Александр Гасюк

Виктор Бут. Непокоренный

Все, что нас не убивает — делает нас сильнее.

Фридрих Ницше

В книге использованы дневники, письма, фотографии и рисунки из личного архива Виктора и Аллы Бут, а также фотоматериалы ФГУП ИТАР-ТАСС, Агентство «Фото ИТАР-ТАСС» и ФГУП МИА «Россия сегодня».

© Гасюк А. Г., 2024

© Издательство АО «Молодая гвардия», художественное оформление, 2024

Обращение к читателю Виктора Бута

Дорогие читатели!

Вы держите в руках уже второе издание уникальной книги, которую российский журналист Александр Гасюк подготовил как ответ западной пропаганде. Это независимый и очень глубокий анализ того, что же на самом деле произошло со мной по вине властей США.

Вашингтонский обком на моем примере отработал особую технику: как сначала демонизировать отдельно взятого человека, а затем начать демонизировать всю страну. Нашу Россию. С этой целью в СМИ были вброшены шокирующие фейки о том, что я, дескать, самый крупный в мире «оружейный барон». И все это — без предоставления каких-либо фактов! Даже на так называемом «суде» надо мной в Нью-Йорке американская федеральный судья была вынуждена признать, что я просто бизнесмен, а не страшный «торговец смертью», как это пыталось доказать обвинение.

Я помню тот момент, когда Александру Гасюку удалось получить разрешение и встретиться со мной в нью-йоркской тюрьме MCC. В течение нескольких дней мы общались с ним на разные темы. После этого он проделал колоссальную работу, чтобы разобраться в моем деле и донести до вас, уважаемые читатели, основанную на фактах, а не на эмоциях истинную подоплеку «дела Виктора Бута». Для этого журналист уважаемой мной «Российской газеты» использовал многочисленные источники, включая дневники моей супруги — Аллы, документальные материалы, фотографии из нашего семейного архива и, конечно, проанализировал огромный объем сообщений СМИ.

Надеюсь, что эта книга поможет всем в России понять, как нам бороться с информационно-психологическими кампаниями США. Этим опасным оружием массового поражения. И сегодня, когда наша страна проводит СВО при яростном противодействии русофобского Запада мы хорошо понимаем, как важно вовремя начать защищать наши национальные интересы. В том числе путем противопоставления фейкам и мифам агрессивного Запада правдивой информации.

Я очень благодарен Александру Гасюку за его время и усилия, затраченные на написание этой книги, и желаю ему новых творческих успехов.

Приятного чтения!

Виктор Бут,

Москва, март 2024 года

Обращение к читателю Аллы Бут

Сложно писать предисловие к книге, которая рассказывает о людях, которых ты хорошо знаешь, или о событиях, непосредственным участником которых ты был сам. Ведь эти люди и события описываются как бы «со стороны», и что-то все время хочется уточнить или чуточку подправить. Но в таком случае предисловие непременно превратится в какой-то постраничный комментарий, а его объем будет сравним с объемом представляемой книги. Поэтому я буду более краткой.

Книга, которую читатель держит в руках, рассказывает о моем муже, Викторе Анатольевиче Буте, и о том противостоянии с бездушной машиной американского «правосудия», жертвой которого стал и он, и вся наша семья. Многие годы Виктор был лишен свободы. Как получилось, что честный и удачливый бизнесмен, надежный друг для очень и очень многих ценящих его людей из разных стран мира, замечательный муж и отец, патриот своей страны — оказался осужден за «преступления», которые он не совершал? Кто и зачем организовывал провокации и подтасовывал факты, вводя тем самым в заблуждение и общественность, и средства массовой информации, и судебные органы? Кто противодействует любым попыткам доказать нашу правоту и восстановить справедливость в отношении Виктора?

На эти и многие другие вопросы даются ответы в книге. Читатель как бы побывает на разных континентах в разные периоды времени, станет свидетелем множества разнообразных, по-своему парадоксальных событий. О чем-то автор расскажет напрямую, какие-то выводы будет предоставлено сделать самому читателю. Поэтому я так благодарна Александру за объективное аккуратное изложение темы, в отношении которой уже было столько написано откровенной лжи и придумано мифов, мало что имеющих с реальностью.

Алла Бут,

Москва, март 2024 года

Предисловие

Стремящиеся сохранить свою рассыпающуюся гегемонию в мире Соединенные Штаты Америки обладают существенным преимуществом перед большинством других государств. Американцы обладают мировой информационной монополией и успешно создают мифы, умеют умело «раскручивать» их в западных СМИ и массовой культуре, а затем внедрять основанные на фейках представления в массовое сознание обычных людей по всему миру. При этом Штаты навязчиво убеждают не сомневаться во вбрасываемых ими в международное информационное пространство нарративах и воспринимать те или иные события именно так, как это выгодно Вашингтону.

Резонансное дело российского предпринимателя Виктора Бута, о котором и пойдет речь в этой книге, является ярким примером такого подхода США к манипулированию международным общественным сознанием. И агрессивно ведущейся ими информационно-психологической борьбы за глобальное доминирование.

Фамилия Бут стала известна широкой публике в нашей стране и за ее пределами после грянувшего весной 2008 года громкого международного скандала, связанного с арестом в Таиланде этого незаурядного гражданина России по запросу США. Хотя он к этому времени уже являлся успешным бизнесменом, создавшим в предшествующие годы эффективный авиатранспортный бизнес в Европе, на Ближнем Востоке и в Африке, лишь после организованного американской спецслужбой ареста Виктора в Бангкоке общественность впервые обратила пристальное внимание на персону внезапно оказавшегося в тайской тюрьме россиянина.

После двухлетней юридической баталии, в ходе которой Вашингтон бесцеремонно задействовал все возможные и, как впоследствии выяснится, нелегитимные с точки зрения закона рычаги давления на власти Таиланда, осенью 2010 года россиянина экстрадировали в США. Несмотря на все усилия семьи Виктора, его друзей, коллег и товарищей, а также российских государственных структур, вытащить Бута из-за тайской решетки не вышло. Так же как и помешать экстрадиции нашего соотечественника в Америку, где его незавидная участь была предрешена.

Суд над Бутом в Федеральном суде Южного округа Нью-Йорка начался в октябре 2011 года и проходил в атмосфере повышенного внимания иностранной и российской прессы. К тому времени стало окончательно понятно — американская Фемида намерена устроить показательный процесс над человеком, вокруг которого впервые был бездоказательно слеплен образ «зловещего русского контрабандиста» и «оружейного барона». И на поиски которого по всему миру были затрачены десятки миллионов долларов налогоплательщиков США.

Вопреки усилиям различных адвокатов, заработавших для себя на этом громком деле не только имя, но и увесистые гонорары, чуда в суде не произошло, а пресловутая американская Justice for all — Справедливость для всех — не восторжествовала. В апреле 2012 года американские присяжные заседатели вынесли обвинительный вердикт россиянину, а суд приговорил его к 25 годам тюрьмы. Изначально, ориентировочная дата выхода Бута на свободу с учетом отбытого предварительного заключения была назначена на 2030 год.

В общей сложности Виктор Бут провел в заключении 14,5 лет — 2 года в Таиланде и более 12 лет в США. Бóльшая часть срока проведена им в спецблоке Федеральной тюрьмы «Марион», находящейся близ одноименного городка в штате Иллинойс. Все это время Виктор регулярно общался по телефону со своими родственниками и иногда с представителями СМИ. Россиянин имел доступ к ограниченному и цензурируемому тюремному Интернету, а также изредка встречался с российскими дипломатами.

Так продолжалось до декабря 2022 года, когда в результате сложных российско-американских переговоров по обмену заключенными Бут не был освобожден специальным указом президента США и наконец вернулся на Родину.

Для западного да и отчасти для российского обывателя вылепленный США миф про Бута, в который значительную часть общественности буквально заставили поверить путем тиражирования СМИ диффамационных по своей сути обвинений в адрес россиянина, выглядел до неприличия просто: плохой русский парень незаконно торговал оружием и пытался навредить Америке, но хорошие американские ребята положили этому конец, поймали злодея и заслуженно посадили его в тюрьму.

Именно в таком образе Виктор Бут «вошел в массовое сознание американцев», говорил его адвокат Стив Зиссу, и этот искусственно созданный стереотип чрезвычайно сложно разрушить даже по прошествии многих лет с момента ареста россиянина.

Но насколько такая примитивная подача сути этого дела соответствует действительности? Этот вопрос я себе задавал с тех пор, как впервые встретился в Виктором Бутом в 2011 году, где прямо в нью-йоркской тюрьме первым из российских журналистов взял у него интервью. То была беседа при необычных обстоятельствах. Она же и стала прологом к этой книге.

Разумеется, в качестве репортера российского федерального СМИ мне не раз приходилось писать журналистские материалы «из зала суда» или брать комментарии у обвиняемых по различным делам. Но прикованный к тюремному стальному столу тяжелой цепью харизматичный Бут, который в течение примерно полутора часов сидел напротив меня и, глядя мне прямо в глаза, спокойно отвечал на мои вопросы, произвел глубокое впечатление. То интервью с Бутом сразу же было опубликовано в прессе. И в принципе можно было бы забыть об этом деле, благо новостных поводов у современных журналистов, пребывающих в бесконечном информационном потоке из Интернета, хватает.

Однако с тех пор идея поглубже разобраться в произошедшем с Бутом и истинной подоплеке его злоключений все время вертелась в голове. Пока, наконец, не получила свое развитие в книге, которую читатель держит в руках. Инициатива ее написания принадлежала исключительно мне и никому другому. Никто не просил меня подготовить эту монографию. Подсветить те или иные моменты. Расставить какие-либо акценты. Я попытался провести объективное журналистское расследование, позволив себе в ходе повествования небольшие литературные зарисовки. Исходил из необходимости изложить эту биографическую по сути историю с самого начала, погрузить ее в существовавший геополитический контекст, изучить все обстоятельства и непредвзято проанализировать произошедшее с нашим соотечественником со всех сторон.

Уже в процессе подготовки книги стало понятно, что «дело Бута» — это не только история про выдуманные мифы и раскрученный через подконтрольные правительству США неправительственные организации и СМИ образ зловещего «оружейного барона». Не только личная трагедия конкретного человека и тяжелейшее испытание для его семьи. Это прямое посягательство на интересы России и безопасность ее граждан, а также очередное, вероятно далеко не последнее, проявление аррогантного высокомерия по отношению к нашей стране со стороны США. Сверхдержавы, распространившей свое национальное правосудие на весь земной шар и превратившей юридическую экстерриториальность своих действий в норму мировой политики. Этим правом уверенные в своей исключительности и ни перед кем не подотчетные США наделили себя сами.

У многих напрашиваются вопросы: чем же так насолил и что такого на самом деле сделал американцам человек, в прошлом младший офицер Советской армии, демонический имидж которого был в буквальном смысле вылеплен западной прессой? Почему Вашингтон усмотрел в этом отдельно взятом россиянине угрозу национальным интересам США? Ведь именно на Бута — одного из первых российских граждан, арестованных в третьей стране по запросу США, а затем экстрадированных в Штаты — американские власти устроили настоящую охоту, бросив на его поимку десятки агентов, миллионы долларов и серьезные ресурсы спецслужб. И чем не угодил российский предприниматель американцам, которые внесли его в список самых опасных людей на планете и объявили «торговцем смертью»?

Отмечу еще раз. Книга «Виктор Бут: США против российского предпринимателя», второе и дополненное издание которой вы, уважаемые читатели, держите в руках, является попыткой «отделить мух от котлет». Проанализировать, что на самом деле стало причиной пресловутого «дела Бута». Реконструировать и восстановить на основе ранее не публиковавшихся документов американского правительства и воспоминаниях участников тех событий детали спецоперации спецслужб США по захвату россиянина в Таиланде. Закрыть «белые пятна». Ответить на многие, до сих пор висящие в воздухе вопросы, несмотря на прошедшие годы с момента ареста Виктора Бута. Жизнь которого жестоко и навсегда изменила «самая демократическая страна в мире» — США.

Изучив биографию Бута, восстановив в памяти мои многочисленные журналистские материалы, опубликованные про героя книги и его резонансное дело на протяжении последних нескольких лет моей работы в «Российской газете», я постарался понять и оценить реальные, а не вымышленные факты про нашего соотечественника. Фактически оказавшегося в роли политического заложника США. Беспристрастно, насколько это возможно, взглянул со стороны на допущенные ошибки, которые и привели Бута (а затем по его следам и десятки других россиян) за американскую решетку.

Помимо доступных в СМИ многочисленных, но очень противоречивых и неточных материалов о Буте, которые обязательно требовали перепроверки, опираться пришлось в том числе и на ряд эксклюзивных источников. В их числе интервью, которые мне удалось взять у Виктора, его тюремные письма домой, личные дневники его супруги Аллы, беседы с его родственниками и деловыми партнерами, оригиналы судебных, адвокатских и ранее неизвестных публике внутренних документов по этому громкому делу, взятые мной комментарии у фигурантов этого дела и экспертов, а также уникальные иллюстрации — фотографии из семейного архива Бута, и его нигде не публиковавшиеся ранее тюремные рисунки. В этих удивительных материалах, написанных карандашом, ручкой и пастелью — отражение того, с чем Виктору пришлось столкнуться в американских застенках и как США жестоко вычеркнули из жизни успешного российского бизнесмена 14,5 лет. Этот период Виктор, мужественно выдержавший все выпавшие на его долю испытания и вот уже как два года вернувшийся на Родину, наверстывает прямо сейчас.

Погрузившись в активную общественно-политическую, культурную и предпринимательскую деятельность.

И занимая достойную уважения патриотическую позицию в поддержку национальных интересов России.

Глава I

Как стать успешным бизнесменом

Трудоголик — это совершенно точно. Такое ощущение, что он работает 24 часа в сутки.

Из характеристики коллег на В. Бута

Таиланд. 6 марта 2008 года

Около 13.00 по местному времени (09:00 Мск.)

Сидя за длинным лакированным столом из натурального дерева в переговорной комнате 5-звездного отеля Sofitel Bangkok Sukhumvit в Бангкоке, Виктор Бут откинулся назад в офисном кожаном кресле. Повертел в руках ручку, которой он только что записал на листке бумаги озвученные ему весьма странные деловые предложения по продаже различных вооружений, и взглянул в панорамное окно. Через него с 27-го этажа открывалась захватывающая дух панорама на бурлящий деловой центр столицы Таиланда, куда российский бизнесмен прилетел из Москвы лишь несколько часов назад. Цель — обсудить возможность коммерческой сделки по продаже грузовых самолетов с довольно странными, если не сказать больше, партнерами, которых Бут видел в первый раз в жизни.

Медленно переведя пристальный и проницательный взгляд своих серо-голубых глаз на сидящих напротив собеседников — двух мрачноватого вида смуглых и черноволосых латинос — в голове Виктора мелькнула мысль: «Что-то здесь не так! Эти ребята явно ведут какую-то игру…» Но было уже поздно что-то предпринимать. Как раз в этот момент за дверью послышался громкий топот тяжелых ботинок.

— Всем руки вверх! Лечь на пол! Вы арестованы!!!

С такими криками, распахнув двери, в помещение ворвались вооруженные оперативники полиции Таиланда из состава подразделения по борьбе с уголовной преступностью.

Спустя минуту после задержания не оказывавшего никакого сопротивлявшегося россиянина в переговорную комнату не спеша вошел высокий широкоплечий иностранец-англосакс. В его антураже Виктор безошибочно угадал американца. Прищурившись и посмотрев на поставленного лицом к стене 41-летнего россиянина, представитель Управления по борьбе с наркотиками США Томас Паскуарелло показал на него пальцем и скомандовал тайским полицейским — «Этот!».

На руках Бута, в голове которого начала складываться картина произошедшей с ним «подставы» защелкнулись стальные браслеты. Их характерный щелчок на запястьях российского предпринимателя означал, что в начатой задолго до этого момента — еще в ноябре 2007 года операции-ловушке американских спецслужб под кодовым названием Relentless (англ. «Безжалостный») — была поставлена жирная точка. Как и на прежней жизни гражданина России, являвшегося главной целью этой многоходовки.

Так начал раскручиваться резонансный международный скандал, в который оказались вовлечены сразу несколько стран, а его отголоски до сих пор ощущаются на отношениях России и США.

Но все же кем на самом деле являлся арестованный в Таиланде россиянин? И почему именно он был выбран на роль главной жертвы операции «Безжалостный»?

Детство, юность и путь к военной стезе: 1967–1987

Виктор Анатольевич Бут появился на свет в столице Таджикской ССР — городе Душанбе — 13 января 1967 года. Родственники Виктора по отцовской линии происходили из Харьковской области Украины, а семья матери — из Курманаевского района Оренбургской области.

Согласно одной из версий, фамилия, доставшаяся герою этой книги по отцовской линии, означает камень. Причем очень твердый камень, которым мостят тротуар. Если это действительно так, то свою фамилию Виктор оправдает на сто процентов. И далеко не один раз, проявляя несгибаемую твердость в критических жизненных ситуациях.

Его отец — Анатолий — занимался ремонтом машин и был простым водителем. Мама Раиса Кузьминична работала бухгалтером в обычной местной библиотеке. Женщина оказалась в Таджикской ССР в 1950-е годы, когда ее родители переехали в нетронутый войной Сталинабад (так до 1961 года назывался Душанбе) в поисках лучшей жизни и нового дома. Именно здесь в душанбинском районе Яккачинар под палящим азиатским солнцем Виктор провел первые 10 лет своего детства.

В простой советской семье Анатолия и Раисы Бут также рос старший сын — Сергей. Он впоследствии станет партнером Виктора по бизнесу, а затем начнет развивать собственные коммерческие проекты.

Как вспоминал Сергей Бут, ответственность за воспитание младшего члена семьи часто ложилась на его плечи. Это и понятно — родители много работали, разница между мальчиками была 5 лет, и заботиться о брате зачастую было больше некому. «Я сам отводил Виктора в садик, еще когда мы жили на Яккачинаре. Потом забирал обратно, кормил, ну и, само собой, нередко наказывал его за какие-то провинности, но и был всегда его защитником», — рассказывает он.

Буты проживали в скромном частном доме, окруженном сиренью и чинарами. По данным информагентства «Спутник», это строение до сих пор находится недалеко от центра и практически все вокруг осталось прежним: старенькие четырехэтажки, запах жареных пирожков, шумный базарчик, придорожные арыки, русское кладбище неподалеку — таким, по словам матери Бута, был Душанбе 1970-х годов, где вырос Виктор. Чуть позже семья переехала в Ленинский район города (ныне Рудаки), где Раиса Кузьминична стала работать в «Таджикпотребсоюзе». Сама она описывает молодость в Таджикистане как один из самых счастливых периодов в жизни, во многом из-за гостеприимства и радушия окружающих[1].

Юный Витя Бут учился в средней душанбинской школе № 1 им. А. С. Пушкина с 1974 по 1984 год. Родственники вспоминают, что Виктор рос добрым и общительным ребенком по отношению и к брату, и к товарищам по двору. Уже в школьном возрасте он легко находил контакт со сверстниками, разговаривал по-узбекски и по-таджикски, и был душой компании. Здесь же будущий военный переводчик, с младых ногтей осваивавший дари и фарси, проявил склонность к изучению и западных иностранных языков, прекрасно освоив в школе английский. А в старших классах увлекся эсперанто (искусственно созданный в конце XIX века универсальный международный язык, так и не получивший, впрочем, как планировалось, всеобщего распространения).

Обнаружившиеся лингвистические задатки предопределили и первую попытку получить высшее образование — ее Виктор предпринял в гражданском вузе. По его окончании можно было рассчитывать на престижную и высокооплачиваемую работу за рубежом. Документы были поданы в приемную комиссию элитного Московского государственного института международных отношений (МГИМО) — кузницы дипломатических кадров для Министерства иностранных дел СССР, а ныне современной России.

«Сказал: “Я буду поступать в МГИМО!” Я слушала и шутя приговаривала: “Сыночка, гляди, как бы МГИМО МИМО не прошло”. Он ездил, выбирал, поступал, и никто ему ни в чем не помогал. Всегда сам занимался, читал, ходил в библиотеку. Мне было некогда, я с утра до вечера работала, муж точно так же. Я так понимаю, он сам перед собой когда-то поставил цель», — вспоминала Раиса Бут[2].

Впрочем, попытка с наскока покорить Москву для «душанбинского провинциала» Бута оказалась неудачной — в 1983 году, успешно сдав все экзамены, он был срезан мандатной комиссией МГИМО.

«Виктор был прекрасно подготовлен для учебы на международно-правовом факультете. Но в то время для поступления в МГИМО от жителей советской периферии требовалось предоставить рекомендацию за подписью республиканского ЦК компартии. Бут имел прекрасную репутацию в Ташкенте, но… он был русским, а в Душанбе, видимо, хотели видеть свои национальные кадры и такую рекомендацию ему не дали. Пытаться как-то “договориться” Виктор даже не стал и отправился в армию», — рассказал мне близкий друг Бута, с которым он поступал в московский вуз.

В 1985 году Бут был призван в армию. Известно, что двухгодичная срочная служба Виктора прошла в Закарпатском военном округе, в городе Ужгороде на Украине.

Армейская стезя привлекла Бута. Демобилизовавшись в 1987 году, он решил отнести свои документы в Военный Краснознаменный институт Министерства обороны СССР, более известный в качестве института военных переводчиков. Здесь отслужившему срочку абитуриенту и пригодились накопленные в юности познания иностранных языков.

К сведению

Военный Краснознаменный институт Министерства обороны СССР (1974–1994) — высшее учебное заведение, предназначенное для подготовки офицеров с военно-юридическим образованием для военных прокуратур и трибуналов, офицеров с высшим военно-филологическим образованием и политработников-спецпропагандистов для Минобороны СССР, а также переподготовки и повышения квалификации офицеров — работников органов военной юстиции и военных переводчиков, проведения научных исследований в сфере военно-юридических, юридических и филологических наук.

Нынешний Военный университет Министерства обороны Российской Федерации еще с советских времен прочно связывают с главной учебной базой офицеров военной разведки — Главного управления Генерального штаба ВС РФ (в прошлом — ГРУ). Хотя на самом деле лишь малая часть выпускников действительно попадает в эту структуру и только избранных закрепляют за оперативными подразделениями самой засекреченной российской спецслужбы, уже сам факт короткого пребывания Бута в стенах этого специализированного учебного заведения в будущем станет поводом для многочисленных спекуляций в западных СМИ и его причисления к кадровому составу советских, а впоследствии и российских спецслужб.

Еще один важный для понимания психологии Бута момент. Как рассказывали мне родственники Виктора, значительную роль в том, что он принял решение вступить на военный путь и поступил в высшее учебное заведение Минобороны сыграла судьба деда — старшего лейтенанта Красной армии, пропавшего без вести в тяжелых боях с нацистами на Курской дуге в 1943 году.

Таким образом, дала знать о себе преемственность поколений и стремление Бута внести свой вклад в защиту Родины.

На Черном континенте: 1989–1990

Есть вброшенный американскими СМИ фейк — Бут отучился в Институте военных переводчиков и поступил на службу в ГРУ. А есть правда — Виктор не обучался по полной академпрограмме Краснознаменного института МО СССР, а только прошел здесь ускоренные десятимесячные курсы португальского языка.

Сразу после этого в звании младшего лейтенанта он был направлен в первую в его жизни загранкомандировку. К этому Виктор, очевидно, стремился еще несколько лет назад при попытке поступления в МГИМО, который открывал двери для поездок за границу. Загадочная и недоступная для «не выездного» в те времена советского офицера заграница манила захватывающими приключениями и, что было немаловажно в позднесоветских реалиях, заработком в инвалюте. Впрочем, в свою первую ДЗК (длительную загранкомандировку) начинающий военный переводчик Бут отправился отнюдь не в зажиточную Европу или Америку, а строго на юг — в жаркую африканскую республику Мозамбик.

С большим трудом завоевавшие в 1960–1970-е годы независимость от вчерашних европейских колонизаторов африканцы к концу 1980-х годов все еще отчаянно нуждались в военно-технической помощи Москвы. В то время на СССР и возглавляемый им социалистический лагерь ориентировался целый ряд африканских стран, включая Анголу до Мозамбик. Последний представлял собой бывшую португальскую колонию на юго-востоке Африканского континента. Завоевав при активном содействии СССР суверенитет в антиколониальной войне с Португалией 1964–1974 годов, Мозамбик долгое время оставался на грани гражданского противостояния между прокоммунистической партией ФРЕЛИМО (Фронт освобождения Мозамбика) и поддерживаемой США и Южной Африкой консервативной антикоммунистической политсилой РЕНАМО (Мозамбикское национальное сопротивление). Окончательно мир установился в этой многострадальной стране лишь в 1992 году.

Здесь, в столице Мозамбика — городе Мапуту (прежнее португальское название города — Лоренсу-Маркиш) — в 1989–1990 годах Бут работал в качестве переводчика при советской военной миссии. То, чем занимались советские военные советники в далеких африканских странах хорошо известно из многочисленных воспоминаний ветеранов локальных войн. Преимущественно в их задачи входила боевая подготовка и обучение местных специалистов обращению с советским оружием и военной техникой, организация материально-технического снабжения и доставка самих вооружений.

Мозамбик в этом отношении был точкой притяжения — в южноафриканскую страну в буквальном смысле завозились горы советского оружия (в 2000-е годы Россия по просьбе Мапуту списала десятки миллиардов долларов госдолга по большей части за поставки вооружений и боеприпасов). Стоит ли удивляться, что мозамбиканцы настолько впечатлялись военно-технической помощью советских друзей, что и по сей день на государственном гербе и флаге этой страны красуется изображение автомата Калашникова — главного «инструмента» в борьбе африканцев за свою независимость. Кстати, это единственная госсимволика в мире, увековечившая стилизованное изображение легендарного АК-47.

До сих пор не подсчитано точное количество поставленных СССР в Африку вооружений и их стоимость. Автору этих строк довелось в 1990-е годы побывать в Мозамбике. Хорошо помню проходящую через джунгли дорогу из Мапуту в соседнее крошечное Королевство Свазиленд (в 2018 году переименовано в Эсватини), вдоль которой в большом количестве была раскидана уничтоженная и брошенная советская бронетехника.

В СМИ широко распространена версия, согласно которой незадолго до прибытия Бута в Мозамбик здесь в качестве сотрудника внешнеторгового объединения «Техноэкспорт» (по другим данным, в качестве переводчика) работал известный российский чиновник, а ныне топ-менеджер ведущей российской нефтегазовой компании Игорь Сечин. В то время через «Техноэкспорт» осуществлялись поставки в социалистические и развивающиеся страны промышленного и иного оборудования для предприятий и других инфраструктурных объектов, сооружаемых при помощи СССР. Сечин — выпускник ЛГУ, бывший заместитель председателя правительства РФ — с мая 2012 года является председателем Совета директоров госкомпании ПАО «Роснефть». Это обстоятельство во время поднятой вокруг «дела Бута» шумихи в конце 2000-х годов дало западникам бездоказательный повод связать коммерческие успехи Виктора в качестве предпринимателя с высокопоставленными покровителями в Кремле[3].

На самом деле никаких документальных свидетельств личного знакомства Бута и Сечина нет и никогда не было. Нет ни фотографий, ни документов, с помощью которых можно было бы подтвердить их контакты. Сам Виктор неоднократно опровергал подобные домыслы и сплетни[4].

С учетом нескольких десятков тысяч советских специалистов, прошедших через Мозамбик за пару десятилетий не удивительно, что такой встречи в самом деле никогда не было. По некоторым данным, Игорь Сечин работал в Мозамбике в качестве переводчика гораздо раньше Бута (в 1982–1984 годах), а затем с 1985 по 1986 год находился в Анголе и только потом устроился в «Техноэкспорт»[5].

Мозамбиканская командировка стала по настоящему судьбоносной для Бута в другом отношении. В ходе этой «загранки» определилась «красная нить» в личной жизни молодого офицера. Здесь он познакомился со своей будущей супругой — Аллой Юрьевной Протасовой, дочерью преподавателя физкультуры, всю жизнь проработавшего в обычных школах Колпино и Ленинграда.

Из воспоминаний Аллы об обстоятельствах знакомства с будущим мужем:

При посольстве была комсомольская ячейка. Все мы были комсомольцы и ходили на комсомольские собрания. Виктор в силу своих лидерских задатков был там председателем. На момент своего появления в Мозамбике я закончила Высшее художественное училище им. Мухиной — сейчас это Санкт-Петербургская государственная художественно-промышленная академия им. А. Л. Штиглица — и мне предложили в качестве комсомольской нагрузки расписывать клуб посольства[6].

Протасова на тот момент была замужем за одним из работавших в Мозамбике сотрудников советского загранпредставительства. Но их семейная жизнь не сложилась. По возвращении на Родину и последовавшего развода с мужем ее отношения с Виктором продолжились.

Как впоследствии вспоминала Алла об этом романе, Виктор с друзьями приехал в Ленинград — ее родной город. Затем в городе на Неве «что-то между нами произошло, друзья уехали в Москву, а Виктор остался».

В итоге летом 1991 года — в канун драматических событий последних месяцев существования СССР — пара поженилась. А в 1994 году в Эмиратах в семье родилась дочь, которую молодые родители назвали Елизавета.

В дикий капитализм — от ларька к авиаброкеру: 1991–1993

В 1991 году — практически одновременно с исчезновением Советского Союза с политической карты мира — Бут принимает решение уволиться из армии. Тогда, на изломе советской эпохи, офицеры увольнялись из рядов советских вооруженных сил десятками тысяч, досрочно и вынужденно ломая свои многообещающие карьеры. При этом в условиях наступившего в «стране победившей демократии» общественно-политического и экономического хаоса лишь немногие из бывших военных понимали, что им несет постсоветское лихолетье 1990-х.

Но Бут прекрасно осознавал, что впереди замаячили ранее недоступные возможности капитализма. В «диких» условиях которого молодой, энергичный, образованный и владеющий несколькими иностранными языками бывший офицер мог сделать головокружительную карьеру и состояние. Но надо отметить, что даже уволившись в запас и сняв погоны, Виктор навсегда остался верен принятой присяге, своему слову и офицерской чести. Это станет понято гораздо позже, когда он наотрез откажется сотрудничать с американскими спецслужбами, сдавать им своих товарищей и соотечественников, а также пойти на фактическое предательство своей Родины. Для него такой шаг всегда был и остается неприемлемым.

Интересны оценки друзей и коллег, лично общавшихся с Бутом в тот период. В подавляющем большинстве они отзываются о его личности и характере весьма комплементарно и указывают на порядочность Виктора и как товарища, и как делового партнера. Вот, например, что о нем вспоминал бывший помощник президента Татарстана Тимур Акулов: «Трудоголик — это совершенно точно. Такое ощущение, что он работает 24 часа в сутки. И сотрудники у него такие же. Хорошие ребята. Ничего такого, авантюрно-романтического в нем не замечал. Это обычный бизнесмен, который занимается авиаперевозками. И, кстати, подобных компаний в 90-е годы было миллион. Все разваливалось, и почти новые самолеты за бесценок можно было приобрести»[7].

Расставшись с воинской службой, Виктор Бут начал активно осваивать непаханое поле постсоветских рыночных отношений. Кооперативы, частный сектор, торговля, ларьки, приватизация, ваучеры — все это было в новинку для граждан оказавшегося не способным преодолеть хронические изъяны плановой экономики и в итоге распавшегося Союза ССР.

Важный момент: для занятия собственным делом у начинающего предпринимателя было серьезное подспорье. За плечами у Бута был Институт военных переводчиков, прекрасное знание нескольких иностранных языков, а также накопленный в ходе загранкомандировок первичный опыт общения с иностранцами.

Как впоследствии вспоминала супруга Виктора Алла, первые «рыночные деньги» были заработаны предпринимателем на ввозе ширпотреба и продуктов из Европы. Так называемые «челноки» везли в новую Россию огромный перечень товаров для перепродажи. На первых порах не остался в стороне от такого, вполне легального способа заработка и Бут. Так, начинающий предприниматель прошел и через продажу банок пива в ларьках, и через палатки с дешевыми вещами, привезенными челноками.

«Виктор умел и любил торговаться. Он вырос в Средней Азии, где базар и все что с ним связано было особым культом. Ему нравился сам процесс торговли, у него были для этого навыки и он в этом быстро преуспел», — говорила мне Алла Бут[8].

Но масштаб ларьков, киосков и прочих палаток не соответствовал предпринимательским амбициям и финансовым требованиям Виктора. Спустя короткое время, он решил более профессионально задействовать свои знания и опыт, полученные в годы службы в Советской армии и связанные с авиацией.

Так, в 1991 году он пришел в авиационный бизнес и стал авиационным брокером.

— После увольнения из армии в 1991 году я работал в Союзе объединенных кооперативов СССР, который в то время возглавлял академик Тихонов. В этой организации существовал центр по организации авиаперевозок, и я глубже изучил это дело. Затем я долгое время выступал в качестве брокера по организации чартерных перевозок. И только в 1995 году мы начали приобретать самолеты и создавать свою авиакомпанию, — рассказывал автору этой книги Виктор Бут.

То, каким образом предпринимателю удалось фактически с нуля организовать авиабизнес позже станет предметом множества спекуляций и домыслов. Правда, большинство из них не имеет никакого отношения к реальности. По словам Михаила Якушева, близко знавшего Бута и позже работавшего юристом в одной из его компаний, изначально Виктор планировал вывести советские самолеты на латиноамериканский рынок авиатранспортных перевозок, присматривался к Бразилии и даже съездил в ознакомительную поездку в эту португалоязычную страну примерно в июле 1991 года.

Однако все сложилось иначе и спустя несколько месяцев Бут запускает бизнес в Анголе. Тоже португалоговорящей стране. Важную роль в этом сыграли оставшиеся со времен его военно-переводческой работы в Мозамбике знакомые, которые участвовали в продовольственных и иных программах гуманитарной помощи по линии ООН. Для восстановления разрушенной гражданской войной Анголы было нужно огромное количество гуманитарки и стройматериалов, но при этом ООН сталкивалась с огромной проблемой — практически повсеместным отсутствием дорог и инфраструктуры. Вспомнив армейский опыт, Виктор выдвинул свежую идею — сбрасывать установленный на паллетах груз из самолетов прямо в заданную точку на парашютах. Идея пришлась ко двору и вскоре законтрактованные ООН самолеты Ил-76 начали осуществлять смелый план, выдвинутый 24-летним на тот момент Бутом.

Откуда взялись эти самолеты? Оказывается, после расформирования в 1991 году дислоцированного в Витебске бывшего советского 339-го полка военно-транспортной авиации, входившие в его состав Ил-76 были переведены на баланс белорусской компании Transaviaexport, а уже оттуда взяты в лизинг фирмой, основанной Бутом. В итоге именно эти самолеты и наспех сформированные Виктором экипажи быстро и прочно освоили ангольское небо. Тем более что летный час Ил-76 оказался гораздо дешевле 1,5–2 тысяч долларов, в которые обходились полеты американских транспортников Lockheed C-130 Hercules. Это был важный фактор, как для оплачивавшей программу гумпомощи ООН, так и софинансировавшую ее правительства Анголы.

Одна из первых авиакомпаний, основанных предпринимателем, называлась ВИАЛ (образовано из первых букв имен учредителей — Виктора Бута и Александра Кибкало). Партнер Бута ранее был командирован в Анголу по линии Минобороны СССР и хорошо знал местные реалии, чем и привлек интерес к нему Виктора… ВИАЛ активно подключилась к поиску самолетов для фрахта на территории бывшего СССР, а также обеспечивала обслуживание работавших в Анголе самолетов (в Луанде базировались несколько Ил-76, которые по мере исчерпания ресурса менялись через основную операционную базу в Шардже).

Фактически успешно начатый бизнес, являлся грамотно организованной спекуляцией. Чтобы заработать денег на собственный авиапарк, Бут брал у российских и белорусских авиапредприятий технику в аренду за 400 долларов в час, затем предоставлял ее в аренду контрпартнерам в Анголе уже за 1200 долларов в час. При этом, разумеется, именно недюжинные организаторские способности неординарного Бута, его чутье предпринимателя и глубокое знание нюансов рынка авиаперевозок сделали возможным коммерческий «взлет» всего предприятия.

Сам Виктор позже подтвердил этот «секрет» своего раннего успеха. И рассказал, что выступая в начале 1990-х годов в качестве авиаброкера «брал самолеты, к примеру, у “Магаданских авиалиний”, и сдавал их через бельгийскую фирму в Анголу — тогда и начался такой арендный бизнес, которым я успешно занимался до 96 года»[9].

Как вспоминал в беседе со мной Дмитрий Попов — деловой партер Бута и его «правая рука» по африканскому бизнесу, начинающему бизнесмену Виктору «удалось удачно угадать момент, скупить оказавшиеся ненужными в постсоветской России самолеты, вывезти их на зарубежный рынок авиаперевозок и начать работать»[10].

Вскоре к Буту потянулись многие сидевшие без работы и зарплаты пилоты. Трудоустроенные Виктором, они начали быстро зарабатывать хорошие деньги и получили возможность кормить свои семьи в России, пояснил Попов — также выпускник Института военных переводчиков.

Бизнес, основанный на опыте, связях, предпринимательской жилке и харизме 25-летнего на тот момент Бута, в прямом и переносном смысле «взлетел». В интервью американской телекомпании CNN в 2002 году Виктор рассказывал, что собственный совершенно законный авиабизнес он начал в 1992 году[11].

Эмираты, Бельгия, Гибралтар: 1993–1995

На рубеже 1992/93 годов в быстро растущем бизнесе предпринимателя Бута наступил качественно новый этап — он обзавелся собственным, а не арендованным авиапарком. И самые первые самолеты для своей компании Виктор, по имеющимся в СМИ данным, приобрел в Челябинской области. В частности, среди купленных Бутом у Златоустовского машиностроительного завода были четыре самолета Ан-8, два Ан-12, Ан-24 и вертолет Ми-8. Чуть позже был куплен Ил-18, которым якобы лично пользовался легендарный отец советской космонавтики Сергей Королев. Факт покупки этого борта на «основании решения Челябинского областного комитета по управлению госимуществом» Виктор подтверждал лично[12].

А уже в 1993-м компания Бута открывает офис в ОАЭ и создает здесь фирму Transavia. Согласно воспоминаниям непосредственных участников тех событий, во многом это стало возможно благодаря удачному знакомству Виктора с выходцем из Белоруссии Виталием Степановичем Смирновым — чрезвычайным и полномочным послом СССР в Пакистане (в 1980–1985 годах), а затем в Бангладеш (в 1988–1991 годах).

По долгу дипломатической службы Смирнов прекрасно знал ситуацию в Эмиратах и имел здесь полезные связи, а Бут к этому времени изрядно поднаторел в авиатранспортной логистике. В географическом отношении ОАЭ представляли собой весьма удобную локацию для этого бизнеса, поскольку издревле находились на перекрестке торговых путей из Европы, Азии и Африки. В итоге, по данным коллег предпринимателя, учредителями Transavia стали Бут, Смирнов, местный араб и бывший командир витебского полка ВТА. Здесь Виктор в форсированном режиме продолжает формировать свою бизнес-команду, сталкиваясь при этом с острой нехваткой квалифицированного персонала.

— Компания формировалась из людей, которые (с распадом СССР) потеряли работу и фактически были выброшены на улицу. Авиаспециалистов было много, но именно тех, которые были нужны, не было. Поэтому к нам приезжали в Эмираты бывшие военные, военные-переводчики, военные юристы. Понятно, что Виктор искал людей в знакомой ему среде. Это были знакомые знакомых, друзья друзей. Так и формировался круг. И люди учились всему с нуля и осваивали бизнес авиаперевозок, — рассказывала Алла Бут. — Благодаря Виктору сформировался большой и дружный коллектив, который бывшие участники вспоминают с теплотой.

Из аэропорта Шарджа в ОАЭ, где находилась свободная экономическая зона, зафрахтованные Бутом транспортные самолеты доставляли в Россию, Казахстан, Индию, Непал и другие страны преимущественно хозяйственные товары, включая бытовую технику, электронику, мебель. В направлении Африки шел поток промышленных товаров, а также легальные военные грузы. В том числе перевозившиеся российскими Ан-124 «Руслан» по официальным контрактам между Москвой и африканскими государствами и совершавшими промежуточную посадку в ОАЭ.

По словам Дмитрия Попова, в начале 1990-х годов российские спецэкспортеры в лице вновь созданного «Росвооружения» только начинали осваивать зарубежные рынки, не имея опыта даже в получении разрешений на пролеты и организации тому подобной логистики. Виктор, используя свои связи и знания, взялся за это дело и начал предоставлять свою площадку в Шардже для дозаправки и техобслуживания перевозивших в Африку оружие «Русланов».

Иногда Transavia попадались и весьма экзотические заказы: перевезти французских или бельгийских военных миротворцев, отвезти французские спутники из Тулузы в Куру или доставить свежеотпечатанные деньги из Сенегала в соседние африканские страны.

«В 1994 году мы осуществили переброску французского контингента в Африку, когда в Уганде [На самом деле речь идет о Руанде. — А. Г.] начался геноцид. Мы совершили более 150 рейсов с французской базы Истриц в Заир — и они оттуда перемещались в Уганду. Мы также отвезли бельгийский контингент в Сомали, и в течение 1,5 лет обеспечивали все перевозки бельгийского военного контингента из Сомали в Бельгию», — рассказывал предприниматель о своей вполне законной и не вызывавшей ни у кого в то время вопросов деятельности в интервью газете «Коммерсантъ» в 2010 году[13].

Быт и бизнес предпринимателя в ближневосточной стране быстро наладились. В 1995 году дизайнер по образованию Алла Бут открывает в Шардже салон модной одежды, который просуществовал до 2001 года.

По мере осознания пришедшего бизнес-успеха становились и более амбициозными планы по развитию собственного дела. «Идея заключалась в создании сети компаний в Центральной и Южной Африке и Эмиратах. Я хотел создать транспортного и пассажирского авиаперевозчика наподобие Virgin Atlantic», — утверждал Виктор. Имея ввиду в качестве примера эффективную британскую авиакомпанию, основанную экстравагантным миллиардером Ричардом Брэнсоном.

В середине 1995 года был сделан очередной шаг в сторону географического расширения бизнеса — учрежденная Бутом компания Trans Aviation Network Group открывает представительство в Бельгии, а затем регистрирует в юрисдикции Гибралтара авиафирму Air Cess Holdings Ltd. Стоянки для транспортных самолетов арендуются на аэродроме у бельгийского города Остенде. Выбор этого международного аэропорта в Бельгийском Королевстве для организации грузовых перевозок был обусловлен прежде всего географическими соображениями — из северного бельгийского города было удобно совершать коммерческие грузовые рейсы в западном, восточном и южном направлениях.

В это время происходит громкое ЧП.

В августе 1995 года самолет Ил-76ТД с регистрацией RA-76842 вылетает из аэропорта Шарджа в ставший широко и печально известным рейс в афганский Баграм. Этот тяжелый транспортник был зафрахтован Виктором Бутом у татарстанской авиакомпании «Аэростан» и 3 августа 1995 года оказался перехвачен над Афганистаном истребителем МиГ-21 радикального движения «Талибан»[14], а затем принужден к посадке в Кандагаре для досмотра груза. На борту талибы обнаружили 30-тонный комплект боеприпасов (тысяча с лишним ящиков с патронами для автоматов Калашникова). Данный груз экипаж из 7 российских пилотов загрузил в Албании и коммерческим рейсом доставлял в Кабул по заказу законного афганского правительства. Неожиданная находка боеприпасов стала предлогом для экстремистов, которые в тот момент боролись с афганским правительством президента Бурхануддина Раббани, задержать россиян.

Вынужденное пребывание наших летчиков в Афганистане затянулось надолго. Подсчитано, что задержанный экипаж провел в плену 378 дней в тяжелейших условиях, мучаясь от жары, нехватки воды и плохой пищи. Все это время между талибами и Москвой велись бесплодные переговоры о возврате наших граждан.

Наконец, в середине августа 1996 года доведенные до отчаяния летчики решили взять судьбу в свои руки и смогли совершить дерзкий побег из-под носа талибов на своем же самолете. При этом авиаторы обезвредили и скрутили троих вооруженных охранников. После чего Ил-76 на низкой высоте перелетел через Иран в Объединенные Арабские Эмираты. Это событие было запечатлено и сохранилось для истории. Уникальная запись посадки лайнера в Шардже, когда из кабины показываются заросшие и бородатые члены экипажа, а эмиратская полиция выволакивает из самолета плененных талибов, до сих пор доступна для просмотра в Интернете[15]. По мотивам этой трагической истории со счастливым концом в 2010 году на широкие экраны вышел российский остросюжетный художественный фильм «Кандагар», основанный на реальных событиях.

Однако в кино не было показано, какую роль в побеге экипажа Ил-76 сыграл Бут. Свое участие в тех событиях на протяжении долгого времени старался не афишировать и сам Виктор. Подтверждая другую черту своего характера — скромность.

Только в 2010 году, будучи в тайской тюрьме, он согласился раскрыть некоторые подробности этого инцидента и того, каким образом на самом деле удалось организовать спасение наших летчиков. Несмотря на домыслы отдельных западных журналистов о том, что побег был якобы срежиссирован и стал результатом политического размена с талибами, на самом деле вырваться из плена радикалов нашим летчикам удалось с реальным риском для жизни.

Как впоследствии стало известно, в течение всего года плена нашего экипажа в Кандагаре Бут снабжал летчиков продуктами, медикаментами и одеждой. Совместно с российскими дипломатами он участвовал в переговорах об освобождении экипажа, а также привозил к пилотам врачей из частной клиники в Шардже, когда оказавшиеся в заложниках у талибов россияне нуждались в медицинской помощи. И только после того как переговоры окончательно зашли в тупик Бут начал искать альтернативные варианты спасения экипажа.

По некоторым данным, помощь в подготовке побега российских летчиков оказал тогдашний президент Афганистана Раббани, правительство которого и выступило заказчиком злополучного груза боеприпасов. Как утверждают близко знакомые с этой историей лица, афганская разведка располагала агентурой среди талибов. И именно агенты правительственной разведслужбы Афганистана в сотрудничестве с Бутом приложили руку к созданию условий для побега российских летчиков.

Как это удалось сделать?

Для начала они смогли забросить талибам идею о том, что самолет, долго простаивающий без обслуживания, может вскоре стать полностью непригодным к дальнейшей эксплуатации. В этом случае «ценный трофей» пропадет и его нельзя будет продать — такую мысль довели до захватчиков. И они на это клюнули. Так как у талибов не было специалистов по столь сложным и большим машинам как Ил-76, экипажу было разрешено обслуживать самолет, заправлять его топливом и даже совершать пробные рулежки и пробеги по взлетно-посадочной полосе. При этом в самолете вместе с летчиками постоянно находились вооруженные охранники.

В преддверии заранее обусловленной даты побега летчики на протяжении нескольких дней «гоняли» самолет по полосе, выжидая удобный момент, чтобы совершить взлет. Все это время компания Бута поддерживала для них летные коридоры через иранское воздушное пространство на маршруте, между Кандагаром и Шарджой, подавая заявки на разрешение на пролет территории Ирана и ОАЭ. Спустя некоторое время, для побега все сложилось удачно и самолет наконец взлетел со злополучного кандагарского аэродрома. Остановить его наземные охранники не успели лишь чудом, а троих талибов на борту экипаж нейтрализовал своими силами. По прилете Ил-76 в Шарджу, связанные нашими летчиками экстремисты были переданы местной полиции.

Командовал экипажем живущий ныне в Тюмени Владимир Шарпатов, который вскоре после возвращения на Родину был удостоен звания Героя России. Вот как пилот вспоминал об этом эпизоде.

Прочитано в «Российской газете»

Начинаем выруливать, на ходу запускаем третий двигатель, четвертый, включаем оборудование, приборы… Только сворачиваю на скоростную рулежку, сообщают: грузовик и автобус с охраной несутся наперерез, чтобы перекрыть нам полосу. Делать нечего, даю взлетный режим. Выскочили на ВПП. Представляете махину, которая входит в разворот на скорости сто тридцать километров и полуспущенных колесах? Запросто могли шасси сломать! Спасибо конструкторам и инженерам — сделали надежный самолет. Выдержал! Продолжаю взлет. В момент пересечения траверза центральной рулежки талибы были уже у нас под крылом. В метрах разминулись! Но скорость растет медленно, впереди — колючая проволока, бруствер, разбитый Ан-12, а дальше — противотанковое минное поле, которое еще наши солдаты оставили. Мне для отрыва нужна скорость 280 километров в час, а у нас 220, и ВПП кончается. Хорошо, в свое время я участвовал в производственных испытаниях Ил-76, даже на грунтовые аэродромы садился. Словом, стали взлетать на скорости 230 километров, я поднял самолет буквально с последней плиты, перепрыгнул через колючку…

Еще в полете связались с фирмой Бута, чтобы предупредили полицию и российское посольство в Эмиратах. Виктор лично встречал в аэропорту…[16]

Один из непосредственных участников и очевидцев тех событий пару лет назад передал мне уникальный документ. Он был направлен по факсу на бланке компании Transаvia из офиса компании Бута в посольство России в ОАЭ. Благодаря этому сообщению в Москве убедились, что информация о произошедшем «голливудском» побеге нашего экипажа из Кандагара не является чьей-то выдумкой.

18 августа 1996 г.

Посольство РФ в Абу-Даби

Срочно!

17 августа 1996 года самолет Ил-76 татарской авиакомпании «Аэростан», удерживавшийся группировкой «Талибан» в Афганистане, совершил «побег» из Кандагара, путем усыпления бдительности охранников, и произведя перелет Кандагар-Шарджа (ОАЭ), прибыл в аэропорт Шарджа.

Все семь членов экипажа живы и здоровы, размещены в гостинице и охраняются полицией эмирата Шарджа. На борту самолета также находились три вооруженных охранника, которые были разоружены летчиками во время перелета и интернированы полицией по прибытии в Шарджу (их пока обвиняют в вооруженном захвате российского самолета).

Самолет находится в аэропорту Шарджа, исправен.

Власти Шарджа проводят расследование инцидента.

18 августа в Шарджу прибыл помощник президента Татарстана Т. Акулов.

Сообщаем для Вашей информации.

Но как захват российского самолета в принципе стал возможен?

В компании Виктора Бута знали истинную, но отнюдь не детективную причину перехвата самолета. Ил-76 сознательно отклонился от заранее разработанного безопасного маршрута полета, поскольку у одного из членов экипажа возникло желание банально срезать расстояние и сэкономить топливо в расчете на премию.

Согласно полученным КВС инструкциям, самолет должен был лететь на 200 километров севернее от того места, где он был перехвачен, и лишние 40 минут полета и 15 сожженных тонн керосина могли бы исключить такую ситуацию в принципе. Но был и другой фактор — талибы явно ждали именно этот борт и знали, что он везет оружие. Но откуда? Как утверждают информированные источники, утечка информации произошла из-за предательства в Кабуле, где в правительстве Раббани или афганской армии находился поставлявший закрытые сведения талибам источник.

Как бы там ни было, своих бросать было не в правилах Бута. Вот что вспоминал об этой истории экс-помощник президента Татарстана Тимур Акулов: «Бут — очень ответственный человек. Это видно и по истории с кандагарским экипажем. Знаю я богатых людей, и не каждый бы взял такую ответственность на свои плечи. А он просто сказал: “Ребят надо выручать”. И целый год ни разу ни в чем им не отказывал. Сколько мы летали к ним с менеджером Муниром Файзуллиным, ни разу Бут не позволил нам что-то купить за свой счет. Когда в декабре 95-го мне нужен был самолет, чтобы забрать ребят из Кандагара (талибы сказали, что отпустят пленников, но из-за тогдашнего главы МИД России Козырева все сорвалось), он без всякой тени сомнения выделил нам борт»[17].

По мнению Аллы Бут, именно Виктор сыграл одну из главных ролей в освобождении из талибского плена российских летчиков в 1996 году. А после того как экипаж Ил-76 приземлился в аэропорту базирования его авиакомпании в ОАЭ и оказался в безопасности, предприниматель скромно отошел в сторону. Предоставив другим получать награды Родины за организованный при его непосредственном участии героический побег. И после этого молчал о том, что сделал, целых пятнадцать лет.

После произошедших в США терактов 11 сентября 2001 года американская пресса со ссылками на «источники в британской разведке» станет распространять сплетни, что самолеты Бута якобы возили оружие талибам и террористам «Аль-Каиды»[18]. Но если действительно было так, то тогда зачем движению «Талибан» удерживать в плену экипаж и самолет своих «деловых партнеров» больше года? Внятного ответа на этот вопрос нет, а выдвинутая западными СМИ скандальная версия выглядит притянутой за уши. Абсурдным такая трактовка работы Бута с Афганистаном является и потому, что помимо официального Кабула самолеты россиянина, по словам его друзей, перевозили грузы боровшемуся с талибами «Северному альянсу» под руководством Ахмада Шах Масуда (на которого экстремисты сами же и организовали смертельное покушение 9 сентября 2001 года).

При этом сам Бут никогда не отрицал факт осуществлявшихся им авиаперевозок в Афганистан начиная с 1994-го вплоть до 1996 года. Однако, по его словам, он никогда не имел никаких дел ни с талибами, ни с террористической группировкой «Аль-Каида». И всегда доставлял легально зарегистрированный груз законным покупателям — международно-признанному правительству Афганистана и «Северному Альянсу», противостоявшим движению «Талибан» и террористам. «Я выбрал свою сторону так как знал, что представляет из себя “Талибан”. Раббани и Массуд были единственной надеждой. И у меня был договор с правительством Раббани. Мы его поддерживали. Мой самолет был последним на базе в Баграме, перед тем как пришли талибы», — рассказывал Бут[19].

Это подтверждают и свидетели тех событий. Говорит Тимур Акулов: «Если бы Бут оказался в руках “Талибана”, они бы его растерзали — одно его имя у них вызывало изжогу. Один раз в разговоре с руководством “Талибана” я упомянул его, но быстро понял, что зря. Талибы прекрасно знали, кто вез груз, и какой, более того, и самолет посадили потому, что знали, что он будет лететь. Утечка была из-за пределов Афганистана, и я знаю, чья разведка потом дала талибам сведения о Буте. Они все знали»[20].

Так зачем же западные СМИ начали связывать имя Бута с пресловутой террористической «Аль-Каидой»?

Дело в том, что после атак 11 сентября 2001 года на Вашингтон и Нью-Йорк у спецслужб США возник дикий спрос на любого человека владеющего любой — достоверной или не очень — информацией об исполнителях и заказчиках терактов в США. Соответствующие показания на Бута по вполне понятным мотивам дал в феврале 2002 года арестованный в Бельгии гражданин Кении Сандживан Рупра (к этому времени Бут уже проживал в Москве и не занимался никакой торговлей заграницей). Так, на допросах Рупта сообщил сотрудникам ЦРУ, выезжавшим в Бельгию для встреч с ним по его инициативе, о предполагаемых связях россиянина с талибами в Афганистане и с террористической организацией «Аль-Каида».

Но откуда он взял эти сведения? Придумал?

Родственники Виктора в этом не сомневаются, ведь Рупра сам слыл торговцем оружием, проходил по санкционным спискам ООН и признавал факт сделок по закупкам вооружений для африканских стран в Чехии, Румынии и на Украине. Этот деятель, который лично знал Бута по работе в Африке и которому грозил реальный срок в Бельгии, своими выдуманными показаниями о Буте фактически «выкупил» себе свободу. Вскоре после этого Бельгия прекратила уголовное преследование кенийца по требованию ЦРУ.

Из СМИ известно, что позже Рупра был снова арестован в Италии, однако и здесь через некоторое время он оказался на свободе. То, что показания этого сомнительного «источника» разведданных так никогда и не подтвердились (как и многие другие откровения американских спецслужб, например о наличии оружия массового уничтожения в Ираке), уже мало кого беспокоили.

В 2002 году рассказанная оговорившим Бута кенийцем скандальная, но не имеющая к реальности никакого отношения история была «слита» в прессу. По странному совпадению этот эксклюзив достался не кому-нибудь, а Стивену Брауну — будущему соавтору скандальной книги о Буте «Торговец смертью». Запомните это имя. К нему мы вернемся чуть позже.

«Стволы» из Болгарии: 1995–1997

К 1995 году западные источники относят первые контакты Бута с производителями и поставщиками оружия в Восточной Европе. Например, партером российского бизнесмена в Болгарии якобы стал гражданин этой страны Петр Мирчев, имевший выходы на «серый рынок» оружия. Рисуемая англо-американской прессой схема сотрудничества была простой: Мирчев достает требуемую номенклатуру вооружения (благо в посткоммунистической Болгарии проблем с этим не было), а Бут доставляет груз заказчику на своих самолетах[21].

В вышедшем в 2014 году на экраны документальном фильме «Печально известный мистер Бут» (оригинальное название киноленты — The Notorious Mr. Bout) американского режиссера Тони Гербера фигурирует предоставленное семьей Виктора видео о посещении Бутом болгарского оружейного предприятия.

Точная дата съемки неизвестна. Судя по кадрам, Виктор сопровождал делегацию африканцев (предположительно из Руанды), которые провели на заводе болгарской компании «Арсенал» в городе Казанлык официальные переговоры о поставках вооружений. И даже испытали отдельные виды стрелкового оружия и гранатометов на заводском полигоне. Здесь же за столом переговоров присутствовал и Петр Мирчев, с которым у семьи Бута в тот период сложились не только деловые, но и приятельские отношения. В объектив телекамеры попал момент, когда от имени болгарского предприятия африканским гостям дарят сувениры — боевые ножи спецназа в фирменных упаковках с логотипом производителя. Виктор при этом улыбается и выглядит довольным. Сделка, судя по всему, удалась. Но увиденное заставляет серьезно задуматься. Заключаются ли таким образом тайные сделки по нелегальной продаже оружия? Под камеру и с брендовыми подарками? Конечно же нет. Невероятно, чтобы такие переговоры официально проходили прямо на оружейном заводе. Да еще с презентацией покупателям маркетинговой и сувенирной продукции.

Впоследствии, странным образом забывшие про фактчекинг — проверку фактов — американские СМИ вбросили версию о якобы покупке Бутом поддельных сертификатов конечного пользователя (End user certificate или EUC). Это необходимый документ, без которого сделка по продаже оружия невозможна. Поскольку EUC, используемый в международных коммерческих сделках, удостоверяет, что покупатель является конечным получателем оружия и не имеет право передавать вооружение третьей стороне без согласия продавца.

Согласно вброшенной и явно призванной дискредитировать Бута версии, фиктивные сертификаты оформлялись им, например, в Джибути и других африканских странах, для нелегальных поставок вооружений. Эта тема неоднократно муссировалась на Западе в книгах, статьях и видеопередачах. Стоит ли говорить, что ни одного такого поддельного документа никто и никогда так не представил общественности.

Сам предприниматель категорически опровергает подобные трактовки его связей с «серым миром оружия», называет их несерьезными и настаивает на том, что все авиаперевозки его компаний, в том числе вооружений, осуществлялись в рамках закона и в сотрудничестве с официальными спецэкспортерами.

«Мы осуществили около 100 рейсов по контракту с «Росвооружением» и с правительством Анголы. Была также перевозка из Румынии в Анголу, для правительства Анголы была перевозка из Болгарии. В 96-м мы перевезли в Малайзию по контракту из Москвы 12 МИГов. То есть, повторяю, это была моя профессиональная деятельность, я был брокером, занимался организацией авиаперевозок», — рассказывал Виктор[22].

Кто стоит за мифом про «оружейного барона»?

Теперь вернемся к открытому в 1995 году офису авиакомпании Бута в Бельгии. По словам предпринимателя, в Остенде штат сотрудников его фирмы «состоял из двух человек, и я там бывал нечасто».

Тем не менее спокойно поработать в этой локации удалось не более двух лет. Именно в Бельгии начиная с 1997 года у российского авиаперевозчика начались первые крупные проблемы с имиджем, который недоброжелатели Бута стали формировать вокруг злодейского образа «оружейного барона» и одного из «самых опасных людей не Земле».

Хотя это не имеет никакого от ношения к реальности, именно в Остенде Бута впервые публично свяжут с могущественной «русской мафией». Вероятно, это стало причиной того, что вид на жительство в этой стране россиянин получить так и не смог. Даже несмотря на приобретенную им здесь недвижимость (по его, Бута, словам «общей площадью 120 м2 на куске земли меньше 12 соток»)[23].

В это время в бельгийской прессе, с подачи небольшой местной НПО, начали размещаться публикации о странных русских грузовых самолетах Ан и Ил. Транспортники, дескать, день и ночь раздражали проживающих неподалеку от аэропорта бельгийцев гулом своих не отвечавших европейским стандартам шумности двигателей. Это стало поводом для обращения нескольких местных жителей в прессу, а власти с подачи тогдашнего министра транспорта и мобильности Фландрии (Бельгия) Эдди Бальдевинса решили провести отдельное расследование. К которому быстро подключились бельгийские правоохранительные органы.

Вскоре стало понятно, что кампания по изгнанию «подозрительных русских» из находящегося недалеко от моря аэропорта Остенде была в числе прочего вызвана и конфликтом интересов. Местные предприниматели стремились реализовать проект по созданию гольф-клуба рядом с летным полем, и для этого было необходимо избавиться от арендаторов аэропорта. В первую очередь — от авиакомпании Бута. По крайней мере, именно такую «бытовую» версию мне озвучивали знакомые с этой историей очевидцы событий.

Гораздо интереснее другая, «политическая» версия начавшейся информационной кампании по демонизации Бута. В Остенде авиакомпании россиянина внезапно привлекли внимание бельгийца по имени Йохан Пелеман. По данным немецкого журнала Der Spiegel («Зеркало»), ничем не примечательный и никому неизвестный на тот момент Пелеман специализировался на изучении средневековой литературы и не имел совершенно никакого отношения к авиации. При этом он подрабатывал в местной благотворительной организации, располагавшейся в Францисканском монастыре в Антверпене[24]. Предметом же его «ненаучных исследований» являлась контрабанда в Бельгию «кровавых алмазов». То есть тех, что добывались в раздираемых конфликтами африканских странах и перевозились тайком в Европу, а затем вбрасывались на мировой рынок в обход главной бриллиантовой африканской и мировой монополии — международной корпорации De Beers.

«Куривший одну за одной сигареты бывший исследователь философии» — так описывает Пелемана американский журналист Дуглас Фара — соавтор скандальной книги «Торговец смертью: деньги, оружие, самолеты и человек, который сделал войну возможной»[25]. Кстати, этот образец «литературного творчества» (помимо Фары в его создании принял участие американец Стивен Браун) был призван сыграть одну из ключевых ролей в травле Бута и не оставить в продвигаемом в западное общественное мнение образе россиянина ни одной положительной черты. Очернить «антигероя» книги и на психологическом уровне сформировать вокруг него отталкивающий имидж «врага всего цивилизованного мира».

В 2000–2002 годах Фара являлся корреспондентом газеты The Washington Post («Вашингтонская корреспонденция») по Западной Африке и, видимо, именно поэтому считался знатоком региона. Логично, что ему то спецслужбы США и решили «слить» компромат на Бута. «Я стал ничем более, кроме как заложником “демонического образа”, впервые состряпанного в книге определенного недобросовестного писателя», признавал впоследствии Виктор.

Когда я только попытался задать свои вопросы об этом самому Д. Фара, то с ходу получил отворот-поворот. Американский журналист и самозванный «эксперт» по Буту (впоследствии он станет частым гостем на ТВ-передачах в США о российском предпринимателе) наотрез отказался общаться со мной. По мнению Фары, «российские медиа неправильно цитируют каждое его интервью», поэтому он и не дает их журналистам из России. Правда, каких-либо его интервью российским СМИ я так не нашел и что именно имел в виду американский «эксперт», бездоказательно поливающий грязью Бута в своей книге, осталось для меня большим вопросом. Очевидно лишь то, что отвечать на неудобные для него самого вопросы Фара явно не захотел. О чем и свидетельствует короткая переписка по электронной почте с «экспертом».

От: Российская газета

Кому: Дугласу Фара

Тема: Вопрос от «Российской газеты» (по делу В. Бута)

Г-н Фара

Одна из ведущих газет РФ «Российская Газета» занимается историей возможной экстрадиции Виктора Бута в США. Я бы … хотел получить комментарии, о том, как эта история могла бы развиваться. Если у вас не найдется времени на интервью, то я могу отправить вам письменные вопросы.

From: Дуглас Фара

Sent: Monday, August 30, 2010 5:02 AM

To: Российская газета

Subject: Re: Inquiry from Russian media (Victor Bout issue)

От: Дугласа Фара

Кому: Российская газета

Тема: Ответ на вопрос от «Российской газеты» (по делу В. Бута)

Сэр. Спасибо за письмо. После того, как меня облили грязью и неправильно процитировали в каждом интервью российским СМИ я больше не даю им интервью[26].

Примечательно, что писатель Даниэль Эстулин в своей книге — журналистском расследовании «Мастера теней» предпринял нетривиальную попытку докопаться до истинных причин демонизации Бута на Западе. И также попытался лично спросить у Фары, откуда и зачем они черпали, а затем распространяли непроверенные фейки о россиянине. После одного ответа в электронном письме от американца, в котором тот утверждал об ошибочности сомнений Эстулина в правдоподобности выдвинутых Западом против Бута обвинений, больше он «от Дугласа Фары, самозваного эксперта по Виктору Буту, никаких известий не получал»[27].

Что же касается бельгийца Пелемана, то характеристику ему дал сам Виктор Бут: «Он был заинтересован в получении денег, которые платили в ООН за расследования. Он мог позвонить мне, встретиться со мной, но никаких попыток пообщаться со мной за время его расследования не было. Он встречался только с конкурирующими фирмами. Это называется “закопать”. В его отчете содержатся только мифы».

Впрочем, за «бывшим философом» Пелеманом стояли более серьезные люди — у родственников Бута есть подозрения, что он был напрямую связан с британской внешней разведкой МИ-6. О том, почему английская спецслужба всерьез заинтересовалась Бутом напишем чуть ниже.

В противном случае возникает вопрос: откуда у бельгийца вдруг появилось увесистое досье на «оружейного барона» Бута? Которого Пелеман без долгих раздумий приписал к представителям «русской мафии» и с которым испугался пообщаться лично.

Часть собиравшегося бельгийцем в течение двух лет компромата на российского предпринимателя была почерпнута из всевозможных, преимущественно сомнительных источников. Но кто именно подбрасывал ему эти данные? Известно, что в 2000 году Пелеман отправился в Лондон, где провел встречу с «тремя людьми в костюмах в маленькой комнате в здании МИД Великобритании». «Когда он попытался обменяться визитными карточками, у этих людей их не оказалось, но они признали, что работают на МИ-6», признает в своей книге Фара[28].

Известно, что британская внешняя разведка Секретная разведывательная служба (Secret Intelligence Service, SIS) — Военная разведка (Military Intelligence, MI6 или МИ-6) — формально является частью английского МИД. Таким образом, сомнений в ведомственной принадлежности собеседников Пелемана не имеется.

Увлекшись разоблачением неуловимого «оружейного барона», Пелеман и Фара, каждый по своим причинам, стали выдавать желаемое за действительное и оба безапелляционно заявили: в целях конспирации и скрытного перемещения по миру Бут использовал сразу несколько поддельных паспортов на разные имена. Наивные «расследователи» так никогда и не поняли, что «фальшивые паспорта» на самом деле были настоящими документами и выдавались один взамен другого по истечению срока действия. Что же касается написания имен в них, то российские органы ОВИР и консульские учреждения РФ за рубежом с 1991 года не менее трех раз меняли правила транслитерации в документах (один из паспортов был выдан в 1995 году российским посольством в ОАЭ). Именно поэтому в документах изменялось и написание фамилии (Bout, Butt, But), и дважды имени (Victor, Viktor). Неужели ни Пелеман, ни Фара этого не знали? Или, скорее, не хотели знать?

Звучит курьезно, но еще две приписанные Буту «фальшивые» фамилии — Булакин и Аминов — оказались реальными людьми, которые также занимались авиаперевозками в одно время и в одном регионе с Бутом. Этот откровенный сумбур обязан своим происхождением допущенным грубым ошибкам при расшифровке прослушанных телефонных переговоров россиянина западными спецслужбами. Другими словами, подслушав разговоры Бута, Булакина и Аминова в ОАЭ, американские разведчики просто-напросто перепутали этих людей. Насколько такая прослушка вообще была законна и кто ее санкционировал — вопрос риторический. Получившие ошибочные сведения из «своих надежных источников», ни Пелеман, ни Фара, сами использованные в качестве «сливных бачков», разумеется, не потрудились их перепроверить.

К 1998 году у бельгийца Пелемана сложились схемы «преступной империи Виктора Бута», которые впоследствии довели до сведения руководства ООН. По случайному совпадению уже в 1999 году штаб-квартира всемирной международной организации предложила Пелеману работу в качестве эксперта для отслеживания незаконного трафика оружия по всему миру. Новая должность открыла для бывшего любителя средневековой литературы широкое поле для расследовательского творчества и поиска следов незаконных поставок вооружений в обход международных санкций. При этом основная цель продвинутого в ходе специально разыгранной комбинации на нужную позицию в ООН бельгийца, вероятно, ему была определена кураторами из Лондона уже тогда — Виктор Бут.

«Я был шокирован, что политика, идеология или моральные соображения не играли ни малейшей роли в операциях Бута. Он поставлял оружие, как повстанцам в Конго, так и президенту Заира — Мобуту, который в итоге покинул страну», — уверенно заявлял журналистам Пелеман, последовательно развивая миф о беспринципном русском «оружейном бароне»[29].

В 1999–2000 годах эксперт-бельгиец впервые принял участие в работе группы ООН по нелегальному обороту вооружений в Африке, в качестве помощника одного из инспекторов. А в 2000 году вышел доклад ООН под номером S/2000/1225 (Final Report of the Monitoring Mechanism on Angola Sanctions, December 21, 2000), в котором раздел о нелегальных поставках вооружений в Африку был целиком посвящен Виктору Буту и его «империи». В нем россиянин впервые был назван «оружейным контрабандистом». Затем вышли еще несколько докладов по Сьерра-Лионе, Либерии и Сомали, к которым также приложил руку Пелеман[30].

В них имя Виктора Бута упоминается многократно. Сначала в связи с транспортировкой вооружений в эти страны в обмен на «кровавые алмазы», добываемые в зонах боевых действий и переправлявшиеся на европейский рынок в обход международной алмазной компании-монополиста De Beers. Затем россиянин фигурировал как партнер торговца оружием вышеупомянутого Санджавана Рупры. И наконец, как владелец и руководитель зловещей «организации Бута». Она была преподнесена в докладах ООН в виде подпольной сети по продаже и транспортировке вооружений в зоны конфликтов.

Таким образом фигура Бута последовательно эволюционировала от рядового контрабандиста до руководителя организации. Это происходило в хронологическом порядке и шло по нарастающей — от доклада к докладу. Именно эти документы послужили основанием для введения санкций Советом Безопасности ООН, которые в итоге ударили по россиянину, его легальному авиатранспортному бизнесу в Африке и стали основой для информационной кампании по его дискредитации.

Заметим, что резолюция № 1532 о введении санкций по Либерии и против режима Чарльза Тейлора была принята в 2004 году Совбезом ООН единогласно (в результате чего Бут оказывался в санкционном списке под № 3). Почему это произошло с учетом членства России в СБ и наличия у Москвы права «вето» — на этот вопрос до сих пор нет ответа. Действительно, сложно понять, почему наша страна не заблокировала включение в санкционные списки фигурантов-граждан РФ, занимавшиеся легальным бизнесом в Африке. И почему ангажированные доклады привлеченных «экспертов» ООН наподобие Пелемана не были проанализированы повнимательнее, а наши дипломаты в Нью-Йорке не потребовали предоставления дополнительных доказательств виновности того же Бута.

Исходить из того, что сотрудники российского МИДа подробного анализа докладов, содержащих в том числе серьезнейшие обвинения в адрес граждан РФ, на момент голосования в Совбезе не проводили (или не имели возможности провести), не хочется. Но почему-то этого сделано не было. Возможно, Россия в то время просто не была готова к дипломатическому конфликту в ООН, явно избегая осложнения отношений с западными партнерами.

Истинных причин, по которым «эксперт» Йохан Пелеман вцепился мертвой хваткой именно в Бута, бельгиец никогда не раскрывал, весьма туманно объясняя свои действия «борьбой за справедливость». Родственники и знакомые Виктора уверены, что этот человек явно выполнял заказ в отношении российского бизнесмена. Но чей заказ? Западных спецслужб? Конкурентов по бизнесу? Вероятно, и тех и других. Ведь в следующие годы Пелеман будет настырно и целенаправленно преследовать и поливать грязью Бута до тех пор, пока большинство компаний россиянина не попадут в санкционные списки ООН, а весь его авиатранспортный бизнес обанкротится.

Впоследствии бельгиец станет директором НПО «Институт Мира» в Антверпене — центре европейского алмазного бизнеса. Специфика некоммерческой организации была соответствующая и заключалась в борьбе с «кровавыми алмазами» из Африки. О том, на какие деньги была создана эта некоммерческая организация остается только догадываться. По некоторым данным, ее финансировала алмазная компания De Beers, решавшая таким образом собственные задачи на рынке драгоценных камней. При этом на вопрос о том, сколько лично ему денег принесла «охота на Бута», бельгиец, естественно, предпочел уклониться[31]. Очевидно, что его кураторы из Лондона заплатили за оказанные им услуги хорошо.

Впрочем, далеко не только Пелеман и его НПО целенаправленно занимались нападками на Бута. Эту же задачу решали расположенные в США такие неправительственные организации, как «Центр общественной честности» (The Center for Public Integrity), «Международный консорциум журналистов-расследователей» (International Consortium of Investigative Journalists), «Проект осведомленности о конфликтах» (Conflict Awareness Project) и другие подобные структуры. Все они также были «подтянуты» к пропагандистской кампании против «оружейного барона».

И, надо сказать, в информационно-психологическом плане травля россиянина с участием «экспертов» указанных структур (наподобие Андре Вилоя, который продвигал идею о тесных связях Бута с талибами или же американки Кэти Линн Остин, которая не моргнув глазом утверждала в эфире CNN о том, что у этого «жестокого человека руки в крови»[32]) была организованна весьма креативно. Англосаксонские СМИ в своих небылицах о Буте ссылались на «расследования» этих НПО, а они в свою очередь — на публикации самих журналистов.

Получался замкнутый круг. Таким образом было сформировано широкое представление о зловещем русском «торговце смертью». Образ которого последовательно вдалбливался в общественное сознание целевой аудитории.

Южно-Африканская Республика: 1997–2000

После открытия офисов авиакомпаний Виктора Бута в ОАЭ и Бельгии в 1997 году предприниматель принимает решение расширить свой бизнес на новый регион — Южно-Африканскую Республику (ЮАР). При этом старший брат и деловой партнер Бута — Сергей — не стал менять локацию и перебираться на новое место, а остался работать в Эмиратах. Забегая вперед, отметим, что такое решение уберегло его от многих проблем…

В ЮАР на подобранном Виктором в 250 километрах к северо-востоку от Йоханнесбурга бывшем военном аэродроме у городка Питербург была зарегистрирована новая авиакомпания для организации транспортных авиаперевозок Air Cess Swaziland. Затем она была объединена с другими юрлицами и было образовано совместное предприятие под названием Air Pass. Соучредителями этой фирмы выступили Air Cess и южноафриканская Norse Air.

ЮАР быстро превратилась в удобную базу для операционной деятельности компаний Виктора. Отсюда совершаются рейсы в Анголу, Конго, Мали, Замбию, Мозамбик, Кению, Сомали и Либерию. Со слов самого Бута, в 1997 году он построил холодильную установку в Южной Африке и начал возить в Нигерию мороженых цыплят, что оказалось весьма прибыльным бизнесом[33].

«У нас были клиенты в Африке — в основном горнорудные компании. Там был рядом большой овощной рынок, и мы им доставляли на рудники свежую продукцию — на определенном этапе мы дошли до 200 тонн в день, что было выгодно. Основной груз мы возили в Конго, Заир, в Анголу, регулярно снабжали продуктами свежими, овощами, морожеными цыплятами, страусами. Естественно, только этим не ограничивались — и присутствуя в Африке, смотрели, какие есть возможности для развития», — говорил Бут.

Показательно, что в числе наиболее прибыльных грузов для его транспортных самолетов стали далеко не приписываемые Буту тонны перевезенных автоматов, гранатометов, снарядов и прочих вооружений (по данным инспектора ООН Брайана Джонсона-Томоса, на оружие приходилось менее 5 процентов от всех перевезенных грузов). Свои первые большие деньги, как впоследствии вспоминал Виктор, он заработал на доставке живых цветов в страны Персидского залива. Бизнес-модель работала просто: южноафриканский гладиолус, купленный в Йоханнесбурге за два доллара, в Дубае продавался за все сто. Одним рейсом самолет привозил до 20 тонн цветов, а прибыль исчислялась суммой со многими нулями.

К концу 1990-х годов находящийся в управлении у Виктора Бута авиапарк насчитывал несколько десятков советских транспортников, а общий штат его компаний — около тысячи человек. Бизнес шел в гору, что позволяло обустроить быт на новом месте. По имеющимся в открытых источниках неподтвержденным данным, в августе 1997 года Бут приобрел особняк в престижном районе Йоханнесбурга. Он якобы обошелся в 3 миллиона долларов — весьма внушительную для 1990-х годов сумму. На самом деле, по оценкам семьи Бута, общая стоимость купленной в ЮАР недвижимости (вилла и купленный в совместное пользование с бизнес-партнерами офис) не превышала 800 тысяч долларов.

На период деловой активности на Черном континенте пришлось и приписываемое Виктору Буту знакомство со многими африканскими политиками и лидерами. В том числе далеко не ангелами. По крайней мере, так утверждают западные «эксперты». «Он напрямую работал с Чарльзом Тейлором в Либерии, Мобуту Сесе Секо в Заире, Полем Кагаме в Руанде, а также с руководителями повстанцев Жонасом Савимби в Анголе, Жан-Пьером Бемба в Конго и Сэмом Бокари в Сьерре-Лионе», — пишет в своей книге Дуглас Фара[34].

В российских источниках подтверждения подаваемой именно в таком ключе информации нет. Однако сам активно работавший в Африке российский бизнесмен нисколько не скрывал дружеских отношений с некоторыми местными деятелями. Так, в интервью со СМИ он вспоминал: «Особенно хорошие у меня были отношения с лидером Конго Бембой. Это хороший друг. Мы провели с ним много времени, я давал ему вертолет, много с ним летал»[35].

Действительно, кадры полета Бута и Бембы на вертолете Ми-8 были показаны широкой публике в документальном фильме «Печально известный Виктор Бут». На них африканский политик и российский бизнесмен спокойно беседуют об открывающихся возможностях развития в Конго инфраструктуры, сельского хозяйства и создания зоны свободной торговли в этой стране. Подробно заснял Виктор и встречи Жан-Пьера Бембы с избирателями в отдаленных деревнях, куда он добирался на винтокрылой машине.

Со слов Бута, политическая карьера Бембы рухнула как раз после того, как он стал активно отстаивать интересы своей страны и народа. И эти национальные интересы шли вразрез с планами отдельных западных стран в отношении богатой природными ресурсами Конго. Стоит ли после этого удивляться, что этот конголезский политик, вице-президент Демократической Республики Конго в 2003–2006 годах, кандидат в президенты на выборах 2006 года (занял второе место) и лидер Освободительного движения Конго в конце концов оказался на скамье подсудимых Международного уголовного суда (МУС) в Гааге по обвинению в военных преступлениях. В 2008 году его арестовали в Бельгии, в 2016 году Бембу признали виновным в военных преступлениях и преступлениях против человечества, но в 2018 году приговор был отменен по апелляции. Сейчас африканец судится с МУС и требует компенсации почти в 70 миллионов евро за его незаконное тюремное заключение и причиненные убытки.

В американской прессе утверждали, что имя Бута не раз фигурировало в списках почетных гостей на пышных церемониях по случаю личных торжеств правителей африканских стран. Так, в 1998 году Виктор Бут якобы был почетным гостем на бракосочетании короля Свазиленда Мсвати III.

А вот приписываемое ему западными СМИ личное знакомство с либерийским диктатором Чарльзом Тейлором он категорически отрицал.

— Насколько хорошо вы знакомы с Тейлором? — интересовался журналист и автор книги «Мастера теней» Даниэль Эстулин у Виктора в 2009 году.

— Мы никогда не встречались, и у меня никогда не было с ним никаких дел, — последовал ответ Бута[36].

Возвращаясь к южноафриканскому периоду трудовой деятельности Бута, надо сказать, что в этой стране россиянин познакомился и сдружился с проживавшим здесь подданным Великобритании по имени Эндрю Майкл Смулян. Британец после своей службы в ВВС ЮАР и выхода на пенсию осел в Африке и также занялся бизнесом. Забегая вперед отмечу, что именно этот джентльмен 1941 года рождения с взлохмаченной седовласой шевелюрой и аккуратно подстриженными усами пепельного цвета впоследствии сыграет роковую роль в судьбе Виктора.

Успешная деятельность компании Air Pass в ЮАР неожиданно привлекла внимание правоохранительных органов — на этот раз южноафриканских. Власти страны, которым «западные партнеры» очевидно подсказали необходимую линию поведения по отношению к бизнесу россиянина, внезапно пришли к выводу, что его фирма 146 раз нарушила национальное законодательство о гражданской авиации. А затем и правительство крошечного Королевства Свазиленд, зажатого между ЮАР и Мозамбиком, исключило из своего регистра воздушных судов несколько десятков самолетов Air Cess / Air Pass. Совпадение? Едва ли.

На фоне возникших проблем в ЮАР Виктор Бут зарегистрировал еще две компании — в Экваториальной Гвинее и Центральноафриканской Республике. В последней была создана компания Centrafrican Airlines. Очевидно, что для испытывающего все большее давление со стороны местных властей бизнесмена требовались новые комфортные и подходящие юрисдикции для продолжения работы.

Несмотря на открытие в 1997 году новых юрлиц, основной операционной базой для Бута все это время оставалась Шарджа. Ведь ОАЭ действительно была самой удобной площадкой, поскольку здесь существовала зона свободной торговли, существенно облегчавшая ведение бизнеса. О размахе бизнеса говорит такой факт — к 1998 году компания Бута стала вторым по масштабу авиаоператором в Шардже после немецкого национального перевозчика Deutsche Lufthansa AG — знаменитой «Люфтганзы».

Активно работал Бут и на пространстве СНГ. Так, в это время в Казахстане была учреждена компания грузовых авиаперевозок IRBIS, которая не имела собственного авиапарка и фрахтовала самолеты у Air Cess.

«В 97-м году мы создали Центральноафриканскую авиакомпанию, которая через полгода, впервые за 30 лет, открыла местные регулярные авиалинии, что позволило населению нормально передвигаться. Там очень плохие дороги, и там, где раньше надо было потратить неделю, теперь люди тратили два часа. У нас там были Ан-28, Як-40, Л-410, работала хорошо компания. У нас был филиал этой компании и в Анголе. Все эти наши компании — в Бельгии, Эмиратах, Анголе позволяли загружать наш флот максимально», — рассказывал Виктор о своей бизнес-модели в интервью газете «Коммерсантъ»[37].

Впрочем, развивающийся бизнес пассажирских авиаперевозок в Африке не миновали и громкие скандалы. Так на одной из переданных мне родственниками Виктора фотографий запечатлен довольно редкий советский широкофюзеляжный самолет Ил-62М в бело-голубой раскраске и регистрацией TL-ACL. Произведенный мной поиск по открытым источникам показал, что с этим самолетом, согласно данным портала aviahistory, связана весьма детективная история. Так, этот купленный в конце 1997 года авиакомпанией Centrafrican Airlines у московского Государственного научно-исследовательского института гражданской авиации авиалайнер изначально был зарегистрирован в Королевстве Свазиленд. Однако к концу 1998 года самолет был перерегистрирован в Центральноафриканской Республике. Информация об этом всплыла курьезным образом лишь в январе 2000 года, когда правительственная делегация ЦАР во главе с президентом республики отправилась на саммит в Либревиль (Габон). По прибытии в аэропорт Либревиля делегация ЦАР с удивлением обнаружила здесь тот самый бело-голубой Ил-62 с центральноафриканской регистрацией TL-ACL, который привез делегацию совершенно другой страны — Гамбии. Выяснилось, что лишь несколько недель этот самолет был куплен авиакомпанией Gambia New Millennium Air у Centrafrican Airlines, флот которой, по официальным документам, состоял всего из двух Ан-24 и одного Ту-154М.

В ходе последовавшего разбирательства прокуратуры ЦАР обнаружилось, что директор Департамента гражданской авиации этой республики нелегально внес в реестр воздушных судов ЦАР более 20 самолетов советского производства, среди которых оказался и злополучный гамбийский Ил-62М (к февралю 2000 года самолет получил официальную регистрацию в Гамбии и начал использоваться правительством этой страны для международных визитов)[38]. Впоследствии западные СМИ сообщили, что суд в ЦАР якобы приговорил российского бизнесмена к двум годам тюремного заключения за махинации при регистрации самолетов. На самом же деле, как утверждают родственники Бута, все произошло с точностью до наоборот: в 2000 году суд Центральноафриканской республики полностью оправдал предпринимателя в фальсификации регистрационных документов воздушных судов.

По сведениям Интерпола, в начале 2000-х годов под контролем Бута находилась широкая сеть предприятий: от компании по ремонту самолетов в Объединенных Арабских Эмиратах до чартерной компании в американском штате Майами. Кроме того, россиянин якобы был и совладельцем компании Air Cess Liberia, которая была зарегистрирована в Экваториальной Гвинее, а главный офис расположен в Шардже (ОАЭ).

На это время пришелся пик деловой активности Виктора Бута. По данным западных источников, к этому времени он располагал примерно 60 самолетами и вертолетами. «Обеспечив [свою] безопасность анонимностью русский собрал самый крупный частный флот устаревших советских транспортников в мире», не вдаваясь в подробности и не утруждая себя перепроверкой информации писал журналист Дуглас Фара[39]. К его информации, как мы уже отмечали, серьезно относиться не стоит в силу ангажированности Фары и его вероятных связей со спецслужбами США. Об этом говорит тот факт, что практически вся его книга о Буте написана на основании сведений анонимных источников в американском разведсообществе. Сам же Бут оценивал размеры своего бизнеса гораздо скромнее. «В самое лучшее время у меня доходило до 21 летательного аппарата, вместе с Ан-26 и вертолетами», — заявлял Виктор[40].

Очевидно, что на этот период пришлись и самые крупные заработки Бута в качестве бизнесмена, которые, однако, не превышали 3 миллионов долларов в год — такую сумму мне озвучили члены семьи Виктора. Тем самым развеяв слухи о его якобы миллиардных доходах (в частности, в американских СМИ со ссылками на неназванных чиновников минюста США фигурировала астрономическая сумма состояния Бута в 6 миллиардов долларов). Неудивительно, что эффективно организованный бывшим советским офицером бизнес вызывал жгучее недовольство со стороны конкурентов. Именно таким образом старший брат Бута — Сергей — объяснял нараставшие как снежный ком претензии к его родственнику.

«Это конец 90-х годов. Они стали выискивать какие-то криминальные моменты, обвинять Виктора в том, что он якобы перевозил оружие и прочее… На тот момент он хорошо поставил свой бизнес в авиаперевозках. И стал конкурентом американским компаниям, — рассказывал он в марте 2010 года в эфире радиостанции “Комсомольская правда”. — Помешал он, скорее всего, той системе, которая сложилась на рынке авиаперевозок. Потому что очень часто к нему обращались и департаменты ООН, которым надо было перевезти груз. Контракты Виктор заключал на более льготных условиях (по низкой цене). Естественно, американские перевозчики стали его “ревновать”. Причем с фирмой Виктора представители ООН сначала заключили контракт на перевозку, а потом потребовали деньги за то, что именно ему эти перевозки доверили. Некую дельту, а по-нашему — просто откат…»[41]

— При всех своих огромных достоинствах Виктору не везло на бизнес-партнеров, которые все время были по отношению к нему не очень порядочными. Основной причиной этого была зависть и стремление убрать конкурента, — подтвердил мне один из бывших сотрудников Бута.

Другой его знакомый — Дмитрий Попов, учредивший вместе с Бутом в начале 2000-х годов в Конго компанию Great Lakes Business Company (GLBC с 2003 года владела также местным заводом по производству минеральной воды, но обанкротилась после введения в том числе против Бута и Попова санкций США в октябре 2006 года под предлогом их деятельности по «дестабилизации» Конго), в беседе со мной также назвал конкуренцию причиной всех бед россиян.

— Кто создавал конкуренцию западникам в Африке? Только мы и китайцы. Но китайцы больше интересовались другим — строительством, дорогами, инфраструктурой. А мы эффективно доставляли грузы на старых, но надежных советских самолетах в такие места, куда не мог долететь никто другой — приземлиться на грунтовый аэродром посреди буша[42] мало кто мог. Этого они простить нам не могли.

Впрочем, дело было не только в ревности со стороны прямых коммерческих конкурентов Бута. Успешный бизнес россиянина привлек внимание гораздо более серьезных структур.

ЦРУ и МИ-6 против Бута

Те люди, которые представляли разведки иностранных государств в Африке, видимо, посчитали, что Россия может выжить их из региона.

Из интервью Виктора Бута

Летом 1999 года в здании Государственного департамента США, расположенном неподалеку от станции метро «Фогги-Боттом» в Вашингтоне, округ Колумбия, впервые прозвучало имя Виктора Бута. К этому времени из американских посольств в Африке в Госдеп начали приходить шифротелеграммы о резкой эскалации обстановки в целом ряде стран по всему Черному континенту. Ангола, Сьерра-Лионе, Либерия, Заир — в этих и других государствах в это время один за другим вспыхивали кровавые гражданские конфликты.

Тогда же по линии американской внешней и военной разведок — ЦРУ и РУМО (Разведывательного управления Министерства обороны США — DIA), соответственно, начала поступать информация о таинственных самолетах, которые доставляли некие грузы в охваченные столкновениями африканские страны. В частности, в Анголу, куда транспортники советского производства в это время якобы совершали регулярные полеты из болгарского города Бургас.

«Летом 1999 года, столкнувшись с многочисленными конфликтами на западе и в центральной Африке, Совет национальной безопасности США (СНБ) дал разрешение на использование электронной разведки в отношении правительств и лидеров вооруженных отрядов в зонах военных действий, таких как Конго, Либерия и Сьерра-Лионе. Каждое утро сотрудники СНБ сопоставляли стенограммы подслушанных телефонных разговоров с американскими спутниковыми снимками и с докладами британских шпионов, находившихся “на земле”. Информации было много и не было четких общих моделей. До того момента, как, наконец, аналитики не заметили то, что было общего в каждом конфликте: Виктор Бут», — написал в 2003 году в газете The New York Times («Нью-Йоркские времена») журналист Питер Ландесман[43]. По словам родственников Виктора, эта акула пера в погоне за славой репортера-охотника за торговцами оружием смешал в кучу в своей статье абсолютно все: высказывания опрометчиво согласившегося с ним на интервью Бута, комментарии к ним высокопоставленных американских чиновников, собственные субъективные оценки россиянина и даже описание полной разрухи в Украине образца 1990-х. Которая, по словам Ландесмана, превратилась в то время в главный мировой хаб «серого» экспорта вооружений.

Для сбора данных на заинтересовавшего западные спецслужбы фигуранта активно использовались технические методы перехвата информации. Агентство национальной безопасности (АНБ — главное шпионское ведомство США в сфере радиоэлектронной разведки) быстро выяснило, что владельцем ряда авиакомпаний, доставлявших грузы в Африку, был Виктор Бут. О том, насколько серьезно в Лэнгли подошли к изучению коммерческой деятельности российского гражданина, говорит тот факт, что к фотографированию аэродромов, использовавшихся компанией россиянина для доставки грузов в Африку, были подключены даже американские спутники-шпионы. А полученные из космоса изображения стоянок самолетов в Шардже, ЮАР и других странах тщательно изучались американскими аналитиками в рамках сбора «досье» на Бута. По крайней мере, так об этом пишут западные журналисты.

Файл с подшитыми в него сведениями на предпринимателя уже вскоре стал очень объемным. В рамках обмена оперативной информацией на партнерском канале с британской МИ-6 в Лэнгли поступили дополнительные сведения на бизнесмена.

При этом собранные на Бута западными разведчиками данные, судя по написанной в 2007 году исключительно в целях дискредитации россиянина книге Дугласа Фара, носили весьма противоречивый характер. Начиная от путаницы с установочными данными предпринимателя — в одном случае местом его рождения ошибочно указан Ашхабад, а в другом Смоленск — до чехарды с его якобы ведомственной принадлежностью. В некоторых докладах он называется сотрудником КГБ, в других — кадровым офицером ГРУ, а в третьих вообще был причислен к влиятельным деятелям «русской мафии».

«С самого начала расследования бэкграунда Бута разведка Великобритании заключила, что он выходец из ГРУ. Они никогда не сомневались, что Бут был материалом ГРУ», — указывал Фара[44]. Правда, через пару страниц здесь же приводятся диаметрально противоположные сведения о том, что он может быть связан и с КГБ. А также совершенно невероятный факт — оказывается Бут владеет аж «восемью иностранными языками, включая африканские диалекты Хоса и Зулу».

Собранные англосаксонскими разведслужбами характеризующие сведения о Буте также не отличались единством мнений. В одних секретных шифровках он описывался, как «приятный и отзывчивый, высокопрофессиональный, говорящий на нескольких языках бизнесмен с широким кругом деловых контактов», в других речь шла о «подозрительном и грубом менеджере, не имевшем чувства юмора».

Копаясь в биографии и профессиональном прошлом «попавшего на карандаш» Бута, разведсообщество США выдвинуло фантастическую версию впечатляющих деловых успехов россиянина. Согласно их предположению, к созданию авиатранспортной «империи» Виктора, дескать, приложили свою «коррупционную руку» российские спецслужбы, которые безвозмездно выделили ему три самолета в обмен на долю в будущей выручке. А впоследствии стали своеобразной «крышей» для предпринимателя. Разумеется, никаких доказательств этой теории нет. Более того, сразу же после такого «откровения» в книге Фара приводится прямо противоположный тезис. Якобы Бут обманом начал собирать свой авиатранспортный парк, скупая за бесценок неэксплуатируемые и фиктивно списанные в утилизацию лайнеры. Как одно утверждение согласуется с другим в головах западных аналитиков, остается только догадываться.

О чем говорит весь этот сумбур? Как представляется, о том, что уже после окончания холодной войны и не принимая в расчет царивший в России в 1990-х годах бардак, в Вашингтоне по-прежнему параноидально видели в харизматичном российском представителе «руку Кремля». И о том, что отказываться от заскорузлого мышления в русле конфронтации Запада и Востока на берегах Потомака и Темзы не собирались еще тогда. Не говоря уже о нынешних временах.

При этом нельзя не отдать должное упорству, с которым в ЦРУ и других американских госведомствах собирали компромат на добивавшегося в период между 1993 и 2001 годами все новых успехов в авиатранспортном бизнесе россиянина. Такая задача была поставлена тогдашним руководством Госдепартамента, заключившего, что действия Бута подрывают политику Вашингтона в Африке «нацеленную на урегулирование межафриканских конфликтов».

Дуглас Фара — автор тенденциозной книги о россиянине — относит первые упоминания имени предпринимателя в документах западных спецслужб к 1995 году. Это логично, ведь именно тогда приключилась «кандагарская история» с захваченным талибами Ил-76, а затем драматическая эпопея с освобождением оказавшегося в заложниках экипажа при личном участии Бута. Ведя в то время переговоры об освобождении летчиков, Виктору действительно пришлось не менее двух раз летать в Афганистан и как минимум единожды встречаться с одним из лидеров талибов — муллой Омаром. В попытках найти общий язык с руководством движения «Талибан» для освобождения наших летчиков, Бут в один из моментов даже заговорил на языке дари, который он освоил будучи ребенком в Таджикистане.

По утверждению знакомых с этим эпизодом людей, собеседники Виктора не поняли ни слова по-таджикски, поскольку сами говорили на пушту. Но факт остается фактом — Бут был один из первых российских граждан, вступивших в прямые переговоры с талибами. И этот факт, видимо, не ускользнул из поля зрения западной разведки. Правда, там либо не потрудились как следует разобраться в сути этой истории, либо не захотели. А в 2001 году уже после «откровений» Сандживана Рупры прочно увязали имя Бута с террористами. Что, как было сказано выше, является полным абсурдом.

На то, что уже во второй половине 1990-х годов у Виктора возникли серьезные проблемы с имиджем, указывает следующее обстоятельство. В 1997 году россиянин предпринял попытку получить американскую визу для поездки в США вместе со своей супругой. «Подав визовую анкету и необходимые документы в американское посольство в ОАЭ, мы были удивлены отказом, — рассказывала мне Алла Бут. — А еще больше его формулировкой. “Мы террористам визы не даем”, именно так нам сказал сотрудник американского консульства из-за своего окошка. Мы пожали плечами, развернулись и ушли. Виктор даже что-то пошутил про это».

На самом деле ему было не до шуток. С тех пор Бут прочно попал «под колпак», поскольку у американцев оказалась собственноручно заполненная Бутом подробнейшая визовая анкета с фотографией и указанием всех его контактных и паспортных данных. Не исключено, что в будущем это способствовало проведению спецслужбами CША операции по поимке россиянина.

Все указывает на то, что изначально британская и американская разведки начали собирать компромат на Виктора и его авиакомпании раздельно друг от друга. Это делалось как через агентурные позиции англосаксонских спецслужб в Эмиратах и Африке, так и через открытые источники. Впоследствии, к этому процессу были подключены разведки Бельгии, Франции, Дании и Южной Африки[45].

Сьерра-Лионе и Либерия: 2000–2001

Согласно одной версии, еще со времен создания авиакомпании Бута в середине 1990-х в Бельгии — в столице которой размещаются головные офисы ЕС и НАТО — британскую МИ-6 терзали смутные сомнения: не в интересах ли российских спецслужб работает Виктор? По другим данным, Лондон обратил внимание на Виктора лишь в 1999 году, когда ответственный в Форин офис за Африку, Ближний Восток и Южную Азию член Палаты общин лейборист Питер Хейн получил информацию о качественно новом уровне вооружений африканских мятежников в Сьерра-Лионе — бывшей английской колонии в западной Африке.

В ходе гражданской войны в этой стране от внезапной атаки повстанцев серьезно пострадали находившиеся в целях поддержки миссии ООН в этой стране британские солдаты из Королевского ирландского полка. В частности, одиннадцать пехотинцев 25 августа 2000 года были унизительным образом разоружены и захвачены в заложники группировкой местных боевиков. Длительные переговоры об освобождении пленных англичан увенчались лишь частичным успехом. А в ходе последовавшей спецоперации под кодовым названием Barras по освобождению заложников, проведенной 9 сентября того же года при поддержке боевых вертолетов и спецназа вооруженных сил Великобритании (SAS), один британец был убит, а еще 12 получили ранения. Это был серьезный удар по репутации бывшей «владычицы морей», который сильно подорвал веру африканцев в миротворческие возможности Лондона. Нужно было срочно найти виновного в произошедшем.

В правительстве Ее Величества провели анализ и увязали ЧП главным образом с осуществленными в Сьерра-Лионе нелегальными поставками оружия. Именно этот фактор, по мнению бриттов, якобы позволил примитивным африканским повстанцам массово сменить свои ржавые мачете на смертоносные АК-47. Но как в Африку попали русские автоматы? Ответ был быстро найден — Виктор Бут. В его лице нашли главного виновного, а упомянутый выше Питер Хейн впервые охарактеризовал российского предпринимателя в качестве «торговца смертью»[46]. Впоследствии этот ярлык крепко приклеится к Буту и станет жить собственной жизнью, особенно после выхода на экраны в 2005 году голливудского фильма «Оружейный барон» (Lord of War) с Николасом Кейджем в главной роли, а затем и книги Фара с аналогичным и скандально-узнаваемым заголовком «Торговец смертью» (Merchant of Death).

Трагическая история с британскими заложниками в Сьерра-Лионе, о которой россиянин, скорее всего, и понятия не имел, стала отправной точкой и «катализатором для начала охоты на Бута», писал британский автор Дэмиен Льюис в своей книге «Операция “Безжалостный”: Охота на самого богатого, смертоносного бандита в истории». По его словам, в Сьерра-Лионе англичане пытались прекратить войну, а Бут, дескать, «перешел им дорогу» тем, что поставлял оружие в страну и косвенно способствовал пленению и потерям британских солдат. «Британцы осознали, что повстанцы, с которыми они сражаются, вооружаются русскими. То же самое происходило рядом в Либерии и у американцев. Бут вооружал либерийских мятежников. Поэтому здесь совпали интересы Британии и Америки»[47].

Именно от этой истории «растут ноги» и у обвинений Бута в деловых связях с либерийским диктатором Чарльзом Тейлором, знакомство с которым сам россиянин неоднократно и категорически отвергал. Дело в том, что, придя к власти в Либерии в 1997 году, Тейлор стал активно вмешиваться в гражданский конфликт в Сьерра-Леоне, поддерживая местных боевиков из повстанческого Объединенного революционного фронта (ОНФ). В частности, он снабжал повстанцев ОРФ деньгами и оружием в обмен на незаконно добытые алмазы. Именно это обстоятельство дало возможность западникам, в ходе развязанной ими информационной кампании по очернению россиянина, связать Бута как с Тейлором, так и с торговлей «кровавыми алмазами». Как уже отмечалось, подобные обвинения тиражировались западными СМИ и, видимо, целенаправленно продвигались через подконтрольных «экспертов» ООН, таких как Йохан Пелеман. Разумеется, без каких-либо доказательств.

Что еще могло так сильно заинтересовать западные разведки в бизнес-деятельности Виктора Бута? Может быть, его деловые и личные связи в России? Едва ли, ведь к тому времени предприниматель уже несколько лет как покинул Москву и целиком сосредоточился на развитии своего бизнеса за рубежом. А вот характер деятельности его авиакомпаний, осуществлявших, среди прочего, и полеты в подсанкционные Ливию, КНДР (в частности, чартерные рейсы из Пхеньяна в Уганду) и Афганистан, конечно же, не могли не попасть в поле зрения ЦРУ.

Провальная вербовка

Собрав нужную информацию на Бута, тщательно изучив его материальное положение и психологические особенности, западные спецслужбы приступили к реализации острого мероприятия — операции по вербовке заинтересовавшего их «объекта». Другими словами, Виктора хотели привлечь к конфиденциальному сотрудничеству с англосаксами. За вознаграждение или другие «бонусы».

Как рассказывала мне Алла Бут, всего к ее супругу было несколько так называемых вербовочных подходов. Была ли это совместная англо-американская операция или разведслужбы США и Великобритании действовали самостоятельно — заполучить эксклюзивного источника важной информации, очевидно, хотели, как в Лондоне, так и в Вашингтоне — сказать невозможно. Эта информация сегодня хранится в архивах западных разведок, и до появления очередного разоблачителя наподобие Джулиана Ассанжа или Эдварда Сноудена широкая общественность об этом едва ли узнает. Доподлинно известно лишь о том, что одна из попыток завербовать Виктора Бута была предпринята в Южно-Африканской Республике.

Впоследствии этот факт подтверждал и сам Бут. «В Африке начались проблемы, — рассказывал предприниматель в интервью газете «Коммерсантъ». — Ко мне, помню, стали приходить какие-то гонцы, особенно в ЮАР, делали непрозрачные намеки, что было бы неплохо, если бы я рассказал, что было в той стране, а что — в той. И обещали мне разные блага, если я вовремя буду делиться информацией»[48].

По словам Бута, этих людей интересовали закрытые сведения о властях ряда государств. Например о том, «кто летает на самолете с президентом Конго». На прямой вопрос о том, хотели ли его завербовать, бизнесмен ответил: «Да, потому что мы работали с ливийцами и, извините, с некоторыми другими странами, которые очень интересовали американцев. А после того как я отказался, появилось мнимое расследование ООН»[49]. Его, как было сказано выше, подготовил, вероятно, связанный с МИ-6 бельгиец Йохан Пелеман.

В другом интервью версия интереса иностранных разведок к Буту получила свое развитие. «Те люди, которые представляли разведки иностранных государств в Африке, видимо, посчитали, что Россия может выжить их из региона», — рассказывал Виктор читателям портала "https://www.gazeta.ru/"Газета. ru[50].

«За годы работы в Афганистане, в Африке и на Ближнем Востоке Виктор неоднократно и всегда резко отвергал предложения западных разведок, интересовавшихся его клиентурой и грузами, которые он перевозил. Он вел свой бизнес честно, никогда не обманывал партнеров, и никогда не совершал сделок, которые противоречили бы его принципам, — писала Алла Бут весной 2012 года в открытом письме о помощи, направленном президенту России Владимиру Путину. — Несмотря на то, что мой муж давно снял с плеч погоны, он всю жизнь остается тем, кем был всегда — российским офицером, радеющим за судьбы своих товарищей и подчиненных, преданным своей Родине, всегда готовым дать отпор ее врагам».

В случае с Бутом англо-американские «агенты 007» сильно переоценили собственные силы и ошиблись в собственных расчетах. На предложение начать негласное сотрудничество и для начала «слить» коммерческие секреты своего бизнеса — куда, кому и в каких количествах доставляются грузы, а затем начать выполнять задания «кураторов» бывший офицер Советской армии ответил негативно. Вредить себе, а главное — своей стране — Виктор наотрез отказался. Будучи обескураженными негативным ответом «упертого» Бута, неудачливые вербовщики дали россиянину время хорошо подумать, намекнув на потенциальные серьезные последствия отказа от предложенного негласного сотрудничества. Впрочем, и повторное «предложение, от которого невозможно отказаться» осталось без положительного ответа россиянина. Такой поворот западники простить Буту не могли. С этого момента проблемы российского бизнесмена начали нарастать как снежный ком. А на создание вокруг него образа «оружейного барона» и «торговца смертью» были брошены огромные ресурсы.

Скоординированная атака началась из Вашингтона. «Совет национальной безопасности США проконсультировался с правительствами Британии, ЮАР и Бельгии для того, чтобы найти путь закрыть Бута и арестовать его», — писала в 2003 году The New York Times Magazine[51].

Уже вскоре после провалившихся попыток западников перетянуть Бута на сторону «истинной демократии» произошла серия подозрительных событий. Для начала власти ЮАР внезапно инициировали расследование в отношении действовавших в стране компаний российского предпринимателя. И конечно же, нашли допущенные ими многочисленные нарушения местного законодательства в сфере авиации.

Затем состоялось разбойное нападение вооруженных преступников на дом Бута. При этом пострадала попытавшаяся защитить свою внучку Лизу теща Виктора — ей разбили лицо. С черепно-мозговой травмой женщина была доставлена в больницу Йоханнесбурга, а последствия нанесенного вреда ее здоровью сказываются до сих пор. Подробности шокирующего своей жестокостью нападения хорошо запомнила и воспроизвела в своих личных дневниках Алла Бут.

Характерная деталь — тщательно обыскав дом вроде бы в поисках денег и драгоценностей, налетчики уделили особое внимание компьютерам и телефонам Бут. На которых хранилась интересующая заказчиков этого преступления информация. А спустя короткое время произошло нападение и на южноафриканский офис фирмы Бута. Затем, по некоторым данным, выстрелы со стороны неизвестных раздаются в направлении машины россиянина.

Прозвучавшие друг за другом «звоночки» было невозможно не расценить в качестве прямого давления и запугивания. Россиянину прозрачно намекали — «Прочь из ЮАР!».

Из дневника Аллы Бут

Южная Африка, Йоханнесбург, Сантон;

январь 1999 года

Сегодня вечером мои родители пригласили в гости знакомых. К одному из менеджеров в гости приехали родители. С моими, они где-то одного возраста. Сблизились. Планируют ужин, с чаем и пирогами.

Вечером, часов в шесть, когда гости уже пришли, мы решили с Виктором пойти в офис, через дорогу. Стол накрыли. Кто-то принес огромный арбуз.

Офис располагался на довольно большой территории, с садиком и теннисным кортом. Жара спала, и мы собрались поиграть в теннис.

Лиза осталась дома, с дедушкой и бабушкой. В саду, вокруг дома, уже несколько дней нет света. Похоже, где-то перегорели пробки. Днем спрашивала у садовника, почему нет освещения. Мотал головой, и отводил взгляд. Он вообще редко смотрит в лицо, когда говорит, глаза всегда мутные, то ли от дешевой местной водки, то ли от еще чего. Говорила Виктору, сказал, разберемся, пока некогда.

— Так в сад же вечером не выйти, темнеет рано, и, абсолютная темнота.

— Потерпи пару дней. Пока купим фонарики.

Купили накануне три больших фонаря на батарейках.

Лиза пускала зайчиков по газону и кустам, потом по потолку в доме. Потолок из соломы, и от света фонаря образуются причудливые и таинственные тени. Взяли по фонарю, мячи и ракетки. Пошли на корт. Туда уже подъехали знакомые. Ждут.

Не помню, сколько по времени мы играли, общались, смеялись.

В начале девятого отправились по домам.

Нам рядом, через дорогу. У меня с собой недопитая бутылка с водой, полотенце.

Заходим в сад через боковой вход. Странно, что калитка открыта. Обычно мы открываем ее ключом. О чем-то беспечно болтаем, шутим, что темно так, что можно врезаться в дерево. Вдалеке светится коттедж.

Подходим ближе. Какая-то странная тишина, двери раздвинуты…

И тут, с трех сторон, за спиной у нас, выскакивают три черные фигуры с пистолетами, у одного совсем серьезный ствол, девятимиллиметровый. Затвор передернут. (Позже в кустах нашли выпавший из затвора патрон.)

У меня с лица сдирают очки, забирают фонарь и ракетку, приставив оружие к голове.

Что происходит, доходит сразу, только мозг не хочет принимать события, как реальность.

Нас заводят в дом.

Вся толпа бандитов собирается вокруг нас. Их, человек девять. Орут друг на друга. Зрачки расширены. Это видно, когда подходят вплотную.

* * *

Холл пуст. У входа валяются осколки разбитого в дребезги арбуза. Это мама, как выяснилось позже, стала бросать в бандитов всем, что попадалось под руку, защищая внучку. Чем привела их в полное бешенство.

Никого.

Слышны стоны.

Нас заводят в комнату, служившую кабинетом Виктора. Я вижу в углу наших пожилых гостей, женщина прижимает к себе мою дочь, Лизу.

Мой папа и другой мужчина в противоположном углу. Мама лежит на полу, скорчившись, в крови. Юбка задрана. Лицо полностью разбито. Распухло. Левый глаз отек, черный. Стонет.

Я бросаюсь к ней. Мне все равно. Не думаю ни о чем, кричу только — мама!

Наклоняюсь, одергиваю задравшуюся юбку.

И понимаю, что били не только по лицу, но и в живот. Нижнее белье запачкано.

Меня оттаскивают. Бьют по голове, в лоб рукояткой пистолета. Искры из глаз. Почти теряю сознание.

Говорят, еще раз дернешься, мы убьем твоего ребенка.

У меня текут слезы. Страшно, не за себя, за Лизу и маму.

Виктор ведет себя спокойно, как будто нас нет, он сразу определил, кто в этой группе главный.

Один, похоже, руководил группой черных бандитов, но был еще один, в чистой светлой рубашке, не обдолбанный наркотиками. Этот сразу отобрал у Виктора его телефоны и стал в них ковыряться. Изучает компьютер.

Виктор пытается спокойно разговаривать с ним.

Нас всех уводят на второй этаж, в детскую комнату Лизы. Всех связывают и кладут на пол.

Лиза сидит в углу, среди игрушек, под окном.

И смотрит на все.

Думаю, вот если я сейчас выпрыгну со второго этажа, и убегу звать на помощь? Всякие подобные варианты лезут в голову…Что делать? Страшно, не за себя.

С моей руки сняли обручальное кольцо, еще нашли пару колец в тумбочке. Но, явно разочарованы.

Ни денег, ни драгоценностей.

Страшно смотреть в их глаза, зрачки расширены до предела, орут друг на друга.

Когда я сказала, что мы — граждане России, и у них могут быть проблемы, мне ответил главный — ты в ЮАР сейчас, заткнись. Еще слово, мы убьем твоего ребенка. Они это повторяли постоянно.

* * *

После обыска мы лежали все на полу, кроме мамы, она осталась в кабинете. Один из них взял моего отца и велел ему пойти с ним, на улицу. Открыть внешние ворота. Я сказала код. Содрали простыни с кроватей, сваливают туда все, что попадается под руку. Стоит грохот.

Банда уехала. Мы, кое-как развязав руки, спускаемся вниз. Я стараюсь помочь маме до приезда врачей. Остановить кровь. Лиза осталась наверху, с нашей гостьей.

Виктор ушел в офис. Вызвал полицию и скорую помощь.

Маму увезли в госпиталь.

Мне врач светил фонариком в глаза, проверяя на шок. Я не знаю и не понимаю, что случилось. Только прижимаю Лизу к себе. Руки свело. Внутри какая-то тишина. Не могу плакать. Полицейские спрашивают, почему у нас в доме нет сигнализации? Действительно, почему? Она была установлена у прежних хозяев по всему дому, но потом ее отключили. Спрашивают, что именно у нас забрали. Похоже, увезли перегоревшую микроволновую печь, телевизор, мои и Витины вещи, часть Лизиных игрушек и обувь. Странно, что не взяли ни одной вещи из моей коллекции, она вся висела в кабинете, съемка коллекции была неделю назад с участием черных моделей. Небогатый улов, полицейские в недоумении. Но, по-видимому, все это нападение было организовано только с одной целью — заполучить телефоны и компьютер Виктора.

Мы не смогли оставаться в этом доме, уехали к друзьям ночевать.

Лиза потом, пару месяцев, на заправках и в игрушечных магазинах приносила мне веревки и игрушечные пистолеты. Купить. Я спрашивала, зачем тебе это?

— Для того, чтобы защищать вас (Лизе было 4,5 года).

Через три недели мы забрали мою маму из госпиталя. Был поврежден глазной нерв. Глаз стал постоянно непроизвольно дергаться. Она еще пролежала дома месяц. Когда смогла ходить, мы с Лизой и моими мамой и папой улетели из Йоханнесбурга навсегда.

После этого случая моя мама, пережившая блокаду Ленинграда и помогавшая, и продуктами, и одеждой нашему черному садовнику (зарплата у него была хорошая, просто она не могла понять, как можно есть на земле — руками), видела в каждом черном мужчине бандита. Они стали для нее все на одно лицо. И мне тоже стало так казаться.

После всех этих событий ожидаемым выглядит решение Министерства внутренних дел ЮАР объявить Бута «нежелательным иностранцем». А затем последовал и отказ в продлении визы предпринимателя. Два месяца спустя Бут и его семья навсегда покинули Южную Африку. «У меня в ЮАР в 98-м закрыли компанию по приказу американцев — они просто пришли и сказали: “Мы вам не продлеваем визы, если хотите успеть уехать, уезжайте сейчас”», — рассказывал Бут[52].

Столь недемократичным образом у строптивого русского «отжали», как сейчас принято говорить, бизнес, а его самого выдавили из Южной Африки. Примерно в это же время под давлением заинтересованных лиц в продлении лицензии и рабочих виз было отказано и сотрудникам компании Бута в ОАЭ. Совпадение? Разумеется, нет.

«Из-за того, что мы долго работали в Эмиратах — 7 лет — у нас с ними были хорошие отношения. Там тоже есть свои спецслужбы. Пришли эти ребята и сказали: “Быстро собирайтесь и валите, иначе у вас будут проблемы. Потому что к нам приходили американцы и сказали, что если вы его не прикроете, то и у нас тоже будут проблемы”», — рассказала в вышедшем в 2014 году документальном фильме о своем супруге Алла Бут[53].

Кольцо вокруг россиянина продолжало сжиматься. Он медленно, но верно становился «персона нон грата» — нежелательным лицом — во все большем количестве стран.

В 2000 году через бельгийца Пелемана осуществлен вброс дискредитирующих Бута докладов ООН о торговле оружием и нарушении международного санкционного режима в отношении африканских стран (Сьерра-Лионе, а затем Конго и Либерии). В этих документах впервые публично выдвигаются обвинения в обходе санкций лично Виктору Буту, его компаниям и партнерам, Сергею Буту (старшему брату), а также Ричарду Чичакли — американскому гражданину сирийского происхождения. Этого персонажа, едва успевшего покинуть США и уехать в Россию, а затем арестованного в Австралии и экстрадированного обратно в Америку, также записали в подельники Бута.

Без доказательств: 2001–2002

Однако с реальными доказательствами вмененных Буту обвинений все было печально. Точнее, их не было вовсе. Так, один из инспекторов ООН по имени Кристиан Дитрич, несмотря на все усилия, так и не смог обнаружить в Конго никаких нелегальных грузов в самолетах Бута. А сотрудник бельгийской НПО в Антверпене «Международная служба мирной информации» (International Peace Information Service) Петер Данссарт, специализирующийся на отслеживании незаконного трафика оружия, потратил годы на изучение деятельности Бута, но так ничего криминального в его действиях не увидел, писал журнал The New Yorker[54].

С помощью простого поиска по открытым источникам в Интернете я нашел подготовленный в 2010 году доклад Данссарта под названием «Авиаперевозчики оружия» и детально ознакомился с ним. В этом документе сразу в нескольких местах указано, что никаких свидетельств принадлежности к нелегальной перевозке оружия «сети» Бута, то есть конгломерата авиакомпаний и фирм россиянина, не имеется[55]. Удивительно, но к этому времени санкции ООН против Бута действовали почти десять лет, а сам россиянин уже как два года находился в тюрьме Таиланда…

В 2001 году Бут сворачивает свой бизнес в сфере авиаперевозок, что стало прямым следствием развязанной против него информационной кампании. Его клиенты, напуганные постоянным упоминанием западными СМИ имени россиянина в негативном контексте, один за другим отказываются работать с Бутом. Потеря рынка и вынужденный выход из созданного с нуля успешного бизнеса заставляет Виктора вернуться в Москву. Из которой в следующие несколько лет он не ведет никакой международной деятельности за исключением попыток продать оставшиеся в ОАЭ на приколе воздушные суда, ранее принадлежавшие компаниям россиянина.

Несмотря на это, в 2002 году власти Бельгии, все операции в которой россиянин прекратил еще несколько лет назад, «неожиданно» (очевидно, не без подсказки «старших товарищей» из США, которые еще в 2001 году отправили в эту страну делегацию для того, чтобы допросить заявившего о связях Бута с талибами Сандживана Рупру и заставить бельгийцев сотрудничать по делу россиянина) выдали международный ордер по линии Интерпола на арест Бута по обвинению в отмывании денег. По версии Брюсселя, в период между 1994 и 1999 годами на счета подконтрольной Буту компании Air Charter Center, зарегистрированной в Бельгии, поступили 325 миллионов долларов от незаконных сделок с правительствами Либерии и Анголы. Эти деньги якобы были впоследствии переведены двум компаниям в американском штате Делавэр (там ими якобы распоряжался американец сирийского происхождения Чичакли).

В 2007 году, спустя пять лет бесплодного расследования, бельгийские власти по-тихому снимут все выдвинутые против Бута обвинения, поскольку никаких доказательств противоправных действий россиянина так и не было найдено. «Согласно решению бельгийского суда, дело Бута за номером BR27.97.2780/97 являлось юридически безосновательным и политически мотивированным», отмечал журналист-расследователь Даниэль Эстулин[56]. Разумеется факт того, что бельгийское уголовное дело против Бута в буквальном смысле развалилось, западные СМИ и их же «эксперты» предсказуемо проигнорировали и никогда и нигде не упоминали.

В случае если бы Бут действительно был преступником, логично предположить следующий алгоритм его действий. В контексте выдвинутых обвинений и международного ордера на арест он бы, что называется, «залег на дно» до лучших времен. И не высовывался пока шум вокруг его имени не уляжется. Все, однако, происходило с точностью до наоборот. В феврале 2002 года уже формально разыскиваемого Интерполом Виктора приглашают в эфир радио «Эхо Москвы» и… предприниматель спокойно приходит в студию! Сидя за микрофоном следующим образом комментирует выдвинутые против него обвинения: «Понимаете, вопрос о поимке или об аресте, особенно при чем тут бельгийцы, я, честно говоря, могу себе представить очень с трудом… Ну, понимаете, а чего мне опасаться? Я ничего в своей жизни не сделал такого, за что бы я мог переживать, от кого-то прятаться и бегать. Я пришел к вам в студию без всяких мер предосторожности, никаких проблем у меня в Москве и в России ни с передвижением нет и не было, и надеюсь, никогда не будет»[57]. И добавил несколько крайне нелицеприятных оценок западным властям за политизацию его дела.

«Сам факт прихода Виктора Бута сегодня в студию “Эха Москвы”, выступление публично, в прямом эфире, я думаю, во-первых, это многое объясняет и разъясняет, его позицию. Ну, а кроме того, в свете последних сообщений, которые мы получили, это просто мужественный шаг. Виктор, большое вам спасибо за то, что вы приняли участие в нашей программе!», — поблагодарил собеседника ведущий эфир журналист радиостанции.

Удивительно выглядит и то, что, несмотря на преимущественно фейковые новости западных СМИ о Буте, сам предприниматель отнюдь не чурался контактов с иностранными журналистами. Так, помимо личной встречи под камеру с корреспондентом московского бюро телеканала CNN Джилл Догерти в 2002 году, в августе 2003-го у Бута без особых трудностей взял интервью американский журналист Питер Ландесман. В тексте опубликованного им впоследствии материала в The New York Times Magazine под названием «Оружие и человек» слова Виктора, перемежались с откровенной клеветой на россиянина, как на международного преступника, заявляли родственники Бута[58].

Вероятно, сам факт выступления со страниц одной из ведущих американских газет, которая заведомо была ангажирована, не хотела да и не могла объективно рассказать читателям о Буте, был имиджевой ошибкой бизнесмена. Тем более что публикация сопровождалась неудачной фотосессией Виктора, на которой его образ соответствует, если и не «крестному отцу» русской мафии, то очень богатому, авторитетному, влиятельному и уверенному в себе человеку. «В эту позу его поставили. Ту, которая была нужна этому фотографу. И я когда увидел, то говорю — да он тебя просто использовал. Неужели ты не смог понять?», — вспоминал об этой съемке старший брат Сергей Бут.

Позже Виктор признавал, что у него изначально было плохое предчувствие по поводу этой затеи. Но как тогда объяснить, что сам Бут не записал для подстраховки собственное интервью Ландесману на диктофон с тем, чтобы американец банально не переврал его слова или не вырывал их из контекста? Для находящегося в ситуации Виктора человека, обложенного со всех сторон инспирированными недоброжелателями обвинениями, разумным было бы также поставить условие обязательно согласовать с ним газетный текст до его публикации. Этого сделано не было. «Я ему доверился», с грустью пояснял позже Виктор, который на тот момент был еще не очень хорошо знаком с «объективностью» и «золотыми этическими стандартами» американских СМИ.

Сразу после выхода в печати этого интервью Ландесман написал Виктору электронное письмо. В нем он извинился за допущенные в материале многочисленные натяжки и искажения слов Бута. Свалил эти «ошибки» на своего редактора, который якобы многое исправил в тексте. И предложил Виктору стать соавтором сценария художественного кинофильма. От такого предложения, почитав свое поданное весьма тенденциозно в The New York Times интервью, предприниматель, конечно же, отказался.

Впрочем, это нисколько не смутило предприимчивого американского репортера — он самостоятельно написал сюжет для фильма и вскоре продал права на его экранизацию. Сценарий был немного переделан в Голливуде, а затем именно по нему в 2005 году был снят уже упоминавшийся фильм «Оружейный барон». При этом везде всячески намекалось, что воспроизведенный в киноленте с Николасом Кейджем в главной роли образ беспринципного русского торговца оружием по имени Юрий Орлов списан именно с Бута. То, что этот фильм является чистой выдумкой, фантазией и фабрикацией, которая не имеет ничего общего с ним или его бывшим бизнесом, заявлял сам Виктор. «Стало, честно говоря, жалко Николаса Кейджа, я был о нем более хорошего мнения. Хотя бы могли снять достойный блокбастер. Как фильм он провалился. Ничего хорошего, кроме попытки политической инсинуации не получилось. Русская мафия — просто смешно. Посмотрите на все факты! Знаете, это вообще не соответствует реалиям. Ни на Африку это не похоже, ни на все остальное. Тем более это не похоже на меня и не имеет ко мне никакого отношения», — сказал Бут в беседе с журналистами телеканала НТВ[59].

В апреле 2005 года обвинения, аналогичные бельгийским, Буту выдвинуло и Министерство финансов США. Вашингтон внес имя россиянина, а также названия около 30 связанных с ним юридических лиц в свои санкционные списки.

У многих наверняка возник закономерный вопрос: если Виктор Бут действительно был невиновен и непричастен к приписываемым ему злодеяниям, то почему он не обратился в суд с иском о защите чести и достоинства? А заодно не потребовал компенсации ущерба, причиненного его деловой репутации. Вот как на него отвечал сам бизнесмен. «Оправдываться я считал ниже своего достоинства, чтобы отвечать на те обвинения, которые мне тогда пытались предъявлять. Нужно было много денег для найма адвокатов в США, чтобы судиться с газетами, и на это было нужно много сил. Основные ресурсы уходили на бизнес. Я считал все это настолько абсурдным, что не уделял этому никакого внимания»[60].

«Конечно, Виктору надо было проводить полноценную медийную работу и отмывать свое честное имя от нападок западных СМИ. Но он этого не стал делать. Ему казалось, что все обвинения в его адрес — это абсурд и отвечать на них не стоит. В итоге Витя долго молчал, а обвинения против него все накапливались и у многих создавалось впечатление, что все это неспроста», — пояснил мне один из близких друзей Бута.

«Торговец смертью» на подряде Пентагона: 2002–2005

Почему спустя столько лет после того, как Бут попал «под колпак» американской разведки (напомним, деятельность россиянина в США отслеживали как минимум со времен кандагарских событий в Афганистане в 1995 году и плотно вели с начала 2000-х годов и событий в Сьерра-Лионе), Вашингтон в 2005 году решил перейти к введению персональных рестрикций против Бута?

Во-первых, к тому моменту в ООН были презентованы вышеупомянутые доклады по нарушению оружейного эмбарго в отношении африканских стран и имя Бута фигурировало в ооновских санкционных списках. Во-вторых, настоящий шок в американской столице вызвала вышедшая в декабре 2004 года статья газеты Los Angeles Times («Время Лос-Анджелеса») о том, как самолеты уже попавших под санкции ООН «авиакомпаний Бута» занимались доставкой военных грузов в оккупированный американцами Ирак по заказам… Пентагона!

Из доступных в открытых источниках можно увидеть, что полеты в Ирак по заказам Военного ведомства США осуществляли компании Air Bas Transportation Inc. (офис в городе Ричардсон, штат Техас) и Irbis Air Company (офис в Алма-Ате, Казахстан). В руководстве обеих фирм наряду с гражданином США Ричардом Чичакли с 2002 года фигурировал старший брат Виктора Бута — Сергей. В 2005 году его имя добавят в санкционные списки США.

Возникает вопрос: как стало возможным использование американским правительством компаний с участием Сергея Бута в то самое время, когда Управление по контролю за иностранными активами Минфина США (Office of Foreign Assets Control; OFAC) активно собирало компромат на его младшего брата — Виктора? Как мы выяснили, спецслужбы США к этому времени в течение как минимум 7–8 лет отслеживали его активность по всему миру, предпринимали попытки его вербовок. Кроме того, согласно сообщениям СМИ, тогдашний хозяин Белого дома Джордж Буш-младший подписал исполнительный указ, в рамках которого «нарушитель санкций» Бут был признан угрозой безопасности США. Неужели в Вашингтоне царит такой бардак, что одни американские госведомства разыскивают иностранцев, которым платят другие правительственные структуры США?

Как водится, все решали деньги. А точнее — узаконенная коррупция. В погоне за «длинным долларом», который можно было легко заработать на начатой Америкой в 2003 году войной в Ираке, крупные логистические компании-партнеры Пентагона вообще не интересовались такими мелочами, как выдача подрядов вызывающим сомнения субподрядчикам. А надзорные органы, похоже, даже не смели совать свой нос в многомиллиардный околовоенный бизнес. Который не забывал про соответствующие «откаты наверх».

Именно в качестве субподрядчика маленькая фирма Air Bas была привлечена американской инженерно-строительной и сервисной компанией Kellog Brown Root (KBR) — одним из ведущих подрядчиков Минобороны США. В свою очередь, KBR до 2007 года являлась 100-процентой дочерней компанией транснациональной корпорации Halliburton Company. Кто же стоял во главе Halliburton? Далеко не самые последние люди в Америке! Вплоть до 2000 года ее Совет директоров возглавлял будущий вице-президент США Дик Чейни. Именно в период его работы в Белом доме (с 2001 по 2009 год) данная корпорация стремительно увеличивала прибыль, заработав сотни миллионов долларов на доставке продукции по завышенным ценам для воюющей американской армии в Ираке. Это классический пример широкомасштабной коррупции в руководстве США, детали которой были раскрыты в многочисленных публикациях СМИ и вызвали громкий скандал в Вашингтоне. Он в конечном итоге привел к закату политической карьеры Дика Чейни (впрочем, это не помешало его дочери — Лиз — баллотироваться и быть избранной в Палату представителей США в 2017 году).

Итак, получив заказ от Пентагона, KBR подписала контракты с субподрядчиками Air Bas и Irbis, в соответствии с которыми последние действительно совершили больше 140 полетов в Багдад. Они даже получили доступ к авиационному топливу со складов Пентагона — Центра энергетической поддержки обороны США (US Defense Energy Support Center) — для перевозки американских военных грузов в Ирак и Афганистан. Полеты осуществлялись в том числе на самолетах Ан-12. Согласно вызвавшим широкий резонанс публикациям в СМИ, американские налогоплательщики заплатили ранее попавшим под санкции США и ООН компаниям Бута не менее 7,8 миллиона долларов[61]. Авиарейсы указанных авиакомпаний в Ирак продолжались до конца 2005 года[62].

Произошедший конфуз стал очевидным признаком полной некомпетентности чиновников в Вашингтоне. Последовало громкое разбирательство в Конгрессе, и соответствующие запросы от имени сенатора-демократа Расса Файнголда в мае 2004 года были направлены в Госдепартамент и Пентагон. Минобороны США не могло ответить на вопросы законодателя в течение 8 месяцев. Лишь 31 января 2005 года тогдашний заместитель министра обороны Пол Вулфовиц ответил сенатору, что «действительно армия США вела бизнес с компаниями, которые в свою очередь подрядили субконтракторов второго уровня, использовавших самолеты принадлежащих фирмам, связанным с господином Бутом»[63].

Разразившийся на берегах Потомака скандал из-за того, что находящаяся под американскими и ооновскими санкциями компания, связанная к тому же с разыскиваемым Интерполом гражданином РФ, получает деньги от правительства США, лишь добавил недоброжелателей Виктору Буту в американской столице. Кстати, сам россиянин неоднократно отвергал свою причастность к приписываемому ему «Иракскому досье»: «Я могу категорически заявить, что я никогда и ничего не перевозил в Ирак, как об этом сообщает ВВС и другие СМИ, и вообще ничего не делал там для американцев»[64].

Тем не менее впоследствии Хуан Зарате — бывший заместитель советника президента США Джорджа Буша-младшего по вопросам национальной безопасности — в эфире популярной американской ТВ-программы канала CBS «60 минут» (60 Мinutes) заявлял, что наем компаний Бута Пентагоном был «простой ошибкой». «Щупальца империи Бута проникли так далеко и глубоко, что он получил доступ к самолетам, выполнявшим заказы для американского государства», — уверял телезрителей Зарате[65].

Смехотворность заявлений этого отставного чиновника США налицо. Если верить его словам, то это Бут оказался настолько изощренным махинатором, что обвел вокруг пальца все американские ведомства, которые гонялись за Виктором уже несколько лет. Возможно ли это? Определенно, нет. А вот признание Зарате в том, что «лично он считал Виктора Бута неприкасаемым», весьма симптоматично иллюстрирует полное непонимание ситуации вокруг россиянина в Белом доме. Почему же Бута считали именно «неприкасаемым»? Может, потому что он виделся Зарате исполнителем в коррупционной схеме KBR — Halliburton — Пентагон — Белый дом, в которую не стоило лезть чужакам?

Если это действительно так, то американским налогоплательщикам стоит крепко призадуматься над произошедшим.

Глава II

«Идет охота на волков»

Виктор Бут, по-моему, один из самых опасных людей на лице Земли. Без сомнения.

Майк Браун, руководитель отдела спецопераций DΕΑ

Вашингтон расставляет сети

Пока в США подрядчики Пентагона, умудрившиеся, несмотря на санкции американского Минфина, привлечь к снабжению американской армии в Ираке связанные с именем Виктора Бута компании, «распиливали» государственный бюджет, Британия начала действовать.

По свидетельству английского автора книги «Операция “Безжалостный”» Дэмиена Льюиса, еще до того, как к активной оперативной разработке Бута приступили американцы, в Лондоне уже создали сверхсекретную оперативную рабочую группу — Task Force Bloodstone (что в переводе на русский язык означает «кровавый камень»)[66]. Это произошло примерно на рубеже 2005/06 годов. Данная группа разработала совместную операцию британского МИД, разведки МИ-6, Управления правительственной связи (GCHQ) и военного спецназа (SAS) по отслеживанию трансграничных финансовых махинаций с бриллиантами. Именно «кровавыми камнями», как пишет без предоставления каких-либо доказательств Льюис, якобы расплачивались с Бутом его клиенты в Африке, имея в ввиду в первую очередь либерийского диктатора Чарльза Тейлора. А россиянин якобы успешно обналичивал драгоценные камни в Антверпене и Тель-Авиве. Именно такую не существовавшую в реальности схему англичане задумали «накрыть».

«Они очень близко подобрались к тому, чтобы поймать его в Греции. Он [Виктор Бут] был должен лететь в Афины на какую-то сделку. Пока его самолет летел из Молдавии в Афины, его каким-то образом предупредили — только небеса знают, как это произошло — и он умудрился сбежать по дороге. Была промежуточная посадка где-то в горах. И самолет приземлился в Афинах без него. Таким образом операция Bloodstone была сорвана», — расписывает Льюис досадный провал английских спецслужб[67]. Если он, конечно, вообще имел место и не был банально придуман для того, чтобы придать книге английского писателя показной драматизм. А это, с учетом описанных обстоятельств невероятного спасения Бута от засады британских «джеймсов бондов», весьма вероятно.

Практическая же разработка операции американских спецслужб по физическому захвату Виктора Бута стартовала летом 2007 года. В это время Хуан Зарате — упомянутый выше заместитель советника по национальной безопасности тогдашнего президента США Джорджа Буша — поручил Управлению США по борьбе с наркотиками (Drug Enforcement Administration; DEA) вплотную «заняться Бутом». Созданное в 1973 году президентом Ричардом Никсоном DEA, как и ФБР структурно входит в Министерство юстиции США. В этом «антинаркотическом управлении», по некоторым данным, в центральном аппарате и 86 представительствах DEA в 62 странах работает около 4600 оперативников и почти 700 аналитиков. На финансирование «разведывательного наркоконтроля» из американского бюджета ежегодно выделяется больше 2 миллиардов долларов. Основная задача этой структуры, как и следует из его названия, — борьба с наркотиками, драгдилерами, наркомафией в США и за пределами страны.

Другой чиновник, руководивший операцией против Бута, являлся директором по транснациональным угрозам в Совете национальной безопасности (СНБ) США при администрациях президентов Билла Клинтона и Джорджа Буша-младшего. Его звали Ли Уолоски. На очевидно неустойчивую психику этого сотрудника Белого дома доклады американских спецслужб произвели столь сильное впечатление, что он не мудрствуя лукаво прямо связывал российского бизнесмена с террористами. «Логистические и закупочные сети Бута полностью интегрированы, что делало его столь привлекательным и успешным… То, что мы видели привело нас к мысли, что Бут как-то связан с террористами. Этим занималась часть Белого дома, курировавшая терроризм. Было достаточно индикаторов для тревоги. Правительство США на их основе решило действовать», — рассказывал Уолоски газете The New York Times в 2003 году[68].

Сотрудники СНБ Зарате и Уолоски поставили задачу арестовать неугодного Вашингтону россиянина Майку Брауну, который в DEA возглавлял подразделение специальных операций (Special Operations Division; SOD). При этом оба представителя Белого дома исходили из того, что шансов на успешную поимку Бута не больше 5 процентов. Но Майк Браун — «тертый калач» в оперативно-розыскном деле — был уверен в том, что шансы на положительный исход дела составляют 95 процентов. Именно он выдвинул идею реализовать в отношении Бута спецоперацию-ловушку (sting operation), а именно — внедрить в окружение бизнесмена агентуру DEA, которая через посредников сделает ему заманчивое деловое предложение. От такого «алчный русский», разумеется, не сможет отказаться.

Надо сказать, что особой изощренностью и оригинальностью эта оперативная комбинация не отличалась. Она являлась 100-процентной калькой с реализованной DEA годом ранее спецоперации против сирийского бизнесмена Монзера аль-Кассара, имя которого связывалось с незаконной торговлей оружием[69]. В июне 2007 года 62-летнего сирийца по наводке американцев арестовали в аэропорту Мадрида. Последующая экстрадиция в США аль-Кассара, которого впоследствии приговорили к 30-летнему тюремному сроку за заговор с целью убийства американцев, стал результатом спецоперации под кодовым названием Legacy («Наследие»). Ее суть — внедрение агентуры DEA в окружение объекта операции и провоцирование его на нелегальную продажу оружия. Точнее даже не на сами физические действия, а хотя бы на любое высказывание, которое впоследствии можно было бы интерпретировать в качестве согласия с поступившим со стороны провокаторов незаконным предложением. На руку американским правоохранителям в этом плане играет специфика правовой системы США, в которой присутствует юридический термин «заговор» (conspiracy — специфический, популярный и очень удобный для доказательства даже несовершенных преступлений юридический термин в правовой системе США). Он значительно облегчает работу американским силовикам, которым и доказывать практически ничего не нужно, поскольку достаточно лишь факта личного знакомства и состоявшейся беседы «заговорщиков».

Успешная поимка аль-Кассара (который до сих пор заявляет о своей невиновности и считает, что стал жертвой ЦРУ и «Моссада») резко повысила авторитет DEA и его SOD в профессиональной иерархии американского разведсообщества. Куда, как известно, входят 17 правительственных ведомств. В итоге схему операции против Бута оперативник Браун и его коллеги выстроили по отработанному шаблону: заранее привлеченные к негласному сотрудничеству с американцами провокаторы будут действовать под прикрытием и выступят в роли представителей Революционных вооруженных сил Колумбии — Армии народа или сокращенно ФАРК. Это партизанское движение на протяжении нескольких последних десятков лет активно борется с проамериканским правительством в Боготе[70].

В соответствии с разработанным при участии оперативника DEA Луиса Миллионе (согласно имеющимся в СМИ сведениям, в прошлом он работал актером в Голливуде!) планом «колумбийские революционеры» должны были предложить продать им оружие на выгодных российскому бизнесмену условиях (в случае с аль-Кассаром двое провокаторов также выступали от имени ФАРК). Расчет заключался в том, что если Бут хоть каким-либо образом обозначит свою заинтересованность в предложенной сделке или втянется в ее обсуждение, вне зависимости от того, есть ли у него возможность ее осуществить или нет, то тем самым он сам подведет себя под пресловутый «заговор» (conspiracy) и несколько тяжелейших статей Уголовного кодекса США.

Специфика национального американского законодательства состоит в том, что спецслужбам США позволено провоцировать на совершение преступления не только граждан своей собственной страны, но и иностранцев. Причем для этого объекту провокации даже не обязательно находиться на территории Америки. Тем самым законы США фактически распространяются на всю территорию земного шара, где американские спецслужбы с точки зрения Вашингтона имеют полное право и возможности действовать такими сомнительными методами. Все это закономерно вызывало и продолжает вызывать резкое осуждение России и многих других стран.

Но почему спецоперацию против Бута поручили проводить именно DEA? А не тому же ЦРУ или ФБР? Официальное объяснение следующее: c учетом того, что ФАРК с 2001 года признана правительством США в качестве террористической организации (в России и многих других странах она таковой не считается, Венесуэла и Куба настаивают на политическом характере этой группировки), а источники ее финансирования, как считают американцы, связаны с наркоторговлей, данное дело и подтянули под компетенцию DEA.

Позже в беседе с американскими журналистами Майк Браун заявит, что поставленная Белым домом задача была не из легких. Дескать, почувствовавший опасность после объявления его бельгийскими властями в международный розыск Виктор Бут старался лишний раз не выезжать за границы России (с 2001 по 2008 год он съездит за рубеж всего три раза), и только ценой неимоверных усилий оперативной группе DEA, под его разумеется мудрым руководством, удалось изловить «торговца смертью». Щеголявший, по наблюдениям СМИ, перед телекамерами в дорогом костюме Браун уже после ареста россиянина нес полнейшую ахинею, наглядно характеризующую его узколобые представления о предпринимателе.

«Виктор Бут является тайным посредником. Он вооружает не только официально установленные террористические группы, повстанцев, но и также очень влиятельные наркокартели по всему миру», — говорил Браун в ТВ-передаче «60 минут» на американском телеканале CBS[71]. Откуда у него взялись подобные сведения, оперативник, естественно, не пояснил. Когда же к нему обратился независимый журналист Даниэль Эстулин с просьбой на фактах конкретизировать и прокомментировать столь скандальные заявления, Браун предпочел немедленно «уйти в кусты». И заявил, что привык «иметь дело с профессиональными журналистами, а не с любителями искать повсюду заговоры», отрезав любые попытки получить ответы по сути поставленных перед ним вопросов[72].

Неудивительно, ведь Брауну гораздо сподручнее фантазировать в интервью лояльным правительству США американским СМИ, чем отвечать на прямые вопросы журналиста-расследователя.

«Слабое звено»

В ходе разработки подобных операций надо искать «слабое звено», как впоследствии раз за разом пересказывал Браун эту детективную историю не задающим лишних вопросов американским медиа. По его словам, таким звеном стал уже известный читателю гражданин ЮАР и подданный Великобритании Эндрю Смулян. Этот бывший партнер Бута в то время пытался наладить частный бизнес в Танзании, правда, без особого успеха. Впрочем, в Вашингтоне быстро выяснили, что Смулян время от времени переписывался с Виктором по вопросам инвестиций в Африке и обсуждал другие деловые вопросы. Старое знакомство и доверительные дружеские отношения с русским — это было именно то, что нужно DEA.

Из обвинительного заключения «Соединенные Штаты против Виктора Бута»

Во второй половине 2007 года Управление США по борьбе с наркотиками (DEA) инициировало международную операцию под прикрытием против Бута. DEA определило Смуляна — бывшего сотрудника Бута. В попытке внедрится в сеть Бута по перевозкам оружия, DEA дало задание трем конфиденциальным источникам встретиться со Смуляном и предложить ему нелегальную сделку по продаже оружия[73].

Одним из таких «конфиденциальных источников» — осведомителей DEA — стал бизнесмен Майкл Сноу, на тот момент постоянно проживавший в Конго и лично знавший Смуляна и Бута через общих друзей в сфере авиаиндустрии. В прошлом британец Сноу служил в элитном подразделении спецназа вооруженных сил Великобритании (SAS). А после отставки с воинской службы стал работать частным пилотом, выполняя полеты и доставляя коммерческие грузы по всей Африке. Правда, этот бизнес не ладился, поскольку выкупленный и восстановленный Сноу потрепанный грузовой самолет DC-3 не приносил достаточно прибыли. На Черном континенте британец несколько раз лично пересекся с куда более успешным в коммерческом плане Виктором Бутом. И успехи россиянина на предпринимательской ниве, похоже, вызывали дикую зависть у конкурентов. Этот мотив, наряду с финансовыми «бонусами», позволил DEA задействовать бывшего британского спецназовца в своих целях. Сноу был без особого труда завербован на платной основе в качестве информатора американцев и сыграл отведенную ему роль в охоте на россиянина.

«Майк и Бут, конечно, знали друг друга. Их пути не могли не пересечься в этом бизнесе… И для Майка имело смысл отслеживать, что этот большой парень в авиатранспортном бизнесе замышляет сделать. Он не был наивен и не обманывал себя в том, чтобы думать о конкуренции. Они были в совершенно разных лигах», — писал об этом эпизоде в своей книге «Операция “Преследование”: Охота на самого богатого, смертельного бандита в истории» британский автор Дэмиен Льюис[74]. Собственно, уже только по названию этой книги, претендующей на криминальный бестселлер, можно представить всю ангажированность ее автора. Кстати, аннотация этого «произведения» на сайте компании-издателя говорит сама за себя: «К 2007 году Виктор Бут стал крупнейшим в мире торговцем оружием. Известный как “торговец смертью” он был одновременно “врагом общества № 1” для разведывательных служб по всему миру и безжалостным преступником с состоянием примерно в шесть миллиардов долларов»[75].

По признанию Льюиса, DEA предоставило ему полный доступ к расшифровкам перехваченных в ходе «охоты на Бута» переговорам и переписке, а также иные закрытые от общественности материалы, включая изъятый персональный компьютер Виктора. Спрашивается, зачем DEA раскрыла перед британцем все карты, тем более спустя пять лет после завершения суда над Бутом? Ответ, как считают родственники россиянина, весьма банален. К этому времени у американской стороны возникла необходимость дискредитировать усилия команды адвокатов отбывавшего к тому времени тюремный срок россиянина. Дело в том, что защите Бута удалось-таки найти материалы, подтверждающие допущенные серьезные процессуальные нарушения в ходе состоявшегося в 2011–2012 годах суда над россиянином в США. Это были так называемые «вновь открывшиеся обстоятельства», которые ставили обоснованность вердикта присяжных и судебного приговора под сомнение.

Но вернемся к Майку Сноу — бритоголовому и коренастому британцу, получившему за свой внешний вид кличку «Медведь». Именно с его электронного письма Эндрю Смуляну в ноябре 2007 года начала методично выстраиваться ловушка для Виктора Бута.

Начатая DEA спецоперация получила кодовое наименование Relentless — «Безжалостный».

«Иглы» от ФАРК

— Возможно, у меня есть сделка для Бориса. Могут твои ребята организовать нашу с тобой встречу с ним? — по заданию своих вашингтонских кураторов забросил удочку Сноу в направленном Смуляну письме[76].

Под «Борисом» британец имел в виду Виктора Бута — своего успешного конкурента по бизнесу в Африке, которого он руками DEA захотел банально убрать с дороги и заработать на этом необлагаемый налогами гонорар за счет налогоплательщиков США. Впрочем, столь корыстная мотивация информатора DEA ничуть не помешает британскому писателю и «эксперту в области спецслужб» Льюису называть в своей книжке Майка Сноу «героем». Возможно потому, что Сноу одновременно работал и на британскую разведку МИ-6, информируя официальный Лондон о ходе операции американцев против русского? Об этом позже заявят адвокаты Виктора Бута, которым удастся раскопать эти сведения.

Как бы там ни было, Смулян, которому Сноу и раньше подкидывал работенку — об этом стало известно из найденных позже документов — сразу же клюнул на заброшенную приманку и быстро перенаправил письмо «Медведя» самому Буту. Тот, в свою очередь поинтересовался, о чем, собственно, идет речь и попросил уточнить все детали. «Жду точный список того, что нужно», — написал Бут в ответном электронном письме Смуляну, перехваченному спецслужбами США[77].

С этой целью Смулян по предложению Сноу в январе 2008 года вылетел из Танзании в Кюрасао. На этом острове-курорте в южной части Карибского моря неподалеку от берегов Колумбии и Венесуэлы англичанин обещал представить ему потенциальных клиентов, заинтересованных в выгодной сделке. Выбор места для встречи выглядел логичным и географически удобным для представителей «колумбийских повстанцев». Ко всему прочему, Кюрасао находится в удобной для DEA юрисдикции Нидерландов, где американцы, очевидно, не без оснований рассчитывали получить любую поддержку со стороны властей острова в случае нештатной ситуации. 10 января 2008 года в тики-баре гостиницы Hilton, уютно примостившейся у живописного лазурно-голубого залива Пискадера, британец Сноу познакомил Смуляна с двумя «бойцами ФАРК». По крайней мере, именно так они были ему представлены.

— Знакомься, это Рикардо, а это — Карлос, — презентовал Сноу своих черноволосых спутников.

На самом деле это были тайные информаторы DEA. Их биография напоминала криминальный детектив. Так, Рикардо Хардено в прежней жизни был отъявленным уголовником и осужденным колумбийским наркокурьером, за что и попал на крючок спецслужб США. Задача этого персонажа, в облике которого трудно было заподозрить законопослушного гражданина, была сугубо утилитарна — поддерживать всем своим видом закоренелого латиноамериканского мачо легенду операции, представлять из себя полевого командира — «эль команданте» — и помалкивать. Второй латинос — красноречивый Карлос Сагастуме — должен был убедить Смуляна поверить в жгучее желание борцов ФАРК закупить оружие. Это был опытный провокатор, за плечами которого насчитывались годы работы на правительство США и участие в более чем 150 оперативных мероприятиях[78]. Полученный в такого рода операциях опыт соответствовал его неофициальному прозвищу «Король подстав»[79].

Карлос также был не понаслышке знаком с миром криминала, наркоторговли и незаконной продажи оружия. Родившись в Гватемале, он перебрался в Колумбию, вступил в ряды армии и даже успел послужить в местной военной разведке. А затем свернул на «кривую дорожку» и, пользуясь военной «крышей», занялся контрабандой кокаина. На чем и был успешно пойман американцами. Пришлось выбирать между долгими годами тюрьмы в США и ролью подставного стукачка американских спецслужб. Занятие не благодарное и крайне опасное в Латинской Америке — деятели местного уголовно-наркокартельного мира за такие дела по головке людей, работающих на «ненавистных гринго», не гладят. Скорее за это награждают «колумбийским галстуком» — Corbata Colombiana — видом насильственного умерщвления, при котором на горле жертвы делается глубокий надрез и через него наружу вытаскивается язык предателя. Правда, высокий риск столкнуться со столь изощренной и жестокой казнью щедро оплачивается из кармана американских налогоплательщиков. По имеющимся сведениям, DEA выплатило завербованному на компромате Карлосу более 1,5 миллиона долларов США, а еще 7 миллионов досталось ему от Государственного департамента США в качестве «бонуса» за активное участие в поимке упомянутого выше сирийца аль-Кассара.

Вот такие «высокоморальные» агенты американцев, разумеется снабженные скрытыми устройствами негласной звукозаписи, переместились со Смуляну подальше от чужих глаз и ушей в гостиничный номер. И там заявили давнему партнеру Бута: они хотели бы приобрести «Иглы» — переносные зенитно-ракетные комплексы (ПЗРК) 9К38 советского и российского производства, имеющие в НАТО обозначение SA-18 Grouse. С помощью этого оружия, заявили провокаторы, ФАРК собирается сбивать пролетающие над Колумбией вертолеты США. С деньгами для оплаты проблем не возникнет, поспешил заверить Карлос своего собеседника и обозначил готовность выплатить за ПЗРК 12 миллионов долларов США.

Столь неожиданное предложение застало Эндрю Смуляна врасплох. Здесь он якобы проговорился, что у него есть знакомый в Москве, который, возможно, мог бы помочь в этом чувствительном вопросе. По крайней мере, именно так преподносит эти события американская сторона. На самом деле именно здесь, в гостиничном номере отеля Hilton, 67-летний Смулян, вероятно, и был завербован DEA, добровольно или вынужденно дав согласие негласно сотрудничать с американцами. «Он откусил кусочек, а затем проглотил все целиком. Это было большим успехом», позже туманно поведал телеканалу CBS о пребывании Смуляна в Кюрасао оперативник DEA Луис Миллионе, не раскрывая всех деталей возможно состоявшейся вербовки.

Впрочем, особым изяществом они едва ли отличались. Сотрудники американских спецслужб могли банально припугнуть пожилого британца тюрьмой за сам факт обсуждения им в качестве посредника незаконной сделки по купле-продажи ПЗРК, а также участие в заговоре с целью отмывания денег. Негласно сделанные аудио- и видеозаписи переговоров в заранее оборудованном оперативной техникой номере (сомневаться в том, что это было сделано не приходиться), а также «правильные» свидетели в лице информаторов Сноу и двух псевдофарковцев, готовых дать любые показания на попавшего в ловушку британца, были в наличии. Выбора у Смуляна, если не считать моральной составляющей, не осталось. Даже если он изначально и не собирался подставлять Виктора американцам, перспектива загреметь в тюрьму наверняка напугала пожилого британца до смерти. К тому же в обмен на согласие подставить своего русского партнера, а также в случае успеха всей операции DEA, скорее всего, пообещало Смуляну решить все проблемы с законом, а затем вообще забыть о его существовании. Непосредственный участник операции «Безжалостный» и сотрудник американского наркоконтроля Уильям Браун позже на камеру признавался: «Смулян не был очень успешным бизнесменом… и мы верили, что Эндрю станет нашим желанным партерном в этом сценарии». Здесь расчет DEA оказался верным.

Здесь же, в Кюрасао, Смуляну очевидно были даны четкие инструкции по его дальнейшим действиям. Первое — организовать личную встречу с Бутом. Второе — во чтобы то ни стало убедить предпринимателя в реальности предлагаемой «колумбийскими революционерами» сделки. Для успокоения шокированного Смуляна, по позже всплывшим в СМИ данным, здесь же ему были вручены 5 тысяч долларов США в качестве «компенсации расходов» за приезд в Кюрасао. На этом и расстались. А на следующей день Смулян покинул латиноамериканский остров-курорт. И уже через две недели он оказался в московском аэропорту Шереметьево.

Встреча в Москве

Промерзший январский воздух, на который вышел из столичной воздушной гавани одетый в легкую куртку Эндрю Смулян грозил ему как минимум пневмонией. Иностранцу сильно повезло, что в Шереметьево его встретил Виктор Бут, который сразу же отвез англичанина в магазин и купил ему теплую верхнюю одежду. Гостеприимный россиянин, конечно же, не догадывался о скрытых мотивах визита Смуляна в Россию.

По данным источников американских журналистов в DEA, встреча Виктора и Смуляна состоялась неподалеку от подмосковного Голицыно. Здесь, в частном доме, жил Бут. После ареста Виктора этот, доставшийся в качестве залогового имущества одному из российских банков, трехэтажный дом в одном из коттеджных поселков Одинцовского района был выставлен на продажу за 15 миллионов рублей. Весной 2020 года он был продан.

К моменту визита Смуляна в Москву Бут уже свернул бизнес в сфере авиаперевозок, закрыл свои компании и распродал практически все находившиеся на балансе воздушные суда. Это произошло в течение пары лет после инспирированного на Западе скандала с якобы имевшим место обходом санкций ООН. После этого предприниматель занимался более «приземленным» бизнесом — строительством коттеджей, производством кафельной плитки и даже поставкой деликатесов для московских ресторанов.

В Голицыно бывшие партнеры по коммерческим проектам в Африке детально обсудили поступившее от «колумбийских революционеров» предложение. Бут прямо заявил Смуляну, что он «не работает с наркодилерами» и попытался с помощью открытых источников перепроверить, с кем же именно встречался его деловой партнер (вероятно, завербованный к тому времени американцами). Для этого Виктор показал ему найденные в Интернете фотографии высокопоставленных членов ФАРК, на которых, естественно, ни Карлоса, ни Рикардо не оказалось.

Уже на этом этапе Виктору следовало бы всерьез насторожиться. Подкупающее своей щедростью предложение о совершении «мутной» сделки со стороны незнакомых людей, идентифицировать которых невозможно, разыскиваемому Интерполом с 2005 года предпринимателю следовало бы немедленно отклонить. Однако якобы заинтересованный в крупных комиссионных в случае заключения сделки Смулян убеждал: хотя ФАРК и продает наркотики, их борьба является политической и направлена против США. В итоге, не имея никакой возможности продать необходимые «колумбийским революционерам» ПЗРК, Бут выдвинул предложение сбыть им старые транспортные самолеты, остававшиеся на балансе его авиакомпаний и прикованные к земле в ОАЭ.

Перед этим Виктор, по данным американских спецслужб, сделал звонок своему болгарскому партнеру Петру Мирчеву в Софию. В ходе короткого разговора на русском языке Бут якобы поинтересовался, есть ли у Мирчева «иголки — инструменты для шитья», на что собеседник ответил о наличии более сотни «швейных устройств» на Украине. Именно так этот разговор, который эзоповым языком якобы велся о ракетах «земля-воздух» позже будет преподносится в обвинительных документах американской прокуратуры против россиянина. Но эта версия, как говорится, не клеится. Во-первых, общественности так не была предоставлена аудиозапись или хотя бы расшифровка разговора Бут — Мирчев. Во-вторых, еще в 2003 году The New York Times опубликовала большую статью американского журналиста Ландесмана про Бута, в которой утверждалось следующее: «Летом 2000 года и в 2001 году западные разведслужбы начали шпионить за Бутом. Агенты прослушивали его телефонные разговоры»[80].

Учитывая, что подобные «откровения» появились в западной прессе за 5 лет до встречи Виктора со Смуляном в Москве, вообще непонятно для чего «сотруднику КГБ или ГРУ» (каким изображают Бута западные СМИ) обсуждать по открытой телефонной линии весьма деликатные деловые вопросы. Представить себе, что Бут мог не догадываться о возможной электронной слежке или перехвате его международных телефонных переговоров, невозможно. Наконец, сам Мирчев впоследствии категорически отрицал не только якобы имевшее место обсуждение с Бутом нелегальной продажи ПЗРК, но и сам факт такого телефонного разговора в 2008 году. Например, в направленном в апреле 2015 года письменном заявлении американскому суду болгарин, предупредив о своей осведомленности об ответственности за дачу ложных показаний, указывал: «Я в курсе, что Эндрю Смулян дал показания… что Бут якобы сказал ему, что он сможет предоставить сто ракет “земля-воздух” после предполагаемого разговора со мной. На самом деле, тех телефонных разговоров, о которых на суде заявил Смулян, не было. Я никогда не давал Виктору Буту каких-либо предложений или обещаний в отношении какого бы то ни было количества ракет “земля-воздух”. Выступление Эндрю Смуляна на этот счет было фабрикацией».

Вывод очевиден — «разговор» Бута и Мирчева о «иголках», скорее всего, был сфальсифицирован спецслужбами США лишь для того, чтобы у американского суда и присяжных сформировалось нужное представление о россиянине. Что же до Смуляна — то, спасая свою шкуру, он сказал ровно то, что ему приказали озвучить в зале суда кураторы из DEA. Именно им сразу после встречи с Бутом в Москве и отъезда из России Смулян, вероятно, детально отчитался об успешно выполненном задании. И в красочных подробностях пересказал все свои беседы с Виктором. Об этом также пишет упомянутый выше британский автор Дэмиен Льюис в своей книге «Операция “Преследование”».

Все говорит в пользу того, что в DEA пришли к выводу: высказанная россиянином идея о продаже грузовых самолетов выглядят не очень внушительно для распиаренного западными СМИ «оружейного барона», а темных красок в образ Бута надо бы добавить. Но где их взять? Притянуть за уши!

Значит, выдуманные американцами телефонные разговоры россиянина про «иголки» и «шитье», которые никто не может ни подтвердить, ни опровергнуть кроме работавшего в интересах США Смуляна, — из этой серии.

Задача — выманить из России

Несмотря на стоявшую в столице США угрюмую январскую погоду, в находящемся неподалеку от Вашингтона центральном офисе DEA среди руководящих сотрудников царил энтузиазм и приподнятое настроение. Немногие в этом ведомстве (территориально располагающемся в городке Спрингфилд, штат Вирджиния) были в курсе того, что его сотрудникам удалось-таки втянуть в оперативную игру «самого разыскиваемого властями США человека»! Бут клюнул на наживку! — радовалось руководство американского агентства, предвкушая очередные награды и повышения по службе в случае успеха операции «Безжалостный».

Теперь нужно было медленно, терпеливо и не совершая ошибок подталкивать российского предпринимателя, обложенного со всех сторон информаторами американцев, прямиком к подготовленному для него капкану. Расчет DEA на то, что раскрыть разыгрываемый вокруг него спектакль россиянин не сможет, оказался верным. Поскольку никакой возможности перепроверить личности «колумбийских революционеров» или иным образом выяснить их реальную принадлежность к антиамериканским и находящимся на полулегальном положении силам ФАРК у Бута не было.

В конце января 2008 года, через три недели после поездки в Москву, Смулян еще несколько раз встретился с Карлосом, Рикардо и Майком Сноу. Встречи проводились на территории стран — членов НАТО — Дании и Румынии. Если в Копенгагене беседы со Смуляном ввелись в отеле Best Western, то в Бухаресте для этого использовалась съемная квартира. Для придания видимости обсуждения коммерческих деталей сделки и легализуя к ней свой «интерес» Смулян сообщал Буту, что латиноамериканские деловые партнеры довольно щедры. Они якобы пообещали ему за посредничество крупную сумму комиссионных: 15 процентов со сделки общей стоимостью до миллиона долларов, 10 процентов за операцию на сумму от миллиона до двух, и 5 процентов — сверх того.

Все это время «колумбийцы» и британец, следуя инструкциям ведущего куратора всей операции DEA Луиса Миллионе, продолжали настаивать на личной встрече с Бутом, выманивая его из Москвы прямо в ловушку — в Данию и Румынию, которые отлично подходили для этой цели.

Согласно обвинительным документам американской прокуратуры, россиянин через Смуляна обозначил готовность продать ФАРК сто ПЗРК за сумму в 5 миллионов долларов. Надо ли говорить, что все встречи, телефонные переговоры и СМС-переписка между Бутом и встречавшимся от его имени с подставными покупателями Смуляном перехватывалась и расшифровывалась. Забегая вперед отметим, что в ходе судебного процесса над Бутом в США никаких оригинальных аудиозаписей публике так предоставлено и не было (только несколько отредактированных расшифровок). Спустя годы, в открытом доступе записей их до сих пор нет. Уже только одно это обстоятельство наводит на мысль о том, что многие «зафиксированные» высказывания и предложения Бута являются домыслами либо могли быть легко подделаны — все лица, так или иначе причастные к сбору доказательств против российского бизнесмена, в это время работали на правительство США.

Но вернемся в начало 2008 года. Несмотря на поступавшие вновь и вновь предложения о встрече в Европе, россиянин не спешил соглашаться на рандеву для личного обсуждения условий возможной сделки. Настораживало ли Бута, что псевдоколумбийцы раз за разом предлагали для беседы в формате тет-а-тет территории стран НАТО? Этот момент мог и должен был навести Виктора на определенные мысли. И какие-то сомнения, вероятно, у него возникли, поскольку от таких небезопасных для него локаций россиянин отказался. Объяснив это тем, что не может быстро получить въездную визу на территорию Евросоюза. Со своей стороны, Бут предложил организовать встречу на нейтральной территории — в Молдавии, Армении или Черногории. Однако такие варианты категорически не устраивали Вашингтон из-за отсутствия твердой уверенности в том, что местные власти поддержат тайную операцию против гражданина РФ и тем самым пойдут на риск обострения отношений с Москвой.

Время шло, а любая затяжка с реализацией операции могла привести к срыву планов американской спецслужбы. В итоге провокатор DEA по имени Карлос в феврале 2008 года сам позвонил Буту и предложил Таиланд в качестве взаимоустраивающей площадки для проведения «деловых переговоров». И пояснил, что поездка в эту азиатскую страну не требовала от россиянина оформления визы. Кроме того, американцы сыграли на том, что эта страна была знакома Виктору — он посещал Таиланд в рамках проводившейся там в середине 1990-х годов авиатранспортной конференции. В то же время тесные отношения США с тайскими правоохранительными органами позволяли DEA рассчитывать на поддержку в проведении операции на таиландской территории.

В преддверии вылета из Москвы на встречу с «колумбийцами» Виктор еще раз обсудил с близкими друзьями свою поездку в Бангкок. Цель заключалась в продаже оставшихся после банкротства его авиакомпаний в ОАЭ транспортных самолетов. Знакомые с тем разговором люди рассказали, что в ходе обсуждения один из друзей Виктора высказал готовность в целях безопасности слетать на встречу в Таиланд вместо Бута. Однако от этого предприниматель опрометчиво отказался.

Он был уверен в том, что ему ничего не угрожает.

Это была роковая ошибка.

Тайский капкан

В комнату, где я находился, зашли люди с оружием в руках и стали кричать: руки вверх! Что можно почувствовать в такой ситуации человеку? Стресс.

Из интервью Виктора Бута «Российской газете»[81]

Таиланд. Эта далекая, экзотическая и манящая многих азиатская страна твердо ассоциируется с великолепным пляжным отдыхом. Тайские курорты зимой и летом ежегодно посещают десятки тысяч наших соотечественников. Среди тех, кто летел в направлении этого «райского уголка» в начале марта 2008 года был Виктор Бут.

Он (вместе с приятелем по имени Михаил Б.) находился в заполненном российскими туристами лайнере «Аэрофлота», совершавшим в ночь с 5 на 6 марта 2008 рейс SU 553 по маршруту Москва — Бангкок. Полет занимает девять часов — достаточно времени для того, чтобы поработать на личном ноутбуке с документами. Среди них были и собранные Виктором в открытых источниках материалы про ФАРК. Наличие на жестком диске компьютера копии политического манифеста колумбийских повстанцев, сведений о руководстве их подпольной организации и тому подобных файлов впоследствии будет трактоваться как доказательство участия Бута в «заговоре».

Согласно плану, в Таиланде Виктора ждала непродолжительная деловая встреча в 5-звездочном отеле Sofitel Bangkok Sukhumvit и возвращение через 24 часа в Россию. Вскоре после прилета в Бангкок, ранним утром 6 марта, крупная фигура Бута появилась в дверях терминала международного аэропорта.

Его уже ждали.

— Объект одет в оранжевое поло, штаны цвета хаки и кроссовки. Взял такси и направляется в сторону отеля, — передала команда наружного наблюдения DEA в штаб операции. Его оборудовали на 20 этаже Sofitel чуть ниже переговорной комнаты, где у Бута через пару часов была запланирована встреча с провокаторами, выдававшими себя за «колумбийских революционеров».

Любопытная деталь: американцы были настолько уверены в профессиональной спецподготовке россиянина, что отказались от идеи пустить за ним «наружку» — группу наружного наблюдения. Риск того, что русский выявит за собой слежку, скинет «хвост» и операция по его поимке сорвется в самый последний момент, никто не сбрасывал со счетов. Вместо этого на маршруте движения Виктора расставили несколько человек, по телефону информировавших командный центр о передвижении россиянина в сторону гостиницы.

По прибытии в отель Бут зашел в свой номер, оставил личные вещи, а затем сразу спустился в лобби. Здесь его встречал Эндрю Смулян, специально прилетевший в Таиланд из Африки. Рядом с ним в баре, пытаясь сохранять спокойствие при виде идущей прямо в расставленный капкан добычи, сидел «эмиссар ФАРК» — Карлос и давний знакомец российского бизнесмена Майк Сноу. Об их истинных целях Виктор пока не догадывался.

После короткого приветствия и обмена любезностями, в ходе которого Сноу вспомнил, что последний раз видел Бута около десяти лет назад в Йоханнесбурге, Карлос объяснил: он занимается в ФАРК финансами и является членом Генерального секретариата группировки, а человек, которого он скоро познакомит с Бутом — «настоящий командир».

Затем компания проследовала к лифту и поднялась в переговорную комнату на 27-м этаже отеля. Она представляла собой вытянутое прямоугольное помещение с коричневым деревянным столом посередине и панорамными видами на центр Бангкока. Здесь Карлос и представил Буту «командира» Рикардо, к которому он почтительно обращался «эль команданте». А тот, не мешкая, не теряя времени, начал «разводить» предпринимателя.

Из представленной на суде расшифровки фрагмента разговора во время встречи Бута и информаторов DEA в Таиланде

«Представитель ФАРК»: Мы хотим уничтожить этих американских сукиных детей. Убить их, выкинуть из моей страны. Они ездят куда захотят.

Бут: Да, да, да… Как будто они у себя дома.

«Представитель ФАРК»: Виктор, мы ведем настоящую войну. Потому что она ради нашего народа. Мы не хотим никаких гринго в нашей родине. Теперь мы их вышвырнем из страны[82].

По данным американской прокуратуры, разговор продолжался два часа и велся на английском, а также частично на испанском языках. Как отметили в беседе со мной друзья Бута, испанским Виктор не владел, но при этом понимал отдельные слова и фразы, поскольку прекрасно знал португальский.

Злая ирония судьбы заключалась в том, что если бы Бут действительно владел языком Сервантеса, то он наверняка обратил бы внимание на тяжелый гватемальский акцент одного из своих собеседников, явно указывающий на то, что перед ним не колумбиец. Полная оригинальная аудиозапись той беседы никогда не предоставлялась общественности. И это несмотря на то, что каждое произнесенное Бутом слово тщательно зафиксировано сотрудниками DEA — звук записывался на диктофоны, спрятанные под одеждой общавшихся с россиянином информаторов.

Сидя за длинным столом, россиянин потянулся за ручкой и блокнотом.

— Давайте запишем, что вам нужно[83].

— Нам нужны ракеты земля-воздух, чтобы использовать их против «Апачей» (американский ударный вертолет AH-64), — ответил «команданте».

Позже во время суда над Бутом в США прокуроры Южного округа Нью-Йорка представят в виде доказательства якобы изъятый с места встречи лист бумаги формата A4. На нем якобы почерком Бута набросаны рисунки и начертаны цифры: 100 «Игл», 5 тысяч AK-47 и 10 миллионов патронов к ним, 250 снайперских винтовок Драгунова, 20 тысяч ручных гранат, 740 минометов, БПЛА и т. д.

— Как насчет взрывчатки С-4? — спросил Карлос.

— Сколько нужно тонн? У нас есть пять, — якобы ответил на это россиянин.

Согласно разъяснениям американской прокуратуры, помимо этого речь также шла о поставках мин, прицелов для снайперских винтовок, приборов ночного видения, беспилотных летательных аппаратах, а также возможности продажи транспортных самолетов (именно это и было главной целью Бута) и организации подготовки колумбийских повстанцев.

Надо признать, что задействованные DEA в этом спектакле подставные актеры играли отведенные им роли весьма убедительно и, четко следуя инструкциям своих кураторов, провоцировали гражданина России принять участие в том, что американские законы классифицируют как «заговор».

О чем шла речь в ходе встречи в Таиланде позже во время суда над Бутом спросит американский прокурор у свидетеля стороны обвинения Карлоса. Тот твердо, словно по заученному, ответил, что Бут имел в виду поставки оружия. Оставим такую интерпретацию разговора на совести сотрудников DEA. Доподлинно установить, о чем именно говорили собеседники помогла бы запись беседы. Однако эту пленку Вашингтон убрал «в дальний ящик» и она до сих пор не представлена общественности, якобы по соображениям безопасности.

На самом же деле, как позже заявлял Бут и его адвокаты, в ходе беседы с «представителями ФАРК» он сделал встречное деловое предложение — купить у него самолеты Ан и Ил, которые колумбийцы могли бы использовать по своему усмотрению. С них, например, можно было бы сбросить груз на парашютах, пролетая над контролируемой ФАРК территорией, а затем для отвода глаз совершить посадку на территории Бразилии, якобы посоветовал россиянин. Бут также передал собеседникам рекламные брошюры об этих самолетах, и данный факт не оспаривала в американском суде даже сторона обвинения.

Арест

По ходу разговора не совсем естественное поведение визави Виктора, а также проявившиеся отдельные признаки неискренности в их словах насторожили Бута. Но было уже слишком поздно. Заканчивая разговор, россиянин обратил внимание на телефонный звонок, который один из «колумбийцев» под благовидным предлогом сделал на ресепшен. На самом деле это был условный сигнал для DEA. Через минуту в коридоре послышался грохот ботинок. Секунду спустя в настежь распахнутую дверь ворвалась дюжина сотрудников таиландской полиции из подразделения по борьбе с уголовной преступностью (Crime Suppression Division) с пистолетами наизготовку и криками: «Руки вверх! Всем лечь на пол! Вы арестованы!».

На этом начавшаяся с электронного письма британца Майка Сноу на адрес Эндрю Смуляна агентурная часть операции под прикрытием (sting operation) DEA была завершена. Довольно грамотно разыгранная с профессиональной точки зрения оперативная комбинация от начала до конца заняла порядка пяти месяцев — с ноября 2007 по март 2008 года.

Весной 2011 года, когда я встретился с Бутом в американской тюрьме, я попросил Виктора вспомнить, что он успел подумать в тот момент. Он закрыл глаза и на секунду задумался. «Действительно, в комнату, где я находился, зашли люди с оружием в руках и стали кричать: руки вверх! Что можно почувствовать в такой ситуации человеку? Стресс».

Вслед за осуществившими задержание Бута тайскими полицейскими в комнату с видом победителей вошли американцы. Среди них был региональный директор DEA по странам Азии Томас Паскуарелло. «Этот. Наденьте на него наручники!», громко скомандовал он тайцам, показав на русского. Для руководителя бангкокcкого представительства DEA (Bangkok Country Office) это был настоящий триумф. За его плечами было 35 лет службы на различных постах в ФБР и DEA. К 2008 году он числился в штате посольства США в Таиланде, отвечал за антинаркотическое обеспечение 34 стран региона — от Китая до Новой Зеландии — и уже готовился завершить свою карьеру. Неожиданный арест Бута на подведомственной ему территории стал настоящей «вишенкой на торте» в преддверии приближающейся отставки, и американец, предвкушая «заслуженное поощрение», едва сдерживал радость.

Позже он расскажет, что сразу после задержания, призванного оказать на подозреваемого максимальное психологическое давление, дезориентировать и склонить к даче нужных показаний, Бут прекрасно контролировал свои эмоции. «Иногда они [арестованные] в ярости. Иногда конфликтуют. Иногда эмоциональны. Виктор был расслаблен. Только что все произошло — агенты DEA, его жизнь сгорает в труху — а он даже не вспотел», — рассказывал Паскуарелло[84].

Затем в номере был проведен обыск (все найденные электронные носители информации были изъяты американцами) и личный досмотр самого Бута. Так и не найдя при нем ничего противозаконного, арестованного в районе половине шестого вечера того же дня доставили в местный полицейский участок. Здесь россиянин потребовал дать ему возможность поговорить с адвокатом и сообщить о произошедшем в посольство России в Бангкоке. В этом ему было наотрез отказано. Вместо этого офицер тайской полиции предложил россиянину доверительно пообщаться с американцами. Но на это не согласился уже Бут. Тем не менее тайцы тут же отвели предпринимателя к прибывшему в Бангкок за три дня до этого оперативнику DEA по имени Роберт Захарьясевич. Усевшись за стол в кабинете начальника местной полиции, этот коротко остриженный спецагент в присутствии своего непосредственного начальника Миллионе, а также коллеги по DEA Уильяма Брауна, невзирая на мнение российского гражданина, попытался тут же допросить Бута по горячим следам. Задача стояла тривиальная, а методы ее достижения были стары как мир: используя стрессовое психологическое состояние арестованного, выдавить из него нужные показания и немедленно получить его согласие на экстрадицию в США.

Пытаясь вогнать предпринимателя в еще больший шок, американец с ходу заявил: «Все содержание твоего разговора с Карлосом и Рикардо зафиксировано». И настаивал на «разговоре по-хорошему» даже после того, как Виктор заявил о том, что никаких отношений с ФАРК никогда не поддерживал.

— Я хочу поговорить с адвокатом и плохо себя чувствую. Мне необходимо время, чтобы собраться с мыслями, — потирая затекшие скованными наручниками руки спокойно сказал Виктор. А затем еще раз повторил это американцам.

Пропустив слова задержанного мимо ушей, представители DEA в течение двадцати минут продолжали «прессовать» Бута, выбивая «добровольные» признания.

— Ты столкнешься с жарой, холодом, болезнями и изнасилованиями в тайской тюрьме, если откажешься от немедленной поездки в США, — запугивал Захарьясевич (материалы суда подтверждают использование таких выражений, дословно — He would be subject to heat, hunger, disease and rape)[85]. Впрочем, взять на испуг русского не получилось и американцам пришлось ретироваться несолоно хлебавши.

Любопытно, что в подготовленном Захарьясевичем спустя пару недель закрытом отчете своему начальству в Вашингтоне о провалившейся попытке «разговорить» Бута этот агент DEA представил состоявшийся разговор совершенно в другом свете, в котором от фактов прямого психологического давления на задержанного и угроз физического насилия в тайской тюрьме не осталось и следа. Дескать, американец лишь зачитал россиянину его права, призвал честно поговорить с ним и даже поделился своими впечатлениями о книге «Оружейный барон». На что Бут резонно ответил, что это произведение — «чушь собачья».

«Специальный агент Захарьясевич сказал Буту, что он думает, что это может быть и так, но для того, чтобы понять все лучше, Буту следует рассказать правду и все объяснить. В противном случае, Захарьясевичу остается только полагаться на эту книгу о Буте. Бут ответил, что если все, о чем он говорит может быть использовано в суде, то ему вообще не нужно ничего говорить, поскольку эта работа агентов заставить его разговориться… Затем Бут потребовал адвоката, сказал, что ему надо подумать и пожелал прекратить разговор», — отмечается в проливающим свет на обстоятельства ареста россиянина отчете о расследовании (Report of Investigation). Его копию мне показала супруга Виктора. Судя по этому отчету, никаких подтверждений того, что поникший духом Бут якобы сразу заявил о том, что «игра окончена», о чем бравурно рассказывали американским журналистам представители DEA в лице Майка Брауна и Луиса Миллионе, не было и в помине.

Зато аналогичная тактика действий с пребывавшим в шоке Эндрю Смуляном, грустно наблюдавшим за обыском в его гостиничном номере, дала прямо противоположные результаты. Снова огорошив британца минимальным 25-летним тюремным сроком только за одну попытку незаконного получения ПЗРК, Захарьясевич и его коллега подтвердили Смуляну возможность получения более мягкого наказания, в случае если он даст показания на Бута. Если исходить из логики защиты и родственников россиянина, к этому Смулян был готов еще с момента его вербовки в Кюрасао. В итоге уже через несколько часов он летел в Нью-Йорк, где быстро начал «сливать» своего бизнес-партнера, к которому он сам же и привел агентов DEA. Как позже подтвердится в ходе изучения адвокатами Бута всех обстоятельств организованной против россиянина спецоперации, Эндрю Смулян изначально был «подставой» и работал под контролем американцев. По мнению защиты Виктора, в пользу этого говорят вскрытые уже в 2014–2015 годах факты о том, что на имя англичанина еще до ареста Бута в Таиланде был приобретен авиабилет по маршруту Бангкок — Нью-Йорк. При этом билет в один конец был куплен и оплачен информатором спецслужб США — Сноу.

Похоже, весь спектакль с арестом Смуляна был сделан лишь для того, чтобы обеспечить его «чистый» вывод из игры. А также, чтобы показания британца, якобы согласившегося сотрудничать с американскими властями только после его ареста, были приняты судом за чистую монету. Если учесть, что Смулян, в отличие от получившего 25-летний тюремный срок Виктора, в мае 2012 года отделался лишь 5 годами тюрьмы (4 из которых он к тому времени уже отбыл), такое снисхождение американцев по отношению к нему легко объяснимо. Любопытно, что его интересы в американском суде взялась представлять крупная нью-йоркская адвокатская контора Friedman Kaplan Seiler Adelman LLP, дорогостоящими услугами которой пользуется весьма и весьма состоятельная клиентура[86]. Не исключено, что сделка с американскими спецслужбами, а также сдача Бута в обмен на свободу обеспечила Смуляну защиту юридических тяжеловесов и относительно благополучное завершение для него этой малоприятной истории. По итогам суда британец получил срок в пять раз меньший, чем минимальное возможное наказание за инкриминируемое ему преступление по законодательству США. Разве это не показательное «особое отношение» к нему со стороны американской прокуратуры? Ведь чем-то он его заслужил?

Кстати, именно к такому выводу со временем пришел и сам Бут. «Я нахожусь в тюрьме из-за Эндрю Смуляна. Он был моим другом, и я не понимаю, почему он примкнул к американцам и подставил меня. Вероятней всего, это было из-за денег», — говорил Виктор в интервью газете Bangkok Post («Банкокская корреспонденция») во время его содержания под стражей в Таиланде[87]. «Смулян сказал мне, что у него есть клиент, который хочет купить у меня два транспортных самолета. Когда он мне звонил, мы всегда обсуждали продажу самолетов. Поэтому я приехал в Бангкок. Но когда мы оказались в переговорной комнате гостиницы Sofitel… он познакомил меня с двумя сумасшедшим парнями, которые стали нести чушь направо и налево. Они вели себя, как клоуны и встреча ничем не закончилась», — заявил Бут Bangkok Post[88]. При этом изначально доверявший Смуляну россиянин ранее не верил в его предательство и видел его роль в истории с ФАРК совсем по-другому: «Я не знаю, к сожалению, почему он уехал. Но я не думаю, что он кого-то сдал или не сдал. Я его много лет знаю и доверяю ему. Я думаю, он такая же жертва, как и я», — рассказывал он в газете «Коммерсантъ», отвечая на вопросы о роли Смуляна в этой детективной истории[89].

А что же стало с компаньоном Михаилом Б., который вместе с Бутом прилетел в Таиланд? Сегодня этот российский гражданин является директором учрежденного еще в 2003 году некоммерческого фонда для сотрудников правоохранительных органов и вооруженных сил. Судя по открытой информации в Интернете, эта организация является действующей и даже располагает офисом в престижном здании на юго-западе Москвы. Жена Бута Алла уверена — именно Михаил Б. сыграл роковую роль, убедив ее супруга в безопасности поездки в Таиланд. «Миша сказал, что все будет нормально. Он все проверил», — пояснил в преддверии вылета в Бангкок Виктор своей супруге.

По мнению близкого друга Бута Дмитрия Попова, эта история показательна и в другом отношении. «Вокруг Вити, который как ледокол шел вперед, всегда было много разных людей, которые старались примкнуть к нему, чтобы получить какие-то выгоды для себя, заработать денег. По моему мнению, в отдельные моменты количество такого народа в окружении Бута доходило до 75 процентов. Эту ситуацию усугубляло то, что Виктор — очень доверчивый к людям человек. Иногда по-детски доверчивый, что многих, в том числе и меня, раздражало. После его ареста в Таиланде многие из таких “приятелей” еще какое-то время крутились вокруг, но потом практически все исчезли и даже не звонят по праздникам и юбилейным датам. Думаю, что летавший с Бутом в Таиланд Михаил не являлся частью какого-то заговора, а просто был одним из таких “друзей”», — сказал Попов.

Бангкокский прецедент

С момента ареста в Таиланде имя Виктора Бута впервые становится по-настоящему широко известно в России. Если раньше об этом успешном российском бизнесмене знали лишь его друзья, коллеги и партнеры, то с началом громкого международного скандала в треугольнике Россия — США — Таиланд имя предпринимателя на протяжении долгого времени не сходило с первых полос газет и выпусков ТВ-новостей.

При этом изначально некоторые СМИ обратили внимание на Бута еще в 2000 годах, когда против него были выдвинуты скандальные обвинения в нарушении санкций ООН в отношении африканских стран, а затем и со стороны Бельгии — в отмывании денег. Уже после начавшейся в 2001 году американской интервенции в Афганистан западная пресса опять «вспомнила» про якобы имевшиеся связи россиянина с талибами. На все претензии СМИ Виктор твердо отвечал: «Я занимаюсь исключительно авиационными перевозками. И в торговлю оружием как таковую никогда не лез, никогда не принимал в ней участия».

За прошедшие с тех пор и вплоть до скандального ареста Бута в Бангкоке семь лет его имя пропало из информационной повестки дня и практически не фигурировало в российских СМИ. Однако после событий в Таиланде в марте 2008 года «дело Бута» стремительно приобретает статус резонансного, приобретая статус важной составляющей трехсторонней повестки России, США и Таиланда. А также приковывает к себе внимание российской общественности, которая в потоке противоречивой информации об «оружейном бароне» и «торговце смертью» с трудом пытается разобраться, что на самом деле представляет собой этот человек. Общественное мнение о нем приобретает неоднозначный характер. Для одних Виктор Бут становится очередной жертвой американцев, для других — заслуженно попавшим в неприятности «мутным дельцом».

Оказавшись в таиландской тюрьме под прицелом многочисленных телекамер, Виктор начинает активно общаться с российскими и местными журналистами, наперебой желающими взять интервью у внезапно ставшего «знаменитостью» предпринимателя. Интервью, как правило, Бут давал в шумной и наполненной постоянным гвалтом тюремной комнате для свиданий, где от репортеров его отделяла решетчатая сетка. Первыми заметки о произошедшем с нашим соотечественником ЧП в Таиланде для российской аудитории передали аккредитованные здесь корреспонденты информагентств РИА «Новости» и ТАСС. Спустя некоторое время в Бангкок для встречи с Бутом прилетит съемочная группа НТВ и обозреватели российских газет. Одновременно супруга Алла и старший брат Сергей, каждый в меру своих возможностей, разворачивают кампанию в СМИ в поддержку родственника, объясняя истинную и сугубо политическую подоплеку этого дела.

С момента задержания россиянина в Таиланде эту ситуацию берут на контроль в МИД России. По сути, произошедший с нашим соотечественником инцидент стал одним из первых, когда гражданин РФ был задержан в третьей стране в рамках запроса США об экстрадиции. Впоследствии число таких инцидентов станет нарастать как снежный ком и к 2024 году более 100 россиян будут арестованы в различных странах мира по требованиям американцев, а затем экстрадированы в Соединенные Штаты.

Эту тревожную тенденцию отметили в Кремле и Государственной думе РФ. А представители российской исполнительной и законодательной власти начали регулярно высказываться по делу Бута. Наконец, именно с марта 2008 года широкая общественно-политическая дискуссия разворачивается вокруг самого факта сомнительной практики экстерриториального применения норм законодательства США применительно к гражданам других стран.

Мнение юриста

«Экстрадиция незаконна!»

Виктор Буробин, адвокат: Пытаясь экстрадировать российского гражданина Бута в США, американцы грубейшим образом нарушают его права. Причем нарушается и суверенитет России в сфере уголовного права. Согласно статье 61 Конституции РФ российский гражданин не может быть выдан другому государству. Если же он обвиняется в совершении преступления на территории другого государства, то последнее вправе предоставить документы по его обвинению российским правоохранительным органам для принятия правового решения.

Гражданин России Бут никогда не совершал преступлений на территории Америки и никогда там не был, не совершал преступлений в отношении граждан США или их имущества. Никаких материалов о его «преступной» деятельности в российские правоохранительные органы от американских властей не поступало. Это дает основание считать, что требование США о выдаче гражданина России за преступление, якобы готовящееся к совершению в Колумбии или совершенное при помощи интернет-технологий, явно незаконно и американский суверенитет в этом случае выходит за пределы национальной американской юрисдикции, грубо попирая российский суверенитет.

Такое беспрецедентное расширение США своей уголовной юрисдикции, не имеющее аналогов в международном праве, по сути, является реализацией права сильного, а не соблюдением соответствующих международных норм права. Если на примере Бута не пресечь таких незаконных действий, то в перспективе это позволит США произвольно и незаконно, не считаясь с российским суверенитетом, привлекать к уголовной ответственности наших граждан, обвиняя их в преступлениях, совершенных на территории любых иных государств[90].

В двух тайских тюрьмах — Клонг-прем и печально известный Бангкванг — 41-летнему на момент ареста Буту придется провести больше двух с половиной лет. С марта 2008 по ноябрь 2010-го против экстрадиции россиянина в США, которую Вашингтон грубо продавливал во властных структурах Таиланда, будет вестись сложная дипломатическая и юридическая борьба. Временами вестись отнюдь не безуспешно, поскольку в августе 2009 года таиландский суд отклонил запрос Соединенных Штатов на выдачу россиянина, а и затем подтвердил это решение. Впрочем, брошенные американцами финансовые и административные ресурсы для получения «правильного» вердикта суда в итоге сделали свое дело — в августе 2010 года Апелляционный суд Таиланда удовлетворил требования американцев. А спустя полгода Виктора все-таки вывезли в Нью-Йорк.

Но вернемся к хронологии событий. Первым СМИ, которое сообщило об аресте Бута в Таиланде, стало американское информагентство Associated Press (ΑР) — соответствующая новость появилась на его лентах прямо в день задержания россиянина. Кто слил эту новость журналистам АР можно было не сомневаться — это сделали власти США. Посольство России в Королевстве Таиланд не было поставлено в известность о произошедшем тайскими властями и приступило к проверке просочившейся в СМИ информации.

«Посольство РФ в Таиланде не располагает официальной информацией об аресте Виктора Бута», — сообщил 6 марта 2008 года агентству РИА «Новости» заведующий консульским отделом посольства Владимир Пронин[91]. И только на следующий день нашим дипломатам в Бангкоке удалось подтвердить личность задержанного россиянина.

Зато факт его ареста немедленно прокомментировали в Вашингтоне. «Администрация Джорджа Буша приветствует задержание в Таиланде российского бизнесмена Виктора Бута, на арест которого в США выдан по меньшей мере один ордер», — заявил журналистам официальный представитель Госдепартамента США Том Кейси[92]. Одновременно в МИД Таиланда был передан запрос на экстрадицию Бута в Соединенные Штаты и подкрепляющие его документы.

Чтобы рассеять любые сомнения в правомерности действий американцев, Министерство финансов США распространило очередную «страшилку»: «Бут обладает возможностью перебрасывать танки, вертолеты и оружие целыми тоннами практически в любую точку мира. Оружие, проданное им или при его посредничестве, служило разжиганию конфликтов и оказывало поддержку режимам, против которых были введены санкции ООН, в Афганистане, Анголе, Демократической Республике Конго, Либерии, Руанде, Сьерра-Леоне и Судане»[93]. Это заявление практически слово в слово повторяло доклады ООН с обвинениями в адрес Бута. Докладами, подготовленными «экспертом» Йоханом Пелеманом не без подсказки западных спецслужб и на основе непроверенной информации. Неудивительно, что, читая такие заявления от правительства США, у многих при одном только упоминании имени Бута возникала прочная ассоциация с закоренелым уголовником.

Тем временем помещенный под арест россиянин сразу же заявил о своей невиновности. А в ходе первого допроса тайской полицией Бут пояснил, что «приехал как турист» и категорически отверг выдвинутые ему обвинения в «сборе средств для терроризма». Российские дипломаты оказали консульскую поддержку задержанному, а спустя неделю в Бангкок из Москвы прилетел нанятый семьей предпринимателя адвокат.

Кто на самом деле нарушил законы Таиланда?

Приступив к работе на месте событий, российско-таиландская группа юристов (состоявшая из нанятого Сергеем Бутом российского гражданина индийского происхождения Яна Даса Гупта и тайца Лака Ничивана Витчана) быстро выяснила, что арест Бута носил противоправный характер. Кроме того, в ходе вынесения судебного решения о его задержании были допущены серьезные процедурные нарушения законодательства Таиланда. В частности, ордер на арест россиянина был выписан за три дня до его въезда в страну, в связи с «просьбой американских властей, изложенной в письме посольства США». Письмо такое в деле Бута действительно имелось, но юридической силы на момент написания оно не имело, так как не существовало официального запроса на экстрадицию россиянина в США.

Применявшаяся в ходе спецоперации агентами DEA спецтехника негласной аудиозаписи также была использована незаконно — соответствующей санкции на использование спецаппаратуры на территории королевства таиландский суд не выдавал.

Даже если закрыть глаза на не вполне «чистый» с точки зрения таиландского законодательства арест Бута, то проведенный обыск в его гостиничном номере оказался очевидным превышением полномочий «американских партнеров». Никакого ордера на обыск в номере дело не содержало, а вот опись изъятого при этом имущества там оказалась. По показаниям свидетелей на процессе, обыск проводили сотрудники DEA самостоятельно, поскольку местные полицейские отказались принимать в нем участие.

Ознакомившись с предоставленными американской стороной обвинительными документами, власти Таиланда со своей стороны отказались выдвигать Буту собственные претензии — ничего противоправного на территории этой страны он не совершил и предъявить ему было абсолютно нечего. В итоге менее чем через три недели после ареста, 9 апреля 2008 года, прокуратура прекратила дело о «сборе материалов и средств для террористической деятельности». Таким образом, у тайцев вопросов к российскому гражданину не оказалось.

Сам Виктор, оказавшись в незавидной ситуации, сразу обратился в Москву с просьбой о помощи. «Я, Бут Виктор, обращаюсь к правительству Российской Федерации как гражданин страны. Прошу принять меры по моему освобождению, потому что меня заключили и содержат под стражей по сфабрикованным обвинениям», отмечалось в заявлении предпринимателя, распространенном через российские СМИ[94]. Бут добавил, что не совершал никаких преступлений ни в Таиланде, в котором он успел провести всего три часа до своего ареста 6 марта, ни в Соединенных Штатах и никогда не был связан ни с какими террористическими группами. «Я прошу запросить правительство Таиланда, на каком основании и почему по сфабрикованным американским обвинениям меня незаконно удерживают в этой стране», — заключил россиянин.

Официальная реакция МИД РФ последовала быстро. «Россия предпримет все необходимые меры, чтобы не допустить нарушения прав российского гражданина Виктора Бута, задержанного в Таиланде по подозрению в незаконной торговле оружием», — отметил 10 апреля официальный представитель Внешнеполитического ведомства России Михаил Камынин. За словами на Смоленской площади последовали и конкретные дела. «11 апреля в МИД России был приглашен посол Королевства Таиланд в РФ С. Тиракаосан, которому было сделано представление в связи с имевшими место нарушениями прав арестованного в Таиланде по запросу США российского гражданина В. А. Бута», — сообщил Департамент информации и печати МИД РФ. Как было заявлено тайскому послу, Москва исходит из того, что расследование по данному делу будет осуществляться правоохранительными органами Таиланда объективно и беспристрастно. «При этом российское посольство в Бангкоке будет получать полную и своевременную информацию о ходе следствия», — заявили в Министерстве иностранных дел[95]. В ведомстве также подчеркнули, что российская сторона намерена добиваться неукоснительного соблюдения в отношении Бута соответствующих положений таиландского законодательства и норм международного права.

Неожиданно встретив активное дипломатическое сопротивление со стороны Москвы, отказавшейся по-тихому сдавать своего гражданина, США вновь прибегли к «мегафонной» дипломатии. Так, в начале мая исполняющий обязанности руководителя DEA Мишель Леонхарт заявил об официальном предъявлении Вашингтоном обвинений Виктору Буту по четырем пунктам. Среди них фигурировали сплошные conspiracy — «заговоры».

Первый — с целью убийства граждан США.

Второй — с целью убийства официальных лиц США.

Третий — с целью приобретения и использования зенитных систем «земля-воздух».

Четвертый — с целью предоставления материальной поддержки или ресурсов зарубежной террористической организации.

Именно эти тяжкие обвинения легли в основу ордера на арест Бута. Ордера, который был выдан судом Южного округа города Нью-Йорк и стал основанием для запроса на экстрадицию Бута в США.

«В случае признания его виновным и осуждения, Буту грозит максимальный приговор в виде пожизненного заключения по каждому из трех первых пунктов, включая обязательное минимальное заключение сроком на 25 лет по третьему пункту. Буту грозит максимальный приговор в виде тюремного заключения сроком на 15 лет по четвертому пункту», — заявил представитель DEA, подтвердив, что «США активно добиваются экстрадиции Бута из Таиланда»[96].

Давление растет

Вскоре стало понятно, какими «нечистыми» методами Вашингтон будет добиваться своего. Не стесняясь при этом прямого вмешательства во внутренние дела Таиланда и оказания политического давления на власти этого азиатского королевства. Так, летом 2008 года сразу 35 членов Палаты представителей Конгресса США направили тогдашнему премьер-министру Таиланда Самаку Сунтхаравету письмо с просьбой оказать содействие в выдаче Бута в США. В тексте документа, которое было передано в посольство Таиланда в Вашингтоне, американские конгрессмены выразили обеспокоенность «в связи с попытками России помешать выдаче бизнесмена». В послании безапелляционно сообщалось, что «действия Бута угрожали безопасности многих государств и регионов, погубили жизни тысяч невинных гражданских лиц, и конгресс США внимательно следит за этим делом». Называя в духе голливудских блокбастеров Бута «торговцем смертью» и перечисляя выдвинутые против него в США обвинения, конгрессмены напоминали премьер-министру Таиланда об успешном американо-таиландском сотрудничестве по линии правоохранительных органов. Посланный Бангкоку из Вашингтона «мессидж» был недвусмысленным — не становитесь у нас поперек дороги, а то будут последствия!

На антироссийский выпад заокеанских конгрессменов ответили парламентарии из Государственной думы РФ: c подачи ЛДПР депутаты призывали официальную Москву «активизировать усилия по обеспечению прав российского бизнесмена». «Депутаты Госдумы убеждены, что в этом деле присутствуют политические мотивы, попытки искусственно привязать данную тему к борьбе с международным терроризмом и тем самым нанести ущерб интересам и репутации России», — отмечалось в принятом депутатами Госдумы в сентябре 2008 года документе, призывавшем пресекать все попытки по использованию «дела Бута» в антироссийских целях.

Межу тем качели судебного процесса в Таиланде продолжали раскачиваться из стороны в сторону. Слушания сменялись апелляциями адвокатов и неоднократно переносились. Виктор регулярно приглашался для дачи показаний таиландскому суду.

— Ваша честь! Я не делал ничего неправильного в Таиланде. Я никогда не был в Колумбии или в Соединенных Штатах, — заявил Бут в ходе одного из заседаний по делу о его экстрадиции в США.

Выступила в суде и его супруга, прилетевшая из Москвы.

— Я считаю, мой супруг занимался честным бизнесом, — заявила в суде Алла Бут. По ее словам, к тому времени она жила вместе с Виктором 17 лет и супруги действительно одно время проживали в Южной Африке. «У меня нет причины думать, что он сделал что-нибудь незаконное», — заверяла тайскую Фемиду Алла.

В свободное время она фиксировала для истории свои наблюдения, впечатления и мысли о «правосудии по-тайски» в личных дневниках.

Из дневника Аллы Бут

Таиланд, Уголовный суд Бангкока; июнь 2008 года

Сегодня день предварительного слушания в суде по делу об экстрадиции.

Назначили нового судью.

Пытаемся с переводчицей пройти в зал суда, протискиваемся с большим трудом через толпу, и остаемся стоять у двери в зал. Зал забит публикой, журналистами, и конечно, первые ряды занимают представители американского посольства. Человек десять.

Но, видимо, слух прошел, что прилетела жена Виктора. На меня косятся.

Начинается опрос свидетелей.

Одним из свидетелей выступает агент из группы DEA.

Вопрос судьи (судья указывает на сидящего в зале, в первом ряду, в сопровождении офицеров охраны, Виктора):

— Вам знаком этот человек?

— Конечно, Ваша Честь. Я читал книгу Дугласа Фары и смотрел фильм, «Оружейный барон».

У меня внутри и голове что-то не так? Я в растерянности. Недоумении. То ли смеяться, то ли плакать… Он что, серьезно? Смотрю в лицо свидетеля — он серьезно. «То ли я “дурочка”, то ли тут несут полный бред больным сознанием», думаю про себя. Бред, которого мне никогда не понять.

Как можно быть знакомым с конкретным человеком, живым и настоящим, по совершенно сомнительной книге, домыслу, построенному на слухах, и художественному фильму?

Тем не менее, показания фиксируются.

Дальше идет опрос представителя тайского МИДа.

Свидетель заявляет: «Мы привыкли верить нашим друзьям из США на слово, поэтому и одобрили операцию, а суд выдал ордер на арест заранее, до прибытия Виктора в Таиланд.

Наши друзья из США обещали нам предоставить основания и документы, подтверждающие преступную деятельность Бута, позже».

Идет дальнейший опрос свидетелей.

Кто именно обыскивал номер Виктора, и кто изымал его вещи. Ордера на обыск и изъятие вещей не было.

Это делали агенты DEA.

Тайская полиция стояла за дверями и в номер не входила.

Уходим с переводчицей из зала суда первыми.

Чтобы избежать столкновения с прессой. Уже все знают, кто я.

Завтра в тюрьму, на встречу с Виктором.

* * *

Таиланд, Уголовный суд Бангкока; февраль 2009 года

Наступает утро дня слушания в суде.

Я выступаю свидетелем. Должны в суд привезти и Виктора, но он будет только слушать.

С трудом утром собираюсь в гостинице, есть, практически, не могу. Только суп или чай. Остальное не могу, организм не принимает.

Меня почти поставили на ноги. Но боли остаются. Голова ничего, кроме боли, не воспринимает.

Настроения нет. Оделась во все черное. Натянула черные легкие брюки, блузку. Нашла удобные старые кроссовки.

Такси. Еду в суд.

Там опять журналисты. Толпа. Без комментариев.

Но, странное дело, как только я вышла из машины у здания суда, пока проковыляла до внутреннего входа, пока не увидела всех этих «вампиров», мне было нестерпимо больно. Увидела, и сказала себе: нечего! Сама себе велела думать не о боли, а о другом. О том, что мне предстоит сейчас.

Переключилась. Но боль не ушла.

В коридоре к залу суда, где должно состояться слушание, я, все же, попросила мне помочь дойти до зала людей, которых знала.

И мне помогли. По коридору к залу суда, поддерживая под руки, меня сопровождали с одной стороны корреспондент РИА Новости в Бангкоке, а с другой стороны — корреспондент британского Четвертого телеканала (последние 10 лет он работает в CNN).

Слушание длилось почти два с половиной часа.

Вопросы должны были задавать адвокат, прокурор, судья.

В какой-то момент я поняла, что не могу больше, физически и морально. Попросила перерыв.

Вопросы были со стороны адвоката, обо всем.

Потом я увидела, как представители посольства США передали записку прокурору. И он стал мне задавать вопросы о санкциях ООН против Виктора.

Смысл был в следующем — знаю ли я о том, что против моего мужа были приняты санкции СБ ООН в 2005–2007 годах? И что я думаю по этому поводу?

— ответила, что Виктор проживает в России с 2001 года, и не совсем понятно, почему были приняты санкции после того, как он прекратил какую-либо деятельность, связанную с перевозками.

Еще сказала, что, как я понимаю, СБ ООН не является обвинителем, а если бы у этой организации были серьезные претензии к деятельности моего мужа, она могла бы напрямую обратиться к представителю России в ООН. И почему, собственно, американская сторона этим озабочена, а не Россия?

Прокурору ответить было нечем. Записок он больше не получал.

Вопрос задал судья, спросил, как я понимаю термин «терроризм».

Ответила.

Точного определения этого понятия нет, но это всегда попытка достижения цели в политике, иногда в экономике, систематическими жестокими насильственными действиями в отношении той или иной группы людей, включая массовые убийства. Что террористические акты имеют целью запугать и заставить кого-то сделать что-то, выгодное террористу. И что Виктор никакого отношения к терроризму не имеет и никогда не имел.

На этом заседание закончилось.

В зале суда, помимо журналистов, всегда присутствует заведующий консульским отделом посольства РФ в Бангкоке А. Дворников и, если возникают вопросы, после заседания он задает их адвокату.

Американцы ходят в суд, как на работу, группой, состоящей из восьми — десяти человек.

После этого заседания вышли весьма глупые статьи в СМИ по теме «жена Бута дает показания в Уголовном суде Бангкока».

Но — никто ничего не написал о санкциях СБ ООН и их ведущей роли в этом деле. Скорее всего, они сами в этом ничего не понимают, а разбираться в вопросе прессе не интересно.

Чем глубже суд Таиланда изучал это ставшее скандальным для отношений как минимум трех стран дело, тем больше вопросов возникало в Бангкоке к Вашингтону.

Защите удалось доказать, что слежка за Бутом и просушка его разговоров на территории Таиланда велась американцами незаконно. А это значит, что и представленные ими доказательства оказались сомнительными. Переданные же США документы в поддержку экстрадиции содержали такие посылы, которые для тайцев оказались, мягко говоря, неприемлемыми. Например, тезис о том, что Бут намеревался сотрудничать с «террористической организацией ФАРК». Эту структуру, как выяснилось, в Таиланде никто таковой не признавал и Революционные вооруженные силы Колумбии официальный Бангкок рассматривал в качестве политической организации.

— Реальных оснований для экстрадиции нет, потому что нет никаких доказательств моей вины. Я ничего преступного не совершал, поэтому и нет доказательств. Все американские обвинения — в сослагательном наклонении: если бы он продал ФАРК сто комплексов ПЗРК «Игла», то колумбийцы стали бы ими сбивать американские вертолеты с американскими экипажами, и это привело бы к их смерти, а также означало бы, что Бут нелегально торгует средствами ПВО и сознательно снабжает оружием известную террористическую организацию. Вот, в одной фразе — сумма всех обвинений. А на самом деле и ФАРК был не ФАРК, и я собирался продавать не «Иглы», а грузовой самолет. Это знают и понимают судьи, об этом неоднократно говорилось на процессе. Поэтому для меня здесь все однозначно: если суду дадут возможность вынести справедливый приговор, я уеду домой, — пояснял российским журналистам Бут перипетии своего дела[97].

Но несмотря на отсутствие обвинений со стороны таиландской прокуратуры, гражданин РФ продолжал содержатся в бангкокской центральной тюрьме Клонг-прем со статусом «временно арестованный в связи с запросом на экстрадицию». В этой связи адвокаты Бута подали встречный иск, обвиняя тайские власти в нарушении статьи 90 местного законодательства: «Незаконное содержание под стражей». Кроме того, выдвинули претензии против трех сотрудников DEA, непосредственно участвовавших в операции по аресту Бута в Бангкоке, и обвинили американцев в превышении служебных полномочий и незаконном аресте.

Ответчиками были названы офицеры американской спецслужбы Дерек Одни, Скотт Сийли-Хакер и Роберт Захарьясевич. Эти американцы, по мнению адвокатов Виктора, нарушили местные законы, установив прослушивающие устройства в гостинице, где был арестован Бут. После такого оборота дела один из оперативников быстро «смотал удочки» и покинул Таиланд от греха подальше, а двое других прикрылись дипломатическим иммунитетом. В связи с неспособностью обвинения установить местонахождение обвиняемых и передать им вызов в суд исковое дело против сотрудников DEA было в конце концов закрыто и на неудобные вопросы в зале суда они так и не ответили.

Затяжка процесса и срыв американских планов быстро вывезти Бута в США вызывали сильную нервозность в Вашингтоне. Неугомонные американские конгрессмены, очевидно подталкиваемые предвкушавшими поощрения за поимку русского «оружейного барона» сотрудниками Белого дома, вновь потребовали от Таиланда немедленно выдать Бута. «Мы обеспокоены тем, что команда юристов Бута добилась успеха в затягивании процесса экстрадиции и на самых последних слушаниях в декабре Бут сумел отложить рассмотрение до марта. Нашу тревогу усилили сообщения, согласно которым правительство России предпринимает попытки оказать на этот процесс негативное влияние», — говорилось в письме 27 американских законодателей, направленном ими госсекретарю США Хиллари Клинтон, а также генпрокурору США Эрику Холдеру-младшему[98]. Подчеркивая, что «российская Дума недавно приняла резолюцию с требованием о возвращении Бута в Россию», конгрессмены напомнили Клинтон и Холдеру о том, что «Бут должен предстать в США перед судом в связи с участием в заговоре для поставки вооружений террористической организации». «Мы просим, чтобы экстрадиция этого международного торговца оружием оставалась главным приоритетом для ваших министерств и для правительства США», — настаивали на Капитолийском холме.

На столь беспардонное вмешательство в дела тайской Фемиды обратили внимание в МИД России. В Москве расценили активность конгресса США по этому вопросу в качестве попытки давления на судебные власти Таиланда. «Направленное в администрацию США публичное обращение группы американских конгрессменов по делу арестованного в Бангкоке российского гражданина Виктора Бута с требованием об его экстрадиции в Соединенные Штаты вызывает недоумение. Американские законодатели именуют Виктора Бута международным торговцем оружием и участником заговора, поставлявшим оружие террористической организации, хотя вердикт по “делу Бута” не вынесен, — отмечалось в комментарии департамента информации и печати МИД России. — Более того, Таиланд в настоящее время прекратил уголовное преследование в отношении Виктора Бута, а его вина по предъявляемым в США обвинениям не доказана. В этой ситуации публичное обращение конгрессменов нельзя расценить иначе, как попытку оказать давление на исполнительные и судебные власти Таиланда. Подобная активность со стороны парламентариев того государства, которое претендует на роль эталона законности и соблюдения прав человека, смотрится, по меньшей мере, неловко»[99].

С учетом реалий актуальной на то время российско-американской повестки наши дипломаты подошли к оценке возникшей вокруг В. Бута проблемы в более широком двустороннем контексте: «Возникает, конечно, вопрос об истинных мотивах тех, кто пытается перевести “дело Бута” из правовой в политическую плоскость: не является ли это попыткой “подставить ножку” усилиям Вашингтона и Москвы по перезапуску американо-российского сотрудничества», — заявили в российском МИДе и выразили надежду, что такой «крайне нежелательный негативный сценарий развития не получит».

Следует напомнить, с приходом к власти в США в 2009 году президента Барака Обамы как в Вашингтоне, так и в Москве возникли надежды на «перезагрузку» отношений двух стран, серьезно охладившихся после восьмидневного конфликта войны вокруг Южной Осетии и Грузии в августе 2008 года. Главным итогом инициативы под названием «peregruzka» — как с грамматическими ошибками назвали этот процесс в Госдепе — стал заключенный в 2010 году договор СНВ-3 между президентами РФ и США Дмитрием Медведевым и Бараком Обамой.

Как показало недалекое будущее, «перезагрузке» изначально была уготована судьба «перегрузки» — отягощенные накопившимися взаимными претензиями отношения России и США начали быстро ухудшаться уже с 2012 года. Не в последнюю очередь из-за неуклюжих попыток вмешательства Вашингтона во внутриполитические дела в России.

Колумбия спешит на подмогу

Грубые попытки американцев повлиять на судебный процесс в Таиланде над Виктором Бутом дали прямо противоположный эффект. Так, в ходе визита в июле 2009 года главы МИД РФ Сергея Лаврова в Бангкок власти Таиланда пообещали объективно и без политизации рассмотреть дело Виктора Бута. И оказалось, что это были не просто слова. Уже 11 августа с пометкой «молния» российские информагентства распространили следующую новость: «Суд Таиланда не разрешил экстрадицию Виктора Бута в США». Как оказалось, рассмотрев представленные американской стороной основания для экстрадиции, тайский судья Джитакорн Ваттанасин счел их недостаточными, а запрос на выдачу Бута отклонил. «Обвинения США не распространяются на тайские законы. Это политическое дело. ФАРК сражается за политические цели и не является криминальной бандой. Таиланд не признает ФАРК террористической группой. Мы не будем экстрадировать его (Бута) в США», — зачитал свое принципиальное решение судья[100].

Об обстоятельствах и атмосфере этого, как казалось в тот момент, судьбоносного момента в жизни Виктора его супруга сохранила подробные воспоминания.

Из дневника Аллы Бут

Таиланд; август 2009 года

Обычное солнечное утро в Бангкоке. Обычное для многих, но не для нас.

Лучи солнца мягко, пока скромно, пробиваются сквозь шторы. Но уже через минуты как-то сразу настает воспаленный жарой день.

Я не знаю, спала ли прошедшей ночью. Похоже, мой сон был похож на явь.

Нужно собираться в суд. Что-то съесть, возможно.

Но кроме кофе и чашки бульона из кубиков ничего не хочется. Сама мысль о еде вызывает отвращение.

С вечера приготовленные, моя любимая белая блузка и юбка до колена, уже ждут меня. Мой официальный выход.

Бульон, кофе. Блузка, юбка, туфли.

Такси.

Здание суда.

Выхожу из машины. Иду, как принято, к внутреннему входу. Он со двора, на задах помпезного с фасада здания. Туда должны привезти, вместе с другими заключенными, Виктора.

Толпа журналистов, фоторепортеров. Зевак и любопытствующих. Вся эта разношерстная братия галдит. Стоит невообразимый шум.

Сегодня день вынесения решения суда по делу об экстрадиции Виктора в США.

Когда привозят Виктора, несмотря на то, что вокруг все огорожено и стоит местная охрана, вся журналистская толпа бросается на него. Не пойму, что движет этими людьми. Особый кадр, за который щедро заплатят? То есть, только деньги? Деньги. Сенсация.

Я думаю: у этих людей, возможно, есть семьи. Дети, жены, матери и отцы. Есть ли у них принципы? Думаю, нет.

Понимаю, это их заработок. Без принципов. Без малейшего намека на деликатность. Они ринулись к Виктору, как свора спущенных псов на затравленного зверя.

Они сейчас делают себе имя на горе нашей семьи. Должна ли я их за это презирать? Должна. Потому что у нашей семьи сесть и прошлое, поколениями привитые принципы, и будущее, каким бы оно ни было.

Сегодня, день вынесения постановления. Мы шли к этому дню долго, тяжело, теряя надежду, и вновь обретая ее.

Встречаю нашего адвоката Лака с женой, второго адвоката — Чамрена.

Поднимаюсь в зал суда.

С левой стороны, от трибуны суда, три первых ряда заняли представители американского посольства.

Все, как на подбор. Как бы ни было мне тяжело, всегда иронизирую: тридцать три богатыря без дядьки Черномора. В одинаковых черных костюмах вместо горящей, как жар, чешуи доспехов.

Зал заседания полон. Мест нет.

Американцы слева, три ряда. Наши справа, — консул РФ, переводчик, я.

За нами представители российской прессы.

Виктор, в окружении охраны, отдельно.

Выходит судья. Зал встает.

Начинается оглашение постановления суда.

У американцев своя переводчица, у нас — своя.

Она пытается, и частично успевает, выхватить из текста самое важное, и перевести. Но выборочно. Внимательно, напряженно слушает приговор.

Когда я ее беспокою — скажи что-нибудь, не томи — она раздраженно передергивает плечом. Не мешай.

Сижу, как и консул РФ, в полном неведении, о чем речь.

Слушаем приговор почти час.

В конце, когда помощник судьи заканчивает читать, переводчица поворачивается ко мне и говорит — вы выиграли суд. Суд отказал США в экстрадиции Виктора. Я не верю.

В зале тишина. Все слушают своих переводчиков.

И тут происходит взрыв.

Меня за плечо теребит молодая девушка, корреспондент ТАСС. Алла, вы победили! А у самой слезы на глазах.

Тут только до меня что-то начинает доходить. Рушится стена, за которой я укрывалась долгие месяцы. Все накопленное напряжение выливается наружу слезами, которые я не в состоянии остановить.

Судья вызывает Виктора, Виктор встает за кафедру для свидетелей лицом к суду.

Судья спрашивает, все ли понятно.

Виктор в окружении охраны, но охранники разрешают мне подойти и обнять его.

Держалась, очень долго держалась. Но сейчас слез сдержать не могу. Они просто льются. Льются. Льются… Как лавина, которую разбудил неосторожный крик, и она устремилась вниз по горному склону, подчиняясь только силе тяготения. Я не могу это остановить. Обнимаю Виктора. Он меня успокаивает, а сам с трудом подавляет нервную дрожь.

Судья смотрит на нас с высоты судейской трибуны — «скамьи», и мне кажется, что в душе он тоже улыбается.

Виктор говорит: ну все, успокойся. Ведь правда победила.

У меня подкашиваются ноги.

Виктора уводят. Поворачиваюсь к суду, кланяюсь. Не знаю, видел ли великий тайский суд мой поклон. Надеюсь, что видел.

Я не верила до последнего, учитывая все усилия американцев, что может восторжествовать правда. Ресурсы были слишком неравны. У нас их, практически, не было.

Но, оказывается, может. Не зря Лак говорил мне о независимости суда его горячо любимой страны.

Виктора уводят из зала. Журналисты бросаются следом.

Наблюдаю реакцию трех рядов «темных мундиров» американского посольства. Они в недоумении. Они в бешенстве. И не скрывают этого.

Выхожу из зала суда и вижу, тут же, у дверей зала, как советник-посланник американского посольства (первый заместитель посла) дает интервью своим СМИ. Он багрового цвета. Его буквально трясет от негодования и бессилия. Он не скрывает эмоций. Видимо, из-за нестерпимой злобы, слюна из его рта летит на микрофон и в лицо корреспондента.

Задержалась немного, посмотрела.

Мне его жаль. Немного. Совсем.

Думаю, как бы удар не хватил, инсульт. Да, Бог с ним. Даже слушать не стала всю ту чушь, что он нес.

Что-то о том, что тайцы ничего не понимают, и т. п. Представители США в бешенстве. На такое решение они явно не рассчитывали.

Спустилась вниз, сквозь ряды камер и журналистов успела махнуть Виктору рукой.

Виктор действительно сегодня победитель. Он гордо поднял руку со сложенными в букву V пальцами.

До завтра! Завтра с утра на визит к нему в тюрьму.

После суда

Виктора увозят.

Даю интервью российским и тайским СМИ.

Что говорят американцы, понятно. Никогда не видела дипломатов в таком неконтролируемом состоянии. И в таком количестве, как в зале суда, где проходили слушания об экстрадиции Виктора.

Ухожу из здания суда.

Мы, с немногими друзьями, идем посидеть в кафе.

Там, из разговора, я понимаю, что все самое страшное еще впереди. Это будет, непременно: апелляция на решение суда. И будет она подана в Апелляционный суд. А решение Апелляционного суда мы уже обжаловать не сможем: в делах об экстрадиции он по законам Таиланда является высшей и конечной инстанцией. Верховный суд дела об экстрадиции не рассматривает.

И тут непременно со стороны США будут задействованы не столько правовые, сколько политические аргументы и ресурсы.

Утро. Приезжаю на визит к Виктору.

Сегодня день желтых маек и поло. Под настроение.

Мне все улыбаются. Многих я уже знаю, за полтора года. Вижу каждый день.

Дежурные офицеры охраны и те, что принимают передачи, говорят мне, что они верили, что Виктора оправдают, и что он скоро вернется домой. Вижу их искреннюю радость.

Вижу людей, а не тюремщиков, вижу их искреннее отношение ко мне. И к Виктору.

С Виктором переговорили о делах.

Будем бороться дальше.

Впоследствии тайские журналисты подметят следующее: немаловажную роль в этом негативном для Вашингтона решении суда сыграло продемонстрированные американской стороной полное неуважение к Таиланду и низкий уровень правовой культуры.

Впрочем, с этого момента в Вашингтоне решили больше не миндальничать со своими, оказавшимися чересчур законопослушными и принципиальными тайскими партнерами. Сразу после оглашения вердикта суда заместитель американского посла в Таиланде Джеймс Энтвистл заявил, что сторона обвинения намерена обжаловать принятое решение. «Мы разочарованы и озадачены решением суда. Мы считаем, что факты дела, соответствующее таиландское законодательство и положения двустороннего договора об экстрадиции ясно говорят в пользу выдачи Виктора Бута в США, где он предстанет перед судом по серьезным обвинениям в терроризме», — сказал американский дипломат[101]. Спустя 3 дня прокуратура Таиланда, представляющая интересы американской стороны, подала заявку на пересмотр принятого судом решения.

Начиная с 14 августа, согласно таиландскому законодательству, пошел отсчет 30 суток на подготовку новых документов стороной обвинения. После этого с ним должна ознакомиться защита Бута и в течение двух недель предоставить свой ответ. А точку в этом деле должен поставить Апелляционный суд Таиланда, который рассматривает подобные дела без проведения судебных слушаний. Решение этой инстанции стало бы окончательным.

Новая волна давления американцев на тайские власти сразу же дала о себе знать — фактически оправданного от обвинений США Виктора категорически отказываются выпускать под залог. А к переданному в сентябре в юрисдикцию Апелляционного суда «делу Бута» внезапно подключается Колумбия в лице министра иностранных дел этой страны Хаиме Бермудеса Меризальде. Который не поленился написать 300-страничное (!) письмо своему тайскому коллеге Каситу Пирому.

Из письма главы МИД Колумбии в МИД Таиланда

Хотел бы просить Ваше уважаемое правительство, в рамках независимости властей, продемонстрировать судье, ведущему дело, суть и размах террористической деятельности, осуществляемой ФАРК так, чтобы эти элементы могли быть приняты во внимание в происходящем юридическом процессе, который, как мы надеемся, сумеет избежать такого шага, как освобождение такого очень опасного для всего мира нелегального торговца оружием, как Виктор Бут[102].

Именно таким образом Колумбия — лояльный союзник США в Латинской Америке, традиционно и без лишних вопросов дрейфующий во внешнеполитическом фарватере Вашингтона — внесла «свои пять копеек» в то, чтобы Виктора признали «пособником террористов».

Помню, как мне выпало редакционное задание написать об этом эпизоде газетный материал. Вот он.

Прочитано в прессе

Бута посадили на «Иглы»

МИД Колумбии насчитал 607 причин не отпускать «оружейного барона»

Несмотря на очевидное отсутствие конкретных доказательств незаконной деятельности Виктора Бута, очередная «кляуза» на арестанта поступила со стороны Колумбии.

Министерство иностранных дел латиноамериканской страны не поленилось представить таиландскому суду 300 страниц обличающего Виктора Бута материала, в котором он характеризуется в качестве «очень опасного для всего мира нелегального торговца оружием». Причина недовольства Боготы 42-летним россиянином заключается в том, что, по версии колумбийских дипломатов, Бут пытался продать сто переносных зенитно-ракетных комплексов «Игла» революционным вооруженным силам Колумбии — хорошо организованной и вооруженной местной оппозиции.

Как утверждается, российскими ракетами предполагалось сбивать военные вертолеты, в том числе и с американскими гражданами. Впрочем, никаких конкретных доказательств того, что бывший советский военный офицер занимался контрабандой оружия, так и не было представлено, а в экстрадиции Виктора Бута в США было отказано. Суд Таиланда, который фактически подставили в разбирательстве с так называемым «оружейным бароном», по мнению защиты, уже в скором времени должен был поставить точку в этом скандальном деле, хотя под оказываемым на него давлением со стороны американских спецслужб отказывался выпускать россиянина под залог.

Неожиданный поворот в деле с колумбийской «телегой» на Виктора Бута и апелляция прокуратуры на решение суда неизбежно затянет дело на срок от трех до шести месяцев. Служители тайской Фемиды теперь вынуждены будут ознакомиться со всеми 300 страницами компромата, в котором приведено 607 причин против освобождения россиянина, а также аргументы в пользу того, что он имел дело именно с международной террористической организацией.

При этом эксперты почти уверены в том, что именно Вашингтон при помощи колумбийских дипломатов пытается сделать все возможное для того, чтобы Бут продолжал сидеть в тюрьме до тех пор, пока американцам не удастся добиться его экстрадиции в США. Как сообщили СМИ, сам Бут не сомневается, что «данный вопрос пролоббирован американской стороной, которая теперь пытается оказывать давление на королевский суд через МИД Колумбии». Россиянин уже не раз заявлял, что все его беды объясняются твердым отказом сотрудничать с американскими спецслужбами[103].

На фоне затягивания процесса экстрадиции неприкрытое давление США на суд Таиланда по делу Бута и попытки повлиять на общественное мнение этой азиатской страны усиливались. Дошло до того, что исполнительный директор Международного департамента таиландской Генеральной прокуратуры Сирисак Тияпхан был вынужден заявить: «Таиландская судебная система суверенна, и никто не вправе вмешиваться или оказывать давление на судей».

В свою очередь, тайский адвокат Виктора — Лак Нитиват Вичан — назвал происходящее «совершенно возмутительными и далеко не первыми попытками нарушения госорганами США суверенитета таиландской судебной системы в деле Бута». Он также добавил, что некоторые сотрудники американского посольства в Бангкоке начали проявлять необычную активность, проводя множество встреч с представителями таиландской общественности, прежде всего политиками, государственными деятелями, известными журналистами и экспертами. Цель таких встреч понятна — проведение с лидерами местного общественного мнения «разъяснительно-воспитательных бесед».

«Несколько моих знакомых были на таких беседах. Американские дипломаты убеждали их, что Бут — плохой и опасный человек, преступник, которого обязательно надо экстрадировать», — сказал Вичан, добавив, что лично ему «еще никто не доказал, что он преступник и плохой человек».

WikiLeaks и «дело Бута»

Если бы адвокат Бута действительно был знаком с закулисной борьбой, развернувшейся вокруг экстрадиции «торговца оружием» в США, он бы сильно удивился. Конечно, тогда это было невозможно. Но теперь благодаря «добрым людям» из независимого расследовательского Интернет-проекта WikiLeaks мы знаем, как все было на самом деле. Знаем во многом благодаря основателю WikiLeaks австралийцу Джулиану Ассанжу и его информатору американцу Брэдли Мэннингу, которые в 2010 году раскрыли миру шокирующие подробности убийства американскими военнослужащими гражданских лиц в Ираке. А еще выложили в открытый доступ огромный массив секретных документов Госдепа. Среди 250 тысяч рассекреченных шифротелеграмм оказались депеши, посвященные Виктору Буту. Ниже приведены лишь некоторые из них.

CЕКРЕТНО

09BANGKOK567_a

Из: Бангкок, Таиланд

Куда: Центральное разведывательное управление

Министерство юстиции США

Управление по борьбе с наркотиками (г. Вашингтон)

Объединенный комитет начальников штабов

Совет национальной безопасности

Посольство США в Москве

Министр обороны США

Государственный секретарь США

Зашифровал: посол США в Таиланде Эрик Джон

Основное содержание: Посол США 4 марта оказал давление на заместителя премьер-министра Таиланда Сутепа Таугсубана с тем, чтобы обеспечить отказ в рассмотрении фальшивых судебных показаниях в деле экстрадиции русского контрабандиста оружием Виктора Бута. Сутеп заявил, что премьер-министр ранее обсуждал с ним это дело, он разберется и предпримет необходимые действия.

Комментарий: Сутеп определенно осведомлен о деле Бута и понимает, что оно является главным приоритетом для правительства США… Мы продолжим мониторинг разбирательства по делу экстрадиции и будем оказывать давление для скорейшего и правильного исхода[104].

И таких, выложенных в открытый доступ разоблачителями WikiLeaks секретных внешнеполитических телеграмм США, содержащих подробности негласного прессинга американскими дипломатами своих тайских партнеров, — десятки. Вот, например, еще одна показательная депеша посла США в Таиланде под кодовым названием 09BANGKOK1998:

11 августа судья по делу Виктора Бута принял решение отклонить требования правительств Таиланда и США о его выдаче. Два основных довода были следующими: организация ФАРК в Колумбии, которой Бут собирался продать оружие, является политической, а не террористической; по условиям же нашего договора о выдаче можно выдать только то лицо, деяния которого считаются преступными как в США, так и в Таиланде. Это условие здесь не выполняется — постановил судья, потому что Бута нельзя судить в Таиланде по тем обвинениям, которые ему предъявляют в Америке.

Посол немедленно позвонил министру иностранных дел [Таиланда. — А. Г.] Каситу и выразил глубокое разочарование. С нашей точки зрения, судья не прав по нескольким позициям… Посол напомнил Каситу, что за полтора года, прошедших со дня ареста Бута в Бангкоке, американское правительство вплоть до госсекретаря и президента много раз подчеркивало важность этого дела.

…Мы намереваемся четко дать понять правительству Таиланда, что это решение судьи будет всесторонне и осмысленно рассмотрено в апелляционном суде. Мы хотели бы призвать тайское правительство выразить недовольство решением судьи… Не перегибая палку, мы дадим им понять, что будем считать реакцию тайского правительства на это решение проверкой серьезности тайско-американских отношений. Напоминаем, что наши партнеры в тайской полиции и прокуратуре, в министерстве иностранных дел и даже в тайском флоте выполняли все наши пожелания, не жалея сил. То есть мы разочарованы решением судьи, а не тайским правительством.

Другими словами, посол США в Таиланде Эрик Джон говорит следующее: да, действительно, законодательство Таиланда запрещает судить Бута по американским обвинениями, но нам на это наплевать — мы потребуем от официального Бангкока надавить на суд, припугнув охлаждением отношений с Вашингтоном, с тем, чтобы решение было принято в нашу пользу. И точка! Удивительно, но такие вещи пишет представитель страны, которая на международном уровне официально призывает соблюдать все государства к верховенству закона. Двойные стандарты, господин посол! Впрочем, как и во многом другом, что вытворяют убежденные в своей исключительности Соединенные Штаты.

Кстати, это касается и судьбы основателя сотрудников WikiLeaks. Так, передавшего Ассанжу секретные документы Госдепа Брэдли Мэннинга в 2013 году приговорили к 35 годам тюремного заключения. Американец был помилован в 2017 году, видимо, только потому что сменил пол и стал называть себя женским именем Челси. Что же до самого Джулиана Ассанжа, то судьба «разоблачителя» оказалась незавидной. По странному совпадению вскоре после рассекречивания американских документов он в 2010 году был обвинен властями Швеции в сексуальных домогательствах и изнасиловании. Это вынудило Ассанжа, отрицавшего выдвинутые против него обвинения и подозревавшего в лице США истинного заказчика его злоключений, на протяжении 7 лет (!) скрываться на территории посольства Эквадора в Лондоне. Из него он в 2019 году был силой выдворен британскими спецслужбами и сразу же арестован. Кстати, после этого выяснилось, что никаких свидетельств якобы совершенных австралийцем развратных действий у шведской полиции не имеется, а явно инспирированное уголовное дело против него по-тихому прекращено. Зато заведено другое, гораздо более серьезное — США обвинили Ассанжа в «шпионаже», за что ему грозит 175 лет американской тюрьмы или даже смертная казнь, и потребовали его экстрадиции из Британии для «справедливого суда». На момент написания книги 52-летний основатель WikiLeaks провел уже пять лет в лондонской тюрьме строгого режима Belmarsh и, подавая апелляции в Высокий суд Лондона, боролся против выдачи в США — по сути равнозначной его физическому уничтожению.

Подобное бесчеловечное отношение к Ассанжу, который не раз заявлял о политическом характере его преследования властями США, в глазах даже западных общественников выглядит как неприкрытые репрессии против независимых журналистов. Так, 19 февраля 2024 года НПО Amnesty International («Международная амнистия») заявила «об огромном леденящем эффекте для глобальной свободы СМИ», в случае выдачи Ассанжа в Америку. «Публикация Джулианом Ассанжем раскрытых документов в рамках его работы с WikiLeaks отражает обычное поведение журналистов-расследователей, — отмечается в НПО. — Если Ассанж будет экстрадирован, то это создаст опасный прецедент, когда правительство США сможет преследовать издателей и журналистов по всему миру для выдачи и наказания. Есть реальный риск, что другие страны смогут использовать поданный США пример»[105].

Любопытно, что в опубликованной WikiLeaks еще в 2010 году секретной дипломатической корреспонденции присутствует шифротелеграмма Госдепа США за номером 09STATE88226, проливающая свет на подоплеку подготовки Колумбией кляузы на Бута, о которой речь шла выше.

Так, в отправленной из Вашингтона 24 августа 2009 года депеше занимавшая на тот момент пост госсекретаря Хиллари Клинтон так инструктирует посла США в Боготе: «От посольства требуется настоятельно призвать колумбийское правительство на высшем уровне к взаимодействию с Королевским правительством Таиланда для поддержки требования об экстрадиции обвиненного контрабандиста оружием Виктора Бута в США»[106]. Также отмечалось, что американский «посол может пользоваться перечнем основных аргументов данной депеши, но не следует оставлять ее в руках колумбийских официальных лиц».

Не буду утруждать читателя разбором всей попавшей в руки WikiLeaks дипломатической переписки касательно дела Бута. Ее хватит на отдельный триллер — поиск по одноименному сайту выдает почти 1800 документов, связанных с именем россиянина. Отмечу лишь, что посольство США в Бангкоке — региональный хаб американского влияния в Азиатско-Тихоокеанском регионе с огромным штатом сотрудников в 2000 человек — задействовало все свои связи не только в МИД, вооруженных силах, полиции, прокуратуре и правительстве Таиланда для получения нужного результата. Американские дипломаты настолько нагло себя вели, что не гнушались прямо давить на премьер-министра этой страны Абхисита Ветчачивы, а также окружение наследного принца Вачиралонгкорна.

Пока кипели дипломатические страсти по его душу Виктор Бут коротал время в бангкокской центральной тюрьме Клонг-прем среди более 6 тысяч ее заключенных. В ожидании окончательного вердикта суда по его делу он всерьез опасался за свою жизнь. Об этом он заявил местной газете Bangkok Post. «Я боюсь того, что буду убит. Может быть, кто-то отравит мою пищу или причинит мне вред другим способом», — сказал Бут в интервью этому изданию[107]. И основания для таких тревожных мыслей у него были, ведь на что готовы были пойти спецслужбы США в случае окончательного отказа Таиланда экстрадировать российского гражданина, никто не мог знать наверняка.

Алла Бут, неоднократно посещавшая в этот период Таиланд для моральной и психологической поддержи Виктора, также не исключала, что затянувшееся удерживание ее мужа в тюрьме может иметь скрытые цели. «Явно видна попытка американской стороны при невозможности получить Виктора в свои руки, максимально удерживать его любыми путями в тюрьме дружественной им страны, а там время покажет — жесткие условия содержания в тайской тюрьме подразумевают возможность скоропостижной кончины», — указывалось в направленном в феврале 2010 года в адрес российских властей письме супруги российского бизнесмена.

«Бангкок Хилтон»

В каких условиях все эти два с лишним года, пока тянулось судебное разбирательство в Таиланде, провел Бут? И что из себя представляли местные пенитенциарные учреждения, с которыми ему не посчастливилось познакомиться?

Ответ на этот вопрос дал мне сам Виктор. «Тюрьма в Таиланде напоминает зоопарк: вы ходите по вольеру под открытым небом, там есть прудики с рыбками, кошки, там заключенные связаны с внешнем миром», — в 2011 году вспоминал он, находясь в бетонной коробке одиночной камеры нью-йоркской тюрьмы, где было лишь мутное окно, в которое невозможно было ничего разглядеть. Именно в образе зоопарка запомнилось предпринимателю отделение предварительного заключения центральной бангкокской тюрьмы Клонг-прем. Здесь он находился в камере на 30 человек площадью 32 м2 в статусе «временно арестованного в связи с запросом на экстрадицию».

В целом адская переполненность тайских тюрем — по данным «Википедии», за решеткой в королевстве сегодня находятся свыше 350 тысяч человек — и как следствие, ужасные условия содержания для местных заключенных не раз подвергалась критике международных правозащитных организаций[108]. Острая еда, которую невозможно есть без вреда для здоровья, средневековые цепи, кандалы, кишащие повсюду насекомые, отсутствие нормального водопровода и прочие «прелести» зарешеченного тайского мира — все это кричит о том, что в такие заведения категорически противопоказано попадать. О чем следует всегда помнить российским туристам в Таиланде. Особенно тем из них, кто фривольно и с определенной иронией относятся к местным законам (на данный момент в тайских тюрьмах находится несколько десятков россиян).

Читателю также следует знать, что в тюрьмах Таиланда, где Виктор провел больше двух лет, главный тюремщик — это нескончаемая изнуряющая жара. В наиболее распространенном типе тайского тюремного блока нет боковых стен между камерами — только решетки. В начале такой анфилады камер установлен гигантский вентилятор, который продувает насквозь весь длинный коридор. «Лучше всех сидят» те, кто находится в середине такой анфилады. Зеки, которые расположены ближе к вентилятору постоянно простужаются от искусственного сквозняка. А те, кому не посчастливилось оказаться в камерах на другом конце анфилады, постоянно страдают от жары. В другом типе блока — Виктору пришлось сидеть в обоих — вентиляторы небольшого размера установлены на потолке и стенах. Они постоянно поворачиваются вправо и влево, обдувая различные участки камеры. При этом, пока вентилятор дует в сторону, человек успевает вспотеть, и когда вентилятор снова поворачивается к нему, возникает нездоровый эффект обдуваемого ветром компресса. Кондиционеры в тайских тюрьмах установлены только в помещениях охраны, адвокатской и консульской комнатах свиданий.

«Сами условия содержания в тайской тюрьме, конвоирование в суд в ржавых кандалах на ногах и в унижающей человеческое достоинство одежде, запрет вести переписку на русском языке, сокращение времени свиданий с родными с 30 до 15 минут в день, отказ тюремных властей в предоставлении телефона для звонков родным и в посольство, хотя остальным заключенным пользоваться телефоном разрешено — все это не соответствует никаким, даже минимальным, стандартам международного права и ООН», — отмечал в жалобах на условия своего содержания Бут.

Когда Виктора арестовали, он был довольно тучным человеком — это можно заметить по многочисленным фотографиям — мечтал похудеть и оздоровить свой организм. С этим во многом был связан его переход на вегетарианскую пищу и тщательное изучение всего, что можно было прочитать в книгах о поддержании собственного здоровья своими силами. Нескончаемая жара в тюрьмах Таиланда в этом смысле сыграла мучительную, но относительно положительную роль: Виктор быстро сбросил лишний вес. Это был не самый здоровый способ похудания, но поддерживать форму стало легче.

После принятого втайне от адвокатов и посольства РФ решения таиландских судебных инстанций все-таки экстрадировать россиянина в США Виктора перевели в изолятор тюрьмы Бангкванг. Это исправительное заведение максимального уровня безопасности находится на северной окраине Бангкока и считается одним из самых жутких по условиям содержания заключенных в мире. Оно отличается особо строгим режимом и к тому же до недавнего времени использовалось для приведения в исполнение смертных приговоров осужденным (до 2003 года людей расстреливали из пулеметов, а после стали делать смертельные инъекции).

Справка

Центральная тюрьма Бангкванг также известна под названием «Большой тигр». Согласно легенде, так ее прозвали за то, что она как хищный зверь сжирает каждого попавшего сюда заключенного. Исправительное заведение было построено японцами в 1931 году, расположено в провинции Нонтхабури, что в 11 км от Бангкока и имеет девять степеней защиты.

В тюрьме содержатся только мужчины, по делам которых вынесены окончательные приговоры апелляционного или Верховного суда, а также приговоренные к смертной казни, осужденные пожизненно и на длительные сроки лишения свободы (от 30 лет). Официальная вместимость тюрьмы — 3500 человек. По данным управления исполнения наказаний Таиланда, в 2017 году в тюрьме содержалось 4229 заключенных, в том числе 398 приговоренных к смертной казни.

В камерах Бангкванга (некоторые ошибочно считают эту тюрьму как «Бангкок Хилтон», известный по одноименному культовому фильму с Николь Кидман в главной роли), как и везде в тайских тюрьмах, нет кроватей, а заключенные спят на циновках прямо на бетонном полу.

Виктора Бута перевели в эту тюрьму без какого-либо уведомления посольства РФ и сразу бросили в карцер для исключения любой возможности его связи с внешним миром. Выполненная Бутом зарисовка своей бангквангской камеры говорит сама за себя о далеко не гостиничном комфорте в этом учреждении.

Подозревая о готовящейся втайне его экстрадиции в США, Бут искал любую возможность сообщить о себе российским дипломатам в Бангкоке. В итоге это удалось сделать через отбывавшего срок в Бангкванге россиянина по имени Феликс Черемных. История этого человека трагична и уникальна одновременно. В 2002 году житель Санкт-Петербурга, решивший попытать счастье и организовать легальный ювелирный бизнес в Таиланде, получил пожизненное тюремное заключение за участие в разбойном налете на местный банк. В ходе ограбления неустановленным лицом был убит местный гражданин, а Черемных, на которого «повесили» это преступление, вместе со своим подельником-россиянином коротал дни за решеткой в то время, когда в Бангкванге появился Виктор Бут.

— Как Вы узнали о Викторе и как удалось с ним связаться? — поинтересовался я у Феликса, который вернулся на Родину в 2016 году по амнистии спустя 14 проведенных в тайской тюрьме лет.

— В 2008 году все газеты в Таиланде запестрели заголовками о том, что в Бангкоке арестован некий русский Lord of War («Оружейный барон») — Виктор Бут. Через знакомых осужденных англичан я узнал, в какой тюрьме он находится. И на новый 2009 год я ему написал открытку с поздравлениями и пожеланиями не падать духом. Тем самым я дал ему знать, на всякий случай, что я нахожусь в Бангкванге. Прошло полтора года. Вдруг я получаю записку от приговоренного к пожизненному заключению за перевозку наркотиков англичанина — у меня с ним сложились дружеские отношения и на тот момент он работал в тюремном госпитале — о том, что накануне вечером в Бангкванг доставлен гражданин России Виктор Бут. Который спросил, знает ли мой приятель — его звали Майкл — меня. Получив утвердительный ответ, Бут передал мне записку. В ней Виктор сообщал, что его тайно перевели в Бангкванг и он просит меня сообщить об этом в посольство России.

По словам Феликса, перевод предпринимателя в эту тюрьму «поднял температуру» — сразу была усилена караульная служба, удвоено количество часовых на сторожевых вышках, а самого Бута поместили в штрафной изолятор. Предварительно убрав из соседних камер всех зеков.

— На следующий день я сумел через знакомого заключенного тайца достать сотовый телефон (если бы его у меня нашли надзиратели — это был бы серьезный «залет», чреватый реальным увеличением срока лет на десять). Номера нашего посольства я тогда не знал, но в руки попалась туристическая брошюра, на обороте которой и были указаны его контакты. Позвонил, назвался и объяснил ситуацию, — вспоминал Черемных.

Именно таким образом наши дипломаты и узнали о переводе Бута в Бангкванг и уже спустя два дня, благодаря своевременно полученной через Черемных информации, не позволили американцам по-быстрому экстрадировать россиянина из страны.

«Мы несколько раз встречались в тюрьме, общались на территории госпиталя. У меня осталось в памяти, что он очень интересный, позитивный, общительный, сильный духом человек. Таких не часто встретишь. Сидевшие здесь иранцы вообще сначала его приняли за своего, поскольку он свободно говорил на фарси. И еще на нескольких языках. Виктор спокойно и адекватно воспринимал все, что с ним происходило. Передал мне большое количество интересных книг, которые тайская тюремная администрация тщательно просматривала в поисках каких-то тайных посланий», — рассказывал мне о своем общении с Бутом в Бангкванге Феликс Черемных.

Впоследствии он написал интереснейшую книгу о своих злоключениях в Таиланде и полученном здесь незавидном тюремном опыте[109]. В том числе о своей отчаянной, дерзкой, но неудачной попытке совершить побег прямо из зала суда перед вынесением ему пожизненного приговора. Примечательно, что за 5 тысяч дней, проведенных в одной из самых жутких тюрем мира, петербуржец Черемных развил в себе не только литературное начало, но и стал настоящим художником.

Прямая речь

Я сейчас сижу в карцере два на два метра, это спецблок. Там отбывают наказание осужденные за причинение колоссального ущерба стране. Там три камеры, начальство аргументирует это тем, что оно опасается за мою безопасность. Меня выводят два раза в сутки на 40-минутные прогулки. Все заключенные по соседству переселены в другие камеры. Никаких контактов внутри тюрьмы, на свидание приводят в сопровождении трех спецназовцев. Вся переписка на русском и английском запрещена. Она уходит на цензуру, сейчас даже нельзя документы через стекло показывать, даже если это адвокатские документы. Естественно, посольство России неоднократно писало письма в таиландское министерство коррекции, но ответов не было.

За два с половиной года, что я сижу в тюрьме, я выучил санскрит, хинди, урду, сейчас вот учу турецкий. Я держусь, делаю физические упражнения, в предыдущей тюрьме можно было бегать 40 минут. Жена передает книги под письмо послов. Поддерживать силу духа помогает, наверное, любовь. Товарищи по несчастью мне тоже помогают. В предыдущей тюрьме со мной были люди из Ирана, Индии, Германии, россияне, британцы. Раньше со многими общался, пока меня не отправили в карцер. Когда я оказался там в первый день, еду мне заказали именно другие заключенные.

В тюрьме можно тратить порядка 200 рублей в день на еду, но жене разрешили приносить еду с воли. Это радует. Тут есть православная церковь, есть отец Олег, он приходил, общался со мной, передал Библию. Я человек крещеный, мы плотно общались, батюшка меня всячески поддерживал. Тут не дай бог чем-то заболеть, так как, чтобы попасть к врачу, нужно писать письмо и ждать несколько дней. Надзиратели здесь в общем нормальные. За два года в Клонг-преме офицеры из внутренней охраны довольно лояльно ко мне относились. Перед судом они говорили, что очень надеются, что я поеду домой.

Сбежать оттуда нереально, это из области детективных романов. На здоровье я толком не жалуюсь, но в связи с особенностями питания большая проблема с зубами. Что касается моей семьи, то жена все два с половиной года живет в Бангкоке, общается с посольством, адвокатами, а наша дочь живет у дедушки и бабушки в Петербурге и учится в местной школе[110].

В подробностях описывал Бут при общении с читателями портала https://www.gazeta.ru/ условия, в которых он содержался в Бангкванге. Тем временем дипломаты США в Таиланде старались сделать все от них зависящее, чтобы затруднить связи россиянина с внешним миром и превратить его пребывание в тюрьме в настоящую психологическую пытку.

«Горячей воды в камере нет, душа тоже. Есть бадья с холодной водой и пластмассовый ковшик. Сейчас сезон дождей, по ночам бывает довольно промозгло — температура чуть выше 20 градусов и высокая влажность. Днем жарко. Когда все время 30 градусов днем, падение температуры почти на 10 градусов ночью воспринимается как настоящий холод. Полы бетонные, они тепла не прибавляют», — рассказывал журналистам россиянин[111]. По его словам, в камере не было ни стола, ни стула, и все, что он пишет, в том числе и письмо в администрацию тюрьмы, «пишется, сидя согнувшись, на этом самом бетонном полу».

«Я ведь не осужденный. Меня постановили экстрадировать в США. Но ведь по сути экстрадиционное дело уголовным не является, хотя и рассматривается по уголовной процедуре. Тем более, что тайская юридическая система уже трижды меня оправдывала: один раз на уровне генпрокуратуры, которая не нашла оснований для возбуждения уголовного дела по тайскому законодательству, и два раза — на уровне суда первой инстанции. А здесь, в Бангкванге, у осужденных больше прав, чем у меня», — с горечью отмечал Бут.

И с тюремной охраной, и с другими заключенными у Бута сложились неплохие отношения: его многие уважали, среди тюремщиков были люди, которые ему сочувствовали и считали американскую провокацию, в результате которой он попал в эту тюрьму, непростительной подлостью. Однако руководство тюрьмы под давлением «старших товарищей» гнуло свою линию, еще больше ужесточая режим для Виктора.

«По тайскому законодательству на свидание должно даваться не менее трех часов, нам предоставляется не больше 20 минут. Я расцениваю это просто как способ давления», — рассказывала Алла Бут, обращаясь к представителям посольства РФ за помощью[112]. По ее словам, все просьбы «российского посольства к начальству тюрьмы остаются без ответа».

«Свидания нам не увеличивают, мы не можем нормально обсудить ничего. Нам даже отменили консульские визиты. По законодательству он не осужденный, а только находится под следствием, то есть он имеет право пользоваться и компьютером, и телефоном. Ему эти возможности не предоставляются», — пояснила супруга бизнесмена. И назвала подобные действия «своевластием начальства тюрьмы». «Неделю назад я передала книги и журналы из Москвы, их до сих пор не передали Виктору», — говорила его супруга[113].

Из дневника Аллы Бут

Бангкок, тюрьма Клонг-прем; июль 2008 года

Сегодня едем в тюрьму с представителем РИА Новости.

Серьезный человек. Много лет проработавший в этом регионе.

Подаем заявки, заполняя соответствующие бланки, на визит к Виктору. Время ожидания — полчаса, возможно более. Жара.

Он предлагает мне подождать в местной столовой, кафе. Она находится тут же, на тюремной площади, рядом со зданием администрации. Раньше я туда не заходила.

Заходим.

Большой зал. Простые пластиковые столы и стулья. По периметру — прилавки, где можно что-то заказать, в том числе и для передачи заключенным.

Но запахи! Меня уже при входе начинает мутить.

Корреспондент заказывает какую-то традиционную еду. Эта масса бурого цвета, вызывает у меня полное отторжение.

И я понимаю, что все, ком подкатил к горлу, выбегаю на улицу, через четыре ступени, бегу к кустам… и меня выворачивает. Рвет со страшной силой.

Эти ужасные запахи тайской кухни, тухлые яйца и все угнетающие мозг кислые ароматы специй на кухне.

Возможно, такая моя реакция на запахи связана с трагедией, стрессом, но — «ароматы» местной кухни вызывают полное отвращение.

Смотрю, что сегодня дают заключенным. Тюрьма каждый день выставляет в маленьком шкафчике, при входе в зал визитов, образцы. Сегодня белый рис — миска, и бурого цвета смесь — миска. И так, каждый день.

Виктор говорит, что от непривычки такой едой можно сразу полностью «сжечь» желудок и кишечник.

Мы покупаем ему еду в тюремном магазине.

Это, конечно, бизнес. Но человечный.

В магазине можно купить нижнее белье, мыло, пасту, щетку, тюремную форму, майки нужного цвета, консервы и, самое важное, свежие фрукты.

Берем рыбные консервы, лапшу, фрукты.

Все это тут же, в магазине, офицеры охраны упаковывают в пластиковые пакеты, потом их герметически запаивают горячим прессом. Позже, после разговора с Виктором через три решетки, мы передаем этот пакет в специальное окно для передач. Видим, как пакет проходит через сканер, как, на другой стороне, его принимает офицер охраны и передает Виктору…

Сегодня на встрече Виктор был в майке синего цвета. В тюрьме такой порядок: каждый день майка должна быть определенного цвета. Синяя, желтая, розовая, белая или голубая. Сотрудники тюрьмы одеты в поло этих же цветов, или в китель защитного цвета.

Виктор, забрав пакет с едой, машет нам рукой и уходит.

До завтра.

Бангкок, отель «Марвей Гарден»; ноябрь 2008 года

Прилетела команда с НТВ. Журналист и оператор.

Разместились в той же гостинице, что и мы с мамой Виктора. Недалеко от тюрьмы, 10 минут.

Поговорили вечером.

Завтра утром приедет наш адвокат, Лак. И, мы поедем вместе.

Утро.

Лак подъехал на своей старенькой машине, пикап.

В тюрьму, как правило, он ездит без жены.

Витина мама села впереди, мы разместились сзади.

Лак ведет машину в своей любимой манере, босиком. Шлепанцы сброшены рядом.

Под прогнившим и частично провалившимся полом машины виден асфальт. Кондиционера нет.

Но ехать нам совсем немного.

Смотрю на журналистов, лица вытянуты… Видимо, не ожидали такого от адвоката «оружейного барона».

Опасаются, видимо, доедем ли.

Мама одета обычно для меня, и, как было принято в Таджикистане. Простое темное платье, жилет. На голове платок.

Интересно наблюдать за людьми, когда они, по-видимому, ждали совсем иного. Мерседесов, охраны, дорогих туалетов и еще что-то подобного. Заполнили бланки на визит. Ребята отметились в бланке, как друзья. По правилам тюрьмы, заключенному дается право выбора, соглашаться на визит и выйти в сектор для визитов, или нет. Как правило, ожидать приходится минут тридцать. В зависимости от наплыва визитеров.

Переговорили с Витей.

Договорились о встрече на завтра, во второй половине дня.

Журналистам все интересно. Наблюдают, как я покупаю продукты Вите, и ходят со мной вместе по тюремному магазину. Ежедневный набор продуктов — фрукты, рыбные консервы, печенье, иногда сигареты (для обмена — сигареты в тюрьме, вместо денег, такая своеобразная внутренняя валюта. Сам Виктор никогда не курил). Показала им местную столовую, где тоже можно что-то заказать для заключенных. Оплачиваешь, пишешь кому — и ему передают. Предложила журналистам что-то заказать себе из местной кухни, и попробовать.

Особо не стали рисковать. Выпили растворимый кофе.

С утра планируем записать мамино интервью.

Потом, интервью с Лаком.

Таким же способом Лак довез нас до гостиницы.

Ребята немного, а может, и много, под впечатлением.

Вечером в холле решили посидеть, поговорить.

Утро.

Интервью задерживается.

Иду к номерам корреспондентов. Долго стучу.

Одного разбудила. Сказывается, конечно, разница во времени.

Потом с трудом вдвоем с корром будим оператора.

Он не может работать. Полчаса на душ, чтобы немного пришел в себя. Они сами разбираются.

Ждем с Р. К. (Раиса Кузьминична) их у нее в номере.

Но, судя по всему, оператор немного вчера перебрал. Под впечатлением, как я полагаю.

Мама Виктора относится к ним, как к детям. Заботливо. Понимающе. Как я люблю ее юмор, добрый. Подшучивает немного.

Уложили оператора на кровать. Отдыхать.

Интервью писал Журналист, сам и снимал.

Вот я понимаю, команда, друзья.

Что же в этот момент предпринимало посольство России в Таиланде для вызволения гражданина РФ? Не вмешиваясь, в отличие от американцев, в дела тайской Фемиды, наши дипломаты всеми возможными в сложившейся ситуации способами помогали Виктору и его семье. Консульские и адвокатские свидания, не ограниченные по времени, как обычные (которые длились не более 20 минут), были регулярными, и на них, с разрешения тюремных властей, в связи с официальным обращением к начальнику тюрьмы со стороны посольства России, приходили не только адвокаты и дипломаты из посольств, но и Алла, и кто-то из друзей.

Сам предприниматель впоследствии положительно оценивал работу по защите его прав и интересов: «Что касается МИД РФ, то я очень благодарен за всю ту поддержку, которая оказывалась все два с половиной года. Консул ходил на все слушания, писались все документы и пожелания, все передавалось в таиландские органы. Россия себя вела очень корректно, никакого давления на суды от нас не было — в отличие от американской стороны, которая слала в суд письма. Накануне вынесения решения конгресс открыто угрожал правительству Таиланда».

Новые обвинения

Видя, что процесс экстрадиции буксует и россиянина могут выпустить на свободу, в начале февраля 2010 года в довесок к уже имеющемуся «букету» обвинений США предъявили Буту новые претензии. Они касались двух коммерческих самолетов, находившихся в Америке. Их Виктор на пару со своим деловым партнером Ричардом Чичакли в 2004 году якобы хотел купить у американской компании в обход санкций, введенных Управлением по контролю за иностранными активами (OFAC) Министерства финансов США. В частности, Бут и Чичакли обвинялись в нарушении санкционного режима Совета Безопасности ООН и Специального акта США о международных чрезвычайных экономических полномочиях от 1995 года (International Emergency Economic Powers Act; IEEPA), а также попытке поставить либерийскому диктатору Чарльзу Тейлору два самолета Boeing через базирующуюся в Таджикистане фирму Samar Airlines, занимавшуюся пассажирскими и грузоперевозками. В счет сделки, заблокированной в итоге американским Минфином, по утверждению прокуратуры США, было перечислено 1,7 миллиона долларов. Приписанные Буту новые правонарушения подпадали под уголовные статьи американского закона «мошенничество с использованием Интернета», «мошенничество с использованием телеграфных переводов денег» и «отмывка денег».

«Поняв, что дело по экстрадиции В. Бута, скорее всего, будет проиграно в апелляционном суде Таиланда, прокуратурой Южного округа Нью-Йорка было выдвинуто новое абсурдное и бездоказательное обвинение против моего мужа и его друга, гражданина США Ричарда Аммара Чичакли», — прокомментировала новые обвинения Алла Бут[114].

К слову о самом Чичакли. После ареста Бута он успел уехать из Америки в Россию, где заявил, что располагает документами, подтверждающими непричастность его и российского предпринимателя к делу о продаже самолетов. «У меня есть более сотни документов, которые подтверждают мою непричастность к делу. Я никогда не работал ни с Бутом, ни без него в Таджикистане, и у меня никогда не было никаких экономических интересов в этой стране. У меня не было никакого интереса в замороженных счетах компании Samar Airlines, и я не руководил компаниями, которые якобы платили деньги за приобретение самолетов, — отметил американец. — Я лишь брокер по продаже самолетов, и мои функции были ограничены только поиском самолета для продажи или людей, которые могут помочь найти то, что требуется авиакомпании. Я лишь познакомил представителей компании Samar Airlines с моим другом брокером из Калифорнии, это входило в мои обязанности»[115].

Со слов Чичакли, Виктор Бут стал жертвой «мифа, сфабрикованного враждебно настроенными официальными лицами, разведывательными службами и журналистами»[116]. Более того, он прямо заявил, что представители американских властей вымогали у него показания на Бута. «Американское правительство предложило сделку: ему сохранят жизнь и гарантируют участие в программе защиты свидетелей в обмен на признание, что Бут торговал оружием. Чичакли отказался от сделки и предложил выступить в качестве свидетеля без всяких гарантий иммунитета. Власти не пошли на это, так как понимали, что он скажет совсем не то, что от него хотели услышать», — пишет в своей книге «Мастера теней» журналист-расследователь Даниэль Эстулин[117].

После таких слов перспектива остаться на свободе у 56-летнего Чичакли свелась к нулю. Выехав из России, он был арестован в Австралии 9 января 2013 года по запросу американской стороны и уже в конце мая экстрадирован в США. Здесь несдержанному на критические высказывания в адрес американских властей партнеру Бута были предъявлены обвинения по девяти пунктам, включая нарушение санкционного режима, отмывание денег и мошенничество[118]. В суде Южного округа Нью-Йорка — том же, где позже проходил процесс по делу Бута — Чичакли защищал себя самостоятельно. Он неоднократно предоставлял документы, якобы изобличающие американские правоохранительные органы и свидетельствующие о фальсификации фактов[119].

При этом «справедливая американская Фемида» отказалась выслушать большую часть свидетелей с его стороны (среди них были заявлены агенты ФБР, сотрудники Минюста США и другие чиновники). По факту в вызове в суд в качестве свидетелей со стороны защиты было отказано практически всем, кто мог рассказать в том числе и о деятельности Бута и его бизнесе. Неудивительно, поскольку этот вопрос для властей США был закрыт, а сам россиянин во время процесса на Чичакли находился уже в «местах, не столь отдаленных». В итоге в январе 2014 года после четырех недель судебного процесса Чичакли был приговорен к 5 годам тюрьмы. То была прямая месть за прозвучавшую с его стороны критику спецслужб США, отказа сотрудничать с ними и давать показания против Бута.

Даже последовавшее в 2015 году официальное снятие санкций ООН с него и В. Бута никак не отразилось на полученном Чичакли сроке, а поданные им иски к американским властям с требованиями возвращения изъятой у него личной собственности и выплате ему компенсации были отклонены[120].

Зачем Бута пытались втянуть в тайскую политику?

В начале 2010 года с подачи США была предпринята попытка использовать имя Виктора Бута во внутриполитической борьбе в Таиланде. Таким образом американцы, обеспокоенные «подвисшим» вопросом с экстрадицией россиянина, попытались окончательно дискредитировать его в глазах властей азиатской страны, сделать его фигуру токсичной для тайцев и тем самым содействовать его скорейшей выдачи Вашингтону.

Вскоре подвернулся идеальный для этой провокации повод — в декабре 2009 года в Таиланде был задержан транспортный самолет Ил-76 грузинской авиакомпании Air West Georgia. Он следовал из столицы КНДР Пхеньяна в Шри-Ланку, но сделал промежуточную посадку в бангкокском аэропорту Донмыанг для дозаправки. При досмотре приземлившегося транспортника на его борту было найдено почти 40 тонн оружия и боеприпасов, хотя груз был заявлен как оборудование для бурения скважин. Тут же через газету The Times («Времена») был вброшен фейк о том, что этот самолет якобы связан с Бутом, другими «торговцами оружия» и отрешенным от власти в 2006 году премьер-министром Таиланда Таксином Чиннаватом. Эта сенсационная новость в западных СМИ была немедленно подхвачена тайской прессой.

Для того чтобы понять замысел этой информационной операции, необходимо пояснить подоплеку истории вокруг Чиннавата. Беглого тайского политика, покинувшего страну после начатого против него коррупционного расследования, действующие власти обвиняли в терроризме и незаконной поддержке оппозиции «краснорубашечников» (оппозиционеры весной 2010 года устроили кровавые столкновения с правительственными войсками). Запрос на арест и экстрадицию бывшего тайского премьера был направлен Бангкоком во все страны, с которыми Таиланд имеет дипломатические отношения. Вероятно, по задумке тех, кто вбросил эту историю в прессу, постановка в один ряд Бута, тайского оппозиционера и доверху набитого оружием грузинского самолета должна была произвести должное впечатление на местные власти, чтобы склонить суд Таиланда к скорейшей выдаче «оружейного барона» в США.

— Депутат парламента приходил ко мне в тюрьму, спрашивал, не имеет ли Таксин отношения к тому самолету с оружием, что был тут задержан в Банкгоке в 2009 году. Это была прямая попытка втянуть меня в то, чтобы я дал показания на Таксина, — вспоминал впоследствии Бут[121]. По его словам, близкий к главе правительства Таиланда депутат Сиричок Сопха активно интересовался, как можно поймать Чиннавата. Он утверждал, что Бут «как агент КГБ должен знать, как это сделать», а заодно пытался выяснить, «сколько в Бангкоке сотрудников КГБ и чем они здесь занимаются».

Таец, очевидно, честно отработал инструктаж своих американских кураторов и по их совету даже оставил номер своего телефона «для связи на всякий случай». На что рассчитывали авторы этой явной провокации? Может, на то, что Виктор неосторожно скажет что-то по поводу местной политики и это можно будет использовать против него? Если расчет был на это, то совершенно напрасно — никакой пользы данный разговор им не принес. А сам Бут категорически отказался, по его словам, «фантазировать» на тему Чиннавата и опроверг какую-либо связь с задержанным лайнером и мифическим КГБ (которого к 2010 году не существовало в природе уже почти 20 лет).

«Я заявляю, что появившиеся вчера и сегодня в прессе обвинения в том, что арестованный в Бангкоке самолет грузовой авиакомпании Air West Georgia якобы принадлежал одной из моих компаний, являются вымыслом и совершенно бездоказательны. Никакого отношения к упомянутому самолету я не имел. Обвинения без предоставления документов — это попытка создания негативного имиджа в общественном сознании. Их цель — повлиять на решение апелляционного суда Таиланда по делу о моей экстрадиции в США», — рассказал Бут корреспонденту РИА Новости[122].

Примечательно, что казахско-белорусский экипаж задержанного в Таиланде самолета Ил-76 спустя короткое время после шумихи в тайской прессе без каких-либо обвинений был отпущен из-под стражи. А премьер-министр Таиланда Апхисит Ветчачива в итоге был вынужден признать: «Я не вижу никакой связи между Бутом и самолетом, задержанным в аэропорту Донмыанг с нелегальным грузом оружия на борту, несмотря на попытки связать их вместе». К тому же, видимо понявший, как сильно США подставили его страну, Вечачива попытался дистанцироваться от становящегося все более токсичным дела россиянина. «В деле Виктора Бута Таиланд — третья сторона. Надо, чтобы США и Россия сами решили этот вопрос между собой», — заявил премьер таиландской газете Thai Rath[123].

Попытка вовлечь российского бизнесмена в тайские внутриполитические разборки в итоге вышла боком самим ее инициаторам. Это произошло после того, как подробностями усилий по получению от Бута сфабрикованных показаний на Таксина Чиннавата заинтересовались депутаты тайского парламента от оппозиции. Законодатели даже навестили россиянина в тюрьме для подробного выяснения всех деталей состоявшегося у него разговора с представлявшим правящую партию Сиричоком Сопхой. В итоге разгорелся громкий скандал, а правительство страны попало под огонь жесткой критики со стороны всех оппозиционных политсил страны — от сторонников Чиннавата из «краснорубашечной» публики до его противников из стана «патриотов-желторубашечников». Первые обвиняли действующий кабинет в попытке использования иностранца для фабрикации обвинений в отношении Чиннавата, а вторые распекали правительство «за неподобающее поведение в отношении правовой системы Таиланда» и за «сенсационалистское раздувание скандала, наносящего вред отношениям с Россией»[124].

Из дневника Аллы Бут

Бангкок, отель «Марвей Гарден»; март 2010 года

Сегодня вечером встреча с адвокатом, Лаком.

Лак всегда приходит на все встречи с женой, также она всегда сопровождает его в суде.

Мы договорились встретиться в холле гостиницы.

В семь вечера.

Лак живет совсем рядом с гостиницей, на соседней улице.

Спускаюсь в холл. Лак с женой уже ждут меня.

Лак сидит в кресле у столика. Одна босая нога поджата под себя, он ее придерживает рукой, второй свободно раскачивает. Шлепанцы под креслом. Одет по-домашнему, простая свободная рубашка, в китайском стиле, на выпуск, свободные брюки. Жена Лака, «тетушка», как мы ее называем между собой, потому, что ее имя для произношения сложное, и потому, что по внешнему виду и вниманию к нам она реально напоминает тетушку, всегда элегантна.

Она всегда одета и прибрана с большим вкусом, очень тщательно и аккуратно.

Вещи, видно, что старые, но бережно сохраненные и любимые, свидетельствующие о былом достатке, ей к лицу. Она напоминает мне по манере держаться и говорить аристократию, интеллигенцию Санкт-Петербурга. Мы с ней на одной волне. Возможно, это нас и роднит. Ведь интеллигентность и такт в отношениях не признают границ.

Понимаю, что мне предстоит сложная и длительная беседа. Лак любит рассуждать о политике до того, как перейдет к конкретному вопросу по делу.

Заказали зеленый чай. У нас чаепитие и беседа.

Лак долго рассуждает о политике, о России, коммунизме, Сталине, и о настоящем.

Он мечтает вместе с женой приехать в Москву, посмотреть город, и конечно, приехать к нам, в Санкт-Петербург.

Потом он рассказывает о своем отношении к США. Он уважает эту страну тоже. Когда-то он там учился на адвоката или стажировался. Жена работала в одном из госпиталей США медсестрой.

Слушаю эти рассуждения.

В результате, Лак заявляет, что как бы он хорошо не относился к США, он никогда не позволит представителям этой страны вмешиваться во внутренние дела его собственной, горячо любимой страны. Диктовать свои условия, правила поведения, «продавливать» решения суда, навязывать свое мнение.

— Мы — независимое государство, нам никто со стороны, не указ… Я буду бороться за справедливость и независимость от чужого мнения, чужого права. Я уважаю наш закон, всю жизнь служу ему.

В конце беседы мы обсуждаем насущные детали дела, подачу необходимых ходатайств.

По этапу Таиланд — США

К августу 2010-го прошло уже больше года с момента первого отказа таиландского суда в экстрадиции Бута в США. За это время было подано 27 запросов на временное освобождение россиянина под залог, в которых посольство РФ в Таиланде готово было поручиться за соотечественника и дать соответствующую гарантию. Несмотря на это, раз за разом такие ходатайства отклонялись со ссылкой на то, что Виктор — иностранец и может сбежать из страны.

Пока рассматривалось сильно затянувшееся дело, адвокаты Бута неоднократно запрашивали у таиландской прокуратуры документы первоначального расследования, которое проводилось местной полицией по инициативе посольства США в Бангкоке еще до приезда туда российского бизнесмена. Защита рассчитывала с помощью этих материалов доказать, что американская сторона и несколько таиландских чиновников ввели суд в заблуждение, чтобы заранее получить ордер на арест Бута. Вполне прогнозируемо, что находившаяся под плотной опекой американцев прокуратура отказалась предоставить требуемые документы. Заявленная причина — государственная тайна, а также вероятное негативное влияние от разглашения таких документов на отношения между Таиландом, США и Россией. Хотя суд не принял этих возражений, прокуратура так и не предоставила тайскому судье запрошенных материалов.

Время между тем неумолимо работало против Бута. «Мои обращения к министру юстиции Таиланда с жалобами на действия прокуратуры остались без ответа, как и многократные попытки адвокатов и консульского отдела посольства России выяснить хотя бы приблизительную дату вынесения решения Апелляционным судом. Этого решения я жду в тюрьме уже почти год», — заявил Бут по случаю годовщины вынесения судом решения отказать в выдаче россиянина в США[125]. 20 августа 2010 года ленты информационных агент распространили срочную новость — Апелляционный суд Таиланда счел достаточными представленные американской стороной доказательства и в рамках таиландско-американского договора об экстрадиции постановил выдать Виктора Бута в США!

Согласно тайскому законодательству и двусторонним договоренностям между Вашингтоном и Бангкоком, передача иностранного гражданина американской стороне должна состояться в течение трех месяцев после объявления приговора. Само решение было окончательным — обжалованию и пересмотру оно не подлежало.

Из дневника Аллы Бут

Бангкок; лето 2010 года

Апелляция американской стороны одобрена Апелляционным судом Таиланда.

Мы не можем более подавать апелляцию, так как это суд последней инстанции в делах об экстрадиции, и его решение является окончательным.

Как можно развернуть решение суда первой инстанции своей же страны на сто восемьдесят градусов? Или нашлись другие законы, скрытые? Мне понятно. Нашлись. И дело вовсе не в законе и праве, как таковых. Дело в связях, влиянии и огромном политическом и материальном ресурсе апеллирующих. То есть — США. Точнее, заинтересованных в этом деле лиц в США.

Можно все, если внешнюю картинку независимости протыкает насквозь большая политика. Право «переписали». Аргументы постановления Апелляционного суда настолько слабы, что не поддаются никакому анализу и критике с точки зрения права. Но нас уже лишили возможности действия и права голоса.

Виктора отдают американцам.

Я написала обращение к Его Величеству, Королю Таиланда. Оно не дошло даже до Бюро королевского двора, которое от имени монарха принимает такие документы. Не дошло по многим причинам.

Виктора из тюрьмы Клонг-прем перевезли в блок смертников тюрьмы Бангкванг. Построенная в 1933 году на новом месте за городом, тюрьма является чуть более новой версией старой бангкокской тюрьмы, находившейся в центре города, которую когда-то называли «Бангкок Хилтон», и которую многие знают по одноименному фильму с Николь Кидман в главной роли.

Но об этом я узнала случайно.

Пришла на визит к мужу в тюрьму Клонг-прем на следующий день после оглашения постановления Апелляционного суда, а там все офицеры и персонал смотрят в пол, не смотрят мне в лицо.

Говорят, что ничего не знают. Виктора в Клонг-преме нет.

Потом был звонок в Посольство РФ. Кто-то, говорящий по-русски, сообщил, что ночью в их тюрьму, Бангкванг, привезли нового заключенного. Для него отвели целый этаж. Всех других заключенных перевели этажом ниже, или раскидали по другим блокам.

Но новый заключенный успел крикнуть, что он — Виктор Бут. И попросил сообщить в Посольство России. Виктор говорил на английском. Конечно, тогда он не знал, что в этой тюрьме есть и русские.

Так мы узнали, где находится теперь Виктор.

Не представляю, на что Виктор надеялся, когда выкрикивал свое имя. Надеялся на людей, наверно. И не ошибся.

Я еду в тюрьму Бангкванг.

Посольство РФ уже направило туда запрос с просьбой о выделении мне дополнительных дней для визита. Тюрьма для общих посещений открыта только по выходным дням.

Меня страшит само название этой тюрьмы.

За это время я уже написала обращение в Парламент Таиланда. Слушания по делу Виктора Бута были громкими.

Меня стали узнавать таксисты. Сажусь в машину с сумками еды, называю адрес — тюрьма Бангкванг.

Таксист смотрит на меня в зеркало, а потом поднимает большой палец руки вверх и говорит — Виктор Бут!

Некоторые и денег брать не хотят. Но я оставляю, так положено. Это уважение. Мне очень помогает эта поддержка простых людей.

Визит в тюрьму Бангкванг.

Тюрьма хоть и новее других, но все равно старая. Находится за городом, в соседней с Бангкоком провинции Нонтхабури, на берегу реки Чаопрайя.

Первое — это получение особого пропуска у офицеров охраны в офисе. Заполняю необходимые документы и бланк.

Сюда разрешили приносить еду, приготовленную дома. Все в пластиковых одноразовых контейнерах или пакетах.

Через центральные ворота только привозят или вывозят заключенных. Поэтому вход на территорию сбоку. Тоже ворота. Камни тюрьмы — старые, огромные блоки, темные от времени.

На стене, в арке, висит большая черная доска. На ней написано, сколько всего заключенных на сегодняшний день, сколько из них смертников. Сколько смертных приговоров приведено в исполнение. И сколько планируется. Информация на этой доске пишется мелом и меняется каждый день. Мне жутко.

Второй досмотр вещей. Все, что я принесла из дома, пропускают через сканер. Но этого, кажется, мало.

Люди, конечно, везде люди. Даже те, что работают в тюрьмах. Особенно женщины. Верх над правилами берет простое любопытство. Они открывают контейнеры и нюхают все, что я принесла из еды. Что это, спрашивают. Приходится полчаса объяснять. Почти «репортаж» о русской кухне.

Борщ — суп. Он из свеклы. Суп из свеклы?!

Селедка. Тут, более-менее понятно. Соленая рыба по-русски. Оливье — салат с картошкой. Задают вопросы, явно не имеющие отношение к досмотру.

И людей для моей проверки намного больше, чем положено. Я знаю, сколько должно быть. Обычно двое. А на меня — шесть человек. Всем все любопытно.

Пропускают. Почему-то им весело. Есть теперь тема на весь день для обсуждения.

С двух сторон одноэтажные зарешеченные галереи.

Видимо, для свиданий.

Плиты вдоль галерей протерты множеством ног визитеров. Центральный проход, ведущий к еще одним воротам, вымощен булыжником.

Весь комплекс, до вторых ворот, напоминает мне чем-то фашистские концлагеря, какими я видела их на старых документальных фотографиях.

Над вторыми воротами надпись. В голову лезет — «Оставь надежду, всяк сюда входящий». Это действительно, должно быть, ворота в ад. Ведь только в этой тюрьме до сих пор приводят в исполнение смертные приговоры.

Подхожу ближе. Сквозь щель в воротах виден совсем другой мир. На контрасте.

Ровно подстриженные, ухоженные зеленые газоны, цветы. Мирно разгуливают драные, но упитанные местные коты и холеные полноватые офицеры внутренней охраны в отутюженных мундирах.

Да, смерть приходит в этом месте. Внешне, хоть и немного, напоминающем рай.

Вход в блок для свиданий с адвокатами и представителями Посольства расположен справа от ворот. Мне туда.

Это особое помещение. Со своим, дополнительным к общему, сканером. И кондиционером.

Опять та же процедура досмотра. На этот раз все мои пакеты забирают.

Сюда должны привести Виктора.

Жду полчаса. Виктора приводят в сопровождении двух сотрудников тайского спецназа. Форма черного цвета. Они в бронежилетах и касках. С оружием.

Меня уже ничто не удивляет. Последнее время и Виктора привозили в суд в коротком бронежилете и каске. Якобы в целях его собственной безопасности.

По версии тайской полиции, с подачи американцев, Виктору, как «носителю сверхважной информации», угрожает русский снайпер. Нам с ним было смешно от таких нелепых утверждений.

Виктор в красной тюремной одежде. Свободной рубашке и шортах. Очень жарко. Под 40 градусов Цельсия.

Без цепей на ногах, как было, когда его привозили на суд. Это радует.

Разговариваем через стекло, сидя лицом к лицу. Слышно плохо. Приходится кричать. В нижней части стекла небольшие отверстия, чтобы можно было как-то слышать друг друга.

Еле сдерживаю слезы. Что обсуждать? Новый приговор — явный политический заказ. Но, все же, обсуждаем возможности. Ждем на визит адвоката Лака и заведующего консульским отделом посольства РФ. Должны подойти.

За спиной у Виктора стоят два «черных столба», но, он спокоен. Рассказывает мне, как его перевозили, как он всю ночь драил камеру, бил тараканов. Что у него в крошечной камере установлено, как говорят, «по живому», три видеокамеры, одна даже над унитазом. Что ему выдали циновку для сна. Ни стола, ни стула. Что писать и есть можно только на полу. И о многих других «прелестях» нового места.

В дверной проем, за Витиной спиной, видно, как ведут по коридору других заключенных. Слышен звон цепей. Все в ножных кандалах. У многих щиколотки стерты в кровь, в язвах, у кого-то обмотаны тряпками под железо, у кого-то настолько истончены, что похожи на тонкие детские ножки. Звон цепей. Теперь он навсегда останется со мной. Этот звон. Один из заключенных махнул, как бы невзначай, рукой. И я поняла, кто это. Спасибо ему.

Виктор говорит, что кандалы с многих не снимают.

Говорим о маме, о Лизе. О том, что надежда не должна нас покинуть.

Страшно, больно, но нужно действовать.

Я понимаю, что только я могу, хоть «воем-плачем», обращениями, предложениями подвигнуть, побудить к каким-то действиям практически равнодушных к нашему «делу» чиновников из правительства России.

Лак самый большой оптимист. Адвокат от Бога.

Борец. Мы остаемся с ним и его женой, и небольшой группой российских журналистов, практически, одни.

Минюст США и Белый дом стремительно выразили свое удовлетворение продавленным из Вашингтона «правильным решением» судебных властей Таиланда — проделанная публично, а по большей части конфиденциально и вдали от чужих глаз «воспитательная работа» с местными чиновниками наконец-то дала свои результаты.

В России, разумеется, реакция была диаметрально противоположной. Так, министр иностранных дел РФ Сергей Лавров назвал неправовым и политическим решение Бангкока. Глава российского МИД подтвердил, что Москва намерена добиваться возвращения Бута на родину. Слова Лаврова были подкреплены демаршем — на Смоленскую площадь вызвали посла Таиланда в Москве Чалермпола Танчита. Тайскому дипломату было сделано представление, в котором «заявлено о крайнем разочаровании и недоумении по поводу политически мотивированного вердикта таиландского апелляционного суда, который противоречит ранее принятому в августе 2009 года решению уголовного суда этой страны, отказавшего в экстрадиции Бута в США в связи с недостаточностью представленных американской стороной доказательств виновности российского гражданина»[126]. С этого момента дипломатический этикет, который диктовал необходимость подчеркнутого уважения к партнерам и четкое следование принципу невмешательства в судебный процесс, отошел на второй план. Теперь в МИД России констатировали, что дело Бута окончательно «переведено из правовой плоскости в сугубо политическую».

Удивительно, но сразу после принятого Бангкоком решения выдать россиянина в США несколько национальных телеканалов Таиланда одновременно и скоординировано начали поливать грязью Бута и что называется «промывать мозги» местному населению на счет него. Совпадение? Конечно же нет. В поставленных в эфир как по команде «новостных» сюжетах употреблялись одни и те же штампы: «бывший сотрудник КГБ», «нелегальный торговец оружием всемирного масштаба», «поставлявший вооружения движению “Талибан” и террористам во всех регионах мира». Как отмечал в этой связи собственный корреспондент РИА Новости в Бангкоке Евгений Беленький, который, по его словам, впервые за 20 лет работы в этой стране столкнулся с подобной информатакой, ни в одном сюжете не разъяснялось, что виновность российского бизнесмена не доказана, что ему предстоит отстаивать свою правоту на суде в США, и что таиландский суд решал только один вопрос в его отношении: передавать его властям США или нет. И конечно, ни в одном сюжете не говорилось и о том, что приговор, вынесенный 24 мая, три месяца «пролежал на полке», пока таиландские чиновники лицемерно уверяли своих российских коллег в том, что Апелляционный суд проявит в деле россиянина независимость и справедливость.

Что могла противопоставить семья Виктора тому, что профессионалы в области PR называют профессиональной кампанией по подрыву репутации (character assassination campaign) Виктора Бута? Защищаться приходилось обыкновенной правдой, доводя ее до общественности в ходе организуемых буквально на коленке пресс-конференциях в Москве и Бангкоке. От имени Виктора на них по большей части выступала его супруга Алла, которая изо всех сил пыталась достучаться до международного общественного мнения и объяснить реальные причины охоты США за Бутом. «Многие СМИ распространяют о нем информацию как о крупнейшем нелегальном торговце оружием в мире, не задумываясь над тем, что никаких доказательств этих утверждений не существует в природе. Все эти утверждения базируются на книге двух ангажированных журналистов [Д. Фара и С. Браун. — А. Г.], которые постоянно ссылаются на источники в разведсообществе США, остающиеся анонимными из-за секретного характера их работы», — озвучила жена Виктора его заявление в конце августа 2010 года[127].

Супруга бизнесмена даже после принятия решения о выдаче россиянина в США не опустила руки и в буквальном смысле билась за мужа. Она добилась встречи в парламенте Таиланда, направила в канцелярию премьер-министра этой страны открытое письмо на имя главы кабинета министров с просьбой беспристрастно рассмотреть дело ее мужа, а также разослала в ведущие газеты Таиланда и представительства мировых информационных агентств в Бангкоке опровергающие созданные американцами «мифы о Буте — оружейном бароне» справки. «Свой дизайнерский бизнес Алла полностью забросила, чтобы быть здесь со мной. Она в течение всего срока моего пребывания в тайских тюрьмах навещает меня каждый день, приносит еду и книги. Ей приходится арендовать квартиру-студию, практически — маленькую комнату с санузлом, недалеко от тюрьмы. На это, и на ее и мое питание, на ее авиабилеты и визы нужны деньги. А доходов ни у Аллы, ни у меня сейчас нет никаких. Нам помогает деньгами только мой брат Сергей, но и для него это немалая нагрузка», — рассказывал Виктор о финансовой стороне злоключений его семьи[128].

Из дневника Аллы Бут

Бангкок; сентябрь 2009 года

Переехала сегодня из гостиницы «Марвей Гарден».

Шестьдесят семь долларов в сутки. Кажется, немного. Но для меня и это стало неподъемно. Учитывая, что в гостинице я прожила около года. И сколько еще пробуду в Бангкоке, пока неизвестно.

Нашла студию, совсем рядом с тюрьмой, за 460 долларов в месяц, не включая электричество, воду и Интернет. Всего около 580 выходит. Большая экономия.

Мое новое жилье представляет собой комнату размером около 12 квадратных метров. Есть крошечный санузел с душем. Горячую воду дает электрический водонагреватель.

Все необходимое есть — холодильник, кровать, стол, два стула, маленький встроенный шкаф и тумба с телевизором. Телевизор, впрочем, мне совершенно не нужен. Но, главное — есть хороший кондиционер. Новый, не воющий унывно всю ночь, как в гостинице.

У меня есть электрическая кастрюля, в которой мы все готовим, ее мне в пользование дала переводчица. Есть почти все, что нужно. Но не все. Приходится как-то обустраиваться самим: купить постельное белье, два комплекта. На смену. На рынке Чатучак купить пару тарелок, салатницу, столовые приборы, коврик в душ. В душе я уже успела поскользнуться на мокрой плитке. Пришлось купить и занавеску для душа. Вещь, казалось бы, не первой необходимости, но в малюсеньком санузле вода из душа летит во все стороны, и без занавески там всегда мокро.

В общем, кажется, что мелочи, но вышло под 200 долларов. Что, конечно, в наш бюджет не вписывается.

В Москву Алла действительно летала регулярно. «Я приезжаю в Москву на неделю каждые три-четыре месяца, чтобы продлить таиландскую визу и увидеть мою шестнадцатилетнюю дочь, которая уже больше двух лет живет в России одна, потому что ей надо учиться в школе, и постоянно находиться со мной в Таиланде она не может», — рассказывала супруга россиянина журналистам.

Для находившейся на тот момент в подростковом возрасте юной Елизаветы происходившие с ее отцом перипетии стали настоящим психологическим испытанием. Если не психологической травмой.

Из дневника Аллы Бут

Бангкок; сентябрь 2009 года

Особенно тяжелая ночь сегодня. Лиза плачет.

Накануне было очередное заседание в суде.

Сегодня мы были, как обычно, у Вити. Потом местный рынок рядом с домом, где мы живем, на пустыре. Все, что нужно: овощи, фрукты, зелень тут есть. И намного дешевле, чем в супермаркете. Рынок не каждый день, поэтому закупились сразу на пару дней вперед. Нас уже знают. Цену пишут на бумажке.

Поужинали. Овощи тушеные в нашей «чудо-кастрюле».

Мне не спится, и Лизе тоже.

Лиза начинает плакать.

Встает с кровати, она у нас одна на двоих, и начинает ходить из угла в угол. Плачет и приговаривает — я сейчас перестану, перестану.

Как будто заговаривает себя.

Я пытаюсь схватить дочь в охапку, обнять. Но она вырывается. Она ходит из одного угла комнаты в другой и рыдает.

Все мои просьбы остановиться, поговорить — игнорирует. Я не знаю, что делать. Хватаю ее и трясу: ну скажи мне хоть слово! Что происходит? Что случилось?

Говорит, продолжая рыдать, что она не чувствует себя участником событий, что она тут, в Бангкоке, теряет время. Что она просто не ощущает себя нужной.

Я теряюсь. Не знаю, не понимаю, как и во что складываются события в голове подростка. Видимо, иначе, чем у меня.

Я пытаюсь объяснить, что самое главное в моей жизни и жизни папы — это она. Она — самое наше дорогое сокровище. И что, несмотря на то, что я не беру ее на переговоры, только она одна спасает меня, одним своим присутствием здесь, в Бангкоке, от тяжелейшей депрессии. И папу тоже. Что мы сейчас, насколько это возможно, должны быть все вместе. В этом наша сила. И, что самое дорогое для нас с папой сейчас, а для меня особенно, когда я остаюсь одна вечером — это то, что она рядом. Что мы можем побродить вместе, после визита в тюрьму, по большому торговому центру. Или по городу. Стараясь переключиться на «другую жизнь», которая течет своим чередом совсем рядом… И что папа, видя ее и разговаривая с ней, счастлив.

Понимаю, что у ребенка истерика, что психика не выдерживает нагрузки.

Еле успокоила. Накапала немного успокоительных капель и уложила спать.

Что мне делать? Я не знаю. Она и так слишком много пережила за эти месяцы в свои 13 лет.

Бангкок; сентябрь 2009 года

Уром визит к Виктору.

Очередные обсуждения бумаг и документов в суд. Немного, новостей о том, что происходит в России и в мире. Что происходит дома. О маме.

Но главная тема — наша дочь.

Я сказала, что нужно Лизе уезжать домой. В Санкт-Петербург. К бабушке и дедушке. Под присмотр моего брата, Кирилла. Она больше не выдерживает.

Решили, что в ближайшую неделю Лиза вернется домой, в школу. Уже начался учебный год. Она и так, из-за всех событий, много пропустила.

Я буду одна. Буду справляться. Справлюсь.

Регулярные и длительные поездки в азиатскую страну, огромный стресс и нагрузка на нервную систему на фоне суда над арестованным мужем не могли не сказаться на здоровье супруги Виктора.

Из дневника Аллы Бут

Бангкок, отель «Марвей Гарден»; февраль 2009 года

После очередного слушания в суде, началось обострение.

Боли в спине. Мышцы спины сводит так, что не повернуться.

Сегодня утром, в ванной, у умывальника, как-то неловко повернулась и, все…

Заклинило. Боль адская. Сползла на пол. Понимаю, что не могу подняться на ноги… Любое движение причиняет адскую боль. Упала на пол. Только могу как-то стоять на четвереньках. Понимаю, что до кровати и телефона на тумбе не доползу, ползти ближе к входной двери. И мне самой не встать.

Ползу на четвереньках, вымеряя каждое движение, любой поворот телом пронзает острейшей болью…

Выползла в коридор. Дверь в номер Витиной мамы рядом, мы должны через полчаса ехать в тюрьму.

Скребусь в дверь.

Р. К. вышла сразу, уже собранная. Она, в отличии от меня, всегда готова заранее.

Ужас, конечно. Так пугать пожилого человека.

Я сказала, что встать не могу, мне нужно помочь добраться до кровати. Но, не трогать меня пока.

Доползла до кровати, с остановками. Кое-как, с воплями с моей стороны, ей удалось помочь мне лечь. Лежу только прямо, поворачиваться не могу.

Достали мобильный.

Позвонила Консулу. Посольский врач предложил мне сделать новокаиновую блокаду.

Позвонила Лаку. Они с женой живут почти рядом с гостиницей. Лак приехал, сказал, что через день отвезет меня к одному монаху, лечившему когда-то и королевскую семью, в один из монастырей в окрестностях Бангкока.

Но ведь надо продержаться день, обезболивающих нет.

Мама поехала к Виктору одна. Написала ей на бумажке, что сказать таксисту и портье, чтобы вызвали машину. Она первый раз едет в тюрьму одна. Боязно. Но, есть мобильный телефон.

Говорю: не переживай, в холле отеля скажешь — такси, плиз. Таксисту назовешь название тюрьмы.

Что делать внутри и как заполнить бланк на визит ты знаешь.

Все обошлось. Я ее дождалась. Принесла мне суп.

Больше ничего не лезет.

От боли не могу шелохнуться.

Один знакомый привез мне вечером какую-то тайскую микстуру, обезболивающую. Таблетки не помогали.

Сквозь забытье сна чувствую боль и боюсь шевелиться, сон ли это.

Утро.

Приехал Лак с женой. В четыре тридцать утра. С рассветом. Ехать нам полчаса, или сорок минут.

Нужно попасть в монастырь к рассвету.

Я, кое-как, с их помощью, смогла дойти до машины.

Практически, отнялась левая нога, спину сводит сильными мышечными спазмами. И от этого хочется кричать.

Приехали в монастырь, где-то на окраине Бангкока.

Рассвет. Никого. Но все вокруг уже вымыто, мокрый тротуар сверкает. В лужицах, как в зеркальцах на храме, отражаются лучи восходящего солнца. Храм и деревья вокруг золото-пурпурные от солнечного света нового дня. Идем вдоль построек, куда-то во внутрь… Вдоль канала. Жилые монастырские постройки, из окон свешиваются сушащиеся тоги оранжевого цвета. Запах стоячей воды.

Доктор живет за стеной, рядом. Дом открыт, на сваях… На стене старинные фотографии, он в молодости. Красавец в белом парадном кителе. В доме еще несколько человек, то ли родственники, то ли пациенты. Все с интересом смотрят на меня, полусогнувшуюся, и почти хромую.

Встречает нас женщина и очень пожилой, возраст не определить, небольшого роста сухой мужчина.

Я говорю Лаку на английском, он объясняет все на тайском.

Одежда у Доктора самая обычная, просторные брюки и рубашка. Босиком.

Он потрогал спину. Руки у врача маленькие, с длинными тонкими пальцами. Пальцы жесткие и острые, как гвозди. Пару нажимов, и я ору.

После это обследования он попросил меня поднять левую руку и, по возможности, ее расслабить.

И тут, ни о чем меня не предупредив, он своими жесткими руками в подмышке дернул за какие-то сухожилия, я не знаю за что… У меня из глаз посыпались искры, я чуть сознание не потеряла от боли. Мгновение.

Боль ушла. Я смогла выпрямиться.

Он сказал, что это было ущемление грыжи, как правило, такие ситуации в Европе только оперируются. И мне повезло.

Потом, попросил меня лечь на пол, и еще проделывал какие-то манипуляции с позвоночником, втирая сильно пахнущие мази. Но меня уже боль отпустила, я уже могла немного расслабиться и поворачиваться. По телу стало растекаться тепло.

Три дня оставалось до слушания в суде, где я должна была выступить свидетелем.

Бангкок, отель «Матвей Гарден»; февраль 2009 года

Последние три дня, к пяти утра, мы ездим к врачу в монастырь. До слушаний в суде остается мало времени, а я до сих пор плохо хожу. Лучше, но не могу спать нормально от боли.

Все эти дни врач проделывает какие-то манипуляции с моим позвоночником. Мази, массаж, но не в нашем понимании. Нажимает на точки, и мышечные спазмы уходят. Правда, потом возвращаются, но, в меньшей степени. Почти могу ходить. Запретил наклоняться, что-либо поднимать, брать в руки, тяжелее чашки с чаем и вообще, ходить, как столб.

Рассмотрела получше дом. Дом открыт, стен передних нет, какие-то боковые комнаты имеют стены. Кухня тут же, на веранде, как мы бы это назвали. Красивый, мне так показалось, мне вообще показалось, что это самый прекрасный дом, открытый, пол из досок, отшлифованных временем и уходом. В доме всегда чистота, вся утварь на местах. К рассвету дом и хозяин готовы к приходу пациентов.

На стенах фотографии ушедшего времени, фотографии молодости. Фотографии короля и королевы. Очень уважаемых персон.

После каждой процедуры пьем чай. Особенный.

Говорить сложно, так как я не знаю тайского, а хозяин-английского. Мой английский плохой, но достаточный, чтобы разговаривать на бытовые темы. Я говорю Лаку, он переводит.

Оказалось, что врачу далеко за 85, я бы никогда не дала этому поджарому человеку, с цепким живым взглядом молодого человека, этих лет. По его лицу и сложению, как он держится, возраст определить невозможно. Я думала, лет 70.

И, как-то, после очередной процедуры, когда мы сидели на циновке и пили чай, он сказал мне, что никогда не работал с подобной энергетикой.

Очень тонкой. Подобной «королевской». Я не знаю, что это значит.

Мне это было слышать слишком лестно. Я была подавлена ситуацией и предстоящими слушаниями в суде… Но я не думала, что этот человек имел в себе даже малые зачатки лести.

Мы очень долго, через Лака, выясняли, так ли это.

Правильно ли я все поняла. Поняла правильно…

Может, это энергетика художника. Не знаю.

Как-то ему удалось за очень короткое время поставить меня в прямое положение, и ногу уже я не так сильно подволакиваю. Готова к слушаниям в суде.

P. S. Но еще и после суда мы с Лаком ездили к нему в монастырь через день почти две недели.

Желая поскорее заполучить Бута и перевезти его в США, не дожидаясь при этом окончания всех судебных формальностей, Вашингтон направил в Таиланд самолет с сотрудниками американских спецслужб на борту. По ставшим впоследствии достоянием тайских СМИ сведениям, торопясь поставить точку в затянувшемся деле экстрадиции Бута, американская сторона предприняла попытку вывезти россиянина из страны по упрощенной схеме. Однако в последний момент этот процесс остановили российские дипломаты, убедившие Генеральную прокуратуру Таиланда в том, что необходимые юридические процедуры еще не завершены.

Столь бесцеремонное поведение «все уже решивших» заокеанских партнеров возмутило многих тайцев. Не стал исключением и глава МИД Таиланда Касит Пиром. «Направление американской стороной самолета за Бутом еще до окончания всех необходимых в деле юридических процедур — это неподобающий шаг со стороны США. Соединенным Штатам следовало бы проявить больше уважения к нашей правовой системе», — заявил он.

Тем не менее свою задачу Штаты успешно продавили. Несмотря на все усилия семьи Виктора, команды его адвокатов, посольства России в Таиланде 16 ноября Бута все-таки вывезли на военно-воздушную базу Донмыанг под усиленной охраной и в атмосфере повышенной секретности. Там его уже ждал специально прилетевший из США самолет Gulfstream с семью сотрудниками американского антинаркотического управления DEA на борту.

Я попросил отбывавшего в это время срок в Бангкванге россиянина Феликса Черемных, ставшего свидетелем сцены вывоза Виктора, вспомнить о том, как это было.

— Хорошо запомнился день, когда Бут покинул тюрьму. Мне удалось наблюдать происходившее издалека. Виктора вывели из карцера якобы для визита. Тут же всю тюрьму закрыли. Всех, кто находился в комнатах для визитов заперли. Мусульман, находившихся в мечете и праздновавших праздник Ураза-байрам, тоже там закрыли. Территорию полностью расчистили от заключенных. Приехал представитель американской DEA и тайский спецназ. Процедура передачи Виктора проходила минут 40. Его физическое состояние освидетельствовал доктор, затем на Бута надели бронежилет, посадили в машину и увезли, — рассказал Черемных.

Позже выяснится, что и здесь без нарушения тайского закона не обошлось — судебного приказа о передаче Виктора американцам не было, а сама процедура прошла по «кривой схеме» с протоколами передачи заключенного от тюремного начальства — полиции и от полиции — представителям США. Подгоняемые американцами, тайские власти на эти неувязки предпочли просто закрыть глаза.

Бангкок. База ВВС Таиланда Донмыанг

16 ноября 2009 года; около 11.00

Серебристый джип, на заднем сиденье которого находился Бут и подпиравшие его с обеих сторон тайские спецназовцы, проделал путь из Бангкванга до аэропорта минут за сорок. Выехал прямо на летное поле и подкатил к белому с красными полосами на борту самолету Gulfstream. Из открывшейся двери автомобиля показался высокий человек в черном защитном шлеме, бронежилете, кандалах и обыкновенных сланцах на голую ногу.

Россиянина тут же окружили несколько сотрудников спецназа полиции Таиланда в полной боевой экипировке и с автоматами в руках (чтобы обеспечить усиленную охрану VIP-арестанту, американцы навешали своим тайцам на уши откровенную лапшу о том, что, дескать, «русская мафия» может попытаться с боем отбить Бута или даже ликвидировать его).

Глаза Виктора резало от яркого тайского солнца, но ему и так все было понятно — сейчас его посадят в самолет и увезут в США! Тем не менее он сохранял спокойствие и даже в этой критической ситуации вел себя достойно. И совершенно правильно делал — процесс этапирования Бута тщательно фиксировали на видеокамеры оперативники DEA, находившиеся здесь же в форменных темно-синих куртках. Доставлять им лишнюю радость от показа своих истинных эмоций россиянин не желал…

Легко разбежавшись по полосе, Gulfstream стремительно взмыл в небо и взял курс на Нью-Йорк.

Таиландская эпопея Виктора Бута, начавшаяся в марте 2008 года, подошла к концу.

«Самолет с Виктором Бутом на борту вылетел с военно-воздушной базы Донмыанг в Бангкоке ровно через три с половиной часа после того, как кабинет министров Таиланда принял решение утвердить американский запрос о его экстрадиции, — пояснил заведующий консульским отделом посольства России в Таиланде Андрей Дворников. — Учитывая пробки на дорогах и удаленность тюрьмы Бангкванг (где содержался Бут) как от центра города, так и от базы ВВС (откуда его отправили в США), все произошло поспешно, практически стремительно. При этом ничего не сообщалось ни посольству РФ, ни адвокату Бута, ни его жене, которая находится в Таиланде»[129].

Как и следовало ожидать, настоящим потрясением стремительный вывоз Виктора в США стал для Аллы Бут. В этот день она приехала в тюрьму с пакетами еды для мужа. И здесь ей сообщили, что его уже увезли в аэропорт. Как известно, русская женщина может покинуть любимого мужчину либо ради него, либо ради общего блага, однако она никогда не бросит попавшего в беду мужа. Именно так вела себя Алла, которая несмотря на все трудности и невзгоды, как настоящая жена офицера, провела рядом с заключенным под стражу мужем в Таиланде больше двух с половиной лет.

«Все было проведено поспешно и тайно, практически по-воровски. По закону Виктора вывезти было сейчас нельзя, это продолжают говорить наши адвокаты, и я им верю. Случилось то, чего мы опасались: правительство Таиланда просто приняло политическое решение, не имеющее ничего общего с законом. Считаю, что это решение было принято под давлением США. Правительство Таиланда в этой ситуации — просто американская марионетка», — сказала журналистам Алла Бут.

В этих словах отразилась вся пережитая женщиной горечь от того, что усилия по освобождению Виктора из тайской тюрьмы оказались напрасны. Очень эмоционально Алла изложила подробности того самого дня и испытываемые ей чувства в своих дневниках.

Из дневника Аллы Бут

Бангкок; ноябрь 2009 года

Собираюсь утром на визит к Виктору. Виделись в воскресенье. Виктор попросил в этот, следующий визит, купить ему пиццу.

Последнюю неделю мне не по себе. Виктора, по правилам, должны освободить как раз через неделю, ведь прошло уже три месяца после решения Апелляционного суда о его экстрадиции. Если американская сторона не вывезла его за это время, то, автоматически, он должен быть отправлен в страну гражданства. И, насколько мне известно, уже готовится документ в уголовном суде о его освобождении.

Не нравится мне это странное затишье со стороны американцев. Ни пасквильных вбросов в прессу, включая местную, ни каких-либо других заявлений и провокаций.

Была в консульстве РФ в пятницу. Договорились во вторник пойти к Виктору вместе. Совместить мое посещение с консульским визитом.

Весь понедельник не находила себе места. Сильно пугает абсолютная тишина со стороны наших «друзей».

Вышла заранее.

Еду в такси. Зашла в торговый центр купить пиццу для Вити. У меня визиты по выходным, и один день в неделю дополнительно. Поэтому стараюсь передать побольше продуктов, с тем, чтобы хватило на пару дней, и он не сидел впроголодь. То, что дают там, практически несъедобно. Покупаю с тем расчетом, чтобы что-то можно было съесть сразу, что-то отложить. Теперь покупать еду в тюрьме возможности нет.

Выхожу, и тут первый, тревожный, звонок на телефон. Звонит кто-то из моих друзей, иностранных журналистов, говорит, что Виктора вывозят в бронетранспортере по направлению к аэропорту.

Потом второй, и третий, и четвертый…

У меня подкашиваются ноги… Бегу к стоянке такси, прошу таксиста — быстрее, пожалуйста.

По дороге звоню консулу. Он тоже не в курсе. До назначенного времени визита еще час.

Полчаса занимает дорога до тюрьмы. Будний день. Обычные бангкокские пробки.

Вылетаю из машины. Журналистов рядом с тюрьмой, практически, нет. Те немногие, кто есть, наставляют на меня камеры и фотоаппараты.

Бегу с пакетами еды к одноэтажному зданию администрации тюрьмы. Влетаю. Передо мной, развалившись в кресле, сидит дежурный офицер. Довольно ухмыляясь мне в лицо говорит: ты что, не знаешь, твоего мужа увезли в аэропорт, увезли в США.

Роняю сумки. Стою, как столб. Выдавливаю из себя — как? Внутри все разрывается от кошмара и страха.

Он, продолжая довольно ухмыляться, — говорит, решение суда. Я не спрашиваю ни о каких документах. Перестаю воспринимать действительность.

Он продолжает: можешь зайти за оставшимися вещами мужа через пару дней. Забрать их.

Выхожу из здания. К нему уже подъехал консул.

У тюрьмы уже никого из журналистов нет. Мы одни.

Садимся в машину и мчимся в аэропорт. Не в новый, открытый два года назад Суваннапум, а в Донмыанг, до 2006 года главный аэропорт страны, одновременно — и до сих пор — главную базу военно-воздушных сил Таиланда. Оттуда, с базы, Виктора вывозят на маленьком «бизнес-джете», который специально прислали за ним из Америки.

По дороге мой телефон продолжает звонить.

Позвонил Лак, говорит, что он в аэропорту, ждет нас.

Подъезжаем, дорога занимает минут 40.

Я выхожу. Ко мне подходит корреспондент местной газеты, с которой мы подружились, говорит — все.

Виктора увезли. Сочувственно дотрагивается до меня. А для меня это прикосновение, как укол ядовитой иглой. Яд настоящего кошмара начинает проникать и растекаться по всему телу. Я бы упала, если бы меня не поддержал Лак. Мы приехали слишком поздно. Опоздали. Все. Поздно.

Вижу, как на нас надвигается толпа журналистов с камерами. Чтобы избежать атаки журналистов, садимся с Лаком в машину консула.

Начинают снимать через стекло.

Я прошу побыстрее уехать из аэропорта.

Едем молча. Когда становится совсем невмоготу, прошу консула остановить машину. Прошу немного времени меня подождать. Выхожу из машины на каком-то пустыре со старой стеной.

Идти больше некуда. Отхожу от машины на два шага, поворачиваюсь лицом к стене. Закрываю лицо руками и опускаюсь на землю.

Не могу орать, кричать, плакать, выть — нет сил.

Внутри страшный холод. Пустота. Сижу и раскачиваюсь из стороны в сторону. Не знаю, сколько прошло минут, мне показалось — вечность.

Достаю сигарету и курю. Мне все равно, кто на меня смотрит, что думает. Я сижу на земле, в пыли, у тайской старой стены и курю. И чувствую, какую безнадежную пустоту, боль должен сейчас испытывать Виктор, сидя на борту спецрейса в окружении спецагентов. Я как будто стала им. Я с ним в этом самолете. Внутри, наши души вместе и нам страшно больно.

Консул и Лак ждут меня. По дороге консул предлагает завезти меня домой, но я отказываюсь. Прошу отвезти к друзьям. Все мешки с продуктами тут же, в машине. Смотрю на них, и не понимаю, зачем это?

Лак по дороге рассказывает, как вывозили Виктора. Как он пытался встать поперек дороги, перегородить путь бронетранспортеру. И машине охраны. Но что может один старик?

Меня довезли до дома друзей.

Там уже все собрались. Лак с нами.

Лак сидит на мягком диване, в малой гостиной. Мы рядом, в небольших креслах. Нас разделяет журнальный столик. Лак продолжает рассказывать о том, как происходил вывоз Виктора.

Тайский спецназ, бронированная машина. Охрана такая, как будто ждут засаду за углом. Ждут «атаку российских снайперов для уничтожения объекта». Выглядит пафосно и смешно одновременно.

После рассказа адвоката, совсем теряюсь. Неужели американцы смогли так напугать своих коллег небылицами, чтобы те предприняли такие меры. Думаю, были не только небылицы, но проплачены огромные деньги. Включена вся мощь политического влияния.

Все мы понимаем, что произошло. Что обратно дороги нет, и, надо готовиться к защите там, в США.

Выкладываю еду, что должна была передать Виктору, на стол. Для друзей.

Смотрю и не понимаю, как то, что я еще сегодня утром покупала для Вити — сейчас здесь на столе. Для меня это выглядит как поминки. […]

В моей маленькой комнате шторы плотно задернуты. Никакого солнца. Свет раздражает. День просто лежу. Я не хочу ни есть, ни пить. Нет сил с кем-либо еще говорить.

Все было напрасно. И надежда была лишь иллюзией. Для нас нет правды и правосудия, потому что у нас нет связей в правительстве, влиятельных друзей и покровителей, нет денег. Этот день и ночь расставили на свои места многие мысли.

В среду не отвечаю на звонки. В четверг, нужно ехать в тюрьму, забрать вещи Виктора. Нужно собраться с силами, взять себя в руки.

В груди, в области солнечного сплетения, неизъяснимо больно. Таблетки не помогут. Звонки на телефон. Приходится что-то отвечать.

В четверг с моим другом забираем в тюрьме чемодан Виктора, часы и коробку. Мне их передает, под расписку, все так же гнусно улыбаясь, тот самый дежурный офицер. Отвозим вещи ко мне в студию.

Этим же вечером, в четверг, на сайте WikiLeaks опубликовали переписку американского советника-посланника в Таиланде с Вашингтоном. Все мои догадки подтвердились. Проиграв дело в суде первой инстанции, американцы использовали все возможные ресурсы со своей стороны. Угрозы, клевету, политические связи, давление и деньги. Игра была не на равных.

Я очень долго не могу собрать вещи для отъезда домой. Открываю чемодан, коробку и вижу, как все аккуратно уложено. Виктор, понимая, что это его последняя ночь в тайской тюрьме, все аккуратно разложил. Оставшиеся пакетики со специями, лапшой перетянул резинками. Блокнот и карандаш.

Кроссовки. Футболки. Все разложено. Именно этот порядок вызывает у меня каждый раз спазм в горле, поток слез. Что должен был он чувствовать в этот момент, понимая, что мы больше не увидимся. Я это представляю и силы меня покидают.

По всем каналам уже показывают «доставку товара» — Виктор для них точно дорогая добыча, трофей и товар. Уже выступил по всем телевизионным каналам США главный прокурор Нью-Йорка, с накрашенными глазами, с обвинением в адрес Виктора во всех тяжких и страшных грехах. Еще до суда. Вопрос о презумпции невиновности для них, видимо, вопрос чисто риторический.

Мне надо найти силы и упаковать вещи. Нужно собираться домой и дальше. Нет времени на эмоции и слезы. Но, что делать с неизъяснимой болью в душе.

Как с ней жить. Ведь я не могу спать, есть, понимая, что для нас не будет правды. Мы попали под колеса огромной государственной машины.

Остается только летать по воздуху, ведь я стала весить пятьдесят килограммов при росте в 167 см, и меня принимают за подростка.

Во сколько обошлась США охота на Виктора Бута

Вопрос о финансовой подоплеке, организованной спецслужбами США в лице DEA операции по аресту Виктора Бута, до сих пор остается открытым и требует отдельного изучения. Понятно, что сделать это не просто, ведь речь идет о закрытой завесой секретности проблематике национальной безопасности. Вместе с тем, по оценкам писателя Даниэля Эстулина, общая стоимость подставной операции DEA обошлась в 30 миллионов долларов США[130]. Эти деньги, которые могли быть потрачены на решение социальных, медицинских, гуманитарных, расовых и других болезненных проблем в современной Америке. Вместо этого миллионы были спущены на поимку одного россиянина, единственная вина которого заключалась в отказе от сотрудничества с американцами.

Призванная бороться с наркотиками DEA, разумеется, в накладе не осталась. Несмотря на то что никаких наркотиков в этом деле и близко не было, не приходится сомневаться в том, что премии и поощрения участникам операции по поимке Бута были выписаны соответствующие. В каком размере были произведены денежные выплаты из бюджета США завербованным информаторам DEA Майку Сноу и, вероятно, Эндрью Смуляну, остается только догадываться. Расписок в их получении никто никогда не видел. И, скорее всего, не увидит. На суде в Нью-Йорке, правда, было вскользь упомянуто, что Сноу получил около 420 тысяч долларов. Зато доподлинно известно, что за услуги двух платных осведомителей DEA Карлоса и Рикардо, представившимися Буту революционерами ФАРК, им по совокупности нескольких проведенных операций были выплачены несколько миллионов долларов (только Карлосу более 7 миллионов). Неудивительно, что, согласно имеющимся в открытых источниках данным, первый до сих пор сотрудничает с американскими спецслужбами. А второй якобы заработал столько, что решил завязать с опасной работой на DEA, превратился в частного инвестора и затерялся где-то на просторах Центральной Америки.

Не приходится сомневаться, что перелеты этой четверки (Сноу, Смулян, Карлос и Рикардо) в сопровождении группы оперативников DEA практически по всему миру — Африке, Европе, Азии, организация их проживания и оперативных мероприятий, а затем вывоз Бута из Таиланда — все это влетело бюджету DEA в круглую сумму. Показательно, что конспиративные встречи спецагентов с Карлосом и Рикардо для их инструктажа по делу Бута проводились не в машинах или унылых подворотнях, а в курортных Майами, куда сотрудники DEA отправлялись в приятные командировки отнюдь не за свой счет.

С учетом произведенных выплат тайным осведомителям и других расходов в рамках операции «Безжалостный» вполне может набежать 30 миллионов долларов, о которых писал Эстулин. Впрочем, для американского Управления по борьбе с наркотиками такие расходы — мелочь. Согласно бюджету этого ведомства на 2020 финансовый год, общий объем расходов DEA закладывался в размере 2 миллиардов 976 миллионов долларов[131]. За прошедшие с момента ареста Бута 12 лет бюджет разбух почти на 1 миллиард (в 2008 году составлял только 2 миллиарда)[132].

На фоне растущего как снежный ком дефицита госдолга США — в 2020 году он составил 3,3 триллиона долларов и стал самым большим с 1945 года — американским налогоплательщикам стоит серьезно задуматься, куда, сколько и каким образом на самом деле тратятся выплаченные ими в виде налогов деньги. И истории про пойманных доблестными американскими спецслужбами «торговцев смертью» не должны никого одурачить.

Глава III

Тюремные хроники Виктора Бута

Меня водят как бешеную собаку, надевая на меня наручники, цепи на пояс и на ноги. Все это, конечно, сделано, чтобы сломать человека, чтобы он согласился на все. В Америке более 50 тысяч человек сидят в одиночных камерах — это излюбленная мера психологического давления здесь.

Из интервью Виктора Бута автору книги[133]

В Америке

Двадцать часов полета на бизнес-джете Gulfstream G650 по маршруту Бангкок — Нью-Йорк. Промежуточные посадки для дозаправки. Шесть сопровождающих сотрудников DEA в качестве конвоиров. И наконец, посадка на авиабазе Национальной гвардии США Stewart («Стюарт») неподалеку от города Ньюбург, что в 80 километрах к северу от Нью-Йорка. Так проходила экстрадиция Виктора Бута из Таиланда в Америку.

17 ноября 2010 года. На часах 22:30 минут по местному времени.

Бут в черном спортивном костюме с кандалами на руках и ногах, окруженный агентами DEA под яркие вспышки фотокамер спустился с трапа самолета и впервые в своей жизни оказался на территории Соединенных Штатов.

Позже выяснится, что во время длительного перелета на Виктора пытались оказать психологическое давление сотрудники DEA, которые запугивали россиянина и склоняли его к сотрудничеству. Предоставим слово генконсулу РФ в Нью-Йорке Андрею Юшманову, который первым рассказал об этом факте. «По словам Виктора Бута, на него было оказано некоторое давление во время перевозки. Его пытались убедить признаться в том, чего он не совершал, обещая взамен некие блага. Данные попытки Виктор Бут отверг», — заявил дипломат сразу после первой встречи с Бутом в изоляторе временного содержания[134].

Чего добивались от Бута агенты DEA?

Прежде всего, до россиянина довели дезу о том, что якобы «коварная Москва» направила киллеров и в Таиланд, и в США с целью его ликвидации. Поэтому, убеждали Виктора американцы, ему не стоит упорствовать, а «лучше пойти на сделку со следствием, признать вину в несуществующих преступлениях, подписать какие-то бумаги и остаться в Америке». Такие подробности «прессинга по-американски» приводила Алла Бут. По ее словам, Виктору дали понять, что в случае согласия на сделку «его семье помогут выехать из России и остаться в США». Типичный и хрестоматийный прием спецслужб для того, чтобы сломить волю человека и добиться его согласия на сотрудничество.

Сам бизнесмен в беседе с журналистами позже вспоминал подробности произошедшего: «Мне предлагали более мягкий приговор, меньший срок, вид на жительство и возможность перевезти семью в США, если я расскажу все, что знаю о своих связях в России и других странах. Но я ответил, что мне нечего им рассказать: я не знаю ничего о том, что их интересовало»[135].

А интересовало американцев следующее. «Виктору, например, предлагали дать обвинительные показания против Игоря Сечина, на которого, по мнению американцев, работал мой муж. Виктор честно сообщил, что на Сечина не работал и его лично не знает, отказался от предложения и получил 25 лет тюрьмы в качестве минимального срока наказания по статьям, по которым его обвиняли», — рассказывала впоследствии Алла Бут[136].

Понятно, что и Сечин был далеко не главной целью американских спецслужб. На самом деле их интересовали компрометирующие сведения на высшее российское руководство. «Якобы я должен был сообщить некий компромат на Сечина и Путина. Они были уверены, что я лично знаком, чуть ли не дружу с Сечиным и имею контакт с Путиным, принадлежу к ближнему кругу, — говорил в интервью телеканалу НТВ Виктор о поступившем ему предложении. — Я просто смеялся: вы что, не можете проверить, кто действительно входит в круг, кто нет? Я даже в начале сам не верил — неужели американские спецслужбы могут настолько непрофессионально работать»[137].

Сомневаться в том, что от Виктора американцам действительно нужны были показания, дискредитирующие Россию и ее руководство, не приходится. Например, о том, как Москва якобы нелегально торгует оружием с криминальными и террористическими группировками по всему миру и кто из окружения высших российских чиновников стоит за этими коррупционными схемами. Такую «информационную бомбу» всегда выгодно иметь про запас. С тем, чтобы в нужный момент эффектно сбросить ее на международную репутацию России.

Впрочем, как убедились американцы в очередной раз, для некоторых тезис «Родина не продается» — далеко не пустой звук. А предлагаемое сотрудничество в обмен на предательство интересов своей страны было послано Бутом по известному адресу.

— О каком сотрудничестве может идти речь с врагами? Это как предать всех и самого себя. Но как потом с этим жить? Они хотят одного — нашего полного уничтожения. Россия — это для них кость поперек горла. Я сделал свой выбор и спокоен, — вспоминал Виктор[138].

Кавалькада из шести машин, включая бронированный автозак с арестантом и пять черных внедорожников Chevrolet Suburban, примерно за час доставила Бута из авиабазы «Стюарт» в центр временного содержания на Манхэттене, который расположен в одном комплексе зданий с федеральным судом Южного округа Нью-Йорка.

Здесь около 00:30 минут по местному времени Виктор впервые в жизни предстал перед американским судом. Шира Шейндлин — федеральный судья Южного округа Нью-Йорка — поинтересовалась, понимает ли уставший, еле держащийся на ногах Бут свои права, суть предъявленного ему обвинения и честно ли он заполнил декларацию о состоянии имущества на территории США (согласно декларации, никакого имущества на американской территории у него не было).

— Да, — на все вопросы уверенно ответил россиянин. Со своей стороны, судья дежурно назначила ему меру пресечения в виде содержания под стражей в Столичный исправительный центр (Metropolitan Correctional Center; MCC) по адресу Парк-Роу, 150 — «престижном» следственном изоляторе, который соединен с находящимся неподалеку судом подземным переходом.

В этом мрачном заведении, сложенным из бетонных плит грязно-серого цвета, в разное время содержались обманувший десятки американских инвесторов на сотни миллионов долларов «волк с Уолл-стрит» Бернард Мейдофф, схваченная ФБР российская разведчица-нелегал Анна Чапман, а также выкраденный сотрудниками DEA из африканской Либерии и осужденный за наркоторговлю российский гражданин Константин Ярошенко. О нем следует рассказать отдельно, поскольку история с похищением летчика Ярошенко из Африки несколько раз перекликается с историей Бута.

Из дела Константина Ярошенко

Летчик из Ростова-на-Дону К. Ярошенко, 13.10.1968 г.р., был арестован 28 мая 2010 года в столице Либерии городе Монровии в ходе организованной DEA подставной операции, которая прошла по ставшей классической схеме с внедрением агентов в круг подозреваемых лиц и дальнейшей провокацией с целью получить согласие нарушить законы США. Впоследствии Ярошенко был обвинен в сговоре о контрабанде наркотиков из Латинской Америки в Африку для их последующей переправки в Штаты.

Экстрадиция насильно вывезенного в США гражданина РФ напоминала похищение человека, так как ни российские официальные лица, ни его родственники не были извещены об аресте. Впоследствии госдепартамент США объяснил, почему были нарушены двусторонние соглашения с Россией. По версии внешнеполитического ведомства США, факс с информацией о задержании российского гражданина был случайно направлен по неверному адресу.

По данным американской прокуратуры, россиянин якобы согласился перевезти из Латинской Америки в одну из африканских стран 4 тонны кокаина, потребовав за это 5,7 миллиона долларов. В суде Ярошенко своей вины не признал, обвинил власти США в своем похищении. На процессе выступили сами организовавшие «подставу» спецагенты DEA, которые дали показания против обвиняемых. И хотя защита обвиняемых пыталась доказать, что самого преступления на территории США совершено не было, а «подписаться» под преступными намерениями их клиентов фактически спровоцировали агенты американского правительства, судья Джедд Рэйкофф не внял таким доводам. По его словам, «не имеет значения, кто именно предложил подсудимым принять участие в сговоре, главное — обвиняемые знали, что наркотики в конечном итоге окажутся на территории США».

В беседе с автором этой книги супруга ростовчанина Виктория Ярошенко рассказывала следующее: «Очень много вещей, высказанных в ходе разговоров Константина в Киеве, утрируются и интерпретируются прокуратурой в свою пользу. Это и понятно — своя рука владыка. Все транскрипты бесед делала прокуратура, и даже находясь в зале суда, переводчики многое не смогли нам перевести, сославшись на то, что они не понимают, о чем идет речь. Сам Константин говорит о том, что смысл бесед просто перевернут, а сами разговоры были не о том, как их перевела прокуратура. На самом деле ему предложили купить самолет Ан-12, который можно было отремонтировать. И Константин откликнулся на объявление о продаже самолета. Однако продавцы сумму обсуждать не стали, а стали туманно обсуждать, как и на каких рейсах использовать этот самолет. Костя согласился поработать, так как у него не было денег. Он хотел взять кредит в банке и предложенный ему вариант — начать сразу эксплуатировать этот самолет — его устроил. Вот так его втянули в эту историю»[139].

7 сентября 2011 года отказавшийся пойти на сделку со следствием Ярошенко был осужден американским судом на 20 лет лишения свободы. 10 июня 2013 года Апелляционный суд второго округа США в Нью-Йорке отказал в рассмотрении апелляции, не согласившись с ее доводами. Любовь Михайловна Ярошенко — мать Константина — высказывала предположение, что подоплекой ареста и осуждения ее сына является попытка американских спецслужб найти свидетельства против Виктора Бута. В обмен на показания на В. Бута К. Ярошенко, по некоторым данным, предлагали гарантированное смягчение тюремного срока. От возможности оговорить соотечественника летчик отказался, заявив, что не знаком с ним.

То, что Константина Ярошенко действительно пытались уговорить дать показания на Бута — на самом деле не предположение, а реальность — российский летчик подтвердил в личной беседе с автором книги.

— Константин, действительно ли американцы пытались получить от вас показания против Виктора Бута? — поинтересовался я у Ярошенко весной 2022 года.

— Да. Мне задавались такие вопросы. Я им сказал: ребята, я этого человека не знал, никаких дел прямых или косвенных с ним не имел и не пересекался. А оболгать человека только для того, чтобы помочь себе, я не собираюсь[140].

Эта беседа состоялась после того, как 27 апреля 2022 года Ярошенко был возвращен в Россию в результате состоявшегося размена заключенными между РФ и США. В обмен на выпущенного из американской тюрьмы российского летчика в Америку отправился помилованный американец Тревор Рид. Последний ничего выдающегося из себя не представлял и, судя по материалам его уголовного дела, являлся обычным дебоширом и пьяницей. В августе 2019 года этот техасец в нетрезвом виде напал на российских стражей порядка, которых вызвали жильцы дома на Ленинградском шоссе в Москве. За это в 2020 году по решению столичного суда американец получил 9 лет тюрьмы. Но Риду, можно сказать, повезло — за свои хулиганские выходки он не отсидел за решеткой и 3 лет. В отличие от Ярошенко, который по весьма и весьма сомнительному с точки зрения непредвзятости решению американской Фемиды провел в заокеанской неволе целых 12 лет.

Но вернемся к злоключениям Виктора Бута в США.

С момента его экстрадиции в Америку и последующие 15 месяцев до вынесения приговора суда россиянин проведет в находящейся на Манхэттене тюрьме MCC в условиях настоящей психологической пытки — в полной изоляции от мира, в одиночной камере с бетонными столом, стулом и кроватью.

Работники российского консульства, редкие журналисты и адвокаты были в числе тех немногих людей, которым удалось встретиться с не терявшим, несмотря ни на что, присутствия духа Виктором.

За резонансным делом Бута продолжали пристально следить российские СМИ, в том числе одно из ведущих периодических изданий, в котором я на тот момент работал.

«Федеральный заключенный номер 91641-054, белый мужчина, 43 года» — именно с такими «реквизитами» в нью-йоркской тюрьме Metropolitan Correctional Center, расположенной в нижнем Манхэттене, теперь содержится россиянин Виктор Бут, которого властям США удалось экстрадировать из Таиланда.

«Букет обвинений», предъявленных Буту американской прокуратурой, действительно впечатляет: преступный заговор с целью убийства граждан США, преступный заговор с целью убийства должностных лиц, находящихся на государственной службе, преступный заговор в приобретении и продаже ракет противовоздушной обороны и заговор в поставках вооружения террористическим группам. За все эти «грехи», в случае если вина россиянина будет доказана, ему грозит от 25 лет тюрьмы до пожизненного заключения.

Впрочем, судебное разбирательство по делу «оружейного барона» стартовало с того, что Виктор Бут не признал себя виновным ни по одному пункту обвинений.

Тем временем российское генеральное консульство в Нью-Йорке уже оказывает различное содействие своему соотечественнику. На вопросы «Российской газеты» о том, как содержат Бута и какая именно консульская помощь ему оказывается, ответил вице-консул РФ в Нью-Йорке Александр Отчайнов.

РГ: Как часто удается консульским работникам посещать Виктора Бута, как он держится и что говорит?

Александр Отчайнов: На данный момент было два посещения. Первое — в день, когда его привезли, а второе 23 ноября, третье посещение запланировано на этой неделе. Держится он хорошо. Первое посещение было непродолжительным, так как у него был очень тяжелый день: его доставили ночью, а с утра состоялось первое судебное заседание. У него не было жалоб на обращение — никакого прессинга на него не оказывалось. Был ряд бытовых просьб: предоставить теплое одеяло и теплую одежду. Кроме того, Бут попросил разъяснить ему правила содержания в данном учреждении, и генконсульство в тот же день передало все пожелания администрации тюрьмы. На следующий день все эти просьбы были удовлетворены.

РГ: В каких условиях сейчас находится Виктор Бут?

Отчайнов: Его содержат в блоке с усиленными мерами безопасности. Наше общение с ним происходит без физического контакта — через решетку и стекло. Бута поместили в одиночную камеру.

РГ: Есть ли какие-либо препятствия с американской стороны для общения Виктора Бута и сотрудников российского консульства?

Отчайнов: В отношении Бута мы не можем сказать, что есть какие-то особые сложности. Но каждый визит и его согласование занимает довольно продолжительное время. Вообще с момента перемещения Бута в нью-йоркскую тюрьму генконсульство находится на постоянной связи с его женой и родственниками, мы стараемся выполнять их просьбы. Россиянину переведены на специальный тюремный счет деньги, которые Бут может использовать для связи со своей женой через Интернет и с помощью телефона.

РГ: Имеет ли Виктор Бут возможность следить за новостями, смотрит ли телевизор и передают ли ему газеты?

Отчайнов: Нет, все новости к нему поступают только через нас. Это одно из правил содержания, как мне пояснили в администрации тюрьмы. Мы ему передаем распечатки материалов из Интернета, а все газеты на русском языке должны проходить процедуру перлюстрации, а она занимает длительное время, так как сотрудники тюрьмы не могут их прочитать без переводчика. На это уходит несколько дней, и когда газеты попадают к Виктору Буту, информация в них в общем-то теряет свою актуальность.

РГ: Есть ли у россиянина адвокат?

Отчайнов: C момента перевода в Нью-Йорк Виктору Буту был предоставлен бесплатный адвокат (на первых заседаниях суда назначенным адвокатом выступала американка Сабрина Шрофф, впоследствии родственники Бута пожалели о том, что отказались от ее услуг. — Прим. автора). Насколько мне известно, Бут пока доволен услугами этого защитника. Также его посетили в тюрьме ряд других адвокатов, и сейчас заключенный находится с ними в стадии переговоров.

РГ: Какова будет дальнейшая линия поведения генерального консульства России в Нью-Йорке по отношению к Буту?

Отчайнов: Сразу хочу пояснить, что консульство не является стороной в уголовном деле и никоим образом в судебном разбирательстве участвовать не может. В обязанности консульства входит обеспечение соблюдения прав всех российских граждан, и мы будем защищать Виктора Бута не в плане предъявленных ему обвинений, а в плане соблюдения его законных прав. Это касается, в частности, обращения с ним. Мы и дальше будем следить за тем, чтобы россиянин имел все те права, которые положены другим заключенным, находящимся в аналогичной ситуации. Кроме того, мы будем обеспечивать связь с родственниками и следить за тем, чтобы на Бута не оказывалось какого-либо давления, которое, например, может быть выражено в ухудшении условий содержания россиянина.

Под прессом прессы

По мере того как в Нью-Йорке идет судебный процесс над Виктором Бутом, экстрадированным из Таиланда в США, его фигура в сознании американцев обрастает все новыми мифами. Образ законченного негодяя, который согласно предъявленному ему обвинению намеревался продать оружия колумбийским боевикам на 12 миллионов долларов для убийства граждан США, усиленно рисуют американские СМИ. Несмотря на то что до вынесения вердикта судом Южного округа Нью-Йорка Бут считается невиновным, это обстоятельство не мешает комментировать дело «торговца смертью» в сугубо негативном для последнего свете.

Бывший руководитель американского правительственного агентства по борьбе с наркотиками (агенты которого и собирали доказательную базу против Бута, выманив его из Москвы в Таиланд, а затем «подставив» ему фальшивых покупателей оружия) Майкл Браун прямо в телеэфире заявил, что «Виктор Бут является одним из самых опасных людей на Земле». По мнению Брауна, он «вооружил Африку в период гражданской войны, поставив не тысячи, а десятки тысяч автоматов АК-47»[141].

«БУТырка»

В день первого появления Бута в американском суде следствие специально распространило «новость»: его деловой партнер Эндрю Смулян начал сотрудничать со следствием. Об этом заявил федеральный прокурор Южного округа Нью-Йорка Прит Бхарара на пресс-конференции по случаю экстрадиции Бута из Таиланда. «Мы примем добровольное признание виновности со стороны Эндрю Смуляна», — говорится в документах, которые он раздал журналистам.

Напомним, что сыгравший роль «слабого звена» в окружении Виктора престарелый британец Эндрю Смулян, скорее всего, изначально работал в качестве информатора DEA. Сразу после ареста Бута в Бангкоке британец согласился на свою экстрадицию в США, подписал соглашение о сотрудничестве со следствием и с тех пор в обмен на смягчение наказания давал все требуемые американцами показания на россиянина. Смулян ожидал суда на 7-м этаже той же тюрьмы, где находился Виктор. После выступления на судебном процессе в качестве свидетеля обвинения британца быстро перевели на 3-й этаж, где размещают тех фигурантов уголовных дел, которых американские власти включают в программу защиты свидетелей.

А теперь дадим слово самому Виктору. С ним автор этой книги — первый из допущенных к предпринимателю в нью-йоркскую тюрьму MCC журналистов — встретился весной 2011 года, спустя полгода после экстрадиции Бута из Таиланда. Моему посещению Виктора в MCC (по сути следственного изолятора наподобие нашей Бутырской тюрьмы более известной в определенных кругах как «Бутырка») предшествовала долгая и нудная переписка с представителями Федерального бюро тюрем США (Federal Bureau of Prisons; BOP), отвечающего за систему американских пенитенциарных учреждений. В ходе обмена письмами, а потом и звонками с BOP мне предметно разъяснили, что можно, а что ни в коем случае нельзя брать на встречу с заключенным в американской тюрьме. Среди прочего, к запрещенным предметам был отнесен и главный инструмент репортера — диктофон. Что вызвало мое недоумение — «Как же мне выполнять свою журналистскую работу?». На это последовал вежливый, но жесткий ответ — любая электроника «с воли» под строгим запретом! «Ничего не поделаешь. Придется возвращаться к журналистским истокам и скрипеть пером по-старинке», подумалось мне. Блокнот и карандаш, которые мне разрешили взять на беседу с заключенным Бутом, также были тщательно проверены металлодетектором и даже просвечены рентгеном.

Ранним апрельским утром 2011 года я стоял у мрачного входа в серое угрюмое здание MCC на Манхэттене. Сотрудники тюрьмы потребовали от меня предъявить им два удостоверяющих личность документа, а также выданную Государственным департаментом США журналистскую аккредитацию. Этот документ давал право работать в Америке в качестве иностранного корреспондента. Лишь после этого, а также заполнения подробной анкеты посетителя тюрьмы находящаяся за зеркальным пуленепробиваемым стеклом и невидимая мне охрана одну за другой открыла две автоматические бронированные двери. В них меня проводил специально обученный человек, который затем повел меня по выложенному серыми блоками длинному коридору. В конце него находился грузовой лифт, который с жутким металлическим скрипом доставил меня и моего провожатого на 5-й этаж.

На саму беседу с Виктором Бутом мне отвели ровно один час, а разговор прошел в крохотной и явно давно не видавшей ремонта комнате для переговоров. С ее потолка свисала камера видеонаблюдения, уставившаяся своим объективом в железный и намертво привинченный к полу стол. За него меня усадили на сделанный из того же материала стул в ожидании заключенного и приказали ни в коем случае не выходить из помещения.

Спустя около 10 минут, на пороге комнаты показался конвой из трех чернокожих охранников и арестанта в ярко оранжевой робе. Виктор Бут, которого один из надзирателей удерживал за плечо, смотрел прямо на меня. «Здравствуйте», — тихо сказал россиянин. «Добрый день, Виктор!», — ответил я и решительно протянул правую руку для того, чтобы поздороваться.

Однако встречного движения не последовало. В возникшей неловкой паузе я не сразу сообразил, что руки Бута скованы цепью, которая к тому же была закреплена на его пояснице, а оттуда спускалась вниз и перехватывала кандалы на ногах. «Не очень-то гуманно для страны победившей демократии и первой защитницы прав человека…», — успел подумать я, пока тюремщики снимали с россиянина грохочущие браслеты и цепи.

Освободив заключенного от стальных пут, тюремщики усадили Бута напротив меня, развернулись и медленно вышли. Любопытно, что перед тем как мы приступили к интервью, наученный горьким опытом произошедшей с ним «подставы» Бут попытался убедиться в том, что к нему пришел действительно российский журналист, а не очередной «засланный казачок». С учетом произошедшего с ним розыгрыша в Таиланде Виктора вполне можно было понять. Задав несколько уточняющих вопросов о моей биографии, в том числе о том, в каком вузе я учился и как звали моих преподавателей, Виктор, видимо, понял — перед ним действительно сотрудник СМИ.

Психологический контакт с собеседником был установлен, и он подробно, насколько это было возможно, ответил на мои вопросы. Ответы я быстро стенографировал в блокнот и, признаюсь, разобрать собственные каракули было не просто. Тем не менее на следующий день в печати вышло мое эксклюзивное интервью с известным арестантом. Вот оно.

Меня водят как бешеную собаку

Виктор Бут дал в тюрьме эксклюзивное интервью «РГ»

Мрачные темно-песочные стены и тяжелые металлические двери американской тюрьмы Metropolitan Correctional Center, или МСС, находящейся в нижнем Манхэттене, не оставляют сомнений в предназначении этого заведения — в «казенном доме» ждут приговоров суда заключенные, часть из которых власти США считают наиболее опасными преступниками. Корреспондент «РГ» первым из российских журналистов побывал в этой тюрьме и встретился с российским бизнесменом Виктором Бутом, которого уже пять месяцев держат в одиночной камере в ожидании начала судебного процесса. Суд над отказавшимся заключить сделку со следствием и не признающим себя виновным Бутом, арестованном в 2008 году в Таиланде и экстрадированным в США в прошлом году, стартует в октябре, если ходатайства о его неподсудности американским властям, поданные защитой россиянина, будут отклонены судьей в начале мая.

«Это чтобы мы знали, что вы не заключенный, и выпустили вас отсюда. Вы же не хотите здесь задержаться?», — пытается шутить сотрудник тюрьмы Кен Хаас, объясняя предназначение невидимой на глаз и светящейся в ультрафиолете печати. Ее охранники ставят на руку российскому журналисту после сверхтщательного досмотра личных вещей. Проходя через многочисленные посты охраны и подставляя руку под ультрафиолетовые лампы — в них печать начинает светиться и только после этого охранники открывают металлические двери, — поднимаемся на лифте на 5 этаж МСС. Здесь находятся четыре переговорные комнаты, в которых арестанты встречаются со своими адвокатами под «прицелом» записывающих каждое слово видеокамер. Отвечая на вопросы о Буте, Хаас поясняет, что россиянин ведет себя спокойно и не доставляет проблем администрации тюрьмы. «Вообще у нас только процентов десять заключенных ведут себя буйно», — отвечает Хаас на вопрос «РГ».

После нескольких минут ожидания конвой из трех охранников приводит закованного в наручники россиянина, которому дают один час на беседу с «РГ».

Российская газета: Виктор, в США Вас называют одним из «самых опасных людей на свете», а также «оружейным бароном» и «торговцем смертью». Откуда, по Вашему мнению, пошли эти «лестные характеристики», как Вы к ним относитесь и что бы сказали их авторам?

Виктор Бут: Это миф, который живет сам по себе и не имеет к моей реальной жизни ни малейшего отношения. Он был создан, и в него, как в торговую марку, вложили деньги для того, чтобы еще больше заработать. Если американские агенты «почерпнули» информацию обо мне из книги или фильма с Николасом Кейджем в главной роли, то мне просто становится жалко их, страну, в которой они работают, и тех людей, кто все это выдумал.

В условиях современной медиаиндустрии, где нет времени толком взять и разобраться в ситуации, никому и в голову не приходило расследовать или хотя бы перепроверить голословные факты, которые распространялись обо мне. Ситуация, когда американские спецагенты ссылаются на журналистов, а журналисты — на спецагентов, напоминает мне анекдот про чукчу и метеоролога.

Мне приписывают организацию бизнес-империи по продаже оружия, утверждают, что якобы заморожены мои активы на миллиарды долларов. Но покажите мне, где эти активы, если они существуют?! Все деньги сейчас собирает моя семья, чтобы оплатить адвоката. Говорят, что в аэропорту Шарджа были самолеты, которые куда-то возили оружие. Но неужели все самолеты, которые летали из этого аэропорта, принадлежали мне? Тогда покажите хотя бы один подтверждающий документ с моей подписью. Их нет!

РГ: Вокруг Вас действительно создано очень много мифов, но как на самом деле Вы стали тем, кем Вы стали — владельцем крупного авиатранспортного бизнеса?

Бут: После увольнения из армии в 1991 году я работал в Союзе объединенных кооперативов СССР, который в то время возглавлял академик Тихонов. В этой организации существовал центр по организации авиаперевозок, и я глубже изучил это дело. Затем я долгое время выступал в качестве брокера по организации чартерных перевозок. И только в 1995 году мы начали приобретать самолеты и создавать свою авиакомпанию.

РГ: Что стало с Вашим бизнесом после того, как Вас арестовали в Таиланде?

Бут: Мой бизнес накрылся, когда началась «охота на ведьм». Кстати, в ООН должны пояснить, как проведение расследований доверили некомпетентным людям, а Совет Безопасности использовался как механизм для сведения счетов в коммерческих спорах (согласно результатам расследования в начале 2000 года о незаконных поставках оружия в обход санкций ООН, основанных, главным образом, на докладах бельгийца Йохана Пелемана, авиакомпании Виктора Бута участвовали в систематическом нарушении режима санкций — «РГ»).

РГ: В момент Вашего задержания в Таиланде, по сообщениям американских СМИ, на Вас было направлено оружие, полиция была готова стрелять. Что вы почувствовали в том момент?

Бут: Действительно, в комнату, где я находился, зашли люди в штатском с оружием в руках и стали кричать: «Руки вверх!». Что можно почувствовать в такой ситуации человеку? Стресс.

РГ: Известно, что Вас содержат в одиночной камере в спецблоке 10-South для особо опасных преступников. Каков Ваш распорядок, что видно из окна камеры?

Бут: Из окон камеры не видно ничего, поскольку установлены специальные мутные стекла. Стены выкрашены в бледно-желтый цвет, пол серый. Эту угрюмую картину немного «скрашивает» оранжевый костюм, который мне выдали здесь. Кстати, майка, носки и даже полотенце тоже оранжевые.

Что касается распорядка, то я встаю в 5 часов утра, занимаюсь зарядкой: делаю упражнения, растяжки, бегаю трусцой на месте, медитирую. В камере есть душ, но почему-то вода в нем только горячая, и разбавить ее нельзя. Завтрак, который передают через дверь, могут принести в 6, а могут и в 9 утра. То же самое с обедом: могут принести с 11 до часу дня. В меню — почти полное отсутствие свежих овощей, примерно раз в месяц кладут 3–4 листа салата. В тайской тюрьме можно было купить свежих фруктов, в отличие от здешнего тюремного магазина, где есть только сникерсы, сладкие конфеты и прочая сахаросодержащая химия.

РГ: Вам пришлось провести около двух лет в тюрьме в Таиланде и за это время выиграть суд. Но это не помешало Вашей экстрадиции в США. Можно ли сравнить тайскую и американскую тюрьмы?

Бут: Тюрьма в Таиланде напоминает зоопарк: вы ходите по вольеру под открытым небом, там есть прудики с рыбками, кошки, там заключенные связаны с внешнем миром. То, где я сейчас нахожусь, напоминает психбольницу: закрывают в одиночку, не разговаривают. Можно с натяжкой говорить о тюремном комфорте здесь, если бетонный стул, вылитую из бетона кровать с зажимами для наручников можно вообще назвать комфортом.

В США я нахожусь в одиночке уже пятый месяц, хотя даже по американским правилам в таких условиях положено проводить не больше трех месяцев — медики доказали, что большее пребывание наносит непоправимый вред здоровью. Я не вижу никого, кроме моей жены и адвоката. За это время мне дали всего один раз позвонить. Газеты приносят нерегулярно, да и то двухнедельной давности. Если Брэдли Мэннинга (арестованный за передачу WikiLeaks секретной информации военнослужащий США, вокруг суровых условий содержания которого в Америке разгорелся крупный скандал — «РГ») держат в камере 23 часа в сутки, то я провожу в камере все 24 часа. «Прогулка», которая мне положена и проводится в соседней камере, не является прогулкой в моем понимании.

Меня водят как бешеную собаку, надевая на меня наручники, цепи на пояс и на ноги. Все это, конечно, сделано, чтобы сломать человека, чтобы он согласился на все. В Америке более 50 тысяч человек сидят в одиночных камерах — это излюбленная мера психологического давления здесь.

Но жизнь удивительная штука — она не заканчивается на том, что вас посадили. Дух человека нельзя закрыть в клетке, если только он сам его не закроет там. И даже будучи в тюрьме можно оставаться свободным и переосмыслить многие, зачастую довольно банальные вещи, оценить которые в других условиях просто нет времени.

РГ: Ведет ли себя американская тюремная охрана корректно по отношению к Вам?

Бут: Надо мной не издеваются, не употребляют в отношении меня ненормативную лексику, не заставляют спать голым на полу, как Брэдли Мэннинга. Но это не значит, что положение у меня лучше, чем у него. Что же касается корректности, то фашисты, наверное, тоже корректно себя вели, провожая заключенных в газовые камеры Освенцима.

РГ: Какие занятия в американском «казенном доме» помогают Вам скоротать время?

Бут: Я стараюсь больше читать, начал рисовать, хотя раньше никогда этого не делал. Книги мне передают редко и только новые, которыми раньше никто не пользовался. На русском языке мне, к сожалению, ничего не удалось получить. Рисунки мне помогают расслабиться, пока я пробую для себя что-то новое. Впрочем, делать это нелегко, так как рисовать приходится простым стержнем в мягкой оболочке: ни карандашей, ни красок мне не дают.

РГ: Что Вы прочитали за то время, пока находитесь в МСС?

Бут: Из того, что могу сразу вспомнить, это книги Захария Ситчин «12-ая планета», Роберта Темпла «Тайны Сириуса», Джона Лофтуса «Нацистский секрет Америки», Лестора Брауна «План Б». Кроме того, читаю персидскую поэзию в оригинале, включая, конечно, Омара Хайяма. Сильно помогают прочитанные еще в Таиланде книги по психотехнике, медитации, дыхательным упражнениям.

РГ: Находясь в столь тяжелых условиях в американской тюрьме, чью поддержку Вы чувствуете в первую очередь?

Бут: Жены, мамы, брата, семьи и друзей. К сожалению, у меня нет возможности писать и получать письма, поскольку все мои попытки выяснить здесь, как отправить или получить письмо, сколько наклеивать почтовых марок, чтобы оно дошло до адресата, ничего не дали.

РГ: Получаете ли Вы необходимое содействие со стороны российских дипломатов в США?

Бут: Я с пониманием отношусь к трудной задаче, которая перед ними стоит. Они делают все, что могут в рамках своих инструкций и принимают меры с целью помочь мне. Могу сказать, что прямо после моей экстрадиции из Таиланда в США меня навестили консульские работники, которые с тех пор поддерживают со мной связь.

РГ: В случае, если Вам удастся доказать Вашу невиновность в американском суде, вернетесь ли Вы к тому, чем занимались раньше — организации авиаперевозок, или займетесь чем-то иным?

Бут: Бизнес — это не та река, в которую можно войти дважды. Но главное сейчас — выбраться отсюда. И без поддержки России, машину, в которую я попал, не побороть. Сроки здесь огромные, и если этой поддержки мне никто не окажет, то через 20–25 лет я просто умру в тюрьме — больше здесь продержаться невозможно. Попав в эту мясорубку, мне бы хотелось обратиться и к Госдуме, и к российскому правительству, ведь мой пример наглядно показывает, в каком мире мы живем: «монополия на демократию» проходит через загубленные жизни многих тысяч невинных людей.

Ирония заключается в том, что в этой системе, где сидят множество невиновных людей, если ты честный человек и не имеешь возможности сдать кого-то, то ты обречен.

РГ: Где бы Вам сейчас хотелось оказаться?

Бут: Дома, Родина — это Родина[142].

Часть разговора не вошла в интервью — на газетной полосе под него банально не хватило места. Так Бут рассказал мне о суровых правилах взаимодействия охраны и арестанта, от которых по спине пробежал холодок. В частности, перед тем как открыть дверь его камеры на заключенного сначала надевают кандалы. Для этого он должен встать спиной к двери и просунуть руки через «кормушку». И только после этого трое охранников открывают дверь и выводят его из помещения. Дикие правила, ведь речь идет не об опасном убийце или закоренелом уголовнике, а о неосужденном бизнесмене, по отношению к которому действовала презумпция невиновности.

Замечу, что во время беседы с Виктором в камере-переговорке на некоторое время появился, а затем быстро исчез нанятый Бутом в США частный адвокат. Его звали Альберт Даян, и позже я еще несколько раз встречался с ним в ходе освещения процесса. Даян, на тот момент 42-летний иммигрант из советского Узбекистана, свободно владел русским языком и сделал в Нью-Йорке отличную карьеру в области адвокатуры. Как он рассказывал с заметными нотками амбициозности и явно завышенной самооценки, в его активе к началу 2011 года было 70 судов с присяжными заседателями, проведенных за последние 15 лет. «И 90 процентов из них я выиграл!», — утверждал Даян. А причина, по которой он взялся за дело Бута, с его слов, заключалась в «желании исправить несправедливость».

— Я люблю эту страну, она дала мне и многим иммигрантам все. Но то, что сейчас делают США может нам очень больно отыграться в будущем. Нет никаких доказательств, что Бут хотел причинить вред американцам. Я намерен это доказать, — пояснял мне Даян.

Сидя в кафе на 15-м этаже высотного здания окружного суда Нью-Йорка на Манхэттене, он собственноручно и по-английски записал в мой блокнот основной, юридически витиеватый тезис выстраиваемой им линии защиты в суде: «In the case of Viktor Bout it is not a question of discovering the commission of a crime and then looking for a man who has committed it. It is a question of picking the man and then searching the law books or putting investigators to work to create and pin some offence on him» («В случае дела Виктора Бута вопрос заключается не в выявлении совершенного преступления и затем в поиске совершившего его человека. Вопрос заключается в подборе человека и изучении законов и подключение к работе следователей для создания и навешивания преступления на него»).

— Альберт, почему Вы записываете это по-английски?

— Именно так я буду выступать в суде. Перевести это на русский язык мне сложновато.

По какой причине Виктор остановил выбор именно на Даяне, доподлинно неизвестно. Вероятно, основную роль сыграл материальный фактор — «потянуть» услуги именитого американского защитника, которые в большом количестве стремились поучаствовать в этом деле, Виктор не мог. И это несмотря на приписываемое ему западными СМИ и американскими «экспертами» личное состояние в 6 миллиардов долларов! Которое никто, включая Бута, никогда не видел.

На самом же деле два с половиной года пребывания в тайской тюрьме, последовавший крах бизнеса, отъем нескольких объектов недвижимости банками в России за долги по кредитам не прошли бесследно для финансового состояния предпринимателя и его семьи. Российский же адвокат защищать Бута в США не мог по причине отсутствия необходимой лицензии.

Для Даяна, стратегия защиты которого впоследствии была подвергнута критике (уже после решения суда Алла Бут признавала, что супругу не следовало отказываться от изначально безвозмездно предоставленного ему американского адвоката Сабрины Шрофф), ведущим мотивом участия в этом деле, очевидно, все же была не высокопарная борьба с «несправедливостью американского правительства», а стремление впервые поучаствовать в резонансном деле международного размаха. Публичность и медийность в громком судебном процессе над «оружейным бароном», за которым следили ведущие мировые СМИ, вне зависимости от его исхода для обвиняемого обеспечивали юриста-выходца из СССР саморекламой и узнаваемостью. Это в высококонкурентном адвокатском сообществе Нью-Йорка было подороже относительно небольшого вознаграждения, предложенного Бутом.

«Дело против Виктора Бута было срежиссировано спецслужбой DEA таким образом, что ее агенты в конечном счете сыграли роль судьи, присяжного и палача, — писал в одном из своих ходатайств председательствующему судье Даян. — На самом деле Бут к моменту ареста не занимался бизнесом по перевозке оружия уже в течение нескольких лет».

Несколько комментариев Даяна, которые я получил у адвоката, были также опубликованы.

Прочитано в «Российской газете»

Как рассказал «РГ» адвокат Виктора Бута Альберт Даян, власти США убеждены, что у россиянина имеются финансовые и политические ресурсы, чтобы избежать наказания, и именно этим аргументируют крайне тяжелые условия содержания Бута.

Комментируя вопросы «Российской газеты» относительно обвинений в адрес Виктора Бута и о том, что именно Бут делал в Таиланде в момент, когда его задержали, Альберт Даян пояснил, что его клиент приехал в Бангкок на деловую встречу в качестве бизнесмена, для того чтобы выяснить, кто именно сделал ему предложение о продаже самолетов и оружия от имени ФАРК — Революционных вооруженных сил Колумбии, которая ни в России, ни в Таиланде не признается террористической организацией. «В процессе разговора с людьми, выдававшими себя за представителей ФАРК (на самом деле это были агенты спецслужб США), они, стуча кулаками по столу, вбросили в беседу фразу о возможности использовании оружия против американских граждан», — рассказал адвокат Бута «РГ».

«Как вы среагируете на такой поворот в ходе разговора с людьми, которых вы раньше никогда не видели и не знаете, что от них можно ожидать?» — задал вопрос защитник Виктора Бута и пояснил, что «можно встать и уйти, не зная, что эти люди предпримут в ответ, продолжать разговор, чтобы выйти из этой ситуации, и попытаться выяснить, кто они, собственно, такие».

«В любом случае Виктор Бут ничего не сделал, поскольку был арестован сразу после этой встречи и никаких доказательств того, что у россиянина были преступные намерения в отношении США, у американских властей до этой провокации не было», — рассказал «РГ» Альберт Даян, который считает, что настоящие мотивы этого дела лежат в области политики[143].

На заседаниях суда адвокат объяснял присяжным, что в Таиланде бизнесмен пытался только избавиться от Ил-76, оставшихся от авиапарка его ранее обанкротившихся авиафирм. Зная о желании Бута продать самолеты, агенты DEA сделали их приманкой и заманили предпринимателя в ловушку. Тайные осведомители американцев пообещали Виктору Буту купить самолеты, но затем ввернули в разговор слова о продаже и крупной партии оружия. Прозвучавшая же в ходе встречи в Бангкоке сумма в 5 миллионов долларов была не платой за оружие, а стоимостью самих транспортников.

«Он отправился в Таиланд затем, чтобы получить деньги за свои самолеты. Да, он обсуждал продажу оружия, но на самом деле ничего не собирался продавать, — пытался убедить суд Альберт Даян. — Как и любой хороший продавец, мой клиент знал, что потенциальному покупателю нужно подыгрывать».

Выглядело странно, что адвокат Бута почему-то упорно не приглашал свидетелей защиты, а также устроил не вполне удачный перекрестный допрос свидетеля обвинения Карлоса Сагастуме и всячески давил на жалость присяжных заседателей.

Все это, разумеется, не помогло.

Вердикт присяжных в отношении Бута был единогласным — «виновен».

Впоследствии Даян оправдывался, что, дескать, «дурная слава Бута заставила присяжных искать причину для признания его виновным, а не для оправдания». Но почему-то он никогда не говорил о собственных ошибках, не рассказывал своему клиенту о закулисных телефонных конференциях с судом и о том, что конкретно он в ходе них обсуждал. Как позже выяснится, минимум одно такое кулуарное общение Даяна с судьей Шейндлин и представителями прокуратуры состоялось в августе 2011 года. Но об этом Виктор узнает и официально заявит лишь четыре года спустя, расценив такое поведение своего адвоката, как «целенаправленные тайные и обманные действия».

«Мне неизвестно, какие представления, обещания или обсуждения были сделаны от моего имени или против моих интересов. Со мной никогда не консультировались или информировали об этих конференц-коллах или их содержании ни адвокат, ни суд в преддверии или после заседаний», — отмечал в документе (его копия предоставлена мне родственниками Виктора) отбывающий к тому времени приговор.

Бут и большая политика

Пока Виктор Бут коротал дни в спецблоке на 8-м этаже тюрьмы МСС в ожидании начала суда над ним, Россия и США готовились к саммиту на высшем уровне. Вышедшее на первые полосы газет «дело Бута» являлось одним из раздражителей в российско-американской повестке, хотя и не было приоритетом на предстоящих переговорах. В столицах обеих сверхдержав в это время царил осторожный оптимизм относительно перспектив восстановления двусторонних политических отношений, подорванных «восьмидневной войной» — конфликтом России и Грузии в августе 2008 года.

Кремлю и Белому дому удалось выйти на важное соглашение и в апреле 2010 года тогдашние президенты двух стран — Дмитрий Медведев и Барак Обама — в Праге подписали Договор о мерах по сокращению и ограничению стратегических наступательных вооружений, более известный как СНВ-3. Это был дипломатический прорыв, позволявший надеется на дальнейшее поступательное развитие отношений не только по военно-стратегической проблематике, но и в других областях.

В ходе последовавшего в том же году визита Медведева в Вашингтон произошел одновременно показательный и беспрецедентный случай в дипломатическом протоколе — российский лидер на лимузине президента США (!) отправился обедать гамбургерами в дешевую забегаловку Ray’s Hell Burger в пригороде Вашингтона. Чем не наглядная иллюстрация наивных надежд на нормализацию отношений РФ и США? Совместное поедание американского фастфуда лидерами двух сверхдержав, конечно же, помочь им осуществить никак не могло.

Резонансное «дело Бута», вызывающее заслуженное раздражение у российских граждан бесцеремонными действиями американцев, никак не вписывалось в атмосферу «оттепели» в отношениях РФ и США. Очевидно, это обстоятельство способствовало тому, чтобы в Москве если и не дистанцировались от проблем экстрадированного в США гражданина РФ, то делали все, чтобы это «громкое дело» не бросило тень на «большую политику» — продвигаемую администрациями Медведева и Обамы «перезагрузку» российско-американских отношений. Прямо об этом заявил представитель Госдепартамента США Филипп Кроули в день депортации Бута из Бангкока в Нью-Йорк, выразивший уверенность, что произошедшее не должно отразиться на «перезагрузке».

Из высших эшелонов власти России также прозвучали «сбалансированные» комментарии. «Мы отнюдь не выступаем адвокатами (Бута), (не говорим, что) что Бут не совершал ничего противозаконного. Мы этого не знаем, этого никто не знает, пока не свершилось правосудие», — сказал в ноябре 2010 года глава МИД РФ Сергей Лавров[144]. По его словам, Россия обеспечивает соблюдение прав своему гражданину, которые закреплены во всех международных нормах. «Мы хотим, чтобы свершилось правосудие, более ничего», — подчеркнул российский министр. «Вокруг истории с Бутом имеется слишком много спекуляций со стороны как западных СМИ, так и со стороны российских политологов», — добавил российский министр.

«Нас обвиняют в покрывательстве преступника, хотя его никакой суд ни в чем не признал виновным. Я хочу, чтобы была полная ясность: мы всегда обязаны обеспечивать права граждан России, когда они оказываются в беде, независимо от того, является этот гражданин РФ подозреваемым или нет. Тем более, когда никакого судебного процесса еще не состоялось», — сказал Лавров[145].

Сергей Приходько — помощник президента РФ Дмитрия Медведева, курировавший вопросы внешней политики, — высказался довольно странно: «Я хотел бы подчеркнуть, что против этого гражданина Российской Федерации выдвинуты очень серьезные глубокие обвинения представителями властей США, и в наших интересах, чтобы это расследование с учетом тяжести обвинений было доведено до конца. Мы всегда говорили и будем говорить, что наркодилеры, торговцы людьми, незаконные торговцы оружием заслуживают безусловного осуждения»[146]. По его словам, Россия заинтересована в том, «чтобы следствие над этим товарищем было доведено до конца», Москве «нечего скрывать, никаких военных тайн или иного свойства тайн никто здесь не видит», и что Бут «должен ответить на те вопросы, которые имеются у американской Фемиды»[147]. Но как и что можно отвечать на вопросы американского правосудия, которое было заведомо ангажировано в отношении арестованного спецслужбами США путем провокации российского гражданина? Этого пояснено не было.

1-й зампред Комитета Государственной думы РФ по международным делам Леонид Слуцкий высказывался примерно в том же духе: «противоправная экстрадиция» Виктора в Америку и другие «факторы, реально усложняющие двусторонние отношения», не должны повлиять на «перезагрузку» в отношениях РФ и США. «Насколько он [Бут] виновен, предстоит определить следствию, но Россия будет пристально следить, чтобы в этом процессе не было никаких перекосов. Буту, как российскому гражданину, будет оказана вся необходимая помощь», — отметил замглавы думского комитета[148]. Как уточнил парламентарий, Госдума пока воздержится от какой-либо реакции на «противоправную экстрадицию» Бута, так как позиция Москвы по этому вопросу представлена «исчерпывающе». «Но если вдруг будет обнаружено давление [на Бута] или перекос в расследовании, то реакция не заставит себя ждать. В том числе на уровне парламентской дипломатии мы будем защищать российского гражданина», — заключил Слуцкий. Правда, возможности российской парламентской дипломатии по защите граждан РФ на территории США на практике оказались равны нулю. Разумеется, не по вине российских депутатов, которые действительно регулярно поднимали в ходе многочисленных круглых столов в Федеральном собрании вопросы защиты прав наших соотечественников, попавших «под раздачу» американцев.

Но можно ли было в принципе отстаивать права Бута — первого арестованного американцами в третьей стране и экстрадированного в США гражданина России — более наступательно? Думается, да. Действовать зеркально и более жестко. Хоть и вынужденно, но использовать методы так называемой «дипломатии заложников» (hostage diplomacy). К примеру, арестовать гражданина США, нарушившего закон на российской территории, отечественным спецслужбам не представляло труда. Другое дело, что неизбежные дипломатические осложнения в период «перезагрузки» с конъюнктурной точки зрения тогда были крайне нежелательны для Кремля, и поэтому на «зеркальные» меры в отношении американцев в тот момент Москва не пошла. Только после 2020 года этому направлению работы станет уделяться больше внимания, благодаря чему Бута и Ярошенко в итоге удастся обменять на осужденных в РФ граждан США.

Вероятно, можно было поступить еще более изящно. Как сообщалось, в Сирийской Арабской Республике, где с 2011 года бушевала гражданская война, лояльными сирийскому президенту Башару Асаду войсками были задержаны многие американские граждане, нелегально находившиеся в САР. Среди них были как наемники, так и кадровые сотрудники спецслужб США. Информированные источники поясняли, что Вашингтон, разорвавший дипотношения с Дамаском, в 2012–2014 годах был вынужден обращаться к Москве за помощью по этим вопросам. После вмешательства России сирийцы «в духе доброй воли» отпустили американцев. Однако в ответ Москва не получила ни одного из своих соотечественников, отбывающих тюремные сроки в США. Представляется, что в этой политической игре Россия могла бы действовать более наступательно и использовать эту ситуацию в свою пользу.

Справедливости ради отметим, что глава российского внешнеполитического ведомства Сергей Лавров практически на всех переговорах со своими американскими коллегами дежурно поднимал тему Бута и Ярошенко. Правда, «партнеры» так же дежурно уходили от этого вопроса. Даже притом что все правовые основания для его положительного решения были: еще 21 марта 1983 года была заключена советско-американская конвенции о передаче осужденных лиц.

Слежка в Нью-Йорке

В марте 2011 года в Нью-Йорке я встретился с Аллой Бут. Россиянка после двух с половиной лет поездок в Таиланд для поддержки находившегося там в заключении супруга теперь прилетела в Америку с той же целью. Разумеется, все перемещения жены «VIP-арестанта» на территории США вызывали повышенное внимание американских властей — ФБР прослушивало ее телефонные переговоры и фиксировало все контакты в Нью-Йорке.

Так, по прилете рейса «Аэрофлота» из Москвы в Штаты в январе 2011 года, всех членов семьи Бута — его супругу Аллу, дочь Елизавету и маму Виктора — на два с половиной часа задержали в нью-йоркском Международном аэропорту им. Джона Кеннеди. Все это время женщин допрашивали агенты Министерства безопасности и миграционной службы, не позволяя связаться с ожидавшим их представителем российского консульства.

«Нас взяли сразу в самолете. После того, как мы зашли в закрытый трап, офицеры миграционной службы взяли нас под руки и увели в отдельное помещение. Нас явно ждали, больше двух часов продержали в отдельной комнате, где перевернули весь багаж, все, что находилось в сумках: записные книжки, документы, фотографии, все личные вещи, мои личные бумаги, — рассказывала Алла Бут. — Вице-консул РФ звонил мне, но они велели выключить мобильный телефон и не разрешили включать его, пока этот допрос, или опрос, не кончился. Когда я спросила, допрос ли это, человек, который представился специальным агентом по борьбе с терроризмом, просто улыбнулся»[149].

Встретившись в тот мартовский вечер с Аллой в кафе на Манхэттене супруга Бута рассказала мне о том, как держится Виктор, и подтвердила: слежка в Нью-Йорке за ней велась практически круглосуточно. Мне же скрывать от американских властей было абсолютно нечего, и на следующий день в «Российской газете» вышла очередная заметка.

Картины без масла

Виктор Бут передал «РГ» из тюрьмы свои рисунки

На состоявшемся судебном заседании в Нью-Йорке защите экстрадированного в США из Таиланда Виктора Бута удалось привлечь внимание суда к тяжелым условиям его содержания в тюрьме. Судья Южного округа Манхэттена поручила прокуратуре изменить условия содержания Бута под стражей, а также перенесла начало процесса над россиянином на 11 октября.

«Букет обвинений», предъявленных Буту американской прокуратурой, действительно впечатляет. Супруга Виктора Бута Алла, в настоящее время находящаяся в Нью-Йорке, рассказала «РГ» о последнем судебном заседании и прояснила некоторые детали этого громкого дела.

Российская газета: Как держался Виктор Бут на последнем судебном заседании?

Алла Бут: Виктор в этом плане «человек железный». Несмотря на очень жесткие условия, он заставляет себя бегать, занимается рисованием, поет русские народные песни. Разговаривать самому с собой нельзя — это дико, а песни петь можно. В общем, поддерживает и тело, и разум в адекватном состоянии.

Что касается итогов, то судья дала американской прокуратуре 7 дней на рассмотрение вопроса об условиях содержания россиянина в соответствии с ходатайством защиты. Если этот вопрос не решится в указанный срок, то тогда судья персонально будет давать указания на этот счет. Скорее всего, изменение условий содержания Виктора в тюрьме будет касаться только его общения с адвокатом. Вряд ли в лучшую сторону будет изменен режим питания, а также спецблок строгого режима для особо опасных преступников. Если прокуратура и пойдет на встречу, то это будет касаться только подготовки стороны защиты к процессу.

РГ: По вашему мнению, можно ли рассматривать такие условия содержания в качестве давления на Виктора Бута?

Бут: Дело в том, что тюремщики лишь исполняют требования вышестоящих властей. Американская прокуратура подает материалы особым образом, обвиняя Виктора в терроризме и заговоре с целью убийства американских граждан. Соответственно со столь тяжелой формулировкой обвинения его и засунули в одиночку. Не думаю, что тюремщики самостоятельно проявили инициативу. Все было решено в Вашингтоне.

РГ: Есть ли ясность с доказательствами вины вашего мужа?

Бут: Защита, по утверждению прокуратуры, получила все доказательства, которые у них есть. Однако адвокат на последнем заседании передал просьбу предоставить дополнительные доказательства вины Виктора. В частности, если он обвиняется в заговоре с целью подготовки убийства американских граждан, то мы хотели бы видеть списки тех, кого он якобы намеревался убить.

РГ: Помогает ли в практическом плане Генконсульство России в Нью-Йорке?

Бут: Мы высказываем представителям нашего генконсульства различные просьбы, и они всегда идут навстречу. Так, Виктор направлял в консульство письмо с просьбой посодействовать изменению условий его содержания, указывал на то, что его пичкают сильнейшими антибиотиками и не дают свежих овощей и фруктов, в лучшем случае пол-яблока. Консульские работники отправили соответствующие запросы в Вашингтон и саму тюрьму. Хотя ответов пока так и не получили[150].

На этой встрече Алла передала мне несколько зарисовок, которые Виктор сделал в тюрьме. Удивительно, но для человека, никогда ранее профессионально не занимавшегося рисованием, успехи Бута в этом виде искусства были очевидны.

Суд над «торговцем смертью»

В мае 2011 года в суде Нью-Йорка начались предварительные слушания по существу «дела Бута». Защита россиянина подала председательствующей судье Шире Шейндлин ряд ходатайств, в результате которых прокуратура согласилась публично не называть Виктора «торговцем смертью» с тем, чтобы заранее не сформировать у присяжных негативное мнение о россиянине. Правда, к этому моменту зловещий имидж Бута был уже вылеплен американской пропагандой, растиражирован в сотнях публикаций и сюжетов западных СМИ и успешно внедрен в сознание миллионов людей по всему миру.

Так, председатель жюри (jury forewoman) — белая американка средних лет Хезер Хобсон, которая, разумеется, по «совершенно случайному» совпадению обстоятельств оказалась сотрудницей отдела безопасности неназванной нью-йоркской компьютерной фирмы — призналась в интервью газете The New York Times, что прямо во время процесса над Бутом она «смотрела ужасный фильм с Николасом Кейджем»[151]. Каковы были ассоциации, возникшие в ее «промытых» этим голливудским фильмом мозгах, можно только догадываться. Но предвзятое отношение к подсудимому гражданину России не скрывалось. В частности, по словам самой Хобсон, в ходе суда выражение глаз Виктора Бута было «очень напряженным и яростным» (Very intense, furious) и что он «очень страшный человек» (He’s a very scary man).

Как итог, глубоко субъективного восприятия американскими присяжными выражения глаз иностранца, о «грехах» которого им красочно рассказала прокуратура с опорой на показания платных информаторов, а также представленную стороной обвинения фиктивную «модель прежнего поведения» Бута (нарушитель санкций ООН, торговец оружием и т. д. и т. п.) оказалось более чем достаточно для единогласно принятого обвинительного вердикта.

Надо сказать, что беспристрастность «самого справедливого американского суда в мире» вызывала сомнения у Виктора с самого начала. «Считаю, что суд однозначно будет предвзятым и необъективным. Говоря так, я исхожу из того, что правительство США в тексте обвинений намеренно исказило факты из моей жизни и работы. Информация обо мне, которая содержится в тексте обвинений, основана на непроверенных данных, слухах, недоразумениях и откровенной лжи. В течение 10 лет правительственные органы Соединенных Штатов напрямую и через СМИ ведут войну против меня и моей семьи. На нас выливаются потоки лжи. В этих условиях здесь никто — в том числе и судьи — не могут быть непредвзятыми, — говорил Виктор Бут российским журналистам. — Только глубокий анализ происходящего может позволить американцу, «обработанному» таким образом, разобраться в реальной ситуации. Но для этого нужно усилие. Я не уверен, что кто-либо здесь захочет такое усилие предпринять. Хотя на самом деле все здесь достаточно несложно. Например — то, что было размещено на сайте WikiLeaks, совершенно однозначно доказывает политический характер моего дела. Думаю, американский суд не будет разбираться в фактической объективной стороне дела, поскольку практика разбирательства дел по обвинению иностранцев в заговоре против США такова, что подобные обвинения автоматически означают виновность»[152].

При этом тактические победы у защитников Бута все же были. Сначала судья согласилась с тем, что выданные спецслужбами США в качестве добровольных показаний Бута сразу после его ареста в Таиланде (на самом деле попытка их выбить была предпринята агентами DEA с явными приемами психологического давления на задержанного и угроз насилия над ним в тайской тюрьме) таковыми не являлись, и не стала приобщать их к делу. После этого Шейндлин отказалась признавать и бездоказательные утверждения прокуратуры о том, что Бут являлся торговцем оружием.

Осенью 2011 года завершился отбор всех присяжных заседателей и 11 октября судебный процесс по делу Бута в Нью-Йорке вышел на финишную прямую.

В ходе заседаний защита напирала на то, что поездка Виктора в Таиланд носила исключительно деловой характер. Дескать, Бут в самом деле обсуждал возможную продажу оружия с партнерами, но продавать ничего, кроме остатков своего былого авиапарка в виде Ил-76 и Ил-18, не собирался. Да и возможности такой у него не было, хотя предприниматель подыгрывал своим собеседникам в разговоре, пытаясь расположить их к себе. С опровержением такой версии в суде выступили свидетели обвинения — агенты-осведомители DEA. Также было продемонстрировано содержимое изъятого в ходе ареста компьютера Бута, на жестком диске которого имелись скачанные из Интернета открытые и общедоступные данные о ФАРК. Напомним, что подосланные к россиянину провокаторы выдавали себя именно за представителей этой колумбийской революционной организации, которая в США признана террористической. Стенограмма с расшифровкой переговоров Виктора с провокаторами в Таиланде на 160 с лишним листах была также представлена присяжным, хотя оригинал самой негласно осуществленной аудиозаписи злополучной встречи в Бангкоке в марте 2008 года так и остался недоступным широкой публике. Хотя именно эта запись могла бы пролить свет на многие остающиеся до сих пор вопросы.

Спустя годы заключения Виктор так охарактеризует содержание состоявшегося тогда рокового разговора: «Никакого сговора не было, а были просто откровенные слова об отношении к тому, что штатовцы творят в Южной Америке, сказанные в Таиланде в неподходящей компании. Эти мои слова были записаны на диктофон и потом подтверждены купленным “свидетелем”, который соврал в суде под присягой»[153].

Что же это были за слова? «Для меня это не просто бизнес. Я веду борьбу с США уже 10–15 лет, но это было сопротивление одного человека», — якобы сказал Бут улыбающимся и понимающе кивающим собеседникам, которые всячески подначивали его и на другие антиамериканские высказывания.

Как известно, в США существует Закон о свободе информации от 1967 года (Freedom of Information Act; FOIA), согласно которому граждане могут получить доступ к секретным документам правительства США по прошествии определенного времени. Для этого необходимо направить письменный запрос в любое федеральное ведомство или местные органы власти, которые обязаны дать на него ответ. Оснований для отказа несколько и все они связаны с обеспечением национальной безопасности, внешнеполитических и торговых секретов, личной или медицинской информации. Остается лишь надеется, что когда-нибудь в соответствии с положениями FOIA широкая общественность узнает, как, что именно и в какой модальности звучало на той злополучной встрече в Таиланде. А информация по этому делу не будет засекречена властями США навечно.

Защита и обвинение выступили с заключительными словами 1 ноября. А уже на следующий день присяжные после недолгого обсуждения вынесли обвинительный вердикт по всем пунктам выдвинутых прокуратурой обвинений. Среди них сплошные «заговоры» (conspiracy). Первый — с целью убийства американских граждан, второй — с целью убийства американских должностных лиц, третий — с целью продажи ракет «земля-воздух» и, наконец, четвертый сговор — с целью поддержки терроризма через сотрудничество с колумбийской группировкой ФАРК.

Разумеется, адвокат Альберт Даян попытался обжаловать вердикт жюри, небезосновательно заподозрив его членов в предвзятости (напомним, одна из присяжных публично призналась в приравнивании подсудимого к образу негодяя из голливудского фильма «Оружейный барон»). Это ходатайство было отклонено. Зато другое — об отсутствии необходимости жесткой изоляции Бута от внешнего мира и о смягчении условий его содержания — судья Шейндлин все-таки удовлетворила. «Запрос Бута на перевод на общий режим содержания удовлетворен. Федеральному бюро тюрем приказано незамедлительно перевести Бута», — постановила она. В 18-страничном документе она раскритиковала доводы прокуратуры, пытавшейся доказать целесообразность содержания россиянина в одиночной камере в исключительно жестких условиях, якобы из-за его суицидальных намерений и опасности для окружающих.

В феврале 2012 года в состоянии истощения Бут был переведен из предназначенного для особо опасных преступников спецблока строгого режима изолятора MCC в медицинский блок тюрьмы общего режима в Бруклине. Если раньше предприниматель безвылазно сидел в одиночке площадью в 8 м2, то теперь ему впервые разрешили посещать столовую вместе с остальными заключенными.

Судья также отвергла и странные доводы прокуратуры о том, что Бут обладает «способностью управлять людьми и влиять на них», что угрожает безопасности тюрьмы (!). «Это слишком голословное заявление, не подкрепленное ничем. Действительно, он хорошо образован и имеет опыт ведения бизнеса, однако, обобщенное мнение, что любой человек, обладающий этими качествами, представляет угрозу безопасности, не является законным основанием для содержания его в одиночной камере», — заключила Шейндлин[154]. «В ходе рассмотрения дела не было представлено никаких доказательств того, что Бут был замешан в актах насилия», — добавила судья. С ее точки зрения, правительство «не представило никаких доказательств, которые бы подтвердили, что Бут на самом деле может сбежать и представляет серьезную опасность окружающим».

Смягчение условий содержания россиянина по решению председательствующей судьи еще до вынесения ему приговора было важным моментом. Если бы этого не произошло и Виктор продолжал дожидаться решения суда в MCC, то Бюро тюрем США впоследствии получило бы все основания отправить россиянина в тюрьму сверхстрогого режима. И фактически похоронить его в бетонном мешке одиночной камеры на ближайшие 25 лет.

Согласно озвученным в 2011 году оценкам спецпредставителя ООН по пыткам Хуана Мендеса, к этому времени от 20 до 25 тысяч заключенных в США на протяжении длительного времени содержались в одиночных камерах[155]. В своем докладе Мендес прямо увязал пагубную практику длительной изоляции заключенных с издевательствами над психикой людей и призвал все государства мира отказаться от нее. В Америке, разумеется, критику высокопоставленного представителя ведущей международной организации высокомерно проигнорировали. Так Вашингтон, считающий себя выше ООН, реагирует на любой выпад в свой адрес.

Российские дипломаты продолжали делать что могли для поддержки Виктора, рассчитывая при этом если и не на оправдание, то хотя бы на смягчение светящего Буту огромного тюремного срока. Примерно такими письмами, одно из которых было передано автору настоящей книги, российское консульство в США «бомбардировало» суд в преддверии вынесения приговора Виктору.

Генеральное Консульство Российской Федерации В Нью-Йорке

2 апреля 2012

Кому: Шире А. Шейндлин, окружному судье США по Южному округу Нью-Йорка

Копия: Альберт Даян

Генеральное консульство Российской Федерации в Нью-Йорке с уважением обращается к достопочтенной судье Шире А. Шейндлин с просьбой учесть уникальные обстоятельства дела г-на Виктора Бута, гражданина РФ.

Внимательно наблюдая за судебным процессом, Консульство находит аргументы г-на Даяна, сделанные от лица В. Бута в обвинительном письме и направленные Вашей Чести 27 марта 2012 года, очень убедительными. Неспособность стороны обвинения ответить на фактические вопросы г-на Даяна подтверждают наши опасения. Но на текущей стадии судебного процесса мы продолжаем сохранять веру в непредвзятость и справедливость для каждого человека, вне зависимости от его национальности.

Настоящим я подтверждаю, что г-н Виктор Бут никогда не был осужден или арестован за какие-либо преступления в Российской Федерации и никогда не имел уголовного прошлого.

Дополнительно приложением направляем ряд заявлений МИД России и правительства, которые могут быть полезны для оценки этого дела.

С искренним уважением,

Генеральный консул Андрей К. Юшманов[156]

Имеет смысл привести мнение журналиста и писателя Даниэля Эстулина, который дал довольно точный прогноз развития ситуации вокруг Бута.

Я не вижу никаких возможных вариантов того, что это будет справедливое судебное разбирательство, поскольку американцам потребовалось 10 лет на то, чтобы добраться до Виктора Бута.

Они потратили два с половиной года, пытаясь вызволить его из тюрьмы в Таиланде и отправить в США. И теперь, когда он фактически находится у них в руках в США, если они будут судить его справедливо, и он выиграет это дело, представьте, что произойдет с США? Они станут посмешищем для всего мира!

Нет, судебное разбирательство не будет справедливым. Однако, с другой стороны, у Виктора Бута просто-напросто нет секретов, которые он мог бы рассказать. Поэтому при справедливом рассмотрении дела он бы отправился домой, но, опять же, домой он не поедет.

В целом образ Виктора Бута как «торговца смертью» — это голливудское явление. Виктор Бут не торговец оружием, он занимался грузовыми перевозками, был перевозчиком. Если американцы думают, что вытянут из него какие-то секреты, то очень, очень, очень сильно ошибаются. Это знают и американцы, и русские.

Есть два варианта развития дальнейших событий. Это будет либо показательный судебный процесс, или же он пройдет за закрытыми дверями. Скорее всего, это будет показательный процесс, поскольку, опять же, он представляет собой полезный источник информации. Как я уже говорил ранее, Виктор Бут — всего лишь часть этой глобальной игры, цель которой — свести счеты с Россией всеми возможными способами[157].

Правосудие в США: справедливость для всех?

Ваша честь, я не виновен! Я не собирался никого убивать и не собирался никому продавать оружие. Это правда, которую знает Господь, эту правду знают эти люди, и с этой правдой им жить.

Из последнего слова Виктора Бута в американском суде

Вынесение приговора Виктору Буту в этом громком судебном процессе не раз откладывалось и переносилось. Наконец, оно состоялось спустя почти 17 месяцев после экстрадиции россиянина из Таиланда. Обвинение в лице прокурора по Южному округу Нью-Йорка Прита Бхарары и помощника окружного прокурора Брендана Макгуайра потребовало назначить Буту пожизненное лишение свободы по совокупности совершенных подсудимым «преступлений». У столкнувшегося впервые в жизни с правосудием по-американски Виктора иллюзий не было, и он готовился к худшему.

Рано утром 5 апреля 2012 года я выдвинулся из Вашингтона, где находился корпункт «Российской газеты», в сторону Нью-Йорка. Сидя в скоростном поезд Acela (аналог российского «Сапсана»), который за 3,5 часа должен был проделать путь от вашингтонского вокзала Union Station до знаменитой нью-йоркской Pennsylvania Station, еще раз перечитал полученное накануне из московской редакции задание. Оно предписывало посетить заключительное судебное заседание по делу Бута и подготовить в текущий номер газеты эксклюзивный материал со всеми подробностями.

Около 10 часов утра я добрался до центра Манхэттена и подошел к 27-этажному зданию суда по адресу Перл-стрит, 500. Казалось, всем своим монументальным видом оно внушало прописную «американскую истину» — Justice for all («Справедливость для всех»). Увы, но для Бута — фигуранта, подходившего к своему концу резонансного судебного разбирательства — это было совсем не так.

Контроль на входе в американский дворец правосудия жесточайший. Приставы, которых здесь именуют судебными маршалами, категорически запрещают американским и иностранным журналистам проносить в здание сотовые телефоны, диктофоны и фотоаппараты — по давней американской традиции фотосъемка в ходе судебного процесса не допускается. Единственную возможность для СМИ проиллюстрировать материалы рубрики «из зала суда» предоставляют местные художники, специализирующиеся на криминально-судебной проблематике. Они специально посещают «громкие процессы» и готовят скетчи — зарисовки подсудимых для того, чтобы затем и перепродать свои работы журналистам. Своими глазами наблюдал, как одна из таких уличных художниц пыталась собрать по 50 долларов не только с репортеров, но и с телеоператоров за всего лишь съемку ее рисунка Виктора Бута в зале суда. Естественно, журналисты при этом громко возмущались и платить за съемку категорически отказывались.

Оглашение приговора стало кульминацией тянувшейся с 2008 года судебной тяжбы по делу Бута, и повышенный интерес американской и иностранной прессы к этому процессу был вполне естественен. Протиснувшись с толпой многочисленных журналистов в просторный зал судебных заседаний, сразу узнал сидевших в центре зала членов семьи россиянина — супругу и дочь. Справа находилось жюри присяжных заседателей. Здесь же были и четыре сотрудника DEA характерной наружности, которые, надо полагать, не без удовольствия оторвались от своей текущей рутины и пришли лично засвидетельствовать итог проведенной ими подставной операции против Бута. В конце концов именно поимка широко известного «русского торговца смертью», по образу которого снимали кино и писали книги, стала поводом для их поощрений и продвижения по карьерной лестнице. На следующий день в «Российской газете» вышел мой текст о том, что накануне произошло в суде.

Прочитано в «Российской газете»

«Врагу не сдается наш гордый “Варяг!”», — воскликнул российский бизнесмен Виктор Бут, выходя из зала суда Южного округа Нью-Йорка сразу после вынесения ему «мягкого», по американским меркам, приговора. Согласно решению федеральной судьи Ширы Шейндлин, россиянин должен провести «в местах не столь отдаленных» 25 лет. С учетом того, что прокуратура просила приговорить Бута к пожизненному заключению, ссылаясь на масштаб заговоров россиянина против США, судья, по сути, не согласилась с доводами стороны обвинения и выбрала минимально возможное наказание.

Не раз откладывавшееся вынесение приговора в Нью-Йоркском суде по делу «США против Виктора Бута» прошло в условиях сильного ажиотажа со стороны СМИ — американские и российские журналисты едва поместились в зале суда. Здесь же присутствовали супруга россиянина Алла, их 17-летняя дочь Елизавета, представители генконсульства РФ в Нью-Йорке, а также весьма угрюмого вида сотрудники американской спецслужбы DEA, организовавшие подставную спецоперацию против «Бориса» — именно такой псевдоним американские агенты дали Буту в процессе его разработки.

Сильно осунувшийся за время четырехлетнего пребывания за решеткой в Таиланде, а затем и в США Виктор Бут, одетый в рубашку с коротким рукавом и брюки темно-песочного цвета, держался уверенно и произнес весьма эмоциональную речь.

«Ваша честь, я не виновен! Я не собирался никого убивать и не собирался никому продавать оружие. Это правда, которую знает Господь, эту правду знают эти люди, и с этой правдой им жить. Спать и вставать, растить детей и любить жен», — сказал, с гневом посмотрев на американских спецагентов, Виктор Бут. По словам россиянина, «он благодарен своему адвокату Альберту Даяну за то, что он доказал мою невиновность».

Защитник Бута, обращаясь к судье, вновь заявил, что все дело носит политический характер, поскольку на обвиняемого поступил «заказ» из Госдепа и Белого дома, прокуратуре нечего вменить в вину его клиенту кроме слов, а желание стороны обвинения приговорить бывшего бизнесмена к пожизненному заключению является «чрезвычайно драконовской мерой».

Выслушав все мнения, включая просьбу обвинителя дать максимальное наказание, судья Шейндлин, однако, посчитала, что 25 лет тюрьмы для Виктора Бута «будет достаточно», поскольку не были доказаны его намерения нанести хоть какой-то вред США до того, как российского гражданина вовлекли в операцию спецслужбы. «Он лишь положительно откликнулся на предложение о продаже оружия, а не искал возможности это сделать», — пояснила представительница Фемиды. «Туманными» назвала судья и доказательства о продаже Бутом оружия «кровавым режимам» в Африке, отметив что россиянин не был связан ни с террористическими группировками, ни с наркотрафиком, а также не совершал ранее преступления, подпадающие под юрисдикцию американского суда, который «не претендует на звание верховного суда всего мира».

Неизвестно, повлияли ли на решение судьи дать Виктору Буту минимально возможный срок письма, которые Шира Шейндлин в начале апреля получила от дочери Бута, а также от российского МИДа, но отказ пойти на поводу у прокуратуры супруга россиянина Алла в разговоре с «РГ» расценила в качестве «победы нашей защиты, Виктора и нашей страны» в деле, «построенном на сплетнях из прессы, фильмов и умозрительных выводах обвинителей».

«Если судья дала минимальный срок, значит, она признала несостоятельность обвинений. У прокуратуры просто нет никаких документов, выписок из банковских счетов и так далее», — пояснила Алла Бут, уточнив, что судья «объективно подошла к вынесению приговора, несмотря на то, что находится в жестких рамках американской судебной системы».

Адвокат россиянина Альберт Даян в 14-дневный срок подаст апелляцию на решение суда с просьбой пересмотреть дело и снять с Виктора Бута все обвинения, пояснили нашему корреспонденту представители защиты. Не исключено, что прокуратура также решит апеллировать, но только к ужесточению приговора.

Между тем источники в российских дипломатических кругах пояснили «РГ», что наиболее приемлемым вариантом для Москвы является экстрадиция Виктора Бута в Россию в рамках ратифицированной обеими странами Конвенции о передаче осужденных лиц. В то же время имеющейся механизм, отмечает дипломат, задействовался в российско-американских отношениях всего лишь однажды — в 2007 году России был передан экс-сотрудник ООН Владимир Кузнецов, осужденный в США за отмывание денег, — и не ясно пойдет ли Вашингтон на такой шаг снова, и если да, то на каких условиях.

Напомним, в ноябре пошлого года присяжные признали Виктора Бута виновным по четырем пунктам обвинений. Основными доказательствами против россиянина стали материалы, собранные Управлением по борьбе с наркотиками США — DEA. Главными уликами являются электронная переписка бизнесмена с подставными представителями революционных сил Колумбии — ФАРК, а также беседа Бута с агентами DEA в 2008 году в Бангкоке. В ходе разговора с провокаторами Виктор Бут якобы согласился за 12 миллионов долларов продать 5 тысяч автоматов, а также множество боеприпасов мин, гранат и зенитных ракет и другого оружия. Адвокат российского гражданина заявил, что его клиент намеревался продать два грузовых самолета[158].

Четыре года спустя 69-летняя на тот момент председательствовавшая на процессе Шира Шейндлин добровольно завершит свою карьеру федеральной судьи и тихо выйдет в отставку. А в мае 2016 года в интервью газете The New York Times замученная собственной совестью Шейндлин признает: ее собственный приговор Виктору Буту был «слишком суровым» и «неадекватным»[159]. «Я не защищаю его, но он бизнесмен», — сказала уволившаяся после 21-летней карьеры судья. И добавила очевидную вещь — Бут не был террористом, «который живет для того, чтобы взорвать людей в супермаркете». «Они [спецслужбы США] втянули этого парня в дело, предложив ему много денег. Я дала ему наименьший срок, который могла дать», — продолжила Шейндлин, отметив при этом, что один из пунктов обвинения предусматривал обязательное минимальное 25-летнее наказание и по-другому она поступить просто не могла[160]. Хоть и запоздалое, но весьма показательное признание для американской судебной системы. Но вот стоило ли с ним тянуть до самой пенсии? Видимо, раньше высказывать такие мысли было не к месту, да и просто опасно для карьеры.

По словам Аллы Бут, слова судьи подтверждают, что все дело россиянина было сфабриковано. «Все было так срежиссировано спецслужбами и прокуратурой в рамках американского антитеррористического законодательства, что независимый и принципиальный судья был поставлен в жесткие рамки между 25 годами и пожизненным заключением и не мог выйти за эти рамки, даже понимая, что наказание, которое он обязан назначить, совершенно не соответствует деянию, которое, по мнению прокуратуры и присяжных, совершил обвиняемый», — отметила она.

Но были ли у Виктора, попавшего в жернова американских спецслужб, хоть какие-нибудь шансы быть оправданным в суде? Вопрос — риторический. И все же мне удалось задать его Андрею Шитову — одному из самых опытных российских журналистов-американистов, который в качестве корреспондента, а затем и руководителя корпункта ТАСС проработал в США целых 25 лет.

— Меня самого американцы — после четверти века работы в США — лишили визы и пытались вербовать, — ответил Шитов. — И мне всегда хотелось верить, что в подобных историях «нет ничего личного». Что американцы гнут свою политическую линию, а их спецслужбы, подстраиваясь под нее, пытаются грести всех подряд частым гребнем: вдруг кто-то и зацепится. Но Бут — незаурядная личность, его заранее демонизировали, в том числе и в СМИ. К таким людям, видимо, подход персонализирован, поскольку и для пропаганды, и для спецслужбистов потенциальный «навар» больше. Я в целом с большим уважением отношусь к американским судам. Но у Бута, исходя из упомянутого ожидаемого «навара», шансов практически не было. Оправдать его могли разве что чудом.

Вновь открывшиеся обстоятельства

Чуда, как известно, не произошло. Вскоре после вынесения приговора суда Виктора Бута перевели в Бруклинскую тюрьму общего режима и с подозрением на туберкулез поместили под медицинское наблюдение в блок для заключенных с неустойчивой психикой и суицидальными наклонностями.

В мае того же года Федеральное бюро тюрем США приняло решение отправить осужденного на 25 лет Бута для отбывания наказания в исправительную тюрьму максимально строгого режима Administrative Maximum Florence (ADX Florence) в округе Фримонт, штат Колорадо. Это открывшееся в 1994 году к югу от города Денвер исправительное учреждение, именуемое также Supermax или «горным Алькатрасом», печально известно своим контингентом — здесь в режиме полной изоляции, отделенные от внешнего мира шестью уровнями безопасности и разведенные подальше друг от друга коротают дни примерно 400 отъявленных убийц, террористов, насильников. В их числе один из организаторов взрыва на бостонском марафоне Джохар Царнаев, соучастник подрыва правительственного здания в Оклахома-сити в 1995 году (погибли 170 человек) и член американской ультраправой группировки Терри Николс, а также мексиканский наркобарон Хоакин Гусман по кличке «Эль Чапо».

В камерах ADX Florence — бетонных коробках размером 3,5 на 2 метра — находятся лишь несколько предметов интерьера: отлитые из бетона стул, кровать и стол, а также железные умывальник и унитаз. Замурованным в этих каменных мешках осужденным положены прогулки лишь на 1 час в день, да и то в соседней камере или — за хорошее поведение — в закрытом высокими стенами дворике. На связь с родными, если они есть и пока не отказались от арестантов, выделяется 15 минут в месяц. «Фактически пребывание здесь означает быть похороненным заживо», — пишут об этих нечеловеческих условиях американские СМИ.

Ценой больших усилий адвокат Бута и наши дипломаты смогли убедить судью отложить этапирование россиянина в Supermax. Подставленный спецслужбами США бизнесмен Виктор Бут, никогда ранее не имевший проблем с законом, явно не принадлежал к специфической категории «постояльцев» этого заведения. Которых американская пресса называет не иначе как «худшие из худших». В конце концов понимание разительного контраста между Бутом и закоренелыми уголовниками дошло даже до американских властей. После ряда ходатайств в июне 2012 года россиянина все-таки перевели в федеральную тюрьму общего режима «Марион» — Medium security prison Marion (USP Marion) — в округе Уильямсон, что в южной части штата Иллинойс. При этом нашего соотечественника полностью изолировали от внешнего мира, поместив его в так называемый спецблок коммуникационного контроля.

Справка

Блоки коммуникационного контроля (Communications Management Unit, CMU) — специальные и изолированные подразделения внутри американских федеральных тюрем для содержания заключенных, осужденных по террористическим статьям. По открытым данным, всего в США имеется два CMU: в тюрьме «Марион» (штат Иллинойс) и в тюрьме «Терра Хот» (штат Индиана). Такие блоки впервые появились в 2006 году, а спустя четыре года задним числом их создание санкционировал конгресс США. С самого начала программы американские правозащитные организации поставили вопрос о ее неконституционности ввиду явного нарушения прав человека. Заключенные в блоках коммуникационного контроля — в каждом около 50 человек (преимущественно радикальные исламисты) — содержатся в одиночных камерах, которые синхронно запираются на ночь. Днем они могут находиться в нескольких общетюремных помещениях, а также в небольшом, отдельном от всей остальной тюрьмы дворике, окруженном высокими стенами. Главная задача CMU — фиксировать все общение заключенных с внешним миром. Разрешен один телефонный звонок родным в неделю — не более 15 минут. Если разговор предполагается не на английском языке, на это необходимо подать специальную заявку. Все разговоры записываются и анализируются спецотделом Бюро тюрем США и ФБР. Свидания в CMU ограничены четырьмя часами в месяц и проходят бесконтактно: заключенные и посетители общаются через бронированное стекло по телефонам, сигнал которых идет не напрямую от собеседника к собеседнику, а через прослушивающие общение телефонные центры в Вашингтоне и Вирджинии.

В течение 2013 года адвокаты Виктора Бута несколько раз подавал документы на апелляцию и об этом я подробно писал в своих газетных материалах. Таких, например, как этот.

Прочитано в «Российской газете»

Вчера в суде Нью-Йорка прошли апелляционные слушания по делу Виктора Бута. Адвокат россиянина Альберт Даян в очередной раз попытался убедить «тройку» судей в том, что вынесенный Буту в апреле прошлого года обвинительный вердикт должен быть отменен. Ведущий это дело прокурор Анджан Сахни, в свою очередь, заявил, что на процессе было предоставлено достаточно доказательств вины Бута.

Хотя на саму апелляцию г-ну Альберту Даяну было выделено всего 10 минут, итогами слушаний защитник россиянина остался доволен. «Мы будем ждать решения судей, — отметил адвокат Бута. — Сегодняшние прения прошли как нельзя лучше. Судьи будут изучать материалы, которые я им предоставил. Помимо того, что было сказано мною во время выступления, я представил им много аргументов в письменном виде». Решение по поданной апелляции может быть вынесено в течение нескольких недель.

Впрочем, наблюдатели отмечают, что едва ли американский суд пойдет на отмену резонансного приговора, в соответствии с которым россиянина признали виновным в «сговоре с целью убийства американских граждан и должностных лиц» и отправили за решетку на 25 лет. Напомним, что всего неделю назад американский суд отклонил апелляцию и отказал в пересмотре обвинительного приговора другому гражданину России — летчику Константину Ярошенко, отбывающему 20-летний тюремный срок в США. В российском внешнеполитическом ведомстве данное решение по делу Ярошенко расценили, как «негуманное, нелогичное и неприемлемое».

Между тем, как стало известно «РГ», уже в ближайшее время от услуг г-на Даяна, который не смог в ходе процесса доказать невинность бывшего российского предпринимателя Бута, могут отказаться. Свое согласие представлять интересы Виктора Бута, на которого американская пресса навесила ярлык «оружейного барона» и «торговца смертью», уже дала одна из ведущих в США юридических и лоббистских фирм Patton Boggs. Новая линия защиты Бута, которая основана на пересмотре этого громкого дела по вновь открывшимся обстоятельствам, уже получила одобрение в российском МИДе.

Как рассказал «РГ» московский адвокат Бута Алексей Бинецкий, в ходе судебного процесса над бывшим российским предпринимателем его защитой «были сделаны определенные упущения».

В частности, в ходе суда, который прошел в Нью-Йорке весной 2012 года, Виктору Буту не предоставили возможность выступить с показаниями, не были представлены экспертные документы и отчеты экспертов ООН о том, что Бут не занимался торговлей оружием. Кроме того, не получилось привлечь внимание присяжных заседателей к тому обстоятельству, что при проведении тайной операции и провокационном аресте россиянина в Таиланде в 2008 году американские спецслужбы сами грубо нарушили действующие в США законы.

«По нашему мнению, чтобы добиться успеха, нужно заменить защитников Бута. После анализа всех материалов дела с американскими адвокатами самого высокого уровня мы подготовили отчет, который был направлен заинтересованным лицам. В частности, он получил одобрение российского МИДа», — пояснил «РГ» г-н Бинецкий, который, по его словам, работает над этим делом «на патриотической основе и бесплатно».

Впрочем, американские адвокаты на чистом альтруизме работать не привыкли. По данным «РГ», юристы авторитетной вашингтонской фирмы Patton Boggs дали согласие заняться делом Бута при условии оплаты аванса в 250 тысяч долларов и 1,5–2 миллионов долларов в течение всего срока его рассмотрения.

Однако отвести нынешнего адвоката Бута и ввести в апелляционный процесс новую команду защитников мешает банальное отсутствие денег у семьи россиянина на оплату услуг адвокатов. В этих условиях сам Виктор Бут, отбывающий срок в тюрьме строгого режима «Марион» в штате Иллинойс, а также его супруга впервые письменно обратились к президенту России за помощью.

В письме, отправленном в Кремль в начале этой недели (имеется в распоряжении «РГ»), Алла Бут указывает, что «за последние несколько месяцев… удалось прояснить ситуацию о том, как и почему возникло дело Виктора Бута», а также сообщает о том, что «все попытки собрать необходимые средства для защиты мужа и возвращении его на Родину… не увенчались успехом»[161].

27 сентября 2013 года Апелляционный суд II округа США отклонил апелляцию Бута, оставив в силе приговор федерального суда Южного округа Нью-Йорка, согласно которому Виктор должен был провести в тюрьме следующие 25 лет. Спустя год с небольшим — в ноябре 2014-го — Бут через своих новых защитников в лице юридической фирмы Ashcroft Law Firm экс-генпрокурора США Джона Эшкрофта и русскоязычного адвоката из Хьюстона Алексея Тарасова вновь обратился в окружной суд Манхэттена с требованием о пересмотре дела в связи с «вновь открывшимися обстоятельствами».

В чем же они заключались?

«Среди этих обстоятельств — документы, обнаруженные в ходе многомесячного адвокатского расследования, — рассказала мне супруга Бута[162]. — Они показывают, в частности, что главный свидетель обвинения на процессе Бута, англичанин Эндрю Смулян, который проходил по делу россиянина вторым обвиняемым, но пошел на сделку со следствием, на самом деле мог заранее знать о том, что переговоры с мнимыми колумбийскими коммунистами, подготовленные им для Бута, были провокацией спецотдела по терроризму американского агентства по борьбе с распространением наркотиков (DEA)». Знание Смуляном этого факта, если будет доказано, что он был в курсе готовящейся провокации, а тем более — принимал в ней участие, разрушит обвинения в сговоре против Бута, так как сговор с лицом, участвующим в операции спецслужб «с открытыми глазами», по американскому законодательству не может считаться преступлением. Кроме Бута и Смуляна в деле нет других обвиняемых, напомнила Алла Бут.

Примерно в это время защита Бута, собирая новые аргументы для ходатайства, попыталась разыскать сотрудников тайской полиции, участвовавших в задержании российского предпринимателя. Удивительно, но один из них полковник полиции Акравут Лимрат в декабре 2014 года был найден мертвым с тремя переломами позвоночника. На Лимрата, как на человека готового рассказать правду об обстоятельствах ареста Бута, адвокату россиянина Алексею Тарасову указал генерал-лейтенант таиландской полиции Понгпат Чаяпан. Однако и сам Чаяпан был снят с должности, а затем арестован по обвинению в неуважении к королевской власти, взяточничестве и превышении должностных полномочий[163]. Согласитесь, что это весьма странные и подозрительные совпадения.

Спустя еще почти год, в октябре 2015-го, судья Южного округа Нью-Йорка Шейндлин снова отклонила ходатайство о пересмотре дела Бута. Как рассказал адвокат Алексей Тарасов, полученный им ответ на 29 страницах «во многих местах практически полностью повторяет аргументы прокуратуры». Ясно, что такой ответ был заготовлен заранее и никаким образом не учитывал тот факт, что месяцем ранее, в сентябре Совет Безопасности ООН единогласно принял резолюцию, изменяющую введенный ранее санкционный режим в отношении Либерии. В результате из санкционных списков СБ ООН были исключены имена Виктора Бута и его брата Сергея.

Такое решение суда, фактически перечеркивающее любые юридические перспективы оспаривания сурового приговора Виктору, его супруга назвала проявлением «телефонного права». Алла Бут также сообщила, что ни сам поступок судьи Шейндлин, ни жесткий стиль текста отказа, ни буквальное повторение в отказе аргументации прокуратуры не укладываются в ее представление о судье, которую супруга Бута хорошо знает по процессу мужа: «Шира Шейндлин — думающий человек, человек со своим мнением. Она вела себя на суде очень независимо, подвергала глубокому анализу каждое заявление обвинения и защиты. Трудно поверить, что такой цельный человек по своей воле поступил так нелогично»[164].

С этого момента юридические возможности по возвращению Бута домой, включая апелляцию на последнее решение суда, были окончательно исчерпаны. В этом отдавала себе полный отчет семья россиянина. «Теперь, чтобы вернуть Виктора домой, уже не нужны адвокаты. В его деле теперь нужна только воля государства, — заявила Алла Бут. — Понятно, что в нынешней обстановке в отношениях между Россией и США такое глубоко политизированное дело, как дело Бута, непросто будет сдвинуть с места в сторону возвращения моего мужа в Россию. Однако никакого другого положительного решения, кроме политического и дипломатического, в этом деле уже не может быть. Иначе Виктору придется сидеть в американской тюрьме все 25 лет»[165].

И это притом что американские власти еще в 2012 году заявляли о своей готовности рассмотреть запрос России относительно возможности отбывания Бутом наказания на родине. По крайне мере, об этом объявил генеральный прокурор США Эрик Холдер в беседе с заместителем генерального директора ТАСС Михаилом Гусманом.

Дословно

Гусман: Хотел бы коснуться еще одного вопроса, который вызывает в России естественный интерес. Речь идет о процессе, который здесь проходил над российским бизнесменом Бутом. Состоялось решение суда. Я не буду его комментировать. У меня вопрос другой: если после всех апелляций Бут все-таки будет признан виновным, как лично вы относитесь к тому, чтобы он мог отбывать наказание в России? Какова для этого, на ваш взгляд, может быть правовая база?

Холдер: У нас есть с другими странами соглашения, позволяющие осужденным отбывать наказание на родине. Но это если есть такой договор. Если бы у нас был запрос от России относительно того, чтобы господин Бут отбывал наказание на родине, мы бы это рассмотрели. При наличии запроса[166].

Представить, что американский генпрокурор мог не знать о существовании такого договора между Россией и США, невозможно. Ведь соглашение между Москвой и Вашингтоном о взаимной правовой помощи по уголовным делам (ДВПП) было подписано еще в 1999 году и после процедуры ратификации вступило в силу в конце 2002-го[167]. «С завершением процесса ратификации становится возможным возобновление диалога по Договору о взаимной выдаче осужденных и заключенных и ряду других договоров между Россией и США в правоохранительной сфере», — тогда же отметили в МИД РФ[168].

Но до сих пор диалог по этому вопросу так и не привел к каким-либо результатам. Причина? По данным управления экстрадиции Генеральной прокуратуры РФ, американцы упорно отказываются заключать соответствующее соглашение[169]. Да и практика исполнения ими подписанного ДВПП оказалась весьма далекой от того, на что рассчитывали в России.

«Российские граждане арестованы по очень сомнительным обвинениям, нам ничего не говорят, российским правоохранительным органам предварительную информацию американцы не дают, как минимум, не выполняя, а по большому счету, реально нарушая двусторонний договор 1999 о взаимной правовой помощи по уголовным делам, — отмечал в январе 2015 года уполномоченный МИД РФ по вопросам прав человека, демократии и верховенства права Константин Долгов. — Это уже тенденция, негативная и печальная тенденция. Конечно, когда наших граждан экстрадируют на территорию США, то никакого справедливого правосудия они, безусловно, ожидать, к сожалению, не могут»[170].

В случае Бута запрос, о котором говорил американский генпрокурор Эрик Холдер, был подготовлен и направлен министерством юстиции РФ в Вашингтон осенью 2012 года. Ответ не заставил себя долго ждать — уже 10 ноября минюст США отказал в передаче Виктора для отбывания наказания на родине, обосновав отказ серьезностью совершенного преступления, возражениями со стороны правоохранительных органов, а также тем, что такая возможность исключается ввиду якобы имевшегося криминального прошлого Бута.

«Ответ американцев носил издевательский характер. Так же они отказали в отношении Константина Ярошенко. С учетом того, что подобные запросы можно подавать только один раз в 2–2,5 года и на фоне нынешнего состояния российско-американских отношений никаких перспектив его исполнения Вашингтоном не просматривается, второй раз мы этого даже не делали», — пояснила мне жена Бута.

Впоследствии стало предельно понятно, в чем заключается истинная причина отказа американцев. Являвшаяся на тот момент помощником госсекретаря США Виктория Нуланд (та самая, что раздавала украинцам печенки на Майдане в 2014 году) категорически заявила нашим дипломатам: не согласившийся на сделку с американцами Бут продолжит сидеть в американской тюрьме для примера другим! «Я не раскрою никакого секрета, сказав, что во время переговоров о вероятном обмене Виктора и Ярошенко помощник госсекретаря США Виктория Нуланд сказала представителям российской стороны: Бут и Ярошенко будут сидеть в США в назидание другим», — отмечала Алла Бут[171].

Видимо, такой незавидный пример, по высказанной за закрытыми дверями мысли Нуланд, должен был стать показательным. И использоваться для устрашения всех тех, кто отказывался от «сделки» с американскими госорганами. Аргумент «не хотите по-нашему — пойдете по стопам Бута» впоследствии не раз применялся американскими обвинителями для запугивания попавших к ним в руки граждан РФ, не желавших оговаривать себя в суде. Стоит ли говорить, что в таких условиях ратифицированный больше 20 лет назад ДВПП между Россией и США, к сожалению, оказался бесполезной бумагой.

Тем временем на уже осужденного к чудовищному сроку россиянина не прекращалось давление «в местах, не столь отдаленных». Очевидно, это была месть Буту за непрекращающиеся попытки оспорить решение суда. И очередная попытка психологически сломить его суровыми условиями содержания. Любая, даже самая безобидная инициатива нашего соотечественника вызывала болезненную и репрессивную реакцию тюремных властей. Так, попытка Виктора вырастить чайный гриб в камере привела к тому, что его наказали 90-дневным запретом на телефонные звонки домой и аннулировали 41 день, занесенный в счет досрочного освобождения за хорошее поведение. Кроме того, россиянина лишили права покупать в тюремном киоске что-либо кроме предметов первой необходимости.

Вопрос о наказании Бута администрация тюрьмы подняла в конце августа, когда у него была отобрана банка с чайным грибом, который он вырастил в камере. Органический продукт россиянин использовал в качестве лекарства от желудочно-кишечных проблем, а заодно укреплял здоровье соседей по блоку и даже охранников. Задействовав Breathalyzer — полицейский прибор для замера уровня алкоголя в дыхании водителя — администрация тюрьмы провела «следственный эксперимент» и обнаружила в составе лекарственного чая алкоголь. Хотя его содержание было в пределах от 0,002 до 2 процентов, а сам напиток был нацелен на лечение гастритов, американские тюремщики расценили факт «самодеятельности» Бута, как серьезное дисциплинарное нарушение.

Долгая дорога домой

Пока Виктор отбывал срок в Америке, его супруга Алла не опускала рук и продолжала работать над освобождением своего мужа. В 2013 году она учредила некоммерческий Фонд «Дорога домой», который был призван помогать не только Виктору, но и десяткам других россиян, оказавшихся в иностранных тюрьмах. Я встретился в Аллой летом 2013 года для того, чтобы узнать подробности этой инициативы.

Прочитано в «Российской газете»

За границей ожидают суда или отбывают тюремный срок около 7 тысяч россиян. Только в США и Европе количество наших соотечественников, находящихся за решеткой, исчисляется сотнями: в Германии под следствием и в тюрьме находятся около 450 россиян, в США — 350, в Испании — 170, в Бельгии — 160, в Эстонии — 150. Как удалось узнать «РГ», уже в ближайшее время в России заработает новая гуманитарная организация, которая будет целенаправленно помогать нашим соотечественникам, попавшим в критические ситуации за рубежом.

Фонд «Дорога домой», учрежденный Аллой Бут — супругой одного из самых известных российских арестантов за рубежом, бывшего предпринимателя Виктора Бута, прошел регистрацию в Минюсте и, начиная с сентября, планирует включиться в активную работу по защите прав и интересов россиян в иностранных тюрьмах. Первые шаги фонда — официальные обращения в Государственную Думу и МИД России — должны вновь привлечь российские власти и общественность к проблеме сидящих россиян за рубежом.

Когда у вас родилась идея создания такого фонда?

Алла Бут: Идея создания фонда «Дорога домой» у меня родилась давно. Когда я столкнулась с арестом моего мужа в Таиланде, а затем и его экстрадицией в США, стало понятно, что имеющихся в нашей стране механизмов по защите прав граждан РФ, оказавшихся в сложных жизненных ситуациях, недостаточно. Сегодня помощью этой категории россиян занимаются в основном их родственники и сотрудники наших консульских учреждений, но зачастую их возможностей не хватает.

Как ваша организация будет помогать нашим гражданам, оказавшимся в иностранных тюрьмах?

Алла Бут: Одной из задач фонда является сбор данных и донесение до граждан России информации о том, что происходит в других странах с нашими соотечественниками в местах лишения свободы. В уставе записано, что мы помогаем не только Виктору Буту, но и всем другим соотечественникам, попавшим в похожие экстремальные ситуации.

Для этого фонд планирует создать и сделать общедоступной базу иностранных адвокатских контор в тех странах, где россияне чаще всего попадают в проблемные ситуации. Дело в том, что, когда был арестован Виктор, я была в полной растерянности и не знала, к кому обращаться и что делать. Поэтому очень важно иметь информацию об адвокатах, которые могли бы быстро прийти на помощь и оказать первичную юридическую поддержку и защиту прав в случае ареста. Такая база будет создана по США, Таиланду, странам Юго-Восточной Азии и ближнему зарубежью.

Не секрет, что для качественной защиты прав наших граждан нужны специалисты высокого уровня. Именно поэтому наш фонд займется сбором средств на оплату услуг не только юристов, но и психологов, а также лингвистов.

Каковы будут основные источники финансирования фонда «Дорога домой»?

Алла Бут: Поскольку речь идет о некоммерческой организации, которая не может получать прибыль, мы будем собирать средства в первую очередь в виде благотворительных пожертвований частных лиц. Кроме того, фонд начнет рассылать обращения и приглашать делать взносы компании и бизнесменов. Полученные средства пойдут на оказание юридической и психологической помощи нашим согражданам, попавшим в критические ситуации за границей. Также мы планируем создание правдивого документального фильма о содержании россиян в тюрьмах в разных странах мира.

Как отнеслись к данному проекту в российских госструктурах?

Алла Бут: Министерство иностранных дел РФ нас поддержало, поскольку на сегодня нет ни одной общественной структуры, которая работает с россиянами, оказавшимися в иностранном заключении. А в сентябре мы официально обратимся в Госдуму с просьбой о назначении слушаний по вопросу об арестованных и осужденных за границей россиянах.

А как сам Виктор Бут оценил идею создания такого фонда?

Алла Бут: Мы не могли детально обсуждать этот вопрос, поскольку я поддерживаю с Виктором, находящимся в тюрьме строгого режима в штате Иллинойс, связь только по телефону, а наши разговоры прослушиваются и записываются. На телефонные звонки ему выделяют по 15 минут два раза в месяц. Однако темы для общения очень сильно ограничены, и один раз его уже лишили на месяц права вести разговоры по телефону, а также предупредили, что записи переговоров могут быть использованы для увеличения срока наказания.

О том, что такой фонд создан, я ему сообщила, и его реакция была одобрительной. Виктор призвал нас активно работать по каждому конкретному случаю нарушения прав россиян в заграничных тюрьмах.

Как ваш супруг, которого в США весной прошлого года приговорили к 25 годам заключения, проводит тюремные будни?

Алла Бут: К сожалению, особенности режима тюрьмы, где сейчас находится Виктор, таковы, что там нет никаких физических работ. Единственное занятие, которое разрешают тюремные власти, это вязание крючком, но при этом связанные вещи запрещено хранить в камере. Контингент тюрьмы состоит в основном из мусульман, обвиненных в терроризме, а все заключенные сидят в одиночках, где нет окон.

По словам мужа, короткие прогулки проходят в закрытом высоким бетонным забором дворе, где ничего нет, кроме стен, и видно только небо.

Помимо проблемы с питанием — он, например, не видел яблок на протяжении последнего года — существует и проблема с книгами, которых в тюремной библиотеке практически нет. Но Виктор — сильный человек, и он завел себе жесткий распорядок дня. Весь день расписан у него по часам — подъем, зарядка, медитация, упражнения, изучение иностранных языков, чтение, рисование. Он также делает отдельные наброски книги о своих жизненных наблюдениях. За последний год к нему 4 раза приезжали сотрудники российского посольства в США. Нашим дипломатам Виктор пожаловался на то, что его электронные сообщения зачастую не доходят до адресатов и нет никакой гарантии того, что в случае экстренной необходимости он сможет связаться с посольством России в США[172].

На фоне резко участившихся в этот период арестов граждан РФ на территории третьих стран по запросам США в МИД России признали очевидное: американские власти развернули настоящую охоту на россиян за рубежом и эти проблемы в будущем будут только нарастать. Именно так в марте 2016 года сложившуюся ситуацию оценил уполномоченный МИД России по правам человека, демократии и верховенству права Константин Долгов. «Американские власти фактически развернули охоту на наших граждан. Это в основном специалисты в области программирования, IT-технологий, но не только. Их арестовывают в третьих странах, потом добиваются экстрадиции в США. Как показывает ситуация с такими именами как Бут, Ярошенко, конечно, их опыт показывает, что там сплошная политизация, и ни о каком справедливом правосудии, как правило, речи не идет», — сказал Долгов, выступая на совместном заседании Президиума Международной ассоциации русскоязычных адвокатов в марте 2016 года[173].

Присутствовавший на этом мероприятии адвокат Бута Алексей Тарасов (он одновременно защищал интересы осужденного американцами летчика Константина Ярошенко) подтвердил, что в США «сложилась практика арестовывать по всему миру российских граждан»[174].

В это время Виктор продолжал, если так можно выразиться, обживаться на новом месте — тюрьме «Марион» в штате Иллинойс. Это пенитенциарное заведение было открыто в 1963 году на замену обветшавшему и всемирно известному Алькатрасу, расположенному в заливе напротив города Сан-Франциско. Если со «Скалы», как называли Алькатрас, удалось совершить успешную попытку побега лишь однажды, то из «Мариона» до сих пор никто и никогда не сбегал, хотя такие попытки предпринимались. Разумеется, не собирается делать этого и Бут — бежать которому в чужой стране было некуда.

Со временем коротавший дни в заключении Виктор начал получать российские периодические издания — «Российскую газету», «Комсомольскую правду», «Коммерсантъ» и журналы «Огонек», «Власть» и «Деньги». Любопытно, что сам россиянин, по его словам, даже не знал, кому он был обязан неожиданной для него подпиской на СМИ и через журналистов просил заочно передать большую благодарность неизвестному доброжелателю.

За американской решеткой

Мы просто имеем дело с тупым громилой, который не привык ни с кем считаться и ничего не поймет, пока не схлопочет сильный удар по лицу. Вот и все!

Из интервью Виктора Бута телеканалу RT[175]

Приговор оглашен. Апелляции отклонены. Юридические рычаги по защите прав россиянина практически исчерпаны. Надежды на досрочное освобождение в рамках обмена заключенными между Россией и США — весьма призрачны[176].

Впереди Виктора Бута ждали долгие годы тюрьмы. В чужой и далекой от его родных и близких людей стране. На момент ареста Виктору только исполнился 41 год, а когда подойдет срок освобождения, ориентировочно в январе 2030-го, ему будет 63. За это время вырастет и наверняка создаст свою семью дочь. Постареет жена и он сам. Возможно, уйдут из жизни многие знакомые люди. От подобных мыслей на фоне чудовищно длинного срока кто угодно окажется в глубоком психологическом шоке. Но Бут оказался сделан из другого теста. Россиянин нашел в себе душевные и физические силы для того, чтобы принять произошедшее с ним и примириться с этой несправедливостью. А главное — чтобы продолжать жить ради возвращения на Родину и воссоединения с ждущей его семьей.

«Тут все в твоих руках — хочешь, впадай в депрессию, хочешь — борись с ней. Ты живешь своей жизнью, условия которой располагают к депрессии. И они тут это очень любят, если впадаешь в депрессию — они тебе и таблеточки дадут, сейчас очень модно здесь стало принимать таблетки от депрессии, которые прописывают прямо здесь, в тюрьме, — рассказывал весной 2016 года россиянин в телефонном интервью. — Альтернатива — это вариант “в здоровом теле здоровый дух”, в поддержании физической формы — вся твоя поддержка, и физическая и моральная. Раз есть чем заниматься — поддержанием физической формы — есть шанс сохранить физическое и психическое здоровье»[177].

Каждое невеселое тюремное утро Бут начинал с пары хороших анекдотов. Где он их вычитывал? «Я получаю “Российскую газету — Неделя”, там всегда есть свежие анекдоты, вот все вместе и смеемся», — пояснял Виктор[178]. Далее в течение дня он занимался йогой. Это позволяло «лучше понимать собственную психологию». Со временем Виктору, по его словам, даже удалось выработать способность контролировать собственное мышление: «В результате ты сам себе не позволяешь впадать в пессимизм и депрессию, а твой стакан с водой всегда остается наполовину полон, а не наполовину пуст».

Каким еще образом осужденный россиянин коротал время за американской решеткой? Так часто, как он только мог, занимался чтением книг, которые имелись и в тюремной библиотеке, и направлялись ему со всего света. «Мне тут один чудак из Ирландии прислал сразу много книг, в основном почему-то бразильских. Вот теперь изучаю историю Бразилии прошлого и нынешнего века», — рассказывал Виктор[179]. Очень понравился ему роман российской писательницы Гузели Яхиной «Зулейха открывает глаза», а также произведения Юрия Полякова.

В буквальном смысле чемоданами в тюрьму передавала различные специализированные издания его супруга.

— По большей части это были книги о саморегуляции, психологии, релаксации, медитации и гипнозе. Кроме того, было очень много лингвистики: для изучения санскрита, хинди, урду и фарси. В меньшей степени это была художественная литература и классика, — вспоминала Алла в беседах со мной.

И все же для чтения Виктору требовалось больше литературы: «Мечтаю, чтобы какие-нибудь книги на турецком кто-нибудь прислал. Я люблю читать по-турецки. Особенно мне нравятся такие писатели, как, например, Орхан Памук. Очень хороший турецкий писатель, классно пишет. Я все его книги прочитал, за исключением, наверно, самых последних… И “Стамбул”, и “Белую крепость” и другие. Интересно очень пишет. Интересные исторические сюжеты, много глубоких мыслей»[180].

По его словам, когда совсем нет общения с носителями языка и нет возможности добывать новые книги по языкам или на языках, это ограничивает возможности в изучении языка, останавливает тебя на определенном уровне, дальше которого пойти не получается. «Я получаю примерно одну новую книгу в год на турецком, и этим как-то поддерживаю уровень знания этого языка. Арабский тоже пытаюсь как-то практиковать. Тут бывают газеты на арабском, вот ими я и пользуюсь как пособиями для повторения изученного. Фарси (персидский) у меня сейчас в хорошей форме, занимаюсь постоянно»[181].

Но помимо пищи духовной вегетарианцу Буту приходилось непросто и с питанием для тела: «Утром, в шесть часов, на завтрак — хлопья с молоком, которые я не ем. Обед в десять утра, потом ужин в 16:30 — и все. Остальное, кому что надо, можно купить. Мне как вегетарианцу не могут предложить большой выбор продуктов питания ни в столовой, ни в тюремном магазине. И одуванчик сорвать и съесть тоже проблематично: у нас на всю тюрьму один малюсенький газончик у столовой, на единственном нашем участке “под открытым небом”. Там вокруг высокие сплошные стены, и видно действительно только небо сверху. Так вот, мимо этого газончика можно только проходить. Там нельзя стоять или сидеть, на него нельзя наступать, а тем более что-то с него срывать. Зато в солнечные дни у этого газончика можно загорать»[182].

Тут впору сделать небольшое отступление о том, что представляет собой тюремная система в США. На сегодняшний день в американском «Архипелаге ГУЛАГе» содержатся около 2,3 миллионов человек — это самое большое количество заключенных людей в одной отдельной стране и 25 процентов от всего тюремного населения мира. Гигантская армия зеков в Соединенных Штатах разбросана по 1833 тюрьмам штатов, 110 федеральным исправительным заведениям, 1772 колониям для несовершеннолетних и 218 лагерям для иммигрантов[183].

Как известно, имеются в Америке и частные тюрьмы. В которых содержание заключенных — это чистый бизнес. Ведь зарплата рядового арестанта составляет от 86 центов до 3,45 долларов в час при средней оплате труда в Америке на уровне 30–40 долларов в час. Бизнесом на арестантах занимается и правительство США, учредившее еще во времена Великой депрессии в середине 1930-х годов федеральную компанию Federal Prisons Industries (торговый бренд — UNICOR). За свой труд (отказ от которого карается воспитательным карцером) осужденные получают сущие крохи — от 23 центов до 1,15 долларов в час. Повторю, что тяжелая работа носит принудительно-обязательный характер, а трудовые права арестантов за решеткой никто защищать не рвется. Можно смело говорить о том, что сотни тысяч людей, запертых за обнесенными колючей проволокой бетонными стенами, находятся на положении бесправных рабов.

Из личного письма В. Бута от 13 ноября 2014 года

Американская тюрьма — это «тюремно-промышленный комплекс», где в федеральной системе 300 тыс. зеков, в тюрьмах штатов около 2,2 млн зеков, еще 3 млн на «химии». Все заточено на прибыль. Куча частных тюрем и эта такая большая игра по виртуозному разворовыванию — адвокаты, суды, маршалы, тюрьмы, профсоюз тюремщиков (очень влиятельные на выборах). Эта система или ГУЛАГ работает по плану: сколько посадить, все по разнарядке. Начиная с ареста, все это переводится в тюремные «бонды» и сразу перепродается. Весь Wall Street их покупает и перепродает. Эта система — часть, причем неотъемлемая, экономики США. Проведите свой поиск в интернете по prison bond и почитайте. А для налогоплательщиков пропаганда пихает «Борьба с преступностью».

Психологически условия здесь трудные: полно стукачей. В США традиционно культ стукачества. После суда к вам может подойти некий зек и сказать про то, как все продажно, все козлы и т. д. Предложит помощь в наведении «справедливости» — заказать судью или помощника прокурора. И сразу бам-бам — он с записывающим устройством. Вам новое пожизненное за заговор с целью убийства судей, ему скостят несколько лет, а ФБР награды и премии. И все это на промышленной основе — конвейер[184].

Интерес к тому, как на самом деле устроена пенитенциарная система в США, проявлял и я. И периодически готовил газетные материалы на эту тему.

Прочитано в «Российской газете»

«Самая демократическая» страна в мире, Америка, может «похвастаться» самым большим в мире тюремным населением, которое сегодня составляет более 2,3 миллиона человек.

Большая часть американских «зеков» отбывает наказания в федеральных тюрьмах или тюрьмах штатов, значительная часть из которых переполнены. Срок содержания обвиняемых под арестом в США до вынесения приговора зависит от обстоятельств дела и желания обвиняемого сотрудничать со следствием. Подозреваемые в терроризме содержатся в очень жестких условиях в спецблоках строгого режима. По рассказам сотрудников тюрьмы, в камерах наиболее опасных преступников мебели в прямом смысле этого слова нет — стол, стул и кровать сделаны из бетона и намертво прикреплены к полу. Из окон не видно ничего, поскольку установлены мутные стекла, стены выкрашены в бледно-желтый цвет, а пол серый. Многие считают, что угрюмая обстановка создается с целью психологического давления. В тюрьмах общего режима коротать время попроще — двери камер открываются с утра и заключенные могут выйти на прогулку или заняться спортом.

Питание в американских тюрьмах оставляет желать лучшего. «Еда паршивая, завтрак, который дают в 6.15, состоит из жесткого куска хлеба, пакетика молока и фрукта. На ланч в 11.30 вялое пюре, курица. Ужин в 16.30 немногим лучше», — рассказал один из уголовников штата Висконсин. И хотя содержание американских тюрем обходится Вашингтону более чем в 70 миллиардов долларов, тема питания — одна из наиболее острых.

Заключенному положено не менее четырех часов свидания с родственниками в месяц. В зависимости от уровня строгости режима в тюрьме встречи могут проходить в комнатах, оборудованных стеклом и телефоном или в обычных помещениях, но всегда под присмотром охраны.

Порядка 17 процентов американцев «за решеткой» заняты в тюремной системе трудоустройства. Участие в производстве добровольное, а за работу платят от 23 центов в час до 1 доллара 25 центов. Причем больше всего именно в федеральных тюрьмах, что позволяет заключенным даже отправлять домой по 200–300 долларов в месяц. В основном арестанты производят различные предметы обмундирования для армии, включая форменные ремни, портупеи, рубашки, брюки, палатки, рюкзаки, фляжки. Кроме того, американские «зеки» выпускают различные кабели и провода.

Нередки и тюремные бунты, а арестанты время от времени идут на бунты и голодовки с целью привлечь внимание общественности к проблемам «зарешеченного мира».

Так, летом 2011 года в знак протеста против тяжелых условий содержания в тюрьмах строгого режима штата Калифорния больше шести тысяч американских зеков одновременно отказались принимать пищу. Началось с того, что «шухер и голодовку» объявили преступники, отбывающие свой срок в тюрьме «Пеликан бей», арестантам не понравилось, что они находятся в полной изоляции по 22 часа в день. А затем организованная по всем правилам тюремного мира акция протеста быстро перекинулась на другие тюрьмы штата, подтвердили в Управлении исправительной коррекции и реабилитации Калифорнии.

«Мы верим, что голодовка является единственной возможностью произвести какие-либо позитивные изменения», — сообщил американским СМИ один из организаторов акции через своего адвоката.

И хотя власти довольно быстро убедили большинство возмутителей тюремного спокойствия прекратить голодовку, несколько десятков самых упертых арестантов грозили уморить себя голодом. Впрочем, умереть от истощения заключенным вряд ли бы удалось — отказников накормили бы насильно, а затем посадили бы в карцер.

Жестокие тюремные бунты в Америке действительно не редкость — каждый год поступают сообщения о беспорядках среди заключенных, в результате которых десятки людей получают ранения. Самой кровавой в новейшей американской истории вспышкой агрессии арестантов стало «восстание» более тысячи человек в нью-йоркской тюрьме в 1971 году, приведшее к гибели 32 заключенных и 11 надзирателей.

Время от времени американские СМИ приводят подробности действительно нечеловеческих условий, в которых вынуждены коротать время обитатели в тюрьмах строгого режима. В частности, во взбунтовавшейся калифорнийской тюрьме «Пеликан бей» людей годами держали в одиночных камерах, без окон и со звуконепроницаемыми дверями. Психологи неоднократно заявляли, что подобное обращение с арестантами чревато для них тяжелыми психическими осложнениями, включая постоянные депрессии и беспричинные вспышки гнева. Правозащитники в США утверждают, что широкая практика подобных методов в американских тюрьмах является не чем иным, как психологической пыткой. Как это согласуется с международными обязательствами Вашингтона, в том числе подписанной США Конвенцией ООН против пыток и других жестоких, бесчеловечных или унижающих достоинство видов обращения и наказания, остается вопросом риторическим[185].

На общем режиме

К осени 2016 года отказавшийся признать вину и приговоренный к четверти века заключения Виктор Бут пробыл в «блоке коммуникационного контроля» (CMU) тюрьмы «Марион» со «специальными условиями» содержания почти четыре года (не будем забывать, что до перевода в «Марион» россиянина держали в тяжелейших условиях на Манхэттене еще больше года).

Пару слов о том, кем были соседи Виктора по блоку CMU. Местный контингент — осужденные по террористическим статьям преимущественно исламисты из стран Ближнего Востока. А из американцев — так называемые «внутренние террористы». То есть те, кто осужден по статьям, связанным с экстремизмом. Компания малоприятная и непредсказуемая. Но и здесь Виктор сумел найти общий язык со всеми, и даже стал в некотором роде миротворцем — ему удалось предотвратить не один конфликт на расовой и религиозной почве. Об этом рассказывал бывший сосед Бута по блоку, лидер праворадикальной милиции штата Аляска Френсис Шеффер Кокс (осужден, так же как и Виктор, на основе провокации, по статье о подготовке сговора с целью убийства полицейских). По его словам, за то время, которое он провел в одном блоке с Виктором, не произошло ни одного столкновения на религиозной или расовой почве, хотя в таком закрытом и отделенном от всей остальной тюрьмы блоке, в котором находятся от 30 до 70 заключенных и где сосуществуют христианские и мусульманские сообщества, к тому же часто разделенные и по расовому признаку, такие конфликты практически неизбежны.

Как это невеселое место выглядит изнутри? Какой там режим? Вот что об этом рассказывал сам Виктор. Ежедневно железные двери камер-одиночек открываются ровно в 4:40 утра. С этого времени заключенные блока могли выходить в общий коридор и общаться друг с другом. Бут, по его словам, вставал в районе 5:30, затем готовил себе завтрак — разводил кипятком овсяную кашу моментального приготовления. Ее он покупал в тюремном магазине, поскольку завтрак здесь не предусмотрен. Зато обед давали уже в 10:00 и с ним у россиянина-вегетарианца была извечная проблема: американских заключенных в течение дня чаще всего кормят гамбургерами и хотдогами, которые он не ел. Спасало то, что в качестве десерта иногда перепадало яблоко, апельсин или банан. Но главное — была возможность покупать продукты в тюремном магазине на деньги, которые ему переводили родственники на тюремный счет. После обеда все заключенные обязаны в течение часа находиться на тюремном дворе — это засчитывалось в качестве обязательной прогулки. Затем в 17:00 в блоке подавали ужин. А к 21:30 арестанты расходились по своим камерам, железные двери которых на ночь запирались. И так день за днем. На протяжении четырех лет (с 2012 по 2016 год).

Все это время адвокаты Бута пытались сделать хоть что-нибудь, чтобы облегчить жизнь своего подопечного. В итоге совместные усилия команды защитников Виктора, наших дипломатов и, конечно, грамотное поведение самого Бута в тюрьме в конце концов позволили вытащить его из CMU. В октябре 2016 года россиянина переводят на общий режим содержания.

Хотя камеры для заключенных в данной зоне тюрьмы «Марион» оказались такими же одиночными как и в блоке «коммуникационного контроля», жизнь в новых условиях пошла совсем по-другому. «Разница в том, что здесь в шесть утра двери камер одновременно открываются, и все — иди, куда хочешь, в пределах огромной территории. После долгого времени в “подводной лодке”, как можно назвать блок коммуникационного контроля, ощущения совершенно несравнимые», — рассказал россиянин журналистам. Но главное и самое приятное отличие заключалось в гораздо большем количестве времени, которое стали выделять Буту на общение с родственниками и друзьями по телефону.

— Самое главное для меня в переходе на общий режим — гораздо больше возможности звонить родным и друзьям. 300 минут в месяц в октябре, а сейчас, в ноябре и декабре — по 400 минут телефонных разговоров в месяц. Это, конечно, очень хорошо. Я добавляю телефонные номера друзей. Раньше я мог звонить только моей жене Алле, маме и брату, и то только в определенные дни, максимум два звонка в неделю. Сейчас составляю и подаю на утверждение новые списки номеров, — пояснял обрадованный таким поворотом событий Бут.

При этом физически изолированный от внешнего мира Виктор продолжал получать поддержку не только от своей семьи и знакомых, но и от сотен рядовых и совершенно незнакомых ему людей. Удивительно, но многочисленные письма приходили ему в «Марион» и от рядовых граждан США. «Письма приходят со всех концов Америки, их у меня уже больше 100. В письмах люди из американской глубинки, работяги — фермеры, пчеловоды, работники автосервисов и люди других профессий — выражают возмущение моим арестом и осуждением, поддерживают меня, пишут, что уверены, что в моем деле восторжествует справедливость, желают скорого освобождения и возвращения на родину, — рассказывал Виктор Бут. — Спасибо огромное всем американцам, которые мне пишут! Когда читаешь эти письма, понимаешь, что Америка — не Америка политиков, спецслужб и судов, а Америка простых людей, видящих все без искажений, еще жива»[186].

Из личного письма В.Бута супруге от 13 ноября 2014 года

«Единственная роскошь — это роскошь человеческого общения», — писал Экзюпери. Это очень важно. Его всегда не хватает. Тем не менее везде есть нормальные люди. Общаюсь с американскими политзаключенными, с иранцем, египтянами, палестинцем. С местным криминалом, который в основном черный, общения не получается[187].

Еще любопытнее, что в тюрьме к Буту выстроилась целая очередь из заключенных для совместных занятий йогой, а также с целью выучить русский язык!

«Собралась довольно большая группа, составляют списки. Вообще здесь все русское и сама Россия пользуется повышенной популярностью. Все говорят: Путин — это здорово! У нас такой человек точно победил бы на президентских выборах!», — рассказывал Виктор о том, как арестанты попросили его преподавать им русский язык. Помимо этого, предприниматель настолько заинтересовал своих товарищей по тюремному несчастью рассказами о бесконечно красивых российских просторах, что ряд американцев всерьез изъявили желание после отбытия срока переселиться на российский Дальний Восток и начать агробизнес.

Пока Виктор продвигал имидж России и язык Пушкина в американские тюремные массы, адвокаты Бута сделали новую попытку добиться пересмотра его дела. В феврале 2017 года защита бизнесмена подала соответствующее прошение в Верховный суд США, и оно было зарегистрировано. Это важный момент, поскольку, по словам адвоката Алексея Тарасова, «в американской судебной практике Верховный суд берет далеко не все дела, которые туда подаются», и к рассмотрению принимается лишь несколько процентов от общего числа производств[188]. «В случае Виктора Бута мы говорим о том, что Окружной апелляционный суд в Нью-Йорке и судья, принимавшая решение, применили неправильный правовой стандарт для анализа фактов, вновь открывшихся обстоятельств, которые в данном случае показывают, что прокуратура грубейшим образом утаила от защиты факты невиновности Виктора Бута», — пояснил Тарасов.

В 2016 году в США прошли президентские выборы, победу на которых одержал республиканец Дональд Трамп. С его именем изначально связывались определенные надежды на восстановление подорванных администрацией демократа Барака Обамы российско-американских отношений. «Обамовское наследие» было тяжелым — последние месяцы пребывания первого чернокожего президента в Белом доме ознаменовались массовой высылкой российских дипломатов из США, а также внеправовым отъемом российской дипломатической собственности (в нарушение Венской конвенции о дипломатических сношениях от 1961 года было реквизировано здание Генконсульства РФ в Сан-Франциско, Торгового представительства России в Вашингтоне и загородных комплексов для отдыха сотрудников российского посольства). Но главное — с подачи проигравших выборы и обозленных демократов была запущена пропагандистская кампания о якобы имевшем место вмешательстве России в президентские выборы США, в результате чего, дескать, поражение потерпела Хиллари Клинтон.

Развернувшаяся вокруг этого параноидального предположения политическая истерия «зарубила» любую позитивную повестку в отношениях Москвы и Вашингтона. И возможные подвижки по делу Бута в сложившейся токсичной атмосфере даже не обсуждались американцами. Несмотря на это, российские дипломаты даже в условиях развернувшейся в США «охоты на ведьм» делали все возможное для решения этого вопроса. «Мы постоянно ведем разговор о необходимости отпустить наших граждан и Бута, и Ярошенко. И мы готовы задействовать совместно с американцами существующие механизмы, в том числе европейские конвенции. Но пока это еще не привело к результату», — заявил посол РФ в США Сергей Кисляк в интервью российским журналистам в начале 2017 года[189]. Тогда же Россия направила в Верховный суд США дополнительные аргументы в поддержку поданного адвокатами Виктора прошения о пересмотре его дела. Как можно было предположить, высшая инстанция американской Фемиды в итоге отказалась рассматривать поданное прошение без каких-либо объяснений.

Бут прекрасно осознавал сложившуюся для него неблагоприятную ситуацию и скептически оценивал перспективы ее положительного развития при администрации Трампа.

— Все упирается в эту внутреннюю борьбу, в то, что происходит в Соединенных Штатах. Сможет ли Трамп как-то сплотить общество и провести необходимые реформы, сможет ли он восстановить нормальные отношения с Россией — если это произойдет, тогда да, есть перспективы. Но лучше не связывать с этим процессом какие-то надежды. Лучше ни на что не надеяться, тогда, если что-то произойдет, это будет хорошим сюрпризом. Это лучше, чем если бы я надеялся, а потом произошел большой облом. Я эту идею исповедую с самого начала[190].

Из письма В. Бута, переданного супруге в ноябре 2014 года

Просто верю. Это не навечно…Будущее всегда в будущем, за горизонтом. Зачем нужно по этому поводу беспокоится. Пусть все внимание будет приковано к тому, что есть. «Есть только миг за него и держись. Есть только миг между прошлым и будущим, именно он называется жизнь». Помните эту песню? Для меня это мой гимн[191]…

Еще одно любопытное наблюдение от Виктора. По его словам, американские заключенные не верили в распространяемые медийным мейнстримом США фейки о якобы имевшем место причастности РФ к поражению Клинтон в ходе президентской кампании: «Все эти истории с российским вмешательством в выборы и политику… Народ, конечно, на это не покупается, у нормальных американцев иммунитет уже выработался на всю эту пропаганду, поэтому, чем больше одни критикуют Трампа, тем больше остальные его любят. И вот эти остальные хорошо понимают, что Россия здесь ни при чем»[192].

По мере искусственного раскручивания американским политическим истеблишментом и либеральными СМИ истерики вокруг России, которая, дескать, помогла выиграть выборы Трампу, стремительно таяли надежды на возможные позитивные подвижки в деле россиянина при новом президенте США. «Думаю, что все надежды надо свернуть, перевязать бечевкой и положить куда-нибудь очень далеко. Надежд никаких не будет: посмотрите, что происходит с Трампом — предвыборная риторика это одно, и американский народ поддержал Трампа именно в силу этой риторики, но когда администрация Трампа пришла к власти, нового президента тут же связали по рукам и ногам», — сказал Бут спустя четыре месяца после появления нового хозяина в Белом доме[193].

И в этом предприниматель был абсолютно прав. Ведь любое позитивное высказывание 45-го президента США в адрес России немедленно превращалось его политическими оппонентами в повод для нападок и упреков в мягкости по отношению к Москве.

Неудивительно, что чем больше Виктор находился в тюрьме, тем резче и жестче становились раздаваемые им оценки политики властей США и подходов Вашингтона к международным отношениям. Так, в мае 2017 года Бут дал хлесткое интервью российскому англоязычному телеканалу RT. Оно было взято у россиянина по телефону и заняло в эфире около 7 минут. Впоследствии этот разговор с журналистами вызовет ярость у американских властей и, несмотря на декларируемую в США свободу слова, станет предлогом для ужесточения наказания нашему гражданину.

Что же такого страшного для Вашингтона озвучил Бут?

Просмотрено на RT[194]

В.: Каково вам приходится? Мы знаем, что у вас были проблемы со здоровьем. Как вы себя чувствуете сейчас? Есть серьезные жалобы?

О.: Нет. При правильной взаимосвязи тела и разума, когда можешь поддерживать баланс, следить за питанием, соблюдать определенный режим, вести здоровый образ жизни, тело всегда может восстановиться. Так что сейчас жалоб у меня нет. Я в хорошем расположении духа и в хорошей форме.

В.: Хорошо, что у вас такой подход. Когда разворачивалась история с вашим арестом и экстрадицией в Америку, СМИ называли вас «торговцем смертью». Рассказывая о вашем деле, они даже использовали кадры из голливудского фильма. Как тот образ, который вам создали средства массовой информации, повлиял на вашу жизнь в заключении?

О.: На самом деле особо не повлиял. Сейчас процветают фейковые новости и ложь в СМИ, а когда меня судили, эта тенденция только зарождалась. Демонизировать могут кого угодно — в том числе меня, совершенно незначительного человека. Лишь бы потратить на что-то деньги. А бывают и определенные геополитические задачи — например, очернить Россию, Путина и даже Трампа.

В.: В 2016 году судья, которая вынесла приговор по вашему делу, признала, что он был «чрезмерно суров» и «неадекватен». Как вы считаете, что повлияло на ее решение во время судебного процесса? Изменит ли что-то для вас это признание?

О.: Можно было бы сказать, что это еще один пример полной неэффективности так называемой системы уголовного правосудия в Америке. Но на самом деле это не система уголовного правосудия, а тюремно-промышленный комплекс. Это конвейер — тюрьмы набивают людьми, предъявляют им какие-то обвинения… В США, согласно расхожей фразе, прокуратура может предъявить обвинение хоть сэндвичу с ветчиной. Так что о чем вы вообще говорите? Что может сделать судья? Она автоматически принимает то решение, которого от нее ждет правительство. В федеральном суде Южного округа штата Нью-Йорк доля обвинительных приговоров составляет сто процентов! Здесь смешно даже о чем-то говорить.

В.: Вы провели в заключении уже девять лет. Вы говорили со многими официальными лицами, с адвокатами. Они понимают, что это очень спорное дело и что такой срок чрезмерен?

О.: О ком вы говорите! Они продолжат вот так же ловить россиян. Набирать себе пешек для будущих переговоров. Это современное рабство! Это пираты, которые захватывают людей ради наживы. Они увозят этих людей в Америку, и там все делают на нас деньги. Так что — о чем вы говорите? Кто поймет? Все это превратилось в балаган: те же самые персонажи разъезжают по свету, под теми же самыми предлогами арестовывают других людей. А потом они же выступают с лекциями в университетах как звездные специалисты по борьбе с терроризмом! Что за абсурд!

В.: Думаете, приход к власти нового президента США и возможные изменения в российско-американских отношениях как-то повлияют на ситуацию? Или полагаете, что все останется как раньше?

О.: Не знаю, потому что никаких признаков изменений в отношениях нет. До сих пор они только ухудшались. А от своих предвыборных обещаний Трамп легко отказывается и делает развороты на 180 градусов. Он пытался осушить болото, но, похоже, это знаменитое вашингтонское болото засосало его самого. Так что никаких изменений в отношениях я не жду. Я всякий раз только и молюсь о том, чтобы войны не было. Потому что сейчас американский и российский народы подталкивают к кошмарному ядерному конфликту[195].

Резкие высказывания Виктора на публику в адрес американских властей, разумеется, не ускользнули от внимания специалистов Федерального бюро тюрем США, отслеживавшего все контакты популярного у журналистов россиянина. Поясню, что в структуре ведомства, отвечавшего за «тюремное хозяйство» в Америке существует Управление по противодействию терроризму — СTU (Counter Terrorism Unit). В его задачи, входит контроль не только всех коммуникаций заключенных по террористическим уголовным статьям с внешнем миром, но и сбор разведданных (communication monitoring and intelligence gathering). При этом вся входящая и исходящая корреспонденция (включая систему тюремной электронной почты) перлюстрируется специалистами СTU, а ведущаяся на иностранных языках переписка переводится на английский до того, как она поступает заключенному[196]. С учетом приговора и притянутых «за уши» связей с ФАРК — террористической с точки зрения США группировки — Бут находился «под колпаком» СTU, и каждое сказанное им слово тщательно фиксировалось.

Итогом откровенного разговора с телеканалом RT стало подготовленное СTU «сообщение об инциденте» (Incident Report), и из-за него против россиянина возбудили дисциплинарное разбирательство. Повод для того, чтобы придраться, был сугубо формальный — Бут пообщался с журналистом, которого не было в списке разрешенных контактов (на самом деле это была случайность, поскольку взявшему интервью корреспонденту передал трубку продюсер телеканала, отвечавший за организацию интервью). Как итог, телефонный разговор с российским журналистом был квалифицирован как нарушение режима. За это Виктора на два месяца лишили телефонных звонков родным и «припаяли» к его 25-летнему тюремному сроку еще 15 дней.

В качестве дополнительного наказания его перевели из одиночки в камеру на трех арестантов. Впрочем, в этом Бут нашел только позитив. «Помещение меня сюда было частью наказания, но я не чувствую себя здесь наказанным. В одноместной камере при общем режиме, конечно, комфортней, но иногда надо побыть 24 часа рядом с людьми, так что я рассматриваю этот период моей тюремной жизни просто как новый опыт. Много разговариваю с одним из двух моих сокамерников, он активно интересуется политикой, тем, что здесь и в мире сейчас происходит», — рассказал журналистам Бут[197].

Показательно жесткое отношение к своему супругу Алла Бут назвала «предвзятым», посетовав на то, что это было первое телевизионное интервью Виктора и он не знал правил его проведения. Учитывая этот факт, администрация тюрьмы могла бы сначала сделать предупреждение о недопустимости разговоров с не внесенными в список контактов лицами. Но задачу «прессовать» Бута, похоже, никто не отменял, и власти «Мариона» решили пойти по наиболее болезненному для россиянина варианту. Напомню, что аналогичным образом они поступили летом 2017 года, когда накинули Буту лишний месяц срока за «производство алкоголя в камере» (на самом деле «алкоголем» оказался напиток из чайного гриба).

— Внезапно в камеру нагрянула инспекция с каким-то непонятным прибором и заявила, что Виктор Бут занимается производством алкоголя. Если там алкоголь и был, то речь идет о сотых или даже тысячных долях промилле. Тем не менее моего подзащитного лишили определенных послаблений, заработанных за хорошее поведение. Также к его тюремному сроку добавили более 40 дней, — объяснял адвокат россиянина Алексей Тарасов проблемы своего подзащитного. Замечу, что в 2015 году Бут уже проходил через аналогичные «репрессии», но от чайного гриба не отказался — напиток ему был необходим, чтобы лечить желудок.

Сам Виктор связывал столь недружелюбное отношение к себе с общей русофобской атмосферой, царившей в Америке после выборов 2016 года. «Получается так: отношение ко мне офицеров охраны тюрьмы “Марион”, в которой я нахожусь, вполне нормальное, они просто делают свою работу, и пытаются делать ее честно, а вот из более высоких инстанций пенитенциарной системы США постоянно приходят вот такие нелепые обвинения. Я отношу это, во многом, в счет антироссийской истерики, которая сейчас в Америке приобрела характер постоянно повторяемой мантры», — рассказывал журналистам Бут.

Оказавшись в тяжелых тюремных условиях, россиянин не только проявил завидную самодисциплину и выдержку, но и приступил к собственному развитию. И открыл в себе новые таланты. Впервые в жизни Бут начал рисовать в нью-йоркском изоляторе MCC, а по прошествии двух лет окончательно освоился в роли художника. Такой вывод читатели данной книги могут сделать, ознакомившись с приведенными в ней картинами, вышедшими из-под руки Бута.

— Карандаш, уголь, пастель. Учусь рисовать. Мне прислали хорошие учебники. Есть женщина из Канады, Дроздова Анна, она уже давно меня поддерживает. Анна прислала мне очень хорошие наши учебники, прекрасный «Курс академического рисунка» Николая Ли, вот я сейчас по этому учебнику и занимаюсь, — рассказывал Бут[198].

На выставке местных тюремных художников на работы Виктора обратил внимание профессор живописи из Университета Южного Иллинойса в городе Карбондейл.

— Очень интересный человек, надо сказать: он сам сидел в тюрьме в молодости и там же начал рисовать. Освободился, поступил в университет на факультет живописи, окончил его и остался там преподавать. Он с очень большим пиететом относится к тюремным художникам, старается помочь, мотивировать их. Говорит им постоянно, что не надо отчаиваться, надо использовать тюремный опыт как положительный, а не отрицательный. Выставку проводили в спортзале, там много работ выставили, и он эти картины высоко оценил. Мне сказал, что надо продолжать заниматься рисованием, больше работать, попытаться нарисовать какую-то большую картину[199].

Совет был принят к сведению. А из-под руки Виктора в последующие годы выйдут десятки профессиональных картин, которые ему с помощью российских дипломатов удастся переправить в Россию. По возвращении предпринимателя на Родину, эти работы будут с успехом представлены на многочисленных выставках, а самого Бута примут в Союз художников России.

«Тюремная камера американской тюрьмы в штате Иллинойс, немногим более четырех квадратных метров, стала кельей, библиотекой и художественной мастерской для Виктора. Где открыл в себе новое творческое измерение, над которым не властны ограничения физической свободы. Он учился технике рисунка по отечественным книгам, альбомам, старательно копировал фотографии газетных публикаций», — рассказала мне Алла Бут[200]. По ее словам, вдохновляющими темами для художественного творчества супруга стали лица близких и незнакомых ему людей, кумиры отечественного кино, техника и авиация, мир животных, архитектура, а в более поздние периоды творчества — абстракция и пейзаж. «Когда Виктор рисует людей, то он, по его словам, как будто с ними общается. Это отвлекает от тюремной повседневности и сильно помогает. Для него рисование — это художественная медитация», — подчеркнула Алла.

Дни в угрюмых бетонных стенах тюрьмы «Марион» сменяли друг друга. Месяцы складывались в годы. Не падавший духом Бут продолжал делать успехи в рисовании, учил русскому языку своих соседей по арестантскому цеху, болел гриппом в промерзающей по зимам тюремной камере, но никогда не прекращал верить в счастливый исход его злоключений в США. При этом россиянин пристально наблюдал за поведением за решеткой американских заключенных и анализировал его. Бута, в частности, интересовало отношение в среде заключенных к происходящему, как в США, так и в мире. Это был объективный срез общественного мнения, хоть и специфической, но все же части американского народа (довольно значительной части с учетом того, что в тюрьмах США находятся более 2,3 миллиона человек). Выводы россиянина — парадоксальные. Так, с его слов, большое количество осужденных мечтали о том, чтобы навсегда уехать из Америки после выхода на волю. Не верили ни единому слову американской пропаганды про вмешательство России в выборы президента США, высоко ценили российские СМИ, такие как RT, и в целом отмечали возросший авторитет России в мире.

«Среди них [заключенных] уровень доверия американскому телевидению и газетам очень низок. С интересом они читают криминальную хронику и местные, локальные газеты, или газеты тех местностей, откуда они родом. Слушают радио, тоже в основном локальные и независимые радиостанции, хотя некоторые такие станции с достаточно интересным контентом, мы тут уже года два не слышим. А по поводу CNN, например, все в основном смеются, — отмечал Бут. — Что касается всего, что говорится о России, народ здесь в тюрьме все это воспринимает критично, люди понимают, что происходит в американских СМИ. Мне всегда много вопросов задают о России»[201].

Что же в этот период в основном вещала пресса США о нашей стране?

«В медийном пространстве ничего не изменилось, каждый день, как Отче наш — Раша, Раша, Раша, Раша [от англ. Russia — Россия], команда Трампа сотрудничала с Россией, российское вмешательство, российское вмешательство, российское вмешательство… Любые новости из России — в негативном ключе или никаких новостей. Главная новость из России тут на днях была: арестовали адвоката, который защищал геев в Чечне. Вот тут все СМИ отметились. Остальное им не важно. — говорил Бут. — То, например, что у нас Москва строит метро такими темпами, которым Лондон завидует, не говоря уже о Париже, об этом здесь вообще никто ни с экрана, ни в печатных СМИ не говорит. Какого-то позитива я очень давно уже не видел ни в одном репортаже из России. Даже National Geographic Channel делает все так, чтобы обязательно засунуть в контент о России какой-то негатив, хотя бы ложку дегтя, вставить какую-то подковырку, найти что-то самое грязное и вылить на экран, и это в каждом сюжете о России. Негатив, всяческие подколки в адрес России есть даже в передачах, в которых рассказывают о блюдах русской кухни, настолько эта антироссийская “заказуха” тут все сейчас проела насквозь. Да и не только здесь, достаточно посмотреть, что творится вокруг российского телеканала RT во Франции, это же вообще абсурд! Такое впечатление, что западная цивилизация потеряла чувство меры, потеряла чутье, и в результате вся теперь проникнута насквозь такой продажностью, что и сравнивать не с чем»[202].

Семейная встреча

В начале 2018 года замаячила слабая надежда на скорую встречу с семьей. Первую за последние шесть лет вынужденной разлуки.

«Мы, наконец, начали готовиться к поездке в США, чтобы увидеться с Виктором, — заявила журналистам в январе его супруга Алла. — Мы собираемся ехать втроем: мама Виктора, я и дочь. Нам не удавалось это в течение шести лет, прежде всего из-за того, что все финансовые ресурсы использовались исключительно на оплату работы адвокатов в Америке, пока была возможность предпринимать какие-то юридические шаги для его освобождения»[203]. По ее словам, семья Бута «глубоко благодарна всем фондам, общественным организациям и гражданам России, которые перечисляли деньги в фонд “Дорога домой”». Все эти средства были потрачены на защиту прав Виктора в США.

Для поездки за океан пришлось мобилизовать все имевшиеся у Бутов ресурсы. «Ехать придется не менее чем на месяц, потому что визиты в тюрьме “Марион” в штате Иллинойс, где содержится Виктор, разрешены только по выходным дням, и мы, если получим на это разрешение, сможем увидеться с ним три или четыре раза за месяц пребывания в США», — поясняла Алла[204].

Арест и осуждение Виктора в Америке стали настоящей трагедией для его семьи. Маме Бута в 2018 году исполнилось уже 80 лет и, будучи в преклонном возрасте, Раиса Кузьминична всерьез опасалась не дождаться сына. Ради того, чтобы его увидеть, женщина в почтенном возрасте готова была лететь в далекую Америку 12 часов в самолете, а потом добираться на перекладных до штата Иллинойс.

— У нашей дочери, Лизы, за те же шесть лет вся юность прошла без отца. Нам очень нужно увидеть его, и для самого Виктора наша встреча будет сильнейшей поддержкой, а ему сейчас такая поддержка просто необходима. Даже самые железные люди не могут вечно терпеть разлуку с близкими, — делилась надеждами на встречу с мужем Алла Бут[205].

Осенью 2018 года родные Бута подали заявления на американские визы в консульство США в Москве и прошли там собеседование. Но, как станет понятно впоследствии, процесс оформления виз будет целенаправленно затягиваться американцами. И только в мае 2019 года после поднятой в прессе шумихи США согласились выдать однократные визы членам семьи россиянина. «Мы очень счастливы, так как до последнего момента не знали, чем все закончится. Ведь два раза мне уже приходилось переносить даты визита из-за задержки выдачи визы… Мы планируем поездку на конец августа — начало сентября», — сказала Алла Бут.

Логистика предстоящей поездки за океан не обещала быть простой. Как уже было отмечено, Виктор содержался в тюрьме «Марион» на юге штата Иллинойс. Сам же одноименный населенный пункт, по которому и получила свое название тюрьма, представляет собой маленький городишко в американской глубинке, зажатой между штатами Теннесси и Миссури. И добраться сюда из Москвы оказалось весьма проблематично.

Но основной вопрос заключался даже не в том, как оказаться в злополучной тюрьме. А в том, сколько раз тюремные власти «Мариона» разрешат супруге и дочери Виктора увидеться с ним. Согласно правилам, посещать заключенных можно было лишь дважды в неделю. Но с учетом ограниченного по времени разрешения на пребывание в США (только два месяца) Алла надеялась с помощью российских дипломатов добиться дополнительных свиданий с мужем. За две недели до поездки в США пришло тревожное известие — тюремные власти отказали ходатайству в предоставлении дополнительных встреч. И только после очередного обращения МИД России в Госдепартамент США американцы все-таки согласились дать два дополнительных свидания.

«Госдеп США пошел навстречу запросу из посольства в Вашингтоне о добавлении нашей семье дополнительного времени на свидания и выделили нам дополнительно два дня. Выбрали мы среду и четверг по четыре часа», — сказала Алла Бут, добавив, что свидания на общих основаниях будут проводиться по субботам и воскресеньям.

Ранней осенью 2019 года жена Виктора Алла и его дочь Елизавета вылетели в США. Из-за опасений за здоровье маме Виктора — 80-летней Раисе Кузьминичне Бут — пришлось остаться в Москве. Провести 12 часов в самолете, а потом еще несколько часов в автомобиле для пожилой женщины стало бы очень тяжелым испытанием. Своему сыну она поручила передать записанное ей трогательное видеописьмо, которое на DVD-диске также отправилось через Атлантику. «Мы тебя ждем, любим, надеемся на лучшее. Пожалуйся, я хочу тебя дождаться, сынок!», — сквозь слезы обращалась на записи к Виктору его мама.

Четверг. 19 сентября 2019 года. После семи лет разлуки и сложного маршрута в США (из Москвы в Нью-Йорк, где в Генконсульстве РФ состоялась пресс-конференция, затем в Вашингтон для встречи с российским послом в США и лишь оттуда в штат Иллинойс) Алла и Елизавета Бут прошли тщательный досмотр личных вещей в тюрьме «Марион». Еще несколько минут волнительного ожидания в холодной комнате на привинченных к полу пластиковых стульях, и они наконец-то увиделись со своим мужем и отцом, соответственно.

По словам, присутствовавших на этой встрече российских дипломатов, она была очень и очень трогательной. А какой она могла быть еще, когда семья не встречалась с 2012 года и все это время поддерживала контакт только по телефону и тюремной электронной почте?

По словам Аллы Бут, при встрече они кинулись обниматься, несмотря на запреты, охрана не возражала. «Мы вместе, наверное, сразу все заговорили. Слова сложно вспомнить, потому что они были не нужны. Мы просто стояли, обнявшись, и все. Хотелось много всего рассказать, но это не умещалось ни в эмоциональные рамки, ни во временные», — рассказала она.

Вскоре первые эмоции, поцелуи и слезы радости уступили место обстоятельным разговорам обо всем. Обо всем, что произошло за годы долгой разлуки. Беседа прошла в общем зале тюрьмы, а Виктор, его супруга и дочь сидели на стульях друг напротив друга.

«Главное, что случилось на этой встрече: мы поняли, что мы по-прежнему очень близкие друг другу люди… Виктор умудряется в условиях тюрьмы жестко контролировать свое питание, действительно постоянно занимается йогой и спортом, и я это отлично знала из телефонных разговоров, но когда в первый раз увидела своими глазами, не на фотографии, как он сильно похудел, все эти знания куда-то сразу улетучились, — позже поделилась Алла Бут впечатлениями от встречи. — Такое ощущение, что от человека, которого я видела в Нью-Йорке в суде, ровно половина осталась… Нам не давали за руки держаться, что-то передавать, вообще ничего нельзя, чисто визуальный контакт. Слава богу, что не через стекло»[206].

Со своей стороны, Виктор Бут пояснил, что за то время, пока он не видел жену, Алла изменилась, похорошела, а он чувствовал себя будто на «первом свидании». Свою сильно повзрослевшую за прошедшие семь лет разлуки дочь россиянин «узнал с трудом». Но уже вскоре отец и дочь занимались йогой.

Ложкой дегтя в приподнятой атмосфере долгожданной встречи семьи стал отказ Алле и Лизе со стороны американских тюремных властей в просьбе передать Виктору DVD-диск с записанным видеописьмом его престарелой матери, а также видео россиян в его поддержку.

Из дневника Аллы Бут

США, город Мэрион; сентябрь 2019 года

После встречи мы почти без сил. Столько накопилось эмоций. Мы не успели все рассказать и выразить. Напал какой-то ступор. Только глаза. Моментами просто молча сидели. За эти годы столько всего произошло. Несмотря на то, что все это время мы разговаривали два раза в неделю по 10 минут, личная встреча — совсем другое. Нам не хватило отведенного для визита времени, четыре часа.

Виктор позвонил нам вечером, сказал, что после нашего визита почти без сил пролежал на газоне три часа.

С нами было то же самое. Только нужно было собраться с силами и побеседовать с корреспондентами, с каждым отдельно. Я очень устала. Смена часового пояса, климата, многочисленные встречи, в том числе и с адвокатами, перелеты, эмоциональная усталость.

Отекло лицо, давит сердце. Выпила наш любимый валокордин. Мне любезно собрал лекарства врач нашего посольства в Вашингтоне, так как нам ничего из таблеток с собой из России брать не рекомендовали. Лишь бы спину опять не схватило, как в Бангкоке, на нервной почве.

Но, самое тяжелое было не приехать сюда, а будет — уезжать отсюда. Возможно, это будет наша единственная встреча, судя по тому, что американцы не хотели давать нам визы, и только благодаря МИДу и Посольству РФ мы эти визы с дочерью получили.

Я думаю о том, что, будь у нас средства, мы бы задержались дольше, на то время, что действует однократная виза, шесть месяцев. Да, в день первой встречи я уже думаю об отъезде. И больше всего боюсь этого дня.

Дня горя.

Дня неизвестности.

Второе свидание и последующие встречи Виктора с супругой и дочерью прошли уже не так сумбурно. Теперь они больше говорили о здоровье, о спорте, о йоге, о лингвистике. Бут рассказал, что в заключении он занимается рисованием и переводами. В частности, поведал о том, как переводил персидского поэта Хафиза Ширази с фарси на английский, а также о том, какие сложности были при изучении турецкого. Зашла речь и о тюремном рационе. На него, по словам Виктора, неожиданно положительный эффект возымела начавшаяся с приходом к власти президента Дональда Трампа торговая война США и Китая. Так, в тюремном меню появились свежие американские персики, которые больше не экспортируются в Китай, хотя раньше раз в неделю давали лишь небольшие яблоки или пару бананов. Рассказал Виктор и о том, что после долгих лет веганства он смягчил свое отношение к употреблению протеина и около года назад отошел от жесткой вегетарианской диеты, начав понемногу есть мясо.

Всего за два месяца пребывания в США семье удалось провести чуть больше 20 свиданий и обсудить многое. Многое, но далеко не все…

Неумолимо близилось время отъезда из Америки. «Нам надо будет уезжать, а когда мы сможем приехать, это тоже неизвестно. И неизвестно, что страшнее: тот период ожидания восьмилетний, когда мы приедем, или вот этот момент, когда мы должны будем отсюда уехать в неизвестность. Потому что впереди по сроку еще 13 лет… Время уходит. И неизвестно, сколько нам останется прожить вместе», — с горечью заметила в одном из разговоров Алла Бут.

В начале декабря супруга и дочь Виктора вернулись в Россию. Смогут ли они еще когда-нибудь навестить его? Или дождутся родственника, который к настоящему времени уже отбыл половину своего заключения, на родине? Тогда на эти вопросы ответов не было. Но было предельно ясно — проведенное время с супругой и дочерью лишь укрепило Виктора в желании добиться главной цели. Выжить и вернуться домой, к семье.

Обменять на шпиона?

28 декабря 2018 года в Москве по подозрению в шпионаже был задержан американский гражданин Пол Уилан (у иностранца также были паспорта еще трех англосаксонских стран — Великобритании, Канады и Ирландии). 48-летний бывший морпех США Уилан, согласно версии западных СМИ, работал директором по безопасности в американской компании — производителе запчастей для автомобилей BorgWarner Inc., и в его обязанности входил контроль безопасности в подразделениях фирмы «в Мичигане и по всему миру». Начиная с 2006 года американец стал регулярно приезжать в Россию и, разумеется, быстро в попал в поле зрения оперативников ФСБ. Российская контрразведка не ошиблась — при попытке получить секретные материалы на цифровом носителе от сотрудника одного из силовых ведомств в номере московской гостиницы «Метрополь» Уилан был арестован с поличным. На основании собранных улик иностранец был летом 2020 года признан виновным по статье 276 УК РФ («Шпионаж»), получил 16 лет строгого режима и отправился в колонию ИК-17 в Мордовии.

Но при чем здесь Уилан? Притом что с самого начала его невеселой тюремной истории в России СМИ спекулировали на гипотетической возможности обмена Бута на пойманного в Москве американца.

Надо сказать, что до этого случая журналисты неоднократно и безуспешно «обменивали» Виктора на фигурантов других резонансных уголовных дел в России. В том числе на обвиненную в соучастии в убийстве российских журналистов в Донбассе украинскую летчицу Надежду Савченко, и на осужденного за терроризм украинского режиссера Олега Сенцова. Одно время популярной версией был обмен россиянина на экс-сотрудника ЦРУ и АНБ Эдварда Сноудена, укрывшегося на территории России после скандального разоблачения незаконных методов электронного шпионажа спецслужб США по всему миру.

Все подобные сплетни и вбросы официально дезавуировались МИД РФ. Внешнеполитическое ведомство раз за разом подтверждало, что никакие переговоры с американской стороной на тему обменов заключенными не ведутся. Однако, по другим данным, Москва действительно зондировала вопрос о возможном обмене Виктора и других томящихся в американских тюрьмах граждан России на находящихся в местах заключения на территории РФ американцев (около 15 человек). В Вашингтоне ответили, что их эти люди не интересуют, и вопрос был закрыт.

Примечательно, что сам Виктор не был готов получить свободу любой ценой и негативно отзывался о возможности своего обмена на Сноудена — человека, открыто выступившего против правительства США и добровольно попросившего политическое убежище в России. Подобную постановку вопроса Бут считал неправильной: «Я сказал, с этим не согласен. Сноуден попросил убежище. И как, вы дали убежище человеку, который у вас его попросил, а потом использовали»[207].

Даже по прошествии 10 лет за решеткой Бут не терял оптимизма. По крайней мере, об этом говорят его публичные заявления. «Я не думаю о том, что десять лет — это долго. В душе у меня сегодня мир и покой. Для себя я эту страницу уже закрыл. Главная забота — душевное спокойствие, которое я сохраняю и буду сохранять вплоть до освобождения. Твердо верю, что это произойдет», — рассказал РИА Новости россиянин. «Здесь нужно то, что в русской свято-старческой традиции называется “долготерпением”. Так что нужно научиться проявлять долготерпение», — сказал он.

Поняв, что шансы на досрочный выход из американских застенков ничтожны, россиянин делал акцент именно на долгосрочное сохранение душевного равновесия. Отказываясь при этом каким-либо образом отмечать для себя проходящие одну за другой годовщины своего ареста. «Мыслей и чувств на эту тему никаких. Проехали — и проехали. Одиннадцать, двенадцать — неважно это. Отсохло и отпало. Самое важное — другое. Не то, сколько лет прошло, сколько осталось, сколько их вообще. Важно сохранить здоровье, рассудок и надежду», — говорил Бут[208].

Уверенное и достойное поведение нашего соотечественника в тюрьме вызывало уважение у множества людей за рубежом и в России. Среди них был и лично знавший Виктора политический обозреватель ТАСС Андрей Шитов, который на мой вопрос о главных чертах характера россиянина ответил так: «мужество, выдержка, вера в себя и свою страну».

— Меня, например, поражает, что он, насколько мне известно, и в тюрьме остается вегетарианцем. В его личных письмах, которые я получал, никогда не было и намека на жалобы. Но мы не так много общались: переписка прервалась после того, как я сам «попал под раздачу» и застрял в Москве во время очередного отпуска, — рассказал мне Андрей Константинович, у которого американцы в 2017 году аннулировали журналистскую аккредитацию и визу.

Пандемия COVID-19

В январе 2020 года без каких-либо объяснений Бута по прямому указу из Вашингтона вернули в спецблок коммуникационного контроля (CMU) тюрьмы «Марион». Об этом Виктору удалось сообщить своей семье в электронном письме. Вот его полный текст.

Привет!

Вчера, 9 января, меня вызвали в кабинет руководителя и снова перевели в тот же блок CMU. Это произошло через три года и три месяца после того, как я его покинул. Никакой конкретной причины мне не объяснили, не было и никакого доклада об инциденте. Таким образом, это очередное грубое нарушение моих прав и демонстрация истинного лица Бюро тюрем.

Здесь до сих пор много людей, которых я знал до того, как я покинул этот блок. И это хорошо. Хотя здесь очень грязно. Все сломано и не красилось или ремонтировалось на протяжении последних четырех лет.

Теперь я не смогу звонить, как раньше. Мне необходимо записаться загодя за две недели на два звонка в течение семи дней. И мои электронные письма будут задерживаться больше для того, что CTU могли прочитать их и решить, «какую угрозу они представляют для страны».

Если на обычных заключенных Бюро тюрем тратит 37 тысяч долларов в год, то в спецблоке цифра приближается к 950 тысячам в год, и они не могут почистить это место и предоставить нормальную еду. Куда идут все эти деньги? Интересно, в курсе ли американские налогоплательщики, сколько стоит это место и кто с него снимает сливки? Представьте себе, что даже урны для мусора убраны по «соображениям безопасности», а в моей камере течет кран, но ничего нельзя с этим поделать. Ура Бюро тюрем! Ура США! Может, мне следует обратиться к Трампу с рассказом о ветхом состоянии в хозяйстве его любимого министерства юстиции?

Буду держать вас в курсе.

Наилучших пожеланий,

Виктор

10.01.2020[209]

Именно в этом изолированном от остального мира тюремном блоке Бут застал вспышку эпидемии коронавируса, распространившегося, предположительно, из китайского города Ухань по всему миру и перекинувшемуся в США. К счастью, спецблок с ограниченным числом арестантов был полностью отделен в том числе и от основной тюрьмы и это обстоятельство уберегло россиянина от COVID-19.

Как известно, эта инфекция чрезвычайно сильно ударила по Штатам, наглядно и унизительно продемонстрировав всему миру неважное, мягко говоря, положение дел в системе здравоохранения этой страны. Всего к концу 2020 года коронавирус подхватили более 14 миллионов американцев, а жертвами заболевания стали около 280 тысяч граждан США. Настоящим испытанием эпидемия стала для более чем 2-миллионного тюремного населения Штатов, о чем я сообщил читателям «РГ».

Прочитано в «Российской газете»

Эпидемия коронавируса в тюрьмах США

Правозащитники отмечают: характер содержания заключенных в зачастую переполненных тюрьмах США является серьезной угрозой для здоровья людей в случае занесения коронавируса за решетку. Всего «тюремное население» Америки насчитывает 2,3 миллиона человек, что является самым большим показателем в мире. При этом ранее подтвержденные случаи инфицирования COVID-2019 в американских «местах, не столь отдаленных» были выявлены, как у арестантов, так и у тюремных охранников.

Между тем в апреле 2020 года десятки заключенных американской тюрьмы в штате Вашингтон отказались подчиняться требованиям тюремной администрации и устроили акцию протеста из-за распространения в пенитенциарном учреждении коронавирусной инфекции.

Как сообщило Национальное общественное радио (NPR), более сотни арестантов активно выражали недовольство тем, что у шести содержащихся в этой тюрьме преступников было диагностировано заболевание COVID-2019.

Ситуацию удалось взять под контроль лишь после применения охраной спецсредств, включая перцовый газ и светошумовые гранаты. Отмечается, что всех выявленных заболевших перевели в отдельный блок и обязали носить маски. Тюремная охрана также получила средства индивидуальной защиты от коронавирусной инфекции в виде респираторных масок.

По данным Бюро тюрем США на 29 апреля, опубликованным на сайте организации, в американской системе федеральных тюрем подтверждены тестами 1534 случая заражения коронавирусом среди заключенных и 343 случая заражения персонала. На ту же дату зарегистрирована 31 смерть заключенного от COVID-2019[210].

К концу 2020 года «вторая волна» этого заболевания выкашивала уже сотни осужденных в США. Как сообщало Национальное общественное радио (NPR), только в тюрьмах штата Техас от коронавируса к ноябрю 2020 года скончались 231 человек, включая 27 охранников и 190 осужденных[211].

Со слов Виктора, с началом пандемии в тюрьме «Марион» ввели и строго соблюдали социальное дистанцирование при общении заключенных между собой, а также с охраной. И арестантов, и тюремщиков обязали носить маски, которые выдавались администрацией тюрьмы из расчета одна маска на человека в неделю. Тот факт, что в федеральной тюрьме практически не было случаев заболевания коронавирусом, Бут объяснял местоположением тюрьмы.

«Южный Иллинойс — это сплошные заповедники и сельскохозяйственные земли, здесь между соседними домами минимум пара сотен метров, а максимум — несколько миль. Даже городок Марион, именем которого названа тюрьма — это, скорее, такое рассредоточенное на большой площади поселение, чем городок в привычном для нас смысле. Коронавирус может попасть в тюрьму только извне. А в “Марионе” сотрудники тюрьмы, включая охранников, которые контактируют с нами каждый день, живут на большом расстоянии друг от друга, на фермах или в городке. Это практически и без эпидемии — нечто похожее на самоизоляцию, и это нас всех здесь спасает пока от инфекции», — объяснял Бут[212].

К осени 2020 года США накрыла не только пандемия COVID-19, но и острейшая предвыборная президентская кампания, сильно поляризировавшая американское общество и поставившая его на грань раскола.

Интересно, как этот процесс на воле виделся Виктору из-за решетки?

Об избирательной кампании скажу две вещи. Во-первых, я, к сожалению, не психиатр, чтобы оценивать поведенческие проблемы участвующих в этом «забеге» двух почти восьмидесятилетних мужчин [Республиканцу Дональду Трампу на тот момент было 74 года, а его сопернику демократу Джозефу Байдену 77 лет. — А. Г.]. Во-вторых, общий образ, который складывается от всего, что сейчас происходит, включая избирательную кампанию, — это автобус без водителя и тормозов, который приближается к обрыву гораздо быстрее, чем кто-либо мог себе представить. Во многом поэтому предпочтений у меня нет никаких», — говорил Бут в октябре 2020 года. А еще предсказывал скорое начало гражданской войны в Америке и отметал возможность улучшения российско-американских отношений при новом президенте США[213].

Будущее же Соединенных Штатов представлялось ему весьма мрачным: «Меняется геополитическая ситуация, на наших глазах происходит смена эпох. Кончается доминирование США. Они на глазах начинают медленно угасать и рассыпаться. У них системный кризис»[214]. Критически Виктор оценивал и нынешнее упоение Америкой бесконечными войнами с ее участием, а также констатировал сожаление по поводу отсутствия массовых антивоенных выступлений. «Сейчас такого движения в Америке нет совсем. Именно это страшно. Потому что у них тут сейчас полная потеря страха перед войной, потеря понятия о том, что может принести война. Это страшно и это печально», — отмечал Бут[215].

В ожидании возвращения на Родину

Сегодня я снова государственник, потому что вернулось государство… Путин вернул нам государство, вернул нам хребет, который был заживо выдернут из наших спин в начале и середине девяностых.

Из интервью В. Бута[216]

К декабрю 2022 года Виктор Бут отбыл в местах заключения в Таиланде и США в общей сложности 14,5 лет или больше половины 25-летнего заключения, к которому он был приговорен американским судом.

Как известно, все, что не убивает — делает нас сильнее. И эти слова в полной мере относятся к Виктору, который философски оценивал свое положение. «Как считают мудрые, нам выпадают только те испытания, которые мы в силах вынести», — написал Бут в одном из своих тюремных писем домой.

Наверняка многих интересует, кто были те люди, что не бросили нашего соотечественника в трудную минуту? За проведенные в тюрьме годы предприниматель получил тысячи писем от простых россиян, американцев и граждан других стран со словами поддержки. Вот лишь одно из них, направленное Буту российским писателем и публицистом Николаем Стариковым.

Гражданину Российской Федерации

Виктору Анатольевичу Буту

Уважаемый Виктор!

Держитесь. Вам сейчас очень трудно. Вы оторваны от дома, семьи, Родины. Нам, живущим в России, даже сложно представить себе, как Вы сейчас переносите разлуку с близкими.

Но я уверен, что справедливость восторжествует. Неправедный приговор будет отменен, и Вы вновь обнимите свою жену и дочь, которая стала совсем взрослой, пока «мировой гегемон» США сводил с Вами счеты.

Граждане России восхищены мужеством и стойкостью Вашей супруги Аллы Бут, которая не перестает бороться. Не опускает руки.

Мы изо всех сил ей помогаем.

И я уверен, что наступит тот день, когда я смогу пожать Вашу руку. Здесь, на Родине. В России, в Питере.

Держитесь.

С уважением, Николай Стариков[217]

Также, в далекую американскую тюрьму на имя Виктора дошли сотни книг, отправленные неравнодушными людьми со всей России. Как рассказали мне родственники Бута, из переданных Виктору изданий можно было бы сделать настоящую библиотеку.

Виктора никогда не забывали наши журналисты. При этом, как правило, всплески репортерского интереса к нему совпадали с годовщинами ареста Бута в Бангкоке или вынесения ему приговора в Нью-Йорке. Прямо из-за решетки — по телефону, по электронной почте и через супругу — россиянин раздал десятки интервью различным СМИ: от малоизвестных журналов до крупных газет и телеканалов, включая российские ВГТРК, RT, «Царьград». Пресловутая свобода слова, закрепленная в конституции «демократической» Америки, дорого обошлась Буту — именно за критические оценки властей США его и упрятали в тюремный спецблок, где он находился вплоть до 2022 года.

С 2008 года и на протяжении всех последних лет с Виктором установил и поддерживал дружеские отношения корреспондент агентства РИА «Новости» Евгений Беленький. Будучи руководителем корпункта в Таиланде, он опубликовал на информационных лентах, пожалуй, основную часть новостей по «делу Бута» и эксклюзивные интервью с Виктором. Материалы Беленького, без сомнения, являлись одними из главных источников для многих российских СМИ и часто цитировались в этой книге. Как мне известно от самого Евгения, он не только писал подробные новостные заметки о происходивших судебных тяжбах вокруг предпринимателя, но и лично помогал Алле Бут инициировать официальные запросы в различные ведомства. Также он готовил аналитические справки с тщательным разбором всех обстоятельств этого дела. В конце 2019 года Беленький посетил Бута в американской тюрьме «Марион».

Предоставлю слово самому Евгению, которого я попросил непредвзято рассказать об обстоятельствах знакомства с Виктором, оценить личные, деловые и морально-волевые качества предпринимателя. А еще поведать о запомнившихся моему коллеге-корреспонденту интересных моментах, связанных с Бутом, и ответить на главный вопрос: за что вот уже долгие годы сидит Виктор?

О знакомстве

«О Викторе я знал и до 2008 года, видел его раза два в Москве, а когда-то уж совсем давно — на конгрессе авиаперевозчиков в Таиланде. Но мы не были в полном смысле слова знакомы до того дня в Бангкоке, когда я прилетел из Москвы и впервые пришел навестить Виктора в следственно-изоляционном отделении тюрьмы Клонг-прем. Это было через несколько дней после ареста.

С первой встречи стало ясно, что мы хорошо понимаем друг друга: оба с детства усиленно изучали иностранные языки, интересовались историей, потом изучали теоретически и на практике самые разные аспекты жизни развивающихся стран Азии и Африки. Оба — советские государственники, воспитанные и самовоспитанные в СССР, с энтузиазмом воспринявшие перестройку, а потом испытавшие тяжелое разочарование тем, во что она вылилась. Обоим пришлось в итоге строить дальнейшую жизнь и работу, по крайней мере, на десяток лет, за границей, потому что “заграница” была тем, что мы знали лучше всего, она была нашей профессией.

И еще, в первой половине 1990-х, до того, как я смог вернуться в журналистскую профессию, мне довелось проработать несколько лет в СП «Аэрофлота» в Бангкоке, которое занималось грузовыми и пассажирскими перевозками, так что и в разговорах о бывшем бизнесе Виктора, авиаперевозках, у нас был общий язык.

Не хочу абстрактно описывать здесь характер Виктора, многим чертам которого я завидую. Не хочу писать характеристику. Лучше расскажу о проявлениях черт его характера в конкретных обстоятельствах, которым я был свидетелем, или таких, о поведении Виктора в которых я узнал от третьих лиц»[218].

Вера в людей

«Виктор меня сразу поразил тем, насколько, с одной стороны, он ясно и глубоко понимал сложившуюся после его ареста ситуацию, а с другой — до последнего момента не верил в предательство давно и хорошо знакомого человека, Эндрю Смуляна. Твердого вывода о том, что Смулян был частью американской провокации, Виктор не позволял себе сделать ровно до того момента, пока не появились проверенные сведения о том, что Смулян действительно был выпущен на свободу сразу после ареста, тут же вылетел из Бангкока в Нью-Йорк по заранее приобретенному билету, летел одним рейсом с агентами DEA, в США сдался американским властям и заключил сделку с правосудием, став основным свидетелем обвинения.

В Викторе живет бессмертная вера в людей, с точки зрения которой поступок Смуляна — это исключение из известного Виктору строя его жизни, их прошлой дружбы и совместной работы. Никакой видимой злобы по отношению к Смуляну у Виктора не было даже тогда, когда рана, нанесенная предателем, была еще свежа. Было видно, что у Виктора сохранялось даже какое-то чувство ответственности за Смуляна, как пожилого человека, попавшего в обстоятельства, которые оказались сильнее его».

О поддержании здоровья и самообразовании

«Виктор — очень цельная личность, я всегда этому качеству завидовал. Даже в условиях сначала тайской, а потом американской тюрьмы, он оставался и остается верен себе во всем: решил еще до ареста перейти на вегетарианскую пищу, и перешел. На 10 лет. Только с 2019 года начал есть немного мяса по медицинским показаниям: организму нужен был белок, а в той вегетарианской пище, которая доступна в американской тюрьме, его не хватало. Решил заниматься йогой, и занимается до сих пор, и еще товарищей по несчастью, других заключенных, учит. Понял для себя, что здоровье в тюрьме поддерживать можно только, хорошо изучив собственный организм, и выбирая питание и упражнения, которые помогают оставаться здоровым. И тогда углубился в изучение физиологии человека и методов самолечения — от научно обоснованных до принятых в традиционных культурах. Изучал, естественно, по книгам: в тюрьме иные возможности получать знания ограничены. Если собрать все книги, которые Виктор прочитал за годы заключения на всех ему знакомых языках, включая фарси и турецкий, которые он доучивал и доводил до совершенства уже в тюрьме, их бы хватило на хорошую районную библиотеку с немыслимо великолепным для такой библиотеки отделом иностранной литературы. Когда американцы его вывозили, Виктору не дали возможности не то что книги взять с собой, но даже собственную одежду: его одели в чей-то чужой спортивный костюм и чужую обувь, и так повезли. Нам удалось потом получить часть книг, это была огромная сумка, и эти книги займут когда-нибудь место в библиотеке Виктора в Москве, когда он вернется. А остальные остались обогащать духовный мир заключенных бангкокских тюрем Клонг-прем и Бангкванг».

Об изучении иностранных языков

«Способности и упорство в изучении языков у Виктора нечеловеческие, он учит языки с такой же скоростью, с которой, как утверждают биографы, учил их Генрих Шлиман, легендарный археолог, нашедший древнюю Трою. Многие, кто сталкивается с ним впервые, поначалу не верят в такие возможности. Был такой случай: как-то, еще в Бангкоке, он шутки ради написал письмо знакомому индийцу, сидевшему в соседнем блоке, на языке хинди со вставками на санскрите. Санскрит — древнеиндийский мертвый язык, который знаком сегодня только ученым-лингвистам и практикующим брахманам. В письме был переведенный с русского анекдот. Послание вызвало панику у американцев, которые негласно контролировали Виктора и в тайской тюрьме.

В тюрьму приехали две машины, полные сотрудников американского посольства, которые оставались там несколько часов: они решили, что Виктор отправил кодированное сообщение, и допрашивали адресата-индийца, сокамерников Виктора и охрану. Об этом мне потом со смехом рассказывал один из офицеров охраны тюрьмы. Он изучал в университете историю и сам немного знал санскрит (в тайском много заимствований из этого древнеиндийского языка, он в прошлом использовался при королевском дворе в Королевстве Сиам, которое сейчас называется Таиландом). Он сразу понял, в чем дело, и с удовольствием наблюдал за бестолковыми действиями американских агентов.

Но есть два языка, к которым у Виктора особое отношение. Это тайский и английский. Тайский Виктор отказался учить наотрез. “Если выучу, останусь тут навечно, а это в мои планы не входит”, — говорил он в Бангкоке. По-английски он великолепно понимает — хоть текст, хоть речь, и сам бегло говорит и пишет, но при этом как-то сразу видно, что этот язык, ставший для него на тринадцать прошедших лет основным инструментом общения с окружающими его людьми, он не любит. Книг на английском он читает немало, но это в основном нехудожественная литература. Когда Виктор хочет прочитать роман, он выбирает книги русских писателей или тех иностранных литераторов, кто пишет на португальском, на испанском, на фарси, на турецком, наконец. Как-то он признался мне, что открыл для себя иранскую художественную литературу, и глотает романы на фарси один за другим. Очень понравилась ему и художественная литература Турции.

Всем, чего он достигает в своих занятиях, в частности, касающихся поддержании формы и здоровья, Виктор всегда готов делиться с близкими и друзьями, готов подолгу объяснять, в мельчайших деталях, что и как надо делать, например, чтобы снизить давление без лекарств, чтобы уберечься от простудных инфекций, как очищать организм от шлаков».

За что сидит Виктор Бут?

«Один очень хороший человек, опытный и уважаемый мною журналист, после моей поездки к Виктору в американскую тюрьму в 2019 году вдруг сказал мне в минуту откровенности: ну что ты возишься с этим Бутом?! Он же не за Родину, а за бабло сидит! Я тогда нашел только один ответ: просто сказал — потому что он мой друг. А потом много дней прокручивал этот разговор в памяти и думал, как было бы правильно ответить на этот вопрос с объективных позиций, ведь дружба субъективна, пристрастна.

И, кажется, нашел. Еще в самом начале, когда Виктор в Бангкоке ждал суда по экстрадиции, я как-то спросил его, верил ли он, что люди, с которыми он ехал встречаться в Таиланд, на самом деле функционеры колумбийской коммунистической военизированной организации ФАРК. Он ответил, не задумываясь: “Не верил ни минуты”. Как оказалось, он считал этих людей мошенниками или авантюристами, которые пытались заработать на его растиражированной американскими СМИ “репутации оружейного барона”. Колумбийские революционеры, фактически находящиеся в состоянии войны с США, с литовскими паспортами?! С паспортами государства, всецело подчиненного и преданного американским интересам?

О литовских паспортах шла речь в одном из электронных сообщений, которыми стороны обменивались во время подготовки встречи. И это была не единственная нестыковка в образе поддельных колумбийских коммунистов. Виктор ехал в Бангкок, зная, что его партнеры по переговорам — не те, за кого себя выдают. Он хотел встретиться с ними, чтобы понять, кто они на самом деле, и есть ли какая-то возможность и смысл вести с ними бизнес вне рамок явно “липовой” сделки с оружием, которую они предлагали. У него не было ни оружия, ни намерения его отыскивать и поставлять новым партнерам.

Была у Виктора и мысль, что все может оказаться провокацией, однако с чьей стороны и с какими целями, он не мог ни знать, ни догадываться: операция Relentless (“Безжалостный”), целью которой было подведение Виктора Бута под арест и экстрадицию, готовилась американскими спецслужбами почти год в условиях полной секретности. Находившиеся в ближайшем окружении Виктора люди, позиционировавшие себя как эксперты по безопасности, заверили его, что в Бангкоке у них “все схвачено”, и непосредственной опасности нет. Когда во время задержания в переговорной комнате бизнес-центра гостиницы Sofitel Виктор произнес ставшие знаменитыми благодаря американским СМИ слова — Game over (“Игра закончена”), он имел в виду именно это — игру с неизвестными партнерами, в которую он вступил, зная, что они не те, за кого себя выдают.

Год подготовки, огромные затраты денег американских налогоплательщиков, неофициальные договоренности американских спецслужб с таиландской полицией “по дружбе” и выдача постановления на задержание по обвинению в пока не совершенном преступлении за трое суток до прибытия Виктора в Бангкок — все это признаки спецоперации, в которой “бабло”, как главная причина всего, совсем не просматривается. А просматривается другое: упорное желание создать для Виктора Бута готовое преступление (при наличии жестких статей о сговоре в американском законодательстве, еще более ужесточенных после теракта в Нью-Йорке 11 сентября 2001 года, это несложно), втянуть Виктора в участие в этом сфабрикованном преступлении, и задержать его.

Если в реализованном годом раньше деле гражданина Ливии Монзера аль-Кассара, в прошлом настоящего торговца оружием и бывшего торгового представителя Ливии в Польше, отошедшего от дел более чем за 10 лет до ареста, было передвижение одной крупной суммы денег по банковским счетам от “колумбийцев” к Кассару, то в операции против Виктора даже такого передвижения не было. Кассара задержали в Испании за год до ареста Виктора в результате идентичной провокации, выполненной по той же схеме, с участием тех же “конфиденциальных источников”, то есть агентов-провокаторов, но в деле фигурировал денежный перевод. В случае с Виктором никакого перевода не было. То есть “бабла”, как такового, в деле Виктора не было совсем.

Статьи обвинения в деле Виктора в суде Южного округа Нью-Йорка были тоже не о бизнесе: подготовка сговора с целью убийства граждан США и военнослужащих США, находящихся при исполнении служебных обязанностей, подготовка сговора с целью нелегального оборота средств противовоздушной обороны, подготовка сговора с целью материальной поддержки терроризма. И по каждому обвинению минимальный тюремный срок — 25 лет. А американская прокуратура вообще требовала для Виктора максимального наказания: пожизненного заключения. И все это — точно не за “бабло”.

И то, что Виктора с первых дней после ареста американские правоохранители уговаривали дать какие-то “показания” на Игоря Сечина, с которым Виктор, по имевшейся у американцев (и оказавшейся ложной) информации, учился на одном курсе в Военном институте Минобороны СССР, с прямым выходом на удар по имиджу Президента России, и сулили Виктору за это мягкий приговор, тоже говорит о многом. Виктор отказался в самой жесткой форме, и этот отказ ему пришлось повторить неоднократно — и в Бангкоке, и затем в Нью-Йорке, в первые недели пребывания там, когда готовился суд. То, что приехавшей в Нью-Йорк в этот момент Алле Бут расписывали красоты американской жизни, которыми они всей семьей смогут насладиться в случае, если Виктор даст нужные показания и отсидит “небольшой срок”, тоже примечательно. Отказ Аллы слушать эти разговоры совпал с отказом Виктора давать какие-либо “показания на Сечина”, и от обоих тогда отстали, а суд пошел своим чередом, и закончился минимальным для примененных к Виктору статей обвинения 25-летним приговором.

“Он где-то сильно насолил американцам, за это и страдает”, — сказал мне о Викторе один из российских дипломатов, работавших в США в середине двухтысячных, когда в американских СМИ шла активная кампания, в результате которой Виктор превратился в глазах американской публики во второго Бин Ладена. Знакомый американский журналист, пишущий для изданий, не входящих в “мейнстрим”, поделился со мной другой версией: он сказал, что операция против Виктора, как и операция против Кассара за год до этого, преследовала только одну цель — набить карманы “конфиденциальных источников” и их начальников из DEA деньгами американских налогоплательщиков. И назвал суммы. Только один из участников операции против Бута, платный осведомитель DEA, изображавший колумбийского коммунистического партийного функционера на встрече с Виктором, получил за две операции (против Кассара и против Бута) 11 миллионов долларов. Эта цифра была официально озвучена, и документальное свидетельство этого было в распоряжении журналиста. Он обратил внимание и на тот факт, что агенты DEA, то есть официальные сотрудники этой спецслужбы, разрабатывавшие операцию против Виктора и командовавшие ею, после суда над Виктором уволились из DEA.

Если отбросить недоказанные обвинения в коррупции в адрес агентов DEA и просто внимательно прочесть “характеризующие” материалы дела, становится понятно, что Виктор отбывает в Америке 25-летний срок, прежде всего потому, что он россиянин, добившийся немалых успехов на международной деловой площадке авиаперевозок, на которой американцы считают себя хозяевами, и потеснил их. С американской точки зрения, русский человек не может быть успешен в международном бизнесе, если он не бандит и не преступник.

Ежедневно повторяемой мантрой “Россия — это криминальное государство” пронизана вся система государственной службы США. Кроме того, арест Виктора в Бангкоке в 2008 году открыл дорогу для широкого использования “искусственной юрисдикции” и вылавливания с помощью этого юридического трюка российских граждан в третьих странах для вывоза их в США на заведомо несправедливый суд. Целая череда подобных уголовных дел последовала за делом Бута, настоящая охота на россиян. Так что, Виктор сидит в американской тюрьме точно не “за бабло”, а, скорее, за Родину, и Родине пора его оттуда вынимать».

Обмен

США. 8 декабря 2022 года. Тюрьма «Марион», штат Иллинойс. Местное время около 3:50 утра. Виктор уже проснулся. За проведенные в заключении годы он выработал привычку вставать затемно. В тюремном коридоре отчетливо послышались шаги охранников. Они идут к его камере. «Что-то они рано сегодня. Перекличка должна быть только в 5 утра», — подумалось Буту.

«Просыпайся! Упаковывай вещи! Вот тебе коробки», — бросает один из тюремщиков. «Куда?», — с тревогой в голосе спросил заключенный. «Ты едешь в суд».

Так начался день, которого российский предприниматель ждал последние 14,5 лет — со времени его ареста в Таиланде в марте 2008 года.

В тот момент Бут не еще знал, что за шесть дней до этого — 2 декабря 2022 года — президент США Джозеф Байден подписал приказ о его помиловании. А еще за неделю до этого дипломаты России и США после сложных переговоров окончательно согласовали обмен заключенными в формате «один на один». 55-летнего Виктора Бута на 32-летнюю Бриттни Грайнер. Эта известная профессиональная баскетболистка и восходящая звезда NBA в феврале 2022 года была арестована в московском аэропорту Шереметьево за попытку нелегального ввоза в Россию наркотиков (гашишного масла). За это преступление американка оказалась приговорена Химкинским судом к 9 годам тюрьмы и отправилась отбывать наказание в колонию в Мордовии.

Для либеральной администрации президента-демократа Джозефа Байдена освобождение медийно раскрученной Грайнер — афроамериканки и открытой представительницы ЛГБТ-сообщества — стало императивом прямо с момента ее ареста. Москве это было понятно по тем заявлениям и сигналам, которые немедленно посыпались из Белого дома. Ведь на президента США, сделавшего электоральную ставку именно на либеральную часть американского общества, в свою очередь, сильно давили представители всевозможных этнических и сексуальных меньшинств, а также влиятельное спортивное лобби США, требуя скорейшего освобождения Грайнер. Стало ясно — за ее помилование и экстрадицию Вашингтон будет готов вернуть на Родину Виктора Бута.

Переговоры об обмене велись в режиме секретности и по закрытым каналам, поскольку Россия настаивала на отказе от любимой Госдепом США «мегафонной дипломатии» при обсуждении столь чувствительных вопросов. Американцы пытались торговаться — за освобождение Бута требовали выпустить не только Грайнер, но и осужденного в РФ за шпионаж американца Пола Уилана. Москва, которая считает Уилана кадровым сотрудником американских спецслужб, наотрез отказалась обсуждать такой вариант. В итоге США не осталось ничего другого кроме как согласиться с предложенной схемой обмена «один на один». «У нас был выбор: или вернуть Бриттни, или не получить ничего» — так охарактеризовал жесткую российскую переговорную позицию высокопоставленный американский чиновник телеканалу CNN[219].

Как происходил обмен? Вот что рассказал мне об этом сам Виктор, сразу после его возвращения в Россию.

— В Вашингтоне меня посадили в самолет Gulfstream. Он был почти полный. На борту было порядка 13 человек. Ко мне подошел спецпредставитель президента США по делам заложников [Роджер Карстенс. — А. Г.] и объяснил ситуацию. Сказал, что мы летим в Манчестер и там произойдет дозаправка самолета. Оттуда — в Абу-Даби, где произойдет обмен на Бриттни Грайнер. Он также рассказал сценарий того, как будет проходить эта процедура. Показал документы о моем помиловании с подписью президента США. Но добавил, что отдаст их только после того, как удостоверится, что на российском самолете действительно находится Бриттни Грайнер. Российский представитель также сначала убедится, что я — это я. После этого мы — я и Грайнер — должны начать одновременно выходить из самолетов и пойти навстречу друг другу. Это происходило прямо как в фильме «Шпионский мост».

— А удалось ли переговорить с американкой?

— Я просто пожелал ей удачи. Она сказала то же самое. На том и разошлись.

Кадры обмена в тот же день распространило ФСБ России, которое отвечало за организацию этого деликатного мероприятия. На летном поле международного аэропорта в Абу-Даби друг напротив друга стоят два самолета. Американский Gulfstream G650 и российский Ан-148-100. Их разделяет около ста метров.

Из первого выходит Бут, а из второго Грайнер. Виктор спокоен. Идет налегке. В руках у него лишь легкая куртка и конверт с документами. Горячий и пыльный эмиратский ветер чуть колышет темную рубашку — гражданскую одежду Буту выдали в качестве прощального привета от американской тюрьмы. Освобожденные заключенные медленно проходят мимо друг друга. Они и сопровождающие задерживаются на несколько мгновений и обмениваются парой фраз. А спустя минуту навсегда покинувший США предприниматель уже на борту российского лайнера. Врачи замеряют температуру, кровяное давление. Виктор в порядке. Он летит на Родину.

Короткая посадка в Махачкале на дозаправку. А в ночь на 9 декабря Бут уже в заснеженной и морозной Москве.

Местное время 00:30. Правительственный аэропорт Внуково-2. Из самолета Виктор выходит с букетом цветов — у трапа его в слезах встречают мама и супруга Алла. Виктор Бут с трудом сдерживает захлестнувшие его эмоции. Наконец он вернулся домой, где не по своей воле не был последние 15 лет.

— Виктор, как ты находишь себя в новой реальности? — спросил я героя книги через пару дней после его возвращения в Россию[220].

— Можно сказать, что я попал назад в будущее. Все эти новые гаджеты для меня — шок. Я пока не могу привыкнуть, как нажимать на эти кнопки. Пока пользуюсь кнопочным телефоном. Потому что смотрю на этот смартфон и не понимаю, куда нажимать. Это определенный стресс. Поймите, прошло почти 15 лет с момента ареста. Я вернулся в совершенно другой мир. И не представляю, что будет происходить со мной даже в ближайшую неделю.

Сразу после возвращения Бута в Россию я расспросил его о том, как происходила процедура обмена.

Прочитано в «Российской газете»

После 14 лет заключения предприниматель Виктор Бут был возвращен из США в Россию в рамках обмена заключенными. Как происходила экстрадиция? Как противостоять охоте Вашингтона на российских граждан за рубежом? Наконец, как Виктор Бут адаптируется к жизни на свободе? Обо всем этом он рассказал в интервью «РГ».

Какие чувства испытывали по пути в Абу-Даби?

Виктор Бут: Как только мы сели в самолет, с меня сняли наручники. Сказали, что проблем не должно быть. Я ответил: «Ребята, вы меня везете домой. С какой стати я буду чинить вам проблемы?» Мы сидели за столиком. Обслуживание было по стандарту VIP, с настоящими ложками, вилками и салфетками. Дали хорошую, качественную еду. Всего этого я не видел и не ел последние 15 лет.

Уже после того, как вы оказались в России, телеканал СNN заявил: в Пентагоне озабочены тем, что Бут может снова создать проблемы США. Как вы это прокомментируете?

Виктор Бут: Я, конечно, польщен оценками Пентагона моего могущества (смеется). У меня нет планов вредить Америке. Но у меня есть планы работать на благо нашей Отчизны. Поэтому я не думаю о том, как им [американцам. — «РГ»] насолить побольше. Они себе насолят сами.

Есть конкретные планы о том, как именно будете работать на благо нашей страны?

Виктор Бут: Нам нужно сфокусироваться на решении наших проблем. Нам нужно сделать все от нас зависящее, чтобы мы добились наших целей в ходе специальной военной операции, которая сейчас происходит. Надо поддерживать наших воинов. В то же время я озабочен тем, что тот же Пентагон лезет везде. Он лезет на Украину, считает весь мир зоной своей ответственности. Но это не так. Мир меняется. И только когда они это поймут, тогда начнется диалог о том, как наладить нормальные отношения между Россией и США.

Мы все время говорим о роли США в охоте за вами, но в 2017 году в Британии вышла книга, из которой следует, что к преследованию и аресту Виктора Бута приложили руку англичане. Это правда?

Виктор Бут: Да, с них все и началось. Насколько я помню, определенную роль сыграл некий английский член парламента. И истоки этой истории относятся еще к 1998 году. Чем я их заинтересовал? Очевидно, что они проявили ко мне интерес из-за нашего бизнеса в Африке. Это была недобросовестная конкуренция с их стороны. Ведь мы в свое время начали работать в Южной Африке, приобрели местную авиакомпанию и пытались завезти туда российские самолеты. Начали получать необходимые лицензии. Но это вызвало вот такой резкий негатив и противодействие. На нас полились потоки грязи, посыпались обвинения в перевозке оружия. Хотя местная полиция и власти нас поддерживали. И много раз заявляли, что все это ложь и у нас абсолютно легитимный бизнес. Чуть ли не каждый наш рейс проверялся с собаками, чтобы не было никаких подозрений в перевозке не только оружия, но и алкоголя. Но тем не менее эта ситуация была создана. Затем из нее уже раскрутился злополучный клубок. Для расследования привлекли якобы независимых экспертов ООН, которые на поверку оказались связаны между собой.

Удавалось следить за новостями в России?

Виктор Бут: Прессу, в том числе «Российскую газету», для меня выписывало наше посольство, и я регулярно, почти еженедельно получал пакеты. Правда, задержка была в две, три, а то и четыре недели. Но все равно для меня это было огромным событием. Поскольку именно российские издания были отдушиной, благодаря которой я оставался в курсе новостей нашей страны.

Кстати, находясь в американской тюрьме, я читал «РГ» от корки до корки. Это действительно качественное издание. И я очень уважаю ваш коллектив за то, что вы делаете. Скажу больше, я даже использовал вашу газету для проведения занятий по политинформации с американскими заключенными, которые сидели вместе со мной. Читал о том, как развивается Москва, как строится метро, как происходит реновация, что делается в промышленности, здравоохранении, как реагировали на пандемию коронавируса и особенно о специальной военной операции.

В Америке пришлось не по своей воле провести долгие годы жизни. Остались ли какие-то позитивные воспоминания об этом сложном периоде?

Виктор Бут: Нельзя столько лет жить только с одним лишь чувством ненависти. Конечно, остались теплые воспоминания — правда, их было немного — о некоторых сокамерниках, с которыми я сошелся. Многие стали хорошими приятелями, с которыми я общался и узнал от них много нового о США. О том, как на самом деле устроена эта «демократическая» страна[221].

Любопытно, что, согласно подписанному президентом США Джо Байденом исполнительному указу о помиловании Виктора Бута, россиянину среди прочих ограничений запрещается зарабатывать на публикации книг, съемках кино и создании других произведений, основанных на истории его заключения в Америке. В противном случае Вашингтон угрожает вновь привлечь его к ответственности.

— Виктор, будете ли исполнять указ Байдена? — с улыбкой спросил я у вышедшего на свободу соотечественника.

— Ага, прямо так и побежал исполнять (смеется). Я бы рекомендовал американцам прогнуться так, чтобы исполнить как бы некий пируэт. Кто они такие? У них нет юрисдикции в России. Понимаете, можно, конечно, попробовать приказать солнцу не светить или приказать луне взойти. Но кто такой Байден, чтобы приказывать России и ее гражданам? — ответил Бут.

Многих интересует вопрос: напишет ли сам Виктор Бут когда-нибудь воспоминания о своей судьбе, злоключениях в США и о том, что, по его мнению, на самом деле к ним привело? Открываю секрет — мемуары от первого лица готовятся Виктором в соавторстве с известной британской журналисткой. Выход книги на английском языке планируется в 2024 году. Впоследствии она будет издана и на русском.

Первая неделя после возвращения на Родину оказалась для него чрезвычайно насыщенной. Помимо практически ежедневного общения с журналистами 55-летний Виктор Бут вступил в ЛДПР — партийный билет либерал-демократов ему был торжественно вручен на приуроченном к 33-летию образования партии слете активистов в Москве 12 декабря 2022 года. «Бут прекрасно держится для всех тех испытаний, через которые ему пришлось пройти. Первый вопрос, который он мне задал: “Чем я могу помочь Донбассу?”», — рассказал журналистам лидер ЛДПР Леонид Слуцкий.

И действительно уже вскоре Бут отправился в Донбасс, а также объехал многие другие регионы нашей страны. Среди них была и Чечня, где Виктор посетил Российский университет спецназа им. В. В. Путина в Грозном и встретился с главой Чеченской Республики Рамзаном Кадыровым.

— Давно хотел увидеть. Наконец-то. Живой дон, — обратился Кадыров к Буту.

Летом 2023 года ЛДПР выдвинула Бута кандидатом в члены Законодательного собрания Ульяновской области. Так Виктор получил региональный депутатский мандат.

Многие удивились столь стремительному вхождению Бута в большую политику. Для других такой сценарий был ожидаем, поскольку он стал далеко не первым преследуемым за границей известным россиянином, который пошел во власть (достаточно, например, вспомнить имена депутатов Государственной думы Андрея Лугового или Марии Бутиной).

В беседах со мной Виктор объяснил свое решение вступить в ряды либерально-демократической политсилы тем, что ЛДПР на протяжении долгих лет его заключения в США помогала его семье не только словом, но и делом. Кроме того, Бут всегда был патриотом своей страны и стремился приносить ей пользу в любом качестве.

Прямая речь

Сегодня я снова государственник, потому что вернулось государство. Было время, его не было и надо было как-то жить без него. Мы все, россияне, вообще славяне, по сути, общинники и потому государственники, нам другой способ жизни не подходит. Я был государственником в советское время: советское время дало нам веру в справедливость, не зависящую от толщины кошелька, оно давало людям гарантированную возможность больше думать о том, как реализовать себя в этой жизни, чем о том, что будет завтра есть твоя семья, и в этом был один из главных плюсов советской системы. А минусом была неповоротливость на микроэкономическом уровне, на уровне удовлетворения потребительского спроса. Потом пришла перестройка, появилась масса надежд на то, что именно этот крен будет исправлен. Ведь еще до перестройки, в самые застойные времена, в верхах циркулировали идеи передачи части сферы обслуживания и производства ширпотреба частной инициативе. Если бы мы тогда сделали именно это, сейчас бы не мы у Китая учились хозяйствованию, а Китай у нас.

В перестройку эти идеи начали реализовываться, но тут же пошел перекос, который мало кто мог предвидеть. Ельцин и его команда сломали эйфорию. Я помню, как работали в самом начале 90-х. Никакая коррупция в масштабах, известных нам по более позднему времени, никому тогда даже и не снилась. Верхом неформального поощрения в моем бизнесе, авиаперевозках, например, был ящик коньяка кому-то из командиров транспортной авиачасти за то, что нам позволяли на обратном пути после перевозки грузов по госпоставкам в какую-нибудь страну загрузить порожний борт товарами народного потребления.

А потом пошли коробки от факсов, откаты и распилы, и все стухло, и не захотелось уже в этом участвовать. Тогда те, кто думал так же, как я, ехали строить бизнес за границу. Там не было нашего, родного нам государства, но там было какое-то государство и действующие законы и было можно работать. И работали, а на родину ездили отдыхать и заряжаться родным воздухом.

К концу 1990-х очень быстро, на наших глазах, все стало восстанавливаться, а точнее, начало заново отстраиваться государство. Путину надо сказать спасибо за то, что он сделал. Можно принимать или не принимать какие-то решения путинской эпохи, но этого у нее не отнимешь, и это не отнять даже самым квалифицированным фальсификаторам истории: Путин вернул нам государство, вернул нам хребет, который был заживо выдернут из наших спин в начале и середине девяностых[222].

Со слов его супруги Аллы, «Виктор всегда был человек идейный, воспитывался на идеалах СССР и с приходом 90-х он их не изменил». Не случайно бывшего лейтенанта советских ВС, отказавшегося порочить свою честь предательством и сделкой с американскими спецслужбами, все последние годы поддерживала Общероссийская общественная организация «Офицеры России». «Его принципиальная позиция — это отказ идти на любой формат сотрудничества с США в ущерб интересам России. Годы, уже проведенные в тюрьме, и годы, которые еще предстоит провести в заключении, его не сломали и это вызывает безусловное уважение», — отмечается на интернет-сайте НПО.

Новую страницу в своей разноплановой профессиональной биографии Виктор открыл 1 декабря 2023 года, впервые выступив в роли… тележурналиста! В этот день в эфир на телеканале РенТВ вышел специальный выпуск телепередачи «Тайны большой политики». Его ведущим стал герой книги[223]. Если ранее у самого Бута брали многочисленные интервью, то теперь он сам интервьюировал участников передачи.

Сегодня Виктор продолжает занимать активную гражданскую позицию по самым горячим темам внутри- и внешнеполитической повестки, поддерживает участвующих в СВО российских воинов, увлекается творчеством, с успехом проводит выставки своих рисунков в галереях и музеях Москвы, Санкт-Петербурга, других городов и, по некоторым данным, снова реализует бизнес-проекты.

А в том, что США при новой и неважно какой — демократической или республиканской администрации — продолжат преследования российских граждан за рубежом совершенно очевидно. По данным российских спецслужб, посредством избирательной «охоты» на наших соотечественников американцы решают сразу несколько задач.

Во-первых, планомерно «выбивают», с их точки зрения, компетентных профессионалов, прежде всего связанных с IT-индустрией, ослабляя таким образом потенциал нашей страны в этой сфере. Практически все последние случаи арестов росграждан на территории третьих стран (см. Приложение) по запросам США происходят по заявленным американской стороной обвинениям в «хакерстве», «кибермошенничестве» или «отмывании денег через электронные биржи».

Во-вторых, каждый такой случай становится поводом для информационной атаки на Москву и раскрутки медийной кампании по дискредитации имиджа России и ее властей. Которые, надо это признать, на данный момент мало что могут сделать для гарантированной защиты прав преследуемых американцами граждан РФ. По имеющимся данным, более 90 процентов всех запросов Вашингтона на экстрадицию россиян США удовлетворяются иностранными государствами, не желающими портить отношения со «страшим товарищем». Одновременно, искусственно вносится дополнительный фактор, осложняющий двусторонние отношения таких стран с Россией. А после экстрадиции в США схема отработана до автоматизма — либо сделка с американским следствием и признание в «совершенном преступлении» в обмен на снижение срока, либо долгие годы тюрьмы с последующей депортацией.

По данным Посольства России в США, с 2008 года зафиксировано 53 случая, когда обвиненные по запросу Вашингтона граждане РФ вывозились из третьих стран в США. «Мы отвергаем такие действия США, осуждаем развернутую американской стороной “охоту” на наших граждан», — заявлял наш посол Анатолий Антонов летом 2020 года. Всего же, по данным дипломата, в американских тюрьмах сегодня находятся около 100 граждан России. При этом права многих из них нарушаются — людей под надуманными предлогами сажают в карцер, лишают медицинского обслуживания и лекарств, ограничивают в звонках родственникам. Ранее Анатолий Антонов написал открытое письмо Госдепартаменту, Минюсту США и Федеральному бюро тюрем с просьбой освободить находящихся в американских тюрьмах россиян из-за ухудшения ситуации с пандемией коронавируса в США. Проявить гуманизм на фоне эпидемии COVID-19 также призывал и министр иностранных дел России Сергей Лавров в послании, адресованном госсекретарю США Майку Помпео. Причем сделать это можно было бы на правовых основаниях: учтя уже отбытые россиянами сроки заключения и вернув их на родину либо по амнистии, либо по Конвенции Совета Европы о передаче осужденных лиц от 1983 года. Все обращения Москвы остались без реакции Вашингтона.

Что еще можно было бы предпринять для более раннего вызволения Виктора и других наших соотечественников из-за американской решетки? Весьма показателен в этом отношений опыт Китая, крайне жестко реагирующего на аналогичные действия США в отношении отдельных граждан КНР. Так, после задержания в Канаде финансового директора Huawei Мэн Ваньчжоу (дочь основателя этой компании Жень Чженфэя) в рамках запроса США Пекин немедленно приступил к аналогичным действиям в отношении канадцев на своей территории. Согласно МИД Канады, всего с момента резонансного ареста в Ванкувере в декабре 2018 года госпожи Ваньчжоу китайские власти под различными предлогами (в основном за «угрозу безопасности Китая») задержали 13 канадцев. Тактика «око за око» и «зуб за зуб» сработала. Запрос Вашингтона на экстрадицию влиятельной китаянки в Америку для предъявления обвинений в нарушении антииранских санкций не был удовлетворен канадской стороной. Сама обвиняемая сначала была выпущена под залог, а затем с нее были сняты обвинения и она триумфально вернулась в Китай.

Виктор Бут признавал, что ему нравится, как Китай реагирует на аресты своих граждан по американским запросам, и этот метод мог бы быть полезен и России. «Единственным реальным и эффективным решением вопроса арестов россиян или граждан других государств в третьих странах по американским запросам является то, которое сейчас приняли китайцы: как только арестовали в третьей стране одну гражданку Китая по американскому запросу — китайцы сразу арестовывают у себя двух человек подряд, и тут уже неизбежно начинается торг, — отмечал Бут. — Это единственный вариант сегодня, при котором гарантировано то, что американцы сразу все поймут и начнут думать, прежде чем арестовывать наших граждан: а вдруг их граждане тоже будут арестованы в ответ, и как потом в этом всем разбираться?»[224]. По его мнению, то, что сделал Китай в ответ на арест гражданки КНР в Канаде по американскому запросу — мера, конечно же не бесспорная, но эффективная. Однако, по словам Виктора, России не следует уподобляться действиям американцев и пользоваться их методами.

Из письма В. Бута супруге в ноябре 2014 года

Думаете будет правильно, если Россия начнет воровать американцев, которые как и я не виноваты ни в чем и стряпать им дела, чтобы потом обменять их на Ярошенко, Селезнева, Бута? Нет, мы не должны уподобляться этой нечисти и действовать, как они[225].

При этом он признавал, что на сегодня другого варианта остановить аресты россиян в третьих странах уже не существует: «Никаких правил больше нет, американская сторона просто действует так, как ей заблагорассудится и даже на секунду не сомневается в своем праве делать это. И объяснить им что-либо невозможно».

Примечательно, что вопрос на эту тему — в контексте жесткой реакции Китая на арест Мэн Ваньчжоу и возможности России использовать аналогичную политику — в 2018 году был задан президенту РФ Владимиру Путину. В ответ российский лидер заявил, что Москва не будет «действовать по принципу талиона, изложенному еще в кодексе вавилонского царя Хаммурапи». По словам Путина, нужно действовать очень аккуратно и исходить из реалий. Если есть люди, которые нарушают наши законы, то Россия будет на это реагировать, но не будет «хватать ни в чем не повинных людей только для того, чтобы их на кого-то менять»[226].

С одной стороны, вопрос о том, каким образом Россия могла бы положить конец безнаказанному экстерриториальному применению США своего национального законодательства по отношению к нашим гражданам, сохраняет свою актуальность. С другой, успешный обмен Бута и Ярошенко на интересующих США американских граждан показал: Вашингтон, к сожалению, понимает только «дипломатию заложников» и ничего другого.

В завершение хотелось бы отметить следующее. Эта книга о деле Бута — хотя и первое в России, но, вероятно, далеко не последнее повествование о нашем харизматичном соотечественнике. Надеюсь, она приоткрыла читателю не только подлинные обстоятельства «дела Бута», но и раскрыла уникальные черты характера, личные и деловые качества этого незаурядного во всех отношениях человека.

Счастливо завершившаяся история ареста и длительного удержания американцами россиянина Виктора Бута показательна и поучительна одновременно. Показательна, потому что российские власти на практике подтвердили кредо «Своих не бросаем!». И добились конкретного результата — освободили нашего гражданина, которого США целенаправленно демонизировали в западных СМИ, затем арестовали в результате провокации, экстрадировали в Америку и по надуманным обвинениям осудили на четверть века тюрьмы.

Поучительна, потому что процесс освобождения Бута растянулся почти на 15 лет. Когда российского предпринимателя задержали по запросу США в Таиланде в марте 2008 года, ему был 41 год. А когда он вышел на свободу ему было почти 56. Между этими датами — пропасть тайской и американской тюрем, трагедия вынужденного расставания с семьей и близкими, психологическое давление со стороны спецслужб США, неприкрытый шантаж и попытки склонить Бута к предательству в обмен на сокращение тюремного срока.

Виктор вышел из этой истории более чем достойно. Бывший офицер советской армии, оказавшись в сложной жизненной ситуации, проявил хладнокровие и твердую принципиальность. Он не признал себя виновным и не пошел на сделку с американским следствием. Это важно. Ведь подавляющее большинство российских граждан, захваченных американцами в третьих странах, вынужденно «прогибались» под давлением заведомо предвзятой по отношению к россиянам судебной машины США. Оговаривали сами себя, скашивая тем самым себе срок и получая право на досрочную депортацию. Но Бут наотрез отказался играть в такие игры. Для него чистая совесть — важнее.

Другой урок этой истории в том, что с США, которые расширили свое законодательство на весь мир и сами себя наделили правом арестовывать кого угодно и где угодно, договариваться в таких вопросах необходимо исключительно с позиции силы. По другому на берегах реки Потомак, к большому сожалению, не понимают. Ведь Москва годами ставила перед Вашингтоном вопрос о выдаче Бута на родину. Но американцы зашевелились и пошли навстречу только тогда, когда и в российской тюрьме оказалась раскрученная с медийной точки зрения гражданка США. Правда, и здесь они хотели нас обхитрить, получив в обмен на Бута не только осужденную за контрабанду наркотиков баскетболистку Бриттни Грайнер, но и других персонажей. Не вышло.

Сомнений же в том, что США продолжат устраивать провокации с арестами в третьих странах наших граждан и их последующей экстрадицией в Америку, нет никаких. Просто потому что могут. Пока. Не исключаю, что в будущем нас ждут новые громкие истории «Бутов», «Ярошенко», «Селезневых». Этот беспредел будет происходить ровно до тех пор, пока Россия не начнет наступательно защищать всех без исключения наших граждан, оказавшихся заложниками геополитики и обострившихся российско-американских отношений. Защищать вне зависимости от социального статуса и медийности таких людей. Решительно применять весь арсенал политико-дипломатических мер воздействия на «партнеров». Не стесняться прямо указывать арестовывающим по запросам США наших граждан странам на возможные крайне негативные последствия для двусторонних отношений с Москвой. И, если придется, подкреплять слова конкретными делами.

Послесловие

Так случилось, что спустя 10 месяцев после освобождения Виктора Бута под арестом за границей по надуманному поводу оказался и автор этой книги.

Собственного корреспондента «Российской газеты» в стране — члене ЕС обвинили в том, что он является «угрозой национальной безопасности», грубо арестовали и при этом травмировали, бросили за решетку, а затем депортировали.

За этой провокацией, по данным зарубежных СМИ, снова оказались американцы. Но это уже совсем другая и не менее захватывающая история для новой книги.

Благодарности

Я хотел бы поблагодарить всех тех, без кого эта книга не увидела бы свет. В первую очередь, я признателен ее главному герою — Виктору Буту за проявленный им в тяжелейших условиях тайской и американской тюрем образец невероятного мужества, стойкости и преданности Родине. По случайному и никакому другому совпадению обстоятельств мне удалось лично наблюдать этот пример. И именно он вдохновил меня взяться за перо и провести собственное журналистское расследование «дела Бута».

Чрезвычайно признателен невероятно сильной, смелой, креативной, преданной и решительной женщине — супруге Виктора Алле Бут. Предоставленные ею многочасовые интервью, материалы из семейного архива, а главное, трогательные и эмоционально-пронзительные выдержки из личных дневников дали возможность лучше понять эту запутанную историю и посмотреть на нее глазами семьи Бута, переживающей трагедию вынужденной разлуки с близким человеком.

Я благодарен Феликсу Черемных, который поделился со мной своими далеко не легкими воспоминаниями о проведенном (в том числе и вместе с Виктором) времени в тайской тюрьме. Признателен Евгению Беленькому, Андрею Шитову, другим российским журналистам и дипломатам, которые лично знали Виктора и нашли возможность поделиться со мной объективной информацией, своими взглядами и оценками.

Отдельное спасибо — моей любимой семье за проявленное понимание важности этой инициативы и затраченного на нее значительного количества личного времени.

И конечно, честь и хвала «Российской газете» и всем причастным к этому замечательному изданию, которое направляло меня в качестве репортера в зарубежные командировки и тем самым дало возможность собрать материалы для этой книги.

Приложение

Некоторые случаи ареста в третьих странах и экстрадиции россиян в США в 2010–2021 годах[227]

16 ноября 2010 года российский бизнесмен Виктор Бут был экстрадирован в США из Таиланда. Россиянин был вывезен в США после длительного судебного процесса об экстрадиции в нарушение как таиландского, так и американского законодательства, а затем осужден федеральным судом в Нью-Йорке на 25 лет лишения свободы.

28 мая 2010 года российский летчик Константин Ярошенко был арестован в Либерии местными властями, через два дня передан DEA (подразделение министерства юстиции США) и экстрадирован в США на основании ордера на арест, выписанного прокуратурой Южного округа Нью-Йорка. 7 сентября 2011 года он был признан американским судом виновным в преступном сговоре с целью контрабанды крупной партии кокаина, часть которого предназначалась для поставки в США, и приговорен к 20 годам лишения свободы.

В январе 2012 года из Швейцарии экстрадирован в США россиянин Владимир Здоровенин, который был задержан в Цюрихе 27 марта 2011 года по запросу американской прокуратуры. Ему было предъявлено обвинение в мошенничестве из девяти пунктов. Россиянин согласился признать вину по двум из них, касающимся преступного сговора и мошенничества через Интернет. 5 января 2013 года суд Нью-Йорка приговорил Здоровенина к трем годам лишения свободы.

30 июля 2013 года в Доминиканской Республике по подозрению в кибермошенничестве был арестован гражданин России, программист Александр Панин по запросу американских правоохранительных органов. Затем он был экстрадирован в США, где признал себя виновным по одному из 23 пунктов обвинительного заключения. 21 апреля 2016 года Александр Панин был приговорен судом штата Джорджия в США к 9,5 годам тюрьмы.

В августе 2013 года Литва экстрадировала в США россиянина Дмитрия Устинова, обвиняемого в контрабанде продукции военного назначения. Он был арестован 15 апреля 2013 года в аэропорту Вильнюса (Литва) по запросу США. 9 октября 2014 года Дмитрий Устинов был приговорен окружным судом штата Делавэр к 18 месяцам тюрьмы.

17 августа 2013 года в аэропорту Барселоны (Испания) на основании запроса на арест для экстрадиции в США был задержан российский программист Дмитрий Белороссов, подозреваемый в кибермошенничестве. 30 сентября 2015 года стало известно, что Димитрий Белороссов приговорен судом в Атланте к 4,5 годам тюрьмы. Помимо реального срока, Белороссов получил еще три года условно и был приговорен к возмещению ущерба на 322 тысячи долларов.

В 2013 году Нидерланды экстрадировали в США российских граждан Владимира Дринкмана и Дмитрия Смилянца. 18 февраля 2018 года Федеральный суд в Нью-Джерси (США) приговорил Дринкмана к 12 годам заключения за киберпреступления и кражу финансовой информации. Дмитрия Смилянца, осудили на четыре года и три месяца и 21 день, которые он уже отбыл, так что последнего освободили в зале суда.

В феврале 2014 года суд Канады принял решение экстрадировать российскую бортпроводницу авиакомпании «Трансаэро» Марину Талашкову в США, она была арестована в аэропорту Торонто (Канада) по запросу американских правоохранительных органов в январе 2012 года. По условиям заключенного соглашения ей грозило до 2,5 лет заключения, но суд, состоявшийся в июне 2014 года, учел время, которое она провела под стражей в Канаде, и закрыл дело.

Летом 2014 года в США из Доминиканской Республики был экстрадирован российский программист Александр Панин. Он был арестован 30 июля 2013 года в Доминиканской Республике по подозрению в кибермошенничестве по запросу американских правоохранительных органов. 21 апреля 2016 года Александр Панин был приговорен судом штата Джорджия в США к 9,5 годам тюрьмы.

8 июля 2014 года стало известно, что агентами секретной службы США на Мальдивах был задержан Роман Селезнев, сын депутата Госдумы от ЛДПР Валерия Селезнева. Затем он был вывезен в США. В августе 2016 года он был признан виновным в кибермошенничестве. Селезнева признали виновным по 38 из 40 пунктов выдвинутых против него обвинений и в апреле 2017 года приговорили к 27 годам тюрьмы.

Весной 2015 года из Испании в США был экстрадирован российский гражданин Вадим Поляков, арестованный 3 июля 2014 года в испанском Салоу по запросу США. 6 июля судебные власти города Нью-Йорк приговорили его к тюремному сроку от четырех до 12 лет за киберпреступления.

В декабре 2015 года житель Санкт-Петербурга Алексей Бурков был арестован в Израиле по запросу США. Органы американской юстиции инкриминировали ему преступления в компьютерной сфере. Экстрадиция россиянина рассматривалась в окружном суде Иерусалима в закрытом режиме.

В январе 2016 года из Финляндии был экстрадирован в США российский гражданин Максим Сенах. 4 августа 2017 года Минюст США сообщило, что он приговорен к 46 месяцам лишения свободы.

В феврале 2016 года стало известно, что из Финляндии был экстрадирован в США российский гражданин Александр Сергеев. Он был задержан в январе 2016 года по запросу США по обвинению в преступлениях в сфере информационно-коммуникационных технологий.

В июле 2016 года полиция Таиланда арестовала по запросу ФБР россиянина Дмитрия Украинского, который обвиняется в том, что он в составе преступной группы участвовал в хищении денег с кредитных карт граждан США в особо крупном размере. Ущерб, нанесенный деятельностью группы, превышает 1 миллиард бат (около 30 миллионов долларов).

В декабре 2016 года был экстрадирован из Норвегии в США россиянин Марк Вартанян. Он обвинялся в разработке программы под названием «Цитадель», которой, по информации американских правоохранительных органов, активно пользовались мошенники для заражения компьютеров и хищения личных данных их пользователей. 19 июля 2017 года решением Федерального суда Северного округа штата Джорджия Марк Вартанян был приговорен к пяти годам заключения.

4 октября 2017 года суд в Греции постановил удовлетворить запрос США о выдаче россиянина Александра Винника по обвинению в отмывании 4 миллиардов долларов. Однако в 2019 году греческие власти экстрадировали Винника во Францию. 7 декабря 2020 года исправительный суд Парижа приговорил россиянина к пяти годам тюрьмы и штрафу в 100 тысяч евро. Винника признали виновным в отмывании денег при отягчающих обстоятельствах, но снял обвинения в использовании вредоносных программ и нарушении работы автоматизированных систем. Из Франции он имеет все шансы быть экстрадирован в США.

21 октября 2017 года стало известно, что гражданин России и Израиля Станислав Назаров был экстрадирован из Израиля в США. Он обвиняется в причастности к международным финансовым махинациям и изъятию обманным путем 1,4 миллиона долларов у индийской страховой компании.

19 января 2018 года российского программиста Станислава Лисова, которого в США обвиняют в совершении киберпреступлений, экстрадировали из Испании в США. Он был задержан в январе 2017 года в Барселоне.

2 февраля 2018 года в США из Испании был экстрадирован обвиняемый в компьютерном мошенничестве российский программист Петр Левашов. 12 сентября 2018 года Левашов признал себя виновным по обвинению в хакерстве. Обвинение предлагало приговорить обвиняемого к сроку от 12 до 14 лет и семи месяцев тюрьмы.

9 февраля 2018 года стало известно, что Таиланд собирается экстрадировать в США россиянина Сергея Медведева. Он был арестован в Бангкоке 2 февраля 2018 года таиландской полицией по запросу США по обвинению в хакерстве и интернет-мошенничестве. В марте 2021 года суд американского штата Невада приговорил Медведева к 10 годам лишения свободы.

В ночь на 30 марта 2018 года Чехия экстрадировала в США россиянина Евгения Никулина. Чешская полиция в сотрудничестве с ФБР США задержала его в Праге 5 октября 2016 года. Никулин обвиняется американскими судебными органами в незаконном получении доступа к данным из социальной сети LinkedIn и серверам Dropbox и Formspring.

8 января 2021 года суд США приговорил россиянина Андрея Тюрина к 12 годам тюрьмы за хакерскую деятельность и мошенничество. Тюрин был экстрадирован в Америку из Грузии.

11 января 2021 года суд в Нью-Йорке приговорил россиянина Александра Жукова к 10 годам тюрьмы за мошенничество в киберпространстве. Также гражданин РФ должен выплатить компенсацию в размере 3,8 миллиона долларов за причиненный ущерб. Жукова задержали в Болгарии в 2018 году, а спустя год экстрадировали в США. Позже было предъявлено обвинение в отмывании денег и мошенничестве с использованием электронных средств.

13 ноября 2021 года в Нидерландах по запросу США был задержан 29-летний гражданин России Денис Дубников, обвиняемый в отмывании денежных средств, получаемых путем вымогательства в результате хакерской деятельности. В августе 2022 года гражданин России был экстрадирован в США, где ему грозило тюремное заключение сроком до 20 лет.

Стран, в которых задерживали россиян по запросам США, больше двух десятков. Это Венгрия, Греция, Грузия, Доминиканская Республика, Израиль, Индонезия, Испания, Канада, Кипр, Коста-Рика, Латвия, Либерия, Литва, Таиланд, Чехия, Швейцария, Мальдивская Республика, Нидерланды, Норвегия, Финляндия, Шри-Ланка. За последние десять лет России удалось добиться экстрадиции на родину лишь нескольких граждан. Один из них — москвич Сергей Миронов, которого задержавшая его Армения решила вернуть на Родину. Другой случай связан с задержанием Артема Усса в Италии 17 октября 2022 года и его последующим побегом в Россию в марте 2023 года.

Что советует Виктор Бут российским бизнесменам

Проявлять осторожность в работе с иностранными партнерами из государств, входящих в политическую и экономическую орбиту США, даже если эти страны кажутся совершенно безопасными. Если бизнес россиян пересекается с интересами деловых и государственных структур США, следует быть вдвойне осторожными.

Что советует Виктор Бут российской молодежи

В наших генах и крови заложена правильная дорога. Надо только услышать голос сердца. Надо доверять мудрости предков. Не слушать завлекательный фон, который Запад нам пытается продать. За витриной мнимого благополучия и порядочности скрывается полное загнивание этой системы. Мне обидно читать, что часть нашей молодежи хочет свалить. А свалить куда? Они просто не знают истории, не знают, что такое Запад на самом деле, какие там отношения среди людей. Главное в том, что нам самим в нашей стране нужно создавать условия для того, чтобы молодежь могла себя реализовать.

Что говорят в МИД России об арестах США российских граждан

«Зная то, как агрессивно работает американская система, не гнушающаяся никакими противоправными ходами, мы, к сожалению, не можем гарантировать, что инциденты с российскими гражданами, выезжающими за рубеж, прекратятся. В этой связи хотел бы, пользуясь возможностью, рекомендовать нашим гражданам тщательно взвешивать риски при планировании заграничных поездок, особенно в страны, имеющие с США договоры о выдаче», — заявлял министр иностранных дел РФ Сергей Лавров.

Примечания

1

1. «Оружейный барон» из Душанбе: нерассказанная история Виктора Бута // Sputnik. 2021. 5 марта. URL: https://m.tj.sputniknews.ru/opinion/20210305/1030400661/viktor-but-intervyu-mama-tajikistan.html?mobile_return=no; дата обращения 29.3.2024.

2

2. «Оружейный барон» из Душанбе: нерассказанная история Виктора Бута // Sputnik. 2021. 5 марта. URL: https://m.tj.sputniknews.ru/opinion/20210305/1030400661/viktor-but-intervyu-mama-tajikistan.html?mobile_return=no; дата обращения 29.3.2024.

3

3. Чем опасна высылка Бута для России? // RFI. 2010. 16 ноября. URL: http://ru.rfi.fr/rossiya/20101116-chem-opasna-vysylka-buta-dlya-rossii/; дата обращения 12.12.2023.

4

4. Paton Walsh N. ‘Merchant of Death’ denies arming terror // The Guardian. 2009. 15 Mar. URL: http://www.theguardian.com/world/2009/mar/15/viktor-bout-merchant-of-death; дата обращения 29.3.2024.

5

5. Строев С. Игорь Сечин: Государственное лучше частного // Мир новостей. 2014. 2 декабря. URL: https://mirnov.ru/politika/igor-sechin-gosudarstvennoe-luchshe-chastnogo.html; дата обращения 29.3.2024.

6

6. Интервью А. Бут проекту К. Семина «Агитпроп». URL: https://www.youtube.com/watch?v=1fNdD0C9iEc; дата обращения 29.3.2024.

7

7. Латыпов Т. Тимур Акулов: «Виктор Бут прилетел в Казань, когда его объявили в международный розыск» // БизнесOnline. 2011. 11 января. URL: https://www.business-gazeta.ru/article/34230; дата обращения 29.3.2024.

8

8. Личная беседа с А. Бут в январе 2021 г.

9

9. Алленова О. «Все хотят тебя видеть торговцем смертью» // Коммерсантъ. 2008. 10 октября. URL: https://www.kommersant.ru/doc/1038628; дата обращения 29.3.2024.

10

10. Личная беседа с Д. Поповым в феврале 2021 г.

11

11. Belgium Issues Warrant for Former Soviet Army Officer // Transcripts. 2002. March 4. URL: http://transcripts.cnn.com/TRANSCRIPTS/0203/04/ltm.04.html; дата обращения 29.3.2024.

12

12. По версии западных спецслужб, предприниматель Виктор Бут — самый крупный на всей планете торговец оружием // Комсомольская правда. 2002. 5 марта. URL: https://www.kp.ru/daily/22505/15767/; дата обращения 29.3.2024.

13

13. Алленова О. «Все хотят тебя видеть торговцем смертью»…

14

14. Деятельность организации признана террористической и запрещена на территории РФ решением Верховного суда от 14 февраля 2003 г.

15

15. Шарпатов прилетает из плена // И. Канев. YouTube. 2015. 16 августа URL: https://www.youtube.com/watch?v=rmbrEhjFpWE; дата обращения 29.3.2024.

16

16. Нордвик В. Побег из Кандагара // Родина. 2015. 1 августа. URL: https://rodina-history.ru/2015/08/01/rodina-kandagar.html; дата обращения 29.3.2024.

17

17. Латыпов Т. Тимур Акулов: «Виктор Бут прилетел в Казань»…

18

18. Запрещенная в России террористическая организация.

19

19. Landesman P. Arms and the Man // The New York Times Magazine. 2003. Aug. 17. URL: https://www.nytimes.com/2003/08/17/magazine/arms-and-the-man.html; дата обращения 29.3.2024.

20

20. Латыпов Т. Тимур Акулов: «Виктор Бут прилетел в Казань»…

21

21. Schmidle N. Disarming Viktor Bout // The New Yorker. 2014. August 27. URL: https://www.newyorker.com/magazine/2012/03/05/disarming-viktor-bout; дата обращения 29.3.2024.

22

22. Алленова О. «Все хотят тебя видеть торговцем смертью»…

23

23. По версии западных спецслужб, предприниматель Виктор Бут…

24

24. Bidder B., Follath E., Schepp M. The Rise and Fall of Viktor Bout // Spiegel International. 2010. 6. Oktober. URL: https://www.spiegel.de/international/world/trapping-the-lord-of-war-the-rise-and-fall-of-viktor-bout-a-721532.html; дата обращения 29.3.2024.

25

25. Farah D., Braun S. Merchant of Death: Money, Guns, Planes, and the Man Who Makes War Possible. Wiley, 2007. P. 9.

26

26. Из личного архива автора.

27

27. Эстулин Д. Мастера теней. Минск, 2010. С. 217

28

28. Farah D., Braun S. Merchant of Death… P. 175

29

29. Bidder B., Follath E., Schepp M. The Rise and Fall of Viktor Bout…

30

30. Report of the Panel of Experts (Security Council and Sierra Leone) S/2000/1195, 20 December, 2000; United Nations S/2001/1015 Security Council. Report of the Panel of Experts pursuant to Security Council resolution 1343 (2001), paragraph 19, concerning Liberia, 26 October 2001; United Nations S/2003/1035 Security Council, Report of the Panel of Experts on Somalia pursuant to Security Council resolution 1474 (2003), 4 November 2003.

31

31. Эстулин Д. Мастера теней… С. 253.

32

32. Austin K.L. Reaction to Viktor Bout sentencing // CNN/ 2012. URL: https://edition.cnn.com/videos/bestoftv/2012/04/05/exp-erin-burnett-viktor-bout.cnn; дата обращения 29.3.2024.

33

33. Виктор Бут опасается за свою жизнь // РИА Новости. 2009. 17 августа. URL: https://ria.ru/20090817/181173787.html; дата обращения 29.3.2024.

34

34. Farah D., Braun S. Merchant of Death… P. 10.

35

35. Алленова О. «Все хотят тебя видеть торговцем смертью»…

36

36. Эстулин Д. Мастера теней…С. 234.

37

37. Алленова О. «Все хотят тебя видеть торговцем смертью»…

38

38. Ионкин Н. Ил-62 в Африке // Сайт авиационной истории. URL: http://aviahistory.ucoz.ru/index/0-131; дата обращения 29.3.2024.

39

39. Farah D., Braun S. Merchant of Death… P. 5.

40

40. Алленова О. «Все хотят тебя видеть торговцем смертью»…

41

41. Баранец В. «Американские спецслужбы хотели выкрасть Виктора Бута из таиландской тюрьмы и увезти в США» // Комсомольская правда. 2010. 13 марта. URL: https://www.kp.ru/daily/24455/617963/; дата обращения 29.3.2024.

42

42. Африканский буш — обширные неосвоенные человеком пространства, обычно поросшие кустарником или низкорослыми деревьями.

43

43. Landesman P. Arms and the Man…

44

44. Farah D., Braun S. Merchant of Death… P. 31.

45

45. Farah D., Braun S. Merchant of Death… P. 95.

46

46. Schmidle N. Disarming Viktor Bout…

47

47. Lewis D. Operation Man Hunt: The Hunt for the Richest, Deadliest Criminal in History. London: Quercus Books, 2017.

48

48. Алленова О. «Все хотят тебя видеть торговцем смертью»…

49

49. Алленова О. «Все хотят тебя видеть торговцем смертью»…

50

50. Online «На моем деле много людей сделало карьеру и деньги» // Интервью. Газета.ru/ 2010. 16 сентября. URL: https://web.archive.org/web/20100919143158/http://www.gazeta.ru/interview/nm/s3414774.shtml; дата обращения 29.3.2024.

51

51. Landesman P. Arms and the Man…

52

52. Алленова О. «Все хотят тебя видеть торговцем смертью»…

53

53. The Notorious Mr. Bout («Пресловутый Мистер Бут»), режиссеры Т. Гербер, М. Поздоровкин. Премьера фильма состоялась на кинофестивале Sundance Film Festival 17 января 2014 г., в сентябре того же года фильм был показан телеканалом BBC Four.

54

54. Schmidle N. Disarming Viktor Bout…

55

55. The Arms Flyers. Commercial Aviation, Human Rights, and the Business of War and Arms by Peter Danssaert & Sergio Finardi. Antwerp., December 2010.

56

56. Эстулин Д. Мастера теней… С. 227.

57

57. Бут, которого ищет весь мир за связи с талибами, находится на «Эхо Москвы» // Эхо Москвы. 2002. 28 февраля. URL: https://www.rbc.ru/society/28/02/2002/5703b9dd9a7947afa08c6cb8?ysclid=luoeh6w6gf899543589; дата обращения 29.3.2024.

58

58. Landesman P. Arms and the Man…

59

59. Бут пожалел Николаса Кейджа // НТВ. 2009. 6 марта. URL: https://www.ntv.ru/novosti/152027/?ysclid=lsiwio08sn570498398; дата обращения 29.3.2024.

60

60. Online «На моем деле много людей сделало карьеру и деньги»…

61

61. The Arms Flyers. Commercial Aviation, Human Rights, and the Business of War and Arms by Peter Danssaert & Sergio Finardi. Antwerp., December 2010.

62

62. Hayes A. Who is the ‘Merchant of Death?’ // CNN. 2010. November 17. URL: https://edition.cnn.com/2010/CRIME/11/17/new.york.bout.profile/index.html; дата обращения 29.3.2024.

63

63. Arrested Arms Dealer’s Planes Flew U.S. Missions in Iraq // ABC News. 2008. March 6. URL: https://abcnews.go.com/Blotter/story?id=4400141&page=1; дата обращения 29.3.2024.

64

64. The Bangkok Post. Vol. 2. 2009. № 33.

65

65. Viktor Bout: Capturing “The Merchant of Death” // CBS News. 60 Minutes. 2010. November 18. URL: https://www.cbsnews.com/news/viktor-bout-capturing-the-merchant-of-death/; дата обращения 29.3.2024.

66

66. McConville M. Thrilling New Book Tells The Story Of How The World’s Most Wanted Arms Dealer Was Captured // Media Drum World. URL: https://mediadrumworld.com/2017/06/19/9678/; дата обращения 29.3.2024.

67

67. Revealed: How Notorious Arms Dealer Was Finally Arrested By SAS Hero // LAD Bible. 2017. Jun 15. URL: https://www.ladbible.com/more/interesting-new-book-reveals-how-notorious-arms-dealer-was-finally-arrested-20170615; дата обращения 29.3.2024.

68

68. Landesman P. Arms and the Man…

69

69. Monzer al-Kassar // Wikipedia. URL: https://en.wikipedia.org/wiki/Monzer_al-Kassar; дата обращения 29.3.2024.

70

70. Fuerzas Armades Revolucionarias de Colombia — Ejército del Pueblo (FARC-EP) — леворадикальная повстанческая группировка в Колумбии. Она была сформирована в 1960-х гг., как военное крыло Коммунистической партии Колумбии. Использует партизанские методы борьбы, неоднократно брала на себя ответственность за террористические акты, взрывы в городах страны и убийства политиков.

71

71. Viktor Bout: Capturing “The Merchant of Death”…

72

72. Эстулин Д. Мастера теней… С. 300.

73

73. US District Court. Southern District of New York, case 1:08-cr-00365-SAS.

74

74. Lewis D. Operation Man Hunt…

75

75. Damien Lewis. Operation Relentless // Quercus. URL: https://www.quercusbooks.co.uk/titles/damien-lewis-3/operation-relentless/9781848665392/?v2=true; дата обращения 29.3.2024.

76

76. Schmidle N. Disarming Viktor Bout…

77

77. См.: US District Court. Southern District of New York, case 1:08-cr-00365-SAS.

78

78. Schmidle N. Disarming Viktor Bout…

79

79. A few words from Damien Lewis on his new book, Operation Relentless // H for History. URL: https://hforhistory.co.uk/h-for-history-posts/2018/03/01/words-damien-lewis-new-book-operation-relentless/; дата обращения 29.3.2024.

80

80. Landesman P. Arms and the Man…

81

81. Гасюк А. Виктор Бут: Меня водят как бешеную собаку, надевая на меня наручники, цепи на пояс и на ноги // Российская газета. 2011. № 90(5466). URL: https://rg.ru/2011/04/26/but-site.html; дата обращения 29.3.2024.

82

82. US District Court. Southern District of New York, case 1:08-cr-00365-SAS. Document 29 filed 05/02/11.

83

83. Здесь и далее фрагменты беседы воспроизводятся по: Schmidle N. Disarming Viktor Bout…

84

84. Schmidle N. Disarming Viktor Bout…

85

85. Ходатайство адвоката В. Бута Альберта Даяна в суд Южного округа Нью-Йорка: Case 1:08-cr-00365-SAS Document 23 Filed 04/18/11.

86

86. Эстулин Д. Мастера теней… С. 300.

87

87. Виктор Бут опасается за свою жизнь…

88

88. Bangkok Post. Vol. 2. 2009. № 33.

89

89. Алленова О. «Все хотят тебя видеть торговцем смертью»…

90

90. Баранец В. «Американские спецслужбы хотели выкрасть Виктора Бута»…

91

91. Посольство РФ в Таиланде не располагает информацией об аресте Бута // РИА Новости. 2008. 6 марта. URL: https://ria.ru/20080306/100825635.html; дата обращения 29.3.2024.

92

92. Белый дом приветствовал задержание Виктора Бута // РИА Новости. 2008. 7 марта. URL: https://ria.ru/20080307/100872047.html; дата обращения 29.3.2024.

93

93. Торговец оружием Виктор Бут арестован в Таиланде // РИА Новости. 2008. 6 марта. URL: https://ria.ru/20080306/100816341.html; дата обращения 29.3.2024.

94

94. Виктор Бут призвал власти РФ содействовать его освобождению // РИА Новости. 2008. 9 апреля. URL: https://ria.ru/20080409/104233540.html; дата обращения 29.3.2024.

95

95. МИД РФ рассчитывает на объективное расследование дела Бута // РИА Новости. 2008. 11 апреля. URL: https://ria.ru/20080411/104872164.html; дата обращения 29.3.2024.

96

96. Виктору Буту по предъявленным США обвинениям грозит пожизненный срок // РИА Новости. 2008. 6 марта. URL: https://ria.ru/20080506/106740432.html; дата обращения 29.3.2024.

97

97. Бут смотрит в будущее с твердой надеждой // РИА Новости. 2009. 10 августа. URL: https://ria.ru/20090810/180412684.html; дата обращения 29.3.2024.

98

98. Конгрессмены требуют от администрации Обамы добиться экстрадиции Бута // РИА Новости. 2009. 12 февраля. URL: https://ria.ru/20090212/161864686.html; дата обращения 29.3.2024.

99

99. Конгрессмены США пытаются давить на Таиланд по «делу Бута» — МИД РФ // РИА Новости. 2009. 12 февраля. URL: https://ria.ru/20090214/162112385.html; дата обращения 29.3.2024.

100

100. The Bangkok Post. Vol. 2. 2009. № 33.

101

101. Козловский В. Вашингтон озадачен отказом Таиланда выдать Бута // BBC Russian. 2009. 13 августа. URL: https://www.bbc.com/russian/lg/international/2009/08/090813_bout_us_reaction; дата обращения 29.3.2024.

102

102. МИД Колумбии просит признать Виктора Бута пособником террористов // РИА Новости. 2009. 23 сентября. URL: https://ria.ru/20090923/186254940.html; дата обращения 29.3.2024.

103

103. Бута посадили на «Иглы» // Российская газета. Столичный выпуск. 2009. № 181 (5005). URL: https://rg.ru/2009/09/25/dut-turma.html; дата обращения 29.3.2024.

104

104. Ambassador presses deputy PM Suthep on Viktor Bout extradition, discusses thai political situation // Public Library of US Diplomacy. WikiLeaks. URL: https://wikileaks.org/plusd/cables/09BANGKOK567_a.html; дата обращения 29.3.2024.

105

105. Not too late: US extradition of Julian Assange must be dropped // Amnesty International Australia ABN. 2024. 19 February. URL: https://www.amnesty.org.au/not-too-late-us-extradition-of-julian-assange-must-be-dropped/; дата обращения 29.3.2024.

106

106. Demarche to Colombian government on Viktor Bout // Public Library of US Diplomacy. WikiLeaks. URL: https://wikileaks.org/plusd/cables/09STATE88226_a.html; дата обращения 29.3.2024.

107

107. The Bangkok Post. Vol. 2. 2009. № 33.

108

108. По данным Института исследований криминальной политики (Institute for Criminal Policy Research), тюремное население Таиланда по своей численности является 8-м в мире.

109

109. Черемных Ф. Преступление и наказание по-тайски. М., 2019.

110

110. Online «На моем деле много людей сделало карьеру и деньги»…

111

111. Виктор Бут требует у таиландских властей улучшить условия содержания // РИА Новости. 2010. 18 октября. URL: https://ria.ru/20101018/286825920.html; дата обращения 29.3.2024.

112

112. Супруга Бута обвиняет руководство тюрьмы в Бангкоке в давлении на него // РИА Новости. 2009. 29 апреля. URL: https://ria.ru/20090429/169530392.html; дата обращения 29.3.2024.

113

113. Супруга Бута обвиняет руководство тюрьмы в Бангкоке в давлении на него // РИА Новости. 2009. 29 апреля. URL: https://ria.ru/20090429/169530392.html; дата обращения 29.3.2024.

114

114. Жена Виктора Бута попросила помощи у российских властей // РИА Новости. 2010. 25 февраля. URL: https://ria.ru/20100225/210904017.html; дата обращения 29.3.2024.

115

115. Близкий друг Бута отрицает причастность к делу о продаже самолетов // РИА Новости. 2010. 18 февраля. URL: https://ria.ru/20100218/209821476.html; дата обращения 29.3.2024.

116

116. Близкий друг Бута отрицает причастность к делу о продаже самолетов // РИА Новости. 2010. 18 февраля. URL: https://ria.ru/20100218/209821476.html; дата обращения 29.3.2024.

117

117. Эстулин Д. Мастера теней… С. 282.

118

118. Richard Ammar Chichakli, Co-Conspirator Of International Arms Dealer Viktor Bout, Sentenced In Manhattan Federal Court To Five Years In Prison On Money Laundering, Wire Fraud, And Conspiracy Charges // US Department of Justice. 2014. December 4. URL: https://www.justice.gov/usao-sdny/pr/richard-ammar-chichakli-co-conspirator-international-arms-dealer-viktor-bout-sentenced; дата обращения 29.3.2024.

119

119. Бывший партнер Бута Ричард Чичакли приговорен к 5 годам тюрьмы в США // РАПСИ. 2014. 5 декабря. URL: http://www.rapsinews.ru/international_news/20141205/272717281.html; дата обращения 29.3.2024.

120

120. Экс-партнер Бута не смог добиться возвращения части собственности в суде США // РАПСИ. 2019. 29 января. URL: http://www.rapsinews.ru/international_news/20190129/294347194.html; дата обращения 29.3.2024.

121

121. Online «На моем деле много людей сделало карьеру и деньги»…

122

122. Бут заявляет о непричастности к делу задержанного в Бангкоке Ил-76 // РИА Новости. 2009. 16 декабря. URL: https://ria.ru/20091216/199541311.html; дата обращения 29.3.2024.

123

123. Премьер Таиланда предлагает РФ и США разобраться с экстрадицией Бута // РИА Новости. 2010. 28 августа. URL: https://ria.ru/20100828/269803297.html; дата обращения 29.3.2024.

124

124. Правительство Таиланда попало под огонь критики в связи с делом Бута // РИА Новости. 2010. 6 сентября. URL: https://ria.ru/20100906/272732965.html; дата обращения 29.3.2024.

125

125. Бут отметил в тюрьме годовщину решения об отказе США в его экстрадиции // РИА Новости. 2010. 11 августа. URL: https://ria.ru/20100811/264090009.html; дата обращения 29.3.2024.

126

126. Посла Таиланда вызвали в МИД РФ по делу Бута // Комсомольская правда. 2010. 20 августа. URL: https://www.kp.ru/online/news/724502/; дата обращения 29.3.2024.

127

127. Бут утверждает, что никогда не был причастен к торговле оружием // РИА Новости. 2010. 27 августа. URL: https://ria.ru/20100827/269485175.html; дата обращения 29.3.2024.

128

128. Бут не получал информации о тяжбе с «Москоммерцбанком» // РИА Новости. 2010. 13 октября. URL: https://ria.ru/20101013/285118140.html; дата обращения 29.3.2024.

129

129. Виктора Бута вывезли из Таиланда в США, не сообщив жене и адвокату // РИА Новости. 2010. 16 ноября. URL: https://ria.ru/20101116/297086577.html; дата обращения 29.3.2024.

130

130. Эстулин Д. Мастера теней… С. 308.

131

131. Drug Enforcement Administration (DEA). Department of Justice. URL: https://www.justice.gov/jmd/page/file/1142431/download; дата обращения 29.3.2024.

132

132. Drug Enforcement Administration. Salaries and expenses. Department of Justice. URL: https://www.justice.gov/archive/jmd/2008summary/html/118_dea.htm; дата обращения 29.3.2024.

133

133. Гасюк А. Виктор Бут: Меня водят как бешеную собаку…

134

134. На Виктора Бута во время перелета было оказано давление со стороны США // РИА Новости. 2010. 18 ноября. URL: https://ria.ru/20101118/297662648.html; дата обращения 29.3.2024.

135

135. Власти США предлагали Буту мягкий приговор в обмен на показания // РИА Новости. 2011. 2 января. URL: https://ria.ru/20110102/316583326.html; дата обращения 29.3.2024.

136

136. Супруга Бута заявила, что ее мужу предлагали дать показания против Сечина // РИА Новости. 2016. 9 августа. URL: https://ria.ru/20160809/1473902201.html; дата обращения 29.3.2024.

137

137. Бут рассказал, как спецслужбы США требовали от него компромат на Путина и Сечина // НТВ. 2022. 15 декабря. URL: https://www.ntv.ru/novosti/2738469/?ysclid=luofn6pelj725785395; дата обращения 29.3.2024.

138

138. Сёмин К. 11 лет в заключении. Алла Бут о муже // YouTube. URL: https://www.youtube.com/watch?v=1fNdD0C9iEc; дата обращения 29.3.2024.

139

139. Гасюк А. Сегодня в США вынесут приговор российскому летчику Константину Ярошенко // Российская газета. 2011. № 91 (5467). URL: https://rg.ru/2011/04/28/yaroshenko.html; дата обращения 29.3.2024.

140

140. Гасюк А. Летчик Ярошенко обратился к остающимся в заключении в США россиянам // Российская газета. 2012. № 95 (8743). URL: https://rg.ru/2022/05/01/letchik-iaroshenko-obratilsia-k-ostaiushchimsia-v-zakliuchenii-v-ssha-rossiianam.html; дата обращения 29.3.2024.

141

141. Гасюк А. Администрация тюрьмы передает газеты Виктору Буту после тщательной перлюстрации // Российская газета. 2010. № 271 (5350). URL: https://rg.ru/2010/12/01/boot.html; дата обращения 29.3.2024.

142

142. Гасюк А. Виктор Бут: Меня водят как бешеную собаку…

143

143. Гасюк А. Виктор Бут: Меня водят как бешеную собаку…

144

144. РФ не выступает адвокатом Бута, заявил Сергей Лавров // РИА Новости. 2010. 18 ноября. URL: https://ria.ru/20101118/298048462.html; дата обращения 29.3.2024.

145

145. РФ не выступает адвокатом Бута, заявил Сергей Лавров // РИА Новости. 2010. 18 ноября. URL: https://ria.ru/20101118/298048462.html; дата обращения 29.3.2024.

146

146. Москва априори не оправдывает Бута, он должен ответить следствию // РИА Новости. 2010. 18 ноября. URL: https://ria.ru/20101118/297859275.html; дата обращения 29.3.2024.

147

147. Москва априори не оправдывает Бута, он должен ответить следствию // РИА Новости. 2010. 18 ноября. URL: https://ria.ru/20101118/297859275.html; дата обращения 29.3.2024.

148

148. Слуцкий: экстрадиция Бута не повлияет на перезагрузку отношений с США // РИА Новости. 2010. 23 ноября. URL: https://ria.ru/20101123/300016500.html; дата обращения 29.3.2024.

149

149. Жену Виктора Бута более 2 часов допрашивали в аэропорту Нью-Йорка // РИА Новости. 2011. 7 января. URL: https://ria.ru/20110107/318468882.html; дата обращения 29.3.2024.

150

150. Гасюк А. Алла Бут: Мой муж Виктор — «человек железный» // Российская газета. 2011. № 47 (5423). URL: https://rg.ru/2011/03/04/but-site.html; дата обращения 29.3.2024.

151

151. Rosenberg N. Arms Dealer’s Own Words Convicted Him, Juror Says // The New York Times. 2011. Nov. 3. URL: https://www.nytimes.com/2011/11/04/nyregion/juror-says-viktor-bouts-own-words-convicted-him.html; дата обращения 29.3.2024.

152

152. Бут рассказал, каково ему в американской тюрьме // РИА Новости. 2011. 15 февраля. URL: https://ria.ru/20110102/316594001.html; дата обращения 29.3.2024.

153

153. Бут призвал бизнесменов к осторожности в странах, связанных с США // РИА Новости. 2020. 7 марта. URL: https://ria.ru/20200307/1568291763.html; дата обращения 29.3.2024.

154

154. Виктора Бута переводят со строгого на общий режим содержания // ТАСС. 2012. 25 февраля. URL: https://tass.ru/mezhdunarodnaya-panorama/568316; дата обращения 29.3.2024.

155

155. Solitary confinement should be banned in most cases, UN expert says // UN News. United Nation. 2011. 18 October. URL: https://news.un.org/en/story/2011/10/392012-solitary-confinement-should-be-banned-most-cases-un-expert-says; дата обращения 29.3.2024.

156

156. Документ передан автору книги сотрудниками Генконсульства РФ в Нью-Йорке.

157

157. Эстулин Д. США не отпустят Бута на Родину // RT. 2010. 17 ноября. URL: https://russian.rt.com/inotv/2010-11-17/SSHA-ne-otpustyat-Buta-na; дата обращения 29.3.2024.

158

158. Гасюк А. Американский суд вынес приговор Виктору Буту // Российская газета. 2012. 6 апреля. URL: https://rg.ru/2012/04/06/but-site.html; дата обращения 29.3.2024.

159

159. Weiser B. Departing Judge Offers Blunt Defense of Ruling in Stop-and-Frisk Case // The New York Times. 2016. May 2. URL: https://www.nytimes.com/2016/05/02/nyregion/departing-judge-offers-blunt-defense-of-ruling-that-ended-stop-and-frisk.html; дата обращения 29.3.2024.

160

160. Такой минимальный тюремный срок действительно предусмотрен законом США за «заговор с целью приобретения и использования зенитных систем “земля-воздух”» — тех самых «Игл», в обсуждение продажи которых В. Бута втянули в Таиланде провокаторы DEA.

161

161. Гасюк А. Американские лоббисты готовы вытащить Виктора Бута из тюрьмы // Российская газета. 2013. 23 августа. URL: https://rg.ru/2013/08/23/but-site.html; дата обращения 29.3.2024.

162

162. Беседа автора с А. Бут; январь 2021 г.

163

163. Участвовавший в задержании Виктора Бута полицейский найден мертвым // Российская газета. 2014. 20 декабря. URL: https://rg.ru/2014/12/20/but-anons.html; дата обращения 29.3.2024.

164

164. Алла Бут: отказ в пересмотре дела Бута — результат «телефонного права» // РИА Новости. 2015. 27 октября. URL: https://ria.ru/20151027/1309073676.html; дата обращения 29.3.2024.

165

165. Юридические возможности в деле Бута исчерпаны, сообщила его жена // РИА Новости. 2015. 27 октября. URL: https://ria.ru/20151027/1309085324.html; дата обращения 29.3.2024.

166

166. Гусман М., Шитов А. Генпрокурор США Эрик Холдер: Мы — нация законников// Российская газета. 2012. 16 мая. URL: https://rg.ru/2012/05/17/holder.html; дата обращения 29.3.2024.

167

167. Договор между Российской Федерацией и Соединенными Штатами Америки о взаимной правовой помощи по уголовным делам (Москва, 17 июня 1999 г.) // Гарант.ru. [Электронный ресурс]. URL: https://base.garant.ru/2560434/; дата обращения 29.3.2024.

168

168. О российско-американском договоре о взаимной правовой помощи по уголовным делам // МИД РФ. 2002. 4 февраля. URL: https://www.mid.ru/tv/?id=1634452&lang=ru&ysclid=luofusmrf6134668416; дата обращения 29.3.2024.

169

169. ГП: США за десять лет отказали России в выдаче около 20 преступников // РИА Новости. 2013. 22 июля. URL: https://ria.ru/20130722/951375816.html; дата обращения 29.3.2024.

170

170. Долгов: США нарушают договор с Россией о взаимной правовой помощи // РИА Новости. 2015. 29 января. URL: https://ria.ru/20150129/1044931604.html; дата обращения 29.3.2024.

171

171. Жена Бута рассказала, что США потребовали от россиянина в обмен на свободу // РИА Новости. 2016. 9 августа. URL: https://ria.ru/20160809/1473903481.html; дата обращения 29.3.2024.

172

172. Фонд жены Виктора Бута «Дорога домой» зарегистрирован в Минюсте // Российская газета. 2013. 22 июля. URL: https://rg.ru/2013/07/22/but-poln.html; дата обращения 29.3.2024.

173

173. Долгов: власти США открыли «охоту» на российских граждан // РИА Новости. 2016. 3 марта. URL: https://ria.ru/20160303/1383717035.html; дата обращения 29.3.2024.

174

174. Долгов: власти США открыли «охоту» на российских граждан // РИА Новости. 2016. 3 марта. URL: https://ria.ru/20160303/1383667713.html; дата обращения 29.3.2024.

175

175. Газдиев М. «Это тюремно-промышленный комплекс»: Виктор Бут о системе американского правосудия// RT. 2017. 10 мая. URL: https://russian.rt.com/world/article/387941-but-ssha-rossia-tyurma-prigovor-interview; дата обращения 29.3.2024.

176

176. По словам одного из адвокатов В. Бута Стива Зиссу, тот факт, что предприниматель отбыл более половины тюремного срока, теоретически означает, что его защита может еще раз попытаться добиться его досрочного освобождения из американской тюрьмы. Для этого было три пути: обмен на гражданина или граждан США, осужденных в России на длительные сроки заключения, передача по международной конвенции о передаче заключенных для отбытия остатка срока в пенитенциарном учреждении на родине и досрочное освобождение по причинам, вызывающим сочувствие (Compassionate release). «Что касается первого и второго варианта. Обмен — это в большей степени политическое, чем юридическое решение. Здесь необходимы усилия семей Бута и кого-то из американцев, осужденных в России, и политическая воля руководителей, принимающих решения в обеих странах. Это длительный процесс переговоров, выработка взаимоприемлемых условий», — пояснил в марте 2021 г. в интервью РИА «Новости» Зиссу. Защитник признал, что в рамках передачи по международной конвенции США чрезвычайно редко шли на такой шаг (удовлетворялось меньше 1% запросов на отправку заключенных на родину).

177

177. Виктор Бут: йога и спорт помогают не впасть в депрессию в тюрьме // РИА Новости. 2016. 30 марта. URL: https://ria.ru/20160330/1399725105.html; дата обращения 29.3.2024.

178

178. Виктор Бут: йога и спорт помогают не впасть в депрессию в тюрьме // РИА Новости. 2016. 30 марта. URL: https://ria.ru/20160330/1399725105.html; дата обращения 29.3.2024.

179

179. Виктор Бут: йога и спорт помогают не впасть в депрессию в тюрьме // РИА Новости. 2016. 30 марта. URL: https://ria.ru/20160330/1399725105.html; дата обращения 29.3.2024.

180

180. Осужденный в США Виктор Бут читает книги Орхана Памука // РИА Новости. 2017. 7 марта. URL: https://ria.ru/20170307/1489466882.html; дата обращения 29.3.2024.

181

181. Осужденный в США Виктор Бут читает книги Орхана Памука // РИА Новости. 2017. 7 марта. URL: https://ria.ru/20170307/1489466882.html; дата обращения 29.3.2024.

182

182. Осужденный в США Виктор Бут читает книги Орхана Памука // РИА Новости. 2017. 7 марта. URL: https://ria.ru/20170307/1489466882.html; дата обращения 29.3.2024.

183

183. Sawyer W., Wagner P. Mass Incarceration: The Whole Pie 2020 // Prison Policy Initiative. 2020. March 24, URL: https://www.prisonpolicy.org/reports/pie2020.html; дата обращения 29.3.2024.

184

184. Копия письма предоставлена автору книги супругой В. Бута — Аллой.

185

185. Гасюк А. Тема питания в американских тюрьмах одна из наиболее острых // Российская газета. 2012. 15 апреля. URL: https://rg.ru/2012/04/16/usa.html; дата обращения 29.3.2024.

186

186. Бут рассказал, что получает письма от американцев со словами поддержки // РИА Новости. 2016. 23 ноября. URL: https://ria.ru/20161123/1482035115.html; дата обращения 29.3.2024.

187

187. Копия письма предоставлена автору Аллой Бут.

188

188. Защита Виктора Бута подала апелляцию в Верховный суд США // РИА Новости. 2017. 22 февраля. URL: https://ria.ru/20170222/1488557509.html; дата обращения 29.3.2024.

189

189. Кисляк: судьба Бута и Ярошенко — в числе приоритетов в отношениях с США // РИА Новости. 2017. 10 февраля. URL: https://ria.ru/20170210/1487627234.html; дата обращения 29.3.2024.

190

190. Виктор Бут: рано питать большие надежды на перемены при Трампе // РИА Новости. 2017. 7 марта. URL: https://ria.ru/20170307/1489453521.html; дата обращения 29.3.2024.

191

191. Копия письма предоставлена автору Аллой Бут.

192

192. Виктор Бут: рано питать большие надежды на перемены при Трампе…

193

193. Бут сравнил команду Трампа с Арлекином, неудачно сбежавшим от Карабаса // РИА Новости. 2017. 12 октября. URL: https://ria.ru/20170410/1491921914.html; дата обращения 29.3.2024.

194

194. В целях экономии места интервью в книге приводится в несколько сокращенном виде.

195

195. Газдиев М. «Это тюремно-промышленный комплекс»…

196

196. Communications Management Units // Federal Bureau of Prisons. US Department of Justice. URL: https://www.bop.gov/policy/progstat/5214_002.pdf; дата обращения 29.3.2024.

197

197. Виктор Бут рассказал о жизни в трехместной камере // РИА Новости. 2017. 15 ноября. URL: https://ria.ru/20171115/1508851330.html; дата обращения 29.3.2024.

198

198. Виктор Бут в американской тюрьме учится рисовать и преподает русский язык // РИА Новости. 2017. 15 ноября. URL: https://ria.ru/20171115/1508853860.html; дата обращения 29.3.2024.

199

199. Виктор Бут в американской тюрьме учится рисовать и преподает русский язык // РИА Новости. 2017. 15 ноября. URL: https://ria.ru/20171115/1508853860.html; дата обращения 29.3.2024.

200

200. Гасюк А. Выставка картин Виктора Бута пройдет в «Галерее на Мосфильме» // Российская газета. 2023. 6 марта. URL: https://rg.ru/2023/03/06/vystavka-kartin-viktora-buta-projdet-v-galeree-na-mosfilme.html; дата обращения 29.3.2024.

201

201. Виктор Бут: в тюрьме США важно сохранить здоровье, рассудок и надежду // РИА Новости. 2019. 11 марта. URL: https://ria.ru/20190311/1551683549.html; дата обращения 29.3.2024.

202

202. Виктор Бут: в тюрьме США важно сохранить здоровье, рассудок и надежду // РИА Новости. 2019. 11 марта. URL: https://ria.ru/20190311/1551683549.html; дата обращения 29.3.2024.

203

203. Виктор Бут впервые за шесть лет может встретиться с семьей // РИА Новости. 2018. 26 января. URL: https://ria.ru/20180126/1513408585.html; дата обращения 29.3.2024.

204

204. Виктор Бут впервые за шесть лет может встретиться с семьей // РИА Новости. 2018. 26 января. URL: https://ria.ru/20180126/1513408585.html; дата обращения 29.3.2024.

205

205. Виктор Бут впервые за шесть лет может встретиться с семьей // РИА Новости. 2018. 26 января. URL: https://ria.ru/20180126/1513408585.html; дата обращения 29.3.2024.

206

206. Супруга Виктора Бута рассказала о свидании с мужем в тюрьме // РИА Новости. 2019. 20 сентября. URL: https://ria.ru/20190920/1558880434.html; дата обращения 29.3.2024.

207

207. Не дали даже обняться: Алла Бут рассказала о встрече с мужем в американской тюрьме // Вести.ru. 2019. 20 сентября. URL: www.vesti.ru/article/1329928; дата обращения 29.3.2024.

208

208. Виктор Бут: в тюрьме США важно сохранить здоровье, рассудок и надежду…

209

209. Оригинал электронного письма В. Бута предоставлен А. Бут.

210

210. Гусаров А. Тюрьмы в США начали выпускать заключенных из-за коронавируса // Российская газета. 2020. 20 марта. URL: https://rg.ru/2020/03/20/tiurmy-v-ssha-nachali-vypuskat-zakliuchennyh-iz-za-koronavirusa.html; дата обращения 29.3.2024.

211

211. Garcia-Navarro L. At Least 231 People In Texas Jails And Prisons Have Died From COVID-19, Study Finds // nrp. 2020. November 15. URL: www.npr.org/2020/11/15/935112305; дата обращения 29.3.2024.

212

212. Виктор Бут рассказал о жизни в американской тюрьме во время пандемии // РИА Новости. 2020. 1 мая. URL: https://ria.ru/20200501/1570851601.html; дата обращения 29.3.2024.

213

213. Виктор Бут: гражданская война в Америке начнется вечером в день выборов // РИА Новости. 2020. 26 октября. URL: https://ria.ru/20201026/but-1581519102.html; дата обращения 29.3.2024.

214

214. Афанасьев А. Его не сломала американская тюрьма: 10 лет плена Виктора Бута // Царьград ТВ. 2018. 5 октября. URL: tsargrad.tv/s/articles/ego-ne-slomala-amerikanskaja-tjurma-10-let-plena-viktora-buta_161892; дата обращения 29.3.2024.

215

215. Бут заявил, что ему нравится ответ Китая на аресты граждан по запросам США // РИА Новости. 2018. 21 декабря. URL: https://ria.ru/20181221/1548374413.html; дата обращения 29.3.2024.

216

216. Путин вернул россиянам государство, отнятое в 90-х, заявил Виктор Бут // РИА Новости. 2019. 5 декабря. URL: https://ria.ru/20191205/1561988282.html; дата обращения 29.3.2024.

217

217. Свободу Виктору Буту // Николай Стариков. Блог. URL: https://nstarikov.ru/svobodu-viktoru-butu-61104; дата обращения 29.3.2024.

218

218. Здесь и далее приводятся фрагменты из переписки автора с Евгением Беленьким; апрель 2021 г.

219

219. Hansler J., Atwood K., Herb J., Lee M.J., Liptak K. WNBA star Brittney Griner released from Russian detention in prisoner swap for convicted arms dealer // CNN. 2022. December 8. URL: https://edition.cnn.com/2022/12/08/politics/brittney-griner-released/index.html; дата обращения 29.3.2024.

220

220. Полное интервью В. Бута см.: Гасюк А. Виктор Бут: У меня нет планов вредить Америке. У меня есть планы работать на благо нашей Отчизны // Российская газета. 2022. 12 декабря. URL: https://rg.ru/2022/12/12/but-zdorov.html; дата обращения 29.3.2024.

221

221. Гасюк А. «Я попал назад в будущее». Виктор Бут рассказывает «РГ», как после 14 лет в тюрьме он привыкает к нормальной жизни // Российская газета. 2022. 21 декабря. URL: https://rg.ru/2022/12/21/vozvrashchenie-v-drugoj-mir.html; дата обращения 29.3.2024.

222

222. Виктор Бут: главный враг Америки не Россия или Китай, а сама Америка // РИА Новости. 2019. 5 декабря. URL: https://ria.ru/20191205/1561961732.html; дата обращения 29.3.2024.

223

223. Тайны большой политики. Специальный выпуск с Виктором Бутом // Документальный спецпроект. RenTV. RUTUBE. 2023. 1 декабря. URL: https://rutube.ru/video/146d640fe1231615e989fe8156711a5c/; дата обращения 29.3.2024.

224

224. Бут заявил, что ему нравится ответ Китая…

225

225. Копия письма предоставлена автору Аллой Бут.

226

226. Россия никогда не будет задерживать невиновных иностранцев, пообещал Путин // Вести.ru. 2018. 20 декабря. URL: https://www.vesti.ru/article/1435223; дата обращения 29.3.2024.

227

227. Составлено на основе информации РИА Новости.

Content

Александр Гасюк
Виктор Бут. Непокоренный

Обращение к читателю Виктора Бута

Обращение к читателю Аллы Бут

Предисловие

Глава I Как стать успешным бизнесменом

Детство, юность и путь к военной стезе: 1967–1987

На Черном континенте: 1989–1990

В дикий капитализм — от ларька к авиаброкеру: 1991–1993

Эмираты, Бельгия, Гибралтар: 1993–1995

«Стволы» из Болгарии: 1995–1997

Кто стоит за мифом про «оружейного барона»?

Южно-Африканская Республика: 1997–2000

ЦРУ и МИ-6 против Бута

Сьерра-Лионе и Либерия: 2000–2001

Провальная вербовка

Без доказательств: 2001–2002

«Торговец смертью» на подряде Пентагона: 2002–2005

Глава II «Идет охота на волков»

Вашингтон расставляет сети

«Слабое звено»

«Иглы» от ФАРК

Встреча в Москве

Задача — выманить из России

Тайский капкан

Арест

Бангкокский прецедент

Кто на самом деле нарушил законы Таиланда?

Давление растет

Колумбия спешит на подмогу

WikiLeaks и «дело Бута»

«Бангкок Хилтон»

Новые обвинения

Зачем Бута пытались втянуть в тайскую политику?

По этапу Таиланд — США

Во сколько обошлась США охота на Виктора Бута

Глава III Тюремные хроники Виктора Бута

В Америке

«БУТырка»

Бут и большая политика

Слежка в Нью-Йорке

Суд над «торговцем смертью»

Правосудие в США: справедливость для всех?

Вновь открывшиеся обстоятельства

Долгая дорога домой

За американской решеткой

На общем режиме

Семейная встреча

Обменять на шпиона?

Пандемия COVID-19

В ожидании возвращения на Родину

Обмен

Послесловие

Благодарности

Приложение Некоторые случаи ареста в третьих странах и экстрадиции россиян в США в 2010–2021 годах

Примечания