Мария Геррер

Кофе для дракона

Глава 1

Сначала девица истошно визжала. Долго и весьма неприятно. Так пронзительно, что у Рональда заложило уши. Потом грохнулась в обморок.

Пышное платье цвета утренней зари медленно оседало вокруг молодой графини Селестины, лежащей на паркетном полу. Ее светлые волосы разметались во все стороны, белизна заливала лицо. Впрочем, возможно, это была обычная пудра.

Вокруг девицы суетились родители и слуги.

– Ваша светлость, простите, – умоляюще взглянул на Рональда граф Альвинг, несколько грубо похлопав Селестину по щекам. – Простите мою дочь, это она от восхищения!

– Вы искренне так думаете? – с сомнением поинтересовался Рональд, усаживаясь в дальний уголок и меланхолично разглядывая когти на чешуйчатой лапе.

– Да, Селестина ослеплена вашим величием, ваша светлость, – вторила мамаша девушки, поднося к ее носу флакон с нюхательной солью. – Она так много говорит о вас, и всегда с таким искреннем восторгом и даже я бы сказала с благоговением. Она от вас без ума.

– Это я тоже заметил, – кивнул Рональд на распростертую на паркете Селестину.

Девица зашевелилась, села на полу, кокетливо поправила растрепавшиеся волосы.

– Ваша светлость, – слегка заикаясь произнесла Селестина. – Это я от неожиданности. Вы мне очень и очень нравитесь! Честное слово! – глаза девицы косили в сторону, она не смотрела на Рональда. – Ваше великолепие заставило мое сердце замереть от восторга. И я невольно потеряла сознание.

– Она с детства боится земноводных. Селестина была ребенком, когда на нее в купальне прыгнула лягушка. Это детская травма, – со вздохом призналась графиня Элеонора. – Врач сказал, это пройдет после замужества.

– Уже прошло, – Селестина поднялась с пола и с помощью горничной опустилась в кресло. – Вы же не часто обращаетесь в дракона, ваша светлость? Вы же чаше бываете в человеческом облике?

– Да как вам сказать. По настроению, – признался Рональд. – Рад был посетить вас. Простите за причиненные неудобства.

Он поднялся и вразвалочку направился к балкону. Паркет жалобно заскрипел под его тяжелой поступью. Чешуйчатый хвост дракона едва не сбил большую напольную вазу у окна. Хвост помогал в полете и во время драки, но в закрытом помещении очень мешал. Как и крылья. Их приходилось плотно прижимать к туловищу, вести себя сдержанно и не размахивать ими, даже когда эмоции переполняли Рональда.

– Наш дом всегда открыт для вас, ваше светлость, – прижал руки к груди граф Альвиг. – В любое время дня и ночи. Заходите без церемоний, по-соседски.

– Я надеюсь, вы посетите нас в ближайшие дни, – попыталась кокетливо улыбнуться Селестина, все еще не глядя на Рональда. – Вы можете сопроводить меня на Зимний маскарад. Первый вальс я оставлю для вас.

– Очень любезно с вашей стороны, сударыня. Но не знаю, буду ли я присутствовать на Зимнем балу. Всего доброго, – когтистые лапы Рональд распахнули двустворчатые стеклянные двери.

Морозный воздух ворвался в зал, взметнул легкие занавески к расписному потолку. Тонко и жалобно зазвенели хрустальные подвески люстры. Рональд ступил на балкон, запрыгнул на мраморную балюстраду. Широко расправил крылья, взмахнул ими и взмыл вверх.

Полет всегда доставлял ему неописуемое удовольствие. Он описал широкий круг над дворцом графа Альвига, пронесся мимо шпилей собора, едва не задел крылом флюгер ратуши.

С неба сыпались крупные хлопья снега, укутывая Столицу Империи белым пушистым покрывалом. Где-то внизу шумел предновогодний рынок, горожане черными точками двигались по улицам, спешили по своим делам. Никто не смотрел в небо, никто не замечал проносящегося над ними дракона. В суете люди редко смотрят вверх. Земные дела намного важнее, чем созерцание падающего снега или восхищение звездным небом.

Часы на ратуше пробили семь вечера. Рональд развернулся и полетел домой. Его темный замок расположился на краю города на высокой скале, нависая над замерзшей рекой.

Дракон мягко спланировал на центральную башню замка, вдохнул полной грудью морозный воздух. Окинул взглядом лежащий перед ним город, разделенный рекой на две части. Окна в домах горели теплым золотистым светом, из труб к темно-серому небу поднимался белый дым. Черепичные крыши укрыл снег. Снег лежал везде – на домах, на деревьях, на дорогах. Зима в этом году выдалась красивой, снежной.

Да, опять не повезло с невестой. И так каждый раз… Дракон начертил лапой в воздухе магическую фигуру, прочитал заклинание. Чешуя, покрывавшая тело, исчезла, пропали хвост и крылья, дракон превратился в человека, достаточно молодого, всего-то тридцати лет, темноглазого, с длинными темными волосами.

Рональд откинул волосы за спину, поправил цепь с герцогским гербом на груди, еще раз оглянулся на город и начал спускаться по винтовым ступеням башни.

По длинному коридору со сводчатым потолком Рональд дошел до своих покоев, толкнул высокую дубовую дверь с металлическими накладками и теплый воздух гостиной окутал его с ног до головы.

– Добрый вечер, ваша светлость! – дворецкий Эдгар поправил кочергой дрова в камине и выпрямился. – Сегодняшний визит прошел успешно? – в голосе дворецкого Рональд уловил насмешку.

– Сам знаешь, – в тон ему ответил Рональд, подходя к камину и грея руки у огня. – Все, как всегда. Девица закричала, упала в обморок, пришла в себя и тут же была готова признаться в любви. История повторяется как под копирку. Лицемерие, обман и неудержимое желание стать герцогиней. Ради этого девицы готовы терпеть рядом с собой монстра.

– Может быть вам не стоит вот так сразу показывать потенциальной невесте свою вторую сущность, милорд?

– И что это даст? После свадьбы будет крик, обморок, и возможно немного яда в моем бокале. Чтобы побыстрее стать молодой вдовой. А так потенциальная невеста сразу показывает свое истинное отношение ко мне. Уверен, родители готовят своих дочерей к подобной метаморфозе. Но все равно девицы пугаются, визжат, лишаются чувств. А придя в сознание быстро соображают, какую выгоду получают от брака с герцогом. И дрожа от неприязни строят мне глазки. Как же мне это надоело! И скучно, и грустно… И одно и тоже из раза в раз.

– Возможно я ошибаюсь, милорд, но так вы распугаете всех невест из приличных семей. Император будет недоволен.

– Он всегда недоволен, – равнодушно пожал плечами герцог Рональд. – Ну почему, чтобы служить Императору надо непременно быть женатым? Глупые пережитки прошлого, обычая древней старины, лишенные всякого смысла.

– Так заведено веками, ваша светлость, – заметил Эдгар. – Вы – единственный продолжатель древнего и славного герцогского рода Брианов. Вам нужен наследник.

– Мой отец женился по династическим соображениям на благородной девице древнего и знатного рода. В итоге он уже двадцать лет покоится в фамильном склепе, а моя мать сослана пожизненно в дальний монастырь за то, что отравила его. И что хорошего получилось из этого брака?

– Вы, милорд, – развел руками дворецкий.

Глава 2

Итак, очередные смотрины с треском провалились. Герцог Бриан завязал пояс длинного шелкового халата, поправил пушистую соболью оторочку широких рукавов.

Настроение у Рональда было меланхолическое. Как всегда, после очередных неудачных смотрин. Но, как говорится, все что не делается – к лучшему.

Философский настрой заставил герцога взяться за очередную книгу по истории Империи. Бриан лениво полистал ее, нашел описание сражения за Каменный остров на Северном озере. В этом сражении отличился его предок, спас Императора от верной смерти, заслонив грудью. Предок получил ранение, титул герцога за героизм и стал правой рукой Императора.

С тех пор род Брианов обласкан властью, за что отважному предку искренняя благодарность. Рональд захлопнул толстую книгу и задумчиво посмотрел в окно.

Снег перестал, небо очистилось от туч. За мелкими стеклами, зажатыми узорчатым медным переплетом, занималось зимнее утро. Восток окрасился яркими розовыми всполохами. Над горизонтом еще висел острый серп месяца, а рядом с ним ослепительно горела звезда, такая же холодная, как и зарождающийся день.

Бриан потянул за витой шнурок.

– Приготовь мне глинтвейна, друг мой, – попросил вошедшего дворецкого Рональд, возвращая книгу на полку и опустился в глубокое кресло.

Жизнь была бы намного проще, если бы не надо было таскаться по смотринам в угоду Императору. Пустое времяпровождение. Рональд достал из тумбочки, стоящей рядом с креслом ящичек с сигарами. Повертел его в руках и вернул обратно. Нет, курить он не станет. Это вредно для здоровья. Пусть сигары остаются для гостей. Хотя, ходит мнение, что сигары помогают избавиться от меланхолии. Но в это верится с трудом. Уж лучше выпить горячего глинтвейна.

Как же хорошо, когда рядом нет сварливой жены, которая вечно всем недовольна. Вдруг Рональду достанется именно такая? Все девицы пытаются казаться милыми и добрыми. А после свадьбы добрая половина превращается в капризных и взбалмошных мегер.

Конечно, жениться Рональду рано или поздно придется. Но лучше с этим не спешить. Возможно, повезет и он найдет истинную любовь. Если только такая существует в реальной жизни…

Огонь в камине уютно потрескивал, дворецкий снял со спиртовки небольшую кастрюльку, в которой варился ароматный напиток, наполнил им толстостенный кубок и протянул своему господину.

– Ты считаешь, мне надо быть более деликатным с девицами? – поинтересовался Рональд у дворецкого.

– Вы могли бы не целиком превращаться в дракона, милорд. А продемонстрировать только крылья, например. Или желтые глаза с вертикальными зрачками. Это может даже понравиться девушке, заинтриговать ее.

– Вот только надо ли мне это? Если девица хочет за меня замуж, если она знает, что я дракон, то почему пугается? Почему я должен подготавливать ее к своему полному превращению? Я такой, какой есть. Это моя вторая сущность. Ну, не нравлюсь я, зачем пытаться выйти за меня замуж?

– Предположу, вы знаете ответ, милорд.

– Это был риторический вопрос, – вздохнул Рональд и отпил горячий напиток. – И ответ я на него знаю – желание стать герцогиней любой ценой. Твой глинтвейн великолепен, Эдгар.

– Благодарю, милорд, – слегка поклонился дворецкий. – Ваши слова греют мне душу.

– Как твой глинтвейн мою, – усмехнулся герцог. – В запасе у меня еще одна графская дочка, и дочь маркиза. Потом придется переключиться на девиц на выданье баронских кровей. Буду играть на понижение. Но не думаю, что и с ними получится что-то путное. Благородные девицы такие нежные натуры! И это начинает раздражать. Девушки без длинной родословной намного приятнее в общении. Ты не находишь?

– Вы о белошвейках мадам Козимиры, милорд? – выгнул дугой бровь дворецкий.

– Именно, – кивнул герцог. – Ночные бабочки мадам Козимиры веселы, беззаботны и бесстрашны. Их забавляет, как я хлопаю крыльями, а мне нравится катать их на спине. Они смеются от восторга и когда мы пролетаем над людными улицами поют неприличные куплеты и вгоняют в краску добропорядочных дам.

– И наш милостивый Император каждый раз приходи в ужас от жалоб на вашу светлость. Горожане любят писать пасквили. А вы их подталкиваете к этому.

– Зато они выходят из сонного состояний и хотя бы ради белошвеек и их скабрезных куплетов поднимают глаза к небу. Может, попутно увидят звезды и луну? Хотя вряд ли… – с сожалением вздохнул герцог.

– Позвольте заметить, милорд. Я осмелюсь все-таки дать вам совет. Ваши ночные полеты с белошвейками до добра не доведут. Это роняет ваш авторитет в глазах и Императора, и граждан Империи.

– Да ладно, – отмахнулся Рональд. – Ни для кого не секрет, что у нашего благочестивого и мудрого Императора при наличии Императрицы как минимум две официальных фаворитки и небольшой гаремчик, куда входят и девочки мадам Козимиры. У мадам солидное дорогое заведение для приличных людей. Им пользуется почти все мужчины высшего общества, за исключением отставных чиновников и военных, которым перевалило за семьдесят. Да и они порой захаживаю туда чтобы просто приятно привести время.

– Но они не катают на глазах законопослушных граждан в своих экипажах белошвеек, ваша светлость.

– Я не единственный дракон в Империи. Может, не я один так развлекаюсь?

– Все знают, что это именно вы носитесь по ночам над Столицей, милорд. И смущаете примерных горожан своими эксцентричными выходками.

– Женюсь – остепенюсь, займу должность Канцлера при дворе Императора, буду преданно служить Отечеству и влачить скучное существование, как и другие граждане нашей благодатной Империи. А пока я молод и хочу наслаждаться жизнью.

– Бесконечные скандалы с участием вашей светлости могут вам повредить, – озабоченно заметил дворецкий.

– Мне к ним не привыкать, – махнул рукой Бриан. – Да и что может повредить мне кроме скуки? От нее я точно сойду с ума. Нет, дорогой Эдгар, ты знаешь, я не сноб и не лицемер. Я мужчина и мне нужны мужские развлечения. Это девицы-аристократки пусть блюдут свою невинность. Они размахивают своей девственностью как флагом, стараясь найти жениха познатнее и побогаче. Это ли не ханжество? Хвала богам, мужчине это не требуется.

– Мне нечего возразить вам, милорд. Вы совершенно правы. Не желаете ли еще глинтвейна?

– Пожалуй, – Бриан протяну дворецкому кубок. – Глинтвейн прекрасен, как поцелуй беззаботной белошвейки. За девочек мадам Козимиры! – поднял он бокал. – И за саму мадам. Да продлят боги ее дни!

Рональд отпустил дворецкого, подошел к окну и поставил недопитый бокал на мраморный подоконник.

Большое розовое солнце низко висело над горизонтом и его лучи с трудом пробивались через морозную дымку.

Нет, герцог Бриан не станет спешить с женитьбой. Он задумчиво отпил из бокала. Сладко-терпкий вкус красного вина и пряностей приятно обволакивал небо, щекотал губы.

Есть ли на свете любовь? Та, о которой слагались легенды? Та, о которой так любят с придыханием говорить молодые аристократки на выданье? Однако все они хотят замуж за герцога, а не за состоятельного торговца или удачливого ремесленника. Для них безумно важен титул жениха.

Брак по расчету теперь называется любовью? Похоже, это высокое чувство осталась только в старинных балладах и сказках. Но Рональд все-таки попробует найти свою единственную.

Во всяком случае спешить с женитьбой он не станет. Даже по приказу Императора.

Глава 3

В изразцовой печи маленькой столовой потрескивали дрова. На подоконниках пышными гроздьями алели герани, а за окном в вечерней синеве тихо падал снег.

Крупный пушистый белый кот вертелся у ног Арианы, урчал и требовал внимания к своей персоне. Но ей было не до кота, ей нанесли визит матушка и младшая сестра. И это не предвещало ничего хорошего.

Девушка достала из буфета жестяную коробочку с заваркой и подавила вздох. Меньше всего ей хотелось ссоры. Но, судя по настрою матушки, ее не избежать.

Матушка поднялась с дивана и прошлась по гостиной. Точеные каблучки ее модных замшевых сапожек сердито стучали по дощатому полу.

– Ариана, мы пришли, чтобы решить очень важный вопрос, – перешла она к делу.

Кот выгнул спину, сладко зевнул и потянулся.

– Пошел вон! – сердито топнула на него ногой матушка.

– С какой стати? – протяжно промурлыкал кот. – Я тут живу.

– Маркус, веди себя пристойно, – попросила кота Ариана.

– Убери из комнаты это безмозглое животное, он меня раздражает, – потребовала матушка.

– А меня раздражаете вы, метресса Корр, – шерсть на загривке кота вздыбилась.

– Уйди, нахал! – цыкнула на него матушка.

Маркус нехотя запрыгнул на подоконник и свернулся калачиком между цветочными горшками.

– Слушаю вас, матушка, – Ариана положила чай в заварочный чайник и залила его кипятком. – Я очень рада, что вы навестили меня. И я очень рада видеть тебя, сестрица.

Ариана машинально поправила русые волосы, забранные на макушке в тугой пучок и украшенные белоснежным шелковым бантом.

– Ты отлично знаешь, что привело нас сюда, Ариана, – строго произнесла матушка. – Я не возражала, когда ты целых три года ухаживала за тетей. Но после ее смерти неприлично девице жить одной.

– Я уже совершеннолетняя, – Ариана поставила на стол три фарфоровых чашки, украшенных яркими цветами. – Полгода назад мне исполнился двадцать один год, и я могу жить самостоятельно.

Матушка пропустила слова дочери мимо ушей и продолжила:

– Однако еще хуже, что моя старшая сестра оставила эту лачугу тебе. Ей следовала отписать все свое имущество мне, как самой близкой родственнице.

– Тетя Софи была очень добра ко мне. А вам она оставила большую часть своих накоплений.

– Что она скопила? Гроши, – презрительно поджала губы матушка. – Моя бедная сестра никогда не отличалась практичностью, а под конец жизни окончательно выжила из ума. Ты была обязана последовать моему совету и отказаться от наследства в мою пользу.

– Это была последняя воля вашей сестры, матушка, – напомнила Ариана.

– Софи была сумасшедшей, когда писала завещание. А нотариус был глуп и слеп, – вздохнула матушка. – Так или иначе, тебе настала пора вернуться домой. И продолжить выполнять свои обязанности в семье. Для нас настали сложные времена, и ты отлично это знаешь.

– Простите, матушка, но я вынуждена отказаться, я останусь здесь. Я не могу бросить тетушкину кофейню. Она завещала мне свое дело и у меня все получается. Тетя Софи передала мне все свои кулинарные секреты. Нет, я не могу так поступить. И не хочу, – с нажимом произнесла Ариана.

– Ты с ума сошла? – возмутилась матушка. – Как ты смеешь отказывать родной матери? Неблагодарная! Я долго ждала, когда ты одумаешься. Но пора положить конец твоему своевольству. Это совершенно неприемлемо и неприлично. Мы продадим эту халупу. Часть от вырученных денег пойдет на ремонт пекарни. Еще часть денег я потрачу на новую мебель в доме, еще надо обновить посуду, поменять портьеры и ковры. Я не хочу краснеть перед своим знакомыми, видя их снисходительные улыбки. Я не позволю тебе ждать, когда эта убогая каморка развалится окончательно. Ты такая же непрактичная, как моя бедная сестра Софи. И такая же легкомысленная. Ты не умеешь планировать свою жизнь. Если не вернешься под мое крыло, скатишься на самое дно и окончишь свою жизнь в ночлежке для нищих.

Матушка распылялась все сильнее. Ариана не слишком слушала, что она говорит и продолжала накрывать на стол. Достала вазочку с персиковым вареньем, свежевыпеченные миндальные печенья, шоколадные конфеты.

Сестра Розалина смотрела на Ариану с явным осуждением. А чего она ждала? Что Ариана все бросит и позволит продать тетушкин дом с кофейней? Не бывать этому!

Дом вовсе не лачуга, а очень даже крепкий, хотя и старый. Он сложен из крупных камней, с хорошей черепичной крышей и даже с кованым флюгером в виде дымящейся чашки кофе. На первом этаже кухня и кофейня, хозяйская столовая и ванная. На втором расположены гостиная, спальня и небольшой кабинет. Не такой уж дом и маленький, если подумать.

Конечно, он нуждается в небольшом ремонте. На крыше надо заменить несколько черепиц, покрасить ставни на первом этажи и поставить пару беседок в небольшом саду за домом. Тогда посетители смогут пить кофе и наслаждаться десертом на воздухе. Нет, Ариана никуда отсюда не уйдет и ничего продавать не станет. У нее столько планов!

– Да и нашей красавице Розалине пора подумать о замужестве, дополнительные деньги тети Софи к ее приданному будет не лишним, – монотонно бубнила матушка, погладив младшую сестру Арианы по волосам. Розалина недовольно тряхнула головой. – Как старшая сестра ты обязана поделиться с ней, – продолжала матушка. – Наша пекарня того и гляди разорится. А с помощью наследства моей бедной сестры я смогу поправить дела.

Зря матушка считает Ариану непрактичной. У нее все неплохо получается. Еще бы не мешали конкуренты, не распускали сплетни о том, что она использует испорченные продукты и скупает у мелких жуликов ворованные яйца. Но Ариана справится. Ее десерты покупатели любят и хвалят. А ее кофе неподражаем.

Пусть матушка и сестра строят планы. Ариана знает свои права и не пойдет у них на поводу, как поступал отец.

Глава 4

Матушка замолчала и начала говорить Розалина. Младшая сестра удивительно походила на мать. Видимо, поэтому метресса Корр так любила ее.

– Матушке пришлось рассчитать мою горничную. И теперь у нас осталась одна. Она обслуживает и матушку и меня. Это очень неудобно, – капризно заныла Розалина. – И еще горничной приходится готовить еду. Потому что кухарка тоже ушла. Неблагодарная тварь! Не могла подождать пару месяцев. Видишь ли, матушка задолжала ей. А теперь и нахалка горничная обещает уйти, если мы не повысим ей жалование. А где взять денег? Ты должна, нет, ты просто обязана вернуться к нам и заняться домашним хозяйством. У тебя есть долг перед семьей.

Розалина держала в руках чашечку с чаем, манерно оттопырив мизинец. Матушка грузно опустилась на диван, вздохнула и взяла миндальное печенье:

– Оно у тебя пересушено. Если ты продаешь такие сухари, то разоришься в ближайшее время. Надо отдать должное, моя бедная покойная сестра готовить умела. А ты нет. Признай это и перестань изображать из себя хозяйку кофейни. Мы на гране банкротства. Я вынуждена урезать расходы… – все, что скажет матушка дальше Ариана уже знала. Поэтому слушала ее вполуха.

Как говорила тетушка Софи, с семьей Ариане не повезло. Ее отец был известным в Столице пекарем. Знаменитые ореховые крендели и калачи Джулиуса Корра поставлялись даже к императорскому двору. Но увы, он был настоящим подкаблучником. Джулиус смотрел в рот свой жене, выполнял все ее прихоти. А та жаждала развлечений, покупала наряды и не ограничивала себя в тратах. В итог всего через пять лет после смерти Джулиуса его знаменитая пекарня оказалась на грани краха.

Странно, что в семье бывают любимые и нелюбимые дети. Ариане выпала участь нелюбимой. Матушка решила, что старшей дочери не следует выходить замуж. Она останется при матери и станет идеальной компаньонкой, а потом и сиделкой. Метресса Матильда Корр была неприятно удивлена, когда все пошло не по ее плану.

Три года назад заболела ее старшая сестра Софи. Немного подумав, Матильда решила, что тратить деньги не седелку – непростительное мотовство. И проще будет отправить Ариану присматривать за теткой. Тем более что какое-никакое наследство бездетная Софи оставит. Дом с кофейней хоть и небольшой, но вполне можно сдавать в аренду, или даже продать.

Но у Арианы были совсем другие планы. Она уже достаточно исполняла роль прислуги в родной семье. И теперь, когда у нее появилась возможность жить самостоятельно, она не собиралась возвращаться в родные стены.

– И не забывай, ты в долгу перед младшей сестрой! – последняя фраза матушки отвлекли Ариану от воспоминаний. – Она перенесла такую боль! По твоей вине она едва не стала калекой!

Когда Ариане было всего десять лет, она и Розалина катались на пони под присмотром старого конюха. Тогда у семьи еще было загородное поместье и даже приличная конюшня. Конюх куда-то ненадолго отлучился, а семилетняя Розалина упала с седла и вывихнула щиколотку. Почему-то матушка решила, что все произошло по вине старшей сестры. И она напоминала Ариане об этом каждый раз, когда не могла найти другого аргумента в споре с дочерью.

Но в этот раз этот аргумент не сработал. Тетя Софи не раз повторяла, что вини Арианы в этом нет. В то время Ариана сама была ребенком, нельзя было требовать от нее слишком многого. «Бойся тех, кто хочет внушить тебе чувство вины. Этот человек хочет повелевать тобой», – говорила тетушка. И неважно, мать это, муж или сам Император. Суть не меняется.

– Я тогда была ребенком, матушка, – возразила Ариана. – Нет, не уговаривайте меня. Все останется как есть. Я обещала тетушке, что ее кофейня продолжит работу. Так тому и быть.

– Правильно, – протянул с подоконника Маркус. – Правильно говоришь!

– Ведьмино отродье! – зло махнула на него рукой матушка. – Я бы тебя живодерам отдала. Хорь пару медных монет дали бы за твою никчемную шкуру.

– Еще чего! – фыркнул кот. – Ручки у вас коротки, дорогая метресса Корр.

– Грубиян и хам! – возмутилась матушка. – Если ты не выкинешь это чудовище из дома, ноги моей тут не будет.

– Хорошая мысль, – удовлетворенно промяукал Маркус. – Мы вас не задерживаем. Дверь вон там!

– Маркус, прекрати, – строго посмотрела на него Ариана. – Не смей так разговаривать с моей матушкой и сестрой. Это неприлично. А ты хорошо воспитанный кот.

– Софи никогда не была ведьмой. Она всего лишь немного умела колдовать. И ее скорее можно назвать доброй волшебницей. Стало быть, я при всем желании не могу быть ведьминым отродьем, – резонно заметил Маркус.

– Мерзкое животное! – заверещали Розалина. – Он еще и язык распускает!

Кот обиделся:

– Ты слышала? – возмущенно обратился он к Ариане. – И эта туда же! Значит, меня в собственном доме оскорблять можно, а мне на дверь никому указать нельзя?

Он завертелся на месте, повернулся спиной к присутствующим, сел и уставился на падающий за окном снег.

– Если ты не продашь эту халупу и не последуешь моему совету – можешь считать у тебя нет ни матери, ни сестры. Ты променяешь семью на жалкий домишко и дурацкую кофейню? Ну, ну! Знай – мне будет совершенно безразлично, что ты влачишь жалкое существование и перебиваешься с хлеба на воду. Я тебя на порог не пущу, неблагодарная! Ломаного гроша тебе не подам!

Матушка сердито поставила чашку на блюдце. Фарфор жалобно зазвенел.

– Розалина, пошли, – кивнула она младшей дочери. – Ты еще очень пожалеешь, что ослушалась меня, Ариана! – гневно подняла кверху указательный палец матушка. – Одумаешься, да поздно будет. Даю тебе последнюю возможность исправить свои ошибки. Жду тебя у нотариуса завтра в полдень. Подпишешь передачу прав на дом и вернешься в лоно семьи. Или не рассчитывай на мою помощь!

Глава 5

– Очень страшно! – Маркус проводил насмешливым взглядом покидающих столовую метрессу Корр и Розалину.

Сердито хлопнула входная дверь, в буфете тонко и тревожно зазвенела посуда.

– Нехорошо получилось, – вздохнула Ариана, убирая со стола.

– Что нехорошо? – искренне удивился Маркус. – Может, побежишь за ними, вернешь, извинишься и согласишься продать все ради прихоти твой матушки? Не повторяй ошибки своего отца. Он всю жизнь плясал под дудку метрессы Корр. И что хорошего получилось? Ушел в мир иной в расцвете лет, не выдержав капризов сварливой жены. Да и младшая дочка не лучше мамаши. Твоя жизнь в твоих руках. И только тебе принимать решения.

– Ты прав, – согласилась Ариана. – Но все-таки это моя семья.

– Тут два варианта. Или ты возвращаешься к ним и батрачишь на мамашу всю оставшуюся жизнь. И даже не надейся, что тебе позволят выйти замуж. Ты матушке нужна в качестве горничной «прими-подай». Или живешь так, как считаешь нужным, без оглядок на вашу жадную семейку. Разумеется, будет трудно. Но зато ты ни от кого не зависишь и живешь так, как считаешь нужным.

– Не надо меня уговаривать. Я уже все решила, – Ариана налила в миску Маркуса молока и поставила на подоконник. – Но все равно как-то нехорошо…

Кот поспешно развернулся, едва не сбив широким задом горшок с геранью, устроился поудобнее и с аппетитом залакал молоко.

– Ну, знаешь ли, на всех не угодишь. Так что забудь о сегодняшнем разговоре и продолжай делать то, что начала. Твои печенья великолепны, не слушай брюзжаний матушки. Кстати, дай-ка мне парочку, – потребовал кот. – С молоком они сочетаются идеально.

Кот ловко подцепил когтями печенье, макнул его в молоко, откусил и закатил глаза к потолку от удовольствия.

– Изысканный божественный вкус! А кому не нравится, не ешьте, насильно никого не заставляют.

– Мне пора в кофейню, – Ариана надела белоснежный фартук и подгрузила на голову жестко накрахмаленную кружевную наколку, поправила бант на затылке. – Надо сменить Филиппа.

– Хороший у тебя помощник, – заметил Маркус. – Молодой и шустрый. Ему всего шестнадцать, а такой трудолюбивый. Не в пример твоей сестре. Она тоже могла бы работать в фамильной пекарне, а не сидеть сложа руки. Вся в вашу мамашу. Если бы они обе работали, а не строили из себя знатных дам, глядишь, и дела бы у них пошли в гору.

– Не ворчи, – погладила кота Ариана.

Маркус соскочил с подоконника, важно поднял распушенный хвост и потрусил на кухню впереди хозяйки.

Филипп завязывал коробку с пирожными серебристой ленточкой. Полная розовощекая молодая дама пыталась успокоить девочку лет семи, которая скакала на одной ножке вдоль витрины и упрашивала мать купить еще это, и это, и это тоже.

– Хватит, – попыталась остановить дочку дама. – Я купила пирожные и этого вполне довольно. Сладкое вредит фигуре.

– Ну и что? – продолжала скакать девочка. – Мы же с папой тебя любим, а ты такая…

Дама строго взглянула на девочку, и та осеклась на полуслове, поняв, что сказала не то.

– Прости, мама, я не подумала, – вздохнула она. – Но разве важно, какая фигура, если любишь?

Ариана поздоровалась с посетителями, сняла стеклянную крышку с большой прозрачной вазы и протянула девочке конфету в золотой обертке.

– Держи. Она точно не навредит фигуре.

– Спасибо, – широко улыбнулась девочка.

– Ваши пирожные, метта Ариана, бесподобны, – дама взяла в руки коробку с пирожными. – У вас так мило и уютно. Приятно заходить в ваше заведение.

– Благодарю, – слегка поклонилась девушка. – Я очень стараюсь, чтобы посетителям тут нравилось.

Коротко звякнул колокольчик на двери, дама с девочкой ушли, в помещение ворвался порыв морозного ветра, затрепетало пламя в камине, качнулись белые муслиновые занавески на окнах.

Филипп отчитался перед молодой хозяйкой, а она вручила ему деньги за работу.

– Без тебя я бы крутилась как белка в колесе, – улыбнулась Ариана.

– Мне это в удовольствие. И родителям довольны, что я деньги приношу, а не бездельничаю. Ты же не закроешь кофейню, правда?

– С чего ты это взял? – нахмурилась Ариана.

– Да разное болтают, – пожал парень плечами. – Говорят, ты без тетушки не справляешься. И что на тебя хотят подать в суд хозяева кондитерской у ратуши. Вроде ты у них рецепт украла.

– Ну, это не новости, – отмахнулась Ариана. – Пусть докажут. Я пользуюсь рецептами тети Софи. А она на каждый оформляла патент. Так что не переживай, отобьемся от конкурентов. И на использование магии у меня тоже есть разрешение.

Ариана сделала пасс руками, прочитала короткое заклинание. Печенья, лежащие на противне на столе, поднялись в воздух, закружились и следуя за рукой Арианы медленно опустились в плоскую плетеную корзинку на прилавке. Девушка покрыла их льняной салфеткой.

– Я тебе на сегодня точно больше не нужен? – поинтересовался Филипп.

– Нет, спасибо, – отпустила помощника Ариана. – До завтра.

– До завтра, – Филипп направился на кухню, на ходу развязывая фартук.

На двери снова звонко зазвенел бронзовый колокольчик. Весело щебеча, в кофейню влетела стайка девушек-гимназисток.

– Нам кофе с молоком, и погорячее, пожалуйста, – затараторили они наперебой. – И пирожок с вишней и марципаном, а мне шоколадное с розочкой, мне трубочку с кремом…

Ариана, улыбаясь, подавала девушкам блюдца с пирожными.

– Кофе будет через пару минут, располагайтесь, – она налила в кофейник воду и поставила его на огонь спиртовки. Взмахнула рукой, на фитильке вспыхнул лиловый язычок пламени.

Его размер увеличивался на глазах. Ариана зорко наблюдала, чтобы пламя спиртовки не вышло из-под ее контроля. Скоро кофейник весело забулькал, в воздухе запахло ароматом свежезаваренного кофе.

Кот вертелся у стола, за которым расположились гимназистки. Они сразу же обратили на него внимание и наперебой восхищались белоснежным красавцем. А кот пушил роскошный хвост, выгибал дугой спину, довольно мурчал и терся о сапожки девушки.

Ариана подала кофе и вернулась за стойку. Нет, она ни за что не расстанется со своей кофейней. И пусть матушка гневается, пусть Розалина обижается. Ариана нашла свое место в жизни. Здесь она счастлива, и здесь она дарит маленькие сладкие радости людям.

Глава 6

Маркиз Бонифаций Гарнет уже несколько раз настойчиво приглашал Рональда в гости. Предлоги были самые разные – посетить музыкальный вечер, принять участие в зимней охоте в загородном поместье маркиза, отведать стряпни модного повара, которого Бонифаций переманил у графа Рэмпа, и, наконец, просто по-дружески перекинуться в картишки.

Из всех зол герцог выбрал карты. Хотя бы скучно не будет. На музыкальном вечере он уснет. Бессмысленно принимать участие в охоте верхом, когда Рональд может без труда догнать добычу приняв облик дракона. Так что охота отпала сразу. Пробовать, что там наготовил новомодный повар герцогу тоже было не особ интересно. У него самого служит отличный повар, так ради чего тащиться через полгорода?

Но дальше отказываться было неудобно, и Рональд согласился поиграть с маркизом Гарнетом в карты. Истинную причину настойчивых приглашений Рональд знал – у маркиза дочка на выданье.

– Милорд, могу ли я дать вам совет? – дворецкий накинул на плечи господина шубу, отороченную мехом волка.

– Можешь. Хотя я знаю все, что ты мне скажешь. Не пугайте девицу, она ни в чем не виновата.

– Как раз напротив, милорд. На днях я встречался со своим другом. Он служит у маркиза. Я обещал не называть вам его имени.

– Продолжай, – кивнул заинтригованный Рональд.

– Так вот, милорд, он мне сообщил под большим секретом, что дочь маркиза настоящая ведьма. Не в смысле характера. Хотя он у нее тоже не подарок – капризна, заносчива, сварлива не по годам и просто зла. Но она увлеклась магией.

– Сейчас это модно, видимо, все девицы поголовно решили стать ведьмами и посещают курсы всевозможных шарлатанов.

– Судя по их поведению, подозреваю, половина знатных девиц и их мамаш давно стали ведьмами, милорд. Но согласитесь, ваша светлость, даже будучи ведьмой, вовсе не обязательно развешивать в будуаре сушеных летучих мышей и держать в мутных аквариумах болотных жаб и ядовитых змей.

– Так юная Луиза держит у себя такой зоопарк? – скинул брови герцог. – Змеи и жабы в неволе – это жестоко. И я предпочитаю, чтобы летучие мыши были не сушеные, а живые. Они милые, с белоснежными острыми зубками и пушистые. Зачем их сушить? Отвратительное увлечение. Спасибо, Эдгар, что предупредил. Я предполагал, что и Луиза мне не подойдет. Но надо уважить ее отца. Раз я обещал перекинуться с ним в карты, так тому и быть.

Кроме Рональда на игру к маркизу были приглашены еще два пожилых приятеля маркиза. Рональду было все равно, с кем играть в карты. А предложение Луизе он делать не собирался.

Перед началом игры маркиз пригласил гостей отужинать. За столом присутствовали супруга маркиза и его дочь. Луиза кидала на Рональда короткие взгляды и улыбалась ему, показывая жемчужные зубы.

Луиза была мила, как бывает мила любая юная девица на выданье. Рональд скользнул по ней взглядом и сразу же сделал выводы. Луизе едва минуло восемнадцать. Рыжие волосы собраны в причудливую прическу из локонов и кос и богато украшены жемчугом. Судя по пышной груди, пухлым открытым плечам, достаточно крупным рукам и очень тонкой талии, девицу сильно затянули в корсет. Бедная Луиза едва переводила дыхание.

О, времена, о нравы. Почему девица выставляет напоказ все свои прелести, как уличная женщина? И куда при этом смотрят ее родители? Хотя, скорее всего, именно они выбирали для дочери подобный наряд.

Стол ломился от угощений. В хрустальных графинах алым рубином светилось вино, фрукты грудились в вазах на высоких ножках, ароматы изысканных деликатесов щекотал ноздри.

После обеда началась игра. Она шла неспешно, без азарта и через полтора часа маркиз предложил сделать небольшой перерыв. Предложил герцогу показать свой дом и как бы невзначай завел его в гостиную, где за вышивкой сидела Луиза.

– Моя дочь так увлечена рукоделием, что не может от него оторваться даже когда в доме гости, – произнес маркиз, положив руку на белоснежное плечо Луизы. – Позвольте, я ненадолго покину вас. Мне надо дать кое-какие распоряжения слугам. Луиза не позволит вам скучать и развлечет беседой.

Луиза в очередной раз очаровательно улыбнулась Рональду и захлопала пушистыми ресницами.

– Ах, герцог, я так рада, что вы наконец, посетили наше скромное жилище, – пропела она низким голосом. – Я много слышала о вас. Но вы так редко бываете на балах. Почему? Вас грызет меланхолия? Я тоже порой впадаю в нее, – глубоко вздохнула девушка и Рональд испугался, что сейчас лопнет корсет, и ее крупная грудь вывалится за пределы откровенного декольте.

– Нет, сударыня, и я не страдаю от меланхолии. Просто не слишком люблю балы.

– Жаль. А я обожаю танцы. Надеюсь, вы будете на Зимнем маскараде? Я оставлю для вас первый вальс.

Этот несчастный вальс Рональду уже оставляли предыдущие невесты.

– Благодарю, но не думаю, что я приду.

– И тем не менее, я буду надеяться, – метнула в Рональда игривый взгляд Луиза. – Герцог, вы оборотень, ведь так?

– Да, – кивнул Рональд. Разумеется, герцог – оборотень-дракон и всем об этом известно.

– А я – практикующая ведьма. У нас так много общего, – перешла к делу Луиза.

Рональд ничего на это не ответил, но Луиза не смутилась и продолжила:

– Можете показать мне вашу вторую сущность, Рональд? Я всегда мечтала увидеть процесс обращения.

– Извольте, – вздохнул герцог. Начертил в воздухе магический знак, произнес заклинание.

Вокруг него заклубился сизый дым, завертелись в вихре искры. Он ощутил, как за спиной затрепетали перепончатые крылья. Рональд поднял к потолку клыкастую голову, и слегка зарычал, демонстрируя любопытной Луизе великолепные белоснежные зубы.

От визга девицы у него задергался правый глаз. И зачем так орать? Ведь сама просила показать ей дракона.

Глава 7

Маркиз Бонифаций Гарнет влетел в комнату быстрее, чем можно было ожидать. Видимо, стоял под дверью. Его сопровождали два друга и жена. Очевидно, ожидали что Рональд начнет домогаться Луизы и при наличии двух уважаемых свидетелей герцог, как порядочный дворянин, будет вынужден сделать предложение девице.

Луиза перестала кричать, поправила корсаж на платье и возмущенно посмотрела на отца:

– Папа, вы же мне сказали, что у него только крылья! А он целиком превратился. Вот, посмотрите сами! – сердито кивнула она в сторону сидящего на полу дракона. – Я чуть с ума не сошла от ужаса! Милорд, вы должны были предупредить меня, – Луиза возмущенно посмотрела на Рональда и тут же отвернулась.

– Вы сами попросили, – напомнил ей герцог.

– Но я же не знала, что у вас такие жуткие зубы и когти. Но, – Луиза попыталась улыбнуться, однако улыбка у нее получилась кривой, – я уверена, что со временем привыкну к вашей второй сущности. При некоторых условиях, разумеется.

– Условиях? – удивился Рональд. О каких условиях может идти речь? Луиза что, думает, он изнывает от желания жениться на пышке, затянутой в корсет? – Мы пока ни о чем подобном не говорили, сударыня. Я в карты зашел поиграть с вашим батюшкой. И все! Только в карты! – Рональд рыкнул совсем слегка, но подвески на люстре тревожно зазвенели от его рыка.

– Папа, вы же говорили, что герцог собирается сделать мне предложение? – перевела Луиза обиженный взгляд на отца.

– Милая, ты немного не так поняла… – замялся маркиз. – Простите, дорогой герцог, моя дочь очень впечатлительная натура. Она не ожидала такого стремительного обращения вас в дракона и слегка возбуждена.

Если дикий ор можно назвать легким возбуждением, то подумать страшно, что бывает, когда Луиза возбуждена сильно. Рональд вздохнул.

– Рад был познакомиться с вами, Луиза. Игру продолжим в другой раз, дорогой маркиз. Мне пора.

– Останьтесь, игра не завершена. Выпьем по стаканчику хереса, – с надеждой посмотрел на дракона маркиз Гарнет.

– Да нет, я лучше пойду. Луизе нужен отдых после такого потрясения, – хмыкнул Рональд в ответ.

– Я уже оправилась, – заверила герцога Луиза, ощерившись в подобие улыбки и глядя в пол. – Я буду очень рада, если вы сопроводите меня на воскресной прогулке в парке. Только в человеческом обличии, разумеется. Уверена, мы с вами подружимся.

Нужна ему такая дружба!

– Увы, не думаю, что смогу сопровождать вас, Луиза.

– Не хотите снова принять человеческий облик? – осторожно поинтересовался маркиз.

– Да нет, хочу полетать, проветрится. Скажите моему кучеру, чтобы не ждал и возвращался в замок. Я доберусь сам. Приятного вечера!

Рональд распахнул окно, широко расправил крылья и взмыл в темное небо.

Удивительно, но когда он пребывал в сущности дракона, то становился на удивление сентиментальным. Сейчас Рональду было неприятно, что очередная невеста испытывает к нему если не отвращение, то откровенную неприязнь. И при этом упорно желает стать его женой.

К графской дочери он не будет наносить визит. Зачем? Все будет, как всегда, ничего нового. Да и сегодня он зря притащился в дом маркиза Гарнета. Ведь знал, чем все закончится.

Сегодня ночь выдалась морозной. Где-то через полчаса у дракона замерзли лапы. Рональд сделал круг над городом. Может, завернуть в заведение мадам Козимиры? У нее тепло, весело. Но сейчас развлекаться с белошвейками у Рональда не было никакого настроения. Ему не хотелось покупать любовь и ласку. Ему хотелось хотя бы капельку искренности. Не купленной, а настоящей. Но где ее взять посреди ночи?

Рональд окончательно замерз. Пора возвращаться в замок, хватит носиться над городом и мечтать о чистой и высокой любви. Может, ему не суждено ее встретить? Так что же, вешаться из-за этого или кидаться вниз головой с башни замка? Не всем выпадает на долю счастье найти своею единственную. И ничего, коротают свой век в одиночестве. Все лучше, чем рядом с лицемерной и недовольной женой, которую каждый раз при виде дракона будет передергивать от ужаса.

Город начинал засыпать. Гасли огни в окнах, темнота окутывала кривые улочки предместья, освещенные редкими фонарями. До замка оставалось еще порядочно, его силуэт скрывала ночная мгла и даже не было видно огней на башне.

Теперь у Рональда замерзли еще и крылья. Неожиданно он ощутил запах свежей выпечки. Кто может что-то печь посреди ночи? Любопытство взяло верх, и Рональд полетел на запах. Аромат смешивался с клубами сизого дыма и шел из кирпичной трубы небольшого двухэтажного дома. Рональд облетел здание. На первом этаже располагалась не то пекарня, не то кондитерская.

Запах выпечки был поистине восхитителен. Рональд спустился на крышу, сел поближе к трубе и втянул ноздрями аромат пряностей. Похоже, кто-то готовил марципановое печенье. Надо будет завтра велеть повару приготовить какой-нибудь марципановый десерт. А кофе отлично дополнит его. От предвкушения у дракона засосало под ложечкой.

Он поудобнее уселся около трубы и из-под его задних лап сорвались вниз несколько черепиц. Они громко прошуршали по крыше и шмякнулись вниз на припорошенную снегом тропинку перед домом.

Нехорошо получилось. Дракон вздохнул и прислонился к теплой трубе, наслаждаясь сладким ароматом.

Не прошло и пары минут, как слуховое окно чердака распахнулось и в нем появилась русоволосая девушка.

– Так вот кто мне крышу ломает! – возмутилась она. – Дракон, будь добр, кыш отсюда, – махнула она рукой на него как на голубя или воробья.

– Это ты мне? – удивился дракон, прижимая лапу к груди.

– Тебе. Другого дракона я тут не вижу, – пожала плечами девушка. – У меня и без тебя крыша едва жива. Ты мне ее продавишь.

– Ты меня не боишься? – поинтересовался Рональд.

– А должна? – вопросительно посмотрела на него девушка. – Вроде, драконов-людоедов в Империи нет уже лет триста, если не больше. Вы все на перечет, все стоите на службе Императора. Так чего мне тебя бояться?

– Логично, – согласился Рональд. – Дракон ребенка не обидит. И девицу тоже. Прости, не хотел ломать тебе крышу. Всего-то пара черепиц слетела. Я возмещу ущерб. Я просто замерз, а из трубы так вкусно пахнет, – повел он носом.

– Ладно, – кивнула девушка. – Раз замерз, спускайся на землю. Я поняла, на что ты намекаешь. Ты, похоже, любишь сладости? Так и быть, налью тебе горячего чая и угощу печеньем.

– А кофе можно?

– Ночью?

– Ночью. Я пока спать не собираюсь.

– Можно, – не стала возражать девушка. – Ты оборотень, или природный дракон?

– Оборотень. А это важно?

– Просто у меня дверь узкая. Раз оборотень – обращайся в человека. А то своей мощной драконьей фигурой ты мне косяки снесешь.

Девушка была странной. Она не испугалась чудовища у себя на крыше, и даже предложила ему кофе и печенье. Не хлопнулась в обморок и не кричала дурным голосом. Все-таки дворянки с их манерностью и жеманством сильно проигрывают простым практичным горожанкам.

Глава 8

Рональд спланировал ко входу в кофейню, начертил в воздухе когтем магический знак и мысленно представил себя в одежде простого горожанина. Однозначно, не стоит блистать перед девушкой не дворянской среды в модном камзоле, сдержанно расшитым серебряными нитями и с шелковым платком на шее, заколотом булавкой из белого золота.

Ему всегда хотелось примерить на себя личину городского плута или даже мелкого жулика. Или крупного, не это важно. Можно даже представить себя в роли благородного разбойника. Рональду казалось, это так романтично! Главное, стать ближе к обычным горожанам. Но прикидываться рядовым ремесленником или даже купцом как-то банально.

Итак, кем же он станет? Пока Рональд еще не определился. Но уж точно он не откроет девушке своего истинного лица. Она может смутиться, начнет приседать в бесконечных реверансах, краснеть и бледнеть, и в итоге пропадет все прелесть их так неожиданно начавшегося знакомства.

Сегодня с Рональда хватит лицемерия. Пусть милая незнакомка считает себя равной ему.

Девушка открыла дверь кофейни и пропустила Рональда в дом. Приятное тепло окутало тело. А аппетитный запах выпечки окончательно убедил, что настало время для очень позднего ужина.

– Как тебя зовут? – поинтересовался он у девушки.

– Ариана Корр. Я хозяйка этой кофейни.

– А я – Рон.

– Очень приятно, – кивнула девушка. – А чем ты занимаешься, когда не служишь Империи? На военного ты не слишком похож.

– Не все драконы военные. Я… – Рональд замялся. – Я… занимаюсь всем понемногу. Иногда торгую, – это была правда – недавно Рональд прикупил поместье в Южных землях и продал небольшой остов вниз по течению реки. – Иногда работаю писарем. У меня красивый почерк, – и это была правда. Рональд порой сам писал письма, не все можно доверить секретарю. – Ну и все в таком роде, – неопределенно махнул он рукой.

– Располагайся у очага, – кивнула Ариана на крепкое дубовое кресло у ярко пылающего огня. – Согрейся, кофе будет через минуту.

Она поставила на стол перед Рональдом тарелку с печеньем и занялась варкой кофе. Рональд залюбовался, как ловко Ариана обращалась с магическими заклинаниями и как быстро ей удалось приготовить восхитительный ароматный напиток.

– Знаешь, а меня часто пугаются, – признался Рональд, принимая чашку из рук Арианы.

– Странно. Дракон как дракон, чего тебя пугаться? Вполне милый. У тебя очень красивые крылья, такие же как у летучих мышей.

– Тебе нравятся летучие мыши? – удивился Рональд, пригубив горячий кофе. Девушке приготовила настоящий напиток богов.

– Да, они пушистые. Только пугливые. У меня живет несколько на чердаке.

– Кстати, о твоей крыше. Допью кофе и верну черепицу на место, – пообещал Рональд. – Она вроде не разбилась.

– Было бы здорово, – Ариана налила себе чай и села напротив Рональда. – С крышей беда. Я надеялась, она доживет до весны. Но, похоже, еще один сильный снегопад и придется ее серьезно чинить. Ты ешь печенье, не стесняйся, – пододвинула она Рональду блюдо. – Я с тебя денег не возьму.

– Я похож на нищего? – Рональд тревожно осмотрел своей костюм. Ему казалось, он наколдовал именно то, что могут носить благородные разбойники.

– Как тебе сказать?.. – замялась Ариана. – Ты не обижайся, но вид у тебя как у последнего бродяги.

– Настолько жалкий? – похоже, он слабо представляет, как выглядят плуты и жулики в жизни. Одно дело читать о них в книгах или газетах, а другое примерить образ на себя.

Вроде, и стоптанные сапоги должны говорить о том, что он прошагал много дорог, прятался в пещерах, преодолевал трудности и призирал опасности. И порванные рукава демонстрируют жизнь, полную приключений и дуэлей.

– Я просто не успел переодеться, – нашелся Рональд. – Сегодня днем я охотился на кабана. И оделся так, чтобы он не заметил меня среди деревьев на фоне снега. Поэтому рукава порваны, и вообще… Это просто маскировка.

– Понятно, – Ариана подошла к буфету и достала оттуда вазочку с вареньем. – Я никогда не была на охоте. Теперь буду знать, что охотники так прячутся в засаде. Пожалуй, очень умно. Эти лохмотья можно принять за прошлогоднюю листву.

Рональд был вынужден признать – он понятия не имеет, как живут и что носят рядовые горожане. Он вращается в высшем обществе. Белошвейки мадам Козимиры не в счет. Они одеваются по последней моде, чтобы угодить клиентам. А с высоты птичьего полета Рональд не особо разглядывал, как одеты простые смертные. Гардероб слуг его тоже не интересовал.

В карманах Рональда завалялось несколько золотых. Он положил одну монету на стол перед Арианой:

– Ты варишь волшебный кофе. И печенья великолепны.

– Это слишком много, – Ариана удивленно покосилась на золотой. – У меня не будет сдачи. Я не держу деньги в доме, как понимаешь. Сдаю в банк, хоть какие-то проценты, а капают.

– Считай, это компенсация за крышу, – усмехнулся Рональд. – Я не кровельщик, черепицу на место верну, но не уверен, что она будет положена правильно. Так что бери и почини ее как положено. И я покупаю у тебя все печенья. Они мне очень понравились.

Две черепицы лежали перед домом. К счастью, они не разбились. Рональд обратился в дракона, подцепил когтями плитки, взгромоздился на крышу и понял, что ничего у него не получится – тут нужны гибкие и ловкие пальцы, а не когти.

– Лестница у тебя есть? – Рональд спустился к Ариане и снова обратился в человека.

– Может, я завтра кровельщика позову? – не слишком уверенно продолжила девушка.

– Я справлюсь, – заверил ее Рональд. – Я этим тоже иногда занимаюсь – латаю крыши, прибиваю гвозди, чиню двери.

Неожиданно Рональд понял, как это увлекательно, пробовать себя в разных сферах деятельности. Он прислонил высокую лестницу к краю крыши, на четвереньках добрался до поврежденного места, приладил черепицы на место. Они легли удивительно ровно. Рональд удовлетворенно посмотрел на свою работу, и тут его ноги соскользнули по заснеженной крыше, и он с высоты второго этажа полетел вниз, не успев прочитать заклинание и превратиться в дракона.

К счастью, Рональд упал не на утоптанную дорожку, а свалился в сугроб. Такого позора он не переживал еще никогда в жизни. Шмякнуться перед девушкой так неловко и глупо! Все-таки надо было попытаться починить крышу в облике дракона.

Глава 9

– Вижу, милорд, вы довольны посещением маркиза Бонифация Гарнета, – дворецкий налил из серебряного кофейника утренний кофе в тонкую фарфоровую чашечку с герцогским гербом Брианов. – Осмелюсь узнать, вы очарованы его дочерью? Она произвела на вас благоприятное впечатление?

– Нет, все прошло, как обычно, – Рональд взял чашечку и пригубил горячий напиток. – Правда, молодая маркиза Луиза в обморок не упала. Ее нервы выдержали такое душераздирающее зрелище, – Рональд взял из коробки ореховое печенье Арианы и обмакнул в кофе.

– Это обнадеживает, милорд. Со временем она привыкнет к вашим превращениям. Возможно, это судьба и вы встретили, наконец, достойную девушку.

– Я доволен не из-за Луизы. Ей понравился только мой титул и состояние. Она мне тоже не понравилась. Девочки мадам Козимиры одеваются пристойнее молодой маркизы. Видел бы ты туалет этой девушки! При ее полноте, обнажена почти до пояса, грудь едва прикрыта, просто кошмар. Даже мне смотреть на такое непотребство стыдно. Нет, я не собираюсь жениться на ней.

– Тогда позвольте узнать, что вас так обрадовало, милорд? Вы так загадочно улыбаетесь. И вид у вас очень удовлетворенный.

– Налей себе кофе и присядь рядом, – приказал герцог.

Дворецкий повиновался и сел на край стула.

– Ну только не надо этой скромности, – поморщился Рональд. – Сядь по-человечески. Ты мой друг и не надо изображать из себя рядового слугу.

– Как скажите, милорд, – Эдгар поудобнее уселся на стуле, налил себе кофе.

– Попробуй печенье, – пододвинул ему коробку герцог. – Они восхитительны! Ничего подобного в жизни не пробовал.

Эдгар откусил печенье и блаженно закатил к высокому сводчатому потолку столовой глаза.

– Не могу не согласиться с вами, милорд. Они поистине великолепны.

– Их печет одна удивительно смелая и очень симпатичная девушка. У нее на краю города маленькая кофейня. Милая и уютная. Девушку зовут Ариана Корр.

– Не дочь ли это Джулиуса Корра, известного пекаря, милорд? Еще несколько лет назад он был поставщиком двора Его Императорского Величества. А слава о его кренделях гремела по всей обширной Империи.

– Понятия не имею, – пожал Рональд плечами. – Может быть. Так или иначе, а печенья у нее просто чудесные. Меня приятно удивило, что Ариана не испугалась моей второй сущности.

– Это делает ей честь, милорд, – кивнул Эдгар и окунул печенье в кофе. – Подозреваю, вы не сказали ей, что являетесь герцогом Брианом?

– Нет, разумеется. Я представился разнорабочим по имени Рон. И мне нужна твоя помощь. Видишь ли, я примерил на себя образ рядового горожанина. Не совсем рядового, а слегка… Как бы это сказать точнее… – Рональд пощелкал пальцами. – Мне захотелось предстать перед ней не слишком законопослушным подданным Его Величества, эдаким повесой с небольшим криминальным прошлым за плечами.

– Зачем, милорд? – искренне удивился дворецкий.

– Мне казалось, это придаст мне мужественности и заинтригует девушку.

– Криминальное прошлое? Ни в коем случае, милорд! Нормальную девушку это однозначно оттолкнет.

– Не знал. Мне казалось, это романтично – благородный разбойник, отнял у богатых, отдал бедным и все в таком духе. Как в балладах и легендах.

– И как девушка должна догадаться, что вы благородный разбойник, а не бандит с большой дороги, ваша светлость?

– Пожалуй, ты прав. К счастью, я не сказал девушке, что я разбойник. Я надеялся, что она сама догадается.

– Догадалась, милорд?

– Она приняла меня за бродягу, – вздохнул Рональд. – Вот, оцени ты мой образ. Что скажешь? В нем что-то не так?

Рональд поднялся во весь рост, прочитал заклинание, начертил магический знак в воздухе.

– И вы в таком виде предстали перед девушкой, милорд? – искренне удивился дворецкий. – Очевидно, она очень милосердная и добрая. На ее месте я бы вам еще и денег дал. Вы не просто бродяга, милорд, вы – нищий.

– Значит, с образом я ошибся… Поскольку я дракон и нахожусь на службе Империи, она очевидно решила, что я редкий мот и спускаю жалование на азартные игры, – Рональд сел за стол и задумчиво взял печенье. – Кажется, я перестарался с романтикой. Вот и хотел посоветоваться с тобой по поводу гардероба. Во что одеваются рядовые граждане, обычные ремесленники? Не удачливые торговцы и не главы гильдий, а труженики среднего достатка? Не хочу, чтобы Ариана думала, что я состоятельный и успешный. Пусть думает, что я обычный человек. Такой же, как она.

– Зачем, милорд? – в очередной раз спросил Эдгар.

– Хочу понять, чем живут простые горожане. Если я собираюсь занять высокую должность при дворе Императора я просто обязан знать это. Для начала подскажи, что не так в моем костюме?

– Он рваный, милорд. Вы словно продирались через заросли терновника. И он весь в пятнах.

– Это не пятна. Я думал, это похоже на пыль дальних дорог. А рваный потому, что я прошел через множество сражений.

– Простые люди имеют привычку зашивать дыры на одежде и стирать ее от пыли дальних дорог, ваша светлость.

– Понятно, учту, – кивнул герцог. – Ты поможешь мне завтра пройтись по лавкам портных и подобрать подобающую одежду? Ты лучше меня разбираешься, что пристало носить горожанину средней руки.

– Разумеется, милорд, я помогу вам в меру своих сил. Рассейте мои сомнения, ваша светлость. Мне кажется, или вы под предлогом изучения жизни горожан решили развеять скуку и придумали для себя забаву?

– Это не забава, Эдгар. Признаюсь тебе – Ариана мне очень понравилась. Она смелая – не испугалась меня, она умелая – потрясающе готовит, и она – очень милая. Ариана умна, симпатична, с ней весело. Она не похожа на жеманных аристократок. Я не собираюсь, разумеется, соблазнять ее. Хочу просто подружиться с девушкой.

– Подружиться, милорд? – удивленно поднял брови Эдгар. – Вы прекрасно знаете, что дружба между мужчиной и женщиной невозможна. Рано или поздно кому-то захочется большего.

– Глупости, – отмахнулся герцог. – С чего мне или ей захотеть большего? Она вообще приняла меня за бродягу. А я… А я не собираюсь влюбляться в ближайшее время. Нет, мы будем просто друзьями. И так я пойму душу простых людей.

– Блажен кто верует, милорд, – вздохнул дворецкий и взял из коробки очередное печенье.

Глава 10

Костюм рядового горожанина показался Рональду серым и слишком практичным. Но Эдгар заверил – это именно то, что надо. Одежду немного оживил нож на широком поясе в ножнах, украшенных замысловатым орнаментом. Да и бронзовая пряжка на поясе в виде сплетенных в борьбе драконов тоже смотрелась неплохо.

– Не думал, что одежда горожан насколько скучна. Это просто безликое убожество, не передающее индивидуальности хозяина.

– Ваша светлость, вы бываете только в центре Столицы, а там гуляют состоятельные горожане. Вы же сами сказали, что хотите выглядеть как человек из предместья.

– Мой костюм, который ты принял за одежду нищего был намного колоритнее, – заметил Рональд, поправляя ремень.

– Безусловно, милорд, он был весьма колоритным, – Эдгар попытался спрятать улыбку. – Но выглядел странно. Словно вы собрались на карнавал.

– Ладно, тебе виднее, – махнул рукой Рональд. – Полностью полагаюсь на твое мнение. В конце концов не одежда делает человека тем, кем он является на самом деле.

Ближе к вечеру Рональд собирался навесить Ариану и узнать, как идет починка крыши.

Что можно принести в подарок девушке, у которой своя кондитерская? С пустыми руками идти неприлично, с цветами ходят к невестам или любовницам.

И тут Рональда осенило – свежие фрукты. Их можно уложить в красивую корзину, навязать бантиков и прочей милой дребедени.

Корзину и фрукты в лавке по дороге к кофейне Арианы Рональд выбирал долго и тщательно. Пушистые румяные персики, янтарный виноград, лиловые сливы и алые яблоки составили живописную композицию. От бантиков Рональд отказался и ограничился тем, что накрыл фруктовое великолепие белоснежной льняной салфеткой, вышитой серебряными снежинками – элегантно и просто красиво!

По крыше кофейни ползали рабочие. Они меняли треснутую черепицу, что-то поправляли в стропилах и походили на трудолюбивых муравьев. Перед входом в кофейню стояла Ариана, и задрав вверх голову смотрела на происходящее.

– Хорошо, что сегодня не идет снег, – вздохнула она, поздоровавшись с Рональдом. – Они мне полкрыши разобрали. Но обещали завтра все закончить. Оказалось, там много что прогнило от времени – дому больше ста лет.

– Это тебе, – Рональд протянул ей корзину.

– Фрукты? – восторженно выдохнула Ариана. – Спасибо огромное! Но не надо было, – тут же спохватилась она. – Не стоило тебе так тратиться.

– Я вполне могу это себе позволить, – Рональд многозначительно коснулся нарядной пряжки и поправил кинжал. – Я же все-таки на государственной службе.

– Выпьешь чая? – предложила девушка.

– Лучше кофе.

– Похоже, кофе – твоя слабость, – рассмеялась Ариана, распахивая дверь кофейни.

– Что есть, то есть, – Рональд последовал за ней.

За стойкой бодро орудовал молодой человек, скорее даже подросток.

– Это Филипп, мой помощник, – представила парня Ариана. – Это Маркус, – кивнула она на пушистого белого кота, вальяжно развалившегося на подоконнике. – А это Рон, он дракон и очень любит кофе.

– Знаю, что дракон, – небрежно кивнул кот, сердито сощурив глаза. – Видел, как вчера он развалил нам крышу, усаживаясь на нее с ловкостью бегемота средних размеров.

– Не ворчи, – попросила его Ариана. – Он уронил всего пару плиток и тут же поставил их на место.

– А потом свалился в сугроб и едва не зашиб меня, – напомнил Маркус.

– Я тебя там не заметил, – признался Рональд.

– Конечно, пока ты барахтался в снегу я убрался от греха подальше. Так что у тебя там в корзине? – вытянул шею кот и повел усами. – Фи, фрукты… – разочарованно протянул Маркус. – Следующий раз принеси рыбы, что ли. Или хотя бы сметаны. А фрукты я не ем.

– Учту на будущее, – улыбнулся нахальному коту Рональд. – Тебя можно погладить?

– Можно почесать за ухом, – милостиво разрешил Маркус, подставляя крупную голову.

Ариана отпустила Филиппа, и сама встала за стойку. Сварила Рональду кофе и подала к нему крохотные марципановые рогалики.

– Попробуй, тебе должно понравиться. Фирменное блюдо моей тетушки, она передала мне тонкости его приготовления.

Перестали стучать молотки на крыше – кровельщики закончили работу и ушли. Посетителей в зале не было – перед Новым годом у всех дел по горло. Горожане забегали купить сладостей к столу, а рассиживаться в кофейне им некогда.

– Тебе, наверное, сложно управляться с таким заведением? – поинтересовался Рональд, наслаждаясь марципановыми рогаликами.

– Нет, у меня отличный помощник. Да и тетя Софи научила меня многому. Мне нравится то, чем я занимаюсь.

Ариана налила себе чай и села напротив Рональда.

– Похоже, сегодня уже никто не зайдет, – она посмотрела на настенные часы. – А днем был просто кошмар, я едва успевала обслуживать посетителей. Сегодня надо будет напечь коржей к тортам и приготовить крем.

– Ты печешь по ночам? – удивился Рональд.

– Иногда. Когда много заказов и много посетителей. А так всегда перед праздниками.

Специально выведывать о жизни Арианы Рональд не собирался, но за непринужденным разговором он узнал и о ее семье, и о том, как она ведет дела кофейни.

Рональд допил кофе и предложил помочь Ариане на кухне. Она мыла посуду, а он вытирал ее и расставлял по полкам. Если бы кто-то еще вчера сказал герцогу Бриану, что тот будет заниматься подобными вещами, он бы рассмеялся глупцу в лицо. Но Бриану было так приятно болтать с Арианой, да и помогать девушке ему тоже нравилось.

Вдруг зазвенело разбитое стекло.

– Что это? – испуганно замерла Ариана.

– Погоди, – остановил ее Рональд, прислушиваясь.

По лестнице, ведущей на второй этаж медленно стелился синий дым, похожий на туман.

– Пожар! – испуганно выдохнула девушка и бросилась вверх.

– Стой! – кинулся за ней Рональд.

Ариана метнулся к двери, из-под порога которой просачивался дым, распахнула ее. Рональд схватил девушку за руку, оттолкнул к лестнице.

– Вниз, быстро. Я погашу огонь! Не мешай, уйти!

Рональд вбежал в комнату. По ней метался горящий синий шар, испуская треск и дым. Тлели занавески на окне, в углу что-то ярко горело, разбрасывая вокруг себя искры. Рональд прочитал заклинание, в его руке вспыхнула ослепительно белая плазма. Он швырнул ее в горящий шар.

Светящиеся сферы столкнулись, синий огненный шар взорвался и погас. Рональд прочитал заклинание, комнату заполнил плотный туман, запахло влагой. От занавесок пошел белый пар. Только сейчас Рональд увидел, что горело в углу. Это был небольшой сейф. От него осталась кучка пепла и искореженного металла.

– Огонь потушен, но в комнате погром, – Рональд спустился по лестнице. Ариана стояла у ее подножия и с испугом смотрела на Бриана. – Надо позвать стекольщика – окно разбито.

– Сейф цел? – взволнованно спросила девушка.

– Нет, – отрицательно качнул он головой.

– Там была книга рецептов тетушки Софии, – жалобно всхлипнула Ариана. – Я не помню их наизусть. Они такие сложные… Как я справлюсь без книги? Это ужасно…

Она бессильно опустилась на ступеньку и была готова разрыдаться.

– Не расстраивайся, – положил ей на плечо руку Рональд. – Я смогу все исправить, я же дракон. К тому же рукописи не горят. Ты не знала? Это же общеизвестная магическая истина.

Глава 11

– Приготовь бумагу, будем переписывать сгоревшую книгу. У нас всего три часа, – велел Рональд Ариане.

– Ты такой сильный маг? – широко распахнутые голубые глаза Арианы смотрели на Рональда с надеждой. Нет, он не может обмануть ее ожиданий, он должен помочь девушке!

– Кое-что умею, – скромно скосил он глаза в сторону. – Времени мало, надо спешить. И дай мне что-нибудь заткнуть на время разбитое окно, – попросил он девушку.

Ариана протянула ему старую диванную подушку, на которой порой лежал Маркус.

– Мне теперь что, на голом подоконнике спать? – возмутился кот, обиженно дернув усами.

– Я верну ее тебе, как только вставят стекло, – пообещал Рональд.

– Нет уж, потом можешь забрать ее себе, обойдусь, – насупился Маркус и запрыгнул на кресло.

Рональд взял со стойки отполированный до блеска бронзовый поднос, поднялся в кабинет. В комнате пахло гарью и тянуло холодом из разбитого окна. Подушка отлично заткнула дыру в толстом стекле.

Интересно, кому понадобилось тратить магическую плазму ради каких-то старых рецептов? Неужели среди кондитеров такая жесткая конкуренция? Очевидно, и рядовым горожанам не чужды борьба без правил и жестокое соперничество!

Нанять мага, умеющего генерировать плазму не каждому по карману. И все это ради того, чтобы помешать Ариане приготовить пирожное или испечь печенье? Или причина в чем-то другом?

А ведь кофейня могла запросто сгореть! Чудо, что все сложилось так удачно и не начался пожар. А если бы Рональда не было рядом? Бедная Ариана, она бы могла потерять все!

Среди покореженного сейфа лежала кучка пепла, отдаленно напоминающая листы бумаги. Уцелел только толстый кожаный корешок, да и он съежился и покрылся копотью. Рональд сгреб остатки кулинарной книги на поднос и вернулся на кухню.

На столе уже лежала бумага, стояли две чернильницы и были приготовлены ручки и карандаши.

– Может, позвать кого-то на помощь для переписывания рецептов? – спросила Ариана.

– Нет. То, что я сейчас сделаю, нарушает все правила. Я не должен применять подобную магию в быту.

– Подобную это какую? – оживился на подоконнике Маркус.

– Буду благодарен, если ты тоже ни с кем не поделишься происходящим. Надеюсь, ты умеешь держать язык за зубами?

– Разумеется, – доверительно промурлыкал кот. – Так какой магией ты владеешь, Рон? Теневой? Тайной? Или магией возрождения прошлого?

– Не мешай, – попросила Ариана. – И без тебя все ужасно. Не приставай с расспросами, пожалуйста. Без книги рецептов моя кофейня пойдет на дно как получивший пробоину старый корабль. А все только-только начало налаживаться… У меня было столько планов…

– Твои планы не будут нарушены, – Рональд провел ладонью над сгоревшей книгой, сосредоточился и принялся читать заклинание. Пепел медленно закружился, повинуясь его руке и начал складываться в страницы.

Через несколько минут на подносе вместо кучки пепла лежала изрядно потрепанная временем книга для записи кулинарных рецептов. Рональд разорвал ее пополам и протянул одну часть Ариане:

– За работу.

Заскрипели по бумаге металлические перья ручек. Ариана писала небрежно, зато очень быстро, сокращая слова. У Рональда все получалось значительно медленнее, он привык к каллиграфии и быстро писать просто не умел. Ну куда торопиться герцогу?

– Если бы будешь выводить красивые загогулины, то и половины не перепишешь, – на стол запрыгнул Маркус, покрутился на месте и лег так, чтобы было удобно наблюдать за происходящим.

– Не говори под руку, – рыкнул на него Рональд. – Не мешай, уйди!

Часы показывали полночь, когда они закончили переписывать рецепты. Правда, Ариана помогла Рональду и переписала почти половину его листов. Ну не умеет он писать быстро, зато владеем магией! Прошло ровно три часа и листы тетради снова скрючились, начали темнеть, осыпались пеплом.

– Спасибо, Рон, ты совершил чудо, – Ариана собрала переписанные листы в стопку. – Ты спас уникальные рецепты тетушки Софи. И спас мою кофейню. Чем я могу отблагодарить тебя?

– Чашечкой кофе на крыше, – улыбнулся Рональд. – Рука страшно устала писать, голова как чугунная и хочется на свежий воздух. Ты не возражаешь?

– Как романтично, – презрительно фыркнул Маркус. – Кофе на крыше! Да она на половину разобрана. И все из-за тебя, если помнишь. Строители доделают ее только завтра.

– Я хочу пригласить тебя на ратушную крышу, – улыбнулся Рональд. – Оттуда открывается чудесный вид на город.

– А меня ты пригласить не хочешь? – снова обиделся Маркус.

– Разумеется, и тебя тоже.

– У меня есть дорожный набор для кофе, – Ариана достала из шкафчика небольшой саквояж. – Это будет так замечательно! Мне сейчас тоже необходимо прийти в себя после всех потрясений сегодняшнего вечера.

– Ты знаешь, кто мог устроить поджег? Я так понимаю, уничтожить хотели именно содержимое сейфа. Там было что-то еще ценное?

– Было немного денег и старые письма, которые тетушка хранила как память. Книга рецептов для меня бесценна. Кто конкретно хотел совершить поджог я не знаю. Но конкуренты постоянно суют мне палки в колеса, – со вздохом призналась Ариана. – Позавчера в середине дня, когда полно посетителей, кто-то выпустил в зале трех крыс. Началась суматоха и тут же на пороге появилась полиция. Якобы поступила жалоба на то, что у меня на кухне очень грязно. А у меня там ни соринки, посуда блестит, полотенца белоснежные! Полицейские убедились, что на кухне полный порядок. И даже поверили мне, что крыс выпустили нарочно. Но что толку? Думаю, те посетители, что видели крыс уже не придут в кофейню.

– Ты забыла сказать, что всех крыс я переловил, – насупился Маркус.

– Да, Маркус действовал смело и решительно.

– Ты не думала обратиться с жалобой в муниципалитет? – поинтересовался Рональд, высыпая золу от книги в камин.

– А смысл? На кого жаловаться я не знаю. Думала нанять частного сыщика, но вряд ли это поможет.

– Возможно, я смогу помочь тебе. Посмотрим, что можно сделать. А пока нам всем надо сменить обстановку, немного полетать над городом и выпить кофе, о котором я уже давно мечтаю.

Ариана надела пальто и шапку, одной рукой взяла Маркуса и прижила его к груди, другой подхватила саквояж с кофейным набором. Рональд запер дверь в дом, сунул ключ в карман пальто Арианы, прочитал заклинание и превратился в дракона.

– Как здорово! – восхитилась девушка. – Я прошлый раз не слишком разглядела тебя. Ты прекрасен! Какие у тебя широкие крылья, какие серебристые чешуйки! – девушка провела ладонью по его боку, коснулась крыла.

Рональд поверил ей. Однозначно, он если не прекрасный, то уж точно красивый дракон. И чего другие девицы орали как резаные?

Дракон распластал крыло и по нему девушка поднялась на его спину. Кот вцепился в загривок дракона. Его когти слегка щекотали кожу, но в целом неудобства не причиняли.

– Не бойтесь, я буду лететь очень осторожно, – пообещал Рональд.

Он медленно взмахнул крыльями, с наслаждением втянул ноздрями бодрящий морозный воздух и поднялся над домом Арианы.

Глава 12

На крыше ратуши у Рональда было заветное местечко – на башне с часами. Оттуда открывался потрясающий вид на город. Если бы сегодня не шел снег, можно было разглядеть и его замок на берегу реки. Но сейчас замок терялся за белой мглой падающего снега.

– Осторожно, черепица скользкая, – предупредил Ариану Рональд. – Расположимся около ограждения. Кстати, как раз под нами ратушные часы. И скоро они начтут отбивать время, так что не пугайся.

Ариана облокотилась на кованую ограду и огляделась. Ее взгляд светился восторгом, слабый ветерок ласкал выбившиеся из-под шапки пряди волос.

– Какая красота! – восхищенно выдохнула девушка. – Никогда не думала, что город так необычно выглядит с высоты птичьего… извини, драконьего полета.

– Тебе понравилось летать? – поинтересовался Рональд, уже зная ответ.

– Очень. Это потрясающе. Внизу заснеженные крыши домов, башни, скованная льдом река. С земли этого не увидишь. И ветер упруго бьет в лицо, холодит кожу, треплет волосы. Удивительное ощущение свободы.

– Да, согласен. Я всегда наслаждаюсь полетом. Это поистине неповторимое ощущение.

– А нам можно находиться на башне ратуши? Тебе не влетит за то, что мы тут расположились посреди ночи? Вдруг кто-то увидит нас? – кивнула Ариана на пару припозднившихся прохожих.

– Нигде в законах это не прописано, а раз не запрещено, значит разрешено, – резонно заметил Маркус.

– Он прав, – Рональд прочитал заклинание и принял человеческое обличие. – Не поверишь, но не все драконы получают удовольствие от полета. И редко кто любит летать по ночам. Большинство спят, как обычные люди, а не носятся под звездным небом или среди снежной мглы.

– Жаль, если они не ценят своей редкий дар. В детстве я мечтала летать. Отчего люди не летают? Мне тогда казалось, что я птица. Вот раскинула бы руки, разбежалась и полетела.

– Хорошо, что не попробовала, – презрительно скривился кот. – Свалилась бы с обрыва и ладно, если ушибами отделалась бы. Дети удивительно бестолковые создания. Особенно девочки. Мечтают не пойми о чем. А потом, когда расшибут коленки, плачут…

– Я была трусиха и пробовать не стала. Потом выросла и поняла, что это невозможно.

– Ну да, рожденный без крыльев летать не может, – закивал Маркус. – Хорошо, что вовремя это поняла.

– Но сегодня мне удалось полететь. Так что ты не прав, Маркус. Моя детская мечта осуществилась, – нажала пальцем на розовый нос кота Ариана.

Кот сердито тряхнул головой, нервно дернул кончиком хвоста и обиженно отвернулся. Ариана посмотрела вдаль:

– Весь город лежит перед нами как на ладони.

– Вон там главный собор, а там Императорский дворец, – указал Рональд на многочисленные башни над крышей здания в форме звезды. А там твой дом, – махнул он рукой в темноту. – Сейчас не разглядеть. Но при ясной погоде можно отыскать.

– У меня замерзли подушечки лап, – недовольно пробурчал Маркус. – Мы кофе пить собирались или на город глазеть?

– Любишь ты поворчать, – погладила кота Ариана, присаживаясь на скат крыши. – Садись на край моего пальто и грей лапы, пока я варю кофе.

– Ты сливки для меня не забыла? – тревожно спросил кот, сворачиваясь калачиком на подоле пальто.

– Как можно? Конечно, взяла, – успокоила его Ариана.

Она раскрыла саквояж и как фокусник начала извлекать из него все, необходимое для варки кофе.

На небольшой поднос Ариана поставила небольшой медный кофейник со спиртовкой внизу, засыпала кофе, налила воды из бутылки и прочитала заклинание.

– Через пару минут кофе будет готов, – пообещала Ариана, продолжая извлекать из саквояжа необходимые мелочи – крохотную сахарницу, бутылочку со сливками, две чашки и плошку для Маркуса.

Аромат свежезаваренного кофе повис над ратушей. Девушка налила в миску сливки и поставила перед котом.

– Благодарю, – царственно проурчал Маркус. – Не помнимою, что хорошего люди находят в горьком кофе с таким резким запахом? Вы не могли бы пересесть подальше от меня? Этот, мягко говоря, кофейный аромат раздражает мое чуткое обоняние. Только, Ариана, оставь мне свое пальто, а то лапы снова замерзнут.

– Ну ты и нахал! – рассмеялся Рональд.

– Не надо меня обижать, – надулся кот. – Я не нахал, я просто не хочу мерзнуть. Ладно, так и быть, посижу рядом с вами.

Кот быстро вылакал сливки, повертелся на месте, устраиваясь поудобнее и привалился головой к бедру девушки.

– Не шевелись, пожалуйста, – попросил он Ариану. – Я немного вздремну. Будь добра, не буди меня лишний раз.

Девушка налила кофе в чашку и протянула Рональду. Он вдохнул запах горячего напитка и блаженно улыбнулся:

– Ты мастерица варить его.

– Я стараюсь, – улыбнулась Ариана в ответ.

Перед ратушей остановились два полицейских, задрали головы, посмотрели вверх, откозыряли.

– Доброй ночи, ваша светлость! – крикнул один из них. – Отличная погода, не правда ли?

– Прекрасная, – Рональд пригубил кофе и помахал в ответ. – И вам доброй и спокойной ночи. Поменьше неприятностей во время дежурства.

– Благодарим, ваша светлость.

Полицейский патруль проследовал дальше, оставляя на свежевыпавшем снегу темные цепочки следов.

Гулко ударил колокол на часах, отбивая время. Крыша слегка вибрировала, в морозной темноте гудел протяжный звук, ему вторило эхо, отражаясь от фасадов домов.

– У тебя не будет неприятностей из-за того, что мы устроились на крыше ратуши? – тревожно поинтересовалась девушка, когда замолк последний звук колокола.

– Нет, мы с полицейскими давние приятели. К тому же мы ничего не нарушаем, сидим тихо, пьем кофе, любуемся городом и никому не мешаем.

– А почему они назвали тебя вашей светлостью? – поинтересовался Маркус, приоткрывая зеленые глаза и внимательно глядя на Рональда.

– У полицейских своеобразное чувство юмора, – усмехнулся Рональд.

– Да уж, – фыркнул кот. – На вашу светлость ты похож еще меньше, чем я на тигра.

Глава 13

– Ну вот, все как я говорила, – матушка вошла в кофейню и обвела помещение оценивающим взглядом. – И где твои хваленые посетители?

– Только что ушли, – Ариана раскладывала в стеклянной витрине рогалики с марципаном. – Матушка, у меня много клиентов. Конечно, не всегда тут толпа, но ближе к вечеру все столики заняты и все изделия распроданы.

– Это все твоя фантазия, милочка. Ты веришь в то, во что хочешь верить, – матушка положила на прилавок перед Арианой свежую газету. – Пишут, что у тебя крысы гуляют по кухне, что у тебя жуткая грязь и вообще, твою лавочку давно пора прикрыть как рассадник заразы.

– Мало ли что напишут в газете, если заплатить редактору? – пожала плечами Ариана. – Это не в первый раз. Крыс мне нарочно кто-то подкинул. Это же очевидно!

– Кому? Мне – нет. Кстати, я битый час прождала тебя у нотариуса, а ты так и не соизволила явиться. Это неуважение ко мне, как к твоей матери и оскорбительно для метра Готье. Твоя безответственность переходит границы дозволенного! Ты упряма и ведешь себя как капризное дитя. Мне порой кажется, что у тебя начинаются проблемы с головой, как у моей сестры. Возможно, это наследственное.

– Я же сказала, матушка, что не буду продавать тетину кофейню. Это память о ней, и это мое наследство, – Ариана начала расставлять чистые чашки по полкам. – Нет, матушка, я не передумаю. Поверьте, у меня все получится. С головой у меня все в порядке, не сомневайтесь.

– У тебя получится только то, что через пару месяцев эту халупу мы не сможем продать даже за гроши, – начала распалятся матушка. – Ну, что у тебя тут хорошего? Пересушенные печенья, кривые рогалики и кособокие пирожные?

Это была неправда. Своей выпечкой Ариана гордилась. И постоянные посетители очень ценили ее кулинарные способности. Однако матушка была права – инцидент с крысами сильно испортили репутацию кофейни. А еще кто-то попытался уничтожить ценную книгу рецептов тетушки Софи.

Ариана подавила вздох и продолжила расставлять чашки.

– Сколько ты платишь своему помощнику? – продолжала допытываться матушка. – Наверняка, он еще и приворовывает у тебя. Ты же совершенно не умеешь вести дела. Ты молода, неопытна, да чего уж греха таить – глупа и упряма.

– Матушка, не будем говорить о делах, давайте я лучше угощу вас пирожным и кофе? – Ариане не хотелось спорить с матерью. Во-первых, это было бесполезно. Во-вторых, все равно каждый останется при своем мнении.

– Пирожные с крысиными хвостами? – хмыкнула матушка.

– В газете все врут, – возмутилась Ариана. – Это все неправда. Кому-то очень хочется, чтобы кофейня закрылась. Но я не сдамся.

– Упряма и глупа, – тяжело вздохнула матушка, опускаясь в кресло. – Ладно, давай свое пирожное, попробую и скажу тебе о нем правду. Хотя ты вряд ли услышишь мое мнение. Ты же упряма как баран. Вся в свою тетку!

Звякнул на двери медный колокольчик.

– Добрый день, – в зал кофейни вошел Рон. Он впустил в помещение холод и синие клубы морозного воздуха.

– Познакомься, это моя матушка, метресса Матильда Корр. А это мой новый знакомый Рон, – Ариана была рада визиту Рона. При постороннем матушка не станет спорить с дочерью и читать заунывные нотации.

– Мне очень приятно познакомиться с вами, метресса Корр, – слегка поклонился Рон.

Матушка в ответ небрежно кивнула и стала смотреть в окно. Общаться с Роном она не собиралась.

– Рогалики и кофе? – бросила веселый взгляд на Рона Ариана. Она уже знала пристрастия своего нового знакомого.

– Однозначно. Рогаликов побольше, – Рон положил на стойку несколько монет. – Сдачи не надо.

– Я хотела тебя просто угостить, – Ариана налила кофе в чашечку с незабудками.

– Вот, так ты и ведешь дела, – вздохнула матушка. – Если будешь даром угощать едва знакомых людей разоришься в ближайшее время.

– Вы совершенно правы, метресса Корр, – согласился Рон. – Поэтому бери деньги и не упрямься, – пододвинул он монеты Ариане.

Рон сел у окна. Как из-под земли в зале появился Маркус. Подошел к Матильде, попытался потереться о ее ноги.

– Брысь! – метресса Корр брезгливо оттолкнула кота ногой.

Маркус обиделся и направился к Рону, запрыгнул на кресло напротив и тоже уставился в окно.

Перед кофейней остановилась карета. Снова звякнул колокольчик. Вошел мужчина лет сорока пяти, гладко выбритый, с пышными темными бакенбардами, высокий и широкоплечий. Строгий черный сюртук ладно сидел на статной фигуре, а цилиндр на голове придавал достоинства и значимости.

– Добрый день, – незнакомец учтиво приподнял цилиндр. – Метта Ариана Корр это вы, как я понимаю? – он подошел к стойке.

– Да, это я. Добрый день, – Ариана отодвинула пустой поднос и посмотрела на посетителя. – Желаете пирожные, или торт? Торты будут ближе к вечеру. А пирожные и выпечка в витрине, – указала она на вазы с лакомствами.

– Я прибыл по поручению моего господина герцога Бриана, – снова поклонился мужчина. – Позвольте представиться – дворецкий его светлости Эдгар Харт. Милорд был неприятно удивлен, прочитав в газете, какие козни плетут ваши конкуренты. И поэтому он предлагает вам свое покровительство. Если вы не будете возражать, вы станете поставщиком двора его светлости герцога Бирана. Милорд в восторге от вашей выпечки.

– Он пробовал мою выпечку? – обомлела от неожиданности Ариана.

– Да, его секретарь как-то зашел в ваше заведение и купил марципановые рогалики. Они произвели на милорда неизгладимое впечатление. Милорд возмущен происходящим и готов положить конец нездоровым сплетням вокруг вашего заведения. Опровержение этой мерзкой статьи выйдет уже завтра с извинениями от редактора и корреспондента, написавшего отвратительный пасквиль, – возмущенно кивнул Эдгар Харт на газету, лежащую перед Арианой на стойке. – Так вы согласны принять покровительство герцога?

– Нет, – возмутилась матушка, резко поднимаясь из-за стола и подходя к витрине. – Мы не согласны. Мы продаем это заведение.

– Простите, а вы кто? – с интересом посмотрел на матушку Арианы Харт.

– Я – мать этой несчастной девицы. Не надо кружить ей голову и соблазнять покровительством герцога. Все равно у нее ничего не получится. Все рецепты ее полоумной тетки сгорели два дня назад.

– Откуда вы знаете, матушка? – с ужасом спросила Ариана. Неужели ее матушка решила уничтожить книгу рецептов? И ради чего? Чтобы продать кофейню?

– Слухами земля полнится, – отрезала метресса Корр. – Разумеется, об этом судачит весь город. И разумеется, ни я, ни твоя сестра ни имеем к пожару никакого отношения.

– Рецепты сохранились, книга не сгорела, – Ариане было горько думать, что матушка готова на такую подлость ради наживы. – Я не продаю кофейню, – повернулась Ариана к Харту. – И я буду бесконечно благодарна его светлости за покровительство. Так и передайте господину герцогу.

Глава 14

– Его светлость не сомневался, что вы примите правильное решение, метта Корр. Поэтому я позволил себе заказать новую вывеску на вашу кофейню. Милорд одобрил ее внешний вид. Вы не станете возражать, если она займет свое место над входом? – вопросительно посмотрел на Ариану Харт.

– Кто заплатит за вывеску? – нахмурилась метресса Корр. – У моей дочери лишних денег нет. У меня – тем более.

– Вывеска оплачена. Я привез слугу. Он и кучер прикрепят вывеску немедленно.

– Я помогу, – вызвался Рон, порывисто поднимаясь с места. – Мне это доставит удовольствие.

– Уверены, мило?.. – Харт неожиданно закашлялся. – Мило́я девушка, – как-то странно обратился он к Ариане, – вы не запакуете все свои марципановые рогалики? И завтра его светлость желает получить их не меньше полусотни. Справитесь?

– Конечно. Сейчас все будет готово.

– Лестница на заднем дворе? – живо поинтересовался Рон, кинув сердитый взгляд на Харта.

– Да, там, – Ариана достала картонную коробочку и начала укладывать в нее рогалики.

Метресса Корр проводила Рона и Харта тяжелым взглядом:

– Он уже знает, где у тебя лестница?

– Да, Рон помогал уложить упавшую с крыши черепицу.

– Он кровельщик? – презрительно вскинула брови Матильда.

– Он на государственной службе. Рон – оборотень-дракон.

– Понятно, – кивнула Матильда. – Я так и думала. Бездельник и тунеядец. Заморочит тебе голову, соблазнит и бросит. Оборотни все такие.

– Мы просто друзья. Он не соблазняет меня. Рон добрый и веселый.

– Разумеется, веселый. Потому что умом не отличается. Пытается походить на его светлость герцога Бриана. Такие же длинные волосы отпустил и забирает их в хвост. И говорит учтиво, изображая благородного. Одна беда – лицом не вышел. У герцога лицо умное, а у этого как у молодого глупого щенка-переростка.

– Нет, матушка, Рон совершенно не похож на герцога. Тот старше, я видела его фотографию в газете. Ничего общего.

– Можно подумать ты часто читаешь газеты, – фыркнула Матильда. – А я слежу за светскими новостями и уверяю тебя, что твой приятель Рон копирует его светлость. Хочет нравиться девушкам. Он и тебе голову начал морочить. Вон как кинулся помогать с вывеской.

На улице что-то загремело. Ариана выглянула в окно. Не земле лежала вывеска и рядом с ней Рон. Харт и слуга суетились вокруг него, помогая подняться на ноги.

– Все отлично, – Рон махнул рукой Ариане. – У лестницы ступенька сломалась.

– Да, удивительно ловкий молодой человек, – к Ариане подошла матушка. – Испортил тебе лестницу. И кто за все это заплатит?

– Лестница была старая, ее давно надо поменять, ступеньки сгнили, – зачем-то оправдывала Рона Ариана.

Теперь по лестнице взбирался слуга, а Рон и Харт подавали ему вывеску.

Девушка вернулась к стойке и продолжила укладывать рогалики в коробку.

– Зря ты надеешься, что покровительство герцога что-то поменяет в твоей жизни, – метресса Корр прошлась по кофейне, провела пальцем по полке открытого шкафа с посудой, убедилась, что она чистая и брезгливо вытерла руки салфеткой. – И зря ты водишь дружбу с каким-то непонятным типом. До добра это тебя не доведет.

– Матушка, я совершеннолетняя и могу сама принимать решения.

– Увы, – вздохнула метресса Корр. – Зря наш мудрый Император принял такой закон. Раньше девица находилась под опекой родителей до замужества. И это было правильно. Не стоило нарушать вековые традиции, это обернется хаосом и развалом Империи, помяни мое слово. Незамужние девицы уже творят что хотят – открывают лавки, занимаются медициной, даже служат в полиции. Полное безобразие!

– Жизнь не стоит на месте, – улыбнулась Ариана. – Прогресс не остановить.

– А жаль. Я, как и большинство здравомыслящих людей придерживаюсь вековых традиций. И тебе советую одуматься, пока не поздно, – строго подняла вверх указательный палец матушка.

За окном застучал молоток.

– Они с этой дурацкой вывеской развалят тебе весь дом, – метресса Корр подскочила к окну. – О, небеса! Они лепят на твою лачугу герцогскую корону! – не то восхитилась, не то ужаснулась она.

Ариана выбежала на улицу и ахнула. Вывеска была прекрасна – золотые буквы извещали о том, что достопочтенная Ариана Корр является поставщиком двора его светлости герцога Бриана. Над дверью слуга прилаживал герб Бриана с герцогской короной над ним. Кофейня сразу приобрела нарядный и солидный вид.

Несколько прохожих остановились на тротуаре и наблюдали за тем, как золоченая корона украшает фасад скоромной кофейни.

– Теперь никто не посмеет строить тебе козни, – Рон держал в руке молоток и небрежно поигрывал им. – Да, Эдгар? – повернулся он к Харту.

– Разумеется, мило… Милость нашего герцога безгранична. И он дарует защиту всем страждущим.

– И жаждущим, – иронично произнесла метресса Корр, выходя из дома и кутаясь в пальто, накинутое на плечи. – Не думаю, что герцог продолжит покровительствовать кофейне, когда узнает, что в ней водятся крысы.

– Его милость читает прессу, – заверил Матильду Харт. – Крыс выпустили нарочно, чтобы опорочить репутацию заведения. Кстати, дорогая метта Ариана, его светлость обратился к начальнику полиции вашего округа. Дело с крысами и пожаром взято в работу. Отныне мимо вашей кофейни будет регулярно проходить патруль и следить, чтобы никто не смел причинить заведению вред.

– Передайте его светлости мою искреннюю благодарность. Я приложу все силы, чтобы не разочаровать герцога и радовать его моей выпечкой.

– Не сомневаюсь, у тебя это получится, – ободряюще посмотрел на Ариану Рон.

– И это говорит человек, сломавший лестницу? – хмыкнула Матильда. – Да уж, твоя поддержка бесценна для моей дочери!

Глава 15

– Что ты скажешь об Ариане? – поинтересовался Рональд у Эдгара с нескрываемым удовольствием запивая очередной марципановый рогалик черным кофе.

– Милая девушка, милорд. Ее выпечка прекрасна, – дворецкий сидел в кресле напротив герцога и тоже наслаждался рогаликами. – Увы, о ее матушке я этого сказать не могу, – вкрадчиво произнес Эдгар. – Я навел справки о Матильде Корр. Она так и не оправилась после смерти супруга.

– По-моему, метресса Матильда вполне цветущая женщина, – хмыкнул Рональд. – Властная и резкая, которая не слишком интересуется мнением окружающих.

– Я не это имел в виду, ваша светлость. Матильда ухитрилась угробить пекарню, приносящую отличный доход всего за несколько лет. Метресса Корр не пожелала заниматься делами, поручила все управляющему (ходят слухи, что он любовник Матильды) и в итоге семья оказалась на пороге банкротства. Матильда собирается продать и пекарню, и кофейню Арианы. Радует, что Ариана совершеннолетняя и не пойдет на поводу матери.

– Значит, Ариана тебе понравилась? – удовлетворенно усмехнулся Рональд. – И ты одобряешь нашу дружбу?

– Я всего лишь ваш дворецкий, милорд, и не мне одобрять или осуждать ваши действия, – скромно потупил взгляд Эдгар. – Но повторю – не может быть дружбы между мужчиной и женщиной. Не сомневаюсь – вы не собираетесь портить жизнь Ариане. Но, поверьте, девушки очень легко влюбляются и потом тяжело переживают разрыв.

– Я не собираюсь ничего разрывать. Наша дружба только началась и мне бесконечно приятно общаться с Арианой. Не думаю, что она в меня влюбится. Ей просто не до этого. Она увлечена своей кофейней. А я по мере сил помогаю ей встать на ноги. Кстати, может, мне выкупить пекарню у ее матери?

– И что вы будете делать с пекарней, милорд? – вскинул брови Эдгар.

– Отдам в аренду Ариане. За символическую плату, разумеется. Если кто и сможет спасти это заведение, то только она. И пекарня, как ни крути, наследие ее отца.

– Ваша светлость желает еще кофе? – поинтересовался дворецкий, у которого опустела чашка.

– Да, будь добр, Эдгар. Вижу, ты оценил выпечку Арианы.

– Оценил еще в прошлый раз, милорд. Когда вы изволили угостить меня ее ореховыми печеньем.

Эдгар закрутил ручную мельницу. В жерновах захрустели жареные зерна и в столовой повис терпкий аромат свежемолотого кофе.

– Не хотел портить вам вечер, милорд, но час назад принесли письмо от графа Дюамеля. Лакей сообщил, что граф приглашает вас завтра на музыкальный вечер и мечтает встретиться с вами.

– Понятно, – безнадежно махнул рукой Рональд. – Еще одни смотрины под видом музыкального вечера. Завтра я откажусь под предлогом простуды. Мы увидимся с графом Дюамелем на маскараде. Не сомневаюсь, он приведет свою дочурку и попытается подсунуть ее мне. Предвижу, на Новогоднем балу мне придется отбиваться от потенциальных невест. Все девицы, даже те, кто смотрел на меня с ужасом и неприязнью, оставили мне первый вальс. И что мне теперь, разорваться?

– Чтобы избавиться от домогательств, вам следует поскорее выбрать невесту. Император будет рад видеть вас на службе, – Эдгар пересыпал кофе в кофейник и залил водой из хрустального кувшина.

– Удивительно, наш Император позволил женщинам работать в больницах, преподавать в школах, открывать свое дело. Еще немного, и он позволит им служить в государственных учреждениях, – герцог задумчиво наблюдал за действиями дворецкого. – Ты не забыл добавить щепотку соли?

– Нет, милорд, как можно? Уже добавил, – заверил господина дворецкий.

– И при этом Император цепляется за стародавние традиции, – продолжил Рональд. – Почему его чиновники поголовно должны быть женаты? Глупейшее правило, не находишь, Эдгар?

– Соглашусь с вами, милорд. Но не думаю, что Император прислушается к моему мнению, – попытался скрыть улыбку дворецкий. – Видимо, Его Величество считает женатых мужчин более ответственными и менее легкомысленными.

– Можно подумать, женатые аристократы не заводят любовниц.

– Все-таки брак накладывает определенные обязанности, милорд, – Эдгар поставил кофейник на конфорку чугунной печи, открыл витую дверцу, поправил угли кочергой.

– Может, мне удалиться из Столицы и заняться, например, фермерством? Барашки, овечки, козочки. Или разводить виноградники и гнать вино? Из меня получится неплохой землевладелец, не находишь? Признаюсь, от одной мысли о династическом браке меня бросает в дрожь.

– Ваша светлость один из крупнейших землевладельцев Империи, – напомнил дворецкий. – У вас есть и виноградники, и сады, и козочки с барашками. А еще есть целый штат управляющих, которые за всем этим следят. Не отнимайте у них хлеб, милорд.

– Ты призываешь меня жениться по династическим соображениям, без любви?

– Конечно нет, милорд. Любовь – это прекрасно. Но вам пора подумать о продолжении рода. Оборотни-драконы рождаются только в законном браке, скрепленным свадебными обрядами и благословением верховного служителя Храма. К тому же Император нуждается в вас. Не испытывайте его терпение и не заставляйте ждать.

– Разумеется, разумеется, – закивал Рональд, протягивая дворецкому пустую чашку. – Я не буду гневить Императора и продолжу поиски жены. Но спешить не стану. Пусть Император ждет, если ему так важно соблюдать вековые традиции. А если не желает ждать, я пойду к Ариане управляющим кофейни. Как думаешь, справлюсь?

– Ваша милость изволит шутить, я надеюсь? – Эдгар передал господину чашку с кофе, затем налил себе и снова сел напротив герцога.

– Мне кажется, это неплохая идея, – рассмеялся Рональд. – Жаль, но я не решусь на такой радикальный шаг. Потому что я ответственный гражданин, несмотря на то, что холост. Я понимаю, что мой долг – служить Империи. И где тут логика, друг мой?

– Ее нет, милорд, – пожал плечами Эдгар. – Таковы традиции, а они порой лишены логики.

Герцог поднялся. Эдгар поспешно встал с кресла.

– Сиди, хоть ты не придерживайся глупейших правил, – досадливо махнул рукой Рональд и прошелся по столовой.

Паркет мерно поскрипывал под его ногами. Рональд допил кофе и поставил чашку на подоконник. Отодвинул портьеру. Сегодня снова шел снег – красивый, тихий, пушистый.

– Мне совершенно не хочется тащиться на Зимний бал, – признался Рональд. – Все повторяется из раза в раз – тщеславие, бьющее в глаза, вызывающая роскошь и откровенное лицемерие. Девицы на выданье строят глазки, дамы загадочно улыбаются, аристократы наслаждаются собственной важностью. Скучно.

– Вы не хотите идти на Зимний бал, милорд? – Эдгар едва не подавился рогаликом.

– Не хочу, но пойду, – Рональд снова сел в кресло и закинул ногу на ногу. – Положение обязывает. Впрочем, маскарад на то и маскарад, чтобы скрывать свое лицо. Я пойду на бал инкогнито. И приглашу Ариану. Уверен, она не откажется составить мне компанию. Это же бал во дворце!

– Как понимаю, я не смогу отговорить вас от такого шага, милорд? – осторожно поинтересовался Эдгар.

– Однозначно, нет, – рассмеялся герцог.

– Я так и думал, – вздохнул дворецкий и взял из вазы еще несколько рогаликов.

Глава 16

В кофейне жизнь бурлила, как в муравейнике. К прилавку выстроилась очередь, дети прыгали по залу радостно верещали и смеялись, теребили матерей, выбирая угощения, все места за столиками были заняты. Филипп не успевал подавать заказы, Ариана обслуживала посетителей, спешно перевязывала ленточками коробки с лакомством и одновременно ухитрялась варить кофе.

Рональд пробился к ней через толпу.

– Привет, – кивнула ему Ариана, одарив приветливой улыбкой. – Вывеска творит чудеса. Столько посетителей, продохнуть некогда, – она насыпала в коробку очередную партию шоколадных печений. – И так второй день. Вчера я распродала все еще до полудня и пришлось закрыть кофейню. Провела на кухне полночи, зато сегодня выпечки должно хватить на всех.

– Я привел тебе помощниц, – кивнул Рональд на двух девушек, скромно стоящих у окна. – Жозефина и Джозианна. Мой приятель Харт по поручению герцога Бриана подобрал их для твоей кофейни. Девушки посещают курсы при колледже кулинарии и у них отличные рекомендации. Филипп займет место за стойкой, а они помогут тебе на кухне и в качестве официанток. Не возражаешь?

– Любая помощь для меня бесценна. Если только их устроит жалование. Я пока не знаю, сколько смогу платить. Все завертелось так неожиданно. Не думала, что вывеска сотворит подобные чудеса.

– Очевидно, это потому, что на ней красуется герцогская корона. И еще поэтому, – Рональд положил перед Арианой свежую газету. – Харт дал рекламу и заказал статью о твоей кофейне лучшему журналисту Столицы.

Ариана мельком глянула в газету и ахнула:

– Как это мило со стороны Эдгара и его светлости! Я даже мечтать не могла о такой поддержке.

Тем временем девушки сняли пальто и шляпки, вымыли руки, надели белые передники Арианы, поспешно поданные им Филиппом и поступили в полное распоряжение хозяйки кофейни.

– Они очень понятливые, расторопные и честные, – заверил Ариану Рональд. – А ты отдохни немого от суеты и напои меня своим волшебным кофе.

Сидя в уютной маленькой гостиной и наслаждаясь кофе, Рональд думал о том, как уговорить Ариану пойти с ним на бал. Неожиданно по вине Рональда у нее появилось много дел в кофейне. С одной стороны, это прекрасно. А с другой, ей теперь не до балов. Дела пошли на лад, и она вряд ли согласиться танцевать ночь напролет.

– Ты чего такой задумчивый? – Ариана пододвинула Рональду вазочку с рогаликами.

– Хочу пригласить тебя на танцевальный вечер. Пойдешь? – он пытливо посмотрел на девушку.

– С удовольствием, – обрадовалась Ариана. – Я так рада, что твой друг Эдгар помог мне. У меня теперь отбоя нет от посетителей. Спасибо тебе, что замолвил за меня словечко перед Эдгаром, а он поговорил с герцогом. Быть поставщиком двора его светлости очень почетно. Я и мечтать о подобном не могла. Думаю, я могу позволить себе отметить это знаменательное событие и сходить на танцы.

– Это будет не просто танцевальный вечер, а маскарад.

– Еще лучше! Я бы хотела быть пастушкой. Всегда мечтала примерить на себя пышное платье в оборках и широкополую шляпу с розочками.

– Из тебя получится прелестная пастушка, – заверил Ариану Рональд. – А я буду пиратом. Из нас получится отличная пара.

– Где будет проходить вечер? – Ариана откусила кусочек от орехового печенья.

– В Императорском дворце, – врать дальше не имело смысла.

– Во дворце? – не поверила своим ушам Ариана. – Но… Но билет на Зимний бал стоит бешеных денег. Моя матушка и Розалина уже несколько лет мечтают туда попасть, но не могут позволить себе подобной роскоши. Нет, это слишком дорого, и я не могу… Нет, нет, это невозможно. Ты не настолько богат, чтобы так неразумно тратить деньги.

– Я приглашен туда бесплатно как состоящий на службе Его Величества. И могу привести с собой партнершу по танцам. Я очень надеюсь, что ты примешь мое приглашение.

– Надо же, Император так щедр, что всем драконам-оборотням дарит билеты на Зимний бал?

– Да, наш Император очень ценит драконов. Мы его главная опора и защита. К счастью, Империя не воевала уже несколько столетий. Но Император знает, что всегда может положиться на нас.

– Я слышала, эти балы великолепны. Читала в газете, что там происходят настоящие чудеса, маги создают потрясающие иллюзии, звучит волшебная музыка.

– Это правда. Я не пропускаю Зимние балы, – все оказалось проще, чем мог предполагать Рональд. Девушка не стала ломаться и делать вид, что сомневается, как это делают аристократки, а просто согласилась пойти на бал.

– Мы не справляемся! – с выпученными глазами в гостиную влетел Филипп. – Надо печь еще рогаликов. Срочно!

– Прости, – порывисто поднялась Ариана. – Положение поставщика герцогского двора меня ко многому обязывает. Подождешь, пока я закончу с выпечкой? Это недолго, максимум час.

– Я помогу, – с готовностью вызвался Рональд.

– Ты же не кулинар, – усмехнулся Филипп. – Чем ты поможешь на кухне? Если и правда хочешь помочь, побудь официантом. С этим ты справишься. А Жозефина поможет Ариане на кухне.

– Официантом? – опешил от такого предложения Рональд.

Все-таки как не крути, он герцог. Одно дело помогать Ариане на кухне, совсем другое – обслуживать рядовых горожан.

– Если не хочешь, не надо, – Ариана заметила его сомнения. – Ты же дракон, тебе это не с руки.

– Почему? Я согласен, – аристократическая гордость – это хорошо, но помочь Ариане надо. – Пойдем, – кивнул он Филиппу, – чего ждешь? Время – деньги!

Глава 17

– Официант! – щелкнул пальцами мужчина с пышными рыжими усами. – Подойди!

– Это вы мне? – искренне удивился Рональд, прижимая к груди круглый поднос и оглядываясь по сторонам.

– Ты видишь здесь других официантов? – строго посмотрел на него усатый. – Мне и даме кофе со сливками, рогалики с марципаном, с собой пакет орехового печенья, два рулета с вишней, шоколадное пирожное и медовый пряник. Поторопись!

– Я это все не запомню, подождите, запишу, – Рональд пошел к стойке за карандашом и бумагой.

– Ты, похоже, очень бестолковый официант, – недовольно хмыкнул посетитель, когда Рональд вернулся. – Ты что, недавно работаешь?

– Недавно, – кивнул Рональд. – Так чего хотели? Повторите, пожалуйста.

– Ты еще и невежа, – возмутился усатый. – Ко мне следует обращаться милорд.

– А вы что, герцог или хотя бы граф? – искренне удивился Рональд. Однозначно, это парочка была похожа на аристократов как Рональд на официанта.

– Да ты хам! – подскочила на месте полногрудая спутница усатого. – Я пожалуюсь хозяйке, и она вышвырнет тебя на улицу, грубиян!

– Не хотел обидеть, – пожал плечам Рональд. – Только уточнил. Что изволите заказать?

– Милорд, – добавил посетитель с нажимом.

– Чего брать будете, господин хороший? – невозмутимо произнес Рональд.

– Нет, это невозможно! – дама вскочила с кресла, поправила корсаж на слишком глубоком для ее возраста декольте и понеслась к прилавку. – Уберите этого неотесанного грубияна! – велела она Филиппу. – Немедленно!

– Минуточку, – улыбнулся Филипп покупательнице в очереди. – Прошу немного подождать. Жозефина! – крикнул он, приоткрыв дверь на кухню. – Займись посетителями!

Филипп отобрал у Рональда фартук, поспешно надел и прошептал сердито:

– Ты нам всех посетителей распугаешь. Нашелся помощничек на нашу голову. Не умеешь – не берись! Все приходится делать самому, ничего никому поручить нельзя!

– Милок, будь добр! – остановила Рональда пожилая дама в элегантном темном платье и роскошной шляпке.

Рональд не без ужаса узнал в ней баронессу Зегерлин. Но быстро взял себя в руки.

– Что изволите, миледи? – склонился над ней Рональд.

– Тебе уже говорили, что ты удивительно похож на герцога Бриана? Его светлость знает, что ты копируешь его внешность? Это может вызвать неудовольствие милорда или даже его гнев.

– Разумеется, его светлость знает, миледи, – поклонился Рональд, скрывая улыбку. – Это такая задумка. Изделия кондитерской поставляются к двору герцога, и милорд счел, что будет оригинально, если кто-то похожий на него будет работать в кофейне.

– Неужели? – искренне удивилась баронесса. – Какой неожиданный ход. Впрочем, возможно, он прав. Вроде как сам герцог обслуживает посетителей! Смело и ново. Даже слишком смело, на гране скандала. Но в этом что-то есть.

– Это идея милорда, не мне ее обсуждать, – скромно склонил голову Рональд.

Пожилая баронесса Зегерлин отличалась эксцентричностью, смелостью суждений, приветствовала прогресс и слыла в свете непредсказуемой особой.

– Надо отдать должное, ты неплохо копируешь герцога. Только взгляд у тебя не такой пронзительный. И глаза светлее, чем у милорда. У него они стальные, а у тебя всего лишь серые. Ну, и, разумеется, стать. Тут до герцога тебе далеко. Нет в тебе прирожденного благородства и аристократизма. Истинного дворянина видно издалека. Но в целом вы очень и очень похожи. А у тебя есть согласие герцога? – вдруг спохватилась баронесса. – Может, ты лжешь, и милорд ничего не знает? Понимаешь, что ты можешь угодить в тюрьму и заплатить большой штраф за принижение достоинства его светлости?

– Уверяю вас, у меня есть согласие герцога. Письменное, с подписью. На гербовой бумаге и скрепленное его печатью. Только дома оставил. Приходите завтра, покажу вам лично. Заодно купите еще марципановых рогаликов. Это любимое лакомство милорда, – доверительно склонился к уху баронессы Рональд.

– Да, читала в газете. Милорд часто посещает это заведение?

– Увы, нет. У него нет на это времени. Милорд целиком поглощен государственными делами при дворе Его Величества. Но мы регулярно поставляем герцогу нашу продукцию.

– Принеси мне чашечку кофе со взбитыми сливками и шоколадной крошкой, дружочек, – попросила баронесса. – И два рогалика, не больше. Я слежу за своей фигурой, а тут столько соблазнов, – вздохнула она.

Рональд принес баронессе заказ, и она положила на стол монеты:

– Ты очень приятный молодой человек. А эта парочка, – сердито кивнула она в сторону усатого и его полногрудой спутницы, – возомнили себя невесть кем. Тоже мне, сливки общества! – презрительно фыркнула баронесса. – Из грязи в князи! Не деньги делают человека благородным, а его происхождение! Можно купить титул, но не родословную. Сдачу оставь себе, милок, потрать ее с умом, а не на вино или сигареты.

– Благодарю вас, миледи. Я отложу ваши деньги на учебу, – Рональд сгреб монеты со стола. – Приятного аппетита.

Итак, он заработал свои первые чаевые. Рональд взвесил на ладони монеты – несколько серебряных и медные. Интересно, что можно купить на них? Наверное, только стакан чая и можно. А баронесса, как всегда, в своем репертуаре, не гнушается общаться с официантом и даже искренне поблагодарила.

В зал из кухни через приоткрытую дверь просочился Маркус, подошел к Рональду и боднул его ноги головой:

– Справляешься?

– Нет, – признался Рональд, отдавая деньги за заказ Жозефине.

– Да, официантом работать непросто, – проурчал кот. – А ты вообще что-то делать умеешь, кроме как обращаться в дракона и летать? Крышу починить не смог – свалился. С вывеской то же самое. А судя по тому, что Филипп носится по залу как ужаленный, официант из тебя не получился.

– Не забывай, что я восстановил книгу рецептов Софи.

– Ну да, магией ты владеешь неплохо. Ты так и не сказал, что за вид магии тебе подвластен. Поделишься?

– Тебе это зачем знать?

– Жутко интересно, – Маркус запрыгнул на стойку и заглянул в глаза Рональда. – Дама не права. У тебя тоже стальные глаза, как и у герцога.

– Ты что, подслушивал?

– И подглядывал тоже, – заверил Рональда кот. – Очень люблю это делать. Можно узнать много интересного и сделать правильные выводы.

Глава 18

Кофейня опустела поздно вечером. Ариана закрыла ставни на окнах, заперла двери, полила цветы и присела отдохнуть после напряженного дня. Рональд только что перенес чистую посуду в зал и расставлял ее по полкам. На этот раз Бриан ничего не разбил и не уронил.

– Тебе надо будет нанять еще помощников, – заметил он, поставив последнюю чашку в буфет и закрывая резные створки. – От посетителей отбоя нет, и заказов много.

– Да, придется набирать персонал, – Арина поднялась из-за стола и подошла к стойке. – Будешь пирожные? Осталось несколько штук.

– С удовольствием. И кофе, если можно, – попросил Рональд.

– Только ты пьешь его на ночь. Бессонница потом не мучает? – поинтересовался Маркус, лениво потянулся и начал точить когти о заднюю обивку кресла, оставляя на ткани затяжки.

– Нет, не мучает, – Рональд отцепил кота от кресла и положил себе на колени. – Будь добр, не порть мебель.

– Ее все равно придется заменить. Кофейня становится популярной и просто необходимо срочно поменять интерьер, сделать его более элегантным и современным, – с видом знатока произнес Маркус.

– Ты прав, – Ариана поставила на стол пирожные, пододвинула Рональду чашку с кофе, а себе налила травяной чай. – Все завертелось так неожиданно, и это благодаря тебе, Рон, твоей протекции и помощи Эдгара Харта. Просто голова идет кругом, не знаю, за что хвататься. Но это замечательно! Я так боялась, что не смогу оправдать надежды тетушки, и ее кофейня придет в упадок.

– У тебя прекрасная выпечка, так что популярность кофейни вполне заслужена, – заверил Бриан девушку. – У тебя золотые руки и кулинарный талант.

– Ну вот, начались взаимные комплименты и восхищение. «Если бы не вы, что бы я делала? Ах, что вы, что вы, у вас редкое дарование!» – передразнил кот. – Слушать противно! От приторности скулы не сводит? У меня в уши словно сладкую патоку налили. Ариана, ты меня кормить не собираешься? – Маркус обиженно спрыгнул с колен Рональда и укоризненно уставился на девушку. – Вашими похвалами сыт не будешь.

– Не возмущайся, я про тебя не забыла, – Ариана погладила кота. – Тебя ждет отменная телятина. Начинка из пирожков тебе должна понравится.

– Надеюсь, без лука? – дернул хвостом кот. – Терпеть его не могу.

– Без лука. Я помню, что ты его не любишь.

Ариана поставила перед котом блюдце с кусочками мяса.

– Очень устала? – Рональд подпер голову рукой и смотрел, как Ариана чайной ложечкой ест нежное пирожное. Она перемазала губы кремом, смутилась под взглядом Рональда и быстро облизнула их розовым язычком. Это получилось у нее удивительно грациозно и без тени кокетства.

– Совсем немного, – призналась она. – Очень помогли Жозефина и Джозианна. Без них мы бы с Филиппом не справились. И ты мне помог.

– Ага, едва не распугав посетителей, – оторвал мордочку от блюдца кот. – Не получился из тебя официант, Рон.

– Неважно, Рон помог мне с уборкой зала и с посудой. У тебя ворчливый характер, Маркус, – строго произнесла Ариана. – Как у старика. Рон – оборотень-дракон, он служит Империи и совершенно не обязан помогать мне по хозяйству.

– Да, кстати, о твоей службе, – Маркус лапой отодвинул в сторону пустое блюдце. – Чем конкретно ты занимаешься? Империя давно не воюет, ты сказал, что состоишь на государственной службе. Как Император использует твои способности? Понятно, ты дракон, это звучит гордо. И выглядишь ты грозно, взгляд пронзительный, зубы длинные, размах крыльев впечатляет. Но не за это же тебе жалование платят как я понимаю?

– Драконы сопровождают Императора в поездках по стране, мы охраняем его дворец, участвуем в парадах, – вот прицепился! Что можно придумать налету, чтобы не проговориться о своих настоящих обязанностях при дворе? Рональд сказал первое, что пришло на ум.

– Понятно, дурака валяете, – удовлетворенно констатировал кот. – Так и думал. Охрану Императора осуществляет его гвардия и телохранители, охрану дворца – стражники. Соглашусь, на парадах вы, пожалуй, неплохо смотритесь. Носитесь над плацом на бреющем полете, хлопаете крыльями и изрыгаете огонь. Ты можешь изрыгать огонь?

– Могу, хочешь верь, хочешь нет, – Рональд не смог сдержать смех. Рассуждения Маркуса его забавляли.

– Покажи, – потребовал кот.

– Не надо, – запротестовала Ариана. – Еще сожжете мне кофейню.

– Так мы во дворе, – настаивал кот.

– Не надо, я сказала, – цыкнула на него Ариана. – Не приставай к Рону. Он тоже сегодня устал. Дай ему спокойно попить кофе.

В окно заглянула полная луна, похожая на головку желтого ноздрястого сыра. Пора было уходить, но Рональду так хорошо было сидеть рядом с Арианой, слушать придирки Маркуса и наслаждаться пирожным с черным кофе.

Часы пробили десять.

– Мне пора, – нехотя поднялся Рональд.

– Завтра придешь? – выгнул спину кот. – Твоя помощь нам очень нужна. Возможно, Ариана доверит тебе мыть посуду. Вытираешь ты ее неплохо. Пора идти на повышение и приступать к более ответственной работе.

– Не говори ерунды, – отмахнулась от кота Ариана. – Рон, приходи, я буду рада тебя видеть. Но помогать не обязательно. Ты и так сделал то, о чем я мечтать не могла. О моей кофейне узнали, в нее потянулись посетители.

– Кстати, не забудь согласие герцога, – напомнил кот. – Ты обещал принести.

– Что за согласие? – удивленно уставилась на Рональда Ариана.

– Не знаю, – пожал он плечами.

– Здрасьте, пожалуйста! У тебя что, ранний склероз? – округлил зеленые глаза Маркус. – Ты обещал даме в роскошной шляпе, что принесешь разрешение герцога Бриана изображать его светлость в кофейне. Как понимаю, ты в нас будешь зазывалой?

– Про зазывалу речи не было, – несколько опешил Рональд. Он вообще забыл об этом.

– Так или иначе, а разрешение принеси. Чтобы посетители на тебя не пялились и не задавали идиотских вопросов. Я бы тебе посоветовал подстричь волосы и отрастить усы и бороду. А то ты и правда слегка смахиваешь на герцога.

– Думаю, его светлость переживет наше сходство, – усмехнулся Рональд.

Ариана протянула ему коробку с печеньями.

– Спасибо за все, – она поднялась на цыпочки и чмокнула его в щеку. Смутилась и покраснела. – Ты даже не представляешь, как я тебе обязана!

На лице Рональда расплылась глупейшая улыбка. Словно его никогда не целовали девушки. Но было в этом поцелуе что-то, от чего сердце вдруг замерло, потом сладко заныло.

– Мне было не сложно, – кивнул он Ариане, направляясь к двери. – До завтра!

Глава 19

Когти дракона скользнули по широким перилам мраморной балюстрады, Рональд тяжело спрыгнул на балкон, устало начертил лапой заклинание, принял человеческое обличие и распахнул дверь в свои покои. В камине потрескивали дрова, солнечные камни в люстре освещали зеленую гостиную мягким светом.

Рональд положил коробку с печеньями на столик у дивана и дернул за витой шнур сонетки, вызывая Эдгара. Через минуту в дверь постучали.

– Заходи, – Рональд блаженно потянулся и упал на диван, закинув ноги на пуфик.

– Добрый вечер, милорд, – Эдгар поставил на столик бокал дымящегося пунша. – Сегодня морозно, напиток согреет вас.

– Благодарю, – Бриан с удовольствием пригубил горячий пунш. – Будь добр, принеси гербовую бумагу, перо и печать. Мне лень тащится в кабинет, жутко устал, помогая Ариане в кофейне.

Эдгар принес все, что велел герцог и положил письменные принадлежности на чайный столик.

– Боюсь показаться слишком любопытным, но не могу не поинтересоваться, чем вы сегодня помогали вашей милой протеже?

– Пытался стать официантом – не получилось, – признался Рональд. – Некоторые посетители не отличаются культурой поведения. Какой-то купчишка средней руки требовал, чтобы я его называл милордом. Представляешь?

– О, это ужасно, ваша светлость! – всплеснул руками Эдгар.

– Разумеется, ужасно. Я – герцог, он – выскочка. И ему, видите ли, не понравилось, что я назвал его всего лишь господином. Редкая наглость!

– Меня ужасает не это, милорд. Зачем вы согласились быть официантом? Вот что поистине ужасно.

– Кто-то должен был помочь Ариане в зале. Жозефина и Джозианна работали на кухне, Филипп обслуживал посетителей за стойкой. Пришлось взяться мне.

– Но, милорд, это ни в какие рамки не вписывается! – запротестовал дворецкий. – Вы, и вдруг официант? А если кто-то вас узнает?

– Кто поверит, что герцог Бриан обслуживает посетителей? Кстати, мне уже несколько раз сказали, что я похож на самого себя. Только вид у меня при этом почему-то придурковатый, взгляд несколько глупый и статью я не вышел. И возвращаясь к твоему вопросу – я еще убирал со столов и вытирал чистую посуду. И ничего не разбил! – гордо сообщил Бриан.

– О, боги! – возвел глаза к расписному потолку с обнаженными нимфами дворецкий. – Куда катится мир?

– Я слышал, есть какие-то современные паровые посудомоечные машины. Надо посоветовать Ариане прикупить пару штук. Это сэкономит время.

– Милорд, вы уверены, что вам до такой степени следует погружаться в изучение жизни и быта рядовых горожан? – осторожно осведомился Эдгар. – Может быть, вы ограничитесь тем, что ваша корона красуется на вывеске заведения метты Арианы? Вы сделали кофейне отличную рекламу и этого вполне довольно. Наслаждайтесь печеньями и рогаликами Амелии Корр, иногда посещайте ее кофейню. Но не надо, умоляю вас, не надо мыть посуду, подметать полы и обслуживать посетителей! Вы же герцог-дракон! А если об этом узнает Его Величество Император? Разразится грандиозный скандал.

– Зато не скучно, – Рональд взял перьевую ручку, обмакнул в чернильницу и принялся писать на гербовой бумаге. Поставил подпись, скрепил печатью, склонил голову на бок и удовлетворенно произнес: – Теперь полный порядок.

– Осмелюсь спросить, что это, ваша светлость? – скосил глаза на бумагу Эдгар.

– Это, мой друг, разрешение мне от меня изображать самого себя. Я встретил в кофейне баронессу Зегерлин. Разумеется, она меня не узнала. Но отметила, что я очень похож на герцога и что это может вызвать его неудовольствие. То есть мое, как герцога. Мне пришлось соврать, что я имею разрешение герцога копировать его внешность и пообещал, что Ариана повесит разрешение моей светлости на стенку в рамочке.

– Даже не буду спрашивать, зачем вы это сделали, милорд, – обреченно вздохнул дворецкий. – Не сомневался, что скоро в заведение метты Арианы потянутся аристократы. И вас наверняка узнают. И будет скандал. Будет, помяните мое слово, милорд!

– Никто не запрещает герцогу делать то, что он пожелает, – парировал Бриан. – Хартия вольности дворян, подписанная нашим мудрым Императором, не запрещает аристократом работать в кофейне хоть официантом, хоть помощником пекаря.

– Разумеется, не запрещает, милорд, – согласился дворецкий. – Просто потому, что Император до этого бы никогда не додумался. Ни один дворянин не захочет выполнять работу простолюдина.

– А что в этом такого? Я же захотел, – пожал плечами Рональд. – Подбери подходящую рамку под это разрешение, – он протянул подписанную бумагу Эдгару – В меру сторгую и не слишком вычурную. Можно с моим гербом. Это придаст документу значимости.

Эдгар пробежал бумагу взглядом, его глаза округлились, брови взлетели вверх. Он печально вздохнул, но промолчал.

Острожный стук в дверь не дал Рональду поинтересоваться у Эдгара, что ему не понравилось в бумаге.

Вошел лакей, держа на подносе запечатанный конверт.

– Только что принес курьер Императора, ваша светлость, – склонился в поклоне лакей, протягивая поднос Рональду.

– Посреди ночи? – удивился тот. – Впрочем, наш Император такой же полуночник, как и я, – Бриан отпустил лакея и небрежно разорвал конверт. – Его Величество желает видеть меня завтра утром. Интересно, что за спешка? – Рональд бросил письмо на диван и допил успевший остыть пунш. – А ведь я хотел утром помочь Ариане, с упаковкой заказов.

Тяжелый обреченный вздох дворецкого убеди Рональда, что следует отдать предпочтение аудиенции у Императора.

Глава 20

Морозное утро сияло голубым куполом неба, заиндевевшими деревьями и живописными сосульками, свисавшими с крыш хрустальной бахромой.

По утрам Рональд предпочитал не летать, а передвигаться на своих двоих. Или, как сегодня, на четырех своего верного вороного. Возможно, вороной был не слишком верный, Рональд над этим не особо задумывался, так как на коня садился редко. А зачем, если вдвое быстрее можно добраться по воздуху?

Копыта Грома отбивали дробь по замерзшей брусчатки мостовой. Конь нервно подергивал ушами, пытался перейти на галоп, но Рональд сдерживал порывы Грома. Скакать по узким городским улицам дурной тон. Можно кого-то зашибить. Хотя некоторые аристократы обожают пугать прохожих. Странное развлечение!

Рональд в очередной раз сдержал порыв коня, похлопал его по крутой шее:

– Обещаю, поедем за город, там и наскачешься вволю.

Кстати, хорошая мысль! Надо будет пригласить Ариану на конную прогулку. Вряд ли она умеет ездить верхом. Значит, будет повод научить ее этому.

Рональд поймал себя на мысли, что хочет проводить с девушкой больше времени. Она удивительная – такая милая, веселая, не боится браться за любую работу. Ну какая бы аристократка связалась с кофейней? Знатная девица будет умирать от голода, но не станет работать, чтобы не уронить достоинства.

За поворотом кривой улочки открылся вид на дворцовую площадь. Посреди нее стояла огромная ель, украшенная серебряными игрушками – шарами, снежинками, пряниками и мишурой, изображавшей иней. Вокруг елки бегали дети, пели, кричали и радовались приближающемуся Новому Году.

Центральные ворота дворца, как всегда, были заперты. Их открывали только по большим праздникам или для встречи иностранных правителей с многочисленной свитой. Золоченые львы с императорскими коронами на гривастых головах украшали кованные створки ворот. В лапах один лев сжимал меч, а другой держал книгу законов.

Рональд поехал вдоль фасада дворца и скоро очутился у более скромного въезда во внутренний двор. Стражники отсалютовали герцогу Бриану. Вороной энергично замотал головой, словно приветствуя охрану.

Плоские и широкие мраморные ступени вели к порталу, украшенному колоннами из розового гранита. И снова два льва сидели у входа. Один лев из белого мрамора спал, положив голову на мощные лапы, другой величественно опирался правой лапой на щит. Рональд провел ладонью по его гриве.

В детстве, когда с родителями посещал императорский дворец, он всегда гладил этих львов. Тогда Рональд был уверен – однажды львы оживут и можно будет поиграть с ними. Он тогда и подумать не мог, что жизнь его отца так трагически оборвется, а матушка окажется интриганкой и коварной отравительницей.

Впрочем, герцогиня никогда не проявляла материнской любви к сыну. Она не сомневалась: настоящая герцогиня должна быть сдержана в своих чувствах и не обязана много времени уделять ребенку – на это есть многочисленный штат нянек. А когда ребенок подрастет, его плавно передают в руки гувернанток.

Рональд невольно улыбнулся детским мечтам о мраморных львах. Может, выписать себе парочку львят из какой-нибудь южной страны? Воспитать и пусть живут во дворце как коты? Хотя вряд ли львам это понравится. Нет, лучше пусть наслаждаются свободой в дикой природе.

Важный привратник в расшитой золотыми галунами ливрее распахнул дверь и склонился перед Рональдом в низком поклоне.

Красная ковровая дорожка, затканная переплетенными пышными розами и утонченными лилиями, бежала по бесконечной анфиладе комнат и терялась вдали. Зеркала, изящная лепнина на стенах и потолке, позолота, фрески, огромные хрустальные люстры – роскошь дворца отличалась сдержанным вкусом, не била в глаза и вызывала неподдельное восхищение.

Скоро до слуха Рональда долетели звуки рояля – Его Величество любил музицировать. Роялю вторила флейта – новая фаворитка Императора владела этим инструментом безупречно.

Лакеи неспешно и тожественно открыли перед Рональдом двустворчатые двери с хрустальными стеклами в причудливых бронзовых переплетах.

– Герцог Рональд Бриан, – объявил дворецкий, выходя на середину музыкальной гостиной, – покорно просит аудиенции у Вашего Величества.

Вообще-то Бриана вызвал Император и Рональд ничего не просил. Тем более покорно. Но таковы дворцовые ритуалы.

Император завершил музыкальную фразу, звуки последнего аккорда замерли в воздухе.

– Рад видеть тебя, Рональд, – Император поднялся из-за рояля, небрежно махнул рукой фаворитке с флейтой, отпуская ее. – Аделина, мы продолжим через два часа. Тебе не надо так сильно дуть в инструмент. От этого он хлюпает и производит не слишком приятное впечатление. Просто ухо режет. Пока позанимайся и постарайся отделаться от этого неблагозвучного звука. Каков каламбур? – восхитился сам себе Император. – Подай нам вина и сыра, – кивнул он лакею. – После занятий музыкой хочется немного расслабиться и перекусить, – доверительно сообщил Император Бриану.

Император опустился в золоченое кресло с высокой спинкой у небольшого столика, указал Рональду на стул напротив.

– Рональд, мой мальчик, ты знаешь, я считаю тебя почти своим сыном, – начало речи Его Величества не предвещало ничего хорошего.

– Вы бесконечно добры и снисходительны ко мне, Ваше Величество, – склонил голову Рональд.

Похоже, опять кто-то на него нажаловался. Но Рональд уже с месяц не катает белошвеек над городом. На дуэли не дрался. Даже в банальной драке не участвовал. Так в чем дело?

– Слышал, ты не можешь выбрать себе достойную невесту, – Император пригубил вино из тяжелого хрустального кубка.

– Я обязательно выберу, – пообещал Рональд. – Девицы пугаются моей второй сущности и падают в обморок. Я ищу девушку, которая полюбит меня таким, каков я есть.

– Прекрасные слова, – закивал Император. – Слова, достойные настоящего мужчины и истинного герцога. Любовь – основа основ. Уж кто-кто, а я это знаю, – усмехнулся любвеобильный Император. – Можешь больше не утруждать себя. Я нашел тебе идеальную невесту. Ты не только обретешь красавицу-жену, но и поможешь Империи упрочить государственные связи.

Рональд едва не подавился сыром:

– Ваше Величество, но я пока не собирался…

– И не благодари, – широко улыбнулся Император, допивая вино. – Знал, что ты оценишь мою заботу.

Глава 21

О, боги! Император искренне верит, что осчастливил Рональда подобным известием? Бриану хотелось развернуться и уйти. Даже не уйти – бежать из дворца без оглядки, расправить крылья и унестись прочь в морозное утро. Но такие фокусы с Императором даром не пройдут.

– Бенедикта – принцесса крови, младшая дочь короля Азелии Иллариона Великолепного. И, что большая редкость у принцесс, она редкая красавица. Тебе крупно повезло, – доверительно вещал Император. – Илларион Великолепный души в ней не чает. Бенедикта – его любимая и единственная дочь.

Удивительно, что правитель могущественного государства придумал себе титул, подходящий для фокусника из дешевого балагана – Великолепный. Титул Илларион Неподражаемый или Непревзойденный тоже подошел бы.

Император позвонил в серебряный колокольчик. Лакей внес резную треногу и поставил ее перед Рональдом. Герцог подавил вздох сожаления. Другой слуга важно и торжественно водрузил на треногу портрет, закрытый тонкой тканью.

Император эффектно сдернул драпировку:

– Ну, какова? Хороша, не правда ли? – восхитился правитель. – Само совершенство. Какие пропорции, какие глаза! Глаза трепетной лани! А губы! Это не губы, это лепестки нежной розы!

Девушка на картине была не просто красива, она была прекрасна – белоснежная кожа, алые в меру полные губы, огромные черные глаза, осененные пушистыми ресницами, идеальной формы темные брови, пышные светлые волосы. Ангельский взгляд и мраморная грудь, открытая в пределах приличия.

– Да, красивая, – не стал возражать Рональд.

Он видел много потрясающих женщин, и Бенедикта не произвела на него особого впечатления идеальной внешностью. У мадам Козимиры белошвейки тоже прекрасны как богини.

Рональд подошел к портрету, провел ладонью вдоль полотна картины. Изображение заколебалось, по нему пробежала легкая рябь.

– Уже проверяли, – махнул рукой Император. – Да, грудь художник немного увеличил, и волосы у нее от природы не волнистые, а прямые. Это завивка. Остальное все натуральное. Даже невинность не восстановлена. А это в наши дни большая редкость. Тебе в невесты достается настоящая девственница, насверленный жемчуг, как говорят на востоке. Бриллиант чистой воды, – нахваливал Бенедикту Император как купец нахваливает товар на рынке. – И что большая редкость у природных блондинок – у Бенедикты темные глаза. Это придает пикантности ее облику.

Фон вокруг головы Бенедикты тревожно пульсировал темными разводами.

– Аура плохая, – опустил ладонь Рональд. – Принцесса практикует черную магию.

– Аура нормальная, ну, небольшие черные пятна, и что? – пожал плечами Император. – Каждая женщина немного ведьма. Возможно, принцесса и увлечена оккультизмом. Нынче это модно. Выйдет замуж, у нее появятся другие интересы. Невинная девица не знает, что чувственные удовольствия намного приятнее и интереснее, чем общение с темными силами.

Император на всякий случай накинул на портрет ткань.

– Это не рекомендация, а приказ, – строго посмотрел на Рональда Император. – Нам нужны тесные связи с Азелией. Мой наследник уже обручен, свадьба состоится летом. Другие сыновья – бастарды. Что поделать, если Императрица после старшего сына рожает одних девочек? Я предлагала Иллариону в качестве зятя моего сына от маркизы Камиллы Авелан. Но Бенедикта не желает выходить замуж за побочного ребенка, даже если это сын Императора. В этом она удивительно упряма и недальновидна. Принцесса согласна стать герцогиней, не меньше. Других неженатых герцогов у нас нет. Так что женишься на принцессе. Это приказ, и он не обсуждается. Послужишь на благо Отечества.

– Но, Ваше Величество… – попытался возразить Бриан.

– Вижу, ты не в восторге, – предостерегающе поднял руку Император. – Принцесса прекрасна и достойна тебя. Даже если она тебе не слишком нравится со временем привыкнешь. И, разумеется, можешь завести себе фавориток в любом количестве. Это твое полное право, как герцога. Не заставляй меня гневаться, – вздохнул Император. – Мне не хочется лишать тебя привилегий и ссылать на край света.

Сейчас спорить с Императором не имело смысла. У Бриана так много планов, и нарушать их он не собирался. Значит, придется поторопиться. Жениться даже по приказу Императора Рональд не станет, следовательно, попадет в опалу. Да, не слишком блестящая перспектива…

– Когда прибудет принцесса? – поинтересовался Бриан.

– Вот, совсем другой разговор, – потер руки Император. – Она прибудет после Нового года. Повеселится на череде зимних балов. Бенедикта наслышана о тебе, и ее не пугает твоя вторая сущность.

– Так говорят все девицы, пока меня не увидят, – напомнил Императору Бриан.

– Даже если она сначала и испугается, ей придется смириться. Мы уже пришли к соглашению с Илларионом Великолепным. По этому поводу не волнуйся.

Итак, перед Брианом замаячила реальная проблема. Если Император что-то вбил в голову, его уже не переубедить. Похоже, зря Рональд шутил по поводу фермерства. Отправит его правитель в отдаленное поместье и будет бывший герцог Бриан разводить кроликов и овечек. Но и жениться по приказу Рональд не намерен. Не на того Его Величество напал.

Теперь Рональду надо поторопиться и помочь Ариане с обустройством кофейни.

Сердце неприятно защемило. Если его сошлют, он больше не увидит Ариану. От одной мысли об этом на душе стало холодно и пусто. Путь заберут замок на скале, пусть отберут поместья и лишат титула. Но не надо лишать его обычных человеческих радостей.

Разве Рональд много хочет? Ему нужно всего-то общение с милой девушкой, и чашечка ее волшебного кофе! А может, дело уже и не в кофе… Просто Ариана стала частью его жизни, она как-то незаметно, но уверенно поселилась в душе Рональда.

Глава 22

Перемены редко кого радуют. А уж резкие перемены тем более. Бриан мысленно пожелал Императору убираться куда подальше со своей блестящий идеей укрепить дружественные связи между странами с помощью женитьбы Рональда на иноземной принцессе.

Нет безвыходных положений. Значит, и в данной ситуации можно что-то придумать. Во-первых, Бриан может просто не понравится прекрасной Бенедикте. Он для этого приложит все усилия. Клыки и когти, мощный рык и изрыгание огня, возможно, напугают Бенедикту. Других невест пугало.

Во-вторых… Что будет во-вторых Рональд пока не придумал. Но время еще есть.

А сейчас надо помочь Ариане укрепить свои позиции среди конкурентов. Если Император изгонит Рональда из столицы, то какой смысл быть поставщицей двора опального герцога?

Рональд вернулся в замок, вызвал секретаря и дворецкого, дал распоряжения и занялся текущими делами. Через час в кабинет Рональда постучали:

– Прибыла метресса Матильда Корр по вашему приглашению, – доложил лакей.

– Проси! И пусть подадут чай.

Лакей открыл дверь, в комнату вошла Матильда. Модное дорогое платье метрессы Корр и элегантная шляпка несколько удивили Рональда. Однозначно, дама ни в чем себе не отказывает. А ведь при первой встречи она произвела впечатление экономной и даже прижимистой дамы.

– Добрый день, метресса Корр, – слегка привстал в кресле Рональд. – Рад, что вы откликнулись на мое приглашение.

– Добрый день, милорд, – Матильда присела в почтительном реверансе. – Как же иначе?

Рональд указал ей на кресло, и Матильда церемонно уселась, закинув ногу на ногу. Будь она аристократкой, никогда бы не позволила себе такую фривольность. Все-таки мещанское воспитание Матильды лезло наружу, несмотря на модный костюм.

Горничная подала чай. Матильда улыбнулась светской улыбкой, взяла чашку и оттопырила мизинец. Увы, жеманность никогда не красит женщину. Особенно женщину в возрасте.

– Вы хотели меня видеть, – слегка склонила она голову набок и прищурила глаза. – Всегда рада служить вашей светлости.

– Я хотел поговорить с вами о пекарне. Ваш ныне покойный супруг был поставщиком двора Его Императорского Величества, не так ли?

– Истинная правда.

– Но, как понимаю, после его смерти возникли трудности в управлении пекарней?

– И это правда, – Матильда отпила чай и взяла из вазочки шоколад. – Мне сложно управляться с ней. Мой бедный покойный муж запустил дела, влез в долги… О покойных не говорят плохо, но он был страшным тираном. Пил, проматывал деньги, имел любовниц… – всхлипнула Матильда и достала из бисерной сумочки белоснежный батистовый платок. Поднесла его к глазам, кинула короткий цепкий взгляд на Рональда. – Вы так добры, что помогаете моей старшей дочери с кофейней. Я вам за это бесконечно благодарна, – прочувственно прижала Матильда руки к груди. – Ваша щедрость не имеет границ. Не желаете и мне помочь? – в лоб спросила Матильда. – Мне много не надо, только подновить оборудование, сделать ремонт, поменять паровой котел и поставить новый конвейер в цех.

Поистине, наглость – второе счастье.

– Вы очень прозорливы, метресса Корр, – улыбнулся Рональд. – Я желаю помочь вам. Но не планирую вкладывать деньги в производство. Я хочу выкупить вашу пекарню. Мне нравится место, где она расположена. Возможно, переоборудую ее под отель.

– Как неожиданно, что дворянин вашего уровня интересуется подобными вещами, – искренне удивилась Матильда. – Это приоритет купцов и фабрикантов – строительство, продажа, развитие производства и прочее в таком духе. Расчет и выгода – это несколько приземленно. В этом нет поэзии, возвышенности.

– Осуждаете? – выгнул бровь Ричард.

– Ни в коем случае! – испуганно замахала руками Матильда. – Я не смею осуждать ваши решения, милорд.

– Времена меняются, и мы меняемся вместе с ними. Прогресс идет вперед семимильными шагами. И дворянам стоит следовать за ним, чтобы не отстать от жизни.

– Да, конечно, вы правы. И я понимаю ваше желание нести свет прогресса в темные массы обывателей. Но, видите ли, пекарня дорога мне как память о моем дорогом покойном муже…

– Тиране, пьянице и изменнике? – усмехнулся Рональд.

– Я любила его несмотря ни на что, – снова поднесла к глазам платок Матильда Корр. – Любовь зла, как говорится.

– Да, такое бывает, – согласился Бриан.

– Я не могу отказать вам, милорд. Но я так горячо любила мужа… Это единственная память о нем, – вздохнула Матильда, изобразив на лице бесконечную скорбь об умершем тиране и пропойце. – Мне будет сложно расстаться с пекарней незабвенного Джулиуса. Но если вы так хотите приобрести ее, я готова уступить вам.

– Да, я понимаю. Так сколько вы хотите за разваливающуюся пекарню? – перешел к делу Рональд.

– Милорд, она в отличном состоянии! – воскликнула Матильда. – Всего то надо сделать небольшой ремонт и поставить заплатку на котел. Прекрасное светлое здание, с крепкими стенами и сухим подвалом. Только из уважения к вашей светлости, и запрошу за нее… – Матильда возвела глаза к резному кессонному потолку кабинета, пожевала губами и выдала заоблачную цену.

– Переговоры о сделке я передам управляющему. Цена очевидно завышена, – заметил Рональд. – За такие деньги можно купить сталелитейный завод.

– Ваша светлость так хорошо разбирается в ценах на коммерческую недвижимость? – усмехнулась Матильда.

– Я много в чем разбираюсь, – заверил ее Бриан. Разумеется, перед приходом метрессы Корр он пролистал несколько газет, заглянул в биржевые сводки и составил представление о ценообразовании на недвижимость. – А вот вы, очевидно, не в курсе этого вопроса. Не буду настаивать, и, если вы найдете другого покупателя, буду только рад. В вашем стесненном положении продать пекарню очень разумно.

Лицо Матильды помрачнело. Она тяжело вздохнула:

– Милорд, я не отказываюсь продать вам пекарню. И я готова обсудить цену с управляющим, – заюлила Матильда.

– Прекрасно, – Рональд потянул за шнур, свешивающийся с потолка. – Проводи метрессу Корр в приемную и пригласи туда Харта, – приказал явившемуся слуге.

– Харт? Эдгар Харт? Он же ваш дворецкий? Или я ошибаюсь? Мы виделись с ним в кофейне Арианы. Он привез новую вывеску.

– У вас прекрасная память, метресса Корр, – улыбнулся Рональд. – Я его повысил в должности. Был дворецким, стал управляющим. Очень сообразительный господин.

– Я бы предпочла вести дело с опытным управляющим, а не с лакеем, – надула губы Матильда. – Но раз ваша светлость так решил, я не стану возражать. Однако у меня есть одно условие.

– Какое? – поднял на нее тяжелый взгляд Рональд. Эта дамочка своего не упустит.

– Мне нужны два билета на Зимний бал. Мне, и моей дочери Розалине. Для вас это пустяк, а нам будет очень приятно.

– А для Арианы? – строго посмотрел на нее Рональд.

– Ариана не любит подобных развлечений. Она замкнутая, нелюдимая и предпочитает заниматься своей кофейней.

– Хорошо, два билета на бал я вам предоставлю, – кивнул Рональд. – Если договоримся о сделке, разумеется. Но и у меня будет одно условие, метресса Корр.

Настала пора расставить все точки над «И». И оградить Ариану от корыстных поползновений меркантильной матушки.

– Какое, милорд? – небрежно поинтересовалась Матильда, поднимаясь с кресла.

– Вы больше никогда не станете распускать мерзкие слухи о кофейне вашей старшей дочери и не будете пытаться прибрать кофейню к рукам. И уж тем более больше никогда не попытаетесь уничтожить книгу рецептов своей сестры Софи. Все могло кончится пожаром, и тогда кофейня не досталась бы никому.

– Что вы такое говорите, милорд? – слишком деланно возмутилась метресса Корр. Ее лицо пошло красными пятнами, она заметно нервничала. – Как вам подобное могло прийти в голову? И вообще, это похоже на невинные шалости подростков, или происки конкурентов. Я не имею к этому никакого отношения! Зачем мне это? Нет, я тут совершенно ни при чем!

Матильда слишком бурно протестовала и оправдывалась.

– После инцидента с крысами и пожара, я обратился в полицию, – строго нахмурился Рональд. – И бравые служители порядка быстро нашли исполнителя этих отвратительных шуток. Студент-недоучка, предлагающий услуги черного мага на рынке, указал на вас как на заказчицу преступлений.

– Это клевета! – побледнела Матильда. – Я никогда бы не стала вредить родной дочери. Он все врет!

– Метресса Корр, если вы обещаете, что подобное больше не повториться, я попрошу закрыть дело. Но еще одна подобная выходка с вашей стороны, и вы ответите за все по закону. Сейчас можете переговорить с управляющим и решить все вопросы по продаже пекарни. А я вас более не задерживаю.

Глава 23

Дела в кофейне шли замечательно, посетители прибавлялись с каждым днем, заказы на выпечку росли как на дрожжах. Особенно много заказывал герцог. Ариану даже удивляло, куда он девает столько печений и рогаликов? Эдгар Харт доверительно сообщил Ариане, что его светлость жертвует их в детские приюты и дома престарелых.

– Мне, очевидно, надо поблагодарить его светлость лично, – задумчиво заметила Ариана, упаковывая очередную партию рогаликов для герцога Бриана.

– В этом нет необходимости. Я передаю герцогу вашу благодарность и, поверьте, он ценит ее, – Харт указал на малиновый рулет: – А это для меня, пожалуйста. Хочу угостить свою невесту.

– Конечно, герцог не может встречаться со всеми, кому помогает, – согласилась Ариана, доставая рулет из витрины. – И я не его круга.

– Его светлость совершенно лишен сословных предрассудков, – заверил Ариану Харт. – Возможно, со временем он посетит ваше заведение. Но пока милорд слишком занят. У меня к вам важный разговор по его поручению. Однако сейчас у вас много посетителей, я могу зайти позже.

– Можем поговорить сейчас, – Ариана позвала Филиппа и попросила заменить ее за прилавком.

Ариана провела Харта в столовую, подала чай и печенья.

– Теперь можно и поговорить, – протянула она чашку чая Эдгару. Ариана сгорала от любопытства, что желает герцог?

Может, хочет заказать торт к Новому году? Или какие-то необычные печенья чтобы удивить на праздник своих гостей? Она с радостью выполнит любой заказ герцога. Ведь именно благодаря его покровительству дела в кофейне стремительно пошли в гору.

Жозефина и Джозианна оказались очень расторопными и толковыми помощницами. Ариана собиралась нанять еще двух кондитеров, посудомойку и официанта. Теперь прибыль позволяла ей расширить штат кофейни.

Филипп гордился, что Ариана сделала его своей правой рукой, но и он не мог разорваться и делать сразу несколько дел – и обслуживать посетителей, и убирать посуду, и помогать на кухне.

Новую мебель в зал кофейни Ариана уже заказала, и ее должны были доставить на днях. Еще надо подобрать посуду, обязательно с незабудками, и поменять шторы на окнах, и еще… О, еще много чего надо сделать, чтобы кофейня приобрела достойный вид.

А пока надо узнать, что именно хочет герцог. Ариана машинально откусила печенье и внимательно посмотрела на Эдгара.

– Его светлость очень доволен, как вы управляете кофейней, – Харт отхлебнул чай, и улыбка удовлетворения озарила его лицо: – Какой аромат! Божественно! Мед и яблоко?

– Они самые, – похвала Харта грела Ариане душу.

– Так вот, о деле. Его светлость герцог Бриан купил у вашей матушки пекарню.

– Уверена, матушка рада, что избавилась от обузы, – Ариана не сомневалась – матушка продала пекарню выгодно. Что-что, а деньги она считать умеет. – А что милорд собирается делать с пекарней? Там же все рушится. Он хочет снести здание?

– Нет, разумеется. Это памятник нашей истории. Пекарня более пятисот лет принадлежала семье Корр и было бы непростительной ошибкой снести ее. Его светлость желает возродить производство ореховых кренделей вашего отца.

– Сам, лично? – не поняла Ариана. – Но он же герцог.

– Разумеется, сам он этим заниматься не будет, – рассмеялся Харт наивности девушки. – У него есть для этого управляющие. Его светлость владеет многими предприятиями в Столице и за ее пределами, у него есть и фермы, и винодельни. Это приносит хорошую прибыль.

– Неожиданно для герцога, – призналась девушка. – Я думала, дворяне не интересуются подобными вещами и считают себя выше этого.

– Милорд придерживается иных взглядов и считает, что аристократы просто обязаны вносить свою лепту в развитие прогресса. Его светлость занимается всем, что не даст скучать и что ему интересно. Прошлым летом, например, он совершил экспедицию к заброшенному городу в сердце безводной пустыни и произвел там раскопки.

– Я читала об этом в газете, – вспомнила девушка. – Меня удивило, что герцог интересуется археологией. Но я даже не подумала, что это мой герцог, – Ариана осеклась и замерла на полуслове. – Простите, я не так выразилась. Нет, не мой… Он не может быть моим… Он сам по себе… Я не думала, что это тот же герцог, что помогает мне с кофейней, – протараторила она на одном дыхании и покраснела. – Матушка права, я бываю такой глупой и говорю ерунду… Я ужасно бестактная, сначала говорю, потом думаю… – поникла Ариана.

– Нечего подобного, – успокоил ее Эдгар. – Вы ничего глупого не сказали. Но мы отвлеклись. Итак, герцог хочет, чтобы пекарня работала как при вашем отце. И он даже решил сохранить ее название: «Пекарня Джулиуса Корра». Возможно, со временем изделия пекарни снова будут поставляться ко двору Его Величества.

– Это прекрасная задумка, – кивнула Ариана. – Я переживала, что пекарня в ближайшее время придет в упадок. Было бы жаль, если бы это случилось.

– Его светлость желает, чтобы во главе пекарни встали вы, как дочь Джулиуса Корра.

– Я? – вдохнула Ариана. – Но… Не знаю… Я бы с радостью, но я не уверена…

– Нет, она точно не справится, – из-под дивана вылез Маркус. – Ариана права – это не для нее. Слишком широкий размах. А вот я, так и быть, готов взяться за дело. Из меня получится отличный управляющий пекарней.

– Прости, но кот не может управлять чем-либо, – от смеха Харт едва не уронил из рук чашку.

– Ваши слова обидны, – шерсть на загривке кота поднялась дыбом. – Это дискриминация. Я ничем не отличаюсь от человека – я умный, а это главное. И могу говорить.

– Но у тебя лапки, – напомнила Ариана, пытаясь скрыть улыбку.

– И что? Я же не собираюсь месить тесто. Тем более, что сейчас все это делается автоматически. Управляющий – управляет, следит за процессом, дает указания. Я с этим справлюсь лучше любого другого. Передайте его светлости, господин Харт, что я согласен взвалить на себя эту ношу. Уверен, герцог примет мои слова всерьез, а не с таким ироничным смешком и двусмысленными улыбочками.

– Хорошо, передам, – Харт продолжал улыбаться и почесал кота за ухом.

– И не надо такой фамильярности, – сердито дернул хвостом Маркус. – За ухом меня могут чесать только близкие друзья. А я пока не решил, стоит ли мне с вами, господин Эдгар Харт, быть на короткой ноге. Мою дружбу надо заслужить!

Глава 24

Заманчивое предложение герцога Бриана управлять фамильной пекарней привело Ариану в замешательство. Это такая ответственность! И перед герцогом, и перед работниками пекарни. С одной стороны, пекарня – наследие ее предков. Ариана просто обязана продолжить дело отца. С другой – управлять крупным производством безумно сложно. Одно дело маленькая кофейня, и совсем иное – практически хлебный завод.

Харт уверил Ариану, что у нее есть время подумать над предложением его светлости. Впереди новогодние праздники, балы, развлечения, герцог будет занят. Но Эдгар Харт настоятельно рекомендует Ариане не отказываться. Такая удача выпадает раз в жизни и грех ею не воспользоваться.

От мыслей у Арианы голова шла кругом. В конце концов она решила поступить как поступают большинство девушек и отложила важное решение. Сначала она повеселится на Зимнем балу. А потом… А потом посоветуется с Роном. Вряд ли он разбирается в делах управления пекарнями, но смотрит он на банальные вещи под неожиданным углом и возможно, его мнение подтолкнет Ариану к правильному решению.

Для начала, надо подготовиться к балу в Императорском дворце. Ариана принялась колдовать над своим маскарадным костюмом. Она точно знала, как именно должна выглядеть на Зимнем балу. Но увы, заказывать платье было уже поздно, и пришлось купить то, что подошло по размеру.

Теперь Ариана пришивала по подолу разноцветные шелковые цветы. Ими же она украсит пастушеский посох. На голове у Арианы будет соломенная шляпка, разумеется, с яркими цветами. Пожалуй, незабудки подойдут идеально, они такие милые.

Пышная юбка не доходила до щиколотки, изящные шелковые туфельки с бантами отлично дополняли туалет.

Пальчики Арианы ловко собрали тонкую ткать в драпировку и крупный шелковый мак занял свое место. Девушка окинула работу придирчивым взглядом и осталась довольна – костюм пастушки получился нарядным.

Ариана никогда не бывала на настоящих балах. Несколько раз матушка водила ее и Розалину на танцевальные вечера. Потом стала водить на них одну Розалину – билеты на вечер стоят денег, и в одном платье дважды появляться на танцах дурной тон. Ариана не обижалась и не расстраивалась. Она скучала на вечерах, редко кто приглашал на танец ее или Розалину: молодые люди знали – приданное у дочерей метрессы Корр скоромное и никакие взятые напрокат платья тут не помогут.

Да и кавалеры на таких вечеринках были не слишком обходительные. Молодые люди откровенно разглядывали девушек, приценивались, как на рынке. Конечно, они выбирали будущих жен, но зачем же смотреть на девушку как на скаковую лошадь или головку сыра? Хорошо хоть пальцами в бока не тыкали и в рот не заглядывали, проверить состояние зубов.

Балы в дворянском собрании предназначались только для аристократов, а на Зимний бал хотя и могли попасть все желающие не зависимо от сословия, но входной билет стоил бешеных денег.

И вот теперь Ариана идет на настоящий бал. Как любой девушке, ей всегда безумно хотелось этого. Но она даже не мечтала попасть в Императорский дворец. Если бы не Рон, мечты так и остались бы мечтами.

Танцевать Ариана любила. Она с удовольствием делала это на городских праздниках. Там никто не выбирал невесту и кавалерам было все равно, с кем танцевать. Но и на них Ариана попадала нечасто. Сначала матушка поручила ей следить за домом и вести хозяйство, потом заболела тетя Софи и стало не до танцев.

Последний букет из ромашек и васильков занял свое место на корсаже. Ариана отрезала нитку, повесила платье на вешалку и отступила на пару шагов, любуясь проделанной работой. Ее костюм наверняка понравится Рону. Ариана улыбнулась, подумав о нем.

Интересный у нее появился друг-дракон. Так здорово летать над ночным заснеженным городом, а потом пить горячий кофе, сидя на крыше. Это уже стало их ритуалом.

Вот только Маркус постоянно ворчит и жалуется, что у него мерзнут подушечки лап. А ведь каждый раз сам напрашивается на прогулку.

Изящная ветка незабудок легла на тулью соломенной шляпки. Именно так и должен выглядеть головной убор пастушки. Ариана поправила цветы. Отличный у нее получился маскарадный костюм. Его дополнит маска в форме крыльев мотылька розово-перламутрового цвета.

Интересно посмотреть, как будет выглядеть в костюме пирата Рон? Возможно, выберет образ грозного морского волка, а возможно будет романтичным одноглазым пиратом. Лишь бы не одноногим, а то танцевать не сможет.

Не успела Ариана подумать о нем, как в комнату постучали и заглянула загадочно улыбающаяся Жозефина:

– Метта Ариана, к вам пришли.

– Кто? – впрочем, Ариана уже знала, кто. Она отложила в сторону шляпку и поднялась.

– Рон, который похож на герцога. Не знаю его фамилию.

А ведь и Ариана не знает. Что она вообще знает о нем? Только то, что он дракон-оборотень и состоит на государственной службе. А где живет, что у него за семья? Странно, конечно… Но разве это важно? Но фамилию Рона надо все-таки узнать. Матушка слишком предвзято относится к нему и считает Рона чуть ли не аферистом и мелким жуликом.

Хотя мнение матушки давно перестало интересовать Ариану, но как не крути, других родственников кроме матери и сестры у нее нет. Семья – это важно, даже если отношения с родней натянутые.

Рон сидел в гостиной на диване и смотрел в окно. Вечерело, синие сумерки окутывали город.

Рядом с Роном стояла большая коробка, завязанная шелковой лентой с роскошным бантом. Рон оглянулся на звук шагов Арианы.

– Не отвлекаю от работы? – поднялся он с дивана.

– Нет, сегодня я дала себе отдых, – приветливо улыбнулась ему Ариана. – Весь день занималась нарядом для Зимнего бала.

– Значит, я опоздал, – вздохнул Рон и кивнул на коробку. – Купил тебе костюм. Помню, ты говорила, что собираешься быть пастушкой. Возможно, костюм тебе не понравится, но я выбирал долго.

– Спасибо, но тебе не стоило этого делать. Ты неразумно тратишь деньги, и совершенно не обязан дарить мне подобные вещи, – упрекнула его Ариана. Но любопытство снедало ее и девушке безумно хотелось посмотреть, что за костюм выбрал для нее Рон.

– Я тебе еще ничего не дарил, – напомнил Рон.

– Дарил. Ты всегда приносишь фрукты.

– Это не считается, – губы Рона тронула добрая улыбка. – На днях я получил жалование. Мне его особо тратить не на что, я живу скромно. Вот и подумал, что тебе понравится этот маскарадный костюм.

– Наверняка, его можно вернуть в ателье, – Ариана не могла отвести глаз от нарядной коробки.

– Ты все-таки посмотри, вдруг передумаешь, – продолжал улыбаться Рон.

Шелковая лента соскользнула с коробки, едва руки Арианы коснулись ее. Девушка сняла крышку и замерла от восхищения.

– Ты точно сошел с ума, – только и смогла выдохнуть она.

Это был не маскарадный костюм, а роскошное платье, достойное аристократки. Шелк бледно-желтого цвета благородно поблескивал, цветы розового махрового шиповника на корсаже и юбке невозможно было отличить от живых.

– Ты ухлопал целое состояние, – вздохнула Ариана. – Нет, я не могу принять такой подарок. Это безумно дорого. И у меня костюм получился вполне достойный. Пойдем, покажу, – она взяла Рональда за руку и потащила на второй этаж. – Ты совершенно не умеешь тратить заработанные деньги. А я не имею право поощрять тебя.

Теперь платье, которое украшала Ариана казалось ей более чем скромным. Конечно, в таком наряде можно прийти на городскую вечеринку, но не на Зимний бал в Императорском дворце.

– Красивое платье, – кивнул Рон. – Очень красивое. Ты мастерица на все руки.

– Теперь я вижу – ты прав и для бала оно не подходит, – сокрушенно вздохнула Ариана. – По правде сказать, я на настоящих балах никогда не бывала. А во дворце Императора тем более.

– Не поверишь, догадался, – рассмеялся Рон. – Поэтому и позволил себе купить наряд для тебя. А свое платье ты наденешь, когда мы пойдем гулять по новогодним городским праздникам. Ты же составишь мне компанию?

Ариана молча кивнула и продолжала смотреть на наряд, принесенный Роном.

– Было бы лучше, если бы мы выбирали его вместе, – заметил он. – Но я знал, что ты откажешься.

– Нет, я не могу принять такой дорогой подарок, – настаивала Ариана, с сомнением качая головой.

– После бала подарим его театру, – предложил Рон.

Хорошая мысль! Ариана решила, что не стоит упрямиться. Рон подарил ей наряд от чистого сердца. Так зачем портить настроение и ему, и себе, отказываясь и проявляя глупую гордость?

– Я уверен – шляпка и посох отлично подойдут к платью, что принес я. А маска просто идеальна! – эти слова Рона окончательно убедили Ариану, что подарок необходимо принять.

Глава 25

– А ведь я о тебе ничего не знаю, – Ариана закрыла коробку с нарядом и пытливо посмотрела на Рона.

– А я тебе разве о себе не рассказывал? – удивился он. – Как дракон-оборотень я состою на службе Его Величества.

– И все? – вскинула брови Ариана. Наверное, не стоит пытать Рона. Но он принес ей дорогой подарок, она приняла его. Все это неправильно. Так пусть хотя бы о себе расскажет.

– А что еще? – не меньше ее удивился Рон.

– У тебя кроме имени фамилия есть?

– Есть, – кивнул он в ответ.

– Какая?

– Обыкновенная, – пожал плечами Рон.

– Ты смеешься? – смутные подозрения закрались в душу Арианы.

– Я бастард, брат молодого герцога Бриана по отцу, – опустил голову Рон. – Поэтому мы так похожи.

– И поэтому ты знаком с его дворецким Эдгаром, – понимающе кивнула Ариана. – Мне не стоило задавать тебе таких вопросов, извини.

– Ничего, – отмахнулся Рон. – Мы с братом практически не общаемся, в аристократических семьях не принято поддерживать отношения с незаконнорожденными родственниками. Но герцог Бриан очень благородный, порядочный и вообще, человек редких качеств. Он умный, красивый и одинокий. Как и я.

– Читала в газете в колонке светской хронике, герцог в поисках невесты и намерен жениться в ближайшее время.

– Ничего подобного! – возмутился Рон. – Это Император настаивает, а герцог ищет истинную любовь. И я тоже, – кинул короткий взгляд на Ариану Рон.

– Любовь найти непросто, – согласилась Ариана, машинально завязывая шелковую ленту на коробке с карнавальным платьем. – Редко кому выпадает такое счастье. Как часто повторяет матушка, мой отец женился на ней по большой любви. Но я видела, что он несчастлив в браке. Мой отец был мягким человеком, а у матушки железный характер. Зря говорят, что противоположности притягиваются. Может, и притягиваются, но ничего хорошего из этого не выходит, – задумчиво вздохнула девушка.

– Я хочу пригласить тебя к себе, – неожиданно произнес Рон. – Я у тебя в гостях постоянно, а у меня ты ни разу не была.

– А я? – подал голос Маркус, дремавший на подоконнике между цветочными горшками.

– И тебя я тоже приглашаю, – улыбнулся ему Рон.

– Раз уж вы меня разбудили, я хочу узнать твое мнение, – Маркус тяжело спрыгну с подоконника, потянулся, подрал когти о ковер и запрыгнул на диван. – Твой братец-аристократ предлагает Ариане стать во главе пекарни ее отца, которую его светлость изволит купить. Ариана сомневается в своих силах. И правильно делает, она не справится, однозначно. Я предложил свою кандидатуру. А твой приятель Эдгар и она, – обиженно кивнул на девушку кот, – высмеяли меня и сказали, что у меня лапки, – Маркус вытянул вперед лапу и посмотрел на розовые подушечки. – Глупости, правда? Не все ли равно, лапки у управляющего или ручки?

– Да, я слышал от Эдгара об этом. И соглашусь с ними. С пекарней, Маркус, ты не справишься. А вот в кофейне можешь помочь. Верно? – выразительно посмотрел на Ариану Рон.

– Пожалуй, – не стала возражать она.

– Это будет отличная реклама, – заверил девушку Рон. – Маркус будет сидеть в зале в кресле за столом с табличкой «Управляющий». Солидный и важный, красивый, белый и пушистый. На шею ему можно повесить золотую цепь с герцогским гербом. Я об этом договорюсь. Кот-управляющий кофейней – это ново.

– А если я буду управлять пекарней, мне цепь с гербом не положена? – осторожно спросил Маркус.

– Зачем? Тебя же там будут видеть только сотрудники. И тебе придется весь день бегать по жарким цехам, дегустировать сладкие пироги, приторные печенья.

– Да? Сладкие? Не люблю, – уши кота недовольно дернулись и прижались к затылку. – И жара мне тоже не нравится. Нет, пожалуй, мне это не надо. А вот сидеть в кофейне я согласен. Но только с золотой цепью на шее. Рон, ты когда сможешь решить этот вопрос? Завтра цепь принесешь?

– Постараюсь, – пообещал Рон, поглаживая кота по спине. – Сегодня переговорю с Эдгаром. Думаю, герцогу идея понравится.

– Только не затягивай. Мне уже не терпится приступить к работе.

– Ну что, встанешь во главе пекарни? – Рон перевел взгляд на Ариану.

– Мне и хочется, и страшно. Было бы здорово продолжить фамильное дело. А если я не справлюсь? – испуганно посмотрела на него девушка.

– С кофейней справляешься, а там то же самое, только в большем объеме. Если будут проблемы – Эдгар поможет. Кстати, герцог сделал его своим управляющим. Эдгар очень энергичный и ответственный, ему просто цены нет. Взвесь все за и против и прими правильное решение, чтобы потом не жалеть об упущенных возможностях.

Слова Рона вселили в Ариану уверенность. Пожалуй, она согласится. Надо только убедить саму себя, что все у нее получится.

– После Нового года я сообщу его светлости о своем решении, – Ариану еще терзали остатки сомнений, но она почти решила согласиться на предложение герцога.

– Ну да, герцог может подождать, – важно закивал кот. – Кстати, Рон, ты так и не назвал свою фамилию, – Маркус перевел подозрительный взгляд на Рона. – Как и не сказал, какой магией владеешь.

– Вот пристал, – Рон потрепал кота по холке. – Я владею боевой магией, как и положено дракону, основами бытовой и немного другими видами магии. Устраивает?

– А твоя фамилия? – не отставал Маркус.

Рон поднял глаза к потолку, потом скосил их в окно, посмотрел на огонь в камине.

– Эланд, – не слишком уверенно произнес Рон. – Да, именно, Эланд. Устраивает?

– Надо же, такая же фамилия у бакалейщика, чья лавка напротив, – заметил Маркус, кивнув в окно. – Она как раз на вывеске значится. Вы что, родственники по материнской линии?

– Однофамильцы, – отрезал Рон.

– Отстань от Рона, – потребовала Ариана. – Ты задаешь слишком много пустых вопросов.

– Ну, прости, не хотел обидеть, – поморщился кот.

– Я не обиделся. Надеюсь, больше вопросов у тебя ко мне нет?

– Только один…

– Маркус, прекрати! – взорвалась Ариана. – Ты назойливый и приставучий кот. Не быть тебе управляющим в моей кофейне, если не перестанешь донимать Рона! И не видать тебе золотой цепи с гербом герцога.

– Понял, – вздохнул кот. – Я просто спросить хотел, когда мы к тебе в гости пойдем, Рон? Страшно любопытно посмотреть, как ты живешь.

Глава 26

С жильем неожиданно возникла проблема. Как доложил управляющий недвижимостью герцога, в трех доходных домах свободных квартир не было. Гостиница отпала сразу – слишком роскошные и дорогие номера для рядового оборотня-дракона. Все загородные дома сданы в долгосрочную аренду. Пустовало несколько загородных летних дач. Но на то они и летние, что в них можно жить только летом – стены тонкие, отопления нет.

Снять квартиру быстро тоже не получилось – сдавались или дорогие апартаменты, или полуразвалившиеся халупы. Увы, подобрать хорошее жилье не просто.

– Скажи, друг мой, – обратился к Эдгару Рональд, – дома, как я понимаю, ты ночуешь нечасто?

– Как вам сказать, милорд? – смутился дворецкий. – У моей невесты очень уютный домик, и он ближе к вашему замку. Поверьте, мы планируем пожениться. У меня серьезные намерения в отношении Марты. Мы любим друг друга, просто не хотим спешить.

– Меня не интересуют ваши отношения, – заверил Эдгара Рональд. – Мне нужно жилье. Срочно. Могу я воспользоваться твоим домом? Я обещал Ариане и Маркусу, что приглашу их в гости. Сам понимаешь, не в замок же мне их приводить? Я и так уже изрядно запутался в своем вранье, если честно, – сокрушенно вздохнул Бриан. – И чем дальше, тем сложнее запомнить все, что я говорил Ариане. Да еще и Маркус цепляется к каждому моему слову.

– Понимаю, милорд. Мой дом в полном вашем распоряжении, – Эдгар запустил руку в карман брюк и извлек ключи на кольце: – Большой от входной двери, поменьше от подвала, а этот от сарая во дворе, – пояснил он.

– Мне хватит одного, от входной двери, – Рональд отцепил ключ от связки.

– Берите все, ваша светлость, – возразил Эдгар. – В сарае дрова для камина. Дом не топлен несколько дней и там холодно. В подвале провизия – картофель, морковь, квашеная капуста в бочке.

– Я не собираюсь угощать Ариану квашеной капустой, – заверил дворецкого Рональд. – И буду тебе бесконечно признателен, если протопишь дом к нашему приходу. Боюсь, если начну растапливать камин, то спалю весь дом. Дрова я порубить могу, хоть мечем, хоть топором. Могу сложить костер, но камин – не мое. Когда я смотрю, как ты с ним возишься, разводя огонь, то теряю терпение. Мне хочется натолкать в камин побольше дров, и дыхнуть пламенем, чтобы сразу занялось. А это чревато последствиями.

На лице дворецкого отразилось беспокойство, он торопливо закивал:

– Да, милорд, лучше я самолично протоплю дом к вашему приходу. Мой дом мне дорог, и я не хотел бы, чтобы он превратился в груду головешек от перекала каминной трубы.

– Я знал, что ты всегда меня выручишь, – похлопал по плечу дворецкого Рональд. – Что бы я без тебя делал?

– Ума не приложу, милорд, – склонил голову Харт. – Когда изволите посетить мое скромное жилище?

– Послезавтра.

– К вашему приходу дом будет в полном порядке, – пообещал дворецкий. – Сегодня же начну генеральную уборку.

– В ней есть необходимость? – удивился Рональд. Он всегда восхищался педантичностью и аккуратностью Эдгара.

– Жилище холостяка, увы, носит налет небрежности и некоторого беспорядка, милорд. Но, уверяю вас, послезавтра дом будет в идеальном состоянии.

В назначенный день, едва часы на ратуше пробили полдень Рон распахнул дверь кофейни. За стойкой трудился Филипп. Жозефина и Джозианна обслуживали посетителей.

Ариана вышла с кухни. Через отрывшуюся дверь Рональд увидел, что на кухне трудится недавно нанятый повар, а посудомойка вытирает свежевымытые тарелки и чашки.

– Я готова, – Ариана взяла с вешалки пальто.

– Я тоже, – Маркус спрыгнул с кресла, поправил на груди цепь с гербом. – Управляющий имеет право на обеденный перерыв. Филипп, остаешься за меня, – приказал Маркус.

– Не зазнавайся, управляющий, – осадила кота Ариана и строго погрозила ему пальцем. – Будешь важничать, отдам должность другому.

– Кому? – испугался кот.

– Да хоть Филиппу.

– Понял, приму к сведению, – безропотно кивнул Маркус и послушно засеменил рядом с хозяйкой.

Дом Харта Рональд нашел сразу – недалеко от центра, одноэтажный с мансардой под черепичной крышей. С входным замком немного пришлось повозиться – он заедал и не желал открываться.

– Смазать надо, – заметил Маркус.

– Руки никак не доходят, – замок, наконец, сдался под натиском Бриана, сердито щелкун и пропустил визитеров в теплое помещение.

В камине весело потрескивали дрова, стол под белоснежной скатертью был накрыт по всем правилам сервировки и его центр украшал букет роз в хрустальной вазе. Эдгар молодец, продумал все до мелочей и даже не забыл поручение Бриана купить цветы.

В серванте стояли ваза с фруктами, баночка с паштетом из гусиной печени, тарелка с ветчиной и двумя сортами сыра. В небольшой плоской плетеной корзине под льняной салфеткой нарезанный хлеб, в заварочном чайнике свежий, еще теплый чай.

Ариана поставила на столешницу серванта коробочку с рогаликами и ореховым печеньем.

– Ты все приготовил заранее, – заметила Ариана. – Это так мило с твоей стороны.

– Да, решил, не стоит тратить время – ты так занята в кофейне.

– А чего вечером не пригласил? – кот уселся на высокий стул у стола, предназначавшийся ему. – Могли бы никуда не спешить.

– Ариане удобнее в обед, – Рональд и сам был бы рад принять гостей вечером. Но Ариана выбрала обеденное время.

– Ну, хозяйке виднее, – не стал возражать кот. – Хорошо, что подушку положил на стул, так мне удобнее. Я вообще люблю сидеть на мягком. И лежать тоже, – Маркус обвел зелеными глазами помещение. – У тебя уютно. И занавески новые.

На них Рональд вообще не обратил внимания. Он пытался понять, как подогреть медный чайник. У него в замке для этого были чугунные печи с конфорками, на которых Эдгар варил кофе и глинтвейн или кипятил чайник.

– Давай, я займусь чаем, – продолжила Ариана, забирая чайник у Рональда. – Кухня где?

– Там, – кивнул в неопределенном направлении Рональд, припоминая, что ему говорил о планировке дома Харт.

Надо было бы предварительно побывать в доме Эдгара, посмотреть, что и где расположено. Но у Рональда не хватило на это времени, а зря. Бриан напряг память.

Кухня точно на первом этаже. На втором две спальни и душевая. А на первом столовая, где они сейчас находятся, кухня и гостиная. Из двух дверей одна точно приведет Ариану в кухню.

Бриан вручил блестящий пузатый чайник девушке и принялся переставлять угощения из буфета на стол.

– Ты зря смущаешься, – заметил Маркус, проводив Ариану взглядом. – Ей все нравится, уверяю тебя. У тебя и правда очень мило. Видно, что ты готовился к нашей встрече – про занавески я уже сказал. Еще хорошо, что цветов на окна понаставил. Только их лучше пересадить, а таких маленьких горшках они долго не протянут. Ариана тебе поможет, если попросишь. И картины глаз радуют – пейзажи, овечки, речки. Ты романтик, как я погляжу. Так что не дергайся, не волнуйся и успокойся. Скажу по секрету, Ариане ты нравишься.

– Она тебе это сказала? – Рональд не думал, что от радости может так бешено биться сердце.

– Нет, конечно. Но это видно невооруженным глазом. Мне ты тоже нравишься. Хотя и ведешь себя порой странно, но ты добрый малый. А это главное. Не думал, что драконы могут быть такими…

– Какими? – осторожно спросил Бриан и от непонятного волнения сжал в руке вазу с фруктами так, что побелели костяшки пальцев.

– Сентиментальными, – хмыкнул Маркус и побарабанил когтями по столу. – Это несколько неожиданно. И интригующе.

Глава 27

За очень короткий срок на Ариану обрушилась масса событий. Она познакомилась с Роном, он помог ей с присвоением кофейне высокого статуса. Посетителей заметно прибавилось и, как следствие, прибавилось работы, потребовалось нанимать помощников. Прекрасно и удивительно удачно все сложилось!

Потом так же неожиданно Ариане предложили возглавить пекарню ее отца. Хотя сомнения и мучили девушку, она уже решила – отказываться нельзя. Но какую ношу она взваливает на себя, какую ответственность будет нести! От всего этого просто голова шла кругом.

К счастью, Рон еще и пригласил ее на настоящий бал. Так что можно немного отдохнуть от суеты и от души повеселиться. А уж потом засучить рукава и с головой окунуться в работу.

Готовится к балу Ариана начала за несколько дней – внимательно рассмотрела платье, проверила, надежно ли пришиты цветы, погладила оборки, повесила его на вешалку и накинула на всякий случай сверху простыню, чтобы ни одна пылинка не упала на прекрасный наряд. Добавила на шляпку ржаные колосья, а на посох цветов махрового шиповника.

Достала из шкатулки подарок тетушки Софи – тонкую золотую цепочку с грушевидной жемчужиной. Это было единственное фамильное украшение Арианы. Матушка как-то пообещала передать ей бабушкино колечко, но потом передумала или забыла. Ариана не стала напоминать – право матушки решать, кому из дочерей что давать из семейных украшений.

Накануне бала Ариана с большим запасом напекла рогаликов и печений по рецепту тетушки Софи. Перед праздниками их раскупали с молниеносной быстротой. С помощью магии выпечка Арианы долго сохранит свежесть. А обычными пирожными пусть занимается недавно принятый в кофейню кондитер. Его работой Ариана была очень довольна. А он был доволен жалованием.

Дела шли на лад и это радовало. Новый год обещал принести много перемен и много забот. Но это же прекрасно! Лучше, чем сидеть сложа руки и скучать, ожидая чуда. Чудеса приходят к тем, кто не боится трудностей и не боится работать.

Ариана в очередной раз примерила шляпку, поправила два колоска, расправила лепестки шиповника. Пастушка из нее получится очаровательная! Наверняка, Рон оценит.

Удивительный он дракон-оборотень. Взял, и подарил Ариане роскошное платье. Ариана улыбнулась, подумав о Роне. Чем она может отблагодарить его? Только своей выпечкой и кофе. Хорошо, что Рон любит сладкое. Для драконов это не характерно. Насколько Ариане известно, они предпочитают жаркое и темное пиво.

В день бала Ариана попросила Филиппа последить за порядком в кофейне, дала указания Маркусу не слишком задаваться и важничать и с чистой совестью начала наряжаться к празднику.

Ариана вертелась перед зеркалом как заправская кокетка. Она не могла налюбоваться на свой наряд. У нее в жизни не было подобного роскошного платья. Девушка покружилась по комнате, представляя, как танцует с Роном вальс. Ах, это будет прекрасно!

Сумерки только начали спускаться на город. Заснеженные крыши домов еще освещало заходящее солнце, а перед дверью кофейни уже стояла нанятая Роном карета, поблескивающая лаковой полировкой, с золотым номером на дверце и важным кучером на козлах. Пара гнедых с шорами на глазах нетерпеливо грызли удила и били копытами.

Рон в треуголке, с кривой саблей на боку и в черной шелковой полумаске стоял у кареты, скрестив руки на груди и смотрел, как Арианы выходит из кофейни. Она важно подала ему руку в перчатке, рассмеялась:

– Я чувствую себя настоящей принцессой.

Рон поцеловал ей руку:

– Бесконечно рад видеть ваше высочество, – шутливо произнес он, помогая Ариане подняться по откидным ступеням экипажа.

Внутри кареты было тепло и уютно, как в маленьком доме. Хотелось свернуться калачиком на удобном диване, облокотиться на бархатную подушку, накинуть на ноги пушистый плед… Беседовать с Роном, смотреть в окно и прогнать прочь все заботы. Впрочем, заботы как-то сами собой улетучились без следа, едва девушка расположилась в карете. Ариана расправила складки на платье, поправила шляпку и поставила пастуший посох в уголок.

– Знаешь, а я никогда не ездила в карете, – призналась Ариана, отодвигая шелковую занавеску на окне.

Звонко щелкнул кнут, карета слегка качнулась и мягко покатила по мостовой. Мерно и неспешно цокали подковы лошадей. Ариана погладила бархатную обивку сидения:

– Тут так уютно. Здорово путешествовать с таким комфортом. Ехать куда-нибудь далеко-далеко… – Ариана смотрела в окно на проплывающие мимо дома. Из окна кареты знакомые здания выглядели непривычно, совсем иначе.

– Я предпочитаю летать, – признался Рон. – Или ездить верхом, карета для меня слишком медленный способ передвижения. Но я обещаю, мы выберем время и совершим длительную прогулку по городу в такой же карете. Будем кататься целый день.

– Ты невозможен, – Ариана перевела укоризненный взгляд на Рона и не смогла сдержать довольную улыбку. – Ты бесцельно тратишь деньги на мои удовольствия. Но это… Мне это нравится, хотя и очень стыдно, что я пользуюсь твоей добротой и щедростью.

– Не говори ерунды, у меня приличное жалование и я могу позволить себе небольшие траты, – Рон взял пышную белую розу, лежащую на диване, и подал Ариане. – Если хочешь, можешь приколоть к платью.

– Спасибо, – Ариана поднесла цветок к лицу. Его сладкий аромат щекотал ноздри и волновал Ариану. Она попыталась приколоть розу к корсажу, но у нее не получилось.

– Позволь, я помогу, – Рон взял цветок из рук девушки и ловко прикрепил его к краю декольте. Пальцы Рона едва коснулись кожи Арианы, но она вздрогнула.

– Уколол? – тревожно спросил Рон.

– Нет, – потупилась Ариана и почувствовала, как краснеет. К счастью, в карете царил полумрак и Рон, однозначно, не мог этого заметить.

Легкое прикосновение Рона вызвало в ней бурю эмоций. Девушка не понимала, что с ней происходит. Но это было что-то незнакомое и бесконечно прекрасное.

Глава 28

Лакеи в расшитых золотом ливреях распахнули резные двери Императорского дворца перед Арианой и Роном. Девушка переступила порог и окунулась в волшебный мир роскоши и изысканной красоты.

Мраморные колонны дворцового холла уходили ввысь, их золотые капители терялись в полумраке сводов, расписанных звездами и облаками. Хрустальная люстра, походившая на огромный сверкающий кусок льда, казалось, парила в воздухе. Через арочные окна виднелся заснеженный парк с ровными рядами деревьев, припрошенных снегом. Аккуратно подметенные дорожки, уходящие вглубь парка, освещали фонари в форме прихотливо изогнутых цветов.

От восторга и удивления у Арианы перехватило дыхание. На стенах холла резвились игривые нимфы, порхали нежные эльфы, охотились на чудовищ полуобнаженные мужественные боги. Фрески украшала богатая позолоченная лепнина. Мозаичный мраморный пол отражал свет гигантской люстры и многочисленных настенных светильников.

По широкой лестнице с беломраморными балясинами поднималась нарядная толпа. Гости щеголяли причудливыми костюмами. На мужчинах было не меньше бриллиантов, чем на их дамах. Острые холодные лучи благородных камней сверкали подобно звездам в морозную ночь.

Рон протянул Ариане руку:

– Пойдем, прекрасная пастушка.

Она перевела на него восхищенный взгляд:

– В жизни не видела такой красоты!

Ариана положила ладонь на ладонь Рона как настоящая принцесса.

– Погоди, в бальном зале будет еще краше, – заверил он ее.

– Ты часто бываешь в дворце?

– Приходится порой… – он не спеша повел ее по лестнице.

Аромат модных духов витал в воздухе. Они словно соперничали друг с другом в изысканности и утонченности. Ариана не чувствовала себя чужой среди разряженной толпы. Поистине, маска творит чудеса. Никто не знает, кто прячется за ней – граф или портной, маркиза или белошвейка.

Важный церемониймейстер при входе в зал посмотрел пригласительные билеты Рона и Арианы, приветливо улыбнулся и склонился в легком поклоне:

– От имени Его Величества приветствую вас на Зимнем балу. Предавайтесь веселью и оставьте за порогом грусть и скуку.

Бальный зал поразил Ариану размерами. В нем могла бы уместиться пекарня ее отца вместе с высокими цеховыми трубами и даже с прилегающим земельным участком. Волшебная музыка лилась откуда-то сверху, чаруя и наполняя душу радостью.

Между гостями сновали лакеи, разнося напитки и угощения. Рон остановил одного из них и взял две вазочки с мороженым.

– Попробуй, лучшее мороженое в Империи, – протянул он вазочку Ариане. – Пойдем, я покажу тебе дворец. Разумеется, не все залы открыты для доступа на время бала, но кое-что ты увидишь. Во дворце прекрасное собрание мраморных скульптур и живописных полотен старинных мастеров. А какая оранжерея! Ей нет равных во всем мире.

Они шли по бесконечной анфиладе комнат, ноги Арианы утопали в пушистой ковровой дорожке. Один роскошный зал сменял другой, их убранства не повторялись, как не повторялись и цвета стен и декора мебели – алая гостиная, зеленый каминный зал, голубая столовая…

В музыкальной гостиной, выполненной в лиловых тонах, играл струнный квартет. Гости расположились на удобных диванах, наслаждались виртуозной игрой музыкантов.

– Можно немного послушать? – взглянула на Рона Ариана.

– Конечно, – он забрал у нее пустую вазочку из-под мороженого и передал лакею. – Ты на балу и можешь делать все, что тебе нравится. Кстати, хорошую музыку я тоже люблю, – Рон подвел Ариану к большому глубокому креслу, подозвал лакея: – шампанского, пожалуйста.

Ариана верила и не верила происходящему. Она наслаждалась прекрасной музыкой, веселые пузырьки холодного шампанского щекотали небо. Нет, она точно спит и видит сказочный сон!

Потом Рон повел ее в оранжерею. Цвели экзотические растения в огромных фарфоровых кадках, в клетках щебетали птицы, по мраморному полу гуляла пара прекрасных павлинов, журчал небольшой фонтан. Через прозрачный стеклянный купол в оранжерею заглядывала любопытная луна, ярко сверкали звезды – сегодня ночь выдалась морозной.

В оранжерее гостей было немного. Ариана подошла к окну, из которого открывался вид на небольшое озеро, покрытое гладким льдом, отражающим темное ночное небо.

– Там холод, а тут лето, – повернулась она к Рону. – Императорский дворец прекрасен и удивителен! Смешались зима и лето, за окном сугробы, а здесь цветут цветы. Только бабочек не хватает.

– Пожалуйста, вот тебе бабочки, – Рон начертил в воздухе магический символ, прочитал короткое заклинание и вокруг Ариана запорхали яркие бабочки.

– Какой чудо! – восторженно выдохнула она. Одна бабочка села на плечо девушки, другая опустилась на ее открытую ладонь. – Ты удивительный дракон, – Ариана любовалась бабочками.

– Мне тоже нравятся бабочки, – признался Рон.

– Не думала, что драконы такие…

– Сентиментальные, – Рон закончил ее фразу и рассмеялся.

– Да, именно. Я не сразу смогла подобрать слово.

– Мне уже обе этом говорил Маркус. Очевидно, я и правда, сентиментальный дракон.

Бабочки растаяли в воздухе, осыпав Ариану перламутровой пылью.

– Пойдем, скоро Император откроет бал, – Рон посмотрел на часы над входом в оранжерею.

Они вернулись в зал. Неожиданно среди гостей Ариана увидела Розалину. Сестра была без маски, что разрешалось. Маски для желающих, а кто не хочет, может не надевать.

Розалина выбрала костюм лесной нимфы. Прекрасное платье из зеленой парчи расшито шелковыми лесными цветами. Венок из белых лилий венчал изящную головку Розалины. Сестра была очень красива и привлекательно. Ариана заметила, с каким интересом смотрят на сестру мужчины.

Розалину сопровождала матушка, одетая царицей ночи – черное платье с серебряными звездами и черная маска с луной. Матушка все-таки смогла вывести младшую дочь в свет. Возможно, Розалине удастся познакомиться на балу с достойным молодым человеком и исполнить свою заветную мечту – выйти замуж не просто удачно, а за потомственного дворянина.

Все что не делается – к лучшему. Матушка продала пекарню, которая была для нее обузой. Теперь она с Розалиной достаточно обеспечены. Ариана станет управлять пекарней отца и продолжит фамильное дело. Вот все потихоньку и встает на свои места.

Глава 29

Зазвучали фанфары, в зал двумя шеренгами вошли гвардейцы. Возглавлял их глашатай. Он подошел к подножию трона, развернул императорское знамя и возгласил:

– Дорогу Его Императорскому Величеству Вильгельму Августу Александру Евгению Карлу Людвигу, великому правителю и отцу Отечества нашего, мудрому и великодушному, покорителю и собирателю земель, покровителю искусств и науки, праведному и… – титул Императора глашатай провозглашал долго. Наконец замолчал.

Гвардейцы оттеснили гостей, образуя живой коридор, ведущий к трону. Снова зазвучали фанфары, распахнулись двери, и в зал, в сопровождении многочисленной свиты, вошел Император с Императрицей. За ними следовали прекрасные дамы, очевидно, фрейлины Ее Величества. Или фаворитки Его Величества?

Гости склонились в поклонах, дамы присели в низких реверансах, почти распластавшись на полу. Амелия порадовалась, что стоит не в первых рядах гостей. Такой реверанс у нее не получился бы.

Алую мантию Императора, подбитую мехом горностая, несли четыре пажа. Расшитый золотыми розами шлейф Императрицы благоговейно поддерживала юная фрейлина.

Император поднялся на возвышение и встал у золоченого трона. Рядом с ним встала Императрица. На ступень ниже расположилась яркая блондинка в серебряной парчовом платье и с роскошной бриллиантовой диадемой на голове, по обилию драгоценных камней соперничающей с короной на голове Ее Величества.

Грянул гимн, мужчины вытянулись по струнке, дамы склонили головы. Гремели литавры, гудели медные трубы, глухо рокотали барабаны.

Бравая музыка смолкла, последний звонкий удар медных тарелок долго вибрировал над залом, но вот и он затих. Наступившую торжественную тишину нарушил Император. Он обвел присутствующих взглядом выразительных карих глаз и произнес:

– Рад приветствовать вас на Зимнем балу! В этом году благотворительный бал собрал рекордную сумму. Ваша щедрость порадовала мою душу. Все собранные деньги поступят на реконструкцию крыши Главного Собора, организации бесплатной школы для детей из малообеспеченных семей, строительства приюта для обездоленных и очистку малых рек Империи для развития судоходства. Моя любимая супруга, Ее Величество Императрица Изабелла Остингтонская берется за патронаж школы, – Императрица одарила присутствующих царственной улыбкой. – Наша дорогая Аделина, баронесса Хавари, согласна наблюдать за строительством приюта для обездоленных, – Аделина улыбнулась не менее царственной улыбкой. Императрица бросила на нее недовольный взгляд и снова заулыбалась гостям. – Наши не менее дорогие Джеральдина и Маргарита согласились наблюдать за ремонтом крыши Собора, – судя по отсутствию титулов, Джеральдина и Маргарита не были дворянками, но, возможно, у них все впереди.

Джеральдина и Маргарита стояли у подножия трона и походили на двух сестер – похожие платья, похожие прически. Девицы заулыбались, помахали руками гостям, оглянулись и послали воздушные поцелуи Императору. Тот расплылся в улыбке и ответил им тем же. Императрица и баронесса одновременно нахмурились.

Любвеобильный Император окружил себя прекрасными дамами и наслаждался их обществом, не скрывая этого. Лицемерие не присуще мудрому правителю.

Император закончил речь и опустился на трон. Его супруга села рядом, положила руку на ладонь мужа. Тот благосклонно улыбнулся ей в ответ. И тут же послал воздушный поцелуй севшим на нижнюю ступень возвышения Джеральдине и Маргарите, которые глаз не сводили с Императора, хихикали и оживленно что-то обсуждали.

Баронессе Аделине Хавари принесли низенький табурет, и она разместилась у ног Его Величества.

– Да начнется веселье! – царственно взмахнул рукой Император.

Гвардейцы удалились, гости сомкнули ряды и живой коридор исчез в пестрой толпе. Лакеи снова разносили напитки и десерты, гости наслаждались вином и закусками.

Рон оглядел зал, саркастически усмехнулся.

– Ты чего? – удивилась Ариана.

– Наблюдаю, как некоторые девицы из высшего общества пытаются найти свою жертву.

– Ничего не поняла, – пожала плечами Ариана.

– Потом объясню. Ты заметила, что большинство девиц на выданье без масок?

– Да, – кивнула Ариана. – Как понимаю, Зимний бал дает шанс найти жениха. Так зачем им скрывать свои лица?

– Ты права, – согласился Рон. – Товар надо показать лицом.

– Зря ты осуждаешь их, – заметила Ариана. – Каждый пробивается в жизни как умеет.

– И с этим не поспоришь. Ты очень снисходительна к людским слабостям.

– Потому что надеюсь на взаимность, – рассмеялась Ариана. – Только вряд ли это сработает.

Рон взял у проходившего мимо лакея десерт с малиной под взбитыми сливками, протянул девушке:

– Первый вальс мой, надеюсь?

– Конечно, – она облизнула серебряную ложечку. – Вкусно, надо будет попробовать сделать что-то подобное в кофейне. Я бы добавила еще тертых миндальных орехов и одной прослойкой пустила желе из красного вина.

– Можно, я буду первым дегустатором? – поинтересовался Рон, склоняясь к уху девушки и обжигая его жарким дыханием. Дыхание Рона так приятно волновало, что девушка невольно замерла. Мурашки пробежали по ее рукам и спине, и замерли на затылке. Ариана немного смутилась и поспешила перевести разговор на другую тему:

– Конечно, ты попробуешь десерт первым. Представляешь, я встретила свою сестру Розалину и матушку. Они все-таки смогли попасть на бал. Матушка уже три года мечтала привести сюда Розалину.

– Ты предпочла пойти со мной, а не с ними? – удивился Рон, вскинув брови.

– Сам знаешь, билеты безумно дорогие. Матушка смогла позволить себе купить их только после продажи пекарни. Думаю, даже два билета сильно подрезали бюджет.

– И это повод не брать тебя с собой? – не отставал Рон.

– Ладно, ты наверняка и сам все понял, когда познакомился с моей матушкой. Я никогда не была ее любимицей.

– Зря я завел разговор об этом, – смутился Рон, – прости, не хотел тебя расстраивать.

– Я не расстроилась. Я давно с этим смирилась. В семье часто бываю любимые и нелюбимые дети. Меня все устраивает, я живу как хочу и по своим правилам. А это самое главное, верно?

Глава 30

Распорядитель бала вышел на середину зала, ударил жезлом в пол:

– По давней традиции Зимний бал открывает вальс!

Император эффектным жестом расстегнул застежку на мантии, небрежно скинул ее с плеч, поднялся с трона, подал руку Императрице. Та подобрала шлейф, приняла руку мужа, и венценосная пара величественно спустилась с помоста.

Император закружил супругу в вихре вальса. Пара танцевала изумительно, легко скользя по янтарному паркету. Скоро к ним присоединились придворные, потом и остальные гости.

– Позвольте пригласить вас на танец, – шутливо поклонился Ариане Рон, прикоснувшись пальцами к пиратской треуголке.

– Позволяю, – в тон ему ответила девушка, приседая в реверансе.

Ладонь Рона легла не ее талию, и она почувствовала тепло его руки. Рон танцевал великолепно, вел уверенно, словно всю жизнь занимался танцами.

– Ты точно дракон? – поинтересовалась Ариана, всеми силами стараясь не наступить на ногу партнеру. Она считала, что хорошо танцует, но, как оказалось, это у нее получалось хорошо только на городских праздниках. – Ты танцуешь как бог! Или как прирожденный аристократ. Я боюсь оттоптать тебе ноги.

– Не бойся, я умею уворачиваться, – заверил ее Рон. – Ты тоже хорошо танцуешь.

– Не надо врать, – рассмеялась Ариана. – Мне до тебя далеко. Я неуклюжая и не попадаю в такт.

– Все просто – следуй за мной и не пытайся вести в танце. Тогда все получится. Доверься мне и слушай мои желания.

– Твои желания? – Ариана в очередной раз едва не наступила на ногу Рона.

– Да, именно. Поверь, они у меня совершенно невинные.

– Это ты о чем? – усмехнулась Ариана.

– О танце, разумеется. Только о танце, – взгляд Рона был невинен как взгляд младенца.

Ариана последовала советам Рона и танцевать ей стало намного проще. Рон кружил ее в вальсе и у девушки дух захватывало от быстрых поворотов и неожиданных па. Все и правда просто, если следовать за партнером и доверять ему.

Оказывается, Ариана совсем не умеет танцевать. Как и кавалеры на городских праздниках. Зато теперь она поняла душу вальса и танец стал понятен и прост в исполнении.

За вальсом последовал менуэт, потом мазурка и снова вальс. Танцевать с Роном было легко и приятно.

– Все, надо немного отдохнуть, – заявила девушка, переводя дыхание после очередного танца.

– Хочешь шампанского? Или мороженое? – предложил Рон.

– Мороженое, – выдохнула Ариана, без сил опускаясь в широкое кресло у окна.

За ним открывала дивный пейзаж. Ночной парк освещали фонари. Снег искрился под их теплым золотистым светом. Длинные тени от деревьев лежали на голубых сугробах. Извилистые тропинки терялись в загадочной темноте.

Рон отправился в буфет.

Ариана поправила складки платья, провела ладонью по прохладному шелку. Какой сегодня замечательный вечер. И продолжение обещает быть не менее замечательным!

Мимо под руку с молодым человеком, наряженным арлекином, прошла Розалина. Яркий костюм арлекина украшали драгоценные золотые пуговицы, пышное страусовое перо к широкополой шляпе прикреплено булавкой с крупным изумрудом. Спутник Розалины точно не из бедных! Хорошо, если сестра нашла то, что искала и после бала последует продолжение знакомства со свадебными колоколами в финале.

Кавалер склонился к уху Розалины и что-то говорил, судя по ее довольной улыбке – комплименты. Ариана обвела взглядом зал. Матушка сидела у противоположной стены, обмахиваясь кружевным черным веером и зорко наблюдая за Розалиной и ее спутником.

Возможно, если Розалина удачно выйдет замуж матушка начнет относиться к Ариане иначе, будет больше интересоваться ее жизнью, и просто станет сердечнее и добрее. Хотя вряд ли.

Да и надо ли теперь это Ариане? Она нуждалась в материнской заботе и ласке, когда была ребенком и подростком. Запоздалое проявление материнской любви будет тяготить ее. Ариана отвернулась к окну.

Ни обиды на семью, ни досады на равнодушие матери не было в ее душе. Наверное потому, что семьи у нее как таковой не было. Семьей была тетушка Софи, а после ее ухода Ариана осталась одна. Не сирота, но предоставлена самой себе. Возможно, это и к лучшему.

Философские размышления Арианы неожиданно прервали. Тяжелая рука легла на ее обнаженное плечо, крепко сжала.

Ариана резко оглянулась. Рядом с ней стоял мужчина в костюме древнего воина. Серебряный нагрудник украшала тонкая насечка, синий бархатный плащ спускался с плеч. Роскошный шлем с гребнем из ярких перьев покоился на пышной кудрявой шевелюре темных волос. Мужчина был без маски и на вид ему можно было дать лет сорок или чуть меньше.

– Приглашаю на танец, – он убрал руку с плеча девушки и слегка поклонился.

– Благодарю, но я не танцую, – отказалась она.

– Пойдемте, я не принимаю отказов, – мужчина был слегка навеселе.

– Я не танцую, – повторила Ариана, поднимаясь с кресла. Надо же, и на императорском балу попадаются пьяные!

– Я же вижу, ты не дворянка, – рассмеялся кавалер и в его интонации Ариана уловила мерзкие нотки похотливости. – Украшений на тебе кот наплакал, танцуешь так себе. Но ты мне приглянулась. Пойдем, потанцуем для начала. Я знаю пару уютных местечек во дворце, где нам никто не помешает познакомиться поближе. Это же маскарад, тут можно все.

– Поищи себе другое развлечение, – ткнула его в грудь посохом Ариана. – Ты, судя по манерам, тоже не дворянин. Так что топай отсюда!

– А тебе значит, аристократа подавай? – не отставал подвыпивший кавалер.

– Я не одна, у меня есть спутник, оставьте меня в покое, – Ариане не хотелось скандала на балу. Но как отвязаться от навязчивого кавалера? Скорее бы вернулся Рон!

– Не строй из себя недотрогу! Порядочные девицы приходят на бал с родителями, а приличные женщины – с мужьями. Твой кавалер точно тебе не муж, и уж тем более не папаша, – неприлично громко заржал мужчина.

– Девушка дала понять, что не желает общаться с вами, – Рон протянул Ариане обе вазочки с мороженым и встал перед навязчивым кавалером, оттесняя его от девушки.

– Хочешь дуэли из-за своей бабы? – усмехнулся мужчина.

– Не с тобой, – хмыкнул Рон. – Ты не дворянин, как заметила девушка.

– Так и ты тоже, – оскалился в ответ подвыпивший кавалер. – Так что давай, выйдем и поговорим как мужчина с мужчиной. Или боишься?

– Чего мне бояться? Пойдем, поговорим.

– Не надо, – взмолилась Ариана. – Будет скандал, не надо, пожалуйста.

– Послушаешь ее? – презрительно спросил мужчина, кивнув на Ариану.

Рон повернулся к Ариане:

– Я быстро. Только провожу господина до дверей дворца. Ему пора домой. Не стоило тебе сколько пить, человек хороший.

– Что, позовешь лакеев чтобы меня выставили? Сам не можешь постоять за свою подругу?

– Могу. Но пьяных не бью. Не бойся, скандала не будет, – пообещал он Ариане. – Ешь пока мороженое, я скоро вернусь, – он крепко взял кавалера по руку и поволок к выходу.

Ариане не понравилось, что мужчина как-то быстро согласился проследовать за Роном. Она поставила вазочки на подоконник и поспешила за ними.

Глава 31

Рон и подвыпивший кавалер затерялись в толпе. Ариана выбежала в холл, но там только дремали слуги, ожидая своих господ. Девушка ввернулась в зал, пробежала по анфиладе комнат. И здесь никого не видно. Куда они могли деться? Она судорожно огляделась, пытаясь понять, куда могли пойти Рон и наглый кавалер.

– Тут не проходили два мужчины? – взволнованно спросила она у лакея, стоящего у двери. – Одни одет пиратом, второй в серебряных доспехах.

– Они проследовали туда, сударыня, – указал лакей на коридор, ведущий в служебные помещения. – Предположу, они направляются на задний двор к конюшням. С ними были еще человек пять.

– Будет драка… – в ужасе выдохнула Ариана.

– Я тоже так подумал, – кивнул лакей.

– Так чего же не позвали стражу? – возмутилась девушка.

– Это маскарад, тут не принято мешать гостям развлекаться. Вы зря беспокоитесь, сударыня, немного помутузят друг друга и разойдутся. Еще ни разу на балу не было убийств в драке или на дуэли. За этим наблюдает охрана дворца и в нужный момент прекращает потасовку. Зато сколько впечатлений у гостей!

Ничего себе, развлечения! Ариана бросила возмущенный взгляд на лакея и побежала в указанном направлении.

Длинный коридор казался ей бесконечным, наконец впереди она увидела приоткрытую дверь, из которой валил морозный пар и тянуло холодом. Она распахнула ее и очутилась на заснеженном дворе. Каменные сараи, сенники и конюшни выстроились по периметру.

Посреди двора уже началась драка. Рон мужественно отбивался от нападавших. Ариана в ужасе замерла, огляделась. На открытой галерее, тянувшейся над хозпостройками стояли стражники и равнодушно наблюдали за происходящим.

– Это не по правилам! Все на одного! – возмущенно закричала Ариана, и кинулась к дерущимся.

Она огрела пастушьим посохом ближайшего мужчину, но тот даже голову не повернул в ее сторону.

– Разнимите вы их! – потребовала Ариана от стражников на галерее. Те не удостоили ее ответом.

– Да что же это делается?! – от бессилия Ариана была готова заплакать. Что за правила на балу? Где благородство, где элементарные правила приличия? Пусть дерутся простые горожане, а не дворяне, но это все равно возмутительно!

Противники начали одолевать Рона. Он несколько раз пропустил удары и едва удержался на ногах. Ариана вспомнила, для чего на конце пастушеского посоха крючок. Перед ней настоящее стадо взбесившихся баранов. С ними и надо поступать как с баранами. Она ловко зацепила ногу одного из нападавших посохом, с силой дернула, и хулиган свалился с ног. За ним последовал его товарищ.

Оба обернулись, поняли, кто свалил их и двинулись на девушку. Она угрожающе подняла посох. Может, хоть теперь стражники вмешаются, ведь угрожают девушке? Но они не спешили прекратить потасовку и продолжали глазеть на происходящее, но уже с возросшим интересом.

Рон отступил назад, сделал пасс рукой и превратился в дракона. Его мощный хвост играючи разметал нападавших по сугробам. Лапой он взял за грудки обидчика Арианы, притянул к себе:

– Попроси у девушки прощения, – кивнул в сторону Арианы.

– Простите, я не узнал вас, ваша свет… – лапа дракона легла на рот мужчины.

– Попроси прощения у девушки и все. Больше ничего не говори. Понял?

Кавалер в серебряных латах судорожно закивал. Рон убрал лапу с его рта.

– Если бы я знал, что это вы, мил… – залепетал он.

– Я тебе голову откушу, – пообещал Рон. – Не у меня прощения проси, у девушки, придурок!

На галерее что-то вспыхнуло, подобно падающей звезде. Ариана перевела взгляд, но никого, кроме стражников не увидела.

Тем временем товарищи буяна выбрались из сугробов и с опаской смотрели на дракона.

– Мы не хотели вас оскорбить… – прижал к груди руку один из них. – Мы же не знали…

– Всем молчать! – рявкнул Рон и подтолкнул кавалера в серебряных латах в спину.

– Простите, сударыня. Я вел себя очень грубо, я не хотел вас обидеть. Я искренне раскаиваюсь, – затараторил он, заискивающе глядя на девушку и в то же время кося глазами на дракона.

– Я принимаю ваши извинения, – Ариана не понимала, что происходит. Как-то очень странно вели себя забияки, быстро стушевались и вообще лепетали не пойми что.

– Ариана, жди меня в бальном зале, я только провожу этих господ до выхода и вернусь к тебе, – дракон слегка оскалился и обвел выразительным взглядом драчунов.

На галерее снова что-то вспыхнуло.

– Иди, не стой на холоде, простудишься, – попросил Ариану дракон. – Мы уже во всем разобрались, не волнуйся. И оставь для меня следующий танец, я буду через пару минут.

Забияки успокоились и теперь походили на нашкодивших щенков. Ариане даже стало их немного жаль. Все произошло так быстро, что она не могла понять – что именно не так. Как-то быстро задиры угомонились. Разумеется, дракон внушил им ужас. Но что за ахинею они несли, почему взялись извиняться еще и перед Роном?

Ариана поежилась от мороза, убедилась, что драка не возобновиться и вернулась в коридор. Когда она подходила к бальному залу со служебной лестницы спускалась элегантно одетая молодая дама в сопровождении мужчины, который держал в руках треногу. Ни дама, ни мужчина явно не были гостями бала – на даме был надет дорогой, но строгий костюм для прогулок, на мужчине – модное клетчатое пальто с бобровым воротником.

При виде Арианы глаза дамы вспыхнули то ли интересом, то ли азартом:

– Меня зовут Памела Вилерт, – представилась дама. – Мы тут немного заблудились, – вздохнула она. – Я представляю общественность города, анализирую и веду статистику. В этом году на балу присутствует больше рядовых горожан, что не может не радовать. Демократия в Империи набирает обороты и это прекрасно. Наш мудрый Император ведет страну к процветанию и прогрессу. Мне интересно знать, что вы думаете по этому поводу?

– Я согласна, – Ариана сейчас не была расположена болтать с дамой. – Прогресс налицо, демократия тоже.

– Могу я узнать ваше имя? – поинтересовалась Памела у Арианы.

– Ариана Корр, – ей незачем скрывать свое имя.

– Была рада знакомству, – очаровательно улыбнулась дама. – Где тут вход?

– Через зал вниз по лестнице и в холл.

– Благодарю, – кивнула Помела, и энергичной походкой направилась по коридору в сторону хоздвора. Ее спутник поудобнее перехватил треногу и последовал за Памелой.

Глава 32

Слегка прихрамывая, Рональд вошел в зал. Ариана ждала его, прижимая к груди руки – она волновалась. Волновалась за него! Рональд элегантно дохромал до Арианы, время от времени потирая предплечье левой руки.

– Ты ранен? – в ужасе выдохнула Ариана, глядя на него взглядом испуганной лани.

– Пустяки, – с нарочитой небрежностью отмахнулся Бриан.

– Это ужасно, – на глаза девушки навернулись слезы. – Тебе надо ко врачу. Немедленно.

Она подтолкнула Рона к выходу из зала. Рональд не стал возражать. На лестнице гостей не было. Рональд подвел Ариану к балюстраде, облокотился на перила и посмотрел на девушку.

– Лучшее лекарство – твой поцелуй, – заверил ее Рональд.

– Это не шутки! – нахмурилась девушка. – Их было шестеро, а ты один против них.

– Однако мне удалось с ними справиться.

– Но ты ранен, – Ариана погладила предплечье Рональда.

– Всего лишь ушиб. Немного ноет, но вполне терпимо. Твой поцелуй поможет мне лучше всякого врача, – кинул он лукавый взгляд на Ариану.

– Ты невозможен, – улыбнулась она. – Вот, получи, – ее губы коснулись его щеки.

– Не так, – качнул головой Рональд. – Позволь, я покажу, что может вылечить меня.

В глазах Арианы читалось замешательство, испуг и любопытство. Да она ни разу не целовалась! О, боги! Бывает же такое!

Ариана замерла, глядя на Рональда широко распахнутыми глазами. Он осторожно коснулся губами ее губ. Они были плотно сжаты и напряжены. Но через мгновение раскрылись, как раскрывается бутон розы под ласковыми солнечными лучами. Такого поцелуя у Рональда еще не было. От него сердце замирало и щемило болезненно и сладко одновременно.

– Ну вот, мне стало значительно лучше, – улыбнулся Рональд, поправляя выбившийся из прически Арианы локон. – Почти ничего не болит, – он потрогал предплечье правой руки.

– Мне казалось, у тебя повреждена левая рука, – Ариана склонила голову набок и пытливо посмотрела на Рональда.

– Правую тоже задели. Немного, – заверил ее Бриан. – Зато нога совсем не болит, и мы можем танцевать. Идем, – он поспешно увлек Ариану в бальный зал, не дав ей опомнится.

Рональд кружил Ариану в танце. Теперь это получалось у нее значительно лучше. Но даже если бы она постоянно сбивалась с такта и оттоптала Рональду обе ноги, он бы все равно считал, что лучше нее не танцует никто.

Что с ним происходит? Почему он глаз не может отвести от девушки, почему сердце стучит как бешеное, а через мгновение замирает и падает в пропасть? Конечно, Рональд знал ответ и уже не боялся признаться себе в этом. Он влюбился. По-настоящему и впервые в жизни.

И ему все равно, что там напланировал Император. Пусть налаживает дипломатические связи без Бриана. Рональд никогда не женится на принцессе Бенедикте, как бы красива она не была, и какими бы душевными качествами не обладала. Последние, кстати сказать, под большим вопросом.

На днях Рональд посоветуется со своими управляющими и адвокатами. И решит, как можно с минимальными потерями пережить гнев Его Величества. Но это будет позже. А пока он кружит очаровательную Ариану в танце и не хочет думать ни о чем важном.

В укромном уголке под раскидистой пальмой стоял небольшой диван. Рональд усадил на него Ариану, взял у лакея два бокала лимонада:

– Ты удивительная девушка, – он протянул Ариане бокал. – Я никогда в жизни таких не встречал. Ты смелая, решительная. И очень красивая…

– Я жуткая трусиха, – Ариана пригубила лимонад. – Я страшно испугалась, когда увидела, как эти шестеро негодяев напали на тебя.

– Ты не трусиха. Ты ринулась помогать мне. Ни одна другая не рискнула бы влезть в мужскую драку.

– Ну, охрана же не пожелала вмешиваться, – вздохнула девушка. – Не понимаю, как можно допускать подобное безобразие на императорском балу?

– Наш правитель считает это проявлением демократии. Каждый развлекается как умеет. Видела бы ты, сколько дуэлей было на балу в честь летнего солнцестояния! Тут главное, чтобы никого не убили. Дуэли считаются благородным развлечением. А для простолюдинов на этот случай вполне допустима драка. Что ты и смогла наблюдать совсем недавно.

– Дикость и варварство, – поежилась Ариана. – Нет, мне такое совсем не по душе.

Интересно, Ариана знает, что на балу присутствуют ее матушка и сестра? Пожалуй, не стоит ей об этом говорить.

Рональд предположил, что метресса Корр одета царицей ночи. Если он не ошибся в своем предположении, то младшая сестра Арианы очень мила. И очень амбициозна, что огромными буквами написано на ее лице.

Как надменно она смотрит на лакеев, как благосклонно принимает ухаживания богато одетых кавалеров. А уж драгоценностей на метрессе Корр и ее младшей дочери понавешено более чем достаточно. Взяты напрокат, или Матильда Корр нагло врет, что дела у семьи из рук вон плохи?

Так или иначе, но Ариана выгодно отличается от своей матушки. Да и сестрица у нее та еще штучка! Один высокомерный взгляд чего стоит! Удивительно, что в одной семье выросли такие разные дочери.

После танцев был дан роскошный пир. Яства изумляли разнообразием и гармонией вкусов, напитки превзошли все ожидания, а десерт не только радовал глаз изысканной подачей, но и изумлял искусством кулинаров. Кстати, были поданы и великолепные марципановые рогалики Арины. Рональд уже обратил на них внимание Императора. Тот отведал и согласился, что выпечка Арианы заслуживает высшей похвалы.

Потом снова были танцы. А потом у Бриана снова резко заболела рука. Он не мог вспомнить, какая именно повреждена в драке – правая или левая? Но разве это так важно? Главное, что поцелуй девушки действует лучше любого лекарства!

Он предложил Ариане немного отдохнуть от танцев и посидеть в оранжерее, слушая как журчит фонтан и возмущенно кричат разбуженный звуками бала попугаи.

В оранжерее гостей было немного, парочки прогуливались вокруг фонтана, любовались тропическими цветами и слушали звуки музыки, доносившиеся из бального зала. Рональд нашел уютный диванчик в эркере с видом на замерзшее озеро и группу живописных елей, укутанных пушистым снегом. Он задернул драпировку и диванчик в стеклянном эркере оказался отрезанным от шумного бала, от суеты, от всего мира.

Через минуту он и Ариана сидели на диванчике и целовались, держась за руки. И это было прекрасно.

Глава 33

Осторожный стук в дверь спальни разбудил Рональда.

– Ну, что еще? – сонно пробормотал он, прогоняя остатки сна.

Во сне он видел Ариану. Они гуляли вдоль кромки моря, держась за руки. Ласковые волны с тихим шорохом набегали на берег, лаская золотой песок. Ариана обнимала Рональда, а он целовал ее снова и снова… Ее губы были слаще меда, пьянили сильнее вина…

– Ваш кофе, милорд, – через дверь ответил дворецкий, окончательно прогнав волшебное видение.

– Ты с ума сошел? Какой кофе в такую рань? Я вернулся с бала пару часов назад, – возмутился Рональд. – Я спать хочу, не надо мне кофе.

Приятные воспоминания всколыхнули в душе Рональда целую бурю эмоций. Он отвез Ариану домой, и, разумеется, они зашли к ней. Сидели в пустом полутемном зале кофейни, болтали и смеялись, вспоминая нелепую драку, бесконечные танцы и роскошный пир.

Рональд все-таки заставил себя сесть на кровати, посмотрел на настенные часы. Всего-то полдень. Нет, он хочет еще поспать. А потом накупит фруктов, выберет роскошный букет из роз и лилий и поедет к Ариане пить утренний… нет, уже дневной кофе.

– И свежая пресса, – как-то напряженно произнес Эдгар, осторожно заходя в спальню. – Предположу, милорд, вам это лучше увидеть пораньше.

– Хорошо, – безнадежно вздохнул Бриан. – Прикажи подать кофе с печеньем и эту твою свежую прессу в зеленую столовую. Буду через несколько минут.

Бриан накинул на себя длинный шелковый халат, сунул ноги в тапочки, расшитые золотом, и поплелся принимать душ. Возможно, прохладные струи воды не только освежат, но и взбодрят.

Ледяной душ и правда, взбодрил. Поеживаясь, Рональд энергично растер тело махровым полотенцем, снова надел халат и вернулся в спальню.

Ближе к вечеру он планировал нанести визит Ариане. Можно будет полетать над городом, выпить кофе на крыше ратуши. Наверняка, Маркус увяжется с ними. Очаровательный кот, но целоваться с Арианой в его присутствии Рональд не рискнул бы. Наверняка кот выдаст пару колких замечаний, саркастически фыркнет и скажет какую-нибудь бестактность. И вообще, хотя Маркус и кот, но обнимать девушку при посторонних, даже при коте, как-то не хочется.

Рональд прошел в гостиную, вальяжно уселся в кресле, пригубил кофе и развернул утреннюю газету, которую так настоятельно протягивал ему дворецкий.

Газету «Ростки правды» Бриан читал редко – грязные сплетни и слухи. Его это не интересовало. Но статьи о собственных похождениях Бриан читал с удовольствием. Пусть журналисты тявкают на него, вреда от этого никакого – его светлость герцог Рональд Бриан выше подобных домыслов.

– Обратите внимание на третью страницу, милорд. Раздел светских новостей, колонка сплетен. И поставьте чашку на стол, ваша светлость, прежде чем начнете читать, – попросил Эдгар.

– Глупости, – отмахнулся Рональд. Зачем ему ставить чашку на стол?

Он привычным жестом развернул газету, нашел раздел светских новостей, пробежал глазами заголовки. Вот и «Правдивые слухи и сплетни» от Памелы Вилерт.

Что еще эта бунтарка и борец за пава женщин напечатала такого, что может привлечь внимание Бриана? Очередные грязные измышления кто чей любовник? Скучно…

Рональд отхлебнул кофе, начал читать и едва не подавился горячим напитком.

– Что?! – взревел герцог, со звоном опуская чашку на стол. Фарфор тонко зазвенел, кофе разлился на белоснежную скатерть, вышитую нежными фиалками. – Она что, рехнулась?! Кто ей позволил?!

– Я вас предупреждал, милорд, – вздохнул Эдгар, переставляя посуду со стола на подсервантник и сворачивая залитую кофе скатерть.

Вне себя от гнева Рональд перевернул страницу. Сегодня «Правдивые слухи и сплетни» занимали весь следующий разворот. К статье прилагалось несколько выразительных фотографий.

Вот дракон с выпученными глазами и перекошенной пастью раскидывает противников. Ноги одного уже торчат из сугроба, другой пока находится в полете и через мгновение готов составить компанию своему товарищу.

На другой фотографии Ариана бьет пастушьим посохом по спине нахала. К счастью, ее лицо скрыто маской.

«Так развлекается на Зимнем балу небезызвестный своими эксцентрическими выходками герцог Б. Он сменил общество белошвеек на компанию пока еще мало кому известной Арианы Корр. Но уже успел взять ее кофейню под свое покровительство. Его герцогская корона украшает вывеску этого милого заведения. Пока одни женщины с трудом завоевывают место под солнцем в мужском мире, другие идут простым путем и строят бизнес через покровительство знатных особ. Предположу, не бескорыстное покровительство! Нет, так мы не добьемся равноправия. Подобное поведения дискредитирует женское движение за свободу, принижает наше достоинство и подает дурной пример неокрепшим женским умам.»

Очередной бред помешанной на равноправии Памелы. Она идет напролом, поливая грязью всех и вся.

Но откуда Памела узнала имя Арианы? Ладно, с Рональдом они пару лет назад были в близких отношениях, и она его узнает в любом обличии. Но Ариана? Как эта сплетница узнала имя девушки?

Дальше читать Рональд не стал, гневно смял газету, швырнул на пол.

– Наглая дура! Лезет во все дыры!

– Феминистка, милорд, – сокрушенно возразил дворецкий, пожимая плечами.

– Новомодные словечки не делают ее приличной женщиной. Интриганка и беспринципная нахалка, – Рональд перевел дыхание, взял себя в руки. – Памеле нужны слава и признание любой ценой. Эдгар, немедленно выкупить все экземпляры этой мерзкой газетенки. Надеюсь, мало кто ее читает.

Через минуту Рональд швырял в гардеробной одежду на пол, выбирая подходящую для визита в редакцию газеты.

– Позвольте, милорд, помочь вам, – в гардеробную вошел Эдгар.

– Я отправил тебя скупать газеты, – не оборачиваясь напомнил дворецкому герцог.

– Я уже дал распоряжения, ваша светлость. Ваши верные слуги рыщут по городу в поисках «Ростков правды».

Эдгар протянул Рональду камзол из тонкой черной шерсти, сдержанно вышитый серебром.

– Да, подойдет, – кивнул Рональд. – И подай цепь с гербом и короной, – потребовал у Эдгара. – Пусть поймут, с кем имеют дело.

– Прикажете заложить карету, милорд? – поинтересовался дворецкий.

– Долечу быстрее, – Рональд порывисто распахнул окно гардеробной, встал на подоконник, раскинул руки. – Я спалю эту жалкую газетенку! – прорычал он, запрокинув голову к небу.

– Не стоит, милорд, – возразил дворецкий. – Пожар в центре города привлечет ненужное внимание к вашей светлости.

– Ладно, уговорил, – за плечами герцога захлопали перепончатые крылья. – Я буду милостив. Но они дорого заплатят за то, что позволили опубликовать грязные домыслы насчет Арианы!

Глава 34

Не мудрствуя лукаво, дракон с разгона влетел в редакцию газеты «Ростки правды». Входная дверь с грохотом врезалась в стену, бронзовый колокольчик коротко звякнул, слетел с привычного места и покатился по полу.

– Вы зачем? Куда? – заикаясь пролепетал секретарь, заметавшись по приемной. – Так нельзя, я вызову полицию!

– Я – герцог Рональд Бриан, – прорычал дракон. – Уйдите от греха, к вам у меня претензий нет. А вот к вашему шефу их очень много.

Секретарь в ужасе прижался к стене, побледнел и начал медленно сползать на пол.

Ударом задней лапы дракон вышиб дверь, на которой гордо красовалась золотая табличка с надписью «Шеф-редактор метр Альберт Фериз».

За огромным письменным столом, пытаясь сохранить невозмутимость, восседал господин средних лет, совершенно лысый, зато с пышными бакенбардами. Модный дорогой костюм шеф-редактора говорил о том, что газета процветает.

Нервная улыбка озарила круглую физиономию лысого, он слегка приподнялся:

– Что привело вас к нам, ваша светлость? – разумеется, опытный глаз редактора сразу определил, кто вломился в его кабинет.

Рональд принял человеческий облик, взял стул, с грохотом поставил его напротив стола редактора, сел, закинув ногу на ногу:

– Не догадываетесь? – поинтересовался, сдерживая приступ гнева. Бриану безумно хотелось схватить со стола мраморный письменный прибор, отделанный бронзой и треснуть по башке редактора.

– Ваш визит вызван статьей в утренней газете? – продолжал тянуть время Фериз.

– Соображаете, – кивнул Рональд. – Итак, вы уничтожаете все оставшиеся экземпляры утреннего выпуска, уничтожаете набор статьи и впредь что бы не вздумали печатать обо мне или Ариане Корр согласовываете лично со мной. Понятно?

– А иначе что? – попытался хорохориться Фериз. – Император даровал гражданам свободу слова.

– И не отменил неприкосновенность высшей аристократии, – тяжел поднялся Бриан. – Я могу купить вашу газетенку с потрохами, могу просто развалить здание и скажу, что так получилось случайно. И мне поверят, ведь я герцог.

Он вышел из кабинета:

– Где тут печатный цех?

– В конце коридора, милорд, – заикаясь произнес секретарь, отвешивая земной поклон.

– Прошу, остановитесь, милорд, не надо! – вскочил вслед за Рональдом Фериз. – Вы не имеете права, это незаконно, это нарушение гражданских прав!

– А публиковать заведомую клевету не нарушение гражданских прав? – Рональд снова обратился драконов, ворвался в цех, обвел взглядом желтых глаз помещение.

Несколько станков с лязганьем шлепали прессом по бумаге.

– Все вон! – прорычал Бриан.

Работники, толкаясь, выбежали из цеха. Меткий удар тяжелого хвоста разметал уже набранный текст. Дальше Рональд просто громил станки и оборудование. Он не собирается искать, где тут подготовленный к печати пасквиль.

– Милорд, умоляю, только не этот печатный станок! – взмолился редактор, раскидывая в стороны руки и закрывая собой замысловатое оборудование, похожее не то на швейную машину, не то на небольшой паровоз. – Он бешеных денег стоит. Новая модель, работает на паровой тяге. Умоляю, не надо! Вы уже разбили текст со статьей. Я готов принести извинения в следующем номере. Я готов давать бесплатную рекламу кофейни метты Корр. Я напечатаю опровержение. Все что угодно! Только не новый станок! Обещаю, больше подобного не повторится, – редактор судорожно хватал ртом воздух, молитвенно сложил руки на груди и затравленно смотрел на Бриана. – Вы меня разорите, милорд! В газете вся моя жизнь. Будьте милосердны!

Рональд шумно выдохнул и немного успокоился.

– Я терпел ваши идиотские статейки о моих похождениях, я молчал, когда вы перемывали мне кости, не возражал, когда иронизировали надо моими ночными полетами. Но всему есть предел. Я покупаю вашу газету. Желаете продать добровольно, или мне отнять ее в судебном порядке и бесплатно? Обещаю, я добьюсь взыскание такого штрафа, который пустит вас по миру, дорогой Фериз.

– Ваша светлость, я понятия не имел, что там написала эта дура Памела, пока не вышел номер. Вы же знаете, какая она острая на язык. Но читателям это нравится. Я немедленно уволю ее, клянусь!

– Притесняете женщин, милорд? – в разгромленный цех энергичной походкой вошла Памела Вилерт. Она села на край рабочего стола, закинула ногу на ногу, обнажая ее до колена и демонстрируя ажурные шелковые чулки. – А ведь когда-то мы были друзьями, – с улыбкой напомнила она Бриану, игриво покачивая ножкой.

– Ты переступила грань дозволенного, – мрачно посмотрел на нее Рональд.

– Я борюсь за равноправие, – парировала Памела, гордо вскинув голову. – И никто, даже сам Император не сможет мне это запретить!

– Я прочитал твою статью, – Рональд поправил юбку Памелы, закрывая ее ногу. – Веди себя пристойно. А то выглядит, будто ты пытаешься соблазнить своего шефа. Домогательство тоже преследуется по закону.

Памела фыркнула, соскользнула со стола и встала перед Брианом, с вызовом глядя ему в глаза.

– Ты мстишь мне за то, что я бросила тебя.

– Это было давно, и я не вспоминаю о тебе – хочешь верь, хочешь нет. Но ты позволила написать грязные измышлений об Ариане Корр. Ты оскорбила девушку, предположив, что она моя любовница и содержанка.

– Имею право высказывать свои мысли, – продолжала дерзко смотреть в лицо Бриана Памела. – И ты мне это не запретишь. Ты мстительный и злобный монстр. Ты пользуешься тем, что мужчина, и позволяешь себе…

– Памела, ты глупее, чем я мог предположить, – цыкнул на нее редактор. – Угомонись!

– Вам не заткнуть мне рот! Превосходству мужчин приходит конец, и я всеми силами приближаю его.

– Дура, – безнадежно вздохнул редактор. – Ты уволена.

– Думаете, это остановит меня? – саркастически усмехнулась Памела, глядя на шефа.

– Думаю, нет. Но тебя не примут на работу ни в одну газету. Тебя даже мыть полы не возьмут, – мрачно пообещал ей Рональд. – Ты доигралась, милочка.

– Я тебе не милочка! – взорвалась Памела. – За меня встанут тысячи женщин Столицы, они пойдут на баррикады, на смерть.

– Ради тебя? Ты серьезно? – выгнул бровь Рональд, насмешливо глядя на Памелу.

– Ради идеи. Ради нашего равноправия и свержения мужчин.

– Все намного запущеннее, чем я думал, – печально кивнул Бриан. – По тебе психушка плачет.

– Застенки меня не пугают!

– Слушай и запоминай, – Рональд приблизил лицо к лицу Памелы. – Мои юристы заставят тебя заплатить за клевету. Это раз. Второе – если попытаешься продолжить делать гадости Ариане – пожалеешь. Это я тебе обещаю.

– Поднимешь руку на женщину? – сощурила глаза Памела. – Прикажешь своим прислужникам убить меня? Вижу, все еще не можешь забыть меня. Ты все еще сходишь от меня с ума и ревнуешь, – она провела ладонью по груди Рональда, смахнула несуществующую пылинку с лацкана его камзола.

– У тебя завышенная самооценка, – сокрушенно вздохнул Рональд, брезглива убирая ее руку со своей груди. – Ты не борец за права женщин, ты – обычная скандалистка и злопамятная мегера.

– Оскорбляешь меня? – хищно сощурилась Памела и тут же презрительно фыркнула: – Ведешь себя как неотесанный грубиян. Все мужчины одинаковы – козлы и кобели. Других не бывает. Вас только могила исправит. Так значит, я – скандальная мегера? Но я так не считаю. Да и ты тоже. Не так ли? – эротично облизнула алые губы Памела.

– Говорю, что есть, – Рональд оскалился в недоброй улыбке. – Так вот, если не угомонишься, я упеку тебя в монастырь. В соседнюю келью с моей матушкой. Сможете вспоминать былые дни и интриги, которые плели.

Лицо Памелы побледнело. Она поняла – Рональд не шутит. Разумеется, он не смог бы упрятать скандалистку Памелу в монастырь. Клевета – не убийство, за нее положен только штраф. Но Памела поверила блефу Бриана и испугалась, а это главное.

Где были его глаза и мозги, когда он связался с этой неуравновешенной особой? Рональд вздохнул. В одном Памела права – в определенные моменты мозги у мужчин отключаются напрочь. И начинают работать природные инстинкты. А потом приходится пожинать плоды своих необдуманных поступков.

Глава 35

– Итак, сегодня же вечером вы опубликуете опровержение этой идиотской статье, – Рональд вольготно расположился в кресле редактора, сцепил пальцы в замок на груди, по-хозяйски закинул ноги на стол.

Фериз сидел на стуле напротив него и преданно смотрел в рот герцогу.

– Да, ваша светлость, уверяю вас, сегодня же вечером выйдет опровержение.

– Это первое. Второе: дадите рекламу кофейни Арианы Корр. Бесплатно.

– Разумеется, милорд. В лучшем виде, с иллюстрациями и восторженными отзывами посетителей.

– Будете публиковать рекламу неделю на передовице. Потом решим, как вести публикацию дальше, чтобы не слишком навязывать информацию читателям. Это может оттолкнуть клиентов и вызвать противоположный эффект.

– Вы очень мудро и правильно рассуждаете о рекламе, милорд. Но на передовице у нас политические новости, – заметил Фериз, нервно сглотнув.

– Значит, политические новости будут на второй странице, – пожал плечами Рональд. – Третье – я пока не буду покупать вашу газету. И даже не подам в суд за клевету. Но, – предостерегающе поднял он указательный палец, – все ваши статьи буду проверяться моими людьми. Они же будут вносить необходимые коррективы.

– Конечно, милорд, – поник головой Фериз. – Все что угодно вашей светлости. Можно вопрос?

– Да, – коротко кивнул Рональд.

– Вы же не будете сильно гневаться, если информация из статьи все-таки просочиться в широкие массы? Этого не избежать, часть экземпляров уже раскуплена, и кто-то из читателей проявит к статье интерес. Но я не виноват, что Памела взяла на себя инициативу и написала эту возмутительную статью.

– Молитесь, чтобы этого не произошло. Именно для этого я требую опубликовать опровержение. И впредь лично проверяйте, что накропали ваши скудоумные корреспонденты.

– Приму к сведению, милорд. Но эта идиотка Вилерт упомянула ваше имя. Хотя и завуалированно, но догадаться можно.

– Напишете, что это был не герцог Б., а мой сводный незаконнорожденный брат. А Вилерт некомпетентная журналистка, безграмотная графоманки и все в таком же духе. Вам виднее, как это все обстряпать. Тем более что Памела и правда журналист так себе. Делать имя на грязных сплетнях как минимум недостойно, – презрительно скривил губы Рональд.

Фериз замер и напрягся, очевидно ожидая подвоха:

– Но это же точно клевета. Ваш отец был примером добродетели. Никто не поверит.

– Зато моя матушка этим не отличается, – напомнил Рональд. – И, учитывая, что она в опале и коротает остаток своих дней в монастыре, можете смело публиковать подобное заявление. Моего брата зовут Рон Эланд.

– У вас и правда есть сводный брат? – искренне удивился редактор, слегка выпучив глаза.

– Меньше будете знать – проживете долгую и счастливую жизнь, – пообещал Бриан.

– Желаете кофе с коньяком? – спохватился Фериз. – Я знаю, ваша светлость любит кофе. Мой секретарь отлично его варит.

– Не откажусь, если кофе действительно хорош, – милостиво согласился Рональд.

– Я могу просить вас взять нашу газету под свой патронаж? – глаза редактора стали маслеными от лести. – Вы так прекрасно разбираетесь в журналистике, в рекламе, в политике. Вам нет равных. Вы могли бы стать нашим нештатным руководителем. Ваш опыт и ваши передовые взгляды так важны для граждан нашей благодатной Империи.

– И мой герб рядом с заголовком? «Ростки правды» и имя герцога Рональда Бриана две вещи несовместные. Нет уж, увольте. Не хочу рекламировать вашу скандальную газетенку.

Кофе оказался вполне приличным. Особенно если пить его с коньяком.

С чувством выполненного долга Рональд сделал круг надо городом, морозный воздух успокоил его окончательно. Через полчаса Бриан вернулся в замок.

– Вижу, вы успокоились, милорд, – заметил дворецкий, подавая Рональду горячий грог.

– Почти. Я очень разочарован в Памеле Вилерт.

– Я думал, вы разочаровались в ней пару лет назад, ваша светлость, – удивленно вскинул брови Эдгар.

– Теперь я разочаровался в ней окончательно. Беспринципная карьеристка и стерва обыкновенная.

– Стерва? Это кажется дохлая корова, милорд? Точнее околевшее крупное животное.

– Пусть будет мегера. В морозные дни у меня порой проскальзываю странные словечки. Как говорят маги, их приносит из параллельных миров или из будущего.

– Увы, но я не могу обрадовать вас, ваша светлость. Газеты изъяны. Но пара десятков экземпляров уже раскуплена или разнесена по подписчикам. Надеюсь, горожане не заострят внимание на банальной драке на Зимнем балу в императорском дворце.

– Я тоже на это надеюсь. Как тебе фотографии в статье? Я правда так по-дурацки выгляжу в облике дракона когда злюсь?

– Фотографии явно подретушированы, милорд. У вас не такие выпученные глаза, когда вы гневаетесь. И уж однозначно, пасть не перекашивает от рыка.

– Ты говоришь правду? Или льстишь мне? – с прищуром посмотрел на дворецкого Рональд.

– Можете спросить кого угодно, милорд. В облике дракона у вас величественный и грозный вид, преисполненный достоинства. Могу я задать вам вопрос?

– Разумеется, – Бриан поставил пустой бокал на пол и блаженно потянулся, развалившись на диване.

– Что вы будете делать, если метта Ариана узнает правду? Ведь все-таки часть газет разошлась по городу.

– Не узнает. Я принял меры. Пожалуй, я еще никогда не был так близок к провалу. Но мне удалось выкрутиться.

– К провалу? Вы решили играть в театре, милорд?

– Это совсем другой провал, – улыбнулся Рональд. – Это словечко из далекого будущего. Ну что ж, мне пора навестить Ариану. Надеюсь, мне не придется сочинять очередную невероятную историю и снова врать ей. Ведь в душе я честный малый, просто обстоятельства сильнее меня и тут я ничего не могу поделать.

Глава 36

Никогда в жизни Ариана не спала до полудня. Чрез замерзшее оконное стекло пробивался мутный опаловый свет морозного дня. Девушка сладко потянулась, зевнула и снова свернулась калачиком под одеялом.

На кресле лежало небрежно наброшенное на спинку платье пастушки. Рядом стоял посох, уже без букета. Букет оторвался, когда Ариана нещадно колотила посохом по спине пьяного нахала.

Бал был сказочным во всех отношениях. Рон не отходил от нее ни на шаг, они танцевали, веселились. И целовались… Это было волшебно и безумно приятно! Ариана улыбнулась воспоминаниям, ее сердце учащенно забилось, а в груди разлилось тепло, томное и сладкое.

А еще Рон вступился за нее как настоящий рыцарь. Собственно, он и есть рыцарь, пусть и без дворянского титула. Ловко Рон расшвырял пьяных негодяев. А как изящно орудовал хвостом! Но на мгновение Ариана испугалась за Рона и бросилась ему на выручку. Только толку от ее помощи не было. Посох слишком легкий, удары им не смогли даже отвлечь хулиганов.

Скрипнула дверь, в спальню бочком просочился Маркус.

– Спать до ужина собралась? – он запрыгнул на постель и завертелся рядом с Арианой, задевая пушистым хвостом ее лицо. – Вставай, время не ждет, дела сами не сделаются!

– Дай мне пять минут, – взмолилась девушка, отодвигая рукой хвост Маркуса. – Я уже проснулась, хочу немного поваляться в постели.

– Тоже мне, принцесса! – возмутился кот, в очередной раз наступив лапой ей на руку. – Поваляться она хочет, в теплой постели понежится! Устала на балу танцевать! Вот я вчера по-настоящему устал и замотался в кофейне. Столько дел, столько дел, и все на мне! Филипп толковый юноша, но соображает туго, и решения принимать не спешит. Все чего-то думает, взвешивает. А время уходит, клиенты ждать не станут, уйдут к конкурентам. Представь, внезапно кончилось топленое масло, – кот запрыгнул на бок Ариане, потоптался на месте, наконец сел и уставился на нее зелеными глазами. – Скажи, почему никто не следит за наличием продуктов? Пришлось срочно отправлять Жозефину на рынок. Мы могли остаться без песочных печений и сорвать важный заказ. Я не могу все тащить на себе, не могу за всем следить, – жаловался Маркус.

– Спасибо, что подменил меня вчера, – Ариана погладила кота по шелковистой шерсти.

– Что значит «подменил»? – возмутился кот и обиженно дернул кончиком хвоста. – Это моя работа, я никого не подменяю, – он поправил герб на золотой цепочке. – Я – управляющий кофейней и несу на себе колоссальный груз ответственности.

– Хорошо, хорошо, – почесала кота за ухом Ариана. – Ты отлично со всем справляешься, и я гожусь тобой.

Она взяла кота подмышки, переместила на пол, нехотя вылезла из-под одеяла и пошлепала в душевую приводить себя в порядок.

– Попроси кого-нибудь сварить мне кофе, – крикнула она Маркусу. – Я никак не проснусь.

– Меньше по балам надо ездить, – пробурчал он в ответ. – Можно подумать у меня других дел нет, как передавать твои поручения. Делаю это в последний раз, учти.

Через четверть часа Ариана спустилась в зал. Небольшая очередь покупателей стояла вдоль остекленных прилавков. Все столики были заняты. Дела в кофейне идут отлично и это не может не радовать! Джозианна ловко упаковывала лакомства в нарядные коробки, перевязывая их шелковыми ленточками.

Маркус уже сидел на своем месте, важно поглядывая по сторонам и время от времени отправлял в рот кусочки отварной курицы, лежащей перед ним на фарфоровом блюдце.

Ариана прошла на кухню. Тут дым стоял коромыслом, все были заняты своими делами, никто даже головы не повернул в сторону девушки. Филиппа Ариана нашла в небольшой комнатке за кухней. Чулан переоборудовали в подобие кабинета, поставили стол и теперь за ним расположился Филипп, в поте лица разбирая счета и накладные.

– Удивишься, но Маркус отлично справляется, – оторвался от бумаг юноша. – Если не управляющий, то ответственный по закупкам из него точно получится, – рассмеялся он. – Удивительно деловой кот!

Жозефина принесла кофе для Арианы и Филиппа. Девушка уселась на широкий подоконник и поскребла ноготком по морозному узору на стекле.

– Холодно сегодня, – заметил Филипп. – Давно окна так не замерзали.

– Зато красиво, – Ариана улыбнулась сама не зная, чему и пригубила горячий кофе. Однозначно, она его варит лучше, но Жозефина со временем научится. Главное, что девушка она старательная и все схватывает налету.

Дверь распахнулась, на пороге появилась матушка. Одной рукой она возмущенно потрясала газетой, другую прижимала к сердцу.

– Доброе утро, метресса Корр, – приподнялся из-за стола Филипп.

– Вон! – гаркнула она в ответ.

– Что? – удивленно уставился Филипп на метрессу Корр.

– Вон, я сказала! Пошел вон! – заорала метресса Матильда голосом рыночной торговки.

– Филипп, пожалуйста, побудь пока в зале, – попросила его Ариана. – Матушка, не надо кричать. Филипп делает свою работу, зачем вы гоните его, да еще так грубо?

– Да, да, конечно, уже ухожу. Не буду мешать, – Филипп судорожно сгреб бумаги, бочком вышел из комнаты.

– Нам надо поговорить, – метресса Корр хмурым взглядом проводила перепуганного Филиппа.

Матушка тяжело опустилась на стул, развязала ленты на шляпе, расстегнула пальто и ворот платья.

– Мне дурно, – обмахнулась она сложенной газетой.

– Принести воды?

– Нет! – рыкнула метресса Корр. – Объясни мне, дорогая дочь моя, в какие игры ты играешь? Что все это значит? – матушка швырнула газету на стол. – Давно ты морочишь мне голову? Рон! Подумать только, его зовут Рон! – нервно рассмеялась она. – И давно ты любовница его светлости герцога Рональда Бриана?

Глава 37

– О чем вы говорите, матушка? – Ариана взяла в руки газету, пробежала глазами статью. – Глупость какая. Да, это я, а это Рон. Теперь понятно, что за вспышки на галерее я видела. Это помощник Памелы фотографировал. И я видела треногу от фотоаппарата. Негодяй и мерзавец, снимал это исподтишка! Значит Памела Вилерт корреспондентка газеты «Ростки правды»… Так вот почему она спросила мое имя.

– Больше тебе сказать нечего? – метресса Корр сняла шляпку и в сердцах бросила ее на стол.

– Все это ерунда, – не слишком уверенно произнесла Ариана. – Рон – сводный брат герцога Бриана. Рон бастард, поэтому они так похожи с герцогом. И тут вообще ничего не написано о герцоге Бриане. Написано, герцог Б.

– Ты глупа как пробка, дочь моя, – Матильда распахнула полы пальто и безнадежно махнула рукой. – Б – это Бриан. Других герцогов с фамилией на эту букву нет. Вилерт знает, о чем пишет. Она отлично разбирается в светской жизни. Но меня возмущает не это. И даже не то, что ты стала очередной любовницей герцога. Благодаря нашему великому и мудрому Императору мы ступили на путь прогресса, и вековая мораль катится в пропасть. Свободные отношения теперь никого не удивляют. Хотя на помнимою, что его светлость в тебе нашел? Розалина намного привлекательнее, – между прочим заметила матушка. – Меня до глубины души возмущает то, что герцог купил нашу фамильную пекарню по бросовой цене. Мог бы раскошелиться и быть более щедрым, зная, что я твоя мать. А два билета на Зимний бал – это вообще смешно, выглядит как жалкая подачка. Если бы ты мне рассказала правду в ваших отношениях, я бы смогла договориться с герцогом и стрясти с него достойные деньги, а не те гроши, что он швырнул мне.

– Подождите, подождите, – Ариана взволнованно заходила по комнате. – Тут написана откровенная клевета… Хотя… Фамилия у Рона Эланд. Он что, увидел ее на вывеске бакалейной лавки? – сомнения закрались в душу Арианы и отдельные кусочки стали складываться в мозаику. – И Рон так удачно знаком с дворецким герцога… И я так просто получила покровительство его светлости… Неужели? Неужели это все правда? – она снова начала читать статью. На этот раз внимательно.

В статье смаковались подробности жизни герцога Б. Его ночные полеты с белошвейками на спине, его многочисленные приключения на любовном фронте. Памела как бы вскользь упомянула, что именно поэтому рассталась с Брианом. Ей нравятся постоянные мужчины, а не такие легкомысленные, как этот Б.

А дальше в статье говорилось о том, что скоро герцог намерен жениться на красавице принцессе Бенедикте, единственной дочери короля Азелии. Она на днях прибывает в Столицу, чтобы повеселиться на зимних балах и познакомиться с женихом. Династический барк укрепит международные отношения, позволит и дальше развивать торговлю между странами и вообще, будет способствовать процветанию и благоденствию обоих государств.

Ариана бессильно опустилась на стул. Неужели это правда, и Рон вовсе не Рон, а герцог Рональд Бриан? И все это время он просто морочил Ариане голову? Но зачем, чтобы развеять скуку?

Нет, быть этого не может! Рон добрый, внимательный, хороший. Он совсем не похож на заносчивого аристократа. Или похож?

Рон приглашал Ариану к себе домой. Милый скромный домик. Хотя герцог мог показать ей дом одного из своих слуг. Например, Эдгара. Харта. Или любого другого. Это можно легко проверить. Надо только поговорить с соседями и выяснить, кто живет в этом скромном домике.

А если Рон не лжет, если говорит правду, а Ариана усомнилась в нем и поверила глупой и злой статье?

– Так ты что, стала любовнице герцога, не зная, кто он? – брови метрессы Корр взлетели вверх как два вороньих крыла.

– Мы не любовники! – взорвалась Ариана. – Как вы можете так думать обо мне, матушка?

– Учитывая твой характер я не удивилась. Ты всегда была взбалмошной, не слушала моих советов и поступала как тебе заблагорассудится. Ты же не пожелала продать кофейню, не пожелала помочь мне и Розалине.

– Матушка, это абсолютно разные вещи! – как бы мать не относилась к ней, но подозревать дочь в распущенности и распутстве ни имела права. – Мне нравится Рон. Нравился… – Ариана не знала, чему верить. И не знала, как ей после этой дурацкой статьи относиться к Рону. – Кем бы ни был Рон, он вел себя со мной очень почтительно и не позволял недопустимых вольностей.

– Значит он еще не успел соблазнить тебя, а только намеревался это сделать. Думаешь, ты просто так стала поставщиком двора его светлости? Ну, ну… Плохо не то, что ты могла стать его любовницей, плохо то, что это не принесло бы пользы нашей семье. Ты ужасно наивная и совершенно непрактичная. Будь ты любовницей герцога, мы бы жили припеваючи. Я была уверена, что ты просто забыла о нас с Розалиной. Вот и пришла напомнить о твоем дочернем долге. Но все намного хуже. Ты свято веришь, что он какой-то дракон-оборотень на государственной службе с мизерным жалованием. Жаль, но даже тут ты не смогла получить выгоду и поддержать нуждающуюся семью.

Матушка все говорила и говорила. Жаловалась на нехватку средств, на неблагодарную старшую дочь, которая витает в облаках и не видит очевидной выгоды, свалившейся на нее с неба. Мысли Арианы были далеко, она думала о Роне и пыталась убедить себя, что все совсем не так, как написано в газете и как думает матушка. Но чем больше Ариана анализировала факты, тем больше убеждалась – Рон ей врал. И от этого на душе становилось холодно и пусто.

Значит, он собрался жениться… Разумеется, принцесса не булочница, и Ариане с ней не стоит тягаться. Но он так нежно целовал Ариану на балу. Это было так прекрасно… И это было обманом, фальшью, игрой…

– Но еще не все потеряно, – назойливый голос матушки вернул Ариану к действительности. – Сделай вид, что ты ничего не знаешь. Подыграй герцогу. Однозначно, ты ему очень нравишься, раз он столько внимания уделяет тебе.

– Матушка, да как вам только в голову пришло предлагать мне такое? – не поверила своим ушам Ариана. – Я порядочная девушка! Можете посоветовать подобное Розалине. У нее на балу было много кавалеров, я видела, как они вились вокруг нее, – разозлилась Ариана.

– Но среди них не было ни одного герцога, – парировала метресса Корр, поднимаясь и надевая шляпку. – Ты неисправима, Ариана, – вздохнула она. – И ты совершенно не умеешь пользоваться свалившейся на тебя удачей. Подумай, взвесь все преимущества, а уж потом руби с плеча. Главное – не спеши с принятием решения. Подумай обо мне и Розалине. Ты должна, нет, ты просто обязана заботиться о нас как старшая дочь.

Ариана поняла, что с этого момента у нее нет семьи. Впрочем, ее похоже никогда и не было.

Глава 38

Оживленный шум веселых голосов витал в зале кофейни. Тихо звенела музыкальная машина, наполняя помещение волшебными звуками серебряных колокольчиков. Эту машину вчера привез Эдгар Харт. Сказал, подарок к новому году от его светлости.

Ариана сердито посмотрела на музыкальный автомат, словно он что-то тоже скрывал от нее. Надо бы увидеться с его светлостью и поговорить по душам. Хватит ли у того нахальства заявиться сюда после статьи в «Ростках правды»? С Рона станется, он врет нахально и самоуверенно, и даже не краснеет! Все-таки Рон или Рональд?

– Ты чего такая сердитая? – боднул ногу девушки кот. – Сама на себя не похожа. На балу устала? Никак в себя не придешь после отдыха во дворце?

Ариана взяла кота на руки, отнесла его к столу, посадила на подушку, и сама села напротив. Развернула перед ним газету:

– Что скажешь?

Маркус с интересом уставился на фотографии.

– Это Рон с такими выпученными глазами? – расхохотался он. – Ну и физиономия у него! Да и ты хороша! Но прогнулась изящно, я бы даже сказал грациозно, и уверенно бьешь наглеца по спине. Посох не сломала?

– Нет, – огрызнулась Ариана. – Ты читай, а не картинки смотри.

– Не люблю читать, – потянулся Маркус. – Может, ты вкратце расскажешь? Так сказать тезисами?

– Не хочешь читать, не надо, – отрезала девушка, собираясь забрать газету. – Хотела услышать твое мнение, но раз тебе лень, спрошу у Филиппа.

– Ладно, – кот прижал лапой газету. – Прочитаю, раз тебе важно, что я скажу. Только принеси мне чем-нибудь горло промочить. Можно настойку валерианы. Или чай из кошачьей мяты.

– Обойдешься чаем с молоком. Валериана затуманивает твою голову. Да и мята тоже. А мне хочется узнать, что ты об этом думаешь.

Маркус принялся за чтение, Ариана приготовила чай с молоком, положила в мисочку курицу для Маркуса, а себе взяла несколько печений. Вернулась к столу и посмотрела на кота.

– Ну, что я могу сказать по этому поводу, – сложил лапы на груди Маркус и сощурил зеленые глаза. – Бульварная газетенка. Корреспондент – дура, фотограф – жалкий любитель, редактор – бездарность. Слог отвратительный, эпитеты примитивные, сравнения пошлые, штамп на штампе, нашел несколько грамматических ошибок. Что тебя еще интересует? – он залакал чай.

– Ты издеваешься? – чуть не плача спросила Ариана. – Что ты скажешь о герцоге Б?

– Ничего, – кот подцепил когтем кусочек курицы и отправил его в рот. – Хороший у нас герцог.

– Но там написано, что он мой любовник!

– Нет, там написано, что ты его любовница. Это совершенно разные вещи. Думаю, тебе надо подать в суд на эту газетку за клевету.

Ариана была готова треснуть полотенцем по спине непонятливого Маркуса. Но полотенца под рукой не было.

– Только что приходила моя матушка, – безнадежно произнесла она.

– Да, видел. И видел, как она покидала кофейню словно пиратская каравелла под всеми парусами – важно и при этом стремительно. Метресса Матильда так хлопнула дверью, что колокольчик едва не оторвался. Чего твоя мамаша так разозлилась?

– Ты и правда не понимаешь? – на глаза Арианы навернулись слезы.

– Не понимаю, чего ты расстроилась? Вот и глаза уже на мокром месте. Что случилось-то?

Кот упорно не желал видеть ничего особенного в статье.

– Во-первых, в газете написано, что я любовница герцога Б. Бриана. Понимаешь, Бриана?

– Понимаю, что тут не понять? Герцог наш милостивый и щедрый покровитель, мы его поставщики.

– Утверждается, что я его любовница, и написано мое имя.

– Не поверишь, это я тоже понял. И только что посоветовал обратиться в суд.

– Но получается, что Рон не сводный брат герцога, а сам герцог.

– Я давно догадался. А ты нет? – удивился Маркус. – Все же было шито белыми нитками. Рон не умеет врать, совсем.

– Не Рон, а его светлость, – всхлипнула Ариана.

– Ладно, его светлость врет бездарно. Первое – он взял псевдоним с вывески бакалейщика. Непростительная оплошность. Второе – дворецкий герцога Эдгар Харт несколько раз оговорился и почти назвал Рона милордом и вашей светлостью. Не заметила? А я заметил. И в своем доме Рон практически не ориентируется. Вывод – Рон вовсе не Рон. А кто, если он смог так легко заручиться поддержкой его светлости, убедить его взять под покровительство твою кофейню, да еще и Харт предложил тебе от имени его светлости стать управляющей пекарней? Вывод напрашивается сам собой: Рон Эланд не кто иной, как герцог Рональд Бриан. К тому же у Рона руки-крюки и он ничего не умеет делать – ни черепицу положить, ни вывеску повесить. Но дерется хорошо, – ткнул в фотографию Маркус. – Эпичная получилась драка, если бы не выпученные глаза у дракона. Да и рот слегка перекошен. Лучше бы он оскалился и показал белоснежные клыки.

– Герцог собирается жениться, – слезы все-таки потекли по щекам девушки. – На принцессе… Этой, как ее? Бенедикте. Династический барк и все вытекающие отсюда последствия… – она зло вытерла слезы, но они снова покатились по лицу.

– Не надо верить продажной прессе, – успокаивающе проурчал кот. – Из тебя тоже сделали любовницу герцога, и что? Это же наглая ложь! Убей, не понимаю, чего ты так расстроилась? О помолвке никто не объявлял, все вилами на воде писано.

– Рон… герцог, – поправилась Ариана, – все придумал о себе. Он врал, а я ему верила.

– Вижу, ты в него влюбилась, – понимающе кивнул кот, складывая лапы на животе. – Давай поговорим об этом. Тебе просто необходимо проанализировать свои чувства, разобраться в себе.

– Ни в кого я не влюбилась! – слезы вдруг высохли сами собой. – И не в чем мне разбираться не надо. Герцог просто развлекался, играл… Ему дела нет до меня. А мне до него. Пусть только попробует переступить порог кофейни! Сегодня же сниму вывеску и откажусь от места управляющей пекарни.

– Глупо, – покачал головой кот. – Кого ты так накажешь? Только себя. Кстати, а вот и наш врунишка пожаловал. Сходи наверх, принеси свой пастушеский посох. Думаю, если ты огреешь его светлость пару раз, обозвав Роном, герцог не разгневается. А мозги у него, возможно, встанут на место, и он перестанет врать и изворачиваться. Все равно делает он это очень неумело. Вот тогда и спросишь герцога Бриана про принцессу Бенедикту и заодно поинтересуешься, есть у его светлости хотя бы зачатки совести или нет?

Глава 39

– Прикуси язык и не мешай мне, – сердито предупредила Маркуса Ариана.

– Только сильно не ругайся на милорда, – попросил кот. – Не люблю, когда ругаются. Резкие звуки меня раздражают. И даже пугают.

Ариана поднялась из-за стола, медленно подошла к Рону.

– Приветствую вас, ваша светлость, – присела в низком реверансе. – Я бесконечно рада, что вы изволили посетить мое скромное заведение.

В душе Арианы поднималась буря, сверкали молнии, гремели громы. Ей хотелось высказать все, что она думает о вруне. Но ее месть будет медленной и изощренной. Врунов надо учить! Ариана постаралась унять бушевавшую в груди бурю, сделала глубокий вдох. Не помогло. Медленно выдохнула и прислушалась к себе. Теперь немного отпустило.

– Привет, – Рон попытался чмокнуть девушку в щеку, но та отстранилась и положила руку ему на грудь.

– Я очень благодарна вам, милорд, за то, что вы изволили пригласить меня на Зимний бал. Это такая честь.

– Давай пойдем в столовую? – неуверенно предложил Рон, оглядываясь по сторонам. – У тебя такое странное выражение лица. Словно ты хочешь меня придушить. Надеюсь, в объятиях? – попытался шутить он. – И не называй меня милордом, посетители косятся. Еще подумают, что я важная шишка.

– Хорошо, пойдемте, ваше милость, поговорим по душам, – мрачно посмотрела она на Рона. Забрала газету со стола Маркуса и направилась в столовую.

– Ты что, прочитала статью? – вскинул брови Рон, кивнув на газету.

– Вы очень догадливы, ваша милость, – хмыкнула Ариана. – Ваша проницательность безгранична.

А ведь она может говорить сейчас все, что захочет и наблюдать за реакцией герцога! Когда еще выпадет такая возможность? Играть так играть! Он поиграл с ней, а она поиграет с ним. И еще неизвестно, кто тут добыча, а кто охотник.

– Я видел эту статью, – Рон расположился в своем любимом кресле у окна. – Поэтому и задержался. Пришлось идти в редакцию, потом во дворец герцога. Памела Вилерт умеет поднять бурю в стакане. Завтра же выйдет опровержение и перед тобой извинятся.

– Прекрасно, – Ариана уселась на край подоконника, закинула ногу на ногу и сцепила руки в замок, положив их на колено. – А перед вами тоже извинятся, милорд?

– Конечно, – энергично кивнул Рон. – И передо мной, и перед герцогом. Перед всеми нами. Умоляю, перестань называть меня милорд. Это глупое недоразумение. Его светлость очень недоволен случившимся.

– Ах, так ты… вы… изволили видеться с герцогом? С собственным отражением разговаривали? Или как?

– Ариана, прекрати, пожалуйста, – Рон умоляюще сложил руки. – Я был во дворце своего сводного брата. Но поговорить с ним не смог, не застал герцога, он уехал на охоту.

– На ведьм? – расхохоталась Ариана.

– На кабана, – вздохнул Рональд. – Но я виделся со своим другом Эдгаром, он мне и рассказал, что герцог разгневан статьей. И что уже отправил своих юристов в редакцию и вопрос решен. Завтра выйдет опровержение, к тебе лично придет редактор и извинится.

– А к его светлости он тоже лично придет?

– Уже приходил.

– На охоту? – Рон продолжал упорно врать. Вернее, теперь перед ней сидел не Рон, а его светлость Рональд Бриан. Ариана в этом не сомневалась. Но для нее герцог все еще оставался Роном, и она никак не могла принять, что вот так запросто беседует с герцогом, да еще и говорит ему дерзости. А он вынужден терпеть. Нет, однозначно события принимают забавный оборот!

– До отъезда его светлости на охоту, – вывернулся Рональд.

– Как рано поднялся бедный редактор, – театрально вздохнула Ариана. – Пришел ни свет ни заря, долго колотил в дверь замка и его приняли с распростертыми объятиями?

– Ты мне не веришь?

– Как я могу сомневаться в словах вашей светлости?

– Прошу, перестань издеваться.

– Ладно, я буду серьезна. Я приняла решение отказаться от покровительства герцога Бриана. Прошу, помоги Филиппу снять вывеску. И отвези ее и музыкальную машину во дворец его светлости.

– Не надо! – из темного уголка вышел Маркус, невесть как пробравшийся в столовую. – И еще, милорд… Рон… Конечно же, ты Рон. Так вот, Ариана не станет отказываться от предложения принять на себя должность управляющей пекарни. Верно? И я не отдам золотую цепь с гербом. Даже не просите! Мне ее пожаловал герцог, а благородные аристократы свои подарки назад не забирают, правда? – уставился на Рональда Маркус.

– Брысь! – прикрикнула на кота девушка.

– Я согласен с Маркусом, – оживился Рональд. – Не надо ничего менять, подожди немного, убедись, что это всего лишь досадное недоразумение. И уверяю тебя, Маркус, никто не потребует вернуть цепь с гербом. Герцог благородный и щедрый человек.

– О да, в его благородстве сомневаться сложно, – недобро рассмеялась Ариана.

– Видишь, все складывается удачно, – Маркус запрыгнул на подоконник и привалился к боку девушки. – Тут главное не спешить. Ведь его светлость тоже не станет спешить жениться на принцессе Бенедикте? Ты не в курсе, Рон, что по этому поводу думает твой сводный брат?

– Герцог не собирается жениться на принцессе, это я точно знаю, – заверил кота Рональд, при этом глядя на Ариану.

– Вы же вроде мало общаетесь? – ядовито напомнила Ариана.

– Да, мало. Но о важных моментах своей жизни герцог меня информирует.

– Как это благородно с его стороны, – энергично закивала Ариана. – Герцог находит время и держит своего сводного брата в курсе сердечных дел.

– Он не женится на принцессе, – повторил Рональд. – Герцог мечтает встретить настоящую любовь, – пристально посмотрел он на Ариану.

– Надо же, как романтично! А если не встретит?

– Тогда он проведет свою жизнь в одиночестве.

– В полном одиночестве, – печально вздохнула Ариана. – Только несколько белошвеек, еще пара аристократок и какая-нибудь наивная дурочка, влюбленная в него по самые уши.

– Мой брат не лишен недостатков, но в благородстве ему отказать нельзя, – вспылил Рональд.

– Увы, я с ним не знакома. Но раз вы так хорошо общаетесь, организуй мне аудиенцию у его светлости. Хочу лично поблагодарить его за все, что он для меня сделал, – пристально посмотрела на Рональда Ариана.

– Я постараюсь, но обещать не могу. Герцог очень занятой человек, как ты понимаешь. И можно мне кофе, а то что-то голова кругом идет от всех этих разговоров о статье, – выдохнул Рональд, умоляюще глядя на Ариану. – Не надо так много уделять ей внимания. Глупая статейка в бульварной газетенке. Мало ли кто и что пишет ради денег и славы?

Глава 40

Похоже, Ариана начала что-то подозревать. Ее острые замечания, ее ироничный взгляд… Нет, так дальше продолжаться не может. Он и правда запутался в паутине собственной лжи.

Не лжи, конечно, это слишком грубо звучит. Не ложь, а невинный обман. Даже, скорее, выдумка, фантазия. Но если Рональд не хочет потерять Ариану, ему надо с ней объясниться, и чем скорее, тем лучше.

Однако сначала надо поставить в известность Его Величество, принять на себя гнев Императора, собрать оставшееся после опалы вещички в дорожный сундук и готовиться к отъезду в дальнее имение, если его, разумеется, тоже не конфискуют.

Но имеет ли он право предлагать Ариане последовать за ним на край света? Ведь из столицы его точно вышвырнут. В любом случае девушка должна знать правду. И какое бы решение Ариана не приняла, он согласится с ним.

Рональд сидел в алой гостиной, бессмысленно переставлял фигуры на шахматной доске и пытался понять, с чего начать – сначала рассказать правду Ариане, а потом идти к Императору и поставить того в известность, что свадьбы с принцессой не будет. Или наоборот – сначала схлопотать по башке от императора, а потом, как побитый щенок идти к Ариане и каяться?

Пожалуй, сначала надо поговорить с Императором. Может, тот так разозлиться, что нарушит собственный приказ, отменяющий смертную казнь, и велит отрубить Рональду голову? Тогда, наверное, есть смысл сначала жениться на Ариане. Она, по крайней мере, станет богатой и знатной вдовой.

С тяжелым сердцем Рональд направился в Императорский дворец. Его Величество снова изволил музицировать. На этот раз в обществе Джарельдины и Маргариты. Прелестные девушки в четыре руки играли незатейливую мазурку, а Его Величество вторил им на скрипке. Поистине, Император виртуозно владел многими музыкальными инструментами!

– Рональд, друг мой, – Император опустил смычок, а девушки продолжили энергично тарабанить на рояле, весело смеясь и не всегда попадая шаловливыми пальчиками на нужные клавиши. – Рад, что пришел ко мне без приглашения. Ты всегда желанный гость в моем скромном жилище. Наверняка, ты уже знаешь, что принцесса Бенедикта прибывает через три дня и ты сможешь встретиться с ней на балу. Ты явился по этому поводу? Почему такой мрачный взгляд? Чем ты опечален? Глупой статьей в газете? Я уже приказал дать опровержение.

– Я тоже, Ваше Величество, – еще больше помрачнел Рональд.

– На газету наложат штраф. И на редактора, и на корреспондентку. Распустились совсем! Никакого уважения к частной жизни добропорядочных граждан! Пора снова вводить цензуру. Свобода слова до добра не доводит. Но я уверен, – успокоил Рональда Император, – принцесса разумная девушка и не будет заострять внимание на подобных пасквилях и твоих невинных шалостях.

– Ваше Величество, – тяжело вздохнул Рональд. – Я должен признаться вам и просить о снисхождении. При любом вашем решении я приму его с покорностью. Но я не женюсь на Бенедикте! Никогда! Я люблю другую. Можете сослать меня на край света, можете лишить дворянства. Да хоть казните. Я на Бенедикте не женюсь! – повысил голос Бриан.

– Ты с ума сошел? – не поверил своим ушам Император.

Девицы перестали бренчать на рояле и с интересом уставились на герцога.

– Впервые в жизни я полюбил. По-настоящему. Глубоко и безрассудно, – с жаром продолжил Бриан. – Она – простая девушка, дочь пекаря Корра. Она была со мной на Зимнем маскараде.

– Это ты из-за нее подрался? – Император так опешил, что даже пока не гневался.

– Да, из-за нее. И я на ней женюсь. Если, разумеется, она согласиться стать моей женой.

– Ты точно сошел с ума, – озабоченно посмотрел на Рональда Император. – Ты бредишь, мой мальчик? Ты у врача был? Хочешь, прикажу позвать моего? Он тебя осмотрит, даст успокоительные порошки.

– Я здоров, – отрезал Рональд.

– Ах, как романтично, – всплеснула руками одна из девиц.

– Молчи, Джеральдина, – одернула ее подруга.

– Ты же отлично понимаешь, что ставишь под удар дипломатические отношения с Азелией? Это же будет международный скандал!

– Я люблю Ариану Корр, – повторил герцог. – И я не оступлюсь. Можете сейчас же заключить меня в тюрьму.

– Девочки, вы видели такого ненормального? – оглянулся на девиц Император. – Что мешает тебе сделать эту твою Ариану фавориткой?

– Она не согласиться. Да и я не посмею предложить ей подобное. Она – чистая невинная душа. И она, кажется, любит меня.

– Так тебе это еще пока только кажется? Может, она делает вид, что влюблена, потому что ты герцог и ей до безумия хочется получить титул и деньги?

– Ариана не знает, что я герцог. Она думает, что я простой служащий.

– О, как интригующе, – воскликнула другая девица.

– Маргарита, я же сразу сказала, что это безумно романтично! Ваше Величество, не гневайтесь на герцога, – Джаральдина выскочила из-за рояля и бухнулась перед Императором на колени. – Я даже готова отказаться от титула баронессы, который вы обещали мне даровать. Я подожду. Только не лишайте влюбленных счастья!

Маргарита последовала примеру подруги и тоже встала на колени:

– Это так трогательно! И я готова подождать с титулом. Нам спешить некуда, верно, Джеральдина? Пусть герцог объяснится с этой булочницей. Пусть они будут счастливы и нарожают кучу детишек.

– Да вы что, все с ума походили? – топнул ногой Император, размахивая скрипкой и смычком. – Вы меня до сердечного приступа доведете!

– Ваше Величество! – хором заныли девушки. – Ну пожалуйста, – молитвенно сложили они руки. – Будьте великодушны! Вы же сами отменили сословные браки.

– Вот на кой ляд я разрешил дворянам жениться на простолюдинках? Теперь пожинаю плоды… Совсем страх потеряли! – Император с досадой бросил на рояль скрипку. – Король Азелии не поймет такого поворота событий. Мы с ним только-только начали расширять торговые связи. И потом, Бенедикта прекрасна как ангел. Какая такая тебе любовь нужна, Бриан? Если твоя Ариана тебя любит, то все поймет. И согласиться носить гордое звание фаворитки. Если нет – значит она полная дура, не понимающая своего счастья. Или ты женишься на Бенедикте, или пеняй на себя!

– Не женюсь, Ваше Величество! Это мое последнее слово!

– Ваше Величество, проявите великодушие, – заползали вокруг Императора девицы. – Вы же добрый, и умный, и благородный.

– У меня от вас голова разболелась, – цыкнул на девиц Император.

– Так мы вылечим, – вскочили Джеральдина и Маргарита. – В два счета вылечим. Мы же вас так любим, так ценим… – защебетали они, гладя Императора по плечам.

– Слушайте мою волю, – Император с раздражением отцепил от своего камзола цепкие ручки фавориток. – Бриан, ты встретишься с принцессой Бенедиктой на балу и это не обсуждается. Это твой последний шанс исправить ситуацию. И уж если ты все равно будешь стоять на своем, тогда пеняй на себя. Полная конфискация земель, недвижимости, счетов в банках и всего прочего, что веками принадлежала твоей семье. Думаю, любовь булочницы Арианы после этого испариться как утренний туман. Но ты станешь нищим. И это будет уроком для всех, кто не желает исполнять мою волю! Идемте, девочки, полечим мою голову, – император обнял фавориток за талии и покинул музыкальную гостиную.

Глава 41

Император выразился более чем ясно – скоро Бриану придется зарабатывать себе на хлеб тяжким трудом. Что он может делать, кроме как обращаться в дракона, драться с противниками и изрыгать пламя?

Герцог машинально переложил бумаги на столе в своем кабинете, поправил золотое перо в хрустальной чернильнице, поставил пресс-папье в форме малахитовой жабы с золотой монетой во рту на стопку писем.

Чем он может заработать себе на жизнь? Проводятся ли еще подпольные бои без правил среди драконов? Или эту лавочку давно прикрыли? Не слишком хороший вариант, да и незаконный. Только в полицию ему угодить не хватало.

Еще Рональд умеет класть черепицу на крыше, вешать вывески. Может работать в кузнице раздувая горн.

Только надо быть реалистом. С крыши он упал, с лестницы тоже. В кузнеце ремесленника может быть тесно и дракон там просто не поместиться, а на заводах все оборудовано современными машинами.

Хорошо, если Ариана не разозлиться на Рональда, сможет простить его дурацкий розыгрыш и возьмет в свою кофейню хотя бы разнорабочим.

С Арианой вообще все сложно. Надо рассказать ей правду. А он боится. Герцог Рональд Бриан, продолжатель древнего рода, прошедший через огонь и воду, победитель в дуэлях и кабацких драках боится рассказать булочнице правду!

Вдруг она не пожелает его больше видеть? Ариана ясно дала понять, что не терпит обмана и лжи. И уже явно что-то подозревает. Но почему-то Рональду кажется, что Ариана тоже неравнодушна к нему. И если не сразу, то простит его.

Вот только что ей сможет предложить опальный герцог кроме самого себя? Быть не просто герцогом, а еще и драконом-оборотнем прекрасно. Но пора найти свое место под солнцем. Пора перестать тратить деньги, нажитые предками и жить припеваючи на ренту от недвижимого имущества. Которого, кстати сказать, он скоро лишиться.

Все сложно, и герцог балансирует на краю пропасти. Но Бриан не вешал голову. Кое-что он предпринять может. Рональд позвал дворецкого.

– Дорогой друг, – натянуто улыбнулся ему герцог. – Боюсь, скоро ты останешься без работы.

– Вы хотите рассчитать меня, милорд? – по лицу Эдгара пробежала тень, и он не смог скрыть обиды.

– Ни в коем случае. Но Император пообещал конфисковать мое имущество. Возможно, новые хозяева замка не будут нуждаться в твоих услугах.

– Если такое случиться, я и сам не останусь! – возмутился Харт. – Я всегда буду рядом с вами, милорд. Это из-за принцессы Бенедикты Его Величество гневается на вас?

– Именно.

Коротко герцог рассказал дворецкому о решении Императора.

– Как видишь, мое положение не просто шаткое, оно отчаянное. И передо мной неожиданно встала задача – найти занятие, чтобы прокормить себя. А возможно и Ариану. Если, конечно, она не придет в ужас от случившегося. Все-таки я ухитрился запутаться в своем вранье.

– Думаю, она простит вас, милорд. Хотя бы за те благодеяния, коими вы ее осыпали. Метта Корр очень добрая, благоразумная и, не сомневаюсь, благодарная девушка. И, смею предположить, вы ей нравитесь. Она не отвернется от вас только потому, что вы больше не герцог. Тем более что она до сих пор не знает этого. Возможно, настала пора рассказать ей правду?

– Расскажу после того, как пообщаюсь с принцессой. Вдруг Бенедикта все поймет, и сама откажется от брака со мной? Хотя… Хотя это вряд ли. Не нравится мне аура принцессы. Она натуральная темная ведьма. Попробую в качестве отступного предложить Бенедикте несколько артефактов из семейной коллекции. Может, согласиться отказаться от свадьбы добровольно.

– Но почему бы вам немедленно не объясниться с меттой Корр? Что поменяет решение принцессы, милорд?

– Если честно, я боюсь ответа Арианы, – со вздохом произнес Рональд. – И банально тяну время. Но я вызвал тебя не для того, чтобы жаловаться на судьбу, а чтобы предпринять некоторые шаги и хотя бы немного смягчить удар, который намеревается нанести мне судьба.

– Я сделаю все, что в моих силах, милорд, – заверил господина дворецкий.

– Тогда для начала я передам тебе в дар два загородных поместья. Небольших, чтобы не привлекать к ним внимания. И одну ферму. С овечками и курочками, – невесело улыбнулся Рональд.

– Понял вас, милорд, – понимающе закивал головой дворецкий. – Как только буря уляжется, я верну вам все в целости и сохранности.

– Я знал, что на тебя всегда можно положиться. Ты понимаешь все с полуслова.

В дверь постучали и вошел лакей.

– Метресса Ариана Корр испрашивает аудиенции у вашей светлости, – с поклоном провозгласил он, протягивая поднос, на котором лежала визитка Арианы. – Она желает передать вам подношения в знак глубочайшей благодарности за вашу поддержку ее кофейни.

– Что?! – опешил Рональд. – Скажи, я на охоте. Я на приеме у Императора… Заболел я… Что угодно скажи, но… Но не прогоняйте ее грубо. Сделайте это под благовидным предлогом. Мягко и вежливо.

– Она знает, что вы в замке, милорд. И настоятельно просит встречи с вами. Она принесла вам подношение и желает вручить лично в руки. Это право горожан, передать свою благодарность аристократам, оказавшим покровительство и милость.

– И что делать? – повернул голову к дворецкому Рональд.

– Проводи метту Корр в большую гостиную, – распорядился дворецкий. – Пусть ей подадут чай. И передай, что его светлость изволит принимать ванну. Он выйдет через полчаса и милостиво примет ее подношение. И пусть гостью развлекают музыканты, а ты проследи, чтобы она никуда не выходила из гостиной.

– Понял, – с легким поклоном лакей покинул кабинет герцога.

Герцог проводил взглядом лакея, подождал, пока за ним закроется дверь:

– Что ты придумал, Эдгар? – повернулся к дворецкому.

– Ваша светлость все еще не желает немедленно объясниться с меттой Корр?

– Нет. Однозначно нет. Я к этому морально не готов. Хватит на сегодня с меня объяснений с Императором.

– Тогда идемте гримироваться и клеить вам усы и бороду, которые остались с прошлогоднего маскарада. Принятие подношения займет всего несколько минут. Она не узнает вас, не сомневайтесь.

Глава 42

Дворец, вернее, замок герцога Рональда Бриана поражал роскошью и выдавал изысканный вкус его владельца. Все элегантно, безумно красиво и стоит бешеных денег.

Огромные люстры из цветного стекла в каждом помещении вторили цвету стен. Сдержанный декор, немного позолоты на капителях изящных колонн. Заметно, что замок переделан в соответствии с новомодными веяниями. Пожалуй, от былого остался только пол из цветного мрамора, старинный паркет, немного витражей и камины. Но они органично вписывались в современную отделку.

Важный лакей сопровождал Ариану, которая в одной руке держала корзину со сладостями, а другой прижимала к себе Маркуса. Кот увязался за хозяйкой и пообещал, что после аудиенции у герцога выскажет о нем свое объективное мнение.

Один роскошный зал сменял другой, веренице комнат не было конца.

– Да, красиво жить не запретишь, – удовлетворенно промурчал Маркус. – В нашего герцога отменный вкус. Никакой пошлятины и кича. Золота в меру, бронзы и хрусталя тоже. Но видно, что на отделку замка ухлопана куча золотых. А может даже две.

– Что? – Ариана с восторгом смотрела по сторонам и не сразу поняла, что говорит кот.

– Сказал, денег на отделку не пожалели, – обиделся Маркус. – Похоже, я говорю в пустоту.

– Очень красивый замок, – согласилась Ариана. – Даже странно, что Рону нравится сидеть в моей гостиной и пить кофе из дешевых чашек.

– Знаешь, возможно, все-таки Рон и его брат разные люди. Вдруг мы ошиблись?

– Не думаю, – отрицательно качнула головой Ариана. – Его светлости захотелось разнообразия и смены обстановки. Видимо, и от роскоши можно устать.

– Ты все-таки не спеши с выводами, – посоветовал кот.

Ему невероятно нравился замок герцога. Сколько вкуса, сколько элегантности! Хотя, если быть до конца честным, Маркус не посещал ни одного дворца или даже особняка аристократа. Не довелось как-то… Так что сравнивать был не с чем.

С легким поклоном, полном достоинства, лакей распахнул очередную дверь:

– Прошу обождать здесь, сударыня.

– И сударь, – обиженно добавил кот, важно поправляя на шее герб герцога.

– Простите. Разумеется, и сударь, – слегка улыбнулся лакей.

По периметру круглого зала выстроились малахитовые колонны с золотыми капителями. На них опирался купол, расписанный облаками и парящими толстыми купидонами. Огромные окна в пол прикрывали причудливые драпировки. Зал был погружен в приятный полумрак.

У стены, украшенной фресками с пейзажами и танцующими полуобнаженными девицами, расположился квартет. Приятная тихая музыка наполняла зал и замирала под прозрачным куполом.

К Ариане подошла горничная в белоснежном накрахмаленном фартуке и кружевной наколке.

– Прошу, располагайтесь, – указала она на диван, обитый шелком с вытканными на нем чайными розами. – Угощайтесь, а если пожелаете что-то еще – позвоните, и я выполню все ваши пожелания, – горничная указала на витой шнур с тяжелой кистью, свешивающийся с потолка.

Рядом с диваном расположился чайный столик с угощениями. На полу стояла мисочка с кусочками мяса для Маркуса.

– Очень мило со стороны его светлости, – Маркус выкрутился из рук Арианы и мягко прыгнул на пол.

Сидеть в гостиной было приятно. Маркус быстро расправился с мясом и подошел к окну.

– Посмотри, красота какая, – обернулся он к Ариане. Из окна открывали вид на город. Серебрилась скованная льдом река, блестели шпили соборов, вдали темнел лес. – Город как на ладони. А где-то там наша кофейня. Ее за дымом бумажной фабрики не видно, – вздохнул кот. – На месте Императора, я бы вынес все заводы и фабрики за городскую черту. Нечего им небо коптить и портить воздух Столицы.

В гостиную неслышно вошел лакей. Ударил жезлом об пол:

– Его светлость, герцог Рональд Бриан! – торжественно провозгласил он.

От неожиданности и громкого стука, Маркус сначала подпрыгнул на месте, потом припал к полу, а затем заметался по комнате, скользя лапами по натертому до блеска паркету. Наконец забился под диван. Но надо соблюдать приличия, и Маркус опасливо выглянул оттуда, убедился, что никто больше не будет стучать жезлом и осторожно выполз наружу.

В зал вошел герцог. В темно-лиловом камзоле, расшитым золотом и шелком. В руках элегантная трость, на лице усы. Модные, небольшие, аккуратные. И такая же небольшая бородка. Темные волосы завиты по последней моде и напоминают гриву льва. На фотографиях в газетах герцог выглядел совсем иначе. Хотя печать в них заставляет желать лучшего. Да и имидж он мог сменить в соответствии с веяниями моды. А она такая переменчивая! Каждый день что-то новое.

– Рад видеть вас, метта Корр, – с прононсом произнес герцог. Может, у него насморк? На дворе зима, запросто можно простудиться.

Ариана присела в низком реверансе.

– Поднимитесь, дитя мое, – повелительно повел рукой герцог.

Какое дитя? Ариана хорошо если лет на пять младше герцога. Маркус внимательно уставился на Рональда Бриана, потом перевел взгляд на Ариану.

Она грациозно поднялась и тоже пристально посмотрела в лицо герцога.

– Благодарю вас, ваша светлость, что приняли меня, – в улыбке Арианы Маркус уловил насмешку. – И я бесконечно благодарна вам за ваше покровительство и за все благодеяния, коими вы осыпали меня. Позвольте в знак моей глубочайшей признательности преподнести вам выпечку из моей кофейни.

– Прими, – герцог тростью указал лакею на корзину. – Милая благодарность, и я принимаю ее с удовольствием.

– Довольны ли вы поставками моей выпечки к вашему двору? – поинтересовалась Ариана.

– Да, – коротко кивнул герцог.

– Нет ли у вас замечаний или пожеланий по улучшению продукции?

– Нет.

Говорил герцог мало. Но веско.

– Аудиенция закончена, – снова треснул об пол жезлом лакей. Ну зачем так колотить по паркету? Можно испортить инкрустацию!

– Всего доброго, – пробубнил в нос герцог. – Меня ждут дела.

– Всего доброго, – снова присела в реверансе Ариана.

Она направилась к выходу. Интересно, какие выводы она сделала из такой короткой аудиенции? Об этом Маркус узнает чуть позже. А сейчас у него возникла потрясающая идея. И ее надо немедленно реализовать.

– Не жди меня, вернусь сам. – Маркус побежал за герцогом.

Лакей не успел ничего предпринять, как кот в несколько прыжков догнал герцога.

– На пару слов, ваша светлость, – прошептал он.

– Да? – герцог обернулся и посмотрел на кота сверху вниз.

– Поговорить надо, милорд. Наедине.

– Я занят, – недовольно вскинул брови герцог.

– У вас ус отклеился, милорд.

Герцог инстинктивно поднес руку к лицу, прижимая усы.

– Неужели поверили? Ну что, может все-таки поговорим, милорд?

Глава 43

Герцог смерил кота тяжелым взглядом:

– Хорошо, пошли.

Кабинет у Бриана отличался элегантностью отделки, добротной мебелью, отсутствием излишеств и очень понравился Маркусу.

– Приятный кабинет, – одобрительно отметил кот, запрыгивая на кресло рядом с письменным столом. – У вас удивительно тонкий вкус, милорд.

– Твое мнение об интерьере меня совершенно не интересует, – отрезал Бриан. – Так о чем ты хотел со мной поговорить? Об Ариане?

– Нет, это ваши отношения и ваши проблемы, милорд. Я не лезу в чужие дела, я не любопытен, – кот задумчиво облизнул лапу, важно поправил цепь на шее. – У меня чисто деловое предложение.

– С какой стати мне слушать твои деловые предложения? – поинтересовался герцог, выгнув дугой бровь и насмешливо глядя на Маркуса.

– Давайте предположим чисто гипотетически, что вы и ваш сводный брат Рон Эланд все-таки одно лицо. Просто предположим. Как ваша светлость думает, Ариана простит такой глупый розыгрыш, будет она по-прежнему общаться с Роном, будет с ним целоваться на крыше?

– Мы не… Они не целовались на крыше, – отрезал герцог.

– Я просто подумал, что так могло быть. Ошибся. Очевидно, ваш брат делится с вами своими сердечными тайнами и приключениями, подробно рассказывает, где был с Арианой, что ей говорил и что врал. Но это тоже не мое дело. Итак, как поведет себя Ариана, когда узнает правду? Понравится ли ей, что ваша… его светлость… Нет, все-таки ваша светлость морочил ей голову, играл с ней, развлекался, чтобы развеять скуку?

– Это совсем не так.

– Возможно, – понимающе кивнул Маркус. – Тогда как? Как Рон объяснит девушке, зачем валял дурака, изображал простолюдина?

– Возможно, Рон запутался. Он слегка легкомысленный, но, уверяю тебя, он не играл с Арианой и не собирался обидеть ее. Скажи, Маркус, у Арианы есть сомнения на его счет?

– Разумеется. Она умная девушка, и у нее есть все основания подозревать, что Рон говорит ей не всю правду. Она не любит врунов и ей не понравится, что Рон ведет двойную жизнь и морочит ей голову. Думаю, она порвет с ним отношения. И правильно сделает – врунов надо учить. Я могу доказать, что Рон и ваша светлость одно лицо. Как ни крути, а усы и борода у вас накладные. Вы повелись на мою невинную уловку и начали проверять, крепко ли они приклеены. Но я отвлекся. Я могу убедить Ариану, что она ошиблась, и Рон простой дракон-оборотень на службе Его Величества. И то, и другое правда. Главное, под каким углом рассматривать данную проблему.

– Да ты настоящий шантажист, – воскликнул герцог.

– Ну что вы, милорд. Я всего лишь очень практичный кот. Вы намерены жениться на принцессе? Это не праздный вопрос. Если да, то нам больше говорить не о чем, и я немедленно покину ваш замок. Я с презрением отряхну пыль ваших ковров со своих лап. И расскажу Ариане правду. Потому что это низко и подло.

– Я никогда не женюсь на принцессе. Я вообще, похоже, никогда не женюсь, – подавил вздох Бриан. – Ты прав – я запутался, и не знаю, как выбраться из собственного вранья.

– Вы говорите это как ваш брат или от своего имени? – прищурился кот.

– Наше мнение в этом вопросе совпадают, – усмехнулся герцог.

– Вы прекрасный дипломат. Умеете найти ответ на любой вопрос и при этом не сказать ничего конкретного. Но я искренне рад, что принцесса вас не интересует. Поговорите с Арианой, когда будете готовы. Вы правы, с этим спешить не надо, надо действовать постепенно, подготовив девушку к неожиданному повороту событий. А пока пусть все идет как идет. Итак, перейду к сути моего предложения.

Герцог поудобнее устроился в кресле, внимательно посмотрел на кота:

– Я весь внимание.

– Ариана прекрасный кулинар. Вы по достоинству оценили ее способности и магический дар. А я прекрасный управляющий ее кофейни. Спросите хоть ее, хоть Филиппа. Я и Ариана – на своих местах, занимаемся своими делами и счастливы радовать граждан нашей благословенной империи по мере своих скромных сил.

– Высокопарные слова, за которыми, подозреваю, таиться определенный личный интерес? – хмыкнул Бриан.

– Ничего подобного. Только забота об окружающих, – возмутился кот. – Итак, пусть Ариана печет свои бесподобные печенья, рогалики, пирожные. Ей некогда следить за поставками продуктов, за производственным процессом крупной пекарни и заниматься прочей рутиной. Она не может взвалить на себя все. Это непосильная ноша для девушки. Но я готов облегчить ее труд и согласен встать во главе пекарни в качестве, например, директора. Или хотя бы управляющего.

– Ты?! Во главе пекарни?! – темные глаза у герцога сначала округлились, а потом в них запрыгали веселые искорки. – Ты серьезно?

– Вот только не надо смотреть на меня иронично и снисходительно. Да, именно я, – шерсть на загривке кота возмущенно распушилась. Кончик хвоста сердито стучал по креслу. – Ну что, мне рассказать Ариане правду, или все-таки благоразумие возьмет верх, и вы примете мое предложение?

– Шантажист! – расхохотался герцог.

– Врун и обманщик, – пробурчал кот себе под нос.

– Ну, ты и нахал, – продолжал веселиться Бриан. – Но я поступлю лучше. Я подарю тебе пекарню.

– Не смешно, – обиделся Маркус. – Ладно, я пошел, – он собрался спрыгнуть с кресла.

– Подожди, я серьезно, – остановил его герцог. – Ариана такой подарок от меня не примет, а ты не откажешься.

– Не откажусь, – кот ошарашенно сел на место. Но быстро пришел в себя: – А можно мне для солидности еще золотую серьгу в ухо с грушевидной жемчужиной? Такую, как сейчас модно носить в высшем обществе?

– Можно, – не стал возражать герцог. – И ты замолвишь за меня словечко перед Арианой, когда я тебя об этом порошу.

– Не вопрос, – благодушно махнул лапой кот. – И я только что убедился – вы и ваш брат Рон совершенно разные люди.

– Тогда скрепим наш договор рукопожатием как деловые люди, – удовлетворенно произнес Бриан. Кот поспешно протянул Бриану лапу, и герцог пожал ее.

Герцог пригласил юриста, тот составил дарственную, Бриан скрепил ее красной сургучной печатью, поставил размашистую подпись. Кот приложил к документу отпечаток лапы.

– За жемчужиной приду на днях, как только проколю ухо, – кот взял подмышку свернутый договор и поспешил к выходу. – Всего доброго, милорд! – махнул на прощание герцогу.

Вернувшись в кофейню, кот первым делом зашел к себе под лестницу, спрятал дарственную в укромный уголок. Потом нашел Ариану:

– Я убедился: герцог – это не Рон. Борода и усы настоящие, его светлость позволил мне их подергать. А за день такая растительность на лице не вырастает.

– Не может быть, – подозрительно сощурилась девушка.

– Может, может, сам не сразу поверил. Как видишь, мы зря подозревали Рона. Ты главное, не дави на него, он отличный парень. Подозреваю, Рон в тебя влюблен, и из-за этого ведет себя неуверенно и порой несет околесицу.

– Глупости, ничего подобного, и вовсе он в меня не влюблен, – Ариана покраснела и расплылась в широкой улыбке.

Не так давно Император позволил заключать союзы между простолюдинами и аристократами. Если эта парочка поженится герцог потеряет титул, или Ариана станет герцогиней? Надо бы в этом разобраться. И что положено при таком раскладе фамильяру невесты? Может, Маркусу тоже даруют титул? Хотя бы баронский. Или пусть в рыцари посвятят.

Глава 44

Кофейня встретила Рональда привычным запахом свежей выпечки, ароматом кофе и ровным шумом голосов многочисленных посетителей. Арианы в зале не было. Бриан прошел на кухню.

Ариана в накрахмаленном белоснежном фартуке и пышном поварском колпаке занималась рогаликами. Ее руки порхали над противнем как руки заправского дирижера. Молотая корица и мелко поструганный миндаль повиновались движения девушки и ровным слоем ложились на марципановое лакомство.

– Привет, – Рональд подошел к девушке, и прежде, чем она успела что-то сказать или возразить, коснулся губами ее щеки.

– Привет, – Ариана метнула на Рональда короткий сердитый взгляд. – Не мешай, я занята.

– Ты сердишься на меня?

– С какой стати? – очередная порция корицы легла неровной полосой на рогалики. – Видишь, что я наделала? – укоризненно спросила Ариана.

– Все-таки ты сердишься, – вздохнул Рональд. – Я же вижу.

– Ну, ты же был занят, не приходил два дня…

– Полтора, – поправил он девушку. – Да, прости, но я и правда был очень занят.

– Я была на аудиенции у его светлости герцога, – Ариана закончила с рогаликами, командным жестом руки отправила их в духовку. Тяжелая чугунная дверца глухо хлопнула, вторя недовольному настроению хозяйки.

– Интересно. Он тебя пригласил? – удивленно вскинул брови Рональд.

– Сама пошла. Поблагодарить, – Ариана по-прежнему испытывающе смотрела на Рональда. – Твой сводный брат был очень любезен. И немногословен.

– Да, он такой. Говорит мало, – согласился Рональд.

На кухню вошел Маркус, важно вертя головой во все стороны. В ухе у него красовалась массивная золотая серьга с крупной жемчужиной.

– Вот, полюбуйся, герцог подарил, – кивнула на кота Ариана. – Вчера Маркус бегал по цирюльникам, искал, где безболезненно можно проколоть ухо. А вечером Эдгар Харт лично принес драгоценность. И с чего такая щедрость, как думаешь, Рон?

– Ну откуда Рон может знать, что я понравился герцогу? Мы даже немного с ним побеседовали, – признался Маркус. – Очень приятный мужчина. Настоящий аристократ, – кот сел посреди кухни и задней лапой поправил дорогую, но неудобную серьгу. – Пожалуй, я буду носить ее на цепи рядом с гербом. А то ухо выворачивается. Серьга красивая, но тяжелая. Ариана, а ты не хочешь предложить Рону кофе? – напомнил о правилах гостеприимства кот. – Да и тебе отдохнуть не помешает. Я велю Джозианне накрыть в столовой, – кот важно распушил хвост и покинул кухню.

– Будешь кофе? – хмуро спросила Ариана.

– С удовольствием. Мне кажется, ты все-таки сердита на меня, – заметил Рональд.

– Терпеть не могу, когда меня держат за дурочку и морочат мне голову.

– Но я ничего подобного не делаю, – несколько стушевался Рональд.

Ариана вымыла руки, сняла передник и поварской колпак, положила на тарелку горстку разномастных печений.

– Считай, я тебе верю, – хмыкнула она. – И Маркусу тоже. Тот еще врун и интриган.

– Маркус? – искренне удивился Рональд. – Да он честнейший кот на свете.

– Ага, вы два сапога пара, – Ариана сунула в руки Рональда поднос, водрузила на него печенья, вазочку с вареньем, плошку с медом, сахарницу и сливочник. – Отнеси в столовую, а я сварю кофе. И не разбей ничего, пожалуйста! Ты на это мастак.

Рональд крепко держал поднос, стараясь ничего не уронить. Он сумел открыть ногой дубовую дверь, просочился бочком в столовую.

Маркус сидел на диване, и наблюдал, как Рональд переставляет посуду с подноса на стол.

– Ваша светлость просто прирожденный официант, – заметил кот.

– Поговори еще, – огрызнулся Бриан. – Похоже, Ариана тебе не слишком поверила.

– Она просто подозрительно относится ко всему, что касается вас, милорд. Пожалуйста, налете сливок мне в блюдце.

– Тебе вредно молочное, – отрезал Рональд.

– Иногда можно. Я весь на нервах, так что прошу, милорд, немного сливок для вашего преданного друга.

– Для тебя, что ли? – Рональд капнул сливок на блюдце и поставил его на край стола.

– Так мало? – возмущенно уставился на него Маркус.

– В самый раз.

В гостиную вошла Ариана, держа в руках поднос с кофейником и двумя фарфоровыми чашечками. Небесно-голубые незабудки светились на белом фоне, напоминая о жарком лете, наполненном солнцем и щебетанием птиц.

Ариана разлила по чашкам кофе, пододвинула тарелку с печеньем поближе к Рональду. Над столом воцарилась напряженная тишина.

– Ты зря обижаешься, что я не заходил к тебе вчера, – начал Рональд.

– Я не обижаюсь, – пожала плечами Ариана. – Вот ничего подобного! С какой стати мне вообще обижаться?

– Я правда был занят, – несколько виновато улыбнулся ей Бриан. – Я же на службе у Императора.

– Что, совершал облет государственных границ? – хмыкнула Ариана.

– Нет, проводил практические занятия со студентами Академии Драконов. Ты напрасно иронизируешь, – Рональд видел, что Ариана не слишком ему верит и это его очень беспокоило.

Не время ей знать правду. Пока по крайней мере. Рональду надо всего несколько дней, чтобы разобраться с женитьбой, впасть в немилость Императора и уж тогда решать, как вести себя с девушкой.

Потерять титул и имения не слишком приятно, но без всего этого жить можно. Как ни крути, Бриан оборотень-дракон и заработать на достойную жизнь для себя и Арианы сумеет. Но если Император взбеленится и отправит герцога на край света или вообще в тюрьму? Ариана конечно же не бросит его и последует за ним. И что хорошего ее будет ждать?

Нет, уж лучше пусть думает, что Рон подлец, лжец и негодяй и что он бросил ее и сбежал, как последний трус.

Кофейня у Арианы процветает, пекарня ее отца тоже в надежных руках. Точнее, в лапах. При всей своей наглости и завышенном самомнении, Маркус предан хозяйке и поддержит ее в трудную минуту.

– Мне надо будет уехать на несколько дней по службе, – Бриан с наслаждением смаковал прекрасный кофе. Какие же золотые руки у Арианы, как прекрасно она его варит. – На меня свалилось очень много работы. Я вернусь и обещаю, что отвечу на все твои вопросы.

– С чего ты взял, что я собираюсь тебя о чем-то спрашивать? – иронично посмотрела на него Ариана.

– Я мало что тебе рассказывал о себе. Но… Просто так сложились обстоятельства. Но ты думаешь, что я врун и обманщик.

– Ничего я не думаю. Я о тебе вообще не думаю, – Ариана сердито взяла тарелочку с печеньем, выбрала шоколадное и принялась усиленно жевать его.

– Я очень хочу, чтобы между нами не было недомолвок. Прошу, дай мне пару дней, и я смогу объясниться с тобой. Понимаешь, обстоятельства сложились для меня не лучшим образом. Как только разберусь с этим, обязательно расскажу о себе все.

– Что случилось? – испугалась Ариана. Ее испуг согрел сердце Бриана. Она боится за него, значит не все потеряно.

– Ничего страшного, – он положил руку на ее ладонь. – Все утрясется. Только верь мне, пожалуйста.

Ариана не выдернула руку, не рассердилась. Она улыбнулась.

– Хорошо, я подожду. Но не больше двух дней, – предупредила девушка.

– Три, – попросил Рональд.

– А лучше неделю, – встрял Маркус. – Для надежности. Тут главное дров не наломать. А Рон это делать умеет.

Глава 45

Надежда на то, что принцесса все поймет и не станет настаивать на браке с Брианом было мало. Но попробовать стоило.

Зимний бальный сезон закончится через три дня. В прошлые года Рональд не пропускал ни одного бала, в этом году был только на маскараде с Арианой. После знакомства с девушкой у него пропало желание таскаться по балам и флиртовать с дамами. Пустое провождение времени. Зачем искать развлечения от скуки, если он больше не скучает?

Рональду нравилось сидеть с Арианой в ее уютной гостиной, пить кофе и болтать о пустяках. Нравилось летать с ней над заснеженной столицей, нравилось помогать в кофейне. Жизнь герцога странно поменялась. Со стороны, возможно, это выглядело абсурдно – герцог моет чашки, вытирает посуду и помогает на кухне. Что это – эксцентричная выходка экстравагантного аристократа или он действительно сошел с ума?

Но разве Бриану важно, как это выглядит? Он полюбил впервые в жизни, глубоко, по-настоящему. Так не все ли равно, кто девушка, которую он любит – принцесса с бесконечно длинной родословной как у племенной лошади или простая булочница?

– Позвольте спросить, кто-то умер, милорд? – осторожно поинтересовался дворецкий, глядя на Рональда, надевающего строгий черный сюртук без отделки. – Вы направляетесь на поминки?

– Я направляюсь на бал, – Рональд поправил лацкан, приколол к нему подвеску с герцогским гербом.

В глазах Эдгара читался немой вопрос.

– Сегодня мне предстоит знакомство с принцессой Бенедиктой, – пояснил Рональд. – Император пытается без меня меня женить. Не получится. Я надеюсь, принцесса сможет спокойно принять известие о том, что наша свадьба не состоится.

– Траурный костюм вряд ли сможет повлиять на это, милорд.

– Согласен. Но наряжается для бала я не собираюсь. Я там не задержусь. Объяснюсь с принцессой и уйду.

– Удачи, милорд, – подавил вздох дворецкий. Эдгар тоже не верил, что принцесса поймет Бриана и откажется от помолвки. – Заложить карету?

– Нет, доберусь сам, – он поправил черное кружевное жабо на шелковой рубашке, пригладил ладонью и без того гладко зачесанные волосы, собранные на затылке в низкий хвост. – Надеюсь, Император не арестует меня за ослушание прямо на балу, даст пару дней на сборы. Кстати, напомни, чтобы я по возращении составил для тебя рекомендательное письмо. Я как-то совсем забыл о нем.

– Вы бесконечно добры, милорд, – сокрушенно вздохнул Эдгар. – Будем надеяться на лучшее.

– А готовиться к худшему, – Рональд порывисто распахнул двери на балкон, легко вскочил на ограждение, прочитал заклинание. Раскинул руки и наклонился над пропастью.

Свободное падение будоражило нервы, холодный ветер свистел в ушах. У самой поверхности замерзшей реки дракон раскинул крылья, энергично взмахнул ими и взмыл вверх.

На балконе стоял Эдгар, зябко подняв воротник и с тревогой наблюдая за опасными маневрами дракона.

Дракон пронесся мимо балкона, помахал дворецкому крылом, описал круг над рекой и полетел в сторону императорского дворца. Он сделал небольшой крюк, пролетел над кофейней Арианы. В окнах горел свет, у входа стояло несколько экипажей. Кофейня процветает и в этом есть толика его заслуги.

С тяжелым сердцем дракон продолжил свой путь и скоро приземлился на плацу перед дворцом. Три дракона беседовали, стоя рядом с замерзшим фонтаном. Они не спешили принимать человеческое обличье – чешуйчатая кожа греет намного лучше любой шубы. Один из драконов курил сигару и рассказывал товарищам о недавнем посещении театра. Речь шал о приме в возрасте и ее любви к молодым танцовщикам. Собеседники рассказчика неприлично громко смеялись и отпускали двусмысленные шуточки.

В другой раз Рональд присоединился бы к ним, но сейчас у него было не то настроение. Он принял человеческий облик, взбежал по широкой лестнице, кивнул в ответ на приветствие привратника и очутился в теплом холле дворца.

К нему сразу же подошел лакей:

– Его Величество желает видеть вас немедленно, милорд.

Император прохаживался среди гостей в малом бальном зале. Сегодня приглашенных было немного – узкий круг избранных, несколько зарубежных дипломатов и десяток богатейших промышленников и банкиров Империи.

– Что за костюм? – недовольно нахмурил широкие брови Император. – Немедленно наколдуй что-то повеселее. Рональд, ты не на похоронах.

– Позвольте не менять мой наряд, Ваше Величество. Он соответствует моему настроению, – покорно склонил голову Бриан.

– Ты невыносим, – махнул на него рукой Император. – Пойдем, я представлю тебя принцессе. Надеюсь, несмотря на твой траурный костюм капля благоразумия в тебе осталась. Не заставляй меня гневаться, – грозно посмотрел он на Бриана.

– А если я не понравлюсь принцессе? – надежда умирает последней. Но вдруг случиться чудо?

– Не думаю, что Бенедикта или ее отец поменяют свои намерения. Не порти мне внешнюю политику, Бриан, – в очередной раз предупредил Император. – Мне не нужны международные скандалы из-за твоих сердечных мук. Не забывай – ты служишь Империи и обязан выполнять мои приказы.

Под раскидистой пальмой, росшей в огромной фарфоровой кадке, стояли два пожилых господина и девушка. По вышитым гербам на мундирах несложно было догадаться – это послы Азелии. И, разумеется, девица – не кто иная, как принцесса Бенедикта.

Портрет не лгал – принцесса была прекрасна. Такой красоты Рональд в жизни не видел – нежная фарфоровая кожа, легкий румяней на щеках, в меру полные алые губы, бездонные черные глаза под пушистыми ресницами. Среднего роста, с узкой талией и небольшой, но приятно очерченной грудью Бенедикта походила на богиню, сошедшую с полотна великого художника – гордый взгляд, ироничная усмешка на губах.

Платье принцессы глубокого серо-голубого цвета, усыпанное бесчисленными жемчужинами и бриллиантами сшито по последней моде. Темные волосы, убранные в замысловатую прическу, венчала изящная диадема из сапфиров.

Во вкусе и чувстве меры принцессе нельзя отказать – элегантность и утонченность сквозили в каждой детали бального туалета.

Сердце Бриана продолжало биться ровно – прелести принцессы не тронули его.

– Дорогая принцесса Бенедикта, позвольте представить вам герцога Рональда Бриана, – расплылся в довольной улыбке Император. – Он давно жаждет познакомиться с вами.

Наглая ложь! Но что можно возразить Императору, чтобы не нарушить этикет?

Бенедикта протянула Рональду руку для поцелуя, затянутую в тончайшую черную шелковую перчатку. Бриан едва коснулся пальцев принцессы губами. Перчатка пахла розами и фиалками.

– Я много слышала о вас, герцог, – Бенедикта уверенно взяла Рональда под руку. – И очень надеюсь, что большая часть этого наглая ложь и клевета.

Глава 46

– Должен вас разочаровать, принцесса. Это истинная правда, – поспешил заверить ее Бриан.

– Значит, мне будет над чем поработать, – энергично кивнула принцесса. – Недостатки делают человека интересным, и в то же время уязвимым.

Тонкое замечание. У принцессы острый ум. Да и взгляд цепкий – черные глаза Бенедикты смотрели на Рональда внимательно и изучающе. Принцесса знала, что прекрасна, и пыталась понять, какое впечатление произвела на Рональда. Ему оставалось надеяться, что принцесса сделает правильные выводы и заметит холодность Бриана.

– Вальс, – прислушалась к тактам музыки Бенедикта. – Люблю вальс, – она слегка склонила голову набок и выжидающе посмотрела на Рональда.

– Позвольте вас пригласить, – Рональд не планировал танцевать сегодня, но учтивость в общении с дамой никто не отменял.

– Я принимаю ваше приглашение, – гордо посмотрела на Бриана девушка.

Можно подумать, что принцесса делает ему одолжение. Принцесса привыкла манипулировать людьми и умело переворачивает все с ног на голову.

Бенедикта снова протянула Рональду руку для поцелуя. Ну уж нет, хватит. Один раз поцеловал при знакомстве и будут с нее.

Бриан взял принцессу за руку, вывел на середину зала, закружил в вальсе.

– Вы немногословны, – иронично заметила принцесса, когда умолкли последние звуки музыки. – Думаете, это придает вам мрачности и загадочности?

– Не люблю пустых разговоров. И вообще, не люблю танцевать, – пожал плечами Рональд.

– Неправда, – усмехнулась Бенедикта. – Я знаю, что вы отличный танцор и любите балы. Зачем же вы говорите заведомую ложь? Уверены, что женщинам нравится, когда мужчина перечит им во всем, пытается доминировать и подавлять их желания? Времена поменялись и теперь мужчинам придется мириться с тем, что женщины станут играть главенствующую роль в отношениях. Вот и вам, дорогой герцог, придется принять мои взгляды на этот вопрос. Равноправие должно быть равноправным для всех без исключения!

О боги, неужели принцесса тоже феминистка? Что за глупые лозунги, что за предвзятое отношение к противоположному полу? Да принцесса просто мужененавистница!

– Принцесса, позвольте, я вас разочарую окончательно и навсегда, – усмехнулся Бриан, с трудом сдерживая нарастающее раздражение.

– Меня сложно разочаровать и еще сложнее удивить, – принцесса вскинула голову и с прищуром посмотрела на Рональда. – Герцог, принесите мне клубничное мороженое, здесь несколько жарко.

Бриан остановил проходящего мимо лакея:

– Клубничное мороженое для принцессы Бенедикты.

– Я просила вас сделать это, а не перепоручать лакею, – надула губки принцесса.

– А смысл? – вскинул брови Рональд. – Есть лакей, он вам все принесет.

– Вы все перепоручаете слугам?

– По возможности, – принцесса как-то слишком быстро начала вызывать у него досаду. – Я не закончил фразу, когда вы пожелали мороженого. Давайте перейдем в гостиную, где не гремит музыка и поговорим.

– Я знаю все, что вы мне скажите. Не надейтесь получить в жены инфантильную девицу, не способную принимать решения и постоять за себя.

Откуда у принцессы такая уверенность, что она все знает и разбирается в психологии человека, с которым познакомилась меньше четверти часа назад?

Лакей с поклоном подал принцессе мороженое в серебряной вазочке.

– Нет, – досадливо махнула она рукой лакею, прогоняя его как надоедливую муху.

На Бриана безнадежно тяжелой волной накатила скука, и тут же ее сменила досада. Он не сомневался – сейчас принцесса начнет кокетничать, иронично смотреть с прищуром и сыпать едкими замечаниями. Она уверена – герцог от нее без ума. А как же может быть иначе?

Разговаривать с такими особами все равно, что разговаривать со стеной. Они никого кроме себя не слышат. Принцесса не в меру напориста и самоуверенна. Бенедикта начала диктовать условия, и ей совершенно безразлично, что отвечает Бриан.

Принцесса взяла Бриана под руку, и они покинули бальный зал.

В одной гостиной немолодая графиня Обринсис читала прочувственные стихи о любви собственного сочинения. Белой перо в ее неестественно черных волосах тревожно вздрагивало каждый раз, когда графиня с нажимом произносила слово «похоть» и «отдалась». Эти слова повторялись через строчку, возможно даже чаще. Смелые стихи. Особенно для дамы ее лет.

Немногочисленные почитатели графини одобрительно кивали головами.

– Вот видите, даже в вашей консервативной Империи происходят прогрессивные сдвиги, – кивнула в сторону поэтессы принцесса. – Нет ничего страшного в эротизме и разных формах его проявления.

– Не стану спорить, – подавил зевоту Рональд.

– Вы изображаете скуку чтобы избежать дискуссии, – коротко рассмеялась Бенедикта. – Мужчины думают, что только им позволено говорить о страсти на грани вожделения.

– Я просто не люблю стихи. Никакие, – и это была чистая правда. – Тем более стихи самопровозглашенных поэтов.

В следующем зале звучал струнный квартет. Меланхоличная музыка вгоняла в тоску и напоминала о бренностях жизни. Слушатели потягивали вино, курили сигары и тихо переговаривались между собой. Судя по их довольным лицам и жизнерадостным улыбкам, вряд ли они обсуждали достоинства произведения или виртуозную игру музыкантов.

Наконец Бриан и принцесса дошли до овального зала, в котором кроме мраморных скульптур обнаженных богинь и легендарных воинов никого не было. Совершенно голый герой опирался на меч и попирал ногами поверженного врага, сжимающего в руке секиру. Враг тоже был гол. Вряд ли стоит сражаться без защитных доспехов. Но скульптора это мало волновало. Ему было важно показать атлетическую красоту обнаженных тел.

Бенедикта манерно опустилась на диван под нависающей над ним прекрасной девушкой с крыльями бабочки. Принцесса непринужденно закинула ногу на ногу, обнажив ножку в изящной черной туфельке. Фривольный жест, но принцессе все дозволено.

– Прекрасное сочетание женственности и неудержимого стремления к свободе. Загадочная мощь и уточненная грация, – кивнула Бенедикта на крылатую мраморную девушку.

– Это символ паромобиля, который недавно начал выпускать завод барона Вронтона. Сваяли с его секретарши.

– Фи, как пошло, – скривила губы принцесса. – Секретарша тоже человек.

– Не смею спорить. И она очень красивая женщина. Ее облик увековечен не только в мраморе, но и на капоте паромобиля.

– Это унижает ее достоинство, – возмутилась принцесса.

– Вряд ли девушка так считает, – возразил Рональд, вспомнив прекрасную секретаршу и последнюю любовницу барона.

Барон Вронтон сделал широкий жест, расставшись с ней. Девушка получает неплохие дивиденды с продажи каждого паромобиля. И владеет солидным пакетом акция паромобильного завода.

– Скульптура называется «Дух Экстаза», – указала на бронзовую табличку Бенедикта. – Несколько претенциозно и даже пошло. Не думаю, что секретарше барона это название понравилось.

– Возможно, – не стал вступать в дискуссию с принцессой Рональд. – Но я привел вас сюда не для того, чтобы обсуждать произведения искусства, – Бриан посмотрел в лицо принцессе. – Я должен извиниться перед вами и разочаровать вас. Я не собираюсь жениться. Это идея нашего Императора и меня поставили в известность за несколько дней до вашего приезда. Мне жаль, но свадьбы не будет.

– Я ожидала подобного поворота событий, – усмехнулась Бенедикта, качнув ножкой и любуясь туфелькой. – Нет идеальных людей. У каждого свои недостатки. Поверьте, дорогой герцог, ваши я смогу направить в нужное русло, исправить и искоренить. Это даже доставит мне удовольствие.

Глава 47

Как говорить с человеком, который слышит только себя? Рональд обвел взглядом зал, изучил потолок, по которому порхали нарисованные райские птицы и прекрасные бабочки. Принцесса все говорила и говорила, о том, что ей нравится, что интересно, а что ее раздражает.

Гирлянды цветов украшали люстру, обвивали колонны. К сладкому аромату примешивалась легкая горчинка, добавляя пикантности.

– Я не привыкла уступать и всегда добиваюсь желаемого, – наставительным голосом вещала Бенедикта. – У нас будет свободный брак. Вы же не думаете, что я от вас без ума? Да, вы достаточно мужественно выглядите. Мы произведем здоровое потомство. Но я не позволю никому ограничивать свою свободу. Взамен позволю вам продолжать кувыркаться со своими белошвейками и булочницей.

Бриан с удивлением посмотрел на принцессу. Надо же, она наводила о нем справки!

– Да, да, – непринужденно засмеялась Бенедикта. – Я знаю о вас все. Не думали же вы, что я выйду замуж не узнав всю вашу подноготную?

– Тем лучше, – Бриан прошелся по залу, пытаясь найти приличные слова, чтобы объяснить принцессе, что она зря тратит и свое и его время. – Если вы знаете обо мне все, то поймете – манипулировав мной невозможно.

– Мне стало скучно, и я хочу танцевать, – капризно заявила Бенедикта, порывисто поднимаясь с дивана. – Пустые разговоры утомляют меня.

– Вы не слушаете меня, принцесса? – устало произнес Рональд. – Я не женюсь на вас. Ни при каких условиях. Мы не любим друг друга, так зачем связывать себя узами брака?

– Да вы романтик! – ироничный смех Бенедикты звучал как серебряные колокольчики. – Какая такая любовь? И кому она нужна? Это же династический брак. К тому же понятие «любовь» придумали мужчины, чтобы морочить головы женщинам и повелевать ими. Ну, признайте, не будьте лицемером: есть только природное желание на уровне инстинкта (именно это вы изволите называть любовью), и взаимовыгодный союз мужчины и женщины.

Рональд всегда считал себя циником. Но Бенедикта превзошла его.

– Хорошо, пусть будет первородное желание. У меня к вам его нет, – сказано грубо, но должно донести до принцессы суть.

– О, как вы прямолинейно высказываетесь! – поморщилась принцесса. На нее не угодить – то слишком романтично, то слишком прямолинейно. – Вы же здоровый мужчина, вас не может не привлекать красивая женщина.

– Прошу вас, принцесса, не будем развивать эту тему. Иначе мы договоримся до пошлостей, – Бриан с трудом подавил досаду и старался говорить учтиво. – Я не женюсь ни на вас, ни на другой кандидатке, подобранной мне Императором. Вы можете думать и говорить о любви все что вам угодно. Но я в нее верю.

– Если вы откажитесь жениться на мне, Император обрушит на вашу голову страшные кары, – слегка нахмурила брови Бенедикта.

– Знаю и готов к ним.

– Вы глупец, – не слишком расстроилась принцесса. – Но в вашем упрямстве что-то есть. Пожалуй, я прощаю вас и вашу откровенную грубость. Я приняла к сведению все, что вы мне сказали. Работы мне предстоит много, но это меня не пугает. Свадьбу назначим в июне – мне нравится этот месяц. Природа пышно цветет, зной еще не вступил в свои права.

Бенедикта положила руку на плечо Бриана и сжала пальцы. Через мгновение узкая ладонь девушки скользнула по его шее, дотронулась до щеки. Изящный пальчик принцессы игриво прикоснулся к его губам, очерчивая их контур. Чувственный жест, смелый. Сердце Рональда не забилось сильнее, оно осталось безучастно.

Темные бездонные глаза принцессы смотрели в глаза Рональда пытливо, цепко, словно пытаясь проникнуть в самые потаенные уголки его души. Бенедикта очень красивая девушка, в этом ей не откажешь. Но с ужасным характером. Да еще и ведьма. Аура принцессы излучала неприятную энергию. Ведьма всегда остается ведьмой, вторая ипостась Бриана чует ее издалека.

Ладонь Бенедикты медленно скользнула по груди Рональда.

– Идемте же, наконец, танцевать, – Бенедикта опустила руку и отвернулась к темному окну. Ее тихий вздох выдавал разочарование.

– Я покидаю бал, принцесса, – Рональд отступил на шаг и учтиво поклонился Бенедикте. – Я сказал вам все, что считал нужным. Наш брак не состоится.

Принцесса резко повернулась к Бриану. На глаза Бенедикты вдруг навернулись слезы.

– Что вы говорите? Я же сказала, что не буду ограничивать вашу свободу. Что вам еще надо? – ее губы предательски дрогнули.

Она была готова разрыдаться. Рональду стало жаль девушку. Самовлюбленная, уверенная в себе и совершенно неготовая к отказам. Ее капризы и желания всегда исполнялись, она никогда в жизни не слышала слова «нет». Что ж, все когда-то бывает впервые.

– Простите, принцесса, но мне нужна любовь. Да и вам тоже, – Бриан коснулся ее руки, намереваясь поцеловать на прощанье.

Наконец-то принцесса поняла, что свадьбы не будет.

По лицу Бенедикты пробежала судорога, оно дернулось и неприятно исказилось, обнажая истинную сущность девушки. Принцесса со злостью вырвала ладонь из ладони Рональда, замахнулась, намереваясь дать ему пощечину. Он перехвати ее руку:

– Не делайте этого, принцесса.

– Вы горько пожалеете о том, что отвергли меня, глупец! Умоетесь кровавыми слезами. Гнев Императора ничто перед моим гневом, – зловеще прошептала она. Глаза Бенедикты метали молнии.

– Как пожелаете, – поклонился ей Бриан. У него словно камень с души упал. Угрозы принцессы его не пугали.

– Проводите меня в зал, – Бенедикта зло протянула ему руку. – Не сомневайтесь, я все расскажу Императору.

– Догадываюсь, что вы ему скажете, – если бы не воспитание и не уважение к женщинам, Бриан немедленно покинул бы дворец. Но негоже принцессе одной блуждать по дворцовым залам.

– Вы глупы и недальновидны. Вы ставите по удар не только свою судьбу, но и портите торговые отношения между нашими государствами, – продолжала бушевать принцесса.

– Придется нашему государству смириться с моим своеволием, и налаживать торговые отношения в другом месте, – усмехнулся Бриан.

Глава 48

Опалы и гнева Императора Бриан боялся меньше, чем гнева Арианы. Во-первых, ее гнев будет праведным, в отличие от императорского. Во-вторых, настало время рассказать девушке всю правду без утайки. Как отреагирует Ариана на его вранье? Рональду даже думать об этом не хотелось. Да еще неизвестно, какую кару наложит на Бриана Император за отказ жениться на принцессе. Так или иначе, а ничего хорошего Рональда не ждет.

До рассвета еще далеко. Рональд оглянулся на императорский дворец – сияли огнями огромные окна, в них колыхались силуэты танцующих пар, до слуха долетали обрывки музыкальных фраз. Рональд поежился, прочитал заклинание, расправил крылья. И куда теперь? К Ариане еще рано, на башне дворца недавно пробило четыре утра. Домой? Или полетать надо городом?

Дракон пролетел вдоль фасада дворца, заглянул в окна бального зала. Император самозабвенно танцевал с Джеральдиной и Маргаритой, несколько фривольно приобняв будущих баронесс. Императрица беседовала с придворными дамами. Принцессы Бенедикты нигде не было видно. Возможно, пьет чай в буфете в компании дипломатов своей родной Азелии.

Ничего оскорбительного или обидного Рональд ей не сказал, ему себя упрекнуть не в чем. Он был честен с принцессой. Король Азелии Илларион Великолепный без труда найдет подходящую партию для дочери в другом королевстве. Принцесса не ищет любви, так что проблем с браком у нее не будет. Рональду было немного жаль Бенедикту. Гордыня до добра не доводит, самоуверенность тоже, но вряд ли принцесса сделает правильные выводы.

Полная луна безразлично смотрела с неба на укутанный снегом город. Яркие звезды горели на темном небе, обещая ясное морозное утро. Город остался позади, дракон пролетел над темным лесом, сделал круг, вернулся к серебрившейся в лунном свете замерзшей реке.

В окнах сторожевых башен полуразрушенной старинной городской стены горели огоньки – стража по-прежнему использовала их для своих нужд. В одной из башен содержали заключенных под стражу за небольшие правонарушения, в другой находился арсенал полиции.

Рональд снова полетал над городом. На улицах появились первые прохожие, спешащие по делам, мерно покачивались груженые повозки, ремесленники начали открывать мастерские и лавочки.

Наконец часы на ратуше пробили шесть утра. Дракон сделал еще один круг над городом и спустился к кофейне.

Из кухонной трубы уже шел легкий дымок и пахло выпечкой. Ариана или ее помощники начали трудовой день. Рональд принял человеческий облик и тихонько постучал в окно.

– Рон, чего так рано? – Филипп подавил зевоту и пропустил Бриана на кухню.

– Ариана еще не проснулась? – Рон потер замерзшие ладони, наслаждаясь теплом после ночного холода.

– Сейчас спустится. А что это ты так вырядился? – сощурился Филипп. – Дорогой костюм, шелк, кружева, – Филипп пальцем поддел жабо на рубашке Бриана. – А чего черный как смоль? Умер кто-то?

– Нет, все живы-здоровы.

– Тебя по службе повысили? – не отставал Филипп.

– Да, – отмахнулся от него Рональд. – Вот, справил себе новый костюм.

И снова он врет. Но не может же Бриан сначала открыться Филиппу, а уж потом Ариане?

С подоконника соскочил Маркус, которого Рональд до этого не заметил.

– Раненько вы пришли, милорд, – промяукал кот, потягиваясь и зевая.

– Милорд? Почему ты так называешь Рона? – Филипп уставился на Маркуса.

– Потом объясню, – отмахнулся кот.

– Где твоя серьга? – Рональд погладил кота по голове и почесал загривок.

– Вот, – Маркус приподнял цепочку. – На ухе тяжело носить, повесил рядом с гербом. Можно такую же, но немного полегче? Чтобы в ухе все-таки что-то блестело. Можно без жемчужины. Небольшой бриллиант меня вполне устроит.

– Поищем, – пообещал Рональд.

Он понятия не имел, что скажет Ариане, как начнет разговор. И вообще, на кухне при посторонних объясняться с девушкой ему совсем не хотелось. Маркус словно прочитал его мысли:

– Пойдемте в гостиную, милорд, – предложил кот. – Подождете Ариану там. Филипп, будь добр, приготовь чашечку кофе, а мне настой валерианы. Подозреваю, мне это будет не лишним.

– Так почему все-таки он «милорд»? – не отставал Филипп.

– Потому что! – отрезал Маркус. – Сказал же – потом объясню. Подай кофе и возвращайся к работе. Не задавай лишних вопросов. Работай, работай, скоро придут заказчики, а у нас конь не валялся!

В гостиной было прохладно, камин еще не затопили. Рональд положил дрова, попытался разжечь их с помощью спичек и хвороста, но огонь занимался медленно.

– Позвать Филиппа, милорд? – почтительно поинтересовался кот.

– Нет, вроде начинает разгораться, – огонь медленно лизал поленья.

Даже огонь в камине для Рональда разжечь целая проблема. Ничего он толком не умеет. Хотелось обратиться в дракона и дыхнуть пламенем. Но так можно натворить бед и запалить не только дрова, но и весь дом.

Тихо скрипнула дверь, Филипп поставил на столик чашечку кофе и блюдце в валериановым настоем.

– Думаешь, она сильно разозлится, когда все узнает? – огонь в камине наконец разгорелся и Рональд сел на диван. Залпом выпил кофе.

– Я замолвлю словечко за вас словечко, ваша светлость, – пообещал Маркус.

– Я бы предпочел поговорить с Арианой наедине.

– Понятно, – обиделся кот и сердито залакал настойку. С ней он расправился быстро. – Ладно, понадоблюсь – зовите, я буду на кухне, – кот распушил хвост и с достоинством покинул комнату.

Никогда Рональд так не волновался, как сейчас. Он мерил шагами крохотную гостиную, то заглядывал в окно, за которым медленно и лениво загорался рассвет, то рассматривал настенные тарелки, висевшие над камином.

– Милорд, метта Ариана подойдет через две минуты! – торжественно провозгласил Филипп, заглядывая в гостиную. – И простите, что я иногда бывал с вами груб. Я же не знал, что вы герцог Рональд Бриан. Маркус мне все рассказал. Еще раз прошу простить меня, ваша светлость.

Глава 49

Тихо открылась дверь, в гостиную вошла Ариана. Из-за дверного косяка выглянула любопытная физиономия Маркуса. Ариана смотрела на Рональда, и он не мог понять – сильно злиться она на него или нет, ее лицо было спокойно и это настораживало. Девушка плотно закрыла дверь, дошла до середины гостиной, остановилась перед Рональдом и присела в реверансе:

– Приветствую вас, ваше светлость.

– Доброе утро, – вздохнул Бриан. Конечно, Ариана все поняла и уже давно. Она просто немного подыгрывала ему.

– Ваша светлость изволила принять первоначальный облик? – усмехнулась Ариана. – Бороду и усы легко отклеили?

– Ариана, мне надо многое сказать тебе… – начал Рональд.

– Зачем, милорд? Игра окончена, вы отлично провели время, окунулись в жизнь простых горожан, почерпнули новые впечатления. Я очень благодарна вам за покровительство и за то, что пригласили меня на Зимний бал. Но я не стану управляющей вашей пекарни.

– Вообще-то пекарня не моя, а Маркуса, – пожал плечами Рональд.

– О чем вы, милорд? – глаза Арианы удивленно округлились.

– Я знал, что ты не примешь от меня такой дорогой подарок и подарил пекарню Маркусу. А он желает видеть тебя управляющей. Так что этот вопрос решай теперь с ним.

– Продолжаете играть, ваша светлость? – усмехнулась Ариана, нервно поправив волосы. Она заметно волновалась. И ее волнение передавалось Рональду.

– Нет. Я никогда не играл с тобой. Просто я не хотел, чтобы наша дружба прекратилась, едва начавшись. Сядь, и послушай, что я скажу. Мне кажется, я имею право просить тебя об этом.

– Конечно, милорд. Вы же вытащили мою кофейню из дыры, оказали покровительство и были бесконечно добры, – иронично заметила девушка.

Рональд опустился в кресло, Ариана продолжала стоять.

– Присядь, – кивнул он ей, – в ногах правды нет.

– Смею ли я сидеть в вашем присутствии, милорд? – саркастически поинтересовалась Ариана.

– Смеешь. Сядь и перестань насмехаться надо мной. Пожалуйста. – попросил Бриан.

Ариана села на край кресла, сложила руки на коленях, сплетя пальцы в замок. Потупилась и смотрела в пол.

– Прости меня, пожалуйста. Я не хотел обидеть или обмануть тебя, даю слово. Просто так сложились обстоятельства. Я подумал, если узнаешь, что я герцог, отдалишься от меня, наши отношения станут натянутыми, пропадет доверие. Ведь ты бы не пошла со мной на бал, узнай, кто я на самом деле?

– Не пошла бы, – согласилась Ариана. – Потому что для вас это игра, милорд.

– Пожалуйста, перестань называть меня милордом. И обращайся ко мне на «ты», как раньше. Твоя почтительность ножом режет ухо.

– Как раньше уже не получится, – Рональд заметил в глазах Арианы слезы и его сердце болезненно сжалось.

– Ты чего расстроились? – Бриан поднялся, подошел к ней и опустился на колени рядом с креслом. Взял девушку за руки, заглянул в лицо.

– Пройдет, – прошептала она, отворачиваясь.

– Этого я и боюсь. Что пройдет… – вздохнул Бриан. – Я сказал принцессе Бенедикте, что не женюсь на ней. Разумеется, ей это не понравилось. Императору тоже не понравится, когда он узнает. Вот, я говорю тебе правду, а все запутывается только больше. Я не могу сказать тебе все, что хотел бы…

– Почему? – Ариана посмотрела на него влажными глазами и всхлипнула.

– Потому что не знаю, как на мой отказ жениться отреагирует Император.

– Наверняка разозлится, – Ариана вытерла слезу, скатившуюся по щеке.

– Если бы только это… Меня могут выслать из Столицы.

– Надолго? – испугалась Ариана.

– Не знаю. Теперь моя судьба целиком зависит от Императора. Я разрушил его планы сотрудничества в Азелией, это серьезный проступок с моей стороны. Ты мне бесконечно дорога, Ариана. И я не позволю, чтобы неприятности коснулись тебя. Как бы не сложились обстоятельства, ты теперь управляющая пекарней своего отца. Продолжай его дело и не вешай нос, – Бриан коснулся подбородка девушки, приподнял ее лицо и заглянул в глаза. Ариана смотрела на Рональда с испугом и нежностью. Она переживала за него. Сердце Рональда забилось как безумное. Он провел тыльной стороной ладони по щеке девушки, вытирая очередную слезинку. – У тебя все будет хорошо.

– А у тебя? – прошептала она.

– И у меня тоже. Если только я буду знать, что ты на меня больше не сердишься.

– Не сержусь. Может совсем немного, – слабо улыбнулась Ариана.

Она положила руки ему на плечи, наклонилась и коснулась губами его щеки. Осторожно и нежно, словно мотылек крыльями.

– Мне тоже надо тебе сказать… Только я не умею, – тихо произнесла Ариана. – Ты мне не просто нравишься. Это совсем другое… Я тебя очень…

Рональд понял, что сейчас скажет девушка и поспешно положил ладонь ей на губы.

– Не говори того, о чем потом придется пожалеть. Сейчас не время для таких признаний. Я пока не могу связать твою судьбу с моей, хотя бесконечно хочу этого. Мне надо было бы дождаться решения Императора, а уж потом приходить к тебе. Но я не удержался и примчался с утра пораньше. Я всегда все делаю не так, как надо.

Ему вообще надо было бежать от Арианы без оглядки. Он бы разбил девушке сердце, но она бы думала, что он подлец и негодяй, возненавидела бы его и со временем забыла о неудачной дружбе со лжецом и обманщиком.

Но он не смог, проявил слабость и пришел к Ариане, чтобы покаяться в своих грехах. Рональд снова повел себя как эгоист. Он же знает, что девушка влюблена в него. Только слепой этого не заметит.

Прав был Эдгар – не бывает дружбы между мужчиной и женщиной. Вот и их отношения пришли к логическому финалу – они влюбились. Впрочем, это была уже не влюбленность. Влюблялся Рональд частно, но никогда прежде не испытывал таких глубоких чувств. К ним пришла настоящая любовь – всепоглощающая и прекрасная.

– Мне не важно, в опале ты или нет, герцог или просто дракон-оборотень, – слова Арианы заставляли сердце Рональда замирать от счастья.

– Знаю, – Бриан положил голову на колени девушки и посмотрел на нее снизу вверх. – Пока мы не станем говорить об этом, хорошо?

– Хорошо, – она провела ладонью по его волосам. – Но мои чувства к тебе не изменятся, даже не надейся. И неважно, что там решит Император. И неважно, как долго ты пробудешь в изгнании. Я последую за тобой. А если не разрешат – буду тебя ждать. Сколько потребуется.

Этого он и боялся. И это же бесконечно грело ему душу. Где-нибудь на краю света, на пустынном острове посреди холодного моря, куда Бриана отправит разгневанный Император, он будет вспоминать Ариану, ее немного грустную улыбку и бесконечно нежный взгляд.

Глава 50

– Долго вы будете сидеть и любоваться друг на друга? – у Маркуса отвратительная привычка появляться не вовремя.

– Мы тебя не звали, – нахмурилась Ариана, отстраняясь от Рональда. Еще мгновение, и они бы поцеловались.

– Ну, простите, если помешал, – обиженно фыркнул кот. – Но, если вас не поторопить, так и будете смотреть друг другу в глаза и молчать. А я есть хочу. На кухне все заняты, в зале тоже никого не дозовешься – посетители с утра пораньше понабежали. Филипп в мыле, девушки носятся как угорелые. У кондитера и его помощников дым из ушей. Прошу меня покормить, а все кивают друг на друга. Мне что, с голоду помирать?

– Маркус, ты невозможен, – вздохнул Бриан, поднимаясь с пола. – Чего ты хочешь?

– Гусиный паштет – его приготовили для пирожков. Капельку сметаны – знаю, скажешь, что мне вредно. Так я и не прошу больше, только капельку. Настойку валерианы, потому что вы меня с ума сведете. И немного индейки. Я люблю грудку, мясо с ножки не надо, слишком жесткое. Я что, многого прошу? – уставился на Рональда кот возмущенными глазами.

– Пойдем, – Ариана поднялась с кресла. – Я тебя покормлю. Может, погуляем? – повернулась она к Рональду. – Столько всего случилось. И еще случиться. Все просто в голове не укладывается. Мне и хорошо, и страшно за тебя. А прогулка надеюсь хоть немного успокоит. Утро прекрасное, – девушка отодвинула штору и выглянула в окно: – Мороз и солнце.

– Ага, день чудесный, – передернуло Маркуса. – Холод собачий. Нет, это без меня. Я лучше полежу у камина, в тепле и уюте.

– С удовольствием, Ариана, – Рональд пропустил замечание кота мимо ушей. На лице Бриана расплылась довольная улыбка.

– Вижу, поговорили по душам и теперь между вами мир и согласие? – поинтересовался Маркус.

– Да, почти, – Ариана погладила кота по спине. – Надеюсь, Император все-таки разумный правитель и не станет сильно гневаться на Рональда.

– Хотелось бы верить, – вздохнул Бриан. В благоразумии Императора он сильно сомневался. Тот еще самодур. Но вслух это лучше не произносить.

– Значит, вы снова друзья? Это хорошо. Даже прекрасно. Подробности можно? И я хотел узнать, нельзя ли меня по такому случаю получить баронство? Или хотя бы посвятить в рыцари? Я же все-таки много для вас сдал, был посредником в ваших разногласиях, взвалил на себя работу в кофейне и согласился управлять пекарней. Можно ненавязчиво попросить Императора о присвоении мне дворянского титула? Не сейчас, а когда он снимет опалу с герцога. Но чтобы титул у меня был с личным гербом – золотой лев на серебряном поле с короной на голове, мечем и кубком в лапах.

– А в кубке настойка валерьянки? – не смог сдержать смеха Бриан.

– Я не пьяница! – возмутился Маркус. – Можно подумать вы никогда вина не пьете. Но, если это так принципиально, можно и без кубка. Пусть в лапах будут меч и… И ветка валерианы. Как символ спокойствия и благоденствия. И девиз: «Познавший жизнь находит радости во всем». Отлично звучит, правда?

– Правда, – согласился Рональд. – Только есть небольшая проблема. Подозреваю, что скоро я лишусь герцогского титула и к моему мнению Император прислушиваться не станет.

– Нет, титула можно лишиться только вместе с головой. Я узнавал у архивной крысы. Мы с ней давние приятели. Ну не казнит же тебя Император за то, что ты не женился на принцессе? Тем более что он сам отменил казни. Слушай, давай все-таки останемся на «ты»? Не возражаешь, Рон? А то все «милорд», да «ваша светлость»… Это так утомляет.

– Не возражаю, – Бриан подошел к окну и тоже посмотрел на улицу. – Можно погулять в городском парке. Там сейчас очень красиво – все деревья в инее, сугробы намело и снежинки звездами сверкают под солнцем.

– Тогда быстро покормлю Маркуса и оденусь, – оживилась Ариана. – А ты выпей пока кофе, это же твоя маленькая слабость.

– Ага. А большая слабость Рона это ты, – утвердительно кивнул Маркус. – Маленькие слабости нас радуют, а большие доставляют наслаждения.

– Ты пошляк, – заметил Бриан.

– Ничего подобного, просто каждый понимает в меру своей испорченности, – кот поднял пушистый хвост и гордо вышел из гостиной.

Неожиданно возникла совершенно нелепая проблема. Гулять с девушкой по городскому парку, находясь в облике дракона как минимум странно. На улице мороз, а Бриан одет не для прогулок, а для бала. Рональд ненадолго задумался. Конечно, можно наколдовать любой костюм, в том числе шубу. Только греть она не будет.

Бриан зашел на кухню. Жозефина быстро сварила кофе, подала ему чашечку. Нет, Ариане варит его несравненно лучше. Держа чашку в руке, Рональд направился в зал кофейни.

Филипп стоял за прилавком и отпускал товар. По иронии судьбы покупательницей оказалась баронесса Зегерлин. Она тщательно выбирала пирожные, указывая то на одно, то на другое.

– Просто глаза разбегаются, – призналась она Филиппу. – А я пытаюсь ограничивать себя в сладком. Но мимо марципановых яблок пройти не смогу. Положи парочку. И этот кусочек рулета тоже. Милок, снова ты? – перевела она взгляд на Рональда. – Вижу, разрешение у его светлости ты и правда взял, – кивнула она на бумагу в золоченой рамке, висевшей на стене позади витрин и прилавка. – А я, грешным делом, подумала, что ты самозванец и герцог Бриан ничего не знает о твоих выкрутасах.

– Ну что вы, миледи, – поклонился ей Бриан. – Я всегда держу свое слово. Обещал взять разрешение – взял. И даже сам повесил на стену.

– Вижу, твои дела пошли в гору, дружок? У тебя более чем достойный костюм. В таком можно и на бал во дворец, – заметила баронесса.

– Это мне милорд отдал. В качестве поощрения, – ну почему Рональд не может не врать? Впрочем, сейчас ему совершенно не хочется объяснять баронессе, что он в качестве герцога делает в кофейне.

Баронесса забрала коробочку с пирожными и проследовала к выходу из зала. Тихо звякнул дверной колокольчик.

– Филипп, можешь одолжить мне свой плащ? – поинтересовался Рональд, ставя пустую чашку на столешницу. – Верну к вечеру.

– Разумеется, милорд, – закивал Филипп. – Я сегодня работаю допоздна.

В зал вышла Ариана. Модное пальто с песцовым воротником ладно облегало изящную фигурку. Меховая шапочка игриво сдвинута набок. Рональд накинул на плечи плащ, взял девушку под руку.

– У меня в голове тоже сумятица, – признался он Ариане.

– Ничего, погуляем и поговорим. Мы найдем выход из любой ситуации, если будем вместе.

Хорошо, если так. Рональд не разделял оптимизма Арианы. Но ему так хотелось подольше побыть рядом с ней.

Бриан остановил проезжавший мимо пустой экипаж, помог Ариане устроиться на удобном сиденье и накрыл ее ноги пологом.

– В городской парк, – приказал извозчику.

– Куда прикажете, господин хороший, – меланхолично кивнул он в ответ. Подковы лошади зацокали по очищенной от снега брусчатке и через четверть часа Рональд и Ариана уже шли по центральной аллее, припрошенной снегом.

Городской парк был огромен. Собственно, совсем недавно это был лес, где охотились аристократы, куда приезжали на пикники зажиточные горожане. Кованые решетки забора окружали территорию, вход охраняла стража. Чтобы войти в лес надо было купить разрешение в муниципалитете. Император решил облагородить территорию. Прорубили аллеи, поставили павильоны и фонтаны, разбили клумбы. Теперь по парку могли гулять все без исключения и совершенно бесплатно. Император порой принимает очень мудрые решения. Может, он будет так же мудр и с Брианом?

– Пойдем к замерзшему водопаду? – предложил Рональд.

– Пойдем, – теперь Ариана взяла его под руку. – Я давно хотела погулять тут. Здесь очень красиво летом. Но у меня совершенно нет времени на прогулки, – призналась она.

Они свернули с центральной аллеи, заполненной гуляющими горожанами, прошли до старинной разрушенной часовни.

Говорили о пустяках и даже шутили. Бриан понимал – нет смысла планировать будущее, пока Император не примет решения. Можно бежать из столицы, спрятаться в какой-нибудь забытой богами и людьми деревне, вести скромную жизнь. Но правильно ли предлагать такое Ариане? Она, конечно, согласится. Но ей придется оставить привычную жизнь, бросить кофейню, забыть о пекарне отца. Кто знает, сколько им придется прятаться в глуши? Год, два, всю жизнь?

Начали спускаться по извилистой тропинке вниз к реке. Гуляющих тут не было. Рональд и Ариана словно очутились в настоящем лесу. Поскрипывал снег под ногами, весело и звонко свистели синицы.

– Я думала, мы идем к водопаду, – Ариана подала руку Рональду и тот помог ей спуститься по скользкой тропинке.

– Я тоже так думал, – он огляделся по сторонам. – Похоже, я заблудился. А ведь думал, что знаю лес как свои пять пальцев.

Пушистые лапы елей плотно смыкались над тропинкой, погружая ее в таинственный сумрак. За поворотом деревья расступились, открывая вид на поляну, подернутую морозной дымкой как туманом.

– Мы вышли к древнему капищу, – не без удивления заметил Рональд. – Неужели я ошибся тропинкой? Даже не сомневался, что мы идем правильно.

Узкие высокие камни стояли по кругу как часовые. Посреди каменного круга возвышался прямоугольный пьедестал из черного гранита – алтарь, на котором в стародавние времена приносили жертвы.

Морозная дымка, висевшая над капищем, рассеялась. У алтаря стояла закутанная в длинный белый плащ фигура. Она медленно повернулась, откинула с лица нависавший по самые глаза капюшон.

– А ты не торопился, мой дорогой Рональд, – серебрено засмеялась принцесса Бенедикта. – Я заждалась вас.

Глава 51

Незнакомка в белом была молода и прекрасна как утренняя заря. Темные волосы обрамляли нежное лицо, глаза цвета ночи смотрели на мир наивно и удивленно. На длинных пушистых ресницах лежали снежинки. Пухлые алые губы приветливо улыбались, обнажая ровные жемчужные зубки.

– Кто это? – обернулась Ариана к Рональду. – Вы знакомы?

– Это – принцесса Бенедикта, – взгляд Бриана стал напряженным и колючим. – Что вы желаете, ваше высочество? – обратился он к принцессе, слегка кивнув ей в знак приветствия.

– Я желаю ваше сердце, господин герцог. Ваше черное лживое сердце. В прямом смысле, – очаровательно улыбнулась принцесса. – Ваш отказ жениться на мне ускорил события. После свадьбы пришлось бы некоторое время ждать, пока я смогу овдоветь, не вызвав подозрений и ненужных пересудов. Мне жизненно необходимо сердце дракона-оборотня. Жаль, конечно, что я не смогу наследовать ваше богатство. Но я это переживу, я не меркантильна. У меня более грандиозные планы, чем стать вдовой герцога Бриана. Ваше сердце, милый Рональд, будет главным ингредиентом в колдовском зелье, которое поможет мне получить безграничную магическую силу и власть.

О чем говорит принцесса? Ариана вздрогнула, поняв, наконец, зловещий смысл ее слов, затравлено оглянулась по сторонам, надеясь увидеть случайно зашедших в дальний уголок парка посетителей или стражей порядка. Где носит служителей парка, которых полно на центральной аллее? Что они там охраняют?

– Вы очень невнимательны и легкомысленны, дорогой Рональд, – продолжала принцесса Бенедикта. – Вы самодовольно думали, что я кокетничаю с вами. Вы легкомысленно смотрели в сторону и хотели побыстрее отделаться от меня. Ваше демонстративное безразличие ко мне позволило снять с вашей груди эту булавку, – принцесса разжала ладонь, показывая украшение с гербом герцога. – С ее помощью я наслала на вас морок, заманила к капищу. А теперь пора приступить к делу.

Принцесса взмахнула рукой, начала читать заклинания. Вокруг капища заклубился плотный туман, окутывая его белой пеленой и закрывая от случайных глаз.

На раскрытых ладонях принцессы загорелся лиловый огонь. Булавка Рональда ярко вспыхнула и распалась почерневшими углями.

– Принцесса, не делайте глупостей, – шагнул к Бенедикте Бриан, выставив вперед руку. – Вы совершаете ошибку, о которой потом пожалеете.

– Стоять! – прикрикнула принцесса. – Не вам меня останавливать!

Рональд бросился к капищу, но не добежал до него метров десять, когда из белого тумана появились три огромных волка, размером с медведя, если не больше. Волки были ледяные, с горящими огнем глазами. Они рычали, оскаливая зубы и тяжелой поступью шли на Рональда.

– Рон, осторожно! – закричала Ариана и ринулась к нему.

– Назад, – герцог оглянулся на девушку. – Ты будешь мне мешать. Не бойся и немедленно уходи.

– Не получится, – задорно рассмеялась Бенедикта. – Она тоже останется тут. Навеки. Свидетели мне не нужны, – принцесса сделала пасс рукой и Ариану отбросило на несколько шагов назад. Она больно ударилась спиной о дерево и бессильно сползла по стволу на снег. С ужасом увидела, что один из волков направляется к ней.

Под его ледяными лапами дрожала земля, клыки сверкали холодным блеском стали. Ариана не могла отвести взгляда от горящих глаз чудовища. Они притягивали, лишали воли. Девушка не в силах была пошевелиться. Вдруг волк отлетел в сторону, одна его лапа рассыпалась на тысячи острых льдинок. Чудовище припало к земле, утробно зарычало. Рональд успел обратиться в дракона, наотмашь ударил волка лапой, добивая и превращая в снежную пыль.

– Взять его! – приказала Бенедикта двум оставшимся волкам. – Разорвите его в клочья, убейте! Но не трогайте сердце!

Дракон легко разметал их, один волк еще пытался подняться, от другого осталась только куча ледяных осколков. Принцесса зло закусила губу, поспешно начала читать очередное заклинания. По капищу закружил снежный вихрь, из которого возникли еще три волка.

Ариана с трудом поднялась на ноги, сбросила с себя оцепенение. Надо позвать на помощь, это единственное, что она может сделать. Один против ледяных волков Рональд долго не продержится. Девушка побежала по тропинке вверх, ноги скользили, она падала на колени, поднималась и снова пыталась забраться наверх.

– Куда? – услышала она за спиной голос Бенедикты. Ариана обернулась и бросилась на землю, прижалась к холодному снегу. Над ее головой пролетел сгусток магической плазмы. Спину девушки обдало жаром. Ариана спряталась за толстым стволом дерева и затаила дыхание. И что теперь делать?

Осторожно выглянув из-за ствола, Ариана увидела, как дракон сражается с волками. Один уже рассыпался ледяными осколками, но другой вцепился дракону в крыло, а третий пытался достать до горла, царапал острыми когтями чешуйчатую грудь.

Кровь вокруг дерущихся могла принадлежать только Рональду. Ариана до боли сжала руки, наблюдая за сражением. Дракон стряхнул волков, одного придавил лапой к земле. Раздался звон как будто разбилось стекло. Еще один волк был уничтожен. Но оставшийся снова бросился на дракона и Ариана увидела, как крыло бессильно повисло под натиском зубов монстра. Несмотря на раны, дракон брал в сражении верх.

Ведьма закружилась на месте, выкрикивая хриплые заклинания. Снежный вихрь скрыл принцессу, а когда он рассеялся, на месте прекрасной девушки стояло страшное чудовище, покрытое длинной шерстью и походившее на крупную собаку. Только у собаки было три головы и вместо хвоста извивались две змеи.

Чудовище с воем кинулось на дракона, они сцепились, покатились по земле. Мощный драконий хвост ударил по ледяному волку, превращая его в кучу ледышек.

Ариана выскочила из своего укрытия и побежала к дерущимся. Она подхватила толстую сучковатую ветку, лежащую у тропинки и начала бить ею по спине страшной собаки. Вначале на ее удары чудовище не реагировало, но потом повернуло к ней стразу три оскаленные морды, лязгнуло зубами. В это мгновение дракон смог вывернуться, опрокинул чудовище на спину и придавил лапами к земле.

По телу монстра пробежала судорога, он затрясся, зарычал и к ведьме вернулся ее прежний облик.

– Пощады… – прохрипела принцесса. Ее лицо было ободрано, из глубокой раны на боку сочилась кровь синего цвета.

– Что, кончилась магия? – недобро ощерился дракон, продолжая прижимать поверженную ведьму к земле.

Бенедикта жалобно застонала, но Ариану не волновало состояние принцессы. У дракона из лапы сочилась кровь, на груди остался след от когтей ледяного волка, ухо порвано, крыло перебито.

Туман вокруг капища рассеялся. По тропинке большим скачками несся Маркус. За ним спешили какие-то люди.

– Ну вот, я, как всегда, вовремя, – кот подбежал к дракону. – И подмогу привел. Так и знал, что вы попадете в историю. Просто нутром чуял. Ни на минуту нельзя вас оставить без присмотра, просто как дети малые!

Глава 52

Маркус привел полицейских. Или военных? Во всяком случае это были люди в форме – сейчас Ариана была не в силах разобраться, кто именно примчался на выручку. Да и кому это важно? Главное, помощь подоспела вовремя.

Один из стражей порядка довольно грубо поднял с земли принцессу, на ее запястьях щелкнули наручники.

– Что вы себе позволяете, мерзавец? – возмущенно закричала она, пытаясь вырваться из железных рук служителя закона. – У меня дипломатическая неприкосновенность. Я – принцесса Азелии! Вы не смеете меня лапать как уличную девку! Вы за это заплатите головой! Мой отец объявит войну вашей жалкой Империи!

– Ваше высочество, ваша неприкосновенность закончилась вместе с вашей шпионской деятельностью, – заверил ее служитель порядка. – Мы не полицейские, мы из Департамента Государственной Безопасности. И, кстати, для шпионов в нашей Империи смертную казнь некто не отменял. Даже для высокопоставленных особ иностранных государств.

– Ваше высочество, ваша карта бита. Всегда хотел это сказать, – удовлетворенно проурчал Маркус. – Хорошо звучит, правда? – оглянулся по сторонам кот.

– Отлично, – согласился Рональд.

– Она настоящая принцесса? Да? Или прикидывается?

– Да, она настоящая принцесса, – заверил кота Бриан.

– А почему…

– Помолчи, – цыкнула на кота Ариана. – Не до твоих вопросов.

Герцог с трудом поднялся с земли, Ариана подхватила его под руку:

– Обопрись на мое плечо.

– Лучше я помогу, – к Бриану подошел военный. – Позвольте, – он попытался отодвинуть Ариану.

– Я отлично себя чувствую, – заверил его Рональд, пошатнулся и поспешно облокотился о ствол дерева. – Немного голова кружится, а так все отлично…

Герцог снова пошатнулся.

– Ты потерял много крови, – испуганно произнесла девушка. – Нужен врач, немедленно!

– Ничего, все нормально, – Бриан бодро улыбнулся. – Один твой поцелуй и я буду здоров.

– Перестань говорить глупости, – насупилась Ариана. – Тебе врач нужен, а не мои поцелуй, – но она все-таки коснулась губами его губ. Быстро и смущенно, ведь они были не одни на поляне.

– Сразу полегчало, – заверил ее герцог. – Голова больше не кружится и ничего не болит.

– Молчи, тебе вредно разговаривать, – Ариана положила пальцы на его губы. – И перестань, наконец, врать!

Ариана оторвала оборку от нижней юбки, ловко перевязала раненую руку герцога, поспешно расстегнула его камзол и рубашку. К счастью, ледяные когти волка не оставили глубокой раны на груди – плотная чешуя дракона защитила Рональда. Девушка оторвала еще одну оборку, свернула в несколько слоев, положила на кровоточащую кожу.

– Прижми, – велела Бриану. – И покажи спину, – потребовала она.

– Там ничего нет, – улыбнулся герцог. – У меня сейчас нет крыльев, значит, нет и раны.

– Снова врешь? – строго посмотрела на него Ариана.

– Нет, чистая правда, – улыбнулся ей Рональд.

Ариана поплотнее запахнула камзол герцога. Один из военных накинул на плечи Рональда плащ, который подобрал у алтаря капища.

По тропинке поднимались медленно, с остановками, чтобы Рональд мог отдохнуть. Он опирался на ту самую ветку, которой так усиленно дубасила принцессу-ведьму Ариана.

– Я сделаю из нее трость, – решил Рональд. – В память о сегодняшнем событии.

Под ногами путался Маркус. Он тревожно заглядывал в лицо Бриана, давал советы, как лучше идти по скользкой тропке и пытался приободрить Ариану, которая совсем сникал, переживая за герцога.

– Все будет хорошо, ты только не волнуйся. Наверху ждет экипаж. Мы на нем приехали. Принцесса потопает под конвоем пешком, а мы сразу отправимся к доктору. И не просто к доктору, а во дворец, к личному врачу Его Величества. Представляете, оказывается Император все знал о принцессе. О том что она ведьма и о том, что задумала дворцовый переворот! Вот замахнулась, интриганка! Но Его Величество ввел тонкую игру. Он…

– Маркус, пожалуйста, давай ты расскажешь обо всем чуть позже. Рональду не до этого, – прервала его восторженную болтовню Ариана.

– Я только хотел сказать, что теперь за заслуги перед Отечеством я, очевидно, могу рассчитывать на титул графа. Как думаешь, Рональд? Ведь это я нашел вас среди тумана и черной магии. Без меня ничего бы не получилось. Это я смог…

– Да помолчи ты, пожалуйста, – взмолилась девушка.

– Я замолвлю за тебя словечко перед Его Величеством, – пообещал Бриан. – И расскажу о всех твоих подвигах на благо Империи.

К ним подошел военный и заставил Ариану уступить ему место рядом с герцогом:

– Вам надо немного передохнуть, сударыня.

– Мне совсем не тяжело, – девушка провела ладонью по лбу, убирая прилипшую к нему прядь волос.

– Он прав, – строго посмотрел на Ариану герцог. – Мне бесконечно приятно держать тебя за талию, но не могу злоупотреблять твоей добротой и заботой.

Наконец, бесконечная тропинка закончилась, и они вышли к аллее. Рональд настоял, чтобы Ариана подождала его в замке. Все равно она ничем не сможет помочь врачу.

Маркус попытался уговорить Рональда позволить сопровождать его в Императорский дворец. Но мольбы кота не были услышаны, и он печально поплелся к Ариане.

– Ладно, подождем Рональда у него дома. Надеюсь, Эдгар нальет мне валериановой настойки. А вдруг у них ее не держат? – встрепенулся Маркус. – А у меня нервы на пределе. Я столько всего пережил за сегодняшний день, ты не представляешь!

– Представляю, – Ариана взяла кота на руки. – По дороге заедем в аптеку и купим, – погладила она кота. – Ты молодец, очень вовремя привел подмогу. Без тебя мы бы погибли. А как ты нас нашел?

– Не хотели меня слушать, а теперь придется подождать. У меня от твоих придирок пропало настроение рассказывать. Любишь ты прерывать собеседника, вот и получай за это, – злорадно сощурился кот.

Один из военных быстро нашел экипаж для Арианы. Дорога до замка казалась девушке бесконечной, она не переставая думала о Рональде и о том, насколько серьезно тот ранен. Экипаж проехал по мосту, потом вдоль набережной и остановился у замка герцога Бриана.

Харт встретил их в холле, проводил в гостиную.

– Располагайтесь, и чувствуйте себя как дома. Меня уже проинформировали о случившимся, – подавил он тяжелый вздох. – Надеюсь, милорд не сильно пострадал и скоро поправится.

– Это кто же проинформировал, позвольте спросить? – подозрительно прищурился кот.

– Информация закрытая, но вам скажу – крысы очень быстро приносят вести. Твоя знакомая архивная крыса Мелисса родственница тех, кто живет в нашем подвале под центральной башней. Мы с ними соблюдаем нейтралитет – слуги их не ловят, они не показываются на кухне и в кладовой. Мы их даже подкармливаем, чтобы узнать последние новости раньше, чем они появятся в прессе. Светские сплетни очень любят кухарка и ее помощницы.

– Ну надо же! А что, Мелисса тоже в этом замешена? – удивился Маркус.

– Я об этом ничего не говорил, – отрезал Харт.

– Она была в курсе, что принцесса ведьма? И ничего мне не сказала? – обиделся кот. – Тоже мне, подруга! Крыса всегда останется крысой. Скрытная, себе на уме. Можешь передать через ее родню, что я обиделся, – надулся Маркус, распушив шерсть и превратившись в белый шар.

– Она связана обязательствами перед Императором. Не сердись на нее, – Харт пригладил шерсть Маркуса. – Мелисса добрая и порядочная крыса. Позвольте, метта Ариана, я приготовлю для вас чай и подам закуски? Вам надо отдохнуть и немного прийти в себя после таких потрясений.

– Милок, будь добр, – Маркус развалился в кресле, царственным жестом велел Ариане достать из сумочки настойку, приобретенную по дороге и передать ее Харту. – Накапай мне в блюдце этого живительного эликсира. Что-то сердце стучит как бешеное. Похоже, у меня аритмия. И давление тоже шалит. Нет, хватит с меня подобных приключений. Уж лучше я буду заниматься кофейней. Дворцовые интриги, политические игрища и шпионские страсти точно не мое. Да, и не забудь подать к настойке гусиной печенки, дружок!

Глава 53

Время тянулось медленно, ползло ленивой улиткой, черные стрелки напольных часов словно приклеились к циферблату. Мерно качался бронзовый маятник в резном дубовом футляре, часы гулко и неспешно били каждые четверть часа. Ариана машинально выпила чай, съела все печенья и конфеты, принесенные Эдгаром.

Напившийся валериановой настойки Маркус мирно дремал на коврике у камина.

Девушка не находила себе места. То мерила шагами гостиную, то смотрела в окно, уставившись в одну точку. Где-то за горизонтом в морозном мареве синели горы, замерзшая река, петляя, уходила вдаль. Низенькие домики предместий Столицы укутаны снежным покрывалом.

Неизвестность всегда угнетает. Ариана переживала за Рональда. Она видела, что герцог потерял много крови. И хотя он бодрился, было очевидно – раны у него серьезные.

– Метта Корр, – от голоса дворецкого Ариана вздрогнула как от удара. Она не услышала, как тот вошел в гостиную. – Милорд просит передать, что будет рад видеть вас в своих покоях.

– Ему очень плохо? – испуганно уставилась на Эдгара девушка, пытаясь унять бешено бившееся сердце.

– Он немного утомлен. Врач сделал обнадеживающие заключения. Будем надеяться на лучшее.

Эдгар не отличается многословием. Впрочем, ему вряд ли кто доложил об истинном самочувствии герцога. А Рональд, как всегда, будет утверждать, что все прекрасно и замечательно. Ариана кинулась вон из комнаты, по дороге схватив дворецкого за руку:

– Пожалуйста, скорее проводите меня в покои герцога!

– Подожди! – взмолился Маркус. – Не беги так, я за тобой не успеваю!

Он поднялся с коврика, потянулся, выгнул дугой спину, зевнул и затрусил за Арианой и Хартом.

Коридор казался бесконечно длинным, наконец Эдгар распахнул резную дверь:

– Прошу вас, метта Корр.

Ариана вихрем влетела в комнату и замерла перед огромной кроватью с пышным шелковым балдахином и прихотливо задрапированным пологом. Рональд полулежал, откинувшись на высокие подушки.

– Ты как? – с замиранием сердца спросила девушка, подходя к роскошному ложу.

– Прекрасно, – улыбнулся Рональд.

– Опять врешь? – укоризненно покачала головой Ариана.

– Точно врет, – согласился Маркус, запрыгивая на постель. Кот не без труда преодолел складки атласного одеяла, добрался до герцога и бесцеремонно улегся у него на груди. – Я тебя полечу. У тебя жар. Но я буду рядом и буду следить за твоим состоянием. Я умею отлично регулировать человеческую ауру и прекрасно снимаю высокую температуру.

– Садись рядом, – Рональд похлопал ладонью по постели, приглашая Ариану.

Девушка забралась на высокую перину и села с края. Положила ладонь на лоб Рональда:

– У тебя и правда жар.

– Я уже выпил микстуру, выданную мне императорским врачом. Скоро начнет действовать и жар пойдет на убыль. А пока я хотел поговорить с тобой.

– Только не о сердечных делах, – поднял голову кот. – Романтика должна быть романтичной. Цветы, музыка, шампанское, конфеты и все, что там еще полагается.

Рональд погладил кота по голове.

– Спасибо за совет и заботу, но я буду тебе бесконечно признателен, если ты станешь лечить меня молча.

– То есть буду играть роль молчаливой грелки? – обиделся Маркус. – Ладно, умолкаю.

Рональд взял Ариану за руку, сжал ее пальцы в своей ладони.

– Ты удивительная девушка. Хрупкая, но такая смелая, нежная, добрая и стойкая. Теперь я могу тебе сказать то, в чем давно хотел признаться – я очень люблю тебя. И я прошу тебя стать моей женой.

Как фокусник Рональд достал из-под подушки кольцо:

– Скажи, Ариана, ты сделаешь меня самым счастливым человеком на свете? Ты выйдешь за меня замуж?

– Да, – прошептала Ариана. От волнения у нее пропал голос, сердце бешено стучало в груди, а за спиной словно выросли крылья от счастья. – Я тоже очень люблю тебя, Рональд. И это так прекрасно, – улыбнулась она.

Рональд надел ей на палец кольцо:

– Оно передается в нашем роду из поколения в поколение.

Кольцо сверкало на пальце девушки ослепительной ярко-голубой звездой, переливаясь острыми лучами.

– Это бриллиант? – Ариана любовалась волшебной игрой граней камня. – Никогда не видела ничего подобного. Его сияние завораживает, глаз невозможно оторвать.

– Да. Голубой бриллиант. В нем соединились огонь и лед, смешалось несочетаемое. Он похож на тебя – бесценный и редкий.

Рональд потянулся к Ариане.

– Лежи, не вставай, – девушка испуганно коснулась его плеча. Она наклонилась над Брианом, касаясь губами его губ. Ее поцелуй не был робким, она жаждала ответа, и Рональд тут же отвели страстно и жарко.

У Арианы замерло сердце, закружилась голова и мурашки пробежали по всему телу, будоража воображение какими-то неясными томительно-сладкими желаниями и мечтами.

– Ну все, все! – жалобно взмолился Маркус. – Вы меня задушите. Дайте мне воздуха! Ариана, не надо прижимать меня к Рональду. Я не подушка, я живое существо и мне душно!

– Прости, – смутилась девушка. – Я про тебя совсем забыла…

– Вот она, людская благодарность! – театрально вздохнул Маркус, прижимая лапу к своему лбу. – Придавить верного товарища грудью, перекрыть ему дыхание, заставить страдать от нехватки воздуха и просто извиниться, вроде ничего особенного не случилось! Извини, Маркус, я тебя слегка помяла, – передразнил Ариану кот.

– Маркус, не ворчи, пожалуйста, – потрепал его по загривку Бриан. – Мы тебя очень любим и ценим. Кстати, я поговорил о тебе с Императором. Будет тебе титул графа.

– Правда? – подскочил от радости Маркус. – Не обманываешь?

– Истинная правда. Ты очень вовремя нашел нас и привел помощь.

– Ты мог умереть от потери крови, – важно закивал кот. – Еще немного, и тебя было бы уже не спасти.

– Мы никогда не забудем о твоей самоотверженности, – Ариана погладила кота. – Но сейчас, пожалуйста, оставь нас ненадолго. Нам надо поговорить наедине.

– А лечить Рональда кто будет? – нахмурился кот.

– Всего на несколько минут, – попросил Бриан.

– Ну, хорошо, – кот спрыгнул с кровати. – Твои раны серьезные, но жизни не угрожают. Так что несколько минут ничего не изменят. Целуйтесь на здоровье. А потом мы поговорим о коварной принцессе, о нашем мудром Императоре, и сложим все части головоломки в единое целое. Идет? Мне жутко интересно, в какую историю меня втянули.

Глава 54

В спальне царил полумрак, за окном медленно загорался новый день – небо начало светлеть и приобрело серый оттенок. Рональд задремал только под утро, Ариана сидела в кресле рядом с кроватью и смотрела на него. Как он бледен! И на лбу испарина. Что бы не говорил Рональд, а его раны серьезны, и кто знает, как пройдет кризис? А если случиться страшное?

От одной этой мысли у Арианы перестало биться сердце, а тело обдало холодом.

Девушка подошла к кровати, вытерла лоб Бриана салфеткой и на сердце полегчало – жар прошел. Рональд хотя и был бледен как полотно и дышал тихо, но дыхание его было ровным. Он мирно спал, безмятежным и крепким сном младенца.

Интересно, что он видит во сне, чему вдруг улыбнулся? Ариана тоже улыбнулась. Теперь все будет хорошо.

В дверь тихо поскреблись.

Ариана на цыпочках подошла к ней и приоткрыла. В коридоре стоял дворецкий, держа на подносе чашку чая и тарелку с бутербродами.

У порога крутился Маркус. Он и скребся в дверь.

– Ну, как? – озабоченно поинтересовался кот.

– Как самочувствие милорда? – нахмурил брови Эдгар. – Врач остался ночевать в замке. Можно пригласить его.

– Пока не надо. Жар прошел, – девушка забрала поднос у дворецкого.

– Мне его еще полечить? – Маркус задал этот вопрос скорее из приличия, чем от желания лежать на груди Бриана.

– Пусть спит. Проснется тогда и полечишь.

– И заодно обменяемся впечатлениями о произошедших событиях. Мне это так интересно. Он точно спит? Может, уже проснулся? Ты все-таки посмотри, – не отставал Маркус.

– Точно спит, – сердито зашептала Ариана. – Не надо будить Рональда.

– Я проснулся, – Ариана оглянулась и увидела, как Рональд усаживается на постели. – Доброе утро!

– Мы тебя все-таки разбудили, – вздохнула Ариана. – Как ты себя чувствуешь? Только скажи правду, пожалуйста! Хватит уже врать!

– Отлично. Ничего не болит, голова ясная, настроение замечательное. Я будто заново родился.

– Так оно и есть, – заметил Маркус, просачиваясь между приоткрытой дверью и ногами Арианы. – Сейчас я тебя продиагностирую. А потом можно пригласить доктора. И мы с ним обсудим твое состояние. Проведем небольшой консилиум, так сказать. Уверен, ему будет важно узнать мое мнение о твоем здоровье, – кот запрыгнул на постель, забрался на Рональда, положил голову ему на грудь: – Дыши… не дыши… Еще разок… Не дыши… Дыхание ровное, без хрипов, сердцебиение несколько слабое, но в пределах допустимого, давление в норме, температуры нет.

– Что, совсем нет? – деланно испугался Рональд.

– Ты отлично понял, о чем я. Жара нет. А если мне не доверяешь, то я могу уйти. И не возвращаться. Никогда, – код сделал вид, что собирается спрыгнуть с кровати.

Рональд здоровой рукой подхватил его под живот и положил себе на грудь.

– Пожалуйста, полечи меня, – погладил его по голове. – Без тебя я не выздоровею.

– Вот именно, – важно заурчал кот. – Так что лежите спокойно, больной. Я начинаю процедуры, прошу тишины, мне надо сосредоточиться.

– Ариана, можно попросить тебя сварить мне кофе? – попросил Рональд.

– Увы, должен признать, чай у меня получается значительно лучше, чем кофе, милорд. Его я варю посредственно, – печально разве руками Харт.

– Ничего подобного, Эдгар, – возразил Бриан. – Просто у Арианы он получается совсем другим.

– Хотите, я поделюсь с вами моим секретом? – посмотрела на Эдгара девушка.

– Был бы вам бесконечно признателен, метта Корр, – слегка склонил голову дворецкий.

Пока Ариана колдовала над кофе, Рональда осмотрел врач, вынес вердикт что, кризис благополучно миновал и теперь пациенту нужен только покой, сон и положительные эмоции.

– Ну, тогда давайте поговорим по душам, – Маркус уютно свернулся на одеяле под боком у Рональда как в гнезде. – Итак, в какую авантюры вы всех нас втянули, милорд?

– Не поверишь, я понятия не имел, что все так закрутится, – признался Бриан. – На балу я сказал принцессе, что жениться на ней не собираюсь. Она, мягко говоря, расстроилась.

– А поконкретнее? – поднял голову кот.

– Бенедикта была в бешенстве и пообещала, что жестоко отомстит мне. Что мне только не говорили разгневанные женщины, когда приходило время расстаться. Я не принял угроз Бенедикты всерьез. И не заметил, что во время танца она смогла снять у меня с лацкана булавку с фамильным гербом. Теперь я понимаю, что ей нужен был любой предмет, принадлежащий мне, чтобы заманить к капищу. А булавка заряжена фамильной магией, что значительно облегчило принцессе задачу. Поэтому мы с Арианой и заблудились. Бенедикта вела нас к капищу, запутала тропинки, напустила туман. Ей требовалось сердце дракона-оборотня, чтобы сварить сильное зелье. Но, к счастью, ей это не удалось. А как ты оказался в парке, Маркус?

– Ну, так получилось, – кот лизнул переднюю лапку, растопырил когти, посмотрел на розовые подушечки. – Мне не хотелось сидеть дома одному. И вообще, меня никто никуда не берет, со мной не гуляют. Сам я далеко от дома не отхожу. У котов свои ареалы обитания и мы их не нарушаем. А тут мне до дрожи захотелось пойти с вами, посмотреть парк, о котором я столько слышал. Но вы же не взяли бы меня, вам надо побыть наедине, полюбезничать, посекретничать. А я… Я порой так одинок…

– Да неужели? – рассмеялась Ариана. – Все с тобой носятся, все гладят, кормят, играют и выполняют малейшие капризы. Захотел подушку на подоконник или погонять бумажный шарик по комнате – пожалуйста, захотел поесть – извольте, надо почесать за ухом – всегда готовы!

Кот пропустил ее слова мимо ушей и продолжил:

– Короче говоря, я вышел вслед за вами из кофейни и запрыгнул на багажное место позади экипажа. Коты отлично ориентируются на местности. Я бы смог вернуться сам. Но тут началось нечто странное, – кот потрогал герцогский герб, висевший у него на груди. – Возможно, меня вело само проведение. В парке я спрыгнул с экипажа и решил немного погулять. Вдруг мною овладело беспокойство. Коты очень чувствительные создания, мы улавливаем малейшее движение магического эфира. И я понял, что назревает что-то страшное. Еще и драгоценные камни на подвеске стали светиться. А сам герб дрожал и вибрировал.

– Да, фамильные драгоценности Брианов порой живут своей жизнью, – кивнул Рональд. – Иногда это во благо, как в данном случае, а иногда страшно мешает. Мой прадед был сильным магом. Он посчитал, что такие сигналы могут сослужить неплохую службу нашей семьи. И оказался прав. Хотя булавка с гербом как раз именно благодаря магии едва не стоила нам с Арианой жизней.

– В общем, мне показалось это тревожным знаком, и я побежал искать вас. Просто нутром чуял, что вы в опасности. Но чем дальше я спускался по склону, тем яснее понимал – дело нечисто. Негативную энергию просто зашкаливало. Я вернулся на аллею и сразу же обратился к стражам порядка. Если бы не герцогский герб на шее, они бы меня и слушать не стали. А когда увидели его, то замерли от неожиданности. Они словно ожидали чего-то подобного. И мы побежали вас спасать. Только я не понял, почему они оказались ловцами шпионов? Как они догадались, что принцесса ведьма? И что делали в парке? Ее искали? Или тебя, Рональд?

– А вот об этом мне рассказал Император. Он посчитал, что поступил со мной не слишком честно, – Рональд затащил кота себе на грудь. – Погрей меня, пожалуйста, – попросил Маркуса.

– Всегда пожалуйста, – кот покрутился на месте, пару раз мазнул кончиком хвоста по лицу герцога и свернулся у него на груди калачиком. – Итак, продолжай, я весь внимание. Так, о чем вы говорили с Императором, пока я торчал в коридоре и врач делал тебе перевязку? С какой стати Его Величеству было так переживать о твоем здоровье? Он же тебя сослать на край света хотел?

Глава 55

Тихо шумела кофеварка, синие язычки пламени спиртовки лениво лизали ее серебряные бока. Ариана и Харт склонились над кофеваркой как два заправских мага.

– И щепотку соли, – Ариана бросила в турку белые кристаллы. – Для усиления вкуса. Тут главное не переборщить, а то получится на кофе, а бульон.

– Надеюсь, смогу перенять ваш опыт, метта Корр, – дворецкий снял турку с огня, осторожно подул на высокую пенку и разлил кофе по крохотным чашечкам.

– Нет, мне кофе не надо, – брезгливо поморщился Маркус. – Я такое не пью.

– Тебе никто и не предлагает, – Ариана нажала пальчиком на розовый нос кота.

– Мне что, воду пить что ли? – насупился он в ответ. – Да, кофе я не пью, но предложите мне альтернативу!

– Не стоит злоупотреблять настойкой валерианы. Это может вызвать привыкание, и как результат – кошачий алкоголизм. Ты этого хочешь? – строго посмотрел на него дворецкий и предостерегающе поднял вверх указательный палец. – Могу предложить немного сливок.

– Молочное мне вредно, если что, – возмутился Маркус. – Еще вреднее, чем настойка валерианы. Не надо меня искушать. Ладно, дайте простой безвкусной воды, а к ней грудку индейки, немного говяжьего фарша, вареное перепелиное яйцо, – кот задумался, возвел глаза к потолку, почесал подбородок когтистой лапкой. – Нет, лучше два. И кусочек зеркального карпа. Без костей, разумеется.

– А ты не лопнешь? – рассмеялась Ариана.

– Не лопну. И нечего надо мной издеваться, – окончательно обиделся кот. – Всегда знал, что люди не умеют быть благодарными.

– Так мы о твоем здоровье печемся, – возразила Ариана.

– О своем пекитесь, – фыркнул кот. – А у меня все под контролем. Я себе не враг. Ну что, будет мне немного валерьянки? Я столько пережил за последние два дня, сколько вы за всю жизнь не переживете!

– Хорошо, но только совсем немного, – дворецкий открыл дверцу резного дубового шкафа, где Рональд хранил запасы вина и лекарства, долго перебирал флаконы с микстурами, наконец, нашел нужный.

Накапал в воду и поставил чашку перед Маркусом.

– Разбавленную водой? – возмущенно сморщился кот. – Мы не в дешевом трактире, где подают разбавленный ром и обманывают посетителей. Мы в покоях его светлости герцога Рональда Бриана. А у аристократов не принято экономить на мелочах.

– Какой же ты ворчун, – погладил кота Эдгар Харт.

– Ладно, давайте что есть, – кот сел рядом с Брианом, быстро вылакал содержимое чашки. – Продолжай, Рон. Так что за игру вел наш мудрый Император?

Рональд с наслаждением смаковал кофе и от удовольствия прикрыл глаза. Будь он котом, он бы, пожалуй, заурчал.

– Отношения нашей Империи с Азелией всегда были натянутыми. Это началось много веков назад, и никто уже не помнит, в чем причина. Наши страны никогда не воевали, но и не сотрудничали.

– Можно без исторической справки? – Маркус облизал чашку и отодвинул ее лапой. – Мы все знаем, что наши отношения в Азелией заставляли желать лучшего.

– Так вот, Император был очень удивлен, когда король Азелии Илларион Великолепный предложил укрепить международный союз путем брака наследника Императора и принцессы Бенедикты. Но наследник престола на тот момент был уже обручен. Тогда король Азелии заявил, что согласен выдать дочь за любого герцога Империи. И, разумеется, Илларион не мог не знать, что единственный холостой герцог в Империи – это ваш покорный слуга, – шутливо склонил голову Рональд, прижав руку к груди, – дракон-оборотень Рональд Бриан собственной персоной. Подобное предложение насторожило нашего мудрого Императора. Азелия – сильная развитая страна. Для принцессы можно без труда найти подходящего наследного принца.

– Меня бы это тоже насторожило, – закивал Маркус. – Прости, Рон, без обид. Ты, конечно, красавчик, да и богатства у тебя немерено, но, как не крути, ты все-таки не принц. Корона у тебя герцогская, а не императорская. Да и власти намного меньше.

– Вот и Император посчитал это подозрительным. Но он решил, что не стоит отказывать могущественному соседу в его просьбе. Лучше понять, ради чего он так усиленно пытается отправить свою единственную дочь в нашу Империю. И это при том, что у нее есть более интересные перспективы замужества, чем брак с герцогом.

Солнце пробралось через плотные облака, золотой сноп лучей ворвался в спальню, лег яркими полосами на паркетный пол, заиграл бликами в подвесках хрустальной люстры. Ариана поспешила задернуть шторы.

– Не надо, – остановил ее Рональд.

– У тебя не болят глаза? После жара может быть осложнение, – Ариана все-таки задернула одну портьеру, чтобы свет не падал на лицо Бриана.

– Я не превратился в вампира и солнечный свет мне только на пользу, – рассмеялся Рональд. – Сядь ко мне поближе.

– Да, правильно, – одобрительно заметил кот. – Я буду греть Рона с одной стороны, а ты с другой. Ему так будет намного уютнее и комфортней. Можешь обнять Ариану, – разрешил Бриану кот. – Это даст лучший эффект. Я рекомендую тебе это как врач со стажем.

Ариана забралась на постель и села поближе к Рональду. Он обнял ее за талию.

– С чего ты решил, что у тебя есть врачебный стаж? – поинтересовалась Ариана у Маркуса. – В университете не учился, даже медицинских курсов не оканчивал.

– Потому что туда котов не принимают, – парировал Маркус. – У всех котов природный дар к врачеванию. Значит, я опытный врач. И не перебивай Рональда, пусть расскажет все по порядку. Мне страшно интересно.

– Наш мудрый Император решил разобраться, что на самом деле затевает король Азелии и его драгоценная дочурка. Император поручил сотрудникам Департамента Государственной Безопасности собрать материал на принцессу Бенедикту и проконтролировать события. Они начали следить за Бенедиктой. Выяснилось, что она сильная ведьма. Собственно, я об этом говорил Императору с самого начала. Оказалось, в Империи действует разветвленная сеть шпионов Азелии. Они давно готовили свержение Императора и замену его на марионетку Иллариона Великолепного. Если бы Бенедикта вышла замуж за наследного принца, все было бы просто – со временем она бы получила доступ к власти. Но, поскольку принц временно был занят, заговорщикам пришлось действовать в обход.

– Что значит принц временно занят? – удивился кот.

– Сейчас поймешь, – Рональд покрепче обнял Ариану, двушка улыбнулась в ответ. – Теперь, когда принцесса оказалась в руках правосудия, испугавшись за свою жизнь, она рассказала правду.

– Ее и правда могут казнить? – спросил Маркус. – Как ни крути, а жаль дуру. Вот почему я такой великодушный? Откуда во мне столько милосердия и доброты?

– Нет, разумеется, принцессу не казнят, – успокоил кота Рональд. – Война из-за этой, как ты правильно выразился дуры Империи не нужна. Бенедикту просто припугнули. И это возымело действие – она покаялась и призналась во всем. Даже несмотря на раскаяние, пожизненное заключение принцессе обеспечено. Она планировала государственный переворот и убийства. Однозначно, в родную Азелию после этого ей путь закрыт. Свои дни Бенедикта проведет в тюрьме в неприступной крепости на острове среди бушующего северного моря. Ее дорогой папаша сразу же отказался от дочери, прислал депешу с извинениями и заверением, что ничего не знал о коварстве принцессы. С трудом верится, но пусть это останется на совести короля Иллариона. Так вот, наш Император решил раскрыть готовящийся заговор и использовать меня как наживку, чтобы поймать принцессу Бенедикту с поличным.

– Не слишком честно с его стороны, – заметил кот. – Но он Император, ему все можно.

– Итак, принцесса настаивала на браке с герцогом, я подходил идеально, ибо других неженатых герцогов в Империи не имеется. К тому же Бенедикте нужен был дракон-оборотень. Вернее, его сердце для приготовления проклятья на смерть.

– Кого еще собиралась убить Бенедикта? – с ужасом спросила Ариана. – Какая же Бенедикта кровожадная!

– Она вела сложную партию, подобную игре в шахматы. Принцесса все рассчитала до мелочей. Не без ее помощи накануне свадьбы я бы отправился к праотцам. Щепотка яда в моем бокале и принцесса Бенедикта лишается любимого жениха, сохранив при этом девственность. Немного лести, слез по безвременно ушедшему жениху, и Император позволил бы безутешной девице остаться при дворе в качестве придворной дамы. А потом принцессе предстояло устранить молодую жену принца с помощью мощного проклятья. Для этого ей и нужно было сердце дракона-оборотня. В результате двух убийств и небольших манипуляций Бенедикта становится идеальной невестой для овдовевшим наследником престола. У принцессы отличная родословная и она сохранила невинность. Ну, чем не жена молодому вдовцу? После этого ей оставалось немного поторопить события и отправить к праотцам сначала Императора, а потом и своего мужа. Когда, тот, разумеется, взойдет на престол. Зелье из моего сердца ей бы очень помогло осуществить задуманное. Вот только принцесса не знала, что ее раскусили и за ней следят сотрудники из Департамента Государственной Безопасности.

– Интересная многоходовка. И очень продуманная. Да принцесса само воплощение зла! – возмущенно зашипел Маркус.

– Для достижения своих целей принцессе требовалось сильное зелье, чтобы наложить проклятье на смерть. До жены принца просто так не добраться. Тут яд и кинжал не подходят, действовать надо издалека и без проклятья не обойтись. Принцессе требовалось сердце дракона-оборотня. Мой отказ жениться на Бенедикте осложнил исполнение ее планов. И принцессе пришлось действовать быстро. С помощью магии она заманила меня и Ариану к языческому капищу. И планировала одним ударом убить сразу двух зайцев – отомстить мне за отказ жениться, получить мое сердце и уничтожить Ариану. Принцесса оказалась страшно ревнива, а ее самолюбие уязвлено.

– Тогда трех зайцев, – поправил Рональда кот. – Убить тебя и Аринау – это уже два действия. А получить твое сердце – третье. Но это сути не меняет. Да, не приведи я вовремя подмогу, сколько бед могла бы натворить эта интриганка! – сокрушенно вздохнул Маркус. – Женой принца она бы не стала, раз за ней следили. Но вас с Арианой угробила бы в два счета. Так что цените и любите меня! И не ограничивайте меня в моих скромных просьбах. Кстати, Эдгар, а где перепелиные яйца и грудка индейки?

Глава 56

Здоровье Рональда шло на поправку. Раны заживали быстро. А вот с крылом случилась настоящая беда: оно было серьезно повреждено – два перелома со смещением и многочисленные рваные раны от зубов ледяных чудовищ. Лекарь сообщил, что год-полтора Рональд летать не сможет, но со временем все наладится. Надо только набраться терпения, верить в хорошее и не перегружать больное крыло.

Рональд заметно погрустнел.

– Я мечтал полетать с тобой над весенним лесом, – обнял он Ариану. – Это безумно красиво. Деревья подернуты зеленой дымкой, воздух напоен влагой и свежестью. А как прекрасны поляны подснежников, когда смотришь на них сверху! Они похожи на маленькие голубые и белые озера.

– Маленькие озера – это лужи. Называйте вещи своими именами. Лужа тоже может быть красивой. А вперед и у вас еще не одна весна, – заметил Маркус. – Так чего расстраиваться? Полюбуетесь еще не раз на прекрасные лужи из цветов.

– Все верно, – Рональд почесал кота за ухом. – Ты, как всегда, мудр и даешь отличнее советы.

– Еще бы вы их слушали, – насупился Маркус. – А то чаше отмахиваетесь и просите меня молчать и не высказывать свое мнение.

Зима уходила медленно, неохотно сдавая свои позиции. Напоследок вьюжила и заметала дороги, то оттепель, то мороз, то снег, то серый монотонно моросящий дождик.

Рональд предложил сыграть свадьбу в конце апреля – прекрасный веселый месяц. Ариана согласилась, но просила не делать пышного торжества – только близкие друзья и родня.

С родней оказалось все сложно – у Рональда мать после убийства мужа коротала дни в монастыре. Да и видеть ее на своей свадьбе Рональд не желал. У Арианы тоже непростая семья. Матушка отличается взбалмошным характером, а Розалина вся в нее – такая же беспардонная и напористая.

Однако надо соблюсти приличия, и Рональд решил посетить будущую тещу, поставить ее в известность о предстоящем бракосочетании и пригласить на церемонию венчания. О предстоящем визите герцога Бриана метрессу Матильду Корр известил Эдгар Харт.

Матильда выразила неподдельную радость по поводу визита его светлости. И просила Харта передать милорду, что неплохо было бы подкинуть немного деньжат на жизнь бедной вдове. Раз уж у милорда шашни со старшей дочерью метрессы Матильды, надо бы и матушку уважить.

Многого она не просит, ей надо погасить несколько долгов перед ростовщиками, выплатить задолженности модистке и хозяину мясной лавки – сущие мелочи для его светлости, просто гроши при его-то богатстве! Метресса Корр будет очень признательна, если его светлость нанесет ей визит не с пустыми руками, а захватит с собой чековую книжку. Впрочем, наличные тоже подойдут.

– Редкая наглость, – вздохнул Бриан. Покрывать очередные долги будущей тещи он не планировал. Но, похоже, все равно придется раскошелиться. Ему не жалко денег, но потакать жадной Матильде и ее младшей дочке совершенно не хотелось.

Дом метрессы Корр производил приятное впечатление. Было заметно, что недавно сделан ремонт, обновлена обстановка. Деньги, полученные от продажи пекарни Матильда тратила с размахом и со вкусом.

В гостиной, оставленной резной золоченой мебелью сидела Розалина. Свежая как бутон утренней розы – упругий, нераспустившийся, но готовый превратиться в прекрасный цветок. Девушка легко поднялась навстречу герцогу, изящно протянула ему для поцелуя ручку. Рональд едва коснулся ее губами, на Розалина успела многозначительно пожать его пальцы.

– Матушка будет через минуту, – очаровательно улыбнулась девушка, откровенно кокетничая. – Желаете чай? Или кофе?

– Нет, благодарю, – отказался Бриан. – Я ненадолго.

– Как жаль, – вздохнула девушка. – Мы рады видеть вашу светлость в нашем скромном жилище. Может, все-таки чай?

– Мне бы лучше вашу матушку, – Рональд не сомневался, Розалина надеялась, что он проявит к ней интерес определенного рода. Ради этого она нарядилась в модное платье, соблазнительно облегающее точеную фигурку. Да и глубокое декольте было слишком смелым для девушки. Но прелести юной Розалины не трогали Бриана. Пусть соблазняет кого другого, а его сердце всецело принадлежит Ариане!

Горничная распахнула дверь, пропуская в гостиную госпожу.

– Безумна рада вашему визиту, милорд, – метресса Корр с достоинством протянула руку для поцелуя. И руку Матильды Бриан тоже поцеловал – он привык быть учтивым с дамами. – Прошу вас, присаживайтесь и будьте как дома. Наш дом – ваш дом.

Метресса Корра указала Рональду на диван, рядом со своей младшей дочерью.

– Я к вам по делу, – Рональд предпочел сесть на стул, подальше от Розалины: – Я не слишком почитаю старинные традиции. Но в данном случае решил соблюсти все правила. Мы с вашей дочерью Арианой любим друг друга. И я прошу вашего благословения на наш брак, – Матильда от неожиданности открыла рот, а Розалина всхлипнула.

– Нет, это неправильно! – воскликнула девушка. – Ариана этого не заслужила! Так не должно быть!

Матушка не отреагировала на ее реплики, быстро пришла в себя и поспешила уточнить, не ослышалась ли она.

– Вы не шутите, милорд? Вы правда готовы жениться на Ариане? – Рональду показалось, что в глазах метрессы Корр вспыхнули злотые монеты.

– Не шучу. И уточню: ваше благословение – это простая формальность.

– Я, разумеется, даю свое благословение, – в некотором замешательстве произнесла Матильда. Очевидно, она сейчас думала не о предстоящем бракосочетании старшей дочери, а совсем о другом. И нетрудно было догадаться – метресса Корр наскоро прикидывает, какую выгоду может извлечь из этого замужества. – Это такая честь для нас… Но вы же понимаете, милорд, что на вашей свадьбе я и моя Розалина должны выглядеть достойно. Нам потребуются новые наряды. И мы не сможем приехать в церковь в нанятом экипаже, это будет просто неприлично. И еще…

– Церемония бракосочетания будет скромной, – прервал ее Бриан. – Ни Ариане, ни мне не нужны пустая шумиха и праздная болтовня вокруг нашей свадьбы. Так что вам вполне подойдут ваши вечерние наряды. Те, что вы надевали на Зимние балы. И нанятый экипаж тоже выглядит вполне достойно. Не собираетесь же вы покупать карету и шестерку белых лошадей ради свадьбы дочери? – усмехнулся Рональд. Очевидно, метресса Корр была не прочь обзавестись приличным выездом под благовидным предлогом.

И метресса Корр, и Розалина относились к Ариане как к прислуге, так зачем баловать жадных и расчетливых родственников, зачем давать им повод снова и снова требовать денег на пустые развлечения и наряды? Нет, денег они не дождутся.

– Итак, формальности соблюдены, и мы с Арианой будем рады видеть вас на венчании в Главном Соборе, – Рональд протянул метрессе Корр два пригласительных на свадьбу. – После бракосочетания будет обед, а потом мы с Арианой отправимся в свадебное путешествие.

– Бала не будет? – вскинула брови Розалина. – А как же я? Ариана станет герцогиней, а мне прозябать замужем за каким-нибудь купчишкой или сынком мелкого помещика? Это несправедливо! Вы должны, милорд, найти и мне достойную партию! – потребовала девушка.

– К счастью, я никому ничего не должен, дорогая Розалина, – несколько насмешливо поклонился ей Рональд.

– Это вопрос вашего престижа. И вашей чести! – не отступала Розалина. – Вы не можете так со мной поступить. Ариана едва не сделала из меня калеку! Она обязана заботиться обо мне!

– Хотел предупредить, – Рональд строго посмотрел на метрессу Корр, а потом перевел выразительный взгляд на Розалину: – Я не потерплю скандала на свадьбе. И не забывайте, что дело о поджоге кофейни и дохлых крысах не закрыто. Не испытывайте моего терпения, не то кто-то может не только заплатить солидный штраф, но еще и попасть на общественные работы. Вам очень хочется подметать улицы, метресса Корр? – выразительно посмотрел Рональд на будущую тещу.

– Нет, что вы, что вы, – испуганно залепетала Матильда. – Вы не так поняли. Розалина порой болтает невесть что. Она не отличается умом…

– Что вы такое говорите, матушка? – возмутилась Розалина.

– Вот, видите? – указала на дочь Матильда. – У нее истерический характер. Я не могу ее контролировать, увы. А ты помолчи лучше! – прикрикнула она на Розалину. – Глядишь, за умную сойдешь.

Да уж, с родственниками у Арианы точно беда. Но увы, их не выбирают.

– Если хотите сохранить добрые отношения с Арианой и со мной, ведите себя достойно! – строго произнес Бриан. – И тогда небеса пошлют вам счастье и благоденствие. А я всего лишь оборотень-дракон и не в силах выполнять ваши многочисленные просьбы и требования. На этом позвольте откланяться, – герцог одарил дам очаровательной улыбкой и покинул гостиную.

Эпилог

Гулко ударил колокол Главного Собора. Стаи испуганных голубей взметнулись в небо, описали круг над площадью и унеслись прочь, громко хлопая сизыми крыльями.

Ариана сощурила глаза, выйдя из полумрака храма на ослепительно яркий солнечный свет. Она крепко держала Рональда под руку и улыбалась счастливой и немного глупой улыбкой. Но сегодня ей это позволено – она безумно счастлива. Счастлива, как никогда в жизни!

Церемония в Соборе получилась пышной. Ее посетил сам Император с семьей. Коронованных особ сопровождали фрейлины Императрицы, совмещавшие обязанности фавориток Его Императорского Величества.

Матушка и сестра Арианы вели себя очень скромно. Ариана даже удивилась этому. Матушка поздравила дочь и зятя, Ариану поцеловала в лоб и вполне искренне прослезилась от умиления. Розалина была задумчива и несколько печальна, колкостей не отпускала и едких замечаний тоже.

У Собора новобрачных ждала роскошная золоченая карета с герцогским гербом, запряженная шестеркой белоснежных лошадей с пышными плюмажами из страусовых перьев. Немногочисленные гости разместились в экипажах и свадебный кортеж торжественно и неспешно тронулся в сторону замка герцога Бриана.

Звонко цокали по брусчатке подковы, карета мерно покачивалась, Ариана и Рональд самозабвенно целовались, сжимая друг друга в объятиях.

В парадной столовой замка стол ломился от изысканных блюд и благородных вин. Сверкал хрусталь, матово поблескивал фарфор, сияло столовое серебро.

Гирлянды из белоснежных роз обвивали колонны из розового мрамора, свешивались с потолка. Прекрасные белые цветы стояли на столе, украшали большие напольные вазы, их тонкий сладкий аромат наполнял зал.

Его Величество отправил супругу во дворец, а сам явился на обед со стайкой весело щебечущих фавориток. Для Императора и сопровождающих его лиц спешно накрыли еще один стол на небольшом возвышении, где планировали разместить струнный оркестр. Оркестру пришлось расположиться на длинном балконе под потолком зала.

Кроме Императора и фрейлин Императрицы на обеде, разумеется, присутствовали матушка Арианы и Розалина, а также все служащие кофейни.

Маркус занимал почетное место рядом с новобрачными, сидел в высоком кресле и время от времени важно поправлял на своей груди графский герб. Все, как заказывал Маркус – золотой лев на серебряном поле с короной на голове, мечем и кубком в лапах.

Император оценил вклад Маркуса в дело разоблачения принцессы Бенедикты и спасения Отечества от ее коварства. У Бенедикты были далеко идущие планы, она собиралась узурпировать власть и занять Императорский трон.

Маркусу был дарован титул графа. Правда, без права передачи по наследству. Иначе в Империи все коты и кошки в скором времени станут носить дворянский титул. Маркус не возражал – в данном случае Император принял мудрое решение.

Со стороны Рональда присутствовало несколько его закадычных друзей. Близких родственников у Бриана нет, а приглашать тех, кого он едва знает не имеет смысла.

Эдгар Харт пришел на торжество со своей невестой. Миловидная вдова тридцати пяти лет отличалась легким нравом и смешливостью.

Обед проходил весело и оживленно. Танцы не планировались, но Император вошел в раж, и ради него решено было перейти в бальный зал. Его Величество обратило благосклонный взгляд на помощницу кондитера кофейни. Девица сначала смущалась и краснела. Потом призналась Его Величеству, что одна воспитывает двух мальчишек-сорванцов.

Император тут же решил оказать матери-одиночке высочайшее покровительство. Его фаворитки приняли новую протеже Императора благосклонно. Все-таки если в отношениях между людьми царят мир и согласие, это сильно облегчает жизнь и делает ее более приятной и счастливой.

К концу обеда торжество почтила своим посещением и Императрица. Она шла под руку с очаровательным молодым человеком, который немного смущался и опасливо поглядывал на Императора. Его Величество несколько удивился, увидев супругу в сопровождении такого интересного мужчины, но был вынужден принять выбор Императрицы. Раз он позволяет себе некоторые вольности, то и ограничивать Ее Величество не имеет права.

Поистине, при дворе царят очень свободные нравы! Впрочем, это лучше, чем скука и лицемерие.

С наступлением сумерек Ариана и Рональд отправились на вокзал. Бриан заказал литерный поезд, состоящий из двух вагонов. Один – для комфортного путешествия, а второй – вагон-ресторан. Бриан обещал показать молодой супруге все прекрасные уголки Империи.

Путешествие длилось месяц. Они увидели суровые северные скалы, нависающие над тяжелыми волнами холодного моря, посетили прелестные луга и поля средней полосы Империи, долго нежились под южным солнцем, наслаждаясь экзотическими фруктами и любуясь неповторимыми закатами. Медовый месяц прошел прекрасно!

Принцесса Бенедикта легко отделалась, ее даже не заключили в тюрьму. Впрочем, это справедливо – она не успела никого убить. Илларион Великолепный выкупил любимую дочку за бешеные деньги и за право предпринимателей из Империи разрабатывать залежи магических полезных ископаемых на территории Азелии в течении ста лет. Принцессу с позором выдворили на родину.

В прессе долго обсуждали коварство и преступные замыслы вероломной Бенедикты. После этого, разумеется, никто их наследных принцев не рискнул жениться на принцессе-ведьме. Да и простых смертных, желающих связать свою судьбу со злой принцессой не нашлось. Бенедикта так никогда и не вышла замуж.

В конце концов своим сварливым характером она измучила даже собственного отца. Илларион Великолепный отправил дочку в монастырь, от греха подальше. Кто знает, вдруг она захочет избавиться от заботливого папы и занять его место на троне?

По возвращению из свадебного путешествия Рональду была предложена должность Канцлера. Теперь ничто не мешало Бриану занять это место – он был женат, все соответствовало регламенту.

Ариана продолжила вести дела в кофейне и в пекарне. Хотя она и стала герцогиней, это не мешало ей заниматься любимым делом. Эдгар Харт стал ее надежным помощником. Не зря Рональд перевел его из дворецкого в управляющие.

Производство расширялось, росло и скоро стало ведущим по изготовлению кондитерских изделий в Империи.

В свободное от государственной службы время Рональд с удовольствием помогал супруге со счетами. И даже порой собственноручно украшал пирожные кремом. Это стало его хобби и давало возможность отвлечься от государственных дел.

У счастливой пары родилось четверо детей. Через год после свадьбы мальчик, потом двойняшки-девочки, и снова мальчик. Сыновья унаследовали от Рональда его магические способности и по достижению совершеннолетия тоже стали оборотнями-драконами.

С матерью и сестрой Арианы семья герцога общалась редко. Метресса Корр интереса к внукам не проявляла, и предпочитала проводить время в обществе управляющего. Как доложила Маркусу всезнающая крыса Мелисса, он все-таки был любовником своей хозяйки. Но семью герцога моральный облик Матильды не волновал. Это ее жизнь, пусть ведет себя как пожелает.

Розалина вышла замуж за сына банкира. Но увы, тратить деньги семьи мужа направо и налево ей никто не позволил. Ее расходы строго контролировались, и из дома она могла выходить только в сопровождении супруга, который оказался безумно ревнив. Золотая клетка всегда остается клеткой.

Маркус почил на лаврах славы и даже написал мемуары. Не сам – у него же лапки! Для этого он привлек Харта. Бывшему дворецкому, а ныне управляющему кондитерской империей герцогини Арианы Бриан пришлось набраться изрядного терпения. Маркус по нескольку раз перечитывал каждую главу и вносил очередные правки.

А что делать? Мемуары должны отражать действительность. Маркус столько всего пережил рядом с Арианой и Рональдом, ему столько надо сказать потомкам!

Красной нитью через все мемуары проходила мысль – не титул дает величие и мудрость, а характер. Можно быть герцогом, и при этом дружить с котом из кофейни и его хозяйкой, можно отлично печь рогалики и стать герцогиней. А можно быть принцессой, и все потерять из-за неуемной алчности, злости и глупости.

Content

Мария Геррер
Кофе для дракона

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Глава 20

Глава 21

Глава 22

Глава 23

Глава 24

Глава 25

Глава 26

Глава 27

Глава 28

Глава 29

Глава 30

Глава 31

Глава 32

Глава 33

Глава 34

Глава 35

Глава 36

Глава 37

Глава 38

Глава 39

Глава 40

Глава 41

Глава 42

Глава 43

Глава 44

Глава 45

Глава 46

Глава 47

Глава 48

Глава 49

Глава 50

Глава 51

Глава 52

Глава 53

Глава 54

Глава 55

Глава 56

Эпилог