь, в этот раз вы не будете крушить мне кабинет.

— Не за этим я приехал.

Разговаривать было не о чем, и мы смотрели друг на друга, думая каждый о своем. Наконец, дверь распахнулась и вошел Хмурый с Алексеем. Взгляд последнего метнулся сначала ко мне, потом к Ежу, и лишь мазнул по Ветру.

— Звали? — сухо спросил он.

— Вот, встречай гостей, — хохотнул Острый.

— И чего вы пришли? — он явно был не в духе.

— Мне нужно, чтобы вы кое-что примерили, — я поднялся и кивнул Ежу.

Тот сразу же достал коробку и передал ее мне.

— Это еще зачем? И что?

— Увидите, сядьте, — сказал я, а когда он остался стоять, рыкнул, — Садись!

Алексей с сомнением глянул на Острого и опустил свой зад на стул. И только потом я открыл коробку, продемонстрировав протез.

Не успел бандит и осознать, какое счастье ему привалило, я осадил его.

— Мне нужна твоя кровь.

— Это еще что за новости? Зачем?

— Чтобы соединить магию руки и твоего тела, — терпеливо объяснил я.

Острый поднялся и подошел ближе, заинтересованно смотря на то, что я делал. И даже поддержал, сказав, чтобы Лешка не дергался.

Получив нужное количество алой жидкости, я размазал ее по протезу и подождал, пока кровь впитается. И только потом закрепил новую руку на культе.

Первые несколько секунд ничего не происходило. Я открыл код, проверяя данные.

И тут неожиданно Алексей заорал от боли.

— Он мне руку раздавит! Вы хотите меня убить, что ли⁈

Глава 14

— Терпи! — рыкнул я, поправляя силу сжатия и крепления на коже.

— Больно!

— Ты мужик или нет⁈ Сказал, терпи! Я работаю!

— Да, Леш, заткнись уже, — чуть тише добавил Острый, затаив дыхание от происходящего. — Все же это тебе не хрен чихнул, а протез. И судя по виду очень и очень хороший.

— Разбираетесь? — я отвлекся на секунду.

— Много повидал, — хмыкнул Сергей Геннадьевич.

— Ух! Отпустило.

— Попробуй сжать и разжать кулак, проверю, как работают мышцы, — велел я, раскрывая нужный кусок кода.

Внимательно проследив за каждым движением, я довольно кивнул. Все работало так, как я и планировал.

— Значит так, — нужно было рассказать о протезе его новому владельцу. — Бить ты им можешь. Кожу можешь содрать, но постарайся все же быть аккуратным. Она нарастает так же долго, как и настоящая.

— Она сильнее, чем вторая? Могу дверь пробить?

— Дыру оставишь, заклинания помогут сохранить пальцы целыми, но внешний покров точно лопнет.

— Она еще к тому же и теплая, — он, как ребенок все трогал и сгибал пальцы. — Мягкая! Как настоящая.

— Проверяй заряд заклинаний на всякий случай. Я не знаю, что ты будешь ею делать, поэтому наложил дополнительную защиту от старения.

— То есть ты будешь дряхлым стариком с молодой рукой, — захохотал Острый. — Все девушки твои.

— Спасибо, — я видел, что Алексей изо всех сил сдерживает радость. — Пойду сестре покажу, можно?

— Иди, конечно, — сказал я и бросил взгляд на Острого.

Тот тоже кивнул, не обратив внимание на то, что я распоряжаюсь его человеком.

— Не думайте, что один протез заменит мне потерянных парней, — Острый вновь стал серьезен.

— И не собирался. Просто это правильно. Да и Тоська уж больно переживала.

— Других вопросов у вас ко мне нет?

— Нет. Всего хорошего, — кивнул я и вышел из его кабинета.

— Надеюсь, мы нескоро увидимся, — бросил мне в спину Острый.

— Если так вы имеете в виду целостность конечностей ваших ребят, то да, надеюсь, что не увидимся.

Я вышел в коридор и неторопливо начал спускаться по лестнице. Меня никто не останавливал. Даже, наоборот, встречали улыбками и кивками. Сначала я не понял, почему и отнес это на то, что они видели протез.

На деле все вышло смешнее.

Едва я вышел в общий зал, ко мне вылетела Тоська. Ее косички, как и прежде, выглядели крысиными хвостиками, а глаза сверкали голубыми звездами.

— Вы! Вы! — захлебываясь радостью выкрикнула она. — Вы вернули брату то, что сами же забрали!

— Тебе понравилась его новая рука?

— Она лучше прежней!

— И что тогда нужно мне сказать? — я улыбнулся и хотел погладить ее по голове.

Вокруг нас столпилось уже немало народа, все с умилением наблюдали наше общение.

Тоська посмотрела на меня своими огромными глазищами и выпалила на одном дыхании:

— А возьмите меня замуж!

Бандиты позади меня притихли.

— Я умею посуду мыть! И готовить! Еще и убираюсь хорошо! Я вам пригожусь! — с жаром продолжила она. — И магия у меня есть! Водная! Вот!

— Дорогая Антонина, это такое щедрое предложение, что я даже не знаю, как ответить, — сказал я. — Такая завидная партия! Но у меня уже есть невеста, увы.

Я все же погладил ее по голове и вручил пару монет. На сладости.

А когда обернулся, увидел перекошенные от смеха лица. Махнув мысленно на них рукой, я вышел на улицу и уже там позволил себе тихо рассмеяться.

За спиной мне вторил гогот бандитов и крепкие ругательства маленькой Тоськи.

* * *

Сняв один вопрос с повестки дня, а может, и уже месяца, я решил просмотреть список от Рихарда. Там могло быть что-то действительно интересное. Но перед этим я зашел к Матильде.

— Привет, что с бурей? — спросил я ведьму, сев рядом с ней на кровать.

Ей уже было гораздо легче, чем до помощи богине, но до состояния «отлично» было далеко.

— Близко, — с легкой хрипцой ответила она. — Мощная будет.

— Как я могу тебе помочь?

— Богиня уже помогает, — пожала она плечами. — Просто надо это пережить.

— Вопрос последствий.

— Кстати, пока вас не было, звонила Констанс. Она нашла нужные вам сведения.

— Спасибо, я сейчас же свяжусь с ней.

— Я номер оставила на столе, — крикнула мне вслед Матильда.

И я отправился в кабинет, чтобы сразу же созвониться с ведьмой.

Она ответила после третьего гудка.

— Слушаю! — резко сказала она.

— Добрый день, Констанс, что вы нашли?

— Тимофей Викторович, доброго здравия, — звучало примерно так же вежливо, как если бы она сказала: чтобы ты сдох. — Да, я покопалась в архивах, информации не так уж много.

— Лукавите, по голосу слышу. Не желаете делиться тайнами?

— На то они и тайны. Меня мотивирует только благодарность за спасение моих послушниц и расположение к вам богини.

— Что вы нашли? — я повторил свой вопрос.

— Слияние миров, — начала читать она, — процесс медленный. В моменты сильных возмущений природного или иного характера, грани между мирами становятся тонкими, что вызывает неизбежное просачивание. Это может быть связано с тем, что миры были когда-то одним целым, а потом разделены очень серьезной и могущественной силой. Подтверждению тому найти не удалось. По косвенным признакам установлено, что каждый из миров отличается от другого своими метафизическими свойствами.

— Констанс, а можно своими словами? — я перебил ее чтение.

— Представьте стакан воды с маслом. Как ни размешивай, жидкости имеют разную плотность и все равно разойдутся. С мирами наоборот. У них общие свойства, но разные примеси. Подобное тянется к подобному. Было, к примеру, десяток миров, стало всего шесть. А через десяток лет и вовсе пять.

— Это точное число?

— Нет, я для примера. Думаю, их гораздо больше. Итак, имея общую основу, миры начинают сливаться, чтобы восстановить прежний вид. Соответственно, свойства одного мира переходят в другой. Жидкости смешиваются.

— И получается нечто новое, — закончил я за нее.

— Все верно.

— Какие уже были изменения, кроме появления вашей силы и самой магии в целом?

— Скачок прогресса, откат технологий, — мне показалось, что она пожала плечами. — Возможно, стирание с лица земли какой-нибудь страны. Или расцвет империй. Разные варианты. Но кто ж знает, связано ли это было вообще со слиянием, а не с банальным стихийным бедствием.

— Никаких упоминаний, как происходит слияние, вы не нашли?

— Оно, возможно, уже давно происходит, а в магическую бурю будет его пик. Кто знает.

— И вы ни разу не задавались этим вопросом?

— Зачем? У нас есть сила, мы спокойно себе живем, исполняем волю богини, делаем предсказания.

— А если очередное слияние эту вашу силу заберет?

Констанс замолчала, и слышно было только ее тяжелое дыхание.

— Богиня этого не позволит.

— Богиня пришла в этот мир с одним из слияний. И точно так же может исчезнуть из него под грузом новых изменений.

— Этого никогда не будет!

— Пожалуй, эту фразу нужно записать и поставить в рамку, чтобы разбить, когда этот мир канет в лету. Кто вам сказал, что наш мир останется прежним? Вы только что мне сказали о возможных изменениях и при этом все равно считаете, что вас это не коснется. Да вы там с ума все посходили⁈ — последнее я уже прошипел, едва сдерживая гнев.

Мало мне Брусиленко, так еще и эта дура с мотивацией дерева пытается скрыть от меня информацию.

Минуту в трубке была тяжелая тишина.

— Изменения проявляются в резких вспышках магии, — наконец, сказала Констанс. — Буря влияет на все сферы жизни мага. Зафиксирован всего один такой момент, когда впервые женщина осознала, что смогла проклинать, не имея ранее такой силы.

Я слушал речь ведьмы и никак не мог понять, зачем такое скрывать. Или они действительно такие самоуверенные?

— Следовательно, магическая буря делает силу пластичной.

— Так, стоп. Констанс, вопрос. Вы можете назвать мне списком даты, когда были магические бури за последние лет пять?

— Конечно, минуту, — она положила трубку, и я услышал ее тяжелые шаги. — Зафиксировано примерно пятнадцать вспышек. Вам точно за пять лет?

— Лучше с последнего пророчества Леды.

Констанс начала перечислять, а я торопливо записывал сведения. И понял, что нашел одну из важнейших ниточек, про которую даже подумать не мог.

— Все, спасибо, вы очень помогли мне.

— Больше вопросов нет? — удивилась она.

— Нет, — сказал и положил трубку.

Сложить два плюс два было просто, но мне нужен был человек, который мог подтвердить или опровергнуть мои выводы. Вот только кто?

Я снял трубку и позвонил Дягилеву на домашний телефон.

— Дом Дягилевых, с кем имею честь разговаривать? — ответил мне незнакомый голос.

— Добрый день, мне необходимо услышать Артема Дягилева.

— Кто его спрашивает?

— Тимофей Викторович.

На какое-то время на том конце провода наступила тишина, да такая вязкая, будто кабель перерезали.

— Тимофей Викторович? — устало спросила трубка голосом Артема.

— Добрый день. Мне нужно с тобой поговорить. Это важно.

— Минуту, — и он отсоединился.

Я недоуменно смотрел на телефон, а потом сообразил, что Дягилев собирался переместиться сюда, и поспешил выйти из кабинета.

Я не ошибся. Не прошло и трех минут, как помятый Артем оказался в нашей гостиной.

— Что случилось? — он едва стоял на ногах и сразу упал на диван.

— Вопрос первый. Ты что-то знаешь про магические бури?

— Нет, что это?

— Вопрос второй. Когда по датам начинал работать с вами Брусиленко?

— Я так не вспомню, — недоуменно ответил Артем.

— Вот посмотри этот список, не находишь его знакомым? — я передал ему в руки записку с данными от Констанс.

— Дайте мне время. У меня в голове до сих пор бардак.

Я оставил его наедине с листочком, а сам пошел сделать ему чай. И только когда принес ему чашку, Артем поднял на меня глаза и сказал:

— Да, даты эти же.

— Прекрасно. Это все, что я хотел узнать.

— А чай я могу допить?

— Можешь даже поспать, — улыбнулся я. — Тебе лечилку запустить? А то выглядишь, словно тебя переживали.

— Нет, спасибо. Не нужна мне больше ваша магия.

— Как хочешь, — пожал я плечами. — Кстати, как мне найти Брусиленко?

— Не имею представления. Я не знаю его адреса и телефона. Видел его только в школе.

Я кивнул и пошел обратно в кабинет, чтобы снова снять телефонную трубку. В этот раз я звонил Калинину. Но его на месте не оказалось.

Как же раздражает, когда нападаешь на золотую жилу, но никто не может толком объяснить, ни как работать, ни как мыть руду!

Мысленно выдохнув, я записал все, что понял за сегодняшний день: магическая буря меняет магию, вызывая вспышки. Усиливает ее, меняет, делает пластичной. Даты бурь совпадают с датами, когда Брусиленко экспериментировал с магией своих учеников.

А еще в один из таких дней в этот мир попал я.

От этой мысли сердце больно ударилось о ребра. Вдруг у меня есть шанс попасть обратно⁈ Но потом выдохнул, сразу же ответив на свой вопрос: зачем мне этот шанс, черт его дери⁈

И выбросил эту чушь из головы. У меня тут богиня, магия, артефакты. Зачем мне мир без всего этого, да еще и без Веры?

Любовь к ней не угасла, а стала теплым воспоминанием. Но его одного было мало, чтобы решиться на переход обратно.

Я достал список Рихарда, чтобы как-то отвлечься от тягостных раздумий, и быстро просмотрел его, не зная, что ищу.

Наверное, я бы хотел создать артефакт обмена сообщениями. И я уже думал об этом, но забросил эту идею, так как это все муторно. Листочки, шкатулки… не так мобильно, как хотелось бы. Но как же выкрутиться? Зачарованный блокнот? Места много не занимает, наложение кода должно быть простым. Написал, отправил, стер. Плюс оповещение о новом послании.

Тогда нужно сделать несколько таких блокнотов, чтобы у каждого был свой. Не перемещением же документы гонять! Хотя тут что-то похожее есть, но больше похоже на голубиную почту.

С завязкой на крови я могу много блокнотов сделать. И вытащил из стола сразу пачку.

На них уже было простое заклинание, скрепляющее бумагу. Это меня, кстати, удивило. Зачем накладывать магию на то, что можно сделать вручную? Люди совсем разучились работать самостоятельно?

Пока менял структуру заклинания, завязывая блокноты в единую сеть, задумался, как отправить послание конкретному адресату? И на обложке появился список символов, которые я потом привяжу к своим магам.

Простые закорючки выглядели как хештег сообщения.

Вся эта работа заняла у меня больше часа, но зато я смог перевести дух. Удивительное дело, когда чем-то увлеченно занимаешься, то на душе становится легче! Видимо, такова моя зона комфорта.

Я на мгновение закрыл глаза и представил мир без всяких там школ, врагов и странных личностей. Тогда бы я напоминал Ивушкина. Сидел в своем логове и творил изумительные артефакты, пытаясь воссоздать технологии моего мира.

К тому времени, как я вышел из кабинета, Артем уже переместился к себе, а мои маги ужинали.

Я раздал каждому по блокноту и предложил его проверить. Но, прежде, конечно, взял у каждого образец крови и добавил этот кусочек кода в свое заклинание. Теперь кроме них, текст никто не будет видеть.

Первой проверять мое изобретение вызвалась Матильда, как я понял, она обожала пробовать что-то новое.

Через тридцать секунд у каждого в руках раздался едва слышимые ноты из мелодии дверного звонка.

— И дальше что? — спросила Тень.

— Открой и посмотри. А ты, Матильда, не показывай, что написала, — сказал я.

Тень кивнула, со всей серьезностью перебросила первый лист и быстро прочитала послание. А потом начала хохотать.

Все удивились и тоже полезли смотреть, что такого написала там ведьма, и тоже заулыбались. Глядя на них, и во мне проснулось любопытство.

«Тили-тили-тесто, жених и невеста!» — гласило послание.

Еж не удержался и рассказал своей возлюбленной про сцену с Тоской, сразу понял я.

— Очень смешно, — покачал я головой. — Если нужно написать кому-то одному сообщение, то я на обложке сделал символьные пометки. Сначала пишите его, а потом уже слова.

Матильда тут же начала строчить. Через полминуты раздался звон у Ежа, потом у Тени и последним, у меня.

Сейчас она отправила нам милое «Привет».

— А рисунки тоже можно? А действует только между нами? А передавать блокнот можно? — засыпала ведьма вопросами.

— Все, что ты напишешь или нарисуешь, появится у нас, да. Действует только у тех, на кого я замкнул магию. То есть если вы с Ежом поменяетесь, то он будет видеть чистые листы.

— Защита от кражи информации! — просияла Тень. — А звук поменять можно?

— Можно, но в будущем, мне нужно изучить структуру мелодий. Пока я знаю только ту, что в нашем звонке. Беззвучный режим есть, для этого нужно заднюю обложку переложить вперед. Это на случай засад и режима тишины.

— Тим, ты гений. Просто.

Она заметно потеплела после истории с невестой. Я не стал говорить ей, что это у меня само вырвалось. А то получу разъяренную женщину.

— Это ты идею у Рихарда взял? — спросила она. — Я видела на столе список.

— Нет. Давно уже хотел сделать артефакт для мгновенной передачи сообщений. А то надоело бегать к телефонам, да почту использовать, если нужно с вами быстро связаться.

— Думаю, ради этого ты телепорт освоил!

— Конечно, но прыгать к каждому у меня нет возможности. А тут написал и все. Записи со временем будут исчезать, так что нужное вы можете записывать на последних страницах. Для передачи посланий я сделал только первые пять.

— А то, действительно, крутое изобретение, — отозвалась Тень. — Так ты будешь его Рихарду показывать?

— Почему тебя так интересует он, — я уже ощущал раздражение от одного факта его существования.

— Просто там деньги. Нам нужны деньги. Вроде логично.

— У нас есть немного денег. Ты хочешь новое платье? — иронично спросил я.

— Что? Нет! — она картинно обиделась. — Просто интересно.

Я не успел ей ответить, так как раздался телефонный звонок. Я был ближе всех к кабинету и поэтому поспешил ответить.

— Зарницкий слушает.

— Добрый вечер, Тимофей Викторович, — раздался голос Калинина. — Вы меня искали?

— Да. Есть разговор.

— Срочно или терпит до завтра?

— Ты хочешь закрыть вопрос с Брусиленко?

— Я понял, выезжаю.

Глава 15

— Вот он я, что у вас? — с порога заявил Калинин и протянул руку.

— Пойдем в кабинет, — кивнул я и продолжил, когда закрыл дверь. — Я выяснил, что свои эксперименты Брусиленко проводил во время магических бурь. И одна из них скоро будет в своем пике.

— Думаете, у него еще под рукой есть неопытные маги, которых он использует в своих целях?

— Практически уверен. Я спросил Дягилева, и он подтвердил, что даты, когда он посещал особые занятия с Никитой Степановичем, совпадают с датами бурь, что мне дали ведьмы.

— Что вообще такое эти бури?

— Возмущение магии. Сильные. Ведьмы ощущают их лучше всего. Тогда она и будущее видят ярче, и становятся сильнее. Поэтому и у меня один простой вопрос: где искать Брусиленко?

— Кстати, у меня встречный вопрос, — вдруг Калинин стал очень серьезным. — Вы знаете про него хоть что-нибудь, помимо того, что он директор школы и сумасшедший ученый?

— Нет, а надо? — да, это вечно уходило у меня из поля зрения. — Большая шишка?

— Скорее, очень влиятельная. К нему так просто с ордером не подойдешь. Даже на расстояние в десяток метров.

— Плохо, но все равно мне нужно хоть что-нибудь, что поможет его найти и хоть как-то угомонить. Эксперименты все еще продолжаются. На его месте я бы обязательно воспользовался ситуацией.

— Здесь, возможно, пригодится Дягилев. Он-то должен помнить, куда их водили.

Черт, а вот про это я даже не подумал спросить, пока Артем был здесь.

— Что еще известно про Брусиленко? — спросил я.

— Как вы и сказали, большая шишка наравне с Разумовским. Работал с ним, но Никита Степанович значительно выше по должности.

— Министр?

— Да. Поэтому до него не добраться.

— Одно не могу взять в толк, министр, важная шишка, но почему про него и школу никто не знал? Или знали, но закрывали глаза?

— Нам об этом никто не скажет. Скорее даже порекомендуют не лезть не в свое дело. Даже мне. Без серьезных улик и доказательств я ничего не могу сделать.

— А Быстров?

— А что Роман Кириллович? — удивился Калинин. — Он-то как поможет?

— Он же расследует взрыв в школе. Знает, чья это школа, откуда растут ноги, — я скривился от этой нелепой отсылки к его травме. — Но он тоже ничего не будет делать?

— Он не может ворваться к Брусиленко, размахивая вашим протоколом допроса. Нужно что-то более весомое.

— Надеюсь, в этом я ему уже помог, намекнув на то, что взорванной школы, по сути, не было.

— А так вот почему в его крыле такие пришибленные сотрудники? — усмехнулся Калинин. — Я-то думал, проверка какая.

— Вся это ерунда со взрывом — это знак того, что я подошел к Брусиленко очень близко и меня отвлекают от главного.

— И что вы будете делать?

— Встречусь с ним.

— Но зачем? Вы его только спугнете! Он и так знает, что вы вернули память, да и потом, что вы ему скажете? Здрасте, прекратите, пожалуйста, ваши эксперименты? — Калинин уже вышел из себя и начал повышать голос. — Я не спорю, что вы уникальный маг и прочее, но у остальных ситуация гораздо сложнее. Мы и так…

— Из-за меня работаете? — жестко перебил я его. — А до меня сидели в кабинетах, чаи гоняли? Ну уж простите!

— Я не это имел в виду, — мотнул головой он. — Точнее, не только это. Мы работаем в системе, которая зависит от воли и желаний тех, кто ее создал. Даже если в ходе расследования тот же Быстров выйдет на одного из глав, он ничего не сможет сделать. Его просто выкинут из его же кабинета. И я связан точно такими же обстоятельствами.

— Мерзко.

— Да.

— Поэтому еще раз говорю, Тимофей Викторович, нужны серьезные доказательства, — он устало упал на кресло. — Не только слова Артема или ваши, но и то, что оспорить нельзя.

Кажется, было бы проще его убить по-тихому, чтобы у него просто не было возможности больше проводить эксперименты. И записи все уничтожить. А том вернуть память тем пятерым, которые еще находят в его власти.

Только вот что делать с теми, кто сейчас должны лежать на холодном металлическом столе и ждать укола с магическим эликсиром? Этого я не знал.

Если я смогу получить информацию у Артема, где находится лаборатория, то можно наведаться прямо туда. Калинин пойдет, как представитель официальной власти.

Зайдем, спасем, заберем записи, подтверждающие эксперименты Брусиленко. А уже с этим и пойдем дальше. Думаю, Быстрову такое понравится.

Но что делать с самим гениальным ученым? Убить? Нет, мне этого совершенно не хотелось. А вот лишить его магии, это было бы идеально.

Еще мне хотелось бы самому покопаться в его блокнотах. И это желание всколыхнуло во мне азарт. Возможно, я смогу найти в них что-то такое, что навсегда изменит представление о магах.

Вопрос, стану ли я после этого, как Брусиленко? Нет. Точно нет. Ставить опыты на людях я считаю крайне отрицательным явлением. Другое дело, когда весь массив данных можно обработать, проанализировать и выдать точный рецепт усиления мощи без насилия.

— Что вы решили? — нарушил тишину Калинин. — По глазам вижу, что у вас появился какой-то план.

— Скоро пик магической бури, я хочу помешать Брусиленко сделать свое дело. Ты со мной поедешь?

— Мне нужно сначала связаться с руководством. Необходимо следовать правилам.

— Как бы эти правила не сыграли против нас.

— Я знаю, что нужно делать, — раздраженно ответил Калинин.

— Я не учу тебя делать твою работу. Считай, что это здоровые опасения. Ты подаешь запрос, или как у вас там это происходит. Бумага идет к начальству, начальство предупреждает Брусиленко, и когда мы приходим, нас ждет идеально пустое помещение.

— Не думайте, что я совсем болван, — ощетинился он, но тут же выдохнул и улыбнулся уголком губ. — Нельзя же исключать случаи, когда нужная бумага попадает на стол к руководству с опозданием в пару часов.

— Вот теперь я чувствую реальный интерес.

— Мне нужно только знать, когда вы собираетесь идти, и, конечно, куда именно.

— Позвоню Артему. И еще с нами пойдет Матильда, она точно скажет, когда придется пик бури.

— Это не опасно будет для нее?

— В самое пекло я ее не потащу. Страховать будет Ветер. Тебе это точно не выйдет боком?

— Выйдет, конечно, но, думаю, меня показательно отругают, премию не дадут, но руку пожмут точно.

— Тогда мне нужна капля твоей крови, немного времени и точное месторасположение лаборатории Брусиленко.

— Могу я набрать Артему с вашего телефона?

— То есть кровь тебя не смутила? — я махнул рукой на аппарат. — Конечно, звоните.

— Нет. Надо, значит, надо, — он пожал плечами и снял трубку.

И не глядя протянул мне вторую руку. Блокнот у меня уже был готов, сделал несколько на такие случаи. Капли его крови хватило, чтобы замкнуть Калинина на наш локальный чат. Но я ему сразу сказал, чтобы писал он только мне, добавляя мой символ.

Вопросов у Ивана не возникло. Он уже соединился с Дягилевым, сказал пару слов и кивнул, забыв, что собеседник его не видит.

И ровно через минуту в гостиной раздался голос Артема:

— Мне проще показать, чем объяснять.

На эту фразу вышли и остальные. Никто не спал, все были собраны и внимательно ждали моих указаний.

— Матильда, когда пик бури? — спросил я.

— У нас новое дело? — поинтересовалась Тень, не дав ведьме ответить.

— Через час-полтора, — задумчиво ответила Матильда.

— Времени совсем в обрез, — я рубанул воздух ладонью. — Раз вы уже все готовы, то можем выходить. Артем скажет куда. Так ведь?

— Я могу с вами туда прыгнуть, но больше людей там не нужно, — ответил он.

— Калинин тоже должен быть там, — качнул я головой.

— Сами не прыгнете?

— Нет, не могу сейчас. Из-за бури у меня магия с ума сходит.

— А я прям чувствую прилив сил, — бодро сказал Артем. — Я попробую сразу с вами двоими переместиться.

— А как же мы? — выступила вперед Тень. — Идти туда без нашей поддержки опасно.

— Сначала нужно понять куда, — я снова посмотрел на Артема. — Где это место? Хотя бы, какой город?

— Если бы я знал! — разочарованно вздохнул он.

— Я могу с этим помочь, — сказал Калинин. — У вас же остался жезл из нашей конторы? Те мигом определят, где вы находитесь, а зачем позвонят сюда. Я могу попросить их.

— Да, но если это тот же Мосград или Старые Дубны, все равно, пока вы доберетесь, мы три раза туда-обратно прыгнуть сможем.

— В каждом городе есть наш филиал или хотя бы еще один телепортер, — пожал плечами Иван.

— Это лучше приберечь для крайнего случая.

— Если там будет то, что вы думаете, то нам потребуется их помощь, — резонно сказал он.

— Ладно. Пусть будет так, — я повернулся к своим магам, — увы, вы остаетесь дома.

— Я все равно буду дежурить у телефона. Вдруг это где-то рядом и сможем быстро добраться.

— А если уж ты сядешь за руль, то даже до Мосграда мы доберемся за часа четыре, — хохотнул Еж, — правда, штрафы будешь сама оплачивать.

Тень в ответ показала ему язык.

— Ладно, если все решили, что я иду звонить в контору, подготовлю почву для нашей затеи, — сказал Калинин. — Мне нужно минут десять.

— Я успею собраться, — кивнул я.

— Я готов, — ответил Дягилев.

— Тим, ты уверен, что без Алексы у тебя все получится? — с тревогой спросила Тень.

— Ты думаешь, я без нее ничего не умею? — приподнял я бровь и, нащупав в кармане пластинки, запустил в нее слабый ветер.

— Ладно. Если что враги подхватят простуду, — она нахмурилась еще больше, сдув упавшую прядь.

— Когда-нибудь я сделаю стационарный телепорт для каждого, — улыбнулся я.

— Серьезно⁈ — воскликнул Артем. — Тогда это начисто убьет смысл моей работы.

— А я сделаю его дорогим, — подмигнул я.

Калинин покачал головой и пошел звонить, а я отправился в хранилище. Идея с волшебной палочкой все еще была в моей голове, почему бы не исполнить этот план?

На стеллажах я смог найти что-то похожее на удобный жезл, сделанный из хорошей древесины. На нем было заклинание, повышающие силу удара, если использовать жезл по назначению.

Мне потребовалось больше десяти минут, чтобы добавить к этому еще и воздушный кулак, копье и небольшую молнию. С учетом того, что уже было вшито в жезл, вышло красиво. Оглушить теперь я точно мог.

Едва вышел к остальным, увидел, что Калинин уже закончил беседовать с коллегами и складывал вещи в мешок Дягилева. Я последовал его примеру.

— Все, готово, — кивнул Артем, когда я закончил. — А вы?

— Да, — ответили хором мы с Калининым.

— Давайте руки.

В следующую секунду мы оказались в кустах за метров пятьдесят до простого особняка с колоннами, портиком и резной дверью с витиеватой ручкой.

Дягилев тут же отдал нам наши вещи, и Калинин активировал жезл. Я же достал блокнот и написал:

«На месте, все в порядке. Узнаете, где мы, напишите.»

Сообщение ушло и Калинину, который так и не проверил работу моего магического мессенджера. Иван вздрогнул от неожиданного звука и непонимающе захлопал себя по карманам.

— Это звонил блокнот, что я тебе дал, — сказал я. — Забыл показать, как ставить на бесшумный режим. Переверни вторую обложку вперед.

— Подожди. Тут написано, что мы на месте, — он уже успел прочитать мое послание. Кому вы это написали?

— Остальной команде. У них такие же блокноты.

— Новый артефакт, — Артем вытянул голову, чтобы посмотреть.

— Да, собрал из подручных материалов, — пожал я плечами.

— И ваши слова видят все? — Иван был озадачен.

— Да, все. Но если поставить метку конкретного человека, то увидит только он. Список на обложке. А сейчас переверни обе обложки вперед, чтобы блокнот не издал звуков.

Сказал и показал, как надо сделать.

Артем все еще не мог прийти в себя от наших необычных артефактов. Но я вернул его к делу.

— Опиши дорогу, — велел я.

— За дверями просторный холл, минимум мебели. Справа вход в столовую, слева — терраса. Посередине коридор, который вам нужен. Проходите до конца, сразу упретесь в главный зал Никиты Степановича.

Его голос звучал глухо, ему все еще неприятно было об этом не то, что говорить, но и вспоминать.

— Спасибо, Артем, это все очень важно.

Я бросил взгляд на часы. Уже прошло полчаса от того времени, что указала Матильда. Потом посмотрел на окна особняка, они были темными, и ни одна шторка не колыхалась.

— Другой вход есть?

— Разве что через террасу, но я никогда не ходил по дому. Всегда нас вели сразу в лабораторию.

— А про столовую откуда знаешь тогда?

— Однажды с той стороны пахло едой, — смутился Артем. — А остальное видел краем глаза. Даже не могу сказать, есть ли вообще выход на террасу.

— Либо директор так уверен в себе, либо этот дом еще преподнесет нам сюрпризов, — мрачно изрек я и глянул в блокнот. — Мы не так далеко от Старых Дубн, так что помощь из магов не придет.

— Но есть поддержка от тайников, — сказал Калинин. — Им досюда ехать максимум минут сорок, и то если черепашьим шагом. Вы так и не сказали, как собираетесь победить Брусиленко.

— Времени мало, разберусь на месте. На крайний случай выпущу свою помощницу, — пообещал я.

Алекса была крайней мерой, на которую я был готов пойти ради достижения своей цели.

— А я вам точно тут нужен? — неожиданно спросил Артем.

Я видел, что он отчаянно не хотел заходить в тот особняк.

— Можешь остаться тут. А лучше перемести сюда Ветра. Он боевой маг, всяко помощь, — ответил я и переглянулся с Калининым. — Пошли?

И мы осторожно двинулись к особняку, забирая вправо. Ведь со стороны кухни всегда должна была быть дверь для доставки продуктов или выноса мусора. Иван со мной согласился. На террасе логичнее всего поставить сигналки, а вот на кухне — нет. Надеюсь, Брусиленко здесь жил и что-то готовил, раз были запахи.

Шли медленно, не шумели. К тому же я постоянно проверял окружающее пространство на наличие заклинаний. Но пока обнаружил только водное для поливки газона. Без Алексы все приходилось делать самому, что сильно уменьшало нашу скорость передвижения.

Выполнил ли Артем мою просьбу насчет воздушника, я тоже не знал, так как Ветер умеет ничем не выдать своего присутствия. К тому же я был уверен, что он пойдет проверять дом с другой стороны.

Сам по себе особняк был не очень большим, но вокруг росли колючие кусты роз, что тоже не способствовало быстрой ходьбе.

На окнах и на фасаде тоже не было заклинаний. А мне сейчас нужно было любое, чтобы разглядеть, дома ли вообще директор.

Нам повезло через семь минут. Мы наткнулись на дополнительный воздуховод. На нем висел ветерок, которым я и воспользовался, пустив по нему одну из вариаций проклятия.

Оно быстро расползлось по дому, но не причиняло вред, а просто собирало информацию. Так, мы вскоре узнали, что внутри особняка находится четверо человек. Две фигуры большие и две маленькие. Значит, Брусиленко работал не один? Неужели тот второй — это лекарь, которому когда я обещал, что он сгорит?

Выводы пока делать рано, нужно войти внутрь.

Я осторожно потянул дверь кухни на себя. Проклятие уже успело облепить сигнальное заклинание, поэтому я боялся только противного скрипа. Но ничего не услышал.

Идеально. Мы с Иваном зашли внутрь. Первое, что я увидел: гору немытой посуды, остатки упаковок из разных ресторанов и полную мусорную корзину, которая к тому же воняла.

В этот момент мне захотелось начисто спалить весь дом.

Но на это время я найду, только когда узнаю все, что мне нужно. А пока мы шли дальше в холл. И едва не вскрикнули хором, когда там нас ждал Ветер.

— Твою-то мать, — одними губами сказал я и качнул головой.

Он сделал вид, что не понял. Я махнул в коридор, и мы двинулись дальше. До цели оставалось всего каких-то пять метров, когда я услышал до боли знакомый голос:

— Юрий Брониславович, услышьте меня, вам не стоит сопротивляться. Мы же все равно это сделаем, а вы только мешаете.

Я помнил его. Помнил этот голос из первых своих воспоминаний, которые видел, едва оправился после ритуала с кристаллом. Мерзкий шепот лился мне в уши, призывая расслабиться. И именно ему я сказал тогда:

«Горите!»

В этот момент у меня перед глазами появилась алая пелена.

Глава 16

На одном дыхании и прыжке я оказался у нужной двери и с силой рванул ее на себя. И сразу уже увидел седого старичка с большим шприцем, бледного и обнаженного юношу, привязанного к столу.

— Семен Юрьевич, — сорвался с моих губ рык. — Вот мы и встретились. Смотрю, этот халат вам еще не спалили.

— Кто вы такой⁈ — недоуменно спросил он. — Откуда вы меня знаете? Зарницкий⁈

До него постепенно начало доходить, что мое присутствие и то, что я знал его имя, не сулило ему ничего хорошего. Он попытался положить шприц на стол, но промахнулся и тот со звоном упал на пол, разбившись и расплескав все содержимое.

— Не подходите! — крикнул Семен Юрьевич, пятясь, а потом крикнул через плечо. — Никита Степанович! Тут Зарницкий! Мне нужна помощь.

— Вы же помните, что я вам сказал в нашу последнюю встречу?

— А вы что-то говорили? — от страха он начал заикаться.

— Да.

Я раскрыл ладонь, и вдруг неожиданно на ней распустился небольшой рыжий цветок пламени.

— Нет! Не может такого быть! Кристалл должен был лишить вас силы! — он вжался спиной в дверь, что вела из комнаты.

— Я вернул силу.

За моим плечом уже стояли Ветер и Калинин, они только и ждали моего приказа. Но было рано.

— Никита Степанович, выходите. Поздоровайтесь со старым знакомым, — громко крикнул я, не гася пламя на ладони.

За дверью что-то упало, и наступила вязкая тишина. Семен Юрьевич даже забыл, как дышать, продолжая смотреть на меня полными ужаса глазами.

— Никита Степанович, я не собираюсь ждать, — прорычал я. — Через полминуты я спалю здесь все к чертовой матери!

— Спалит! — подвывал мне Семен Юрьевич.

Обстановка и без моего огненного заклинания накалилась докрасна.

И тут дверь позади доктора дернулась.

— Семен! — рявкнули с той стороны.

Семен Юрьевич ручьем стек, упав задницей на пол, все еще подпирая телом дверь.

— Это все он! Он главный! — на одной ноте взвыл он.

— Прочь с дороги! — крикнул я, сделав пас рукой, будто собирался бросить свой шарик.

— Нет! Только не лабораторию! — Семен Юрьевич подскочил, начал метаться из стороны в сторону, собирая свои медицинские инструменты.

На лежащего в забытьи парня он даже не обратил внимание. И это еще добавило мне злости. Ведь я точно так же лежал на столе.

Наконец, дверь открылась.

— Уходите, Зарницкий, — процедил Брусиленко. — Вам нечего здесь делать.

— Ошибаетесь, — прорычал я. — Хватит уже искать совершенную магию.

— Абсолютную. И нет, я не остановлюсь. Сейчас вы мне очень сильно мешаете.

— Буря уже в пике, я знаю. Но я не уйду.

— Да что вам от меня нужно⁈ — рассвирепел он. — Тогда не давали работать, сейчас под ногами мешаетесь! Я сделал вас таким! Уникальным магом! Невероятной силы! С колоссальным количеством магии! И что? Хоть слово благодарности я услышал⁈ Нет! Наглый выскочка!

Он кричал и кричал, но не двигался от двери, заслонив ее своим тучным телом. Седые и кустистые брови Брусиленко ходили ходуном по лбу.

— И отец такой же! Оба хороши! Вечно суете свой нос куда не следует!

— Что, простите? — я наклонил голову к плечу. — Мой отец? Совал свой нос?

Голос у меня был глухой от едва сдерживаемого бешенства. Значит, он виноват в смерти Виктора Зарницкого⁈ Нет, я не считал его полноценным отцом, но тут в дело вступили эмоции самого Тимофея, про которого я давно не вспоминал.

Но я не дал ему перехватить управление над телом. Мысли носились в голове с безумной скоростью. Но убивать Брусиленко было нельзя. Нельзя!

Из горла вырвался жуткий рык, полный злости. Я не должен его убивать! Нужно отдать под суд! Сознание разрывалось на части.

Он выкрутится из любого дела, ему на власть плевать!

Лишить силы. Как и он тогда, отдав меня на растерзание толпе. Но для этого мне нужен мой помощник.

Пальцы схлопнули огненное заклинание и потянулись к затылку. Одна красная закорючка.

Брусиленко, увидев, что я остановился, выдохнул и прикрикнул на Семена Юрьевича, требуя, чтобы тот продолжил работу. Доктор же стоял ни жив ни мертв, прижимая к груди свои дорогие инструменты.

Ветер и Калинин ничего не понимали, но все еще ждали моего приказа. А я уже почти закончил. Во мне бурлила безумная ненависть к этим людям. Она подтачивала контроль и почти лишила меня разума. Но я был быстрее.

— Алекса! — крикнул я, убирая горячие пальцы от собственного затылка.

Мне пришлось выжечь кусочек рисунка, что сделал мне артефактор, чтобы вызволить помощника из плена.

Рядом со мной появился смазанный образ. Глаза Алексы пылали огненными искрами. Она точно понимала, что я собирался сделать.

— Назад! — новая команда уже для стоящих позади магов.

Брусиленко и доктор во все глаза смотрели на моего помощника, не понимая, что происходит. Семен Юрьевич от удивления выронил свои инструменты, и они с грохотом посыпались на пол. Это привело моих врагов в чувства.

— Это еще кто? — Никита Степанович почти был уверен, что у меня для него ничего нет.

Пусть он и создатель моей силы, но я давно разорвал эти «родственные» связи. Давно уже вырвался из-под контроля.

— Слушай мой голос, — Брусиленко подошел ближе, видя, что я дезориентирован. — Слушай только мой голос.

— Молчать! — крик Алексы чуть не взорвал мне мозги. — Активация протокола «Божественное очищение». Четыре, три, два…

— Оставьте нас, дамочка! — Брусиленко попытался сдвинуть ее с места, но его руки прошли сквозь нее.

— Один, — сказала она уже спокойнее, а потом я щелкнул пальцами.

Реальность в тот же миг замерла, потому что вокруг меня начали закручиваться тугие сиреневые спирали. Они ползли от меня в сторону Брусиленко и доктора, обвивая их руки и ноги.

— Что за чертовщина⁈ — наконец, Никита Степанович понял, что ситуация вышла из-под контроля. — Семен! Сделай что-нибудь!

— Я не могу! — визжал он.

— Поднимай Сергея! Живо!

— Он еще не готов! Не та дозировка!

— Быстро!

Семен Юрьевич изогнулся ужом и быстро выхватил из кармана шприц. Моя магия еще не так плотно сковала его, к сожалению, оставив некоторую свободу действий.

Но я сжал пальцы в кулак, и доктор застыл, не дотянувшись к лежащему на столе Сергею, каких-то пяти сантиметров.

— Я не могу пошевелиться… — прохрипел он.

— Зарницкий! Ты все испортил! — заорал Брусиленко. — Это тот самый шаг, которого магия ждала сотню лет! Я убью тебя!

— Нет, — злость вдруг куда-то испарилась, оставив место холодному расчету. — Не сможете. И ничего больше не сможете.

Я обернулся к Ветру и Калинину и просто кивнул им на кабинет Брусиленко. Иван сорвался первый, а воздушник остался на месте.

— Именем богини всех ведьм, я забираю вашу магию, — тихо сказал я. — Навсегда.

Сиреневые вихри заметались, поднялись к самому потолку и обрушились на две застывшие фигуры. Семен Юрьевич истошно закричал, а Брусиленко прожигал меня взглядом. Он все еще не верил в то, что я делаю.

— Я сделал тебя таким. Я.

— Все верно, Никита Степанович, — кивнул я. — Все верно. Если бы вы не трогали мою семью, все было бы иначе. Ваши эксперименты извращают понятие магии. Все должно идти своим чередом.

— Каким чередом? Что ты несешь? Миры сливаются! Нас скоро уничтожит, если мы не станем сильнее.

— Вы уже не станете.

— Еще как стану! Сними это дурацкое заклинание, я покажу, на что я способен.

Вместо ответа я поднял руку выше, и сиреневые порывы добрались до горла Брусиленко.

— У тебя больше нет сил, — повторил я. — Я забрал их. Как и ты, когда отправил меня с конвоем к кристаллу.

— Но ты вернул себе магию! Как⁈ — прохрипел он, хватая ртом воздух. — Нельзя сейчас никак вмешиваться в ход истории! Это опасно…

В этот момент я остановился и с интересом посмотрел на него.

— Конкретнее, — сказал я.

— Освободи меня.

— Нет. Говори.

— Хотя бы горло! — у него не оставалось воздуха в легких, и я ослабил хватку. — Магическая буря означает, что миры сблизились.

Он гулко закашлялся, покраснел и выпучил глаза, но продолжал говорить, цепляясь за эту соломинку.

— Разные миры! Сближаются так близко, что магия становится пластичной. У меня уже несколько раз получилось. Вы тому пример, — от глотка сладкого воздуха он снова вернулся к вежливому «вы». — И с другими тоже получилось.

— Вы возомнили себя богом.

— Я больше, чем бог, — он хрипло расхохотался. — Я могу повелевать силой. Это никому не доступно.

Я наклонил голову к плечу, а потом резко вскинул руку. Сиреневая магия колыхнулась, задрожала и потекла к моим ногам. Через минуту рядом со мной появился образ богини.

— Ты звал меня? — ее голос со звоном отскочил от стен и неприятно отозвался набатом в середине грудной клетки.

— Он говорит, что сопряжение миров делает магию пластичной, — не обращая внимания на хрипящего Брусиленко. — И использовал это, чтобы изменять силу подростков.

Я кивнул на лежащего на столе Сергея. Богиня молча подлетела к нему и провела рукой над его телом. Оно выгнулось дугой и упало.

— Плохая работа, — гулко прокатилось по лаборатории. — Грубая. Не жилец.

Она обернулась и подлетела к Брусиленко и стоящему рядом Семену Юрьевичу.

— Кто из них? — она не дождалась ответа и остановила взгляд на Никите Степановиче. — Ты. Плохо. Зря.

Ее слова звучали отрывисто, она будто отрывала куски от реальности. Вокруг ее сила в моих руках тревожно звенела и рвалась из пальцев. Но я держал крепко.

— Зачем ты меня звал? — вопрос был адресован мне.

— За правдой.

— Хорошо, — кивнула она. — Да, он прав, что магия пластична. Такой ее делает близость между мирами. Но это не значит, что это можно использовать!

Последнюю фразу она выкрикнула.

— Как ты посмел⁈ — это уже Брусиленко. — Как тебе такое в голову пришло⁈ Почему ты не придумал, как лечить болезни, а решил изменить организмы детей⁈ Идиот! Этого нельзя делать! Ваши смертные тела строго рассчитаны под определенное количество магии!

— А как же он⁈ — выкрикнул Брусиленко, бросив в меня уничтожающий взгляд. — Я изменил его! Сделал его могущественнее!

— Испортил, — покачала она головой. — Ты и сам не понял, что сделал. Он и так был сильный. В нем почти ничего не осталось твоего вмешательства. Обрывки. Но их хватит мне оценить твою работу. Грубо! Мерзко! Топорно!

Ее сила резко дернулась из пальцев, и я едва удержал ее. Богиня была в ярости. Сиреневые всполохи ослепили меня.

— Зачем так издеваться над силой⁈ Да кто тебя учил⁈ Идиот! — она повернулась ко мне. — Сколько вас таких?

Я перевел взгляд на доктора.

— Сколько, Семен Юрьевич? — пришлось тоже ослабить хватку, чтобы он мог говорить.

— Пятнадцать, — едва слышно сказал он.

— Всего? — удивился я. — И сколько их них живы?

— Четырнадцать.

Богиня засветилась ярче, глаза ее побелели, и она застыла на месте. Мы тоже застыли, ожидая, что она скажет.

И тут магия словно взбесилась. Сиреневые вихри сорвались с моих пальцев и зажила своей жизнью.

— Я исправила все, что вы оба натворили. И согласна с тем, что ты, — она глянула белыми глазами на меня, — забрал их силу. Это не восстановит баланс, но будет справедливым. Донеси до всех, что сближение миров — это не способ. Это эволюция. Магия сама знает, что и как менять. И вы, люди, не должны в это вмешиваться. А кто будет наглеть, будет иметь дело со мной!

Магия снова вспыхнула и полностью исчезла, а заодно лишив опоры доктора и Брусиленко. Они оба рухнули на пол и отключились. А я был выжат, как лимон.

Едва все стихло, из кабинета выглянул Калинин.

— Я все нашел. Все записи. Моих вызвал. Будут через десять минут.

Я оглянулся на Ветра, тот стоял с каменным лицом и растрепанными волосами. Он заметил мой взгляд и сразу кивнул, а затем пошел связывать наших поверженных врагов. Мне ничего не оставалось, как начать освобождать Сергея.

Он почувствовал прикосновения и испуганно дернулся.

— Спокойно. Иначе я не смогу расстегнуть ремни. Пальцы не слушаются, — мой злой голос заставил парня замереть, но глаза выдавали безумный ужас. — Погоди. Почти справился.

Через секунду, ремни упали, и Сергей резко выдернул руки, быстро растирая их. Потом заметался взглядом и беспомощно посмотрел на меня.

— Одежда, да? — понял я. — Ветер, тут есть где-то, во что парня нарядить? Не встречать же ему команду коллег Ивана в таком виде.

Штаны и рубаха нашлись в крохотной подсобке вместе с остальными вещами. Я поморщился, найдя там не только его одежду, но еще и три комплекта.

— Интересно, где трупы? — сам себя спросил я.

— Во дворе, — рядом появилась Алекса. — Рада вас видеть, Тимофей Викторович.

— Ты уже пришла в себя? — усмехнулся я. — Или все еще хочешь соблазнить меня?

— Не откажусь. Но так, пока была взаперти, передумала. Но если захотите, я всегда рядом.

Она подмигнула и исчезла.

— С кем вы говорили? — вдруг спросил Сергей, справившись со штанами.

— Ни с кем, — отмахнулся я. — Ты как? Магия есть?

— Голова кругом, будто я неделю не ел и не спал. Пожеванным, — он вытянул руку и сотворил водяной шарик. — Магия есть. Но она странная. Раньше было не так.

— А как? — мягко спросил я, едва сдерживаясь, чтобы не тряхнуть его хорошенько и не выбить из него всю информацию.

— Я не помню, — он тряхнул головой. — Хотя нет, постойте! кажется, я что-то вспоминаю… Ох!

Он обхватил лоб ладонями, как делал Артем, когда я вернул ему память.

— Сергей, сосредоточься и дыши! Будет больно, но ты справишься, — у него расфокусировался взгляд, и я положил ему руку на плечо.

— Где я⁈ Кто вы⁈ — в одно мгновение у него началась форменная истерика.

Я молча бросил на него лечебное заклинание, усилив действие успокоительным, и оставил парня в покое, отойдя к Брусиленко. Тот все еще не пришел в сознание. Кивнув Ветру, чтобы тот присмотрел за Сергеем, я пошел в кабинет директора школы.

— Алекса, запоминай все, — бросил я в пустоту.

Иван стоял над простым рабочим столом, больше напоминающем школьную парту, и разглядывал многочисленные журналы. На полу и на двух стульях тоже лежали толстенные тетради и скрепленные между собой листы.

— Он записывал все, — глухим голосом сказал он. — Каждую мелочь, каждое действие, каждый результат. С датами, именами и особенностями каждого подростка.

Он развернул один из журналов и перелистнул несколько страниц, подчеркнув ногтем третью запись.

«Зарницкий. Тимофей Викторович. Тысяча девятьсот шестнадцатый, третье октября, девять пятнадцать.»

Читать дальше у меня не было желание, хотя я знал, что Алекса уже все запомнила. Как бы еще все это показать богине. Что она сказала? Топорно? Что же для нее является качественной работой? Или она сторонница техники «не трогай, пока работает»?

Все эти мысли крутились в моей голове, пока я перелистывал журналы с записями обо всех экспериментах Брусиленко. Четырнадцать выживших. Всего! А тут, наверное, с сотню записей!

— Сжечь бы все это, — проворчал Калинин, — чтобы никому больше такое в голову не пришло.

— Ушлые люди все равно найдутся. Не оглядываясь на законы природы, этику, законы. Найдут лазейки.

— Вам все это интересно? — вдруг спросил он. — Вы же тоже один из них.

— Во мне почти ничего не осталось, — пожал я плечами.

— Но как тогда у вас появился огонь на ладони. Вы же не владеете этой стихией.

— У меня есть зачарованные пластики, — я покопался в кармане и достал одну из них. — Я знал, за кем иду, и подготовился. Тут разные заклинания вшиты. Могу и воздушным кулаком запустить. Хотя вот с пламенем сложнее. Очень трудная магия.

Он отстал от меня, а я задумался. Стоит ли вообще, смотреть эти записи? Или все же сжечь их от греха подальше? А может, воспользоваться самому и попытаться спасти мир от слияния с другим?

— Тайная императорская служба! — раздался крик от входной двери. — Всем оставаться на своих местах и убрать оружие! Мы заходим!

Глава 17

Разбираться с коллегами пошел Калинин, а я пока листал записи Брусиленко и пытался понять, что делать дальше. Слияние миров я предотвратить не мог, но теперь всерьез задумался, нужно ли это? Из-за этого будет плавно эволюционировать магия, появляться новые технологии, государства.

Если все это, конечно, сперва не будет уничтожено. Жаль, что с богиней не получилось поговорить нормально. Сейчас ее вызывать было бы глупо, поэтому акт внепланового обращения к великой сущности нужно отложить.

В кабинет постоянно заходили сотрудники тайной императорской службы, делали какие-то пометки у себя в блокнотах, не мешая мне. На меня же снизошло какое-то удивительное спокойствие. Одна из важных страничек в истории магии перевернулась. Нет больше безумного ученого, который мечтал создать уникального мага. Или оружие. Зачем он хотел это сделать, я не думал — Брусиленко сам потом расскажет на допросе.

Лишенный силы, он без сопротивления прошел с тайниками, бормоча что-то себе под нос. На меня не оглянулся.

— Вы же понимаете, Тимофей Викторович, что это не останется незамеченным? — передо мной стоял Калинин и внимательно смотрел на меня. — Возникнут вопросы. Много вопросов.

— Все в этих записях, — я брезгливо отпихнул от себя журнал. — Ты и сам видел. Теперь достаточно фактов для ареста?

— Более чем, — кивнул он. — Но вопрос в том, как отреагирует общество.

— А что с ним не так? Детей мучили, они умирали. К тому же все еще хорошо помнят мой пример.

— Я не про детей. Тут люди всегда встанут на нашу сторону.

— Тогда в чем, — я раздраженно сжал пальцы. — Говори уже нормально, у меня нет сил играть в угадайку.

— В вас, — коротко ответил Иван.

— Это не проблема. Что они могут сделать? Трястись по углам от страха? Мол, придет и лишит всех силы? — я криво улыбнулся. — Да, и в отчете, пожалуйста, про богиню не упоминай. Не зачем людям про нее знать.

— Какую богиню? — изобразил удивление Иван. — Фиолетовую или вашу личную.

— Очень смешно, — холодно сказал я.

— Все посмотрели? Нашли что-нибудь интересное? — он отошел, пробежавшись пальцами по корешкам журналом, что лежали стопкой на столе.

— Изменение магии путем использования магической бури. Эликсир активации силы. Его используют для тех, у кого способность никак не может проявиться. Только в этом случае, доза была увеличена в тридцать раз. Не всякий такое может выдержать.

— Пятнадцать человек, — вспомнил Иван. — Их еще искать придется.

— Богиня стерла с них все лишнее, так что рекомендую предупредить больницы о подростках с дикими головными болями и спутанностью сознания.

— Получается, у них забрали все силы? И у Дягилева тоже? — вдруг спросил Калинин, оставив в покое журналы.

— Нет, то, что было их изначально, осталось. Сергей смог сформировать водное заклинание. Правда сказал, что он изменилось, но это пусть смотрит Белотелова. Кто, как не она сможет точно сказать, что произошло с ним и его магией.

— Тимофей Викторович, — Калинин обернулся, чтобы убедиться, что нет лишних ушей. — Я виделся с Ольгой. Что вы ей такое поручили?

— Узнать про слияние миров. Точнее, указал ей новый вектор исследований. А что? Что-то случилось?

— Она сияет, пропадает где-то. Я-то, дурак, подумал, у нее роман.

— Роман с архивом, — кивнул я. — Я видел, что она потухла, вот решил ей дать пищу для размышлений. Все же, когда человек полжизни занимался исследованиями, а я невольно лишил ее цели, пришлось помогать.

В кабинет заглянул один из тайников и кивнул Калинину:

— Мы увозим парня в больницу, а тех двоих под стражу и в офис. Вы с нами?

— Да, сейчас подойду. Все эти журналы и каждую бумажку тоже в офис. Нельзя это оставлять здесь.

— Принято!

Сотрудник исчез, а Иван глянул на меня.

— Вас еще вызовут к нам для дачи показаний, Тимофей Викторович. Надеюсь, на этом наше сотрудничество подойдет к концу.

— Устали от меня? — усмехнулся я поднимаясь.

— Слишком с вами много приключений.

Мы вышли из дома и разошлись в разные стороны. Я с Ветром собирались найти Артема и прыгнуть обратно, а Калинин поспешил продолжить контролировать работу коллег.

Дягилев нашелся в метрах пятидесяти, сидящим на древней лавочке. Вид он имел бледный, испуганный, пальцы с силой сжимали трухлявую деревяшку, заставляя ту осыпаться пылью.

— Что-то изменилось, — сказал он, когда мы подошли ближе. — Что-то изменилось! Все не так.

— Что конкретно ты ощущаешь? — спросил я.

— Легкость, — на мгновение задумавшись, ответил он.

— И что же ты так переживаешь?

— А если я больше не телепортер? — глухо ответил Артем. — Это же моя работа, жизнь. Мне это нравится!

— Ты не пробовал переместиться?

— Мне страшно, Тимофей Викторович. А если меня располовинит или выбросит на середину озера. Я же плавать не умею!

Парня натурально трясло. Пришлось бросить на него успокаивающее заклинание. И внимательно осмотреть, слушая в голове голос Алексы.

— Артем, посмотри на меня, — я присел напротив него. — Ты изначально был телепортером. Эксперимент Брусиленко усилил эту способность, добавил новые. Но твоя, именно твоя способность, осталась с тобой. Я могу предложить тебе прыгнуть вместе. Если вдруг, что пойдет не так, я подстрахую.

— Точно? — он поднял на меня глаза, и я вдруг увидел обычного испуганного подростка.

— Точно, — я глянул на Ветра. — Подождешь нас тут?

— Конечно, — с готовностью ответил он, не двинувшись с места.

— Артем, держи меня за руку, делай все, как обычно. Я рядом и верю в тебя.

Дягилев коротко кивнул, поднялся, выпрямился и обхватил мое плечо. Затем прикрыл глаза, и через секунду мы уже кубарем летели с лестницы знакомого дома.

На шум вылетел с кухни Еж и подхватил летящего Артема за шкирку. Я же едва успел зацепиться за перила и теперь неловко висел, до боли сжимая пальцы.

— Получилось! — заорал Артем, оседая на пол.

Его лицо мгновенно намокло от слез, но то были слезы радости.

— Не расслабляться! — рыкнул я. — Прыгаем обратно! Только постарайся не споткнуться о лавочку, там рядом малина растет, а у меня пиджак новый.

Водник тут же отпустил Дягилева, и тот прыгнул ко мне, чтобы схватить за руку. На губах его расцвела озорная улыбка.

Мгновение и вот мы уже в тех же позах, но рядом с Ветром.

— Вы быстро, — проронил он, глядя на нас. — Все нормально?

— Еще как! Еще как!

Дягилев возле нас разве, что не отплясывал, радуясь тому, что у него сохранилась способность к перемещению.

— У тебя рубаха порвана, — заметил я.

— Да и фиг с ней! У меня получилось!

Ветер смотрел на него, слегка изогнув бровь, но ничего больше не сказал.

Спустя полчаса мы с ним уже сидели на нашей кухне, и я скупо объяснял остальным про Брусиленко. Настроение было ровным, чай — вкусным, булочки — сладкими.

Но разговор все равно был вялым. Каждый был погружен в свои мысли, пусть они в чем-то и были похожи.

— А что будет дальше? — Матильда невольно спросила то, что интересовало всех.

— А что дальше? — поднял я глаза от чашки. — Миры сольются. Последствий мы сразу все равно не увидим. Буря-то уже прошла. Ты чувствуешь изменения?

— Нет, — покачала она головой. — Нужно спросить остальных ведьм.

— Ты, кстати, не узнавала про новые предсказания? Может, есть что-то стоящее?

— Я позвоню, — она отодвинула тарелку и поднялась. — Можно из вашего кабинета?

— Конечно, иди, — устало посмотрел ей вслед, а потом заметил, что Тень тоже вышла из-за стола.

— Я сейчас, — сказала она.

— Еще пирожков, шеф? Все же победа как-никак! — Еж был в своем репертуаре. — В духовке еще партия.

— Больше уже не лезет, — я улыбнулся. — Чую, ты меня откормишь и придется менять все стулья, так как в эти мое тело влезать не будет.

Еж заржал, а потом удивленно глянул мне за спину. Я и без него понял, что там стояла Тень. Она подошла и положила мне руку на плечо. В голове моментально расползлась тишина.

— Тим, я хотела спросить, — не двигаясь, сказала она, — Алекса. Ты ее обратно достал?

В ее пальцах лежал артефакт блокировки. Да уж, разговоры о моем помощнике нужно вести только с такой защитой.

— Если тебя интересует, не стала ли она снова меня соблазнять, то нет, — я качнул головой. — Она сказала, что, будучи взаперти, пересмотрела свое поведение.

О том, что она добавила потом, я говорить не стал. Зачем лишний раз дергать Тень на эмоции?

— Ладно, — в голосе Оксаны сквозило недоверие.

— Она меня сейчас нужна, — спокойно отозвался я, — чтобы узнать, как победить Воронова. Он уже давно не показывался, но я не думаю, что он оставит меня в покое.

— А может быть, он давно уже забыл про тебя? — спросила она.

— Кстати! Мне тут парнишка в городе подбегал, — вдруг хлопнул себя по лбу водник. — Они уже давно нашли этого вашего Воронова.

— И? — нетерпеливо спросил я.

— Говорят, что сколотил банду отморозков. Планомерно захватывают ресурсы Дубровска.

— Почему тогда Острый мне про это не сказал?

— Думаю, он посчитал, что это вас не касается. Да и на месте преступлений в основном работают стражники. Магию почти не используют. Грабят, связи налаживают. Думаю, скоро накроют западную часть города целиком.

— А дальше у нас рынок и владения Острого, — задумчиво продолжил я.

Мне не хотелось влезать в разборки между бандами, как-то это было совсем неинтересно на фоне магических бурь и богини.

— Ты все равно брата и главаря предупреди, — продолжил я. — Будет нужна помощь, пусть всегда обращаются. Все же это непростой враг.

— Я могу внедриться к нему и все узнать, — вдруг влезла Тень.

Артефакт она уже отбросила на диван и теперь сидела рядом с нами за столом.

— Тебе-то это зачем? — спросил я.

— Знакомая работа, почему бы и нет? — она удивленно на меня посмотрела, а потом скривилась. — Все время забываю, что ты не тот человек, которого я знала. Пойдем, я расскажу тебе одну очень короткую историю, чтобы все встало на свои места.

* * *

Тень, но тогда еще Оксана Александровна Макарова, повстречалась мне на пути, когда убегала от стражников. Она налетела на меня, мгновенно сменила одну иллюзию на другую и страстно впилась мне в губы.

И едва погоня проскочила мимо, оторвалась. Она подмигнула мне и уже хотела развернуться на пятках, но я дернул ее за руку и снова прижал к себе.

— Так, просто ты от меня не отделаешься, милая, — сказал я.

Впрочем, сопротивлялась она меньше минуты, покорно обмякла в моих объятиях, чтобы через сотую долю мгновений упереть мне в весьма нежное место увесиситый кастет.

— Никто не имеет права так себя со мной вести! — выпалила она и снова попыталась отскочить.

Однако уроки дяди Ветра не прошли даром, и она уже снова была в кольце моих рук. Для безопасности я обхватил ее запястья у нее же за спиной пальцами.

— Ты первая начала, — усмехнулся я, и в ответ неожиданно получил улыбку.

Тот день мы провели вместе. Я прогуливал школу, а Оксана просто шла со мной рядом. Мы гуляли по парку и делали вид, что нам неинтересно кто мы на самом деле. На том и подружились.

Шло время, появилась уже известная мне Тень, которая стала известной в столице воровкой. Точнее, о ее преступлениях знали все, но кто именно забирался в дома и как это делал — только я. Это была та самая тайная часть ее жизни, что позволяла ей выжить в условиях непростой жизни обедневших аристократов. Ее отец быстро растранжирил все деньги клана, предаваясь безумным увеселениями с картами и женщинами. Я даже несколько раз помогал вытаскивать Александра Ивановича с таких вечеринок, когда тот даже идти нормально не мог.

Удивительно, но мы действительно друг другу доверяли и, можно сказать, любили. Я делился с ней проблемами в академии, она поддерживала меня, когда меня забирали к Брусиленко. И первая, кто встретил меня, едва я сбросил оковы безумного экспериментатора.

Тень терпела все мои выходки, которые я устраивал. Мы ссорились, бурно мирились. Она вытаскивала меня из постели случайных красоток, устраивала скандалы. Я в ответ вызволял ее из щекотливых ситуаций во время ее вылазок.

Так или иначе, мы были постоянно вместе, ни разу не появившись под ручку на публике. Никто не знал о нас, кроме, пожалуй, Ветра.

Ему по долгу службы приходилось находиться рядом со мной и порой натурально спасать нас с Оксаной из пожаров, облав и других неприятностей.

Как-то мы с Тенью пообещали друг другу, что всегда будем вместе.

— Вот теперь ты знаешь все, — с грустью закончила свою историю она, за все время не посмотрев на меня ни разу. — Точнее, знаешь, его и мою историю. Да, так правильнее звучит.

— Но ты все равно сейчас здесь, — сказал я и присел рядом.

В кресле это было неудобно сделать, и мне пришлось посадить Тень себе на колени. Она нервно хихикнула.

— Тим, я же сейчас даже не знаю, кто ты, — она переплела свои пальцы с моими.

— Ты сразу отозвалась в душе чем-то хорошим, и я вспомнил твое имя. Хотя образ соседки в бигуди и противным голосом начисто выбил меня из колеи! — я припомнил нашу первую встречу.

— Ты вел себя очень странно, — кивнула она. — Я тогда списала это на действие кристалла. О нем ходили разные легенды.

— Ты не ответила на мой вопрос.

— А ты его не задал.

— Почему ты все еще здесь? Со мной?

— Давай будем считать, что это привычка, — попыталась отшутиться она.

— Такой ответ не принимается, — я обхватил руками ее талию.

— Первое время я присматривалась к тебе. Ты стал спокойнее, меньше вспышек, больше думал о своих действиях. Отстранился от меня. Я все к тебе и так и эдак, а ты — кремень.

— Мы же спали с тобой! Какой кремень-то! — улыбнулся я, прижавшись лбом к ее шее.

— Так это одна из проверок. Ты другой, а я, дура, этого не замечала.

— И что теперь? Ты все равно здесь.

— А ты мне понравился. Новый. Ты теплее Тимофея, — она извернулась и села в моих ногах, обхватив мои колени. — Нет, есть в тебе один существенный минус! Здоровенный такой! Очень наглый!

— Это еще какой, — нахмурился я.

— Вторая твоя половинка, такая симпатичная, — с нотками сарказма сказала Тень.

— Ты ее боишься? Или ревнуешь?

— Я⁈ Ревную⁈ — Оксана подскочила. — Алекса то, Алекса сё.

Она заходила по комнате, а потом махнула рукой.

— У меня с момента ее появления стойкое ощущение, что я ложусь в постель с двумя, а не с одним тобой!

Я не знал, что ей на это ответить. Алекса — часть меня. Часть сознания, тела, мозга. Силы и магии. Отрубить ее, это как лишить меня одной руки.

— Я просто хотела попросить тебя… Нет! Ее! — Тень развернулась и уставилась мне в середину лба. — Дорогая Алекса, очень прошу тебя не подглядывать за мной и Тимом, когда мы наедине. Пожалуйста.

Последнее она выдохнула еле слышно.

— Ты можешь это сделать? — добавила она, прислушиваясь к тишине кабинета.

— Судя по тому, что я услышал щелчок, она согласна, — проговорил я, поднимаясь и притягивая к себе магичку. — Считай, что мы с тобой сейчас вдвоем. Ты этого хотела?

Тень подмигнула мне, прильнула ко мне, как кошка, и взяла за руку.

— Пойдем, там наверху есть хорошая, крепкая кровать, — и улыбнулась. — Надеюсь, в ближайшие пару часов ты никому не понадобишься, а то у меня на тебя большие планы. Хочу познакомиться с тобой настоящим.

— Настоящим? — я уже шел в сторону лестницы.

— Да, с Тимофеем я отлично знакома, а вот с тобой нет.

— Тогда пары часов нам будет очень и очень мало, — глухо сказал я.

Дальше мы уже заходили в спальню и плотно закрывали дверь, бросив на нее заклинание полога тишины.

Сегодня я не желал больше никого видеть, а просто немного пожить в свое личное удовольствие. В конце концов, я имел на это право после такой-то победы над одним из врагов!

А кто нам помешает, того я разорву без сожалений.

Глава 18

На следующий день я отпустил Тень в город для поиска банды Воронова. Указаний никаких не дал, но долго и придирчиво выбирал ей, в каком образе лучше всего внедряться в банду к Воронову. Остановился на нескладной девочке-подростке. Такая вряд ли может заинтересовать главаря или какого-то бандита, как объект для знакомства. Тень от моих рассуждений выла, закатывала глаза, но все равно в итоге согласилась.

Мы не знали, сколько времени займет вся эта вылазка, поэтому нужно было придумать, как держать связь. Сначала я предложил ей оставить вещи в магазине Жан-Поля, он человек надежный, но все знают, кто ему помогал развернуться, и эту идею мы отмели.

По факту, я вообще почти ничего не знал о Воронове. С момента нашей последней встречи он мог стать сильнее. Отчет Алексы не особо помог, она лишь смогла сказать, что у него повышенные характеристики силы, ловкости и магического резерва.

В итоге для Тени я сделал малый штамп, который мог записывать и передавать информацию на небольшом расстоянии. Будет достаточно, если Оксана пройдет мимо меня в девяти-пятнадцати метрах, чтобы Алекса приняла ее сообщение. Обнаружить штамп можно было, лишь сняв иллюзию. Вот как раз с этим и была главная сложность. Если у Воронова где-то есть блокиратор или рассеиватель, то личина быстро сползет с нашего лазутчика.

Пришлось Тени плотно поработать с Алексой. Не обошлось без криков и ругани, но, в конце концов, иллюзия стала мощнее на порядок. Как отчиталась помощник, они сделали несколько слоев. И если Тень попадет под рассеивающее заклинание, то окружающие увидят под милой мордашкой синяки и ссадины. Это придумала сама Оксана, мол, способность все равно у нее одна и нужно оправдать ее использование. При этом рост, вес и телосложение почти не менялось. Она так и оставалась худенькой девушкой.

Все это заняло у нас больше шести часов, и ближе к вечеру я уже провожал Тень до крыльца.

— Все будет нормально, Тим, мне не впервой, — улыбнулась она и поцеловала меня.

— Я не волнуюсь за тебя, просто постарайся не переубивать их всех. Хотя бы в первый день, — рассмеялся я, за что и получил тычок под ребра.

Тень махнула мне рукой и пошла пешком в сторону города. Я предложил ее подвезти, но она отказалась, чтобы никто не видел, с кем она была и откуда появилась.

Тут все было серьезно. Я не стал спорить, а просто ее отпустил.

Сам же я решил, наконец, заняться списком Рихарда. Деньги лишними не будут, а заняться все равно сейчас нечем. Идею с блокнотом я ему рассказывать не буду, нужно придумать что-то другое.

Я снова взял лист с коротким перечислением того, что могло бы меня заинтересовать. По сути, все, что он написал, я могу сделать за сутки, а то и меньше. Плюс еще Алекса теперь рядом, так что будет еще проще.

Не знаю, чем руководствовался Рихард, когда составлял список, но здесь, помимо охранных артефактов были и странные, такие как «прибор для совместного просмотра снов», «портативная лечебная капсула», «браслет с зарядами огня», «голосовой помощник для слабовидящих». Я не мог понять, почему еще маги не сделали их сами. Вроде же выглядело просто, кроме последнего.

Еще возникали сложности из-за того, что я банально не знал, что уже есть на рынке артефактов. Очень сильно не хватало всемирной базы энциклопедии для такого. Но ее в условиях отсутствия компьютеров я точно создать не смогу.

Я вышел из кабинета и нашел Ветра. Он тренировал заклинания в связке с Ежом.

— Друзья, у меня к вам вопрос, — сказал я, дождавшись, когда они разнесут очередную мишень.

— Какой, шеф?

— Что сейчас есть из артефактов для сна? — я сел на лавку, что появилась здесь совсем недавно.

— Много чего, — Еж почесал лысую голову. — Магические будильники, подушки, чтобы заснуть.

— А чтобы видеть конкретный сон?

— О, они очень дорогие. Индивидуальная настройка на каждого покупателя, сдача тестов для того, чтобы подушка была безопасной. Только богатые или совсем отчаявшиеся могут такое себе заказать.

— Ты рассуждаешь, будто знаешь, о чем говоришь, — я приподнял брови.

— Хотел украсть как-то ради любопытства. Самая бесполезная вещь для такого дела.

— То есть, кроме вот такой настройки, по сути, как она работает?

— Чаще всего мастер делает обычное сонное заклинание и сверху накладывает легкую радость, может еще добавить картинки по желанию заказчика.

— То есть, делает под заказ, магия не связывается с мозгом и не вытаскивает информацию оттуда?

— Вы что, это запрещено. Магия, что воздействует на разум. Нельзя, — Еж хлестнул мишень водным хлыстом.

— Так, спасибо, это было важно. Значит, в основном, работает сам клиент, а мастер лишь помогает ему.

— Да, именно так. А почему вы спрашиваете?

— Думаю, что сделать для Рихарда, что можно пустить в массовое производство.

— Тогда лучше сделайте артефакт, который позволяет девушкам быстро выбрать наряды, — скривился он. — А то Тилли вечно по два часа собирается!

— Думаю, вмешиваться в такой процесс опасно, — вдруг сказал Ветер. — Они же не просто ищут себе удобную и красивую вещицу, а настраиваются на предстоящую встречу. Лучше подождать и получить довольную женщину, чем быстро и недовольную.

У Ежа даже рот приоткрылся от такого философского спича. А я рассмеялся, ведь воздушник был абсолютно прав.

— Тогда я теперь даже не знаю, что показать Рихарду.

— Так, вы же протез сделали, шеф. Он очень хорош. Вообще, все эти штуки, которые облегчают жизнь для покалеченных людей — очень важны. Магия может вылечить, но вернуть ногу или руку — нет. Так что вы всегда будете востребованы с такими изобретениями.

— Но они тоже индивидуальны и делаются под конкретного человека.

— А это повышает их стоимость, — с улыбкой закончил водник.

— Ладно, остановлюсь на этом, — маги не сильно помогли, но мысль о протезах все равно хороша.

— А магия может вылечить повреждение позвоночника? — спросил я, задумавшись об экзоскелете.

— За большие деньги, может, конечно. Элитные лекари могут поставить на ноги даже того, у кого этих ног нет. Протезы, вставки, замена костей…

Он говорил что-то еще, но я уже подумал об усилении тела по типу моего штампа. Меня бросало из стороны в сторону, не знал, какому изобретению отдать предпочтение. Даже снова вернулся к мыслям о защитных заклинаниях.

Нет, нужно что-то простое и элегантное. Маленькое, с виду обычное, но при этом со множеством сюрпризов. К примеру, кольцо, с помощью которого можно обнаружить скрытые заклинания.

И я занялся делом. Тем более, в моем распоряжении была подставка от Ивушкина, которая подсвечивала магию, даже для тех, кто не был артефактором.

Мы с Алексой сделали несколько вариантов, правда, пришлось просить Матильду выдать мне несколько украшений, а то я такое не носил. Ведьма с интересом изучала то, что я делал, и вдруг сказала:

— А можно добавить в него заклинание, чтобы не потерять его?

— Интересная мысль. Но обычно же вы такие вещи храните в шкатулках и точно помните, где что оставили.

— А если украдут? Получается же не просто украшение, а дорогой артефакт, — пожала плечами ведьма.

— Давай попробуем. Использую часть из твоего проклятья.

— Уже существуют простые поисковые заклинания. Вот стражники им пользуются, если пропал человек. Здесь же, получается, наоборот, да? А как тогда искать?

— Подожди, не тараторь, — я поднял руку. — Думаю, маг должен сам ощущать это. Как ты видишь меня, потому что на мне остатки твоей магии.

— Логично. Одна капля крови и все, ты в курсе, кто стащил твое имущество. Но он будет видеть тогда сразу все украшения, а не конкретное.

— Ты не облегчаешь мне задачу, — рассмеялся я. — Но я попробую, что-нибудь придумать.

В голове уже выстраивался план, а руки продолжали работать. Все же, я безумно любил таким заниматься. Строчка за строчкой я выписывал структуру кода, добавляя и убирая детали. Мне хотелось сделать что-то внешне простое, но с возможностью расширить функционал, в зависимости от стоимости.

Пока я этим занимался, в блокноте появилось просто заклинание поиска, настроенное ауру хозяина вещицы. Да, оно не универсальное, но многоразовое. Можно стирать и перезаписывать код привязки, если нужно, к примеру, продать вещь.

Путанно, сложно, многострочно, но мне настолько нравился весь процесс, что вскоре я уже добавил это заклинание на все личные предметы. Пусть будет. По крайней мере, если я сам потеряюсь, что меня точно смогут найти.

Все это заняло порядочно времени, но когда я закончил, был в приподнятом настроении и совсем не чувствовал усталости. Ее я ощутил, когда снял телефонную трубку и набрал номер Рихарда с его визитки.

Буквально на третий гудок, трубку сняли, и мне ответил его секретарь. Медленно и очень обстоятельно он выяснил, кто я и зачем звоню. И только убедившись, что я не собираюсь ничего продавать и просить у Рихарда денег, он пригласил торговца к телефону.

— Тимофей Викторович! Как я рад вас слышать! — услышал я бодрый голос. — А я все думаю, почему вы мне не звоните так долго. Хотя я сначала думал выждать хотя бы месяц. Все же мой список не на пару часов работы. Но вы же не просто так позвонили! Рассказывайте! Я хочу знать все!

— У меня есть несколько наработок, могу показать. Когда я могу приехать? — как же он много говорил!

— Я жду вас в любое время дня и ночи! — с готовностью отозвался Рихард. — Мобиль за вами прислать?

— Присылайте.

— Ожидайте. Через сорок минут мой мобиль будет у вашего крыльца! — сказал и сразу же отключился.

Немного времени у меня было, и я решил, что самое время перекусить, а то пока туда скатаюсь, пока обратно, совсем оголодаю. Еж, как чувствовал, и уже нажарил маленьких оладий, которые просто таяли во рту. Удивительное дело, все, что можно было приготовить на сковородке, у него получалось просто изумительно. А если добавить к этому любовь Матильды к разного рода вареньям и джемам, то выходило просто роскошное пиршество.

Все было настолько вкусным, что я не мог оторваться, но все же нашел в себе силы через полчаса подняться и собрать все, что я мог показать Рихарду. Я рассчитывал, что он купит что-то сразу.

Еще я надеялся, что смогу получить у него немного информации о том, что сейчас более востребовано на рынке артефактов.

В дверях показалась Матильда, с восторгом сказав, что возле крыльца остановился роскошный мобиль. Я уже и сам об этом знал — Алекса успела предупредить, едва водитель проехал первый круг защиты.

До особняка Рихарда доехали быстро, то ли время было уже позднее, то ли я сам торопил события и хотел оказаться в его доме быстрее.

— Тимофей Викторович! Наконец-то! Я уже извелся. Проходите! Пройдемте сразу в кабинет, вы мне все покажете.

С того момента, как я был здесь в последний раз, многое изменилось. Особняк уже не выглядел недоделанным, а сиял законченным ремонтом и новыми заклинаниями.

— Вы все делаете с применением магии? — вдруг спросил я, когда мы уютно устроились в кабинете.

— Да, а как иначе, удобно же, — пожал плечами Рихард.

Он не сел за свой стол, а придвинул ко мне журнальный, чтобы мне удобнее было показывать артефакты.

— Что вы для меня сделали? — нетерпеливо спросил он.

Я сначала вытащил подставку Ивушкина, а потом на нее положил украшения. Вокруг них сразу появились магические линии. По крайней мере, так их видел Рихард. Я же смотрел на четкие строчки кода. Потрясающая способность!

— И что я должен тут понять? — медленно спросил он. — Я же не артефактор, для меня эти потоки полная — бессмыслица.

— Сейчас объясню, — любезно ответил я. — Здесь заклинание, которое настроено на поиск утерянного.

— Зачем, все знают, что не так сложно найти потерянное. Заклинание поиска — одно из самых популярных. Люди постоянно теряют вещи.

— Как работает это самое популярное заклинание?

— Поисковик настраивается на ауру того, кто носил вещь или брал ее в руки, а потом сканирует пространство, чтобы его найти.

— Поисковик — это любой или специализированный маг?

— Конечно, специализированный! Их услуги стоят недорого, таких магов на каждом шагу можно встретить. Но есть и обычные маги, которые используют артефакт поиска.

— Хорошо. А что, если сама вещь будет иметь заклинание, чтобы его найти? Как сигналка? Например, чаще всего люди теряют кошельки и ключи. Не будет же ради такого сначала бегать искать специалиста, а потом бегать с ним по городу, вспоминая, в каких местах был. Нет. Я предлагаю идти от обратного. Здесь у меня простые кольца. На них есть заклинание, оно пока не настроено на конкретного человека, тут мне нужна капля крови.

— Но такие заклинания тоже есть. Правда, настройка на ауру довольно тонкая работа, и чаще всего люди накладывают такое заклинание на дорогие вещи.

— Я же предлагаю аналог, который не требует долгой настройки.

— Капля крови, говорите? — Рихард поднялся, взял со стола нож для вскрытия конвертов и уколол себя за палец.

Через мгновение он уже размазывал рубиновую каплю по одной из колец. После, вытерев кожу салфеткой, вопросительно посмотрел на меня. Я кивнул и забрал кольцо.

— Отвернитесь. И прислушайтесь к себе.

Я бесшумно заходил по комнате и внимательно следил за движениями головы Рихарда.

— Удивительно, но я четко знаю, где кольцо. Как у вас так получилось? — изумленно спросил он и обернулся.

— Пересмотрел простые заклинания, — туманно ответил я. — Еще я хотел у вас узнать, что сейчас самое востребованное на рынке.

— Почувствовали запах денег? — усмехнулся Рихард. — Я случайно услышал, что вы сделали протез для одного человека. И очень качественный.

Это было очень неожиданным. Не думал, что такие новости могут дойти до Рихарда.

— Удивлены? Уж простите. Я должен быть в курсе всего, что твориться в мире дорогих товаров, особенно если дело касается артефактов. Но я не видел протеза. Слышал только. Говорят, его не отличить от настоящей руки.

— Добавил изменение температуры в зависимости от окружающей среды, плюс мягкость кожи. Так разве не делают?

— Чем больше заклинаний, тем сильнее они мешают работе друг друга. Вы не знали?

— Вы же знаете, что я самоучка. Прописные истины прошли мимо меня, — пожал я плечами.

— Так это же отлично! — с восторгом отозвался Рихард. — Вы не отягощены знаниями и опытом. Вы чистый лист, а значит, ваши работы дороже.

— Но к сожалению, я не знаю, что нужно сейчас, что ценится и так далее. Не хочу заново изобретать велосипед, раз его уже до меня два раза создали.

— Да, это верно. Я готов предоставить вам нужную информацию! Если хотите, начнем прямо сейчас, оставайтесь на ночь. Я сплю мало, и у меня есть отличные бодрящие артефакты.

Идея мне понравилась, и мы сразу же начали обсуждать. Оказывается, у Рихарда имелась подборка статей и списков артефактов. Даже были и такие, что можно причислить к категории «из области фантастики»: громоздкие по структуре магии и чаще всего какие-то статусные предметы.

Среди них я нашел магическое удостоверение личности. Идея хороша, но если у тебя нет магии, то и этот паспорт не будет работать. Я не разделял стремление Рихарда все написать силой, а больше полагался на простую механику, считая магию лишь дополнительным бонусом.

Мы так погрузились в работу, что когда у меня из кармана раздалась мелодия, я аж вздрогнул.

— Это что такое? — с любопытством спросил Рихард.

Я достал блокнот и увидел сообщение от Матильды. Она спрашивала, буду ли я сегодня дома ночевать. Быстро черкнув ей, что нет, останусь, я посмотрел на Рихарда.

Вот только стоит ли ему рассказывать про мой вариант быстрого обмена сообщениями? Я вдруг вспомнил Воронова и нашу с ним совместную работу. У него тоже вот также горели глаза, когда я показывал ему очередной проект, который собрал днем ранее на коленке. В глазах Леши сразу же появлялись значки долларов, которые он подсчитывал с прибыли.

И сейчас то же самое я видел у Рихарда.

С другой стороны, деньги меня сейчас были очень нужны. Что же выбрать?

Глава 19

Я думал еще несколько мгновений, а потом положил блокнот на стол и пододвинул его к торговцу.

— Это мое собственное изобретение. Только я имею на него все права и запрещаю его копирование без моего ведома. За подделку или копирование артефакта, структура заклинания будет полностью разрушена, — четко проговорил я.

Рихард кивал в такт моим словам и одновременно отбивал ритм пальцами. Сначала я подумал, что он так думает, но потом увидел скрытое заклинание записи, которое он так запустил.

— Я тоже это зафиксировал, — проговорил я, и Рихард очень внимательно на меня посмотрел.

— Чувствую, что опыт у вас был не сахар, — понимающе сказал он. — Тогда расскажите мне про ваш блокнот. Что это и как этим пользоваться?

— Это возможность быстрого обмена сообщениями между людьми. Для этого нужно, чтобы блокнот был у каждого человека. Для закрепления заклинания достаточно капли крови. Все.

— Не понял, — остановил меня Рихард. — На каждого? То есть не два мага, а больше?

— Сейчас у меня шесть блокнотов. Я могу отправить сообщение всей группе или конкретно одному из своих людей.

— И как же вы это сделали? Мгновенная передача? Я в это не верю, — он картинно взмахнул руками.

— Способ изготовления — мой личный секрет, и я его вам или кому-то другому, раскрывать не буду, — улыбнулся я.

— Но хоть один экземпляр дадите? — заискивающе спросил он.

— Да, даже парочку, — как знал, что пригодятся.

— И как их активировать?

— Как я и сказал, нужна капля крови. Я сделал только тестовый образец на свою команду и пока не думал о распространении блокнотов.

— Но уже произнесли фразу про ваше изобретение и права на него, — задумчиво ответил Рихард. — Как же тогда?

— Придется изучать артефакт старым дедовским способом проб и ошибок, — пожал я плечами. — Я знаю, что и как делать, могу составить шаблонное заклинание, которое несложно будет закрепить на бумаге.

— Но как же вы сохраните свой секрет? Как только изделие появится в обществе, все артефакторы захотят узнать, в чем его смысл.

— Пусть попробуют, — улыбнулся я. — Если они и сделают копию, то не факт, что она заработает.

— Вы либо гений, либо гений, — восторженно сказал Рихард. — Сколько вы готовы для меня сделать на первых этапах? Три, пять? Десять? Я готов уже сейчас купить двадцать!

— Остановимся на двадцати. Однако каждый из новых владельцев должен будет привязать блокнот не только к себе, но и к собеседнику. Это по сути, замкнутая система.

— И никто, кроме владельцев, видеть текст не будет?

— Нет. Пока выдает себя только звук, но это тоже можно убрать, перелистнув страницы.

— Тимофей Викторович, вы же понимаете, что это потрясающее изобретение для разведки? — медленно проговорил Рихард.

— А чем они сейчас пользуются?

— Магической почтой. Тоже завязка на ауру, но можно отследить. Ваши же блокноты — нет. Обычные записи в нем можно делать?

— Да, зачарованы всего несколько первых страниц.

— Всего! Вы бы слышали себя! — он вскочил и закружил по комнате. — Вы готовы завтра с утра поехать со мной в министерство?

— И что они мне могут предложить?

— Как что⁈ Постоянный контракт, деньги!

— И только? — с некоторой ленцой спросил я.

— Тимофей Викторович, — потянул Рихард, — а вы не промах. Я восхищен. Восхищен! Сразу зрите в корень.

— Вы в любом случае получите свой процент от этой сделки, — я укоризненно посмотрел на него. — Не перегибайте палку.

Торговец погрозил мне пальцем и улыбнулся.

— Вы все уже заранее продумали, да? — спросил он.

— У вас есть связи, у меня — изобретения. Почему бы нам не объединить наши усилия? К тому же я человек новый в этой сфере.

— Не боитесь, что обману вас?

— Вы? Меня? Неужели вы рискнете своей репутацией ради денег? Да и потом, с блокнотами я не стану богачом. Это не тот уровень.

— Вы правы. Но в любом случае вы за один раз шагнете через много голов, которые бьются не один год, чтобы хоть как-то заинтересовать власть имущих.

— Одна только просьба, — я покрутил блокнот в руках, — пусть это все будет только для разведки. Не для боевых задач.

— Отдельно впишу это в договор. Думаю, у них не будет иных вариантов, как согласиться, — он с любопытством посмотрел на меня. — Как я понимаю, и такое вы тоже отследить можете?

Конечно, я кивнул, хоть и не думал о том, что нужно добавить еще и блок памяти на такой случай. Все же про разведку предложил Рихард, и мне пришлось соображать на ходу. Но если все получится так, как я подумал, то это действительно резко изменит мой статус среди высшего общества.

Опять посыплются приглашения на приемы! Как я это все не люблю.

— На этой чудесной ноте предлагаю перекусить, и мой помощник покажет вам вашу комнату, — сказал Рихард поднимаясь. — И знайте, я всегда рад видеть вас в своем магазине, в любое время суток.

— Здесь тоже планируете открывать точку? Расскажите, почему именно Дубровск? Он же не такой большой, как остальные города под Мосградом.

— Зато здесь интереснее! В одну сторону гляну: юное дарование артефакторике учится, в другую посмотрю: диковинный протез появляется. Как же я мог пропустить такое веселье.

— Уже познакомились с дарованием? — я улыбнулся краем губ.

— Нет, семья Крестовских очень тщательно оберегает свою жемчужину, — с иронией сказал он. — Организуете?

— Посмотрим, что можно сделать. Я хоть и помог, но право голоса всегда остается за ее родителями.

— Значит, это правда, что вы ее нашли на каком-то рынке между коробок? — его брови удивленно поднялись.

— Какие у вас недостоверные слухи! Право же, найдите источник поприличнее.

Рихард рассмеялся, и мы пошли в столовую, где уже накрывали легкий перекус. Хотя с учетом количества тарелок, блюд и мисок, это вполне тянуло на маленький пир.

— Кухарка у меня отменная. Лучшая, какую нашел в этом городе, — не без гордости сказал он.

— И вы решили надолго здесь остаться? — сказал, подцепив с блюда крошечный бутерброд.

— До поры до времени, — Рихард неопределенно махнул рукой. — В Дубровске так много всего интересного. Я даже не знаю, на что обратить внимание.

Неспроста он тут, не из-за меня ли? С одной стороны, столичный гость повысит престиж города, сюда потекут новые покупатели и артефакторы. Власти в выигрыше. С другой, я собираюсь начать небольшие боевые действия против Воронова. Одна мысль про эту сволочь мне аппетит портит. Плюс исследования магической бури и слияние миров. Я вдруг посмотрел на Рихарда с интересом. Знает ли он что-нибудь об этом?

— Скажите, у вас нет прибора, который бы измерял магическую активность? — спросил я.

— Какой неожиданный вопрос, — он отложил вилку и внимательно на меня посмотрел. — А зачем вам?

— Интересуюсь теорией магических сил, — туманно сказал я. — Познакомился с изумительный ученым, она навела меня на мысль, что магия имеет пластичность и может меняться. Вот теперь мне тоже стало любопытно.

— А сами почему не сделаете?

Этот вопрос поставил меня в тупик на целых десять секунд, в течение которых я смотрел, как Рихард успел съесть целых три бутербродика.

— Даже не знаю, с чего бы я начал, — наконец, нашелся я. — Так получается, у вас такого прибора нет?

— Тимофей Викторович, наука — это пустой для коммерсанта сектор, — пожал он плечами. — Но если вы что-то сделаете, что-то такое, что поразит общественность и станет, несомненно, нерядовым прибором. А еще лучше, если он поможет сделать важное открытие, то я с большим удовольствием его у вас приобрету, а потом подарю научному центру.

— И они назовут корпус в вашу честь, — с иронией в голосе добавил я, вспоминая похожие случаи из моего мира.

— А что, так можно было? — на полном серьезе спросил Рихард. — Я даже как-то не задумывался. Спасибо за идею, Тимофей Викторович.

Он начал задумчиво размешивать ложкой чай, основательно над чем-то ломая голову, а потом вскинулся и крикнул:

— Леонард! Иди-ка сюда!

Не прошло и минуты, как помощник торговца появился в дверях.

— Звали?

— Конечно, звал, я же крикнул твое имя, — рассмеялся Рихард. — Вот что, составь список того, что я за год дарил императорским службам.

— От какой стоимости?

— От… — Рихард бросил на меня взгляд и спросил, — а если я дарил что-то маленькое?

— Нет, тогда это простая благотворительность. Обязательно нужно что-то полезное и общественно значимое.

— А в ответ они мне?..

— Именную табличку, награду, можно попросить присвоить ваше имя какой-то части здания. Название зала, тоже неплохо.

— Торжественный зал имени Рихарда! — он развел руки, показывая размер таблички. — Мне нравится. Леонард, сделаешь?

— Боюсь, список получится коротким, — с печалью в голосе ответил помощник.

— Ну так придумай! И узнай все, за что в этом городе могут дать табличку! — закричал он вскакивая. — Я хочу свое имя на здании!

Таким я Рихарда еще не видел. И он сам это понял, потому что резко сел на стул и одернул пиджак.

— Прощу прощения, Тимофей Викторович.

— Думаю, я лучше поеду. Вы мне дали идею на счет уловителя магии, а я вам по поводу подарков для города.

— Да, и про министра не забудьте. Как только я договорюсь, я… — он прищурился, — могу же я написать вам мгновенное сообщение?

— Конечно, давайте я добавлю вашу кровь на заклинание.

Блокнот появился в столовой в долю мгновения, а еще через полминуты, Рихард уже проверял его, витиевато выводя замысловатое приветствие.

— А как я могу добавлять новых людей для общения?

У него аж глаза горели.

— Кого вы хотите добавить?

— Леонард! Иди сюда! — требовательно крикнул Рихард. — Тимофей Викторович, его добавьте.

И снова одна рубиновая капля и очередное приветствие. Правда, помощник выразил свое изумление более сдержанно. Думаю, я не сильно ошибусь, если скажу, что у него в голове появилась бегущая строка: «Теперь-то он меня везде достанет!»

На этой ноте мы распрощались. Я сел в его мобиль, и водитель, не задавая вопросов, повез меня в сторону дома.

А ведь действительно, почему я сам не сделал прибор, что измеряет изменения в магии? Потому что и не думал его делать. Да и зачем мне он?

Изучать слияние миров? Все это настолько зыбкие понятия, что я в них не особо верил, считая чем-то вроде изменения климата или приход циклона. Пока это не станет прямой угрозой, я не видел смысла волноваться.

Но даже решив так, не оставил мысли про прибор. На эту тему я чуть позже переговорю с Трудовой, возможно, она сможет что-то подсказать.

Все это я оставлю на завтра, а сейчас: душ, кровать, сон.

* * *

Я ожидал, что меня разбудит Алекса со словами, что звонит Рихард и приглашает на прием к министру. Но не в восемь, не в десять заветная трель телефона так и не раздалась.

Да, возможно, министр, сидящий в столице, не обладает свободным временем для встречи с Рихардом. Пусть он и большая шишка, но порой умеет быть назойливым. Я не удивлюсь, если звонки Рихарда добавлены в некий аналог черного списка. Но с другой стороны, раз торговец обещал встречу с министром, у меня не было оснований ему не верить.

На всякий случай проверив блокнот, вдруг Рихард решил связаться со мной через свою новую игрушку, я все же решил заняться более интересными вещами. И тут же застыл, не зная, за что взяться.

— Алекса, что сейчас актуальнее всего? — я решил задать этот вопрос той, кто точно владеет большей частью информации, нежели я сам.

— Согласно моим расчетам, протезы и обмен сообщениями. Поскольку уровень развития данного мира не позволяет создать сеть мобильной связи, я бы выбрала именно такой способ передачи данных.

— А что касается слияния миров и того же Воронова?

— Без доступа к расширенным сведениям по этим вопросам, я не могу предоставить корректный ответ.

— И все же?

— Слишком много переменных, Тимофей Викторович.

— Хорошо, а что думаешь о сырой магии и о том, что универсальные маги используют именно ее?

Я вдруг понял, что совсем не использовал Алексу, как простую базу данных. Она же запоминала все, что видела и слышала. Вот только задавать вопросы следует аккуратно и конкретно. Ведь перед глазами у меня нет перекрестных ссылок с краткой информацией!

— Если понятие «сырая магия» можно выразить в отсутствии возможности формирования конкретных заклинаний, то я полагаю, это и есть универсальная магия.

— Пожалуйста, говори нормально, — поморщился я.

С тех пор как она посидела в заточении, ее откатило к каким-то бюрократическим настройкам.

— Есть два варианта использования магии, — чуть другим тоном сказала Алекса. — Первое: маг сам и сразу формирует заклинание, как Ветер, Еж, Тень. Вам же нужен проводник в виде кода, который за вас преобразует чистую силу в то заклинание, которое вы хотите.

— Преобразователь получается. А ты не подгоняешь факты под теорию? — я вдруг вспомнил фразу Трубовой.

— Не имею такой привычки, — Алекса появилась напротив меня и плавно опустилась в кресло. — Поэтому многим магам здесь нужны артефакты, чтобы использовать несвойственные им заклинания. Они ограничены только одной способностью. Вы же — нет. Хотите, создайте воздушный кулак или фонтан.

— Но для этого мне сначала нужно написать код.

— А он просто копирует структуру заклинания.

Мы ходили по кругу этим диалогом, но это помогало мне развивать свою мысль дальше.

— Скажи, а магия богини? Какая она?

Алекса ответила не сразу, задумчиво уставилась в окно и, видимо, проводила анализ имеющейся информации. Я ждал, нетерпеливо отбивая ритм, как и Рихард у себя дома.

— Структура заклинания той сущности состоит из огромного количества символов. Думаю, что она дала основу для ритуала ведьмам, и те ее используют. Как и вы.

— Но а сама богиня?

Вместо ответа передо мной повисло полотно символов.

— Это копия того заклинания, которым стерли с подопытного Брусиленко.

— Сергея? — вспомнил я имя парня.

— Да. Однако, даже имея эту структуру, я не могу вам сказать, сама она ее сформировала или использовала заготовки. Я бы склонялась к варианту ее собственной магии, так как сущность бестелесная и каких-либо материальных или других носителей для создания заклинания я не обнаружила.

— А может она сама быть носителем? Код же тоже нематериальный.

Здесь Алекса зависла основательно. Я успел сделать себе кофе, перекинуться парой слов с Ежом, а помощник все сидела и сидела в кресле.

Через двадцать пять минут я не выдержал и позвал ее.

— Алекса, дай мне хоть какую-то информацию!

— Тимофей Викторович, я провожу анализ достаточно большого количества данных, подождите, пожалуйста, — отозвалась она. — Мне нужно еще полчаса.

Отставив ее в покое, я снова проверил блокнот, чтобы снова убедиться, что Рихард пока не дозвонился до министра. Нужно будет сделать еще таких штук тридцать. Да, обещал-то я на десяток меньше, но заначку на случай непредвиденных обстоятельств иметь все же нужно.

Упомянутые Алексой полчаса прошли, и она вздрогнула.

— Что ты выяснила?

— Опираясь на данные, что сама сущность упомянула, что пришла из другого мира, и добавив к этому отчет по ней само́й, я пришла к выводу, что она и есть тот самый носитель, в который вписаны все заклинания.

— То есть, она и есть тот самый код, который может сотворить любую магию? Ходячая база данных?

— Термин «ходячая» некорректен, Тимофей Викторович. Она не материальный объект. Она…

— Сам код, — закончил я за помощницу. — Да она же как ты. Только без чипа. Сама по себе. Поэтому ты смогла изменить свои настройки и поэтому менялась, после общения с богиней.

— Да, я использовала части ее заклинаний, чтобы сделать себя лучше.

— Да в рот мне код! Она аватар! — я вскочил, заходил по кабинету.

Огромное количество данных выстраивалось в голове в четкую картинку. Если попаданец в этот мир смог сотворить такую сущность, то чем я хуже⁈

— Тимофей Викторович, — Алекса прекрасно знала, о чем я думаю. — У вас не такого запаса силы, чтобы сделать точно такой же аватар.

— Значит, я ее найду, — я стукнул кулаком по ладони. — Это совершенная модель. Идеальный код магии!

Глава 20

Идея, что я смогу создать, пусть и не сейчас, но вообще, идеальный код, который сможет формировать любые заклинания, так меня захватила, что я еще полтора часа не мог прийти в себя.

Над ухом, не переставая, зудела Алекса, но все ее уговоры взять себя в руки совершенно не работали. Я ходил из угла в угол, открывал дверь, шел до хранилища, смотрел на все, что в нем лежит, уходил, чтобы через десять минут уже вдыхать свежий ветер, стоя на улице.

В какой-то момент уже даже спокойный Еж не выдержал и встал у меня на пути.

— Шеф, а я тут блинчики сделал, будете? Ваши любимые с черничным вареньем.

Я удивленно на него посмотрел, перевел взгляд на целую стопку поджаристых блинов, и было отказаться, но желудок болезненно сжался, требуя его покормить. И я кивнул.

Так, одна большая тарелка спасла мне разум.

Вскоре за стол подтянулись все остальные. Ветер с неизменно каменным лицом и Матильда. Она сразу же начала щебетать про новые ткани в ее любимом магазине. Я знал, что она делает — отвлекает меня. Вся команда видела, что со мной что-то происходит, но делала вид, что все в порядке.

И только это помогло мне чуть позже отреагировать на звуковой сигнал блокнота адекватно. Пока думал об идеальном коде, я бы на сообщение Рихарда и ухом не повел, а сейчас даже был рад ему.

«Добрый день, Тимофей Викторович! Прием у министра состоится в шестнадцать часов. Машину выслал. Р.»

«Принято», — коротко ответил я и поднялся из-за стола.

— Мне ехать с вами, Тимофей Викторович? — сразу же спросил Ветер.

Я на мгновение задумался, а потом кивнул, слишком уж я привык, что он за моей спиной, к чему нарушать традиции.

— Как думаете, что лучше всего надеть на прием министра? — спросил я, посмотрев на Матильду.

— Сейчас все сделаю! Все будет в лучшем виде! — она подскочила и побежала мыть руки. — Поднимайтесь к себе! У меня для вас есть костюм!

Это она уже кричала на бегу. Еж закатил глаза, видимо, ему тоже доставалось из-за его привычки носить простые рубахи и темные брюки. Только, наверное, Ветер не попал под желание Матильды переодеть всех, потому что он отличался безукоризненным вкусом в одежде.

Я поблагодарил водника за блины и неторопливо поднялся в спальню. Ведьма уже была там.

— Ты научилась телепорту? Я же только что видел, как ты уходила в ванную! — изумился я.

— Когда есть цель — препятствий не видишь, — с широкой улыбкой сказала она.

— Показывай, что у тебя там, — я кивнул на объемный чехол с вешалкой.

— Вы будете в восторге, Тимофей Викторович! Ваши первые костюмы сейчас набирают популярность! Девочки мои просто в восторге, от покупателей отбоя нет. Но мы чуть изменили дизайн, чтобы ваши пиджаки всегда от них отличались. Так сказать, личный стиль.

— И покупатели не ворчат?

— Еще бы они ворчали! Когда они знают, что ателье шьет для самого Зарницкого, да еще по его дизайну! Видели бы вы сейчас магазин, его пришлось расширить.

Она все говорила и говорила, а ее ловкие пальчики уже вытаскивали новые вещи. Затем Матильда вешала их на дверцы шкафа, подробно рассказывая об особенностях каждого костюма. Они все были черными, но отличались буквально мелочами.

Я придирчиво осмотрел их и остановился на одном. Он мне сразу понравился: на воротнике-стойке вышиты мои инициалы золотой нитью, а по краю шел интересный узор, напоминающий молнию. Точно так же были отделаны края пиджака и пояс брюк.

Помимо этого, косой борт шел снизу вверх прямо, а чуть закруглялся к горловине. Все это держалось на пуговицах с монограммой, тоже сделанной золотом.

— Прекрасный выбор, — чуть ли не пропела Матильда, — я обязательно передам Мари, что вы выбрали именно ее костюм.

— У вас там еще и соревнование, что ли? — усмехнулся я.

— Конечно! Вы же появитесь в этом перед высшим светом, как иначе? У нас даже есть своего рода таблица лидеров.

— Надеюсь, ты на первом месте?

— Хотелось бы, — вздохнула она, но потом улыбнулась и добавила, — но я всегда беру приз зрительских симпатий.

Она добавила к моему образу крохотный платок, запонки и дорогой пояс. Отражение в зеркале мне весьма понравилось.

— Все, вы готовы! — с гордостью произнесла ведьмочка. — В таком даже жениться не стыдно.

«Фиксирую мобиль с водителем, проехал первую линию защитного барьера,» — раздался в голове голос Алексы.

— Спасибо, Матильда. Мне пора, водитель уже на подходе.

— Всегда рада помочь!

Внизу меня уже ждал Ветер с чемоданчиком, в котором лежали блокноты, поэтому я, не задерживаясь, вышел на крыльцо. Водитель уже остановился и открыл дверь, приглашая меня в уютный салон.

— Тимофей Викторович, — сказал водитель, — господин Рихард поручил отвести вас во «Франко Рест», для важной встречи.

Алекса подсказала, где именно находится это заведение. Мы как-то проезжали мимо него. Считалось очень и очень престижным. Столики там бронировали за месяц. Мне будет интересно посмотреть на местный дорогой ресторан.

Так, стоп.

— А зачем мы едем во «Франко Рест»? Разве министр в Дубровске?

— Простите, я не владею информацией, с кем вас будет ждать господин Рихард, — отозвался водитель.

Мы с Ветром переглянулись. Пластинки с боевыми заклинаниями я, конечно, взял, но, надеюсь, они не понадобятся.

Мобиль въехал в город и, петляя по улочкам, вырулил на центральную площадь. Вывеска ресторана была видна издалека: ярко-красная, с вензелями и многочисленными лампочками. Окна во всю стену привлекали внимания, но и в то же время не мешали посетителям. Стекло было зачарованным, и изнутри клиенты могли видеть улицу, а прохожие видели лишь картинки сидящих за столиками. Дорого, помпезно, стильно.

Водитель припарковался и вышел вместе с нами. Он проводил нас к администратору и протянул белый прямоугольник визитки. Очаровательная девушка кивнула и сразу же повела нас в нужный кабинет. Да, здесь, оказывается, помимо основного зала, были небольшие кабинеты для приватных разговоров. Как я понял, там можно было установить полог, чтобы беседу точно не могли подслушать.

Едва мы приблизились, из одного такого кабинета выглянул Рихард.

— Тимофей Викторович! Я как раз вас жду.

— Добрый день, — я заглянул внутрь, но кроме торговца, больше никого не было.

— Понимаю ваше удивление, но министр в столице, а мы с вами в Дубровске, — обезоруживающе улыбнулся он. — Но скоро придет телепортер, и этот вопрос мы снимем.

— Он сможет переместить сразу троих?

— Я пойду первым, а вы сразу за мной. Я все предусмотрел. Блокноты с вами?

Я кивнул на Ветра и чемоданчик в его руках. И в этот же момент в ресторан зашел Дягилев. Увидев нас, он притормозил, но потом сжал губы и подошел.

— Добрый день, господин Рихард, Тимофей Викторович, Владимир, рад вас видеть, — он пожал руку каждому из нас.

Мы зашли в небольшой кабинет. Тут было место не только для стола и стульев, но и пространство перед этим.

— Так вы знакомы? Тогда еще проще, — просиял торговец. — Тогда предлагаю перекусить и сразу же отправляться. Я забронировал этот кабинет на весь день, думаю, успеем еще поесть по возвращении.

— Нет, знаете, я все же откажусь от перекуса до прыжка, — я вспомнил один из прыжков с Артемом, когда я еле удержал содержимое желудка, и с интересом посмотрел на Рихарда. — А вы уже прыгали когда-нибудь?

— Нет, предпочитаю обходиться комфортабельным мобилем. А это так важно?

— Просто любопытно стало.

— Мне поручено доставить вас в центр Мосграда, — нахмурившись, сказал Дягилев. — Все в силе?

— Это в тот переулок? — уточнил я. — Думаю, это отличный вариант.

— Тогда прошу сложить вещи и сразу же отправимся.

Это заняло еще десяток минут, Рихард все задавал вопросы один за другим, и мне хотелось плюнуть на все и прыгнуть самому. Едва сдержался!

— Господин Рихард, вы первый, — сказал Артем и протянул ему руку. — Держитесь крепче. Как только окажемся в Мосграде, сразу сделайте шаг в сторону.

— Там есть фонтанчик недалеко, буквально пара шагов, — я не смог не сказать этого.

— Какой фон…

Договорить он не успел, потому что уже переместился. Надеюсь, он сможет удержать свой обед, ведь судя по полупустой чашке и едва заметным крошкам, Рихард успел перекусить.

Ждать Дягилева нам пришлось буквально две минуты, он появился так же неожиданно, как и исчез.

— Как там знаменитый Рихард? — улыбнулся я.

— Словами не передать, — вздохнул Артем. — Ругался на чем свет стоит, бледный, глаза дикие. С новичками всегда так. Готовы?

Я кивнул, Дягилев взял нас с Ветром за руки, и в следующее мгновение я уже вдыхал ароматы из булочной по соседству в центре Мосграда. Рихард сидел на лавочке и тяжело дышал.

— Как вы? — заботливо спросил я его.

— Вы были правы, фонтанчик мне пригодился, — проворчал он. — Ненавижу телепорты.

— Вы не против, если я схожу в соседний магазин? Там, говорят, лучший шоколад в этой части города.

Услышав про еду, Рихард позеленел и торопливо замахал рукой, мол, идите уже и оставьте в покое.

Артем сказал, что будет ждать от нас звонка, и испарился.

— Шоколад вы здесь не купите, Тимофей Викторович. Зря вы так с ним, — сказал Ветер.

— Не смог удержаться, — пожал я плечами. — А почему не купим, я видел в витрине рекламу плитки.

— Судя по длине очереди, покупка сладости займет не менее получаса.

— Ладно, но потом все равно купим.

Местный шоколад был произведением искусства. Его действительно делали исключительно из натуральных продуктов. Я такой в своем мире даже рядом не пробовал.

Чтобы дать Рихарду время прийти в себя, мы сделали небольшой круг и вернулись к его лавочке. Он уже стоял на ногах и высматривал нас.

— До встречи у нас еще двадцать минут предлагаю пройтись пешком до ресторана, — бодро сказал он. — Мне же не станет плохо от всех запахов?

— Думаю, что нет. Этот неприятный эффект от прыжка должен быстро закончиться. Следующие перемещения проходят легче, — заверил я его.

— Точно? — недоверчиво спросил Рихард. — Поверю на слово, но проверять, пока не имею желания. Пойдемте, я знаю дорогу.

Весь путь занял гораздо меньше времени, чем обещал торговец, и у ресторана «Жемчужина Востока» мы были уже через десять минут. Неторопливо вошли, нас проводили к боковому столику. Здесь не было отдельных кабинетов, но стоял аналог пологов тишины. Он глушил только громкие разговоры, и при этом общий приятный звон приборов никуда не девался.

Интересное решение. Надо запомнить.

Министра еще не было, и мы сели на удобные диванчики. Соседние столы предусмотрительно пустовали: там должны разместиться охранники министра.

— Все забываю спросить, с кем конкретно мы встречаемся? — спросил я.

— Военный министр, Давыдов Иван Николаевич, — удивленно ответил Рихард. — Я разве вам не сказал? Совсем из головы вылетело.

— Но почему именно с ним, а не с секретарем, ответственным за артефакты, помощником?

— А, в этом плане. Так, Иван Николаевич — мой хороший друг и очень любит этот ресторан. Вот я и решил совместить приятное с полезным, — широко улыбнулся он. — Вас что-то не устраивает?

— Нет, просто удивился. На таком уровне я вопросы еще не решал.

— Будете! Можно сказать, сейчас вы начинаете налаживать связи. С вашими умениями…

— И вашим талантом к продажам, — добавил я.

— Мы горы свернем.

— Я не хотел бы посвящать все свое время разработке артефактов для разведки или для всего военного министерства. Больше склоняюсь к мирным вещам. Сделать жизнь людям проще и комфортнее.

— Это замечательное стремление, Тимофей Викторович. Благотворительность — это прекрасно, но только когда есть деньги. Снимать с себя последнюю рубаху я не собираюсь.

— Вы коммерсант до мозга костей.

— Приму, как комплимент, — ответит Рихард. — А чем бы вы хотели заняться? Вообще?

— Пока не решил.

— Вы уже много всего успели сделать. Такими семимильными шагами идете.

— О чем это вы?

— В газетах писали, что вы помогли уличить безумного ученого, найдя неопровержимые доказательства. Хотя об этом было крошечная статья. А вот стычка на дороге к Дубровску заняла аж три полосы.

— Да, от вездесущего ока репортеров никуда не денешься, — вздохнул я.

— Знали бы вы, сколько про меня пишут! Чего только не придумывают, — он бросил на меня лукавый взгляд, намекая, что ему интересно узнать, что из написанного журналистами, правда.

— Мне и самому это любопытно, откуда они берут данные, — я не повелся на его уловку.

Тем временем в ресторан зашла группа мужчин в одинаковых черных костюмах. Они внимательно оглядели зал, остановились на нас.

— О, скоро Иван Николаевич почтит нас своим визитов, — Рихард встал и одернул пиджак.

Я последовал его примеру и увидел, как в дверях появился крепкий, плечистый мужчина с гладковыбритым лицом и нахмуренными бровями. Вид у него был чрезвычайно недовольный. У меня даже возник вопрос, как эти двое смогли подружиться? Или то только на словах Рихарда?

— Иван Николаевич, как я рад вас видеть, — негромко сказал торговец, шагнув ближе.

Охрана тут же замерла рядом с ним и просканировала на предмет оружия и скрытых заклинаний. Причем в руках у них ничего не было, все дело было в особо сшитых костюмах. В них было магии напичкано, будто на новогодней елке.

Министр кивнул своим бойцам, и те почти сразу отступили.

— Рихард, и снова вы, — едва ли не скривился он и перевел взгляд на меня.

— Тимофей Викторович Зарницкий, — представился я и протянул руку.

Маги начали меня сканировать, но вот проблема, я машинально бросил на себя полог рассеивания. И охрана застыла, не понимая, что происходит. По сути, меня рядом в магическом плане меня не существовало для них.

— Зарницкий, — проговорил министр, — тот самый?

— Который, Иван Николаевич? — скупо улыбнулся я. — Который держал в страхе столицу или способствовал аресту Брусиленко?

— Юмор? Неплохо, — он тянул время, давая своим магам возможность вынести вердикт: опасен ли я или нет.

Так и стояли друг напротив друга, не двигаясь, буравили друг друга глазами.

— Не могу дать разрешение, — вдруг подал голос охранник.

— Не видите меня, да? А так? — я убрал полог.

И зачем я вообще его поставил? Машинально, уже не думая.

— Как вы это сделали?

— Геннадий, оставь его, — махнул рукой министр. — Мне уже давно сказали, что Тимофей Викторович остепенился и не творит дичь в общественных местах. Так ведь?

— Я пришел сюда не за разборками, а чтобы поговорить, — резонно ответил я. — Смысл воевать, если можно заключить сделку?

— Разумные слова, — ответил Иван Николаевич.

— Еще какие! — ожил Рихард. — Приглашаю к столу! Официанты только и ждут возможности принять наш заказ.

Поглядывая друг на друга, мы расселись. Тут же прилетела сама хозяйка заведения и, рассыпаясь в комплиментах, приняла заказ. Точнее, выбирал только я, а Рихард с Давыдовым остановились на варианте «как обычно».

О делах говорить решили после еды, чтобы не портить друг другу аппетит. Пока ждали еду, я беседовал с Алексой, краем уха слушая ничего не значащие фразы про погоду и светские новости.

Вскоре принесли здоровенные блюда: с рыбой и телятиной постоянным клиентам и густой суп для меня. Кормили здесь очень вкусно, я чуть ложку не съел, стараясь не выглядеть голодным.

И только когда пустые тарелки убрали со стола и принесли десерт, Рихард начал свою рекламную кампанию.

— Иван Николаевич, буквально вчера Тимофей Викторович показал мне прелюбопытный артефакт, созданный им. Средство мгновенной передачи сообщений. На расстоянии.

У него был такой загадочный голос, что я даже не сразу сообразил, что он про блокноты.

— И как это должно меня должно заинтересовать то, что придумал ученик Брусиленко и убийца Разумовского? — недовольно спросил Давыдов. — К тому же скрывающий свою силу маг, лишенный магии. А? Я вас спрашиваю! Решили теперь повеселиться с министрами? Вам мало тех двоих? На мое место метите?

Глава 21

Эта тирада Давыдова прошлась по самым больным местам. Я задумчиво смотрел на него, а потом откинулся на спинку дивана и лениво спросил:

— А зачем не это? Или за вами тоже скрывается целый полк скелетов в шкафу? Нет? Тогда меня это не интересует. Я здесь по приглашению Рихтера, который хочет улучшить систему обмена сообщениями между разведчиками. Если вам это не нужно, тогда мне здесь делать нечего, — я глянул на Ветра, и тот поднялся. — Всего хорошего и желаю удачи дальше общаться магической почтой.

Давыдов вскинул брови и потом поджал губы. Не такого ответа он явно ожидал. Но увидев, что я действительно собираюсь уходить, вскинул руку.

— Подождите, Тимофей Викторович. Не нужно так поспешно покидать это замечательное место.

Теперь мои брови изогнулись, но обратно я не сел, ожидал, что он еще скажет.

— Приношу свои извинения за такое неудачное начало нашей беседы, — произнес он. — Хотел посмотреть вашу реакцию. В последний раз, когда мы с вами виделись, вы убили моего коллегу. Пусть теперь я знаю всю вашу историю, но должен был убедиться, что вы не вспылите и не начнете здесь все крушить.

— Могу начать, если вас это устроит, — спокойно ответил я. — Вы готовы были рискнуть случайными свидетелями, чтобы меня проверить? Серьезно?

Министр обернулся, и в тот же момент все посетители ресторана поднялись и замерли, глядя на меня.

«Подставные гости, неплохо,» — подумал я.

— Я всегда хожу с группой поддержки на случай непредвиденных ситуаций, — без улыбки ответил Давыдов. — Тем более я знал, с кем иду на встречу.

— Выглядит сейчас, как угроза, — я глянул на министра. — Весьма очевидная угроза.

Взмах рукой и гости начали уходить из зала, осталась лишь личная охрана из пятерых человек, но и они отошли от нас дальше.

— Так что у вас за изобретение? — наконец, спросил Давыдов. — Рихард сказал, что это что-то поистине гениальное.

Я не отвечал, думая о том, хочу ли я иметь дело с таким человеком. Искренне хотелось разнести весь ресторан в щетки.

«А деньги, Тимофей Викторович?» — вдруг спросила Алекса.

«Стоит ли оно того?»

— Я буду работать с вами исключительно на моих условиях, — резко ответил я. — И сначала я бы хотел узнать цену моих услуг.

— Вы за словом в карман не полезете, Тимофей Викторович, — министр преобразился в нормального человека.

Значит, это была маска, чтобы прощупать меня. Неприятно, но ожидаемо. А чего я хотел с моей-то историей?

— Цена, — повторил я.

— Мне нужно сначала изучить артефакт. Расстояние, на котором оно работает, объем передаваемых данных и прочее.

Я молча достал блокнот и написал в нем:

«Матильда, как обстановка?»

Ответ поступил мгновенно:

«Все стабильно, без изменений.»

— Это мне прислал мой человек, находящийся в моем доме на территории Дубровска.

— Я не могу это проверить, вы сами это понимаете.

Следующее сообщение было отправлено Калинину, с просьбой позвонить в ресторан и позвать меня к телефону. Министр смотрел на меня в упор, напряженно ожидая результата.

Мелодия звонка раздалась в тишине зала набатом, заставив Рихарда вздрогнуть. Хозяйка заведения сняла трубку, выслушала говорившего и затем подошла ко мне.

— Тимофей Викторович, вам звонок от сотрудника тайной императорской службы, отделение Дубровска.

— Спасибо, передайте, что это все, что мне было нужно, — кивнул я, не отводя взгляда от Давыдова.

— То есть оно работает, — заключил он. — Прекрасно. Покажете?

Я глянул на Ветра, и тот достал два блокнота, как мы и условились раньше. Остальные не показывал, пусть будут предметом торга.

— Привязка через кровь всех пользователей, — сказал я. — Зачарованы первые страницы.

— Рисунки, схемы или только слова?

— Все, что можете сделать ручкой и чернилами.

Рихард следил за нашим разговором, затаив дыхание. Он сейчас был нам вовсе и не нужен, но прогонять его никто не собирался.

— Возможно ли изменение внешнего вида?

— Да, вполне. Хоть на куске дерева такое сделать можно. Вопрос удобства.

— Мне нужны документы со всеми нюансами.

— Такого пока нет, разработка свежая. Не зарегистрированная.

— Это не сложно, я все устрою. Нюансы?

— Это только мое изобретение. Передача сведений о его создании не предполагается. Попытки вскрыть суть заклинания приведет к сбою в работе всех артефактов.

— Сурово. Но предусмотрительно, — кивнул министр.

— Меня все еще интересует цена.

— Начнет с тысячи за экземпляр. Привязать артефакт к человеку можно без вашего присутствия?

— Да, вполне.

— Готов взять сразу все, что у вас есть, — он кивнул на чемоданчик в руках воздушника. — Договор заключит юрист, что ожидает моего звонка.

А министр не промах тоже. Был готов к любому варианту развития событий и к задержанию, и к смертям, и к сделке.

— Звоните, — я изобразил равнодушие и взял ложку, чтобы зачерпнуть подтаявшее мороженое.

Остальное заняло у нас порядочное количество времени. Я как лев сражался за каждый пункт в договоре, настоял на всех сказанных Рихарду пунктах и отдельно потребовал строчку про мирное использование артефакта.

Министр ругался как сапожник, но в итоге принял все мои дополнения. Юрист, пришедший через пять минут после звонка, сидел и слушал нас, то бледнея, то краснея. А Рихард наслаждался ситуацией. Думаю, ему тоже перепадет что-то с этой сделки.

Так или иначе, я свое мнение о Давыдове все же поменял. Он берет нахрапом, но на деле правильный человек с принципами и стремлениями, понятными мне.

Закончили мы, когда за окнами сгущались сумерки. Чемоданчик Ветра был пуст, а вот мой карман грел чек на приятную сумму. Разошлись, пожав с министром руки. И чтобы не задерживаться в Мосграде ни на минуту, я положил руку на плечо Ветру, и мы мгновенно переместились домой.

Я безумно устал от всего этого и сейчас хотел только одного — спать.

В гостиной мирно сидели Еж и Матильда. Увидев нас, они вопросительно подняли брови.

— Мы стали немного богаче, — улыбнулся я. — От Тени нет сведений?

— Нет, пока ждем, — покачав головой, ответила ведьма. — Хотите чего-нибудь?

— Разве что упасть лицом в подушку.

— Тогда это вы как-нибудь сами, — рассмеялась она, прижавшись к Ежу. — Поручения есть какие-нибудь?

— Узнай, как там твои подруги в Мосграде, есть ли изменения в магии после бури.

— Хорошо, Тимофей Викторович, сейчас же позвоню, — она подскочила, чмокнула Ежа в лысую голову и убежала в кабинет.

— А мне что делать, шеф?

— Завтра скатайся в город, посвети лицом в том районе, где видели Воронова.

— Как он хоть выглядит? Что мне спрашивать?

— Алекса, ты можешь показать фото Алексея? — я потер переносицу.

Помощник вывела на стену изображение Воронова, причем даже несколько: с пропуска, с какой-то встречи и еще одно из последних, когда я видел его в том ужасном комбинезоне и с патлами немытых волос.

— Тот еще тип, — хмыкнул Еж. — Наверное, он здесь выглядит похоже, да?

— Алекса, покажи мои фото тоже.

Картинки на стене сменились, и я увидел себя, но гораздо старше. Я уже и забыл, как выглядел раньше.

— Это вы? — удивился Еж. — Здесь вам не меньше тридцати лет.

— Тридцать шесть, — кивнул я.

— То есть вы выиграли себе больше десяти лет жизни, — прикинул он. — Рады?

— Да я чуть с ума не сошел, когда впервые себя увидел, — хохотнул я, вспомнив отражение в зеркале.

— Думаете, этот Воронов тоже стал моложе?

— Не сильно. Когда я его видел, он выглядел почти как на последнем фото. Та же одежда. То ли он из нее не вылезает, то ли сшил такие же лохмотья.

— Вы собираетесь его убить?

— Не знаю, Еж, не знаю. Когда только попал сюда — мечтал об этом. Сейчас я его все также ненавижу, но при этом не вижу смысла убивать, — этот вопрос уже давно меня мучил. — А сейчас, пока ничего не случилось, я отправляюсь к себе.

И не успел даже ногу поставить на первую ступеньку, как в голове заговорила Алекса.

«К дому приближается группа молодых людей. Ученики Брусиленко.»

— Да этим-то что нужно? — устало сказал я. — Угрозу фиксируешь?

— Нет, пока просто идут, — она появилась рядом со мной в изящном длинном платье.

— Что такое, шеф? Враги? — подскочил Еж.

— Старые знакомые, — скривился я. — Возможно, в этот раз это просто гости.

Я открыл дверь и замер на пороге, вглядываясь в приближающиеся фигуры. Их было пятеро, именно они тогда напали на нас.

— Что вам нужно? — громко спросил я.

— Поговорить, — отозвался один из них.

— Точно? Или опять будете мне тут ландшафт менять?

В ответ они подняли руки и остановились в десяти метрах от меня. Алекса их быстро просканировала, отметила сильное моральное истощение и стандартный запас магии.

— Проходите, — кивнул я. — Но без фокусов.

— Мы теперь не можем фокусы-то, — сказал тот, что со светлыми волосами.

Они прошли в гостиную, с опаской глянули на Ежа и Ветра.

— Даниил, — указал на себя блондин с короткой стрижкой, но длинной челкой.

— Виктор, — длинноволосый и смуглокожий юноша в бордовом пиджаке.

— Анатолий, — щеголь в длинной куртке и темным каре.

— Святослав, — он выглядел младше всех и был одет в ученическую форму, стрижка стильная, по последней моде.

— Алексей, — представился последний, черноволосый с зализанными волосами и яркими зелеными глазами.

— Зачем пришли? — не здороваясь, спросил я.

— Поговорить, — ответил Даниил, и я его выделил, как главного в этой компании.

— О чем? — сесть на диван не предлагал, считая, что разговор будет коротким.

— У нас нет больше силы, ее у нас забрали, — Виктор, он был на вид старше всех и, как мне кажется, злее. — Это ваша работа?

— Нет. Что еще? — я даже не посмотрел на него.

— Мы все вспомнили, — тихо добавил Святослав.

— И? Я все не могу понять, почему вы пришли ко мне.

— Тимофей Викторович, — Даниил дернул край пиджака, — мы не знали, к кому пойти. Вы единственный среди всех, кто сам смог вырваться из-под контроля и начать новую жизнь.

— И вы думаете, что я вас научу, как это сделать? — раздраженно спросил я. — Не знали, что это все благодаря ритуалу блокировки магии.

— Но вы же выжили без магии! — Святослав чуть не рыдал. — Как?

— Почему вы не пошли к семье?

— Да у нас нет никого, — плечи Даниила опустились. — Нас же выбирали по такому принципу. Последние или бастарды. А Свята вообще, продали за долги. Нам некуда идти.

— Но Артем же нашел свое место, почему вы не обратились к нему?

— Он не очень жаждет с нами разговаривать после того, как я запустил в него ледяное копье, — проворчал Виктор.

— Логично, — кивнул я. — Так и в итоге? Вы хотите денег? Жилье? О какой помощи идет речь?

Я немного смягчился, потому что вспомнил себя. Потерянного и растерянного. Но что я мог им предложить? В доме даже не было достаточно спальных мест! Снять гостиницу? И надолго ли у меня хватит денег, даже с учетом прибыли от Давыдова?

Но бывшие ученики молчали, стыдливо опустив глаза.

— Может, вы голодные? — вдруг спросил Еж, нарушив вязкую тишину.

Ребята подняли головы и с надеждой посмотрели на меня.

— И что мне с вами делать-то? — покачал я головой. — Где вы жили все это время?

— Нас приютили в ночлежке. Но всего на пару дней, вчера попросили на выход, — угрюмо отозвался Виктор.

— Тимофей Викторович, вы не думайте, что мы попрошайки какие-то! — вдруг сказал Святослав. — Мы заработали немного денег, развозя заказы с рынка.

Он вытащил пригоршню монет из кармана. Я чуть не прослезился от умиления. И махнул рукой.

— Ладно, идите есть, накрывай на стол, Еж. А я, пожалуй, сделаю себе кофе, — и пошел к кофеварке.

Мне нужно было немного времени подумать над сложившейся ситуацией. Позади меня ребята уже рассаживались за стол, Еж ими руководил, указывая, где помыть руки, где взять еще стулья.

А потом у меня зазвенел карман. Не сводя взгляда с зерен, я вытащил блокнот и прочитал сообщение от Матильды. Она интересовалась, можно ли ей выходить. Не стал писать ответ, а дождался, пока чашку наполнил ароматный напиток и отправился в кабинет.

— Что там происходит? — тихо спросила она, поглядывая в сторону гостиной.

— Очередная головная боль, — устало отозвался я.

— Они пришли с миром?

— Лучше скажи, что ты узнала у ведьм.

— Все пришли в норму, яркие видения были, — быстро ответила мне Матильда. — Пока никаких изменений не замечено.

— Видения были связаны с запросами клиентов или были какие-то особые?

Она ответила не сразу, крутила в руках ручке и задумчиво кусала губу.

— Если это имеет отношение к изменениям в магии или к кому-то из нас, я должен это знать.

— Тут такое дело, Тимофей Викторович, — начала она, — Констанс видела богиню рядом с вами. Но ничего больше я из нее вытянуть не смогла.

— Прямо так и сказала? Я и богиня? Рядом? — от такого с меня даже сон как рукой сняло.

— Не прямо так, а что-то похожее на «она чуть ли не под руку с ним, совсем стыд потеряла», это дословная цитата. Вот только что это значит?

— А эта богиня выглядела, как обычно? — спросил я.

— Почему вы спросили именно это? — удивленно уточнила Матильда. — Да. Констанс сказала, что она выглядела как-то не так. Я подумала, что, может, она увидела Алексу?

— Может быть, ладно, спасибо, — я отошел к двери, но снова обернулся. — А особняк твоей матери, его долго приводить в порядок?

— Вы все-таки хотите туда переехать? — радостно спросила она.

— Думаю, что тут скоро станет совсем тесно, — улыбнулся я.

— Я всегда буду рада вернуться домой, — с тихой радостью сказала она. — Мне туда позвать слуг, чтобы все помыли его?

— Нет, думаю, я знаю, кто этим займется.

Я вернулся на кухню, где пятеро молодых людей уминали бутерброды с чаем с весьма счастливыми лицами.

— Вы когда ели в последний раз-то? — спросил я.

— Утром! — почти хором ответили они, не прекращая жевать.

— Доедайте и продолжим разговор.

Тарелки через секунду стали пустыми, и пять пар глаз уставились на меня с живейшим интересом.

— Так в итоге, что вы от меня хотите? — спросил я, видя, что все как воды в рот набрали.

Они растерянно посмотрели на Даниила. Тот прочистил горло и осторожно начал.

— Тимофей Викторович, наше знакомство прошло не самым лучшим образом. Но в связи с резко изменившимися обстоятельствами, мы хотели ли бы, чтобы вы стали нашим наставником.

В рот мне код! Этого мне еще не хватало. Я-то думал, что им просто жить негде, а тут целый наставник!

— Что вы умеете? Что у вас осталось после всех этих эксп… передряг?

— Наши основные силы при нас, — уверенно сказал Даниил. — Даже в какой-то мере, заклинания стали мощнее. Но, сами понимаете, это совсем не то, что было раньше.

Он глянул на Виктора, и тот помрачнел. Видимо, лишение магии далось ему труднее всего. Остальные, впрочем, тоже не выглядели счастливыми после вмешательства богини. Еще бы. Раз ты владел тремя-пятью стихиями, а потом — бац — и только одной. Сергей, которого мы спасли в лаборатории, тоже отметил, что заклинания стали быстрее формироваться.

— Мне нужна от вас информация, — сказал я. — Кто чем владеет, какие навыки полезные есть, где хотите работать. Просто так я помощь не оказываю.

— Мы это и так знали, — скривился Виктор. — Мы готовы работать на вас. Но без убийств.

— А как вы справились с потоком воспоминаний? — вдруг спросил я, вспомнил реакцию Артема.

— С трудом. Помогли артефакты забвения. Они и сейчас при нас, — Даниил похлопал по карману. — Без них мы спать не можем.

— Так дело не пойдет. Сегодня ночуете на полу, а завтра прямой дорогой к врачу.

Все пятеро вздрогнули и побледнели.

— К нормальному врачу, которая мне помогла привести магические каналы в порядок, — терпеливо добавил я. — С ней я договорюсь. А сейчас — спать. День выдался тяжелый. Еж, выдай им все, что нужно.

Я тяжело поднялся и отправился в свою комнату. Ветер, наблюдавший за всем разговором, бесшумно проследовал за мной.

— Вы уверены, Тимофей Викторович? — спросил он, застыв надо мной.

— Им нужна помощь, они пришли ко мне. Не к кому-то из школы. Они мне доверяют. Боюсь, что остальные тоже могут подтянуться, если у них схожая ситуация. Семен Юрьевич тогда сказал, что всего их четырнадцать. Значит, где-то бродят еще восемь, не считая Дягилева. Но я подумаю над этим завтра.

Я помассировал виски, которые пульсировали, предсказывая надвигающуюся головную боль.

— Тимофей Викторович! — рядом появилась Алекса, не дав мне даже ручку двери опустить. — Я зафиксировала сообщение от Тени.

— Что случилось? — я уже забыл про боль и был готов действовать.

— Она находится на грани смерти. Адрес есть.

— Ветер, бери Ежа, выезжайте немедленно. А я перемещусь.

С этими словами я попытался найти Тень, и ощутил лишь слабый проблеск ее магии. Твою ж налево! Как бы не опоздать с помощью!

Глава 22

Найти Тень среди огромного города было не так сложно, скорее я переживал, что могу невольно выдать ее перед другими участниками банды. Поэтому я сначала нашел ее маячок, потом Алекса моментально сравнила его с данными своей карты. А выбрать подходящее место для меня не составило труда.

Один миг и вот я уже стою на углу нужного мне здания. Магия подсказала, что Тень находится практически над моей головой. И когда я посмотрел вверх, то увидел три этажа с небольшими балкончиками. Осталось только понять, на каком именно залегла моя подруга.

Вроде бы на втором, но что-то мне подсказывало, что все не так уж и просто. Вот это было ближе к истине, потому что ощущал я ее где-то в середине. Спряталась с потайном ходу?

Здание само по себе выглядело весьма прилично: чистые стены, целые окна и даже мусора вокруг не было. К слову, район, где я оказался, был не из бедных, а среднего достатка людей. Еще я обратил внимание на достаточно толстые стены и высокие потолки. И это как раз плохо вписывалось в общий архитектурный стиль, где в основном были аккуратные и миниатюрные домики. Не то, чтобы меня заинтриговало, по какому принципу тут строили, скорее это чисто практическое любопытство.

Подозреваю, что раньше тут жили богатые люди, которые добавили в конструкцию дома коридоры для слуг, чтобы его сиятельства не видели, как выносят мусор или, не приведи высшие силы, грязное белье.

Парадный вход находился с другой стороны от меня, поэтому я немного подумал и решил забраться по стене, благо соседний дом стоял слепой стеной, и я мог не опасаться лишних свидетелей.

Попутно я попросил Алексу собрать мне заклинание невидимости или хотя бы что-то для отвода глаз. Сейчас для такого самый подходящий случай. Пока она думала, я по-быстрому создал липкий слой на пальцах, похожий на ту дрянь, что атаковала нас при первом ритуале Матильды.

Слизь отлично держала мой вес, но оставляла неприятное жжение на коже. Сантиметр за сантиметром без всякой страховки я добрался до окна первого этажа, что был на высоте пары метров. Разбивать стекло и забираться через него не хотелось, да и потом, я видел открытую форточку выше. Уперевшись в карниз, полез дальше.

И уже там на более удобном втором этаже, у меня получилось рассмотреть помещение. Там находились трое магов, играющих в карты. Одеты в легкие куртки, не по сезону, но такие отлично скрывали оружие. Быстро просканировав их, Алекса доложила, что у них лишь простые дубинки, а вот гранат у них не было, а мне сейчас парочка не помешала.

Сами люди не представляли для меня угрозу. В них можно запустить паралич, и путь свободен.

«Алекса, что там за заклинания внутри, есть что интересное?»

«Нет, чисто.»

Неужели мне повезло и можно просто зайти?

Через секунду переместился телепортом со стены снаружи внутрь комнаты, застав магов врасплох.

— Добрый день, вы не подскажете, как пройти в библиотеку? — вежливо спросил я, одновременно бросая на них паралич и сон.

Три тела медленно осели на пол, и я переключился на поиск Тени. В комнате толком и спрятаться негде: стол, стулья, комод какой-то древний, да еще лампочка под потолком, удивительно, что целая.

С помощью сканирования всего вокруг на предмет живых людей я смог обнаружить смутные очертания. Небольшой рост, хрупкое телосложение, поза младенца. Тень? Но где?

Я стоял перед гладкой стеной и никак не мог сообразить, как добраться до Оксаны. Ломать? Задену. Скрытый механизм!

В два мозга с помощницей мы принялись искать подсказки. Но тут была чистая механика без доли магии. Мысленно я ругался так, что Алекса пару раз осторожно уточняла значения слов.

Мне нужно было что-то сдвинуть, дернуть или потянуть, чтобы механизм двери сработал. Разломал стулья, сдвинул стол. Комоду тоже досталось. Но ничего не происходило.

В другой комнате? Я хлопнул себя по лбу и распахнул единственную в помещении дверь. Она вела в короткий коридор. По обеим стенам были еще комнаты, и я рванул в соседнюю.

Хорошо, что она оказалась пуста, но выглядела обжитой: разобранная кровать, висящие на стуле вещи и раскрытая книга. А вот размера комната была явно меньше, чем соседняя.

Оглядев все внимательнее, сразу же нашел то, что искал.

Панель во всю стену с рисунком заката на морском побережье. Она смотрелась чужеродно и явно что-то закрывала. Отодвинув ее в сторону, я уперся в толстую дверь. Дальше — проще. Замок магический, замкнут на хозяйку.

С ним я разобрался за бесконечные две минуты. Наконец, запор щелкнул, и в нос тут же ударил запах пыли и крови.

— Милая? Ты тут? — тихо спросил я, не желая произносить ее имя.

Известно же, что у стен тоже есть уши.

— Забери меня отсюда, — слова, больше похожие на стон.

Она лежала на куче старого тряпья. Иллюзия не сошла, и я все ещё видел девочку-подростка, чумазую и с огромным кровавым пятном на груди и боку. Темная жидкость уже давно пропитала одежду Тени, а заодно и тряпки под ней.

Бросив улучшенную лечилку, я подхватил Тень на руки и вынес из потайной комнаты.

— Сейчас приедут ребята и повезем тебя в больницу. Боюсь, что одной магии тут недостаточно.

— Там, — она едва заметно качнула головой на соседнюю комнату.

— Уже.

— А там? — Тень скосила глаза вниз.

— Много?

Кивок.

Да, в рот им код!

«Алекса, брось сон на все здание! Не могу прыгнуть с ней, пока она истекает кровью.»

«Перемещение пациента в таком состоянии опасно. Лечебному заклинанию нужно время, чтобы восстановить хотя бы основные сосуды. Повреждений много. Сонное заклинание растянуть на все здание невозможно. Есть места, заблокированные для магии.»

Ругаться не было времени, молиться — тоже.

— Где они уже? — пробормотал я, глядя на улицу.

И тут же увидел Ветра, который разглядывал здание. Распахнув окно, я кивнул ему и бережно вытянул руки, просто отпуская Тень. Ее сразу же подхватила воздушная подушка и плавно опустила в руки Ветру. Он кивнул мне и сразу же отправился в сторону больницы.

А я решил проверить, какая такая сволочь обидела Оксану. И сделать я это решил весьма оригинально: набросил на себя ее лицо. Трансформация заняла почти три минуты, но уже скоро я не просто стал девочкой-подростком, но и стоял в заляпанной кровью одежде.

— Ну что, Алекса, хочешь повеселиться?

Рядом со мной появилась ещё одна девочка, улыбнулась, подмигнула и выскочила в коридор, сканируя пространство. Она насчитала десять человек. Они сидели в разных комнатах, но все на втором и третьем этаже, а вот первый этаж для магии действительно был закрыт. Будто его не было вовсе.

Удобно, что лестница на все здание была одна. Раскидав по ней ловушки с проклятием и сном, я осторожно начал спускаться. Тишина стояла необыкновенная, как будто я заходил в склеп. Только пара изо рта не хватало для общей картины, да морозных узоров по стенам.

Толстый ковер, сплетенный словно из паутины, мягко пружинил под ногами и заглушал мои шаги. Как я не вслушивался, ничего не доносилось до моих ушей. Слепа и глуха была и Алекса. Приходилось внимательно смотреть вперёд и надеяться, что скрытых ловушек здесь нет. Единственное, как я могу ощутить магию — это коснутся заклинания рукой.

Десяток ступеней и вот я уже стою в длинном коридоре с единственной убогой и тонкой дверью в конце, которую стыдно было и в садовый сортир поставить. Но что-то мне подсказывало, что ее лучше не трогать.

Моя магия никуда не делась, она просто не проходила дальше этих стен, всасываясь, как вода в сухую землю. Поэтому я старался лишний раз не выпускать ее, лишь аккуратно поддерживал иллюзию. А вот Алексе было сложнее всего. Мы договорились с ней, что она появится только в самом крайнем случае.

А теперь ещё эта дверь. Чем ближе я подходил, тем сильнее от нее фонило, заставляя сердце неприятно сжиматься. Но вопроса, кому понадобилось такое делать, у меня не возникало. Я точно знал это.

— Эй, замарашка! — раздался крик с лестницы, — а чего это ты в хозяйские комнаты лезешь? Иди-ка сюда, я объясню тебе правила, раз ты забыла их!

Я изумлённо обернулся, гадая, как этот человек прошел через мои заклинания⁈ Передо мной стоял заросший старик, худой, как щепка, но такой не дюжей силы, что плескалась из него щедрой рекой.

Но стоило ему перейти невидимую мне границу, как это ощущение пропало, как отрезало. И при этом он даже не изменился в лице, словно не заметил этого.

Я все не мог понять, что за заклинания могут давать такой эффект. На блокировку или рассеивание это не было похоже. Аналог полога тишины, но для магии?

— Поди прочь, — сказал я ему тонким писклявым голосом, не стараясь угрожать. — Не до тебя.

— Ты хоть понимаешь, с кем ты разговариваешь⁈ — взревел он. — Я тебе сейчас объясню!

Я не стал отвечать, а бросил в него паралич. Удивительно, но мое заклинание сформировалось, но не долетело до него! Просто рассыпалось за метр!

Тем временем он продолжал идти в мою сторону, сжимая кулаки и скаля щербатой улыбкой. В этом облике я едва ему до груди доставал, какая тут драка⁈

— Шагнешь ближе — лишишься самого дорогого, — я попытался понизить голос, но не особо вышло.

Если магия рассыпалась на подлете, то всегда оставался старый добрый физический контакт. Нужно только подпустить противника поближе.

— Да что ты мне сделаешь, замарашка! — расхохотался он. — Ты хоть ножик-то, хоть раз в жизни видела? А я тебе покажу!

И как Тень смогла выдержать здесь целых два дня и никого не убить? Невероятная женщина!

— Постой, а не ты ли избила Прошку? — старик остановился на расстоянии вытянутой руки и, не переставая крутить в руках нож, впился в меня взглядом.

— Ты тоже хочешь? — скупо спросил я. — Могу устроить.

Я топнул ногой и напрягся. Лезть в драку не хотелось, но, боюсь, мне не оставили выбора.

— Да чё ты можешь⁈ Порошка едва на ногах стоял, а ты его просто толкнула.

Говорить с ним не было смысла, и я ринулся в атаку. Да, силы у меня было немного, но главное же было не это! Мне необходимо было дотронуться до него, чтобы заклинание сработало на полную мощность.

— Ах ты…

Кто именно я, он сказать так и не успел, потому что моя рука уже врезалась в его нос картошкой. Дряблое лицо дрогнуло и начало разглаживаться под моим заклинанием.

— Спи уже! — тихо сказал я, наблюдая, как худое тело заваливается на ковер.

«Я его не видела, Тимофей Викторович, простите.»

«Ты мне лучше скажи, почему ты не видишь?»

«Как я понимаю, это купол, защищающий от воздействия магии. Работает по принципу поглощения силы, но при этом не блокировка или рассеивание.»

«Защищающий? Точно? Он забирает магию из заклинаний.»

«Но не из мага,» — добавила Алекса.

«Что там можно защищать или скрывать?»

На этот вопрос помощник не ответила, а я продолжил идти дальше. С каждым шагом воздух становился гуще, приходилось дышать мелкими вздохами. Потом началось давление на уши. Когда я дошел до двери, сердце чуть стучало, словно в грудь мне напихали ваты.

Старые доски, облупившаяся краска, ржавые гвозди, которые держали кривую ручку — как такое могли поставить в приличном здании? Или это все воздействие магии?

«Да, что-то вытягивает из пространства все, до чего дотянется», — подтвердила Алекса.

Я глянул на свою руку и понял, что иллюзия тоже начинается истончаться. Замерев у двери, я вдруг подумал, а куда, собственно, иду? Тень я вытащил, наемников усыпил, а дальше что? Нужно ли мне вообще заходить в эту непонятную комнату?

А Воронов?

Мысль сверкнула яркой вспышкой и едва не погасла в сумятице сомнений. Лешки может быть тут вообще и нет. Пальцы, которые секунду назад хотели дернуть за ручку, расслабились и опустились. Я даже отступил, ощущая лишь растерянность.

«…ирую ментальное возд…» — едва слышный шепот в голове заставил меня подскочить.

В рот им код!

Я мигом встряхнулся, осознав, что это всего лишь одно из проявлений магии. Защита здесь стоит что надо! Надо и себе поставить такую. Не отводить глаза от предмета, а мягко ударить по мозгам, что трогать ничего нельзя, а может и просто убедить, что здесь пусто.

Собравшись и даже больно ущипнув себя, я снова поднял руку, чтобы наконец, дернуть за ручку.

«Не рекомендую, Тимофей Викторович. Небезопасно.»

«А как же все заклинания?» — я посмотрел на пальцы и четко разобрал структуру кода: рассеивание и блокировка.

«Когда вы прикоснетесь, заклинания рассеятся.»

Захотелось пнуть дверь ногой, от всей своей широкой души. Снова мелькнули мысль, а так ли надо мне туда идти? Тень вряд ли ранили магией, а скорее это произошло в банальной драке.

— Да что ж такое! — выдохнул я, стараясь стряхнуть с себя ментальное воздействие. — Вот же какая липкая дрянь.

Я так разозлился, что бросил в дверь сгустком проклятия. И самое неожиданное, он не рассеялся, а начал скользить по доскам до самого пола. А потом неожиданно просочился в щель и пропал с моих глаз.

— А вот это уже интереснее, — пробормотал я и запустил еще несколько сгустков.

Они юркими шариками ртути проделали тот же путь. Проследив за тем, как они исчезли, я вместе с Алексой хотел заглянуть по ту сторону двери, но уперся в густое «ничего». Соседнее помещение было словно молоком залито и не торопилось раскрывать мне свои тайны.

Идти или не идти? Вот в чем вопрос. Инстинкты вопили об опасности, мозг холодно подбрасывал мне картинки с лицом Воронова. И тут же просыпались кошки на душе, которые тихо мячвили: а нужно ли туда идти? Готов ли я к этой встрече?

Но разворачиваться и уходить я не собирался. Я так близко подобрался в бывшему лучшему другу, что аж руки чесались отделить его голову от шеи.

— Да ек-макарек, — долетел до меня хриплый голос старика. — Чего это я тут разлегся⁈

— Какого хрена⁈ — вырвалось у меня.

Так быстро мои заклинания еще не рассеивались!

— Ты все еще здесь⁈ — в ответ удивился он. — Тебе нельзя здесь находиться.

— Это еще почему? — с вызовом спросил я.

— Хозяйский этаж, — тоном знатока сказал старик. — Ни тебе, ни мне тут нельзя быть.

Удивительно, но он говорил без прежней агрессии, даже немного устало. Не выспался, что ли?

— А почему? — я прикинулся дурачком.

— Не чувствуешь, что ли? — на меня посмотрели, как на идиота. — Магия!

— Нашел чем удивить. Магия-хренагия. У меня вопросы к хозяину, — насупился я. — Да вот только дверь открыть не могу.

— Ха-ха! Мала еще такие двери открывать. Я вот посильнее тебя буду, а к хозяйской комнате подходить не рискую.

— Я здесь стою и ничего, — пожал я плечами.

— Значит, ты редкостная дура, — он начал разворачиваться, не желая иметь со мной никаких дел.

— Постой-ка, — тихо сказал я, подходя к нему. — Не подскажешь, почему здесь так много магии. Я никак не могу понять ее.

Пока шел, на скорую руку сляпал ментальный код принуждения.

— Никому не дано это понять, — философски заметил он, презрительно глядя на меня. — Ума, ты еще не набралась.

Преодолев разделяющее нас расстояние, я ощутил, как снова начал нормально дышать. А подойдя вплотную, протянул маленькую ладошку и четко проговорил:

— Так если ты так силен, открой эту дверь. Я хочу посмотреть.

— Я силен, да, — неуверенно начал он и сделал первый шаг. — Я покажу тебе, замарашка.

Он продолжал говорить и идти к двери, как зачарованный. Я не отходил от него, продолжая поддерживать заклинание, чтобы оно не сорвалось в самый последний момент.

Буквально за полметра от проклятой двери, пришлось усилить воздействие, взяв старика под руку. Сила утекала из моего кода стремительным потоком, и я боялся, что вычерпаю себя до дна. Даже уже не слышал, что говорит Алекса.

Дышать снова стало трудно, и начала болеть грудная клетка. Вдобавок к этому перед глазами появились разноцветные круги. С трудом держась на ногах и не отрывая взгляда от старика, я смотрел, как он протягивает руку и сжимает пальцы на ручке.

— Ты сильный, ты смелый, — я услышал натужный скрип двери и резко отпустил старика.

Не прошло и секунды, как он застыл как вкопанный, а в следующее мгновение его глаза остекленели.

— Но какой же ты дурак, — закончил я фразу.

Старик рухнул на пол и задергался в агонии последних мгновений жизни. Мне не было его жаль. Он выполнил свою миссию и открыл треклятую дверь.

Правда, я еще раз воспользовался рукой старика и ею расширил проем, чтобы можно было пройти.

— Воронов, и зачем ты так глубоко спрятался, крыса помойная? — громко спросил я и сделал шаг через порог.

Глава 23

Комната, в которой я оказался, была огромной и, кажется, занимала весь этаж. Тут не было перекрытий, из-за которых мог кто-то неожиданно выпрыгнуть, только колонны на один обхват. В воздухе пахло пылью и одиночеством.

Пол выстлан многочисленными коврами, и в первую секунду мне показалось, что это скорее склад, чем обжитое помещение. И в то же время все пространство было грамотно зонировано. Справа закуток с кухней, в дальнем левом углу здоровенная, неубранная кровать, чуть дальше сваленные в кучу вещи, среди которых я приметил знакомую расцветку комбеза Воронова.

Но больше всего мое внимание привлекла центральная часть: помост с огромным вычурным креслом, отделанным красным бархатом, несколько простых столов с разложенными побрякушками да разбросанные пакеты из-под еды. В каком бы мире ни был Воронов, он вел себя одинаково. Вечная привычка собирать дорогие вещи и перемешивать их с мусором.

Где же сам хозяин этого всего? Трон пуст, как и кровать и стулья в обеденном уголке. Да и на мой призыв никто не ответил. Во всем помещении стояла гулкая тишина.

Сканирование пространства не выявило наличие живых. Да и толковых заклинаний я тоже не видел. Зачем же тогда вешать на входе такую крутую защиту? Куда девалась вся магия?

Я-то думал, тут как минимум сундуки с золотом и толпа наложниц, Воронов всегда любил женщин, только вот он ими пользовался и сразу же выбрасывал.

Пройдя вперед и продолжая ощупывать взглядом пространство, я с удивлением обнаружил скромную дверь. Сначала решил, что это уборная, но сыростью и привычным для этого места запахом тянуло с другой стороны.

Не таясь, я прошел через все помещение до кухни и остановился перед загадочной в своей простоте дверью. Никаких защитных заклинаний, а простая задвижка, которая была сейчас в положении «открыто».

Алекса не смогла мне ничего нового рассказать, и поэтому я просто толкнул за ручку и вошел. И едва нога переступила через порог, сразу понял, что попал, куда нужно. Густая сила опустилась на плечи и сдавила грудную клетку толстыми пальцами. Я даже хотел рвануть назад, но остановил себя. Раз получилось зайти сюда, то надо двигаться дальше.

Я увидел лестницу, бегущую вниз. Куцее освещение в виде крошечных лампочек у самых ног подсказало мне, что тут не менее двух десятков ступеней до первого поворота.

Проверив все необходимые заклинания и бросил сверху написанную на коленке невидимость, я уверенно начал спускаться в подвал. Здесь сыростью не пахло, даже, наоборот, воздух был сух и без ожидаемого аромата пыли. Весьма интригует.

Не став ломать себе голову, что может быть расположено внизу, я просто шел по ступеням. Поворот привел меня к новой лестнице, точно такой же, но с меньшим наклоном. Света едва хватало, чтобы видеть, куда я шел, а вот над головой все тонуло во мраке. Я даже не мог сразу сказать, как высоко надо мной потолок. Алекса, конечно, на этот вопрос ответила сразу, но все равно складывалось ощущение, что я в огромной пещере.

Очередной поворот, очередная лестница. Нет, Воронов и правда крыса, пусть его фамилия говорит и об обратном.

Спустя несколько минут мое терпение подошло к концу, как и ступени. Передо мной появилась небольшая площадка. Это место явно было очень и очень старым: серые камни, сухие, но грубо вытесанные, наводили меня на мысль, что это строилось в одно время с самим городом, а то и раньше.

А еще дверь. Дерево с металлом, все старое, потемневшее от времени и… приоткрытое. Из проема тянуло запахом гари, да и магии здесь было на порядок больше. Даже в присутствии ведьминской богини мне не было так сложно дышать, как здесь.

Трогать дверь я не стал, моей комплекции едва хватало, чтобы просочиться в нее. И да, иллюзия с меня слетела еще когда я проходил второй поворот в подвал. Сейчас уже на это было плевать. Воронов должен знать, кто за ним пришел.

Пройдя дверь, я сразу же остановился. Не потому, что магия давила слишком сильно, а из-за того, что я увидел.

Это была полноценная лаборатория. Десяток столов с копошащимися молодыми людьми в белых халатах, какие-то агрегаты, механизмы, кристаллы всевозможных мастей и цветов. Несмотря на количество народу, в помещении было прохладно. Я даже машинально поискал системы вентиляции, но потом понял, что циркуляцию воздуха обеспечивают заклинания. Их здесь было много. И не одного охранного.

Сам Воронов стоял спиной ко мне все в том же комбезе и в здоровенных защитных очках. Я сразу узнал его, чай не первый год знакомы. Были.

Сейчас он пытался соединить какие-то две штуковины с помощью горелки. Как заботливо подсказала Алекса, это части механизма, который стоял чуть дальше.

Мое появление не прошло незамеченным. Постепенно голоса в подвале стихали, и работа останавливалась.

— Кто вы такой? — раздался нервный голос лохматого юноши. — Вам сюда нельзя.

— Алексей Николаевич, — негромко сказал я. — Жаль видеть тебя в добром здравии.

Он резко крутанулся на пятках, едва не оборвав провода таинственного аппарата, выпучил глаза и приоткрыл рот. А потом оскалился самой безумной улыбкой и бросил в руки первого попавшегося помощника горелку.

Я активировал все свои защитные и боевые заклинания, готовясь к его атаке. Алекса торопливо собирала дополнительные структуры кода, чтобы ни одно движение Воронова меня не ранило.

— Тимка! — гаркнул он. — Живой! Вот ты жук!

Он не метнулся ко мне с ножом, не бросил в меня струей огня и даже не двинулся с места.

— Вот кто мне нужен! — голос его чуть ли не звенел от восторга. — Ребята! — он обернулся ко всем. — Это мой лучший друг! Он пришел сюда вместе со мной! Да-да! У него невероятные мозги! Да он гений!

Я слушал речь Воронова, своего заклятого врага, что убил мою Веру, и не верил своим ушам. Только полная концентрация на заклинаниях не позволила мне открыть рот от удивления.

— Тим точно сможет разобраться, почему мы не можем запустить Орион! Это тот самый человек, который из ничего может создать все что угодно! Гений! Гений! Я вас сейчас с ним познакомлю! Тим, Тим, иди сюда, мы тут такое придумали, у тебя башка взорвется!

Воронов рехнулся. Спятил, сошел с ума, поехал кукухой.

Он перестал трещать, как сорока и сделал шаг ко мне, даже руки развел, чтобы обнять меня.

— Дружище! Ты не представляешь, как я рад тебя видеть!

Я стоял и не шевелился.

«Фиксирую повреждения магических каналов,» — подтвердила мои выводы Алекса.

— Я тут без тебя просто никак! — еще два шага ко мне.

Ожидая от него любой пакости, я ощетинился заклинаниями, которые должны сработать, едва он что-то выкинет. Не дойдя до меня и метра, Воронов скинул очки, и я увидел его безумное лицо, слегка перекошенное, как после инсульта. К этому всему добавились седые брови, морщины и уставший взгляд.

— Ну чего ты стоишь⁈ Не рад меня видеть⁈ Чего навесил на себя заклинания, будто в модный ресторан собрался⁈

— Ты не помнишь нашу последнюю встречу? — выдавил я из себя вопрос.

Уж больно странным было его поведение.

— Ну ударил я тебя заклинанием, я ж тогда был совсем другим. Сам подумай, новый мир, магия! Меня слегка занесло. А ты вон какой красавчик. Из любой задницы можешь извлечь выгоду. Пойдем наверх, — он обернулся и крикнул остальным: — работайте, я скоро вернусь!

Стараясь все же не подходить близко, он обошел меня и рванул к лестнице, пнув ногой тяжелую дверь. Та, без скрипа и шума открылась сильнее.

— Ты не представляешь, что я обнаружил не так давно, — тараторил он. — Магия влияет на все аспекты жизни! Да-да. Это не просто сила, которой можно обед приготовить или сварить заживо врага. Нет! Это возможность менять реальность!

Он чуть ли не вприпрыжку бежал по ступеням, продолжая говорить со мной.

— На днях случилось просто безумие! У меня все приборы закоротило. Магическая буря была, слышал о такой? Вижу, что слышал. И вот после нее, у меня в голове будто перещелкнуло…

Слушая его, я все больше убеждался, что он сошел с ума. Но молчал, обдумывая ситуацию. Возможно, упомянутая им буря тому виной.

Мы вышли в его «квартиру», и Воронов тут же пошел к кухне.

— Ты не смотри, что не убрано, девочки обещали зайти через пару дней, привести все в порядок.

— Леша, ты не помнишь, как мы попали в этот мир? — я сделал очередную попытку понять, что с ним происходит.

Воронов застыл со стаканом в руке и почти минуту не двигался. А затем лихо развернулся с неизменной улыбкой.

— А какая разница⁈ Попали и попали. Небось, рвануло что-то в твоей лаборатории, и мы переместились. Новый шанс, новая жизнь! — он отсалютовал мне бутылкой. — Я и подумать не мог, что такое возможно. Но! Самое главное не это! С помощью полученных здесь знание и твоих мозгов, мы сможем вернуться! Представляешь⁈

Он заходил по кухне, так и не налив в стакан. Воронов не помнил обстоятельств нашей гибели. Да что там не помнил, я не узнавал его вообще! Даже дернул Алексу, проверить Лешка ли передо мной.

Оказалось, что он. Собственной персоной. С перекореженными мозгами, сильно постаревший, но Воронов.

Признаться честно, к такому повороту событий я не готовился и банально не знал, что делать.

— Да садись ты уже, наконец, выпьем, как в старые добрые времена! — он щедро плеснул в стакан прозрачной жидкости, от которой несло спиртом, и, не дожидаясь меня, выпил. — Рассказывай, как ты тут? Хотя можешь и не говорить, я и так все знаю! Молодец! Знатно покуролесил. А я вот все научной деятельностью занимаюсь, да. И не смотри на меня так, раньше-то я и не думал, что так увлекусь. Это буквально неделю как. Проснулся среди ночи и думаю, а магия — это вообще что? И как меня понесло! Меня уже бояться в местном институте теории магии! Я даже знаю всех самых выдающихся ученых, — выпятив грудь, сказал он. — Ко мне даже из Москвы, то есть из Мосграда приезжали. И все это, не поверишь, буквально вот за короткий период времени.

Он снова налил, выпил, крякнул от количества градусов и продолжил.

— Мое имя добавили на доску почета, да. А, я же не сказал, что я открыл, — он наклонился ближе и понизил тон. — Ты знаешь, что магия может менять время и пространство?

— Телепорты? — уточнил я, постепенно привыкая к этому новому Воронову.

— Ой, да это все ерунда, — расхохотался он. — Нет. Я говорю про, дай-ка подумать. Вот представь тот же телепорт, только ты перемещаешься не между городами, а через время.

Он внимательно посмотрел на меня, выискивая восхищение, но так этого и не нашел.

— Не веришь, — кивнул Воронов. — Ладно, а если я скажу, что могу проделать дырку между мирами и вернуть нас обоих в наше время? Как тебе такое, Тимофей?

Я обалдело смотрел на него, не сразу сообразив, что ответить.

— Но мы же там умерли, — осторожно ответил я.

— Так, не в тот же момент, а скажем, за час. И спасемся из той разрушенной лаборатории.

— Ты хочешь обратно?

— Конечно! У меня там деньги, власть, технологии. Да, конечно, магия гораздо пластичнее, но я хочу домой.

Он сказал это таким уставшим голосом, что я понял: Воронов стал другим.

— Ты поможешь мне? У тебя же светлая голова, Тим!

— А как же все здесь? У тебя банда, все тебя бояться. И судя по обстановке, деньги тоже есть.

— Есть, — кивнул он. — И деньги, и власть, и девочки. Но это все не то. Здесь какое-то средневековье! А я хочу обратно, в сеть, в бетон и стекло.

Мы несколько минут молчали, он продолжал заливать в себя алкоголь, а я думал.

— Так ты поможешь мне? Нужно всего лишь правильно выстроить алгоритм и замкнуть цепь в особой последовательности. Мои ребята уже голову сломали и нужен новый взгляд. Кстати, они все из института. А еще моими исследованиями заинтересовалась некая Ольга Трубова. Такая красивая, — он руками описал ее фигуру. — Первая, кто задал правильные вопросы. Очень умная.

Я сидел и не знал, что ему сказать. Пришел его убить, а сейчас мне его даже жалко стало. Из жесткого и властного дельца он превратился в фанатичного ученого, который ищет способ вернуться домой.

— А ты хочешь вернуться? Хотя какое там. У тебя есть сила, — с грустью сказал он. — А мне вот не сильно повезло. Способность какая-то недоразвитая. Вроде заклинания получаются, но то разрушу что-то, то пшик какой-то. Нестабильная. Мне вроде Ольга объяснила, что я сырой силой пользуюсь, а не как все, но трогать я ее не хочу. Мало ли кого взорву, ненароком.

Прошлый Воронов обязательно бы взорвал. Еще и с отдельным удовольствием.

— Ну чего не пьешь? Или привык к дорогим винам? — он обратил внимание, что я так и не притронулся к своему стакану. — Так, у меня и такое есть! Хочешь южный, хочешь северный.

Он подскочил, начал открывать все шкафы подряд, чтобы продемонстрировать запасы. И их было очень много. Я успел увидеть не только дорогие этикетки, но и откровенный самопал.

— Мне просто так легче думается, — у него уже начал заплетаться язык.

К слову, обильные возлияния тоже не были привычкой того, старого Воронова. Он даже старался вовсе не пить, а если и делал, то больше для вида, чем на самом деле. И что вот теперь мне с ним делать? Как же так вышло, что он все забыл? Да и эти перекрученные магические каналы тоже вызывали вопросы.

Но трогать их я не буду. Фанатичный ученый лучше, чем маньяк, который только и жаждет убивать всех направо и налево. Нужно хорошо подумать, прежде чем решить, что мне делать дальше.

— А что за защита у тебя стоит на двери? — я кивнул на приоткрытый проем, в котором виднелся старик.

— Да, ерунда, — отмахнулся он. — Я, как ты уже сказал, сколотил банду, не для наведения страха, а для денег. Исследования их жрут, как не в себя. Ну и пару раз ко мне забирались люди других группировок. Кого я только не ловил! И детей, и взрослых, даже женщина однажды ко мне забралась. Все как один думали, что у меня тут залежи с золотыми монетами. А я же все в банк, да в работу. Пришлось, конечно, убить особо рьяных, ничего тут не сделаешь. Надо блюсти образ. Ты вот меня видишь, считай в сверхличном виде. На улицу-то я выхожу иначе.

Он опрокинул еще стакан, занюхал рукавом и налил снова.

— А ты меня как нашел?

— Стало известно, что в городе появилась новая боевая единица, — осторожно выбирая слова, сказал я. — Решил проверить. Захожу, а у тебя тут мужики в карты играют, да девушка раненная. Стало интересно.

— Опять в карты, сволочи, — всполошился Воронов. — Ну вот сколько раз им говорить, что следить за домом нужно, а они все фигней страдают. Так, стоп. Девушка раненная? Так, веди меня к ней скорее, у меня лекарь где-то был!

Он уже стоял на ногах и готов был бежать.

— Уже отправил в больницу, — остановил я его. — Картежники спят, как и все остальные. Только в твоем коридоре вышла промашка.

Воронов глянул на главную дверь, отставил стакан и широким шагом добрался до входа.

— Константиныч, ну ек-макарек, какого ж хрена? — тоскливо вздохнул Воронов и повернулся ко мне. — Хороший был дед.

— Только вот он хотел пырнуть меня ножом.

— Так это самооборона? Ну и поделом ему, — он пнул труп и закрыл дверь. — Отребье. Кроме силы, ничего не понимают. Вот как, скажи, с ними обращаться?

Я в ответ лишь пожал плечами. Алекса молчала, мысли звонкими горошинами перекатывались в голове. Передо мной стоял мой бывший лучший враг, предатель и убийца дорогого мне человека. А я не знал, как поступить.

— А теперь вернемся к более насущным вопросам, Тим, — Воронов вернулся и сел напротив меня. — Ты так и не ответил мне на вопрос.

Мы впились друг в друга взглядами. Мой холодный и его уже порядком захмелевший. Ему не нужно было повторять его снова, я отлично помнил, что хотел знать Лешка.

— Искривление пространства, изменение магии, дыра в другой мир, — тихо сказал Воронов. — Новые возможности, горы аналитики и экспериментов. Так ты поможешь мне, Тим? Это очень важно. Мне не хватает в сущности какой-то мелочи, и только ты можешь понять, какой именно. Соглашайся! Мы положим весь мир к нашим ногам.

Я задумчиво смотрел на него, вспоминая все, что нас когда-то объединило и в то же время разогнало по разные стороны баррикад. И последняя фраза недвусмысленно намекнула, что какая-то часть старой личности все же в нем осталась.

Глава 24

— Леш, а зачем тебе это? Весь мир? Сидеть на троне и пьянствовать? — спросил я, не отвечая на его вопрос.

— Говорю же тебе, мы сможем сделать дырку между двумя мирами, — ответил он, размахивая руками. — Ходить туда, как к себе домой. Брать отсюда магию, а оттуда — технологии. Мы будем королями! Получим все, что захотим! Вот, о чем ты мечтаешь?

— О спокойствии, — устало ответил я.

— Ты? Чушь какая! — отмахнулся он. — Зачем оно тебе? Ты владеешь магией! Это сила! Мощь! Власть! Некогда сидеть в плетеном кресле и попивать кофеек. Надо жить! Пользоваться тем, что нам дано!

Чем дальше он говорил, тем сильнее я видел того самого Воронова, с которым мне было не по пути. Даже без моей помощи, на что он был способен на самом деле? Возможно, он и не изменился совсем, а лишь глубже ушел в безумие своих старых привычек.

— И ответственность, — добавил я, прощупывая его моральные рамки.

— Узнаю старого доброго Тимофея, — громко рассмеялся он. — Куда нос не сунет, всегда переживает за все подряд. Оставь ответственность слабым.

— Ты опять возвращаешься к тому, на чем мы закончили, — я растер лицо и вздохнул.

Пора с этим заканчивать.

— В том мире ты пришел в мою лабораторию, — проговорил я медленно и спокойно, — разгромил ее и требовал отдать тебе мои разработки.

— Ну перегнул палку, бывает, — пожал он плечами. — Построишь новую на золото из этого мира.

— А потом убил Веру.

Воронов помолчал несколько секунд, задумчиво морща лоб, вспоминая, о ком я говорю, а потом… улыбнулся.

— На кой черт тебе была вообще нужна та девчонка? Она же тощая, скучная. Вечно со своими принципами, — он сделал тонкий голос, пытаясь повторить Верину манеру разговаривать, — Тим, нельзя вот так сделать, это может вызвать сбой в работе станции и повлечет за собой множество…

Во мне тут же вспыхнула ледяная ярость. Кулак врезался в лицо Воронова, с хрустом ломая нос.

— Какого черта, Зарницкий⁈ — взревел Алексей. — Ты с ума сошел⁈

— Послушай меня внимательно, червь, — глухо проговорил я. — Не тебе решать, кого мне выбирать, любить и чью смерть оплакивать. Ни одна женщина в мире не заменит мне Веру. Мою Веру!

Последнее я выкрикнул, вложив в голос силу. Воронов присел от удивления, забыв про льющуюся из носа кровь.

— Ты натуральный псих! Я тебе мир предлагаю, а ты мне припоминаешь какую-то рыжую бабу! Она не стоит того, чего мы можем достичь вместе! Не стоит!

Ох, зря он это сказал. Одним прыжком я оказался рядом с ним и начал яростно наносить удар за ударом. Мне даже не нужна была магия, чтобы ломать ему ребра и отбивать печень. Я очень и очень был зол.

— Погоди, погоди, Тим, — Воронов еще пытался мне что-то сказать. — Мы можем вернуться в то время, где твоя девка была жива!

Кулак на мгновение замер. Перед глазами пронеслись картинки разгромленной лаборатории, бейджик с бантиком, нож в руке Воронова. В сердце заныла старой занозой острая боль, от которой не было лекарства.

И снова ударил Воронова. Я через многое прошел, изменился. И даже если вернуть Веру, я не смогу просто сделать вид, что ничего не было. Да и потом, Воронов же не изменится. Он и половины не помнил, что сделал тогда, как пришел к тому, что имеет право громить мою лабораторию и с легкостью убивать дорогих мне людей.

Нет, он не изменился. Ни капельки. Еще год и он начнет свой новый путь тяжелой поступью разрушений и смертей. Я такого допустить не могу, и знал, что нужно делать.

— Алекса, протокол «Божественное очищение», — четко проговорил я, продолжая нависать над Вороновым.

— Чего? Алекса? Твоя новая девка? — хрипло засмеялся он, сплевывая кровь, но тут же замер, увидев сиреневые росчерки магии вокруг. — Тим, какого хрена⁈ Что ты делаешь⁈

Сила богини потянулась к нему, оплетая своими щупальцами. Сначала руки, потом ноги. Воронов всеми силами пытался их с себя сбросить, но пальцы проходили сквозь магию и не могли ее подцепить.

— Прекрати! — заорал он. — Немедленно!

— Иначе что? — устало спросил я. — Снова все разрушишь? Мы с тобой там мертвы. Убили друг друга. Ты повредил чип, а я вогнал тебе в брюхо твой собственный нож.

— Я убил тебя? — Воронов приподнял одну бровь.

Я подумал, что он сейчас начнет раскаиваться и просить прощения, но ошибся. В глазах моего бывшего лучшего друга вдруг мелькнуло понимание. Мое заклинание постепенно возвращало ему память, одновременно с этим лишая магии.

С невероятным усилием он отлепил руку от тела и полез зачем-то в карман, а потом хрипло рассмеялся.

— А я-то думал, что за кусок пластика у меня был в ладони. Твой чип. Ха-ха-ха, — каркающий смех слетел с его губ вместе со сгустками крови. — И как ты без него жил-то? Я, наверное, тебе мозги задел, раз ты не понимаешь, что именно я тебе предлагаю.

Я не ответил ему, а он достал крошечный огрызок, и я сразу же его узнал. Да, обломок моего чипа. Я сам его паял и делал, а потом добровольно ложился на стол к хирургам, чтобы его вживить в тело. Это был серьезный риск, но я все рассчитал верно. Так и появилась Алекса.

— Значит, мы оба дохляки там сейчас, — Воронов все продолжал смеяться. — Я не в обиде, что ты меня сейчас поколотил, за дело, не спорю. Но вот мое предложение: вернемся туда вместе, вернем твою рыжую и заживем богачами.

— Ты так ничего и не понял.

Я все смотрел на сиреневые вспышки, которые облепляли моего пленника. Голова была пуста, сердце и душа тоже. То, что он предлагал, сейчас казалось какой-то нелепой чушью. Даже обещание вернуть все как было, не тронуло меня. И я просто смотрел, как магия богини вытягивает из Воронова его силу. Капля за каплей.

Этому миру не нужны такие психи с бредовыми идеями сделать дырку между мирами. И без того грани сейчас хрупкие, на носу слияние. Эксперимент Воронова может все разрушить к чертям.

Алекса была со мной согласна. Лешка, как обычно, не думал о последствиях, а только о своей выгоде.

И сейчас барахтался, опутанный сиреневой пленкой.

— Тим! — с трудом дыша, крикнул Воронов. — Одумайся! Весь мир! Два мира! Хочешь, я отдам тебе этот⁈

— Заткнись уже, — я поднялся и отошел от него.

Еще пара минут и он будет лишь человеком, лишенным магии навсегда. Вот только, что делать дальше? Оставить в живых? Тут было над чем подумать.

— Идиот, — долетел до меня шепот. — Всегда был честолюбивым идиотом. Таким и помрешь. Думаешь, что ты меня остановишь? Нет!

Я глянул на него и вдруг увидел, как сиреневые блики меркнут. Он нашел способ справиться с заклинанием!

В рот ему код!

«Фиксирую сбой протокола,» — бесцветно сказала Алекса.

Что-то начало оттягивать силу на себя. Коридор! Дверь все еще была открыта, и теперь защитный барьер перекинулся сюда, высасывая магию.

«Разберись», — коротко бросил я помощнице, а сам подошел к Воронову.

— У тебя есть полминуты, чтобы раскаяться. И, может, я оставлю тебе жизнь.

— Ты забираешь у меня силу, — его глаза сверкали ненавистью. — Но я найду способ достать тебя и без нее. Я вспомнил все. Вспомнил твое предательство. Зажал новую разработку, отказался мне ее дать. А я ведь просил тебя по-хорошему. Даже слова вежливые писал. Вся наша дружба была чушью.

— Спасибо. Теперь мне даже не жаль тебя.

Клинок появился в моих руках серебряной вспышкой, чтобы через секунду оборвать жизнь Воронова. На этот раз навсегда.

Неожиданно сиреневые щупальца замерли, ощутив вкус крови, и жадно набросились на нее. Рядом со мной замерцал воздух, и из ниоткуда проступили очертания женской фигуры.

— Вкусно, — раздался ее голос. — Жизненная сила!

— И тебе доброго времени суток, — кивнул я ей, как старой знакомой.

— Хочу еще!

— Нет, — резко ответил я. — Зачем тебе она? Разве тебе приносились жертвы?

— Очень давно. Я почти забыла этот вкус. Сладкий, терпкий и такой насыщенный. Ведьмы такое мне еще не дарили. Человеческая жизнь!

Вокруг все запульсировало сиреневым, да так сильно, что у меня заболели глаза.

«Критическое количество силы», — я едва слышал Алексу.

Ее слова прозвучали в голове с легким звоном. Я быстро вытер кинжал о комбинезон Воронова и поднялся. Что-то изменилось.

Магия перестала уходить в коридор. Значит, заклинание лопнуло.

Я в одно мгновение создал вокруг себя полог, отрезающий меня от силы богини. И едва успел вовремя. Ее магия полыхнула яркой вспышкой, прокатилось по всему помещению, делая воздух непригодным для дыхания.

За моей спиной начали лопаться бутылки с вином, кружка на столе треснула и рассыпалась осколками по всему полу. А лежащее у ног тело Воронова за две секунды почернело и стало пылью. И в этой какофонии звуков я услышал крики, полные боли.

Люди в лаборатории внизу! Твою-то структуру!

— Остановись! — крикнул я. — Не нужно забирать жизни! Ты не такая! Ты лучше, чем боги смерти!

Но богиня расхохоталась и взмахнула руками, выпуская новые сиреневые щупальца. И чем дальше, тем плотнее они становились, вытягивая жизнь из бедолаг внизу.

«Алекса! Протокол 'Божественное очищение!» — рыкнул я.

Будем клин клином вышибать!

— Ой, щекотно, — отозвалась богиня на действия помощницы.

И просто отмахнулась. Что за дрянь я создал⁈ Она все смеялась и тянула на себя лакомые кусочки силы. С каждой секундой сущность проявлялась четче. Даже через полупрозрачный полог мне было видно, как сиреневый призрак обретает плоть.

Матовые кости соединялись хрящами, поверх появлялись сочно-желтые нити нервов, потом очередь дошла и до сосудов. Алые и насыщенно-голубые переплетались быстрыми змейками. Дальше куски плоти и поверх серебристая кожа.

Все происходило так быстро, что я едва успевал замечать изменения. Но вскоре передо мной стояла вполне себе человеческая женщина, сияющая от переполняющей ее силы.

— Ух, хорошо! — голос раскатом грома прокатился по комнате, заставив затрястись стены. — Так чудесно я себя еще не чувствовала. Спасибо… смертный.

Почему-то последнее было сказано с нотками иронии. Мол, недолго мне оставаться живым? Нет, такое обещание мне не нравится. Пока богиня разворачивала свои сети и пыталась добраться до остальных живых в этом здании, я не стоял без дела.

У меня есть свои козыри в рукаве.

Код лился из меня, быстро встраиваясь в систему полога. Я добавлял новые данные, чтобы не только защитить себя, но и ослабить богиню. Время поджимало, некоторые куски строк рассыпались прямо перед глазами, но я не останавливался.

Минута промедления и божественная сущность выпьет и меня. Кто бы мне раньше сказал, что для нее кровь — это изысканное лакомство, способное сделать из милого призрака безумного убийцу⁈

Вся комната уже была залита сиреневым светом, он становился все гуще. Разве что возле меня, магия немного блекла. Значит, я все делаю правильно.

Следующим этапом я расширил границы полога. Теперь и у него появилась возможность подпитываться от силы богини. Если она может, то я чем хуже? Да я лучше!

Но для решительных действий защиту придется снять. А я был пока к этому не готов.

Сиреневые щупальца стали еще толще, видимо, богиня добралась до других этажей. В дверном проеме труп старика давно уже превратился в пыль, и та же участь ждала и остальных.

Помочь я им не успевал, и это осознание заставило меня действовать быстрее. Но я не мог еще ускориться, иначе обнаженная дева обратить на меня внимание. Рано, еще слишком рано для такого.

— В кого ты превратилась? — получится ли у меня отвлечь ее хотя бы на минуту?

— В прежнюю себя! — радостный оскал и вспышка боли в голове. — Живой!

— Разве такой ты была для ведьм? Ты же их хранительница!

— Что, решил призвать мою совесть? Ха! Ты и одного процента не знаешь про то, кто я на самом деле!

— И кто же?

— Богиня ужаса! Та, что пришла из другого мира! Как сладка сила, как ее здесь много!

— Как же так вышло, что ты всю ее растеряла?

— Ох, смертный, ты задаешь слишком много вопросов, — сияющие фиолетово-алыми бликами глаза посмотрели на меня в упор. — Только из-за того, что ты пробудил меня, я пока тебя не трону. Играйся со своей магией, мальчик. Не мешай мне вспоминать, кто я есть.

Она ухватилась заодно из щупалец, стегнула его, как вожжи, и расхохоталась. От этих звуков разлетелись окна. Надеюсь, ни у Ветра, ни у Ежа не возникнет желания приближаться к этому зданию, не хочу их потерять.

— А что станет с ведьмами? — спросил я, вглядываясь в редкие дырки в коде. — Они тоже станут кровожадными?

Хотел добавить «монстрами», но вовремя прикусил язык. Передо мной все же женщина, которая может всерьез на такое обидиться.

— Они уже получают частичку моей мощи, — глухо пророкотала богиня. — Ведьмы возглавят этот мир, неся стяг, пропитанный кровью.

— Но тогда на них начнется охота, — еще одна сумасшедшая с планами по завоеванию мира!

За что мне такое?

— А как же слияние миров? — ткнул я наугад.

— Моя сила укрепит стенки. Пока я не наберу мощь и не смогу сама открывать двери в другие миры.

— Чтобы получить еще больше силы?

— Угадал, смертный.

— А если тебя там встретят другие боги? Не боишься?

— Мои ведьмы скоро смогут победить любых богов!

Ее голос больно бил по барабанным перепонкам, а на губах появился металлический привкус крови: из носа хлынула кровь. Вытирать ее не было времени, потому что я почти закончил.

Уверенности у меня не было, потому что код был собран на коленке и зиял неаккуратными дырами. Но выбора уже не оставалось: магия богини давила на полог, теснила его и пыталась выжать из него силу.

— Что ты делаешь? — вдруг спросила сущность, с любопытством взглянув на меня. — Сопротивляешься? Зачем? Тебе все равно не выжить.

— И это твоя благодарность за пробуждение? Хреновая из тебя какая-то вышла богиня.

— Да как ты смеешь⁈ — взорвалась она криком. — Ты еще не познал моей силы, а дерзишь!

— По сути, я сейчас твой хозяин, — нагло заявил я, — только благодаря мне ты можешь существовать. И не забывай, что как пробудил, так и усыплю. Будь паинькой и умерь свои аппетиты.

Но ее уже было не остановить. Она расхохоталась и надавила на мой полог сильнее. Алекса только и успевала тараторить уведомления о новых дырках в моей защите.

При всех моих знаниях у меня просто не хватало скорости залатать их все. Еще немного и заклинание расползется, оставив меня на растерзание жадной богини.

— Ну же, чего ты стесняешься⁈ Убери эту дрянь и поговорим лицом к лицу! — грохотала она.

— Боюсь, что моя смертная оболочка не выдержит твоей красоты, — с нотками иронии ответил я. — Дай время, я хоть привыкну.

— А, может, в благодарность тебе дать отщипнуть у меня силы? — она обратила на меня взор пылающих глаз. — Раз ты все еще стоишь на ногах за своим смешным щитом, значит, чего-то то умеешь.

— За предложение спасибо. Вот только не нужна мне твоя сила. У меня своя есть. И она почище твоей будет, потому что без крови.

— Я богиня ужаса! Я несу смерть! — разъярилась она, ударив молотом по стенкам полога. — Убери его и увидишь, на что я способна!

— М-м-м, интересно, но как-нибудь в другой раз, — ответил я, закрепляя последнюю строчку кода крохотным символом.

— Сейчас в мире нет никого, сильнее меня!

— Но все равно захватить соседний мир у тебя пока не получится.

— Пока — да. Но вокруг столько жизненной силы! Никак не могу напиться ею.

— Смотри, чтобы голова потом не начала болеть с похмела. Да и потом, сейчас ты всех убьешь, останется лишь горстка ведьм. Что дальше? Править пустым миром? Это же невероятно скучно.

— Править? Может, и скучно, но я пойду дальше. Туда, откуда меня изгнали. Отомщу.

— Я вот только что отомстил за смерть моей невесты. Знаешь, по опыту могу сказать, что толку от этого никакого. Дыра в сердце как была, так и осталась.

— Развлечь решил меня философскими разговорами? — хохотнула она. — Или ты тянешь время?

Смех ее оборвался с последней фразой. Все, мое время вышло, и она сейчас возьмется за меня всерьез. Я это видел по выражению глаз и крохотной морщинке между бровями.

В следующую секунду стенки полога со звоном рассыпались осколками, которые даже не успели долететь до пола, как их подчистую слизали сиреневые щупальца.

— Ну здравствуй, богиня, — с усмешкой сказал я. — Посмотрим, кто кого?

Глава 25

Да, я рисковал. Ведь мои заклинания были написаны на основе магии богини. Но выбора у меня не было. Если сейчас дам слабину, то божественный кулак размажет по старенькому ковру и даже не обратит внимание.

А потом богиня обратит свой взор на остальной мир, и от него ничего не останется. Поэтому я должен победить в этой схватке. И я готов к этому.

Оставшись без защитного полога, меня тут же начали облеплять сиреневые щупальца. Цветная дрянь ползла по моим ногам, а богиня только улыбалась, не спеша меня раздавливать и выпивать жизненную силу.

В ответ я выпустил несколько коротких зарядов, сдобренных липким проклятием. Атака замедлилась, но не остановилась, затаившись на время.

«Тест кода прошел успешно», — ай да Алекса, вовремя ты это мне сказала.

На моих губах расползлась улыбка. Это только начало. Новая волна заклинаний разошлась широким веером, но лишь слегка задела богиню.

— Что за щекотка, смертный⁈ — крикнула она мне, распаляя свою силу. — Уж не хочешь ли ты сказать, что решил победить меня собственной силой⁈ Так, я отберу ее у тебя!

Она собрала пальцы в щепоть, а потом резко раскрыла ладонь, и меня приморозило к полу. По телу прошлась неприятная вибрация, будто меня запихнули в старую кабину лифта. Я сцепил зубы и медленно выдохнул, обновляя код данных.

— Не в твоих силах забрать такое, — процедил я. — Я не брал у тебя магию, а взял ее структуру за основу.

Передо мной появилась своя собственная сиреневая стена, ничем не уступающую по плотности щупальцам богини. Две силы, похожие внешне и внутренне, все же имели ряд уникальных различий.

Столкновение заклинаний заставило воздух затрещать. Здание основательно тряхнуло, мне на голову посыпалась штукатурка. Как бы не завалило!

«Укрепление задействовано», — отозвалась Алекса.

«Не трать силы на это, работает по основному направлению!» — рыкнул я.

Помощник не ответила, но я сразу ощутил, как нагрелся затылок: магия потекла с удвоенной силой.

— Тебе не одолеть меня! За моими плечами тысяча лет опыта! — хохотала богиня, но я ее не слушал, а продолжал наседать, используя все свои знания и навыки.

Строчка за строчкой, обманка за обманкой, я продавливал атаку богини. Да, это не Разумовский, который полагался только на свой щит. Но и убить ножом эту сущность тоже не получится. Один раз я хотел бросить в нее клинок, но не успевал даже вытащить его, едва справившись с новой атакой.

Однако до полноценного успеха мне было еще далеко. Мы смотрели друг в другу в глаза и пробовали на вкус возможности. То ход сделает она, и вокруг меня начинала трястись мебель. То я в ответ заставлю ее удивиться, блокируя доступ к щупальцам.

К слову, они так и не поднялись выше колен, лишив меня возможности бежать, но не сражаться. Они мне пригодятся. Я еще не все попробовал, что задумал.

— Ты все еще сопротивляешься, — уже без прежнего веселья сказала богиня.

— Ты все еще сопротивляешься, — вернул я ей фразу, добавив широкую улыбку.

— А если так⁈ — рыкнула она и взмахнула руками.

Пол подо мной задрожал, и на долю мгновения я испугался, что рухну в подвал. Алекса тут же отозвалась, уведомив меня об укреплении поверхности под ногами.

Но оказалось, заклинание богини было рассчитано не на это.

В рот ей код!

Она использовала отвлекающий маневр, и пока я думал над полом, в щупальцах появились шипы. Они мгновенно распороли сапоги и впились в кожу.

— Зараза! — прошипел я, с ненавистью, глядя на богиню.

Она мило улыбнулась, и сразу после этого по стенам побежали трещины. Здание может не выдержать нашего сражения, но и выбегать на улицу я не собирался. Не хватало еще больше случайных жертв. Я абсолютно уверен, что рядом с трясущимся домом уже собралась огромная толпа.

«Алекса, активируй запрос помощи от тайной службы, пусть выставят ограждение!» — торопливо сказал я.

И тут богиня вдруг с любопытством склонила голову, внимательно посмотрев на меня. Изучала больше минуты, даже на это время приостановив атаку на меня.

— А с кем это ты все время болтаешь? Тебе со мной скучно? — спросила она ласковым голосом.

— Тихо сам с собою я веду беседы.

— Странно называть себя женским именем, — усмехнулась она. — Твоя вторая половинка?

— С каких пор ты читаешь мои мысли?

— Всегда! — неожиданно громко рявкнула она, и в меня полетела сиреневая волна. — Я забираю всю свою силу! Целиком! До капли!

Ее магия сильно сдавила грудь, вытеснив воздух из легких, но все же не убило. А именно это хотела сделать богиня.

Криво улыбнувшись, я перешел, наконец, к предпоследней части своей атаки. Крошечные символы начали быстро встраиваться в щупальца, что получили доступ к моей крови. Жизненная сила, говорите? Тогда вот подходящая отрава!

Измененное проклятье медленно заполняло заклинание богини, незаметно деактивируя его. Сначала шипы исчезли, потом ослабла хватка.

— Я все забываю узнать, как твое имя, — сказал я, стараясь не смотреть на щупальца и морщиться от боли. — Назовешь?

— В этом мире нет звуков, способных в точности воспроизвести его, — ответила она. — Зачем тебе оно?

— Думаю, что написать на твоей могиле, если хоть что-то от тебя останется.

— Что⁈ Да как ты смеешь⁈ Я великая богиня ужаса! Поглотительница миров!

— Целых миров? А по виду не скажешь, что ты так много… м-м-м… поглощаешь.

Сарказм давался нелегко, но мне нужно было отвлечь и спровоцировать богиню, потому что только так я смогу добраться до всего спектра ее магии и заразить их своим вирусом.

Вместо ответа ее глаза полыхнули сиреневым огнем, а я перестал чувствовать половину тела. Раз — и будто нет ног. Я даже скосил взгляд, чтобы убедиться, что они еще пока существуют.

«Фиксирую…»

«Цыц!»

Я и сам знаю, что ты там фиксируешь, но сейчас тебе лучше помолчать. А то эта зараза и до тебя доберется.

Кажется, богиня умудрилась повредить мне позвоночник. Но как⁈ Ни я, ни Алекса ничего не заметили.

Запускать лечение и сканирование тела не было времени. Не падал? Нормально!

Новый слой заклинания послушно лег поверх магии. Мне нужно еще немного времени. Совсем чуть-чуть. Есть! Богиня ничего не заметила, продолжая радоваться моему шоку от ее шутки с ногами.

— Могу еще и с руками поработать, — сладким голосом сказала она. — Зачем магу руки?

Тут же отнялась левая кисть.

Да в рот мне код! Она же убьет меня по кусочкам! Секунда паники сменилась ледяным спокойствием.

— Сила она не в пальцах, дорогая. А вокруг, — ответил я. — Много-много дармовой силы. Ведром за сотню лет не вычерпать.

— Так, она моя, а не твоя.

— Ошибаешься, — я нашел в себе силы улыбнуться.

— С чего бы…

Договорить она не успела, запнувшись на полуслове. А все потому, что сиреневая дымка в воздухе начала стремительно выцветать и осыпаться на и без того грязные ковры.

Потом настал через щупальцев. Они пугливыми белками возвращались обратно к хозяйке, сжавшись до размеров тонких нитей. И весь этот неопрятный пучок повис вокруг богини, жалобно дергаясь.

— Что ты с ними сделал⁈

— Лишил силы, как ты и хотела.

— Но как⁈

— Пусть это останется моим секретом. С радостью бы придушил тебя собственными руками, но придется магией.

Я все еще не чувствовал ног и левые пальцы, но моему коду не нужно все это. Он вовсю работал уже без моего участия. Не знал я только одного: стала ли богиня смертной или просто уплотнила свой аватар.

— Так что написать на твоей могиле? После тебя, вообще, останется тело? — спросил я, усиливая напор магией.

Она не ответила, но, кажется, стала бледнее. Отлично!

— Тебе не победить!

— Да что ты заладила, а? Все уже, — устало вздохнул я.

Затылок раскалывался от боли, мягкие волны лечилки почти не помогали, лишь раздражали меня. Но я все еще стоял ровно, смотрел в сиреневые глаза и ждал.

— Ты не понимаешь, что творишь! Даже если ты убьешь меня, миры все равно сольются и сотрут тебя с лица земли! Только я могу помочь этого избежать.

Добро пожаловать в стадию торга. Богиня всеми силами пыталась выкрутиться из невыгодной для нее ситуации. Но было уже поздно.

— Со мной умрут все ведьмы! — крикнула она. — Все! Я дала им силу, они зависят от меня.

— Твоя сила — это уже не уникальная штука, — из груди вырвался судорожный вздох.

Чужая магия хлынула в меня широкой волной, едва не разрушая магические каналы. Алексе приходилось здорово напрячься, чтобы не дать им порваться и рассредоточить силу по телу. А когда этого стало мало, начала напитывать все артефакты, что были на мне. Кажется, даже мой пиджак принял не себя толику силы. В голове раздавались тревожные щелчки, подобные звуку счетчика Гейгера. Только вместо радиации они отстукивали уровень магии.

Этот стрекот сводил с ума, и я уже не знал, куда от него деваться. Как безумный смотрел на квартиру Воронова и не мог найти ни одной зацепки. Разве, что… Кажется, я нашел, куда деть лишнюю силу.

Слабо пошевелив правой рукой, я сформировал большое сиреневое облако и отправил его в полет к самой поврежденной стене.

Богиня удивленно проводила его взглядом. На то и был расчет. Потому что огромная сила, которую теперь уже я забрал у сущности, работала на меня.

Через мгновение тонкая паутина трещин ослепительно вспыхнула и… исчезла, а облако поползло дальше. Да, я починил стену одним движением руки. Ребячество, но для сброса силы и ее демонстрации сгодилось.

Лицо богини перекосилось.

— Ты мог захватывать миры, а занимаешься ремонтом, — фыркнула она. — Но что ты будешь делать без знаний?

— Да, пока добывать их прямо из головы я не умею, но все впереди. Ты же смогла прочесть мои мысли, может, и у меня получится?

Я сощурился, делая вид, что хочу проникнуть в ее память. Она впервые испугалась. Значит, то, что она говорит — чистой воды ложь. Интересно, что же тогда правда?

— Маленькая, избалованная девочка, — отчеканил я. — Думаешь, что раз сильная, то можешь делать все, что захочешь? Нет. Как говорили умные люди, за все нужно отвечать.

Аватар богини выцвел еще сильнее, а нити вокруг сжались и осыпались пеплом.

— Что ты хочешь? — тихо спросила она.

— По шее тебе дать, — честно признался я, собирая новый код. — Сидела, помогала ведьмам, холила их, лелеяла. А тут раз, и с катушек слетела от одного трупа и готова отдать их на растерзание. Нехорошо.

Я не собирался давить ей на совесть, не думаю, что она вообще у нее есть, просто болтал, чтобы успеть доделать последний элемент заклинания.

— Я ж помощи от тебя ждал, рассчитывал на твою мудрость. А ты… — вздохнул я и кивнул на тело Воронова. — Он тоже хотел завоевать мир, не думая о последствиях. И умер.

— Ты хочешь убить меня? — бесцветно спросила она.

— А надо?

— Нет! — с жаром выкрикнула богиня. — А тогда что?

— Увидишь. Силы у тебя осталось немного, но свою основную задачу ты все равно выполнять сможешь.

Глаза, уже не такие яркие, полыхнули злобой. Ее образ все продолжал терять краски. Слишком много магии она выплеснула из себя, а теперь, отрезанная от нее, быстро вычерпывала остатки из собственного аватара.

Я все ждал, что она припрятала для меня напоследок неприятную ловушку, но время шло, и ничего не происходило. Меж тем я почти закончил.

— Знаешь, что ценится в мире, порой больше, чем чужая жизнь? — я склонил голову к плечу. — Знания. Как ты уже сказала, они у тебя есть.

— Ты не получишь их! Я умру и унесу их с собой.

— И обречешь своих подопечных на смерть? Ты ничему не научилась, а может, просто врешь, глядя мне в глаза. Однако не думаю, даже больше скажу, я уверен, что ты очень захочешь со мной ими поделиться.

Во мне бурлила ее магия, сладкая, терпкая и почти что одуряюще прекрасная. Вдруг затылок прошило болью. Алекса встряхивала меня, не давая опуститься в пучину могущества.

Я сделал рукой жест, будто хватая пальцами воздух. Богиня вздрогнула, ее руки словно прилипли к телу, не давая ей пошевелиться. А потом она медленно полетела ко мне через всю комнату.

— Не дергайся, — прошипел я.

Простые заклинания всегда давались мне с трудом. Сейчас я использовал воздушную петлю Ветра, подтягивая к себе божественную сущность. Мне нужен был физический контакт для активации последней части заклинания.

Едва богиня оказалась рядом, я впечатал ладонь ей в грудь. Есть! Пальцы не прошли сквозь пустоту, а увязли в зыбкой оболочке.

— Мне больно, — глухо ответила она.

— Знаю, потерпи, я почти закончил, — теперь уже я говорил с ней ласково.

Кажется, она уже смирилась с тем, что я с ней сделал. Все же, когда ты живешь за счет магии, ее утрата сильно бьет по самолюбию.

Наконец, легкий звон возвестил меня об успехе. Богиня нервно дернулась в воздушных путах, а потом забилась сильнее, осознав, что именно я с ней сделал. Ее образ то вспыхивал, то бледнел, но вырваться из цепких лап моей магии богиня уже не могла.

— Я создал специально для тебя магический поводок, — выдохнул я.

Хотелось присесть, но мне казалось, что едва я попробую двинуться, то рухну на пол. А такое с образом победителя не клеится.

Да, я победил ее и умудрился посадить на цепь саму богиню Ужаса.

— Если захочешь вырваться, то она выпьет из тебя все остатки сил. Все просто, видишь? Боли ты не чувствуешь, но и деться никуда не можешь.

— Зачем? — прошептала она.

— Ты же сказала, что у тебя есть опыт и знания.

— А когда мне нечего будет тебе рассказывать, ты убьешь меня?

— Это просьба?

— Нет. Я не хочу умирать, — она опустила взгляд.

— Вернемся к этой теме, когда передашь мне всю информацию, — строго сказал я и окинул ее взглядом.

Нет, так дело не пойдет. Не пойду же я на улицу с ней за плечом! И невидимой не сделать, все равно я буду знать, что она рядом. Что же придумать? О! Есть у меня подходящая идея.

«Алекса, готова поработать? Нужна твоя помощь!»

«Всегда готова, Тимофей Викторович!»

Я одной рукой осторожно вытащил из кармана жезл, который мне вручил Калинин. Одним движением очистил его от всех заклинаний и лишнего кода. Теперь он не сможет передать сигнал бедствия, но мне это больше не нужно.

— Я приготовил для тебя уютное гнездышко, — сказал я, посмотрев на богиню.

— С ума сошел⁈ Я туда не полезу!

— Ты забыла, что ты сейчас пленная богиня? У тебя нет вариантов, — спокойно ответил я.

На самом деле мне и не нужно, чтобы она самостоятельно туда перемещалась, потому что так она будет знать, как и выбраться. Так что я просто добавил последний значок в строчку, и через мгновение новый код и новое заклинание сработали.

Полупрозрачную сущность постепенно начало затягивать в жезл, оставляя после себя лишь аромат сирени.

— Вот и все, — сказал я пустоте.

Моральных сил не было, зато магии — море. Прежде всего, я разобрался с ногами и рукой. Оказалось, что богиня банально замкнула нервы. Быстро исправив это, я довольно потянулся и размялся. Первые шаги дались с трудом, и пришлось обойти все помещение, чтобы снова ощутить себя живым. Схватка с божественной сущностью здорово потрепала мне нервы и организм в целом.

Хотя эти эмоции ни в какое сравнение не шли с тем, что творилось с моей магией. Алекса изрядно постаралась, чтобы хоть как-то уместить ее во мне, но даже так я ощущал, будто пообедал грудой камней.

Оглядевшись, вспомнил, что, по-хорошему, нужно было бы укрепить основание здания, а заодно и продолжить латать стены. Бледно-сиреневое облако почти исчезло, осев на пол. Зато я точно видел, где оно прошло. Как в рекламе пылесоса — изумительно чистая дорожка шла через все ковры из одного угла в другой. Запатентовать, что ли, это заклинание? «Чистящее средство Зарницкого!»

Я нервно рассмеялся, представив себя с широкой улыбкой на рекламном плакате. Нет, увольте.

А вот от трупов Воронова, старика и, думаю, работников в подвале, остались теперь только воспоминания. Я осмотрел остальное помещение. Окна все разбиты, жаль, что их магией не вернуть. Да и не хотелось.

Единственное, что я сделал, это выдул всю пыль с этажа на улицу. Надеюсь, Калинин успел огородить территорию вокруг здания, чтобы никто не попал под эту волну.

Закончив с «уборкой», я спустился на нижний этаж. Все же любопытно, что смог придумать Лешка, используя магию этого мира. Часть информации Алекса зафиксировала еще в первый мой визит, но сейчас можно все подробно рассмотреть.

Возможно, именно там я найду способ, как остановить слияние миров, или хотя бы сделать его безопасным.

Глава 26

Я уже больше часа возился с аппаратами Воронова, но так и не мог взять в толк, что они делают. Вроде как измеряли, как предположила Алекса. Или моделировали магическое поле.

Глядя на все это безобразие, мне на ум пришло только одно имя — Ольга Трубова. Она-то уж точно должна разобраться. Мысль пошла дальше, и я вспомнил про Калинина и хлопнул себя по лбу!

Я же послал ему сигнал бедствия, а потом и вовсе очистил рабочий жезл магией. Даже не представляю, что он мог подумать. Тогда удивительно, что еще не скомандовали к штурму здания.

Или они все мертвы от магии богини⁈

Эта мысль начисто выбила меня из колеи, я взлетел по лестнице и бросился к ближайшему окну. И только увидев хмурых сотрудников тайной императорской службы, смог перевести дух.

Живые! Я даже успел разглядеть торчащую над всеми голову Ветра. Он тоже меня заметил и повернулся к кому-то рядом. И буквально через мгновение все стоящие на улице пришли в движение.

Первыми к зданию выдвинулись серьезные маги. Их пылающую ауру было видно даже не вооруженным взглядом. Я присмотрелся внимательнее и заметил, что все, так или иначе, были окружены ею. Почему я раньше этого не видел? Или это приятный бонус от божественной силы?

К слову, я до конца не верил, что поймал именно богиню. Возможно, это когда-то давно была очень серьезная магичка, которую уже земля не смогла на себе больше носить, оставив ей лишь этот зыбкий образ.

Надеюсь, она мне про это расскажет. Когда-нибудь.

Маги тайной службой остановились прямо под окном, где я стоял, и один из них крикнул мне:

— Тимофей Викторович! У вас все в порядке? Нужна ли помощь?

Если честно, я с трудом удержался, чтобы не рассмеяться.

— Нет, спасибо. Я уже собираюсь спускаться, — все же ответил я, спрятав улыбку.

— Пока нельзя, Тимофей Викторович! Тут остатки чужой магии на стенах. Опасно! Очень сильная. А у вас силы нет.

Мне стало любопытно, что же они имеют в виду, и высунулся из окна почти по пояс. И увидел, как все стены снаружи мерцают остатками моего собственного ремонтного облака!

Теперь уже хохот я сдержать не смог. Маги удивленно переглянулись, не решаясь уточнить причину моего смеха. Пришлось им объяснить, что это хорошая магия и их она не тронет.

Они поверили мне не сразу, и это было не удивительно, ведь облако мерно расползалось по всему зданию. Только вот не разрушало его, а продолжало чинить. Зато я понял, почему оно так быстро исчезло из квартиры Воронова, видимо, магия решила, что снаружи оно будет нужнее.

— Я спускаюсь! — крикнул я и тише добавил, — постарайтесь не начать меня атаковать на выходе.

В коридоре уже магия не давила на меня, и я без задержек дошел до главного холла. Стены здесь еще не все отремонтированы, но, думаю, заряда моего облака хватит еще на сутки, а то и больше.

Перед тем как дернуть дверную ручку и выйти, я на мгновение замер, машинально обновив защиту вокруг себя. А то мало ли что?

Мое появление на крыльце вызвало серьезный ажиотаж. Ко мне подбежали медики, коллеги Калинина, да и он сам с весьма хмурым лицом начал протискиваться через собравшихся людей. Меня тут же засыпали вопросами, но я молчал, ожидая, когда ко мне подойдет Иван или его начальник. Сердцем чуял, что большое руководство сюда тоже приехало.

И не ошибся. Сначала увидел всполохи ауры, а уже потом мужчину в темном костюме. Скромно одетый, шел, опираясь на трость. Выправка военная, лицо гладковыбритое, да и стрижка тоже однозначно намекало, что он служил и очень долго.

Я его не знал, но думаю, это кто-то совсем высоко сидящий.

— Тимофей Викторович, рад, что вы живы. Мое имя Вершинин Дмитрий Иванович.

— Приятно познакомиться, — ответил я, продолжая с интересом изучать его ауру.

Она полыхала синими и серыми оттенками. Предполагаю, что он водник. И очень, очень сильный.

— Вас бы по-хорошему арестовать, — вдруг сказал он. — Сверхсильная магическая атака на город, локальное землетрясение, угроза обрушения зданий, множественные смерти. И вы единственный выживший.

— Дмитрий Иванович, — к нему обратился один из первой группы магов. — Это заклинание на стенах, боюсь, мы не можем с ним ничего сделать.

— И не надо, — сказал я. — Оно ремонтирует стены. Пусть ползает. Кстати, я даже денег за это с вас не возьму. Подарок лично от меня городу.

Вершинин удивленно на меня посмотрел, прищурился, а потом расхохотался. Хриплый, каркающий смех на долю мгновения заморозил его подчиненных. Никто не улыбнулся, но все были в состоянии глубокого шока.

Первым опомнился Калинин. Он маячил за спиной Вершинина, а сейчас обошел его и встал рядом. Правда, мешать смеяться начальству он все же не решился.

— А не хотите ли, Тимофей Викторович, пойти к нам на службу? — Дмитрий Иванович резко стал серьезным.

— Заманчивое предложение. Хотелось бы услышать условия, — не раздумывая, ответил я.

Вот это неожиданный для меня поворот. Столько раз они хотели меня арестовать, избавив город от опасного Зарницкого, а тут такое предложение.

— Мы с вами можем обсудить их сейчас же.

И это тоже было странным. Откуда такая спешка? Вокруг нас в одно мгновение появился полог тишины, захватив только Вершинина, Калинина и меня. Иван стоял и делал вид, что его не существует. Но по глазам я видел, что он в курсе дел и рад будет видеть меня в рядах тайников.

— Слушаю вас внимательно, — сказал я.

— Должность моего помощника, — выдал Дмитрий Иванович.

— Нет, такое меня не интересует, — покачал я головой.

Он, может быть и глава всей тайной императорской службы Дубровска, но мальчиком на побегушках я быть не собирался. Да и не думаю, что Вершинин предложил это всерьез.

Дальше начались дебаты, достойные экранизации. Хорошо, что никто не слышал нашу словесную баталию. Даже у Калинина и то уши сворачивались. Дмитрий Иванович хоть и был заинтересован в моей персоне, но никак не желал давать мне свободу действий. Все же устоявшийся стереотип, что от меня только можно беды ждать, все еще сидел в головах людей.

Но так или иначе, я смог выбить для себя небольшой отдел. А вот что касается специфики работы, тут мы пришли практически к единогласному решению. Вершинин, оказывается, знал про слияние миров и возможную угрозу, поэтому за почти час разговоров я превратился из внештатного сотрудника в целого начальника отдела «Пространственных изменений мирового порядка», а если коротко, то получался ПИМП.

Еще я вытребовал себе в подчинение Калинина. Еще хотел и Дягилева привлечь, но тут Вершинин отказался и стоял на своем подобно скале. Впрочем, мне дали возможность самому набрать сотрудников. Я подумывал взять на работу бывших подопытных Брусиленко. Уж кто-то, а они хорошо знали о сути влияния магических вспышек на организм. В любом случае их можно было привлекать для консультаций. За деньги. Парням же нужно на что-то жить.

Пока мы с Вершининым договаривались, мое облако почти закончило с внешними стенами здания и переползло по крыше на соседнее. Так, оно скоро всю улицу приведет в порядок!

Перед тем как убрать полог тишины, Дмитрий Иванович все же решил уточнить, что случилось. Пришлось ему коротко и аккуратно рассказать, что при попытке разобраться с главарем бандитов была призвана ведьминская богиня. И что по невыясненным обстоятельствам, обилие крови привело сущность в восторг, и она едва не сравняла город с землей. Как я понимаю, ей пришлось ограничиться только одним зданием со всеми находящимися там людьми.

— И сколько их там было? — спросил Вершинин.

«Двадцать три», — подсказала Алекса, это я и передал своему новому начальнику.

— Все они были частью новой банды некоего Воронова, который успешно устранен, — добавил я. — А еще я нашел у него странное оборудование и хочу пригласить своего человека для его изучения. Как я думаю, с помощью него Воронов собирался сделать межпространственную дыру в другой мир.

— Теперь это ваша головная боль, — дернул плечом Вершинин. — Жду отчета к концу недели.

Сказав это, он развернулся и зашагал прочь. Вокруг него сразу же образовался круг из охраны. Я все смотрел на это и думал, зачем магу такой мощи защита, если каждый из идущих рядом с ним обладал гораздо меньшим количеством силы.

— Поздравляю! — Калинин протянул мне руку и хорошенько ее пожал. — Ты теперь официально один из нас. Я расскажу и покажу тебе все.

— Спасибо, давай сразу вызывай сюда Ольгу, вопрос по ее части. Пусть берет все, кому доверяет. И сразу же бумагу о неразглашении подпишет, мало ли что, — быстро накинув на себя роль начальника, распорядился я. — Ничего не выносить, повесить замок с личным идентификатором.

— Все действительно так плохо?

— Лишняя защита не помешает, — я уже искал глазами Ветра. — Я пойду, у меня еще есть дела.

Воздушник оказался рядом, едва я сделал два шага и сразу встал за моей спиной.

— Как Тень?

— Выживет. Хотела сама прийти, но я запретил. Сейчас она в больнице.

— Отвези меня к ней, хочу узнать больше о том, что тут происходило, — сказал я, и Ветер кивнул на припаркованный вдалеке мобиль.

— С ней остался Еж.

— Кстати, как Матильда? — мне стало интересно, как отреагировали ведьмы на то, что я пленил их богиню.

— Напишет каждый полчаса, — он прикоснулся к блокноту во внутреннем кармане. — Говорит, звонки от Констанс поступали каждые несколько минут. Матильда ждет вас, чтобы попросить переправить ее к ведьмам.

— Хорошо, — кивнул я.

«Алекса, а мы можем построить пространственный телепорт из дома до Мосграда?»

«Анализирую.»

Сразу «нет» она не сказала, значит, еще есть возможность. Интересно, почему такие полезные штуки не построили уже сейчас. Ведь удобно же!

Тем временем мы уже дошли до мобиля. Почти весь путь нас сопровождали внимательные взгляды сотрудников, стоящих в оцеплении. Пусть информация о моем назначении еще только устная, но факт разговора с главой всей службы уже о чем-то говорила.

До больницы мы доехали в считаные минуты и сразу же поднялись к нужной палате. Тень, уже в своем обычном виде, ждала нас. Рядом с ней спал в кресле водник.

— Наконец-то! — крикнула Оксана, увидев нас. — Живой!

— Сама такая, — от ее радостного вопля у меня даже на душе потеплело.

Еж дернулся, открыл глаза, широко улыбнулся и подскочил, вытянувшись во весь рост.

— Шеф, докладываю! Показатели в норме, обещают выписать через двое суток.

— Обойдутся, — проворчала Тень, — я в полном порядке. Даже сил хватило иллюзию натянуть.

Я как ни всматривался в нее, то никаких изменений в ее лице не видел. Оно было бледным, осунувшимся и с темными кругами под глазами. Конечно, говорить о том, что вижу ее настоящей, я не стал. Мне моя жизнь пока дороже.

Но зато попросил Алексу просканировать Оксану и выдать порцию лечебной магии. Едва я мысленно закончил фразу, у Тени перехватило дыхание и она захлопала глазами.

— Это ты сделал⁈ — спросила она.

— Что?

— Вылечил⁈

— А что, уже⁈ — опешил я.

Да, с таким объемом силы, моя магия срабатывала гораздо быстрее и четче. Тем временем Тень отбросила одеяла и заявила, что теперь точно уходит и что те, кто попробует ей помешать, могут попрощаться с жизнью.

Пришлось посылать Ветра за врачом, ждать выписки и только потом отправляться в сторону дома. В тайную службу мне нужно приехать завтра, чтобы подписать все нужные бумажки об изменении должности. Сейчас же я хотел простого человеческого поесть и выспаться. Надеюсь, вопрос с ведьмами может подождать несколько часов.

Оказалось, что нет. Едва мобиль приблизился к дому, к нам выбежала Матильда с огромными глазами. Клюнув Ежа в щеку, она торопливо начала объяснять, что мне и ей срочно нужно отправлять к Констанс, потому что ведьмы находятся на грани.

Только на грани чего именно я из ее слова так и не понял. Вздохнул, взял Матильду за руку и мгновенно переместился к особняку, где обитали подопечные богини.

Когда мы появились на зеленой лужайке, к нам сразу же вышла Констанс. Как обычно, она выглядела недовольно. Я ждал, что она сейчас процедит что-то типа: «вы не торопились».

Но нет, подойдя ближе, лицо ее переменилось и просветлело. Констанс низко поклонилась и вежливо предложила пройти в главный зал, дескать, там уже все собрались.

Мы с Матильдой переглянусь, не понимая причину такой встречи, но, не говоря ни слова, отправились за старшей ведьмой.

Место, куда нас привели, впечатляло. Я и не думал, что в особняке есть такое огромное помещение. Полукруглый зал, в котором сейчас находились, по словам Алексы, семьдесят три ведьмы. И все они жадно смотрели на нас. Или на меня?

Констанс всеми силами пыталась оттеснить Матильду от меня и встать рядом. Между ними даже завязалась безмолвная перебранка, которая сопровождалась многозначительными взглядами и наморщенными носиками.

Я не вмешивался, а рассматривал зал: несколько рядов стульев, столы, сложенные в три высокие башни, светильники по стенам. И все это утопало во множестве зеленых и сиреневых украшениях.

Наконец, Констанс что-то шепнула Матильде, и та, ойкнув, отстала от нас, заняв место в первом ряду зрителей. Под взором множества глаз меня проводили до самого центра.

— Сегодня для нас особый день, дорогие мои ведьмы, — нараспев начала старшая ведьма. — Как вы знаете, наша богиня лишилась своих сил. Мы все с вами ощутили, как рвутся связи. И в тот момент, когда наши жизни почти закончились, случилось чудо.

Она зачем-то взяла мою руку и выставила меня вперед, как предмет торгов. Зал притих, приготовившись слушать. У некоторых даже рты пооткрывались от любопытства.

— Тимофей Викторович милостиво принял силу богини. Теперь он наш покровитель, опора и защитник. Давайте его поприветствуем!

«Что⁈» — мысленно заорал я.

Зал тем временем взорвался аплодисментами. Ведьмы повскакивали с мест, махали платочками и радостно кричали. У меня аж в голове зашумело от их реакции.

Я сжал локоть Констанс и зло зашипел ей на ухо.

— Какого черта вы не предупредили меня? Я ехал помочь, что вы тут устроили? Какой еще покровитель?

— А вы разве не поняли? — она захлопала глазами, но я не поверил в ее деланную искренность. — По вам видно, что вы теперь сосуд для силы божественной сущности. Вам Эдиаркалина должна была рассказать при передаче магии. Или нет? Погодите, вы ее убили⁈ И забрали всю ее силу⁈

— Она жива, — я машинально положил руку на жезл.

— Но тогда, как⁈

Мысли в голове метались, как дикая птица в запертой клетке. Сосуд значит? Так вот, что за сюрприз оставила мне богиня — всех ведьм разом. Заберите, распишитесь!

Ругаться сил не было, но очень хотелось.

— Мне нужна вся информация, — жестко сказал я.

— Прямо сейчас? Но у нас же праздник! Девочки готовились! Надели лучшие платья…

Она оборвала фразу на середине, наткнувшись на мой взгляд, и тут же повела меня в отдельную комнату. Она располагалась прямо в зале за неприметной дверью.

— А теперь рассказывай. Все по порядку. И лучше тебе сейчас ничего не скрывать.

Я был зол, и Констанс это прекрасно понимала. Теперь я не какой-то там друг Матильды Хлебниковой, а глава всех ведьм. А это совершенно другой уровень доступа к информации.

— Слушаюсь, Тимофей Викторович, — она понуро опустила голову. — Эдиаркалина существовала в этом мире задолго до появления ведьм. Да и, наверное, этой империи. Когда-то очень давно она смогла заполучить огромную силу, сделавшую ее великой провидицей. Правда, далеко не сразу у нее это вышло. Тогда женщин считали кем-то вроде прислуги и слышали лишь тогда, когда речь заходила про обед. Видения преследовали Эдиаркалину и были настолько сильными, что она едва не сошла с ума. Несколько раз ее забирали в тюрьму за то, что она выкрикивала пророчества прямо на улицах, нещадно били за неугодные речи.

Констанс было трудно об этом говорить. Глаза ее были злы на всех мужчин подряд. Теперь мне стали понятны причины ее отношения ко мне.

— Так, она прожила недолгую жизнь. И умерла бы, всеми забытая, вот только магия не отпускала ее. В один хмурый день, когда тело ее в очередной раз подвело, она упала на мостовую, где ее растоптал проезжающий мимо всадник. Он ее просто не заметил. Когда телесная оболочка разрушилась и случилось то, что мы называем чудом.

Глава 27

— Все могущество, помноженную на ненависть и злобу сплелись в один миг, — наконец, сказала Констанс, глянув мне в глаза. — Они объединились в ней, рождая новую способность.

— Способность проклинать, — кивнул я.

— Именно, — ее глаза блеснули. — Тогда по всему городу у тех женщин, которые искренне ненавидели кого-то, проснулся этот дар. Он был коварен, он питался основной магией и переделывал ее. Пока поняли, что произошло, много бед приключилось. Вызывали главного дознавателя, или кто там был в такое время? В итоге выяснили, что это. Убивать женщин не стали, слишком интересна быть суть проклятья. Но все равно обязали держать себя в руках. Все следующие поколения ведьм получали практически тот же дар. К тому же только с годами выяснили, что проклятия отличаются друг от друга по силе. Все зависело от самой ведьмы.

— Как именно?

— Я прочитала в книгах о некоторых исследованиях. Там упомянуто, что все девочки рождались с двумя силами: к проклятью и обычный даром. И сила богини что-то брала от привычной нам способности, меняя ее. Через три-пять поколений дар к проклятию все же стало доминирующим. Собственно, в нас, нынешних ведьмах, уже ничего от обычных сил не осталось. Только способность проклинать. Мы стараемся не так часто этим пользоваться без особой надобности, чтобы снова не возникла проблема с властями, — она испытующе посмотрела на меня. — Это то, что вы хотели знать?

— Да, я хотел знать, что ваша богиня была в сущности простой женщиной и незаконно взяла себе такой высокий статус.

'И к тому же не была попаданкой, как заливала мне раньше. Зачем ей мне врать? Чтобы я был более лоялен к ней? — мысленно добавил я к словам Констанс.

— И при чем тут тогда слияние миров и магические бури? — спросил я скривившись.

— Так случилось это все с Эдиаркалиной как раз во время одной из бурь. Достаточно сильной, чтобы иметь возможность перекроить магию. Но это уже мы выяснили гораздо позже.

— А слияние? Она говорила, что пришла в одно из слияний.

— Так если сильная буря, там и до слияния недалеко, — дернула плечом Констанс.

— Ты так говоришь, будто это обыденное дело.

— Для нашего мира — вполне. Правда, доказать это сложно. Богиня иногда говорила, что: это все слияние. Мы принимали ее слова как данность. Она прожила гораздо дольше нас.

— То есть, можно и не волноваться по поводу этого? Через год еще раз будет буря, будет слияние, живем дальше?

Она замялась, затеребила платок в руках и долго на него смотрела, не зная, что мне ответить.

— Послушайте, Тимофей Викторович, — начала она. — У нас нет отдельных ведьм-ученых, которые смогли бы ответить на этот вопрос. Но пока я искала для вас информацию, обнаружила, что есть некоторые факты, которые заставляют меня задуматься над всем происходящим, так сказать, в более глобальных масштабах.

— И? Что ты выяснила? — нетерпеливо спросил я.

— Раньше слияния были не такие заметные. Точнее, были прям сильные, которые вносили изменения в мировой порядок, но на этом и ограничивалось. Но в последние два столетия, случались странные вещи. К примеру, — торопливо продолжила она. — Стала появляться снова новая магия.

А вот эта фраза меня заинтересовала, но удивила.

— Много?

— Нет четкой выборки, нужно проанализировать сотню книг, — она всплеснула руками. — Но вот одну назвать могу точно — телепорты. Это совсем недавнее открытие.

— Поэтому таких магов очень мало.

— Именно. Пройдет пара столетий, и их станет больше. Эта способность вживается в наш мир. Развивается. А что откроется нам после этой бури, еще пока не известно.

— Теоретически может быть такое, что слияние — это возможность путешествовать из мира в мир?

— Прям как в другую империю? — она задумалась. — Не уверена. Нет, не могу дать на это вопрос.

Жезл ощутимо нагрелся, и я взял его в руку.

— Что ты хотела мне сказать? — спросил я, глядя на него.

Констанс захлопала глазами, и в них я увидел намек на свое сумасшествие.

— Оставь меня, — бросил я ей и, дождавшись, когда она уйдет, разрешил богине показаться из своей тюрьмы.

— Я не могла остаться в стороне от такого разговора, — сказала она. — И спасибо, что не сказал, что я твоя пленница.

— Говори.

— Ходить между мирами, как между двумя квартирами можно. Но не физической оболочкой, а только душой. Думаю, ты так и появился здесь.

— Раскусила, да? — усмехнулся я.

— Конечно, стала бы я доверять делать что-то с моей магией местному проходимцу!

— Но ряд условий для такого перехода все равно есть.

— Здесь ничего не могу сказать, я между мирами не ходила.

И вот снова. «Не ходила!» Я презрительно на нее посмотрел. А ведь как я рассчитывал на ее опыт! Но это не значит, что ходить за грань нельзя. Думаю в любом случае есть ряд условий: это и похожее тело, и смерть в одном из миров. Про что-то такое она тоже говорила когда-то, но я никак не мог уцепить мысль за хвост.

О своих мыслях я богине говорить не стал, а отправил ее обратно в жезл.

По сути вещей, мне это никакой информации не давало. Тогда что хотел сотворить Воронов? Как он додумался использовать бурю и слияние? Надеюсь, на это мне даст ответ Ольга.

Я поднялся, вышел в зал, где меня все еще ждали ведьмы.

— Милые дамы, рад вас приветствовать. Для меня, как вы поняли, это стало неожиданным назначением. Пока я вхожу в курс дела, мне будет помогать Констанс. И ваша помощь мне тоже будет нужна.

Ведьмы загалдели, выкрикивая слова поддержки. Но я призвал их к спокойствию.

— Тех, кто работает в библиотеках и имеет доступ к архивам, я собираюсь объединить в исследовательскую группу. У нее будет отдельная задача. Более подробные инструкции даст Констанс. На этом все.

Я кивнул старшей ведьме. Мне нужно было расписать ей, все, что я хотел знать, а также получить у нее личные дела ведьм. На этих девочек у меня тоже есть планы.

Оставив Матильду с ними, я переместился домой. Мне хотелось выдохнуть, посидеть хотя бы час наедине со своими мыслями. Но незаметно появиться в доме не вышло.

В одну секунду на меня налетела Тень, повиснув у меня на шее. На мгновение я остолбенел, думая, что это не она, а опять Алекса, но задорные огоньки в глазах и улыбки остальных убедили меня, что это самая настоящая Оксана.

— Что там произошло? — спросила она.

— Я стал главой ведьм.

— Что? Серьезно? Глава ведьм мужчина? — она охнула и прижала ладони к щекам. — Не, бред. Быть такого не может. Это ж столько женщин будет вокруг тебя!

Кто о чем, а Тень все также ревнует. Еж даже хохотнул, накладывая мне порцию пасты. А Ветер, он, как всегда, не изменил даже выражение лица.

— И что ты теперь будешь делать? Сразу два назначения, это считай, две полноценные работы.

— И Рихард.

— И Рихард, — согласно кивнула Тень. — Совсем времени на меня не останется!

— Не волнуйся, задач всем хватит. Будешь мне помогать, еще взвоешь.

— Командуйте, шеф, только сначала покушайте, а то на вас лица нет.

* * *

За всеми делами пролетело все лето, осень и началась зима. Я изучал слияние миров, новую магию и магнитные бури, объединив усилия ведьм, Трубовой и свой отдел в тайной службе, в который нанял пятерых магов из группы Брусиленко.

Остальных тоже успешно пристроил на работы, но они всегда были готовы помочь мне с любыми вопросами. Они сильно сплотились, живя в доме Хлебниковой. Матильда была только рада, что в особняке кто-то появился. Говорила, что от этого он даже лучше выглядеть стал.

Со всеми бывшими учениками плотно пришлось поработать Белотеловой. Она даже шутила, что месяц ее пациентами были только мои ребята. Я улыбался и просто оплачивал счета за приемы в больнице. Дорого, но зато я видел эффект. Парни с каждым днем становились увереннее в своих силах. А трое уже добились больших высот в изучении магии при императорской академии.

Чтобы все успевать, мне пришлось перебраться в Мосград и въехать в особняк отца, потому что телепортироваться каждый раз к ведьмам было тяжело. Да и постоянно нужны были консультации людей из Дубровска. Первое время я прыгал безумным тигром между всеми офисами, пока не решил, что быстрее собрать всех в одном месте.

А до телепорта руки так и не дошли. Я еще подумывал сделать аналог видеосвязи, но оказалось, что такие артефакты потребляют очень много энергии. И если у меня ее прорва, то у моих собеседников — кот наплакал. Хотя порой посылать срочные письма в виде собственной проекции по первости было забавно.

Вершинин был, конечно, против моего переезда в столицу. Все упирал на то, что это плохо скажется на оперативности получения им данных. Но увидев, что я появляюсь у него перед кабинетом в назначенные часы, оттаял. Ему тоже было интересна тема моих исследований. Думаю, в глубине души он просто переживал, что я переметнусь к столичным коллегам. Выдумщик.

Для работы с архивами я сделал несколько артефактов, которые содержали в себе простенькую копию Алексы и могли запоминать информацию. Точнее, они копировали его фотообраз, а потом приходилось забирать и «скачивать» данных, чтобы помощник могла их добавить к своим записям.

Очень скоро я буду близок к тому, чтобы, наконец, проанализировать всю информацию, что есть в столице по слиянию миров.

Трубова была счастлива, когда я отдал ей все оборудование Воронова и даже не спросила, откуда оно. Надеюсь, Иван ей тоже ничего не сказал.

Меня не отпускала мысль, что возможно бывший друг был прав и можно проникнуть в другой мир физическим телом. Но никак не мог найти тому подтверждение. Однако это мне никак не мешало изучать собственную силу.

Порой я надолго запирался в кабинете отца и долго возился с кодом своей магии. Мне казалось, что я смогу все что угодно, но никак не удавалось подцепить какой-то крохотный фрагмент, чтобы все встало на свои места.

Я был ограничен знаниями двух миров, а нужно еще что-то. К слову, богиня тоже пока не стремилась мне помогать, скупо цедя слова. Это злило, но я не торопился. Даже, наоборот, старался реже к ней обращаться, чтобы поскучала в одиночестве.

Времени у меня было полно, чтобы решить эту непростую задачку, и я не отчаивался, продолжая работать.

Остальным тоже не приходилось скучать. Тень вызвалась пойти к тайникам в роли разведчика, и порой уходила на задания на недели. Еж, когда не готовил нам свои роскошные обеды и ужины, помогал Острому.

Этот уникальный человек, будучи главной бандитов всего Дубровска, оказывается, взял под свое крыло несколько школ. И водник сейчас там выступал в роли тренера для подростков.

Когда я про это узнал, что сразу же выделил деньги на ремонт и оснащение. Острый картинно отказывался, ссылался на то, что со мной не расплатиться, но потом сдался, довольно блеснув глазами.

И только Ветер неизменно находился рядом. То репортеров отгонял, которые так и норовили подкараулить меня у особняка, то разворачивал просителей. Один раз ко мне пришел обиженный виконт и с пеной у рта требовал у меня разобраться с каким-то бароном, который обманул его на крупную сумму денег.

События так плотно набивались в мою жизнь, что я порой не успевал за ними следить. И только Алекса порой одергивала меня и напоминала, что нужно отдыхать.

И все бы так и было, пока в один прекрасный момент я не увидел на пороге Констанс с очень серьезным выражением лица. Под мышкой она держала какую-то старую книгу.

Не говоря ни слова, старшая ведьма передала ее мне, а потом развернулась на каблуках и вышла. Я только удивленно посмотрел ей вслед, но потом сразу же открыл первую страницу.

Это было жизнеописание Иллионара Высокого. Сначала я не понял, зачем мне Констанс отдала это, но вчитавшись в кривые, написанные от руки буквы, понял и сразу же вызвал богиню.

* * *

— Кто? Илионор? — фыркнула она. — Глупец, который решил прорваться в свой мир и не вернулся. Я думала, что его имя давно стерто из памяти этого мира.

— Что конкретно он сделал? — с нажимом спросил я.

— Ах, вот что тебя интересует, — она прикрыла свои полупрозрачные глаза. — Ты решил повторить его опыт?

— Эдиаркалина, не зли меня, — сказал я, оттянув немного ее силы. — Я уже и так понял, что рассказанная тобой история про попадание в этот мир — полная чушь. Говори правду.

— Ладно, ладно. Какой ты злой сегодня. Илионора я встретила уже, когда стала такой. Магии во мне было великое море, и этот жгучий брюнет по ней меня и нашел. Его история не менее печальна.

Она демонстративно села на край моего стола и закинула ногу на ногу. Наивная, будто ее полупрозрачное сиреневое тело может меня заинтересовать. Тем более сейчас.

— Для своего темного времени он был очень силен. Магия воздуха, способная создавать ураганы и стирать с лица земли целые города. Он был такой. Мощный. И при этом искренний и добрый. Так бывает, когда человек в полной мере осознает свое могущество. И когда случилась война — он был в первых рядах. Бой закончился быстро и позорно для другой стороны. Обиженный правитель, видя, какой мощи Илионор, решил как-то ослабить его. Придумал убить его семью. Мол, печаль и тоска сделает свое дело и погубит его. Но не рассчитал. Жену и двоих детей-то он убил, но не подумал, что Илионор сравняет с лицом земли все небольшое королевство. Однако от печали это не спасло мага. Он не мог найти себе места в этом мире. Мы встретились как раз на этом этапе. Илионор решил, что не хочет быть там, где нет его любимой семьи.

— И решил найти ее в другом мире?

— Может, мы мало общались, — пожала она плечами. — Просто однажды он пришел и сказал, что уходит за грань. Я думала, что он нашел способ умереть, но он улыбнулся и сказал: «я отправлюсь домой».

— Но как он это сделал?

— Да вроде пробил грань, — ее плечи вновь дернулись.

Она сама не знала и не хотела об этом думать. А я как раз за это и зацепился. Отправив богиню обратно в жезл, я сразу же телепортировался к Трубовой.

— Оль! — крикнул я с порога. — Нужно пробить грань!

— Что⁈ Пробить? — она уже привыкла, что я могу вот так появиться в любое время дня и ночи. — Разрушить баланс? Но зачем? Хочешь в другой мир отправиться? В отпуск?

— Нет, — мотнул я головой. — Не так сформулировал. Грань можно пробить и попасть в другой мир, нужно только силы побольше. Но я думаю, что именно так мы сможем укрепить все.

— Я совсем не понимаю, о чем ты говоришь.

— Где прибор, что не видит дальше носа? — он достался от Воронова и был последним, чье назначение мы не расшифровали. — Он упирается в грань. И дальше нее ничего не может разобрать.

— Логично. Я и сама об этом думала. Погоди, ты хочешь сказать, что слияние происходит, потому что грани пробивают?

— Именно. Это не эволюция, не развитие, неприродное явление. Всплеск магии порождает дыры. Изнутри. Не снаружи. А магическая буря — это причина. И уже даже вполне себе обычное явление, как дождь или северный ветер.

— Слишком просто.

— В этом и дело. Вот смотри. Начинается магическая буря. В такой момент у многих магов скачут показатели силы. И, представь, случается локальный ад лично у одного человека. Вспышка эмоций, помноженная на большую силу, пробивает грань.

— Но тогда это не слияние. А как же новые силы?

— Давай простыми словами. Вот есть остров. Своя экосистема, не тронутая годами. И тут приплывают моряки.

— Они несут на себе или с собой что-то новое, к чему экосистема будет привыкать и адаптироваться.

— Именно.

— Значит, во всем виноваты, по сути, мы сами? И нет никаких богов, а только очень сильные маги, которые буквально растворились в своей силе.

— Да.

— И мое исследование бесполезно? — Ольга с грустью на меня взглянула.

— Нет! — я ударил кулаком по ладони. — Нужно укрепить грани. Твоя лаборатория мне в этом поможет.

Я улыбался, а сам думал о том, что очень и очень повезло, что у меня очень спокойный характер. Ведь могло выйти и так, что сила богини во мне, помноженная на эмоции… нет, даже думать не хочу.

«Да, вы вполне могли разрушить десять процентов защитного слоя мира», — вежливо «подумала» за меня Алекса.

Я молчал, а вот помощница — нет.

«По моим расчетам, с учетом новых данных, последствия этой вспышки могли отразиться на большей части магов этого мира. Анализ показывает, что смертность среди…»

«Замолчи.»

Получается, в одну из таких дыр мы с Вороновым и попали сюда. Нет, это нужно прекратить.

Я медленно вдохнул и выдохнул, а потом прикрыл глаза и начал действовать. Воронов не прошел бы за грань. Он бы разрушил ее. И убил нас всех. И чтобы такого больше никогда не произошло, нужно сделать грани прочнее.

* * *

Эта работа заняла у меня не один год. Успехи чередовались с провалами. Я вычерпывал мое море силы до дна, иногда падая без сил прямо на полкабинета.

Но результаты были. Уже за первые полгода магических бурь стало меньше. Как и пациентов с исковерканными магическими потоками. Я не раз видел отчеты Белотеловой, и они это подтверждали. Больше того, настало мирное время.

Магия стабилизировалась.

Не полностью, конечно, порой какие-то вспышки случались, но мы могли их отслеживать и успевали поставить блокировку.

Дети стали рождаться с более сильным даром. Наши с Тенью сыновья в будущем станут сильными магами. Уже сейчас можно было заметить, что у Виктора в пять лет отлично получаются заклинания иллюзий, а у Тимофея-младшего способность к огню. Меня сначала это удивляло, но потом я понял, он сам ее выбрал.

Да, действительно сам. Он родился с признаками всех четырех стихий, но отдал предпочтение пламени. Так и остальные дети, которые родились одновременно с ним. У Матильды с Ежом — Лида обладала как даром к проклятию, так и водной магией. Не приведи боги разозлить малышку.

У Аннабель и Максима — тут все было понятно и без магических измерителей, — Константин уже в семь лет создал первый артефакт. Сейчас он стоит у меня в кабинете, защищая его от огня.

Защитный слой мира дал всем магам пусть и не новые способности, но возможность выдохнуть после череды безумств магии.

— Тимофей Викторович, — я все записала.

— Спасибо, Вероника, — кивнул я своей помощнице.

К слову, это была не Алекса в своем старом виде. Я взял структуру ее кода и наложил его на остаточную силу богини. И теперь у меня появилась почти живая помощница, которая не была подвержена случайным вспышкам, и была на порядок мощнее Алексы.

Я отложил в сторону свои записи и выглянул в окно, с улыбкой смотря на стайку детишек.

От мыслей меня отвлекла Оксана.

— Тим, ты чего застрял, там уже торт выносят, а ты все работаешь!

Кивнув ей, я поднялся и вышел в гостиную. Там стояли все мои друзья. Они ждали только меня.

И едва я переступил порог, грянуло дружное:

«С днем рождения, Тимофей!»

Я улыбнулся, да, пятьдесят лет исполняется всего раз в жизни. И я рад, что нахожусь здесь и сейчас в этой гостиной с этими людьми.

Все же мне никогда не понять Воронова с его желанием вернуться. Зачем? Ведь можно создать свой собственный, который не страшно оставить будущему поколению.

Nota bene

Книга предоставлена Цокольным этажом, где можно скачать и другие книги.

Сайт заблокирован в России, поэтому доступ к сайту через VPN/прокси.

У нас есть Telegram-бот, для использования которого нужно: 1) создать группу, 2) добавить в нее бота по ссылке и 3) сделать его админом с правом на «Анонимность».

* * *

Если вам понравилась книга, наградите автора лайком и донатом:

Код идеальной магии 3

Content

Код идеальной магии 3

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Глава 20

Глава 21

Глава 22

Глава 23

Глава 24

Глава 25

Глава 26

Глава 27

Nota bene