Устинова Мария

Городская охотница

Городская охотница

Мария Устинова

Глава 1

Мы с Лазарем стояли на дороге и смотрели на огни города. Город простирался далеко впереди, совсем как на ладони, и казалось, что весь он — наш. Мы были здесь, прошли от начала до конца, познали его тайны, видели тех, кто правит городом в ночи, и заработали право считать его «своим».

Теперь я стояла на этом месте три года спустя. Шуршал под ногами тот же гравий, в лицо лениво дул ветер, только прохлада была не летней — зимней. И еще изменился цветной рисунок городских огней. Город стал больше.

Я подышала на холодные ладони и пошла к машине.

Вчера полузабытый голос из далекого прошлого в моем телефоне позвал меня сюда. Голос звали Мариной. Марина не явилась.

Я переключила передачу, осторожно развернулась и вырулила на дорогу. Тишину и воспоминания оборвал звонок мобильника.

— Алло.

— Привет, охотница.

— Кто это?

Голос был мужским, а значит, посылаю к черту. Хотя Марину я бы тоже послала: нечего опаздывать в такой холод.

— Не узнала?

— Представляться надо, — сказала я. — У меня память не резиновая.

Я бросила трубку обратно на приборную панель.

Еще один привет из прошлого. С тех пор, как я развелась и Эмиль перестал оберегать мой «покой», а номер телефона появился в справочниках и еще черт знает где, возникло новое неудобство в жизни. Месяца не проходило без звонков «друзей» и прочих знакомых, жаждущих восстановить общение. Я уверяла, что друзей у меня нет, а денег не одалживаю даже под проценты, и не очень вежливо посылала.

Марина — другое дело. Раньше я называла ее подругой. Мы вместе входили в группу Лазаря. Эта девушка с яркими, осенними волосами и россыпью веснушек, произвела на меня сильное впечатление. Она на всех его производила.

Кепка, лихо заломленная на ухо, широкая ухмылка и дружелюбный взгляд. Люди, которые умеют так смотреть, становятся друзьями на всю жизнь, такими, чтобы хоть в огонь за тебя, хоть в воду, или врагами, ненавидящими так же честно и открыто. С душой нараспашку.

У меня еще был звонкий голос и заразительный оптимизм. Я сама еще была — хоть в огонь, хоть в воду, была еще — хоть куда. Наши глаза горели таким родственным огнем и азартом прогнуть жизнь под себя, что никто и не сомневался.

Глава 2

Я остановилась перед высокими коваными воротами. Не знаю, как Эмиль провернул эту сделку, но дом бывшего мэра теперь принадлежал ему.

За оградой ничего не изменилось, посередине двора торчала огромная клумба, занесенная снегом, если разворачиваться к выезду, то только вокруг. Так не практично. Лично я снесла бы клумбу и сделала полноценную парковку. От ворот расчищенная дорожка вела к крыльцу. Широкое крыльцо освещали фонари.

Незнакомый вампир за воротами что-то сказал в рацию и створки начали открываться. У меня противно сосало под ложечкой. Было странно, что теперь здесь живет мой муж. Бывший муж.

В последний раз я видела Эмиля два месяца назад: он был почти полностью покрыт кровью и таскал за ногу труп бывшего хозяина города. Это меня изменило. Я не знала чего ждать от встречи и нервничала.

Он стоял на крыльце. Фары на мгновение выхватили его из полутьмы и я медленно проехала мимо, подыскивая где припарковаться. Я, если честно, вздрогнула. Как говорится, с глаз долой — из сердца вон, но меня пробрало, как только я его увидела.

Может, развернуться и свалить поскорее? Усилием воли я обуздала панику, вспомнив, что у меня при себе пистолет и вообще… Я ведь охотница на вампиров. Я могу за себя постоять. Мне нечего бояться. Прежде чем выйти из машины, я расстегнула пальто и нащупала подмышкой рукоятку пистолета. Хорошо.

Я пошла к крыльцу, не спуская с Эмиля глаз. Это напомнило мне случай, когда в подворотне я столкнулась с бродячей овчаркой, которая в упор смотрела на меня, насторожив уши. Тогда я обошла ее полукругом, точно так же наблюдая за ней.

Эмиль был одет в серую парку поверх делового костюма — выглядел он респектабельно. Если он напился крови, парка ему не нужна, но когда на улице минус двадцать трудно не выделяться в толпе без верхней одежды. Вампиры, как и все хищники, не любят привлекать внимание.

Он окинул меня профессиональным взглядом убийцы, словно мысленно обыскивал в поисках оружия, но ничего не сказал.

Я первая не выдержала и нарушила молчание:

— Привет, Эмиль.

Он только кивнул и пошел к дверям. Мне не осталось ничего другого, как пойти следом.

Маленькая комната на втором этаже, в которой я никогда не бывала прежде, напомнила дешевый офис. Я даже заподозрила в ней помещение для персонала — комнату охраны, например.

Жалюзи на окнах, серо-голубоватые тона обстановки, в конце комнаты письменный стол. Он занял место за столом и предложил:

— Садись.

Я устроилась напротив с интересом рассматривая бывшего мужа. Он не изменился. Совсем. Даже выражение лица было прежним: жестким и усталым. А я думала, мой уход должен его смягчить. Ну-ну.

— Что случилось? Зачем ты звонил?

— Хотел поговорить, — у него дернулась щека.

Нервный тик? У Эмиля? Обычно он контролирует себя лучше. Даже если все летит к черту — он держит лицо и уважает тех, кто умеет это делать. Поэтому я в число уважаемых им людей не входила.

Эмиль гордился умением скрывать чувства, но я все равно научилась их видеть — он нервничал. Мне пришло в голову, что он может бояться меня так же, как и я его.

— Не замечала ничего странного в городе?

Меня кольнуло неприятное предчувствие. Потому что прошедшей осенью я задавалась этим вопросом и вылился он в кошмарную историю, которая чуть меня не убила. До сих пор удивляюсь, как выжила в той мясорубке.

— Что произошло?

Эмиль открыл ящик стола, прошуршал в глубине и вытащил обычную пластиковую папку. Внутри что-то было. Я взяла, помяла — стопка листов и какая-то мелкая вещь…

— Что это? Надеюсь, не какая-нибудь пакость? Ты меня пугаешь.

— Открой.

Я расстегнула папку. Зря я это сделала. Нужно было слушать голос разума и ехать домой.

Там оказались семь фотографий, лист с напечатанным текстом и золотая цепочка со странной подвеской в форме лаврового листа.

На снимках я увидела мертвую женщину. На одном из фото шея и часть ключицы изображены крупным планом. Они были разорваны. Прежде я только один раз видела подобные раны — на собственной шее. Укус вампира. На этот раз — смертельный.

— Что ты думаешь? — как ни в чем не бывало спросил Эмиль.

Я раздраженно бросила фотографии на стол.

— Зачем ты мне это показал?

— Хочу узнать твое мнение.

— Ее загрыз вампир, этого хватит? Не исключено, что убийца ты.

— Мне не нравится сарказм.

— Мне тоже, — призналась я по секрету.

Мы неприязненно смотрели друг на друга поверх фотографий на столе. Сквозь благородную маску Эмиля на миг проступило презрение. Еще бы, я не только его бывшая жена и охотница на вампиров, уже за это стоило бы предать меня анафеме, хуже того, он больше не может мной управлять. Представляю, как он злится.

Взгляд вернулся к фото.

Девушка на снимках была не знакома. Молодая, красивая, наверняка у нее кто-то был, родители или муж, к кому она больше не вернется. Чтобы стать жертвой вампира в наше время, нужно иметь редкое невезение.

Это умерило мой пыл.

Наверное, на это Эмиль и рассчитывал — на мою человечность.

— Что случилось? — повторила я.

— Ее нашли сегодня ночью за «Фантомом». В тупике на заднем дворе клуба.

— Где тело?

— В криминальном морге, вероятно. Не знаю, куда отвозят жертв насильственной смерти.

Я порадовалась, что практичные вампиры не избавились от нее, и скорее всего она попадет домой и ее нормально похоронят, хотя причина смерти будет другой. Иногда я задаю себе вопрос, хорошо это или плохо, что мир не догадывается о том, что ночные твари реальны. Каждый раз ответ оказывается разным.

— Чего ты хочешь от меня?

— Ты должна этим заняться.

От неожиданности я выронила фотографии.

— А почему я?

— Ты охотница.

— Мне кажется, причина в чем-то еще, — я подняла брови.

— У тебя есть опыт. Ты застрелила вампира.

— Тебе нужен убийца?

Эмиль не ответил. Если он не объяснится, я уйду и больше никогда не буду отвечать на звонки телефона.

— Мне нужен охотник, который его выследит. Убивать никого не придется.

— Почему ты не привлечешь своих? Ты мэр, у тебя полно силовиков, выследи и оторви ему голову. В чем проблема?

Эмиль усмехнулся и тут кусочки пазла встали на место.

— Ты допускаешь, что это мог сделать кто-то из твоих и поэтому хочешь охотника, — «догадалась» я. — А кроме меня ты никому не можешь доверять.

Между нами много что было, так что Эмиль знает меня как облупленную. Я ему не нравлюсь, но он точно знает, чем я дышу и что за мной не тянется никакой темной истории. Как всегда, когда Эмилю прижарят хвост ему и обратиться-то не к кому, кроме бывшей жены.

Кажется, чувства отразились на моем лице.

— Я тебе многое дал, Яна. Ты не можешь отказать.

— Это ты про квартиру, машину и старый бизнес?

Все от «старой» жизни он оставил мне: свой «мерседес», на котором я ездила, квартиру в которой жила. Доход от рекламного агентства мы получали пополам и на жизнь хватало.

Но я не просила об этом и считала, что это вроде компенсации за ужасные три года брака.

— Было бы лучше, если бы я оставил тебя ни с чем?

Я не стала лукавить:

— Не совсем так, — одернув себя, я перестала лукавить совсем. — Нет.

Он прав, начинать жизнь с полного нуля я не готова. Теперь он хотел, чтобы я ответила тем же. Оплатила должок. Хитрый Эмиль.

— Я тоже оказала тебе услугу, — напомнила я.

Я убила бывшего мэра, освободив Эмилю место и тем спасла его от расправы. Охотники не принимают заказы на тех, кто у власти — это первое правило охотника. Ему очень повезло.

— Я заплачу, — вдруг сказал он. — Любую сумму, какую захочешь, можешь не стесняться. И предлагаю тебе должность городского охотника.

— Городского охотника?

— Это очень щедрое предложение, — произнес Эмиль, через силу проглотив окончание «для тебя». Как не подавился только. — Ты сможешь контролировать охотников, даже вампирам придется с тобой считаться.

Я хотела сказать, что им и так придется, но промолчала. Городской охотник, по сути, означал правую руку мэра. Даже вампирам нужны люди, которые будут выполнять за них грязную работу и следить за охотниками в городе. Да, этот статус давал власть, но у него был существенный недостаток…

— И подчиняться тебе? — кисло улыбнулась я. — Нет, спасибо.

— Не торопись, подумай.

Эмиль смотрел на меня, приподняв брови и с превосходством в глазах. Выражение было мне знакомо, но сейчас, по крайней мере, он спрашивал мое мнение.

— Я подумаю.

— Прекрасно, — кивнул он. — Когда приступишь?

Он уже знал, что я соглашусь.

Я переместила взгляд на фото с мертвой девушкой. Приоткрытый рот, застывшие глаза — что, интересно, она подумала, когда в нее впились клыки того, кого не существует?

Если она не охотница, конечно. Это я тоже должна выяснить.

— Мне придется привлекать разных людей для розыска… Кому я могу доверять?

— Я дам тебе помощников. Здесь, — он положил поверх папки с фотографиями черную «флешку», — краткая информация о каждом. Я понимаю, ты их не знаешь, но времени знакомиться нет. И еще, мне нужна полная анонимность. Никто не должен знать, что по городу бродит бешеный вампир.

Задача усложнилась до невозможной.

— Эмиль, тело нашли за «Фантомом»… Об этом уже все знают.

— В клубе свидетелей не было.

— Но кто-то нашел тело, к примеру…

— Я, — сказал Эмиль.

— Что — ты?

— Я ее нашел.

— Серьезно? — я опешила. — А зачем тебя понесло на задний двор?

Вместо ответа он вручил мне папку. Полчаса назад я пребывала в полной эйфории от того, что не вижу и не слышу Эмиля. И тут появляется он и начинает вить из меня веревки. Это когда-нибудь кончится?

— Я вижу, тебя это злит. Тебя устраивает, что мэр города — я?

— Абсолютно и полностью, — вынуждена была я признать.

— Ты хочешь, чтобы все так и осталось?

— Да, — ответила я, прикидывая, куда он клонит.

— Я мэр всего два месяца. Это мизерный срок, и вот, уже вампирская жертва на моей территории.

— Может, у прошлого мэра такие проблемы возникали каждую неделю? Ты же не знаешь.

— Я не верю в совпадения. Ты хочешь, чтобы я остался мэром?

— Шантаж? Так не честно, — усмехнулась я. Он оставил реплику без внимания, для Эмиля это все не шутки. Кажется, он действительно опасается за свою жизнь.

Я стерла с лица неуместную улыбку. Может он и прав. Вампиры редко становятся бесконтрольными убийцами, редко теряют голову и начинают «следить», но еще рано делать выводы.

В любом случае, жертва вампира, это не смешно.

— Сегодня я ничего от тебя не требую, — продолжил он. — Отбери группу для работы и завтра в девять вечера жду отчет, понятно?

Я утвердительно буркнула, что всегда готова.

Эмиль проводил меня до двери и любезно улыбнулся на прощание.

Я осталась одна на парковке с папкой в руках и миллионом проблем от ненаглядного Эмиля. Жизнь, все-таки, не меняется. Появилось ощущение, что я сама затянула на шее петлю.

Дворники месили снег, а я уже почти засыпала. Рядом, на пассажирском сидении валялась папка. Думать о завтрашних трудностях и новой встрече с Эмилем не хотелось.

Я въехала во двор, поставила машину в гараж и поднялась на четвертый этаж. Когда я справилась с замком и попала в квартиру, все на что хватило сил — это раздеться. Уже через пятнадцать минут я влезла под одеяло.

В кармане пальто снова зазвонил телефон.

Я перевернулась на бок, накрылась одеялом с головой и притворилась, что не слышу.

Глава 3

Утро началось в высшей степени странно — мне принесли цветы. Роскошный букет алых роз лежал под дверью, я споткнулась об него, когда утром вышла в магазин за свежими булочками.

Визит в кондитерскую пришлось отложить.

Цветы мне ни разу в жизни не дарили. Если предположить, что кому-то могла взбрести в голову эта глупая идея, то это мог быть либо Эмиль, либо Андрей. Он тоже был вампиром и неплохо ко мне относился. Я даже считала его другом.

Первым делом я отнесла букет на помойку, вторым — позвонила Эмилю и Андрею. Оба с неподдельным удивлением уверили, что цветы не их рук дело и вообще им бы никогда в голову не пришло: во-первых, дарить мне цветы, во-вторых, делать это таким дурацким способом.

Потом Андрей с интересом спросил: «Это намек?», а Эмиль с подозрением: «Чего ты добиваешься?», я тему развивать не стала и положила трубку.

Версию о таинственном поклоннике я отмела сразу. Был вариант, что неизвестный перепутал квартиры и положил букет не той девушке. Не сомневалась я только в том, что место этим цветам в мусорном ведре. Подарки от незнакомцев я не принимаю.

Я сделала себе чай с лимоном и взгляд упал на папку, оставленную на кухонном столе. Про цветы я быстро забыла и вытряхнула вещи на стол, перемешав фото. Цепочку с подвеской и мятую бумагу с текстом на время отодвинула в сторону.

Снимки я разложила в ряд и внимательно рассмотрела. Не очень приятное зрелище. Что-то казалось в них странным, нелогичным.

Женщина лежала на спине, откинув голову, глаза смотрели вверх. Черное платье с крупными красными цветами, распахнутое серое пальто, из кармана торчит какая-то тряпка. Перчатки, решила я, присмотревшись. Шапки на ней не было и черные волосы в беспорядке разметались на асфальте.

На шее рваная рана. Я непроизвольно коснулась своего шрама.

В этом дело? Это меня смущает?

У меня такой же след, а я жива. Слишком мало у нее повреждений для смертельного исхода. Вокруг нет крови. Тоже странно.

Слишком театрально, слишком мелодраматично выглядит женщина. Если вас атакует вампир, вы не успеете выбрать красивую позу. После нападения остается кровь, следы борьбы и растерзанное тело. Это больше похоже на место обеда львиного прайда, чем на художественную сцену. Значит, кто-то придал ей после смерти это положение.

Я взяла лист бумаги. Это оказалось что-то вроде свидетельских показаний, Эмиль описал, как нашел тело и свои наблюдения. Ничего экстраординарного, просто суть событий.

Я хмыкнула и подцепила пальцем цепочку. Она завращалась, перекручиваясь, кулон в виде лаврового листа заиграл на свету.

Зачем Эмиль забрал украшение? Считал, цепочка чем-то поможет? Я сгребла вещи обратно в пакет и сунула в сумку.

Обычно вампиры не убивают. Даже если выследит и нападет на случайную жертву, может покалечить, но убить вряд ли. Либо это нелепая случайность и девушка истекла кровью, не сумев вызвать помощь, либо он хотел убить.

Преступление произошло не на заднем дворе «Фантома», я была уверена — слишком мало следов. И этот кулон… Украшение может что-то значить. Я знала человека, которому можно показать вещь и он прочтет двойной смысл.

Я быстро собралась и сбежала вниз. Мертвое тело в городе заставило шевелиться — где-то здесь был вампир, который не видел ничего особенного в том, чтобы избавиться от ненужного донора. Это значило, что ему плевать, откроют на него охоту или нет. Я знала, что представляют собой эти твари, так что у меня слегка дрожали руки, когда я выруливала на Ворошиловский проспект со двора.

Я должна выследить убийцу, сама подписалась на это. Я постараюсь ходить по самому краю и не дам втянуть себя глубже. Но если честно, это мало успокаивало.

Я припарковалась напротив Музея Изобразительных Искусств и несколько минут смотрела на стилизованные колонны за кованой решеткой. Это было хорошо отремонтированное здание, скромное, но со вкусом покрашенное в бежевый цвет. С этим местом у меня связаны неприятные воспоминания.

В последнюю нашу встречу мы не очень подружились с Максом. Не уверена, что он будет рад меня видеть. Двойной удар по настроению.

Я решительно пошла к главному входу. На крыльце курил охранник. Я взбежала по ступенькам, с томлением взглянула через стеклянные двери в вестибюль, и свернула к парню.

Он с интересом смотрел на меня.

— Я ищу Макса. Кажется, он работает здесь сторожем.

— А, Макс, — охранник махнул на дверь. — Попросите вахтера проводить.

— Вы не могли бы позвать его сюда?

Тот неопределенно пожал плечами, но согласился.

Я осталась на крыльце и отступила к стене, чтобы через двери меня не было видно. Макс вышел минуты через две, без шапки, в расстегнутой куртке, наброшенной на плечи, и удивленно закрутил головой.

— Привет, — сказала я.

Он оглянулся и лицо стало кислым. «Ее еще не хватало» — прочитала я в глазах, но он попытался изобразить улыбку. Улыбка вышла так себе, но и страха не было. Это давало надежду, что он согласится поговорить.

— Опять ты.

— И я тебя рада видеть. Нужна твоя консультация. Пошли в машину, чего здесь мерзнуть? — предложила я. — Ты не беспокойся… Никаких проблем, как в прошлый раз.

— В прошлый раз твой муж еще не был мэром, — спокойно ответил он. — Теперь-то что беспокоиться.

Отлично. Были у меня опасения, что он даже разговаривать не захочет.

— Я с ним развелась, — зачем-то ляпнула я. — В смысле, с мужем.

— Вот как? Поздравляю, — ответил он, сбегая по лестнице.

Кажется, о наших отношениях с Эмилем в курсе весь город. Хотя, чему тут удивляться?

— Спасибо, — со вздохом ответила я.

В машине я села за руль, а Макс на пассажирское сиденье. Я включила печку, подержала руки под потоками горячего воздуха и размяв пальцы, полезла в карман.

Макс с любопытством наблюдал за мной. Ему было интересно, что я притащила. Я осторожно вытянула цепочку и покачала в воздухе. Макс поймал украшение и жадно всмотрелся в подвеску.

— Так, а что ты от меня хочешь, сориентируй.

— Скажи все, что думаешь.

— Судя по всему золото, плетение «бисмарк», ничего особенного…

— Меня интересует кулон.

— Довольно необычный. Думаю, сделано на заказ, слишком нетипично для массового потребителя. Лавр, если не ошибаюсь?

— Не ошибаешься, — кивнула я. — В нем есть какой-то особый смысл? Как с моим кольцом, помнишь?

— Слушай, а мне за это голову не оторвут? — задумчиво пробормотал Макс.

— В этом нет ничего опасного.

— Ничего опасного, — повторил он, встряхивая цепочкой, чтобы кулон ровнее лег на ладонь. — Лавр — это символ власти. Победа, слава, — Макс пожал плечами. — Иногда его называют символом вечности, обновления жизни и бессмертия. Ну, еще можно в суп, но я ювелир, а не кулинар. Сделано украшение именно с таким смыслом — как символ или нет, не уверен. Это может быть и просто красивое и оригинальное изделие. Не факт, что кулон «говорящий».

— Говорящий? — нахмурилась я.

— Ну, — Макс пощелкал пальцами, подбирая слова. — Не несет вампирского посыла, хоть и является символом. Вот, например, у древних греков…

— Значит, особого смысла вампиры в него не вкладывали? — еще раз уточнила я.

Про греков слушать не хотелось.

— Нет, я ничего подобного не слышал. Но тот, кто носил эту цепочку явно незаурядная личность, — Макс внимательно разглядывал украшение. — Посмотри какая детализация, видны прожилки, хорошо передана форма, подвеску изготовил мастер. Где ты ее взяла?

В глазах Макса появилось любопытство.

Сказать или нет? Он может сделать какие-то выводы, если узнает подробности. Может, у лаврового листа появится новый смысл, если сказать, что его нашли на жертве вампира.

— Нет, извини, не могу, — сказала я.

Не солгала, а сказала как есть. Действительно ведь не могу сказать.

— Кто-то подарил или чужое?

— Чужое.

— Ладно, храни свои тайны, — подмигнул он.

— И остальные целее будут, — в тон добавила я.

— Меньше знаешь, крепче спишь, — согласился оценщик. — Я попробую что-нибудь узнать. Посоветуюсь с людьми.

Макс вернул цепочку и я ссыпала ее в карман, чувствуя, как шелестит золото по подкладке.

— Спасибо за помощь. Сколько с меня?

— В смысле?

— Сколько должна за услугу?

— Тебе бесплатно, — Макс подмигнул и лицо стало хитрым-хитрым. — Сочтемся. Услуга за услугу…

— Наглец, — пробормотала я, глядя как он выбирается из машины.

Макс наклонился, глядя на меня.

— А вдруг мне понадобится помощь мэра? А у меня и связи есть, — он просиял. — По пустякам обещаю не беспокоить.

Он захлопнул дверь, и я завела двигатель. Объезжая музей, чтобы выехать на проспект, я увидела Макса. Он помахал рукой на прощание и только потом толкнул стеклянные двери.

Несмотря на то, что я не была уверена в оценщике на все сто, я ему верила. Он не стал бы лгать. Признаться, я очень рассчитывала, что подвеска имеет особый смысл. Часто вампиры используют украшения, о чем-то сообщающие окружающим. Осенью у меня было кольцо, запрещающее вампирам меня трогать, если они не хотят огрести. Его подарил мне муж и именно Макс объяснил, что оно значит. Как я узнала позже, это кольцо мне досталось, потому что Эмиль собирался меня сожрать и не хотел потерять «обед» по нелепой случайности, вот и подстраховался кольцом.

Это приучило обращать внимание на украшения, если в комплекте с ними шли укусы вампира.

Что ж, мимо.

Глава 4

Пора возвращаться домой, играть свою роль и отбирать группу. Еще не стемнело, но уже скоро придется отчитываться перед Эмилем.

Когда стрелки подошли к половине восьмого, я уже целиком просмотрела «флешку» Эмиля на своем старом ноутбуке. В жизни бы не подумала, что он мне понадобится для чего-то полезного.

Я выбрала трех человек, первым из них стал бывший кадровый офицер по фамилии Чернов. Мне сразу понравился его суровый и решительный взгляд под сдвинутыми бровями. По морщинкам было видно, что он чаще хмурится, чем улыбается. Ему было около тридцати, он был здоров как бык, а главное — он был человеком. Как он попал в список Эмиля, ума не приложу.

Второго парня звали Стас и у него было умное лицо. Человек умеющий думать, мне необходим и надеюсь, я в нем не ошиблась.

Третьим я выбрала вампира. Его звали Никитой, худой, бледный и белобрысый, он производил впечатление существа, которое редко бывает на солнце, но я знала, что это не так — в «подсевших» он не числился. Сможет выходить днем, а большего мне не нужно.

Без десяти девять я звонила Эмилю. На улице уже стемнело, вдоль дороги зажглись фонари, тихо валил снег и мне вдруг стало грустно. Не знаю почему, но каждый раз, когда я смотрю на огни города меня начинает грызть тоска. Может быть, это и есть одиночество.

Он ответил через несколько долгих гудков.

— Эмиль? — я не дождалась ответа. — Я, конечно, слегка пораньше, но это не повод так реагировать.

— Я думал, ты не позвонишь, — признался он. — Выбрала людей?

Я перечислила фамилии. Эмиль молчал и я несколько раз успела сказать «алло».

— Зачем тебе этот отставник? — наконец спросил он.

— Пусть будет, — отрезала я.

— Группа твоя, тебе решать. Если ты считаешь свой выбор правильным, я соглашусь. Но если ошибешься, отвечать будешь ты. И спрашивать я буду с тебя, знаешь почему, Яна?

— Каждый должен выполнять свою работу. Максимум отдачи, минимум ошибок и готовность идти на все за результат.

— Что? — ошарашенно пробормотал он.

Это были слова Эмиля, которые я услышала много лет назад, и они так меня поразили, что я их запомнила — за слово в слово не ручаюсь, но смысл был таким. Эмиль не узнал своих слов и теперь удивлялся.

Но был еще один ответ, намного короче, но честней.

— Потому что я лидер, Эмиль. Я ведь охотница, ты забыл?

— Бывшая, — не очень уверенно поправил он.

— Как тебе удобно, — не стала я спорить. — Не пойми меня неправильно, но у меня дела.

— Завтра познакомлю тебя с группой, потом начнешь работать. Тебя устраивает?

Он спрашивал и я это оценила.

— Во сколько мне приехать?

— В полдень.

Слишком рано для вампира, но кто я такая чтобы менять расписание?

Я заверила, что буду и положила трубку.

Вид ночных огней за окном все еще гипнотизировал. Люблю вид ночного города. Обычно одиночество и тоска немедленно гнали меня из дома, раньше я пыталась убежать от этих разрушающих чувств, но теперь бежать некуда.

Я все еще не могла поверить, что так легко позволила себя втянуть в это дело. У меня замедленная реакция на чувства: страх приходит позже, чем надо. Эмилю нельзя верить, он легко переступит через меня и через кого угодно, если это выгодно.

Не зря ли я согласилась стать городской охотницей? Может быть, меня готовят на роль козла отпущения? Мне захотелось обсудить с кем-то назначение, но был только один, кому я могла рассказать все без утайки хотя бы на пятьдесят процентов и получить хоть немного полезный совет.

Телефон я все еще держала в руках, так что сразу позвонила Андрею.

С ним я познакомилась при весьма странных обстоятельствах, когда осенью металась по городу в поисках того, кто мне поможет. Вышло так, что он был единственным, кто вообще попытался. С тех пор я считала его своим другом, а вот в его мотивах иногда сомневалась. Он вампир, а дружить с едой как-то странно.

В прошлом он плотно «сидел на дозе». Это меняет вампиров и печать зависимости осталась даже во внешности: потемневшие глаза, дерганная мимика, Андрей давно завязал, но это не изменится — слишком долго злоупотреблял.

Чтобы жить, вампиру не обязательна кровь, но она необходима, чтобы войти в полную силу. Когда вампиры борются за власть, они быстро подсаживаются, но многие предпочитают другой путь — человеческого общества.

Да, людей можно презирать, считать их недостойной грязью у себя под ногами, но нас большинство и это мы хозяева этой цивилизации. Если вампир не хочет до конца дней жить в лесу, с нами придется считаться. Это один на один хищник побеждает, но толпа справится с кем угодно.

Как «подсел» Андрей я не знала: боялась спрашивать, так что малодушно решила, что я не трусливая, а тактичная, поэтому не задаю лишних вопросов. Как я убедилась сама, к битве за место в иерархии он был равнодушен, жил обособленно и казалось, сообщество вампиров его не интересовало, словно он не был одним из них. Именно это меня и подкупило.

Андрей пришел через час, снял короткое серое пальто, в котором он выглядел немного маргинально, и неожиданно спросил:

— Что за букет, Кармен?

Я нахмурилась, наблюдая, как он совершенно невозмутимо разматывает свой длинный и старый шарф какого-то неопределенно-коричневого цвета. Меня этот шарф всегда бесил. Не знаю почему.

— Какой еще букет? И не называй меня Кармен.

— Ты позвонила утром и спросила, не оставлял ли я тебе букет под дверью. Он действительно был?

Я чуть не хлопнула себя по лбу.

— Был!

— Покажи.

— Выбросила. Мне еще чужих цветов не хватало.

По прищурившимся глазам Андрея я поняла, что меня в чем-то подозревают. Губы расплылись в пакостной улыбке. Мне что, придется доказывать существование букета?

Я молча развернулась и пошла на кухню, надеясь, что разговор заглохнет сам собой. Кухня у меня небольшая, но уютная, я решила, что страшно хочу кофе, хотя пить на ночь все, что с кофеином было плохой идеей. Я даже решила его сварить в турке, а перед этим лично смолоть зерна.

Это достаточно долго, чтобы Андрей от меня отстал.

— Скажи честно, это был намек, чтобы я подарил тебе цветы?

Я обернулась, скрестив руки на груди. Ляпнула, теперь буду расплачиваться, так просто Андрей с меня не слезет.

— Не было никаких намеков! Это правда.

— Да ладно, Кармен, я же вижу, как ты злишься. Просто так ты бы не злилась.

Так, кофе. Я достала из навесного шкафчика пакет с зернами. Я не большой любитель кофе, так что эта упаковка валялась тут полгода. Подумать только, этот пакет еще Эмиля тут застал. Я сыпанула жменю зерен в ручную мельницу и начала с усилием крутить. Простая механическая работа. Прекрасно. Надеюсь, поможет, и я не взорвусь.

— Даже если это уловка, мог бы купить цветы и не приставать с глупыми вопросами.

— И зачем тебе это?

Зерна кофе трещали и лопались. С таким же звуком могли лопаться мои нервы.

— Я тебя выгоню сейчас, — все-таки рассвирепела я и постаралась отвлечь Андрея от дурацкого букета.

— Мне вчера звонил Эмиль…

— Как он поживает?

Андрей заинтересовался арахисом в конфетнице и копался там, выбирая орехи покрупнее. Я снова вернулась к кофе, поставив турку на слабый огонь. Нельзя ему рассказывать… Что-то держало за язык, когда я думала о жертве вампиров. Просто еще не время.

— У меня новость… Я бы хотела с тобой посоветоваться.

— Эмиль снова позвал тебя замуж? — неожиданно предположил Андрей.

— Предложил стать городской охотницей.

Андрей передернул плечами.

— Брр, а я бы лучше замуж позвал. Чего тут советоваться? Ты же отказалась?

Андрей с энтузиазмом шелушил орехи. Ответ его не интересовал, он действительно ждал, что от подобного предложения я откажусь.

— Нет, согласилась.

Андрей поперхнулся. Я услужливо похлопала между лопатками.

— Ты согласилась? — откашлявшись, сипло спросил он.

Лицо у него выражало всю гамму чувств, преувеличенная реакция на средне-невинное сообщение насторожила.

— А что?

— Да ничего, — он бросил орешек обратно в вазочку. — С чего это он предложил? Просто позвонил и сказал, мол, а ты не хочешь стать самым крутым охотником в городе? Да?

— Практически.

— И о чем ты хотела посоветоваться? Стоит ли тебе ввязываться? Чем ты будешь заниматься? Лучше бы говорили о цветах. Ты всегда портишь хорошие разговоры.

Я выключила газ под туркой за секунду до того, как пена переплеснулась через край и осторожно подула на нее. Затем налила полчашки молока и сверху долила кофе. Так я хотя бы после него усну.

Когда я обернулась, Андрей смотрел на меня пристально и серьезно. Я не ожидала такой резкой перемены настроения. Чувствуя себя неловко, я села под его оценивающим взглядом.

— Я не понял, тебя чего туда потянуло? Или Эмиль не сказал, что теперь ты подчиняешься лично ему?

— Я знаю, что делает городской охотник.

— Так чего я тогда не понимаю?

Я отвела глаза. Сказать честно, я ожидала его мнения, но не разноса. Да я не дала окончательный ответ, но заочно приняла предложение.

Не упоминая мертвую девушку, я не смогу объяснить, почему на это пошла. А может, и вообще не смогу. Андрей вампир, а они не знают сострадания.

— Я хочу получить статус, который заставит со мной считаться, — я выдала даже не самую правдоподобную ложь, а просто вариант правды. — Мне еще жить в этом городе. Эта должность позволит заткнуть рот почти любому.

— Нет, — Андрей упрямо качнул головой.

— Большинству вампиров, Ренате, охотникам… Это уже немало.

— Я слишком хорошо тебя знаю, Кармен. Ты не любишь власть.

— Нет. Но я устала от того, что каждый в этом городе пытался макнуть меня в грязь.

— С каких пор тебя это интересует? Тебе было наплевать, что про тебя говорят.

— Главное ведь, что делают, а не говорят, — пожала я плечами.

— Тебе придется отвечать за охотников перед вампирами. Перед мэром. Тебе это не понравится. Тебе придется держать всех в узде, да ты даже из города не сможешь уехать, чтобы не лишить город властей! И кого травить собаками — всегда будет решать Эмиль. Оно того стоит?

— Ты меня отговариваешь?

Он отрицательно качнул головой.

— Нет, зачем? Пытаюсь подготовить к реалиям, чтобы потом не ныла. Городской охотник — это ударная сила мэра, он подтирает за ним грязь и делает все, в чем сам мэр руки пачкать не хочет. В некоторых местах доходит до того, что охотник воплощает в жизнь любые капризы вампиров.

— В каких местах?

— В других городах.

Я наклонилась за арахисом, раскатившимся из моих внезапно ослабевших рук.

— Ты серьезно? Откуда ты так много знаешь?

— Наблюдательный.

Я не настаивала на продолжении. С одной стороны, возможность стать властью номер два привлекала, но попасть обратно под контроль Эмиля… Вот здесь уже включался элементарный инстинкт самосохранения.

Все решала убитая девушка. Если я впуталась в это дело, то лучше быть в нем городской охотницей, чем бывшей женой мэра и на этом все.

— Если все так, как ты говоришь, — сказал Андрей. — То сваляла ты дурака, согласившись стать городским охотником. Посылай его к черту. Эмиль тебе не даст забыть про обязательства. Это того не стоит.

— Мне решать, — я спокойно отхлебнула кофе. Отличный вкус.

— Разумеется, — усмехнулся он. — Может, у тебя и получится… Не позволяй на себя наседать, Кармен. Как городской охотник себя поставит, так к нему и будут относиться. Не сгибайся.

— Ценный совет, — искренне поблагодарила я.

— Звони, если что.

Мы расстались в странных чувствах, я не рассчитывала, что он сразу бросится отговаривать, а он, кажется, не думал, что я такая дура, чтобы вернуться под каблук к Эмилю.

Я допила кофе и завалилась на кровать. Раньше на ней спал Эмиль, но с его отъездом я окончательно переселилась в его комнату. Не знаю, почему. Я спала в его комнате, ездила на его «мерседесе», пользовалась его ноутбуком и оружием… Словно подчиненный, захвативший кабинет начальника, пока тот в отъезде. Только Эмиль уехал навсегда.

Синдром неудовлетворенных амбиций, наверное.

Перед сном я еще раз просмотрела фотографии. Чем чаще это делаешь, тем больше шансов наткнуться на что-то интересное, минус здесь один: увиденное потом снится.

Глава 5

Восемь часов утра — отличное время. Если поторопиться, можно проскочить до пробок, но сегодня я намертво встала на проспекте сразу, как выехала со двора. Встали надолго — три полосы в сторону центра. Там троллейбус перевернулся или перекресток провалился сквозь землю?

В прошлой жизни — в той, которую я проводила с Эмилем — я несколько раз в неделю работала тренером по баскетболу в школе. Там я на самом деле просто арендовала зал и посещение моего кружка было добровольным.

После развода я вернулась к этому занятию. Да, недавнее убийство — это серьезно, но я не могу оставить в жизни только это, мне нужны совершенно нормальные человеческие дела, чтобы окончательно не погрязнуть в крови и вампирах.

К тому же, в последнее время я с головой ушла в тренировки: мы занимались четыре раза в неделю и вовсю готовились к зимним городским соревнованиям. Я надеялась взять первое место. Но сегодня явно не мой день.

Причину пробки я увидела чуть позже: из узкого переулка выезжала пожарная машина. Вторая толкалась за ней, а прямо на проезжей части раскорячилась третья, пытаясь поделикатнее втиснуться на свою полосу и никого не задеть.

Все бы ничего, но мне в этот переулок сворачивать.

Неладное я заподозрила сразу, как последняя машина освободила проезд и я свернула. Весь переулок, парковка и школьный двор были забиты людьми. Я криво припарковалась на обочине и вылезла из машины.

Вместе со вкусом свежего мороза я ощутила сладковатый запах гари. Рядом восторженно галдели школьники. Взгляд зафиксировал расстроенное лицо директрисы. Завуч из последних сил пыталась построить детей по классам.

Школа выглядела черным огрызком на фоне зимнего квартала. Сгорела.

Я в шоке смотрела на здание, автоматически пытаясь подсчитать потери. Не хватает спортивного комплекса: главного спортзала, приличного куска коридора, кой-каких классов, просел второй этаж левого крыла… И нет баскетбольного зала. Моего. Вместо него из растаявшей земли торчали обгоревшие палки.

Тренировки отменяются.

Нужно искать помещение. Когда?!

Городские соревнования прекрасно обойдутся без нас, потому что нам негде тренироваться. Хрустальная статуэтка — награда за городское первенство прощально помахала мне хрустальной ручкой.

Я бессильно привалилась спиной к машине. Что теперь делать? Начинать все заново: искать помещение, собирать класс и обсуждать с ними перспективы или просто плюнуть и уехать. Заняться этим, когда определюсь со своими обязанностями. Может быть вообще никогда. Имеет ли право городской охотник и правая рука мэра вампиров, которого некоторые называют просто дешевым убийцей, заниматься с детьми? Если бы родительский комитет узнал, кто я, думаю, я бы не ушла живой.

Наверное, нужно что-то сделать, раз я приехала, хотя бы подойти к директрисе и прояснить ситуацию.

От растаявшего снега в сапогах было мокро, и я встала на бордюр, сразу прибавив в росте сантиметров двадцать. Меня заметили.

— Яна! Сергевна! — бодро крикнули слева.

Машину обходил Иван Савельевич. Раньше мы тренировали вместе: я ребят, он девчонок, от его спортзала тоже остались головешки. Он встал на бордюр рядом, немного смущенно отряхивая спортивный костюм от налипших хлопьев сажи.

— Привет, — дрожащим голосом сказала я. — И что теперь думаешь делать?

— В спортивный комитет пойду, может, выделят помещение… Это ты коммерческая, сможешь найти спортзал.

— Ага, коммерческая, — хмыкнула я. — С моих гонораров спортзал не арендуешь. Что случилось-то?

— А черт его знает, — сплюнул старый тренер. — Загорелась под утро. Зарево за километр видно было — приехали, да залили все. Скорее всего, проводка в зале подвела, вот и полыхнуло.

— В каком? В моем?

Савельевич пожал плечами, скептически глядя на обгоревшие остатки спортивного комплекса.

— Может и в твоем. На следствии выяснят, — он прищурился. — Ты когда договор аренды подписывала, уточняла, в чьем ведении ремонт и состояние зала?

Я тяжело сглотнула.

— Не помню, — честно призналась я. — Это год назад было.

— Как бы тебя не обвинили, что ты за проводкой не следила. Еще убытки покрывать заставят. Школу ремонтировать.

— Залом не только я пользовалась! — похолодела я.

— Да не кричи ты… Просто прикидываю, чем дело может кончиться. Может, не в проводке дело. Может поджог. Но гореть точно со спортзалов начало. Вон, видишь? Все в спортивном комплексе выгорело и дальше — коридор, кабинет биологии, подсобка… Ты к директрисе подойди. Она все бегала и кричала: «Где Яна Сергеевна!»

— Что ей надо?

— Не знаю.

— Ладно, — я спрыгнула с бордюра, подняв грязные брызги.

Директриса стояла в компании преподавателей и оживленно спорила с завучем. Тощая тетка с рыжими волосами, скрученными в узел выглядела жалко: перемазанное сажей лицо с дорожками от слез на щеках. Заметив меня, она уцепилась за рукав, попыталась отвести в сторону и столкнулась с трудовиком. Так и остановилась рядом с ним, нервно хватая воздух и едва выдавливая слова:

— Яна… Сергеевна… я…

— Да вы не волнуйтесь, — вздохнула я.

— Такое горе… такое…

— Я понимаю, — оборвала я поток нелепицы о том, какое несчастье нас постигло.

— Школу закроют на ремонт… договор… я так расстроена…

— Не взяла его с собой, если вы об этом, — нахмурилась я.

— Конечно, конечно, — она глубоко вздохнула и закрыла глаза. — Яна Сергеевна! Я бы не хотела разрывать с вами соглашение! Вы нас очень устраиваете! Я вас понимаю, но школу отремонтируют, и вы сможете возобновить тренировки! — сосредоточенно выпалила она на одном дыхании.

— Когда? — спросила я.

— Понимаете мы… еще неизвестно… будет следствие, — директриса снова растеклась лужицей тотального несчастья.

— Так что мне делать? У нас после Нового года соревнования, я уже заявку подала.

— Я обязательно постараюсь вам помочь! Я уже говорила коллегам, как только станет что-то известно, мы проведем совещание и обязательно что-нибудь придумаем!

— Мой телефон у вас есть. Он сохранился? — уточнила я.

— Да, — она схватилась за сумку и облегченно вздохнула. — Да, конечно. Когда что-то выясниться, я позвоню.

— Отлично, — вздохнула я.

— Вы не собираетесь искать новое помещение?

Я тяжело вздохнула.

— Вы знаете, у меня со временем проблемы, я не уверена, что смогу найти зал, — тряхнула я головой. — Звоните, если что.

Я посчитала, что разговор окончен и вернулась к машине. Савельевича возле нее уже не было.

Как все не вовремя… А теперь бегом домой и смотреть договор. Вдруг и правда там прописано, кто должен заботиться о состоянии проводки? А если я? А если виновата проводка и именно в моем зале? Вдвойне влипла.

Я села в машину и чуть-чуть посигналив, чтобы распугать народ с дороги, рванула со школьного двора. Пробка уже рассосалась, я домчалась до дома за пару минут и сломя голову пробежала четыре этажа, бросив машину у подъезда.

И вросла в пол, образно выражаясь, перед своей дверью. На полу лежал букет.

Глава 6

— Какого черта! — громко сказала я и присела перед букетом на корточки.

Цветы были свежие, это не ошибка — никто не ошибается дверью дважды. Пяток красных гвоздик в прозрачной пленке. На лепестках еще была роса. Их принесли недавно. Мне.

Я подняла цветы. Под букетом лежала открытка.

Я подобрала ее и вошла в квартиру. На кухне я поставила гвоздики в бокал с водой, хотя бы затем, чтобы доказать Андрею и Эмилю их существование. Может быть, все-таки кто-то из них принес цветы?

Я сбросила сапоги, села за кухонный стол и только после этого рассмотрела открытку. Выпуклый рисунок желтых роз и надпись «Поздравляю!» ни о чем не говорили. Перевернула. «Охотнице Яне» — было написано там. — «С любовью»

Точно не Эмиль!

Я еще раз взглянула на подпись. Почерк незнакомый и никаких ассоциаций не вызывает. Я провела пальцами по буквам, всматриваясь в фиолетовые чернила.

В кармане зазвонил телефон, я не глядя ответила:

— Слушаю.

— Привет, это Андрей, — голос звучал непривычно задумчиво. — Слушай пару часов назад приходил клиент, спрашивал о тебе. Просил сведения и что про тебя говорят… Странный мужик.

— Вот это новости, — хмыкнула я. — Кто он?

— Раньше я его не видел. Не знаю.

— Вампир?

— Я не понял, — признался Андрей.

— Ты шутишь? — помолчав, спросила я, знакомая с его чувством юмора. — Как ты мог не понять, ты же сам…

— Вот так! — огрызнулся он. — Пришел рано, в шесть утра еще темно, это мог быть и человек и вампир. Не под дозой. Зубы не показывал. Как, по-твоему, я должен понять?

— Вы разве не чуете друг друга? — не знаю почему, но это казалось мне логичным.

— Если специально скрываемся, то нет.

Прикидываться они умеют кем угодно, в это я верю.

— Только не говори, что ты из него ничего не вытянул!

— Знаешь, он скользкий, — подумав, сказал он. — Я спросил, зачем ты ему, он ничего толкового не ответил. Начал наглеть, мол, плачу деньги не для того чтобы мне задавали вопросы. Мне показалось, он хотел знать, насколько ты серьезный противник, что умеешь…

— И что ты рассказал? — напряглась я.

— Ничего особенного, — хмыкнул Андрей. — Общедоступные сведения.

— Ты сказал, что я охотница?

— А это секрет?

Теперь это уже каждая собака в городе знает, но привычка беспокоиться осталась.

— Что еще?

— Что живешь ты здесь три года, бывшая жена мэра, работаешь в школе… Ты же в школе работаешь?

— Вообще-то уже нет, — вздохнула я.

— Уволилась?

— Школа сгорела. Сегодня утром.

Андрей замолчал на несколько секунд.

— Теперь я вынужден спросить, не шутишь ли ты… Ты серьезно?

— Абсолютно, я только что оттуда. Что еще ты ему сказал?

— Мелочи. Пару сплетен из тех, что пару лет назад мусолили, что теперь ты городской охотник.

— Охотница, — поправила я и хихикнула.

Представила, как удивился тот клиент, узнав, что из охотницы случайно приехавшей в город, я за три года превратилась в главную здесь. Интересно, он счел меня серьезным противником?

— Яна, ты точно в порядке?

— Ага. Стресс. Школа. Бессонница, — перечислила я. — Все отлично.

— Как я тебя понимаю, — тяжко вздохнул он. — Короче, если еще кто-то придет, что мне говорить?

— То же самое. Ты все правильно сделал, спасибо. Можешь узнать, кто это был?

— Если еще раз попадет в поле зрения. Созвонимся.

Я положила трубку, пытаясь прикинуть, кто мной интересовался и внезапно вспомнила, зачем приехала домой. Мне срочно нужно найти договор! Папка с документами валялась в ящиках стола. Но только я выдвинула один, как телефон зазвонил снова.

В тяжелом вздохе я опустила плечи и потерла глаза руками. Что-то устала я сегодня. Еще полудня нет, а я чувствую себя, как сухофрукт.

На этот раз я посмотрела на номер — мой бывший муж. Я опять вздохнула и ответила:

— Привет, Эмиль.

— У меня изменились планы. Ты должна приехать раньше.

— Когда?

— Через час.

Я мысленно застонала. Я бы даже сказала — завыла, и спросила с томлением в голосе:

— Вроде, нужно было в полдень. Что изменилось?

— Мои планы, — тихо сказал Эмиль. — Ты на меня работаешь, Яна, а не живешь со мной. Не позволяй себе так со мной разговаривать. Понятно?

Что мне точно понятно — это желание послать Эмиля подальше.

Знакомы были и тон и слова: мой муж точно так же разговаривал со своими подчиненными. Я иногда становилась случайным свидетелем «разборок» с теми, кто по социальной лестнице стоял ниже, чем он.

— Отлично, — раздался в трубке довольный голос Эмиля. — Раз ты молчишь, значит, признала ошибку. Жду тебя через час.

И он совсем невежливо отключился.

Интересно, он специально это делает? Ему приятно знать, что после его звонка у людей на весь день портится настроение? Зная Эмиля, я догадывалась, что какое-то садистское удовольствие он от этого испытывает. Иначе, не был бы такой сволочью.

Я рывком натянула пальто, так и не успев снять его до конца. Осталось натянуть хлюпающие ледяные сапоги и ехать к нему. Прекрасный сегодня день выдался. С самого утра.

Эмиль ждал перед воротами, чем немало меня удивил. Заметив «мерседес», он махнул. Я припарковалась у обочины и Эмиль сел в машину, заняв место пассажира.

— Извини? — я удивленно оглянулась на него. Что он забыл в моей машине?

— Не извиняйся, ты вовремя.

Я спокойно положила руки на руль и произнесла, стараясь сделать это спокойно:

— Я не перед тобой извиняюсь. Я спрашиваю, зачем ты сел в мою машину.

— Это моя машина.

— Была.

— Зачем ты постоянно демонстрируешь свой характер, Яна?

— Что бы ты был доволен, мне нужно молчать и соглашаться?

— Да.

Интересно, а хоть кто-нибудь по доброй воле с ним встречался? Не из расчета, как Аннушка и другие его женщины, а просто так. Из любви. Я даже сама опешила, настолько любовь и Эмиль, как понятия, нелепо смотрелись вместе. Нет, вряд ли.

Вслух ничего не сказала. Если мы продолжим пререкаться, в конце концов, подеремся.

— Мы чего-то ждем? — ровно спросила я.

Глава 7

Краем глаза я видела, что Эмиль взбешен. Не знаю, какая вожжа ему под хвост попала. За годы брака я научилась видеть его истинное лицо, даже когда он пытался скрыть его изо всех сил. И сейчас я видела: что-то произошло.

— Может, успокоишься и скажешь, в чем дело? — добавила я.

Эмиль со смешком тряхнул головой. Усмешка была знакомой и я поняла, какого дурака сваляла. Я его разозлила. Он ненавидит, когда ему указывают что делать.

Эмиль схватил меня за плечо, не сжал, но я поняла, что ему очень хотелось.

— Отпусти! — я вцепилась ему в запястье, другой рукой аккуратно расстегнув кобуру, стараясь сделать это как можно незаметнее.

— Я вижу, ты совсем забыла, кто перед тобой! Я не просто твой муж…

— Бывший, — упрямо вставила я.

— … я мэр города! Кто тебе позволил говорить со мной в таком тоне? Если ты меня достанешь, остановить меня будет некому, ты поняла?

— Хватит! — я дернулась и его рука соскользнула с плеча.

А я уже наполовину достала пистолет. Я застыла, не торопясь убирать его обратно, но и не оголив до конца. Эмиль взглянул на часы, делая вид, что ничего не произошло.

Я автоматически взглянула в зеркало, одной рукой поправив воротник. Из автомобильного зеркальца на меня смотрели не глаза Кармен годовалой давности. И даже не вчерашней Кармен. Я его не боялась.

— Эмиль, — позвала я.

Он оглянулся — спокойный и серьезный, он уже думал о чем-то другом. Более важном.

— Это я освободила тебе место. Ты об этом помни.

Я задвинула пистолет обратно в кобуру и вышла из машины, прежде чем он успел ответить.

Это я убила мэра… я смогу остановить кого угодно. А вампиры, такие, как Эмиль, даже из вражды извлекут пользу. Загребут жар чужими руками. Это он мне должен быть благодарен, а не я ему.

Мой бывший муж вылез из машины и вздохнул. Лицо стало нормальным, даже любезным, только за кого он меня принимает? Я не клюну на его любезность.

— Я перегнул палку. Не нужно было тебя трогать.

Он признал ошибку? Нет, наверное, я сплю.

— Не нужно было, — повторила я.

Я ожидала, что он извинится, но Эмиль молчал. Я правда ждала извинений? Наверное, надышалась выхлопными газами.

— Все уже в сборе, — сказал он. — Нас ждут.

От ворот я свернула к крыльцу, выложенному брусчаткой, расчищенной от снега. По сторонам от ступеней нагребли небольшие сугробы, и в одном из них валялся букет. Красное пятно выделялось на фоне снега. Я наклонилась, чтобы разглядеть получше — пять роз с завернутыми в белую бумагу стеблями.

— У тебя цветы в снегу валяются, — сообщила я.

— Я знаю.

Считайте меня параноиком, но я насторожилась. У меня тоже стоят дома красные гвоздики.

— Откуда они? — нахмурилась я.

— Не знаю. Утром оставили на крыльце, — он внимательно смотрел мне в глаза, будто ждал реакции. — Твоя идея?

Я подняла указательный палец вверх. Эмиль проследил взглядом направление и наткнулся на камеру видеонаблюдения над калиткой.

— Должен знать, чья идея, — сказала я.

— Она сломана.

Я взошла по ступеням, но мысленно осталась на снегу. Пять красных роз, как у моей двери накануне, камера, вышедшая из строя… Слишком много совпадений для случайности.

Они собрались в комнате-офисе, где мы встречались с Эмилем.

Три непохожих друг на друга человека не производили впечатление команды, но это моя задача — сделать из них группу. Сказать честно, я впервые охотилась группой, в которой была лидером, а здесь и охотников-то нет, кроме меня… Сработаются ли они?

Вряд ли, поняла я, осмотрев всех троих по очереди.

Я захлопнула дверь и пошла к столу, вокруг кто-то заботливо поставил четыре стула. Я села на последний свободный во главе стола: в нашу встречу там сидел Эмиль.

Мужчину напротив я опознала, как Чернова, офицера в отставке. Человек приличный: неплохо одет, выбрит, я помнила, что за ним числились командировки в горячие точки и даже награды, как он попал в нашу компанию, понятия не имею. Взгляд у него был спокойный и решительный, я решила, что он мне нравится.

Стас и Никита сидели слева и справа от него.

Вампир имел традиционную для кинематографа внешность: красноватые глаза, худоба, от которой выпирали кости и бледная кожа с сероватым оттенком. Лицо было породистым, но очень худым, с острыми скулами и впалыми щеками.

Я вгляделась в его унылое лицо: он флегматично улыбнулся и я увидела клыки. Несмотря на больной вид, с нами в комнате хищник и об этом не стоит забывать.

Стас казался мне самым загадочным из присутствующих: обычный парень, только он как-то оказался в папке Эмиля. У него были коротко стриженные светлые волосы, простое, но симпатичное лицо. Он смотрел на меня с восторгом и это чуть-чуть нервировало.

— Меня зовут Яна Кац, — негромко сказала я, выложив папку на стол. — Эмиль ввел вас в курс дела?

Они переглянулись, словно уточняя друг у друга — ввел или нет. Я вздохнула.

— Сообщил, что будем работать вместе, — пожал плечами вампир.

— Да, какая задача? — спросил отставник.

Как обычно рассказывают людям об убийствах? Я не знала.

— Вас я выбрала, как лучших…

Я еще раз окинула их взглядом и осеклась.

Насчет самых лучших я пожалуй дала лишка, признала я.

Выглядели они не ахти.

Лучше приступить к главному.

— Я городская охотница и возглавляю группу. Работать мы будем с этим, — я расстегнула папку, чуть не оторвав пуговичку. Нервничаю? Я? Из-за знакомства с тремя придурками? Ну уж нет.

Ворох снимков убитой девушки я бросила Чернову. Он первым просмотрел фото, помрачнел и передал их Стасу.

— Но это же… — он с недоверием посмотрел на меня.

Теперь Никита внимательно листал фотографии, с выражением озабоченности на лице.

Он сцепил руки замком под подбородком и опустил глаза, но взгляд снова вернулся к фотографиям.

— Какой кошмар, — пробормотал он, сообразив, чем нам это грозит в скором будущем.

— Нет, а я тут при чем? — спросил Стас. — Какое я имею отношение к… таким вещам? Зачем меня включили в группу?

Я начала тихо злиться.

— Тебя что-то не устраивает? Можешь отказаться, я препятствовать не буду.

— Зачем сразу — отказаться? Просто не понял, зачем вам математик?

— Математик?

— Я преподаватель, — пояснил Стас.

— К каким задачам тебя привлекал Эмиль?

Он поднял руки, словно закрываясь от меня.

— Я не могу это обсуждать! Спросите у него сами. Но такого… такого там не было.

— А я вам нужен для консультаций? — спросил Никита.

Если этот окажется воспитателем в детском саду, я не выдержу.

— Мне нужен хотя бы один вампир в группе, — честно сказала я и он смутился. Надо же, какой стеснительный. Никто не вздрогнул при слове «вампир» и мне снова стало интересно, как здесь оказался бывший офицер и преподаватель математики. Истории должны оказаться что надо.

Они ошарашенно молчали.

— Вас что-то испугало? — прямо спросила я. — Или связываться неохота?

— А может, у нас недостаточно опыта? — ответил Никита.

Сначала Эмилю пришлось давить на меня, теперь мне придется сделать то же самое. Почему в наше время так мало энтузиастов? Может, предложить Эмилю платить им больше? Деньги творят чудеса.

— Я считаю иначе, — отрезала я.

— Так какая задача? — повторил Чернов.

Он единственный сохранил спокойствие и мне понравился его подход к делу.

— Вижу, вы не сомневаетесь? — спросила я.

— Конечно, нет. Надо, значит надо.

Не исключено, что он так уверен, потому что никогда не видел, на что способен вампир.

— Что вы решили, Стас? — я повернулась к математику. — Вы остаетесь или сообщить Эмилю, что у вас другие планы?

— Вы меня неправильно поняли. Не собирался я ни от чего отказываться, просто… выражал сомнения в моей целесообразности, — выкрутился он. — Если вы считаете, что это не так, я с вами согласен.

Вампир выглядел подавленным, но не протестовал.

Я решила, что вопрос закрыт.

Глава 8

— Мэр города, — я намеренно избегала панибратского «Эмиль», — обеспокоен этим происшествием, — кивнула я на фотографии. — Два дня назад вампиром была убита женщина. Мы должны найти убийцу.

— Зачем? — спросил Стас.

— Дальше уже не ваша забота.

— Есть подозреваемые? Следы? Кто-то его видел? — подал голос Никита.

— Увы.

Вампир откинулся на спинку стула с нервным смешком.

— В городе сотни три вампиров, это не считая приезжих. Мотива нет. И что было после укуса? Два дня тишины?

Я поняла, о чем он. Обычно вампиры берут кровь, чтобы стать быстрее, выносливее и сильнее… Я лично видела, как вампир пережил несколько прямых попаданий в голову из крупнокалиберного пистолета. Конечно, у всего есть две стороны: ломка, которая за этим следует, род пытки, и все равно оно того стоит.

И эта сила должна была куда-то уйти. Но ничего не произошло, иначе Эмиль сообщил бы «последние новости». Куча крови ушла впустую. Два дня тишины.

— Зачем тогда ему приспичило, если он столько крови спустил зря? — буркнул Никита. — Точно ничего не было?

— Нужно уточнить.

— Так и запишем, — кивнул Стас. — Узнать обстановку за последние два дня.

Из его кармана появился потрепанный блокнот и точно — записал.

— Так, а кто эта женщина, — подал голос Чернов.

— Ситуация и осложняется тем, мы ничего не знаем, кроме места и времени убийства.

— Кто ее нашел?

— Мой м… эээ, мэр. На заднем дворе «Фантома». «Фантом» все знают?

«Фантом» знали все. Я выпросила у Стаса блокнот и ручку и набросала план, «карман», где нашли труп, отметила жирным крестом.

— Надо посмотреть что там, — сказал Никита.

— Два дня прошло, — засомневался Стас.

— Все равно.

— Съезди, — согласилась я. — Прямо сегодня. Насколько мне известно, с телом поступили, — я поискала нужное слово. — Стандартно. Естественно, владелец клуба и часть обслуги в курсе происшедшего. Но в разговоре соблюдайте осторожность, мне не нужны слухи про вампира-убийцу.

— Могу попытаться узнать, кто она, — вставил лейтенант. — Остались кое-какие связи.

— Отлично, — кажется, этот парень мое самое удачное приобретение.

— Надо с народом из «Фантома» поговорить, — добавил Стас. — Может, были свидетели.

— Если спрашивать про убийство, слухи поползут. Что если лейтенант поможет достать свидетельские показания через своих друзей?

— Попробую, — хмыкнул тот.

Вампир возразил:

— Те вопросы задавали люди, у меня получится лучше. А что касается слухов… Не обязательно вопросы позиционировать, как расследование, верно? Бывает и просто любопытство. Я спрошу мягко.

— Ладно, — я вздохнула. — Чернов займется именем погибшей и задействует связи. Никита займется клубом, а Стас…

— Выясняю обстановку в городе, — заглянул он в блокнот.

— Еще идеи или предложения будут? — я обвела их взглядом.

Все молчали. Стас передал фотографии, все избегали смотреть на изображение, кроме меня. Я сложила снимки в папку.

Возможно, было бы больше толка, поговори я с каждым наедине. Общество друг друга их угнетало, так и будет, пока они не привыкнут друг к другу. Это еще называют — сработаются.

Мы обменялись контактами.

— Звонить можно в любое время… Буквально в любое, — пояснила я. — Днем или ночью. Предупреждаю сразу, я тоже буду звонить, когда понадобится.

— А я с девушкой живу, — забеспокоился Стас.

Я только вздохнула, оставив реплику без ответа.

— А мэр? — вдруг вспомнил Никита. — Как насчет него? Он тоже свидетель.

— Я сама этим займусь. Завтра, ребята, я надеюсь, вам будет, что рассказать. В общем, это все. Никита… Я хочу с тобой поговорить. Подожди меня на парковке.

Он кивнул, а я внутренне собралась с духом, прежде чем идти к Эмилю.

В этот раз он встретил меня в личном кабинете, а не в том жалком подобии офиса. Не знаю, с чем связано это чудесное изменение, может быть, раз уж я стала городской охотницей, то могу рассчитывать на большие почести?

Он сидел за массивным столом, за спиной были стеллажи из темного и на вид дорогого дерева, заставленные книгами. Такая библиотека должна стоить прилично. Конечно, она принадлежала бывшему мэру. Эмиль и книги совершенно несовместимы.

— Как все прошло? — спросил он.

— Хорошо.

— Познакомились? Никаких сюрпризов? — голос звучал с таким сомнением, что я заподозрила, не сам ли он парочку заготовил.

— Все гладко.

Как знать. Может и подготовил. От него всего можно ожидать.

— Звони мне хотя бы раз в день вне зависимости от результатов. Я хочу быть в курсе.

Я кивнула, думая о другом.

— Мне нужно, чтобы ты рассказал правду, — он надменно вскинул брови, и я пояснила. — Что ты делал на заднем дворе «Фантома» и как нашел убитую?

Он хмыкнул, но все-таки сказал:

— Меня пригласили на встречу.

— А как ты оказался в зоне выгрузки? — я его отлично знаю, так что пусть не вешает лапшу на уши, случайно он там оказаться не мог.

— Меня попросили выйти.

— И ты вышел? Один, без охраны?

— Я был под эффектом крови, Яна. Мне ничего не грозило.

— Слушай, когда я застрелила Всеволода, он тоже был под эффектом.

Эмиль плотоядно усмехнулся и, кажется, сострил:

— Это ведь не ты просила выйти. Мне нечего было бояться.

Или это не шутка? Я никогда не отличала правду ото лжи и не понимала, когда он говорит всерьез, но все равно улыбнулась.

— Ты бы не вышел просто так. Я тебя знаю.

Глава 9

Несколько секунд он смотрел сквозь меня, затем кивнул своим мыслям. Кажется, согласился, что меня не проведешь.

— Я не знаю, кто это был. Но он сказал, что у него есть сведения о том, кто мне дорог. Я вышел на задний двор, но наткнулся на труп.

— Голос был мужской? — задумчиво поинтересовалась я. Что-то мне это сильно напоминало…

— Да, но мы не встретились.

— Он не пришел.

— Необязательно, — Эмиль пожал плечами. — Возможно, тоже наткнулся на труп и поспешил уйти. Кому нужны проблемы.

Это звучало так логично, что мне захотелось его ударить. О ком, интересно, речь? Я не знала никого, кто был бы дорог Эмилю. Именно поэтому я была уверена, что он ничего не скажет.

— Что ж, мне пора, — я встала с кресла. Я выяснила все что хотела, а на парковке ждал Никита.

— Постой.

Мы поднялись почти одновременно. Я удивленно остановилась, Эмиль обходил стол, и я не нашла этому ни одного повода. Меня охватила легкая паника.

Но Эмиль не собирался нападать, он остановился в нескольких шагах и неожиданно спросил:

— Что это были за цветы?

— Какие цветы?

— Ты спрашивала, не я ли принес тебе букет.

— Ах, цветы, — прикусила я язык.

Я про них уже забыла. За ту выходку стало стыдно, было ясно, что Эмиль тут не при чем и стоило изображать из себя дуру?

— Мне подбросили букет под дверь, — спокойно объяснила я. — Кто мог это сделать не представляю, а ты единственный, кого я знаю достаточно близко, чтобы…, — я запуталась, что хотела сказать и замолчала.

Эмиль не настаивал и я облегченно вздохнула. Посчитав разговор оконченным, я пошла к двери, как Эмиль задал еще более странный и неожиданный вопрос:

— У тебя были мужчины после меня?

— Нет, — растерялась я и одумалась. — Тебя не касается!

— Почему?

— Потому что не твое дело.

— Почему у тебя никого не было? — терпеливо повторил он.

— Послушай, Эмиль, — я остановилась, выставив руки перед собой. — Если ты думаешь, что я спросила, не ты ли мне подарил цветы, чтобы как-то с тобой пофлиртовать, то это не так. Серьезно. И тебе тоже принесли цветы. Розы. Ты еще помнишь?

— Конечно, — легко согласился он. — Но кто сказал, что это не твоих рук дело.

— Что?! — возмутилась я. — Ты всерьез думаешь, что я подбросила тебе розы на крыльцо?

— Ты столько лет была со мной… Но почему-то не бросилась наверстывать упущенное, когда мы расстались.

Оставлять выпад без ответа нельзя, чтобы он не принял молчание за согласие и окончательно не загордился, но отвечать не хотелось тоже, потому что ответить — значит оправдываться.

— Опомнись, — медленно произнесла я. — Прошло всего два месяца… И знаешь, Эмиль… Мне никто не нужен. Я слишком долго добивалась одиночества, чтобы обменять его на сомнительные удовольствия. А если ты считаешь, что я ни с кем не встречаюсь, потому что вздыхаю по тебе по какому-то нелепому поводу, то ты… ты полный… кретин, — высказалась я.

Мы смерили друг друга взглядом — я с вызовом, Эмиль с неподдельным интересом. Кажется, он не поверил. А мне уже все надоело и я попыталась пройти мимо.

Эмиль оказался быстрее. Я не успела сделать шаг, как он уперся рукой в стену, преградив мне путь.

В горле пересохло.

— Эмиль, брось, — нервно сказала я. — Пропусти.

Он наклонился ко мне — не знаю, с какими целями, я выставила ладонь вперед и отвернулась в сторону.

— Нет!

Щека прижалась к холодной стене и это было приятно, она холодила разгоряченную кожу. Остудила до состояния, чтобы я могла говорить. Успокоила.

— Не знаю, что ты хочешь сделать, но не стоит.

Голос дрожал, но был решительным. Правая рука дергалась на рукоятке пистолета. Если бы я его вытащила, он бы ходил ходуном… Только поэтому «Хеклер и Кох» еще был в кобуре.

Я смотрела в сторону, сосредоточившись на узоре обоев. А Эмиль, наверное, смотрел на шрам, оставленный его укусом.

— Не бойся.

— Убери от меня руки и отойди. Иначе все закончится плохо, — эту фразу я почти процедила. Эмиль ненавидит угрозы, если я не хочу с ним драться, не стоит его злить еще больше.

Но меня вывела из себя его уверенность, что раз я его жена — пусть и бывшая, он имеет на меня какое-то право. Что может меня поцеловать, хотя его не приглашали.

— Спокойно, — он убрал руки и продемонстрировал мне ладони. — Все в порядке, Яна.

Его взгляд мне все еще не нравился.

— Я слишком быстро подошел, ты испугалась и злишься.

— Не нужно мне объяснять, почему я злюсь! — я протиснулась мимо Эмиля и оказалась в дверном проеме. Я заметила, что он с сожалением смотрит на ладонь, лежащую на рукоятке пистолета. Интересно, отступил бы он, не будь я вооружена?

— Я не хотел тебя пугать.

Поздно, ты напугал меня гораздо раньше. Этого я вслух не сказала, постаравшись как можно скорее покинуть негостеприимный дом.

Оказавшись на улице, я остановилась на крыльце и несколько раз глубоко вдохнула. Воздух был холодным, ярко светило солнце и я понемногу успокоилась.

К тому моменту, как я появилась на парковке, я была полностью собрана и лицо выражало только приветливость.

Чтобы совместить приятное с полезным: поскорее убраться с территории Эмиля и поговорить, я любезно предложила подвезти Никиту домой. Жил он в пригороде, что меня обрадовало — разговор обещал быть долгим. А может и нет. Все от него зависит.

При дневном свете вампир выглядел особенно невзрачно. Уголки бесцветных губ опущены вниз. Мрачный парень.

Только сейчас, когда я пробиралась через забитый пробками центр, начали приходить на ум вопросы. Как они справятся, совмещая жизнь на два фронта? Одну, дневную — с работой и семьей, и расследование под покровом ночи. Это мне плевать на такие мелочи, я теперь живу одним миром, а они? Стас вон, преподаватель…

— Ты работаешь где-нибудь? — спросила я.

— Ага, — в подробности он не стал вдаваться.

Никита сидел расслабленно, не ровно, а наискосок, прислонившись к двери. Я перевела взгляд обратно на дорогу.

— Как ты собираешься совмещать? Не тяжело будет?

— Я дизайнер, — вздохнул он. — Работаю из дома, ничего страшного. От переутомления не умру. А тебе вопрос можно? Почему тебя пригласили?

— Я городская охотница, — напомнила я. — Я говорила.

— Не в этом дело, — скривился он. — Вчера у нас городским охотником и не пахло. Почему ты?

Я молчала, взвешивая, стоит ли объяснять и решила что нет. Сделаю вид, что сосредоточилась на вождении.

— Тебя не задевает работать на охотника?

— Мне-то что? — пожал он плечами. — Мне платят. К тому же это обычная практика.

— Обычная?

— Я не знаю как сейчас, — сказал он. — А раньше вампирами занимались охотники. Меня или нашего вояку, например, не учили выслеживать… Так о чем ты хотела поговорить?

— Хочу проконсультироваться, — но думала я сейчас о другом.

Я и сама не могла толком объяснить, почему привлекли меня. Ну да, Эмиль мне доверяет… Проблема в том, что я не доверяю ему. Под ложечкой сосало и в груди появилась холодная тяжесть. Что за роль была у меня в прошлый раз, я помнила. Кусок мяса.

В случае чего меня можно пустить в расход, никто не обеспокоится. Особенно Эмиль.

Я покрутила головой, чтобы снять напряжение.

— Эй, Яна? — раздался голос и привел меня в чувство. — С тобой все в порядке?

Никита вопросительно смотрел на меня, я прочистила горло и хрипло осведомилась:

— Ты что-то сказал?

— Какого рода консультация тебе нужна?

— Я не хотела спрашивать при остальных, чтобы случайно никого не шокировать… Ты видел фотографии. Что ты думаешь об убийстве?

— Что я думаю — как вампир? — уточнил он.

— Да.

— Не знаю. Нужно узнать от чего она умерла… Это может быть подстава. Или случайность.

Вот оно. Я мысленно себе поаплодировала. Не одной мне закралась такая мысль.

— Мало повреждений, да? — хмыкнула я.

— Да, но этот парень точно не в себе. Псих. А это плохо.

— Поясни.

— Если он псих, у нас нет картины, — Никита развел руками и перечислил. — Следующая жертва неизвестна, непонятно, где и кого искать. Так мы его не найдем.

— А ты уверен, что будет следующая?

— Если это псих, будет серия.

Я мысленно с ним согласилась. Проблема в том, что я знаю только одного вампира-психа. Надеюсь, это сделал не Андрей.

— Ты раньше с таким сталкивался?

— С убийствами? Нет.

— Предположения есть, кто это может быть?

— Я бы подождал, прежде чем делать выводы. Будут факты — будут идеи. А сейчас можно и на кофейной гуще погадать с таким же успехом.

Зануда. Но подход правильный, я оценила.

Мы пробились через пробки, и наконец, попали на свободную дорогу. Осталось не долго.

— Значит, надо работать, — негромко сказала я. — Когда думаешь начать?

Холодок не прошел, просто переместился с груди на спину.

— Через пару часов съезжу в клуб. Можешь дать пару фоток?

— В бардачке. Зачем они тебе?

— Посмотрю на досуге внимательно.

Никита пролистал всю стопку и выбрал несколько снимков.

— Куда теперь? — спросила я, притормозив на развилке.

— Останови здесь. Со двора потом не выехать.

Я послушно нажала тормоз и подождала, пока он выйдет. Фотографии Никита аккуратно сунул во внутренний карман куртки. Я проводила его долгим взглядом и только после этого развернулась.

Возвращение в город было долгим. Я вспомнила Эмиля и меня опять начало трясти.

Своими оправданиями я его скорее убедила, чем разубедила в его неотразимости. Я сказала правду, а там пусть думает, что хочет, но проблема в том, что он обязательно попытается вновь.

Это расследование ставит меня под угрозу не только убийцы, но и бывшего мужа, а этого я уже не могу допустить. Если он еще раз сунется ко мне, объясню ему пожестче, как он не прав.

Второй момент, который меня беспокоил после разговора с Никитой: насколько часто случаются такие убийства. Если он псих, то будет серия — или уже была. Нужно поискать похожие случаи. Здесь мне могла бы помочь Ольга, моя старая подруга, но в нашу последнюю встречу мы здорово повздорили… Впрочем, я теперь городская охотница, она не сможет отказать.

Я уже собиралась свернуть на перекрестке, как зазвонил телефон.

— Кармен? Ты не очень занята?

Я поняла, что это Андрей еще до того, как узнала голос: старым прозвищем меня звал только он.

— Я вообще-то за рулем!

— Едешь в город? — уточнил он.

— В центр, прямо сейчас. У меня дела, так что…

— Вот и отлично! — перебил Андрей. — Заедешь? Это срочно!

— Слушай, я не могу, мне крюк придется делать… А что случилось? — запоздало спросила я.

— Приедешь — расскажу, — пообещал он и положил трубку.

Глава 10

Андрей стоял возле подъезда. Мы не договаривались, что он будет ждать, но фактически, это стало традицией: он выходил заранее, чтобы сэкономить время.

Вампир устроился рядом и кривовато улыбнулся. Захлопнув дверцу, он прищемил шарф, открыл снова, но неплотно захлопнул во второй раз, потом долго возился с ремнем. Я наблюдала, чувствуя, как закипаю.

— Так что случилось?

— Я ключи потерял.

— И? Мог бы попросить кого-нибудь из друзей тебя подвезти.

— Из друзей у меня только ты. С кем мне еще ехать за новыми замками?

— Ох, Андрей, — я аккуратно выехала на проспект. — У меня дела и сначала я заеду в одно место, а потом уже займемся твоими замками.

— А почему мы сначала поедем по твоим делам? Хочешь сказать, твои дела важнее?

— Нет. Просто это моя машина.

Андрей не стал спорить, но выглядел недовольным.

— Это долго? — уточнил он.

— Пять минут.

— Ага, — он немного повеселел, пять минут на мои дела Андрея устроили. — А куда едем?

Я чуть улыбнулась, не отрывая взгляд от дороги.

— В архивы.

Есть в городских архивах уголок, где хранится не совсем обычная информация. Если пройти длинными коридорами через все здание и отсчитать вторую дверь от окна, попадешь в крошечный кабинет с окном, выходящим на кирпичную стену. На подоконнике стоит горшок с чахлой геранью и электрический чайник за собранными жалюзи. У окна — офисный дешевый стол, а за ним на полу разместился металлический сейф.

Таким я запомнила рабочее место Ольги, когда была здесь в последний раз. Вампиры тоже нуждались в бюрократии, именно она этим и занималась — была нечто вроде архивариуса для ночных тварей.

Я постучала в деревянную дверь.

— Войдите! — звонко крикнула она.

Ольга совсем не ожидала меня увидеть и привстала навстречу, неуверенно улыбнувшись.

— Яна?

Я попробовала придумать, с чего начать. По дороге я перебрала много версий запудривания мозгов, но ни на одной не остановилась.

— Проходи, садись, — засуетилась Ольга. — Чай будешь?

— Давай, — согласилась я и присела к столу.

Мы неловко замолчали, Ольга завозилась, бренча кружками и ложками. Кабинет не изменился, только на зеленом линолеуме прибавилось вытертых пятен.

— Как дела? — спросила я.

— Вполне, — легко кивнула она.

Мне показалось, что она недоговаривает. Возможно и так. Недоговоренностей между нами хватало. Но несмотря ни на что, я была рада видеть Ольгу.

— А ты как живешь?

Я собралась уже было рассказать, как, но вовремя закрыла рот. А что рассказывать? Живу я хорошо, вот только убийства в городе.

— Нормально.

Ольга передала кружку и я попыталась отогреть на ней холодные ладони.

— Какими судьбами? Не пойми неправильно… Раньше ты в архив не заходила.

— Ты не рада?

— Да нет, — Ольга пожала плечами и отвела взгляд, заинтересовавшись огрызком карандаша. — Просто неожиданно. Ты в следующий раз звони, я могла быть в хранилище.

— А это не дружеский визит, я теперь городская охотница.

— Шутишь? — недоверчиво спросила она. — Эмиль пригласил тебя городским охотником?

Мне не понравилось, как она выделила слово «тебя». Между нами давно пробежала кошка, но с тех пор, как она вернулась на работу к Эмилю, все стало хуже.

— Если у тебя планы были на эту работу, могу уступить.

— Не понимаю, зачем он это делает, — негромко пробормотала она.

— Кто?

— Эмиль. На основные посты в городе он расставил людей, которые терпеть друг друга не могут. И он, зная это, отдает нам под контроль город.

— Я тебя могу терпеть.

Эту реплику Ольга не прокомментировала, из чего я сделала вывод, что она меня — нет.

— Не обольщайся, это только видимость контроля, — хмыкнула я, сменив тему.

— Яна, — Ольга развернула кресло в мою сторону. — Ты его знаешь лучше. Можешь это объяснить?

Я честно попыталась:

— Он выбрал нас, потому что остальные еще хуже?

— Объясни мне, почему он выбрал тебя! Ты его ненавидишь! Ты хотела его убить, и вот — ты городской охотник! Под твоим контролем все охотники города. Эмиль в своем уме?

Оказывается, этот вопрос заинтересовал не только меня.

Но я знала ответ: я заняла его сторону, несмотря на то, что он бросил меня, фактически преподнес мэру на блюдечке и чуть не сожрал сам. В конце концов, я все равно осталась с Эмилем.

— Он меня знает.

Ольга покачала головой, под ее взглядом я почувствовала себя дурой.

— Не понимаю, зачем ты вообще его бросила.

Эта тема мне понравилась еще меньше.

— А раньше ты говорила, что не понимаешь, почему я с ним живу, и советовала уходить любой ценой. Ты бы определилась.

— Люди меняются, их мнения тоже, — флегматично ответила Ольга.

— Ага, у тебя оно изменилось после того, как Эмиль взял тебя на работу.

— Прости, — сказала она, ничуть не раскаиваясь. — Так что ты хотела?

Я теряла уже вторую подругу и опять не по своей вине. То, как Ольга вела себя, как говорила — подчеркнуто вежливо и обезличено отлично давало понять, какие теперь между нами отношения. Официальные.

Что ж, если эта должность важнее, чем я, это ее выбор.

— Меня интересуют некоторые сведения о вампирах.

— Чего? — Ольга поперхнулась остывшим чаем. — При чем тут вампиры?

— Я понимаю, что я должна интересоваться охотниками, но сейчас меня интересуют не они.

— Даже не знаю… Я не могу просто так вываливать информацию. Есть правила. Если кто-то запрашивает сведения о вампирах, я должна поставить в известность мэра. И если он разрешит, тогда…

Бюрократия, блин. Ненавижу вампиров. Причем клыки — еще не самый большой их недостаток.

— Поверь, разрешит.

— Допустим, — кивнула она. — Что за сведения?

— Статистика… преступлений, — я запнулась, пытаясь придумать, способ сказать слово «убийства» не вызывая подозрений.

— Каких преступлений?

— Случаи убийств вампирами в нашем городе.

— Зачем тебе это? — нахмурилась Ольга. — Городской охотник этим не занимается.

— Позволь мне судить, — прищурилась я. И кто по ее мнению должен этим заниматься?

— А тебе срочно надо? Не думаю, что у нас окажется… много таких случаев. Я лично ни одного не помню. Давай, я тебе перезвоню? Займусь этим сегодня и вечером скажу, сколько времени у меня это займет.

Я поняла, что сначала она хочет обсудить это с Эмилем. Пусть ее.

— Хорошо, — я поднялась, уже собираясь уходить. — Мир?

Ольга удивленно моргала на меня. Я сама не поняла, зачем это спросила, но она вдруг улыбнулась.

— Мир, — кивнула подруга.

И я со спокойной душой закрыла за собой дверь. Появилось хотя бы одно место, где мне будут рады. По крайней мере, я на это надеялась.

— Только на пять минут, — передразнил Андрей, когда я вернулась в машину.

— Обстоятельства изменились. Зато теперь едем за замками.

— Можно подумать, я не знаю, что там твоя подружка работает. Я замерз, пока ты язык точила.

— Сейчас высажу прямо здесь, честное слово, — не выдержала я. — Где твой дурацкий магазин?..

Глава 11

Такую важную вещь как замок Андрей мог купить только в самом большом магазине с безупречной репутацией, так что нам пришлось возвращаться на проспект и катить до самой площади.

Я не очень удачно припарковалась, вызвав панику по всем рядам, и триумфально указала в окно.

Андрей вслух прочитал вывеску:

— «Мир дверей». Кармен, зачем мне двери? Мне нужен замок.

— Здесь отличные замки. Эмиль покупал наш замок здесь.

Это его убедило. У Эмиля присутствовала легкая форма паранойи и где попало он замки не купит.

— Если ты останешься здесь, — предупредил он. — Я буду ходить как можно дольше. Чтобы ты поняла, каково было тебя ждать.

— А я тебя ждать не буду, — парировала я. — И вообще пойду с тобой. Может и себе чего присмотрю.

В магазине выставка дверей началась прямо с порога. Чтобы не заблудиться в этом лабиринте, я по периметру обошла выставочный зал. Выбор был большим: от простейших до сейфовых и замков на дверь разве что в бункер.

Пока Андрей ощупывал замки и подзывал консультанта, я отошла к окну. Больше занять себя нечем: мои двери и замки были в прекрасном состоянии и ключи, в отличие от некоторых, я не теряла. Кстати, как он умудрился открыть квартиру без них? Или потерял их в квартире? От Андрея и такого можно ожидать.

Продавец уже завернула покупку в полиэтилен и упаковала в фирменную коробку. Быстро выбрал, наверное, купил самый дорогой замок, подходящий к его двери.

Когда Андрей подошел, я спросила, как он умудрился потерять ключи.

— А черт его знает, Кармен. Будет точнее, если скажу, что не нашел связку. Весь дом обшарил — ключей нет! Прикинь? Мистика… — он придержал для меня дверь.

— Ага, ты не пробовал искать ключи получше?

— Пробовал, — огрызнулся Андрей. — И решил, что версия о воре имеет право на жизнь. Я осторожный. Самое время сменить замки.

Я пожала плечами: в чем-то он прав. Ключи мог украсть кто-то из посетителей Андрея. Мы сели в машину, и я спросила, внезапно увлеченная этой версией:

— А кто был у тебя последним?

— Мужик, который спрашивал о тебе.

— Ну, это давно было. Поищи получше. Будет забавно, если после смены замков отыщешь ключи где-нибудь в старом ботинке.

Андрей удивленно поднял брови.

— Нет, правда, — пожала я плечами. — Сама пару раз так роняла.

— Может и давно, но после последнего клиента я не выходил из дома.

— Затворник, — хмыкнула я, резким поворотом руля оторвалась от обочины и втиснулась в ряд. Терпеть не могу этот участок дороги, всегда по-дурацки приходится выезжать.

Не вовремя зазвонил телефон, я схватила трубку и буркнула:

— Да.

— Яна? — спросил Никита. — Ты не занята? Хочу попросить об одолжении.

Первый звонок! Надеюсь, хорошие новости.

— Что-нибудь выяснил?

— Короче, я решил съездить в клуб. Узнал кое-что, характеризующее нашу потерпевшую… Она там подрабатывала, — Никита сказал это тоном, будто это о чем-то говорило.

— Ну и что?

— Я имею в виду, подрабатывала она с мужчинами.

— Проститутка? Понятно.

Андрей сделал большие глаза, а я нахмурилась. Как-то забыла за разговором, что не одна в машине, надо думать, что говорю. Если буду осторожной, много не выболтаю.

— Продолжай, — сказала я, скосив глаза на Андрея.

Он выглядел заинтересованным.

— Некоторые из персонала ее знали. Да и не скроешь там много, если каждый вечер она в клубе, и каждый раз уходит с другим… Появилась около двух недель назад. В «Фантом» приходила почти каждый день. Возможно, приезжая, раньше ее не видели.

— Понятно. Что дальше?

— Мне указали двух ее постоянных клиентов. Были раза два-три с ней. Я только что от последнего вышел. Один сказал, что ее не знает и послал меня подальше.

— А второй?

— С ним как раз все как надо. Признался, что знает девчонку, был у нее и не видит смысла это скрывать. Адрес дал. Неточный, но найти реально. Сказал, что девка она может и ничего, но вроде у нее не все дома. Со странностями. Я сильно наседать не стал, спрашивал осторожно.

— В клубе знают, что случилось?

— Я прямо не спрашивал. Все это мне рассказал охранник, который ее туда пускал.

— Ты что-то говорил о просьбе.

— Если ты не занята.

— Говори.

— Надо съездить по адресу этой девчонки. Мне его дали в форме «иди туда, не знаю куда, третья дверь налево», нужно узнать что там. Может, клиент наврал. Такое бывает.

— Давай адрес.

Он начал диктовать, но я спохватилась, что не запомню. Андрей нашел в бардачке салфетку и карандаш и записал, пока я повторяла за Никитой.

Выходило так, что здесь совсем рядом. «Улица, где фонтаны, а потом налево» начиналась на следующем перекрестке. Значит сворачиваем.

— Куда едем? — полюбопытствовал Андрей.

— Заскочим по адресу, знакомый попросил.

— К проститутке? — ухмыльнулся он. — И какие у тебя дела с проститутками?

— Блин, Андрей, не доставай меня! При тебе слово не скажи.

— Да я не против, — пожал он плечами.

Я снова прочитала путевые заметки. Что дальше? Проезжаем улицу, поворачиваем налево и ищем старый дом из белого кирпича. Что-то не помню я там никаких домов.

Сразу за поворотом мы попали в пробку. Я побарабанила по рулю, Андрей заметил и посоветовал:

— Не нервничай. У тебя с Эмилем проблемы?

Глава 12

— Откуда ты знаешь? — насторожилась я.

— Ты всегда нервничаешь, когда он тебя достает. Что случилось?

Я не знала, как рассказать — было неловко делиться настолько личным. С другой стороны, если это не обнародовать, Эмиль совсем охамеет.

— Он думает, я по нему сохну, — призналась я. — Пытался приставать.

— А ты сохнешь?

— Нет!

— Ну и все тогда. Пистолет ему показала? — увидев, как я кивнула, он продолжил. — В чем проблема?

— В том, что он думает, что я от него без ума.

— Давай я с ним поговорю, — неожиданно предложил Андрей. — Скажу, что мы встречаемся.

— Детский сад, — вздохнула я, а внутренне похолодела, представив реакцию Эмиля на такое откровение. — Давай не будем об этом.

— И про что тогда говорить? Про цветочки?

— И не про дурацкий букет!

Андрей пожал плечами:

— Как хочешь. Но если достанет, говори, что мы вместе. Отвяжется мигом.

Да, надежный способ, но мне не хотелось прятаться за Андрея. Мне хотелось, чтобы этот сукин сын отвял не благодаря чужому заступничеству, а признав мою силу и правоту. Это Эмиль-то? На что я вообще надеюсь…

Пробка рассосалась и я порадовалась, что есть повод уйти от темы. Я быстро свернула на нужную улицу и закрутила головой. Мало того, что здания покрашены в серебристый, красный или розовый, там были одни магазины и офисы.

— Этот дом? — Андрей кивнул влево.

Кирпич был серым, но белым, конечно, его тоже можно назвать. Первый этаж отведен под парикмахерскую и я нагло припарковалась на их стоянке. Прихватив салфетку, вылезла из машины.

Дом как дом, пятиэтажный, с крошечными балкончиками, дурацкой планировкой и наверняка текущими трубами. Мне такие дома не нравились, но проституткам выбирать не приходится. Я обошла здание, поглядывая на записку.

Первый подъезд от дороги. Оказалось, дорога подходит с другой стороны и мы пошли через двор по расчищенной дорожке между шапками сугробов на клумбах. В подъезде горела слабенькая лампочка, воняло кошками и бог знает чем еще.

— Что дальше? — спросил Андрей.

Я вчиталась в заключительную фразу.

— То ли второй, то ли третий этаж. Зеленая дверь.

На втором этаже зеленых дверей не оказалось, на третьем тоже.

— Дальтоник он, что ли? — разозлилась я.

— Может, не тот подъезд?

— Или не тот дом.

— Давай постучим и спросим.

— И что спросим? Не видел ли кто зеленую дверь?

— Где живет проститутка…

Я упрямо полезла на четвертый этаж и здесь улыбнулась удача: одна из дверей была обшита дерматином болотного цвета. Я позвонила, не дождалась реакции, и позвонила опять, прижавшись ухом к двери. Трель резко прозвучала в квартире.

— Стой, — вдруг сказал Андрей. — Тебе надо туда попасть?

— Неплохо бы.

— Дверь-то деревянная, — он наклонился, разглядывая замок.

— И что? — разозлилась я.

— Можно подсунуть что-нибудь тонкое и прочное. Например, — Андрей пошарил в карманах и достал раскладной нож. — Вот это. И отжать. Тем более что она туда-сюда ходит, — он потряс дверь.

— А если увидят?

— Плевать.

Андрей прижал дверь плечом и сунул лезвие между косяком и защелкой.

— Думаешь, получится?

— А почему нет, если замок поношенный? Готово! — с хрустом замок провернулся, и Андрей потянул дверь на себя, мы встретились взглядами. — У меня давно такой же стоял.

Я застыла ни жива, ни мертва, мне казалось, что на нас сейчас налетят рассерженные владельцы и их соседи.

— Эй, хозяева! — позвал Андрей заглядывая в прихожую. — Нет никого? А у вас дверь открыта!

— Да хватит уже!

Я протолкнула его в квартиру и зашла следом, тихо прикрыв за собой.

Первое что удивило — холод. Второе — отсутствие вещей.

В маленькой пыльной прихожей в углу стояла пустая вешалка. Отсюда было видно кухню, я заглянула: в углу стоял неподключенный холодильник, рядом плита, но газ перекрыт. Даже стола нет, в приоткрытом навесном шкафчике ни посуды, ни продуктов. Окно распахнуто, будто на улице лето. Скоро стемнеет: начали сгущаться сумерки.

— Да, брать тут нечего, — в кухню заглянул Андрей. — Пойду, погляжу в комнате.

— Давай, — пробормотала я, недоуменно оглядывая кухню. — Только свет не включай.

Квартира нежилая, это ясно. Наверное, сдается внаем, а сейчас ждет жильца. Только куда делись вещи? Убитая успела съехать? Надо посмотреть комнату.

Я вышла из кухни, немного удивившись тишине — Андрей осматривался без комментариев. На широком окне не задернуты шторы и начинающийся закат чуть подкрасил стены в теплые тона. Здесь тоже очень холодно.

Андрей стоял рядом с кроватью. Он оглянулся, глаза стали темнее, с лица исчезло веселье.

— Ты чего? — почему-то шепотом спросила я.

Он молча показал на кровать и приложил палец к губам. «Тихо». То, что его испугало, скрыла от меня высокая спинка кровати. Я сделала несколько быстрых шагов, чтобы скорее увидеть что там.

Первым делом я заметила длинные рыжие волосы и краешек бледной руки. У меня чуть не подкосились ноги, я вцепилась в Андрея и шепнула:

— Валим!..

Он осторожно прикрыл мне рот ладонью.

А я смотрела на молочную кожу девушки и россыпь веснушек на носу. Очень знакомое лицо. Голубые глаза смотрели на меня в упор. На полу валялась помятая кепка.

— Тихо, — прошептал Андрей на ухо. — Она мертвая.

Глава 13

Комнату все больше скрадывали сумерки, все стало серым, кроме волос Маринки. Она смотрела на меня и, казалось, улыбалась. Даже после смерти Марина не хотела быть в тягость. Осколок солнца в нашей группе. Вот и встретились, вот и поговорили.

— Ее искала? — спросил Андрей.

— Нет. Ее не должно здесь быть, — я провела руками по карманам куртки, разыскивая телефон. Срочно нужно позвонить.

Не обращая внимания на Андрея, я набрала номер Никиты. Наверное, в моем голосе что-то изменилось, потому что от одного «Алло» он напрягся.

— Что случилось?

— Я нашла квартиру.

— И что? Что там?

— Тут… проблема.

Я отвернулась от «проблемы», встав к дивану спиной. Так намного проще.

— Что там?

— Убитая девушка, — вздохнула я.

— Такая же? С укусами? — голос был приглушенным, но все равно мне казалось, что он кричит в трубку.

— Я не знаю, — призналась я. — Еще не смотрела. Скоро перезвоню.

Я отключила телефон и оглянулась. Андрей стоял над диваном, брезгливо — одним мизинцем, оттягивая воротник куртки Марины.

— Так, — медленно произнес он. — Ну ты и влипла! Кто это такая?

— Дырки? — спросила я.

— Еще какие, — присвистнул он. — Что за дела, Кармен? — кивнул он на диван.

— Охотница. Моя старая подруга.

— Что она здесь делает?

— Не знаю!

Он опустился на корточки, вновь заглядывая за воротник. Я пересилила себя и подошла, за что внутренне себя похвалила. Почему-то хуже всего, если это знакомые — даже те, которых ты давно не видела.

— Надо проверить, есть ли у нее телефон, — медленно произнесла я, но не тронулась с места. — Нужно обыскать карманы.

— Ты хочешь, чтобы я?.. — Андрей сморщился.

— Мы дружили. Понимаешь?

Наверное, у меня был абсолютно беззащитный вид, потому что вампир вздохнул и обшарил карманы. Он продемонстрировал на вытянутой руке мелочь и высыпал обратно в Маринкин карман.

— Больше ничего.

Телефона он не нашел.

— Несколько дней назад она мне звонила, у нее должен быть телефон, — под тяжелым взглядом я решила пояснить. — Хотела встретиться, назначила встречу, а сама не пришла. Слушай, я тоже в шоке, понимаешь? Ее здесь быть не должно.

— Но она здесь, — задумчиво сказал Андрей и повернулся к окну. По лицу видно, что размышляет. — Нам лучше уйти.

Мой взгляд зацепился за открытое окно.

— Андрей, она холодная? Зачем он открыл окна? Надо проверить, когда ее убили, надо осмотреть тело, — решила я.

У меня начали появляться дельные мысли: был только один способ скрыть время смерти. Выстудить квартиру.

— Сегодня, я уверен. Пойдем, здесь больше нечего ловить.

Мы тихо вышли и прикрыли за собой дверь. От щелчка автоматического замка я вздрогнула и покрылась липким потом. У меня будто камень с плеч свалился, по крайней мере, нас не застанут там соседи или внезапно нагрянувшие хозяева.

На крыльце подъезда я задержалась и несколько раз вдохнула холодный воздух, пытаясь успокоиться. На небе уже высыпали звезды. С губ срывался пар. Я подняла голову, глядя на темные окна четвертого этажа.

Голова кружилась: от свежего воздуха или нервов, я не знала.

— Что будем делать? — спросила я.

— Ты меня спрашиваешь? Пошли в машину.

Мы устроились в «мерседесе», Андрей молчал, мне тоже нечего сказать.

Я зачем-то включила дворники и наблюдала за ними. Туда-сюда, туда-сюда: как маятник. Они напоминали метроном. Я посмотрела дальше — на желтые фонари вдоль дороги и снежный накат на обочине.

— Выключи, — негромко попросил Андрей.

Я послушно отключила. Меня саму они уже бесили.

— Что делать? — тон моего голоса мне самой не понравился, абсолютно безнадежный и безжизненный.

— Кто дал адрес?

— Мой помощник. Он попросил проверить адрес проститутки из «Фантома». Она приводила сюда клиентов.

Андрей внимательно слушал, прищурившись, словно подозревал меня в чем-то.

— А эта девка откуда здесь взялась?

— Я не знаю! Не знаю!.. Это моя подруга. Может, она тоже искала ее… Может, ее туда затащили… Это важно?

— Да, черт возьми, — серьезно ответил он. — Потому что у тебя большие проблемы и у Эмиля твоего тоже. И как он будет их решать, ума не приложу.

— Я буду решать, — призналась я. — Это вторая жертва. И я расследую дело.

Андрей потрясенно замолчал. Я смотрела вперед, избегая прямого взгляда, боялась того, что могла увидеть в его глазах.

— Чем он тебя прижал? Только честно.

— Ты Эмиля имеешь в виду? Ничем. Я взялась за это, когда увидела, как она умерла.

— Ты гонишь, — утвердительно сказал он. — Это потому что ты сама пережила нападение. Просто тебя порвали, и ты питаешь сострадание к таким же съеденным, понятно? Брось, пока не поздно!

— Помоги мне, — попросила я.

Он прекрасно меня знает, он должен понимать, что не брошу. Надо все ему рассказать.

— Э-э, нет. Знаешь, чем я от остальных отличаюсь? Я сам по себе. Я к Эмилю не нанимался.

— Помоги мне, а не ему, — я коротко изложила дело.

— Ты, кажется, не въехала. Это проблема Эмиля, он мэр, пусть сам расхлебывает. А похлебать будет чего, вот увидишь.

Глава 14

— Первая жертва погибла два дня назад, — произнесла я, проигнорировав его замечание. Чем меньше я буду пререкаться, тем скорее получу желаемое. — Ее бросили за клубом. Думаю, часть крови вампир забрал с собой, потому что следующая жертва появилась только сегодня.

— Не факт, — возразил Андрей. — Выпил он много, кровь была свежей… А твою подругу убили сегодня утром, ему бы хватило.

— Откуда ты знаешь? — нахмурилась я.

— Похоже на то.

Я хотела спросить, где он научился определять время смерти по внешнему виду трупа, но не стала. Боялась узнать ответ?

Он пояснил, прежде чем я успела надумать бог знает что.

— Это логично. Вампир убил ее не позже рассвета, а для длительного срока она пахнет слишком… свежей. Прости, — добавил он, увидев мой красноречивый взгляд.

От слова «свежий» меня теперь будет тошнить. Ненавижу вампиров.

Он продолжил:

— Мне это не нравится. Скоро у него начнется ломка. Может, появится и третья жертва. Его можно взять только тогда, пока это единственная улика, которая свяжет его с жертвой и большой дозой крови. После такого его будет тяжело ломать.

Я задумалась и вспомнила как это было с Эмилем. Такое ни с чем не спутаешь, его страшно корчило, пока я не дала ему новую порцию крови.

— То есть, нам надо собрать всех вампиров города в одном месте и кого ломает, тот будет убийцей?

— Вряд ли он придет, если его ломает, — заржал Андрей.

— И это при условии, что он никого не убьет, не купит кровь, и если у него нет запаса. Слишком много «если»! — разозлилась я, но других идей у меня не было.

— Не факт, что это кто-то из наших.

— Но это шанс! Каждого нужно будет проверить, по крайней мере, мы сузим круг подозреваемых. Если с вампиром все в порядке и он не под дозой, значит, это не наш убийца, верно?

— Не думаю, что это кто-то из местных, — снова остудил меня Андрей. — У себя никто так гадить не станет, здесь все на виду. А со временем такие привычки становятся заметными. Я бы знал.

— Это нужно проверить. Итак, время эффекта крови двенадцать-тринадцать часов, так?

— Примерно. Я бы добавил еще три для разгара ломки.

Я посмотрела на часы.

— Значит… В одиннадцать часов мы устроим прием… да хотя бы в «Фантоме»! И обрабатываем каждого, кто не придет. Ломку можно замаскировать?

— Это не контролируемо. Но приступ можно снять, выпив еще крови. С этим ты что будешь делать? — с любопытством спросил он.

— Это я беру на себя.

— Кармен, это легкомысленно…

— Это самое простое, — перебила я, но видела, что Андрею мой план не по душе. — Что?

— Здесь что-то не так, — сказал Андрей. — Что бы получить достаточную дозу, убивать не нужно. Ты сама это знаешь. А он убивает в укромном месте, вывозит тела и бросает где попало, но так, чтобы их нашли. Зачем?

— Может, он запаниковал. Дело-то было перед рассветом.

— Ты сама в это веришь? Два случая — уже закономерность. Я думаю, вампир приезжий. Мы можем устроить прием, но боюсь, только потеряем время.

Я заметила, что он говорит «мы». Приятно, что он все-таки решил мне помочь.

— У меня еще одна версия, — предложила я. — Кто-то хочет стать мэром и разбрасывает трупы, где попало. И этот кто-то из местных.

— Ты все же позвони Эмилю. Твоя версия имеет право на жизнь, — признал Андрей. — Забрось меня в «Фантом». Посмотрю что там к чему.

Я завела машину.

— Андрей, только я тебя прошу, это между нами. Эмиль не хочет сплетен.

— Само собой.

Я высадила его у «Фантома» и поехала домой. На проспекте, подсвеченном вечерними огнями, меня посетила мысль: если убийца хотел таким способом дискредитировать Эмиля, он нашел бы способ предать дело огласке. Хотя бы тела подбрасывал не куда попало, а к редакциям газет и к офисам телекомпаний.

Надо срочно позвонить Эмилю. Одной рукой я набрала номер.

— Я не знаю, как, — сказала я, когда сняли трубку, — но ты должен это сделать и сделать срочно.

— Кто это? — недовольно спросил женский голос. — Вам нужен Эмиль?

У меня чуть язык не отнялся. Рука дернулась и машина вильнула на дороге. Я выровнялась и возмутилась:

— Это кто?

— Вам нужен Эмиль? — капризно повторила она.

— Очевидно да, раз я звоню ему на сотовый!

— Он не может подойти.

— Девушка! Это срочно и я не буду перезванивать! Скажите, что это его жена. Бывшая, — на всякий случай уточнила я.

Через минуту я услышала Эмиля.

— Ну и кто это? — начала я.

— Тебя это касается?

— Эмиль, если мне будут отвечать твои женщины, я могу заподозрить, что ты занимаешься неизвестно чем, когда у нас проблемы. У нас еще одна жертва.

— Уже знаю, — ответил он. — Твой вампир мне сообщил.

Я запоздало поняла, что где-то в начале этой истории был Никита. Быстро же он сообразил кто здесь главный.

— Мне нужно, что бы ты кое-что сделал, — начала я. — Собери вампиров города в «Фантоме» и на сутки наложи запрет на продажу крови.

Когда я подробно изложила просьбу, Эмиль хмыкнул.

— Яна, это невозможно.

— Ты мэр и для тебя возможно все. Вспомни, тебе самому запретили покупать кровь. Если ты надавишь на вампиров, они сделают, как ты скажешь, они привыкли, что непокорность наказывается.

— Но не за три часа. Многие не придут.

— Могу дать четыре, — расщедрилась я.

Эмиль молчал. Я крутанула руль, заезжая во двор и машину слегка занесло.

— Черт, — буркнула я, пытаясь вписаться в поворот.

— Что?

— Сложности вождения.

— Если ты аргументируешь, зачем нужен этот цирк, я помогу.

— Ты теряешь время.

Я припарковалась напротив подъезда и вышла из машины. Теперь можно подышать и сосчитать до десяти. Может, это успокоит.

— За несколько часов мы исключим из круга подозреваемых почти всех вампиров города. Это аргумент?

Глава 15

В трубке на какое-то время повисло молчание.

— Хорошо. Ты приедешь в клуб?

— Да.

Он бросил трубку. Грубиян.

Квартира показалась неожиданно пустой. Я зашла на кухню и устало опустилась на стул. На столе лежали фотографии и раскрытый ежедневник. Терпеть не могу планы, все сразу выходит вкривь и вкось. Если я хочу что-то сделать, записывать категорически нельзя.

Пока я копалась в столе и искала кобуру с запасным пистолетом, неожиданно подумала, что Лазарь тоже может быть в городе. Мысль была такой внезапной, что когда рука наткнулась на моток кобуры с моим старым пистолетом, я не сразу поняла, что это.

Ничего себе. Если Маринка здесь, то и Лазарь мог приехать. И она мне звонила. Зачем? Хотела помощи или денег? Раньше мы шлялись с Лазарем вместе, я откололась и осталась с Эмилем, а что произошло с их командой?

Зачем приехала? Как оказалась в квартире проститутки? Я должна узнать ответ.

Пока я была дома, погода испортилась и машину занесло тонким слоем снега, похожего на белый пух. Я рукавом обтерла лобовое стекло, села за руль и неосмотрительно вдавила педаль газа. Машина резво прыгнула вперед, я крутанула руль и исполнила полицейский разворот по всем правилам жанра, чуть не врезавшись в угол гаража и едва вписавшись в подворотню. Надо быть осторожнее на льду.

К «Фантому» ручейками стекался народ. Парковка забита. Я выбрала место и увидела Андрея: он стоял на широком крыльце клуба и смотрел на дорогу. Заметив «мерседес», он подошел и сел, сердито хлопнув дверцей.

— Я у тебя замок забыл. Не могла напомнить?

— А я забыла, что ты забыл.

— Теперь не успею поменять. И почему ты постоянно втравливаешь меня в неприятности?

В темном салоне с неоновыми бликами на приборной панели силуэт Андрея был плохо различим и эти хриплые «вампирские» интонации сделали его зловещим. Он шевельнулся, поворачиваясь. Заскрипела кожа куртки и это почему-то меня испугало. Я включила лампу на потолке.

Андрей слегка сощурился на свет.

— Яна? Ты нервничаешь?

— Нервы сдают, — от чего, я уточнять не стала. — Не обращай внимания.

— А-а-а… Я думал, тебя опять Эмиль достает.

Я промолчала, не собираясь развивать тему и достала телефон. Пора собирать группу, чтобы они были готовы побегать. Я решила сэкономить время и позвонила только Никите. Трубку он взял быстро, будто ждал, что я позвоню.

— Как обстановка? — голос был взволнованным, наш последний разговор получился тревожным, так что ничего странного.

— Все нормально, — ответила я. — Где ты?

— Нужна моя помощь? Приехать?

— Собирай остальных и жду тебя в «Фантоме» в течение часа. Успеешь?

— Без проблем. Что-то намечается?

— Не хочу расстраивать, но ночь будет горячая. Заедем к парочке вампиров, посмотрим на их поведение. Утомительно, но ничего страшного, — тем, что мы можем нарваться на убийцу я пугать не стала, но добавила. — И если у кого-то есть оружие, пусть захватят. На всякий случай.

— Постараюсь побыстрее, — ответил Никита и отключил телефон.

Короткий разговор развеял мою тревогу и Андрей уже не казался пугающим.

— Ты список гостей взяла? — внезапно спросил он.

— Список?

— Ты вроде собралась отслеживать тех, кто не придет.

Я хмуро кивнула, ожидая продолжения, Андрей поднял брови:

— Ты всех вампиров в лицо знаешь или как? Как ты узнаешь, кого нет?

— Я об этом не подумала. Может, Эмиль составит что-то вроде списка.

Мысленно я схватилась за голову: я же не рассчитывала, что Эмиль всех знает в лицо? Или Андрей? Остается надеяться, что Эмиль прозорливее меня, а перепись вампирского населения существует.

— Что-то мне не нравится полагаться на твоего мужа, — пробормотал он.

— Бывшего! Слушай, подождешь в машине, пока я закончу? — я кивнула на клуб.

— Чего это ради я буду сидеть в машине?

— Не хочу, чтобы Эмиль понял, что ты мне помогаешь. Если он узнает, что я тебе рассказала, он меня убьет.

— Не хочет огласки, ты говорила, — хмыкнул Андрей. — Но в машине-то зачем оставаться?

— Если он нас увидит вместе, догадается.

— Ага, но ты вроде просила, чтобы он собрал всех вампиров города.

— Ну да, — я нахмурилась, снова не понимая, куда он клонит.

— Так я вампир, — улыбнулся Андрей. — И поэтому пришел. А тебя я просто знаю, не мог же я не составить тебе компанию? Поэтому мы и приехали вместе. И вообще… скажи ему, что мы встречаемся.

— Андрей, — тяжело вздохнула я.

— Что?

— Ничего. Ладно. Идем вместе. Только умоляю — не сболтни лишнего!

Мы вышли одновременно, внезапно возникло ощущение, что двери «Фантома» — врата ада, откуда не всем удастся вернуться. Мы смотрели на клуб, молчали, но я знала, как нам не хочется туда идти. Мне это сделать необходимо, но какая цель у Андрея?

Ладно, что-то я сегодня нервная. Глубоко вздохнув, я по асфальтовой дорожке пошла к клубу.

В фойе толкалось непривычно много народа. Еще рано, но вампиры начали прибывать. У зеркала я заметила Риту, одну из популярнейших вампирш города. Рита снимала шубку, с улыбкой любуясь на себя в зеркало и старалась, чтобы процесс раздевания выглядел красиво и по-светски. Долго, наверное, тренировалась. Меня не впечатлило, а ее мужа, судя по его недовольному лицу, бесило.

Рита отдала шубу ему и покрутилась перед зеркалом, разглядывая платье.

За ней в очереди к зеркалам выстроилась целая вереница вампирш. Жарко, многолюдно, шумно: вылитый ад! Мы с Андреем пролезли к дверям зала и там нас ждал сюрприз: внутрь пропускали в порядке живой очереди.

Привстав на цыпочках, я разглядела на страже двух незнакомых девушек. В руках каждая держала блокнот. Они о чем-то вежливо спрашивали приглашенных, ставили пометку в блокнотах и по одному пропускали в зал. Перепись прямо на входе — хитро придумано. Но стоять мы будем долго.

Андрею пришла в голову та же мысль:

— Кармен, давай пройдем без очереди, а?

— Как?

— Ты городской охотник, тебе не нужно приглашение. И меня заодно проведешь.

— Неудобно как-то, — усомнилась я.

— Предлагаешь до утра стоять?

Я взяла Андрея за руку и плечом подтолкнула вампира впереди:

— Пропустите!

Он оглянулся и я проскользнула, оттеснив его в сторону. Андрей стиснул мою руку, будто боялся потерять меня и навсегда остаться в толпе. Действовала я не очень учтиво. Эмиль наверняка будет недоволен.

— Посторонитесь! Я по вип-приглашению! — совсем нескромно повысила я голос.

По толпе вампиров прошло волнение, но возмущаться они не рискнули. Я их понимала, у меня на лбу не написано, просто я наглая или по-настоящему важный гость мэра.

Мы с Андреем, помятые и растрепанные, предстали перед девушкой на входе. По недоверчивым темным глазам я поняла, что она в вип-приглашение не поверит.

— Представьтесь, пожалуйста, — вежливо попросила она.

— Она городской охотник, — сообщил Андрей, прежде чем я успела выбрать что-нибудь поубойнее. — А я с ней.

— Прошу, — офисная девушка сделала шаг в сторону. — Вас уже ждут.

Эмиль, кажется, застолбил весь клуб. Я была поражена размахом и скоростью, с которой он все организовал. Представляю, сколько это стоило.

Все столики были убраны и зал расчищен — остались индивидуальные кабинки по краям зала, увитые декоративным плющом. К стене придвинуты длинные столы, вокруг суетились официанты. Я подошла к отдельному столу с рядами чистых бокалов, их количество поражало. Не взять ли один? Ладно, я на работе. Может, потом.

Вокруг слонялись парочки и одиночки. Вампиры выглядели потерянными, у всех были другие планы на вечер. От происходящего буквально разило спешкой.

Эмиля я заметила в конце зала. Он разговаривал с высокой блондинкой и как раз поворачивался, чтобы посмотреть, что за возня началась у входа. Вдруг меня ошпарила мысль — я все еще держу Андрея за руку! Сейчас он увидит и… Я, как от змеи, отдернула руку от Андрея.

Он уже шел ко мне и хмурился. В блондинке, семенящей следом, я узнала одну из его постоянных любовниц — Аннушку. Странно, что он привел ее на вампирский прием — она была стопроцентным человеком до кончиков ногтей и не страдала вампироманией.

Ее жесты, улыбки гостям, царственная осанка кричали, что это она — первая леди. Анна вела себя, как хозяйка. Это она пару часов назад ответила по телефону? Скорее всего.

Она любезно поздоровалась:

— Здравствуйте… Отлично выглядишь, Яна.

— Спасибо, — я автоматически пригладила волосы, пытаясь вспомнить, действительно я хорошо выгляжу или это она из вежливости.

Эмиль меня игнорировал, сразу переключившись на Андрея. Как полагается хищнику, он выбрал самого угрожающего из нашей пары — и это была не я. Он смотрел с неприязнью и напряженно, помнил, что не сам отвоевал себе место — ему разрешили возглавить город.

— Проблемы? — не выдержав, агрессивно спросил Андрей.

— Не помню, чтобы я тебя звал с ней.

— Я вампир.

— С ней я тебя не звал, — с нажимом повторил Эмиль.

— Эмиль, — одновременно произнесли мы с Аннушкой, только она — вопросительно, а я устало.

Андрей ухмылялся, ему нравилось, что мэр города нервничает в его присутствии. А Эмиль бесился, потому что ему не нравилось, что об этом могли догадаться остальные, его паства. Ненавижу вампирские разборки.

Глава 16

— Какая разница, пришли мы вместе или нет, если ты звал нас обоих? — спросила я. — Не напрягай меня, ладно? Мне еще работать.

Я произнесла это с особым смыслом, чтобы Эмиль понял и не доставал перед ночной облавой, и чтобы не понял, что Андрей о ней знает. Сплошная недосказанность. Не дай бог, кто-нибудь сболтнет лишнего — между нами и так искрит.

— Отойдем на два слова, — предложил мне Эмиль.

Мы отошли, оставив Аннушку и Андрея наедине друг с другом.

Эмиль и я притягивали взгляды. Вампиры оставили свои разговоры и хищно смотрели на нас поверх бокалов. Ожидали бесплатное шоу. Не дождутся. Все что произойдет между нами, завтра будет перетирать весь город. Скандал для них — самый лакомый кусок.

Это помогло успокоиться и взять себя в руки. Я улыбнулась Эмилю так неожиданно, что разговор вместо повышенных тонов потек неторопливо и спокойно. Почти по-светски.

— Зачем ты его привела?

— Ты же звал вампиров, — я мгновенно переключилась на версию Андрея, решив оставить при себе идею признаться Эмилю, что «мы встречаемся». — Зашли вместе, вот и все. А что нужно было делать, вид, что мы незнакомы? Брось, Эмиль, это неважно.

— К сожалению, важно, — вздохнул он.

— Почему?

— Давай поговорим без свидетелей. На нас смотрят, — пояснил он.

— Хорошо, но где? На улице?

— Мне любезно предоставили комнату для личных нужд.

— Ладно, — кивнула я. — Комната, так комната. Только мне надо предупредить Андрея.

Пока я ставила в известность Андрея, что ухожу с мэром поговорить, на каждом шагу чувствовала острый взгляд между лопатками. Он злился. Пока сдерживается и сохраняет лицо, но наедине может быть взрыв. Остается надеяться, что не очень громкий.

Эмиль не посчитал нужным сказать подруге хоть слово, и я заметила, как она с обидой прикусила губу. Из зала мы вышли через служебную дверь («только для персонала»), и по узкой лестнице поднялись на второй этаж.

Предусмотрительный хозяин «Фантома» выделил Эмилю одну из комнат для отдыха. Кушетка, несколько кресел, обои под бамбук, черно-красные тона — комната была в азиатском стиле. Я оглядела слишком пышные и явно неудобные сидушки кресел и решила, что постою.

Эмиль закрыл дверь, прошел через комнату ко мне, но в последний момент остановился. Между нами было около метра, достаточно далеко, чтобы я комфортно себя чувствовала в присутствии бывшего мужа. Я это оценила. Или он решил не приближаться, потому что я вооружена?

На его лице была такая странная гамма из злости и надежды, что я напряглась.

— Что? — спросила я.

— Этот Андрей… Вы слишком много времени проводите вместе. Между вами что-то есть? — прямо спросил Эмиль.

— Какое твое дело?

— Я хочу, чтобы ты ответила, — спокойно попросил он.

— Нет, — и добавила, чтобы его не обнадеживать. — Не отвечу.

— Ты понимаешь, что он опасен? Что он может…

— Ты его подозреваешь?

— В числе прочих. И не хочу, чтобы ты начала его выгораживать, когда станет жарко. Я имею право знать. Вы пришли вместе.

Настойчивость начала утомлять. Кажется, он видел, как мы держались за руки и поэтому так упорствует.

— Я могла прийти с кем угодно. И что с того?

— Тебе не стоит заводить личные отношения с вампирами.

Очень своевременно! Я даже рассмеялась, кто бы говорил вообще!

— И чего ради, тебя заботят мои личные отношения?

— Не во время расследования.

— И в мыслях такого не было!

— Тогда рассказывай, что ты сегодня видела.

Переход был таким неожиданным, что на миг я смешалась. О чем он?

И тут же вспомнила: Марина. Я уже забыла ради чего переполошила вампиров, но сейчас картинка вернулась — охотница в изящной позе, лежащая на боку и ее длинные рыжие волосы. Мятая, небрежно брошенная кепка. И собачий холод. Холод запомнился больше всего.

Воспоминание так поразило, что я перестала злиться и вообще испытывать какие-либо эмоции к Эмилю, словно его тут нет.

— Мне нужно знать… Ты нанимал кого-то кроме меня?

— Нет. Почему ты спрашиваешь?

— Дело в том, что убита охотница, — объяснила я. — Я смогла ее опознать.

Эмиль улыбнулся, ноздри нервно расширились, как у кошки, почуявшей добычу. Ему нравилось, что я взяла след.

— Где ты ее нашла? При каких обстоятельствах? Расскажи все! Ты выяснила, кем была первая жертва? Тоже охотницей?

— Еще не знаю.

— А чем ты занималась целыми днями, Яна? Зачем я дал тебе людей? Работай, наконец!

Этот раздраженный вопль смог меня убедить. Бешенство Эмиль не умел играть — он либо бесился, либо нет. И сейчас он бесился. Только теперь я поверила, что он не лжет, и он не нанимал охотницу, иначе продолжил бы свою изощренную игру в сто вопросов.

А мне уже надоели игры. Если раньше ситуация казалась черно-белым снимком, то теперь я видела ее во всей его полноте красок. Рыжий и белый. Во всех сочных тонах. От убийства веяло холодом, и не могильным — обычным зимним холодом из открытого окна.

— Она тоже из группы Лазаря, — призналась я.

— Ты ее знала?

— А как, по-твоему, я могла ее опознать? Конечно, знала!

— Как ты ее нашла?

— В квартире первой жертвы… Я не ожидала ее там найти, хотя знала, что она в городе. Маринка мне звонила, — пояснила я. — Хотела увидеться. Если честно, значения этому я не придала, думала, просто встреча старых подруг.

— Ты нашла квартиру первой жертвы? — недоверчиво спросил Эмиль.

— Она ее снимала. Вещей нет. Маринка лежала на диване, и ее кто-то туда уложил, — я вспомнила изящную позу в каких случайно трупы не оказываются.

— Я шокирован, — улыбнулся Эмиль. — Ты так быстро нашла ее?

Мне захотелось ему врезать или схватить и трясти, чтобы до него дошло, что моя подруга погибла.

— Ты точно не связывался ни с ней, ни с Лазарем?

Я так настаивала, потому что уже дважды мой муж обращался к лидеру моей группы по поводу услуг. В обоих случаях пострадала в основном я, так что они оба теперь бывшие.

— Я ее не нанимал.

— Значит Лазарь здесь, — наконец сказала я.

— Нет.

— Откуда ты знаешь?

— Я проверил всех охотников города сразу после убийства. Лазаря среди них не было.

— Зачем? — насторожилась я. — Подозревал, что это кто-то из нас?

— Обычная процедура, — он пожал плечами. — Я должен знать, кто был в городе на тот момент.

Ну-ну, скорее подыскивал кандидатуру для расследования, а остановился потом на мне.

— Если его правда нет в городе, я не знаю, зачем притащилась Маринка. Она не путешествует одна. Тем более я не понимаю, как она оказалась в квартире проститутки.

— А ты хорошо ее знала?

— Мы дружили.

— Когда в последний раз ты ее видела?

— Больше трех лет назад, — призналась я, прекрасно понимая, что даже год может изменить человека.

Под красноречивым взглядом Эмиля я почувствовала себя глупо.

— Сейчас мы спустимся и представим тебя гостям.

— С чего бы это? — нахмурилась я.

— Они должны знать, кто теперь городской охотник.

Эмиль открыл дверь, и я пошла следом, представляя, как меня выставляют в витрину на потеху вампирам. Ненавижу официальные приемы.

Глава 17

В зале было не продохнуть от вампиров. Пестрая толпа заполнила все пространство, кого-то здесь разыскать нереально!

Я попыталась влиться в эту толпу. Эмиля пропускали, вампиры расступались перед ним как волны перед Моисеем. Я таким пиететом не пользовалась и безнадежно отстала.

На меня реакция была странной. Некоторые меня узнавали, с кем я была знакома раньше, и шушукались между собой. Прежде чем высказать свое отношение ко мне, им нужно было разобраться, в каких отношениях я с Эмилем теперь. Многие льстиво улыбались, рассмотрев во мне перспективное знакомство на будущее, но кое-кто смотрел с презрением. Это забавляло, но больше разочаровывало. Вампирское общество оказалось насквозь гнилым и прямолинейным. Тоже мне открытие. Неважно кто ты, важно — как к тебе относится тот, кто сверху.

Мне на вампирские реверансы наплевать.

Аннушка рядом с Эмилем изображала любезную хозяйку, но я заметила, с каким недоумением на нее смотрят вампиры — ее почти не знали. Мне стало приятно. В этом мире я значила больше.

Я неторопливо направилась к ним. Они пользовались успехом: вампиры считали необходимым подойти, выказать уважение Эмилю, обменяться любезностями с его спутницей.

Эмиль выглядел измученным, Аннушка наоборот сияла.

Я обошла их так, чтобы встать справа за его плечом. Они не сразу меня увидели, только заметив льстивые взгляды гостей, которые они кидали за его плечо, он оглянулся и наткнулся на меня.

— Что за манера подкрадываться? — пробормотал он.

— Не хотела отвлекать.

На его лице мелькнуло сожаление и я поняла, что Эмиль совсем не против, чтобы его отвлекли. Вампиры его достали. Ну, кто сказал, что мэром быть одно удовольствие?

Теперь приоритеты сместились, что очень огорчило Аннушку: за нашими спинами, оказалась она. Я стояла рядом с Эмилем и бормотала что-то вроде: «Здравствуйте, городская охотница», пожимала руки и иногда отвечала на дурацкие вопросы, в том числе беспардонные. Чаще всего интересовались о наших с Эмилем отношениях, народ в радиусе нескольких метров сразу же обращался в слух.

— Они не женаты! — злилась Аннушка из-за спины Эмиля.

Иногда меня спрашивали, впервые ли я на таком мероприятии. Если перевести на невежливый, это значило: представляете, какую сделали вам честь, пригласив в приличное заведение? Когда у меня это спросили в двадцатый раз, я сжала руку вампира крепче обычного. Он поморщился и отвалил.

Я с отстраненным и независимым видом разглядывала гостей. Нужно, чтобы Эмиль подтвердил, что гости на сегодня закончились и отдал список. Я хотела попросить его у одной из помощниц, но решила, что еще рано — могут быть опоздавшие.

Аннушка неприязненно поглядывала на меня. Я без выражения выдержала ее взгляд и отвернулась. Она недовольна, что я здесь. Может быть, ревнует? Убеждать ее, что Эмиль мне нужен, как снег в мае было лень.

Пожилой вампир с женой, наконец, прекратили утомлять мэра, их место занял следующий — на этот раз, без пары. Этот вампир показался смутно знакомым и уже где-то виденным.

— Эмиль и Яна, — представили нас.

Его имя, конечно, назвали первым. Я женщина и охотница, поэтому вторая. Сплошная дискриминация.

— Яна наш городской охотник, — желчно добавила Аннушка.

— Охотница, — привычно поправила я. До меня тут одни мужики были, что ли?

Я сдержанно улыбнулась и протянула руку. Нас с вежливостью банально проигнорировали. Аннушка заворковала, приветствуя гостя, дала понять, что она здесь хозяйка. Я осталась стоять за спинами, рассеянно слушая, как они обсуждают последние новости. Мило. Я сделала вид, что не знакома с этой троицей.

Передо мной стоял старый вампир, опираясь на трость. Я отработанным движением протянула руку, но вместо того, чтобы пожать ее, он поднес к губам и где-то на полпути спросил:

— Прекрасная Аннушка, если не ошибаюсь?

— Городской охотник.

Между мной и Эмилем протиснулась Анна и вампир переключился на нее.

Я почувствовала, что за спиной кто-то стоит, слишком поздно — две сухие теплые ладони закрыли глаза, Андрей тихо сказал на ухо:

— Угадай, кто.

Я дернулась, сбрасывая руки.

— Я думала, ты ушел.

Он выглядел спокойным. Последнее, что я ожидала увидеть на его лице — это умиротворение и улыбку.

Я нахмурилась:

— Ты так выглядишь будто кайф от вечеринки ловишь.

— Я и ловлю.

Я улыбнулась и заметила, что Эмиль смотрит на нас. Уже и поговорить нельзя?

— Что он хотел? — Андрей тоже заметил внимание мэра. — И чего он на нас постоянно пялится?

— Ему не понравилось, что мы пришли вместе.

— Ну и хрен с ним, — мрачновато заключил Андрей.

— У тебя всегда с властями проблемы?

Я спросила в шутку, но Андрей ответил серьезно:

— К сожалению.

— Надо начинать, — вздохнула я, не желая развивать тему. — Мне нужен список.

— Некоторые, которых я знаю, не пришли.

— Но ведь ты не всех знаешь?

Я убедилась, что нет, и вдруг поняла, что потеряла Эмиля.

У входа в зал он разговаривал с одной из девушек-переписчиц. По тому, в каком тоне он с ней общался, я поняла, что она работает на него. Она что-то быстро писала, может, заносила его комментарии в список.

— Все? Последний свисток и вход заблокирован? — спросила я, когда подошла.

Они нахмурились, и я поправила саму себя:

— Больше никто не ожидается?

— Опаздывать больше чем на полчаса неприлично, — сказала девушка.

— Опаздывать вообще неприлично, — возразила я.

— Хватит, — оборвал нас Эмиль и забрал у сотрудницы двойной лист, мелко исписанный с двух сторон.

Я тяжело вздохнула, проследив нумерацию гостей. Последний проходил под номером далеко за двести.

Тяжелая будет ночь.

— Я сверила приглашенных по позициям, — сказала девушка. — Отсутствующие на втором листе. С комментариями. Приятного отдыха.

— Спасибо, — буркнула я, перевернула лист и мысленно застонала. Тридцать штук с солидным хвостиком.

— Эмиль, их тут почти сорок! А нас всего четверо.

— За ночь справитесь, если разделитесь.

— Ты всерьез? Хочешь, чтобы мы поодиночке их проверяли?

— А в чем загвоздка?

— Я не хочу наткнуться в одиночку на убийцу-вампира.

— Тебе придется проверять не всех, — он взял у меня список. — Смотри. Семью под номером тридцать семь можешь вычеркивать, их уже месяц нет в городе.

— Их реально нет или они делают вид?

— Это уже проверили, — уверенно сказал Эмиль. — Таким образом, тебе остается тридцать три вампира. Я даю тебе список, — он протянул листок обратно. — У тебя есть группа, и есть задача до утра проверить всех и дать заключение, может среди них быть разыскиваемый вампир или нет. Это твоя идея. И как ты будешь ее реализовывать — твоя проблема. Я понятно говорю?

Я кивнула. По-своему Эмиль прав, пусть даже лично мне это не нравится. Но идея была и впрямь моей.

— Так я начинаю?

— Через несколько минут. Список нужно согласовать с некоторыми службами, чтобы отсеять благонадежных граждан. Одна из моих девушек все тебе передаст.

Я решила подождать в фойе, а Эмиль вернулся к гостям.

Здесь было еще достаточно народа: то ли вампиры выходили сюда «на перерыв», то ли уже собирались уходить. Сзади кто-то осторожно коснулся моего локтя, одна из «девушек» Эмиля теребила мой рукав.

— Мы можем отойти? — спросила она.

— Конечно.

Я выбралась из толпы, и мы встали у стены. Из папки появился новый лист.

— Я позвонила архивщице. В городе зарегистрировался приезжий. Как гость. Разумеется, постоянного адреса нет, временный — гостиница «Турист». Должен пробыть около двух недель.

— Он пришел? — спросила я.

— Нет. Но могло быть так, что некому передать приглашение. Все-таки, он не местный…

— А разве ему не могли позвонить? Кажется, была четкая договоренность: приглашают всех.

— Знаете, — девушка неуверенно пожала плечами. — Я просто передаю информацию и…

— Больше никаких изменений? — не стала я спорить.

— Никаких.

Я забрала записи и сунула во внутренний карман. Вот так и началась моя тяжелая ночь, которую я боялась. Я вышла на крыльцо и зимний холод освежил лицо после липкого тепла клуба. На выдохе заклубился пар.

Ребята стояли на парковке, столпившись вокруг моего «мерседеса». Чернов в белой парке выделялся на фоне вампира и очкарика как глыба льда в разгар снежной зимы. Никита что-то втолковывал ему и тот согласно кивал. Стаса я узнала по пестрой вязаной шапке. Он поднял руки к лицу, подышал, кинул нетерпеливый взгляд на двери «Фантома» и заметил меня.

Я почувствовала себя неуютно. Они ждали инструкций, а я всегда теряюсь в таких ситуациях. Выдохнув напряжение вместе с паром, я взяла себя в руки.

— Новости неутешительные. Придется сегодня побегать, — «обрадовала» я их, когда подошла.

Они столпились вокруг, приплясывая и дыша в ладони. Ресницы Стаса покрылись инеем. По веселому лицу не было похоже, что Никита поделился новостью о втором теле. В прошлый раз, увидев фотографии, Стас хмурился. Или он не воспринял дело всерьез? Я сама была легкомысленной до сегодняшнего вечера. Но холодный ветер из открытого окна не передать словами.

Я постаралась объяснить суть как можно короче.

— У нас тридцать три вампира, до утра надо проверить каждого. Нам придется разделиться.

— И зачем все это? — спросил Стас.

— Каждому задавайте такой вопрос: почему вы, многоуважаемый, не приняли приглашение мэра города, ясно?

— Дальше-то что? — спросил лейтенант, из чего я сделала вывод, что задачу они усвоили.

— Если вампир вменяемо ответит или хотя бы вменяемо вас пошлет — проверяете дальше. Если он не сможет этого сделать, пляска святого Витта у него там начнется или он попытается вас сожрать, звоните мне.

— Что конкретно ищем? — спросил Никита.

Я облизнула губы, размышляя, как потолковее объяснить.

— Признаки дефицита кровяных телец.

Никита понял, а Стас с Черновым переглянулись и потребовали объяснений.

— Припадок бешенства представляете? Наподобие, только страшнее.

Стас со вздохом покачал головой.

— Нет, ребята, я просто математик…

— Стаса одного не оставлять, — решила я. — Пойдешь с Никитой. Он в курсе, на что обращать внимание. Садитесь в машину.

Пальцы на ногах я уже не чувствовала. Когда я открыла «мерседес», из клуба вышел Андрей.

— Перестановка: втроем на заднее сиденье, — сказала я Никите, взявшемуся за ручку пассажирской двери.

Я завела двигатель и включила верхний свет.

Андрей сел рядом, и развернувшись на сиденье, с интересом смотрел на мою троицу.

— Привет, — сказал он и пожал Никите руку.

— Не узнал сразу! Ты с нами, что ли? — Никита живо ответил на рукопожатие и повеселел.

— Леди нужна помощь, — Андрей хитро подмигнул и похлопал меня по коленке.

— Надо же. Я не знал, что вы…

Я начала закипать.

— Никаких «мы» нет!

Они притихли, но уровень позитива с появлением Андрея ощутимо подпрыгнул. Он внушил уверенность Никите и остальные почувствовали то же самое.

Приятно иметь хоть одного человека в команде, уверенного в своих действиях.

Я разделила список гостей на три почти равные части и предложила:

— За работу?

Глава 18

Гостиница «Турист» считалась одним из самых старых зданий в городе, и старалась подчеркнуть это внешностью. Когда я увидела облупленный, грязно-серый фасад, подсвеченный желтыми фонарями, удивилась, что гостиница по-прежнему прибыльное предприятие и здесь кто-то еще останавливается.

Я прошла между двумя гипсовыми клумбами, на которых ничего не росло даже, наверное, летом, и взбежала по лестнице. Будь она не каменной, а деревянной — обязательно скрипела бы, а так — просто осыпалась под ногами.

Андрей поднялся следом. Наши взгляды встретились.

— Хотел бы я увидеть вампира, который поселился в этой дыре.

Он первым схватился за ручку двери и дернул. Лязгнул замок и Андрей скривился — такое лицо у людей бывает от зубной боли.

— Эй, — я перехватила ручку у него и удивленно потрясла дверь. — Закрыто?.. Фонарик есть?

Мне пришлось вернуться в машину. С некоторых пор всегда вожу карманный фонарик в бардачке. Осталось выработать привычку не выходить без него из машины.

Выцарапав из-под документов, газет и просто хлама фонарь, я разогнулась и замерла, так и не захлопнув дверь. Поднимаясь на крыльцо в первый раз, я была слишком озабочена ненадежными ступеньками и смотрела под ноги. А нужно было подъезжая к гостинице, не вертеться в поисках удобного места для парковки — хотя была свободна вся стоянка, но засыпана снегом, а просто посмотреть на гостиницу. На окна. Не горело ни одно. Только фонари рядом с ней, но они-то городские, а не гостиничные.

Я знала что увижу, но поднялась на крыльцо и упрямо посветила в стык двери и в замочную скважину. Андрей молча отобрал фонарик и пошел вдоль фасада. Под ногами похрустывал снег. По очереди он долго светил в окна и что-то рассматривал в глубине здания, водя фонариком.

На четвертом окне ругнулся и пошел к машине.

— Нечего тут ловить, Кармен. Гостиница закрыта.

— Выходит, он наврал? Тот вампир?

— Может, она закрылась после того, как он въехал?

— Ты сам в это веришь?

Гостиница стала казаться зловещей, как только я узнала, что она пуста. Я остро почувствовала, что кроме нас здесь никого нет. Только наша машина на стоянке. И кругом нечищеный снег. Слишком много снега — гостиница закрыта давно. И только на парковке ближе к выезду снег слежался и не выглядел пушистым и свежим. Кто-то приезжал сюда, но не сегодня.

— Это еще ничего не значит, — сказал Андрей. — Он мог скрыть настоящее место проживания и цель визита, если приехал по делам, ну, или к любовнице, например. Это правдоподобно.

— Ты считаешь?.. Ладно, поехали. Дел и так выше крыши.

Уже на трассе я сверилась по списку и невесело сказала:

— Едем в гости к Софье. Если к той самой принцессе, которая на каждой вечеринке всем в спину плюет, то ночь запорота.

— Какой адрес? — спросил Андрей и я отдала лист. — Ну да, это наша мадам. А какого черта она, интересно, не пришла? Ни одной встречи не пропускает.

Софию я помнила смутно, но мы встречались и даже были знакомы — заочно. Я часто ее видела на вампирских мероприятиях, куда меня таскал Эмиль.

Чаще всего София стояла у стены в неизменном красном платье, с бокалом красного — ни с кем не разговаривала, только иногда кивала редким знакомым. София считалась одной из самых старых коренных жителей города и по слухам, которые сама охотно поддерживала, происходила из знатной семьи. Из-за ее патологического самомнения даже вампиры с трудом ее выносили. Так как София у нас вампирская знать, а я просто охотница, то нам придется нелегко.

Жила София в симпатичном коттедже — крыльцо выходило на подъездную дорожку, а двор спрятан за домом — приятный вариант. Одно из окон светилось мягким светом, приглушенным шторами. Я нажала кнопку звонка, но пришлось звонить еще трижды, прежде чем я услышала шаги.

— Кто это? — наконец услышали мы властный голос.

Андрей уверенно сказал:

— Свои! Это Андрей, помните? Мы встречались у…

— Что вам нужно?

— Нас просил заехать мэр города. Это не займет много времени.

Через несколько секунд дверь нерешительно приоткрылась, словно Софья еще раздумывала — открыть или послать нас подальше. Я увидела растрепанные волосы, усталое лицо, покрасневшие глаза моргали на нас сонно и неуверенно. В целом Софья выглядела больной. Это тянуло на начало ломки. Я невежливо всунула ботинок между дверью и косяком.

— Можно войти?

— Нет! — Софья пыталась захлопнуть дверь, но моя нога ей помешала. — Отойдите! Как вы смеете?

— Нам нужно поговорить, — сказал Андрей.

— Не хочу я с вами разговаривать! По какому праву… вы! Ломитесь! В мой дом! — каждое слово сопровождалось ударом по двери, но ногу я не убрала.

— Я городская охотница! — сообщила я.

Софья фыркнула и распахнула дверь.

— Я знаю, кто вы.

Вампирша презрительно кривилась. На ней была просторная комбинация и теплый халат, кажется, мы ее разбудили.

— Почему вы не приняли приглашение господина Эмиля? — спросила я.

— Новый мэр и за это травит собаками… простите, охотниками?

Ее больной вид не давал мне покоя. Я не могла понять, ломка у нее или нет. Софья запахнула халат, пряча белую комбинацию, она была похожа на человека с легкой простудой или на вампира с первыми симптомами ломки.

Но к этому моменту вампира должно ломать уже как следует. Скорее всего, мимо. София не орет, не ползает по полу и не бросается на кого попало.

— Мы уже уходим, — сказала я.

— Всего доброго, — добавил Андрей.

Следующими по плану шла незнакомая вампирская семья. Судя по адресу, жили они где-то в пригороде. Поворот на шоссе к нужному микрорайону был рядом. На асфальте намерз лед, «мерседес» взвизгнул задними колесами, передние занесло, но я выровнялась и мы покатили в темноту. Скоро впереди, как маяк, появился одинокий фонарь. Мы въезжали в микрорайон.

За городом я ориентируюсь плохо, а конкретно здесь не была ни разу. Я решила держаться центральной улицы. Притормаживая на каждом перекрестке, чтобы успеть прочесть табличку, я доехала до конца, но нужной улицы так и не нашла.

Придется углубляться в дебри.

— Ты этот район знаешь? — спросила я.

Андрей не знал. Пришлось колесить еще минут двадцать, прежде чем мы нашли улицу. Еще пять ушло на поиски дома. Припарковавшись у подъезда, я посмотрела на часы.

— С такими успехами до утра не успеем.

Типовая панельная многоэтажка, четвертый подъезд, пятый этаж. Подъездная дверь хлопала на сквозняке и скрипела петлями. На лестнице свет, конечно, не горел и отчетливо воняло кошками. Стандартный набор для дешевых многоэтажек. Странное место для вампиров.

Стараясь дышать пореже, я поднялась на пятый этаж. Из разбитого окна сквозило, снижая интенсивность вони, на подоконник намело неровную шапку снега. Тут даже был свет — тусклая лампочка в решетчатом колпаке.

Влево и вправо вел узкий коридор, сквозь тонкие стены и двери квартир слышались звуки сонной, вечерней жизни. Я прислушалась к работающему телевизору в квартире напротив и пошла искать квартиру вампирской семьи.

Я остановилась перед железной дверью, плохо выкрашенной зеленой краской. Поискала звонок, не нашла и решила постучать, как вдруг меня остановил детский крик. Он шел из-за двери.

Я еще раз сверилась с номером. Все верно, ошибки быть не может.

Плач усилился и перешел в басовитый рев.

Я решительно постучала в дверь. Крик начал приближаться, остановился у самой двери и мужской раздраженный голос проорал:

— Идите на хер!

— О, боже, — вздохнул Андрей, отступая. — Может, ты сама разберешься? Не выношу детских воплей…

— Ладно, Андрей, — покивала я. — Я тебя прикрою.

Я постучала в дверь еще раз и хотела прокричать свой статус и повод визита, но осеклась на слове «вампиры». Не то слово для многоквартирного дома с тонкими стенами. Пока я придумывала, как изложить цель визита не вызывая подозрений, дверь распахнулась. Лохматый, еще в общем-то молодой парень, с годовалым ребенком на руках устало смотрел на меня. Ребенок от неожиданности заткнулся.

— Я вас знаю? — спросил вампир.

— Нет, наверное, — ответила я. — Понимаете, я… от администрации города.

— Почему так поздно? — спокойно спросил он.

— Наша администрация работает по ночам, — оправдалась я. — Извините за поздний визит…

Вампир выглядел нормально. Нет, конечно, не очень нормально — с мешками под глазами и диким выражением лица, но ломкой тут и не пахло. Я могла ошибаться, но, кажется, он всегда так выглядел. Остается еще его жена.

— А ваша супруга?.. — протянула я, пытаясь заглянуть за спину вампира.

— А что вы вообще хотели? — сонные глаза стали подозрительными, он перекинул ребенка на другую руку и выглянул из-за двери — два бдительных взгляда в оба конца коридора.

— Я городской охотник, — снизив голос сказала я.

— Ну и дальше что? Что тебе надо?

— Поговорить с вашей женой. Я по распоряжению…

Личико ребенка сморщилось, и вампир торопливо встряхнул его несколько раз, изображая покачивания.

— Давай быстрее, — испуганно шепнул он. — Сейчас опять начнется. Что с моей женой?

— Где она?

— На сохранении! В больнице!

— Я попозже зайду, — решила я. Тут ловить все равно нечего.

Он с лязгом захлопнул дверь. Я поспешила убраться из вонючего грязного подъезда на свежий воздух. После него морозный воздух казался самым вкусным на свете. Я выдохнула в небо, понаблюдала, как развеялись на фоне ночи клубы белого пара, и пошла к машине.

Андрей стоял рядом с «мерседесом» и оглянулся на скрип снега.

— Ну как? Пусто?

— Скорее всего. Не увидела женщину. Сказали, она в больнице.

— Фамилия есть? Поручишь потом кому-нибудь проверить.

Я села в машину и устало прикрыла глаза — только трое, а я уже выдохлась. Андрей сел рядом и отвернулся к окну, на разговоры не тянуло. Мы оба устали. Я завела машину и развернулась на занесенном снегом дворе. Нас ждал путь обратно в город по темному шоссе.

Если мы хотим успеть, нужно действовать быстрее. Сказать проще, чем сделать.

Следующий по списку адрес ждал нас в центре. Я как раз заезжала во двор дома, когда зазвонил телефон. На экране высветился номер Никиты.

— Да?

Я вспомнила, в каких случаях была договоренность созваниваться. Спокойный голос в трубке немного успокоил.

— Яна?

— Что случилось?

— Ничего особенного. Мы были по четырем адресам, сейчас едем на пятый, пока все в порядке. Но шестым у меня стоит клиент, который может тебя заинтересовать.

— Что за клиент?

— Помнишь того парня, который дал адрес первой жертвы?

— Тот мужик, который ее снимал?

— Да. Он в моем списке. Я подумал, может, ты захочешь с ним поговорить?

— Зачем?

— Ну, не знаю, вдруг у тебя свои методы ведения дела. Ну что, махнемся?

Глава 19

Я подумала, что он просто не хочет к нему идти. Учитывая, что они уже виделись по вопросу проститутки, для Никиты не очень разумно приходить второй раз.

— Махнемся, — согласилась я.

Я назвала ему двух «своих» вампиров из самого конца списка.

— А почему ты двух за одного даешь?

— Я не успею объехать всех вовремя, если зависну с твоим клиентом, — объяснила я, ожидая возражений, но их не последовало. Я отключила трубку и повернулась к Андрею.

— Не хочешь поговорить с тем мужиком, который подкинул мне адресок?

— Мечтаю просто.

— Тогда быстро закончим здесь и рванем к нему.

Взбираясь по лестнице на очередной пятый этаж, я думала, что, наверное, неплохо не быть городским охотником и не заниматься проблемами мэра города, а просто сидеть дома и заниматься ерундой. Или спать. Да, это сейчас было бы лучше всего.

Андрей отдышался и застучал в дверь. Прислушавшись, я услышала музыку. Хоть кого-то мы не разбудили.

Дверь распахнулась почти сразу. Музыка стала громче, хохот отчетливее, а запах вкусной еды вообще умопомрачительным.

— Вы к нам? — весело спросил молодой парень.

Сразу чувствовалось, что здесь хорошо проводили время и без всяких приглашений мэра. Мне захотелось остаться в компании, где заразительно смеются, много пьют и вкусно едят.

Я тоскливо вздохнула, а Андрей хмыкнув, уточнил:

— Это ты хозяин?

— Ну, — нахмурился он.

Я кашлянула и решила испортить праздник:

— Городская охотница. На вас соседи жалуются.

— Чего? Как жалуются? — удивился он. — Охотнику?

Зря ляпнула, конечно. В коридоре, за спиной хозяина появились встревоженные вампиры — все примерно одного возраста, какая-то девушка подмигнула Андрею, но он не отреагировал.

— Сколько вас? — спросил Андрей.

— Вы кто вообще?

— Это начальник безопасности, — быстро ответила я. — Городской администрации.

— Ладно. А документы у вас есть?

Мы с Андреем переглянулись. Начала утомлять эта игра в двадцать вопросов. Конечно, вампиры нам не рады, удостоверений у нас нет — только громкие слова, а ими никого не прижмешь.

— Сегодня вам было направлено приглашение к мэру. Почему вы его не приняли?

— А вас это вообще касается? — прищурился на меня вампир.

— Нет, — не стала я наглеть.

Здесь убийцы не было, это я уже поняла. Но здесь были вампиры. А раз они развлекались не в «Фантоме», то попали в мой список — и неплохо бы это уточнить.

Вампир попытался закрыть дверь, но Андрей вовремя подставил руку.

— Стоп! — громко сказала я. — Я действую в соответствии с прямым приказом мэра города! Откройте дверь!

Дверь неохотно поддалась и Андрей надавил на нее рукой.

— После небольших бюрократических формальностей я немедленно уйду! — пообещала я. — У меня есть список, сейчас я даю его вам и каждый вычеркивает себя, если найдет! Те, кто не найдут, напишут свои фамилии внизу, и я вычеркну вас из других списков. Я даже заходить не буду! Просто список дам.

Я достала из кармана мятый список и помахала им, как флагом. Хозяин квартиры осторожно взял список и вчитался. Выглядел он при этом настороженным.

— А что это за список? — спросил он.

— Ничего страшного. Что-то вроде переписи населения.

— Не буду я ничего писать! — истерично взвизгнула одна из вампирш.

Я устало потерла виски, чувствуя тупую боль и зарождающуюся ярость. У меня и так жизнь ни к черту и ночь насмарку, а эта девчонка…

— Давайте-ка побыстрее! — рявкнул Андрей. — У нас таких как вы до хрена и больше! Либо вы сейчас разлетаетесь по домам и ждете нас, либо вычеркиваете, записываете, или что там еще.

— Да без проблем, — с вызовом ответил вампир, почти ощерившись.

Не выношу вампирские распри. В конце концов, на прошлом адресе я прикрыла Андрея, разве нет?

— Если я тебе больше не нужна, подожду в машине.

— Ладно, иди, — немного подумав, согласился он.

Я начала спускаться. Андрей остался править список и огрызаться на вампиров. По-моему вполне справедливо.

В машине я нервно забарабанила по рулю. Что-то заставляло нервничать помимо сегодняшней ночи, ощущение проявляло себя гусиной кожей и шевелящимися на загривке волосами. Я сосредоточилась на чувстве, но оно ускользнуло. Да ничего не случилось, просто нервишки шалят. Слишком много общаюсь с вампирами.

Плотнее закутавшись в куртку, я рассматривала двор и раскатанный в корку снег на дороге — я старалась отвлечься. Наконец, из подъезда вышел Андрей.

Он хлопнул дверью, впустив холод и вихрем закружившиеся снежинки:

— Можно ехать.

Я завела машину. Кончики пальцев заледенели и руки дрожали. Я несколько раз сжала пальцы в кулак, разгоняя кровь. В сердце екнуло. Перед глазами встала картинка — рыжие волосы и молочно-белая кожа Маринки на фоне серой обивки дивана. Рыжий и белый — зимние цвета. Снег и солнце.

Мне бы злиться, кричать — оплакивать подругу, члена группы, а слез не было. Я устало смотрела на оранжевый фонарь. Дружба умерла и кроме пустоты ничего не осталось.

Я поежилась.

— Замерзла? — с сочувствием спросил он. — Что поделать, зима, декабрь… Придет весна и отогреемся.

— Да пошла эта весна, Андрей.

Он сжал мое плечо:

— Ты это брось, Кармен. Чего так скисла?

Я выезжала на ночной Ворошиловский, усыпанный огнями, и сделала вид, что очень занята дорогой, хотя машин почти не было. Пропустила две легковушки, и с горем пополам перестроилась в правую полосу.

— Ты расстроена?

— Сама не знаю, — призналась я. — Меня преследует какое-то странное чувство, весь вечер. С момента… как мы зашли туда.

— Куда?

— В ту квартиру. Не знаю, как объяснить…

— Я понял, — ответил Андрей. — Не трудись.

Мы замолчали. Я рулила по ночному городу и мучилась мыслью, что сказала что-то не то. Дважды порывалась спросить, что Андрей там понял и оба раза не решалась.

— Не надо меня бояться, Кармен, — вдруг сказал он. — Я тебя понял. Так бывает. Это твоя знакомая, но не я ее убил и никто из тех кого ты знаешь. Это всегда шокирует, но попытайся успокоиться. С тобой так не будет.

— Не будь таким уверенным.

— Не бойся меня из-за этого случая.

— Для тебя это просто случай, ага.

— Я ее не знал.

— А я знала, только это ничего не меняет, — я упрямо смотрела на дорогу. — Ничего ты не понял, Андрей. Ничего! Если честно, я ее много лет не видела, и видно, перегорело. Как будто она мне чужая… Тошно от этого… Тошно, что я работаю на вампиров, когда она… — я не смогла закончить.

— Я хоть раз тебя подставил?

— Да.

— Ну а ты меня? — усмехнулся он.

— Нет! — я возмутилась.

Не рыть могилу другому — один из моих принципов. Своей честностью я всегда гордилась.

— Брось ты эту чушь, Кармен. Если бы не я, Эмиль бы тебя сожрал.

— Он меня и сожрал.

— Ты стала невыносимой. Тебе надо выспаться. Кстати, я у тебя сегодня останусь?

— Чего это ради? — нахмурилась я.

— А куда мне идти на ночь глядя?..

— Когда мы закончим, от ночи минуты останутся, — пробормотала я.

Оставить Андрея у себя? Спокойно спать при том? Даже не знаю. С некоторых пор я не доверяю вампирам. Раньше доверяла больше.

Спор иссяк сам собой, когда я сосредоточилась на повороте в центре города, где движение в любое время суток не снижает интенсивности. Мы почти приехали. Я круто свернула, проскочив перед припозднившимся автобусом, и сбавила скорость. Мы удачно вписались в узкую улочку.

— До конца прямо, — сказал Андрей негромко. — Я знаю этот район.

— Бывал здесь? — нейтрально спросила я.

— Приходилось.

Я не стала спорить и обнаружила нужный дом в конце улицы. Когда я остановилась перед подъездом, Андрей с кислым видом спросил:

— Квартира какая? Третья?

— Как ты узнал? — насторожилась я.

— Ага, — хмыкнул он. — Это и есть тот мужик, который дал адрес?

— Откуда ты его знаешь?

— А кто его не знает?.. Ну, пошли, раз приехали.

— Прежде чем я туда пойду, — кивнула я на дом, — ты мне расскажешь, в чем прикол.

— Ой, Кармен, в двух словах не передашь.

Слишком таинственно и подозрительно это звучало в устах Андрея. На всякий случай я проверила кобуру и в смешанных чувствах пошла следом. Против ожидания мы не вошли в подъезд. Мы обошли дом — приземистую пятиэтажку из красного кирпича, и отсчитав третье окно с краю, Андрей постучал.

Темная шторка всколыхнулась.

— Он нас увидел, теперь пошли к двери.

Я подавила желание позвонить Никите и справиться об адекватности «клиента». Хотя мало ли… Может, он прячется? Когда мы появились в подъезде, нас уже встречали. Высокая фигура стояла темным силуэтом, приглашающее распахнув дверь.

— Привет, Андрей, — сказал вампир еще до того, как мы вошли.

Голос показался знакомым.

Рука непроизвольно нырнула под куртку. Не знаю почему, но что-то в тембре голоса заставило меня взяться за пистолет. Я глубоко вздохнула и малодушно пропустила Андрея вперед. Даже голову немного опустила, проходя мимо гостеприимного вампира в квартиру.

Андрей, напротив, чувствовал себя комфортно.

Я отступила вглубь прихожей и оглянулась на вампира. При виде меня он прищурился.

— Мы с вами нигде не?..

— Она городской охотник, — пояснил Андрей, но дело было не в этом.

Я тоже усиленно вспоминала, где могла его видеть. Что-то знакомое, не в чертах лица — в голосе, образе в целом. Он задумчиво почесывал шею. Внимание привлекло розоватое гладкое пятно заживающего шрама, его он так сосредоточенно и скреб. Да, дико чешутся эти заживающие пулевые ранения…

Этот шрам и дал мне ответ — я его вспомнила. Все встало на свои места. И услужливо подсказанный адрес, и обескровленная проститутка, и попытка меня сожрать. Эмилю следовало лучше чистить старые ряды.

— Встречались, — уверенно сказала я и сунула руку под куртку. — Еще как встречались, урод сраный!

— Кармен, что за выражения! — испугался Андрей.

Пистолет оказался в руке и я оттолкнула Андрея с линии огня. Вампир смотрел так, будто я фокус показала, и медленно опустил руки. Я перехватила руку с пистолетом, делая хватку тверже. С лица вампира исчезла улыбка. В прошлый раз пришлось его продырявить, чтобы доказать серьезность намерений. Прогресс на лицо.

— Руки над головой!

— Кармен, прекрати! Ты с ума сошла?

— Андрей, ты не въехал! — огрызнулась я. — Ты! Спиной повернись!

Он не повернулся, а Андрей шагнул ко мне и попытался забрать пистолет — просто схватил за ствол и потянул на себя.

— Ты что, идиот?! — заорала я, отпихивая его руку.

В этот момент вампир бросился на нас.

— Андрей!.. — я дергала руку с пистолетом. — Отпусти!

Андрей успел обернуться.

— Какого?..

Он отшатнулся, налетел на меня спиной. Я оказалась за Андреем — обзор закрыт, но руку я выдернула и успела поднять пистолет над его плечом, используя его как упор.

Оглохнет от выстрела. Будем считать, он это заслужил.

— Не стреляй! А ты отвали! — Андрей с размаху врезал вампиру в морду. — Ты что, охренел?

Глава 20

Выстрелить я не успела. Едва подняла ствол вверх и убрала палец с курка, что бы случайно не выстрелить.

Нападавший не ожидал такого оборота. Удивленно сплюнув на ладонь зуб, он поднял ошарашенные глаза на Андрея. По подбородку потекла окровавленная слюна.

— Андрей? Я что-то не понял, зачем ты ее привел?..

— Отлипни от меня! — Андрей передернул плечами и я отступила. — Припадочная! Да что с вами? Вы все с ума посходили?!

Я отошла в самую глубь коридора и прицелилась в вампира. Андрей снова стоял между нами.

Вампир поводил глазами, глядя то на меня, то на Андрея. По подозрительно сузившимся глазам, я поняла, что он не понимает, что происходит. Он сплюнул прямо на пол.

— Слушай, я же не знал! Если бы ты сказал, я бы ее не трогал.

— Какого хрена ты не знал?.. Она пришла со мной! Я сказал, что она охотник.

— Да плевать, охотник не охотник. Я не об этом, я про тот случай…

— Про какой еще случай?

Сначала я думала, что они говорят о проститутке, но речь шла обо мне.

Вампир бросил быстрый взгляд на меня. Он удивлялся, наверное, решил, что я пришла отомстить за подвал. Ну и ну.

— Я ему не говорила, — сказала я.

— Что ты мне не говорила? — обернулся Андрей. — Вы что, встречались?

— Да. Он напал на меня в подвале, — я кивнула на вампира. — Шрам видишь? Этот урод уполз там от меня!

— Если бы ты сразу сказала… — парировал вампир.

— Что сказала? — разозлилась я.

— Кармен!.. Яна! Не стреляй. Не стреляй, поняла?.. Выстрелишь, убью. Убери пистолет вообще к черту.

— Андрей, это он нам дал адрес! Может, он ее и замочил! Может, это и есть тот вампир, которого мы ищем!

— Кармен. Успокойся.

— Да нихрена я не могу я успокоиться!

— Вы о чем говорите?! Зачем пришли?

— Да уж не для того, что бы ты меня жрал! Я до пяти считаю! Считаю до пяти, и если не услышу признания…

— Заткнись! — крикнул Андрей и закончил спокойным, почти ласковым тоном. — Опусти пистолет, не нервничай. Все нормально, Кармен. Я все улажу.

Андрей так уверенно и проникновенно выглядел, произнося это, что я непроизвольно опустила пистолет стволом к полу. Просто руки ослабели.

Андрей обернулся к вампиру.

— Морду вытри, — он помолчал. — Ты что, бросался на нее в подвале? Это ты ее так подрал?

— Ты с ума сошел! Да я ее не трогал! Это она меня…

Андрей недоверчиво склонил голову на бок.

— Да я-то тебя знаю.

— Ну, поиграл маленько! Но я ей ничего не делал. У нее спроси! Вообще, если бы она сразу сказала, что с тобой… Сам посуди, я охраняю территорию, и натыкаюсь на какую-то охотницу вооруженную до зубов! Ладно, извини, девочка, но это был честный бой! Ты вспомни, на кого я работал!

Я пренебрежительно хмыкнула, в моем понимании — двое на одного не очень по-честному. И пытки с честью тоже никак не вяжутся, но я промолчала.

— Ага. А счас ты на кого работаешь? — кивнул Андрей.

— А, — вампир грустно махнул рукой и не ответил. — Вы что приперлись-то?

В сочетании с отсутствующим передним зубом и пятнами крови, жест вампира выглядел довольно жалким. Вампир не тяготился положением, видно привык получать в морду по жизни. Учитывая его пристрастия, я даже как-то в этом не сомневалась.

— Ты снимал проститутку на днях, — сказала я, голос звучал уже почти нормально. — Должен помнить это.

— А, Кармен? — хмыкнул он.

Я вздрогнула — показалось, будто меня позвали, а вампир нахмурился и посмотрел на меня пристальнее. Андрей минуту назад ко мне обращался по этому имени.

Я почти физически ощутила, как смешался вампир и задумался, в какую это игру мы играем. В глазах так и горело недоверие.

— И что? — отрывисто спросил он. — Вы уже подсылали своего мальчика… Сами-то что пришли? Какое ваше дело?

— Какого мальчика?.. — не понял Андрей.

— Значит она, — кивнул вампир на меня, — подсылала. Под сутенера косил, придурок… Что я, сутенеров не видел?..

Я не спешила говорить — смотрела, как он бормочет, нервничает, постоянно вытирая подбородок. Андрей тоже молчал. Он все еще стоял ко мне спиной и выражения лица я не видела. Вампир нервничал, но это еще ни о чем не говорило. Вернее, для меня все было ясно — логическая цепочка сложилась в картинку, но один факт нарушал всю картинку. Ломки у него не было. Нервы были, ломки нет.

— Андрей, — сказала я. — Что это мы в коридоре стоим?.. Последи за ним, я осмотрю комнаты.

— Что ты там смотреть собралась? — возмутился вампир.

— А в чем проблема? — спросил Андрей.

— В том, что она охотница! Сопрет что-нибудь.

— Я городская! — огрызнулась я.

— И что? Они, что ли, не тащат, что плохо лежит?

Ненавижу вампиров.

Я не знала, что хотела найти. Может, доказательства тому, что он убийца. Осмотрев по очереди две комнаты, балкон и ванную, я зашла в кухню. Вампир сидел на стуле, спиной к окну. Андрей стоял над ним, держа руки в карманах. Слишком близко.

— Отойди, — сказала я.

Сама осталась в проходе: между мной и вампиром была вся кухня. Самое оно для выстрела. Андрей встал сбоку, но наконец, ушел с линии огня.

— Ладно, у меня плохие новости. Готов выслушать?

Он сделал жест рукой, мол, пожалуйста. Я завладела всеобщим вниманием.

— Ты обвиняешься в серийных убийствах на моей территории. И как представитель законной власти, — развела я руками, — я признаю тебя виновным, и приговариваю к смертной казни.

Пока я говорила, выражение его лица менялось, когда прозвучало «смертная казнь», он даже привстал.

— Твое последнее слово? — я сделала внимательное лицо.

— Ты ненормальная? — невнятно пробормотал вампир, сглотнул и громкость голоса повысилась. — А доказательства?!

— Расследование веду я, для меня доказательства очевидны, приговор тоже исполняю я… К чему официальности? Мэр мой муж, я городской охотник. Прикопаем тебя в лесу ночью и все.

— Да что вам надо, вы можете объяснить?! — завизжал он, брызгая слюной.

Я все-таки взяла вверх над вампиром, а ситуацию — под контроль. Вампир был готов к сотрудничеству.

— Когда вы в последний раз встречались?

— С кем? — не понял он.

— С девушкой.

Вампир выглядел так, словно я его оглушила. Он всерьез не понимал, почему я пришла.

— Она же проститутка, понимаешь? Про-сти-тут-ка! — по слогам четко произнес он. — К тому же ненормальная! Проституток по статистике чаще всего убивают, и никакого дела до этого нет никому!

— Ты ее убил? — поинтересовалась я.

— Нет! Что ты ко мне привязалась? — испугался он. — Я вообще тут не при чем! Может, меня в это время вообще в городе не было. Когда ее убили?

— Когда вы встречались?

— Не помню! — отрезал он. — Вроде неделю назад. Может, полторы. Снял ее в «Фантоме».

— А как ты там оказался? — хмыкнул Андрей.

Вампир поерзал.

— Да какая разница?.. Меня там все равно никто не знает. Подумал, ничего не случится, если появлюсь.

— А что должно случиться? — спросила я. — От кого ты прячешься?

— А ты такая тупая, да? От твоего мужа, блин. Не хочу попасть под раздачу после перестройки.

Да, могла бы сразу догадаться. Эмиль тоже любитель подчистить старые ряды.

— Сколько раз ты с ней встречался?

— Ну… дважды. Достала она меня. Ненормальная…

— Почему ненормальная? — за короткий разговор он повторил это раз двадцать.

— Болтает много. Слишком много вопросов. Я даже подумал, или у нее не все дома, или она не за деньги пашет, а чтобы вопросы позадавать…

— Даже так? — заинтересовалась я. — А с кем еще она встречалась?

— Понятия не имею!

Я переглянулась с Андреем. Что-то не давало покоя.

— Водила она тебя к себе оба раза?

— Оба.

— Опиши квартиру. Что было внутри?

Вампир задумался.

— Да ничего там не было. Что я, помню, что ли? Я не трезвый был. Квартира как квартира.

— Она всегда была одна? Может, там кто-то еще жил?

— Никого там не было.

— Кармен, не он это, — вдруг сказал Андрей.

— Ты, как всегда, знаешь все лучше всех! — огрызнулась я, хотя внутренне с ним согласилась. Пора уходить.

На холодном воздухе я поняла, как было жарко — горели лицо и шея. Я расстегнула пальто и с закрытыми глазами постояла на крыльце. Защипало руки, рукоять пистолета превратилась в ледышку и я сунула его в кобуру. Без него руки показались пустыми.

До машины шли молча — я собиралась с мыслями, снег тихо скрипел под ногами.

— Андрей, ты правда его не помнишь? — спросила я. — Как ты мог забыть?

Он покачал головой, не глядя на меня.

— Я был ранен?

— Ты у меня спрашиваешь? — я схватила его за рукав, он остановился, но смотреть на меня не хотел.

— Я был в ломке! — огрызнулся он. — Это нормально, что я почти ничего не помню, так бывает после ранений.

— Ты даже сам факт не помнишь? — нахмурилась я.

— Прости, что разочаровал.

Он ничего не добавил и пошел к «мерседесу».

Адрес был последним в нашем списке, и здесь нам не улыбнулась удача. Домой мы попали к четырем часам утра. Я позвонила Эмилю и оставила на автоответчике сообщение с признанием, что сваляла дурака и результатов не добилась. Новых идей не было. В голове пусто и это бессилие пугало.

Теперь мы сидели на кухне, я пила чай и пыталась думать. Наконец Андрей сжалился надо мной.

— Иди спать. Выглядишь ужасно.

— Я не усну, не смогу. Надо что-то придумать, здесь бродит псих, а я ничего не могу сделать!

— Уймись, Кармен! — вдруг разозлился он. — Мы и не рассчитывали, что этот прием себя оправдает, забыла? Почему тебе везде все надо? Пошли Эмиля к черту. Это самое правильное решение.

— Я не могу его послать.

— Он так и будет на тебе ездить.

Андрей прав. Будет.

— Что за история с проституткой? Расскажи, — попросил он, не найдя на моем лице понимания.

— Ее нашли за «Фантомом», — устало сказала я. — Эмиль ее нашел.

Андрей присвистнул и как-то сразу подобрался.

— Может, он ее и убил?

— Ну и чушь, — сказала я, подумав. — Зачем ему это?

— Их высосали. Он и высосал — увлекся. А тебя отправил подтирать за ним грязь! Ты городской охотник.

— Нет! — надавила я. — Эмиль не пьет кровь без повода! Не пьет!..

— Еще как пьет.

— Ты-то откуда знаешь? — разозлилась я.

— Вампир не может удерживать сколь-нибудь значимый пост и при этом не подсесть! Это аксиома! Яна, ты слегка не въехала… Он таким как раньше уже не будет, он не человек. Забудь, каким ты его помнишь.

— Все равно не он, — упрямо повторила я.

Андрей не стал спорить.

— Да, вряд ли бы он сожрал проститутку. Охотницу — да. А она не была охотницей? — вдруг заинтересовался он.

— Не знаю.

— Вторая охотница. Может и первая тоже?

— Нужно проверить, — решила я, поразмыслив.

Среди охотниц попадаются и проститутки. Причем, не так редко. Завтра можно заняться этой версией. Хотя у охотниц, подрабатывающих проституцией, украшения не задерживаются.

— Что у тебя еще есть? — спросил вампир.

— Цепочка с кулоном, с нее сняли.

Подвеска куда-то запропастилась, в сумке ее не было. В конце концов, я нашла ее во внутреннем кармане куртки. Аккуратно, чтобы не порвать цепочку, вытащила кулон и ссыпала в ладонь Андрея. Цепочка стекла лужицей золота, и кулон оказался сверху. Во всей красе детализированного лаврового листа.

— Это принадлежало проститутке?.. — удивленно прошептал Андрей. — Фотки есть?

Глава 21

Я нашла сумку и показала фотографии. Андрей пролистал их на скорую руку, задержался только на первой — разглядывал лицо жертвы.

— Я ее не знаю.

— Не можешь же ты всех знать.

Я, нахмурившись, наблюдала, как он листает снимки. Вдруг Андрей отбросил фотографии, и они разлетелись по столу и полу.

— Кармен, ты уверена, что это не ошибка? Это, — потряс он лавровым листом, — точно сняли с нее?

— Кулон дал Эмиль, сказал, что с нее. Я сама не видела, но зачем ему врать?

— Вот значит как, — пробормотал Андрей и перевернул ладонь над столом.

Кулон сполз на пластиковую поверхность и потянул за собой цепочку. Андрей неожиданно успокоился, лицо застыло, он отстранился и замкнулся в себе.

— В чем дело? — спросила я. — Знаешь эту вещь? Я носила ее оценщику…

— Продать хотела? — вдруг усмехнулся он.

— К Максу, он смотрит вещи, — реакции от Андрея я не дождалась и продолжила. — Специалист по неоднозначным украшениям.

— Что он сказал?

— Ничего определенного. Оригинальная работа и сделана на заказ для неординарного человека.

— А знаешь чего, — Андрей задумчиво подобрал цепочку и расстегнул замок. — Наклонись.

— Ты что, на меня это хочешь надеть? Эта вещь с трупа.

— Она не носила кулон, успокойся.

— Откуда ты знаешь?

— Кто-то сделает такую вещь для проститутки? Где-то украла, или… не знаю. Ладно, к черту все… Иди спать, Кармен. Нам надо отдохнуть.

У меня правда слипались глаза, но я решила, что буду стоять до последнего. Андрей вышел из кухни, зашелестела куртка и я подумала, что ему все надоело, и он уходит.

— Ты куда?

— Созвонимся, — отстраненно сказал он. — Мне пора.

Хлопнула дверь. Голова была тяжелой, в ней плавал туман и боль. Земное тяготение или что-то третье с силой давило на плечи. Он прав. Пора, в самом деле, поспать. Я была выжата как лимон, до полного эмоционального бессилия.

В окно вползало серое снежное утро. Меня разбудил звонок, я села в постели, закутавшись в мягкое одеяло. Телефон разрывался, и я хмуро смотрела на него. Наконец, он перестал звонить.

Чувствовала я себя странно и сны были странными, на грани кошмаров: выстрелы, хлопанье дверей, падение в пустоту… Спишем на тяжелую ночь.

Снова зазвонил телефон, и я взяла трубку.

— Да.

— Яна? — раздался звонкий, довольный жизнью голос Ольги. — Я тебя не разбудила?

— Разбудила, — призналась я.

— Я вчера обещала перезвонить, — напомнила она. — Мы встречались, насчет статистики… Я звонила, но тебя не было дома.

Как, только вчера?.. А казалось, миллион лет назад.

— Помню, помню, — пробормотала я. — Так что там?

— По моим подсчетам статистику я смогу подготовить за четыре дня, не меньше. Тебя устраивает?

— Вполне. И вот еще…

— Да?

— В город на днях должна была приехать охотница. Ты можешь проверить, регистрировалась она или нет? И если да, то с кем она явилась?

— А она такая, что могла не зарегистрироваться? — я почувствовала напряжение в голосе Ольге.

В левом виске кольнула острая боль, и я прикрыла глаза.

— Должна была зарегистрироваться, — сказала я.

Все охотники, путешествуя, регистрируются и снимаются с учета. Обычно это легко — достаточно звонка по телефону. Если охотники приезжают группой, это делает лидер.

Регистрируются все. Но если вы исключение, значит вы — асоциальный элемент. Поэтому я понимала Ольгино напряжение, мало приятного, если у вас в городе охотник, которому плевать на правила, или еще чего доброго он в розыске.

Ольга согласилась помочь, и я назвала имя.

— Перезвоню в ближайшее время. Когда она примерно приехала?

— Возможно, неделя или две. Ты проверь всех за полгода.

— Без проблем, — ее не удивил такой разброс по времени. С охотниками только так и можно. Она попрощалась, и я положила трубку.

Я зашла на кухню и устало села за стол. Вроде я должна была выспаться, отдохнуть, но меня ломало, как после хорошей пьянки.

Вчера мы потратили уйму времени и сил, и все чего добились — переутомления. Думаю, убийца остался бы доволен. Если мы правы — сегодня найдем еще одну жертву. Я с досадой хлопнула по столу ладонями и отвернулась к окну.

В дверь позвонили, и я поплелась открывать, уверенная, что увижу Андрея.

Это оказался Никита. В смешанных чувствах я пригласила войти.

— Что тебя с утра пораньше принесло?

Выглядел он лучше меня, несмотря на бессонную ночь и вчерашнюю нервотрепку. Я даже позавидовала.

— Поговорить зашел. Вчера проверка нам ничего не дала, а новых идей не поступало. Хочу обсудить.

Я нахмурилась. Видимо, насладиться спокойным утром мне не дадут. Наличие постороннего на кухне пошло на пользу. Во-первых, пришлось привести себя в порядок, и из гостеприимности приготовить кофе. Я почувствовала себя хотя бы живой.

Никто из нас не горел желанием переходить к делу. Мы пили кофе и молчали. Никита чувствовал себя неуютно и исподтишка оглядывал кухню. У меня заледенели кончики пальцев, и я сложила руки над кофейной чашкой.

— Никита, у тебя появились идеи?

— Одна жертва навела нас на другую, я считаю, что между ними есть связь.

— Это я и сама знаю.

— Я подумал, может лучше… продуктивнее заняться чем-то одним? Сосредоточимся на первом убийстве, так или иначе, нас это выведет на второе.

Звучало разумно.

— А потом на третье, — невесело добавила я.

— Я бы не стал драматизировать.

Я устало прикрыла глаза рукой. Не хотелось возвращаться к началу и грызть кость, брошенную Эмилем. Андрей прав: нужно было слать все к черту. Теперь уже не выпутаюсь.

— У меня появились кое-какие мысли, — продолжил он. — Проститутка работала в клубе, но «Фантом» это проходной двор. Сколько нужно времени, чтобы заманить ее туда, обескровить и никто ничего не заметил. Даже если она пошла туда сама… Убийце понадобилось время.

— Так-так, — заинтересовалась я.

— Я этот задний двор видел, — продолжил он. — Прожектора там нет и ворота на ночь запираются.

— Съели ее не там, — согласилась я. — Но где-то поблизости. В клубе?

— Схватываешь быстро, — Никита пожал плечами и отпил кофе. — Я тоже подумал, что сожрали ее внутри. Но тогда получается, кто-то из клуба замешан. Может, владелец?

— Вряд ли. К себе во двор бы тогда не выбрасывали, — я задумалась. — Но надо проверить.

Никита кивнул.

— И у меня к тебе просьба. Две недели назад к нам приехал вампир, но по названному адресу я нашла заколоченную гостиницу. На прием к мэру он не явился. Его надо навестить еще раз, можешь последить за гостиницей?

— Нет проблем, — Никита допил кофе и мы попрощались.

В почтовом ящике я обнаружила повестку. Мне надлежало явиться в ОВД… На всякий случай я проверила фамилию и адрес, чтобы убедиться, что это мне.

Что это вообще значит?

Я прогревала «мерседес», когда вдруг позвонил Савельич. Звонок был настолько неожиданным, что я смешалась — о пожаре в школе я забыла, а ведь возможно, дельце повесят на меня.

— Да, — ответила я.

Разговор мне вряд ли понравится, потому что пойдет о сгоревшей школе и будущих соревнованиях, а об этом я старалась даже не вспоминать.

— Сергеевна! — раздался в трубке почему-то запыхавшийся голос. — Будь готова, тебя могут в милицию вызвать!.. На счет школы!

Я рассмеялась, помахивая повесткой, словно он мог видеть.

— Уже! Только получила.

— Я уже отстрелялся! Звоню тебя успокоить — поджог это!

— Успокоил, называется.

— Ну, чтобы ты не тряслась за проводку. Не виновата ты. Я как свидетель проходил. Ты, скорее всего, тоже.

Мы попрощались и с легким сердцем я вырулила на проспект. Пока утро, стоит решить вопрос.

Здание ОВД удручало: очень неуютное. Разговор со следователем пошел в ожидаемом ключе. Меня расспросили о моей баскетбольной деятельности и поинтересовались, нет ли предположений насчет злоумышленника? Предположений не было.

Следователь пошел дальше, спросив, нет ли у меня недоброжелателей. Может, акт поджога направлен против меня? Чем там занимается мой муж?

Я рассмеялась и ответила, что слабо представляю воротил рекламного бизнеса, поджигающих школу. Следователь, судя по всему, тоже слабо это представлял и подсунул протокол под роспись.

В машине я какое-то время стояла на парковке, разглядывая двухэтажное здание из грязно-белого кирпича.

Поджог, значит. Кому оно понадобилось? Подожгли спортивный комплекс и судя по вопросам следователя, конкретно мой спортзал. Нехорошо.

Я покрутила головой, в шее что-то хрустнуло и напряжение прошло. Я выехала со стоянки.

На оживленном Ворошиловском проспекте очень не вовремя зазвонил телефон. Говорить и рулить на обледенелой дороге самоубийственно, я припарковалась в первом попавшемся месте и ответила.

— Да?

— Яна? Это я, Оля. Твоя охотница зарегистрировалась восемь дней назад.

— Отлично! С кем приехала?

— Одна.

— Ты уверена?

Не в Маринкиной привычке путешествовать в одиночку.

— Я хорошо знаю свою работу! — возмутилась она.

Я, мягко говоря, не об этом спрашивала, ну да ладно.

— Найди всех охотников, которые приехали за неделю до нее и неделю после.

Знаю я эти уловки.

— Мне еще нужно время, — пролепетала она. — У меня полно работы.

— Ладно, — вздохнула я. — Звони, когда все выяснишь.

Самое большое неудобство в общении с вампирами — их образ жизни. Раньше я занимала день нормальными человеческими делами, а теперь, когда с тренерской работой пришлось завязать, неожиданно получила массу свободного времени. Нельзя упускать шанс, когда выпадает такая удача — я заехала в супермаркет и купила продуктов на две недели вперед, заправилась под завязку, потом вспомнила, что пора продлить страховку, а под конец прошлась по магазинам одежды на Садовой. Цены были такие, что пришлось ехать в «Мегу», надеясь на лучшее.

Теперь я могла позволить себе потратиться, но годы жизни с Эмилем приучили меня к строжайшей экономии — он давал деньги только тем, с кем спал, так что я привыкла рассчитывать на одну весьма скромную зарплату.

Обычно у меня две проблемы: выбрать обувь, в которой удобно бегать, и найти одежду, способную скрыть оружие от посторонних глаз. С пистолетом вообще много сложностей… Достать боеприпасы — целая история, пока я пользовалась запасами Эмиля, но рано или поздно они подойдут к концу. Хорошую наплечную кобуру на мой размер вообще найти нереально. Прошлую мне делали под заказ — пришлось врать мастеру, что я сотрудница вневедомственной охраны. К тому же, мне надо легализовать ствол… Знаю, вампиры решают такие проблемы, но тогда придется обращаться к Эмилю. А пока придется избегать мест, где нужно проходить через рамку.

На парковку я вышла задумчивая и погруженная в оружейные проблемы. Села в «мерседес» и бросила пакет со свежекупленным свитером на пассажирское сиденье. Свитер был неудачной расцветки — в красно-зеленую полоску, зато длинный и широкий, такой скроет не то что пистолет, а целый арсенал. Консультант настаивала, что он мне велик и предложила размер поменьше, но я отказалась. Выглядела я в нем посмешищем, но что поделать?

Время до вечера осталось много, а у меня уже слипались глаза. Слишком рано встала… Лучше всего поехать домой и поспать пару часов. Я выехала с парковки, осторожно вписалась в поток и покатила к центру.

На душе скребли кошки, как бывает, когда долго откладываешь неприятное дело. В истории с убийствами замешана Маринка, а значит, нужно ехать к охотникам и говорить с ними. Ольга и остальные — это, конечно, хорошо, но они «не в теме».

Проблема в том, что охотников я ненавижу, как и они меня.

Я припарковалась у дома и поднялась к себе. Не успела я расстегнуть пальто, как зазвонил телефон. Когда я увидела номер Эмиля, меня чуть удар не хватил. Я попыталась успокоиться и посчитать до десяти, чтобы не высказать все, что я о нем думаю, так он меня достал.

— Да, — голос звучал на удивление ровно.

Чтобы не терять время, я разделась, придерживая трубку у уха плечом и пошла в комнату.

— Кто из твоих ребят сейчас свободен? — с места в карьер спросил Эмиль.

— Стас, — задумчиво ответила я. — А что?

— Нужны свободные руки. Пришли его ко мне. Пусть приедет как можно скорее.

— Сейчас позвоню.

Эмиль не стал утруждать себя объяснениями и положил трубку. Я послала Стасу короткое сообщение, чтобы избежать вопросов и отключила мобильник. Мир не рухнет, если я пару часов посплю. Обнадежив себя этой мыслью, я свернулась под одеялом.

Глава 22

В окно вползали серые сумерки. Я открыла глаза, перевернулась на бок и включила подсветку на телефоне. Почти шесть вечера. Поспать бы еще, но я собиралась заглянуть к охотникам и расспросить об убитых девушках. Маринка могла у них появиться. На удачу я особо не рассчитывала: жена вампира, хоть и бывшая, котировалась так низко, как никто другой. К счастью, кроме неудачной личной жизни у меня были плохая репутация и пистолет.

К тому же, я застрелила бывшего мэра города. Это делало меня в их глазах если не крутой, то хотя бы сумасшедшей.

Не думаю, что меня тронут.

Я откинула одеяло и пошла в ванную. Выглядела я лучше, чем утром. Очень не хотелось выбираться куда-то и портить нервы, но я зашла в тупик в расследовании.

Я вернулась в комнату и натянула не очень новые джинсы с дыркой на коленке и теплый свитер — разумеется, старый. Просто вытащила из шкафа, что первое попалось под руку. Надевать новое на встречу с охотниками — плохая примета. Посмотрела в зеркало: выглядела я посредственно и даже неряшливо. Отлично, сойду за свою. Я быстро заплела косу, влезла в старый пуховик и вышла из дома.

Я была на полпути к бару охотников, когда позвонил Андрей.

— Кармен, можешь меня забрать?

— А где ты? — я мысленно построила маршрут, если он окажется дома или в клубе.

— Я за городом. Если не заберешь, я тут на всю ночь застряну. Выручишь?

Я не стала спрашивать, что он там делает и уже открыла рот, чтобы отказать, но ведь и впрямь застрянет. Даже если он на оживленной трассе, зимней ночью попутчика не возьмут. Но придется терять время, которое я хотела посвятить охотникам. Ладно, съездит в бар со мной.

— Говори, где ты. Опиши место.

С горем пополам я поняла, где его искать, для этого придется сделать крюк, но я рассчитывала управиться минут за сорок.

Чего я не учла — вечерних пробок. До окраины я добиралась дольше, чем рассчитывала, но скоро дорога стала свободной. Я гнала по центральной трассе к Ворошиловскому мосту. Из-за дорожного освещения в сонных глазах прыгали желтые и белые пятна. Вереница фонарей оборвалась, дальше дорога уходила в темноту. Я включила дальний и сбросила скорость.

Километров десять я тащилась по правой полосе, обшаривая взглядом обочину. Скоро в свете фар появилась табличка, сообщившая, что жечь костры запрещено. Андрей ее упоминал.

Он стоял чуть дальше, за табличкой и вышел на дорогу, заметив «мерседес». Я остановилась, наблюдая, как он идет к машине. Андрей отряхнул снег и влез в салон, а вместе с ним проник холодный воздух. Я медленно развернулась, тщательно следя, чтобы не съехать в кювет, и набрала скорость. На часах было уже начало девятого.

Андрей выглядел замерзшим, но не как человек, который черти сколько проторчал зимним вечером в лесу, а как будто на остановке лишние десять минут ждал автобуса.

— Кармен, я знал, что ты меня выручишь.

— Как ты здесь оказался?

— Долго рассказывать.

Как подвезти, так пожалуйста, а как рассказать, так долго. Я что, извозчик?

— Знаешь, мне пришлось изменить из-за тебя планы. И сейчас я опаздываю!

— Без проблем, я подожду.

Я слишком сильно стиснула руль и заставила себя расслабить пальцы. Еще до охотников не доехала, а вся издергалась.

— Может, объяснишь, что происходит?

— Ты о чем? — спросил он.

— О тебе.

— А что со мной не так? — мне показалось, он напрягся. — Тебе показалось.

Я знала, что нет, но облечь чувства в слова не сумела. В нем было что-то, чего не объяснишь: в движениях, в лице, в усталом голосе. Черт возьми, да хотя бы эта странная поездка! Что он тут делал?

Но я уже поняла, что Андрей не будет объясняться. Я сосредоточилась на дороге, и чем больше старалась не обращать на него внимания, тем сильнее злилась. Мы въехали в город, и салон залил свет. Я потихоньку остыла, мысли вернулись к охотникам.

Я понятия не имела, как действовать. Снова придется по наитию совершить каждый шаг вперед. Не люблю работать без четкого плана, но если вы связались с вампирами, о них придется забыть.

Мы заехали на пустую парковку бара «Пьяный охотник» и Андрей сделал робкую попытку остаться в машине.

— Давай без меня? — он смотрел со странным лихорадочным блеском в глазах. — Не очень хорошо себя чувствую. Замерз сильно.

— Только что все было в порядке.

— Я не пойду.

— В чем дело? — резко спросила я. — Хватит врать, я вижу, с тобой что-то не так!

— Со мной все в порядке, — отрезал он. — Ладно, пошли, ты же иначе не отвяжешься.

Андрей вылез из машины, покручивая в руках темные очки. Я с сомнением посмотрела, как он нацепил их на нос. Именно то, что нужно морозной ночью.

— У меня глаза слезятся, — пояснил он.

Андрей пропустил меня, и я спустилась в подвал. Тяжелый сегодня день. Здесь вряд ли слышали, что меня назначили городской охотницей. Я готовилась не к бою, но к стычкам, раньше я была женой вампира и для этих ребят вряд ли что-то изменилось, будь я хоть трижды в разводе. Охотники меня презирали.

Я обреченно толкнула дверь. Охотник, который выполнял работу вышибалы, вежливо придержал ее для меня и улыбнулся. Лицо, напоминающее морду старого мерина, и жидкие светлые волосы делали его похожим на Франкенштейна, но улыбка его преобразила, сделав почти симпатичным.

— Добро пожаловать к нам!

— Спасибо, — я прошла в зал.

Андрей что-то рыкнул в адрес гостеприимного охотника и потопал за мной. Да что с ним такое?..

Просторное помещение с низким потолком почти не имело отделки, зато видны попытки бывшего ремонта. Похоже, над баром попеременно работали разные дизайнеры, здесь царило смешение стилей: пол покрыт отличным паркетом, столы и стулья в деревенском стиле, одна побеленная стена хранила следы полу сведенного, словно неудачная татуировка, граффити. В дальнем конце возвышалась деревянная эстрада, сейчас пустая.

Народа немного: занято всего два столика. За одним большая компания, за другим пил пиво одинокий охотник. Никогда не видела такого затишья в вечернее время.

Андрей первым пошел к стойке.

За ней стояла незнакомая женщина. Сюрприз. Раньше посетителей обслуживал пожилой охотник, по совместительству владелец заведения.

— Что желаете?

— А есть что? — быстро спросил Андрей.

— Для вас ничего, — флегматично ответила она.

— Где бармен? — спросила я, положив руку на полированную стойку.

— Я вам не смогу помочь?

— Вас я не знаю.

— Ему стало тяжело справляться по хозяйству. Теперь здесь работаю я. Вас это чем-то не устраивает?

Выглядела она так, что стало понятно — если меня не устраивает, ей это глубоко фиолетово.

— Что будете пить? — поинтересовалась она, как ни в чем ни бывало.

— Красное вино, — хрипловато сказал Андрей, и откашлялся.

— Я буду чай, — добавила я. — С лимоном и сахаром.

Охотница занялась заказом. Андрей поманил меня пальцем и сказал полушепотом:

— Давай отойдем, посидим за столом.

— Тебе что, правда нехорошо? — недоверчиво спросила я.

— Есть немного, — он облизнул губы и на мгновение я поймала его взгляд поверх темных очков.

Больное выражение глаз, легкая нервозность, уголок губ подергивается.

— Слушай … — начала я и тут барменша со стуком поставила на стойку фарфоровую чашку и широкий стакан с вином. Андрей тут же его сцапал и направился к столику в конце зала. Достаточно далеко от охотников и темно. Уютно. Я согласилась.

Мы сели и он сразу сложил ладони над моей чашкой, пышущей паром. Пора привыкнуть к его странностям, а не считать, что он нормальный и удивляться всякий раз, когда он выкидывает что-то из ряда вон.

— Тебе холодно? — спросила я.

— Я говорил…

Я отняла свой чай и сделала глоток. Стало жарко и я расстегнула пуховик, осторожно оглядываясь. Компания неподалеку наблюдала за нами, но взгляды скорее любопытные, чем агрессивные.

Я повернулась к Андрею: он жадно пил вино, ссутулившись и втянув плеч в голову. В затемненном помещении солнцезащитные очки выглядели глупо.

— Что там у Эмиля новенького? — невнятно спросил он.

Я пожала плечами.

— Как всегда.

— Все еще пристает? Скажи, что мы вместе.

— Тебя заело? — разозлилась я и тут до меня дошло. — Андрей, а ты часом сам не хочешь со мной встречаться?

Он задумчиво хмыкнул. Да, не похоже, что меня приглашают на свидание.

— Ты не понимаешь, почему он к тебе лезет?

— Для этого нужна причина?

Он вдруг невесело рассмеялся, будто я ляпнула глупость. Не люблю, когда надо мной потешаются, но в этот раз был повод…

— Ты стала сильной. А вампиры стараются создавать сильные пары, больше шансов выжить и защитить детей. У всех хищников так.

Так он что, рассчитывает со мной сойтись, чтобы я его защищала? Не ожидала такого от Эмиля.

— Ты думаешь, он хочет детей?

— Точно не от тебя. Кому нужны ублюдки? Ты же не вампирша.

Я промолчала. Дети от Эмиля не нужны мне и даром, но обидно слышать. Получается, я гожусь только стрелять по его врагам. Так?

— Даже не вздумай с ним сходиться, что бы он ни нес. Он хочет сделать тебя своей любовницей, чтобы пользоваться помощью. Как с остальными.

— Откуда ты знаешь? — насторожилась я.

— Все вампиры так делают.

— И ты?

— У меня хватает сил, чтобы выбирать по любви, в отличие от твоего бывшего говнюка.

— Бывшего мужа, — поправила я. — Говнюк он еще действующий.

— Я серьезно, скажи, что мы вместе и он отвяжется. Только не вздумай кого-то другого назвать, подставишь ни в чем не повинного мужика. А меня он боится.

Раньше я считала, что в Эмиле говорит уязвленное самолюбие и только, но если так… Может, правда сказать про Андрея?..

— Смешно, когда ты такое лицо делаешь, — вдруг усмехнулся он. — Ты столько еще не знаешь. Цени, что делюсь… Ты собираешься что-то делать? Или зачем мы сюда притащились?

— Ты же сам хотел посидеть…

— Я и сижу. Вопрос в том, почему ты тут.

Я сделала еще глоток чая и встала. Недружелюбный он какой-то сегодня, эти перепады настроения беспокоили.

Я подошла и облокотилась на полированную стойку. Охотница вопросительно посмотрела на меня — чего еще надо?

— Поговорить бы, — ответила я на немой вопрос. — Как ты понимаешь, я не за чаем пришла. Давно здесь работаешь?

— Регулярно — две недели. Сменно — почти полгода, — не удивилась она.

— Ты местная? Отсюда? Знаешь кто такой городской охотник?

Она кивнула, и я наконец-то увидела во взгляде хотя бы тень интереса.

Я покопалась в сумке — дольше, чем надо, и достала фотографию. Постаралась выбрать самую невинную. Лицо крупным планом, ворох волос, глаза закрыты. Можно подумать, что женщина спит, если не знать, что она мертва.

— Видела ее когда-нибудь? — я выложила снимок на стол, как выкладывают козырную карту.

Охотница не стала брать фото, а развернула к себе ногтем — словно знала, что там что-то неприятное.

— Нет.

— Может, она появлялась здесь?

— Может, у вас есть другой снимок? — в тон сказала охотница. — Слишком крупно, одно лицо… я, возможно, и видела ее, но сразу не узнаю. Мне нужно подумать и посмотреть другие фотографии… Ну, вы понимаете? — улыбнулась она.

Я понимала. Денег я ей не дам.

— Я тебя из города выгоню, — лучезарно улыбнулась я.

— За что?! Я же не отказываюсь, просто ее не знаю!

— Ты у меня выпрашиваешь деньги, чтобы ее «вспомнить». Так дело не пойдет.

Так дело не пойдет, повторила я про себя. Надо помягче, поосторожнее. Я тоже охотница, а если слух пойдет, что городской охотник грубо давит? Ничего хорошего не выйдет.

— Ничего личного, но денег у меня нет.

Глава 23

Она не стала изображать оскорбленную невинность и пошла на попятный.

— Ну и не надо. Сами подумайте: у меня здесь каждый день по сто человек, как всех запомнить? Постоянных клиентов — пожалуйста, но она не из их числа. Покажите другие снимки. Я ведь не отказываюсь сотрудничать.

Я полезла в сумку за стопкой фото, быстро пролистала, выбирая те, от которых не возникнут лишние вопросы. Ага, счас. Ни одной такой не оказалось.

— Давай, весь разговор останется между нами?

— Без проблем.

Я выложила на стойку следующую фотографию — общий план.

— Так лучше?

Барменша развернула ее к себе и нервно взглянула на меня.

— Ага, это именно то, что ты думаешь. Нападение вампира, — одними губами произнесла я. — Узнаешь ее?

— Я не уверена… Эта женщина точно не из постоянных клиентов. Это могу гарантировать, но была она у нас или нет, не знаю… Поспрашивай у остальных, может, они ее видели.

— Охотника на дверях?

— Можно. Только он тоже у нас недавно.

— Мне нужно знать, была она охотницей или нет.

— Оставьте фотографию, — пожала барменша плечами. — Я поспрашиваю.

— Это исключено. Второй вопрос, — я спрятала фотографии обратно в сумку. — Ты знаешь Лазаря?

— Лазарь, Лазарь, — пощелкала она пальцами, делая вид, что вспоминает. Судя по чертенятам в глазах, еще как знает. — А, вы имеете в виду охотника из приезжих! Лидер группы, да? Слышала, но здесь его нет.

— А откуда слышала?

— Ну, я же не первый год…

— Меня интересует девушка из его группы. Она должна была прийти…

— А! — перебила охотница и улыбнулась открытой искренней улыбкой. — Кармен? Приходила!

Я поперхнулась, с трудом справившись с выражения лица.

— Когда?!

— Так, минутку, — охотница деловито загибала пальцы, считая про себя. — Выходит неделю назад. Точно не скажу, но примерно.

— С чего ты взяла, что это Кармен? Как ты ее узнала? — говорить о себе в третьем лице было странно, как будто я внезапно помешалась.

— Ну, ее сложно не узнать. Приятная девушка. Завалилась — и сразу в центре внимания. Словно солнышко заглянуло…

Это она про Маринку, вдруг поняла я. Это она такая, а не я — словно солнышко заглянуло. Она всегда в центре внимания, как новогодняя елка, вокруг которой так и тянет поводить хороводы. Хохотушка, вроде и нет в ней ничего, а люди тянутся, пытаются угодить… Ее даже женщины не ненавидели, хотя охотницы в одной компании — всегда клубок змей.

— …Интересная, вроде знает всех — и с этим поздоровается, и с тем посидит, и с третьим еще попляшет. Заказывала шампанское. Сказала, что Кармен зовут. Здорово, да?

«Убили ее», чуть было не ляпнула я, но вовремя сдержалась.

— Имя еще редкое… — продолжала заливаться она соловьем.

— Это не имя. Это прозвище, — вставила я.

Мне нужно слегка прийти в себя. Такое чувство, будто снится кошмар. Маринка ходила в бар и представлялась моей кличкой. Она совсем сбрендила?!

— Часто она приходила?

— Сначала каждый день, потом пропала. Как и все мы, — вздохнула она. — Люди приходят и уходят…

— Одна?

— Одна. Приходила одна, но сама понимаешь, Кармен девка видная, без внимания не останется, — барменша почему-то хихикнула, а я вздрогнула, подумав, что обращаются ко мне. — Уходила она не всегда одна.

— С кем уходила? — резко спросила я.

— С нашими, конечно… Всегда с разными.

— Здесь они есть?

Барменша перегнулась через стойку, внимательно глядя в зал, прищурилась на дальний столик.

— Плохо видно… Нет, вроде.

— Я оставлю тебе свой номер, и если кто-то из ее парней появится, тут же звони. В любое время, — добавила я.

Охотница записала, повторила цифры вслух и когда я подтвердила, что все верно, убрала телефон в карман джинсов.

— Чем она здесь занималась?

— Развлекалась, а что не видела, то говорить не стану.

— В смысле?

— Может, она еще что делала, но я не видела.

Охотница намекала, что бывшая подруга никого не пыталась нанять.

Зачем Маринка представлялась моим именем? Чушь какая-то. Хотела выдать себя за меня? Ну и бред. И ее, и меня тут знали раньше, но как вижу, в баре случились кадровые перестановки. Появились новые люди, наверняка и свои герои, как Маринка, и такие отщепенцы, как я. А мы, если можно так выразиться, ушли в прошлое. Люди приходят и уходят, как сказала барменша.

Она наклонилась через стойку и заговорчески ухмыльнулась, словно мы стали подружками. Для охотниц нормальный подход, здесь связями обрастаешь быстро.

— Твоего приятеля совсем развезло… Я бы с ним ночь проводить не стала, если понимаешь о чем я.

Я ни черта не поняла и оглянулась. Андрей сидел ко мне спиной, сгорбившись за столиком. Вино вроде допил.

— Чего? — спросила я.

— Видно, что мучается, — пояснила она. — Ты ему купи бутылку, может, дотянет до утра. У нас совсем пусто, ничем помочь не могу.

— Ты о чем?

— У него же ломка? — нахмурилась охотница. — Дефицит кровяных телец?

Мне стало невыносимо жарко в пуховике, но спина почему-то покрылась холодным потом. Я вернулась к столику и остановилась напротив Андрея.

— Сними очки, — попросила я.

— У меня глаза болят, — спокойно ответил он.

Я не выдержала, сняла сама и наклонилась, словно собиралась поцеловать. Оба зрачка почти целиком заполнили радужку. Несколько часов назад он был под дозой — сейчас еще держится, но уже на пороге ломки.

Я смотрела ему в глаза, и сказать было нечего. Получается, Андрей вернулся к старым привычкам, но это его личный выбор. Только почему он подсел снова, когда начались убийства в городе?

— Мы уходим, — сказала я. — Даже не возражай.

— Наконец-то, — Андрей усмехнулся, словно не заметил, что я поняла, но очки убрал в карман. Он больше не скрывался.

Мы вышли на промерзшую парковку, в распахнутый пуховик проник холод, но я решила потерпеть — все равно сейчас в машину садиться. Я остановилась, с губ срывался пар, а щеки щипало, и не только от холода — меня лихорадило от плохих новостей. То, что Андрей снова сидит на дозах — это без сомнения плохо.

— У тебя ломка? — прямо спросила я.

— С чего ты взяла?

— Не делай из меня дуру. Что ты делал за городом?

— С каких пор я перед тобой отчитываюсь?

— Считай, с тех самых, как нашли первую жертву.

Он рассмеялся и на мгновение отвернулся, глядя в сторону. Его обидела моя подозрительность, но разочарование в нашей дружбе недолго держалось в глазах, Андрей вдруг разозлился — по-настоящему, а не как раньше, с видом вечно пьяного шута.

— Это не твое дело! — заорал он и я отступила. — Не твое, ты поняла?! Подозреваешь, что я их убил — иди расскажи своему Эмилю! Посмотрим, как быстро он свалит из города, когда узнает, что я снова в деле!

— В каком деле? — максимально спокойно спросила я. Ровный тон дался нелегко — понадобилась вся моя выдержка. Мы были одни на темной, заснеженной парковке и у меня дергался указательный палец на правой руке, словно ему не хватало спусковой скобы. Да, признаю — я его испугалась.

Андрей молчал и смотрел в упор, глаза были черными из-за раздутых зрачков и это выглядело страшно. Я попробовала себя уговорить, что это тот Андрей, которого я знаю и который помог мне прошлой осенью, но, если честно, не очень получилось.

Он увидел, как моя рука сама полезла под пуховик, и усмехнулся, отошел на пару шагов и устало потер переносицу.

— Я это сделал для тебя.

— Я ни о чем подобном не просила.

Выяснять отношения на территории охотников — плохая идея, но я хочу разобраться.

— Давай это останется между нами, Кармен. Мы ведь друзья.

Я в этом уже не была так уверена. Дружить с вампирами — все равно, что водить дружбу со львами. С какой стати я вообще ему верю? Со мной злую шутку сыграла человеческая природа — доверять тому, кто спас твою шкуру… Но люди, если в них ошибешься, тебя не съедят, а вот Андрей может.

Я даже не знаю, почему он завязал, но подозреваю некрасивую историю. Следы былой зависимости на лице подсказывали, что в прошлом он крепко «сидел на дозе». Раз так, почему не воевал за город, сил бы ему хватило стать мэром, и вообще кем угодно. И он так много знает о нашем городе и его обитателях… Вот только о нем самом никто рассказать не может.

— Не смотри на меня так, — негромко попросил он. — Не съем. Сам тебя чуть-чуть боюсь.

— Чуть-чуть, — повторила я и улыбнулась, заподозрив шутку. — Я никому не скажу, если сейчас ты поедешь со мной.

— Я лучше домой… Подальше от твоих расспросов.

— Нет, ты сядешь в машину, — разозлилась я. — И расскажешь все! И чем ты тут раньше занимался, и что происходит с тобой сейчас!

Кулаки Андрея сжались, он злился, что я настаиваю.

— Отвяжись от меня!

Я не успела ответить — в наступившей тишине громко хлопнула дверь. На крыльце бара стоял охотник, мы какое-то время смотрели друг на друга и он поинтересовался:

— Проблемы, подруга?

— А у тебя? — огрызнулся Андрей.

— Никаких проблем, — ответила я. — Мы уезжаем. Давай в машину, Андрей.

Я на ощупь нашла в кармане брелок сигнализации, и нажала кнопку. «Мерседес» мигнул габаритами.

— Быстрее, — тоном надавила я.

Охотник, сложив руки на груди, привалился к стене. Под его пристальным взглядом Андрей открыл пассажирскую дверь. Со стоянки я выехала лихо, выбросив на повороте снег из-под колес.

— Останови здесь, — сказал Андрей, когда мы оказались на Ворошиловском.

Я сделала вид, что не услышала.

— Останови! — крикнул он.

— Давай поговорим, — мирно предложила я.

Глава 24

Мы были в центре и катили мимо светящихся витрин, еще не слишком поздно, на улице полно народа, так что не думаю, что он выпрыгнет из машины на ходу. Андрей рассудил так же и откинулся на сидении с тяжелым вздохом.

— Ты не понимаешь, Кармен…

— А ты объясни. Из машины я тебя не выпущу, потом еще спасибо скажешь.

— Ага. Когда отгрызу тебе что-нибудь! — раздраженно бросил он.

В кармане зазвонил телефон, но я сбросила. Через несколько секунд мне настойчиво перезвонили.

— Да ответь ты, наконец! — не выдержал Андрей.

Я достала телефон и отключила, поглядывая в экран одним глазом. Ничего, перезвоню потом.

— Что ты делал за городом?

Он со стоном сжал голову руками. Сердце в моей груди подпрыгнуло: я приняла это за симптом усиливающейся ломки, но нет — это реакция на меня. Вот такая я доставучая.

— Чем ты занимался раньше, до нашего знакомства?

— Тем же, чем сейчас.

Я бросила быстрый взгляд и вернулась к дороге. В первый раз об Андрее я услышала от своего лидера — Лазарь очень хорошо о нем отзывался, мол, Рем за информацию берет недорого и вампирам не сдаст.

— Почему охотники называют тебя Ремом? Что за прозвище такое?

— Не прозвище, — буркнул он. — Сокращение от фамилии.

— А полная как?

Андрей рассматривал придорожные фонари в боковом окне и притворялся глухим. Мне хотелось его стукнуть. Мы молчали до самого дома — я уже поняла, что он ни черта не скажет. Ничего, зато скажут другие. Я должна выяснить кто он, иначе больше не смогу верить.

Мы въехали во двор и я припарковалась у подъезда. Прежде чем выйти из машины, я расстегнула кобуру — так, на всякий случай.

— Сегодня останешься у меня, — твердо заявила я. — Хочу иметь тебя перед глазами на случай, если за ночь всплывет что-нибудь интересное.

— Я тебе за ночь пол лица отъем, — предупредил он и с досадой хлопнул дверцей.

— Не ври, ты отлично себя контролируешь.

На все сто я уверена не была, но постаралась говорить как можно тверже.

Я поднималась по лестнице последней, Андрей несколько раз обернулся, словно проверял, есть ли пути отступления и каждый раз наталкивался на мою каменную морду. Здесь, на свету, стало видно, что он выглядит как тяжело больной человек.

— Не споткнись, ступенька, — сказала я, когда он в очередной раз обернулся.

Его рука легла на перила, он сбавил ход и судорожно облизал губы.

— Ты не понимаешь, что происходит. Сейчас я должен быть в другом месте!

— Нечего тебе там делать.

— Я принял кровь, чтобы найти убийцу.

— А мне не нужно, чтобы им сделали тебя. Ты мог меня подставить… Если бы Эмиль узнал… — я не стала договаривать.

— Кармен, ты не должна со мной оставаться! — в голосе звучала такая неподдельная паника, что я засомневалась.

По Андрею сразу не скажешь, в шутку он или всерьез, вот и сейчас я не могла понять, может он представлять мне угрозу, когда ломка достигнет апогея или нет. По идее, если у него нет смертельных ранений, то самоконтроль сохранится… А с другой стороны я его совсем не знаю. Ведь была же причина завязать с кровью? Может, у него крышу подчистую срывало, кто знает?

Я решительно поднялась по ступенькам и рукой направила его к своей двери.

— Давай, вперед. Ты же не хочешь, чтобы я в тебя стреляла? За меня не волнуйся, в другой комнате отсижусь.

— Ты со мной не останешься, — утвердительно сказал он, прежде чем войти в квартиру.

Я зашла следом и заперла дверь. Можно выдохнуть и вылезти из душного пуховика.

— Выбирай любую, — гостеприимно предложила я, имея в виду комнату, а сама прошла в зал, устало села на кровать и достала телефон.

За последним не отвеченным вызовом числился номер Стаса. Неожиданно. Я перезвонила ни на что не рассчитывая — я посылала его к Эмилю, наверняка выслушаю кучу жалоб и проклятий в адрес бывшего.

— Яна? — Стас ответил мгновенно, что на него не похоже.

— Да.

— Почему так долго?! Я уже хотел ехать к тебе домой…

— Что случилось? — перебила я.

— Плохие новости.

Я набрала побольше воздуха, чтобы вздохнуть и чуть не подавилась, когда Стас продолжил:

— У нас труп. Приезжай, мы не знаем, что делать!..

Периферийным зрением я заметила, что в комнату вошел Андрей.

— Ты приедешь?..

— Куда? — упавшим голосом спросила я.

— К нам и поскорее, пожалуйста!

— Адрес, блин, какой?! — рявкнула я.

— Ты должна меня выпустить, — сказал Андрей. — Или уходи.

— Не сейчас, — отмахнулась я. — Стас, диктуй адрес.

Андрей нависал надо мной молчаливой тенью и мне это не понравилось. Я встала и ушла в другой конец комнаты — к окну. Одной рукой откинула волосы с лица, пока Стас неразборчиво бормотал в трубку.

— Быстрее, — поторопила я и его голос вообще пропал. — Ну, в чем дело? Алло!

— Минутку, — быстро ответил он.

Я стояла спиной к Андрею, но почувствовала приближение. Он практически дышал в затылок, я вздрогнула и обернулась. С такого расстояния были видны красные прожилки в глазах и огромные черные зрачки. Андрей хищно улыбнулся.

— Ты подкрадываешься?.. — насторожилась я. — Ты меня пугаешь.

— Ты бы хотела со мной встречаться? — неожиданно спросил он.

Андрей так выглядел в этот момент, что я бы предпочла встречаться с крокодилом. Безопаснее как-то.

— Мы же друзья, — напомнила я. — К чему портить дружбу отношениями?

— Если крепкая — не сломается.

Я отключила телефон и очень медленно вернула его в карман, а потом также осторожно положила руку на расстегнутую кобуру. Я смотрела ему в глаза и боялась отвести взгляд — хищники принимают это за слабость. Главное, не бежать — напомнила я себе. Только не бежать и не дергаться. Сказать проще, чем сделать.

— У нас еще один труп, — без эмоций сказала я, рассматривая черные неподвижные глаза. — Мне нужно ехать.

Я почти обхватила рукоятку, но Андрей взял меня за запястье — очень быстро, я не успела среагировать и застыла. Слишком быстро для человека, а значит, эффект крови еще действует. Ситуация патовая: вырываться нельзя, стрелять не могу… Он держал правую руку, а выхватывать пистолет левой рукой из-под левой подмышки я пока не научилась. Надо потренироваться.

— Ты в меня выстрелить хотела, — с некоторой обидой заметил Андрей.

— Это просто рефлекс, — оправдалась я и легонько потянула руку, пальцы на запястье тут же сжались, и больше я не пыталась вырваться. — Ты хочешь уйти? Если ты отпустишь, я отдам ключи.

— Мне они не нужны.

— Тогда чего тебе надо?

— Я голоден, — признался он. — Невыносимо хочу есть. Я же предупреждал, что это плохая идея. Я не могу тебя отпустить и сожрать не решаюсь. Мы же после этого не останемся друзьями?

Вдоль позвоночника пробежали мурашки, а в груди стало холодно. Я поняла, что происходит — Андрей на меня охотился, просто еще не нанес решающий удар. Отпускать он не хотел, кусать не торопился. Что мне, черт возьми, делать?

— Вряд ли, — согласилась я.

— А с Эмилем осталась, — Андрей прищурился, словно уличил меня в предательстве.

— Я его ненавижу, ты же знаешь. И ты в завязке, — напомнила я. — Еще помнишь?

Я заметила, что неосознанно втягиваю голову в плечи. Моему телу не хотелось, чтобы его грызли, что бы Андрей там ни плел.

— Ты сама меня к себе затащила. Один раз, Кармен, — он говорил, будто речь шла о пустяке. — Я не буду тебя кусать, дам нож, вскроешь вену. Ничего страшного не случится. Да почему нет, я не понимаю?

Кажется, ломка совсем прожгла ему мозги. Для него просьба звучала невинно, хотя плохо представляю механизм питания, после которого мучаешься виной. Все логично. Только мне в эту стройную логическую цепь вставать не хотелось, для меня она станет пищевой, и окажусь я отнюдь не на вершине.

— Эмилю не понравится, если он увидит на мне следы.

— Он не увидит, если ты не покажешь. А если покажешь… Я следующей ночью убью его, возглавлю город и заберу все, что ему принадлежало. Это наша природа, Кармен, против сути не попрешь, правда?

— Знаешь, дружище, — ледяным тоном ответила я. — Не удивлена, что мы начали вас уничтожать, как паразитов. Убери руку!

Хватка не ослабла.

— Твой Эмиль такой же. Зря думаешь о нем, как о человеке. Перестань ломаться! — разозлился Андрей. — Ничего с тобой не случится! Я столько сделал для тебя, а ты не можешь ответить благодарностью!

Ага, зажала кровушки. Отныне и навсегда мое главное правило: никогда не доверяй вампирам, кем бы они ни прикидывались. Но Андрей… Я злилась на свою доверчивость и чувствовала себя преданной. Надо что-то сделать, освободиться.

— Ты обещал, что со мной такого не случится. Говорил вчера, что я не должна тебя бояться. Помнишь еще? — я потянула на себя руку, пытаясь сбросить с запястья его пальцы, а затем попыталась отжать по одному.

— Не сопротивляйся, — зарычал он.

Пока безобидная стычка в любой момент могла перейти в драку, но стоять и ждать, пока все решится само, я больше не могла. Вряд ли смогу победить врукопашную, так что освобождаю руку и хватаюсь за пистолет — и либо он отстанет, либо я стреляю.

— Перестань, — в последний раз попросила я. — Ты же собой не владеешь.

Андрей неожиданно меня отпустил, и я застыла, напряженно изучая лицо. Бросится или нет? Я боялась шевельнуться, словно перед бешеной собакой — как бы не спровоцировать нападение. Пистолет попытаюсь достать, когда станет совсем жарко.

— Вали отсюда! — заорал он. — Беги!

Я бросилась к выходу, налетела на дверь и, вцепившись в ручку, рванула на себя. Дверь придала мне прыти и выкинула в коридор, с грохотом встав на место. На ногах я не удержалась и еще проехала полметра по полу. Сейчас Андрей откроет дверь и все продолжится… Я на коленях подползла к двери и провернула торчащий в скважине ключ.

В комнате раздался бешеный крик Андрея и треск ломаемой мебели.

— Ненавижу тебя!

Пока дверь содрогалась от ударов, я медленно поднялась на ноги. В двери и замке я была уверена — их ставил Эмиль, а он знает толк в таких вещах.

— Ненавижу!

Он снова ударил, во все стороны с хрустом полетели щепки. Я отскочила назад, очумело глядя на торчащее из двери лезвие ножа. Вообще это нож Эмиля… Кажется, он лежал в ящике стола… Видно, Андрей его и разнес.

Он не стал выламывать дверь. Он даже нож не вынул, страшно ругаясь, он материл меня, Виолетту и какую-то Оксану.

На запястье остались красные отпечатки и следы ногтей. Руки дрожали от пережитого шока. Я бросила взгляд в зеркало на свое потрясенное лицо с дикими глазами. Слушать крики Андрея было страшно. Хотелось бежать из дома подальше и никогда не возвращаться. Но как, черт возьми, уйти, если в комнате бесится невменяемый вампир? А я ведь перед ним окровавленная бывало ходила…

Я ушла на кухню — здесь хуже слышно Андрея, и перезвонила Стасу.

Глава 25

Он ответил с первого гудка.

— Яна, что там у вас? Я тебя потерял! Что стряслось?

— Ничего такого, что тебе следует знать. Адрес, Стас.

Он продиктовал, а записать было не на чем. Навскидку я сейчас не запомню. Я нашла салфетку, села за стол и записала адрес.

— Пожалуйста, быстрее, — попросил Стас и отключился.

Я убрала телефон и еще минут пять смотрела в окно, закусив губу. За стенкой психовал Андрей, и я не могла просто уйти — слишком рискованно оставлять его одного. Страшно представить, что он может натворить. Только помощи просить не у кого: вампиру я сейчас не доверюсь, а людей, которые хоть немного разбираются в ломке, я не знала. Кроме Ренаты, разве что.

Я с сомнением смотрела на телефон и не решалась набрать номер. Она настучит Эмилю, это точно. Но, черт побери, разве я в этом виновата? Я слушала гудки в трубке, чувствуя себя предательницей, но разве не сам Андрей бахвалился, что на Эмиля ему плевать?

Наконец, она ответила. Свой номер я не меняла, так что она в курсе, что ей звонит городская охотница, просто хотела подольше меня подержать на телефоне. Мстительная стерва.

— Что случилось? — без перехода спросила она, томный ленивый голос струился патокой.

Сейчас я собью с нее спесь.

— Рената, можешь приехать ко мне? Очень надо, тут у Андрея… У него ломка.

Она прибыла через рекордные двадцать минут. Я открыла, заслышав энергичный цокот шпилек еще до того, как она постучала. Я впервые видела ее с тех пор, как Эмиль стал мэром — выглядела она шикарно. Смена власти в городе явно пошла ей на пользу: гладкие черные волосы, судя по всему, наращенные, она против обыкновения распустила и стала выглядеть моложе лет на десять. А может, это достижения косметической хирургии, потому что морщин стало меньше. На ней была расстегнутая норковая шуба до пят и темно-фиолетовый деловой костюм с юбкой. Вот взгляд был испуганным.

Рената переступила порог и швырнула в угол сумку из крокодиловой кожи, словно та ничего не стоила.

— Где он?.. — она заметила лезвие ножа, торчавшее из двери, и осеклась.

Андрей, вывший не переставая все это время, замолчал, как только услышал Ренату — почуял добычу и затаился? Не хочу об этом думать. Она сдернула с плеч манто и подала мне, словно я служанка. Я молча натянула пуховик и начала застегивать, пока до очередной любовницы моего бывшего не дошло, что ей не собираются прислуживать. Она сама повесила шубу в шкаф, даже в тусклом свете моей прихожей было заметно, что вещица влетела Эмилю в копеечку. Бедные норки.

— Он буйный, — предупредила я, и вышла, очень старясь, чтобы это не выглядело бегством.

Уличные фонари расчертили дорогу мутными пятнами, свет отражался в тонкой корочке льда. Осторожнее на поворотах. В машине стало жарко, и я расстегнула воротник, потом открыла окна. Срочно нужен свежий воздух. В салоне посвежело, с холодным ветром принесло снежинки, и они таяли на обивке. Теперь останутся следы, в городе снег не бывает по-настоящему чистым.

Я ехала с открытыми окнами еще минут пять, пока от холода не начало пощипывать лицо. В голове проветрилось, и заныли просквоженные уши. Зато я снова могу думать. Метод радикальный, но действенный.

Этот район я знала, но когда свернула на подъездную дорогу к нужному дому, под ложечкой засосало. Все оказалось хуже, чем я рассчитывала.

— Блин, — пробормотала я, исподлобья рассматривая многоэтажный громадный дом.

Я здесь уже бывала — только в прошлый раз меня привел Андрей, поэтому я не узнала адрес сразу. Во многих окнах свет уже не горел, дом притаился в тени. Я загнала машину на парковку и вышла на припорошенный снегом асфальт.

Здесь я приняла свой первый заказ: жена бывшего мэра уговорила меня на это. Так и не расплатилась, зараза, но есть вещи ценнее денег. Потому что, если бы я не избавилась от мэра — он бы избавился от меня. А так все довольны: я жива и здорова, Виолетта лишилась надоевшего мужа, а Эмилю и вовсе посчастливилось занять его место.

И вот, я снова здесь.

Поднимаясь на лифте на последний этаж, я пыталась не обращать внимания на интуицию, обещавшую неприятности. В этом подъезде была квартира Виолетты.

Когда лифт распахнулся, нужная мне дверь оказалась прямо напротив, повезло, что не придется тратить время на поиски. Я еще раз сверилась с адресом — ошибки не было, цифры совпали. Повезло ли? Это оказалась квартира Виолетты.

С упавшим сердцем я надавила кнопку звонка, а потом позвонила Стасу, сообразив, что без предупреждения они не откроют.

— Это я, открывай, — сказала я, как только он снял трубку.

Точка глазка потемнела, и я чуть не выругалась — прячется и включил свет! Убила бы. Через секунду Стас открыл, в коридоре за ним стоял Никита. Я юркнула в квартиру и тихо закрыла за собой дверь.

— Какого черта горит свет? — грозным шепотом спросила я. — И почему вас здесь двое?

— Он уже горел, когда я пришел, — оправдался Стас. — А ему позвонил, когда ты сначала сбросила звонок, а потом вообще куда-то пропала!

— Трогали что-нибудь?

Оба начали возражать, а Стас глазами показал в сторону комнаты и что-то промычал.

Я ожидала увидеть все что угодно, только не это. Обескровленное тело Виолетты удивило бы меньше — на сером ковре лежал мужчина. Довольно рослый и худой, руки сложены на животе, словно у готового к погребению покойника, голова отвернута к стене. Так не умирают. Значит, аккуратно уложили, как и Маринку.

Я глубоко вздохнула, и с губ сорвался пар. В комнате слишком холодно, взгляд зацепился за открытое окно.

— На кухне тоже открыто?

Стас сдавленно, но утвердительно промямлил. Мало шансов наткнуться на постороннее убийство, но открытые окна и его свели до нуля. Зачем он открывает окна? Что бы сложнее было установить время смерти? Это только наводило на мысль об одинаковом почерке.

— Ты будешь с ним что-нибудь делать? — в спину спросил Никита.

— Отвали! — огрызнулась я. — Я тебе что, патологоанатом?

Мне не хотелось лезть мертвецу за пазуху, но раз приехала… Я подошла и присела на корточки. Оттянула воротник, стараясь не касаться пальцами тела, но ничего не увидела — шея чистая.

— Так, — пробормотала я, ни на что не рассчитывая — еще с другой стороны не смотрела.

— Ну? — спросил Стас.

Я обошла тело, старательно глядя на руки покойника. Не люблю смотреть мертвым в глаза, легче, если они выглядят спящими, а не мертвыми. Но это все равно, что не думать о «белом слоне» — в последний момент я бросила взгляд в лицо и застыла. Я опознала тело. На меня открытыми мертвым глазами таращился охотник из бара, сын владельца. Близко мы не общались, но пересекались пару раз. Помню, он как-то даже мне угрожал.

Я носком сапога качнула его голову и увидела шею, дважды отмеченную рваными ранами.

Все хуже и хуже. Кусать два раза вампир не станет, если первый укус был удачным — по себе знаю. Значит их двое.

Когда я вошла в комнату, взгляд сразу прилип к телу, но теперь я огляделась. Обстановка неуловимо изменилась с тех пор, как я была здесь в последний раз: раньше диван стоял в центре комнате, а теперь придвинут к стене. Кресло напротив, а журнальный столик между ними. Мебель располагалась так, словно здесь была компания из троих-четверых и они о чем-то договаривались.

Что он здесь делал, принимал заказ? У кого?

— Где хозяйка? — спросила я.

— Какая хозяйка?.. — промямлил Стас. Они с Никитой переглянулись и уставились на меня.

— Как ты вообще здесь оказался?

— Ты же сама меня послала…

— К мэру! Что он сказал делать?

— Дал распечатку, — Стас судорожно зашарил по карманам и показал мятый лист. — Вот. Просил проверить, уточнить местоположение и все, что удастся найти.

Я развернула листок и вчиталась в мелкий шрифт. Список имен и адресов, рядом с каждым пометки от руки. Первой строчкой шла Виолетта, адрес этой квартиры, а в скобках ручкой подписано — жена. Следующее имя Оксана, вместо адреса прочерк, в скобках — дочь. Я бегло просмотрела около тридцати строчек. Речь шла о родственниках, друзьях и сподвижниках бывшего мэра. Вот с какой стороны решил подойти Эмиль. Да, разумно выяснить, кто где находится, и не делает ли трупов в нашем городе.

Я подняла глаза на Стаса.

— Она первая в списке, вот я и пошел, а здесь… — он кивнул на мертвого охотника у моих ног.

Я еще раз бросила взгляд на лист. Кроме Ренаты и Виолетты ни с кем не знакома… Глаза сами вернулись ко второй строчке: не знала, что у Виолетты дочь.

— Дверь была открыта, никого… И холод собачий, — продолжил Стас. — Сразу набрал тебя.

— Эмилю звонил? — поинтересовалась я.

Стас отрицательно покачал головой и сделал виноватые глаза.

— Может, лучше ты?

Да-а, прекрасное окончание вечера: придется объясняться не только за Андрея, оказавшегося у меня дома в разгаре ломки, но и за труп в квартире бывшей любовницы. Просто чудесно. Уже представляю, как он будет орать.

Эмиль ответил мгновенно, словно караулил звонок. Скорее всего, телефон просто случайно оказался у него в руках — на мои звонки он так быстро не отвечает.

— Яна? — голос прозвучал тепло, почти ласково, из чего я заключила, что он только что трепался с какой-то из своих подружек и не успел перестроиться. Ничего, сейчас я испорчу ему настроение.

— Помнишь, ты посылал Стаса проверить адреса? — я подумала, что он мог не запомнить имя и добавила. — Это мой помощник. Он нашел тело в квартире Виолетты…

— По адресу, который в списке? — перебил он.

— Ага.

— Какого черта? — в голосе появилась сталь, но меня не впечатлило.

— Это ты у Виолетты спроси.

— Она тут при чем? — разозлился Эмиль. — Квартира принадлежала ее мужу… Все имущество мэра перешло ко мне, она теперь моя! Ты сейчас там?

— Да.

— Что скажешь? — он чуть сбавил агрессию, и я со вздохом взглянула на покойника. Что тут сказать?

— Охотник с двумя укусами…

— Немедленно избавься от него! — заорал Эмиль, даже не дослушав. Я отодвинула телефон подальше от уха и переждала. — Я сообщал о первой жертве, если власти узнают, что я «нашел» еще один труп, у меня будут проблемы!

— Что значит — избавься? — уточнила я.

— Не знаю. Выброси или закопай где-нибудь!

— Ты как себе это представляешь? — обомлела я. — Я не хочу десять лет сидеть, если меня с ним поймают!

— Я найму для тебя лучших адвокатов, — «успокоил» Эмиль и положил трубку, оставив меня наедине с проблемами. Как всегда.

— Так, — сказала я и уставилась на труп. Ну, хоть одна хорошая новость была — Эмиль даже не вспомнил про Андрея. Либо еще не знает, либо перспектива объясняться с органами по поводу очередного мертвеца испугала его сильнее. Поставлю на первый вариант.

Я с надеждой посмотрела на Никиту, и он закрылся руками — видно, понял, чего хотел Эмиль.

— Ну, он и хам, — пробормотал Стас. — Даже не хочется на такого работать…

— Ну что ты, это он еще добрый… Видел бы его раньше.

— А ты его давно знаешь? — с интересом спросил Никита.

— Была за ним замужем.

— Шутишь? — испугались они в два голоса.

— Если бы…

С охотником я еще не закончила — остался самый неприятный момент. Поморщившись, я полезла покойнику в карман, обшарила куртку и штаны, но не нашла ничего, кроме мелочи. Это наводило на мысли. Кто-то забрал все более-менее ценное или у охотников поголовно отсутствуют телефоны. Маринка и этот — уже картина.

Я хоть и не любила этого охотника, а из солидарности сняла перед ним воображаемую шляпу. Что-то во мне протестовало избавиться от него и забыть, не поставив в известность родственников. Наилучшим решением было бы позвонить Эмилю и предложить самому разобраться, раз уж мертвяк обнаружился в его квартире, а не в моей, но когда я стала городской охотницей, то тоже как бы влипла. Улаживать дела с нашими моя обязанность… К тому же, я знала его родню — по крайней мере, папашу.

Лучше отвезти его в бар.

— Ну что, ребята, — сказала я. — Есть идеи, как тащить его к машине?

— Я не стану! — запаниковал Стас. — Мы так не договаривались!..

Я примерилась к ногам охотника и отпустила. Надо перегнать машину к подъезду, прежде чем спускаться… А ведь Андрей предупреждал, что мне придется делать всю грязную работу, в которой Эмиль не захочет пачкать руки. Так и вышло.

— Я пошла за машиной и чтобы к моему возвращению тело было у дверей, понятно?

Никита кивнул, а Стас что-то возмущенно буркнул, и я посчитала это положительным ответом.

На улице стало получше: свежий воздух отлично прочищает мозги. Какое-то время я дышала в ночное небо, рассматривая звезды, плохо видные из-за городского освещения. Снова пошел снег и облепил лобовое стекло, чтобы занять время я смахнула снежинки ладонью. Рука почти сразу задубела, и я стащила облепленную снегом перчатку зубами, чтобы подышать на замерзшие пальцы. Сжала, разжала, вложив в простое действие больше усилий, чем требовалось.

Лазарь здесь, это точно. Все факты говорят, что этот козел, по недоразумению мой лидер, вернулся в город. Во-первых, Маринка приехала, во-вторых, слишком много охотников замешано в деле. Уверена, он где-то рядом, только прячется, понимая, что очень немаленький размер зуба, который я на него заимела, грозит ему серьезными неприятностями. Я вспомнила, что когда-то с ним встречалась, и мне стало стыдно. Я абсолютно не умею выбирать мужчин, все бывшие один другого краше.

Пора возвращаться… Я перегнала «мерседес» к подъезду, стараясь вписаться как можно ближе к входу, и когда толкнула подъездную дверь, то с трудом подавила крик. Передо мной в темноте парил мертвый охотник. Разглядев по обе стороны пыхтящих Стаса и Никиту, я мысленно выругалась.

— Вы что творите, — зло прошипела я.

— Сама сказала тащить к дверям! — огрызнулся Никита.

Я имела в виду — в квартире, но смысл теперь спорить? Мы аккуратно погрузили тело на заднее сиденье, и Никита втиснулся туда же, Стас категорически не хотел усаживаться рядом с трупом и сел вперед. Я выехала со двора, надеясь, что нас никто не заметил.

— А вдруг остановят? — разволновался Никита. — На выездах могут проверять машины. Как бы проскользнуть?

— Мы не поедем за город, — ответила я.

Уже загоняя «мерседес» на парковку «Пьяного охотника», я ощутила неприятный холодок в груди. Несколько часов назад я ушла с вампиром в кровавой ломке, а вернусь с убитым охотником, дважды укушенным в шею… Ненавижу такие ситуации.

Я заглушила машину и обернулась, задумчиво рассматривая Никиту и труп на заднем сидении. Если кого и брать в напарники, то лучше кого-то с нервами покрепче, но идти с вампиром глупая идея, остается Стас…

— Что собираешься делать? — осведомился Никита.

— Верну тело безутешным родственникам. Я его опознала. Это охотник.

— Они тебя на кол посадят.

Я невесело усмехнулась — попал почти в точку, но рассказывать о ломке Андрея не стану. Кстати, о нем… Никита же вроде с ним знаком.

Глава 26

— Слушай, ты же знаешь Андрея Рема? — я дождалась, пока он кивнул. — Что можешь о нем сказать?

Он неопределенно пожал плечами и как будто задумался.

— Ничего конкретного. Познакомился с ним там же, где и с остальными — на встречах городских вампиров. Я не местный, если что. А в чем дело?

— Ни в чем, — прикусила я язык. — Забудь.

В конце концов, это наше личное. Захотелось позвонить домой — что там происходит? — но вместо этого я повернулась к Стасу.

— Пойдем вместе.

— А почему сразу я? Не пойду, я на это не подписывался.

— Хочешь сидеть в машине наедине с трупом?

— Блин!

Он раздраженно хлопнул дверью, и мы с Никитой весьма кстати остались вдвоем.

— Ты пока подожди тут, сама позову, если что.

— Почему?

— Слишком часто заходила в компании голодных вампиров, — отшутилась я. — Еще вопрос. Ты знаешь, какая у Андрея фамилия?

— Ремисов.

Я прищурилась — что-то знакомое, но мысль мелькнула как тень, на краю сознания, и тут же растворилась. Может, просто слышала где-то похожую.

— Скоро буду, — пообещала я и вылезла вслед за Стасом на холодную, продуваемую всеми ветрами парковку.

Как не хочется объясняться с охотниками… Меня и так здесь недолюбливают. Может, выгрузить их товарища на асфальт и смотаться? Я бы так и поступила, если бы не собиралась с ними поговорить и на этот раз более обстоятельно.

Барменша оказалась подружкой убитого. Я сидела с ней в подсобке и пыталась взять показания, но девушка комкала у губ грязный платок и упрямо смотрела в пол. Я устроилась на продавленном ящике напротив и ждала, пока она дойдет до кондиции. Она уже сказала дважды «Ничего не знаю», но так не бывает.

Пока меня ни в чем не обвиняли, хотя внутренне я ждала, что кто-нибудь выскажет идею, что убийство дело моего «дружка». Но, видно, они побоялись обломать зубы об городскую охотницу, после небольшой суматохи тело внесли внутрь и устроили прощание, сначала пустой бар уже был битком и люди всё прибывали.

— Почему ты не хочешь говорить? — вздохнула я.

Молчать она могла до утра, но у меня такой возможности не было.

— Ладно, — решила я. — Посиди тут… Я сейчас вернусь.

Я вышла обратно в зал и прищурилась, выискивая Стаса. Он расположился за столом, вокруг столпились охотники и галдели, а он старательно конспектировал показания. Со стороны это напоминало картину «Запорожцы пишут письмо турецкому султану». Я помахала рукой и Стас подошел ко мне.

— Что-нибудь узнал? Девчонка как воды в рот набрала. Скрывает что-то.

Стас зашелестел страницами блокнота.

— В последний раз его видели позавчера. Вел себя как обычно, был веселый. Говорил, работа может подвернуться через недельку, если какое-то дело выгорит.

— Какое?

— Не в курсе, — Стас пожал плечами. — Убитый не распространялся.

У нас болтать о будущих делах считается дурной привычкой — можно спугнуть удачу. Ну, или подарить ее конкуренту.

— Он вербовал кого-то? — спросила я.

— А это как?

— Ну, искал себе подельников или просто хвастался? Зачем он говорил о работе?

— А нет, скорее намекал.

— И кто тебе это рассказал?

Стас обернулся к столику.

— Вон тот, крайний. В синей шапке. Встретил его в городе — не здесь. Этот… в шапке, ходил в «Фантом», работу подыскивать, и встретил покойного.

— В «Фантом», говоришь? — задумчиво хмыкнула я. — Ладно. Если закончил, иди в машину. Сейчас с девчонкой разберусь и вас по домам развезу.

— Я тебя лучше здесь подожду.

Я вернулась в подсобку и присела на ящик. В позе охотницы ничего не изменилось, разве что она отвернулась в сторону.

— И часто твой приятель ходил в «Фантом»?

— Ничего не знаю ни про какой «Фантом»! — вдруг огрызнулась она и я заметила, что охотница злится. — Мы мало общались, понятно? Поссорились.

Я с минуту изучала ее лицо и пришла к выводу, что разговаривать бесполезно.

— Хорошо, — я поднялась. — Кажется, тебе не до разговоров, так что пойду. Может, этот вампир и к вам заглянет, подумай.

Я подождала, но «клиентка» не дозрела — мне оставалось только уйти. На обратном пути в машине царила тишина. Не знаю, как остальные, а я ни о чем не думала — разгружала мозги и тупо крутила баранку.

Никита первый нарушил тишину.

— Все плохо… Две первые девчонки, мужика убить сложнее, тем более охотника… Убийца не один, это точно.

Я об этом догадалась еще в квартире Виолетты, так что оставила замечание без внимания.

— Я хочу наведаться в «Фантом», — сообщила я. — Убитый и проститутка туда ходили, как минимум… Надо посмотреть еще раз.

— Когда?

— Завтра, — решила я, услышав, как устало зевнул Стас.

— Ах да… — вспомнил Никита. — То задание, которое ты давала утром… Я его нашел.

— Кого? — не поняла я.

— Вампира этого. Который якобы неправильный адрес дал — я его нашел. Съездил к гостинице, обошел кругом…

— Она закрыта! — перебила я.

— Ну да. А с другой стороны вход в подвал. Этот вампир из тех, кто не появляется днем на поверхности, поэтому поселился в закрытой гостинице. Очень удобно.

— Так он что, подсевший? И ты молчал?

— Яна, вряд ли он убийца, я с ним пообщался. Нормальный мужик вроде. В гости приехал.

— И ты так запросто к нему пошел? Без предупреждения и страховки?! — я начала закипать от этой незамутненной беспечности.

— А что мне грозило? — Никита фыркнул. — Я же вампир, что он мне сделает? Купил букет цветов и пришел, вроде как от администрации… Кровь он с собой привез. Показывал.

Я бросила гневный взгляд в зеркало заднего вида. Ну да… Я как-то упустила из виду, что под ударом нормальные люди, а не кровососы. Наверное, выражение лица меня выдало, потому что Никита спросил:

— Яна, за что ты так не любишь вампиров?

Я оставила вопрос без ответа. Да, не люблю. Но мне неуютно со всеми — и с вампирами, и с охотниками. Даже с людьми. Я бы с радостью основала бы персональное общество Яны Кац, и наслаждалась бы одиночеством.

— Я хочу встретиться с ним лично, — как можно нейтральнее произнесла я.

— Без проблем, — отозвался он. — Я у него номер взял. Договорюсь.

Никиту я отвезла первым, осталось забросить Стаса и я свободна. Я с пробуксовкой выбралась с заснеженного двора и когда мы оказались на проспекте, Стас неожиданно ляпнул:

— Может, это месть?

— Почему это?

— Понимаешь, убийца хоть и забирает кровь, но убивает не ради нее. Простые измерения покажут, что вампиру троих за этот период будет мало — между жертвами слишком большой и разный промежуток времени. Особенно, если их двое…

— Я слышала, в людях литров пять крови, ты считаешь пятнадцати литров на неделю не хватит? Даже на двоих?

— А ты всерьез думаешь, что эти пять литров можно сцедить без остатка?

— Это у Никиты бы спросить… Но если это месть, тела никогда бы не нашли.

— Может быть, это месть кому-то другому.

— Занятный способ, — хмыкнула я.

— Давай я позвоню Никите и проверю версию? — предложил Стас.

— Я только «за».

Стас дозвонился и с энтузиазмом изложил свою версию, но выслушал ответ и помрачнел.

— Ну? — с интересом спросила я, когда он отключился.

— Он не знает! — возмутился тот. — Тоже мне вампир…

Я подавила усмешку.

— Стас, они все разные. Не все могут подтвердить твою гипотезу, опираясь на личный опыт. У многих его просто нет.

— Какие они тогда вампиры?

— Ну, зубы-то на месте, — я свернула к дому Стаса и остановилась у подъезда.

Он словно бы нехотя выбрался и склонился, заглядывая в окно.

— Я еще подумаю, — он поморщился. — Вряд ли смогу уснуть.

— Лучше усни. Завтра идем в «Фантом».

Я вернулась на опустевший ночной проспект, наступившая в салоне тишина ранила меня — голоса и звуки пропали, я слышала только, как гудит дорога. Ну и неплохо. Ничего не отвлекает. Кусая губы, я думала над тем, что сказал Стас.

Это кто-то местный, уверена — убийца хорошо разбирается в местной каше, сегодняшнее место убийство наглядно это доказало. Надо поговорить с Эмилем, у кого есть ключи от квартиры. Может и месть, кто знает… Но точно не Андрей, даже предполагать такое неприятно. Он ведь меня отпустил, значит, собой владеет…

Мне предстояла встреча с Ренатой и Андреем, а на закуску объяснения с Эмилем. Проблемы на эту ночь только начинаются.

— Клевый вечер, — вздохнула я, грустно глядя на сыплющий в лобовое стекло снег.

Глава 27

Ренату я застала в прихожей, она услышала поворот ключа и обернулась.

Под зеркалом на полочке лежала открытая косметичка, в руке был тюбик с тушью. О, господи, она нашла время! Я прислушалась: Андрея вроде не слышно…

— Не надо, — сказала я, поймав ее взгляд. — Умоляю, не надо больше плохих новостей.

Она нервно улыбнулась и вернулась к зеркалу, подкрашивая ресницы то с одной, то с другой стороны. Я заметила, что ее жакет куда-то пропал, а пастельно-сиреневая блузка выправлена из юбки и помята. На запястье кровь…

— Что случилось? — я испуганно схватила ее за руку, рассматривая рану. — Вы подрались, что ли?

Вроде неглубокая, просто широкая царапина. Я не за Ренату боялась, если кто не понял.

— Немного меня задел, — она деликатно отняла руку и зарылась в косметичку. — Все в порядке, Яна.

Закончив с макияжем — счет косметики пошел на килограммы, Ренаты по-хозяйски прошла на кухню и включила чайник. Она в прямом смысле чувствовала себя как дома.

Все понятно. Ей просто приятно гулять по моим туго натянутым, как струна, нервам.

Я рывком расстегнула пуховик, сбросила с плеч и открыла дверь в комнату. Господи, вот это погром… Я потрясенно обвела глазами комнату: стол разбит, словно его швырнули в стену, обломки валялись по всему полу, подоконник разломан, но кровать, вроде, целая. Любимая чашка вдребезги, на полу несколько капель засохшей крови. Андрея не было.

Рената на кухне уже делала чай, прекрасно ориентируясь, где у меня чашки, сахар и все остальное. Ну да, Эмиль приводил ее к нам… Длинные ногти, выкрашенные фиолетовым лаком, царапнули фарфоровый бочок чашки, и я поморщилась от неприятного звука. Яркое кухонное освещение накинуло Ренате пару лет, и она стала выглядеть на свой возраст — молодящийся сорокалетний. Я рассмотрела отлично замаскированные мелкие морщинки, крупных не заметила — точно заслуга хирурга, ибо работать на мэра и не нажить к сорока годам морщин невозможно. Верхняя пуговица на блузке оказалась оторвана, в вырез выглядывал краешек черного белья.

— Что произошло?

— Я с ним не сладила и вызвала специалиста.

— А ты разве не специалист?

Рената не ответила и присела с чашкой за стол. Если она не начнет отвечать на вопросы, я этот чай ей на голову вылью. Я встала напротив, подмышкой у меня был пистолет, и массивная рукоятка торчала из кобуры на всеобщее подозрение, а мрачное лицо откровенно показало чувства. Рената прерывисто вздохнула и отвела глаза, неужели вспомнила, что именно я наделала дырок в мэре, которого она так боялась?

— Яна, он утратил контроль, мне пришлось сообщить Эмилю… Андрея забрали. Я осталась, чтобы тебя опросить. Тебе известно, как до этого дошло?

— Эмиль его забрал? — я недоверчиво прищурилась, пытаясь подсчитать, когда это могло случиться.

Во время последнего разговора Эмиль и словом об этом не обмолвился, а я бывшего знаю — знал бы, не смолчал. Значит, всё произошло, пока я возилась с трупом — на охотников ушло много времени.

Мой прищур Рената восприняла по-своему:

— Послушай, у меня не было выбора, я обязана сообщать о таких случаях! Андрей меня укусил! — она продемонстрировала царапину на запястье, которую и укусом-то не назвать.

— Ага, — хмыкнула я. — Надеюсь, мало тебе не показалось.

Интересно, если Эмиль уже обо всем знает, почему не звонит мне?

— Клянусь, всё было в рамках дозволенного! Я ни в чем не виновата! — паника в голосе о многом сказала, но с Ренатой бессмысленно препираться — она просто исполнитель, а решающая власть здесь Эмиль.

Я вернулась в прихожую, и Рената пошла следом, оставив недопитый чай на столе. Я наблюдала, как она собирает тушь и помады, прячет косметичку в сумку. Вместе с ней она словно убрала и страх — когда Рената обернулась, она была спокойной и собранной.

— Мне кажется, — произнесла она. — Всё дело в тебе. Почему он снова начал, Яна? Он не выносит кровь, это ты его подсадила?

— Да я заметила, что пошло что-то не так, когда он на меня бросаться начал, — третий раз за вечер я застегивала пуховик, и вернусь, скорее всего, уже под утро. — Я еду к Эмилю. Надеюсь, это дело вы уладили способом, который мне понравится, потому что, если нет, я к тебе еще загляну, Рената.

— Ты мне угрожаешь?

Да, мелочно и глупо — потому что злюсь, но признаваться в этом не стану, так что я просто сменила тему:

— Почему он не выносит кровь? Кем он тут был при старой власти?

Она слегка побледнела. Мои угрозы не сработали, а эти вопросы еще как.

— Не знаю.

— Обещаю, все останется между нами. А если не расскажешь, я Эмилю случайно оброню, что ты странно себя ведешь и, похоже, под него копаешь. Ты у него в списке подозреваемых, ты в курсе?

— Ложь. Эмиль мне доверяет, он бы никогда!..

Я жестом фокусника извлекла из кармана сложенный лист, где в столбик были написаны имена бывших сторонников мэра и она в том числе.

— Он никому не доверяет, кроме меня. Знаешь почему? Я все эти годы была у него перед глазами, так что мы с ним в одной лодке, как бы паршиво это не звучало, а вот ты работала на бывшего мэра и делала вид, что так и надо. Так мне слушать или ехать к Эмилю?

— Я не знаю, кем был Андрей! — огрызнулась она, но я уже видела, что Рената сдалась. — Сколько его помню, кровь он не пил никогда.

— То есть знакомы вы не так долго?

— Примерно семь лет. Рассказывать особенно нечего, — она достала из шкафа свою шикарную шубу, но надела неловко, словно это рыночное пальто, ее порядком смутили мои вопросы. — При старых властях его имя было под запретом, бывший мэр не любил, когда вспоминали Андрея.

— А он случайно не запрещал продавать ему кровь? — я вспомнила, что с Эмилем была похожая история, но Рената затрясла головой, словно я сморозила глупость.

— О таком не слышала. Они не пересекались, Всеволод его не трогал… Мне кажется, он Андрея немного боялся… Поговори лучше с вампирами… Если они захотят делиться с тобой сплетнями.

Рената закуталась в свое манто, влезла в сапоги на шпильках и стала прежней: высокомерной стервой. Подхватив сумку, она поцокала к двери, я вышла следом и повернулась, чтобы запереть замок.

— Кажется, у тебя поклонник.

Я обернулась. Рената с улыбкой потрогала носком сапога букет, лежащий на полу. Красные гвоздики, в который раз. Я, игнорируя многозначительную улыбку, молча забрала цветы.

Эмилю я позвонила, когда уже припарковалась у его особняка. Букет алым пятном выделялся на серой обивке сиденья.

— Надо поговорить, — бесцветно сказала я, когда бывший ответил.

— Мне с тобой тоже, — так же сухо ответил Эмиль.

Назревала серьезная беседа. Я вышла из машины, прихватив с собой цветы. Снегопад поутих, но успел оторваться по полной и все вокруг затянуло рыхлыми сугробами. Я шла к крыльцу, слушая, как похрустывает снег под ногами, в воздухе приятно пахло свежестью.

До калитки оставалось рукой подать, когда я заметила яркое пятно. В нескольких шагах от ступеней лежали замерзшие цветы — такие же, как у меня в руках. Я подняла их и встряхнула, избавляясь от налипшего снега. На этот раз они лежали не перед дверью, а сбоку, почти у самого забора.

Я дошла до крыльца и подняла глаза на камеру — она мигнула красным огоньком. Значит, как только Эмиль привел ее в порядок, неизвестный даритель изменил тактику, чтобы не попасть в обзор. Прекрасно.

Вместо Эмиля мне открыл крепкий вампир. Смерил взглядом, внимательно рассмотрел цветы, потом мои лучистые глаза — я думала, он спросит, кто я, но вместо этого охранник проговорил в рацию:

— Жена мэра. Понял, провожу.

— Бывшая, — упрямо напомнила я.

Когда мы вошли в дом, вампир остановился.

— Цветы можете оставить здесь. Распорядиться, чтобы их поставили в воду?

— Нет. Они мне нужны.

Меня проводили на второй этаж, в личный кабинет Эмиля. Похоже, я подняла его с постели. Помятый и какой-то взъерошенный. Давненько я его таким не видела. Одет кое-как: на нем футболка, хотя обычно он носит отлично отглаженные сорочки из магазинов, где цены начинаются там, где у меня заканчивается выдержка. Что на ногах, я не видела — ниже пояса его закрывал темно-коричневый массивный стол.

Туда я и бросила мокрые от таявшего снега гвоздики, на полированной столешнице остались влажные темные пятна. Секунду Эмиль смотрел на цветы, а потом раздраженно сбросил их на пол.

— Что за выходка?!

— Когда тебе начали приносить цветы?

Глава 28

Вопрос сбил его с толку, он задумался и наклонился за смахнутым в горячке телефоном. Вместо этого поднял гвоздику.

— Мне постоянно что-то присылают. Я стал мэром, и эти идиоты стараются меня задобрить.

Задобрить Эмиля… Да, действительно нужно быть идиотом, чтобы на это рассчитывать.

— Около недели, ведь так?

— Возможно, — он подобрал телефон, а цветок швырнул в ведро для бумаг.

— В первый раз мне их принесли неделю назад. Следующий букет я нашла после того, как убили мою подругу. Ты тоже, угадала?

Эмиль нахмурился, напряженно глядя на меня.

— А что у нас было сегодня? — продолжила я. — Еще один убитый и по букету для нас этой же ночью! Кто-то над нами издевается и это не Андрей! Что бы Рената тебе не наплела, он здесь ни при чем, понятно?

Вдруг лицо Эмиля разгладилось, он насмешливо улыбнулся. Не понимая, к чему такая перемена, я нерешительно переступила с ноги на ноги.

— Ах вот ты о чем! — он рассмеялся коротким желчным смешком. — Вся эта речь из-за него?

Меня бросило в такую ярость, что последний страх, который я испытывала перед бывшим мужем, отступил. Я перегнулась через стол, упираясь в него руками и рявкнула:

— Если бы не мы, тебя бы здесь не было!

— У тебя с ним связь?

— Мы просто друзья. Но он мне нравится и когда-нибудь, когда все закончится, возможно, она будет.

Эмиль бы меньше удивился, если бы я выплеснула ему в лицо кислоту.

— Мне он нравится, — добавила я. — И это не шутка.

Я прекрасно его знала и была уверена, что это не сработает, но с его лица медленно сползла самодовольная ухмылка. Фантастика. Одно выражение лица стоило того, чтобы повторять это снова и снова — Эмиль растерялся.

Если бы Андрея не расшибла кровавая ломка, я бы воспользовалась его советом и сказала бы, что мы встречаемся, но теперь я рискую оказаться в соседней камере. «Нравится» — это куда как нейтральнее, и все равно мой бывший был в шоке.

— Он же нищий… Алкоголик и бомж, — Эмиль сказал это с таким потрясенным видом, словно не мог поверить, что кто-то может уйти от него, прекрасного, к такому кадру.

— Это неправда. Жилье у него есть.

Эмиль молчал и сверлил меня взглядом, но как-то рассеянно — словно смотрел в пространство. Я поняла, что он просто не знает, как реагировать. Как его проняло… А ведь Андрей прав, Эмиль его боится.

Но очень быстро он вновь обрел над собой контроль, и взгляд стал каменным — вот теперь я его узнала.

— Возможно, ты решила, что я удерживаю его насильно. Это не так. Андрей сдался сам, — отрезал он. — И останется здесь до конца расследования, а для тебя это станет поводом работать активнее, Яна!

— Я тебе не верю.

— Сначала он не хотел, но потом передумал. Я тебе не лгу.

Может, и правда не лжет. Судя по тому, как Эмиль испугался, вряд ли бы он сладил с Андреем. Хотя бы прошлую осень вспомнить: нет, точно, Андрей сильнее.

— Я хочу его увидеть.

— Не нужно тебе его видеть. Не сейчас. Это может тебя… удивить.

— Шокировать, ты хотел сказать?

— Он мало похож на Андрея, которого ты знала.

Я раздраженно перевела дух, Эмиль говорил жестко, как всегда, когда злится и не хочет показать, но в общем-то правильные вещи.

— Может быть потом. Когда он придет в себя.

Крыть было нечем, я оттолкнулась от стола и отошла, потирая лоб пальцами. Я устала и хотела спать… А завтра у меня опять плотный график. Черт! Эмиль снова срезал меня! Иногда он настолько логичен, что хочется его ударить. Краем глаза я продолжала за ним наблюдать — опыт научил меня не впускать вампира из виду, кем бы они ни был, и я заметила, как он расслабился и откинулся в кресле. Пока я орала на него, он подобрался, словно ждал нападения… Кажется, я заставляю его нервничать. Точно я?

— Еще что-то, Яна? Ты меня отвлекла. Меня ждут, — наверное, в постели, с которой я его подняла, он был не один.

Я выставила руку перед собой, предлагая закрыть тему. Подробности асоциального поведения Эмиля меня не интересовали. Нет, честно. И хроника измен не колыхала — ни до, ни после развода.

— Ты прав, Эмиль, — сказала я. — Это кто-то из местных, убийца хорошо ориентируется в городе, уверенно себя здесь чувствует. Но это не Андрей, уверена. У кого-то на меня обида.

— Ты считаешь, акция устрашения направлена на тебя? Почему ты так решила?

— Нет смысла убивать охотников, чтобы нагадить мэру.

— Они все были охотниками?

— В двоих я уверена. Лично их знала. Смотри, убийца приносит тебе цветы прямо к дому, сначала к крыльцу, а когда камеру привели в порядок — к забору. Если это не насмешка, то что? Нам показывают, что нас не боятся.

Эмиль хмыкнул, предлагая продолжать.

— Версия одержимого вампира провалилась, версия борьбы за власть тоже, что остается? Если он и одержим, то не кровью.

— А чем?

— Ты сам знаешь. Зачем ты дал Стасу список родни и друзей бывшего мэра?

— Заинтересовался, чем они занимаются…

— И не мстят ли тебе?

Я рассеяно похлопала по карманам и достала упомянутый список. Развернула и быстро просмотрела имена, чтобы предмет разговора был перед глазами.

— Рената и Виолетта тоже здесь. Ты их подозреваешь?

— Хотел проверить всех, — он требовательно протянул руку и пробежал глазами по списку, когда я отдала листок. — Не знал, что у Виты дочь…

— А кто составил список?

— Ночной секретарь.

Я вопросительно подняла брови, заинтригованная такой странной должностью, но Эмиль не ответил. Наверное, речь про секретаря-вампира, больше я ничего не придумала.

— Виолетта как раз больше всего меня интересует.

— Забудь про нее, — резко ответил Эмиль. — Ее давно нет в городе.

— Почему ты ее выгораживаешь? — разозлилась я. — Убийство произошло в ее квартире, у убийцы были ключи, замок не взломан. Это веские аргументы.

— Я говорил, что квартира принадлежала мэру! — рявкнул он. — А теперь она моя!

— И замки ты не менял?

— Ты думаешь, я помню о каждой ерунде, которая мне досталась? Я еще с дорогими активами не до конца разобрался! — он раздраженно отшвырнул список.

Мы встретились глазами, и я упрямо сложила руки на груди.

— Ты можешь связать меня с владельцем "Фантома"? — угрюмо спросила я. — Хочу туда сходить утром и как следует осмотреться.

— Сама такие вопросы ты решать не можешь? — сварливо отозвался он. — Мне некогда работать твоей секретаршей.

— Я же не могу позвонить и назначить встречу, рассказывая про вампиров и охотников!

— А почему собственно нет? — хмыкнул Эмиль. — Позвони Анне Львовне. Она договаривалась об аренде клуба, у нее должен остаться номер. В беседе сошлешься на меня.

Анна Львовна, прекрасно! А я думала, хуже эта ночь не станет.

— Я хочу у тебя кое-что спросить, Эмиль. Ко-что личное, — серьезно начала я, надеясь, что это сделает его откровенным… Вряд ли. — Ты хорошо знаешь Андрея?

Он недолго подумал и ответил:

— Нет. А что?

Я подозрительно прищурилась. Слишком долго над этим размышлял.

— Что ты вообще о нем знаешь?

— Ничего. Мы не пересекались раньше.

Вроде бы, Эмиль не врет, но что-то меня напрягало. Я не сразу сообразила, что — он вел себя с Андреем так, словно они знакомы, то, как они держатся друг с другом, говорят… Ничего конкретного, просто общие впечатления.

И он его боится. Не на ровном же месте?

— Я заметила, что ты с ним держишься немного… — сказать Эмилю, что он кого-то боится — это очень глупая идея. — Напряженно. Как будто вы враги.

Он усмехнулся, хотя я ожидала взрыва или хотя бы заверений, что я все неправильно поняла. Ухмылка была холодной и жестокой, так улыбаются акулы, прежде чем отгрызть кому-нибудь ногу — никакого веселья, одно превосходство и воодушевление от скорого обеда.

— Все вампиры немного враги, Яна. Я не знаю, кто он, но чувствую его силу. Для простого игрока, он слишком уверенно держится в себе, как будто знает, что победит в драке. Смотри не ошибись в нем, дорогая.

— Как в тебе? — невинно уточнила я.

Эмиль сложил губы куриной гузкой, словно я совсем его допекла. Так оно и было, думаю.

— А ты о чем хотел поговорить? — во время телефонного разговора, он упоминал, что и ко мне у него какие-то вопросы.

Бывший полез в ящик стола, пошелестел чем-то, и размашисто бросил мне газету.

— Прочти.

— Что там? — я неуклюже развернула страницы.

Наверное, Эмиль имел в виду заметку в колонке «криминал». Речь шла о неопознанном женском трупе, обнаруженный пенсионеркой А. в квартире, которую она сдавала внаем.

Это же про Маринку…

— Мне прислали повестку. Как свидетеля вызывают по делу об убийстве, я ведь обнаружил девчонку во дворе "Фантома"… Думаю, зададут они вопросы об этой охотнице или нет. Ты ведь ее знала?

Я кивнула.

— Это можно проследить? Плохо будет, если откроется связь между убитой и моей женой. Хоть и бывшей.

— Нет, это вряд ли.

— Уже просочилось, Яна, люди узнали. Ищи активнее. Думаю, теперь у тебя появился мотив.

— Ты имеешь в виду Андрея?

— Да.

— Это подло.

— Подло? Подло убивать людей в моем городе.

Я разозлилась. Привычка Эмиля оборачивать все в свою пользу — даже чужие мотивы, выводила из себя. Появилось ощущение, что мной пользуются — да так оно и было. Опять.

Я повернулась и толкнула дверь, не слушая возражений.

— Яна, вернись!

Я не остановилась, а Эмиль не стал меня задерживать. Наверное, понял, что дальнейший разговор перерастет в драку. Охранник встретил меня на первом этаже и проводил до калитки.

Морозная ночь помогла успокоиться, я присела на корточки и зачерпнула пригоршню снега. Скатала снежок, чувствуя, как немеют ладони. Мне никто не мог рассказать про Андрея, но может быть, я не тем задаю вопросы?

Глава 29

Утром я долго не могла понять, как оказалась в своей комнате. Хмуро смотрела в потолок, и мне казалось, что я вернулась в прошлое и даже прислушалась в ожидании, когда хлопнет дверью Эмиль, уходя на работу.

Дверь не хлопнула. Точно, Андрей ведь разгромил комнату Эмиля, и я снова сплю у себя. Я облегченно вздохнула и отправилась умываться, потом вышла в коридор, направляясь в кухню за кофе. Дверь в зал нараспашку, нож из нее никто вытащить не удосужился и по лезвию вовсю гуляли утренние солнечные зайчики.

Я вяло пила кофе, настроение было совсем не таким, как это бодрое, яркое утро. Во-первых, накануне я договорилась насчет «Фантома» и меня уже ждут, а работать не выспавшись, сами понимаете… Во-вторых, я препаршиво себя чувствовала… как будто предала друга. Дело в Андрее, мне было неловко, что я как бы сдала его Эмилю, пусть даже он сдался сам, если бывший не врет.

Пододвинув блокнот, я раскрыла его на чистой странице, и я вяло черкала ручкой, пытаясь поймать мысль. Если Рената и Эмиль ничего о нем не знают, то кто может знать? Раньше мне казалось, он со многими знаком, но на поверку это оказались поверхностные знакомства. То, что вампиры его пугались, вообще ничего не значило — если они чуют силу друг друга и способны оценить потенциал без драки, то и знать прошлое Андрея им необязательно. Они пугались не того, кем он был, а опасались с ним не справиться и как любые хищники сразу сдавали назад, а то и начинали пресмыкаться — авось не тронет первым.

Только людей ему удавалось обмануть, прикидываясь кем-то другим — и меня в том числе.

Есть смысл поговорить с кем-то, кто давно живет в городе, лучше с самого рождения. Мне вспомнилась только Софья — очень неприятная вампирша, но выбирать не приходится. Ее имя я и записала на пустой странице.

Ладно, бывает, удачные мысли приходят потом, а мне пора ехать в клуб.

Владелец «Фантома» оказался вампиром среднего возраста в хорошо отглаженном сером костюме, дорогом даже на вид. Гладкое лицо, чуть толстоватое, без печали и следов нервозности выдавало в нем либо блестящего актера, либо преуспевающего бизнесмена.

Сославшись на занятость, он предложил сразу приступить к делу. Я дело изложила, внимательно наблюдая за выражением лица, но там даже мускул не дрогнул. Когда я закончила, он уточнил еще раз:

— Значит, вы действуете по распоряжению мэра?

Я подтвердила, и вампир с улыбкой развел руками.

— Что ж! Тогда возражений не имею. Клуб в вашем распоряжении. Хотите осмотреть только подвальные помещения?

— Нет. Подсобные, складские… что еще тут есть? Но начать бы хотелось с подвала. Все, за исключением залов, пожалуй. План здания есть?

— Вам нужно обратиться к начальнику охраны, я попрошу посодействовать. У меня только одна просьба…

Он сделал многозначительную паузу.

— Какая?

— Прошу персоналу ни о чем не говорить. Придумайте что-нибудь правдоподобное, но желательно без упоминаний вампиров, охотников и мэра города. Договорились? Начальнику охраны я сообщу, и он будет в курсе, но если кто-то начнет задавать вопросы — не представляйтесь, хорошо?

— Да без проблем, — пожала я плечами.

— Хотелось бы избежать слухов…

— Понимаю, — кивнула я.

Слухи поистине станут невероятными, если персонал узнает, что городская охотница по распоряжению мэра города перевернула клуб сверху донизу. Мы скрепили договор рукопожатием. Он сделал еще один звонок — начальнику охраны, и отправил меня к нему.

Когда я открыла дверь в маленький, пыльный кабинет, похожий на подсобку, из-за стола мне радостно улыбнулся крупный мужик.

— Привет!

Я заподозрила, что он всех так встречает — как хороших друзей. Захотелось проверить, не стоит ли кто у меня за спиной: не привыкла к таким радушным приемам.

Но я улыбнулась в ответ и вошла в кабинет.

— Ты Яна?

Начальник охраны сложил руки на столе, сцепив мосластые пальцы замком.

Я села на стул для посетителей, придвинутый к столу. Безжалостно продавленный, с колкими пружинами, словно его принесли с помойки. Не очень-то здесь ценят сотрудников, хотя вампиры вообще твари прижимистые.

— Александр! — он протянул руку, словно спохватился, и я ответила рукопожатием.

Пожал аккуратно, сдерживая дурь и я это оценила. Обычно мне сдавливают руку так, что плакать хочется, или начинают поглаживать, а это бесит еще больше.

— Значит так! Я знаю, кто ты такая, но для остальных нужна легенда. Ты кем представляешься?

Я только развела руками.

— Санэпидстанция! Годится? В подвале типа крыс искать будем.

— Годится, — кивнула я.

Он достал из ящика сложенный вчетверо лист и разгладил на столе.

— Так. Это значит, план нашего любимого клуба! Держи! Со смены ребят снять не могу, но сам тебе компанию составлю.

— Да ничего, у меня свои ребята есть.

— Ну, деловая! И сколько?

— Трое.

— Вообще красота! В два счета управимся! Пока не приступили, вопросы ко мне есть?

— Расскажи про здание. Помещений много?

— Ну, смотри, — вампир развернул план ко мне, и мы склонились над столом, как два полководца.

Все оказалось просто. Из подвала вели два выхода — один на задний двор для разгрузки, другой выходил с торца здания на бульвар. Мне однажды довелось побывать в этом подвале по приказу ныне покойного мэра, и я узнала этот выход — именно через него я сбежала.

На плане был обозначен и тот злополучный «карман», где обнаружили труп. Оказалось, дверь в подвал от него в двух шагах. Похоже, самый простой и логичный шаг убийцы: прибить проститутку в подвале и вытащить через дверь для разгрузки. Два шага и ты там, а тело не найдут до самого утра.

Начать с подвала лучше всего.

А что если убийца из персонала? Я точно помнила — дверь для разгрузки запиралась изнутри и с улицы в подвал не попасть, случайный прохожий оказаться там не мог. Выходит, убийца спустился в подвал вместе с проституткой?

На ум сразу пришел владелец «Фантома» — он может беспрепятственно перемещаться по клубу, а еще любой сотрудник высокого ранга… Александр, например.

— Яна, еще что-то нужно?

Я подняла глаза и уставилась на радушного вампира. Да, здорово, если убийца кто-то из них, но к себе бы во двор труп не выкидывали. Замуровали бы в подвале так, что никто никогда не найдет.

Мы вернулись к вопросам. Теперь меня интересовало, не замечал ли кто посторонних или чего-то подозрительного? Любые случаи из ряда вон. И цел ли, в конце концов, замок на второй подвальной двери?

— Хм, — Александр пододвинул к себе план и задумчиво уставился на эту часть подвала, словно собирался определить целостность замка по карте.

Пару месяцев назад мы с Андреем этот самый замок отломали, но должны же они повесить новый? Или нет?

— Знаешь, надо проверить, — наконец сказал он. — Вроде сигналов не поступало. Случаев воровства не было. Все тихо, гладко.

— И давно?

— Ну, — призадумался он. — В последние месяцы никаких эксцессов не припомню. Кроме этой девчонки, но ты из-за нее и пришла.

Пару месяцев?! Интересно, а он в курсе что тут творилось при бывшем мэре? Вряд ли нет.

Я без затей спросила вслух, но вампир беспечно пожал плечами:

— Вроде были у него какие-то интересы. Ну, с нашим Пал Палычем. Был сигнал не препятствовать. Думаешь, это как то связано?

Я не знала, что и думать.

— Хочешь сказать, ты ни во что не вмешивался?

— Понимаешь, я тут недавно работаю… А у бывшего мэра тут свой вампир был, как раз начальником охраны, пока мэра не грохнули, тогда он и свалил… Погоди-ка, — он нахмурился. — Это же ты мэра грохнула.

До этого Александр рассказывал эту историю, как кому-то постороннему, но теперь пазл в его голове сошелся и он завис. Я скупо улыбнулась, довольная произведенным эффектом, все-таки приятно, когда о твоих заслугах помнят… А я думала, Эмиль всю славу заграбастал себе.

— Клуб оборудован камерами? — поинтересовалась я.

— Да, но понимаешь, в чем дело… — он клыками закусил нижнюю губу и мне как-то сразу это не понравилось. — Они почти все выключены.

— Почему?

— У нас тут общественное место. Вот случись что, это же сразу менты, все дела, записи изымут, а там… Ну скажем вампир или типа того, хорошо это будет? В общем, Пал Палыч еще давно велел камеры отключить, кроме как в залах, на парковке и с парадного входа. Понимаешь почему, да?

— И давно сказал отключить? — насторожилась я.

— Да еще при старом мэре. Мне просто повторил.

— Черт! — разозлилась я.

Впрочем, этого следовало ожидать. «Фантом» — популярное место у вампиров, так что это разумная предосторожность, если бывший мэр проворачивал здесь свои грязные делишки. Многое бы пришлось объяснять властям, если что. «У нас не работают камеры» — куда лучше, чем «Наш клуб — рассадник вампиров».

— Ну что? Еще вопросы или к делу? — подмигнул Александр.

В общем, если здесь и буйствовал кровосос, то никто ничего не заметил. Как всегда. В этом и сложность расследования — обычные методы тут не работают.

Я собрала со стола карту и мы приступили к делу.

Нас оборудовали индивидуальными касками «на всякий случай», фонариками, Александр вооружился ломом — на правах старожила открывать заклинившие двери, а для своих парней я выпросила резиновые дубинки.

— Мало ли, — объяснила я, постучав по своей ярко-оранжевой каске.

Чернову в руку дубинка легла удобно и привычно, Стас покрутил такую же в руках и задумчиво почесал ею затылок. Никита попробовал отказаться, но я настояла, и проинструктировала при любых вопросах называть себя бригадой истребителей грызунов и насекомых.

— Нехилые тут крысы, — хмыкнул Никита, покосившись на свою дубинку.

Ребята не нервничали — Стас даже насвистывал что-то, остальные негромко переговаривались. Разговоры притихли, когда мы подошли к двери в полуподвал. Я толкнула ее, нащупала на стене выключатель и бетонную коробку залил яркий свет.

— Помещение для разгрузки. Сюда машины выгружаются и дальше товар отправляется на склад, — вполголоса пояснил Александр.

Я спустилась по ступенькам и оглянулась. Ребята разбрелись по полуподвалу, шаги звонко разносились по комнате. Стены до середины выкрашены голубой краской, местами облезшей, местами пузырившейся. Дверь на улицу заперта на мощный засов. Сейчас здесь товара не было.

— Эй, — позвал Чернов. — Тут еще одна дверь! Смотреть будем?

— Конечно, — я подошла туда.

Та самая дверь в сырой подвал «Фантома». Чтобы попасть ко второму выходу — нужно спускаться именно туда.

Глава 30

Самое подходящее место, чтобы кого-нибудь убить.

Поднатужившись, Сашка открыл дверь, на нас дохнуло плесенью и сыростью. Пять лучей, перекрещиваясь, устремились вниз, скользя по щербатым ступенькам и влажным стенам.

— Фу, — кашлянул Никита.

— Что-то не хочется туда спускаться, — пробормотал Стас, опасливо водя фонариком из стороны в сторону.

— Ну что, я первый? — спросил Александр.

Мы пропустили его вперед. Он осторожно спустился, посветил в оба конца коридора и махнул нам рукой.

— Давайте по одному. Воняет, но ничего страшного.

— Дверь прикройте, — проворчал вампир.

Стас дернул ручку, дверь захлопнулась и теперь подвал освещали только наши пять фонариков.

— Жутковато тут, — признался Никита.

— А еще дубинки не хотели брать, — проворчала я, борясь с желанием вытащить пистолет. Света не хватало, описав фонариком круг вокруг себя, я невинно спросила. — Верхнее освещение не предусмотрено?

— Раньше было, но подвалы перестали использовать из-за сырости и обесточили.

— Не очень разумно, — буркнул Стас.

— Может разделимся? — предложила я. — Мальчики налево, девочки направо?

Потом вспомнила, что я — единственная девочка в компании. Лучше не рисковать.

— Пойдем вместе, — возразил Александр и я согласилась.

Сначала мы решили исследовать правую часть подвала. Заодно проверим, повесили ли новый замок. Каменный коридор сочился влагой, вода на полу выглядела, как слизь. Ну и гадость.

Короткий коридор вывел нас в небольшую комнату, и мы столпились, шаря лучами в темноте. Здесь коридор раздваивался. Я обвела зыбким пятном света по периметру, задержав фонарик на ведре с застывшим цементом и сваленных в углу досках. Ничего интересного. Мы пошли дальше.

Уже скоро мы достигли подвальной двери, обшитой оцинкованным железом. Здесь свежий воздух смешивался с застоявшимся подвальным и отгонял его в глубь подземелья.

Я выключила фонарь и сквозь узкую щель увидела свет.

— Второй выход из подвала, — негромко сообщил Александр. — Выводит с торца здания на соседнюю улицу.

Я толкнула дверь, и она поддалась, со злости я врезала по ней ногой.

— Ну вот, — сказала я со смешком. — Взломали!

— Твою мать! — Александр подошел к двери и осмотрел пострадавшее место. — Мы же вешали замок с внутренней стороны!

Вот те раз.

Железные дужки, на которые вешают замок болталась, словно кто-то рвал замок с мясом… Как будто сильно дернули на себя дверь снаружи и все вылетело.

Я протиснулась мимо начальника охраны, чтобы осмотреть дверь с наружной стороны. А вот там замок был — новенький, навесной, он болтался замкнутым на одной петле и поджидал хозяина, словно его оставили висеть, чтобы не сперли.

Значит, кто-то рванул дверь и разворотил замок внутренний. А потом зачем-то повесил новый, но с другой стороны.

— Ты уверен, что раньше замок был внутри? — поинтересовалась я.

— Сам вешал! — Сашка зло стукнул по дужке, и она закачалась, поскрипывая. — Лично с дрелью возился!..

— Может, сломался и кто-то из ваших новый повесил?

— Да как он сломается, если дверью не пользуются?

— Ну, — вздохнула я. — Значит, уже пользуются.

Что-то было в этом неправильное. Может, Александр забыл, с какой стороны вешал замок? Он ведь на месте, правильно? Только не там, где положено! Ладно, может они сами намудрили, а мне переживать.

— А нельзя узнать, давно дверь… в таком состоянии? — спросила я.

— Никак! Сейчас пошлю кого-нибудь, пусть пока посмотрят за выходом, — Александр что-то забубнил в рацию.

— У тебя ключи с собой? — спросила я.

— Ну. Вся связка, — насторожился он с немым вопросом.

— Проверь. К замку ключ-то подходит?

Он хлопнул себя по лбу и, отстегнув с пояса связку, зазвенел ключами. Я стояла к двери спиной и ждала результат, нащупав лучом конец коридора — там, где он заканчивался поворотом.

— Не подходит. Другой это замок.

Сомнения укрепились. Я не стала ждать и пошла в обратном направлении — надо закончить обход. Александр остался распекать подоспевшую охрану. Мы дошли до развилки и решили подождать его здесь. После сырого подвального воздуха во рту оставался привкус плесени.

— Тс-с, — Чернов поднял руку привлекая внимание. — Слышали?

Я провела лучом по стенам и полу, но ничего интересного не увидела и шикнула:

— Что?

— Вроде, шарит кто-то.

— А, это, наверное, Александр идет, — это было чистой воды предположение, я по-прежнему ничего не слышала.

— Я тоже слышал! — вдруг насторожился Никита. — Будто, шелест или кто-то по воде идет… Да?

На несколько минут мы обратились в слух. И я услышала: тихий влажный плеск, будто кто-то крался по влажному каменному полу. Следом раздались громкие уверенные шаги Александра.

— Где это было? — спросила я полушепотом. — Кто-нибудь понял?

Мы развернулись, ощетинившись фонариками во все стороны. Ничего не изменилось. Ведро с цементом… Доски, сваленные кучей… Три темных провала-коридора, из одного из них вынырнул рассеянный луч фонарика, покачиваясь в такт шагам.

Я мазнула светом по полу: здесь почти сухо. Потопала и прислушиваясь, но шаги звучали глухо — звук поглощал камень. Здесь только в одном месте достаточно сыро, чтобы можно было хлюпать — в соседнем коридоре.

— Ага, — я с ухмылкой пошла туда.

Стас, заметив мой следственный эксперимент, догадался, куда я клоню, обогнул меня и скрылся в темноте.

— Народ, за мной! Я понял, откуда звук!

Я махнула остальным, чтобы быстрее шли за Стасом.

— Эй, вы куда? — меня нагнал Александр.

Надо бы перекинуться парой слов наедине… Я остановилась и направила фонарик ему в грудь, чтобы не слепить, но в то же время видеть лицо.

— Что ты сам думаешь по поводу трупа в вашем дворе?

— Что ему там не место.

— То есть?

— Просто выйди и оглянись. Вокруг полно притонов. Ее придавили в каком-нибудь дворе и подбросили нам, чтобы отвести подозрения. Ну и нам заодно проблем подбросить.

— У меня была мысль, что ее привезли, — добавила я.

— У меня тоже — первые двадцать секунд, а потом понял, что никто возиться не будет. Так ведь?

Я согласно кивнула, но не стала говорить, что Чернов проверял «Фантомский» грузовик и ничего. А посторонняя машина не могла прокрасться незаметно в закрытый двор.

— А вы что, ночью не охраняете территорию? Не обходите двор?

У меня появилось стойкое убеждение, что труп вынесли из клуба. Нет, правда, а какие еще варианты?

— Нет. Какой смысл? Просто запираем ворота на ночь. Ничего ценного во дворе нет…

По подвалу, многократно усиленный эхом, пронесся голос Стаса:

— Яна! Сюда, тут кто-то есть!..

Я свернула в коридор — он заканчивался тупиком, а за поворотом бесились лучи света, словно кто-то дрался с фонариком в руках. Шум, крики… Я ускорила шаг, но не побежала. Освободив руку, я расстегнула кобуру. Свет трясся и прыгал, я ничего не видела кроме взбесившихся пятен. Пол хлюпал под ногами — именно этот звук я слышала, когда стояла на развилке.

Перед поворотом я вытащила оружие и упала на колено, чувствуя, как штанину пропитывает холодная сырая грязь. Я жадно глотнула воздуха, как бывает, когда я нервничаю. Вампир за спиной сначала хотел меня обойти, но заметив мои телодвижения, остановился. А ведь это, между прочим, лучший способ, если вы не хотите попасть под огонь. То ли Александр не боялся пули, то ли не привык, что в него могут стрелять, но я не люблю давать противнику лишних шансов.

Из-за поворота я выглянула одним глазом, вытянув руку и целясь в клубок света и человеческих тел в конце коридора. Меня закрывал угол. Кто-то уронил фонарик на пол и луч бил прямо в глаза. Я щурилась, склонив голову — и ничего перед собой не видела.

— Стоять! — на пробу крикнула я.

Клубок распался и я встала, не выходя из укрытия. Зона света оказалась ниже и я, наконец, увидела, что происходит: Чернов пятился ко мне спиной, я опознала его по широким плечам. Никита лежал на полу, пытаясь отползти к нам.

В центре коридора неподвижно стоял высокий мужчина, крепко прижимая к себе Стаса. Так держат заложника — рукой за горло. Стало так тихо, что я услышала его горячее испуганное дыхание.

— У него пистолет, — негромко сказал Чернов, словно бы в пустоту, но, думаю, реплика предназначалась мне.

Я не видела кто это — лицо скрывала темнота, а направить свет на него не рискнула. Кто знает, что его спровоцирует. Я молчала, оценивая обстановку. Он у меня на прицеле, но что с того, если он закрывается Стасом? С такого расстояния я в голову не попаду.

— Чего ты хочешь? — спросила я.

Честно, я не знала, что делать.

— Ты кто? — раздался слева голос Александра. — Отпусти нашего сотрудника и иди себе с миром.

— Не подходите близко, — голос у него оказался твердым и уверенным. А еще с нотками превосходства: он разговаривал с нами, как с дерьмом.

Если раньше я не знала, вампир это или нет, то сейчас готова спорить, что да.

— Мы не подходим, — ответила я. — Тебе все равно деваться некуда. Если убьешь его, я тебя сразу же застрелю. Я городская охотница.

Я говорила твердо, хотя сомневалась, что стоит. После таких речей выхода у него два — либо сдаваться, либо стрелять, и если он выберет последний, то минимум двое окажутся на линии огня невооруженными, один — в заложниках, и я вряд ли сумею его опередить.

Но вампир выбрал третий путь.

Он вроде задумался и невыразительно ответил:

— Ладно. Твоя взяла, — одно стремительное движение, он уперся дулом себе в подбородок и выстрелил.

Труп вампира мешком упал на пол. Стас остался стоять. Он поднял руку, провел по своему затылку и уставился на ладонь, будто впервые увидел.

— Мама! — испуганно крикнул он, с полузадушенным воплем пробежал мимо и скрылся за поворотом.

Чернов осторожно приблизился к трупу, словно к ядовитой змее, постоял несколько секунд над телом и громко сообщил:

— Готов!

Я сунула пистолет в кобуру. Попала только с третьего раза — сильно тряслась рука.

И что это только что было?

Глава 31

Труп накрыли белой скатертью, и он как приведение выделялся в темноте.

Я нервничала. Кончики пальцев покалывало, и я почесывала их об джинсы.

Неисследованная часть подвала все еще требовала внимания, и туда ушли двое вампиров и Чернов, предварительно бросив жребий. Жизнь вряд ли была настолько несправедлива, чтобы подбросить нам еще парочку вампиров-самоубийц, но Стас запротестовал и остался здесь — мертвый вампир беспокоил его меньше.

Вместе со скатертью нам принесли стратегический запас фонариков, и Стас выстроил их вдоль стены, как свечи, включая по одному. Постепенно коридор залил призрачный свет.

Удостоверившись, что криков ужаса больше не будет, я оставила Стаса караулить труп и поднялась наверх. С начальником охраны я успела поговорить — застрелившегося вампира он не опознал, хотя сделать это было затруднительно после выстрела в лицо.

Зачем он это сделал? Не понимаю. Если бы я оказалась в патовой ситуации, предпочла бы перестрелку, а не самоубийство. Если все равно умирать, почему не прихватить пару-тройку врагов с собой?

Теперь мне предстояло решить, что дальше: сразу сунуть голову в пасть Эмилю или начать с допроса хозяина клуба? Эмиль всегда успеется…

Я заглянула в приемную на втором этаже и поинтересовалась у секретаря, где владелец.

— Павел Павлович… эээ, он скоро будет. В банк поехал.

— Звоните ему, вызывайте обратно!

— Какие-то проблемы? — осторожно спросила девушка. С лету я не смогла определить, вампирша она или нет. С молодыми такое случается.

В ответ я только покачала головой, не собираясь ничего объяснять, и вышла обратно в коридор. Там я достала телефон и долго смотрела на номер Эмиля, обливаясь потом. С похолодевшим сердцем я нажала кнопку вызова. Представляю, что меня ждет… Но чему быть, того не миновать.

— Да, — резко ответил Эмиль, словно догадался, что звонок ничего хорошего не сулит.

— Плохие новости, — я сглотнула и прикрыла глаза, ожидая бурю. — У нас еще один…

— Еще одно нападение?

— Нет. Это вампир, он сам застрелился.

— Я могу надеяться, что он именно тот, которого мы искали?

— Еще не знаю…

— Рассказывай, — коротко приказал Эмиль.

Именно приказал — это была не просьба. Бывший внимательно выслушал, не перебивая.

— Я сейчас приеду.

Только не это… Я уже представила, как он поцапается со всеми, включая меня и мне стало дурно. Но он должен увидеть труп — вдруг они знакомы? Возможно, придется общаться с официальными властями, так что Эмиль может пригодиться.

— Хорошо, — ответила я. — Буду ждать.

Я сжала трубку в руках, задумчиво глядя в пол. Где же я ошиблась, что сейчас меня мучает чувство вины?.. В коридоре появился Александр, и я отвлеклась от мыслей.

— Подвал осмотрели, все в порядке…

— Сейчас мэр приедет, — перебила я.

— Блин, твою налево! — растерялся он. — Зачем ты его вызвала?

Я не выдержала и захихикала. Вампир прищурился, интересуясь, что я нашла тут смешного.

— Я не могу его вызвать, он — мэр. Ты как себе это представляешь?

— А я слышал, он тебе чем-то обязан. И еще, что вы женаты.

— Откуда слышал? — поинтересовалась я.

— Всякое говорят.

Он с любопытством смотрел на меня, ждал, что я подтвержу или опровергну слухи, но я только покачала головой. Не люблю, когда любопытство удовлетворяют за мой счет.

— К черту. Где там твой вампирский директор?

Павел Павлович нарисовался в рекордные сроки. То ли успел съездить в банк по делам, то ли его завернули с дороги. Он выглядел встревоженным, но не терял лица — наверное, еще не знал, что стряслось.

Мы дожидались его в кабинете, хотя секретарша протестовала, но скисла под взглядом начальника охраны. Когда директор вошел, то взглянул на меня без прежней любезности. Я поднялась на ноги и Александр последовал моему примеру.

Павел Павлович взглянул на мою мрачную морду, на начальника охраны, который выглядел так, словно собирался принести соболезнования, и спросил:

— В чем дело?

— Катастрофа, — глубоко вдохнул Александр. — Ты присядь… разговор долгий.

Тот не хотел присаживаться и тянуть волынку. Густые брови сошлись у переносицы, в голосе прорезалась повелительная резкость и он крикнул:

— Ну?! Говори!

На меня это не произвело впечатления — я привыкла к царственным воплям Эмиля, и ему владелец «Фантома» в подметки не годился.

— У вас в подвале труп, — сообщила я. — Но вам повезло, что этот вампир застрелился сам. На этом удача заканчивается, потому что мэр уже едет сюда.

Тот быстро взял себя в руки и сбавил тон.

— Полицию вызвали?

— Нет.

— Хорошо. Пока не надо, я должен увидеть тело.

Сказал он это таким тоном, будто не верил на слово, Александр укоризненно цокнул языком. Я пожала плечами: в мои планы входила их очная ставка с трупом. Вдруг владелец «Фантома» сможет его опознать?

Павел Павлович оказался вампиром не робкого десятка — согласился спуститься, не настаивая на дополнительной охране. Перед дверью в полуподвал я с удивлением встретила Никиту.

— О, Яна! — обрадовался он. — Мы уже заволновались, куда вы пропали!

— Мы пропали?.. — не поняла я.

— Ты со Стасом. Чернов побежал наверху вас искать, а я тут жду.

— Стаса нет? — переспросила я. — Я же велела ему сидеть рядом с трупом!

Никита пожал плечами.

— Мы закончили с подвалом и когда шли обратно, рядом с телом его не было. Я решил, что вы вместе ушли… Наверное, в сортире где-нибудь сидит, — нервно хихикнул Никита.

— Хватит, — оборвала я.

— Я хотя бы маму не звал…

— Мы идем или нет? — Павел Павлович начал раздражаться.

— Побудь здесь, — попросила я Никиту и, толкнув дверь, повела вампиров вниз.

Перед тем как спуститься, хозяин «Фантома» брезгливо прикрылся надушенным рукавом.

— Да, — укоризненно согласилась я. — Вонища редкая.

В конце концов, сам запустил здание, нечего теперь брезговать.

У подножия лестницы мы включили фонари. Идти недалеко — из-за поворота уже выбивался свет. Мы свернули и я различила у стены длинное тело, прикрытое скатертью.

— Оно? — спросил Павел Павлович.

Я подумала, он струхнул и решил удостовериться в наличии трупа издалека, но тот уверенно отстранил меня и подошел к телу. Я определенно зауважала мужика, когда он приподнял край простыни и смело взглянул на мертвеца.

Когда он обернулся, в глазах стоял ледяной холод.

— Это что, шутка? — раздраженно спросил он.

— А что смешного? — огрызнулась я.

Вместо ответа Павел Павлович рывком сорвал скатерть и швырнул в Александра.

— Я не понимаю, как ты оказался в это вмешан! — заорал он. — Что здесь происходит?

Я сделала несколько шагов к самоубийце и примерзла к полу. Взгляд остановился на трупе.

Вернее, трупа не было. Вместо него под простыней лежал Стас.

После того, как призвав на помощь огромный запас матерных слов, Александр сумел убедить начальника, что труп был, и он лично его видел, подвал срочно закрыли и оцепили охраной по периметру.

Павел Павлович, пряча глаза, извинился за сцену и попытался загладить вину срочно предоставленным кабинетом, аптечкой — и лично помогал тащить Стаса наверх.

Мы уложили пострадавшего на диван. Ни укусов, ни травм… похоже на глубокий обморок. Чернов безрезультатно надавал ему пощечин, в конце концов, под нос Стасу сунули флакончик с нашатырем и он начал подавать слабые признаки жизни.

Затаив дыхание, мы наблюдали, как он приходит в себя.

Глава 32

Выглядел он — краше в гроб кладут, с темными кругами под глазами и белый, как та скатерть. Александр пожертвовал ему пол стакана коньяка. Стас выхлебал его как воду — с жадностью, постукивая зубами об край стакана, потом упал в кресло и закрыл лицо руками, часто сглатывая. Наверное, пытался избавиться от коньячной горечи.

— Яна, я тебя ненавижу, — признался он. — От меня помощи больше не ждите, чуть инфаркт не заработал…

— Рассказывай, — я неосознанно повторила интонацию Эмиля, и мне стало неловко. — Извини, но все-таки хочу услышать, что произошло.

Как выяснилось из сбивчивого рассказа Стаса: сначала все было в порядке. После того, как я ушла, а ребята еще обследовали дальние части подвала, он спокойно ждал и переводил дух после неприятного инцидента.

— А чего беспокоится, если этот придурок мозги себе вынес? — объяснил Стас.

Дальше началась чертовщина: труп зашевелился.

— Я глазам не поверил — думал померещилось!

Дохлый вампир вздрогнул, резко сел и сдернул с окровавленного лица скатерть. Секунд десять они смотрели друг на друга, пока вампир, откашлявшись, не прохрипел:

— Есть что глотнуть?

Дальше Стас ничего не помнил. Я подумала, что сама бы почувствовала, если бы абсолютно благонадежный мертвец на моих глазах вдруг сел и попросил выпить. Тоже, наверное, без чувств бы свалилась.

— Хорошо полицию не вызвали, — вздохнул Никита. — Как бы с ними объяснялись?

— Не знал, что вампиры так могут, — Стас откинулся в кресле, пьяненький после коньяка, и сонно зевнул. — Не могли предупредить?

— Знали бы, сказали! — огрызнулся Александр.

Комната слегка пошатнулась — у меня закружилась голова. А я ведь знала, могла догадаться… Не потому ли меня грызла вина? Из-за моей глупости Стаса могли убить.

О чем я вообще думала, что он застрелился от безысходности? Я собственными глазами видела вампира, пережившего попадание в голову — сама и стреляла. Если самоубийца был под эффектом крови, знал куда стрелять и был достаточно опытным, чтобы себя контролировать, то это был самый простой способ выбраться из подвала…

Меня слишком оглушил тот выстрел в голову, когда я ждала перестрелки — на что и был расчет. Но окровавленному вампиру не так легко затеряться в городе. Он где-то неподалеку. Вряд ли спрятался в подвале, слишком много усилий, чтобы упустить шанс сбежать, но этот вампир где-то рядом и скоро ему понадобится кровь. Много-много крови.

— Слушай, а ты что, тоже так можешь? — Стас с любопытством рассматривал Никиту.

— Оставь его в покое, — посоветовала я. — Он не может. По крайней мере, пока не нажрется человечины.

— Так ты знала?

— Только сейчас поняла, — оправдалась я. — Ладно, я ошиблась, согласна! Но сейчас нужно решить, что делать…

Дверь распахнулась, на пороге стояла взволнованная секретарша Павла Павловича.

— Приехал мэр города, — тихо, с придыханием произнесла девушка, была это особенность речи или она неровно дышала к Эмилю, я не поняла. — Он хочет вас видеть!

— Иду, — ответила я, стараясь ничем не выдать чувств.

Эмиль ждал меня в гостевом номере «Фантома».

Сам владелец был здесь же — стоял у зашторенного окна и явно чувствовал себя неловко. Эмиль сидел на краю широченной кровати. Из-под бархатного покрывала до самого пола свисали красные простыни. Своим дорогущим ботинком он наступил на ткань и на красном атласе остались грязные отпечатки от растаявшего снега. Павел Павлович не возмущался, что мэр портит казенное имущество.

Не спрашивайте, зачем в клубе номера, сама догадалась не сразу. Я почувствовала себя уязвленной: Эмиль мог сам прийти в кабинет, но нет, он предпочел ждать меня в номере, где подвыпившие клиенты уединяются для плотских утех. Он бы меня еще в сауну вызвал на ковер в перерыве между женщинами легкого поведения. У нас деловые отношения, разве нет? Это непрофессионально, а значит, он и хотел меня уязвить.

Кто-то в этом номере перегибает палку и это явно не я.

Пока я не вошла, они о чем-то говорили, но теперь оба смотрели на меня: хозяин «Фантома» испуганно, а Эмиль — без выражения. Но я видела, что он мной недоволен.

— Поговорим? — негромко предложил Эмиль.

— Давай, — согласилась я.

Павел Павлович вдруг заторопился, не желая стать случайным свидетелем. Когда дверь закрылась, Эмиль расстегнул пиджак и ослабил галстук. Мне не понравились его хозяйские замашки. Кажется, он уже уверен, что везде в этом городе царь и бог. Раньше он так себя вел только в нашей квартире.

— Как там Андрей? — как бы невзначай поинтересовалась я.

— Не волнуйся. Отлично.

Я не стала вдаваться в подробности. Ругаться не хотелось, поэтому мы недружелюбно смотрели друг на друга. Я вдруг поняла, почему он молчит: ждет объяснений.

Судя по каменной морде, его уже ввели в курс дела.

— Эмиль, я признаю свою вину. Но он застрелился, любой на его месте был бы трупом. Меня это ошеломило, я не сообразила сразу, что он еще может быть жив…

Сейчас я особенно остро ощутила, как жалко звучат объяснения. Первое правило охотника: сначала убедись, что враг сдох, а потом оставляй его без присмотра. Но, черт побери, не каждый день вампиры выносят себе мозги у меня на глазах!..

— Не оправдывайся, — вдруг сказал Эмиль, и я удивленно посмотрела на него. — Меня это раздражает. Я могу сделать такой вывод, Яна. Мы бы уже его поймали и уладили дело, не окажись моя жена непроходимой дурой.

— Бывшая жена, — напомнила я.

Глава 33

Взгляд Эмиля похолодел, он смотрел мне в глаза, будто обвинял в чем-то или подозревал в сговоре с вампиром. К счастью, зазвонил телефон. Эмиль достал из кармана пиджака трубку и опустил глаза, а я смогла перевести дух.

Несколько секунд он слушал собеседника и ответил:

— Продолжайте.

Телефон вернулся в карман, и я снова завладела вниманием Эмиля.

— Я отправил охрану осмотреть квартал. Человек с простреленной головой не может остаться незамеченным, верно?

— Он рисковал, — буркнула я, имея в виду вампира.

— А его никто не видел, — голос стал грубым. — Как сквозь землю провалился. Скажи, так бывает?

— Наверное, у него была машина, — следя за тоном, осторожно предположила я.

— Мне ни холодно ни жарко от твоих мыслей! Ты его упустила, когда он был у тебя в руках!

— Это была случайность…

— Не оправдывайся за свои промахи! — заорал он.

— Ты не понял. Я говорю, случайность то, что мы его нашли. Ему что-то было нужно в подвале. Или он прятался тут. Он сломал замок на подвальной двери и повесил свой. Мог ходить туда-сюда сколько угодно, и никто бы не догадался. Той дверью никто не пользовался.

— Может, это был кто-то из работников клуба?

— С нами был начальник охраны, он не узнал вампира, — покачала я головой. — Эмиль, он знал, зачем мы туда пришли. Сразу всё понял — напал первым.

Этот вампир хорошо знает город, у него есть связи среди местных. Я уверена, он был здесь при прошлом мэре.

— Ну, — процедил Эмиль. — Продолжай. Что ты хочешь этим сказать?

— Я не понимаю, почему ты отказываешься допросить Виолетту. У вампира были ключи от ее квартиры.

— Вита уехала на следующий день, как я стал мэром и не стала бы возвращаться — она ясно дала это понять.

— А что это она так внезапно сорвалась с места? — спросила я. — Чего ей боятся, раз мэром стал ты? Вы же встречались.

— Не лезь не в свое дело, — спокойно ответил Эмиль.

— Я не предлагаю ее пытать, но поговорить можно? Спросить, не теряла ли ключи? Почему так внезапно уехала?

— Ладно, — Эмиль негромко хлопнул по столу ладонями. — Я позвоню ей сам. Иначе, чувствую, ты не отвяжешься.

Я выдохнула: даже маленькая победа над Эмилем считалась большой. Мне не нравилась его упорность насчет Виолетты, и это доказывало, что Эмиль ведет нечестную игру. Тоже мне новость. Может, она просто сильно ему в душу запала? А что, она вампирша молодая и симпатичная, почему нет.

— Может быть, ты права. Вампир кровососущий, это сужает круг.

— В смысле?

— С моим приходом их стало меньше. Большинство были лояльны прошлому мэру, я им не понравился. Кто-то уехал, кто-то залег на дно. И если вампир хорошо знает город, значит он из сторонников мэра, — Эмиль задумчиво потер подбородок. — Нужно было всех убить. Это твоя недоработка.

Я удивленно подняла брови, но Эмиль был серьезен, он не шутил.

— А почему вдруг моя?

Объяснений я не услышала, снова зазвонил телефон и Эмиль ответил:

— Да.

Я внимательно следила за выражением его лица, пытаясь определить какие новости — хорошие или плохие. Не очень преуспела.

— Продолжайте, — судя по ответу, всё без изменений. Он отключился и сжал мобильник в кулаке, пластиковый корпус жалобно захрустел. — Так бывает, что исчезают без следа?! Где теперь его искать!

Конечно, он винил меня. Но сейчас он выглядел растерянным, да вешать на меня всех собак ему не с руки, несмотря на мою ошибку. Я без выражения смотрела Эмилю в глаза.

— Есть у меня одна идея… Помнишь кровососа, который неделю назад прибыл в город? Надо послать к нему кого-то, пока есть время. Есть шанс, что он может оказаться нашим беглым трупом.

Где-то на периферии сознания я всегда помнила о непроверенном новичке, и теперь самое время с ним встретиться.

— И ты никого не послала к нему раньше?

Эмиль вскочил, но я успела отступить к двери. Всего на шаг, но именно его не хватило руке бывшего до моего горла. Я не сводила с него глаз, и он вдруг остановился — внезапная вспышка гнева угасла так же быстро, как возникла. Я убрала ладонь с кобуры, даже не заметила, как она там оказалась… Что ж, с волками жить — по-волчьи выть. Реакция у меня уже отточенная.

— Если ты завалила дело, лично мне ответишь! — Эмиль сделал вид, что ничего не произошло и это не он пытался схватить меня за шею, чтобы потрепать, как нашкодившего котенка.

Я догадалась, что ответ будет болезненным и унизительным, но это почему-то не испугало. Приятное разнообразие.

— Люди говорят, что ты мне чем-то обязан, Эмиль, — медленно, словно животному, сказала я. — Не напомнишь, чем?

Мы с Эмилем ехали в моей машине и даже не смотрели друг на друга — он отвернулся к окну, а я сосредоточилась на дороге. На «Фантом» ушел почти весь день целиком, а темнеет зимой рано — сейчас не больше пяти, но к городу уже подбираются сумерки.

Лезть в логово вампира ночью — плохая идея, но Эмиль был неумолим.

Я нервничала, подушечками пальцев потирая кожаную оплетку руля, и очень жалела, что со мной нет Андрея. Не на Эмиля же надеяться в случае чего, правда?

— Никита, — позвала я. — Расскажи про гостиницу. Сколько входов, выходов, все, что помнишь.

— Вход один, — ответил он с заднего сиденья. — Но не с фасада, а со двора. Думаю, изнури гостиницы вход в подвал тоже есть.

— Как спуск выглядит? Лестница узкая?

— Довольно да, — поразмыслив, ответил Никита.

— Сколько человек пройдет? Если в ряд.

— Полтора! Например, я и еще кто-нибудь тощий, как ты.

Плохо. Вампиру будет легко держать оборону, в случае чего, но я бы не хотела оказаться на острие атаки….

Я сбросила скорость, свернула за квартал до гостиницы и машина с охраной Эмиля поехала за «мерседесом». Я закрутила головой в поисках парковки.

— В чем дело? — Эмиль повернулся ко мне. — Гостиница дальше.

— А ты хотел встать у парадного крыльца и обсудить план там?

Переулок огибал старый панельный дом и заканчивался тупиком. Мне это подходило. Я припарковалась рядом с подъездом, и джип притерся рядом.

— Порядок, — сказала я, игнорируя раздраженный взгляд Эмиля.

Я развернулась глядя на Никиту и Чернова.

— Сначала подойдем к гостинице и осмотримся. Есть идеи, где достать план здания?

— Яна, ты теряешь время… — начал Эмиль.

— Я знаю, что делаю! — огрызнулась я.

— Давай-ка пройдемся, — предложил он, прихватив меня за локоть.

Мы вылезли на холодный ветер. Первый же порыв сорвал капюшон и в волосы набились снежинки. Я натянула капюшон обратно и, придерживая его у горла, обошла машину. Эмиль шел навстречу, и мы встретились напротив лобового окна — прямо под обстрелом любопытных глаз оставшихся в салоне.

Дверца джипа нерешительно приоткрылась, но захлопнулась обратно. Видимо, решили, что со мной Эмиль и сам справится.

В сумерках снег на парковке стал голубоватым. Под расстегнутый пуховик лез холод, и меньше всего хотелось ругаться с Эмилем на морозе. Я заметила, что и он не застегнул свою парку — тоже наверное, вооружен, но в отличие от меня, его капюшон лежал на плечах, ветер трепал песцовую оторочку и его светлые волосы, только замерзшим мой бывший не выглядел.

— Сейчас мы разворачиваемся и едем к гостинице, — сказал он. — Я не буду терять время на твою охотничью дурь.

Снег под теплым капюшоном начал таять и потек по шее. Я начала злиться.

— Это не дурь, а подготовка. В городе банда вампиров-убийц и я не собираюсь попасть под пули из-за твоей торопливости.

— Я не упущу его второй раз! — рявкнул Эмиль.

— Ты слышал, что сказал Никита? Узкий коридор, никаких укрытий, а он вооружен — если это он, Эмиль! Хочешь, что бы всех перестреляли?

— Можешь остаться в машине, если боишься, — спокойно предложил он и пошел к джипу.

Я смотрела ему вслед, бессильно скрипя зубами.

— Ты что, под дозой? — крикнула я. — Забыл, чем в прошлый раз кончился твой гениальный план с питьем крови?

Эмиль только отмахнулся и сел в машину. Мне оставалось только вернуться за руль и ехать следом.

Глава 34

— Придурок…

На заднем сидении царила гробовая тишина. Я мысленно ругала Эмиль, не спуская глаз с ярких стоп-сигналов джипа.

Мы объехали квартал и приблизились к гостинице. Я бы и на километр к ней не подъехала, но Эмиль хотел действовать нагло и решительно. Как бы мне не пришлось за это расплачиваться. Волна злости на Эмиля, его план, и на то, что он снова легко и непринужденно заткнул мне рот — бурлила и искала выход.

Джип без стеснения остановился на пустынной парковке «Туриста» и я последовала за ним.

— Так, народ, — я глубоко вдохнула, пытаясь успокоиться. — Вопрос в силе: где взять план гостиницы?

— У застройщика, — предложил Никита. — Или в «городской архитектуре».

— Ага, сейчас сбегаю, она как раз рядом… Более реальные идеи есть?

— План эвакуации? — спросил Чернов. — По технике пожарной безопасности должен быть внутри. Зачем он тебе?

— Пока мой бывший придурок будет лезть на рожон, я попробую спуститься в подвал изнутри гостиницы и осмотрюсь. Мне надо внутри ориентироваться.

— Дурацкая затея, — заявил Никита.

— Тебя убьют, — безапелляционно сообщил Чернов.

— Яна, не руби с плеча! Мэр же сказал, что сам разберется. Зачем тебе это надо? Остынь.

— Да, — поддакнул Чернов. — Посидишь с нами в машине. Им надо, пусть сами рискуют. Мы подключимся в случае необходимости.

— Эмиль не знает, что искать, — не заглушив машину, я распахнула дверь. — Он вампир, и хочет решить все силой, меня же интересует убийца, а не грызня за власть.

Я подошла к джипу, ботинки скользили по корке снега. Капюшон упал на спину, и мороз впился в уши. Дико неудобный головной убор… Эмиль вышел из машины последним и, заметив меня, остановился.

— Давай отойдем! — глотая холодный воздух и клубы пара, попросила я. — Это важно!

Мы отошли за машину, с глаз долой.

— Ты не можешь так туда пойти. Вас всего четверо, Никита без допинга. Эмиль, это не серьезно!

— Ты что, за меня беспокоишься? — нахмурился он.

— Я за себя беспокоюсь…

Эмиль повернулся и под ногами хрустнул снег. Я поймала его за край рукава.

— У тебя есть гарнитура? Включи и позвони на мой мобильник, я хочу слышать, что там будет происходить, и когда драпать, если что-то пойдет не так, — он медлил и я добавила. — Да, я беспокоюсь за тебя. Такую мелочь ты можешь для меня сделать?

Эмиль вернулся к джипу и покопался в бардачке. Я медленно выдохнула, наблюдая, как он прилаживает микрофон и набирает мой номер в телефоне. И чего стоило соврать сразу?..

— Слышишь? — спросила я, когда зазвонил мой мобильник.

— Слышу, — ответил Эмиль. — Иди в машину.

Я села в салон «мерседеса», в зеркало заднего вида, следя, как Эмиль и пара вампиров огибают гостиницу. В трубке, прижатой к уху, было слышно дыхание Эмиля.

Один из вампиров остался у стены — караулить окна и в подвал. Я ладонью зажала микрофон телефона, чтобы Эмиль меня не услышал.

— Никита, отвлеки парня у стены. Секунд на тридцать, сможешь?

— Ты что, еще не передумала? — запаниковал он. — Не сходи с ума, а? Сиди в машине. Он тебя убьет потом!

— Я с тобой, — сказал Чернов, неизвестно кого из нас имея в виду.

— Вперед, — процедила я, и Никита нехотя выбрался наружу.

Чернов, в прошлом привыкший к соблюдению субординации, молчал, и не читал мне морали.

Я в зеркало наблюдала, как Никита топает к вампиру, бдительно следившему за окнами. Подошел, они о чем-то заговорили. Я перекинула трубку к другому уху и легонько приоткрыла дверь, дожидаясь удобного момента.

Никита протянул руку, показал на что-то вдоль здания и потом за угол. Вампир внимательно посмотрел в обе стороны, и они свернули.

Я распахнула дверь, вывалилась из машины и припустила к гостинице.

Микрофон мобильника я зажала ладонями, надеясь, что Эмиль не услышит тяжелого дыхания. Больно врезалась плечом в беленую стену здания и побежала вдоль — до крыльца. За ним меня уже не заметят.

Обогнула выщербленные ступени и бросилась за крыльцо. Прижалась к стене, переводя дыхание. Прислушалась: тихий хруст снега и никаких криков. В трубке Эмиль негромко отдавал приказы, из них стало понятно, что вниз они еще не спустились.

Окно было прямо надо мной. Высоковато… Казалось, что в непроглядной темноте за стеклом могло что-то скрываться… Мне одной придется плутать в темной брошенной гостинице… Рука сама потянулась к кобуре, но застыла на полпути.

И как прикажете запрыгивать в закрытое окно с телефоном в одной руке и с пистолетом в другой?

— Заходим, — негромко сказал Эмиль.

Раз он входит, то и я должна. Я пробежала вдоль стены, поглядывая на окна и выбрала последнее — достаточно далеко от всех. Быстро стянула пуховик, обернула им рукоятку, и ударила в стекло, стараясь бить не слишком сильно, чтобы осколки не прыснули в стороны.

Я боялась, что это будет громко, но стекло тихо хрупнуло и пошло трещинами. Привстав на цыпочки, я надавила и вытащила несколько осколков. Только бы не порезаться… Вампир может учуять свежую кровь…

Я быстро натянула пуховик — сквозь осколки лучше лезть в нем, чем без него. Оружие пришлось временно убрать. Я уцепилась за жестяной карниз, ногой уперлась в стену и подтянулась. Вот они, преимущества маленького веса.

В последний момент подошва скользнула по оштукатуренной стене, и я чуть не выбила зубы об острый край карниза. Смогла уцепиться локтем, пытаясь перенести вес на предплечье, но почувствовала, что безнадежно сползаю.

Сзади меня подхватили чьи-то руки и толкнули вверх.

— Держись, Янка! — сказал Чернов и меня беспардонно пропихнули прямо в осколки.

Я влетела в окно кубарем, и прокатилась по полу — в грязи, осколках и паутине.

— Что за грохот? — резко спросил Эмиль. — Что с тобой?

Я тихо выдохнула, вглядываясь в темноту гостиничного фойе, и вытянула пистолет. От дыхания клубился пар — внутри оказалось не теплее, чем снаружи. Все спокойно. В темноте ничего не двигалось и не пыталось меня сожрать. Сожалея, что у меня только две руки, я вернула оружие в кобуру.

Спазм отпустил горло, и я сумела ответить:

— Так… покурить вышла. Все нормально, Эмиль. Что у тебя?

— Все нормально. Кто-то идет к двери. У тебя точно все хорошо?

— Отлично.

Забрался в логово к вампиру-убийце и беспокоится по пустякам. С каких пор он стал таким беспечным?

Из кармана я вытащила фонарик и включила. Маленькое пятнышко света терялось в огромном помещении. Где-то здесь, в холле, обязательно должна висеть схема эвакуации при пожаре, скорее всего, рядом со стойкой регистрации. Но не уверена, что выходы из подвала будут на ней отмечены.

Я осторожно пошла вперед и под ногами захрустели осколки и мусор.

Сейчас сюда, на звон и шум, прибежит охранник Эмиля, если не совсем глухой. Надеюсь, Чернов убедит его, что здесь свои, но из холла надо убираться. К тому же, из окна беспощадно дует.

Уже смелее я пробежала через холл, мазнула лучом света по голым стенам. Мебели не осталось, только остатки упаковки на полу и прочий мусор, да монолитная стойка администратора.

Пахло снегом, пылью и старым зданием — запах подгнившего дерева и штукатурки. Плана эвакуации нигде не было. Я осмотрела стены, ощупала лучом света всю поверхность, поворачиваясь, но ничего.

Я попробовала представить, где могли устроить вход в подвал.

Вдруг заговорил Эмиль. Я слышала, как он представляется, что-то плетет о цели визита и просит разрешения войти. Значит, вампир пошел на контакт.

Я плотно прижала трубку к уху, стараясь не упустить ни слов, ни интонации. Луч фонаря остановился на широкой лестнице на второй этаж, пятно света подрагивало на ступеньках — руки дрожат.

В следующую минуту я чуть не стукнула себя фонарем по лбу и подбежала к лестнице. В голове появилась картинка годовалой давности: как я, в школе, выгоняю из-под лестницы подростков. На первом этаже она не заканчивается и ступеньки, перегороженные двухстворчатой решеткой, ведут вниз. В подвал.

Школа и гостиница — обе старой, дореволюционной постройки.

Как я сразу не догадалась?

Я укрылась в темноте, когда захрустело битое стекло — кто-то лез в окно вслед за мной.

Луч фонаря прогулялся вниз, до двери, оббитой войлоком, и я радостно сбежала по ступеням. Пятно света прыгнуло на дверь, и я вцепилась в ручку, толкнула от себя.

Дверь не открылась. Рука соскользнула с ручки и наткнулась на навесной замок. Ключа у меня не было.

— Да провались ты пропадом! — я со всей силы ударила ногой.

— Яна? — раздался негромкий голос Чернова сверху.

Значит, это он влез в фойе.

— Я здесь, — устало откликнулась я. — Под лестницей.

Хруст сменился буханьем тяжелых ботинок, и Чернов спустился ко мне.

— Проблемы?

— Где Никита? — вместо ответа спросила я.

— За окном сторожит. Мы все уладили. Я сказал тому парню, что это Эмиль нас сюда направил, — он довольно ухмыльнулся. — Дверь открыть не можешь? Посторонись-ка… Выбью.

Грохот первого удара заглушил войлок, но он же его и смягчил. Я отступила, не спуская фонаря с двери, и морщилась от каждого удара. Во мне боролись противоречивые чувства: хотелось, чтобы парень саданул посильнее, и боялась, что Эмиль услышит, хотя я зажимала трубку двумя ладонями.

Наконец, дужка замка отлетела, и я схватилась за ручку.

— Оставайся здесь.

— Зачем?

— Кто-то должен. Я с этим подвалом не знакома, вдруг этот урод пройдет мимо меня?

— А если не проскочит? Что тогда делать будешь?

— Кричать, — отшутилась я. — Нет, серьезно. Воевать с ним я не собираюсь, а шпионить лучше одной.

Глава 35

Дверь без скрипа отошла внутрь, и я посветила в темноту. Я снова достала пистолет, и фонарик пришлось взять в зубы. Нет, я не пошутила. По подвалам я не хожу без оружия, а в другой у меня телефон. Осмотревшись насколько хватало глаз и запомнив дорогу, я выключила фонарь и дождалась, пока восстановится зрение.

Здесь было холоднее, чем снаружи. Руки онемели, и под пуховик вполз леденящий холод. Что-то здесь не чисто. Вампир не может жить в этой вечной мерзлоте.

Я осторожно пошла вперед.

Лучше поторопиться, скоро пальцы потеряют подвижность и пистолет я держать не смогу, а если отогреюсь — руки начнут дрожать. Как ни кинь, везде плохо.

Я попыталась представить здание гостиницы и определить, в какую сторону идти. Получалось так, что вампир обитает где-то справа. Я пошла вдоль стены.

В трубке я слышала отзвуки разговоров. Эмиль молчал, но, вроде бы, все в порядке. Неожиданно связь отрубилась.

— Вот блин.

Я выключила трубку и сунула в карман. Похоже, Эмиль отключил связь сам, но делать это в такой момент не стоило.

Если так, то перезванивать смысла нет. Его нет, даже если вампир нашинковал Эмиля с охраной тонкой стружкой.

Через несколько метров коридор свернул, и я уткнулся в дверь. Самая обычная, деревянная, с проржавевшим засовом. Я тихо подошла и присела на корточки, подставила ладонь под сквознячок. После подвального холода показалось, что воздух был теплым. Значит, я нашла вход в жилую часть подвала.

Я прислушалась, но было тихо, из-под двери не выбивался свет. Думаю, можно попробовать.

Только я взялась за ржавый засов, как в кармане завибрировал телефон.

— Да? — прошептала я.

— Вылезай оттуда, — зло сказал Эмиль. — Быстро!

Я упрямо подергала засов. Услышав мое пыхтение и скрип, Эмиль продолжил:

— Я на стоянке. Вампир совершенно не тот, поэтому хватит валять дурака, вылезай и поехали обратно в «Фантом». Я тебя ждать не буду. Если через двадцать минут тебя там не будет — ты у меня получишь.

Из-за двери подуло сильнее и она приоткрылась. Эмиль послушал мое молчание и, не добавив ни слова, отключился.

Пошел он. Он что, правда думает, что я у него на побегушках?

За дверью оказалось небольшое помещение — буквально три на три метра. В противоположной стене была дверь, из-под которой выбивался свет. Пахло пылью и плесенью. Скорее всего, это кладовка или типа того, но здесь тепло, так что она точно примыкает к жилой части.

Вся правая стена отведена под полки, с другой стороны стоял покосившийся стол. Пол и мебель покрывал слой пыли. Кое-где она смазалась — помещением пользовались. На столе лежали чертежи, сильно похожие на вожделенный план эвакуации. На полках лежали свертки с вещами, стопки старых книг. На некоторых свертках пыли не было.

Я выдвинула один из ящиков. Внутри засеребрилась связка ключей, а еще обнаружился целый склад сотовых телефонов, один из них — последней модели.

Ведомая странным чувством, я достала новенькую трубку и включила. К удивлению, телефон оказался рабочим — с сим-картой, но почти полностью разряженный. Я посмотрела список контактов, но все имена незнакомы.

Чей он? Кладовка не похожа на место, где хранят нужные вещи. Скорее, на отстойник для хлама.

Когда я открыла вкладку сделанных звонков, то просто застыла: в последний раз с этого телефона звонили мне. Неделю назад.

Я выдвинула второй ящик. Ничего.

Телефоны я рассовала по карманам и вытащила несколько широкоформатных листов. Планы зданий. Какие-то официальные, похожие на планы эвакуации, с жирными стрелочками, ведущими к выходам, какие-то нарисованные от руки синей пастой.

Один из них я узнала сразу: схематичное изображение «Фантома». Другой показался смутно знакомым, но что это? Нет, не вспомнить. Я отодвинула его в сторону. При взгляде на следующий, пистолет чуть не выпал из руки.

На альбомном листе был изображен план дома мэра. То есть дом Эмиля теперь. Два этажа и даже подвал, во всех подробностях. Что меня испугало — он был нарисован от руки, мелкими штришками неизвестный чертежник нарисовал даже тайный ход в спальню бывшего мэра и любовно выписал каждую камеру в подвале.

Откуда это?..

— Ничего себе, — прошептала я.

Я сгребла чертежи и, свернув трубочкой, сунула за ремень.

И тут снова зазвонил телефон. Путаясь в кнопках, я сбросила звонок и попыталась вернуть сердце на место. Поздно. Рядом раздались тихие шаги, в кладовке с щелчком включился верхний свет и ослепил меня.

Все что я успела сделать — прицелиться в открывающуюся дверь.

Перед глазами прыгали разноцветные пятна. Я щурилась и ни черта не видела. У меня было две секунды для решения — выстрелить или ждать, пока снова стану видеть.

Я выбрала компромисс и присела под прикрытие стола.

— Стой, я выстрелю!

Нервный палец почти надавил на скобу. Мучило ощущение, что меня пристрелят первой, я настолько была на взводе, что уже ощущала пулю в груди.

— Городская охотница, если не ошибаюсь?

Голос показался знакомым.

Не испуганный, не напряженный. Я слышала фатальное спокойствие, и такое же всепоглощающее презрение. Так говорят вампиры «со стажем», те, кто не появляется днем на поверхности.

Я была уверена, что слышу нашего неуловимого «гостя города». Но почему же он кажется мне знакомым?

— Эй, охотница!

Я из тех девушек, что за словом в карман не полезут, но бывают ситуации, когда даже я теряюсь.

Зрение возвращалось, а вместе с ними я понимала, что вляпалась хуже некуда.

Вампир не прятался — во весь рост стоял в проеме. Свет бил ему в спину и я не видела лица. Пора уже запомнить, что в кровососов стрелять бесполезно. Странно, что он еще не обошел стол и не выволок меня за шкирку.

Дверь в подвал совсем рядом. Может быть, я даже успею проскользнуть в нее, но вампир меня догонит. Проблему нужно решать здесь.

Я решила попробовать.

— Кажется произошло недоразумение! — не очень уверено сказала я. — Да, я городской охотник, приехала с мэром и заблудилась…

— Можешь встать. Не бойся.

Стол — рухлядь та еще, но мне нравилось за ним прятаться, покидать последнее убежище я не хотела. С другой стороны, он не должен напасть — он ведь говорил с Эмилем, бывший сам сказал, что они все уладили…

Бесполезно делать вид, что ты ни при чем, если в твоем столе обнаружились компрометирующие материалы. План дома Эмиля таким и являлся. Но ведь вампир не знает, что я покопалась в его закромах.

Я медленно выпрямилась, но не убрала оружие. Вампир шагнул в кладовку и световая завеса пропала: у него оказалось достаточно молодое лицо, треугольное, с острым подбородком и большими темными глазами, похожими на пятнышки мазута… Это расширенные зрачки дают такое впечатление. У него эффект крови на исходе. Может быть, только поэтому он еще не перегрыз мне горло.

Он с любопытством меня рассматривал, словно был обо мне наслышан. Странный взгляд. И тут он изменился. Я проследила, куда он смотрит, и наткнулась на опустошенный стол с выдвинутыми ящиками.

У меня плечи свело от напряжения.

Я облизала губы, чувствуя, как их касается холодное испуганное дыхание и очень медленно сказала:

— Ранение в голову всегда болезненно. Даже если ты под кайфом, выстрел будет удачным. И разумеется, я здесь не одна.

Вампир безропотно поднял руки и показал ладони. Он не хотел, чтобы я стреляла.

Это должно бы успокоить, но только не меня — вампир улыбался, словно продавец акций «МММ». Такая вежливая, слегка насмешливая улыбка неуместная на лице того, кто попал на прицел.

В кармане снова зазвонил телефон и я вздрогнула. В то же мгновение он отбил ствол в сторону и смачно врезал кулаком мне в челюсть.

Пол и потолок покачнулись, а спине стало жестко и колко. Больше всего испугал хруст — костей, челюсти или стены, на которую я налетела, прежде чем свалиться. Боли не было. Боль будет позже, и судя по запоздавшей реакции нервных окончаний — очень сильной.

Я перевернулась на живот и встала на четвереньки. Уронила пистолет, нужно подползти, выстрелить, пока он меня не прикончил…

Я хотела сделать это ловко и быстро, но вместо этого пыталась обрести равновесие — голова кружилась так, что тошнило. Я смотрела на пол качающийся, как лодка в бурю, и боролась с внезапным приступом «морской болезни».

Вампир прошел мимо и захлопнул дверь в подвал. Я поняла, что он еще в кладовке, когда получила пинок по ребрам. Не сильный и почти беззлобный. Он обшарил мои карманы — я не видела этого, сосредоточившись на этом беспокойном полу, но карманы стали легче.

— Дура, — сказал вампир, подобрал мой пистолет и вышел из кладовки.

Вернулся он быстро. Я все еще пыталась справиться с «качкой». В спине просыпалась ноющая боль, она усиливалась, когда я переносила вес на руки. Лицо онемело и ощущалось маской, с той стороны, куда пришелся удар, разгоралась тянущая боль в челюсти. Вампир ходил вокруг, в поле зрения то и дело мелькали носки ботинок.

— На стоянке стоит машина. «Мерседес». Твой?

Я хотела сказать: «да», но когда открыла рот, на пол потекла кровь со слюной и я закашлялась, сплевывая эту дрянь. Челюсть не заболела сильнее и я понадеялась, что он мне ее не сломал.

Вампир продолжил:

— Внутри никого нет. Мэр уехал вместе с охраной. Ты одна, да? И нагло блефуешь?

Я кивнула и меня повело еще сильнее. Нехорошо сдавать своих, даже если они тебя подставили не вовремя сделанным звонком. Может, они меня хотя бы достойно, с почестями, похоронят.

— Я бы подумал, что мэр решил ловить меня на живца, но он произвел впечатление серьезного человека. А ты — нет.

Вампир укоризненно зацыкал.

И я, услышав этот звук, вспомнила его. Я уже слышала его раньше — в телефонной трубке, когда, злая и замерзшая, ехала домой с несостоявшейся встречи с Мариной.

Преодолев тошноту, я подняла голову. Вампир смотрел на меня, самоуверенно и нагло, и недобро ухмылялся.

Я не помнила, зачем он тогда звонил, но это определенно был он. Я связала одно с другим: Марина, вампир, звонок, цветы на утро. Не ты ли оставлял по городу трупы на пару со своим подстреленным дружком?

— Ладно, охотница, — вздохнул он. — Поедем, прокатимся. Планы насчет тебя просто грандиозные…

Глава 36

О, я сразу поняла, что это означает! В контексте ситуации трудно не понять.

Я стану следующей убитой охотницей, а потом Эмилю принесут цветы.

Вампир схватил меня за шиворот и рывком поднял, я болталась, как нашкодивший щенок, пытаясь устоять на разъезжающихся ногах. Голова еще кружилась, но меня не стошнило. Может, это и не сотрясение, просто сильный удар.

Он пытался меня волочь, но это непросто, когда тот, кого тащишь, едва стоит. Я быстро сориентировалась и подогнула ноги, как будто меня покинули последние силы, и я вот-вот грохнусь в обморок. Вампир выматерился и попытался волочь меня по полу. Пока мы изображали пьяную пару, его куртка задралась и я увидела пистолет, по-простому заткнутый за пояс сбоку. Он успел его подобрать, но не спрятал и не выбросил, а это давало мне хотя бы теоритический шанс.

Он вдруг бросил меня, и я растянулась в узком коридоре, откинув голову и прикрыв глаза, как будто я отключилась. Вряд ли поверит — меня выдавало слишком частое для обморока дыхание.

— Хватит притворяться! — зашипел вампир. — Вставай, пока не отпинал!

Он склонился надо мной и начал стаскивать расстегнутый и перекрученный пуховик.

Что это он задумал?!

Я резко открыла глаза. Хитрость не удалась, а вампира с неясными планами лучше держать на виду. Он сорвал с меня один рукав, а затем вцепился в воротник и зло дернул. Пуховик был старым, ткань не выдержала и порвалась с громким треском, наружу вылетел синтетический наполнитель, похожий на клочья воздушной блестящей ваты.

— Твою мать! — зарычал он, отмахиваясь от «лебяжьего пуха».

Я вывернулась из пуховика. Лучше шанса не будет, а если умирать, то лучше сейчас, в драке, чем потом, под пытками. Пальцы сомкнулись на рукоятке пистолета прежде, чем я об этом подумала, и я вырвала оружие у него из-за пояса.

Он отшатнулся с моим пуховиком в руках, и первая пуля прошла сквозь него. Позади вампира вылетело облачко синтепона, в стену ударили брызги крови. Я не думала, удачно ли попала или нет, а стреляла, пока вампир не упал на пол, а магазин не опустел наполовину.

Переводить дух было некогда. Я встала и попятилась назад, пока не оказалась снова в кладовке. Если бы я чувствовала себя лучше, проверила бы труп, но сейчас просто хотела улизнуть.

Я была уже почти у двери в подвал, когда услышала треск — трещало и лопалось дерево. С таким звуком доски ломают об колено, только шум шел со всех сторон, будто маленькая кладовка сминалась вокруг нас.

Я ткнулась лбом в пол и прикрыла голову руками. Что-то плашмя грохнуло об каменный пол, и я поняла, что происходит, когда дверь, ломаясь, как старый картон, упала на меня.

— Дымы! — зычно рявкнул голос где-то позади меня.

По деревяшке, лежавшей на моей спине, запрыгала какая-то дрянь, и шлепнулась прямо передо мной. Нос и рот залепил едкий дым. Я закашлялась, прижимаясь к полу, оглушенная и дезориентированная.

С меня спихнули обломки двери, подхватили подмышки и поволокли из каморки. Навстречу, прямо из клубов дыма, появился кашляющий Никита. Я поняла, что тащит меня Чернов и брыкнулась, чтобы отпустил. Меня подняли с двух сторон.

— На воздух! — скомандовал он.

Они посчитали, что «воздух» — это первый этаж гостиницы и довели меня только до фойе. В общем, воздуха тут хватало. Сильно тянуло из разбитого окна, и я сидела на полу прямо в осколках, пытаясь отдышаться.

Напротив, на корточки присел Никита.

— Ты как? Дышишь? Живая?

Я тяжело закивала.

— Ну что, отдышалась? — сказал Чернов. — Вставай. Из окна прыгать будем.

— Вам… пир, — сипло выдавила я.

— Все продумано. Будем ждать, пока проветрится. Вперед!

Никита подсадил меня в окно. Я села на подоконник и выглянула. На секунду показалось, что асфальт бросился на меня и пальцы сами впились в разбитое стекло, осколками торчащее из рамы. Больно, но я не отпустила. Лучше порезать руки, чем упасть. Пальцы стали липкими, а стекло скользким. Надо решаться.

Я лезла на оцинкованный карниз, спустила ноги с другой стороны и поняла, что не смогу спрыгнуть. Холодный ночной воздух освежал, но голова кружилась, а ноги как ватные. Расшибусь.

Никита вскарабкался рядом и спрыгнул вниз.

— Я поймаю, — уверенно сказал он. — Спускайся.

Никита протянул ко мне руки. Я мешком с картошкой упала в распахнутые объятья. Никита пошатнулся, но устоял.

— Тебе сильно досталось? — озабоченно спросил он, когда меня зашатало.

Я невразумительно промычала в ответ. Никита отвел меня к сугробу, зачерпнул полную пригоршню и умыл снегом.

Боль на несколько секунд притихла, снежинки таяли, и струйки воды защекотали кожу. Никита снова опустил руку в снег и тут я начала приходить в себя.

— Хватит.

Почему-то, сильнее всего болели ладони. Я сунула окровавленные руки в сугроб. Стало немного легче. Боль в челюсти была тупой, спины я вообще не чувствовала, но больше всего беспокоила боль от порезов. Ненавижу стекло. Ненавижу травмировать руки.

Я размяла снег в ладонях и скатала кровавый снежок. Снег таял и вместе с кровью тек по пальцам.

— Пистолет, — вспомнила я. Он остался в кладовке: я его выронла, когда меня едва не пришибло дверью.

— Сейчас Чернов поищет…

— Эмилю звонили?

— Нет… Когда ты не ответила на звонок и не вышла, он уже уехал. Звонить времени не было.

Никита был доволен собой. Они сами разработали план штурма и вдвоем смогли меня отбить. Даже где-то дымовую шашку раздобыли, у Чернова, наверное, была.

— Найдите мне телефон, — мир все еще качался, но я стояла. — Я подожду в машине.

Как только я села за руль и закрыла глаза — снова затошнило. Ладно, ничего. Это пройдет.

Я распотрошила аптечку, оставляя по всему салону кровавые отпечатки, и забинтовала руки. Порезы саднили при каждом движении. Терпимо, конечно, но невообразимо гадко.

Вскоре Никита принес телефон, но остался снаружи, пока я звонила Эмилю. Тот меня выслушал, орать не стал и пообещал, что приедет. Думаю, ему стало неловко из-за того, что я оказалась права, а не он.

Через стоянку к машине неторопливо шел Чернов с моим пуховиком. Его уверенная, неспешная походка успокаивала. Так ходят, когда все в порядке.

Наконец-то, хорошие новости.

Чернов открыл дверь и в салоне закружился вихрь снежинок.

— Все нормально? — мою потрепанную одежду он бросил на заднее сиденье.

Я подумала, что он справился о моем самочувствии и кивнула.

— Все готово. Если хочешь, можешь осмотреть помещение.

— Сейчас Эмиль приедет.

— Никита его встретит. Кстати, держи! — он протянул оружие рукояткой вперед, и я не глядя сунула его в кобуру.

Пуховик заляпало изнутри кровью, в спине дыры, из которых торчал синтепон… Я распялила его в руках, придирчиво рассматривая, затем вывернула и брезгливо натянула на себя. Слишком холодно для одного тонкого свитера, так что придется пожертвовать имиджем — в нем я смотрелась хуже огородного пугала.

В этот раз я вошла в гостиницу через «главный» вход. Лестница уходила далеко вниз и заканчивалась тупиком, дверь оказалась слева. Чернов протиснулся мимо и предупредительно открыл дверь.

Конечно, я не ожидала, что вампирская гостиница будет похожа на пыточную готического замка, но то, что я увидела, разочаровало даже меня.

Обстановка, как в обычной дешевой ночлежке: обклеенный дешевыми обоями в цветочек коридор уходил прямо метров на десять и сворачивал за угол. По обе стороны коридоры шли бежевые двери. Прикинув план подвала, я поняла, что там, за углом, я и найду вход в злополучную кладовку.

— Он там жил, — Чернов кивнул на приоткрытую дверь цвета кофе с молоком.

Он сделал приглашающий жест, но я прошла мимо. Трофеи потом посмотрю. Сейчас я спешила проверить труп. Спасибо, уже ученая.

Пол гулко звучал под ногами, напоминая, что мы в подвале. Это не замаскируют ни обои, ни настил, ни яркий свет, всегда остается давящее ощущение, что над тобой еще несколько этажей постройки. Здесь их всего два, но все равно неприятно.

Глава 37

Я свернула за угол и увидела ноги в черных ботинках — труп был на месте.

Я с облегчением выдохнула и подошла ближе. Вампир в налипших клочьях синтепона, скрючившись, лежал у стены. Голова — вернее то, что от нее осталось, облеплена красным пухом. Присматриваться не стала: главное, труп на месте и он действительно мертв.

Смятые листы я нашла в кладовке, телефоны горкой лежали на столе — кто-то их моих обыскал труп и сложил трофеи.

— Последи за ним, — попросила я Чернова, и разгладила рулон на столе, повернувшись к трупу спиной.

По очереди включила все телефоны. Чем черт не шутит? Вдруг кто-то позвонит и я смогу установить владельцев?

Чертежа было три и все они мне знакомы: «Фантом», дом Эмиля и… что изображал третий я не помнила, но какие-то смутные воспоминания он вызывал. Я покрутила лист по часовой стрелке, приглядываясь и так и этак.

Да это ведь моя школа! Та самая, которая на днях сгорела.

Меня отвлек телефон, зазвонив в кармане.

— Да? — ответила я.

— Тут Эмиль приехал, — сообщил Никита. — На стоянку заезжает.

— Скажи, чтобы спускался.

Никита скептически хмыкнул, но не возразил.

Скоро я услышала раздраженные шаги в коридоре. Мне они ничего хорошего не сулили, и я внутренне собралась.

Когда в дверях появился Эмиль, его недовольное лицо раскраснелось, а волосы растрепались. Ни одной эмоции на лице, но по глазам я поняла — он в гневе. Только при чем здесь я?

Он прошел мимо, ногой отшвырнул мусор и взглянул на труп.

— Чья работа?

Он спрашивал, кто его пристрелил. Надо же, не узнает мой почерк.

— Моя. Чья еще?

Эмиль обернулся ко мне и негромко сказал:

— Оставьте нас с Яной вдвоем.

Сердце болезненно сжалось и забилось громко-громко. Опять серьезный разговор…

— Брысь, я сказал! — рявкнул бывший на замешкавшегося Чернова, и мы остались одни.

Я отступила назад и неловко наткнулась на стол, нащупывая за спиной смятые планы зданий.

— Я хотела осмотреться, а он меня здесь застукал. Смотри, у него план твоего дома.

Он скептически меня осмотрел сверху вниз — сканирующий взгляд остановился на растерзанном пуховике, грязных джинсах, затем вернулся к глазам.

— Что у тебя с лицом? Он тебя ударил?

Я пожала плечами: как будто и так непонятно.

— Он на меня напал.

Эмиль бесцеремонно отпихнул меня в сторону и подошел к столу. Тихо зашелестела бумага — он смотрел схемы.

— Ты это здесь нашла?

— На столе… И еще телефоны. Один из них, не уверена, но кажется, Маринкин… второй жертвы. Если подождешь пару минут, скажу точно.

— Подожду.

Список входящих звонков я изучала под его пристальным взглядом. Руки дрожали и я несколько раз ошибалась, пролистывая номера.

— Ну? — поторопил Эмиль.

Наконец я отмотала на неделю назад. Я точно помнила день, когда позвонила Марина. Такое не забудешь.

— Это ее телефон, — сказала я, увидев номер.

— И зачем он хранил улики здесь? Знаешь на что похоже? На подставу.

Он что, меня подозревает? Я чуть не выронила трубку от изумления. Вот делать нечего, только мочить вампиров и подбрасывать улики!

— Он напал первым!

— А есть доказательства, что эти вещи принадлежат ему? — кивнул Эмиль на труп, но неохотно согласился, рассматривая планы зданий. — Это уже похоже подготовку к покушению.

Я была согласна, но… Бывший продолжил мысль сам:

— Я не понимаю, зачем ему охотники? Зачем следить на моей территории, если готовился меня убить?

Ответа у меня не было.

— Бред какой-то, — заключил Эмиль.

Я выдвинула ящики стола, вспомнив, что где-то там были ключи. Связка нашлась в дальнем углу, пришлось далеко просунуть руку, чтобы дотянуться. Вместо ключей пальцы нащупали что-то другое… продолговатое, бархатное, вытянутое…

Я вытащила футляр от украшения, судя по форме — от цепочки. Внутри ничего не было.

— От чего ключи? — спросил Эмиль.

— Не знаю, — ответила я, рассматривая четыре ключа на простом колечке. — Но не от твоего дома, не беспокойся.

— Клуб и свой дом я узнал. Что это за третье здание?

Я даже не взглянула на план.

— Это школа, где я раньше работала. Сгорела на днях.

Мне вспомнился тот день — морозный и ветреный, и даже померещился запах гари. Проводка ни при чем. Поджог, сказал следователь. На следующий день, после того, как незнакомый приезжий мужик просил Андрея рассказать обо мне.

Я на секунду застыла, раздумывая и обернулась к Эмилю.

— Я сфотографирую труп?

— Зачем?

— Хочу показать Андрею. Кое-что вспомнила… Андрей может его знать.

— Что ты вспомнила?

— Накануне пожара к нему приходил человек и расспрашивал обо мне. Это может быть он.

— И что мне это даст? — раздраженно спросил Эмиль. — Занимайся вторым вампиром.

— Поздно. Он уже залег где-нибудь и вряд ли высунется, пока не выздоровеет.

— Яна!

Я услышала в голосе предостережение и подняла руки в беззащитном жесте.

— Поняла, поняла, Эмиль. Займусь вторым. Но мне нужно поговорить с Андреем.

Эмиль очень хотел сказать нет, но колебался. Что-то мешало ему треснуть кулаком по столу, он обдумывал мои слова. Эмиль ко мне прислушался.

Нет, я точно сплю.

Наконец бывший через силу кивнул.

— Завтра, на рассвете, согласна? Но при мне.

— Не получится. Прости, но ты его бесишь.

Эмиль развернулся и вышел из кладовки. Я слышала, как тяжело бухает пол под его ногами, когда он уходил по коридору. Какой обидчивый…

Я устало прислонилась к столу и перевела дух. Я только что одержала полную и бесповоротную победу и Эмиль признал, что я оказалась лучше, чем он.

Было за что поднять бокал шампанского.

В кладовку заглянул Чернов, вопросительно кивнул.

— Скажи Никите, чтобы позвонил в «Фантом». Что там сейчас происходит? Пусть уточнит, обыскали ли подвал. Потом сфотографируй труп. И найди какой-нибудь мешок. Нужно собрать барахло.

Чернов снова кивнул и я решила наконец осмотреть комнату вампира.

Когда я вошла в номер, поняла, что меня нагло надули — комната оказалось убрана и девственно пуста. Я открыла шкаф и осмотрела пустые полки, заглянула под кровать, зашла в крошечную ванную.

Варианта два: либо вампир путешествовал налегке, либо жил не здесь. Или успел вывезти вещи.

Когда я в кладовке отходила после хорошего хука, вампир говорил, что собирается съезжать. И у него, мол, на меня ого-го какие планы.

Я зло пнула дверь. Можно выломать двери и осмотреть остальные номера, но что-то подсказывало, что это ничего не даст.

Ничего у нас не выходило. Снова. Я сердито шла по коридору к выходу на поверхность, изо всех сил пытаясь сдержать слезы бессилия.

Домой я вернулась к полуночи. Уже на пороге до меня дошло, что «завтра на рассвете» — это уже через несколько часов, так что мне оставалось только переодеться и ехать в резиденцию Эмиля. Но мне были нужны эти «несколько часов»!

Для начала я отмокла в ванной, теплая вода — лучшее средство от боли. Затем приложила к лицу пакет со льдом. Знаете, как выглядит прямой в челюсть спустя время? У меня отекла вся правая сторона, а в таком виде лучше не выходить, если я не хочу, чтобы соседи задавали вопросы. Тупая боль постепенно успокаивалась.

Потом выпила кофе на кухне. Квартира дышала тишиной, и я наслаждалась редким покоем, который в моей жизни не частый гость… Ладно, пора собираться.

Пуховик отправился в мусор, вместо него я взяла короткое пальто. Перебинтовала ладони, натянула поверх пару трикотажных перчаток — они мягче и пальцы в них лучше сгибаются, чем в кожаных. Да, мой образ жизни накладывал отпечаток даже на гардероб…

Проверила ключи, пистолет и поняла, что просто оттягиваю момент, когда надо выходить. Не хотела я ехать к Эмилю… Нет, не так: я не хотела встречаться с Андреем. Не хотела говорить, не хотела его видеть.

Я боялась этой встречи.

Глава 38

— Слава богу, ты жива.

— Привет, — ответила я.

Андрей рассматривал меня грустными глазами. В подвал Эмиль меня не пустил — сначала попросил подождать, а потом привел в одну из комнат на втором этаже. Судя по отсутствию мебели, кроме стола и двух стульев, а также по слою пыли на полу, ее подготовили специально для нас. Больше всего комната походила на допросную в плохом полицейском боевичке.

Выглядел Андрей очень не плохо. Не похоже, что его держат здесь насильно. Признаков ломки я не заметила. Ничего, чего я боялась.

Я потопталась на пороге, перебросила пакет с уликами в другую руку и решительно выдвинула стул и села напротив.

Андрей не торопился развеять паузу, смотрел и улыбался. И я была рада его видеть, несмотря на недавнюю попытку мной закусить.

— А почему — «слава богу»? Ты обо мне беспокоился?

— Еще как. Голову ломал — съел я тебя или нет.

— Обошлось, — сдержанно ответила я, сообразив, что это шутка. Только мне вот почему-то смешно не было.

— Обошлось, — повторил он и показал клыки. — Принесите кофе! Ты будешь?

Я покачала головой. Через несколько минут охранник Эмиля принес по бумажному стаканчику — мне тоже, несмотря на то, что я отказалась.

— Судя по лицу, расследование продвигается? С кем дралась?

Я автоматически дотронулась до подбородка и вдруг поняла, что с Андреем не так — он никогда не был таким равнодушным к происходящему. Темные глаза помертвели. Он был спокойным, как будто уже понял, что происходит и смирился с этим.

— Что в пакете?

Я проигнорировала вопрос и вытащила телефон. Чернов наснимал на славу — десятка два разных ракурсов мертвого вампира. Я протянула телефон Андрею.

— Не узнаешь его?

Андрей листал фотографии молча. Лицо ничего не выражало, он неторопливо пил кофе, а затем вернул телефон. Молча. Смотрел мне в глаза, откинувшись на спинку стула и держал перед собой стакан, делая маленькие глотки.

— Ты его знаешь? — повторила я.

— И я за тебя еще беспокоился. Расследование продвигается, молодец, Кармен. Сколько уже настреляла?

— А сколько их было? — в тон спросила я.

— Не знаю. Этот приходил несколько дней назад. Про тебя спрашивал. Как ты его нашла?

— Съездила за ним в «Турист».

Мы несколько секунд пытливо смотрели друг другу в глаза, как будто ждали, кто оступится первым и сболтнет лишнего.

— Что происходит? — наконец спросила я. — Почему ты здесь? Я могу тебя отсюда вытащить, если хочешь.

— Не бери в голову, Кармен. Я лучше здесь посижу.

Это меня убило. Я не нашла что ответить и тупо смотрела на него. Андрей признал, что не стремится на свободу.

— Ты чего-то боишься? — попробовала прощупать я почву.

— Нет.

— Что тогда?

— Брось это дело, Кармен, пусть твой урод сам разбирается со своими проблемами.

— И что это значит? Почему?

— Это значит, что ты осталась одна в этой каше и кругом вампиры. Вот что это значит. А Эмилю на тебя плевать. Думаешь, я напился просто так? С нарезки слетел? Я охотился ради твоих дурацких трупов! Или ты считаешь, что я себя не контролирую?

Я так и считала, но… Андрею верила вопреки логике и здравому смыслу.

— Ты недоговариваешь, — я утверждала.

Андрей не ответил. Тяжело с ним.

Я со вздохом вытряхнула пакет на стол: мобильники из «Туриста», связка ключей, футляр для драгоценностей, записная книжка с вырванными страницами и прочее барахло, что нашлось на полках в кладовке.

Андрей без интереса поворошил горку улик и безошибочно вытянул за колечко ключи.

— Это мои. Теперь понятно, куда они делись.

Он полистал записную книжку, посмотрел телефоны, провел пальцем по бархату коробочки. Больше ничего не узнал. Ключи Андрей забрал себе и я не стала возражать, остальные вещи сгребла обратно в пакет.

— Поосторожнее, Кармен, — сказал Андрей. — Не оставайся одна, ладно?

Я кивнула и поднялась. Меня ждала еще куча дел.

Ребята остались в «Туристе» разгребать завалы и искать улики в компании пары вампиров Эмиля. В машине я была одна, вроде бы, раннее утро, но Ворошиловский удивил оживленностью.

По дороге я позвонила Никите.

— Ну и как там? — спросила я, услышав его невеселый голос.

— Без изменений, — буркнул он. — Слушай, а нам вообще полагаются выходные? Или хотя бы, сон?

Я нервно хихикнула.

— Не поверишь, но когда я задаю этот вопрос Эмилю, он начинает орать.

Никита тяжело вздохнул и я его подбодрила:

— Ладно, когда закончите с гостиницей, можете ехать домой. В «Фантом» звонили?

— Звонили, — недовольно ответил Никита. — Тоже никаких изменений. Они, кстати, спрашивали, когда мы заберем Стаса, клуб скоро закрывается.

— Стаса?

— Так он же у них спит, — напомнил Никита.

Я с запозданием вспомнила, что мы оставили беднягу в кабинете Павла Павловича.

— Пусть вызовет такси или заберите на обратном пути. Так что успокой их там, мы им Стаса не навсегда оставили.

Никита укоризненно вздохнул и попрощался — очень вовремя, я как раз заезжала на парковку бара.

Я припарковалась поближе к дверям, чтобы не идти через продуваемую всеми ветрами стоянку, и, натянув поглубже шапку, вышла из машины. Холодный ветер с шорохом гонял по асфальту смятую газету.

Наверное, зря я сюда приехала… Но мне нужно еще раз поговорить с охотниками — одной из последних ниточек, которые связывали меня с убийцами. Я задумалась о предстоящем разговоре, поэтому для меня стало полной неожиданностью, когда дверь бара не поддалась.

— С чего бы это? — пробормотала я, разглядывая темную вывеску.

На моей памяти бар был открыт и в самые трудные времена. Даже передел власти в городе, когда охотники были объявлены вне закона, не повлиял на бесперебойную работу заведения. Ситуация становилась колючей. Если охотники попрятались, значит, дело совсем плохо.

Я вернулась в машину и вытряхнула пакет на соседнее сиденье. Дорогой телефон последней модели был Маринкин. Остальные могли принадлежать другим жертвам. Не зря у всех троих вычистили карманы.

Красный, наверное, первой жертвы, не могу представить охотника с красным телефоном. Я отыскала запись — «папа» и дальше не стала копаться, нажала кнопку вызова и приготовилась услышать старого бармена. Ответили нескоро, приглушенным женским голосом.

— Кто это?

Вот я и нашла подружку убитого.

— Это Яна. Городская охотница.

Охотница справилась с дыханием и спросила:

— Чего тебе надо? — страх и неуверенность пропали, голос зазвучал твердо. Не меня она испугалась, когда зазвонил телефон. — Откуда у тебя этот телефон? Это трубка моего парня!

— Могу вернуть, — предложила я. — Прямо сейчас.

— Не надо. Я уезжаю, так что оставь на память, — голос, даже сквозь шипение несправного микрофона передал сожаление.

— Надо встретится и поговорить.

— Нет…

— Я ищу вампиров, которые убили твоего друга, тебе это безразлично?

— Ему уже все равно.

Поэтому она и уезжает. Андрей правильно сказал: нам главное остаться в стороне и не пострадать.

— Я буду звонить, пока ты со мной не встретишься. Много времени не отниму. Соглашайся, моя машина — сейчас самое безопасное место в городе.

Девушка долго молчала прежде чем сказать:

— Я сейчас поднимусь.

Я вышла из машины навстречу охотнице. Девушка открыла дверь, но осталась на пороге. Я заметила, что она легко одета. Попытки подойти она не сделала, и я решила, что разговор состоится в баре. Но охотница меня не пригласила.

Лицо совсем юное, но с морщинами между бровей, словно она часто хмурилась. Не помню, чтобы я заметила морщины в прошлый раз.

Она спокойно смотрела на меня. Знаю я это фатальное спокойствие. Когда охотник так на тебя смотрит — ничего хорошего не будет. В правой руке она держала пистолет. Ствол опущен к полу и оружие не бросалось в глаза на фоне черных брюк.

Спускаться в бар перехотелось. Да и охотница не настаивала.

— Ты одна? — спросила она недоверчиво.

— Одна, — я кивнула на "мерседес". — Пойдем, поговорим?

Я села за руль, а она на пассажирское сидение. Пистолет положила на колени и задумчиво смотрела на него, словно советовалась со старым другом. Я побарабанила по рулю, привлекая внимание.

— Ты о моем парне хотела поговорить?

— Нет. Почему ты закрыла бар? Что случилось?

Охотница плаксиво нахмурилась, и я поняла, откуда у нее морщины.

— У нас проблемы. Мы решили уехать.

— Я не могу помочь?

Она покачала головой.

— Мой бывший муж — мэр города. Нет такой проблемы, которую он не сможет решить.

— Вот именно поэтому. Мы лучше уедем. Спрашивай, что ты хотела.

— Кому вы продавали кровь за последнюю неделю? Сможешь вспомнить?

— У нас ее не так часто берут. Твой друг купил немного, позавчера. И Кармен брала, помногу, каждый раз, когда заходила.

— Кто? — вздрогнула я.

— Кармен. Охотница. Я в прошлый раз про нее рассказывала.

Кармен? Я вспомнила, что Марина представлялась моим именем.

— Сколько она покупала?

— Все, что было. Твоему приятелю повезло, что после нее хоть что-то осталось…

Я достала телефон и нашла снимки вампира из «Туриста».

— Знаешь его? — я протянула телефон, и она всмотрелась в снимок.

— Нет. Он что, мертвый?

Я проигнорировала вопрос.

— Вампиры к вам заходили?

Охотница покачала головой.

— Кармен и твой Андрей. Больше никого не было.

Где-то же вампиры ее брали? Никита говорил, вампир приехал со своими запасами. Надо позвонить и уточнить, сколько там было.

— Отдай телефон.

Я протянула трубку ее парня, а когда охотница приоткрыла дверь, спросила:

— Заехать за тобой утром? — глупо, но я хотела помочь.

— Нет, — она хлопнула дверью и скрылась в баре. — Я тебя вообще не знаю.

Я никогда не чувствовала себя своей здесь, но мне стало грустно. Ни один мир меня не принял — я везде чужая.

Я сдала задним ходом и выехала со стоянки. Несколько секунд постояла перед поворотом на Ворошиловский, решая, куда дальше и поняла, что дела на сегодня закончились.

Не могу поверить.

Глава 39

Можно сказать, я почти выспалась. Конечно, три часа — это не то, о чем я мечтала, но меня разбудил назойливый звонок телефона. Не открывая глаз, я нащупала на прикроватном столике трубку и промямлила:

— Да?

Удивительно, но чувствовала я себя не настолько паршиво, чтобы просто послать звонившего. Постоянный стресс и нервы сделали свое дело — я вошла в режим автопилота, когда и трех часов сна хватает за глаза. В конце концов, досплю вечером, если повезет.

— Привет, это Макс. Оценщик, — он замолчал, словно сейчас выход для моей реплики.

— Если ты позвонил просто потрепаться, то я не в духе…

— Помнишь, ты приносила подвеску? Я насчет нее.

— Выяснил что-то ценное? — без особой надежды уточнила я.

— Ага. И думаю, тебе надо приехать. По телефону обсуждать не хочу.

Его голос звучал странно — в нем читался подтекст. Мне бы радоваться — парень позвонил с важной информацией, дело движется, но возбужденный голос Макса только злил.

— Скоро буду, — без энтузиазма сказала я. — Куда ехать? Как раньше? К музею?

— Да нет, конечно, у меня выходной. Я не живу в музее, как ты могла подумать!

Макс объяснил, как проехать: через весь город, к черту на кулички, в новый микрорайон дешевых типовых домов. Доберусь минут за сорок, если без пробок. То-то радости с самого утра.

Я отключила телефон и пошла за крепким кофе.

По дороге я купила шаурму и съела ее в машине, заляпавшись майонезом и черт знаем чем еще. Если бы Эмиль видел, как жадно я ее ем, капая на пальто, сделал бы вид, что мы незнакомы.

Двор не был расчищен от снега. Слежавшиеся сугробы помешали припарковаться у подъезда, пришлось искать место на соседней улице, а потом возвращаться почти по щиколотку в снегу. На джинсы и ботинки налип снег. Я постучала ногами по порогу и зашла в подъезд.

Жаль, не догадалась уточнить этаж. Лифт, конечно, не работает. Значит, мне наверняка на девятый — если уж не везет, то сразу по всем фронтам. Но квартира Макса отыскалась на пятом.

Я позвонила и, заслышав приближающиеся шаги, опередила традиционный вопрос:

— Это Яна.

— Сейчас, — Макс завозился с замками и распахнул дверь. — Какой кошмар! Что случилось? Тебя машина сбила?

Он взволнованно смотрел на меня. Я уже и думать забыла, что вампирский хук во всей красе отразился на лице.

— Вампиры, Макс. Вампиры.

На кухне закипел чайник, оценщик расставил на дешевом пластиковом столе неожиданно красивые фарфоровые чашки.

Он быстро заварил душистый чай и по кухне поплыл запах трав с сильной ноткой мяты. Я села к столу и намекнула:

— Чаем я могла и дома побаловаться, — отпила и пожалела о сказанном. Такого чая у меня дома отродясь не бывало. Я уловила легкий вкус цитрусовых, мяты и, кажется, карамели.

— Ну что? Начнем? — он вздохнул с серьезным видом. — Но вообще, я привык получать вознаграждение. И еще… Я хочу заручиться поддержкой мэра. Мне не нужно остаться крайним, если дело запахнет керосином.

— Керосином? — нахмурилась я.

Макс что, наломал дров, а теперь пытается припахать нас с Эмилем и еще деньги за это получить?

— Ты сама сказала, что принесла подвеску не как частное лицо, а от имени мэра. И я такое раскопал, что мне может понадобиться защита, вдруг что. Ты согласна? Повторю, я просто не хочу быть крайним.

— Не будешь, — раздраженно ответила я. — Крайней всегда остаюсь я.

Макс невесело усмехнулся, словно понял, что я пошутила только отчасти.

— Обещаю, мы тебя прикроем.

Он успокоился и даже улыбнулся поверх чашки со своим чудесным чаем.

— Тогда приступим. Подвеска эта не выходила у меня из головы — в магазине такого не купишь, согласна? Явно заказ.

— Ну, — буркнула я. Об этом он и в прошлый раз сказал.

— В общем, поспрашивал я людей… и нелюдей тоже, никто ли не знает такого кулона. Оказалось, видели такой лет десять назад у одной весьма известной леди в городе, — Макс наклонился через стол, пристально глядя мне в глаза и еле слышно выдохнул. — У Оксаны Голубевой.

Ну же, говорил его взгляд, я достал тебе имя. Но в этом взгляде было что-то большее, чем просто триумф — Макс просто на взводе. Как будто это имя что-то значило, что-то должно сказать мне, но я ни черта не поняла.

Скорее всего, я только что услышала имя первой жертвы. И?

— И? — повторила я свои мысли. Да, их у меня немного.

Макс резко откинулся на спинку стула, будто отпрянул.

— Ты шутишь? Голубева! Дочь бывшего мэра города, которого ты грохнула осенью!

У меня похолодело под ложечкой.

— Ты серьезно? — спросила я. — Не знала, что у него есть дочь.

И тут осеклась. Все я знала. Сама читала список: Виолетта, жена стояла первой строчкой, Оксана, дочь, второй…

— Макс, ты, наверное, ошибся, — с облегчением вздохнула я. — Это однофамилица.

— С чего ты взяла?

— Дочь мэра сейчас маленькая девочка. Виолетта, его жена, выглядит младше меня, не могло у них быть ребенка, которому десять лет назад делали украшения на заказ!

— Оксана Голубева — дочь мэра от первого брака.

Я прижала забинтованную ладонь ко лбу.

— Фотография есть?

— Прости, — Макс развел руками. — Это еще не все…

Давай, добей меня. У меня и так мозги не варят.

— В общем, когда я понял, что она вампирша, решил пошуршать в архиве. Был у нас тут ювелир, который обслуживал вампиров…

— Да, знаю я! Он сбежал из города сразу, как Эмиль стал мэром. Откуда у тебя его бумаги?

— Взял в архиве, вампиры туда свезли все его барахло… Пофлиртовал с девчонкой, цветы ей купил, она меня пустила…

Это он про Ольгу, вдруг поняла я. Не знала, что она такая падкая на примитив с цветами.

— Постой, — сказала я. — Кто тебе сказал, что это дочь мэра? Походил, поспрашивал — у кого?

— Это конфиденциальная информация, — заюлил Макс. — Ты же понимаешь…

— Кто тебе сказал?! — гаркнула я.

Макс стух.

— Обещай, что заплатишь, если скажу…

Я пошарила по карманам и положила на стол свою заначку на бензин.

— Потом еще дам. Кто тебе сказал?

— Да никто, — Макс понурил голову, как будто меня стеснялся. — В интернете посмотрел. Там форум есть, на котором вампы собираются, там и спросил… Некоторые вспомнили, что у Оксаны Голубевой такой кулон был, когда она еще тут жила… Давно уже уехала отсюда.

— Адрес! — грозно сказала я.

Макс ушел записывать адрес, пока я пялилась в незримую точку на полу.

Хоть бы какая собака словом обмолвилась, что у мэра взрослая дочь! И где она была, пока мы с Эмилем громили дом ее отца? Где жила и почему решила вернуться в город — из-за убийства? Виолетта даже не намекнула на падчерицу!

И теперь эта девчонка всплыла за «Фантомом». Скорее всего, она.

Черт бы все побрал.

Я сжала кулаки, на бинтах снова проступила кровь. Одно дело — убитая охотница, совсем другое — дочь бывшего мэра. Это настолько не укладывалось в старую схему, что я растерялась. С чего я вообще взяла, что первая жертва охотница? Только из-за Маринки. Скажем так, это даже не косвенная улика, а вообще пшик.

Я почувствовала себя смертельно уставшей. Даже раздавленной.

— Ты ее видел? Сможешь описать? — спросила я, когда Макс вернулся с клочком бумаги. Записку я сунула в карман.

— Ты что? Где бы я ее видел!

— Как всегда самого ценного у тебя нет! — разозлилась я.

— Что значит — как всегда? — обиделся Макс.

Почему никто о ней не сказал, когда они отправляли меня убить мэра? Никто не сказал. Эмиль молчал, когда передавал мне цепочку с фотографиями. Играл? Вряд ли. Скорее всего, он сам ничего не знает об Оксане.

Меня обожгло воспоминание — я показываю подвеску Андрею. Он распсиховался и отшвырнул цепочку. Он узнал ее. И промолчал.

Я почти физически почувствовала, как на горле затягивается петля. Я должна снова с ним поговорить, прямо сейчас.

— А, так что там с архивом? — вспомнила я уже на пороге. — Нашел что-то интересное?

— Ничего особенно. Откопал бланк заказа — эскиз там был, так что точно речь шла про этот кулон.

— Кто заказчик?

— Не знаю. Но не она. Какой-то Ремисов.

Пол покачнулся под ногами и я схватилась за косяк.

— Спасибо, Макс. И за чай тоже.

Я неслась по городу обратно к дому Эмиля, стараясь ни о чем не думать. Я спешила задать вопросы Андрею и не могла понять одну маленькую деталь.

Я не понимала, как в это влезла Марина.

На кого она охотилась?

Кто охотился на нее?

Глава 40

Сколько времени прошло? Часов пять от силы, а я снова сижу перед Андреем и смотрю на него совсем другими глазами. Он понял, почему я пришла — старый друг больше не улыбался.

— Скажи правду, почему ты здесь? Почему подчинился Эмилю?

Я еще надеялась, что это недоразумение, но страх холодил нутро. Я вляпалась — глупо, жестоко и безнадежно, потому что Андрей меня обманул.

— Скажи правду, — повторила я и выложила на стол фотографию девушки из «Фантома», как козырную карту. — Это Оксана Голубева?

Андрей мельком взглянул:

— Нет.

Значит, я ошиблась. Она еще жива.

Я по глазам видела — можно расшибиться в лепешку, но откровенничать он не станет. Замкнулся, как та охотница из бара, не пожелавшая раскрыть свои тайны. Но мне нужно знать… Охотник должен видеть, куда стреляет, иначе промахнется.

Угрожать ему бесполезно.

Шантажировать нечем.

Действовать напролом было нельзя, и я решила воззвать к его лучшей стороне.

— Мы друзья?

После долгой паузы вопрос прозвучал странно.

Андрей поднял глаза. Я увидела тонкую сеточку сосудов на белках. Суженные зрачки смотрели устало и равнодушно.

— Чего ты от меня хочешь? — наконец спросил он.

Мой вопрос остался без ответа.

Рука автоматически скользнула во внутренний карман пальто и, намотав на палец цепочку, я вытащила кулон Оксаны. Я поняла, когда наши отношения затрещали впервые — в тот момент, когда я показала ему этот злополучный лавровый лист.

Он узнал его, распсиховался, и… Предложил мне его надеть. Подарил после нее.

— Ты узнал кулон и сразу ушел, помнишь? У охотников купил кровь, много, потому что отходил ты страшно. Где был потом и что делал, я не знаю, но после все развалилось к черту. Ты пошел в разнос. Я знаю, что Эмиль лжет, и ты никого не убивал, но какое-то отношение к вампирским жертвам ты имеешь.

Я замолчала, наблюдая за реакцией. Андрей внимательно слушал, на лице даже мускул не дрогнул.

— Ты просто сэкономь мне время и скажи, как есть. С твоей помощью или без, я найду этих вампиров, всех до единого. Ты знаешь, я упорная. Не надо их покрывать.

— Я никого не покрываю.

— Тогда скажи, ты знал Оксану Голубеву? Как ты узнал цепочку?

— Я подарил ей лавр, — признался Андрей и неожиданно засадил по столу кулаком. — А она отдала его сраной охотнице! Дрянь!

Цепочка слабо звякнула, подпрыгнув от удара. В приступе злости Андрей отшвырнул ее на пол.

— Гнилая семейка, — добавил он, словно оправдываясь. — Я не думал, что Оксана вернется. Ее здесь долго не было. А на снимке, скорее всего, охотница на побегушках, которая стала ей не нужна.

— Когда она приехала?

— А ты угадай, — невесело усмехнулся Андрей.

— Две недели назад? Ты встречался с ней? Как ты ее нашел?

— А чего ее искать? Я просто пошел в «Фантом» и подождал рядом с запасным выходом. Единственное достаточно надежное место, чтобы перекантоваться днем. На закате один из ее вампирчиков появился.

— Черт, — с чувством сказала я.

Андрей заинтересованно посмотрел на мою раздосадованную морду.

— Я была в «Фантоме». Кажется, видела этого вампирчика.

— Ты говорила про «Турист», — напомнил Андрей.

— Сначала был «Фантом».

— И? — надавил Андрей.

Я поняла, что он не знает, чем закончилась история, но в подробности вдаваться не хотелось.

— Он застрелился, — коротко сообщила я. — Что произошло? Умоляю, скажи. Я… Я прикрою тебя от Эмиля, — решилась я. — Что бы там ни было, обещаю.

Андрей остолбенел, а затем коротко рассмеялся.

— Ты думаешь, я его боюсь?

— А кого боишься? Свою бывшую? Чего ты здесь сидишь тогда?

— Себя я боюсь, — отрезал он. — Я, кажется, тебе говорил, что случается с вампирами, которые слетают с катушек? Их пускают в расход… А мне жить хочется. Пока еще.

— А при чем здесь ты?

— Хочешь знать? — Андрей перестал улыбаться и отвел глаза. — Знаешь, почему я бросил много лет назад? Я крепко подсел, так, что мне нужна была кровь каждую ночь — меня без нее мощно ломало. И так получилось, что однажды я не смог ее вовремя достать… Меня ранили, я был один, ну, и так получилось…

— Ты кого-то убил? — напряглась я.

Он долго молчал, перевел дух — да что он мнется, как девица, когда я на пороге обморока?

— Напал. Это был случайный человек, просто не вовремя подвернулся. Я его не убил, но это только везение. Ко мне разум вернулся раньше, чем у него закончилась кровь.

— Кто тебя ранил?

— Неважно. Просто схватка за место у руля.

— Ты участвовал в драках за власть? — нахмурилась я. То, что я про него узнавала, решительно не вязалось с тем, каким я видела его раньше.

— Больше я ни в чем не участвую. Это добровольный выбор. Не хочу начать убивать направо и налево из-за случайного стечения обстоятельств. Лучше я здесь посижу. Мне снова надо слезть…

Я долго переваривала сказанное… Вспомнила, как он предупредил, что опасен во время ломки. Но меня же он не съел, верно?

— Ты отлично себя контролируешь, — я подняла глаза. — Ты меня отпустил.

— Лучше спроси, отпустил бы, если бы тебя не знал, — буркнул он. — Я понял, что Оксана в городе, когда ты показала цепочку. Пойти к ней не под дозой — чистое самоубийство, от папаши она не далеко ушла. И Оксана никогда не путешествует одна. С ней обязательно будет с десяток народа — и вампиров, и охотников. Расстались мы тогда не очень хорошо, так что пришлось снова попробовать крови.

— И зачем она приехала? Чего хочет?

— Спрашивала про тебя. Хотела знать, что за охотница освободила место новому мэру. Эмиль тоже ее интересовал.

Я вспомнила планы зданий, которые нашла в «Туристе». А ведь все верно. Оксана укрыла в «Фантоме» одного из своих, для этого ей понадобилась подробная карта клуба. Она прислала к Андрею своего помощника, но все что смогла узнать обо мне — номер школы, в которой я работаю. Так появился план школы, а затем ее подожгли.

В конце концов, она спросила обо мне лично.

— Что ты ей рассказал?

— Ничего. Ее это так взбесило. Она охотников ненавидит.

— Приятно слышать.

Затем появился план дома Эмиля. Может, планы появлялись в другой последовательности, но смысл такой.

— Она мстить вернулась, да? — спросила я.

— А что, не похоже? — усмехнулся Андрей.

Для меня — нет. Черт побери, если бы я решила отомстить Эмилю за отца, я бы не стала «мстить» охотникам, до которых дела Эмилю нету, я бы нашпиговала полную обойму патронов и пошла разбираться лично.

— Сколько с ней вампиров?

— Когда мы встретились, с ней было двое — один тот, из «Фантома», другого я раньше не видел.

— Не он на тех фотографиях, что я показывала?

— Нет.

Я прикусила губу. Значит их еще минимум двое. Если не больше.

Андрей словно прочел мои мысли.

— Оксана любит быть в компании. Но в разумных пределах — толпу в городе не спрячешь.

— Только не у нас.

Шайка вампиров уже две недели наводят тут порядки, а я гонялась за призрачным убийцей. Почему они не перешли к открытым действиям? Ладно, сначала они собирали информацию. Но потом?

— Если это месть, что они хотят? — спросила я. — Ты хорошо знаешь Оксану? Можешь объяснить ее действия?

Андрей вдруг заулыбался прежней улыбкой — открытой и загадочной одновременно.

— Объяснить поступки Оксаны… Она сама их объяснить не может. Даже не проси предугадать ее следующий шаг.

— Зачем ты с ней встретился?

— Попросил уехать по-хорошему.

— Ты ведь и с Виолеттой общался, верно? — вспомнила я. — Мачехой Оксаны. Андрей, чем ты раньше занимался? Зачем так близко общался, — хмыкнула я, — с гнилой семейкой, если у тебя с ними были проблемы?

— Это мое личное дело. Тебя это не касается.

Андрей перестал улыбаться, и я поняла, что здесь давить бессмысленно. Он всегда неохотно говорил о двух вещах: о своих информаторах и своем прошлом. Был вопрос поважнее.

— Где она сейчас?

— Не знаю. Оксана не настолько мне доверяет, чтобы водить домой.

— Я все равно ее найду.

Андрей резко отвернулся. Я не смогла определить, что он чувствует, но чувства, судя по оскаленному профилю, были нешуточные.

Он не хотел, чтобы я ее искала.

— Я не сказал Оксане, где ты, хотя мог привести к твоему дому. Когда я сказал, что не сделаю этого, она на меня смотрела точно так же, как ты сейчас, — Андрей скрипнул зубами и повернулся ко мне. — Я не хотел, чтобы она тебя убила или покалечила. Мы же друзья?

Я посчитала, что вопрос не риторический и ответила:

— Да.

— Тогда не трогай ее, когда найдешь. Можешь перебить ее компанию, только окажи услугу, выгони ее из города. Оксана трусиха. Она уберется, если проиграет.

— И ты в это веришь?

— Я это знаю.

— А если она вернется через год-другой, удвоив силы? Андрей, она убила мою подругу.

— Очнись, Кармен! Ее наняла Оксана! Твоя охотница тебя предала!

— Это она тебе сказала?

— Вы были из одной группы. Когда ее охотницы собрали информацию и перестали быть ей нужными, она пустила их в расход. Это жизнь, Кармен.

Я медленно переваривала сказанное. Андрей понял, что сказал что-то не то и бросил:

— Извини.

Я не поняла, за что точно он извинился. Я вспоминала, как Марина снова появилась в моей жизни. Она позвонила и хотела встретиться. Маринка ходила в бар, представлялась мною и собирала информацию о городе, обо мне, об Эмиле. Она покупала кровь, всю, что была в баре.

Они обе это делали. И все что узнавали, старательно доносили Оксане.

Потом одна оказалась за «Фантомом», другая в той квартире. Наверное, девчонки жили вместе, снимали жилье.

Сколько им платила Оксана? Вряд ли много. Охотники хватаются за любую работу.

Но не такую же?

— Кармен? — позвал меня Андрей.

— Не называй меня так.

Правая охотница, верная подруга. Продала меня без сомнений и так задешево. Я что, не стою больше?

— Я не хочу, чтобы случилось непоправимое, — сказал Андрей. — Я прошу тебя — брось, забудь. Вам лучше не встречаться.

— Чтобы Оксана убила Эмиля и все успокоились?

— Она не сможет. Поймет, что попытка провалилась и сбежит. Она такая. Я прошу, не трогай ее, ладно?

— Я думала, ты мне друг, — я встала.

— Так и есть. Ее я просил о том же самом. Кармен! — позвал Андрей, когда понял, что я ухожу.

— Отвяжись!

Я вышла в коридор и устало прислонилась к двери. Ненужная теперь цепочка осталась в комнате. Пусть достанется Андрею, как утешительный приз.

Я сбежала из страха. Просто задала себе вопрос: что будет, когда Андрею надоест меня уговаривать? Бросится и перегрызет мне горло? Не такой уж фантастический вариант.

Только одна мелочь в него не вписывалась: Андрей, кажется, в меня влюблен. Или я снова наделяю вампиров человеческими эмоциями?

Глава 41

Эмиль перехватил меня на полпути к выходу. Я уже забыла, что должна перед ним отчитываться. Он довольно грубо напомнил, сильно сжав мою руку.

— Эмиль, я тебя умоляю, не сейчас!

Все что мне хотелось — поехать домой и привести в порядок скачущие мысли. Эмиль не вписывался в эти планы.

— Пойдем наверх, — без компромиссов заявил он.

— Не могу, — призналась я. — Если хочешь поговорить, выходи на улицу. Мне надо подышать.

— Что случилось?

— Расскажу, если пойдешь.

Мы вышли на крыльцо. Я натянула капюшон до самых глаз и сунула кисти в рукава. С губ срывался пар, но вроде не очень холодно — Эмиль стоял в пиджаке и не ежился, а я мерзла в теплом пальто. А, точно, он же под дозой.

— Рассказывай, — негромко сказал Эмиль.

— Я выяснила, кто действует. Оксана Голубева, дочь мэра. Приехала мстить. С ней несколько вампиров. Все три жертвы — охотники, которые работали на нее.

Получилось неэмоционально и сжато — в несколько строчек я уместила все, что узнала. Эмиль озадаченно склонил голову, о чем-то размышляя. Об Оксане, наверное.

— Дело сделано, Эмиль, — добавила я. — Осталось ее найти.

— То есть, — негромко сказал он. — Осталось то, что и нужно было сделать с самого начала?

Я не смогла поспорить.

— Теперь это будет куда проще. Я знаю, что делать.

— Рад слышать.

— Почему ты злишься? Я сделала что-то не так?

Я спросила спокойным тоном, и Эмиль чуть сбавил обороты.

— Ты это не выдумала, надеюсь?

Он не верил на слово. Видимо, требовалось предоставить какие-то улики или доказательства, но я просто пожала плечами в ответ.

— Это правда. А теперь, если ты не возражаешь, — я сделала недвусмысленный жест в сторону ворот, за которыми остался мой «мерседес». — Кстати, я бы на твоем месте проверила охрану. Всех, кто работал при прежнем мэре — гнать к черту.

— Я давно это сделал, — успокоил меня Эмиль. — Пока можешь отдохнуть, но до темноты жду тебя здесь. Надо все обсудить.

Я устало намотала шарф вокруг шеи, шутливо козырнула, и побрела к машине.

Квартира встретила звенящей тишиной. Я даже замерла на пороге, впервые осознав, что живу одна. С тяжелым вздохом сняла пальто и бросила на вешалку. Одна и одна. Зато можно разбросать сапоги по углам или оставить грязную посуду в раковине. Это, конечно, не спасет от кошмаров, но тоже плюс.

Гнетущая тишина всегда меня пугала. Чем тише, тем сильнее я прислушиваюсь, вздрагиваю даже от шороха. Наверное, потому, что я охотница — охотники и тишина несовместимы. Или это банальный невроз.

На кухонном столе осталась недопитая кружка кофе, и я отхлебнула, глядя в окно. Ворошиловский дышал выхлопными газами, вереница машин навевала тоску — пробки.

Эмиль предложил отдохнуть… Сегодня цветов у входной двери я не нашла, так что можно спать спокойно — пока все еще живы. Но я села к столу и пододвинула к себе открытый блокнот. «Софья». Я собиралась поговорить с ней про Андрея, она жила в городе достаточно долго, чтобы его помнить.

Но сначала вампирский форум. Я притащила свой ноутбук и, ни на что не надеясь, оставила сообщение: «Кто-нибудь знает Андрея Ремисова?». Ну все, теперь можно ехать.

Софья жила в уютном и по виду дорогом домике.

Она открыла не сразу, в бархатном красном халате до пят, поверх тонкой ночнушки, и я решила, что подняла ее с постели, но сонной она не выглядела. Немолодая, носатая, белокурая, она была похожа на балерину, вышедшую в тираж.

— Охотница? — сразу узнала она.

— Есть разговор, — я вбила ботинок между косяком и дверью, уже зная, как она спроваживает незваных гостей. — Я могу войти? Это безумно важно.

Подумав, она все-таки впустила и отвела меня в просторную гостиную. Обстановка была ей под стать: беспощадный пафосный шик. Тяжелые коричневые портьеры и низкий диванчик такого же цвета прямо перед окном. Засаленную обивку украшал затейливый золотистый узор. В углу стоял сервант под старину — пузатый и на гнутых ножках.

Софья упала на диван, вольготно раскинув руки на спинке, и пригласила меня присесть. Я осторожно опустилась в кресло напротив. На журнальном столике между нами стояла тяжелая хрустальная пепельница, доверху забитая окурками.

Только мы устроились, как вампирша схватила пачку и красиво раскурила длинную коричневую сигаретку. По комнате поплыл вкусный дымок. Курила она артистично: держала сигарету между пальцами у самой ладони и когда затягивалась, закрывала нижнюю часть лица. Выглядело это театрально, но не наиграно. На бледной коже контрастно выделялись острые ногти, покрытые ярко-красным лаком.

— О чем вы хотели поговорить?

«Вы». Я сразу это отметила — вампиры редко так обращаются к тем, кого не уважают.

— Об Андрее Ремисове.

Софья закашлялась своим вкусным дымом. Я подождала, пока она отплюется и разгонит клубы ладонью.

— Что вас интересует? — голос прозвучал равнодушно, словно я вскользь спросила о пустяке. Ну-ну.

Можно сразу вывалить вопросы, но она не расколется. Действовать нужно осторожно, увести разговор в сторону.

— Сколько вы его знаете?

— Достаточно.

Достаточно для чего? Но спросила я про другое.

— Сколько он здесь живет?

— Давно… Очень давно. А к чему вопросы?

— Мэр города просил про него разузнать, — соврала я.

Софья усмехнулась и словно бы расслабилась.

— Почему господин мэр не спросит его лично? — она улыбнулась шире. — Боится узнать ответы? Спрашивай, девочка. Скрывать мне нечего.

Я не была в этом так уверена, но нацепила дружелюбную улыбку и сделала вид, что верю ей.

— Чем он занимался раньше? Кем был?

— Позволь угадать, ты спрашивала о нем кого-то еще и никто не ответил?

Я только сейчас заметила, как легко и непринужденно она перешла на «ты». Она больше меня не боялась… Черт, да она же поняла, что я действую по распоряжению мэра и видно решила, что я неопасная «шестерка». А пока думала, что это интерес независимой, но вредной охотницы — боялась. Без Эмиля я страшнее, чем с ним? Поразмыслив, я поняла, что пока я под его итальянским ботинком, от меня знают, чего ждать, а независимая — это непредсказуемая и оттого пугающая…

Пока я молчала, Софья продолжила.

— Со сменой власти многие уходят. Кто-то уедет, кто-то не переживет. Вампиры не живут подолгу на одном месте…

— А вы почему живете? — резонно поинтересовалась я, припомнив, что Софья, вообще-то, одна из старейших жительниц города.

— Я лояльна к каждому хозяина города. Ни во что не вмешиваюсь, никого не интересую. А есть вампиры слишком сильные, чтобы диктовать им условия.

— Как Андрей, — кивнула я. — Почему же он не взял город в свои руки? Сил бы хватило…

— Это я тебе сказать не могу… Постой, покажу кое-что.

Она плавно встала, порылась в серванте и вернулась с фотоальбомом. Его она умостила на коленях и медленно перелистывала, пока не нашла что-то, с ее точки зрения, интересное и после этого передала альбом мне.

— Взгляни.

Ну-да, это был Андрей… Полубоком, он не смотрел в кадр, но я его узнала. Выглядел он… импозантно. Я приподняла брови, не поверив глазам: на нем был отличный черный костюм, стрижка приличная, а не то, что на голове сейчас, и никакого бесящего шарфа. Рядом стояла темноволосая девушка, но тоже смотрела в сторону. Зато она держалась за лацкан его пиджака, а это что-то личное. Посторонних не щупаешь за одежду не глядя им в глаза. В кадре были и другие вампиры, но в центре Андрей и эта девушка.

— Обалдеть, — сказала я, и Софья снисходительно приподняла бровь. В этом доме таких слов не звучало с тех пор, как заложили первый камень. — А что с ним потом случилось?

Судя по платью его спутницы и прическе, фотографии лет пятнадцать.

— Кто знает. Время меняет не только людей.

— Где снимали? — я постучала по фото ногтем.

— В загородном клубе. Был один здесь популярным… Но кажется его закрыли и теперь там санаторий.

— Обычно бывает наоборот, — пробормотала я. — Санаторий закрывают, а на его месте открывают клуб… Выгоднее.

Софья пожала плечами и улыбнулась, предлагая самой угадывать, что там стряслось. Знаете, за что я не люблю вампиров? Конечно, помимо других их недостатков… После разговора с ними вопросов всегда больше, чем ответов.

— А кто это с ним рядом?

— Его невеста, — удивилась она, словно я обязана знать такие вещи.

Невеста. Не жена.

— И что случилось? — требовательно спросила я, готовая закидать Софью вопросами.

— Не знаю. Я же сказала: я лояльна к властям, не задаю вопросов, ни во не вмешиваюсь, никем не интересуюсь… Потому так долго и благополучно здесь живу.

И не подкопаешься.

— Оксана Голубева? — прямо спросила я, и Софья застыла на выдохе, изо рта медленно выползал дым, как из пасти огнедышащего дракона.

— Да, она…

Софья раскашлялась, а я прильнула к фото, рассматривая девушку: мало того, что смотрит в сторону еще и пол-лица закрыто волосами. Все, что я могла о ней сказать: высокая, худощавая и темноволосая.

— Я могу взять фото?

— Разумеется, нет, — она деликатно, но твердо забрала альбом. — Это единственный снимок. Прости, но думаю, тебе пора. Больше ничего не скажу.

Ну и зачем он ей? Ладно, вдруг она тайно влюблена в Андрея и любуется на него вечерами. Поблагодарив за беседу, я откланялась в глубокой задумчивости.

Софья явно что-то знает, но боится говорить. Может, там и нет никакой особой тайны: встречались-расстались, она уехала, он спился — мало ли таких историй. Но что-то меня грызло. Я упускала нечто, лежащее на самом виду.

И никак не могла понять — верить Андрею или нет, разрази гром этих вампиров.

Кто же он такой, черт возьми?!

Глава 42

На сообщение мне так никто и не ответил, хотя просмотры были. Я раздраженно сдернула перчатки и сняла пальто — к ноутбуку я ломанулась прямо с порога, надеясь хоть на крохи новостей.

Эта стена молчания вокруг Андрея просто убивала.

Все что я знала — он встречался с убийцей. Блин! Не могу поверить, что это про него!

Надо кофе сварить. Может, это меня успокоит. Вместо пакета кофейных зерен я достала из шкафа чай — у меня не такой, как у Макса, но сойдет. Банка выпала из рук, и заварка рассыпалась по полу. Где мне искать эту Оксану? Я слепо пялилась на разлетевшиеся чаинки и злилась: из-за бардака, Андрея, всех проблем, в которые меня втравил ненаглядный бывший муж. Сидел бы в своем рекламном агентстве, чего его во власть понесло?

Самое хреновое — Оксана здесь не одна. Андрей сказал: она любит компанию. Я попыталась подсчитать, сколько опасных вампиров бродит по городу.

Сколько нужно вампиру в сутки? Эмилю хватило миллилитров двести, но он не был подсевшим. Я помню, Андрей говорил — чем дольше пьешь, тем меньше долбит. Они вынуждены увеличивать дозу, но я не знала, до какого предела.

Пусть будет пол-литра для грубых подсчетов, даже так результаты ошеломляли.

Только в баре они брали такой объем — не считая трех обескровленных трупов. Это уже дает шестерых. А если они не все подсевшие? Если добывали кровь где-то еще? Если трупов было больше? Если им нужно меньше крови? Количество вампиров при таких допущениях росло в геометрической прогрессии.

Вполне возможно, здесь бегает целая стая. Большая опасная стая.

Это не считая охотников, которых Оксана привезла с собой или пыталась нанять здесь.

Марина никогда не ездила одна, и я вспомнила, как меня удивил ответ Ольги: охотница зарегистрировалась без сопровождающих. Скорее всего, Маринка приехала в город с Оксаной. Она была единственной охотницей в группе, поэтому зарегистрировалась одна.

Остальных Оксана нанимала уже здесь, либо они приехали в город позже.

Один из ее вампиров въехал в город официально и поселился в «Туристе», остальные предпочли перемещаться скрытно и я их понимаю. Все выглядит логично. Нужно проверить охотников, посетивших город за последний месяц, кто-то из них может быть связан с Оксаной.

Кажется, я просила Ольгу о чем-то таком, но она так и не перезвонила.

Сначала я набрала номер архива, но трубку никто не взял, а мобильный оказался недоступен.

Дозвониться я так и не смогла и около шести вечера засобиралась к Ольге.

За день меня никто не побеспокоил и к вечеру я начала успокаиваться. Последние дни я жила на адреналине, и сейчас настроилась, будто собираюсь навестить подружку. В общем, так оно и было, но оружие я с собой взяла — на всякий случай.

Чудеса начались сразу, как я вышла за дверь.

На лестничной площадке царило необычное оживление — мои соседи с пятого этажа пытались втащить наверх елку.

— С наступающим, — не очень любезно буркнул сосед.

Вот в чем дело. Сегодня тридцать первое декабря, а я упустила из виду.

— Вас так же, — автоматически ответила я.

Измученный приближающимися праздниками сосед даже не улыбнулся.

Лестница усыпана иголками и веточками, весь подъезд пропитался запахом хвои. Я сбежала вниз, размышляя о тщетности бытия и прочих глупостях, которые почему-то приходят в голову в канун Нового года.

Дорога оказалась забита вечерними пробками. У некоторых машин из салонов торчали елочные макушки, люди вели себя крайне агрессивно: суета набирала обороты.

Я не большая поклонница праздников, но чувствовала досаду от того, что мне не светит ничего, кроме вампиров, пока остальные будут расслабляться. Развлечения как всегда проходили мимо.

В Ольгином дворе ситуация не лучше: те, кто успел пробиться до пробок выгружали сумки и елки — вся парковка забита. Пришлось оставить «мерседес» за домом, а потом обходить дом.

Запах снега и хвои успокаивал, я даже немного расслабилась, пока шла к подъезду по припорошенной дорожке.

Погода отличная: безветрие и мягкий холод. Мрачноватые тучи намекали на скорый снег. Сумерки густели, и я слегка обеспокоилась — я ведь обещала заехать к бывшему до темноты. Ладно, подождет, я быстро. Кстати, не устроить ли себе пару выходных? Эмиль тоже ведь не будет вкалывать в новогоднюю ночь. Кому нужен этот трудовой подвиг?

Можно пригласить Ольгу и оторваться где-нибудь в клубе. Или пропустить пару стаканчиков дома и потрепаться за жизнь. Радуясь неожиданным планам, я поднялась на второй этаж и позвонила.

Точка глазка потемнела, и я приветливо улыбнулась — Ольга была дома.

Но когда дверь распахнулась, вместо Ольги на пороге стояла незнакомая женщина. Одета по-уличному: в короткой песцовой шубе, с шарфом на голове.

Я не в ту квартиру позвонила?

— Ольга дома? — промямлила я от неожиданности.

— Вы к Ольге? — переспросила женщина.

— Я ее подруга.

— А я родственница. Ольга вышла ненадолго. Проходите, она скоро вернется.

Кажется, насчет новогоднего вечера у Ольги свои планы.

Я вошла и огляделась. Женщина закрыла дверь с легчайшим щелчком. То ли от удивления — я не ожидала у Ольги никого застать, то ли была какая-то неестественность в ситуации, но я почувствовала себя не в своей тарелке.

— Только вошла — и тут вы, — пояснила тетка, расстегивая шубку.

Я обратила внимание, что в прихожей пыльно и не пахнет хвоей, хотя Ольга всегда приносила домой несколько еловых лап.

— Ольга скоро вернется?

— Через несколько минут.

Женщина была старше меня и постоянно улыбалась, но скромно, не размыкая губ. Неудобно спрашивать, кем она приходится Ольге. Скорее всего — приезжая, в этом городе у Ольги родственников нет, кроме бывшего мужа. Может, она из его родни?

— На праздники приехали? — бросила я пробный камень.

— Погостить, — подтвердила она мои догадки.

Женщина убрала шубку в шкаф и кивнула на мое пальто.

— Вы не будете раздеваться?

Я замешкалась. Поверх свитера на мне надета кобура, и я не хотела ею светить.

Женщина удивленно приподняла брови.

— А как вас зовут? — опомнилась я. — Вы не представились.

Я поняла, что меня встревожило — родственница Ольги никак не прореагировала на мое расписанное синяками лицо. Словно это в порядке вещей — когда к Ольге приходят избитые подруги.

— Она давно ушла? — не очень вежливо спросила я.

Женщина бросила взгляд поверх меня и внезапно оскалилась. Кожей на затылке я ощутила движение сзади, и мое горло захлестнула удавка.

Дыхание перехватило от резкого рывка. Все произошло так быстро, что я не поняла, как мои ладони вцепились в веревку. Они просто оказались там — большими пальцами между шеей и удавкой. Воздух еще понемножку сочился.

Еще один рывок и стянуло пальцы. Воздух кончился.

Из коридора меня вдернули в комнату. Мелькнуло сожаление, что я не успела расстегнуть пальто. Пистолет уже бесполезен. Пыталась вдохнуть, ослабить удавку, но пальцы оказались притянуты к горлу. Я дергалась, извивалась всем телом и пыталась вдохнуть, но диафрагма болезненно и бестолково агонизировала.

В ушах шумело, а в глазах начало темнеть. Я еще видела перед собой, но периферия зрения мутнела. Сквозь серую дымку я видела вампиршу, улыбающуюся Оксану, и было обидно так умирать.

Темнота сгустилась внезапно, а шум в ушах достиг критического звона.

Кажется, я задохнулась.

Глава 43

Первой вернулась боль. Ошметки тумана плавали перед глазами, но кажется, я дышала. Я не могла сосредоточится на движениях грудной клетки и щекочущем ноздри воздухе, но я не умерла. Отличная новость.

Когда я открыла глаза, то не поняла, что вижу. Кривая восьмерка с гипертрофированными петлями. Что это? Она состояла из черных завитков на рыжем фоне и была прямо перед глазами. Мне понадобилось несколько секунд, чтобы сообразить, что я лежу лицом на ковре.

Пол, лишь немного им смягченный, жестко давил на скулу. Я приподняла голову и потерла щеку, морщась от боли. На коже глубоко и рельефно отпечатался ворс.

В комнате стоял полумрак. На белой стене окно выглядело темным провалом — уже стемнело, но откуда-то выбивался слабый свет. С кухни?

Я оглянулась и увидела вампира. Он стоял ко мне боком и целился из моего пистолета в Ольгину вазу.

— Где Ольга? — я раскашлялась.

Говорить оказалось больно. Кашлять тоже.

Вампир опустил руки и оглянулся.

— Что? Что ты сказала? Повтори.

На месте родного голоса обнаружился сиплый хрип. Даже вампиры не понимают.

Он смотрел на меня. Встать я не могла — пока, по крайней мере, а задирать голову больно. Я остановила взгляд на уровне пояса — прямо на блестящей пряжке черного кожаного ремня, продетого в серые джинсы.

Пистолет вампир свободно держал у правого бедра.

— Ты Кармен, да? — спросил он. — Классный ствол.

Эти вампиры сначала душили, а потом спрашивали имя. Было от чего охренеть. Я аккуратно опустила голову на ковер.

Я им зачем-то нужна. Для каких-то колоссальных планов, как выразился их приятель из «Туриста».

А еще я чуть не сдохла по собственной глупости. Охотники кончают глупо или мучительно, геройской смерти у нас не бывает.

Вампир не стал добиваться ответа и оставил меня в покое.

Из коридора послышался неторопливый стук каблуков и я приподнялась. Врага надо видеть, а не встречать лицом в пол.

В проеме двери появилась Оксана с нежной, приветливой улыбкой. В руках она держала шарф, теребя пушистый кончик.

Я впервые смогла рассмотреть дочь мэра как следует. Экзотичная внешность, но не отталкивающая: узкое, треугольное лицо, темные глаза. Оксана оказалась симпатичной вампиршей.

Семейное сходство прослеживалось — со скидкой на возраст и пол. Самой выдающейся чертой оказались длинные шикарные волосы — каштановые, но немного светлее моих.

Бросив шарф, она подошла, внимательно глядя своими глазами-угольками мне в лицо.

— Очнулась, охотница? — она уселась в кресло напротив, закинув ногу на ногу.

Вампир оказался за спиной, и я не видела, что он делает. Знаю, не стоит отворачиваться от вампира с удавкой и пистолетом, но командует здесь Оксана, а не он. К тому же…

— Оставь придурочную вазу в покое, — отчеканила Оксана.

Я так и знаю, что он продолжает забавляться.

Оксана оценивающе разглядывала меня и, судя по выражению лица, я ей не нравилась.

— Какая-то ты неживая, — заключила она. — Я представляла тебя бодрее. Кто тебе по морде съездил?

Я решила не распространяться, раз она не знает, кто.

— Чего молчишь?

— Может, это не она? — предположил вампир.

— Она. Боится, наверное. Ты нас боишься?

Я не знала, что отвечать на эти дурацкие вопросы. Я вообще не знала, как себя вести.

— Жвачку хочешь? Мы нашли у тебя «Дирол».

Я запустила руки в пустые карманы: ни ключей, ни телефона. Все вещи вытащили, разве что горстка мелочи осталась. Это наводило на нехорошие мысли.

Хреново. Очень плохой расклад. Не знаю, какой еще эпитет подобрать к этой ситуации.

— Нет? Ну, расскажи тогда, где твой муж?

Повисла многозначительная пауза. Они чего-то ждали от меня, но я молчала и разочаровывала их. Я чувствовала, как злится Оксана.

— Бывший, — я обрела голос и он прозвучал неожиданно твердо.

Они даже разобрали, что я сказала. Но было больно.

Оксана сложила руки на тощих коленках, я почувствовала, как она злится.

— Зачем он тебе? — негромко спросила я, гадая, что втиснуть в разговор, не выдавая Эмиля и не раздражая Оксану. Почти невозможно.

— Он занял место незаконно. Я наследница.

Я не знала, как переходит место мэра — по наследству или праву сильного. Раньше я считала, что Эмиль стал мэром справедливо, но Оксана говорила так уверенно…

Как бы там ни было, но ей место папаши не занять. Опоздала старушка. Смерть мэра сделала нас хозяевами в городе и своих позиций мы не сдадим. По крайней мере, Эмиль, а что станет со мной, ему плевать.

— Говори, где он?

— Дома, наверное, — честно сказала я, понимая, что не такого ответа от меня ждут.

— О-хо-хо, — вздохнула Оксана и рывком поднялась. — Ты считаешь, очень умно изображать из себя идиотку? И если ты будешь молчать или отвечать невпопад, я посчитаю тебя дурочкой и отпущу?

Она ходила по комнате, сложив руки на груди, на меня не смотрела.

Вампир, поигрывая моим пистолетом, развалился в кресле Оксаны и с улыбкой смотрел на меня. Выглядел заинтересованным и я бы сказала — не злым. Лицо вполне приятное, открытое, даже и не скажешь, что он любитель подушить охотников вечерком.

— Ты говорила ему обо мне? — Оксана обернулась, поджав губы.

Я покачала головой.

— Зачем сюда пришла?

— Здесь живет моя подруга.

— Я знаю, кто тут живет. Зачем ты пришла?

— В гости.

— Она ее подруга, — снова вмешался вампир. — Это возможно.

Они переглянулись. Я решительно не понимала происходящего, и даже старалась дышать пореже, лишь бы на меня не обращали внимания.

Потом откашлялась и попыталась еще раз:

— Где Ольга?

Оксана обернулась, удивленная тем, что я сама заговорила. Выражение лица мне не польстило: она смотрела как на муравья, раздумывая — раздавить сейчас или попозже?

— Архивщица мне понадобится, — наконец сказала она.

Не ответила, а сообщила в пустоту, размышляя вслух. Ее взгляд расфокусировался, что она смотрела сквозь меня.

— Охотница тоже понадобится, — не очень уверенно добавила она и повернулась к вампиру.

Мне эта неуверенность не понравилась.

Вампир ткнул в направлении меня дулом и улыбнулся. Волосы на руках встали дыбом и сердце предательски екнуло. Намек удручал.

— Твой муж тебе доверяет? — спросила Оксана.

Вопрос меня удивил. Настолько, что я даже забыла в очередной раз упомянуть, что муж — бывший.

— Ну… не знаю. Возможно.

Взгляд Оксаны прояснился, она встряхнула головой, будто прогоняя навязчивые мысли и четко, выделяя каждое слово, сказала:

— Отдай мне пистолет и иди, открой окно на кухне.

Вампир кивнул и протянул ей оружие.

А я запаниковала.

Я-то прекрасно знала, о чем она.

— Погоди! Я могу быть полезной! Я могу… с ним договориться!

Оксана с долгим, задумчивым «м-м-м» покачала головой и эхом повторила:

— Погоди.

Вампир застыл на полдороге к двери.

Она повернулась ко мне вполоборота.

— Ты можешь договориться с Эмилем о встрече?

Обмануть Эмиля и заманить, куда Оксана скажет — все, что я могла сделать. Я сама почувствовала, как мало значу в этом городе. Реальность расставила все по местам.

Но мне срочно нужно стать незаменимой. Никто мне на помощь не придет и придется спасать себя самой. Как всегда.

— Ты отпустишь меня?

— После того, как встречусь с ним, можешь быть свободна, — Оксана склонила голову, мол, принимается. Я ни черта ей не поверила.

Вампир нервно похлопал пистолетом по бедру.

— Она его жена.

— Бывшая, — равнодушно пожала Оксана плечами.

Она резко схватила шубку, из кармана выскользнул мой телефон. Трубка мягко упала на ковер и Оксана ногой швырнула ее в меня.

— Звони! Скажи своему мужу, что ты знаешь, где Андрей и будешь ждать его за городом. Поворот на «Сосновый бор», поняла?

— Но ведь… — удивленно промямлила я, собираясь малодушно выболтать, что Андрей сейчас в подвале у Эмиля.

— Звони! Докажи, что вы должны встретиться на нейтральной территории и все обговорить!

Это ведь шанс, подумала я. Если Эмиль не дурак, он все поймет. Если Андрей все еще у него. И если Оксана не замыслила какую-то невероятную комбинацию. Слишком много если.

Я подобрала телефон.

В любом случае, я ничего не теряю. Эмиль хотел, чтобы я нашла вампира — так я свою работу сделала. За власть пусть дерется сам.

Оксана наблюдала пронзительными глазами, как я набираю номер.

— Что? — неожиданно ответил Эмиль.

Я вздрогнула и отвела взгляд от Оксаны. Чтобы собраться с духом понадобилось усилие. Я заговорила, когда вампир легонько пнул меня в коленку.

— Эмиль, — сказала я почти нормальным тоном. — Я знаю, где Андрей.

— При чем здесь Андрей? — разозлился он. — Ты должна была приехать до темноты, так почему я тебя здесь не вижу?

— Нам надо встретиться, все обговорить…

— Жду, — раздраженно бросил он и в ухо полетели частые гудки.

Я осеклась от неожиданности и почти без паузы продолжила:

— Поворот на «Сосновый бор», я буду там.

Быстро ткнула в кнопку отбоя, чувствуя, как спина стала липкой от холодного пота. Показалось, что эти гудки слышали все и грош цена моей хитрости.

Когда я подняла глаза, вампирша спросила:

— Что он ответил?

— Что будет, — предельно честно сказала я.

— Значит, пора выдвигаться, — заключила Оксана и звонко хлопнула в ладоши, ее лицо светилось от радости.

Хотела бы я знать, как буду выкручиваться, когда Эмиль не появится.

Глава 44

«Мерседес» трясся на плохой дороге, разгребая бампером снег. С амортизаторами можно распрощаться. От каждого удара по днищу ныло сердце.

Я сидела за рулем, ощущая, как в бок тычут моим же пистолетом, и переживала за машину. Глупость на лицо.

Мы давно выехали из города и, следуя указаниям Оксаны, я двигалась по лесной дороге. Куда она ведет, я не знала.

Потихоньку возвращались силы — шея болела, но уже лучше. Может, я смогла бы перехватить руку вампира, отобрать оружие и засадить между глаз пар пуль, но еще в самом начале путешествия Оксана меня предупредила:

— Я под дозой, милая. И он тоже. Имей в виду.

Что творят вампиры под дозой, я прекрасно помнила.

Иногда я поглядывала в зеркало заднего вида. Вампирша развалилась на сидении, зарывшись в свой телефон — лицо освещал экран. Судя по довольной улыбке, ей нравилось, то, что она там видела.

— Ты мужу про меня рассказала?

— Не успела, — с осторожностью солгала я.

— Почему?

— Хотела собрать больше сведений. Эмиль не любит, когда его отвлекают пустяками.

— Я — пустяк? — тихо спросила Оксана.

— Я не это имела в виду! — попыталась я сгладить неловкость.

И кто меня за язык тянул?

Оксана раздраженно отбросила телефон и села в уверенной позе хозяйки положения. Неприятным жгучим взглядом окинула салон.

— Мне нравится твоя машина. Подаришь — отпущу поскорее.

— Посмотрим, — предельно серьезно ответила я.

Люблю свой «мерседес».

Оксана хмыкнула, словно услышала что-то смешное и щелкнула ногтем по подголовнику кресла.

— Потише, охотница. Лучше прибавь газу.

Я строптиво не прибавила. Не стоит злить и так злых вампиров, но я слишком упряма.

Местность была насквозь незнакомая. Мы пробирались по темной лесной дороге и в свете фар ничего кроме снега и деревьев я не видела.

Едем к повороту на «Сосновый бор»? Сомневаюсь.

Я была уверена только в одном: пока меня пускать в расход не собирались, пока Оксана решила не открывать окна. Но это не значит, что она не сделает этого позже. Андрей доходчиво объяснил, что происходит с ненужными ей охотниками.

Я бросила мрачный взгляд в зеркало, вспомнив Маринку.

— И что ты уставилась с такой ненавистью? — безмятежно спросила вампирша.

— Рыжая охотница, — сказала я. — Марина. За что?

Оксана раздраженно фыркнула.

— Начинается. Вспомнила и загорелась местью? Ты полчаса назад мечтала о том, как побыстрее предать своего мужа, а сейчас расхрабрилась? Все охотники одинаковые. Подруга?

— Была.

— Она предала сначала тебя, потом меня. Не люблю непостоянства, — ответила Оксана. — Но среди охотников это считается нормальным, так?

В мой огород камень. Я могла бы поспорить, но не стала. Непостоянство общий грех.

Зазвонил телефон, я узнала свой звонок и с беспокойством посмотрела в зеркало заднего вида.

— Твой муж, — с загадочной улыбкой сообщила она. — Ответь ему. Спроси, чего он хочет. И напомни, что он должен сделать.

Она протянула телефон, и я неловко его подхватила.

— А если он уже на месте и хочет знать, где я?

— Его там нет, — уверенно ответила Оксана.

— А когда он придет, что ты сделаешь?

— Не твое дело! Отвечай.

— Ты его убьешь?

— Отвечай!

Вампир настойчиво ткнул мне в бок стволом, и я прижала трубку к уху.

— Эмиль? — несмело позвала я.

— Где этот придурок? — хрипло прорычал он.

Придурок у меня один и я с ним сейчас разговариваю, правда, чутье подсказывало, что он об Андрее.

Значит, все-таки ушел.

— Эмиль, мы будем ждать тебя на повороте и как можно скорее. Поверь, сейчас не время для объяснений.

Мой голос почти не дрожал. Если честно, я даже для себя говорила слишком сухо. Что это со мной?

— Включи громкую связь, — вдруг сказала Оксана.

Я зло нажала сброс и сказала, даже не пытаясь притворяться:

— Случайно кнопки перепутала!

Прозвучало фальшиво, и я получила от Оксаны затрещину.

— Дрянь! — беззлобно бросила она.

Висок засаднило, но я зло усмехнулась. Вампир наклонился ко мне, и я увидела, что он улыбается тоже.

— Ты мне нравишься, — негромко сказал он.

— Тогда верни оружие.

Они с Оксаной рассмеялись, будто я сказала что-то смешное. А я ведь не шутила.

— Хватит веселиться, — вдруг зарычала Оксана. — Поворачивай налево. Приехали.

«Сосновым бором» тут и не пахло. Лес был еловым — темным и скрипучим, каким и полагается быть лесу зимней ночью. Дорога делала поворот, я послушно свернула и уперлась в кованые ворота.

— Посигналь, — приказала вампирша.

Я коротко нажала на клаксон. На белый снег легла длинная тень и к воротам медленно приблизилась долговязая фигура.

В машину не заглянули — никого не интересовало, кто приехал и кого привез. Ворота распахнулись, и вампир пихнул меня в бок.

— Заезжай.

Я отпустила тормоз и «мерседес» послушно заполз за ворота.

— Прямо, — скомандовала Оксана. — К двухэтажному зданию.

По территории были разбросаны небольшие фанерные домики, и заснеженная дорога петляла между ними. Двухэтажного здания я не заметила, так что просто поехала по ней.

Я поняла, куда меня занесло — на одну из летних турбаз, законсервированных на зиму. Значит, здесь у Оксаны берлога. Хитро. И сторож, наверняка, свой либо «в доле».

Дорога закончилась у крыльца упомянутого дома. Летом тут обитает администрация базы, надо полагать, а зимой — делегация вампиров. Здесь жили и это чувствовалось. Свет из окон расчертил снег ярко-желтыми квадратами, веранда расчищена. Я припарковалась рядом со старым джипом и заглушила двигатель.

— Что теперь? — мрачно спросила я.

— Выходи. Нас ждут, — сообщила Оксана и, закутавшись в своих песцов, первая выбралась из машины.

— Теперь ты, — улыбнулся мне вампир.

Я покосилась на свой пистолет в руке вампира. Чтобы я не сбежала по дороге, меня заставили бросить пальто в квартире Ольги. Прятаться зимней ночью в лесу без верхней одежды не очень умно. Как и выходить раздетой из тепла. Не уверена, что меня пустят в дом.

— Там холодно, — сказала я.

— Я тебя согрею, когда вылезешь, — пообещал вампир.

Прозвучало зловеще, но делать нечего: ежась от холода и страха, я вылезла под пронизывающий ветер. Вампир последовал за мной. Положив пистолет на крышу «мерседеса», он начал стаскивать куртку.

Все равно не дотянусь, но я уставилась на оружие. Вампир улыбался, наблюдая, как я маюсь.

— Если хочешь, я тебе его потом отдам, — пообещал он, протягивая одежду.

Кажется, я ему и впрямь понравилась. Кто бы мог подумать, что совместное удушение может так сблизить. Вампирская куртка оказалась очень даже ничего.

— Меня Влад зовут, — сообщил он.

— Подходящее имя, — заметила я, вспомнив Влада Цепеша.

Когда мы поднялись на крыльцо, Оксана оценила мой вид своеобразно.

— Да ты у нас джентльмен, — с сарказмом хмыкнула она.

Вампир словно оправдываясь, развел руками:

— Ну, она же замерзнет.

Какая редкость. Хоть кто-то заметил, что охотницы тоже люди.

— Пока ждите тут, — негромко сказала Оксана. — Следи за ней. Скоро вернусь.

Оксана скрылась в доме, а мы остались на ледяной веранде — мои опасения оказались верными. Хорошо еще, этот граф Дракула оказался альтруистом.

Я отошла под защиту деревянного столбика, поддерживающего крышу, прячась от пронизывающего ветра. Влад держался так, словно холод его не беспокоил.

— Если хочешь, там, в кармане сигареты, — предложил он.

Я нащупала пачку. Когда-то давно я курила, но потом бросила — вредная привычка. Но в качестве оружия лучше иметь зажженную сигарету, чем пустые руки, так что любезно с его стороны.

— Долго нам стоять? — я решила воспользоваться благодушием, вдруг разговорится.

— Пока она не даст войти.

— Что она делает?

— Не знаю, — пожал он плечами. — Советуется, наверное, с остальными.

— И много вас там? — с грустью спросила я.

— Прикидываешь, сколько придется ликвидировать? — засмеялся Влад, как хорошей шутке.

Я тоже усмехнулась. Без Оксаны он вел себя куда свободнее. Вон, даже пистолет опустил. Я не могла сказать, что он ее боялся, скорее, был сдержанным, как работник перед работодателем.

Я достала сигарету и попыталась закурить, что при таком ветре нелегко. Сначала не слушались замерзшие пальцы, потом не слушалась зажигалка.

Влад подошел совсем близко и, засунув оружие за ремень, ладонями прикрыл огонек от ветра. Прикуривала я долго и косилась на свой пистолет. Хороший ты мой… У меня будто друга забрали.

Глава 45

Можно попробовать выдернуть оружие из-за ремня, открыть огонь, сбежать… Другого удобного момента не будет. Но я не знаю, сколько их тут, одной пулей вампира под дозой не свалишь, у меня боеприпасы раньше закончатся. А ждать — это уповать на милость Эмиля. Я изнывала от отсутствия решения.

Я прикурила, но вампир остался рядом. Определенно, отсутствие Оксаны положительно действует.

— Тебе не холодно? — спросила я, чтобы поддержать разговор.

— Я под дозой.

— А под дозой не бывает обморожений?

— Пусть лучше они будут у меня, чем у тебя. Ты мне нравишься, — улыбнулся Влад.

— Маринка тебе тоже нравилась?

Я всегда все порчу. Кто тянул меня за язык? Стоило портить отношения, когда у нас едва-едва зародился вежливый нейтралитет? Я уже догадалась, какую роль этот парень играет в свите Оксаны.

— Не люблю рыжих. Стервы. Ты намного интереснее.

— Сомнительный комплимент от убийцы, — сухо заметила я. — Это ведь ты ее убил?

— Будет жаль, если ты окажешься на ее месте, — от ответа Влад ушел легко, словно давно натренировался.

— Ага. Удавка — хороший способ завязать знакомство.

Вампир обаятельно улыбнулся — его даже клыки не портили.

— Я не собирался тебя душить, только обездвижить. Ты была вооружена, думаю, ты понимаешь.

Я понимала. Ненавижу тех, кто любую мерзость умеет выставить в самом выгодном свете. Мы были вынуждены, понимаешь, какая знакомая песня.

— Не злись. Обещаю, в следующий раз попрошу не сопротивляться вежливо. Слушай, когда наше начальство разберется кто из них главнее, не хочешь куда-нибудь сходить?

— В смысле? — приподняла я брови.

— Ты же в разводе?

— Да.

— Ну, не хочешь завтра куда-нибудь сходить? Поужинать, например?

— Ты это серьезно? — удивленно спросила я.

Интересно, там есть кто-нибудь дома? После всего, что они тут натворили, он хочет провести со мной время завтра? Я не уверена, что не лишусь жизни через полчаса.

Или действительно все не так плохо? Просто «разборки» нашего «начальства»? Он издевается, да? Я угадала?

— А ты считаешь, Оксана просто отпустит меня, и завтра вечером я буду абсолютно свободна? — я с трудом справилась с шоком.

— Она ведь сказала, что к тебе у нее претензий нет. А будешь ты завтра свободна или нет, зависит только от тебя.

— И тебе все равно, что я из лагеря противника, образно выражаясь?

— А тебе нет? Это их проблемы.

Я окончательно перестала понимать правила игры. То, что для меня было по настоящему острой ситуацией, очередным переделом власти, после которой непонятно, устоит ли город и все ли будут живы к утру, для него просто разборка, на которой жизнь не кончается и планы на нее, соответственно, тоже.

А ведь вполне возможно, что он всерьез.

Влад — вампир, у них своя логика. Извращенная, но в чем-то он прав: мы оба убийцы, «шестерки» власть держащих, так что друг друга стоим.

— Так что скажешь? Обещаю загладить сегодняшнюю грубость.

— Почему нет? — пожала я плечами. — Если сегодня вернусь домой, то завтра я совершенно свободна.

Все равно никуда я с ним не пойду. Думаю, я его вообще никогда больше не увижу: из этого домика к утру выйдет кто-то один из нас.

— Во сколько тебе удобно? Я бы предпочел после наступления темноты.

— В восемь, — сказала я.

— У меня есть твой телефон. Я позвоню.

Треп немного успокоил, а не этого ли они добиваются? Я тут же подобралась.

Влад заметил.

— Не беспокойся. Когда приедет мэр, Оксана с ним встретится и дальше уже не наши проблемы. Разберутся сами, кто кому должен.

Я вежливо улыбнулась.

Проблема была в том, что Эмиль не приедет. Так что, не знаю, что там сказала Оксана, но претензии ко мне еще будут.

Хлопнула дверь и на крыльце появилась Оксана: все морщинки разгладились, глаза сияли, кажется, у нее хорошие новости.

Она нашла нас глазами и поманила пальчиком.

— Заходите, ребятки!

Я не торопилась.

— Когда поедем к месту встречи с Эмилем?

— Вот глупая! — засмеялась вампирша. — Мы вообще туда не поедем!

Слегка ошарашенная этой новостью я взялась за ручку двери и потянула на себя. Из дома потянуло теплом и приятным запахом свежей сосны.

— Входи, охотница, не стесняйся! — в спину сказала Оксана.

Я попала в полумрак прихожей, свет немного попадал из комнаты и красными бликами ложился на струганные доски пола. Или я ничего не понимаю в жизни, или в комнате растопили настоящий камин.

Позади хлопнула дверь, и я оглянулась на вампиров. Оксана неприятно улыбнулась, ее жгучий взгляд обещал мне что-то в этой комнате. Не обязательно плохое, но я поняла — Оксана хотела бы видеть мое выражение лица, когда я войду.

Я остановилась на пороге и огляделась. Оказалась права — камин. Гостиная оформлена в общем духе загородных турбаз: на стенах кривые оленьи рога, над очагом — гобелен в тяжелой раме с мотивами зимней охоты.

На другой стене висели несколько луков — настоящих, красивых. Блики огня подсвечивали полированные поверхности.

На полу лежала побитая жизнью медвежья шкура с огромной лобастой башкой. Грустные стеклянные глаза смотрели в очаг. На шкуре сидела Ольга, куталась в свою дурацкую разноцветную шаль и грустно смотрела в огонь.

— Оля! — крикнула я так, что она подпрыгнула. — Ты жива!

Ольга удивленно обернулась. На лице, разгоряченном близким огнем, появилась несмелая улыбка.

— Яночка!

Оксана и Влад вошли в комнату и Ольгина радость померкла. Вампирша продефилировала через комнату, громко стуча каблуками — цокот немного приглушила старая шкура, когда Оксана прошла по ней.

Она упала на диванчик в дальнем углу и с любопытством уставилась на нас.

— Как зло ты на меня смотришь, — заметила Оксана. — Я ведь этой твоей подруге ничего плохого не сделала.

— Чего ты от меня хочешь? — спросила я. — Я ведь договорилась с Эмилем, чего еще надо? Зачем мы тебе?

— Расслабься, — вампирша махнула на меня рукой. — Архивщица мне нужна. Я вот уже несколько дней полностью в курсе событий города. Правда?

Ольга поморщилась, а я улыбнулась.

— Ты, наверное, имела в виду — всех событий, о которых известно Ольге?

— О чем это ты? — недовольно спросила Оксана.

В прихожей хлопнула дверь и по ногам потянуло сквозняком. Влад бдительно выглянул, но тут же привалился обратно к косяку. Кажется, к вампирам прибыло подкрепление. А к кому еще?

Оксана выжидающе уставилась на дверной проем и когда там появилась уже знакомая долговязая фигура, спросила:

— Ну что?

Вампир сбросил капюшон. Худое бледное лицо было обезображено шрамом от огнестрельного ранения. Сквозь белобрысый ежик волос просвечивали раны, уже схваченные свежей розовой кожей.

Он смотрел на меня, а не на Оксану — словно вспоминал, где мы встречались, потом неожиданно кивнул, приветствуя.

— Твою мать, — пробормотала я.

Тот самый вампир, который застрелился в подвале «Фантома» и потом перепугал нашего Стаса до обморока. Вот это регенерация! В кровопийстве плюсов куда больше, чем минусов.

— Заткнись! — оборвала меня Оксана. — Ну? Что там?

— Он не отвечает, — говорил он с трудом, странно булькая, словно та пуля задела голосовые связки.

— До сих пор? Съездите в «Турист»! Пошли за ним кого-нибудь.

Меня чуть холодный пот не прошиб — я поняла, о ком они говорят. Значит, Оксана еще не знает, что мы разорили одно из их гнезд.

Вампир натянул капюшон и молча вернулся на улицу. Сколько их тут? Я видела троих — и это считая Оксану, но сколько осталось в тени? Может быть, турбаза кишит вампирами.

Ладно, нам бы только с Ольгой наедине остаться — она здесь уже несколько дней и должна знать больше, чем я.

Оксана резко поднялась, внимательно глядя мне в лицо, словно пытаясь уличить в предательстве. Почувствовала ликование насчет «Туриста»? Сделала шаг вперед и неприязненно прошипела:

— Веди себя потише, охотница. Я не люблю, когда мне дерзят.

Я привычно опустила взгляд и Оксана успокоилась. Прием, многократно отработанный на Эмиле, и тут сделал свое дело — стоило продемонстрировать подчинение, как Оксана фыркнула и сказала уже почти человеческим тоном:

— Посиди пока здесь, с подружкой. А ты следи за ними, — она ткнула пальцем по направлению к Владу, тот с готовностью кивнул.

Оксана стремительно вышла из комнаты. Теперь можно расслабиться? Я устало опустилась на шкуру и встретилась глазами с Ольгой.

— Давно ты тут?

— Три дня, — вздохнула подруга.

Я только покачала головой. Хорошо, что с Ольгой ничего не случилось. А если бы Оксана и для нее открыла окна — это была бы моя вина. Какая я к черту городская охотница, если не могу защитить горожан?

— Они тебе ничего не сделали?

Ольга грустно пожала плечами.

— Нет, конечно. Ты думаешь, я под пытками давала информацию? Они спросили, я ответила.

Разумно с ее стороны.

— Что они спрашивали?

— Хотели знать, с чем ко мне обращались вы с Эмилем.

Я чего-то такого ожидала. Контролировали мое расследование изнутри и следили, в каком направлении мы идем. Надо запомнить на будущее — архивщики слабое звено города. Найди на него способ давления и власти окажутся у тебя на тарелочке.

Эмиль об этом догадывался? Думаю, да. Тогда почему не защищал Ольгу?

Я оглянулась на вампира. Влад привалился спиной к косяку и с улыбкой наблюдал за нами. Он не возражал против разговоров, пистолет по-прежнему за ремнем. Хорошо.

Ольга пристально смотрела мне в глаза и кажется, пыталась телепатически задать все вопросы, которые ее беспокоили. И так же получить ответы. Где Эмиль? Как я здесь оказалась? Что будет дальше?

— Все будет хорошо, — не очень убедительно сказала я, даже на это не рассчитывая.

Я сама не понимала что происходит и чем все закончится, но, по крайней мере, мы еще живы. Оксана еще не знает о том, какая я сволочь, у нас есть один лояльно настроенный вампир, пачка сигарет и полная неопределенность в будущем.

Бывало и похуже.

Я надеялась на Эмиля, прекрасно понимая, что это бессмысленно. Не будет он меня спасать. Андрей меня предал. Никто обо мне не побеспокоится.

Мы с Ольгой грустно смотрели друг на друга, понимая, в какой хреновый переплет мы попали. Как-то надо выбираться. Кажется, роль героя подруга примеряла на меня.

— А ведь сегодня Новый год, — вдруг сказала она.

Ну да, я об этом даже когда-то помнила, в другой жизни.

— И что? — спросила я.

— Хотите выпить, девчонки? — неожиданно предложил Влад.

— А можно? — Ольга оживилась и подмигнула.

— Давай, — согласилась я.

— Сейчас попытаюсь устроить.

Я не видела в комнате бара и рассчитывала, что вампир выйдет, а я успею осмотреться. Может даже, доберемся до «мерседеса» — ключи остались у меня.

Мы с Ольгой быстро переглянулись. На всякий случай, я приготовилась брать с низкого старта препятствие в виде окна за шторкой.

Влад с улыбкой протянул фляжку, и я резко выдохнула, не скрывая разочарования.

— Ну да, это не бокал шампанского! — рассмеялся он, увидев мое вытянувшееся лицо.

Ольга взяла фляжку первой, поболтала и содержимое гулко булькнуло.

— Согреться хватит, — мрачно решила я.

Мы ближе подсели к огню, по очереди прикладываясь к фляжке с пойлом. Не знаю, что там, но по забористости похоже на самогон. В конце концов, все вышло, как я хотела — мы встречаем Новый год вместе, как хорошие подружки. Люблю, когда планы исполняются.

Влад отлип от косяка и переместился на диванчик, задвинутый в угол. Там было темнее, чем у очага и наверняка холодно, но вампирам на такие мелочи плевать. К огню жались только люди.

Ольга быстро стрельнула глазами в его сторону и выжидающе уставилась на меня, ожидая каких-то действий. Я чуть заметно помотала головой, произнося одними губами:

— Под дозой.

В самый разгар наших с Ольгой перемигиваний распахнулась дверь, и все планы пошли прахом.

Кажется, я кое-что не учла. Кое-кого.

Глава 46

В проходе стоял Лазарь. Оксана подтолкнула его вперед, и он вошел в комнату.

Он не очень-то изменился, мой бывший лидер: морщин прибавилась, брови разделяла глубокая вертикальная черта.

Для Лазаря я сюрпризом не стала. Глаза чужие, словно мы незнакомы.

Оксана переводила взгляд с Лазаря на меня и ловила каждую эмоцию. Шоу хотела — она знала, кем мы были друг другу. Если она думает, что я устрою истерику — ошибается.

Я отвернулась и пододвинулась ближе к камину.

— Я разочарована! Какого черта вы делаете вид, что незнакомы? Зачем я тебя наняла, по-твоему? — окрысилась она на Лазаря.

Я уже догадалась, что Оксана любит поиграть, но это уже перебор. Не тот плацдарм для игр выбрала.

Я упрямо смотрела в огонь, хотя до жути хотелось подойти к Лазарю, встряхнуть эту сволочь и спросить, что за фигня происходит. Тайное появление Лазаря в городе еще больше спутало мысли.

Оксана знала, кто я и хорошо подготовилась. Она нашла и привезла охотников, которых я когда-то называла друзьями и убедила их работать на нее.

Это не похоже на месть. Не похоже, что она испытывает ненависть к Эмилю.

Похоже на спектакль, который обиженная вампирша решила поставить на подмостках нашего города и роль главного злодея в пьесе отвели мне.

Оксана злилась не на Эмиля, который занял место ее отца, а на охотника, который это место освободил. Эмиль был конечной целью — и опасным противником. А меня будут рвать на части для развлечения.

«Она ненавидит охотников» — сказал про Оксану Андрей, и был прав.

Мне, как обычно, досталась почетная роль мяса.

Оксана поняла, что премьеры не будет, и надулась. Лазарь сел у стены на корточки и закрыл глаза с таким видом, словно мир осточертел, и он устал смотреть на всю эту мерзость.

Мы с Ольгой притихли у очага. Вампирше это не понравилось.

— А не засиделась ли с нами твоя подруга? — едко спросила она. — Охотник, проводи ее на рабочее место.

Ольга тяжело вздохнула, поправила шаль и поднялась. Я схватила ее за пальцы.

— Куда вы ее ведете?

— Да все нормально, Ян, — вздохнула Ольга. — Они заставляют меня писать, все что я помню.

Лазаря поднялся и под локоть вывел Ольгу из комнаты, даже не взглянув в мою сторону.

— Последи за ними, — негромко сказала Оксана, и Влад поднялся с дивана.

Он проконтролировал, что они пошли на второй этаж — я услышала шаги по деревянной лестнице, и остался в проходе.

Оксана томно вздохнула, глядя на меня добрыми глазами.

— Он сам согласился? — глухо спросила я.

Почему-то это казалось важным. Наверное, хотела услышать, что у Лазаря не было выбора, но боялась правды. Выбор почти всегда есть и глупо рассчитывать, что моя группа всю жизнь будет хранить мне верность. Мы ни в чем не клялись другу. Но с ними я провела много времени и считала их друзьями.

— Я никого не держу, — развела Оксана руками.

Вот этого я и боялась. Хотя не факт, что она не лжет.

— А он знает, что случилось с Маринкой? С другими охотниками, которые работали на тебя?

— Они предатели. Обе эти девчонки. Что ты так о них беспокоишься?

— А охотник? — вспомнила я про парня из квартиры Виолетты.

— Какой охотник? — нахмурилась она.

Я назвала адрес и ее лицо разгладилось. Вампирша удивленно приподняла брови.

— А откуда ты про него узнала? Как нашла? Удивлена-а, — протянула она. — А ты мне нравишься, хорошая охотница… Он пришел принять заказ и стал ставить условия. Мне, — Оксана вздернула брови. — Ну и наглость, правда? Плата ему не понравилась и он отказался. Его ты тоже знала?

— Немного, — в пустоту ответила я. — Чего мы ждем?

Я не понимала, зачем Оксана приволокла нас сюда и чего хочет. Ее действия не поддавались логике.

— Пока все соберутся, — Оксана улыбнулась. — Андрея еще нет.

— Он должен приехать? — нахмурилась я.

Оксана изящно пожала плечами — и это могло означать что угодно. Да, нет, может быть, или не твоего ума дело.

— Как вы познакомились?

— Я пришла к нему кое-что узнать, — ответила я.

— Почему к нему? — неподдельно удивилась она.

Вот это да. Оксана не знала, что Андрей приторговывал сплетнями. Так ли они близки?

— Он продает информацию на охотников, вампиров. Фактически обо всей теневой стороне города ему найдется что сказать.

Оксана растянула губы в недоверчивой улыбке и рассмеялась. Показалось, что от ее неприятного смеха всколыхнулось пламя в камине, а тени разбежались по углам.

— Ты шутишь? От него можно ожидать… затейник!

Оксана откинулась на спину и забросила ногу на ногу. Длинный тонкий каблук оказался как раз на уровне моих глаз. Я отодвинулась.

— Что смешного? — не поняла я.

— Я так давно не была в городе, — вздохнула Оксана. — Как все изменилось. Теперь мой Андрей продает слухи. Ах, папочка, во что ты превратил наш дом… Ты знаешь, Андрей ведь отказался мне помочь. Вы с ним друзья или встречаетесь?

Она пренебрежительно смерила меня взглядом, да таким, что писаная красавица на моем месте почувствовала бы себя оплеванной.

Я не замечала, чтобы Андрей заглядывался на гламурных девушек, но вот с этой вампиршей у него были отношения. Но представить их вместе — роскошную Оксану и маргинального Андрея — я все равно не могла. Знала, что возможно когда-то он был другим, но не могла.

— Нет, вряд ли, — самой себе ответила вампирша. — Что-то я совсем перестала его понимать.

Кажется, Андрей действительно выгораживал нас с Эмилем, и Оксана не понимала почему.

— Зря уехала… — Оксана замолчала, глядя в одну точку. — Хорошие были времена.

Вампирша погрузилась в себя. Она заново переживала воспоминания, на лице появилось сожаление — она искренне сокрушалась такому положению вещей.

Но поволока быстро исчезла из глаз. История закончилась и вампирша без задержки перевернула страницу. Лицо приняло обычное, злобноватое выражение.

Меня так и подмывало расспросить об Андрее, только вряд ли она станет откровенничать. Все, что я о нем знала: его боялись, и когда-то он был приближен к бывшему мэру.

— Слабак! — вдруг припечатала она.

Оксана достала тонкую сигарету и медленно прикурила. Запахло хорошим табаком и ментолом.

— Вот это вот все, — она раскинула руки. — Когда-то принадлежало нам! А потом из-за дурацкой выходки Андрея все пришлось продать!

— Какой выходки? — пробормотала я, уже понимая, что произошло.

Когда она сказала, что база принадлежала им, кусочки пазла встали на место — кажется, это и есть тот самый санаторий, бывший клуб.

Оксана смерила меня взглядом.

— А Андрей тебе не рассказывал? Мы любили здесь отдыхать раньше… когда было приличнее. Теперь здесь картонные дешевые домики и толстые отдыхающие со своими семействами! Боже!

— Нет, не рассказывал, — солгала я.

— Да ну? — усмехнулась Оксана. — Может, ты и не знаешь, что Андрей сожрал сторожа и еще кого-то из прислуги? Чтобы замять скандал, ему пришлось раскошелиться, а нам продать клуб.

— Драка за власть? — кинула я пробный камень, надеясь, что она раскроется.

Оксана странно взглянула на меня.

— Значит, все-таки рассказал? Знаешь, он тогда очень сильный был, к нему многие тянулись, в том числе и мы с отцом. Если бы я тогда знала, чем все закончится, я бы не взяла его кольца. Он меня замуж звал, ты в курсе?

— Если он такой сильный, чего же не стал мэром? — хмыкнула я. — Получается, ту драку он продул.

Оксана прищурилась на меня, точно на мусор. Только что мы разговаривали почти на равных — как порой незнакомые прежде люди обсуждают общих знакомых, и тут она во мне словно разочаровалась.

— А кто тебе сказал, что он проиграл? Я похожа на женщину, которая встречается с неудачниками? — она затянулась, и сизый дым поплыл к потолку. — Он был мэром до моего отца.

Глава 47

Мне показалось, что я ослышалась. Оксана усмехнулась, глядя на мое потрясенное лицо и снова затянулась. Выдула струйку дыма, с гадкой улыбкой наблюдая, как я пытаюсь переварить информацию.

Я много подозревала про Андрея, но не это.

— Он не сказал тебе? Кажется, Андрей решил начать новую жизнь. Понимаю… Когда папа занял его место, мы все подчистили. А он, кажется, не только в архиве, но и в голове у себя все переписал.

Я пыталась справиться с собой. Здесь это в порядке вещей — с каждой сменой власти переписывать историю? Прятать тайны прошлого?

— Как тогда вышло… Почему твой отец, — я пыталась облечь миллион вопросов в один.

— Как получилось, что мой отец стал мэром, а с Андреем ничего не случилось? — помогла мне Оксана. — Папа очень хотел стать мэром, а Андрей устал от попыток силой захватить власть. Договорились без драки. Он уже тогда стал другим. Не знаю…, — она взмахнула сигаретой, подыскивая подходящее слово. — Спокойнее? А я похожа на девушку, которая ищет покоя?

Я уверенно покачала головой. Покой и Оксана вряд ли могли ужиться в одном городе.

— Так что я уехала… Потом папа женился на какой-то сучке. В городе все было отлично. И я никак не могу понять, как вышло, что Андрей помог тебе убить моего отца? — голос стал низким и шуршащим, словно чешуйки металлической змеи.

Я вздрогнула от последней реплики как от хлыста. Я-то могла предположить, что было дальше.

«Нельзя удержаться на месте мэра и при этом не подсесть» — учил меня Андрей. Он пытался передать мне опыт, а я отмахивалась от подарка, как от ненужного хлама.

Сигарета Оксаны дотлела, она бросила окурок на пол и раздавила сапогом. Черты лица стали резче, и глаза-угольки зло уставились на меня.

— Поэтому вы, ребята, еще живы, — сказала она. — Я хочу выяснить, кто заварил эту кашу.

Оксана прошла мимо и за спиной хлопнула дверь. Я не оглянулась, тупо глядя на черное пятно пепла, размазанного по полу.

Оксана действительно приехала мстить, но прежде чем кидать обвинения в лицо Эмилю, хотела восстановить мозаику событий и найти виновников.

События последних месяцев выстроились в стройную логическую цепочку, и замкнул ее этот факт — Андрей был мэром.

Я поняла, почему к нему относились со страхом. Сплетничали с оглядкой. Я даже поняла, черт возьми, почему он заперся в своей квартире и избегал общества. Наверное, ко мне он отнесся по-человечески, потому что я ничего о нем не знала и была таким же отщепенцем.

Я сжала виски прохладными висками и попыталась восстановить картину.

Скорее всего, Всеволод был не промах и когда так легко заполучил власть, постарался прищучить Андрею хвост. Вряд ли Андрей оставался таким же сильным, после того как завязал.

Когда Эмиль исчез, а я забеспокоилась, и начала бегать по городу и всех дергать — расшевелила и Андрея. И когда бывший мэр появился в компании охотницы — жены мятежника, понятное дело, Всеволод испугался. Я бы сама испугалась. Так что мы все попали под одну раздачу.

Меня не удивляло, что заставило Андрея помочь с ликвидацией этого засранца. Странно, что Андрей так долго терпел. Я бы вышла из себя намного раньше.

Только сейчас Андрей — на чьей стороне?

Я застонала от вопросов, ответов на которые нет, и не будет.

— Что случилось? — спросил Влад за спиной.

— Ничего, — глухо ответила я. — Ты знал, что Андрей был мэром?

— Я с ним не знаком. То о чем вы разговариваете, для меня звучит, как квантовая механика — ничего не понятно вообще.

— Так ты не местный? — я обернулась. — А как оказался в их компании?

— А как в них оказываются? — он усмехнулся. — Оксана меня наняла.

— Так вы не знакомы? — спросила я.

Он отрицательно покачал головой.

— Тогда беги от нее подальше, — посоветовала я. — Пока не поздно.

— Тебе тоже самое могу сказать.

Я внимательно уставилась ему в глаза, Влад все понял и поднял руки в обезоруживающем жесте.

— Не смотри на меня так. Побег организовать не могу.

— Но ты еще хочешь пойти со мной куда-нибудь? Предложение в силе? — напомнила я о назначенном свидании. — Если ты хочешь, чтобы я пошла…

Дверь стремительно распахнулась и я не успела договорить. Оксана ворвалась, как разъяренная комета и врезала с размаха, целя в лицо. Я увернулась, и острый носок сапога ударил в ребра.

— Ты это сделала? — бешено заорала она. — Ты была в гостинице?!

Я уклонилась от второго удара и чуть не попала рукой в камин. Оксана была в ярости, она почти загнала меня пинками в угол.

— Что случилось? — Влад удержал Оксану за плечи, и она застыла, запустив пальцы в волосы. Потрясенные глаза уставились в никуда.

Я заползла за камин и попыталась отдышаться. Бок саднило, я осторожно нащупала пострадавшее ребро и слегка надавила. Больно, но на перелом не похоже. Слава богу, мне ничего не сломали.

Оксана топнула ногой, словно подводя итог мыслям и каблук громко цокнул.

— Кто был в «Туристе»?

В распахнутую дверь вошел белобрысый и, стряхнув снег, откинул капюшон. Его лицо раскраснелось, а шрамы так вообще побагровели. Светлые, почти прозрачные глаза уставились на меня. Эти двое стояли как палачи, а я прижималась к теплым кирпичам, и лихорадочно думала на кого переводить стрелки.

Время плохих новостей началось, вампиры разозлились. Это был хороший знак в том смысле, что не все шло по их плану, но плохой, потому что отвечать мне.

Я точно знала: когда вампиры появились в «Туристе», там уже ничего не было — ни ребят, ни Эмиля, ни тела. Но глядя на разрушения — выбитые двери и исчезнувшие трофеи, они легко сделали нужные выводы.

Я решила ставить на свою невиновность.

— Я не знаю, что произошло в «Туристе», — голос немного дрожал.

— Ты туда ездила?

Я быстро прикинула, признаться или нет, но Оксана уже заметила паузу.

— Там останавливаются приезжие, иногда мы их навещаем. Поприветствовать от лица города.

Лицо Оксаны исказилось, она хотела меня пнуть, но сдержалась — только кулаки стиснула:

— Дрянь! Позвони еще раз своему мужу и поторопи его!

Я нерешительно потянулась за телефоном в ее руке, глядя на вампиршу, как на кобру в стойке. Я всерьез опасалась, что она на меня бросится. Оксана без фокусов отдала телефон и выпрямилась, сложив на груди руки.

Эмиль ответил быстро.

— Ты скоро приедешь?.. — промямлила я, и он меня перебил.

— Я приеду. Я все понял, скажи ей, что уже выезжаю.

Ледяная рука страха, держащая за сердце последние несколько часов, слегка отпустила.

— Он приедет.

Но я по-прежнему не была уверена, что мне это поможет. Что он вообще приедет. Что найдет этот поворот на Сосновый бор. Что его там, черт побери, не убьют.

Оксана расслабилась, и глаза наполнились теплыми отблесками огня.

— Теперь я тебе верю, — мурлыкнула она.

Оксана прошлась по комнате, и я увидела, как ее понемногу покидает напряжение. Она подобрала с дивана куртку и оделась, это оказалась приталенная белая парка с капюшоном. Куда-то собирается?

Белобрысый протянул мне руку и помог встать. В его лице по-прежнему ничего не изменилось — расслабилась только Оксана.

Она остановилась напротив стены с луками и рассматривала их, сложив руки за спиной.

— Знаешь, какой мой любимый, охотница? — не оборачиваясь, спросила она.

— Какой?

Если честно, мне плевать, я поддержала разговор, чтобы тучи над моей головой снова не начали сгущаться.

— Этот, — она погладила гладкую металлическую рукоятку и, привстав на цыпочки, сняла с крепления длинный лук.

В ее руках он смотрелся немного неуместно.

— Идеальное оружие, — поделилась она. — Ни пороху, ни шума — изящно и красиво. А ты что думаешь?

— Мне больше пистолет нравится, — честно ответила я.

— Не умеешь стрелять из лука? — усмехнулась Оксана.

— Нет. К тому же нелепо таскать по городу лук и колчан со стрелами. С огнестрелом проще.

— Проще, да, — согласилась вампирша, она аккуратно уперлась луком в пол, как тростью и достала телефон. — Ты меня слышишь? Андрея не видно?

Я напряженно вслушалась в разговор, пытаясь угадать, что все это значит. Не на Эмиля, случайно, готовят засаду?

— Ладно, — продолжила Оксана. — Скажи остальным, что могут уходить, сам останься на месте и как только Андрей появится, звони мне.

Она сунула трубку в карман и оглянулась.

— Подождем твоего Эмиля, а пока его нет, развлечемся, — Оксана тренькнула тетивой и улыбнулась. — Сто лет не стреляла.

Белобрысый передал ей стрелу. Вампирша аккуратно наложила ее на тетиву, подняла лук и согнула левую руку в локте, натягивая тремя пальцами, пока она не коснулась подбородка.

Оксана не рисовалась — стойка была профессиональной, и с луком она обращалась уверенно. Как минимум — пара лет спортивной стрельбы в прошлом.

— Беги, — сказала она.

— Что? — я переступила с ноги на ногу.

Она же не станет стрелять в меня из лука?

— Беги, — шепнула Оксана, медленно дотягивая тетиву, и вдруг разжала пальцы.

Стрела вонзилась в гобелен над камином. Оксана опустила лук, недовольно разглядывая пораженную цель. Я бы подумала, что она промахнулась, если бы своими глазами не видела, что туда она и целилась. Стрела вонзилась в голову нарисованного оленя, истекающего кровью на снегу.

— Оксана, может не стоит? — забеспокоился Влад. — Я ей уже свидание назначил.

— Заткнись. Следующую.

Ей снова подали стрелу, и в этот раз вампирша прицелилась в меня.

— Ну? — она вздернула брови. — Побежишь или уложить тебя здесь?

Глава 48

Темные глаза вампирши были предельно серьезными. Я попятилась, не отрывая взгляд от наконечника стрелы, и бросилась из комнаты. Меня никто не задержал.

Над ухом свистнуло, и я услышала приказ Оксаны:

— Следующую!

Я толкнула дверь и выбежала на крыльцо. Ступеньки обледенели, я скатилась по ним кубарем и упала в снег. Руки обожгло холодом. Быстрее! Я бросилась к «мерседесу», одновременно нащупывая ключи в кармане.

Хлопнула дверь, по деревянному настилу раздались энергичные шаги Оксаны. Я присела за машиной и в последний момент нащупала брелок. Наконец-то. Ключи запутались в подкладке, а Оксана уже обходила машину.

— Эй, — позвала она, вскидывая лук.

Проклиная все на свете, я бросилась в темноту. Лучше уйти на своих двоих, чем уехать на «мерседесе» со стрелой в боку.

Оставалось надеяться, что выбор я сделала правильный.

Я побежала по тропинке, стараясь, чтобы между мной и Оксаной оказалось как можно больше деревьев. Дощатый домик подвернулся как раз кстати и я спряталась за него.

Метрах в пятидесяти Оксана живо переговаривалась со своей свитой. Они звали Лазаря и обсуждали, что лучше — спугнуть меня и гнать дальше или обойти укрытие и утыкать стрелами на крыльце. Весело хрустел снег — меня брали в кольцо.

Прятаться в домике бесполезно. Я пыталась отыскать хоть что-нибудь, что можно использовать как оружие, но все камни и палки остались под глубоким слоем снега.

Нужно убираться, пока есть возможность. Я не стала дожидаться, пока вампиры меня окружат, и побежала вглубь базы.

Приходилось петлять, я пряталась за деревьями, пригибалась к снегу. Оксана безуспешно израсходовала еще пару стрел и теперь в голосе появилась злость, когда она кричала — «Следующую!».

Домики закончились и я нерешительно остановилась, прижимаясь спиной к дереву. Вампиры метрах в двухстах, но быстро нагоняли.

Передо мной был забор, а за коваными прутьями начинался лес. Для меня это означало свободу.

Я осторожно выглянула из-за дерева и увидела, как Оксана в белой парке прыгает по сугробам. Вампиры цепочкой растянулись за ней. Кажется, среди них был и Лазарь.

Это значит, все попытки сбить след будут напрасными. Он знает не только охотников, он знает меня — мои хитрости и слабые места, и сможет вести вампиров по следу. Это ведь он учил меня уходить от погони.

Не для этого его наняла Оксана? Как следопыта в охоте за мной?

На глаза навернулись слезы и тут же замерзли на ресницах. Я потерла лицо и бросилась вперед.

Это самое сложное: до забора с десяток метров свободной полосы и никаких укрытий.

Голова между прутьев пролезла легко, а раз пролезла она, то и все остальное должно. Я за что-то зацепилась курткой, дернулась и прорвалась через забор в лес.

По прутьям ударила стрела, к ограде подбежали вампиры.

— Следующую! — бешено заорала Оксана, но мне было все равно.

Я неслась среди деревьев так, что ветер в ушах свистел. На бегу оглянулась и увидела Оксану. Она стояла за забором, натягивая тетиву. Капюшон упал на спину и в глаза бросились откинутая голова и темные волосы. Она отпустила тетиву, и я бросилась на снег.

Вампирша протиснулась сквозь забор и встала наизготовку. Загребая снег ногами, я резво вскочила и бросилась дальше.

Передвигаться было тяжело, городская одежда не подходила для зимнего леса, но лучше так, чем лежать на снегу, утыканная стрелами, как подушка для иголок. Получается, я сама протаптываю для них тропинку — тут и следопыт не нужен.

Но постепенно Оксана начала отставать. Она прокричала что-то своим и вампиры заторопились, огибая меня с двух сторон.

Хотели отсечь меня от леса, чтобы вампирша вдоволь настрелялась. Может быть, мне дали фору специально, чтобы веселей было догонять, или помогали хозяйке, утопавшей в снегу.

Я с отчаянием думала, что почти все, кто идут за мной — под дозой, а значит, я сдохну раньше, чем они устанут. На усталость, темноту и холод им наплевать, а мне нет.

Я спряталась за роскошной сосной, вместе с паром выдыхая последние силы.

Ветра не было, но деревья тихо поскрипывали и стонали от мороза. Тревожная луна низко висела над лесом. Я стояла в снегу и жарко дышала — от возбуждения и страха. Поджилки тряслись, как у загнанного оленя.

Стылый воздух драл ноздри и горло при каждом вдохе. Пока я бежала, было терпимо, но стоило остановиться, как холод сразу впился в тело. Ног я почти не чувствовала. Это был не городской холод от которого зябко, а настоящий злой мороз лютой зимы.

Снег налип на джинсы и уже не таял. На фоне белых шапок снега я выделалась в своей черной одежде, как бельмо на глазу.

Я оттолкнулась от сосны и побежала дальше. Даже если сумею оторваться, меня найдут. Я замерзну раньше, чем доберусь до дороги. Бежать — это не выход.

Нужно спутать следы и вернуться на базу. Хотелось верить, что Лазарь на моей стороне и поможет, уведет вампиров в сторону, но рассчитывать на это глупо. Глупо рассчитывать на кого-то, кроме себя, когда стоишь по колено в снегу, и знаешь, что в затылок дышит погоня.

Единственный шанс — оторваться и успеть к «мерседесу», который верно ждет меня у крыльца.

Я нащупала в кармане ключи и начала забирать вправо — к базе.

Все это время я бестолково кружила по лесу, сделав приличный крюк. Врожденное чувство направления осталось со мной и подсказывало, что я выйду как раз к воротам.

Белобрысый вампир, который охранял въезд, сейчас с Оксаной, так что я беспрепятственно проберусь к машине.

Впереди, между деревьев я уже различала дорогу.

Деревья расступились, и я попала в колею, оставленную колесами моей машины. Будто из толщи воды выбралась — здесь уже можно бежать в полную силу.

У меня открылось второе дыхание. Впереди виднелась ограда, и я почти видела себя в «мерседесе», в тепле и безопасности.

Главное добраться!

У ворот стояла мужская фигура. Я отпрянула — назад, под укрытие деревьев, я не дам прибить мою шкуру к воротам! Ноги разъехались на льду, и я рухнула на бок.

Мужчина постоял напротив и неторопливо направился ко мне. Нахохленный силуэт в черной куртке показался знакомым.

— Андрей!

Снег набился под куртку и таял, затекая под воротник. Свитер промок, меня бил озноб.

— Яна? — Андрей узнал меня и протянул руку.

Я вцепилась в него. Отмороженные пальцы скользнули по жестким рукавам, уже ничего не ощущая.

— Они идут за мной и скоро будут здесь! — заорала я.

— Ты цела? Сколько их? — спросил Андрей.

Я услышала выкрики, они хорошо разносились по ночному лесу — вампиры растянулись фронтом и шли сюда. Мы с Андреем — точка их сближения. Я узнала работу Лазаря.

— Скорее, Андрей. Надо бежать! — я пыталась встать, ломая тонкий, ноздреватый наст ботинками.

Он встряхнул меня и подтянул к себе. Карие глаза были серьезными. Никаких сумасшедших огоньков в глубине — Андрей смотрел расчетливыми глазами Эмиля.

— Сколько? — повторил он.

Я попыталась подсчитать.

— Трое с Оксаной и Лазарь. Может быть четверо, не знаю. Они охотятся за мной!

От Андрея исходило тепло. Хотелось прижаться и впитывать его, пока не оттаешь.

— Ты за мной пришел? — запоздало уточнила я.

Вдруг стало тихо и меня бросило на Андрея. Хотела обернуться, но острая боль между лопатками не дала шевельнуться. Я удивленно кашлянула ему в лицо.

Он прижал меня к себе, и я приникла щекой к куртке, чувствуя, как между тканью и моей кожей тают снежинки. Холодно не было — растаявший снег казался теплым, как свежий хлеб.

Мир поплыл и я вместе с ним. Кажется, Андрей что-то сказал, но я слышала только шорох ткани. Я сползала в беспокойные волны снега, цепляясь за него из последних сил.

Я уже поняла, что из моей спины торчит стрела. Из руки выпали ключи от «мерседеса». Не к месту вспомнился тот олень с гобелена.

Андрей разжал пальцы, и я упала в снег.

Глава 49

Просыпаться было приятно — тепло и уютно. Я завозилась, запуская пальцы в мех, и неожиданно открыла глаза.

Мех?

Я боком лежала на медвежьей шкуре перед очагом, и лицо припекало от близкого огня.

Я медленно провела ладонью, взъерошив мех. Почему моя тонкая белая рука превратилась в распухшую красную клешню? Кожу саднило, словно после обморожения.

В спине росло напряжение, но она так затекла, что я ее почти не чувствовала. Свитера на мне не было — я укрыта чужой курткой.

Позади кто-то тихо и горько плакал и ронял частые слезы на мое голое плечо.

Черт побери! Я попыталась встать, разогнула затекшую руку, и ее прострелило болью до запястья. Я застонала и плюхнулась обратно.

Между лопаток проснулась боль. Все сильнее разгоралась с каждым движением и я пожалела, что проснулась.

Всхлип сменился аханьем и меня подхватили чьи-то руки — добрые и мягкие. Женские руки. С таким состраданием прикоснуться может только существо, не лишенное эмпатии. Значит, не Оксана.

— Ольга? — прохрипела я, пытаясь повернуться.

Не смогла.

— Тихо, — зазвенел над ухом Ольгин испуганный голос. — Тебе нельзя вставать.

Я уперлась свободной рукой в пол и перевернулась на живот. Только так смогла встретиться с Ольгой глазами. Ее нос распух, а щеки мокрые от слез.

— Что случилось? Почему ты плачешь?

Она закрыла рот рукой, глядя на меня. Из-за меня плачет? Точно, меня ведь подстрелили. Всадили стрелу в спину. Если бы на месте Ольги была Маринка или другая охотница, она бы не рыдала, а спросила, могу ли я драться. Слава богу, с охотницами я больше не общаюсь.

Лежать на животе было больно, мышцы на спине напряглись, боль пульсировала все сильнее. Теперь какую позу не прими — легче не станет. Раны на спине самые нудные — будут ныть, пока не заживут.

От тепла камина я разомлела и от этого чувствовала себя еще хуже.

Куртка сползла, и Ольга попыталась набросить на меня свою шаль.

— Не надо, — пробормотала я.

По полированному полу скакали отблески огня, но комнату скрадывала темнота — я не сразу заметила, что мы не одни. На диване кто-то сидел, в полумраке угадывались только смутные очертания. Я поняла лишь, что это не Оксана и не Андрей.

Заметив мое внимание, он шевельнулся, встал и подошел к камину. Влад. Я вздохнула, уткнувшись лицом в ладони.

Он присел рядом.

— Как ты? — он коснулся моих волос, убирая их от лица.

— Где Андрей? — глухо спросила я, прислушиваясь к боли.

Еще немного и мне придется перевернуться, терпеть ее все сложнее. Как я сюда попала? Я помнила только холод и как лежала в снегу, отдавая последнее тепло. Кто меня принес? Кто вытащил стрелу?

Что это — бескорыстная помощь или подготовка к дальнейшим развлечениям?

— Он на улице, с Оксаной, — сказал Влад, и я с облегчением вздохнула.

Чтобы изменить положение, пришлось напрячься. Две пары рук попытались меня подхватить.

— Тебе помочь?

Я мысленно послала их к черту, передохнула, чувствуя пульсирующие мышцы, подтянула ноги и смогла сесть. Лоб стал мокрым от пота, а шаль Ольги пришлась очень кстати — я прикрылась ею спереди.

— У меня были ранения в спину, — заметил вампир. — Сначала сложно, но потом ничего. Хорошо, на тебе моя куртка была… Иначе дырка получилась бы приличная.

Да, повезло. Владик хотел успокоить, но я почему-то облегчения не почувствовала.

— Кто меня сюда принес?

— Андрей. Стрелу я достал. Неприятно, но ничего серьезного. Посидишь пару дней на обезболивающем, — Влад пошарил в кармане, и вложил мне в ладонь наконечник от стрелы. — Как талисман тебе. На память.

Я выронила наконечник в мех.

— Где мой свитер?

Он валялся в углу — разрезанный и непригодный к носке. Я надела куртку и застегнула. Можно сказать, что одета я прилично.

Я пыталась себя уговорить, что если не обращать внимания на боль, то она пройдет. Самовнушение не сработало. Мне потребовалось отдышаться после того, как я оделась.

— Ольге обязательно быть здесь? — спросила я у Влада. — Я хочу, что бы она ушла. Наверху безопасно?

— Пусть идет.

— Там моя комната, — сказала Ольга. — В смысле, я там жила.

— Тебе лучше подождать там.

Она не хотела уходить: ей казалось с нами безопаснее, чем сидеть в комнате и мучиться от неизвестности. Но Ольга безропотно поднялась наверх — я услышала шаги по деревянной лестнице.

— Где остальные? — спросила я.

Первым делом меня интересовал Лазарь — я хотела знать, где эта сволочь.

— Все по своим местам, а охотника послали осмотреться вокруг базы.

— Зачем? — нахмурилась я. — Что случилось?

— Оксана не доверяет своему дружку, — улыбнулся Влад. — Конфликт у них вышел. У тебя с ним что-то было?

Я хотела огрызнуться — не его это дело, но промолчала, и попыталась подобрать слова, чтобы убедить Влада мне помочь. Вытащил же он из меня стрелу, черт побери.

— Знаешь, о чем они говорят? — вдруг спросил Влад.

— О чем?

— Твой муж так и приехал. Оксана считает, что Андрей ее предал, он уверяет, что все в порядке. Если Оксана не дура, то свалит отсюда в ближайшие пять минут. Судя по тому, что она разослала своих вампиров следить за дорогами к базе, а охотника — идти по следу Андрея и искать его сообщников, она так и сделает.

— Зачем ты это говоришь?

— Поставь себя на ее место. Что будет дальше? С раненой, уже не нужной охотницей и ее подругой?

Если Оксана решила срочно уносить ноги, мы с Ольгой станем обузой. В отличие от Лазаря, который мог ей пригодиться.

Меня не испугали эти новости. Я так устала, что просто приняла это как факт.

Влад стащил шаль с моих коленей и скомкал ее в руках. Все же нервничает. Это незаметно в поведении, но руки беспокойные.

— Мне нравится твоя смелость, — сказал он. — Думаю, если бы у тебя был шанс, ты бы с Оксаной справилась. Я завтра позвоню, — закончил он и поднялся. — Люблю смелых женщин. Правда, не думаю, что ты со мной куда-то пойдешь.

— Угадал, — ответила я.

Скомканную шаль он сунул мне в руки. Только когда вампир вышел за дверь, я поняла, что она слишком тяжела для куска шерстяной ткани. Я развернула шаль и увидела свой пистолет.

Ну да, он же обещал вернуть оружие.

Я едва успела прикрыть оружие, когда входная дверь снова хлопнула.

Потянуло сквозняком, он приятно освежил после близкого огня. В сердце появился сосущий страх. Это был добрый знак.

Я слишком буквально восприняла слова Влада, когда решила, что Оксана услала своих вампиров, поэтому белобрысый стал полной неожиданностью. Я вздрогнула, глядя на него.

Он заметил, что я держу руки под шалью, но видимо, решил, что я греюсь.

Следом вошла Оксана. Смерила меня оценивающим взглядом и резко спросила:

— Где Влад?

Я не ответила, продолжая смотреть на вход. Андрей не появился. Почему, черт возьми? Я боялась двух вариантов — в первом Андрей убит, во втором — ушел не попрощавшись.

Она прошла через комнату — к лукам и сняла свой любимый.

— Пойди, найди Влада и открой окна, — велела Оксана белобрысому.

Она не говорила — убить, она говорила — открыть окно. Ее любимая фишка, видимо. Наверное, считает, что это оригинально.

Я сверлила взглядом затылок Оксаны, пока она возилась с луком. На улице громыхнуло и мы обе вздрогнули. Вампирша даже присела и вдруг со смешком выпрямилась — за окном, на фоне ночного неба расцветали разноцветные вспышки фейерверков. Пробило двенадцать — город праздновал Новый год.

Под следующий разрыв я сбросила шаль и поднялась. Получилось почти бесшумно, легкий шорох утонул в разрывах фейерверка. Треск на улице стоял еще тот, небо в разноцветных огнях. Комнату освещали блики от этих вспышек, они бесновались на стенах и белой парке Оксаны.

Я старалась не обращать внимания на боль и тихо шла к вампирше. Нужно подойти как можно ближе…

Глава 50

Под ногой предательски скрипнула половица, и Оксана стремительно обернулась, дуло уставилось прямо ей в лицо. Меньше чем полметра — она успела бы оттолкнуть руку в сторону, но застыла, растерянно глядя на меня.

«Он мог вытащить обойму, — подумала я. — Вытащить и отдать мне пустой пистолет».

Но я уже надавила на спуск, и в руку ударила отдача. Громкий выстрел смешался с грохотом фейерверков, и Оксану отбросило на стену.

Пуля вошла под правым глазом — если бы вампирша была человеком, или хотя бы не напилась крови, я бы засчитала себе удачное попадание, но чужие кровяные тельца не дали ей умереть и Оксана удивленно моргнула на меня.

По лицу расплескалась кровь, залив один глаз. Вампирша захрипела, царапая стену, и попыталась подняться. Раньше это произвело бы на меня впечатление, но теперь я знала что делать.

Я без страха шагнула к ней и выстрелила еще раз. Главное, не дать ей подняться и стрелять пока не сдохнет — или не кончатся патроны.

В прошлый раз мне не хватило двух обойм, но сейчас я не думала об этом. У меня было семь патронов на одной чаше весов и смерть от ее руки на другой. Я свой шанс решила использовать.

Я успела выстрелить еще раз, прежде чем выстрелы услышали. Как я ни надеялась, а стрельбу не приняли за фейерверк.

Дверь с треском распахнулась.

По комнате прошел сквозняк, огонь в камине с гудением вспыхнул.

Один из них был Андрей — он первым услышал выстрелы и прибежал с улицы, на какое-то смешное мгновение опередив белобрысого. Тот появился из внутренних помещений, и я оказалась между ними, как меж двух огней.

Я стояла над Оксаной в недвусмысленной позе палача и понимала, что теперь мне не выкрутиться с оставшимися четырьмя патронами.

Белобрысый уставился на Оксану, пускающую кровавые пузыри на полу — ее глаза закатились, она еще дышала, но я искренне надеялась, что она умирает.

Он выщерил по-звериному крупные клыки и кровь ударила ему в голову. Шрамы побагровели, и я испуганно попятилась к Андрею.

Бегство сработало как спусковой механизм.

Вампир бросился к нам через комнату, я вскинула пистолет и подалась назад, стараясь держать дистанцию.

Даже о боли забыла — мысли были заняты вампиром. Если он хоть раз мне врежет, я могу не выжить — и абсолютно неважно, что у него нет оружия.

Выстрелить я успела дважды, прежде чем влетела в Андрея спиной. Два выстрела почти в упор не остановили вампира. Третья пуля ушла в «молоко», когда Андрей обхватил меня, пытаясь вывести из-под удара — рука дернулась в сторону.

Остался один патрон. Нужно крупное везение, чтобы завалить кровососа с одного выстрела, а мне никогда по жизни не везло. Вампир летел на нас, и я отчаянно пыталась удержать его на прицеле.

Андрей отшвырнул меня в угол, и я упала на колено, прикрыв голову руками. Раньше я не видела, как дерутся вампиры под дозой. Мне казалось, это должно выглядеть эффектно — они сильнее и выносливее людей. Но Андрей просто схватил его за нижнюю челюсть и оттолкнул, так сильно, что зашвырнул обратно в комнату, и зашел следом.

Спина агонизировала, из комнаты доносились звуки борьбы, и я должна была туда попасть.

Я выпрямилась, держась за стену, и приросла к полу: кто-то быстро взбежал на деревянное крыльцо.

Я успела поднять пистолет как раз в тот момент, когда дверь открылась.

— Стоять!

Последний патрон, тихо напомнило отчаяние. В проходе замер вампир, смешно растопырив руки. Под расстегнутой курткой мелькнула наплечная кобура.

— Меня послал Эмиль! Вы его жена?

— Бывшая, — сквозь зубы процедила я. — Я тебе не верю!

Вампир был под дозой и поднял руки от неожиданности — моя пуля не могла причинить ему серьезного урона, вот затормозить, если я попаду в голову — вполне. Только туда еще надо попасть.

Он знал это и поэтому стоял на крыльце, а не просто смел меня с дороги.

Я боялась его подпускать, но очень хотела ему поверить.

— Меня послал Эмиль, — повторил он. — Опустите оружие.

Пистолет вздрогнул, между лопатками пульсировала острая боль. Рана снова начала кровоточить от удара об стену, подкладка куртки липла к спине. Долго с поднятым оружием я не простою.

— Он ждет вас на дороге!

Краем глаза я заметила в комнате движение — низко, на уровне пола. Скосила глаза и самой себе не поверила: ко мне ползла Оксана. Протянула руку и черный глаз, залитый кровью, осмысленно и зло смотрел на меня.

Оксана приходила в себя и скоро станет прежней сильной и злой стервой.

У меня был один патрон, Андрей — и куча вампиров по мою душу. Надо решаться.

— Докажи, — сказала я. — Отдай оружие.

У него буквально отвисла челюсть от моей просьбы. Он посомневался, но все же кивнул.

— Лицом к стене, руки за голову, — он ведь не рассчитывал, что я позволю ему хвататься за оружие самому?

Вампир с раздражительным вздохом ткнулся лбом в стену и сложил ладони на затылке. Я подошла сзади, подтолкнула дулом в поясницу, заставив плотнее прижаться к стене, и забрала пистолет.

— Давай, иди вперед, — буркнула я. — Иди!

Вампир выматерился, когда понял, что я делаю. Я вела его в комнату перед собой, используя как живой щит. Шум борьбы стих, и я не хотела бросаться туда, не разобравшись, кто именно победил.

Полутьма, свет камина, смятая шкура… На первый взгляд ничего не изменилось.

Мы стояли на пороге, я не позволила вампиру опустить руки, и целилась в пространство из-за его бока. Я искала Оксану, но ее не было… Как и Андрея. У дальней стены лежало тело, но кто это я не видела.

— Вперед! — я толкнула вампира в спину. Он не хотел заходить, но с пистолетом не поспоришь. Он пошел медленными, осторожными шагами. Горячее, адреналиновое дыхание выдавало злость — на меня злится. — Хватит сопеть.

Еще несколько шагов и я увидела, что это белобрысый. Он лежал полубоком, весь какой-то перекрученный, на лице прыгали отблески огня. Немигающие глаза застыли, верхняя губа вздернута в предсмертном оскале, клыки влажно блестели в полутьме. Кажется, ему шею свернули.

Я бы добавила ему в голову, да жаль патронов.

— Дальше, — я повела нового приятеля к противоположной двери, ведущей во внутренние помещения. Там лестница на второй этаж… и Ольгина комната.

На пороге я остановилась — меня остановил шепот. Там, за дверью, что-то тихо шептал Андрей.

Глава 51

— Можешь вернуться к Эмилю, — я обошла вампира и резко толкнула дверь.

Это была маленькая прихожая с лестницей на второй этаж и несколькими выходами. Через одну из приоткрытых дверей я увидела кухню. Отделка выдержана в духе того же охотничьего домика.

Оксана, с залитым кровью лицом, стояла на подгибающихся ногах и держалась за стену. Это я в нее стреляла и пришла с оружием, но смотрела она не на меня. Андрей в порванной куртке, с этим бесящим шарфом, накрученным вокруг шеи, что-то ей втолковывал.

Он обернулся и мы встретились взглядами.

И я, черт побери, не поняла, о чем он думает, и за кого будет драться.

Выглядел он неплохо, только волосы взъерошенные и царапина через всю щеку. Примерно так же он выглядел, когда сидел на моей кухне и выпрашивал кофе. Мой друг Андрей… Только зрачки чуть больше обычного.

Честно, я не знала, что делать. Я пришла добить Оксану и он понял это по моему лицу, вопрос в том, позволит ли он это сделать или повернется против меня.

— Кармен? — спросил он.

Оксана вдруг заскулила и подняла руку, скрючив пальцы, она загораживалась не от меня — от Андрея. У меня не было времени играть в двадцать вопросов и ответов — где-то здесь шайка агрессивных вампиров. И еще я рассчитывала найти Лазаря.

У меня нет времени ждать!

Я решила, что не буду объясняться.

Он просил отпустить ее, но Оксана натворила дел в нашем городе, начала убивать, а после этого вампиры не останавливаются. Как тигры, раз попробовавшие человеческую кровь.

Знал это и Андрей.

— Прости, — у меня в руке был пистолет охранника, я подняла его и сразу потянула спуск, чтобы не думать слишком долго. В последний момент Андрей толкнул руку в сторону, заломил запястье и толкнул меня спиной в стену. Кисть ударило о полированные деревянные панели, но я удержала оружие.

Андрей наклонился, его глаза оказались в нескольких сантиметрах от моего лица.

— Не стреляй, пока я не скажу, — на удивление спокойно попросил он.

— Я тебе не подчиняюсь! — разозлилась я.

— Давай не будем выяснять, кто кому подчиняется. По-дружески прошу.

Андрей отпустил мое запястье, и я покачнулась, потеряв опору. На резкую боль в спине я старалась не обращать внимания. Черт возьми, он прав. Одно желание он вполне заслужил.

Он повернулся к ней, а я встала за его спиной, положив одну руку на запястье другой, но оружие держала стволом вниз. Палача еще не звали. Почему меня не предупредили, что я буду убирать грязь не только за Эмилем, но и за Андреем?

Я не слушала, о чем они говорят. Не мое дело. Ничего интересного: она просила ее пощадить, он объяснял, почему это невозможно. Не меня умоляла — его. Как будто он решал, куда мне стрелять.

Андрею надоело и он замолчал, поднял руку, обрывая Оксану.

— Хватит, — процедил он. — Дай сюда, и иди на улицу.

Он отобрал у меня пистолет охранника. Я не стала спорить и спрашивать, умеет ли он обращается с оружием, если был мэром города когда-то — умеет. Я вышла на крыльцо, стараясь не слушать захлебывающийся визг Оксаны.

У меня снова был один патрон и по колено врагов. А еще я должна найти одного парня, который сильно мне задолжал.

Выстрелы я услышала, когда была уже довольно далеко от дома.

Я отлично знала Лазаря. Он из тех ребят, что быстро покидает точку, когда там становится жарко, но пока он не убедится, что заказчик проиграл, он не уйдет.

Оксана послала его идти по следу Андрея, а это значит, что искать его надо в противоположной стороне, в засаде, тихо наблюдающим за домом. Он наверняка видел, как я вышла, так что я сделала вид, что иду к дороге, обошла базу по периметру и направилась вглубь. Затаилась, прикидывая, что он мог использовать как укрытие.

Место обязательно безопасное, с возможностью быстрого отхода. Оттуда должен быть виден дом и все выходы. И чтобы можно было отстреливаться.

Я проследила взглядом возможное направление, осмотрела все, и выбрала три варианта: дощатый домик у забора, беседка, занесенную снегом, каменную ограду по пояс взрослому человеку, укрытую сверху снежной шапкой.

Поразмыслив, решила в ее пользу и начала огибать по широкому кругу, чтобы зайти с тыла. В доме и в беседке тебя легко заблокируют.

При ближайшем рассмотрении ограда оказалась полуразрушенной кирпичной стеной. Я подошла с торца, стараясь идти как можно тише, но снег предательски скрипел. Я остановилась и вытащила пистолет из-за пояса. У меня один патрон, но Лазарю и его хватит.

Впереди темнота, подсвеченная белым снегом снизу. Я ни черта не видела, и стояла, чувствуя, как дыхание опаляет губы. Черт, я нервничала.

Тихо… Но вот, где-то впереди скрипнул снег. Кто-то хотел уйти, но понял, что я его слышу.

Я подняла оружие.

— Лазарь, я тебя вижу, — соврала я.

Сначала из-за ограды показались поднятые руки, а затем он встал. Лица я не видела в темноте, но узнала по фигуре — только он такой худой и высокий.

— Они меня заставили. Я не хотел, Кармен.

Так я и поверила.

Я стояла и решала, стрелять или нет. И знаете, мне впервые не хотелось говорить — поступки сказали больше любых слов, а мне надоело снимать лапшу с ушей. Но выстрел услышат, у меня один патрон, Лазарь сам наверняка вооружен…

Со стороны ворот раздался шум — хруст снега, лязг ворот, крики… Я боялась уйти и боялась оставаться на месте. Теперь мой последний патрон стал еще символичнее, может, высшие силы, которые покровительствуют охотникам, решили оставить его для меня. На случай, если там вампиры Оксаны.

Лазарь тоже услышал — дернул головой, словно хотел обернуться, но опасался выпустить меня из виду.

— Дай уйти, Кармен… Ты слышишь, что творится? А хочешь, пошли вместе…

— Ты издеваешься? — зарычала я.

— Да пошла ты! — огрызнулся он, рука рванулась к поясу и я выстрелила, целя в корпус.

Зацепила — сдавленный крик и Лазарь повалился на снег. Я вскочила на ограду, стараясь держать его в поле зрения, и спрыгнула с другой стороны. Руки обожгло холодом, я вся была в снегу. Он лежал на спине, растопырив руки, снег слегка заляпало красным. Я не видела, куда попала.

Я прицелилась в него, прекрасно отдавая отчет, что магазин пустой.

— Не стреляй, — захрипел он. — Дура, я без оружия!

Ногой я разметала полы его куртки, пачкая джинсы снегом. Действительно. Пинком заставила его перевернуться на живот и задрала куртку на спине. Пистолета не было. Этот придурок просто опустил руки, когда у меня и так нервы на пределе.

— Пожалуйста, не убивай, — он съежился у стены, руки — особенно правая, тряслись. Я и раньше знала, что он трус.

— Вали, пока я добрая, — процедила я.

Уговаривать не пришлось: он вскочил и побежал к темной линии деревьев, прижимая ладонь к плечу.

Мне тоже надо уходить, на выстрел придут, и кто это будет — друзья или враги, я не хочу выяснять. Нужно убираться, пока есть шанс.

В дом возвращаться нельзя — я не знаю, что там произошло и кто были те, кто шумел на воротах. Я побежала к ограде и пролезла между прутьями.

Придется идти по дороге, искать Эмиля. Снова по снегу и холоду, с обмороженными руками и кровоточащей раной на спине. Если его машина стоит на шоссе, я не дойду.

Я приблизилась к дороге и пошла параллельным курсом, скрываясь в темноте.

Мимо пробежали двое, и я спряталась за деревом. Не знаю, кто это и выяснять не хочу. Я прижалась к шероховатой коре, надеясь, что меня не заметят.

Спина ныла от каждого неловкого движения, в мышцах что-то дергало. Я боялась, что задет нерв и терпеть придется до конца жизни. Хреновый прогноз. Будет еще хуже, если здесь она и закончится.

Впереди, из-за поворота выбился свет фар и я затормозила. Может быть, Эмиль, но что если это машина с недружественными вампирами?

Я остановилась, жарко выдыхая пар вместе с отчаянием. В стороне, над городом, отцветали последние залпы фейерверка.

Я боялась идти вперед. Прижалась к шершавому сосновому стволу, стараясь не потревожить лапы с шапками снега. Осталось совсем чуть-чуть — немного сугробов и холода, немножко страха и если повезет, все закончится.

Я приблизилась к дороге, старательно отогревая в кармане руку, разминая кулак, чтобы вернуть подвижность пальцам, словно еще могла стрелять. Джип уже различался между деревьев — он стоял посреди дороги. Тихо шелестел двигатель, из выхлопной трубы стелился дым. Как же там тепло внутри…

Я перевела дыхание, пристально рассматривая машину. Квадратные формы подсказывали, что это «мерседес», но не один Эмиль их любит. Номер я не видела.

Дверь распахнулась и наружу вылез высокий мужчина. Сунул в рот сигарету и несколько раз щелкнул зажигалкой, прежде чем смог прикурить.

Глава 52

В короткой вспышке света я узнала Стаса.

— Эй! — попыталась крикнуть я. — Стас!

Он настороженно вскинул голову и оглянулся. Потом приоткрыл дверь и что-то сказал в салон.

Я скатилась по сугробу, потревожив сосну, с веток на меня обрушилась маленькая снежная лавина. Водительская дверь приоткрылась, на дорогу вышел Эмиль, и я выкатилась ему под ноги в вихре снега.

Эмиль схватил меня за плечи, помогая встать. Я поднялась, вымазав его снегом и обжигаясь об горячие руки. От него пахло чем-то невероятно приятным: теплом, мятой и бензином. Запах казался чужим на фоне холодного аромата снега. Дурманящий запах достатка и стабильности.

— Где Никита? — спросил он. — Его послали за тобой. Ты его видела?

— Нет.

Наверное, он был среди тех, от кого я пряталась за деревом. И сейчас он в доме. Надеюсь, ему дали крови…

Сейчас я хотела одного: нырнуть в теплое нутро джипа и оттаять. Я отлипла от Эмиля и полезла в машину, не веря, что добралась.

Спереди, на пассажирском сидении обнаружился незнакомый вампир. Эмиль тоже сел назад — рядом со мной, а Стас остался снаружи.

На волосах таял иней. Кожу пощипывало, меня била дрожь. Эмиль все понял без слов и выставил климат-контроль на максимум.

Спина пульсировала, куртка между лопаток липла к повязке. Все тело ныло от холода — я промерзла до костей.

Я думала, он закидает меня вопросами, но Эмиль молчал и смотрел на меня.

— Как ты меня нашел?

— Андрей сказал, что ты у нее, как только услышал про «Сосновый бор».

— Он не знал, где ее логово. Если не соврал, конечно, — пробормотала я.

Ага, не соврал. Мог бы догадаться, раз база когда-то принадлежала ее отцу.

— Андрей мне звонил. Сказал, что ты жива, но ранена, — он смерил меня взглядом. — Выглядишь целой. Что она сделала?

— У меня рана на спине.

Эмиль молча вышел из машины, я наблюдала, как он обходит джип, копается в багажнике… Что все это значит, черт возьми?

Он вернулся с автомобильной аптечкой. Захлопнул дверь, отрезая холод, которого я и так нахлебалась на жизнь вперед.

— Поворачивайся, — он попытался расстегнуть куртку, но я вцепилась в нее мертвой хваткой.

— Я раздета, — объяснила я.

— Кто-то должен посмотреть. Ты что, меня стесняешься? Ты же моя жена.

— Бывшая, — напомнила я, но все-таки повернулась, расстегнула куртку и приспустила ее с плеч.

— Тебя уже кто-то перевязывал. Кровоточит.

— Я в курсе, — огрызнулась я.

— Кровь остановить не смогу, — голос было обыденным, он не беспокоился за меня, просто констатировал факт. — Тебе нужен врач… Чем это тебя?

— Стрелой.

— Чем? — переспросил Эмиль.

— Оксана любит пострелять из лука.

Руки Эмиля были горячими и приятными наощупь. Уже по тому, что мне приятны его руки можно было догадаться, как я замерзла.

— Какая ты холодная… Закончим, отвезу тебя к врачу.

Его одежда пахла моим прежним миром, пока Эмиль не подался во власть. Я вдыхала запах денег и, знаете, мне хотелось обратно. Туда, где была хотя бы иллюзия безопасности. Только это невозможно.

— Я должна вернуться, — сказала я. — Дай обойму.

Сидя к нему спиной, я поменяла магазин, передернула затвор и, натянула куртку. Эмиль не дал открыть дверь.

— Куда ты лезешь? Подожди. Пусть зачистят базу.

Я обернулась и прищурилась на него.

— Больше всех надо? — улыбнулся он. — Это работа для пешек. Мы пойдем, когда будет безопасно.

Я хотела послать его, но осталась. Звучит хорошо, да только я знаю Эмиля: это не комплимент, и из категории «пешек» он меня не вывел. Просто даже плохой хозяин пустит собаку в дом, когда она ранена.

— Я в тебе не ошибся.

Я долго молчала, а потом попросила его заткнуться.

Эмилю позвонили минут через пятнадцать. Все это время мы сидели в машине и не разговаривали. Мы, как победители въехали через ворота, но меня это не радовало. Слишком дорого далась победа.

Я вылезла из джипа и вскарабкалась на крыльцо, с одного бока меня поддерживал Стас, Эмиль шел позади.

Прежде чем войти в дом, я перевела дух. Я боялась того, что могу увидеть.

Комната была разгромлена: очаг разворочен и угли дотлевали по всей комнате. Мерзко чадила медвежья шкура. Нетронутым выглядел только гобелен над камином, с торчащей из него стрелой.

Все трупы стащили сюда, и они лежали неровным рядом, укрытые разной ветошью. Край рваной простыни на ближайшем трупе пропитался кровью.

Стас сдавленно булькнул рядом.

— Тебе лучше выйти, — сказала я, но он решительно замотал головой. — Где-то здесь должна быть девушка. Ее зовут Ольга…

— Архивщицу мы нашли, — сказал вампир из охраны Эмиля. — Она у нас в машине.

Тогда пора приступать. Я подходила к каждому телу и откидывала простынь.

— Кого-то ищешь? — спросил Эмиль за спиной.

— Нет.

Я обошла всех, и к последнему телу — по очертаниям женскому, подходить не стала. Влада я недосчиталась.

— Еще трупы есть?

По моему хмурому виду Эмиль понял: что-то не так.

— Кого не хватает?

— Лазаря, — соврала я.

Значит, Влад все-таки ушел. И гром меня разрази, если я скажу об этом.

— Если вы закончили, — снова вмешался охранник. — То все на улицу.

Я вышла на крыльцо. Мимо меня протащили канистры, я уловила резкий запах бензина — Эмиль заметал следы. Никита крутился рядом с моим «мерседесом», заметил меня, улыбнулся и махнул. Последнее, чего мне хотелось — так это общаться.

— Отгони к моему дому, — я бросила ему ключи. — Ты знаешь, где Андрей?

Никита поймал ключи и показал в направлении леса. Я упрямо потащилась в ту сторону, наклонившись, будто иду против сильного ветра. Спину ломило и только так было легче. Мне срочно нужно обезболивающее.

Андрея я нашла за зданием администрации, он стоял, прислонившись спиной к бревенчатой стене и жадно дышал. Когда я приблизилась, похрустывая тонким настом, то увидела, что его глаза закрыты.

Я остановилась рядом, не зная, что сказать.

Потом все-таки решилась.

— Почему ты мне ничего не рассказал?

Андрей не ответил.

— Спасибо, что за мной пришел, — я помолчала и добавила. — Может, пойдем? Чего ты тут стоишь?

— Доза на исходе, — негромко отозвался он. — Чтобы оставаться в эффекте, мне нужно очень много.

Я была не одна и не безоружна, но все равно занервничала. В драке он мог получить ранения, это нестрашно, пока не закончится эффект крови, но что будет потом? Мне лучше бежать.

Но я не могла не задать вопросы.

— Уйди, Кармен, оставь меня в покое.

— А если я не хочу?

— Я хочу. Ты как чумная. От тебя одни проблемы. Если бы ты не пришла тогда ко мне…

Андрей не закончил, но я поняла: он продолжал бы прятаться в своей квартире. Ему было так удобнее, а я все испортила.

— Когда мне надоел Всеволод, я отдал место твоему мужу. Я помог тебе. Но ты хочешь все больше и больше, из-за тебя мне снова придется слазить! — заорал он. — Ты знаешь, как это сложно? Знаешь, чего это стоило?!

Что я могла сказать — извини? Или — я тебя не просила? Это не правда. Я не просила, но была рада, что он на моей стороне.

— Я могу чем-нибудь помочь?

— Ничем! — огрызнулся он. — Из-за тебя мне пришлось ее убить! Твою мать, Кармен!

Я вздохнула, между мной и Андреем пошла трещина, и я не знала, как это исправить. Наверное, я действительно попросила слишком много. Он не сказал мне, кем был, но ведь и не должен был. Не рассказал про Оксану, но с какой стати? Мы знакомы не так давно, чтобы он делился личным.

По-своему он прав.

— Спасибо, что выбрал меня.

Можно было сказать еще какую-нибудь глупость, но я не придумала ничего утешающего. Просто оставила его там, надеясь, что он остынет и пойдет за мной к машине, но он не пришел.

Я думала, он переживает из-за Оксаны, но он переживал из-за своего запутанного прошлого. Надеюсь, Андрей успеет добраться домой до рассвета.

Я сидела в джипе Эмиля и смотрела, как на лобовое стекло падает снег. Думала о Лазаре, о Маринке и никак не могла понять, как так вышло.

Когда Эмиль вернулся и сел за руль, я все еще продолжала пялиться в незримую точку за окном.

— Ты как? — спросил он.

— Угу, — ответила я, имея в виду, что все в порядке.

Эмиль завел машину и тронулся. Я наблюдала в зеркало заднего вида, как уплывают и прячутся за покровом снега крыльцо и мой «мерседес».

— А остальные? — спросила я.

— Сами вернутся.

Я смотрела в зеркало, наблюдая, как на фоне неба разгорается зарево. И мне было чертовски грустно.

Эмиль отвез меня в больницу. Высадил у проходной и умчался, вспылив снегом. Я смотрела на красные стоп-сигналы, пока они не растворились среди огоньков шоссе.

Он не обязан был оставаться, но ведь обязательства — это не главное? Есть же простое человеческое сочувствие. Я оказалась здесь из-за него, но Эмиля это не волновало.

От этого отчуждения стало обидно. Этой ночью я утратила что-то безумно дорогое. Наверное, последние крупицы веры в вампиров.

Я узнала, что дружба носит разные маски — и некоторые из них смертельны. Когда тебе семнадцать — можно дружить взахлеб, навсегда, а спустя год дружба исчезнет, как морок.

Я смотрела вслед Эмилю, по щекам текли слезы, но я не о нем плакала — о себе. Влага замерзала, и я не могла понять, в чем причина — в холодном воздухе или в моей ледяной коже.

Эпилог

Из больницы меня выпустили через несколько дней. От новогодней ночи остался заживающий рубец между лопатками и дурные воспоминания.

Домой меня отвезла Ольга. Андрей и Эмиль обо мне даже не вспомнили.

На пыльной кухне я напоила подругу чаем и заверила, что все в порядке, несмотря на мой уставший вид. Ольга поверила с первого раза и уехала, а я сидела за столом до самого вечера и смотрела в окно.

В сумерках снег выглядел по-праздничному нарядно, вереница ярких огней навевала грусть. У всех этих людей, на чьи окна я смотрела, была своя жизнь, в отличие от меня. Обо мне просто забыли, когда я закончила дело.

Эмиль, конечно, счастлив в своем навороченном особняке. А я так и осталась его разменной монетой.

Я оделась, сама не понимая, куда собираюсь. Когда закрывала дверь, зазвонил городской телефон, трель разнеслась по пустой квартире. Я замерла, ладно, если зазвонит еще раз — остаюсь! Но трель внезапно оборвалась и я раздраженно захлопнула дверь.

Сначала долго шла по Ворошиловскому — почти до самого моста. Потом остановилась, возвращаться домой не хотелось — меня там ничего не ждет.

Я встала на бордюр и вытянула руку, ловя попутку. Почти сразу притормозила «десятка».

— Далеко? — поинтересовался молодой парень.

— За город, — мрачно ответила я. — И как можно дальше.

Я нагло села на переднее сиденье и захлопнула дверь. Машина резво выбросила из-под колес облачко снега, и мы пересекли городскую черту.

Content

Устинова Мария Городская охотница

Городская охотница Мария Устинова

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Глава 20

Глава 21

Глава 22

Глава 23

Глава 24

Глава 25

Глава 26

Глава 27

Глава 28

Глава 29

Глава 30

Глава 31

Глава 32

Глава 33

Глава 34

Глава 35

Глава 36

Глава 37

Глава 38

Глава 39

Глава 40

Глава 41

Глава 42

Глава 43

Глава 44

Глава 45

Глава 46

Глава 47

Глава 48

Глава 49

Глава 50

Глава 51

Глава 52

Эпилог