Ганфайтер

Глава 1

Все что я помнил о прошлом — я умел убивать. Причем самыми разнообразными способами.

Когда утро начинается с дикой головной боли, можно быть уверенным — день тоже не задастся.

Я открыл глаза. Череп просто раскалывался на части — это сколько же вчера надо было выпить, чтобы сегодня так страдать? Но даже захудалая мыслишка о точных причинах произошедшего не шевельнулась в моей голове — весь вчерашний вечер начисто стерся из памяти, будто его и не было.

Собравшись с силами, я сел в постели, и только тут сообразил, что это и не постель вовсе, да и помещение вокруг совершенно не похоже на городскую квартиру или, на худой конец, комнату в отеле.

То, что я принял за кровать, больше походило на раскрывшийся кокон гигантской личинки бабочки. Шелковая, приятная на ощупь светлая ворсистая оболочка, мягкое ложе, еще сохранившее форму моего тела. Верхняя часть кокона была чуть раскрыта, словно расстегнута, один край свисал до пола — оттуда-то я и выбрался. Получается, до своего пробуждения я был заперт внутри, и, скорее всего, против своей воли. А кто, скажите на милость, добровольно согласился бы оказаться в этой герметической скорлупе совершенно непонятного происхождения. Как я только не задохнулся!

Помещение, в котором я оказался, тоже вызывало массу вопросов. Во-первых, оно было совершенно пустым. Кроме кокона здесь не было ни единого предмета. Размерами своими оно тоже не поражало — примерно три метра в длину и столько же в ширину, места было немного, танцы не устроить. Пол — холодный на ощупь — кажется, каменный, и такие же стены и потолок однотонного серого цвета, но при этом вокруг было достаточно светло, по крайней мере, я прекрасно мог разглядеть всю незамысловатую обстановку, хотя источника освещения не обнаружил. А во-вторых, и это главное, в помещении не было ни дверей, ни окон. Просто голые стены без единой щели или трещины.

И еще я был голый.

Просто замечательно. Очнуться неизвестно где, без одежды, с раскалывающейся на части головой, вдобавок замурованным в странной комнате. Уверен, худшее утро в моей жизни!

Я обошел комнату, даже потрогал стены — все тот же сплошной холодный камень без единого намека на выход.

Внезапно что-то негромко пикнуло, казалось, в самом мозгу, а на расстоянии вытянутой руки перед глазами прямо в воздухе возникли буквы.

«Поздравляем! Вы возродились к жизни! Ваш текущий статус — новичок. Ваши текущие локальные цели: разведка, сбор информации. Ваши текущие глобальные цели: не определены. Ваш класс не определен. Ваши пристрастия не определены. Внимание, все ваши показатели находятся на нулевом уровне! Будьте осторожны! Слабые долго не живут. Произнесите слово „выход“ для деактивации замка. Моргните два раза правым глазом, чтобы убрать информационное поле».

Это что еще за хренотень⁈.. Я перечитал сообщение три раза, но не понял ничего. Точнее, я, конечно, понимал смысл каждого отдельного слова, но суть послания от меня ускользала.

Я что, уснул в виртуальном шлеме и до сих пор не проснулся? На всякий случай, я ощупал голову, но никакого шлема, разумеется, не обнаружил. Откуда тогда взялась надпись? Решив последовать совету, я моргнул два раза правым глазом. Надпись тут же исчезла.

Галлюцинации? Прежде я никогда ими не страдал. Впрочем, все когда-то случается впервые. Видно, настал и мой черед, и сейчас я лежу в дурке под наблюдением врачей, а все происходящее вокруг — лишь плод моего больного воображения. Если принять эту гипотезу за аксиому, все тут же становится на свои места: и кокон, и комната, и отсутствие одежды, и надпись в воздухе — я просто сошел с ума, спятил, поехал кукушкой!

— Пожалуйста, вылечите меня, друзья! — на всякий случай обратился я в пустоту.

Впрочем, была еще одна логичная версия — наркотики. Кто-то против моей воли мог накачать меня сильнодействующими препаратами. Тогда временная амнезия понятна.

И сейчас на остаточных эффектах обычную больничную комнату я принимаю за какую-то пещеру, а кровать — за кокон насекомого невероятных размеров. А надпись? Да не было никакой надписи! Это добрый дядя доктор разговаривает со мной, а я в своем временно перевернутом сознании интерпретирую его речь, как таинственное послание. На самом же деле я не брожу по серой комнате, а лежу в постели в состоянии полной прострации, возможно, связанный ремнями, дабы не буйствовал и не щипал симпатичных медсестер за упругие ягодицы.

Составив в голове эту простую логическую цепочку, я несколько успокоился. Да и головная боль постепенно стихала, что только способствовало моему умственному процессу. Все же теперь появилась смутная надежда на лучшее — явно ведь, даже самый мощный препарат рано или поздно выветрится из организма, и я выскочу из этого бредового сна, столь пугающе похожего на явь.

Что обычно советуют врачи в подобных случаях? Сесть, расслабиться и постараться сосредоточиться. Главное — вспомнить хоть что-нибудь, зацепиться за реальность, а дальше дело само пойдет!

Так я и сделал. Перестав бессмысленно бродить по комнате, я вернулся к кокону и осторожно сел с краю на свое бывшее ложе, прикрыв глаза. Нет, как же все реально вокруг. Кокон был уютный и какой-то домашний, чуть теплый, податливый — удобнее любого самого дорогущего кресла.

Вчерашний вечер выпал из памяти — бывает, но остальную часть дня я должен помнить? Должен. Но я не помнил.

Более того, через несколько секунд я осознал, что не помню не только вчерашний день, я позабыл всю свою прошлую жизнь. Я не мог назвать даже своего имени!

Томас? Джеймс? Никита? Олег? Венцеслав? Сигизмунд?

Мимо. В памяти ничего не колыхнулось.

И не только имя стерлось из памяти, я даже не мог понять, немец я, русский, американец или, упаси боже, поляк?

Это был удар. Я пошатнулся и чуть было не упал с кровати-кокона, повезло, что в этот момент я сидел. Голова резко закружилась, усилием воли я пытался вернуть себе хотя бы одно-единственное воспоминание, любое, не важно — пусть самое пустяшное, захудалое. Я же явно не сегодня родился, прожил сколько-то лет, рос, учился, влюблялся… наверное… У меня должна быть семья. Даже если я не женат, то родители ведь никуда не могли деться? Друзья? Коллеги по работе? Я ведь обязан был где-то работать?..

Нет, в моей голове оставалось так же пусто, как и в моих отсутствующих карманах. Кстати, неплохо бы накинуть что-нибудь на себя — в комнате достаточно прохладно.

Но ведь я мыслил? Значит, существовал! Эту сентенцию я прекрасно помнил, но вот практический вывод подкачал: на каком языке я мыслил? Черт его разберет! Звучит глупо, но я реально не мог понять. Это просто был ЯЗЫК, который я воспринимал, как родной. Возможно, если бы в комнате сейчас появился кто-то еще и заговорил со мной, что-то смогло бы проясниться. Но, увы, я был совершенно один, и никто не спешил ко мне на помощь.

Единственное, что я знал о себе точно: я — человек!

Еще я мог сказать, что я достаточно высок — за метр девяносто, широкоплеч, но чуть сутулюсь. Тело жилистое, тренированное. Руки мозолистые, костяшки кулаков сбитые — привык драться.

Уже что-то!

Осмотрев себя, насколько это получилось, я обнаружил по всему телу многочисленные шрамы: одни — тонкие, словно ниточки, другие — достаточно толстые, твердые на ощупь. Грудь, спина были покрыты ими, словно паутиной. На руках и ногах шрамов было меньше, на голове тоже нашлось несколько.

Происхождение шрамов я не помнил.

Так, а что на счет общих знаний? С этим дело обстояло лучше, многие факты я знал. Имена президентов, названия стран и континентов, важные мировые события, фамилии известных людей.

Что же последнее произошло на планете? Очередные разборки между главными игроками, новая угроза всеобщего уничтожения — все, как обычно. Никакой конкретики. Какой год на дворе? Тоже не скажу.

Значит, обнулились исключительно мои личные воспоминания. Это плохо, но хуже было бы, если я не смог вспомнить вообще ничего.

Но физику тренированного тела не обманешь. Пусть я забыл, кто я есть, но тело о себе все помнило.

Я потянулся, с удовольствием ощущая тугие мышцы. В своих силах я был уверен, хоть память и подвела. Уже прогресс.

Сеанс медитации завершился сам собой. Ничего нового я не узнал, ни к каким выводам не пришел. Если я, и правда, в клинике, а все происходящее вокруг, лишь мой бред, то в данную минуту самостоятельно вернуться в реальность я все равно не могу.

Значит, для начала надо устроиться в сложившейся обстановке, а потом уже искать выход из сложившейся ситуации. Главное — не паниковать! Вдруг меня просто крепко ударили по голове, вызвав этим временную амнезию — так бывает, я видел множество подобных историй… в кино. Но вот эта комната… она очень нетипичная… слишком уж все натурально выглядит.

Я ущипнул себя за руку. Больно, черт подери!

Никаких надписей в воздухе более не появлялось. Я с недоверием поглядел по сторонам, но все было спокойно. На меня никто не покушался.

Между тем, в животе забурчало — я проголодался. Да и пить захотелось жутко. Сколько же я тут провалялся овощем? Если судить по внутренним ощущениям, то не меньше суток. Не удивительно, что организм требует свое.

Я поднялся на ноги, вновь ощутив приятную прохладу каменного пола, и обошел комнату по периметру несколько раз, стараясь отыскать хоть что-то, любую мелочь, выделяющуюся из общего рельефа стен, пола или потолка, но тщетно. Камень был чуть шершавым на ощупь, а попытка отковырять от него кусочек с треском провалилась. Крепкие тут стены, на совесть строили. Если это мое подсознание, то я загнал себя в ловушку. Отсюда не выбраться без посторонней помощи. Я запер сам себя. Хорошо хоть, что клаустрофобией я никогда не страдал, а то лежал бы уже на полу в позе эмбриона и тихонько скулил от страха и безнадеги.

Еще раз ущипнул руку и окончательно решил: нет, это не бред и не галлюцинация. Все вокруг реально.

Тут у меня в голове словно щелкнуло, и я выругался вслух. Надпись! Я совсем упустил ее из виду, а зря. Ведь там же была четкая инструкция, которую я проигнорировал, посчитав все происходящее игрой сознания. Но если на мгновение допустить, что я в реальности, значит, инструкция настоящая.

Я сжал кулаки. Если не сработает — все, можно писать завещание и вешаться. Хотя это и сложно будет сделать без веревки и крюка под потолком.

Итак, будем следовать инструкции.

— Выход! — негромко произнес я, собравшись с духом и задержав дыхание.

В первую секунду все осталось по-прежнему, но расстроиться я не успел, уже в следующий миг что-то заскрипело, и часть стены попросту отодвинулась в сторону, открыв моему взору проход, вполне достаточный, чтобы в него мог протиснуться человек. А ведь я очень внимательно изучил стену — мгновение назад ее поверхность была совершенно гладкой, без единого шва. Неизвестные строители постарались на славу — я ни за что не нашел бы выход, не зная правильной команды.

Как там было сказано? — деактивация замка. Что же, вот я его и деактивировал. Пора сматываться отсюда, пока система, запирающая проход, не вернулась в исходное состояние.

Более не размышляя, я протиснулся в лаз, чуть оцарапав при этом плечи — слишком узко для меня, но выбора не было, а сидеть в темнице дольше я не желал.

Меня встретил пустой полутемный коридор, больше похожий на туннель, уходящий в обе стороны. Покатые серые стены, все тот же каменный пол под ногами, и все та же неизвестность.

Ни одной двери-прохода, кроме моего лаза, я не увидел, но это вовсе не означало, что их тут не было. Может, каждые несколько шагов тут устроены тайные комнаты, подобные той, из которой я только что выбрался, но обнаружить и открыть их — задача явно мне не по силам.

На всякий случай я попробовал поколдовать:

— Выход! — другой команды я не знал.

Опять заскрипело, и мой проход затянулся, будто его и не было. Я запаниковал.

— Выход! Выход! Вход! Сезам, откройся!

Но система, отвечающая за открытие замков, более меня не слушалась. Я оказался отрезанным от своей комнатки, и другие двери, если они тут имелись, не спешили распахнуться передо мной.

Да плевать, не больно-то и хотелось. Возвращаться в комнатку я не планировал, что я там забыл? Слава всем богам и демонам, что успел оттуда сбежать прежде, чем проход слился со стеной, теперь уже, кажется, навсегда…

Куда пойти? Налево или направо? Абсолютно все равно, оба направления выглядели совершенно идентично, а новых подсказок у меня не имелось. Что же, подкинуть бы монетку, но за неимением оной, ограничусь считалкой.

— Эна—бена—раба, квинтер—квантэр—жаба.

Направо, так направо. Я медленно потопал по коридору, надеясь, что рано или поздно он закончится, а я не оказался в замкнутом круговом ходе, иначе вернусь через некоторое время обратно.

Отметить бы чем-то место моей комнаты? Вот только нечем — ни одного камешка под ногами не валялось, а о мелке можно было только мечтать.

Я шел долго, а вокруг ничего не менялось. И все же интуиция мне подсказывала, что я не хожу по кругу, а все же движусь пусть в неизвестном, но направлении. И когда внезапно я почувствовал легкий сквознячок, то ноги сами понесли меня вперед, где воздух был свежим и чистым.

Становилось все светлее. Прежнее освещение уже казалось мне сплошным мраком, но впереди светило солнце, и внезапно очень захотелось поскорее выбраться из этого угрюмого места.

Я не выдержал и побежал. Яркий прямоугольник выхода показался после очередного изгиба туннеля — теперь-то я не сомневался, что все это время шел по огромному спиральному ходу, спускаясь все ниже и ниже, пока, наконец, не добрался до конечной точки маршрута.

Не сомневаясь, я шагнул в проем, и на несколько секунд зажмурился — настолько ослепительно было вокруг, особенно после полумрака туннеля. А когда осторожно открыл глаза, то не поверил сам себе.

Я стоял на небольшой площадке на изрядной высоте — не ниже двадцатого, а то и тридцатого этажа, а передо мной, насколько хватало взора, почти до самого горизонта расстилалась бесконечная пустыня, разбавленные небольшими зелеными островками-оазисами. И лишь на самой границе видимости, сплошным массивом начинался уже совсем иной пейзаж: прерия с ярко-зеленой травой, плавно переходящая в густой лес, а чуть левее высились несколько холмов. Разглядеть что-то более детально на таком расстоянии я не мог.

Но одно я увидел — ни малейшего следа жизнедеятельности человека. Сплошная природа в ее первозданном виде. Ни городка, ни деревеньки, ни машин, ни дорог, и даже небо было голубым и чистым, без единого росчерка самолетного следа.

Было очень жарко, солнце нещадно пекло и слепило глаза. На мгновение захотелось даже вернуться обратно в прохладу туннеля, но делать этого, разумеется, я не стал.

Вид с площадки открывался шикарный. Вот только ни на один свой вопрос я так и не получил ответа. Где я нахожусь? Почему я здесь? И кто, собственно, я такой?

Обернувшись, я совершенно не удивился, обнаружив, что каменная стена за моей спиной — это скала, уходящая высоко вверх и отвесно вниз. Я же всего лишь находился на одном из ее боковых выходов.

Одинокая черная скала посреди пустыни.

Узкая площадка, клином выпирающая вперед, могла дать лишь частичную возможность оценить местные масштабы, но и этого хватило, чтобы прочувствовать ее размеры.

Оставалось понять, как спуститься вниз и при этом остаться в живых.

Но в следующее мгновение у меня появилась иная, более насущная проблема.

Глава 2

— Кар-р-р! — резкий, пронзительный крик раздался прямо у меня над головой.

На рефлексах, инстинктивно отпрыгнул в сторону, и тут же на то место, где я только что находился, с неба упала большая черная птица. Скорость ее полета была столь велика, что остановиться она уже не успела, и рухнула всем телом на камни, умудрившись даже высечь клювом искры.

Нужно спрятаться в туннеле — первая мысль, мелькнувшая у меня, казалась самой правильной. Вот только когда я повернулся лицом к проходу в скале, оказалось, что его больше нет. Проход закрылся, и когда именно это произошло, я не заметил.

Дьявол и его приспешники! Что же делать?

Птица, тем временем, пришла в себя от удара и начала расправлять крылья. Мне сразу бросились в глаза ее когти — размером с клинок охотничьего ножа, и опасный клюв, уже показавший свою прочность, и размах крыльев метров в пять — больше чем у кондора. А ее маленькие глазки-бусинки глядели на меня с неожиданной злобой, словно я только что разорил ее гнездо и приготовил на завтрак яичницу из всех ее нерожденных птенцов.

Нельзя дать ей взлететь! В воздухе она обретет преимущество, и кто знает, как сложится наша дальнейшая битва — а то, что в покое птица меня не оставит, было понятно. Чем только я успел ее так рассердить?..

Не давая себе задуматься и вновь доверившись инстинктам, я прыгнул на птицу, увернулся от резкого удара клювом и, обхватив ее толстую шею руками, одним движением заскочил ей на спину.

На какое-то мгновение все вокруг замерло: я был доволен собственной сноровкой, а птица глубоко шокирована моей наглостью. Ее тело оказалось на удивление теплым, а перья –мягкими и приятными на ощупь. Вот только пахло от нее ужасно — чем-то тухлым и мерзким.

В следующую секунду птица сделала шаг с края площадки, камнем рухнув прямо в пропасть.

Все завертелось с такой скоростью, что мне оставалось лишь продолжать цепляться за шею черной птицы и надеяться на то, что я удержусь… потому что иначе — короткий полет и быстрая смерть.

В последний момент, когда казалось, что мы непременно разобьемся, птица расправила крылья и стремительно понеслась параллельно земле, ловя восходящие потоки.

Э-нет, так не пойдет! Вновь наверх я не желаю!

Прыгать было опасно. Высота уже опять была приличная, да и скорость птица развила значительную — лучше не рисковать. Все, на что у меня хватило ума, это закрыть левой рукой один глаз птице, правой же я все еще судорожно цеплялся за ее шею.

Птица тревожно заклекотала и резко свернула влево, видно пытаясь определить причину помехи. Я убрал руку, птица полетела прямо, я опять закрыл ей глаз — и мы вновь свернули влево, тем самым развернувшись на сто восемьдесят градусов и опять устремившись к скале, от которой слегка отдалились.

— Кар-р-р! — возмутилась птица.

— Не каркай, самому тошно! — крикнул я в ответ, представив себе, как мы выглядим со стороны: голый человек верхом на гигантской черной птице.

Между тем, птице окончательно надоел наездник, и она лихо повернулась в воздухе, идеально совершив классическую фигуру пилотажа — бочку.

Я все же не удержался, пальцы соскользнули с гладких перьев, но все еще сжимались и разжимались, судорожно пытаясь схватиться за воздух, а я уже летел вниз, успев только открыть рот для последнего предсмертного вскрика. И в этот же момент шмякнулся со всего маха об землю, да так, что дух вышибло.

Благо, что-то слегка смягчило удар. Тряпье какое-то… хотя, откуда тут тряпье? Но, наверное, это меня и спасло.

Голова слегка кружилась, но я нашел в себе силы встать на одно колено. Птица не улетала, она делала большие круги в воздухе и, как мне казалось, готовилась к повторной атаке. Вот же неугомонная тварь! Жаль, я ей перья не повыдергивал!

Потом взгляд мой переместился под ноги и, наконец, я понял, что именно позволило мне уцелеть при падении. Это было не тряпье. Точнее, и оно тоже… передо мной лежал скелет, одетый в истлевшую одежду.

Рухнув на него с высоты, я разрушил его относительную целостность, и теперь ребра пробили некогда плотную льняную рубашку, руки отвалились, берцовые кости торчали из сапог, а череп откатился чуть в сторону, уткнувшись в валявшуюся тут же на земле черную широкополую шляпу.

Демоны и святая преисподня! Что же тут произошло?

Но главное я увидел: на бывшей талии скелета болтался ремень, к которому была прицеплена кобура. А из нее торчала мраморно-белая рукоять револьвера.

В этот момент птица стремительно напала в своем стиле — пикируя с высоты и целясь клювом мне в лицо.

Но в этот раз я был готов: отпрыгнув в сторону, я перекатился через голову, резко развернулся и схватил череп, пялившийся на меня пустыми провалами глазниц.

— Бедный Йорик! — посочувствовал я черепу и с силой запустил им в птицу.

Мой импровизированный снаряд угодил ей прямо в лоб и настолько ошеломил не ожидавшую подобной подлости птичку, что она совершила экстренное торможение в воздухе и зависла на месте, взмахивая для равновесия крыльями.

Череп, отлетев, покатился обратно.

Я же, не теряя времени, подбежал к скелету, схватился за рукоять револьвера и потянул его на себя. Оружие было незнакомым, но внешне очень напоминало «Смит энд Вессон», так называемую «русскую модель», с его шестизарядным барабаном и длинным нарезным стволом.

В следующую секунду, взведя левой рукой курок, я навел оружие на птицу, которая вновь начала разгон в мою сторону. Тут же, как и положено, выскочил складной спусковой крючок, ткнувшись мне в указательный палец. Вот только одна проблема — я не успел проверить барабан, заряжен ли?

Спуск был чуть туговат, но бахнуло мощно. В такую крупную цель со столь минимального расстояния сложно было не попасть, но руку дернуло, и я промазал.

Дьявол!

Повторно взвести курок — дело одной секунды. Я шагнул вперед, на встречу птице, обо что-то споткнулся и в этот момент случайно выстрелил.

Удивительно, но пуля угодила птице прямо в глаз — оттуда брызнуло кровью во все стороны, словно я стрелял разрывным патроном, — и тут туша мертвой птицы снесла меня с ног, уронила на землю и придавила всей своей немалой массой.

Как же тяжело! Меня словно прибило бетонной плитой… правда, мягкой и теплой… Но в вопросе: что легче, тонна железа или тонна пуха? Правильный ответ — оба варианта одинаково хреновы!

Я почти не мог дышать и шевелиться. Вдобавок прямо мне на лицо текла кровь. Голова птицы оказалась прямо надо мной. Так и захлебнуться недолго!

Но кровь меня и спасла. Изрядно в ней перепачкавшись, мое тело стало более скользким. Я все еще не прекращал попыток выбраться, крутясь то влево, то вправо, и в какой-то момент мне удалось выскользнуть из-под туши. Сначала я высвободил одну руку, потом вторую — с револьвером, который я так и не выпустил. А дальше дело пошло… и через пару минут я стоял на своих двоих, весь облитый кровью, с оружием в руке и смотрел на труп поверженного врага.

Если бы не револьвер, то… даже думать не хочу об этом.

Одно я понимал четко — мне невероятно повезло! Но подобное везение случается редко, и в дальнейшем, если я хочу выжить, нужно быть осторожнее.

С этим глубокомысленным напутствием самому себе, я отошел от птицы и занялся изучением остатков скелета. Судя по всему, раньше это был мужчина — крупные кости, широкая грудная клетка и практически квадратный подбородок у черепа.

К моему глубочайшему сожалению, одежда усопшего была совершенно не пригодна для дальнейшей носки. Рубашка, жилет и брюки настолько истлели, что рвались при малейшем прикосновении. Это сколько же тело тут пролежало? Или местная жара виновата и ускорила все процессы?

Но были и приятные новости. Сапоги, шляпа и ремень с кобурой уцелели.

Я тут же вытряхнул труху из сапог и натянул их на ноги. Впору! Чудесно! И песок теперь не обжигает ноги.

Потом проверил револьвер — остальные каморы заряжены и, судя по всему, оружие вполне готово к бою. Очевидно, прошлый владелец просто не успел им воспользоваться. Причину его гибели мне пока понять не удалось, слишком уж я повредил скелет, рухнув на него с небес.

Ремень же представлял собой обычный широкий патронташ с парой десятков патронов в отдельных ячейках и прицепленной к нему кобурой.

Ну а шляпа… что шляпа? Широкополая, сильно потертая, из черной кожи, с высокой округлой тульей, чуть вогнутой сверху, и подогнутыми вверх полями. Несколько металлических скоб скрепляли прорванные чем-то острым дыры. По окружности шла специальная полоса, в которую для какой-то надобности были вставлены прозрачные стекла в виде небольших кристаллов. Обычная ковбойская шляпа, хоть и со странностями! Я подобрал ее, отряхнул от пыли и надел на голову.

Н-да, вид у меня, признаться, был выдающийся. Голый, зато в шляпе, сапогах, да при кобуре на поясе.

Не хватало лишь последнего штриха. Я подошел к поверженной птице, с изрядным трудом выдернул из нее крупное черное перо и вставил его в шляпу.

Теперь идеально!

Внезапно перед глазами вспыхнуло сообщение:

«Поздравляем! Вы победили существо „Черная птица“. Класс врага: слабый монстр. Ваш текущий статус — новичок. Ваши текущие локальные цели: разведка, сбор информации. Ваши текущие глобальные цели: не определены. Выполнена дополнительная задача: неформальный спуск с горы. Повышены следующие показатели: удача, меткость. Вам доступен выбор основного класса — „Стрелок“. Подтвердить выбор? Да/Нет».

Опять эта хренотень? Так уже было в пещере, и вот снова. Как они залазят ко мне в голову? Мысль о санитарах и тихой лечебнице, вновь посетила меня…

Но я ведь взял за аксиому, что все происходит в реальности. Тогда… нужно принять правила игры до тех пор, пока я не проясню ситуацию более конкретно. Надписи в голове? Ерунда. У одного моего знакомого то чертики приходили пообщаться, то белочка, и ничего, жил себе как-то…

Хм… воспоминание из прошлой жизни? Нет, показалось. Более никаких подробностей мне на ум не пришло, но и само то, что я вспомнил хоть что-то, уже радовало.

В сообщении указано, что пресловутая черная птица — всего лишь «слабый монстр». В таком случае я вовсе не горел желанием повстречаться с тем, о ком скажут — сильный или хотя бы средний. Я и с птицей-то едва совладал, да и то больше благодаря случайности — недаром же надпись перед глазами сообщила, что у меня повысилась удача. Не подвернись мне скелет с револьвером, да не наступи я на череп — обедала бы сейчас мной эта птичка, радостно покаркивая.

«Подтвердить выбор? Да/Нет» — настойчиво замигала надпись.

Так, надо подумать, стрелок — звучит хорошо, грозно и уверенно. Интересно, это мне предложили, потому что я прикончил птицу точным выстрелом или из-за черепа, который так ловко метнул? В любом случае, название класса мне нравится.

— Да! — громким и уверенным голосом сообщил я свое решение окружающему миру.

«Ваш выбор принят. Ваш основной класс „Стрелок“. Будьте осторожны! Слабые долго не живут».

Ну вот, опять пугают! Будто я и так не понял, что в этом непонятном месте нужно постоянно держаться настороже.

Что-то мелькнуло на солнце в ворохе костей и остатков одежды. Я подошел, наклонился и, распихав ногами кучу, выудил оттуда сразу три неожиданных предмета: две одинаковые монеты и значок в форме шестилучевой звезды, на котором было крупно выгравировано: «Шериф».

Вот те на! Оказывается, мой скелет был важной шишкой. А я сразу так и подумал!

Монеты же ничем меня не удивили — на аверсе бородатая физиономия незнакомого мне типа, а на реверсе нечеткая надпись: «Пять. Серебро».

Пять чего? Долларов, рублей, евро или юаней? Опять никакой привязки к местности. Серебро — и все, думай, как хочешь…

Я сунул монеты за пояс, звезду шерифа прицепил к шляпе — не выкидывать же первые ценные вещи, и начал прикидывать в уме, в какую сторону двинуться дальше. Никаких мыслей по этому поводу у меня не имелось.

Впрочем, выбор был невелик. Оставаться в пустыне я не видел смысла, значит, нужно идти к лесу. Вот только по дороге неплохо было бы забрести в один из оазисов, которые я разглядел сверху. Пить хотелось все сильнее.

Тут мне на глаза вновь попался многострадальный череп несчастного шерифа, чудом уцелевший в потасовке. Я рассеянно поднял его и повертел в руках. На темечке, в районе большого родничка, зияла неровная дыра. Я огляделся по сторонам и увидел чуть в стороне синий камень нестандартной формы. Раньше я его не замечал, скорее всего, он вывалился из черепа, когда я швырнул им в птицу.

Я взял камень в руки. Он чуть переливался при свете солнца. Это точно не обломок скалы, камень был слишком необычным. Вариант один, камень упал с неба. Получается, у меня в руках обломок метеорита.

Форма камня идеально совпадала с дырой в черепе. Элементарно! Загадка решена!

Так вот, как погиб шериф — его убил небесный камень.

Но что здесь забыл представитель закона, и почему прибыл в одиночестве? Впрочем, а с чего я это решил? Все следы на земле давно исчезли, и восстановить ход тех событий было попросту невозможно.

Вряд ли шериф пришел сюда пешком, но что случилось с его лошадью уже не выяснить. Скорее всего, попросту сбежала, когда хозяин погиб. Мне от этого толку никакого, придется идти пешком.

Но уже то, что я нашел человеческий скелет, говорило, что где-то есть и другие люди, и, наверняка, поселения.

Жаль только, что я так и не нашел ничего из того, что можно было бы съесть или выпить. Если с чувством голода я еще легко мог справиться, то жажда изрядно мучила меня. Во рту было сухо, и я чувствовал упадок сил. Напади на меня сейчас подружка черной птицы, я бы уже не сумел повторить совершенные прежде акробатические номера. Но, чего нет — того нет! Остается надеяться, что я доберусь до людей раньше, чем жажда прикончит меня.

Более не рассуждая, я пошел в нужном направлении, прихватив небесный камешек с собой и, время от времени, от скуки подкидывая его в воздух. Камень красиво поблескивал и, казалось, чуть менял цвет, становясь то голубоватым, то темно-синим.

Пару раз я обернулся, чтобы запечатлеть в памяти скалу, с которой началось мое путешествие.

Чем дальше я отходил, тем больше убеждался, что скала была создана искусственно. Слишком идеально ровная, правильная, как по линейке.

Интересно было бы встретиться с ее строителями и спросить у них о назначении коридоров и комнат. Да и вообще, у меня имелась к ним масса вопросов…

Я глубоко вздохнул, еще раз пожалел об отсутствии воды, и пошел дальше, надеясь, что это путешествие рано или поздно завершится.

Глава 3

Отошел я не слишком далеко, когда внезапно перед моими глазами вспыхнули семь разноцветных линий, ровно по цветам радуги.

Красная, оранжевая, желтая, зеленая, голубая, синяя, фиолетовая.

Линии были тонкими, тем не менее, я видел их отчетливо. Обернувшись, я понял, что они бегут от вершины скалы, ниспадают вниз и тянутся по земле ровно до того места, где я стоял, а дальше расходятся в семь разных направлений, широким спектром разбегаясь в стороны.

Что это еще за радужный эффект? Вы это мне прекращайте! Я хоть временно и с голым задом, но на всякие непотребства не подписывался!

Перед глазами вспыхнула надпись:

«Выбери свой путь!»

Вот так просто и без объяснений. Поди, догадайся, что имеется в виду. Хотя, впрочем, не тупой! Точнее, не дурнее других, сейчас разберусь. Если разноцветные нити означают всего-навсего варианты, то надо понять, в чем их ключевое различие!

Но сколько бы я ни пялился на линии, ничего толкового в голову не приходило. Если какие-то подсказки и имелись, я их не улавливал.

Что же, тогда поступлю проще, выберу наугад.

Красный или алый — цвет крови, а я — человек мирный и спокойный, — черная птица подтвердит! Если бы не полезла ко мне, я бы на нее и внимания не обратил — до сих пор кружила бы в небесах, выискивая новую жертву. А теперь все, что он нее осталось — перо в моей шляпе!

Оранжевый — слишком яркий.

Фиолетовый, он же пурпурный или лиловый — цвет траура. В прежние времена, когда умирал правитель, поданные носили лиловые одежды.

Синий и голубой — цвета воды и неба. А я не хотел ни наверх — там я только что носился, словно угорелый, ни под воду — мокро и дышать нечем. Я — житель равнин и предпочитаю устойчивую поверхность под ногами.

Зеленый… хороший цвет, спокойный… некоторое время я колебался, и все же, подумав, громко и с выражением сказал вслух:

— Желтый!

Почему? Сам не знаю. Может, потому что некогда девочка Дороти и ее верный песик Тото начинали свое путешествие по дороге, вымощенной желтым кирпичом.

«Ваш выбор принят. Ваш путь — желтый. Следуйте зову своего сердца!»

В тот же момент все остальные линии погасли, и осталась лишь выбранная мною тонкая желтая нить. Более же ничего в окружающем мире не изменилось.

Я пожал плечами и последовал совету, двинув в нужном направлении. Собственно, мне было все равно, куда идти, и любая подсказка лучше, чем ее отсутствие. Благо, моя желтая нить вела в сторону далекого небольшого леса и озерца подле него, которые я разглядел еще сверху, с площадки на горе.

Беззаботно шагать по травке у меня не получалось, полуденное солнце начало напекать сначала плечи, потом руки и ноги, грозя оставить ожоги. К тому же жажда убивала меня! Если без еды я мог продержаться еще долго, то вот H2O мне требовалась немедленно. Во рту давно пересохло, плюс эта чертова жара. Хорошо хоть, широкополая шляпа спасала от солнечного удара.

Мне сейчас было вовсе не до размышлений о сущности произошедшего со мной, все мысли сосредоточились на образе простой жестяной кружке с водой. Я представлял, какая она вкусная, ледяная. Как я буду ее цедить, глоток за глотком, а потом наберу вторую, третью… и буду пить вволю, пока не напьюсь.

Кто бы мог сказать, что из всех напитков мира самым желанным для меня окажется обычная студеная водица, а не элитный коньяк или тридцатилетний вискарь. Все это ерунда по сравнению с ней! Без виски прожить можно, а вот без воды нет. Впрочем, предложи мне сейчас кто-нибудь пузатую кружку с холодным пивом, и чтобы пышная пенка сверху… черт с ним, можно и без пенки! — я бы не отказался и мог бы легко поменять свои приоритеты.

К моему глубочайшему огорчению, никто не спешил подать мне пиво, как и все прочие прохладительные напитки. Приходилось страдать и шагать вперед.

Зад начал пригорать от солнечных лучей. Если так пойдет и дальше, после полудня я испекусь, словно рождественский гусь!

Сволочь этот мертвый шериф, чтоб его черты драли на сковороде! Не мог, что ли, оставить после своей не слишком-то героической гибели чуть больше вещей, да флягу с водой? Все равно ему это уже не пригодится, а мне, глядишь, помогло бы чувствовать себя человеком в чуть больше степени, чем сейчас.

Но дареному коню в зубы не смотрят, так что я был рад и шляпе с сапогами. Еще не хватало, выковыривать из пяток многочисленные колючки.

Спеть что ли походную песню?

— У-а-у-а!.. — начал было завывать я хриплым голосом и тут же вынужденно замолк.

Хм… как ни странно, ни одной подходящей мелодии в голове не крутилось, словно я позабыл их все до единой. Память отказывает? Но ведь про девочку Дороти и ее мелкую псину я недавно вспомнил! Значит, провалы у меня выборочные: что-то помню, что-то нет. Надо поэкспериментировать!

После четверти часа размышлений, я пришел к выводу, что неплохо ориентируюсь в классических литературе и музыке, но совершенно не имею представления о современных авторах, певцах и актерах.

Научными знаниями я не обладал вовсе, но это меня и не удивило — в прошлой жизни ученым я точно не был. Далее, названия стран я мог перечислить: Америка, Германия, Россия, Китай и прочие… а вот имена их нынешних правителей напрочь вылетели из моей головы, как и все политические события, произошедшие на вскидку за последние пятьдесят-семьдесят лет.

Что еще? Вот названия и рецепты блюд помнил прекрасно. Тут без провалов. Но я не повар, скорее ценитель хорошей кухни.

Между тем, лесок, к которому я стремительно шел, постепенно приближался. Песок под ногами давно кончился, теперь я шагал по прерии.

Окрестный пейзаж, насколько я видел его с горы и во время полета, поражал разнообразием, так что отнести его к какой-то одной конкретной стране я не мог при всем желании. Не было на карте подобной страны!

Где это видано, чтобы типичная североамериканская низкотравная прерия плавно переходила в красочную североевропейскую, и обратно, в то же время перемежаясь с широколистными хвойными лесами и небольшими пронзительно-синими озерами. Да и животный мир здесь были смешанным, словно кто-то собрал все в большую коробку и потряс, а потом высыпал обратно в произвольном порядке.

Я приметил, как любопытный степной сурок высовывал свой нос из норки, а потом, подозрительно осмотревшись по сторонам, спрятался обратно. И тут же буквально в двухстах шагах от меня пробежала стая косуль, стремительно рванув в сторону леса, к которому шел и я.

В небе же время от времени я замечал небольшие черные точки — это были такие же черные птицы, подобные той, которую я прикончил. Видно, они доминировали в этой части неба, истребив всю прочую летающую живность. На меня они не нападали, держась на расстоянии. Но я был уверен, что они выжидают и готовы атаковать, если случится подходящий момент. Ничего, в барабане револьвера еще остались патроны!

До леса я добрался только к вечеру. Темнеть начало стремительно, буквально за полчаса солнце, до этого болтавшееся где-то над горизонтом, скрылось, и на мир легла сначала серая пелена сумерек, а потом пришла тьма, настолько плотная и густая, что я ничего не видел за несколько шагов впереди. Благо, я уже был на месте.

Мне, наконец, повезло, я наткнулся на озерцо почти сразу же. Пройдя немного звериной тропой, и, выйдя к воде, радостно припал к ней, не думая о последствиях. Лишь бы не подхватить дизентерию, но буду надеяться на лучшее!

Вода была вкусная и прозрачная, как слеза младенца. Я пил и не мог остановиться — за день жара выпарила из меня всю влагу.

Потом, забравшись повыше на одно из массивных деревьев, — вдруг один из ночных жителей решит пообедать мной, — относительно удобно расположился на развилке ствола и уснул, вцепившись руками в ветви и очень надеясь, что не сверзнусь ночью вниз.

Но все прошло спокойно. Правда, кто-то полночи протяжно выл на несколько голосов, еще кто-то гоготал и ухал, внизу трещали ветви кустов под чьими-то тяжелыми телами, но все это меня не слишком беспокоило. Время от времени я открывал то левый, то правый глаз, и, убедившись в собственной безопасности, засыпал дальше.

Светила яркая луна, и когда я просыпался, казалось, что время от времени я вижу некие смутные тени, но толком разглядеть ночных обитателей леса у меня не получилось.

Ближе к утру все посторонние звуки утихли, и еще до восхода солнца я слез с дерева, размял затекшие конечности и вернулся к озеру, чтобы напиться про запас.

По лесу расползался легкий туман, скрывая контуры деревьев и кустов.

Опустившись на четвереньки, я припал к воде, но едва я сделал несколько первых глотков, как за моей спиной раздался негромкий смешок, и тут же что-то больно ударило меня по заду. Я вскочил на ноги, мгновенно выхватив револьвер из кобуры, и замер, водя оружием из стороны в сторону в поисках врага.

Вокруг никого, листва не шелохнулась, было спокойно и по-утреннему свежо. Лишь пели птицы, радуясь новому дню.

Я чуть скосил взгляд вниз и увидел крупную вишневую косточку, валявшуюся у меня под ногами. Это ей что ли меня подстрелили? Не столько больно, сколько обидно!

В следующую секунду вторая косточка впечаталась мне прямо в лоб.

Да что же это такое!

И снова ни малейшего шороха вокруг, тишь да гладь, мать ее за ногу! Лишь только в кустах слева опять раздался легкий, едва различимый смешок.

Рассвирепев, я сломя голову бросился в кусты, тут же оцарапавшись многочисленными колючками, но это меня не остановило. Я был зол и жаждал крови!

Вот только в кустах меня ждало очередное разочарование — там было пусто. Но кто-то же пулял в меня вишневыми косточками и тихо ржал в утреннем тумане⁈

«Вам нанесен репутационный урон!»

Надпись перед глазами издевательски замигала, прежде чем медленно потухнуть. Это окончательно вывело меня из себя.

— Эй, ты! Выходи, а то хуже будет! — пригрозил я невидимому врагу, не выпуская револьвер из руки. Курок был взведен, указательный палец лежал на спусковом крючке.

Вот по этому пальцу и прилетела третья вишневая косточка. Я судорожно дернулся, бахнул оглушительный выстрел. В небо, испуганно крича, взлетели птицы. Но мой противник так и не появился.

— Так, значит? Ну ладно! — я сунул револьвер в кобуру и решил не лазить более по кустам. Все равно тот, кто пулял косточками, умел хорошо прятаться, но, кажется, не желал мне особого зла, а просто забавлялся. Моя шкура сплошь покрылась свежими царапинами, некоторые из которых слегка кровоточили, а шрамов на моем теле и так хватало с избытком.

Более не обращая ни на что внимания, я вновь спустился к воде и все же напился впрок — в этот раз мне никто не мешал. Жаль, не было никакой баклажки, набрать с собой в дорогу.

Желтая нить за ночь никуда не делась, она все так же висела у меня перед глазами прямо в воздухе, указывая направление.

Хм… и что теперь так будет всегда? Помнится, в самом начале я мог управлять надписями, мигая правым глазом. Может, и сейчас сработает?

Я моргнул два раза, ничего не изменилось. Потом решил поменять комбинацию, и моргнул три раза подряд, потом четыре. Никакого эффекта.

Для разнообразия моргнул левым глазом один раз, потом еще два. Вот оно! Нить испарилась, словно ее и не было. Наконец-то я начал постигать основы управления системой!

Хорошо, а как теперь ее вернуть? Все же указатель направления мне необходим. Еще два подмигивания левым глазом, и нить снова на месте. Отлично!

Я сердито потопал сквозь лес, в очередной раз поражаясь разнообразию пород, произраставших вокруг.

Гигантские секвойи соседствовали с обычными березками, а дубы с чилийским лесным орехом. Возможно ли подобное в принципе? Ведь для каждой породы необходим свой климат, свои условия произрастания… но факт оставался фактом, и, подумав об этом некоторое время, я решил, что рано или поздно все разрешится само собой. Тем более что и животный мир так же был смешанного типа. Я бы не удивился, встреть по пути бурого и белого медведей, а третьей в их компании — панду.

Чужого присутствия рядом я не ощущал, но подозревал, что неведомый шутник от меня все еще не отстал, готовя очередную забаву.

В целом, мне было на это плевать, но хотелось добраться до него, схватить и поговорить по душам. Вот только вид мой был слишком неприглядным для подобной беседы. Ни штанов, ни рубахи.

Но все мои попытки соорудить себе хотя бы некое подобие набедренной повязки пока ни привели к положительному результату. Я раздобыл было достаточно широкий лист, способный прикрыть срам спереди, но у меня не было веревки или ее подобия, а все ветки, что я срывал с деревьев, тут же ломались в моих руках. Ремень с патронташем для этой цели тоже совершенно не годился. Так что мне пришлось повременить с обновлением гардероба и молча идти дальше, в надежде, что рано или поздно выйду к людям. Лишь бы они не испугались моего вида и не начали сходу стрелять, приняв за душевнобольного нудиста…

Лесок все тянулся и тянулся, но я следовал желтой нити и ни о чем не беспокоился. Рано или поздно она выведет меня к людям.

Где-то сверху в кронах деревьев, гогоча, пробежала стая обезьян. Я нисколько не удивлялся их появлению, лишь обрадовался, что прошлой ночью не столкнулся с ними. Иначе, поспать бы мне точно не дали.

К полудню мне стало казаться, что шутник давно отстал от меня, потерявшись в этих дебрях, которые становились все гуще и гуще, но когда совсем недалеко за спиной хрустнула веточка, я понял, что меня все еще преследуют.

В нескольких шагах впереди ветви раскидистой лиственницы свисали низко, до самой земли, и росли так густо, что за ними легко можно было укрыться, чтобы остаться незамеченным — удачное место для засады.

Тут я и спрятался, замерев не в самой удобной позе и держа оружие наготове. Убивать шутника я не собирался — по сути, ничего плохого он мне не сделал, но вот изрядно припугнуть его хотел. А еще мне требовались сведения о месте, в котором я очутился, и о людях, его населяющих!

Несколько минут стояла тишина, нарушаемая лишь обычными звуками леса. Я уже решил, что меня раскрыли, и шутник затаился, выжидая, пока я двинусь дальше, но вдруг чуть справа от меня мелькнул человеческий силуэт.

Сейчас или никогда!

Я выскочил из своей импровизированной засады, и для моего преследователя, точнее, преследовательницы это оказалось полной неожиданностью.

Передо мной стояла женщина, точнее, девушка лет девятнадцати на вид, молодая и стройная, очень смуглая, одетая в короткую кожаную юбку, какие носили индианки, и легкую рубаху, украшенную цветными узорами, сквозь которую угадывалась грудь.

Сисястая!

В сложную ее прическу были вплетены разноцветные перья. На ногах девица носила мокасины, у пояса в кожаном чехле болтался кривой нож, а в руках она держала укороченный сумпитан — духовую трубку, сделанную из цельного куска железного дерева — видно, из него-то она и стреляла в меня косточками.

Девица больше не хихикала, теперь ей было не до того. Я сбил ее с ног и навалился сверху, сумпитан отлетел в сторону, а ее кожаная юбчонка задралась, полностью обнажив длинные, мускулистые ноги. Под юбочкой оказались кожаные шортики, и ничего запретного я не увидел. Руки ей я зажал у нее над головой, надежно фиксируя, чтобы и не думала схватиться за нож.

Девушка несколько раз дернулась, но я был тяжелее и сильнее, так что она быстро прекратила бессмысленные попытки освободиться.

То, что я был, по сути, голый, придавало ситуации особую пикантность.

— Насильничать будешь? — ее голос оказался мелодичным и даже возбуждающим, а глаза, которые она подняла на меня, были изумрудно-зеленого цвета, но злющие.

— А сама как думаешь? — злобно ухмыльнулся я и покрепче сжал ее руки.

Глава 4

Я прекрасно представлял, какой эффект произвожу. Я всегда выглядел опасным типом. Многие крепкие и тертые мужчины, встретившись со мной взглядом, предпочитали отвернуться в сторону, делая вид, что все в порядке. Хотя ничего в порядке не было. Мои серые, чуть прозрачные глаза смотрели на мир без малейших эмоций, но оценивающе, словно прикидывая, как половчее прикончить вставшего на моем пути. И на обычных людей это действовало самым негативным образом. Все это мелькнуло у меня в остаточных воспоминаниях. Но и без них я знал, что готов убивать, и это чувствовалось. Никаких моральных или этических преград у меня не имелось.

Индианка, или кто она там была, поняла это мгновенно. В ее глазах на секунду мелькнул страх, потом она попыталась вырваться, начав дергаться, как рыба, вытащенная из воды на берег. Вот только дерганья ей не помогли — я держал крепко, и наши силы были слишком уж неравными. Наоборот, от того, как трепыхалось подо мной женское тело, я почувствовал прилив желания, и понял, что она это ощущает… хм… физически.

— Зачем шла за мной? Кто послал? Отвечай! Быстро!

— Увидела, что бредешь сквозь мой лес, стало любопытно… никто не посылал! — голос у нее чуть дрожал — напугал я девку знатно.

— Твой лес?

— Мой… наш… это хороший лес, спокойный. Плохой начинается дальше…

Вспомнив ночные звуки, я подумал, что не хочу оказаться в «плохом» лесу, если и в «хорошем» мне было не по себе.

Что же делать с девицей? При желании я мог ее вырубить одним ударом, а потом делать с бездыханным телом, что душе угодно. Хоть на ломтики настругать и над костром поджарить, а хоть и вбить в землю колышки, да растянуть ее за руки и ноги прямо на земле.

Вот только на хрен она была мне не нужна, я лишь припугнул девицу, чтобы стала разговорчивее. Да и насиловать женщин было вовсе не в моих правилах, обычно они соглашались добровольно.

Звезда шерифа, прицепленная к моей шляпе, одним лучом чуть зарапнула индианке щеку. Показалась кровь. Достаточно!

Раздвинув губы в мрачной полуулыбке от которой некоторые впечатлительные особы рухнули бы в обморок, я, все еще держа ее правой рукой, левой щелкнул ее по лбу.

— В расчете!

Щелбан вышел знатный, лоб у индианки покраснел, но силы я рассчитал верно — ей будет обидно, но обойдется без синяка.

«Ваша репутация восстановлена!»

Новая надпись перед глазами меня нисколько не удивила. Это ведь очень удобно, сразу понимать, сделал ты что-то полезное или потратил время зря. Полезная штука — эти всплывающие сообщения.

Быстро встав на ноги, я подхватил с земли упавшую в процессе борьбы шляпу, и прикрыл ей причинное место. Девица тоже не теряла времени даром. Одним легким движением оказавшись на ногах, она настороженно замерла, готовая при любом намеке на опасность тут же скрыться в кустах. Но я демонстративно не смотрел в ее сторону, игнорируя.

— Сволочь! — заявила она спустя минуту, потом глянула на звезду и добавила: — А еще шериф!

— Не спорю, — пожав плечами, согласился я. Это было даже мягко сказано, насколько я помнил, я всегда был достаточно неприятный для остальных человек, ставящий на первое место исключительно собственные интересы и всегда плативший по счетам, как друзьям, так и врагам. — Впрочем, ты сама виновата…

Индианка обиженно надула пухлые губы, но потом переборола себя и сообщила:

— Согласна!

Ух ты, впервые на моей памяти девушка признала собственную ошибку. Что с ней не так? Я внимательно посмотрел на нее, отчего индианка чуть поежилась, но не увидел ни третьего глаза, ни дополнительной пары рук. Девица как девица.

Ее поза слегка изменилась, индианка уже не была такой напряженной, готовой сорваться с места. Поверила? Зря! Мой опыт показывал, что верить нельзя никому.

Но обижать ее я не собирался, сейчас же мне жизненно важна была информация! За это я готов был платить, правда, в кредит. Не считать же пару найденных монет достойной оплатой. Не думаю, что они слишком много стоят. Если хватит заплатить разок за выпивку, уже удача. Вот только девица не должна догадаться, насколько она ценна для меня, как источник сведений. Иначе начнет набивать себе цену.

Кстати, никакого акцента в ее голосе я не услышал, и из этого сделал вывод, что язык у нас один и тот же. Это еще одно важное наблюдение в мою копилку. И второе — девица выражается вовсе не косноязычно, как можно было бы ожидать от лесной жительницы. Это стоит обдумать.

— Значит, насильничать не станешь? — уточнила еще раз индианка. Впрочем, может, и не индианка вовсе, но смуглая кожа и аутентичное одеяние заставляли меня так считать.

— В другой раз, — пожал я плечами.

— Недостаточно хороша для тебя?

Ба! Да она, похоже, решила обидеться? Минуту назад отбивалась, как дикая кошка, а теперь недовольна тем, что я проигнорировал ее, как женщину.

— У меня иные планы на этот день, — нейтральным тоном ответил я.

Под ее оценивающим взглядом любой почувствовал бы себя неудобно. Она смотрела на меня, как на парное мясо на рынке, словно прикидывая, не слишком ли завышенную цену просит продавец. Но мне было плевать, пусть разглядывает.

— Помочь гульфик связать? — захихикала несносная девка. Впрочем, она права, гульфик мне бы не помешал. — Смотри, хозяйство застудишь, потом проблем не оберешься… захочешь снасильничать, а не сможешь…

Я бросил на нее свой особый взгляд, но на этот раз не сработало. Сложно всерьез относиться к человеку, из всей одежды у которого шляпа, да сапоги.

— Ты, это… — не нашелся я с достойным ответом, — скажи лучше, где здесь неподалеку ближайшее поселение. Мне срочно нужно побывать в одежной лавке.

— Пол дня пути, — махнула девица рукой в относительно неопределенном направлении, по счастью, примерно совпавшим с той стороной, куда тянулась моя невидимая для остальных желтая нить, — если поспешишь, к вечеру доберешься. Город под названием Карадж.

— Это название что-то означает?

— Понятия не имею, — отмахнулась девица, — сомнительное место, но для тебя в самый раз.

— Почему это? — с изрядной долей подозрения в голосе поинтересовался я.

— Там много таких, как ты, — она вновь мазнула по мне взглядом и уточнила для полного понимания: — странных…

Я на глупую девку не обижался, много чести. Вытянул из нее хотя бы крохи информации, уже хорошо. Город Карадж, значит. Что же, пусть будет Карадж. Мне, собственно, все равно. Хотя, Пекин, Лондон или Москва были бы существенно лучше.

— А ведь ты вовсе не шериф, — задумчиво сказала девушка, смотря на меня как-то по-новому. — Где звезду взял?

— Досталась по случаю, — я не стал скрывать правду.

— Пойду я, дела у меня, — внезапно сообщила индианка, подхватила с земли сумпитан, и тут же исчезла среди деревьев, только ее и видел.

— Как зовут-то тебя? — крикнул я вслед без особой надежды на ответ.

Но из глубины леса внезапно донеслось:

— Лилуйа!..

— Будем знакомы, — пробормотал я.

Своего имени, по понятным причинам, я назвать бы не смог. Уже сутки прошли с момента моего пробуждения, но до сих пор ни одно воспоминание о прошлой жизни не посетило мою голову. Возьмем за основу, что они и не вернутся. Плохо, но не критично. Разве что где-то там далеко осталась моя несчастная жена и десяток детишек, которые теперь плачут ночами, зовя своего папку… нет, маловероятно, пусть я не знал своего имени, но характер-то свой я прекрасно понимал, и точно знал, что никаких жены и детей у меня нет и быть не может. А если и бегает где-то по миру голозадый ребеночек, зачатый при моем непосредственном содействии, то я про него знать не знаю.

До темноты времени было еще достаточно, и я потопал дальше, ориентируясь исключительно на желтую нить. Если она выведет меня к упомянутому Лиллуйей городу Караджу — хорошо, нет — что же, зато приведет куда-то еще. В конце концов, чей бы волей я здесь не оказался, меня снабдили надежным проводником, и игнорировать такую подсказку я не собирался.

Лилуйя более никак себя не проявляла. Может, и правда, ушла. А может, затаилась, и ждет удобного момента, чтобы вновь посмеяться надо мной, с нее станется.

Лес жил своей насыщенной жизнью, и местные неразумные обитатели, к счастью, никакого интереса ко мне не проявляли. И я вовсе не желал повстречаться с теми, кто громко выл прошлой ночью. Чур меня!

Жрать хотелось безумно, еще со вчерашнего дня, но приходилось терпеть.

К счастью, через некоторое время повезло наткнуться на дикую яблоню. Плоды были мелкие и кислые, но это лучше, чем ничего. Лишь бы не пронесло потом. Буду надеяться, что обойдется.

Более-менее утолив голод, я продолжил путь. Кстати, я еще вчера заметил, что в сумерках нить начинала слегка светиться, что было очень удобно — не потеряешься даже ночью.

Вот и сейчас, постепенно начинало смеркаться, когда я, наконец, выбрался на опушку порядком надоевшего мне леса. Нить указывала, что иду я верно, но городка я не увидел, зато заметил, что стою на старой дороге. Сейчас она поросла травой, видно, давно не использовалась. Дорога огибала лес и уходила в сторону пустыни.

А чуть в стороне от тракта, на отшибе у самого леса, шагах в трехстах от меня, я увидел крепкий двухэтажный дом. Кто-то жил здесь прежде, вдали от города. Может, фермер с семьей. Но сейчас окна и двери в доме были заколочены, и все вокруг заросло густым кустарником и молодыми деревцами. Понятно было, что здесь давно уже никто не обитает, но меня это как раз вполне устраивало.

Дом, пусть и заброшенный, — это хорошо. Была надежда, что там я смогу разжиться старой одеждой. Не являться же в Карадж в таком виде, как сейчас — повесят на первом же суку.

Особо не раздумывая, я направился к дому. Вокруг было тихо, ни звука. Даже ветер словно бы перестал шелестеть листвой, и птицы внезапно утихли.

Меня это нисколько не смутило. Видишь цель — действуй!

Очень уж мне хотелось прикрыть, наконец, свой зад. Но все же я не спешил и обошел дом кругом. На заднем дворе находились несколько хозяйственных пристроек, навес для поленницы и еще один для лошадей. Там же я обнаружил колодец, рядом с которым валялось ведро, привязанное цепью к подвесу.

Пить я хотел, поэтому на пробу закинул ведро вниз, услышал звук удара об воду, подождал, пока наберется и вытащил наверх. На удивление, вода была чистая и прозрачная, вот только настолько ледяная, что зубы ломило.

Напившись вволю, я вернулся к дому. Как я заметил еще на подходе, все входы-выходы были заколочены крест-накрест. На всякий случай я подергал дверь и пару окон, но доски держались крепко, сходу не отдерешь. Тут нужен ломик.

А что если в одной из хозяйственных пристроек найдется нечто подходящее? Темнело все быстрее, следовало поторопиться.

К счастью, в сарай дверь была прикрыта на обычную щеколду. Я легко распахнул покосившуюся от времени створку и заглянул внутрь. Чего тут только не было: и клещи, и кузнечные меха, и ручная пила, и топор, и много всяческих приспособлений для нужд толкового хозяина. Вот только все инструменты были ржавые и старые, деревянные рукоятки почти везде прогрызли жуки, стены сарая были покрыты плесенью, пахло затхлостью и тленом.

Зато я нашел, что искал. Ломик хоть и был не менее ржавый, чем все остальное, но это меня не смутило. Обтерев его пучком травы, я вернулся к двери в дом и без особого труда оторвал мешающие мне доски.

Хм… а гвозди-то размером с мою ладонь! Кто-то не поскупился, делая этот дом недоступным для случайного путника. Вот только про сарай он забыл, но мне это было лишь на руку.

Дверь со скрипом открылась, и в последних лучах заходящего солнца я заглянул внутрь.

Некогда тут располагалась обеденная комната. Широкий стол и несколько длинных лавок потемневших от времени — у фермера была большая семья, — занимали центральную часть зала. У стен стояло несколько сундуков с приоткрытыми крышками. Слева в самом конце зала я приметил лестницу, ведущую на второй этаж, где, очевидно, находились жилые комнаты. Дверь в кухню я увидел справа.

На столе до сих пор стояли кружки и тарелки с объедками, давно сгнившими и истлевшими. Дух внутри был мрачный, воздух оказался слишком спертый, но ветерок, забежавший в приоткрытую дверь, чуть освежил помещение.

Такое впечатление, что отсюда бежали в огромной спешке, намертво заколотив все выходы. Хозяева спасались от кого-то или, наоборот, очень куда-то спешили?..

Я поежился от прохлады, царившей в доме. Странно… на улице, несмотря на сумерки, все еще было достаточно жарко, здесь же я почти сразу начал мерзнуть. Словно запертая входная дверь разделяла две разные климатические зоны.

Впрочем, плевать. Мне, главное, найти одежду и место для ночевки. В доме безлюдно, никто не начнет приставать с вопросами, и это главное.

Я прошелся по залу. На стене висели ветвистые оленьи рога и голова кабана. Под ногами валялись полуистлевшие коровьи шкуры. Большой камин чернел мрачным зевом в одном из углов. Гигантский вертел, на котором можно было зажарить барана целиком, торчал, воткнутый, в одно из поленьев, грудой валявшихся там же рядом.

На крышке большого черного сундука я приметил старомодную лампу, а рядом жестяную упаковку с фосфорными спичками. Настоящий раритет, надо сказать. Я не думал, что их еще производят.

Спичка зажглась легко, и масла в лампе было достаточно, так что светом себя я обеспечил.

Где могли храниться личные вещи? Сундуки выглядели распотрошенными — хозяева перед бегством распотрошили их, похватав все, что смогли унести. Значит, нужно проверить спальные комнаты, там могло остаться хоть что-то.

Для начала я заглянул в кухню, но там среди плошек, мисок, котлов и поварешек не оказалось ничего для меня ценного. Разве что поварской тесак, размером с мою руку, я бы прихватил на память… но он был в плохом состоянии: давно не точенный, сплошь покрытый зеленым мхом.

Ладно, будет время, почищу. Пока же нужна одежда!

Так же в кухне я заметил массивное кольцо прямо в полу, крепившееся к круглому люку в подвал. Хм… интересно, на леднике вполне могли сохраниться в целости кое-какие продукты.

В животе немедленно заурчало. Лесных яблок, которые я съел, было совершенно недостаточно для моего организма. Он требовал пищи, и как можно больше!

Решил, что в подвал я загляну сразу же, как приоденусь. Более не тратя время в кухне, я поднял лампу чуть выше, поднялся на второй этаж и прошелся по скрипучим доскам, заглядывая во все комнаты по очереди. Везде царил бардак и хаос.

Это еще более укрепило меня в мысли, что жильцы съехали спонтанно, прихватив с собой первые подвернувшиеся под руку вещи.

И все же кое-что я нашел.

В первой комнате, прямо на широкой кровати валялись небрежно брошенные чьей-то рукой два женских платья простого кроя, несколько чепчиков, платков… даже чулки, одиноко свисавшие с края кровати. Женская комната, мне дальше.

Во второй повезло больше, там находились мужские вещи.

Я с удовольствием вытащил из очередного сундука штаны из плотного материала и тут же надел их на себя, подпоясав ремнем с патронташем. Наконец-то! Голый человек подсознательно слабее одетого, это факт. Я почувствовал это на себе.

Там же в сундуке нашлась серая рубаха, застегивающаяся на петличку в вороте. Чуть большевата, видно, хозяин был тот еще здоровяк, но это не страшно. Я натянул ее через голову и заправил в штаны. Ну вот, уже что-то! Жаль только, более ничего для себя интересного я не отыскал. Куртка бы не помешала, но ничего похожего не было. Ладно, на улице все равно тепло, что днем, что ночью. Обойдусь.

Теперь не стыдно и на людях показаться. Впрочем, это уже завтра. А сегодняшнюю ночь я решил провести в этом доме. Места тут хватило бы на целую армию.

Вот только сначала нужно проверить подвал. Живот все сильнее крутило от голода. Да и выпить бы не помешало. Вдруг в подвале имеется и винный погреб? Ведь порядочному дому без него никуда.

Я спустился на первый этаж, вернулся в кухню, подошел к железному кольцу и потянул за него.

Тяжелый люк нехотя, со скрипом пошел на меня. Снизу пахнуло морозным холодом. Отлично, значит, не ошибся, и внизу ледник.

Лампа высветила деревянные ступеньки, ведущие во тьму. Надеясь в глубине души, что они не прогнили, я осторожно начал спускаться.

Ступеней оказалось ровно десять, после чего мои ноги ступили на камни подвального этажа.

Где-то впереди послышался приглушенный рык, эхом отразившийся от покатых сводчатых стен, и кто-то тяжело двинулся в мою сторону, отчетливо шоркая по полу ногами. А ногами ли?..

Глава 5

Первая мысль, мелькнувшая в голове, — зверь забрался внутрь и шарит по комнатам. Судя по громким звукам, медведь. А у меня в револьвере всего шесть патронов — маловато для такой туши… да еще попасть попробуй в жизненно важные органы, а перезарядить барабан времени мне не дадут.

И все же, я решил узнать, кто там бродит по дому, который я уже считал своим на эту ночь. Вдруг получится спугнуть зверюгу?

Поставив лампу так, чтобы отчетливо видеть путь для отступления к лестнице, я сдвинулся чуть в сторону, уходя в тень, и замер в ожидании.

Отблески от лампы бросали причудливые тени на покатые каменные стены, выхватывая из мрака несколько крупных бочек и непонятный хлам, сложенный, а точнее, сброшенный в одну большую кучу прямо по центру подвала.

Долго сидеть в засаде не пришлось. Шорканье приближалось, кто-то все так же неспешно шел на свет лампы, то порыкивая, то издавая низкое, почти утробное урчание.

Я терпеливо ждал.

Из тьмы на свет выступила массивная фигура. Нет, это был не медведь. Вроде, человек! Судя по всему, высокий, но узкоплечий, и при этом какой-то весь ссутуленный, скорченный, скукоженный. Он водил руками из стороны в сторону, словно слепой, ищущий ориентиры. Потом остановился по центру зала и замер. И я, наконец, сумел разглядеть его лицо.

Не человек! Никаких сомнений! Фигурой — да, похож, но вместо лица у него был словно нарисованный черный овал с белыми неровными дырами вместо рта, носа и глаз. От головы отходили длинные, изгибающиеся отростки, по два-три с каждой стороны. Казалось, они, словно локаторы, изучают местность. Одежды на существе не было вовсе, ребра, торчавшие под толстой зеленой шкурой, располагались странно, полукругом, сходясь к одной точке в середине грудины и образовывая там плотный комок, который слегка мерцал в полутьме. Руки и ноги с первого взгляда казались обычными, но, приглядевшись, я увидел острые наросты на локтях и коленях.

Запахло так, словно я внезапно оказался на болоте: сыростью, легкой гнилью и плесенью.

Что это за гадость? Откуда она взялась? Теперь понятно, почему дом покинули в такой спешке. Видно, побоялись связываться и решили лучше бросить все имущество на произвол судьбы, чем вступить в схватку.

Неужели, тварь настолько сильна? Либо же она здесь не одна, и это лишь разведчик, выбравшийся на шум оценить обстановку и отыскать в моем лице предполагаемый ужин!

Если так, ну его, лучше отступить и поискать иное место под ночлег. Иметь дело даже с одной такой образиной мне вовсе не хотелось, а тем более с целым выводком. Одного барабана для этого явно недостаточно!

Тварь все топталась на месте, крутя головой и шевеля отростками. Они, словно щупальца, растопырились в разные стороны. В какой-то момент существо издало новый рык — и я увидел два ряда острых, как у пираньи, зубов.

Попробую отступить незаметно — если тварь перекроет единственный выход, будет тяжело. Сам себя загнал в западню!

Но едва я двинулся с места, как все отростки, идущие из головы твари, взметнулись вверх, как у медузы Горгоны, и синхронно повернулись в мою сторону. Я был прав — существо ими видит! А провалы глаз и ушей не несут никакой активной функции, это просто атрофированные бывшие органы осязания.

Вдобавок, из глубины подвала послышалось новое характерное шарканье по полу — другие твари шли на помощь своей товарке.

Более не раздумывая, я бросился к лестнице, даже не пытаясь вступить в схватку — оно мне надо? Даже если каким-то чудом завалю первую гадину, остальные успеют добраться до меня. Не зная врага вступать в схватку было глупо.

Далеко убежать мне не удалось. Тварь на мгновение замерла, а потом прыгнула прямо с места, пролетела половину подвала и тяжело приземлилась точно на ступеньках, ведущих наверх. Узкая впалая грудь существа вздымалась и опускалась, а средоточие в центре груди, к которому сходились все ребра, начало сильнее пульсировать темно-бардовым цветом.

Путь для побега отрезан! Такого я совершенно не ожидал, тварь выглядела очень опасной, хоть и медлительной. Ее способность к прыжкам оказалась для меня неприятным сюрпризом.

Останавливаться я не стал, шарканье из дальней части подвала все приближалось, и вдобавок раздался новый рык, за ним второй и третий. Сходу увернувшись от корявых конечностей с неожиданно острыми на вид когтями, я высадил в тварь все оставшиеся заряды, целясь по неожиданному наитию не в голову, а в пульсирующий в центре грудины нарост.

Две пули лишь скользнули по ребрам, не сумев пробить толстую кожу, лишь слегка ее поцарапав, и рикошетом ушли в стороны, еще три впились в тело, не причинив видимого вреда, но шестая — последняя — оказалась счастливой, и попала в самый центр, именно туда, куда я и целил.

Нарост взорвался мощно, как пузырь с водой, сброшенный с высоты на камни, с невероятной силой разметав вокруг бурую густую кровь, слизь и некую непонятную субстанцию лилового цвета. Кажется, это была единственно уязвимая точка на теле твари. Было у меня подозрение, что если бы я целил в голову, толку бы это не дало.

Сейчас же отростки на ее голове существа безжизненно опали вниз, конечности опустились, оказавшись неожиданно длинными — почти до пола — это не было заметно, пока тварь держала руки на весу. Сам же монстр неспешно, словно нехотя, осел на пол.

Но я уже оббежал его стороной и влетел по ступеням вверх, спиной чуя приближающуюся стаю.

Еще секунда — закрыть люк, а потом завалить его всем, что попало под руку, лишь бы те, кто обитал внизу, ни в коем случае не сумели бы выбить его и выбраться из норы, в которой они, судя по всему, обитали. Первым под руку попался массивный стол, и я едва сдвинул его с места, но в итоге он прочно стал ножкой прямо на люк.

Теперь-то я прекрасно понимал людей, бежавших отсюда, бросивших все на произвол судьбы. Мне дико повезло, что я сумел разобраться с одним монстром, но, сколько их там еще внизу, бог весть. Вот и бывшие владельцы дома решили не искушать судьбу. Может, они планировали вернуться позже и выжечь каленым железом заразу… но не вернулись по причинам, мне не известным.

Перед глазами ярко вспыхнула очередная надпись.

«Вы победили существо „Прыгун“. Класс врага: слабый монстр. Ваш текущий статус — новичок. Повышены следующие показатели: меткость, удача. Ваша новая локальная задача: уничтожить всю стаю прыгунов. Приступить к выполнению задачи: Да /Нет/Отложить»

Нет уж спасибо! Может быть, когда-нибудь… в другой раз… Я, не задумываясь, громко сказал вслух:

— Отложить!

Надпись пропала, но вместо нее вспыхнуло старое напоминание:

«Ваши текущие локальные цели: разведка, сбор информации. Ваши текущие глобальные цели: не определены».

С этим понятно, тут ничего не изменилось. Зато теперь стало отчетливо ясно и другое: монстров, подобных тому, которого я только что чудом уничтожил, в моем мире не существует!

Моргнув два раза правым глазом, я убрал надпись.

По натуре, я человек не слишком эмоциональный и чувствительный, к тому же не склонный к рефлексиям и переживаниям. По мне стучи — не стучи, эффект будет один и тот же. На удар всегда отвечу ударом, но если того требует ситуация, выжду, сколько потребуется.

Поэтому, очнувшись в коконе, я и не впал в панику. Решив для себя точно, что это не галлюцинация, я остановился на версии, что попросту попал в некий эксперимент, и рано или поздно мне объяснят его правила.

То, что я оказался без одежды и средств к защите — тоже логично. Видно, одним из правил было суметь позаботиться о себе самому. С этим я справился.

Все всплывающие надписи — по сути, это не только подсказчик и помощник, но еще и средство слежения. Тот, кто вживил в мои мозги чип, явно контролировал все мои передвижения. Но пока пользы от подсказчика было больше, чем вреда. Впрочем, о засаде в подвале он ничего не сообщил, да и о черной птице тоже.

И все же до этого момента я надеялся, что нахожусь дома. Встреча с прыгуном поставила жирную точку на всех моих планах. В моем мире такого существа быть не могло априори. Значит, я более не в своем мире. Либо же я в каком-то диком заповеднике, которого нет ни на одной карте. Но для заповедника слишком уж обширная территория, получается… первая версия и есть правда.

Осознание этого факта ничего не поменяло в моей голове. Я не паниковал, не впал в депрессию, не начал кататься по земле и звать помощь.

Пусть мир другой, но я-то все тот же. И оставим это.

Снизу в люк ударили с неожиданной мощью, дерево затрещало, а тяжелый стол, который я поставил на люк ножкой, чуть подпрыгнул, несмотря на свой изрядный вес.

Вот ведь, твари! Сидели себе тихо и спокойно черт-те знает сколько времени в подвале, не суетились, не пытались выбраться — ведь до этого момента люк был просто прикрыт, — а сейчас очнулись и беснуются. Это я их вывел из спячки? Похоже на то.

А чем они занимались в подвале, интересно знать? Единственная версия, приходящая на ум — существа прятались от жары. В подвале холодно, даже морозно, а на дворе — сущий крематорий, особенно в полдень. Возможен ли подобный перепад температур? Сомневаюсь. Было ли внизу нечто, способное генерировать холод? Очень даже может быть. Поэтому твари там и обитали.

Так, и что мне делать дальше?

Второй удар был не менее мощным, чем первый. Такими темпами люк долго не выдержит. Я начал накидывать сверху на стол прочие вещи, стараясь выискивать более крупные и тяжелые. Но вокруг были лишь стулья и лавки, а это мелочи для тех, кто лезет снизу.

Остается одно — временно отступить. Сейчас ночь, за окнами тьма, да и прохлада уже пришла, сменив дневной зной. И если мое предположение верно, то сейчас самое время для прыгунов. Ночью они выйдут из дома и устроят на меня охоту, и деваться мне некуда. Местности я не знаю, далеко не убегу.

От третьего удара люк, наконец, лопнул посередине, и ножка стола провалилась в образовавшуюся трещину. Конструкция накренилась, и все, что я накидал сверху, посыпалось на пол.

Более не размышляя, я выскочил из дома, плотно затворив за собой дверь.

Низко в небе висела крупная, щербатая луна, но ее света все равно не хватало, чтобы толком сориентироваться на местности. Приходилось действовать по памяти, и, почувствовав под ногами некогда хорошо утрамбованную дорогу, я побежал по ней, что было сил, то и дело спотыкаясь о разросшиеся во все стороны корни деревьев и периодически попадая ногами в кротовьи ямы. Пришлось сильно снизить темп передвижения, так и поломаться не долго. Тогда пиши — пропало!

Где-то позади раздался громкий треск — кажется, твари выбили входную дверь, — а следом за ним рев, переходящий в вой.

Звучало все это… не особо приятно! Из охотника я превратился в жертву. И если существа меня догонят, с удовольствием начнут рвать на части. Сделать это будет легко, их когтями вспороть и выпотрошить человека раз плюнуть!

Кстати, подобный вой, только чуть тише, я слышал прошлой ночью. Повезло, что не встретился с тварями раньше! Но если они ночами бродили по лесу, значит из подвала имелся и другой выход…

А девка тоже хороша, могла бы и предупредить об опасности, зараза в перьях!

Я бежал вдоль лесной опушки, деревья грозно шебуршали листвой справа, сзади не стихал постепенно приближающийся вой, а в небе на фоне огромной луны несколько раз промелькнули стремительные тени. Черные птицы? Их еще сейчас не хватало!

Неприятное явление — ожидать, пока некто вцепится в твою спину когтями и начнет драть ее на лоскуты. Или спикирует с неба на голову, как охреневшая от безнаказанности чайка в погоне за булкой в руках случайного прохожего.

Быстро бежать не получалось. Все что мне удавалось, это плестись почти вслепую, надеясь не споткнуться.

Когда звуки за спиной стали совсем уж громкими, я остановился и обернулся.

Передо мной из ночи, как черти из коробочки, появились два прыгуна. Они приземлились в пяти шагах от меня, упав на все четыре конечности и царапая землю когтями. Я видел, как все отростки на их головах нацелились точно на меня. Интересно, присосутся, как пиявки, пока твари будут рвать мое тело?..

Я чувствовал, что существа меня изучают. Были ли они разумны? Не уверен. Но интуиция в них развита чрезвычайно. Они явно поняли, что именно я явился причиной гибели их «товарища», и теперь прикидывали, стоит ли ждать от меня неожиданностей, или можно смело нападать.

Противопоставить им мне было нечего. Револьвер в кобуре разряжен. Все произошло настолько стремительно, что зарядить его повторно времени не хватило. И даже перочинного ножика в кармане нет. А голыми руками этих монстров не победить.

Прыгуны почему-то медлили. Видно, все же опасались подвоха. Вместо того чтобы просто броситься на меня, твари стали неспешно обходить меня с двух сторон, планируя, как видно, атаковать одновременно. Тогда хотя бы одна из особей гарантированно доберется до моей шеи своими зубами.

Как по мне, они могли и не осторожничать. Но приятно, когда тебя уважают!

И тут явилось чудо, которое я совершенно не ожидал.

В воздухе что-то резко просвистело, и один из прыгунов рухнул на спину, пытаясь когтями выдрать из шеи длинную стрелу. Тут же следующая стрела пробила ему пульсирующее средоточие на груди, и тварь затихла.

Второй более ничего не ждал и совершил великолепный скачок прямо с места. Я видел, что и живые отростки, и его когтистые лапы — все нацелено на меня, и увернуться от него я уже никак не успевал.

Но очередная стрела впилась ему в лапу, сбив темп, а последняя выбила несколько зубов и застряла в черепе.

Скорость и точность неведомого стрелка поражали!

Прыгун был еще жив и, свалившись прямо на меня, тут же заработал лапами, как мясник тесаком, и лишь то, что я успел с силой откинуть его неожиданно тяжелое тело подальше, спасло меня от смерти.

Из ночной тьмы появилась невысокая ладная фигура с копьем в руках, и одним умелым, давно отработанным жестом пришпилила прыгуна к земле, как энтомолог пришпиливает булавкой ценную бабочку, пробив ему центральный нарост.

Прыгун махнул лапой и отрубил верхнюю часть копья, но это было последнее, что он сделал перед гибелью.

Все же я оказался прав, и только удар в нарост приводил к немедленной смерти твари.

Прыгун конвульсивно подергался и быстро затих.

Я с трудом поднялся на ноги, весь вымазанный в крови и телесной жидкости прыгуна. В другое время естественная брезгливость взяла бы свое, но сейчас мне было не до такой ерунды. Я был жив, хотя несколько секунд назад мог бы заказывать себе деревянный макинтош.

Обошлось.

Перед глазами загорелись уже привычные яркие буквы:

«Стая прыгунов уничтожена. Ваша доля участия ⅓. Возможные бонусы утеряны. Ваш статус остается без изменений. Ваши прочие цели остаются без изменений. Помните, слабые долго не живут».

Лилуйа, спасшая мне жизнь, подошла к мертвому прыгуну и попыталась вытащить из его тела копье. Это у нее не получилось, острие глубоко застряло в теле, а древко было сломано пополам. Тогда она вернулась к первому трупу и извлекла все стрелы. Потом обернулась на меня и, неодобрительно качая головой, сказала:

— Говорила, иди прямиком в Карадж, нигде не задерживайся! Так нет, забрел в гиблый дом. Хуже места в ближайшей округе не сыскать…

Хорошо, что я промолчал и не стал спорить. Потому что, по факту, она была права. Залезть в специально заколоченный от случайных путников дом, суметь разворошить там гнездо прыгунов и чуть не погибнуть в итоге от их лап — это надо было умудриться.

— Ладно, — неожиданно смягчилась девушка, — одного ты прикончил. Обычно с ними не связываются, слишком опасные. Что будем делать? Брошу тут, так ты еще с кем-нибудь решишь познакомиться на свою голову…

Для гордой индианки она была удивительно словоохотлива.

Я все так же молчал, не желая ее прерывать, ведь Лилуйа только что крепко выручила меня.

— Пойдешь со мной! — решила девушка. — Переночуем вместе!..

Глава 6

Если мне сначала и показалось, что под словом «переночевать» Лилуйа имеет в виду нечто интимное, то разочароваться пришлось достаточно быстро. Ночевать в ее понимании именно это и значило, и ничего более. Впрочем, я настолько умаялся за день, что был только рад такому повороту событий.

По дороге мы свернули к небольшому озерцу, и я сумел чуть привести себя в порядок, смыв с лица и одежды кровь и слизь. В темноте я почти ничего не видел, поэтому был уверен, что большая часть грязи так и осталась на мне — оставленная в заброшенном доме лампа очень пригодилась бы. Сейчас, после истребления стаи, можно было бы и вернуться. Но Лилуйа так не считала. Наоборот, она старалась удалиться как можно дальше от дома, а на все мои вопросы лишь таинственно молчала.

Девушка ориентировалась в темноте, как кошка, поэтому я не опасался, что мы заблудимся, и решил довериться ей — все же моей гибели она явно не желала, иначе просто посмотрела бы со стороны, как прыгуны рвут меня на куски.

Заночевали мы в небольшой пещере, вход в которую был прикрыт от случайного взора густыми зарослями. Не зная о ее существовании, практически невозможно было отыскать узкий проход, ведущий внутрь. Пещерой явно периодически пользовались — Лилуйа откуда-то достала факел и зажгла его, чиркнув спичкой о коробок, и тут же осветив все вокруг на насколько шагов.

Покатые стены, покрытые мхом, следы костровища, несколько сброшенных грудой шкур, что-то вроде импровизированной лежанки. Удобное место!

— Будем спать здесь! — деловито повторила индианка, вставляя факел в специальный крепеж на стене. — Ты ляжешь на шкурах, а я — тут! — указала она на лежанку.

— А может и я тут? — валяться на полу мне совершенно не улыбалось, хватило вчерашней полубессонной ночи на дереве.

— Все же насильничать хочешь? — удрученно покачала головой девица. — Так я и думала! Может, не надо было тебя выручать?

— Обещаю! — я поднял вверх обе руки. — Даже пальцем не притронусь!

Лилуйа подозрительно осмотрела мои руки с таким видом, словно я уже тянул их к ее аппетитной груди и упругой попке. Потом с сомнением кивнула.

— Ладно, ляжешь со мной рядом… Надеюсь на твою порядочность.

Неужели я производил впечатление человека, готового кинуться на все, что шевелится? Лилуйа, конечно, девица хоть куда, но уж как-то воздержусь от домогательств.

Я все собирался расспросить ее о том месте, в которое попал, и о людях, его населяющих. Но, поразмыслив, решил не задавать прямых вопросов, а обойтись лишь наводящими. Не хотелось давать ей понять, что я тут полный новичок. Мало ли как местные относятся к таким пришлым, как я. Есть ли другие такие же или мне одному так повезло?.. Рано или поздно, ситуация прояснится. Буду просто плыть по течению, активно загребая в нужную сторону. Первым делом требуется освоиться и понять, что делать дальше в принципе. И этот вопрос явно не решится в тесной пещере.

— Возьми, поешь! — Лилуйа протянула мне галету и кусок вяленой рыбы.

Я с жадностью набросился на угощение, проглотив все в один момент. В подвале дома было не до поисков съестного, а воспоминания о лесных яблоках давно не грело душу.

Девушка тоже сжевала кусок галеты, запили все водой из небольшой баклажки, и на этом ужин завершился.

— Много есть на ночь вредно! — пояснила индианка.

Я бы не отказался от добавки, для моего крупного тела такой порции было маловато, но надо и честь знать.

— Спасибо за угощение!

— Сочтемся. Тебя как звать?

Я замялся. Имени своего я так не вспомнил, как и все прочие подробности прошлой жизни. Придумать новое? Но я мог попасть впросак. Назовусь, к примеру, Брюсом Ли или Иффаном Петроффым, и не угадаю местную тенденцию.

— Не помню, — честно ответил я, — головой, видно, ударился. Память отшибло.

— Человек без имени! — торжественно произнесла Лилуйа. — Я так и буду тебя звать!

Я пожал плечами, мне было все равно.

Начали укладываться на ночь. Под шкурами было тепло и уютно, красивое женское тело, лежавшее рядом, вызывало определенные желания, с которыми, впрочем, я легко справлялся. Не мальчик, на голые сиськи не поведусь. Впрочем, никто и не баловал меня эротическими видами. Наоборот, Лилуйа закуталась в шкуры по самую шею, и через несколько минут уже сладко посапывала.

Мне же не спалось. Глаза у меня то непроизвольно закрывались, то вновь открывались, пока внезапно не загорелась новая надпись:

«Вы вошли в режим картографии. Вы можете поставить метку на текущей локации под названием „Пещера“, чтобы в дальнейшем всегда иметь возможность найти сюда дорогу. Увеличить карту — провести большим пальцем правой руки вдоль указательного пальца. Уменьшить масштаб — обратное действие».

Ох, ты, любопытно! Разумеется, я тут же согласился сохранить метку, а после увеличил карту. Она была достаточно схематична, и показывала как бы вид сверху, но и это отлично. С подобным помощником сложно потеряться. Встроенный в голове компьютер — что может быть удобнее!

Поэкспериментировав, я уменьшил масштаб, и передо мной открылся темный мир, лишь малая часть которого была подсвечена голубоватым цветом. Я увидел начальную точку — черную скалу, от которой на восток простиралась бесконечная пустыня. Увидел и лес, до которого сумел дойти в первый день, и малую часть которого мог теперь наблюдать сверху.

Отдельным маркером был показан заброшенный дом на опушке. При случае, я наведался бы туда еще раз. Сейчас, когда угроза ликвидирована, самое время проверить подвал… вдруг там найдется что-то интересное.

Жаль, что территории, на которых я еще не успел побывать, были покрыты мраком. Хоть бы какую подсказку дали, пару названий, намеки, куда стоит соваться, а от посещения каких мест лучше воздержаться. Ничего, обойдусь. Спасибо и за то, что есть.

Наигравшись с картой, я отключил все надписи и, наконец, задремал.

А проснувшись поутру, Лилуйи в пещере я уже не застал. Девица исчезла по-английски, не попрощавшись. Разве что в этот раз оставила мне баклажку с водой и еще одну галету на завтрак. Славься извечное женское желание накормить мужика!

Ничего из вещей, лежащих в пещере, я, разумеется, не взял. Не хватало еще на гостеприимство отвечать черной неблагодарностью. Поэтому, перекусив на скорую руку, я выбрался на свежий воздух. Солнце, несмотря на раннее утро, уже светило вовсю. День вновь обещал быть жарким.

Активировав желтую нить, я пошел в нужную сторону, негромко насвистывая себе под нос незамысловатую мелодию, которую сочинял на ходу. Птички весело мне подпевали, мимо пробежал зайчишка, вдалеке между деревьями мелькнул олененок. Идиллия! Если бы не вчерашние приключения, лес показался бы тихим и спокойным.

Как оказалось, вчера мы в целом сильно продвинулись в сторону Караджа. И через некоторое время я выбрался из леса, срезал путь через зеленый луг, над которым летали разноцветные стрекозы, бабочки и толстые шмели, и выбрался на вчерашний тракт, ведущий, как показывала моя желтая нить, как раз туда, куда требуется.

Тракт — одно название, и близко не стоял с римскими мощеными дорогами, обычная проселочная дорожка, но для этих диких мест — уже достижение. По крайней мере, видно было, что это именно дорога, а не звериная тропа. Не слишком широкая, двум повозкам уже сложно будет разъехаться, но вполне удобная, вот только за ней перестали следить. Кое-где даже пробивались молодые деревца. Иссяк поток путешественников и торговцев? Любопытно.

И еще немного непонятно, куда именно она вела. Нет, одно направление шло в сторону Караджа, а вот второе? Огибая лес, дорога должна была упереться в пустыню. Но зачем кому-то понадобилось устраивать тракт в том направлении? Кроме песка, там ничего нет. Или раньше пустыни не было, а когда она пришла, то поглотила тучные пастбища, луга и всю растительность, а, возможно, и соседние поселения.

Рубашка и штаны за ночь высохли, но подозрительные бурые пятна на них остались. Нужно будет простирнуть по случаю, а лучше всего — раздобыть новой одежды у местных. Вот только, боюсь, двух монет мне на это не хватит.

Подумав, я снял звезду шерифа и сунул ее в карман. Обменяю где-нибудь на кусок хлеба, все же вещь красивая. Впрочем, провоцировать народ раньше времени не стоит. Неизвестно еще, как в Карадже относятся к представителям закона.

По всему получалось, что я попал в мир, близкий к уровню «дикого запада». Револьвер старого образца, звезда шерифа, индианка — все об этом говорило. Вот только прыгуны были лишними. Если бы не они, я мог бы представить, что просто каким-то образом попал в прошлое, но они рушили эту версию на корню. Нет, это иной мир, похожий на наш, но живущий по своим законам.

Через несколько часов пути, углядев слева многочисленный табун лошадей, за которым присматривали несколько всадников в широкополых шляпах и с ружьями, притороченными к седлам, я понял, что не ошибся.

Ко мне всадники проявили лишь мимолетный интерес, но оно и к лучшему. Один из них, молодой парень лет семнадцати, отделился от остальных и подъехал на расстояние в несколько десятков шагов, внимательно глянул на меня, поздоровался коротким кивком и развернул своего жеребца в обратную сторону. Я запоздало приподнял свою шляпу в знак приветствия.

Так, значит, против чужаков здесь особо ничего не имеют. Или же я соответствовал тому образу, который молодой всадник ожидал увидеть. Одет, хоть и не в новые вещи, но и не в рванье, шляпа — символ мужчины, тоже при мне, опять же длинный револьвер, который я вновь зарядил, патронташ. Кстати, заряжался он так же, как и известная мне «русская модель», переламываясь пополам, удобно, практично и быстро. Вот только чуть тяжеловат, но это ерунда. Мне не хватало лишь лошади для полного образа. Ничего, будет возможность, обзаведусь животинкой. Ездить верхом мне прежде приходилось, я чувствовал, что легко совладаю с ней при случае.

Впереди уже виднелись первые домишки окраины города — самые неказистые и бедные, деревянные, чуть ли не фанерные. Казалось, любой порыв ветра может сдуть такой дом с места, но люди — существа, умеющие приспособиться к любым условиям.

Мужчина средних лет тяпкой обрабатывал свой крохотный участок, женщина развешивала стиранное белье во дворике на веревках, пара ребятишек с криками гонялись друг за другом, сверкая голыми пятками.

Не вступая в разговоры, я прошел мимо и потопал дальше по дороге в сторону уже более многочисленных построек, громоздившихся впереди.

Из кузни справа валил густой дым и слышались монотонные удары по железу, от кожевников слева шел густой неприятный запах — там явно дубили и выделывали коровьи шкуры, прочие ремесленные мастерские тоже были вынесены за основной городской периметр, образовывая целый квартал пригорода.

Проходя мимо мастерской гробовщика, я увидел с десяток готовых изделий, стоявших на улице. Крышки простых и дорогих на вид гробов были приветливо приоткрыты, словно приглашая заглянуть внутрь. Высокий и сутулый гробовщик в черном глухом сюртуке и цилиндре на голове посмотрел на меня долгим, внимательным взглядом, будто снимая мерку. Я улыбнулся ему той особой улыбкой, от которой некоторые чувствительные особы падали в обморок, но гробовщик оказался мужчиной крепким и оскалился мне в ответ.

— Заходите, добрый человек! Только для вас — особая скидка. При покупке двух гробов, третий бесплатно!

— Благодарю за предложение, но, пожалуй, пока воздержусь! Впрочем, запомню и буду иметь в виду.

На этом и расстались, довольные друг другом. Я очень надеялся, что его услуги мне не понадобятся.

Город, в который я, наконец, вошел, по большей части был деревянным. Одно- и двухэтажные строения вплотную теснились друг к другу, и в случае пожара, начали бы гореть одно за другим.

Еще на окраине я заметил дозорные вышки, отстоящие друг от друга в пределах видимости, на которых дежурили караульные с винтовками. Кого они тут высматривают, в этой глуши? Прыгунов? Забора или иной внешней преграды, мешающей проникнуть в город, при этом не имелось.

В какой-то момент перед глазами появилась надпись:

«Вы вошли в город Карадж, девятый квадрат. Население — 3.546 человек. Ваша цель „разведка“ достигнута. Повышен показатель: интеллект. Совет: действуйте осмотрительно, от вашего выбора зависит ваша жизнь! Ваши текущие глобальные цели: не определены».

Девятый квадрат? Что бы это значило? Какое-то местное административное деление? Впрочем, не важно, позже разберусь.

Интересно, как повышение интеллекта можно отследить? Или это чисто гипотетически. Вы прочитали книгу, вы стали умнее. Ну-ну, тоже мне, помощник хренов! Впрочем, всплывающие подсказки — штука все же полезная, одна карта чего стоит, а теперь появились еще и информационные справки.

А городок-то не маленький — три с половиной тысячи жителей! Тут можно и задержаться на время.

Я моргнул определенным образом, вызывая желтую путеводную ниточку, которая сама по себе погасла, когда я шел мимо вышек со стрелками, но она не появилась. Я достиг конечной точки пути? Вряд ли. Но желтая нить все никак не желала возвращаться. Ладно, позже поэкспериментирую.

Ко мне никто не подходил и не пытался заговорить. Кажется, я вообще не привлек ничьего внимания, либо же люди здесь жили на редкость не любопытные.

Женщины в пышных платьях неспешно прогуливались вдоль улиц, останавливаясь лишь, чтобы заглянуть в тот или иной магазинчик, или же приказать служанкам, следующим за ними, купить свежей зелени или говяжью вырезку в лавке мясника.

Мужчины в основном стояли группами по пять-десять человек, курили, харкали прямо под ноги и негромко общались, пряча загорелые от солнца лица под поля широкополых шляп. Одеты они были примерно одинаково: однотонные или в полоску костюмы, у других — штаны из плотной ткани и куртки, почти у всех на ногах сапоги, лишь некоторые красовались в туфлях или ботинках, но вот шляпы носил каждый.

Основным отличием от образа типичного городка, который был у меня в голове, было в том, что и женщины, и мужчины были совершенно разных рас и цвета кожи: азиаты, европоиды, негроиды… полный набор! И служанкой у черной госпожи могла быть белая девушка, и наоборот. Никакого расизма!

Впрочем, преобладали все же светлокожие люди, их было на вскидку процентов семьдесят от общего числа.

Куда податься первым делом? Нужно позаботиться о пище, ночлеге и заработке.

Мой взгляд упал на деревянную вывеску на двухэтажном доме, выкрашенную в красный цвет. На ней были изображены пара скакунов, вставших на дыбы, мордами друг к другу. Надпись соответствовала рисунку: «Два мустанга». Местный салун, он же бар, он же центр и сосредоточие жизни.

Дверные створки как раз в этот момент распахнулись, и на улицу выбрался пьяный в хлам мужчина. В одной руке он держал полупустую зеленую бутылку, а большим пальцем второй руки зацепился за свой ремень, стараясь таким образом удерживать равновесие.

Это ему не особо удалось, мужчину качнуло, повело прямо на меня, но он все же сумел остановиться, вот только напиток из бутылки силой инерции плеснулся прямо на мою и так видавшую виды рубаху.

— Какой, однако, казус, — сокрушенно покачал головой мужчина, пытаясь сконцентрировать взгляд на мне. Извиниться он даже и не пытался.

— Осторожнее надо! — сдерживая ярость, сказал я.

— Это ты мне? — искренне удивился он. — Да ты хоть знаешь, с кем говоришь?

— С человеком, не умеющим пить? — предположил я.

— Да я тебя… — он потянулся к револьверу, висящему в кобуре у пояса.

Не думая, я коротко ударил его в челюсть, бутылка выпала из его руки и разбилась, а тяжелое тело я успел подхватить и усадил спиной к стене салуна, надвинув шляпу ему на лицо. Жить будет.

— Отдохни-ка немного, приятель.

Н-да, не так я представлял себе первое знакомство с городом.

— Зря вы так, сэр, — раздался чей-то негромкий, слегка надтреснутый голос, — Шакал Джо — злопамятный ублюдок, и, как очнется, обязательно станет искать встречи с вами. А он один из лучших стрелков в Карадже.

Я повернулся на звук голоса и увидел старого негра в рабочей робе и с метлой в руках. Он подметал улицу и стал невольным свидетелем инцидента.

— Благодарю за предупреждение! — я приподнял шляпу в знак приветствия.

Этот жест и общее уважительное обращение произвели на старика благоприятное впечатление.

Он огляделся по сторонам, и, не увидев случайных свидетелей, негромко предложил:

— Мистер, если хотите, я перережу ему глотку, а тело оттащу подальше. Его долго никто не хватится!

Кажется, человеческая жизнь в Карадже ничего не стоит.

— Спасибо, воздержусь от вашего щедрого предложения, — отказался я.

— Зря, зря, — покачал головой негр. — Если что-то будет нужно, обращайтесь ко мне в любое время. Старого Манделу все в городе знают!..

— Скажи-ка, друг, а где я могу найти комнатку на пару ночей?

— Да прямо в «Двух мустангах» и найдете. Скажите Жирному Грэгу — владельцу заведения, что вас направил Мандела, он сделает хорошую скидку.

Я кивнул и толкнул скрипучие створки салуна от себя.

Внутри было накурено и пахло крепким алкоголем. За широкими столами сидели мужчины, играли в кости и карты, ели, обсуждали свежие новости и, конечно, выпивали. Смог от сигар стоял такой, что с непривычки сшибало с ног.

В дальней части зала за барной стойкой я заметил громадного мужчину, протиравшего стаканы. Очевидно, это и был Жирный Грэг — он-то мне и нужен!

Я пошел сквозь зал, чуть морщась от окружающих меня запахов табака, виски, кислой капусты, жареного мяса и пота. Моей личностью никто не заинтересовался, что только радовало.

Тапер, сидевший на табурете за небольшим черным пианино, играл легкую мелодию.

— Да ты мухлюешь, сволочь! — из-за стола слева от меня вскочил разгневанный человек с рыжей шевелюрой и закатанными по локоть рукавами клетчатой рубашки. Был он низкорослым, но ширина и покатость плеч выдавали в нем опытного борца.

Напротив него тут же встал его соперник — высокий мужчина с красивым лицом, будто с обложки мужского журнала. Узкая бородка и подкрученные усы были аккуратно подстрижены, одет он был модно и, очевидно, дорого: шелковый темно-синий в полоску сюртук, белоснежная рубашка и галстук-бабочка на шее. Довершали образ лакированные туфли, начищенные до блеска.

— Ты кого сволочью назвал, мразь? — мрачно уточнил он.

В салуне наступила гробовая тишина. Кажется, сейчас тут будут убивать.

У коротышки револьвера под рукой не было, пояс с оружием остался висеть на спинке стула, и он уже осознал свою ошибку. У высокого оружие находилось в кобуре у пояса, и выхватить его было секундным делом.

Он дернул руку к рукояти револьвера.

Я сделал то единственное, что мог.

Подхватив правой рукой ближайший свободный стул, я обрушил его на спину и голову высокого. Ненавижу шулеров!

От мощного удара стул развалился, в моей руке осталась лишь часть спинки, но и мужчина рухнул на деревянные доски пола.

— Я бы и сам справился, — недовольно посмотрел на меня коротышка. — Мне помощь не требовалась!

Народ вокруг недовольно загудел после этих слов, но рыжему было плевать.

Он подскочил к поверженному телу, закатал правый рукав его сюртука и с громким криком показал спрятанную там карту.

— Туз! Я же говорил, что это мошенник! Повесим его, ребята?

Несколько человек вскочили на ноги, готовые мгновенно привести приговор в исполнение.

Я не слишком ценил человеческие жизни, но все же это был перебор.

— Не слишком ли круто? — я встал рядом с коротышкой, глядя на него сверху вниз тяжелым взглядом.

— А ты кто такой будешь? — взвился он.

— Человек, прохожий, — нейтрально ответил я.

— Вот и проходи себе мимо! Пока цел!

Я не любил угрозы, тем более исходящие от человека, которому, по сути, я только что спас жизнь.

Поэтому, недолго думая, я провел классическую двойку в голову — левой, правой. Оба удара достигли цели, но коротышка, к моему удивлению, устоял на ногах. Более того, встряхнув шевелюрой, он контратаковал, дотянувшись левой мне в печень.

От удара звезда шерифа вывалилась у меня из кармана и, позвякивая, покатилась по полу, остановившись на середине зала.

Злобный рыжий коротышка внезапно расцвел смущенной улыбкой, демонстрируя прорехи в зубах, и совершенно иным, спокойным и дружелюбным тоном произнес:

— Вы — новый шериф? Наконец-то! Мы вас заждались!

Глава 7

Шериф? Это он мне?

— Кхм… — я затруднялся, как лучше объяснить возникшее недоразумение.

— Мы ждали, что вы приедете, но не знали точно, когда. Подумали уже, не случилось ли чего в пути, времена-то нынче неспокойные, сами знаете, — коротышка не давал мне возможности вставить и слово. Он оказался на редкость болтлив, этот рыжий. Заметив, что я несколько растерялся, он повернулся и прикрикнул на собравшихся вокруг людей: — Чего встали! Расходись! Представление закончено!

После чего взял со спинки стула ремень с револьвером и болтавшимися наручниками, надел его, отцепил наручники, перевернул тело шулера и застегнул браслеты на его руках. Жирный Грэг поднес кружку с водой, и рыжий выплеснул ее содержимое прямо в лицо мошенника. Тот негромко застонал и открыл мутные глаза.

— Давненько на тебя люди жаловались, — пояснил ему довольный коротышка, — да все за руку схватить не получалось. Теперь болтаться тебе на суку, ворон кормить! Скажите, шериф?

— Кхм, — вновь повторил я, стараясь предать своему тону некую многозначительность.

Ну и нравы в этом чертовом городке — за передергивание карт готовы вешать без разговоров. Впрочем, может, оно и правильно…

— А вы, собственно…

— Ох, простите, где мои манеры! — сокрушенно воскликнул рыжий и протянул мне руку. — Бэнкси Мур, ваш заместитель!

От него пахло алкоголем и жареным луком. Рукопожатие у Бэнкси было столь же крепким, как и его голова. А то, что ростом он едва достигал моего плеча, нисколько не умоляло прочих его достоинств.

Но все же требовалось объясниться, иначе все могло зайти слишком далеко. Вот только шансов у меня не было.

— Ваше имя можете не называть, я и так его знаю! — продолжая трясти мою ладонь своей клешней тараторил Мур. — Мы все так обрадовались, когда нам сообщили, что сам легендарный мистер Эрп, гроза всех бандитов и негодяев по ту и эту сторону Дуная, был назначен новым шерифом в Карадж!

— Дуная? — глупо переспросил я, вычленив интересное. Кажется, так называлась одна из крупных рек моего мира. Но что-то не похоже, что я дома. Значит, название — простое совпадение. Следующие слова Бэнкси только убедили меня в этом.

— Кстати, вы давно в последний раз охотились на крокодилов? У нас в этом году их избыток. Лезут и лезут из реки, житья от них нет. Зато хорошие сапоги можно сшить, если подстрелить парочку!

Болтовня мистера Мура, или как его там, мне изрядно надоела. Я сжал покрепче ему руку, он начал давить в ответ, но, как оказалось, сил у меня было больше. Лицо Бэнкси покраснело от прилива крови, и стали отчетливо видны многочисленные веснушки. Но он не сдавался, это претило его боевой натуре. Когда я почувствовал, что еще чуть-чуть, и кости затрещат, отпустил.

— Уф! — Мур затряс рукой в воздухе, дуя на нее. — Ну вы и силач! Уж на что у меня хватка крепкая, но с вами на руках бороться я бы не стал!

— Хотел бы сказать… — вновь начал я, но тут шулер, к тому моменту окончательно пришедший в себя, резко дернулся, неожиданно пнул заместителя шерифа по ноге и бросился бежать, стремительно пролетев прямо сквозь поскрипывающие на ветру двери салуна.

— Вот же гад! — запрыгал на одной ноге Мур. — Прямо в мышцу попал, сволочь!

Я невольно улыбнулся, а Бэнкси, заметив мою улыбку, внезапно обиделся.

— Думаете, мы тут работать не умеем? Дыра у нас, думаете? Я вам сейчас покажу!

Негромко матерясь себе под нос, он, чуть прихрамывая, выскочил на улицу следом за беглецом. Народ, любопытствуя, потянулся следом. Хорошее зрелище всегда востребовано людьми, а, судя по всему, цирк предстоял еще тот.

Выйдя последним, я как раз успел на финал этой истории.

Шулер бежал по улице, стараясь перепрыгивать лужи и кучи коровьего и лошадиного дерьма, при этом высоко задирая ноги в лакированных штиблетах. За ним верхом гнался Мур, раскручивая над головой лассо.

Бросок — и петля захлестнула тело беглеца, крепко притянув руки к корпусу. Шулер покатился по земле и нырнул лицом прямо в одну из тех самых кучек навоза, которыми только что так столь явно брезговал.

Народ откровенно потешался. Мужчины грубо ржали, женщины, прогуливающиеся по деревянному тротуару, выложенному вдоль широкой части дороги, смущенно прикрывали лица веерами. Местные пацаны тут же вооружились камнями и принялись было обстреливать бедолагу, но грозный рык Мура мгновенно положил этому конец. Кажется, заместитель шерифа пользовался в городе уважением.

Я встал чуть в стороне от входа в салун, и Мур подъехал ко мне, таща на веревке перепачканного шулера. Тот растерял былой лоск и выглядел испуганным. На мгновение мне даже стало жаль его.

— Вы серьезно решили повесить этого человека? — с любопытством глядя на заместителя, спросил я.

— Пожалуй, на первый раз можно ограничиться общественными работами на благо города. Как считаете, шериф?

— Я не ше… — в который раз попытался рассказать правду я.

Но Бэнкси меня не дослушал и тут же громко сообщил:

— Кстати, ваша квартира уже готова. Все по высшему классу, не сомневайтесь! Но сначала неплохо было бы наведаться в управление… этого пристроить, — кивнул он на поникшего шулера, — да с парнями познакомиться! Все вас ждут!

— С парнями, говоришь? — переспросил я.

— Сегодня как раз все на месте, не считая Дряхлого Сэма. Он отправился охотиться за скальпами, обещал вернуться лишь к вечеру.

А что если… немного повременить с признанием? Тех двух мелких монет, что я нашел у скелета, явно не хватит на проживание в Карадже. Максимум, что ими можно оплатить — стакан дешевого пойла. Но не ночевать же на улице? А Мур сказал, что шерифу подготовлена квартира, и она уже ждет его… точнее, меня?

Вот только, как бы хуже не стало, когда обман все же вскроется. Местные, как я успел заметить, были людьми склонными к жестоким решениям и быстрыми на расправу. Наверняка, хоть кто-то знает нового шерифа в лицо, или, как минимум, у меня потребуют какие-то удостоверяющие личность документы. Одной звезды шерифа явно будет недостаточно.

Но сейчас на меня и так навалилась чертова куча проблем, так что… одной больше, одной меньше — плевать. Хотя бы переночую в чистой постели, приведу себя в порядок, а потом… решат повесить, как самозванца, значит, так тому и быть… хотя у меня еще оставалось пятнадцать патронов в патронташе, и шесть в барабане — в худшем случае, отобьюсь как-то.

— Хорошо, показывайте дорогу, мистер Мур, — кивнул я.

Но Бэнкси не спешил трогаться с места, он недоуменно смотрел на меня, словно ожидая чего-то.

— Проблемы? — мрачно прищурившись и ожидая очередного подвоха от судьбы, поинтересовался я.

— Шериф… а вы что, пешком?

Понятно, лошадку мою потерял. Оглядывается на коновязь, волнуется, не увели ли местные, пока я был в салуне.

— Люблю совершать пешие прогулки, — траурным голосом ответил я и сплюнул сквозь щель в зубах.

— Но… хм… понял вас, сэр! — судя по его виду, ничего он не понял, но уточнять не решился.

— Веди! — отрезал я.

Более не задавая лишних вопросов, Мур тронул поводья и неторопливо поехал по улице, подстраиваясь под мой шаг. Шулер благодарно взглянул на меня, и тоже зашагал размеренно, вместо того, чтобы бежать, спотыкаясь, за жеребцом Бэнкси.

Карадж, хоть и был преимущественно деревянным, все же внушал уважение. Мостовые вымощены камнем, причем очень качественно, проезжавшие мимо повозки даже особо не трясло; дома вокруг солидные — многие в два, а некоторые и во все три этажа, сделанные со вкусом, на совесть… ну или до первого пожара; лавки и магазинчики удивляли своим разнообразием, словно мы находились не в далекой провинции, как я понял из слов Мура, а во вполне респектабельном крупном городе; публика тоже была в основном солидная, одетая вовсе не в лохмотья: некоторые дамы блистали украшениями, а у мужчин из боковых карманов торчали золотые цепочки от часов.

И даже запахи стояли… приемлемые. Конечно, дерьмом воняло, как в деревне, но куда же деться от навоза. Кстати, улицы убирали. Я заметил тележку золотаря, собиравшего особо крупные коровьи лепехи. Цивилизация, мать ее!

— Кстати, — полюбопытствовал я, продолжая разглядывать город, — а куда делся ваш старый шериф?

— Пропал без вести пару месяцев назад, — посуровел лицом Мур, — может, мертв, а может, сбежал из нашего городка куда подальше…

Уж ни скелет ли этого самого шерифа я обнаружил у скалы? Нет, вряд ли. Иначе Бэнкси узнал бы шляпу и револьвер, да и значок тоже. Сколько же мертвых шерифов валяется в округе? В таком случае, возможно, останки принадлежали самому мистеру Эрпу, за которого меня приняли?

Итак, очередная загадка: было два шерифа, не осталось ни одного. Зато имеется неопознанный скелет со звездой. Плюс появился один самозваный шериф. Вопрос: какого дьявола здесь происходит?..

Мы миновали первый встреченный мной каменный дом, на котором висела лаконичная вывеска: «Банк». Прошли лавку аптекаря, взгляд зацепился за вывеску на соседнем доме: «Оружейная лавка» — вот куда я точно загляну в будущем. Вскоре позади остались и несколько постоялых дворов, и десятки домов горожан — эти были попроще, в основном одноэтажные, и теснились друг к другу впритык — видно, так легче было строить. Или же они подпирали друг друга, не давая соседнему развалиться на части. Откровенно богатых домов и особняков я пока не заметил. Вероятно, они располагались в другой, более состоятельной части города.

Где-то впереди раздался оглушительный паровозный гудок.

Святые угодники, да здесь и железная дорога имеется!

Мур, постоянно оборачивающийся в седле, заметил мой удивленный взгляд.

— Год назад до нас ветку дотянули, соединили с Седьмым Квадратом! Поезд пока раз в неделю, вот как раз сегодня пришел, — пояснил он, и тут же округлил глаза, поймав мысль: — Вы ведь на нем и прибыли, верно⁈..

Я не стал отнекиваться, лишь чуть пожал плечами, мол, угадал. Если не дать ему хоть какое-то объяснение, он начнет строить новые версии, и кто знает, до чего в итоге додумается.

— Прибыли! — сообщил Бэнкси, сворачивая чуть в сторону. — Наша резиденция!

Сказано было уверенно и даже с апломбом, на деле же на самом отшибе, у заросшего лопухами и густой травой пустыря, стоял довольно старый, слегка облезлый на вид двухэтажный домик. Первый этаж выглядел довольно широким и был выстроен из камня, а вот второй, очевидно, надстроен позже, и новый архитектор оказался ограничен в бюджете, которого хватило лишь на дерево… и поэтому дом напоминал пирамиду с крупным основанием и небольшой второй ступенью. Справа под навесом были привязаны несколько лошадей. Там же чуть дальше стоял дилижанс с зарешеченными оконцами, рядом с ним притулилась обычная телега.

Покосившаяся, давно не крашеная табличка над центральным входом гласила: «Управление шерифа по городу Карадж и округе».

Мур спрыгнул с коня, привязал его у коновязи и, схватив шулера за рукав, потащил его к дверям, морща нос от запахов, исходивших от задержанного. Я последовал за ними, придав своему лицу суровое выражение.

Внутри оказалось на удивление прохладно, особенно на контрасте с уличной жарой и духотой. В просторной приемной никого не оказалось. Обстановку составляли несколько столов, на которых вместо бумаг лежали лошадиные седла и сбруя, с десяток грубых табуретов, да пара высоких дубовых шкафов, наполовину заполненных толстыми папками в кожаных переплетах. Вторую половину полок занимали пустые и початые бутылки с алкоголем.

Из приемной вправо уходил коридор, а слева витая железная лестница вела на второй этаж.

Мур, громко ругаясь вслух, потащил свою жертву в дальний угол, в котором была оборудована зарешеченная камера. Пинком отправив шулера внутрь, заместитель шерифа запер дверь и подошел ко мне.

— Вот, собственно, тут наша берлога. Парни сейчас подойдут!

В ту же секунду послышался громкий грубоватый смех, и по лестнице со второго этажа кубарем скатился человечек в котелке. Следом за ним прилетел портфель. Котелок свалился с головы несчастного, и стало видно, что он лысый, как колено.

— Ты опять здесь? Пристрелю! — грозно прикрикнул Мур, и человечек, испуганно подхватив свой головной убор и портфель, бросился на выход.

Я вопросительно уставился на Бэнкси, и он не замедлил объяснить:

— Мерзкий тип, скажу я вам. Из банка. Все ходит и ходит, денег хочет по старому займу, но парни сегодня не в духе.

Шулер в камере засмеялся, и Мур погрозил ему кулаком.

— Погляжу, как ты будешь веселиться, когда до тебя дело дойдет!

На лестнице появились двое.

Один был совсем юнцом, едва усики над верхней губой пробились. Тощий, как молодое деревце, но такой же гибкий и ловкий. И быстрый взгляд, который он бросил на меня, выдавал в нем ум и наблюдательность. Опасный человек.

А вот второй оказался настоящим гигантом и обладателем густой бороды. Высотой явно за два метра, он весь бугрился могучими мышцами и был словно ходячая гора. Лестница жалобно скрипела под его весом.

— Парни, шериф прибыл! — торжественно провозгласил Мур и широким жестом указал на меня. — Мистер Эрп, перед вами парни. Тот, который худой, как спичка, зовется Тео «Змей» Хоскинс. А здоровяк откликается на имя Бург.

— С прибытием, шериф Эрп!

Оба заместителя подошли поближе и по очереди протянули руки для приветствия. С ними я не стал играть, как с Муром, в игру кто сильнее. Коротко поздоровался и присел на краешек стола.

И тут же перед глазами появились буквы:

«Поздравляем! Вы официально вступили в должность шерифа города Карадж и квадрата девять. Выполняйте свои обязанности честно, или же не выполняйте их. Все зависит лишь от вас! Ваши текущие глобальные цели: служить и защищать!»

Весьма любопытное сообщение. Получается, я все же обладаю некоей свободой воли? И опять упомянут некий квадрат номер девять. Интересно знать, насколько большая область подпала под мою юрисдикцию?

— Предлагаю слегка спрыснуть наше знакомство! — неугомонный Бэнкси уже доставал жестяные кружки из ближнего шкафа, оттуда же он выудил довольно объемную бутылку, и в мгновение ока разлил ее содержимое по посуде.

Я противиться не стал. Наоборот, добрая выпивка — это то, что мне сейчас требовалось.

Вот только все трое, и даже шулер в клетке, смотрели на меня как-то странно… словно ожидая чего-то.

Подняв кружку, я громко произнес:

— Служи и защищай!

После чего выпил ее содержимое одним долгим глотком… потом задержал дыхание на несколько секунд, прислушиваясь к внутренним ощущениям, и лишь убедившись, что жидкость пришлась моему организму по нраву — его обдало жаром, скрутило на мгновение и блаженно отпустило, — шумно выдохнул, ощутив, наконец, неописуемо вонючий аромат.

— Мощная дрянь! — похвалил я.

Бург басовито засмеялся, Мур захлопал в ладоши, а Змей Хоскинс заметил:

— С непривычки «Колотушка» валит с ног любого. Вы крепкий человек, мистер Эрп!

Входная дверь неожиданно распахнулась, и внутрь ввалился мужчина лет пятидесяти на вид, в кожаном плаще до пят. В руках он держал винчестер.

— А вот и Дряхлый Сэм! — обрадовался Мур. — Только отчего я скальпов не вижу?

Сэм на вид было вовсе не дряхлым. Наоборот, этот человек дал бы фору многим. Высокий, жилистый, он явно привык к кочевой жизни. Лицо его было испещрено следами от оспы, к счастью, борода скрывала большую часть изъянов. От виска до скулы шел старый шрам.

Мне показалось, что он чем-то сильно взволнован, хотя и старается не подавать виду.

Я поднялся на ноги.

— Это наш новый шериф, — представил меня Бэнкси. — Тот самый мистер Эрп!

— Мое уважение, — приподнял шляпу Сэм. Я кивнул в ответ. Сэм продолжил: — У меня для вас плохие новости, шериф. Малыш Билли и его ребята в городе. Только что завалились в «Два мустанга». Пьют. Что будем делать?

— Дьявол! — воскликнул Бэнкси, потрясая рыжей шевелюрой. — Мы же только оттуда! Все было тихо и спокойно!

Шулер в клетке вновь обидно засмеялся. Мур кинул в него пустой кружкой, но промахнулся.

Признаться, я понятия не имел, что мы должны делать с этой информацией, и перевел недоуменный взгляд на Мура. Тот пояснил:

— Билли и его банду разыскивают по нескольким квадратам. За его голову дают пятьсот монет, и по сотне за каждого его бойца. На их счету минимум три ограбления банков и множество убийств. Вот только людей у него два десятка, а нас всего четверо… хм… теперь пятеро. Вряд ли мы сможем что-то им противопоставить. Поэтому они и являются в Карадж, когда вздумается. Трахают шлюх, да заливаются пойлом по самые уши. Потом сваливают, и если за время визита никого не грохнут, считай, зря приехали…

Остальные парни молчали, оценивающе поглядывая на меня. Дряхлый Сэм плеснул себе «Колотушки» из бутылки и залпом выпил.

Я думал. Мне все это чертовски не нравилось. И все же я решил уточнить:

— А что делал прежний шериф в подобных случаях?

Бэнкси пожал плечами:

— А что он мог сделать? Ничего. Игнорировал. Парни погуляют, отведут душу и уедут, так он говорил.

Неплохое решение. Прежний шериф был мудрым человеком. Зачем мне новые проблемы, старые бы решить. Я ведь еще даже не увидел свою квартиру, не смыл с себя грязь и дорожную пыль… что мне за дело до каких-то местных бандитов?

Но где-то в районе моего солнечного сплетения появилось невнятное ощущение, словно туго стянутая пружина желала распрямиться, но у нее никак не получалось это сделать. Неприятное чувство, такое бывает, когда забыл нечто важное и никак не можешь вспомнить.

Я до хруста в костях потянулся, разминая мышцы, взглянул на опустевшую бутылку «Колотушки» и предложил:

— Парни, что-то у меня снова в горле пересохло!.. А не прогуляться ли нам до «Двух мустангов»?

Глава 8

Надо сказать, ребята в управлении шерифа подобрались бравые. Никто и глазом не моргнул, и прочими средствами не выразил недовольство. Наоборот, Дряхлый Сэм тихонько пробормотал себе под нос:

— Наконец-то мужчину прислали… может, хоть что-то изменится…

— Если кто-то не желает сопровождать меня, пусть скажет об этом сразу! — поинтересовался я тоном, не предвещавшим ничего хорошего. Но, в конце концов, люди вправе сами решать собственную судьбу. Я лишь могу помочь им отправиться на тот свет поскорее, если они того пожелают.

— Мы все с вами, босс, — пробасил Бург, оглаживая густую бороду, — давно пора действовать… а то только козам хвосты крутим!

— Я с вами, — немногословно подтвердил Тео.

— В нас с дряхлым Сэмом и не сомневайтесь, мы за любое веселье, кроме отсутствия «Колотушки»! — хмыкнул Мур. — Вот только, сдается мне, джентльмены, нам нужно заранее подготовиться к прогулке?..

— Согласен, — скептически оглядел всю компанию Сэм, — сейчас схожу в оружейную комнату, посмотрю, что там у нас завалялось на такой случай…

Наличие подобной комнаты в управлении вызывало у меня оптимизм. Не то, чтобы я планировал устроить кровавый ад в «Двух мустангах», но иметь в качестве аргумента нечто внушительное никогда не бывает лишним.

И Дряхлый Сэм не подвел меня в ожиданиях. Он ушел в коридор на первом этаже, и через несколько минут вернулся, держа в охапке несколько винчестеров. Грудой вывалив их на стол, он вновь удалился и в этот раз явился, сияя довольной улыбкой, и толкая перед собой настоящего монстра — многоствольный пулемет. Семь стволов, установленных по кругу, крепились на стабильной железной основе, по бокам у которой имелись два высоких колеса. Оружие приводила в действие рукоять, которую требовалось непрерывно крутить.

— Наша гордость, — пояснил Мур, нежно поглаживая пулемет, как котенка, — пришлось за это удовольствие выложить бешеную кучу денег, но оно того стоит!

— Вы за собственные средства должны закупать вооружение? — удивился я.

— Наш мэр… он очень скуп. Не выделяет достаточно финансирования, а работать-то как-то надо, нас здесь всего четверо, сил на все не хватает… вот и приходится крутиться…

— Четверо — это все? А кто же дежурит на дозорных вышках? Я видел там вооруженных людей.

— То люди Дикси. К нам не имеют никакого отношения. Думаю, в скором времени вы и сами с ним познакомитесь, шериф.

Становилось понятно, отчего управление находится в таком упадке — городские власти попросту зажимают деньги на его содержание, а бывший шериф ничего не мог с этим поделать. Не оттого ли он и покинул город, решив поискать удачу в другом месте?..

— Получается, тот человек в котелке… — догадался я.

— Точно, босс, он как раз и приходил требовать обратно займ за пулемет. Тысяча монет, как-никак… золотом!

— Каков наглец! — осуждающе покачал я головой, ничуть не удивившись ценам на это шикарное оружие, больше напоминающее произведение искусства. — В то время как вы честно несете службу, охраняя город от всякой мрази, этот мерзавец смеет требовать жалкие деньги, вместо того, чтобы внести свой посильный гражданский вклад в стабильность и процветание Караджа!

Бэнкси восхищенно зааплодировал. Тео одобряюще улыбнулся. Бург покивал. А Сэм… тот времени не терял, заряжая металлическую кассету с патронами к пулемету.

Закончив свое дело, он выложил на стол круглый предмет, размером с яблоко.

— Неужели это… — не поверил я глазам.

— Граната, — кивнул Сэм, — правда, дымовая. Последняя осталась. Мистер Бург, возьмете?

Здоровяк кивнул и сунул гранату в карман.

— Вот теперь можно и выдвигаться, — удовлетворенно сообщил Сэм, — командуйте, шериф Эрп!

Я прикинул ситуацию. Оружия у нас было достаточно, но людей — маловато. Требовалось провести рекогносцировку на местности, но на это не было времени. Банда могла в любой момент сорваться с места, и ищи ветра в поле. Оставить их в покое я теперь тоже не мог — пообещав своей команде шоу, я поставил на карту собственную репутацию. И жизнь, кстати, тоже, свою и всех четырех заместителей… но подобные мелочи здесь мало кого волновали.

— А пулемет?

— На телеге довезем.

— На ней его и оставишь, — приказал я, — развернешь телегу задом к входу. Кто у нас лучший пулеметчик?

— Мистер Хоскинс.

— Так вот, мистер Хоскинс, — повернулся я к юноше, — вы останетесь за орудием. Если начнется заварушка, убивайте всех, кто покажется вам враждебно настроенным, а таких будет большинство. Вопросы?

Тео слегка поклонился, показывая, что понял свою задачу. Я продолжил:

— Мы же с вами, джентльмены, зайдем внутрь. Действовать будем по ситуации. В случае проблем, Бург, бросайте гранату и устройте нам дымовую завесу. Помните, ваши жизни — это достояние города, не разбрасывайтесь ими попусту!

— Золотые слова, шериф! — похвалил Дряхлый Сэм. — Мы будем осторожны! Не хотим оставлять плачущих вдов с детьми.

Мур громко расхохотался, Бург крякнул, Змей Хоскинс ухмыльнулся в тонкие усы.

— У него нет жены, сэр, — пояснил гогочущий Мур, — и детишек нет. Разве что те, о которых он и сам не знает.

— Но это не мешает мне заботиться об их душевном здоровье, — невозмутимо ответил Сэм, чем вызвал очередной приступ смеха у Бэнкси.

— Что же, — подытожил я, — выступаем, господа!..

Очередное сообщение предупредило меня:

«Внимание! Вы активировали необязательную задачу „Банда грабителей“. Возможные достижения: повышение репутации. Возможные потери: смерть».

Хм, забавно. Репутация в обмен на потенциальную гибель. Как по мне, не слишком честные ставки, но что делать? Я сам назвался шерифом, польстившись на бесплатное проживание. Теперь приходится отрабатывать.

До места мы добрались быстро. Мне выделили смирную лошадку, прижимающую от страха уши. Я сел в седле, как влитой, тронул поводья, и моя кобыла послушно двинула вперед по улице.

Справа ехал Бэнкси, указывая путь. Чуть позади держались Сэм и Бург, а Хоскинс правил повозкой, в которую совместными усилиями затащили и закрепили пулемет. Помимо винчестеров, у каждого был револьвер, а то и два. Бург крест-накрест нацепил на грудь ленты с патронами, Змей щеголял в длинном кожаном пальто и высоких, начищенных до блеска сапогах.

Я интуитивно перевесил кобуру налево, развернув револьвер рукоятью вперед. Что-то подсказало мне — так будет лучше. Если выживу, надо будет обязательно обзавестись вторым револьвером, и носить его справа. Дряхлый Сэм покосился на меня, но ничего не сказал, а остальные и не заметили мои манипуляции.

Выглядели мы пестро.

Прохожие, лишь завидев издали столь грозную процессию, на всякий случай шарахались в стороны, а потом долго глазели вслед. Встречные повозки уступали дорогу.

— «Два мустанга»! — сообщил Мур, но я уже и сам заметил знакомую ярко-красную вывеску. Лошадей перед заведением было куда больше, чем час назад. Мальчишка-помощник едва успевал подкладывать им сено и подливать воды в поилки.

— Действуем по плану! — напомнил я.

Хоскинс ловко развернул повозку и приготовил пулемет для стрельбы. Мы же спешились и пошли к зданию. Еще с улицы я услышал гул голосов, раздающийся изнутри, невнятные выкрики, звонкий женский смех и громкую музыку. Кажется, там играл целый оркестр.

Внезапно грянул выстрел. Все на мгновение затихло, кто-то взвизгнул, но тут же музыка заиграла вновь. Веселье продолжалось.

— Ну, с богом! — сказал Мур.

— Сами справимся!

Мы вошли в салун. Я остался стоять по центру, остальные тут же рассредоточились слева и справа. В первые мгновения никто не обратил на наше появление ни малейшего внимания, и я успел осмотреться по сторонам.

Состав посетителей сменился. Судя по всему, местные предпочли ретироваться, а их места заняли пришлые, отличить которых было легко — каждый из них носил красную повязку чуть выше левого локтя.

Вместо одинокого тапера теперь играло трио: пианино, банджо и губная гармошка. А на импровизированной сцене задорно танцевали девицы низкой социальной ответственности. Их было пятеро, и еще столько же болтались по залу, поднося гостям стаканы и закуску, или же, сидя у них на коленях, бесстыже задирали подолы платьев и позволяли себя беззастенчиво тискать.

Жирный Грэг, владелец забегаловки, мрачно стоял за стойкой и протирал стаканы. Перед стойкой лежал труп без красной повязки — вот и последствия услышанного нами выстрела. Кто-то из местных нарвался на неприятности.

Но главное — посреди зала теперь стояла крупная клетка, в которой находился прыгун — почти полная копия тех, каких я встретил в заброшенном доме. Только этот был не зеленый, как прежние, а темно-серый, почти черный. Теперь, при ярком солнечном свете, я сумел прекрасно его рассмотреть. Как я мог хотя бы на миг принять его за человека, совершенно не понятно. Сейчас подобной ошибки я бы не допустил. Отростки на его голове постоянно шевелились, сканируя местность, средоточие в центре грудины пульсировало. Серый прыгун не проявлял активности, просто замер посреди клетки и не двигался, даже не пытаясь выломать прутья. Почему? Здесь в салуне достаточно тепло, уж не это ли явилось причиной заторможенности прыгуна? Еще тогда, когда я бежал из дома у леса, мне пришла в голову мысль: твари прятались в подвале не просто так, им нужен был холод, царивший там. И теперь я находил подтверждение своим предположениям.

Самое интересное, что на прыгуна никто не обращал особого внимания. Взгляды людей падали на тварь, но без особого интереса перескакивали дальше. Такое ощущение, что подобное существо здесь было вполне обыденным явлением. Наверное, посади они в клетку обезьяну, и то внимания было бы больше. Клетка была заперта на большой навесной замок.

Главаря банды я вычислил сразу. Вокруг него крутились самые красивые девицы, а его стол стоял по центру, с видом на сцену. По обе стороны от Малыша Билли сидели два здоровяка, на столе перед ними лежали револьверы. Готовы к драке. Значит, не так уж свободно себя здесь ощущают, опасаются. Это хорошо.

Малыш Билли был невысок, и походил бы на подростка, если бы не его глаза. Он смотрел, словно хищный зверек — куница или хорек, готовый в любую секунду вцепиться в глотку врагу. Опасный тип, его надо убить первым.

— Это же он, — гневно воскликнул кто-то слева от меня, — вот этот ублюдок вырубил меня!

Из-за стола вскочил мужчина. Я узнал его — Шакал Джо, так, кажется, назвал его Мандела. Очухался, значит?

Взгляды всех присутствующих, разумеется, тут же переместились на нашу бравую команду. Музыка сама собой стихла, даже девицы примолкли, опытными задами чуя грядущие проблемы.

— Ба! — Малыш Билли лениво поднялся на ноги, но его медлительность меня не обманула. Я чувствовал, что он может быть быстрым… очень быстрым. И револьвер лежит прямо перед ним — только руку протяни. — Да у нас гости⁈..

Бэнкси Мур поднял левую руку вверх, привлекая внимание. Он явно хотел что-то сказать, но я опередил.

— Джентльмены, — лениво протянул я и сплюнул сквозь зубы, — именем закона, вы все здесь арестованы.

Пожалуй, разденься я сейчас до того вида, в котором путешествовал по лесу, и то эффект был бы меньший.

Билл согнулся пополам от хохота, остальные не отставали. Даже Шакал Джо заливался неприятным дробным смехом, издали тыкая в меня пальцем.

Руки у меня сами собой сжались в кулаки, глаза слегка прищурились. Я очень не любил, когда надо мной потешались.

Зрение у меня словно слегка расфокусировалось, стало схематично-объемным, и теперь я видел все цели в помещении — и зафиксировал в памяти положение каждого. Почему раньше так не было?

«Активирован боевой режим стрелка».

Вот, значит, как я умею? Очень хорошо!

— Как ты сказал? — переспросил Билли, смахивая выступившие у него на глазах слезы. — Именем закона?

Повторять я не собирался. Вся эта ситуация начала выводить меня из себя. Чем, мать его, занимался прежний шериф, что уважение к нему у местных бандитов ниже плинтуса. При том, что заместители, как минимум, не празднуют труса, я бы такое почувствовал.

— Теперь в городе новый шериф! — сказал я. — Мое имя Эрп. Советую запомнить!

Билли резко перестал смеяться.

— Бэнкси, приятель, — повернулся он к Муру, — кого это ты ко мне привел?

Коротышка молчал, готовый к бою.

— Сэм, старина, — Билли перевел взгляд на второго заместителя, — не узнаю вашу компанию. Совсем страх потеряли?

— Молчать! — прервал я его резким голосом. — Выполнять приказ!

Билли лениво посмотрел на меня, но я не обманулся, через секунду он начнет действовать.

— Ты мне угрожаешь? Ты хоть знаешь, кто я?

— Наслышан, — пожал я плечами, — Малыш, кажется? К сожалению, я не Карлсон. Так что дружить не будем.

— Не знаю, кто такой Карлсон, но ты зря назвал его Малышом, — сквозь зубы выдохнул Бэнкси, — он этого не любит.

Но я и сам уже об этом догадался. Лицо Билли исказилось от злости, и он дернул руку к револьверу.

Эх, не получилось по-хорошему. Вот почему всегда так?

Мое сознание переполнила ярость, и в то же время я действовал совершенно осознанно.

Ведь какая лучшая инструкция по управлению гневом? Правильно: закрыть глаза, сделать глубокий вдох-выдох, открыть один глаз, стрелять…

Меня хватило исключительно на последнее действие.

Время словно растянулось. Мое тело действовало само по себе. Мгновенно выхватив правой рукой оружие из кобуры, — вот где сыграло роль, что рукоять была повернута наоборот, — левой тут же взвел курок.

Выстрел.

Все действие заняло короткое мгновение, и я без особого труда опередил Билли, который все еще тянул рукоять своего револьвера.

Пуля угодила Малышу прямо в голову, разнеся череп в крошки. Отличный выстрел! И что же, интересно, пихают в патроны? Ощущение, что выстрелил разрывным. Прежде, когда стрелял в прыгуна в лесу, такого эффекта не было.

На стоявших за ним девиц брызнуло красно-белым, липким и склизским, с обломками черепа вперемешку. Они истошно завизжали и бросились в разные стороны.

И тут началось. Смерть Билли ничего не решила, наоборот, подстегнула его людей к сопротивлению. К счастью, они были уже изрядно пьяны и поэтому медлительны, а оружие было у нас в руках.

Но их было больше, и они были уверены, что легко с нами справятся.

Справа и слева ударили винтовочные выстрелы — это Сэм, Бэнкси и Бург начали свою игру. Я успевал контролировать все вокруг, но при этом видел и свои цели.

Мои руки работали в высоком темпе, как хорошо отлаженный механизм.

Взвести курок, выстрелить. Сместиться чуть в сторону. Еще раз взвести, снова выстрелить. И так пять раз подряд, пока не кончились патроны в барабане.

Перевернул ближний стол, укрылся за ним и начал лихорадочно перезаряжать револьвер, переломив его пополам. Очень удачная конструкция, вот только пальцы слегка тряслись от адреналина, и пара патронов упали на пол.

В сантиметре от моей головы в столешнице образовалась дырка размером с кулак. Кто-то засек место, где я укрылся, и пытался меня прикончить.

Почему же Берг все не бросает гранату?

Я как раз зарядил последний патрон и кувырком ушел в сторону, встал на одно колено и выстрелил в человека на лестнице. Попал в плечо. Его развернуло, нога соскочила со ступени, он с грохотом покатился вниз, выронив оружие.

Сбоку на меня с угрожающим криком набегал толстый мужик со стулом в одной руке и здоровенным тесаком в другой. Рот его был оскален, стул, который он держал за одну из ножек, через мгновение готов был обрушиться на мою голову.

Вот только он позабыл, что на перестрелку с ножами не ходят. И тем более со стульями.

Пришлось потратить на него два выстрела, уж больно крупный оказался. Я побоялся, что слой жира защитит его, поэтому подстраховался.

Но нет. Обе пули легли как надо. Мужика отбросило назад, словно его снес с места гигантский маятник.

Я пробежал чуть вперед, прыгнул ласточкой, прокатился по барной стойке и свалился по другую ее сторону, пытаясь восстановить сбившееся дыхание.

Тут же за стойкой обнаружил спрятавшегося хозяина заведения. Жирный Грэг съежился в самом углу, по его спине текло пойло из разбитой бутылки на стойке. Заметив мое появление, он угрюмо поинтересовался:

— А кто мне оплатит все это?

Никакой благодарности! Что за народец? Только о деньгах и думают!

— Запиши на счет мэра, пусть выделит средства из городского бюджета! — ответил я, лихорадочно дозаряжая барабан. После разберемся… если живы останемся.

Лицо Грэга после этих слов мгновенно повеселело, он даже подмигнул мне, но помогать и не подумал. Мол, не его это дело, с бандитами воевать.

Между тем в салуне продолжалась бойня. Пороховой дым разъедал глаза, грохотали выстрелы, кричали от боли люди.

Я понятия не имел, уцелели ли мои парни, но надеялся, что люди они опытные, понапрасну рисковать не станут. Хотя наше появление в «Двух мустангах» само по себе было неоправданным риском. Но… работа у них такая, что поделать.

На мгновение выглянув из-за стойки, я оценил ситуацию. Все было плохо. Часть людей Билли мы уничтожили, но остальные загнали моих замов в практически безвыходную ситуацию. Все трое укрылись за массивным перевернутым на бок столом и отстреливались. Но позиция у них оказалась не самая выгодная, их уже начали обходить с двух сторон. Нужно было срочно что-то предпринять!

Высунувшись в очередной раз из-за стойки, я обратил внимание на клетку, так и стоявшую посредине зала. Прыгун не обращал ни малейшего внимания на перестрелку. Он все так же бесцельно торчал посреди клетки, не пытаясь выбраться наружу, а отростки на его голове вяло шевелились. Вот кто мне поможет!

Как там предупреждал меня невидимый помощник? Будьте осторожны, слабые долго не живут?

Сильные живут еще меньше. А уж если выбирать, кем сдохнуть, то лучше оставить в себе хоть каплю самоуважения.

Стремительно выскочив из-за стойки, я начал стрелять по клетке. Мимо, опять мимо — и это с повышенной-то меткостью? Слишком уж мелкая мишень, а отдача у револьвера сильная, ствол ходуном ходил… Последняя пуля все же попала в цель, сбив дужку замка.

Прыгун заметил это, тут же оказался рядом и толкнул дверцу. Она легко поддалась, распахнувшись наружу.

Тварь сделала шаг вперед и оказалась на свободе.

В тот же момент в центре зала глухо взорвалась граната, и все вокруг заволокло густым дымом.

Глава 9

Я успел заметить, как монстр замер на мгновение, а потом стремительной тенью бросился вперед. Если бы я не ждал от него подобного фокуса, то вряд ли уследил бы за этим движением, настолько оно было молниеносным.

Дым быстро расползался по залу, уже в двух шагах сложно было что-то разглядеть.

Кто-то дико и страшно заорал от невыносимой боли, и тут же вновь завизжали девки, но в этот раз не деланно-жеманно, а по настоящему испуганно, с животным ужасом, идущим из самой глубины естества.

Я спрятался обратно за стойку. Жирный Грэг рядом трясся от страха.

— Где второй выход? — крикнул я, стараясь перекричать визг и не прекращающиеся выстрелы.

Грэг, словно опомнившись, пополз на карачках вдоль стойки, в конце которой обнаружился выход в кухню. Понятно, черный ход там.

Я же лихорадочно начал вновь перезаряжать револьвер — без оружия в этом аду было не комфортно, — но успел зарядить всего две каморы, как в бутылки, стройными рядами стоящими на полочках сверху, что-то с силой ударило. Несколько бутылок разбилось, обдав меня своим содержимым вперемешку с осколками, другие попадали вниз. А вместе с ними упал и прилетевший предмет из зала.

Это была оторванная человеческая голова. Я даже узнал лицо человека, которому она некогда принадлежала, — Шакал Джо закончил свой земной путь в салуне «Два мустанга». Туда ему и дорога, и мне нисколько не было его жаль.

Вот только, кажется, я немного недооценил способности прыгуна. Прошлые, зеленые, были не такими шустрыми, иначе вряд ли у меня получилось бы так просто прикончить одного из них. И Лилуйа убила двоих достаточно легко, но она явно знала, как с ними справиться. Я же действовал тогда наугад, и мне попросту повезло.

Этот же новый серый прыгун был явно многократно сильнее своих собратьев. Мощнее, быстрее и опытнее. Как матерый вожак в волчьей стае, знающий и как загнать жертву, и в какой момент вцепиться в глотку.

— Отступаем! — крикнул я в надежде, что парни меня услышат, и пополз следом за Жирным Грэгом в проем прохода. Мне нужен был простор и свежий воздух. К тому же я надеялся, что Змей Хоскинс не упустит своего шанса.

Звякнули стекла — кто-то запустил столом прямо в окно, и тут же на улице застрочил пулемет. Хоскинс вступил в игру. Теперь орали и на улице и в доме. Пулемет тарахтел без умолка. Змей отрабатывал свое жалование по полной программе.

Выбравшись в кухню, я бросился в дальний ее конец, где виднелась приоткрытая дверь черного хода. Жирный Грэг уже сбежал, повара покинули помещение еще раньше, так что кухня была пуста.

Уже добравшись до двери, я услышал за своей спиной знакомое утробное урчание — такое ни с чем не спутаешь — низкое и басовитое. Резко пахнуло болотом и сыростью.

Дьявол!

Развернувшись, я увидел сквозь дым, проникший и в кухню, силуэт прыгуна. Он чуть присел, готовый броситься. Нарост в центре его груди пульсировал ярко-лиловым цветом. Если бы не эта пульсация, я и не разглядел бы тварь, даже несмотря на свое активированное зрение стрелка — в дыму оно работало не лучшим образом.

Один за другим я высадил по твари оба патрона и прыгнул, выбивая дверь плечом. Солнечный свет ударил в глаза, на мгновения ослепив. Я упал неудачно, на бок, сильно ударившись рукой и плечом, но тут же вскочил и бросился вокруг дома, буквально чувствуя за своей спиной присутствие прыгуна.

Дался же я ему!

И все же я успел завернуть за угол. Лошади дико ржали и рвались с коновязи.

Хоскинс, азартно что-то крича, в упор расстреливал выбегающих из дверей и вываливающихся из окон бандитов. Дуло пулемета дымилось. Грохот стоял такой, что уши мгновенно заложило.

— Сюда! — заорал я. — Стреляй сюда!

Слава богам и демонам, он меня услышал, хотя сделать это было сложно: крики, стоны, звуки выстрелов создавали неимоверный шум и какофонию. Скорее, Тео просто увидел, как я призывно машу рукой.

Одним рывком развернув пулемет в мою сторону, Хоскинс успел как раз вовремя. Прыгун, выскочивший следом за мной, оказался как раз на линии огня.

Тео умел стрелять. Уж не знаю, где он успел так натренироваться — пулеметные патроны наверняка стоили баснословно дорого, и такая практика была бы буквально на вес золота. А может, у него просто был природный талант.

Первая же очередь попала в цель. Пули бросили тело прыгуна на стену салуна, разворотили мясо и кости, легко пробивая тушу насквозь и вырывая целые куски плоти. Правая лапа твари отлетела в сторону, перебитая в локтевом сгибе, одна из опорных ног болталась исключительно на сухожилиях. Одна из пуль угодила в череп, выбив из него изрядный кусок вместе с двумя отростками-щупальцами.

И все же прыгун был еще жив. Более того, он вновь пер на меня, полз с изрядной скоростью, пытаясь дотянуться уцелевшей лапой до моего тела.

Но вторая пулеметная очередь довершила дело, пройдя наискось сквозь тело твари и пробив, наконец, пульсирующий нарост.

Тело монстра остановилось буквально в шаге от меня, и его неестественно длинная конечность в последнем предсмертном движении почти сумела достать до моей ноги.

Я сделал шаг назад, и когти твари глубоко впились в землю в том месте, где я только что находился.

Прыгун еще раз дернулся и издох.

Мой особый режим зрения в этот момент отключился, и я стал видеть окружающее, как прежде. Понять бы, как им управлять, жить стало бы существенно легче. Судя по всему, режим стрелка включился в момент опасности, добавив мне преимущества перед другими. Вот только произошло это само собой, а мне бы хотелось уметь им управлять… обязательно разберусь, как это работает, пусть только выдастся свободная минутка.

Я бросил взгляд на Тео. Он чуть скривил губы, что означало у него радостную улыбку. Змей был доволен собой.

Теперь я увидел, что с десяток бездыханных тел уже валялись перед салуном. К счастью, ни одного из заместителей среди них не было.

— Метко стреляете, мистер Хоскинс! — похвалил я, вытирая пот со лба. — Славная вышла бойня!

— Благодарю вас, мистер Эрп, — кивнул он, вновь разворачивая пулемет на двери, из которой один за другим выходили люди с поднятыми вверх руками. Лица многих были окровавлены, некоторых тащили под руки, один держал оторванную руку, другой вышел, пошатываясь и пытаясь запихнуть обратно вывалившуюся колбасу кишок.

Всего из банды Малыша Билли уцелели восемь человек, но трое из них были тяжело ранены. На первый взгляд — не жильцы. Получается, мы, совместно с прыгуном, уничтожили более десятка бандитов. Неплохой результат для первого раза!

Бург вывалился из дверей салуна, таща за ногу отбрыкивающегося человека. Последний. Бэнкси и Сэм уже находились снаружи, контролируя бандитов. Кажется, Дряхлый Сэм тоже получил ранение, на его рубашке проступило пятно крови, но он не обращал на это ни малейшего внимания. Остальные заместители на первый взгляд были целы и невредимы.

Пленных выстроили в ряд напротив повозки с пулеметом. При желании Хоскинс одной очередью мог покончить с остатками банды. Он косился на меня, ожидая команды или иного решения, но я молчал, обдумывая, как поступить правильнее.

— Вяжите их и в камеру! — приказал я, наконец. — Пусть их участь решит честный суд. Для раненых вызовите доктора…

Бург и Сэм не заставили меня повторять дважды, и за несколько минут надежно связали руки каждого из выживших бандитов. После чего колонна потянулась в сторону управления, раненых тащили на себе их подельники. Позади ехала повозка, которой управлял Хоскинс, на его коленях лежал винчестер.

Я задумчиво наблюдал за удаляющейся процессией, пока перед глазами не вспыхнуло:

« Внимание! Вы выполнили задачу „Банда грабителей“. Повышены показатели: репутация, меткость, удача. Вы участвовали в победе над существом „Прыгун“. Класс врага: продвинутый монстр. Повышен показатель: тактический лидер».

Хм, значит я не ошибся, и этот последний прыгун отличался от других. Продвинутый монстр, надо же… как по мне, это была самая опасная тварь, которую я встречал в своей жизни.

Бэнкси, оставшийся на поле боя, подошел к мертвому прыгуну, вытащил нож и начал деловито снимать с него остатки скальпа вместе с болтающимися отростками.

Уж не на подобную ли охоту выходил и Дряхлый Сэм, но вернулся с пустыми руками? А я грешил было на то, что он выслеживал соплеменников Лилуйи. Но в городе спокойно ходили и другие краснокожие, и никто не обращал на них особого внимания — значит, это было в порядке вещей.

Приблизившись к туше прыгуна, я пнул ее ногой и вопросительно взглянул на Мура.

Тот пожал плечами:

— За этот скальп мэр отвалит кучу монет.

Вот же черт! Знал бы об этом, снял бы скальпы с первых трех прыгунов, тем более что Лилуйа не проявила к ним ни малейшего интереса… разве что после она не вернулась к телам и сделала это сама. Так вот почему утром она исчезла столь рано, даже не попрощавшись! Впрочем, по честному, два скальпа из трех и так принадлежали ей по праву, но я бы и от одного не отказался, зная его истинную цену, глядишь, в карманах начало бы позвякивать золотишко.

— И много за такое платят?

— За серого не меньше трех сотен серебром, — прикинул Бэнкси, — есть еще зеленые, за них по сотне дают. Плюс за каждого человека Малыша Билли по сотне, да за него самого пятьсот. С вами выгодно иметь дело, шериф!

— Надеюсь, в этой куче денег имеется и моя доля? — прищурился я.

Мур часто заморгал, как невинная девица на выданье.

— Конечно, сэр! По всем правилам! Половина ваша, остальное поделим между собой мы с парнями.

Я удовлетворенно кивнул. Кажется, денежный вопрос на первое время оказался закрытым. Этих денег явно хватит на кров и пищу, а дальше видно будет. Судя по всему, я здесь надолго, если не навсегда, и хочешь — не хочешь, придется как-то устраиваться. Чем больше монет будет в моем кошельке, тем увереннее я буду себя чувствовать. Как только во мне уличат самозванца — а рано или поздно это произойдет, — то выбора будет лишь два: бежать или отвечать перед законом. Но для бегства потребуются изрядные средства, и первый шаг к финансовой независимости я только что сделал. Да и от непогрешимой руки закона зачастую вполне можно откупиться… было бы чем.

Я подошел к дому заглянул в выбитое окно салуна. Внутри все было залито кровью, а само помещение более походило на скотобойню. Повсюду валялись оторванные конечности и мертвые тела. Прыгун продвинутого класса порезвился тут во всю, уничтожив с десяток человек буквально за несколько минут.

Удивительно даже, что его держали в простой клетке, а он особо и не рвался наружу, пока я не сбил замок выстрелом. Как видно, плененный, он терял волю к сопротивлению, но лишь получив свободу, тут же начал делать то, что умел — убивать.

Улица вокруг была пуста, местные благоразумно попрятались по домам, выжидая, чем кончится дело. Из-за угла дома, шагах в ста он меня, выглянул Жирный Грэг, опасливо поглядывая на происходящее. За ним показались с пяток девиц, испуганных и зареванных. Привыкшие за свои жизни ко всякому, они на поверку оказались совершенно не готовы к столь массовой кровавой резне.

Махнув рукой Жирному Грэгу, я терпеливо ожидал, пока тот приблизится, и когда он опасливо подошел, непрестанно вытирая пот со своего широкого лба, приказал:

— Все кончено, можешь возвращаться в заведение. Боюсь только, мы там сильно напачкали… мертвецов убери на ледник, пусть пока побудут там, и чтобы ни одно тело не пропало! Мне их еще под расчет сдавать! Жду тебя завтра в управлении с полным перечнем причиненного ущерба. Скажем, подходи в полдень. Вопросы?

Вопросов у него не было. Грэг суетливо закивал, словно до сих пор не верил в грядущую компенсацию, и, тяжело переваливаясь, побежал к входу в салун. Девицы потянулись за ним следом. Работы им сегодня предстояло много, и вовсе не той приятной, за которую довольные клиенты платят монетой.

— Что будем делать с лошадьми? — спросил Мур, весело глядя на меня хитрыми глазами.

— А что с ними? — не понял я.

— Наши трофеи, — он обвел широким жестом лошадей, привязанных к коновязи. — Можно продать и заработать…

Я задумался. Заработать, конечно, хорошо, но…

— Значит так, выбери с десяток самых лучших — этих мы оставим себе, пригодятся. Остальных можешь продать, деньги принесешь мне.

— Все сделаю, мистер Эрп, — заулыбался Бэнкси, — даже не сомневайтесь. Я в этом городе отлично знаю тех, кто даст лучшую цену.

— Вот и славно, — я подошел к коновязи и отвязал свою кобылку. Вид у нее был перепуганный. Еще бы, столько шума, стрельбы и крови вокруг.

Обратно я ехал не спеша, лениво поглядывая по сторонам. Накатила усталость, все же я с утра на ногах, и столько событий произошло за этот день, что хватило бы на целую неделю, а то и дольше. Организму требовался продолжительный отдых, но дела на сегодня еще не были закончены.

Новости об уничтожении банды Малыша Билли уже разлетелись по городу. Мужчины уважительно приподнимали головные уборы при виде меня, женщины улыбались и махали вслед. Вот только подойти и заговорить никто не решился, мой вид их отпугивал. Грязный, злой, с недобрым взглядом — в их глазах я был в чем-то даже страшнее людей Билли. То было зло давнее, знакомое, понятное. А вот что ожидать от нового шерифа, не знал никто. Пожалуй, даже я сам.

Подъехав к управлению, я умылся на улице в поилке для лошадей, с наслаждением смывая с себя кровь и грязь. Завтра с утра надо бы найти чистую одежду, в этой уже стыдно показываться на люди.

В управлении царил ажиотаж. В клетке теснились задержанные, несчастный шулер, все еще находившийся там же, забился в дальний угол и старался не попадаться на глаза новичкам, на полу лежали раненые, самого тяжелого положили на стол, и над ним уже склонился высокий, лысый мужчина в пенсне, с закатанными по локоть рукавами белой рубашки.

— Шериф, это доктор Смит — лучший лепила в Карадже! — пояснил Бург, почесывая бороду. Доктор не обратил на меня ни малейшего внимания, полностью занятый пациентом. Впрочем, и мне было до него мало дела, лишь бы выполнял свою работу.

Тот бедолага, у которого было вспорото брюхо, каким-то образом был еще жив. Доктор Смит осмотрел его, пожал плечами и быстрым движением скальпеля перерезал ему глотку. Бандит забулькал кровью и быстро затих.

— Удар милосердия, — пояснил доктор, вытирая скальпель о сомнительной чистоты полотенце, валявшееся на столе. — Мучился бы долго, а финал тот же…

Н-да, настоящий профи, сразу видно, свое дело знает. Я почтительно кивнул ему и спросил Сэма, прислонившегося к стене:

— Мистер Мур обещал мне квартиру… далеко ли до нее?

— Совсем нет, — хмыкнул тот, — достаточно подняться на второй этаж. Там квартира действующего шерифа, она же его личный кабинет.

Удобно, что сказать. И до работы два шага, нужно лишь спуститься по лестнице, чтобы вновь окунуться в окружающий бедлам. И изрядная экономия для управления — не надо оплачивать отдельные апартаменты для шерифа. А нравится это самому шерифу или нет, дело десятое.

— Мне бы подремать пару часов.

— Да хоть всю ночь напролет, — пожал плечами Сэм, — дело сделано, и до утра вас никто не побеспокоит. Разве что шум помешает…

Он кивнул на доктора, который уже разложил на столе следующего пациенте — того самого, кто лишился руки. Доктор Смит, не теряя времени даром, уже доставал из небольшого саквояжа ручную пилу. Чувствую, сейчас здесь будет очень громко!..

— Ничего, — кивнул я, позезывая, — я так устал, что уснул бы и под пушечную канонаду на поле боя.

Мы поднялись по лестнице и оказались на небольшой площадке перед закрытой дверью. Сэм отпер ее и отдал ключ мне.

— Теперь он ваш, сэр. Пока вы на этой должности, тут все ваше.

Снизу дико заорал пациент доктора Смита, я поморщился и шагнул внутрь.

Мои новые апартаменты не поражали ни роскошью, ни богатым убранством. Скорее, наоборот, подчеркивали недостаток бюджета управления. Впрочем, это дело поправимое, и сегодня мы уже немного пополнили свинью-копилку за счет Малыша Билли, серого прыгуна и лошадей.

Я быстрым взглядом оглядел комнатушку.

Тонкие стены, небольшое оконце под низким потолком, стол, на нем масляная лампа и несколько свечей в подсвечниках, вокруг хаотично стояли табуреты, два потертых от старости кресла, у стены — небольшой камин и кучка дров подле него, тут же папки с бумагами, грудой сваленные в углу, голова прыгуна на стене — чей-то охотничий трофей, два ружья рядом на вбитых в стену гвоздях, несколько коровьих шкур, небрежно брошенных на пол, ширма, за которой угадывались очертания узкой кровати и большой сундук в углу.

— Милости просим, как говорится! — Дряхлый Сэм внимательно наблюдал за моей реакцией, но я сделал каменное лицо. Дареному коню в зубы не смотрят.

— Благодарю, меня все устраивает.

Я шагнул к столу и, сняв с пояса ремень с кобурой, положил их на него, поверх бросил шляпу. Потом от души потянулся, предвкушая скорый отдых.

Но тут Сэм, до этого стоявший на пороге, вместо того, чтобы выйти, наоборот, шагнул в комнату, прикрыл за собой дверь и негромко произнес, мгновенно выбивая из меня весь сон:

— А ведь вы вовсе не шериф Эрп, не так ли?..

Глава 10

— Что вы имеете в виду, Сэм? — осторожно уточнил я. Кажется, проблемы начинаются раньше, чем я думал. Дьявол, даже поспать не дадут!

Дряхлый Сэм присел на краешек стола и задумчиво посмотрел на меня, приглаживая рукой усы.

— Однажды, много лет назад, мне довелось встречаться с мистером Эллиотом Эрпом… он был тогда очень молод и горяч. Но… тот мистер Эрп, которого я знал, ни за что не полез бы в драку со столь низкими шансами на победу. Он был очень осторожный, тот мистер Эрп…

— Люди меняются, Сэм, — неопределенно пожал я плечами.

Я никак не мог понять, знает ли он, что я — совершенно другой человек, и к настоящему шерифу Эрпу не имею ни малейшего отношения, либо же Сэм решил попросту пофилософствовать, скидывая последствия напряжения схватки.

— Но не настолько… с другой стороны, вы выглядите, несомненно, как мистер Эрп. Его лицо я не забуду никогда, и его взгляд… он уже в те годы пробирал до глубины души… мало кто мог бы сыграть с ним в гляделки и выиграть…

Хм, любопытно. Получается, я выгляжу один в один, как тот, за кого невольно себя выдаю. А что если, шериф Эрп — это я и есть? Я ведь не помню о себе совершенно ничего, ни имени, ни происхождения. Но… я ведь знаю вещи, которые местные знать не могут. Я помню свой мир, в котором нет места прыгунам, в котором давно наступил другой век, и подобных Караджу городков попросту не существует.

— И ваш револьвер, я хорошо помню эти мраморные боковые накладки из слоновой кости. Я бы его ни с чем не спутал.

Так, теперь появилась определенность. Значит, скелет у скалы однозначно принадлежал шерифу Эрпу. Вот только что он там делал, так и остается загадкой.

— Что вы хотите от меня, Сэм? — усталым тоном уточнил я.

— Просто хотел сказать, что новый мистер Эрп, которого я увидел сегодня, нравится мне гораздо больше, чем прежний. И если у вас будут какие-то затруднения или вопросы, я всегда к вашим услугам. Надеюсь, вы задержитесь в Карадже. Это определенно пойдет городу на благо!

Отлично, у меня появился свой человек. Я не был до конца уверен, что Сэм полностью избавился от своих подозрений, но то, что он открыто о них рассказал и в конце предложил свою помощь, определенно говорило в его пользу.

Я протянул ему руку, и мы обменялись крепким рукопожатием. Впрочем, слишком откровенничать так сходу я не собирался, и даже легенду о потере памяти не стал повторять. Достаточно того, что Лилуйа знает об этом — я и так наболтал в тот раз немного больше, чем планировал.

Впрочем, один вопрос Сэм мог для меня прояснить.

Я вытащил из кармана небесный камень, который все это время так и таскал с собой, и положил его на стол.

— Вы знаете, что это такое, Сэм?

Глаза Дряхлого Сэма округлились от удивления. Рука, которую он протянул к камню, слегка дрожала. Я готов был побиться об заклад, что сейчас он взволнован сильнее, чем час назад у салуна в ожидании перестрелки.

Сэм поднял камень на уровень глаз и внимательнейшим образом оглядел его со всех сторон, потом подошел к полосе света, падающего из окошка, и осмотрел его еще раз. Камень чуть переливался и поблескивал.

— Откуда у вас… это? — взволнованным голосом спросил Сэм, нехотя возвращая камень мне.

— Подобрал по случаю, — отмахнулся я, как от несущественного. Но Сэм не отстал.

— Мистер Эрп, это же предмет из Серых территорий. Он стоит баснословных денег!

Вот так фокус. Получается, я носил в своем кармане целое состояние и даже не подозревал об этом! А ведь запросто мог потерять его или выронить. Интересно, что еще за Серые территории? Как задать вопрос и при этом не показать свою полную невежественность? Похоже, как бы я того ни хотел, придется слегка приоткрыться Сэму. Иначе его подозрения перерастут в уверенность, а это грозит проблемами.

Я тяжело вздохнул, углядел на столе початую бутылку и пару кружек, взял их в руки и подул в них по очереди. Чище от этого они не стали, но и так сойдет. После чего плеснул напиток в посудины и подал одну кружку Сэму.

Мы выпили, потом шумно выдохнули, и я сказал:

— Хочу поделиться с вами кое-чем, Сэм… это снимет многие вопросы, которые, несомненно, уже появились у вас.

— Если вы не желаете, то не стоит…

— Нет, Сэм, стоит… я хочу, чтобы с первого дня между нами образовалось полное доверие, заслужить которое я могу исключительно откровенностью со своей стороны. Впрочем, от вас я ожидаю того же в ответ.

— В таком случае, я слушаю вас внимательно, шериф!

— Дело в том, Сэм… — я замолчал, обдумывая, как бы толковей все объяснить, — что я потерял память. Скорее всего, меня крепко ударили по голове. Очнувшись в пустыне, я не помнил ни своего имени, ни малейших подробностей о месте, в котором я оказался. Но стрелять я не разучился, поэтому сумел выжить. А вот в остальном… вы упомянули некие Серые территории… так вот, я понятия не имею, что это такое! Я сейчас, словно младенец, моя память чиста. Но при этом я мыслю, могу говорить, неплохо стреляю, физически здоров. Что вы скажете об этом, Сэм?

Это признание далось мне легко. В конце концов, я ничего плохого не сделал. Сэм и сам только заметил, что я похож на Эллиота Эрпа… и кто его знает, может я им и являлся. А мои другие знания пришли откуда-то извне. Человеческий мозг устроен непостижимым способом, и как он работает, до сих пор не знает никто. Мог ли я впитать в себя чужую личность, поглотить ее и стать с ней единым целым? Мог, почему бы и нет. А откуда взялась эта личность — понятия не имею. И кто я теперь в большей степени — шериф Эллиот Эрп или безымянный человек из другого века и даже иного мира, сказать я не мог. Я был и тем, и другим, сочетая в себе умение стрелять и знания чужого будущего. А ведь есть еще подсказки, всплывающие у меня в голове. Они-то откуда взялись? Вряд ли мистер Эрп знал об этом, да и я не мог придумать разумного объяснения их появлению. Разумеется, о надписях рассказывать Сэму я не стал. Хватит с него и той информации, которой я поделился.

Я разлил остатки бутылки по кружкам и выпил свою порцию одним долгим глотком. На Сэма я не смотрел, ему требовалось время для осмысления новой информации, и я не хотел торопить его.

Подойдя к камину, я кинул внутрь несколько поленьев и разжег огонь. Пламя занялось легко, и уже через пару минут дрова потрескивали, разгоревшись, потянуло знакомым запахом костра, и в комнате сразу стало уютнее.

Я взял сигару со стола, раскурил ее от щепки и удобно расположился в старом кресле, закинув ногу на ногу.

Неплохая квартира, надо признать. Уютная и тихая… снизу донесся громкий протяжный крик — очередной пациент доктора Смита страдал, — но я не придал этому ни малейшего значения.

— Вот, значит, как… — наконец, сказал Сэм, все это время рассматривавший меня из-под нахмуренных бровей, — это многое объясняет…

— Просто, хотел быть с вами честным, — выпустив облако вонючего дыма в воздух, пояснил я. — Полагаю, что мои проблемы найдут свое разрешение в ближайшее время, и я вспомню все. Но до тех пор, если вы желаете, чтобы в городе был адекватный шериф, станьте моим советником и помощником. Рассказывайте мне обо всем, чего я не помню. Взамен же, обещаю, я стану исполнять свои обязанности, как того требует закон. По рукам?

Сэм подошел ко мне и протянул руку. Я крепко сжал его ладонь.

— По рукам, сэр! — голос его был взволнован. — Давно уже в Карадже не было человека, готового взять на себя ответственность! Я полагаю, это все последствия вашей травмы, и как только вы придете в себя, то пересмотрите условия контракта… но до тех пор — я ваш! Располагайте мной, мистер Эрп!

Мне понравилась его пылкая речь. Кажется, до сего момента дела в городе шли из рук вон плохо, и наша первая стычка с бандитами стала неким исключением из общепринятой практики. С одной стороны, это играло мне на руку, и я обзавелся верным помощником Сэмом, с другой же, сейчас все шишки посыплются на мою голову, и мне придется разгребать то, о чем предыдущий шериф не желал даже думать. Что же, размен подходящий, меня это полностью устраивало.

— Что же касается Серых территорий, — протянул Сэм, медленно раскуривая собственную сигару, — тут история долгая… начну с начала…

Вкратце, Сэм поведал мне следующее. Город Карадж находился практически на самом краю обжитых территорий континента, дальше на запад начинались малоизученные земли, и что там происходит, никто толком не знал, на севере — метрополь и самые крупные города, а вот восток и юг постоянно менялись. Еще с десяток лет назад никакой пустыни и в помине не было, на ее месте располагались цветущие пастбища и вполне активные, действующие поселения.

Лет сто назад стало происходить странное — время от времени одна из областей полностью менялась. За несколько дней приходили новые территории, подменяющие собой былые, после их и прозвали «серыми». Как в детской игре «пятнашки», когда костяшки в головоломке менялись между собой местами. Только в нашем случае старая «костяшка» попросту исчезала, а ее меняла совершенно иная, со своим населением, флорой, фауной — иногда совершенно чуждыми в привычном нам понимании. Потом все это постепенно ассимилировалось с соседними областями — квадратами, отсюда и такое разнообразие животного и растительного мира. Кое-что приживалось, другое отмирало.

Понятно было, что «серые территории» — это куски чужих миров, но сама технология подмены была недостижима при нынешнем уровне научно-технического прогресса. Главным минусом серых территорий являлись твари, приходившие оттуда в соседние квадраты. Те прыгуны, что попались мне, были еще далеко не самыми страшными и опасными существами. Поэтому на них и других существ объявили вечную охоту, а правительство не жалело никаких средств, чтобы люди пытались уничтожить их максимально.

Разумеется, тут же на фронтире появились «охотников за головами», которые по одиночке или группами выслеживали существ и убивали их, либо брали живыми — за таких платили больше. Ученым в метрополии тоже требовались образцы для опытов и исследований.

Разумных существ на серых территориях пока найдено не было, из чего сделали вывод, что люди — единственные, кто обладает разумом. К моему удивлению, это привело к некоей консолидации человеческих рас. Некогда существовавшие этнические разногласия почти сошли на нет. Теперь для большинства были лишь два класса: люди и прочие твари.

Впрочем, ходили слухи, что некоторые отряды натыкались на разрушенные остатки былых городов… но живых свидетелей, принесших вещественные доказательства подобного, никто не видел.

Кое-что интересное на серых территориях все же можно было отыскать. К примеру, камни, подобные моему, которые Сэм называл лионитами. Главным и самым важным их свойством была скрытая в них энергия. Никто не понимал, откуда даже в самых маленьких лионитах имелись столь мощные запасы, но, к примеру, мой камень мог бы питать энергией крупный промышленный завод в течение нескольких лет.

Не удивительно, что ценились они невероятно высоко, и счастливчики, сумевшие отыскать на серых территориях хотя бы мелкие лиониты, могли считать себя обеспеченными людьми до конца жизни.

Помимо лионитов там имелись и другие ценные артефакты, но охотники платили за успех собственными жизнями. Из десятка групп, ушедших на серые территории, возвращалась в лучшем случае одна… или ни одной…

Поэтому чаще старались выслеживать монстров, которые забредали на человеческие квадраты. Тут у охотников имелись все шансы на успех, хотя иногда попадались такие матерые твари, справиться с которыми было крайне сложно. К счастью, столь опасных насчитывалось не очень много, в основном группа охотников могла совладать с обычной некрупной стаей.

Многие охотники собирались в банды и предпочитали грабить поезда и банки, чем рисковать жизнью на серых территориях. Собственно, в обязанность шерифа и его заместителей как раз и входило поддержание порядка в своей юрисдикции, включая и отлов подобных банд. Вот только на практике сил у шерифов не хватало. Тут требовались усилия армии или национального ополчения, не меньше. Но власть предержащие предпочитали до поры до времени игнорировать происходящее, тратя ресурсы на защиту крупных городов, до которых тоже иногда добирались твари.

Поэтому банд становилось все больше, они наглели, совершенно не боясь возмездия. Представители власти предпочитали закрывать глаза на все их выходки, и сегодняшняя бойня в «Двух мустангах» являлась, по сути, исключением из правил.

Табунщики и крупные скотопромышленники пытались справиться с ситуацией своими силами, собирая собственные вооруженные отряды. Но банды обладали мобильностью, а коровьи парни были привязаны к стадам, удаляться от которых было опасно.

Не удивительно, что мы стали героями дня. Малыш Билли и его люди держали в страхе несколько квадратов, не получая ни малейшего отпора. Дошло уже до того, что они безо всякого стеснения являлись в Карадж, пьянствовали, запасались продуктами, часто безвозмездно — владельцы лавок и магазинов попросту боялись с ними связываться, а потом уезжали, так и не получив сопротивления.

— Сегодня новости о разгроме Билли и его банды разойдутся по городу, а уже завтра о вас будут говорить и в соседних квадратах, — сказал Сэм в завершение своего рассказа. — Слава — штука опасная. Думаю, эта история принесет нам большие неприятности. Теперь каждый захочет проверить шерифа Эрпа на наличие железных яиц…

Все, сказанное Дряхлым Сэмом, было крайне интересно. Серые территории — куски чужих миров, по некоей непонятной пока системе появляющиеся вместо других областей. Уж не благодаря ли подобной подмене я и оказался здесь, выпав из собственного мира? Вот только как это проверить? Разумеется, сделать это можно, лишь отправившись туда лично. Но Сэм явственно дал мне понять, что дело это смертельно опасное, и без серьезной подготовки соваться на серые территории не стоит.

Но я уже решил для себя, что рано или поздно я предприму такую вылазку, чтобы собственными глазами попытаться разгадать скрытые там секреты.

— Попрошу вас, Сэм, никому не рассказывать о том, что я вам поведал. Иначе, боюсь, ко мне отнесутся… с предубеждением.

— Прекрасно понимаю вас, мистер Эрп, — согласно кивнул старик, — мой рот на замке.

— Благодарю.

— Пожалуй, я пойду вниз, нужно помочь оформить всех, кто сидит в клетке… исключительно по закону. Но вы не беспокойтесь, суд у нас быстрый, сэр. Завтра к полудню их участь будет решена.

Я безразлично кивнул. Если всех выживших бандитов развесят вдоль дороги, что ж, я пожму плечами и пройду мимо. Нелепый гуманизм был мне не свойственен. Я и раньше не понимал, зачем держать в тюрьмах насильников и убийц, кормя их за счет налогов их же жертв. И если здесь в Карадже действуют по законам человеческой справедливости, а не по неким абстрактным понятиям о человеколюбии, то я этому буду лишь рад.

Сэм вышел, и я запер за ним дверь. Воспользуется ли он моей откровенностью? Вряд ли. Он создавал впечатление человека, словам которого можно верить. Вдобавок, я его устраиваю в качестве мишени для всех будущих нападок со стороны. Прежнее руководство сильно ограничивало его и остальных заместителей в возможностях, я же делать этого не намерен. Более того, я уже начал планировать реорганизацию всего процесса… впрочем, об этом пока рано говорить, я еще не до конца все обдумал.

Скинув с себя грязную одежду, я отодвинул ширму и с наслаждением рухнул в постель. Узкая кровать была не самой шикарной, но сейчас я уснул бы и на голых досках.

Вот только поспать мне опять не дали.

Окошко под потолком внезапно распахнулось, и внутрь влетел круглый предмет, отскочил от пола и подкатился прямо к моей постели.

Я резко сел в кровати, уже держа в руках револьвер.

Глядя на меня пустыми провалами глаз, на полу лежала голова мертвого прыгуна.

— Лови приз, Безымянный! — в окно уже протискивалась Лилуйа, пытаясь протащить сквозь узкую раму крупную грудь. — Не думал же ты, что бедная девушка решит оставить себе чужой трофей?..

Глава 11

— Лилуйа? Что ты здесь делаешь? — признаюсь, я был изрядно удивлен ее появлению. Каким образом она вычислила, где меня искать? Я ведь и сам оказался в этом месте благодаря череде случайностей, и еще час назад вообще не был уверен, что выживу.

— Я не пожелала тебе сегодня доброго утра, — девица, наконец, залезла в комнату, прошлась по ней, осматриваясь, и уселась в кресло, положив ногу на ногу. — Поэтому решила хотя бы сказать «спокойной ночи»!

Ноги ее… хм… я едва отвел от них взгляд. Провоцировала или это естественное женское свойство — пытаться подчеркнуть свою красоту в любой ситуации.

Пустые глазницы мертвого прыгуна смотрели на меня с молчаливым осуждением.

Зачем пришла Лилуйа? Уж явно не за тем, чтобы швырнуть в меня головой дохлой твари.

— Спокойной ночи, — безразлично ответил я, отвернувшись в сторону. Девица, конечно, мне нравилась, но я давно уже перестал терять голову от женских прелестей.

Башка прыгуна сочувствия мне не выражала, ну и ладно.

Индианка ничуть не удивилась и не обиделась. Она встала на ноги, грациозно потянулась, обозначив все свои выигрышные округлости, и подошла ко мне, чуть склонившись над лицом, так, чтобы волнистые темные волосы слегка задевали меня, едва касаясь, скорее, щекоча, и вызывая волну внезапного желания.

— Неужели, уже успел сыскать себе девку? — ее голос резко контрастировал с внешностью. — Я слышала, отличился в местном салуне? Там обычно полно… всяких…

Да что же за напасть? Ревнует? С чего бы?

Я тоже поднялся, подошел к валявшейся голове, поднял ее на уровне своего лица и повертел в руках. Жуткое зрелище! Теперь я мог лишь удивиться, как при первой встрече принял это существо за человека. Ничего общего, кроме примерного строения тела. Но это все равно, что сравнивать человека и гориллу. Первичные данные те же, но результат кардинально разный.

— Чего надо? — я сразу перешел к сути, понимая, что Лилуйя отчетливо видит перед собой некую цель, вот только не знает, как ее обозначить.

Но она сумела:

— Ты мне нужен в качестве мужчины. В самом прямом смысле этого слова. Поможешь?

Насколько я ожидал чего угодно, но тут замер на месте, лишь хлопая глазами от удивления.

— Собственно… кхм… что?

— Сегодня подходящий день, — она уже деловито скидывала с себя одеяние: сначала мантилью, доходившую до талии, потом шерстяную юбку, шортики, многочисленные украшения, и, наконец, мокасины.

Пол минуты не прошло, а она уже стояла передо мной обнаженная, чуть прикрыв левой рукой черный треугольник внизу живота, но крупную грудь оставив открытой для моего жадного взора.

И тут же скользнула ко мне, обняв за талию и увлекая к постели за ширмой. Желания сопротивляться подобному харассменту во мне совершенно не возникло. А сама Лилуйа более ничего объяснять не собиралась.

Дальше… джентльмену о подобном судачить не к лицу, но с индианками меня жизнь прежде не сталкивала. Китаянки были, не скрою, и темненькие тоже… не говоря уж о представительницах белой расы: англичанки, русские, немки, чешки, австралийки, француженки… всех не перечислить. Не то, чтобы я хвастался, просто так сложилась жизнь. Я точно знал, что имел опыт почти со всеми, кроме индианок. И вот, наверстал упущенное…

Лилуйа, к моему удивлению, совершенно ничего не стеснялась. «Процесс любви» для нее был столь же естественен, как утреннее омовение. Наоборот, время от времени был ошарашен я, когда она предлагала нечто очень уж оригинальное.

И в конце концов, это она меня вымотала первая, а не наоборот. Ненасытная, страстная, временами нежная, иногда — грубая. Живая.

Я уснул почти без сил, а когда проснулся от громкого стука в дверь, Лилуйи в комнате уже не было, а в окошко пробивались солнечные лучи.

Вот так дела! Я умудрился проспать мертвым сном до самого утра, а девица, по своей привычке, сбежала по-английски, не прощаясь. Впрочем, теперь я был уверен, что мы с ней еще обязательно увидимся… вот только произойти это может в самый неожиданный для меня момент. И второе: нужно на ночь запирать не только двери, но и окна. Мало ли кто еще может явиться ко мне в гости незваным…

— Чего надо? — недовольным тоном крикнул я.

— Босс, тут это, к вам гости! — послышался голос Мура. Мне показалось, или он был слегка взволнован. Интересно, кто там пожаловал?..

— Дайте мне несколько минут, я скоро спущусь.

С брезгливостью подняв с пола грязную одежду, я засомневался. Надевать подобное было не очень приятно, но ничего иного у меня не имелось. Впрочем…

Я быстро подошел к сундуку и открыл крышку. Вчера мне было не до того, чтобы заниматься изучением его содержимого, но имелась надежда, что прежний шериф оставил мне хоть что-то в наследство.

И правда, в сундуке я обнаружил некоторые личные вещи беглого шерифа, и, недолго думая, присвоил их себе. Вот теперь другое дело: плотные штаны из темного сукна, однотонная рубашка, застегивающаяся под самое горло, и шелковый жилет. Все пришлось мне в пору. Сапоги и ремень я оставил свои. Подумав, снял звезду шерифа со шляпы и приколол к себе на жилет в области сердце.

Служи и защищай!

Вчера, после всего случившегося в «Двух мустангах», у меня перед глазами появился целый ворох извещений от Помощника, но я тогда свернул их все вместе, решив изучить позже. Но потом явилась Лилуйа, и опять стало не до того. Я отложил изучение на утро. И вот опять мне не дали толком проверить, что именно хотел сообщить мой Помощник.

Чуть недовольный от этой суеты, но хотя бы чувствуя себя более презентабельно, чем прежде, я спустился вниз, и застал в общем зале целую процессию, возглавлял которую невысокий лысоватый мужчина с небольшим пузиком — типичный бюргер. С ним вместе явился высокий, седой старик с крючковатым носом, больше похожим на клюв, пожилая дама статной наружности и два элегантно одетых джентльмена средних лет.

Пузан наседал на Бэнкси, что-то грозно от него требуя, остальные просто ждали. Коротышка отмахивался, но видно было, что приходится ему тяжко. Помимо Мура и вновь прибывших все было спокойно: бандиты хмуро сидели в клетке, дожидаясь своей участи. Доктор Смит давно ушел, вместе с ним исчезли и трупы. Кроме Бэнкси других заместителей в помещении не было.

— А вот и шериф Эрп! — довольно крикнул Мур, переключая внимание компании на меня. Сам же смахнул пот со лба и сел на стул, явно собираясь наблюдать за представлением со стороны.

— Замечательно! Это просто замечательно! — выставив вперед указательный палец, лысый сердито пошел на меня. — Наконец, шериф явился в Карадж! И что же он сделал в первый же день своего пребывания на посту?

— Что? — лениво поинтересовался я, чувствуя себя не в духе.

— Он нарушил закон! — пузан подошел ко мне вплотную и ткнул пальцем мне в грудь.

Точнее, он попытался это сделать, но я ловко схватил его за палец и резко дернул вниз. Неприятно хрустнуло.

Лысый изумленно уставился на собственный сломанный палец, соображая, что же пошло не так, а потом тихонько заскулил от боли, в страхе пятясь назад.

— Обратитесь к доктору Смиту, — сочувственно посоветовал я толстячку. — Говорят, он лучший лепила в городе!

Пузан, все еще завывая, выскочил за дверь

— Зря вы, конечно, так, шериф! — прокомментировал Мур, даже и не подумав подняться на ноги. — Ведь это был наш мэр Джонсон.

— Предупреждать надо! — нахмурился я. Неудобно получилось. Чувствую, теперь выбить из мэрии деньги на оперативные расходы станет куда сложнее.

Впрочем, не факт. Может, я как раз упростил будущее общение с мэром Джонсоном. Вряд ли он еще раз захочет грубить, да и вообще меня видеть.

К моему удивлению, остальные и не подумали следовать за мэром. Наоборот, старик шагнул вперед и безо всяких сомнений протянул мне руку.

— Моя фамилия Дикси, — представился он, — если это о чем-то вам говорит, шериф.

Я вспомнил вооруженных стрелков на сторожевых вышках и кивнул. Местный воротила и скотопромышленник, наверняка, контролирующий мэра. Серый кардинал Караджа. Капитал всегда превалировал над официальной властью.

— У вас пастбища и люди.

— Именно, — он отпустил мою руку и кивнул на табурет: — Позволите?

— Разумеется, — кивнул я.

Остальных спутников мистер Дикси не представил. И присесть даме не предложил, но она нисколько не удивилась этому факту, попросту замерев недвижимой статуей. Двое джентльменов так же молча ждали финала нашей беседы.

— Что вы планируете делать с людьми Малыша Билла? — спросил Дикси, пристально глядя мне в глаза. Взгляд у него был тяжелый, властный. Чувствовалось, что он привык решать все сам, но в данном случае именно за мной было последнее слово.

— Еще не думал об этом, — неопределенно пожал я плечами, — пока побудут у нас, а дальше пусть решает суд. Мне до них дела нет. Разве что хотелось бы получить положенное вознаграждение за всю банду. Мне рассказали, что мэрия недостаточно финансирует управление шерифа. Эти деньги нам весьма пригодятся.

— Безусловно, можете рассчитывать, что эти деньги уже у вас в кармане. Я лично распоряжусь, чтобы их незамедлительно выделили управлению. И, полагаю, дополнительный бонус лично для вас лишним не будет? Ведь без вашего непосредственного присутствия и участия ничего бы не произошло, и бандиты до сих пор разгуливали бы на свободе, совершая свои страшные преступления!

Гладко стелит, как по писанному. От денег я отказываться не собирался. Пусть дадут, а там соображу, как ими лучше распорядиться.

— Будет хорошо, если средства поступят прямо сегодня, — вот и поглядим, мистер Дикси, отвечаете ли вы за свои слова… если деньги будут, что же, значит игрок он серьезный, если же нет — посчитаю за простого болтуна и более во внимание принимать не стану.

Но Дикси меня удивил. Он тут же достал из внутреннего кармана чековую книжку, взял со стола перо, обмакнул его в чернильницу, и без единого слова начал выписывать чек.

— У меня тут еще две головы прыгунов имеются, — сообщил я, глядя, как он выводит имя Эллиота Эрпа, — зеленая и серая.

Дикси кивнул, не отвлекаясь, расписался внизу чека и вручил его мне.

— Тут более, чем достаточно. Можете мне поверить.

Хорошо, проверять я не буду, поверю на слово. Но были и другие моменты…

— Мистер Дикси, вы знаете, что мои заместители вынуждены были брать кредит в местном банке, дабы купить пулемет, из которого вчера они и положили банду Билли? Вы считаете, это в порядке вещей?

Скотопромышленник тяжело посмотрел на меня, я ответил столь же мрачным взглядом. Спустя десять секунд этой игры, он сдался и вновь потянулся к чековой книжке.

— Какова необходимая сумма?

— Насколько я знаю, тысяча монет… золотом.

Губы старика скривились, но он превозмог себя и выписал второй чек.

— Это покроет долг с лихвой…

Я некоторое время полюбовался на бумажки, но до тех пор, пока они не превратятся в то, что будет звенеть в карманах, это были лишь слова и обещания. А подобному я давно уже не верил.

— На этом все? — уже с изрядным раздражением спросил Дикси.

— Вы и так сделали многое, — кивнул я. Нельзя злить его раньше времени, но выдоить из из этого богача в дальнейшем можно будет еще прилично.

— Вот и отлично. Вы позволите? — он взял оба чека и махнул рукой в сторону молчаливых джентльменов. Один из них тут же приблизился, Дикси отдал ему чек и негромко приказал:

— Прошу вас, мистер Шоу, немедленно отправляйтесь в банк, получите по этому чеку необходимую сумму и возвращайтесь к мистеру Эрпу. Поторопитесь!

Шоу легко кивнул и вышел из здания, за ним вышел второй джентльмен.

— Мои помощники, — пояснил Дикси. — Так будет быстрее, чем ждать деньги из мэрии. А у мистера Джонсона я потом сам получу по счету. Итак, вернемся к нашему разговору?

Ладно, убедил. Вроде бы человек он солидный, и в том, что он стребует с мэра всю сумму обратно, я не сомневался. Осталось только понять, что ему нужно от меня.

— Ничего не имею против. Может, желаете выпить? Мистер Мур, у нас осталось немного «Колотушки»?

— Грэг прислал с утра дюжину бутылок, сэр. Сказал, за счет заведения!

— Кстати, мистер Дикси, — вспомнил я свое обещание, — салун «Два мустанга» понес существенный ущерб, и я сказал его владельцу, что государство, в лице мэра, компенсирует ему все затраты.

Вот тут я испугался, что он сейчас не выдержит. Лицо скотопромышленника начало наливаться кровью, но он усилием воли сдержался и ответил все еще показно любезно и доброжелательно:

— Все расходы, понесенные частным лицом по вине муниципальных служащих, будут немедленно оплачены. Пусть составит счет и пришлет его мне.

— О! — искренне улыбнулся я. — Полагаю, за этим дело не станет…

— Вот и отлично, — Дикси начал выбивать костяшками пальцев на столешнице неопределенный ритм, и я понял, что пока лучше остановиться с денежными требованиями, хотя у меня в списке было еще много всякого — я видел, что управление и близко не оснащено на том уровне, как должно было быть. Пулемет нам оплатили, это хорошо, но что еще заместители приобретали на собственные средства? Нет, если я тут останусь на некоторое время, мэрии придется изрядно раскошелиться.

— С вами приятно иметь дело, мистер Дикси, — я взял из рук Мура бутылку и плеснул в два стакана понемногу.

Скотопромышленник выпил одним глотком и даже не поморщился. Крепкий тип, уважаю.

— Отдайте мне людей Малыша Билли, — перешел он, наконец, к сути дела. — Раненых можете повесить, чтобы горожане были довольны. А остальных отдайте мне!

Я смотрел на него, пытаясь понять, на черта они ему сдались. Будет пытать в своем доме? Лично хочет их казнить? Сомневаюсь. Использует в качестве рабов? Лишние руки всегда пригодятся в хозяйстве, но за ними будет нужен круглосуточный пригляд, иначе разбегутся, а то, глядишь, и глотку хозяину и его семье перережут. Народ-то тертый, не из трусливых.

Впрочем, какое мое дело до того, зачем они ему понадобились. Я все равно понятия не имел, что с ними делать дальше. Держать вечно в клетке невозможно, оставалось только посадить в городскую тюрьму или повесить. Оба варианта мне откровенно не нравились.

— Не будет ли судья против подобного исхода? — спросил я. — Я еще не встречался с ним, но, думаю, он пожелает сделать все по закону.

— Об этом не беспокойтесь, — отмахнулся, как от несущественного, Дикси, — вот миссис Хэндрик, она как раз является секретарем суда. У нее при себе записка от судьи. Будьте так любезны, миссис Хэндрик, покажите ее!

Суровая дама, нахмурив брови, подошла к столу и выложила на него лист бумаги. Я быстро пробежался глазами по написанному. Так… городской суд вынес постановление… дальше… в качестве наказания назначить общественные работы… под руководство мистера Дикси. Подпись — городской судья Блинкин, восковая печать.

Любопытно, почему, имея такой документ, Дикси потребовалось мое согласие? Значит ли это, что он предполагал мой возможный отказ, и в случае оного не смог бы забрать пленников силой, и даже письмо от судьи было лишь дополнительным козырем, и не больше. Если я мог отказаться… то какие же полномочия у местного шерифа? Первым же делом необходимо это выяснить.

Мур никак не встревал в наш разговор, стоя чуть поодаль с отсутствующим видом. Остальные заместители до сих пор не вернулись в управление. Я сам должен принять это решение, и я его принял.

— Я отдам вам этих людей, всех до единого, мистер Дикси, — начал я, встав на ноги и чуть нависая над стариком, — если вы объясните мне, что собираетесь с ними делать!

— Что ж, шериф Эрп, — он тоже поднялся, но я все еще выигрывал это состязание — Дикси оказался чуть ниже меня ростом, да и мой облик прирожденного убийцы играл свою роль, — я не стану делать из этого секрета. Мне они нужны, как приманка и наживка. Я не желаю гробить своих людей, когда под рукой есть эти…

Признаюсь, я ничего не понял, а вот Бэнкси уловил мысль сразу. Он тут же встрепенулся и подошел к столу.

— Простите, что вмешиваюсь, джентльмены, но вынужден уточнить. У вас появились новые сведения касательно Серых территорий, мистер Дикси?

Старик не стал отпираться. Он уперся тяжелым взглядом прямо в переносицу рыжего коротышки, и тот чуть подался назад. Силен, дед, ох, как силен!

— Да, мистер Мур. Новая информация имеется, я еще не успел обнародовать ее в городском совете и уж тем более публично, чтобы не поднимать панику…

Бэнкси покраснел от волнения, но ждал продолжения рассказа, хотя я видел, что ему не терпится поторопить скотопромышленника. Тот же теперь не спешил, достал из кармана сигару и раскурил ее. Я ждал, Бэнкси ждал, даже бандиты в клетке умолкли, как по мановению руки.

Наконец, Дикси сказал:

— Третьего дня в Карадж прибыл отряд моих разведчиков. Боюсь, у меня для вас плохая новость, джентльмены. На двенадцатый квадрат наползает тень. По всем расчетам выходит, что максимум в течение двух недель произойдет совмещение, и Серые территории станут нашими ближайшими соседями.

Бэнкси Мур изумленно присвистнул.

— Но это же значит…

— Да, скоро Карадж и его окрестности станут полем битвы. Твари с территорий наверняка захотят попробовать нас на вкус. Но ведь мы им не по зубам, не так ли, джентльмены?..

Глава 12

Как оказалось, у мистера Дикси на улице дежурил целый вооруженный отряд, и как только я дал согласие, одного за другим бандитов вытащили из клетки и увели в неизвестном направлении. Раненых в клетке не оказалось. Кажется, доктор Смит вчера прикончил их всех безо всякой жалости.

Я тщательно сложил вчетверо письмо от городского судьи и сунул его в карман.

Заодно, вместе со всеми чуть было не прихватили и шулера, но он так завопил, что я, поморщившись, приказал оставить его в клетке. Его вина не стоила той расплаты, которая предстоит прочим. Их участи стоило бы посочувствовать, но Мур за несколько минут описал самые жестокие дела банды, и я уже отчасти жалел, что отдал бандитов Дикси. Сейчас я и сам, своими руками с удовольствием повесил бы каждого на перекладине.

Я видел, что скотопромышленник хотел еще о чем-то со мной переговорить, но передумал. Ничего, это успеется и позже. Главное, первичный контакт налажен, кажется, к обоюдному удовольствию.

Честно говоря, новости о грядущем соседстве Серых территорий я пока не воспринял, как должно. Думаю, от меня ждали иной реакции. Судя по всему, минимум, что я должен был сделать — это потребовать ввод регулярной армии в Карадж. Но по какой-то причине Дикси не хотел привлекать военных, намереваясь обойтись собственными силами. Собственно, поэтому он и был так щедр сегодня.

Парни Дикси притащили несколько увесистых позвякивающих мешочков, набитых полновесными монетами. Кажется, в этом мире еще не слишком доверяли бумажным банкнотам, но оно и к лучшему. Я сам больше ценил золото и серебро, чем никчемные бумажки.

Ценности я сдал Бэнкси, и он отнес их в сейф. Позже пересчитаю и разделю между парнями, не забыв, конечно, и о себе. Впрочем, пока что тратить средства мне было некуда и не на что. Крыша над головой временно имелась, а харчеваться я планировал в ближайшей забегаловке — в тех же «Двух мустангах», к примеру.

Все, что мне требовалось — это одежда и оружие. Если первую проблему я частично закрыл найденными в сундуке вещами, то со второй мне помог разобраться вездесущий Мур.

Револьвер прекрасно показал себя, а вот с патронами было туго. Но, к счастью, в оружейной комнате нашлось достаточно боеприпасов, чтобы я вновь забил патронами ячейки патронташа. Нашлось там и много другого ценного, но я, поразмыслив, пока отказался от второго револьвера, хотя был уверен, что умею прекрасно стрелять с двух рук. Взял лишь охотничий нож в кожаных ножнах и прицепил их к поясу справа, оставив кобуру висеть слева, рукоятью вперед.

Все говорили, что Малыш Билли выхватывает оружие быстрее всех в этом квадрате, но я его превзошел, и был уверен, это случилось именно из-за обратного расположения рукояти. Те несколько мгновений, которые в обычное время и не заметишь, в критической ситуации оказались решающими.

— Что будем делать с этим типом? — Бэнкси кивнул в сторону клетки, где остался один лишь шулер.

— Веди его сюда, — вынырнув из собственных мыслей, приказал я.

Мур тут же вытащил своего пленника наружу и притащил ко мне. Мошенник пытался сохранить собственное лицо, но грязная одежда, ночь, проведенная в клетке не в самой приятной компании, да и так и не выветрившаяся вонь от прилипшего навоза не позволяли ему выглядеть так же импозантно, как прежде.

— Имя? — голосом, не предвещавшим ничего хорошего, спросил я.

События прошлого вечера и нынешнего утра произвели на каталу неизгладимое впечатление. Он вытянулся во фрунт, чуть не щелкая каблуками лакированных туфель, и вперился в меня осторожным взглядом.

— «Везунчик» Сибилл, к вашим услугам, сэр!

— Разве это не женское имя? — удивился я. На мгновение, у меня в голове промелькнула тень воспоминания… но, как я ни пытался ее вытянуть выше на поверхность сознания, воспоминание скрылось в пучине забвения.

— Это заблуждение, сэр! — горячо запротестовал шулер. — Сибилл — исключительно мужское имя! Означает «умный и красивый»!

— Ну-ну… — я многозначительно переглянулся с Бэнкси. — И как же ты, такой умный и красивый, попался на подобной ерунде?

«Везунчик» молчал, сознавая собственный промах. Мур хмыкнул, а потом предложил:

— Может, хоть этого повесим, шериф? Столько народу повязали, и ни одного не повесили!

— В целом, я не против… — задумчиво начал я, а Сибилл при этих словах затрясся, но гордо вздернул подбородок вверх и промолчал, не став унижаться и умолять о пощаде. Этим он мне понравился, поэтому я продолжил: — Но что мы будем делать с телами на леднике в «Двух мустангах»?

— Прикопать их в лесочке и забыть, — безразлично пожал Мур плечами.

— Как-то это не по-человечески, — не согласился я, — есть у меня один знакомый гробовщик, его контора на окраине. Так вот, он предлагал три гроба по цене двух. Думаю, мэр Джонсон будет рад подобной экономии?

Бэнкси заржал, как конь. Ему явно пришлась по душе идея вновь потрясти городскую мошну.

— А мистера Везунчика мы как раз и отправим рыть могилы, — закончил я мысль, — этим поступком он покажет, что готов встать на путь исправления. После выполнения работ у управления шерифа претензий к нему более не будет.

Сибилл шумно выдохнул. Видно было, что держался он исключительно усилием воли. Умирать не хотелось никому, но иногда другого выбора не существовало.

— Я готов, сэр! — искренне заявил он. — Буду стараться! Вы не пожалеете!

— Тогда приведите себя в порядок, Сибилл, и отправляйтесь к гробовщику. Он укажет места под захоронение. А вы, мистер Мур, проконтролируйте сей процесс.

— Всенепременно! — ухмыльнулся Бэнкси. — Уж будьте уверены!

Когда все, наконец, вывалились из здания управления, оставив меня в одиночестве, я сел на стул и смог, наконец, собрать разрозненные мысли в единое целое.

Итак, меня окончательно приняли за шерифа Эрпа, даже не спросив документов, удостоверяющих личность. Видно, никому и в голову прийти не могло, что кто-то в трезвом уме и здравой памяти пожелает незаконно занять столь незавидный пост. С этим подфартило. Конечно, у Дряхлого Сэма, возможно, и остались кое-какие подозрения, но моя история с потерей памяти оказалась весьма к месту.

Мой вступление в новую должность произвело фурор в Карадже. Банды Малыша Билли больше не существовало, у мэра Джонсона сломан указательный палец, отношения с мистером Дикси налажены, первые денежные средства получены. Казалось бы, дела идут в гору?..

Вот только информация о том, что соседняя область вскоре превратится в кусок Серых территорий не давала мне расслабиться. Я не знал, чего оттуда ждать.

Пока никто не мешал, я вызвал Помощник и открыл пропущенные уведомления.

Так, что тут у нас?

«Поздравляем, вы узнали о существовании „Серых территорий“ и выполнили задачу „Сбор информации“. Повышен показатель „интеллект“. Вы выполнили задачу „Вербовка агента“. Повышен показатель „информированность“».

Хорошо, с этим понятно, что еще?

«Поздравляем, вас использовали с целью воскрешения почти угасшего рода племени Солнечной Долины. Вероятность зачатия ребенка 90%. Пол будущего ребенка не определен. Присвоено достижение „Продолжатель рода“».

Вот так Лилуйа, вот так девица! Значит, это все не от огромной неземной любви, и она использовала меня лишь, как носителя мужского семени⁈ Зараза! Впрочем, особо я не расстроился. Дело того стоило.

Дальше пошло по мелочи, но Помощник за каждое мое действие присваивал или отнимал невидимые бонусы. Ссора с мэром: минус — репутация в мэрии, плюс — уважение. Договор с Дикси: минус — человеколюбие, плюс — авторитет в Карадже. И даже Сибилла не забыли упомянуть, выдав почему-то еще один минус за «излишнее человеколюбие». Кажется, забота о ближнем не входила в приоритеты Помощника.

В помещение зашел Змей Хоскинс. Вид он имел весьма довольный. Чуть пригладив тонкие усики, он выложил на стол два мешочка.

— Мистер Мур поручил мне продать лошадей, — пояснил он и указал на мешочек покрупнее, — вот деньги.

— А во втором?

— Самоцветные камни, — ответил Тео без особого пиетета, — не у всех торговцев при себе имелось достаточно золота, а камни — они и меньше места занимают, и если продать знающим людям, больше денег принесут.

Замечательно, драгоценные камни я уважал и ничего против их наличия не имел. Наоборот, было хорошо, что наши ценности оказались разделены. В случае бегства камни проще будет прихватить с собой. Правильно заметил Змей — сунул мешочек за пазуху, и был таков…

— Где остальные?

— Скоро будут. Сэм отправился делать заказ в оружейную лавку, а Бург пошел вместе с ним.

— Это плохо, мистер Хоскинс, что в управлении нет ни одного заместителя. А вдруг в этот момент к нам придет гражданин с жалобой или сообщением о совершении преступления? С завтрашнего дня начинаем обязательные дежурства. Смены составим вечером. Сообщи всем, чтобы в шесть часов все были здесь. Устроим совещание.

Пока Тео переваривал новости, во входную дверь несколько раз постучались, и когда я, громко крикнув, разрешил войти, внутрь просочился Жирный Грэг. Сегодня, при ярком свете дня он словно бы уменьшился в размерах, но все равно поражал своей фактурной внешностью. Вот только характера ему не хватало. В руках он держал несколько листов, заполненных мелким почерком.

— Список убытков? — догадался я. — Иди с этим прямо к мистеру Дикси. Он обещал принять к оплате.

Так и не сказав ни слова, лишь поклонившись, Грэг исчез за дверью.

Тео, тем временем, налил себе «Колотушки» и сделал изрядный глоток. Его непроизвольно передернуло. На секунду мне даже показалось, что он извергнет из себя напиток, но Змей справился и, поморщившись, поставил стакан на стол. Слабоват он пока против Дикси, но с возрастом опыт еще придет.

— Покажите-ка мне управление, мистер Хоскинс! — приказал я, осознав, что так и не успел толком осмотреть наше здание.

Впрочем, оказалось, что особо смотреть было не на что. Большую часть первого этажа занимала как раз приемное помещение с железной клеткой для временного содержания, лишь только из коридора, который уходил с правой стороны, вели двери еще в несколько комнат: оружейную, где хранилось все огнестрельное и холодное оружие, имеющееся в ведении управления шерифа; сейф — представлявший из себя настоящую железную комнату с толстой бронированной дверью — истинный шедевр в своем роде, ключ от которой пока находился у Бэнкси; да еще несколько крохотных комнаток, в которых не было ничего, кроме пыльных ящиков, лошадиной сбруи и пары лежанок.

— Склад, — пояснил Тео, — весь хлам сюда скидываем. А когда парням лень домой идти, тут и ночуем.

— Разгребем со временем, ерунда. А вот сейф солидный, — похвалил я.

— Комната на заказ сделана, еще в старые-добрые времена. Мастера из метрополии приезжали ее устанавливать. Это крепко спаянный железный ящик. Нынче так не делают…

Мы вышли на крыльцо. На улице стоял летний зной. Над лопухами на густо разросшемся пустыре, начинавшимся прямо за управлением, летали многочисленные бабочки и стрекозы. Весело пели птицы. Легкий ветерок чуть освежал лицо, но его было недостаточно.

Трофейным коням у коновязи было тесно. Они недовольно ржали, пытались покусывать наших старых лошадей. Я поморщился.

Тео протянул мне сигару и поджег спичку.

— О чем вы думаете, мистер Эрп? — спросил он.

— Так дело не пойдет, — просто ответил я, — все здесь требуется привести в порядок. В помещениях прибраться, траву на пустыре скосить. Устроим там тренировочный полигон. У вас есть на примете, кто сможет этим немедленно заняться?

— Раз в неделю к нам приходит Хлоя, она моет полы в управлении… а ее сын помогает следить за лошадьми. Полагаю, за мелкую монету он подрядится на подобные работы.

— Пусть он и займется пустырем. И не скупитесь, пусть мальчонка заработает, но сделает все, как положено. Так же нам нужна просторная конюшня и пара крытых ангаров. Можете нанять строителей, мистер Хоскинс?

— В кредит никто работать не станет, — предупредил Тео.

— Заплатим полновесными монетами, деньги теперь имеются. И их будет еще больше. Если вы не слышали новость, я сообщу вам: двенадцатый квадрат скоро поглотят Серые территории.

С лица Змея тут же пропало беззаботное выражение. Он мгновенно собрался, нахмурился и бросил сигару на землю, затушив ее каблуком сапога.

— Это же соседние с нами земли, шериф. Вначале всегда лезет много гадов, часто крайне опасных. И полезут они прямо к нам!

— Я знаю и планирую на этом заработать. Как вы считаете, мистер Хоскинс, удастся ли нам разорить городской бюджет, принеся им столько скальпов тварей, сколько они еще никогда не видели?

— Мистер Джонсон будет в ярости…

— Кстати, он заходил с утра, — поделился я очередной новостью, — вел себя достаточно грубо, тыкал в меня пальцем…

— И что же? — с искренним интересом спросил Тео.

— Теперь на этот палец доктор Смит вынужден будет наложить гипс. Итак, вы займетесь поиском строителей?

— Сию же минуту, сэр! Позволите, шериф, я прихвачу с собой Бурга по дороге? Он умеет находить общий язык со всеми и лихо сбивает цены!

Я представил себе, каким именно образом огромный, вечно хмурый Бург будет торговаться. Признаться, мне захотелось взглянуть на это зрелище. Но я ограничился кивком. Тео отвязал одну из лошадей от коновязи и уехал. Я же вернулся в относительную прохладу помещения. Уличная жара гнетуще действовала на мое самочувствие. Казалось, голова сейчас лопнет.

Пришлось хлопнуть еще полстакана «Колотушки». Чуть отпустило. Кажется, я стал привыкать к этому жуткому напитку и даже начал находить в нем некую прелесть и самобытность.

За окном послышался какой-то шум. Я недовольно выглянул и увидел очередную процессию, направлявшуюся прямиком к нашему дому. Впереди на коне ехал Дряхлый Сэм, а за ним шли человек двадцать горожан, все прилично одетые. Что это еще такое?

Я вышел на улицу и встал на крыльце в расслабленной позе, поджидая, пока они приблизятся.

Сэм лихо соскочил на землю, привязал коня и подошел ко мне. Остальные остановились шагах в десяти и ждали.

— Шериф, тут такое дело… — начал Сэм.

— Говори, как есть!

— Меня попросили выступить в качестве посредника. Эти люди — предприниматели, у каждого свое дело. Кто-то лавку держит, другой товары возит… не суть. Они просят у вас… точнее, у нас всех долгосрочной защиты. Знают уже, что стало с бандой Малыша Билли, и им это понравилось. А таких банд в округе много осталось. Прежний-то шериф по большей части глаза закрывал, влезать в неприятности не хотел… ну и нам приказывал ничего не делать, хотя кулаки чесались… а сейчас люди видят, что ситуация изменилась… вот и пришли…

Понятно, местные дельцы желают уверенности, что их не обнесут в очередной раз, как бывало прежде. Но понимают ли они, что ничего бесплатного в этой жизни не бывает? Вот сейчас это и проверим!

Я сделал приглашающий жест, и толпа сдвинулась с места, подойдя вплотную к крыльцу. Тут люди остановились, настороженно наблюдая за мной. Я же стоял, прислонившись к деревянной балке и лениво поглядывал на них в ответ.

Молчание длилось некоторое время, пока, наконец, вперед не вышел человек лет сорока, с опрятной клиновидной бородкой.

— Сэр… шериф… мы тут собрались с ребятами, чтобы обсудить с вами ситуацию…

— Вы хотите гарантий безопасности? — голос мой звучал хрипло и слегка приглушенно, поэтому им приходилось внимательно прислушиваться, чтобы разобрать, что я говорю.

— Да, сэр… понимаете, прежний шериф…

Легким жестом я оборвал его речь. Мне не хватало кресла, чтобы вальяжно в нем развалиться, и кота под рукой. Но и так вышло славно:

— Вы пришли ко мне с уважением… и я окажу вам ответное. Вы хотите гарантий и вы их получите!..

Толпа довольно загудела, но я еще не закончил:

— В ответ же… — дельцы настороженно замолчали, — мне потребуется и ваша посильная помощь. Не думаете же вы, что мы будем умирать за вас бесплатно?

— Но вы же официальный представитель власти! — выкрикнул кто-то из толпы. — Вы обязаны!..

— С кем я говорю? Покажитесь! — потребовал я. Расслабленное выражение пропало с моего лица.

Из толпы неуверенно вышел лоснящийся от пота толстячок.

— Сэр, я ничего такого не хотел сказать… просто ваша должность подразумевает…

— Что она подразумевает? Хотите защиты, платите! Нет — проваливайте на все четыре стороны, никого держать не буду…

— Сколько? — человек с бородкой оттеснил толстяка в сторону, и тот поспешно скрылся в толпе.

— А это уже будет зависеть от вас, уважаемые. Вы лучше знаете, у кого из вас какой доход. Мы будем брать за защиту… скажем, двадцать процентов от прибыли. Ежемесячно. Устроит?

Толпа негромко загудела, люди обсуждали мое предложение. Наконец, бородатый представитель вновь сделал шаг вперед.

— Гарантии?

— Мое честное слово.

— Мы согласны!

Я спокойно кивнул и не ожидая иного ответа. Предложенная мной цена была вполне божеской, безопасность стоила куда дороже, тем более учитывая тот факт, что Серые территории стали нашими ближайшими соседями, о чем, уверен, все эти люди уже знали, и если еще не сбежали из города, то планировали вести свой бизнес и дальше.

— По рукам! — я плюнул на ладонь и спустился с крыльца.

Бородатый плюнул на свою ладонь, и мы скрепили договор рукопожатием.

— Плата берется вперед. Жду вас завтра, джентльмены. Сэм проверит ваши расчеты и примет средства. А сейчас позвольте откланяться, дела…

Я повернулся спиной к толпе и вошел в дом, и только там окончательно выдохнул. В целом все прошло хорошо, хотя в последний момент я и ожидал выстрела в спину. Все же оружие здесь имелось у каждого мужчины.

«Поздравляем! Ваша репутация в Карадже повысилась на десять пунктов. Вам присвоен статус „Крестный отец“».

Вот значит как? Рад ли я был совместить пост шерифа с неофициальной должностью главного «крышевателя» этого города? Не особо. Любая ответственность несет проблемы.

Судя по звукам снаружи, народ расходился. Тут же в помещение ввалился Сэм, лицо его было задумчивым.

— Шериф Эрп, — осторожно начал он, — а вы уверены, что ничего не помните о вашем прошлом? Вы за пять минут обложили данью всех дельцов Караджа и при этом обставили все так, что они еще и довольны остались. Кем же вы были прежде, шериф?..

Глава 13

Следующий день начался в хорошем темпе. Проснувшись рано утром и спустившись вниз из своих апартаментов, я столкнулся с не старой еще, чуть полноватой женщиной, мывшей полы.

— Миссис Хлоя? — догадался я. — Доброе утро!

— Мисс Хлоя, — чуть смущенно улыбнулась она, — рада знакомству, шериф Эрп!

— Развели мы тут бардак, — я широким жестом обвел помещение, — работы много.

— Я этому только рада, мистер Эрп. Мне лишняя монета всегда к месту. Малого кормить надо, да и о себе еще не поздно подумать…

Лицо у Хлои было усталым и каким-то замученным, но глаза весело, с искринкой смотрели на меня, и от этого она казалась симпатичной.

— Вы прекрасно выглядите, мисс Хлоя, — улыбнулся я в ответ. — Я скажу мистеру Хоскинсу, чтобы повысил вам жалование.

— Ах, не стоит, — отмахнулась было она, но потом звонко рассмеялась и добавила: — Впрочем, чего это я? Сама ведь только что жаловалась на бедность… так что не откажусь! Благодарю вас, мистер Эрп!

Выйдя из дома, дабы совершить утренние процедуры, я увидел мальца лет десяти на вид, энергично скашивавшего большой косой траву на пустыре. Понятно, сын Хлои тоже не бездельничает.

А слева от коновязи работники уже разгружали с подвод доски, бревна и прочие материалы, необходимые для стройки. Руководил ими бородатый мужчина в клетчатой рубашке — типичный прораб. Заметив меня, он приветственно помахал рукой, но подходить не стал, занятый контролем за разгрузкой.

Отлично, дело сдвинулось с мертвой точки. Змей Хоскинс оказался весьма предприимчивым малым, и за вчерашний день сумел со всеми договориться и все организовать. Такими темпами, через несколько дней у нас будет нормальная конюшня, а потом дело дойдет и до ангаров. После этого я подумывал увеличить здание управления, пристроив к нему дополнительные помещения.

Не помешало бы так же расширить клетку для задержанных, может быть, даже устроить отдельные казематы с камерами. Так же нужно выделить обеденную зону — а то основной зал сейчас напоминал смесь столовой для рабочих, склада, пивной и оружейной.

Еще я хотел обнести территорию управления высоким забором, а сверху протянуть колючую проволоку. Подобные ограждения весьма дешевы в производстве, и установить их было легко, а степень надежности охраняемых территорий сразу повышалась на несколько порядков. Так же нужно поставить несколько дозорных вышек по периметру, и соорудить контрольный пост на входе.

Я планировал сделать из управления неприступную крепость, для этого требовалось время, деньги и люди, но во всех трех позициях пока наблюдался острый дефицит.

После обеда к управлению подкатила тяжело груженная телега — доставили заказ из оружейной лавки. Двое крепких парней за полчаса перетаскали в приемную с десяток-другой ящиков.

Сэм, дежуривший в этот час в управлении, — график дежурств мы составили еще прошлым вечером, — довольно потер руки.

— Наконец-то! С этим добром будет проще делать свою работу!

Он начал вскрывать ящики один за другим, и каждый раз радостно и возбужденно вскрикивал, словно девица, получившая в наследство сундук с драгоценностями.

Разумеется, я тоже не остался в стороне, подошел и с интересом разглядывал приобретения.

Десяток многозарядных карабинов по типу знаменитого Винчестера модели 1887 года, с магазинами на шесть патронов, с резными прикладами и цевьями, и еще столько же винтовок 44-калибра с подствольными трубчатыми магазинами на пятнадцать патронов; несколько двуствольных обрезов; пара десятков капсюльных шестизарядных револьверов; четыре дульнозарядные винтовки с очень большой прицельной дальностью — послужат в качестве снайперских винтовок; и, конечно, патроны — два ящика под наш многоствольный пулемет, остальные — под ружья и револьверы.

В общем, целый арсенал, которого с лихвой хватило бы на пару десятков человек. Нас же было всего пятеро.

— Серьезная коллекция! — присвистнул я без малейшего осуждения. — Куда столько?

— Пригодится, — буркнул Сэм, — пока деньги есть, надо брать.

— Только пушки не хватает, — пошутил я.

— Так я заказал, — улыбнулся Сэм, — через недельку из метрополии доставят…

Следующие несколько часов он перетаскивал оружие в оружейную комнату, тщательно осматривая каждый предмет.

К вечеру один за другим начали приходить дельцы. Я позволил Сэму занять верхнее помещение и там вести переговоры. В конце концов, он местный, и лучше меня знает о доходах бизнесменов Караджа. Понятно было, что не все захотят делиться с нами честно, но я дал особое указание пока таких прохиндеев не наказывать, а лишь помечать в особой тетради. Потом ими займусь, пока же пусть дадут то, что пожелают. Нужно собрать все возможные средства, большая часть которых как раз и уйдет в счет оплаты оружия, боеприпасов и стройки.

Мур и Хоскинс сидели в нижнем зале, с любопытством прислушиваясь к громким голосам, раздающимся сверху. Иногда доходило даже до криков. Но, один раз зайдя на шум, я увидел, как Сэм приподнял очередного предпринимателя за грудки и трясет его, что-то выговаривая прямо в лицо. Делец пытался вырваться из цепких рук заместителя, но у него ничего не получалось.

Этот человек крепко свое дело знает, убедился я и вернулся к остальным.

Бэнкси как раз разливал по стаканам «Колотушку». В этом доме слишком много пьют, подумалось мне, прежде чем я поднял стакан и опрокинул его содержимое в глотку. По пищеводу прошлась волна жара, моим дыханием можно было запалить костер. Дрянь, конечно, редкостная, но пробирает до костей.

— У-ф-ф! — меня всего передернуло. — Гадость отменная!

— Ее настаивает на навозе старина Сигал, после разливает по посуде и продает в «Два мустанга». Все мечтает расширить производство, да денег, как обычно, на это дело недостает…

— На навозе? — эта информация меня отчего-то не удивила. — Уверен, в других городах сей напиток оценят по достоинству, его ждет несомненный коммерческий успех. Больно уж ядреная штука! Вот только о навозе лучше умолчать…

— Думаете, будут покупать? — усомнился Мур. — Может, стоит подбросить Сигалу пару монет на расширение? Войти в долю?

— Отличная идея! Наш бюджет потихоньку растет, как и доля каждого. И средств скоро станет достаточно для воплощения любых планов. Кстати, ключ от сейфовой комнаты у вас?

— У меня, — Бэнкси снял с шею толстую металлическую цепочку, на которой висел крупный ключ. — Теперь он ваш, но я должен показать, как правильно открывать дверь… там есть свои нюансы.

— А я пойду пока проверю строителей, — сказал Хоскинс, — за ними нужен глаз да глаз…

Следующая четверть часа ушла на изучение системы замков и запоров сейфовой комнаты. Все оказалось не слишком сложно, но имелись и свои секреты, не зная которых дверь было не отпереть.

— Кстати, совсем забыл, малый сейф вмонтирован в стену на втором этаже, сразу за лесным пейзажем, — пояснил в конце Мур и вручил мне второй ключ, существенно меньших размеров, — всякую мелочевку проще хранить там.

Никакого сейфа в апартаментах шерифа я не видел, но пейзаж на одной из стен вспомнил. Уж больно он выбивался из общего антуража. Значит, сейф спрятан за ним. Что же, удобно, ничего не скажешь… Пожалуй, там я и спрячу свой небесный камень до поры, до времени.

Дело шло к ночи, но поток дельцов все не иссякал. Сэм с энтузиазмом тряс их, как дерево со спелыми яблоками, и я не собирался ему мешать.

— Пройдусь, пожалуй, — сообщил я Муру, взяв шляпу со стола.

— Составить компанию? — дернулся было он, но я остановил его жестом. Мне хотелось немного побыть в одиночестве, слишком уж многое на меня обрушилось за эти несколько коротких летних дней.

— Подежурьте, пока Дряхлый Сэм занят наверху…

Я вышел из дома и неспешно пошел по улице, обходя засохшие коровьи и лошадиные лепешки, над которыми кружили жирные зеленые мухи, и время от времени здороваясь с прохожими. Звезда шерифа вновь была прицеплена к моей шляпе, так удобнее, чем держать ее на груди, но и без нее все вокруг меня узнавали. Дневная жара спала, но до ночной прохлады было еще далеко. Приятное время, самое подходящее для недолгой прогулки.

Карадж жил своей насыщенной жизнью, хотя я уже видел следы надвигающейся паники. Примерно каждая десятая лавка была закрыта, а ставни заколочены крест накрест. Многие, прослышав о грядущем соседстве с Серыми территориями, поспешили покинуть город немедленно.

Я заметил несколько семейств, в спешке грузивших свой скарб на телеги… что же, это их право и выбор. Каждый желает спокойствия и благополучия собственной семье, но… если вы прибыли на фронтир, то будьте готовы, что кто-то придет за вашим скальпом, не так ли?..

Был бы я обременен семьей, скорее всего, тоже постарался бы увезти их подальше от грядущих неприятностей. Благо, я — одинок, и нисколько этим не тяготился, напротив, был избавлен от всяческих проблем.

Я шел в направлении центра Караджа, и чем дальше продвигался, тем богаче дома стояли вокруг. Вот только уровень их защиты оставлял желать лучшего… При желании, я смог бы взять каждый дом за четверть часа в одиночку, а имея пару компетентных напарников — за десять минут.

Многие хозяйства имели собственную охрану, состоящую из пары-тройки человек, прогуливавшихся вокруг с ружьями, но это выглядело настолько нелепо, что хотелось лишь плюнуть в их сторону.

Открыть что-ли школу телохранителей в городе? Думаю, мои услуги наставника будут весьма востребованы.

А еще лучше обучить пару десятков молодых парней, создать нечто вроде охранного агентства, и сдавать ребят в аренду местным дельцам. Так и дополнительная монета капать будет, и мы не останемся вне игры. При этом общая охрана города так же останется за нами.

Мое внимание привлекли громкие крики, свист и улюлюкание, раздававшиеся впереди, по ходу моего движения.

Навстречу мне бежал человек. Был он роста выше среднего, но уже лысоват, слегка одуловат и в целом неказист, хотя выглядел относительно молодым. С его печального лица с кустистыми бровями можно было писать картину под названием «Страдание». В одной руке он держал пузатую бутылку, а в другой — курицу, крепко ухватив ее за шею. Курица давно была мертва, и ее тело болталось в такт движению.

Следом за ним двигалась толпа. Два десятка человек азартно нагоняли похитителя, намереваясь предать его быстрому и честному суду.

— Ату его!.. Лови вора!.. У меня и веревка с собой!.. Курицу верните!..

Догадаться о сути произошедшего было не сложно. «Молодой человек» неопределенного возраста украл на городском рынке выпивку и закуску, но был замечен в процессе совершения преступления, и теперь пытался уйти от погони.

Без шансов. Через несколько минут самые резвые преследователи его настигнут, и тогда вору придется туго… забьют ногами, как пить дать… а если чудом выживет, подвесят вверх головой до наступления смерти. Воров в Карадже традиционно не любили.

Вор бежал огромными скачками, как неведомая птица, но силы почти оставили это нелепое тело, а я внезапно оказался прямо на его пути, и значок мой сверкал в лучах заходящего солнца. Иной дороги для бегства у бедолаги не имелось.

— Помогите… — на последнем издыхании прохрипел беглец и упал мне в ноги. — Умоляю!..

В моей душе внезапно проснулось нечто отеческое, словно блудный сын вернулся после долгих странствий в родные пенаты.

— Именем закона! — я выставил левую руку вперед, повелевая всем остановиться.

И толпа встала. Задние еще налетали на передних, но те не двигались, лишь матерно огрызаясь напиравшим. Мой авторитет в этом городе уже был на изрядной высоте.

— Я забираю этого человека с собой, — тоном, не подразумевавшим возражений, произнес я.

— Но моя курица… — вякнул кто-то.

— Бутылка!..

— Еще он яблоко украл!..

— Молчать! — рявкнул я во всю глотку. — У кого есть претензии, завтра с утра в письменном или устном виде в управлении! Понятно? Раз-з-зойтись!

Меня услышали, но расходиться никто не спешил.

Я сердито покосился на вора. Он скорчил извиняющуюся мину, но отчего-то я ему совершенно не поверил.

— Разберемся! — я за шиворот поднял его на ноги. Кажется, моя прогулка неожиданно отменилась, а я так и не добрался до центральных кварталов Караджа. — Вперед, шагай, да не вздумай бежать, пристрелю в спину!

— Спасибо вам, — мой пленник и не думал драпать. Он нелепо переставлял ноги, будто не понимая, как они служат телу, но все же шаг за шагом продвигался вперед.

Толпа молча следовала за нами, отставая шагов на тридцать. Вот ведь настырные, не оставляют надежды прикончить человека. Хлеба и зрелищ! — этот девиз актуален во все времена.

В управление мы вернулись в целости и сохранности, но я еще раз сделал себе зарубку в памяти о необходимости стены и дополнительной охраны.

Люди, увидев, что мы зашли в дом, разбрелись кто куда, не предпринимая никаких активных попыток повлиять на ход событий.

— Нагулялись, шериф? — саркастически поинтересовался Мур, вышедший на шум и с до этого настороженностью наблюдавший за действиями толпы.

— Да, вот, понимаешь, вора поймал, — признался я слегка смущенно, словно меня застали за чем-то неприличным. — Курицу спер, выпивку и яблоко…

— Богатый набор, — улыбнулся Бэнкси и повернулся к похитителю: — Оголодал, что ли?

— Я не ел шесть дней, — угрюмо ответил тот, — а не выпивал и того дольше…

— Сочувствую, но у нас в Карадже принято платить за еду и напитки.

— Я бы расплатился… потом… когда-нибудь…

— Ну-ну, — явно не поверил Мур, — а яблоко зачем?

— На закуску. У вас тут такую дрянь гонят, что просто рукавом занюхать не хватает!

— «Колотушка»! — с гордостью, словно говоря о собственно нежно любимом ребенке, сообщил рыжий.

— Определи его в камеру, пусть посидит, подумает. Да, а украденное забери, — приказал я. Всякое желание гулять по Караджу у меня уже пропало. Я передал вора в руки Бэнкси и уселся на стул, думая чем занять остаток вечера. — Курицу пожарим на ужин…

— Яблоко хоть оставьте! Жрать хочу, кишки сводит!

— Оставь ему яблоко, — решил я, — и дай половину колбасы, да кусок хлеба. Не хватало еще, чтобы он тут у нас подох.

— Мы же не богадельня какая! — возмутился Мур. — Кормить тут еще всяких…

Как и всякий рыжий, Бэнкси был скрягой, но все же с ворчанием притащил немного еды в камеру и даже от щедрот плеснул пару глотков «Колотушки» в кружку.

Воришка набросился на еду, как кот на сметану, с утробным урчанием и алчным блеском в глазах.

— Смотри, не подавись, — Мур сменил гнев на милость, и теперь с улыбкой наблюдал за процессом поглощения пищи.

Сожрав все в мгновение ока, вор запил еду «Колотушкой» и глаза его в буквальном смысле полезли на лоб, а лицо сравнялось цветом со зрелой свеклой.

Бэнкси заржал, наслаждаясь ожидаемым, но от того не менее приятным эффектом.

— Хуже гадости я на своем веку и не припомню, — отдышавшись, сообщил вор, — каждый раз пью ее, как в первый!

Мур сел за стол, взял лист бумаги и перо, и начал заполнять формуляр. Дело было, конечно, плевое, но порядок есть порядок. Он чуть повернулся к задержанному и спросил:

— Звать тебя как?

— Не помню, — пожал тот плечами. — Память отшибло напрочь.

— Не хочешь, значит, отвечать? — нахмурился Бэнкси. — А я тебя тут кормил…

— Честное слово, не помню я! — неудачливый воришка вскочил на ноги и подошел к решетке вплотную. — Упал, очнулся…

— Гипс? — отчего-то уточнил я.

— Амнезия. Полная. Говорить могу, читать могу, но о себе ничего не помню.

Что-то это мне напоминало, поэтому я не стал сразу обвинять его в обмане, а решил послушать, что он еще расскажет.

А вот Бэнкси в эту историю не верил.

— Амнезия, говоришь… у меня есть плетка-семихвостка, я ей бревна колоть могу… что если мы тебя сейчас выведем во двор, привяжем к столбу, потом я расчехлю свою плетку, да пройдусь слегка по твоей спине?.. Как думаешь, быстро ты излечишься от своей амнезии?..

Воришка видел, что мой заместитель нисколько не шутит.

— Клянусь вам, чем хотите клянусь! Не помню я ни черта!

«Внимание! Официальное сообщение! Квадрат номер двенадцать перешел в „серый“ статус! Будьте осторожны! Слабые долго не живут».

Я замер на месте, вчитываясь в строки, высветившиеся перед глазами. Мой Помощник начал предупреждать о глобальных событиях? Отлично! Такая информация точно не будет лишней.

Мистер Дикси говорил, что Серые территории придут лишь через неделю-две. Вышло раньше. Хорошо это или плохо? Скорее, плохо. Мы еще не успели толком подготовиться.

По привычке моргнув два раза правым глазом, я закрыл информационное поле.

Воришка, до этого замерший на месте, внезапно впился в меня взглядом. На злобного Бэнкси он не обращал более ни малейшего внимания.

— Шериф, сэр, вы… — его голос прервался от волнения, — тоже видите ее? Она говорит с вами?

— Кого ее? — не понял я. — Кто говорит?

— Система!..

Глава 14

Моя радость оказалась преждевременной. Воришка, которого я тут же вытащил из клетки и увел наверх для долгого разговора по душам, оказался совершенно бесполезен. Он на самом деле не помнил ни своего имени, ни обстоятельств, волею которых он оказался в пригороде Караджа.

Очнувшись, в отличие от меня, не в пещере в скале, а в излучине реки в небольшом гроте на каменном ложе, он выбрался наружу, и стены грота тут же сомкнулись за его спиной. Повезло ему лишь в том, что выбравшись из леса в западной его части, голодный и едва живой, он тут же оказался в преддверии города.

Помощник, которого он называл Системой, давал ему легкие задания, но чувство голода превысило возможные риски, и первым делом, толком не разобравшись что к чему, он совершил те незначительные злодеяния, после которых и попал мне в руки.

— То, что ты зовешь Системой, — задумчиво спросил я, выслушав эту историю до конца, — присвоила тебе какой-то класс?

— Класс «вор», — нехотя сообщил он.

Хм, любопытно. Получается, классы давались исходя из первых осознанных действий субъекта. Я убил птицу и стал стрелком, а он украл курицу и превратился в вора.

— А что с показателями? Были изменения?

— Удача понижена. Ловкость понижена. Репутация тоже.

— Понятно, значит ты теперь вор-неудачник. Не завидую…

— Думаете, это на что-то влияет? — испугался бедолага. Теперь, когда он был относительно сыт, то задумался о своем ближайшем будущем, и оно выглядело не слишком светлым.

— Тут все на что-то влияет, каждое действие, каждый шаг… и я уверен, собственными достижениями можно как-то пользоваться, только нужно разобраться, как именно…

Я вспомнил, как у меня активизировалось особое зрение во время перестрелки в салуне. Это был весомый бонус, который позволил мне остаться живым и невредимым. Плюс — мое умение быстро выхватывать револьвер, но это природное, Система тут не причем. Чуть поразмыслив, я решил не рассказывать об этом своему коллеге по несчастью. Я не считал, что нам нужно держаться вместе, и что я должен делиться всем, что узнал. У каждого свой путь, и до некоторых вещей нужно дойти собственным умом. Если бы мог случиться равноценный обмен информацией, еще ладно… тут же я видел, что взамен не получу ничего, да и мои откровения не дадут ему преимущества, разве что чувство зависти.

— Вы отпустите меня, шериф?

— Отпущу, ты мне тут не нужен. Но мой совет — исчезни из этого города, иначе в следующий раз я не успею прийти к тебе на выручку.

Воришка погрустнел.

— А куда мне деваться? Денег у меня нет, эти земли я не знаю. Я не дойду до других поселений. Может быть, у вас найдется для меня работенка, шериф?

Я задумался. С одной стороны даже полезно держать его под рукой, вдруг он сумеет выяснить что-то про Систему… и это окажется полезным мне. С другой — видно, что тип этот совершенно никчемный, пропащий, и ничего хорошего от него ждать не стоит. И все же, как ни крути, собрат по беде…

— Я буду звать тебя Джон Доу, — со вздохом сообщил я. — Имя не лучше и не хуже прочих, а как-то прозываться ты должен.

— Да хоть макакой называйте, главное не гоните.

— Значит так, Джон… — я вытащил из кармана те самые две монеты, которые нашел в пустыне. — Расплатишься этим с должниками и возвращайся обратно, переночуешь в управлении. Будешь должен. Чтобы тебя не подвесили ненароком вниз головой, отправлю с тобой одного из парней. А потом решим, что делать дальше.

— Все исполню, шериф, даже не сомневайтесь, — воришка повеселел, поняв, что его не выгонят прочь. — Расплачусь с вами сторицей!

— Мистер Мур, — крикнул я, и когда рыжий подошел, попросил: — Сходите с этим… хм… мистером Доу к людям, пусть расплатится. Проследите, чтобы он остался жив. Этот человек мне еще нужен.

Бэнкси пожал плечами и проверил револьвер.

Едва они вышли из дома, как с верхнего этажа спустился Сэм с последним из дельцов. Вид оба имели крайне недовольный, и демонстративно не смотрели друг на друга.

— Все в порядке, джентльмены? — спросил я.

— Лучше некуда, шериф, — Сэм повернулся чуть боком и подмигнул мне, показывая, что торги прошли хорошо.

— А у вас мистер…?

— Пшехонски — моя фамилия, — склонил голову предприниматель, — шкуры и меха.

Поляк, что ли? Не люблю я поляков, а отчего — и не припомню. Впрочем, в этом мире нет разделения на нации, тем более любопытно, откуда взялись редкие имена и фамилии.

— Рад знакомству!

— Взаимно, шериф Эрп. Скажу я вам, ваш человек умеет торговаться… мне бы пару таких помощников, глядишь, дела пошли бы куда лучше…

— Если Сэм решит бросить службу, он будет знать, куда податься…

Предприниматель намек понял, коротко кивнул и вышел.

Дряхлый Сэм вздохнул и плеснул в два стакана «Колотушки».

— Тяжелый день? — сочувственно посмотрел на него я.

— Эти люди… они невыносимы. Честное слово, лучше бы я весь день охотился за скальпами в Серых территориях, чем торговался с ними. Семь потов сошло, пока суть да дело…

— Уверен, Сэм, вы справились.

— Еще бы, — хмыкнул он, — уж я-то знаю каждого в этом чертовом городе. Меня они не обдурят, хотя и пытались… да-да, пытались!

— Вы записывали в тетрадь их имена?

— Если бы я это делал, шериф, то должен был бы записать буквально каждого. Нет, я просто долго и подробно рассказывал им, из каких именно источников проистекают их доходы… явные и тайные… После этого мы приходили к взаимовыгодному соглашению. Кстати, нужно сложить золото в сейф. Ключ у вас, мистер Эрп?

— У меня, Сэм. Давайте выпьем то, что налито, а потом поглядим на нашу сегодняшнюю выручку.

Мы подняли стаканы и выпили. Кажется, я начинал привыкать к этому зверскому напитку. Он уже не действовал на меня столь отталкивающе, как прежде. Дурной знак, как по мне…

Поднявшись на второй этаж, я с удивлением увидел, что весь стол заставлен мешочками разного размера и веса. Взяв один в руки, я ощутил его тяжесть. Золото — лучший из металлов!

Сэм взял стопку листов и начал медленно, по складам читать свои записи. Кто, за что, сколько… имена шли один за другим, как и суммы, которые весьма меня радовали.

В конце подвели итог. Сэм долго считал столбцом, наконец суммировал:

— Четыреста золотых монет, семьсот серебряных, немного самоцветов, россыпь алмазов, среди них два крупных камня, полкило золотого песка. Отличный улов, шериф!

— Главное, они будут приносить столько каждый месяц. Столько и больше. Их доходы станут расти, соответственно вырастет и наш процент. Плюс другие увидят, что дела их соседей идут в гору, и тоже захотят заключить с нами договор.

— Эти деньги еще придется отработать, — нахмурился Сэм. — И, уверяю вас, нам придется тяжело.

Мы сложили все мешочки в три большие кожаные сумки и спустили их вниз. Я открыл сейфовую комнату, полки которой постепенно начали заполняться. Вид наполненных монетами и прочими ценностями мешочков приносил мне ощутимое удовольствие, сравнимое, разве что с тем, чем мы занимались с Лилуйей прошлой ночью. Половина этих денег были лично моими, но я планировал инвестировать их на развитие управления шерифа в надежде в будущем получить большие дивиденды. Все равно бежать мне, как и Джону Доу, было некуда. Мы здесь чужие, поэтому надо умудриться устроиться там, куда занесла судьба. И если у воришки это не очень-то получилось, то мне пока удавалось держаться на плаву.

На ночное дежурство Сэма сменил Бург, а я поднялся в свою комнату, прихватив остатки бутылки и кусок холодной телячьей ноги на ужин. Признаться, я изрядно устал, и когда обнаружил в комнате Лилуйу, вольготно развалившуюся в постели, был не слишком-то рад. Что-то девица зачастила с необъявленными визитами.

Черт! Надо все же заделать окно решеткой!

Закрыв дверь на ключ, я подошел к ней вплотную и склонился сверху. Она подняла на меня ясные глаза, но мой вопрос застал ее врасплох:

— Что случилось с племенем Солнечной Долины?

— Откуда ты… кто сказал? — кажется, впервые со времени нашего знакомства, она не могла подобрать слов.

— Запомни, детка, теперь я шериф этого города. И знаю все, что происходит в нем и всей округе. Итак, мне повторить вопрос?

На глазах индианки выступили слезы. Я не ожидал этого и отступил на шаг назад. Терпеть не могу утешать людей. Но девица быстро взяла себя в руки, вытерла глаза отворотом куртки и негромко сказала:

— Можешь не повторять, Безымянный, я все слышала. Племени Солнечной Долины больше не существует, я последняя из рода…

История была печальна и поучительна. Жадность и гордыня погубили целое племя в один день. Случилось это пару лет назад, и поначалу ничего не предвещало беды. С племенами, жившими в лесах и долинах, бледнолицие никогда не воевали. Наоборот, при желании, любой индеец мог обитать в пределах города, и никто не стал бы на него коситься. Свобода воли и демократия, мать их, в лучших традициях. Серые территории, пришедшие из ниоткуда, уничтожили прочую ксенофобию, как класс. Остались только люди, а против них — твари, все же прочее перестало иметь значение.

Но все же многие желали жить по-старинке, и вожди не спешили обосновываться в том же Карадже, и других городах соседних квадратов. Племя Лилуйи погибло, когда желание вождя заполучить лиониты на Серых территориях, чтобы разбогатеть, столкнулось с суровой реальностью. Он повел туда всех, от мала до велика, надеясь, что мужчины защитят женщин и детей.

И поначалу все удавалось, первых тварей убили легко, и тут же нашли два ценных небесных камня. Этого хватило бы на долгое время для всего племени, но вождь решил идти дальше…

Твари оказались сильнее и хитрее, и племени не стало. Лишь Лилуйя чудом избежала гибели, благодаря нелепой случайности. В тот день она маялась животом, объевшись кислых лесных яблок, и периодически отставала от прочих… это ее и спасло. Когда она добралась до поляны, где произошла бойня, кроме мертвых тел там уже никого не было. Не выжил ни один человек, твари убили всех и ушли.

— С тех самых пор я охочусь на них, — закончила рассказ девушка, — научилась убивать, выслеживать. Знаю их слабые места, уязвимые точки.

— А спать со мной — это-то как связано с твоей местью?

— Племя должно жить, — просто ответила девушка, ничуть не смутившись, — ты — подходящий человек, я это сразу поняла. Ты умеешь выживать, как и я. Ты сильный.

— Но я не из твоего племени.

— Это не важно. Кровь решает все. Моя кровь будет течь в жилах моего сына. Он найдет себе жену, она родит других сыновей. Те найдут себе жен, и их дети, дети их детей возьмут себе жен и возродят племя Солнечной Долины. С чего-то надо начинать…

Звучала эта концепция сомнительно, но спорить я не стал. В конце концов, она жила этой надеждой уже два года, и кто я такой, чтобы лишать ее единственной цели.

Впрочем, нет, была у нее и вторая идея-фикс — уничтожать тварей. И грех было не воспользоваться ситуацией.

— Хочу тебя обрадовать, в соседний квадрат пришли Серые территории. Скоро в Карадже начнутся проблемы.

Лилуйа посветлела лицом. Кажется, этот день она провела вне города и свежие новости еще не коснулись ее ушей.

— Ты принес мне хорошие новости, Безымянный! Мое сердце жаждет крови, и скоро оно ее получит… а пока же… иди ко мне!

Второй тайм наших «переговоров» прошел еще более занимательно, чем первый. Через час любовных упражнений я было начал угасать физически, но индианка влила в меня пару глотков из небольшой фляжки, и я в прямом смысле воскрес. Силы прибавились многократно, сознание прочистилось, и я ощутил себя шестнадцатилетним юнцом, готовым иметь все, что движется, без остановки. Ощущение было давно позабытым, но приятным и будоражащим.

Я вновь почувствовал прилив желания и притянул Лилуйю к себе. Ее обнаженное стройное тело было теплым и упругим, отзываясь на каждое мое прикосновение. И пахла она особенно — как утренний цветущий луг, полный трав и туманов.

— Что я только что выпил? — даже голос у меня словно бы стал звонче и моложе.

— Раствор из мухоморов, особый рецепт…

Дьявол! Если она меня не убьет этой ночью, я обязательно узнаю этот рецепт.

И все равно, я уснул первым. Вырубился мгновенно, как бывало в далекой юности, и спал столь крепко, что не услышал бы ничего, происходившего рядом. Сон младенца, чистый и невинный.

Проснулся я ночью. В окно ярко светила луна, прохлада пробралась в комнату, и тело приятно расслаблялось после полуденной жары.

Лилу рядом не было.

Все как обычно! Сбежала, не попрощавшись, и, кажется, сделала это давно, потому что правая часть постели уже утратила остатки тепла ее тела.

Что же меня в таком случае разбудило?

Я доверял собственной интуиции больше, чем разуму. Тонкие материи не все принимают всерьез, но я то знал, что к подобным вещам нужно прислушиваться, а не игнорировать их.

Револьвер мгновенно оказался в моей руке. Свеча на столе уже догорела, и комната была погружена во мрак.

Но нет, дело было не в моей комнате. Опасность присутствовала, но не столь близко. Скорее угадав, чем услышав протяжный скрип где-то внизу, я подошел к двери.

Так, что у нас там? Бург, дежуривший этой ночью, явно поднял бы шум, случись что-то непредвиденное. Но выстрелов не было, между тем, скрип повторился вновь, долгий и мерзкий, словно пенопластом провели по стеклу.

Меня передернуло от неприязни. Надо было решаться, и я осторожно повернул ключ в двери.

Повезло, петли оказались хорошо смазаны, и дверь открылась бесшумно. Я был босиком, без рубашки, успев нацепить лишь штаны.

Осторожно крадясь вперед, я чувствовал подошвами ступней шероховатые грубые доски пола.

Внизу царила полутьма, лишь одинокая масляная лампа тускло чадила где-то сбоку. Бурга я не видел, возможно, он дрых где-то в одной из боковых комнатушек… но всем своим существом я ощущал чье-то чужое присутствие.

Скрипнуло вновь, так же отвратительно и протяжно, совсем рядом, буквально в десятке шагов.

Я замер, держа револьвер наготове.

Очень бы не помешало улучшенное зрение, но как его активировать, я не знал. В прошлый раз оно включилось само по себе, и так же вырубилось. Сейчас же приходилось довольствоваться собственными природными способностями.

Шаг за шагом я начал спускаться вниз по лестнице.

Где же ты прячешься?

В том, что кто-то притаился во тьме, я не сомневался. Надеялся лишь, что Бург жив и просто отсутствует по некоей важной причине.

Лестница кончилась, свет лампы не доставал до нее, и я все еще оставался во тьме… если только мой враг, прячущийся в этой комнате, не может видеть в темноте. В противном случае, я для него, как на ладони.

Слева скрипнула доска под чьим-то весом, и тут же из коридора показался Джон Доу со свечкой в левой руке и пустой бутылкой «Колотушки» в правой. Не обращая ни на что внимания, он направился к столу, на котором стояла еще одна бутыль.

Но дойти до него он не успел.

Не было ни предупреждающего рыка или шороха, просто из угла комнаты одним полуразмытым прыжком стремительно пронеслось чье-то тело.

Удар, негромкий вскрик, звук падения грузного тела. И тут же чавканье, громкое и жадное.

Мое особое зрение включилось внезапно, контурно выделив главное: тело воришки-неудачника, лежащее на спине на полу, и второе тело — сидящее прямо на нем, и словно бы прильнувшее к Джону всем своим существом.

Да оно же жрет его! Вцепилось зубами в шею и отгрызает кусок за куском!

Я начал стрелять сразу, как только осознал увиденное. Первый выстрел снес тварь с тела Доу, второй и третий — разворотили пришлому грудь, четвертый был в голову, но ствол чуть дернулся, и пуля попала в локоть, оторвав предплечье.

Джон хрипел на полу, истекая кровью. Не жилец.

Лучше бы он отправился в соседний город, как я ему советовал всего несколько часов назад. Глядишь, остался бы жив.

Но мне сейчас было не до него. Подхватив со стола лампу, я быстро подошел к твари, извивающейся от боли. Судя по всему, это все же был человек… но какой-то странный, словно не полноценный…

Я поднял лампу выше, пытаясь выхватить из мрака его лицо. И, наконец, увидел.

Половины черепа у него отсутствовала, но я узнал то, что осталось.

Малыш Билли — уже убитый мной один раз, каким-то чудом воскрес и явился по мою душу вновь. Его единственный уцелевший глаз светился пронзительно алым цветом, с уголков рта стекала тягучая, красная слюна, а кулаки с внезапно появившимися когтями непроизвольно сжимались и разжимались.

Пока я его разглядывал, Билли резким, совершенно нечеловеческим движением сгруппировался, внезапно оказался на четвереньках, и тут же прыгнул прямо на меня.

Но я был готов. Оставалось два патрона, я это помнил. Без права на ошибку.

Хватило одного.

Выстрел снес оставшуюся часть головы Билли. Его тело на рефлексах еще летело на меня, но я успел шагнуть в сторону, и Малыш рухнул на пол.

Когти все царапали ногтями доски пола, ноги чуть подергивались.

Я перевернул тело на спину. В середине груди Билли сквозь прорехи в рубахе что-то слегка пульсировало желтым цветом. Очередное средоточие силы, как у прыгунов? Ну уж нет, еще одного шанса я тебе не дам.

— Да сдохни же ты, мразь! — я приставил оружие к центру средоточия и нажал на спусковой крючок. Последняя пуля разворотила средоточие, пульсация погасла.

Кажется, готов… но что это вообще было?

"Поздравляем! Вы победили существо «Возрожденный». Класс врага: средний монстр'.

Это он-то средний монстр? Не хотел бы я в таком случае встретить «сильного».

Убедившись, что Билли более не подает признаков жизни, я подошел к Джону Доу. Мертв, как я и предполагал. Мой коллега по несчастью просуществовал в этом мире недолго. Пониженная удача сыграла свою роль, ему не повезло в очередной… последний раз.

Дверь с грохотом распахнулась, и в помещение ввалился Бург с факелом в одной руке и карабином во второй.

— Спокойно! — крикнул я. — Не стреляй, это я!

— Шериф?

— Где ты был?

— Меня вызвали люди Дикси. Твари напали на город!

Глава 15

Быстро поднявшись наверх, я оделся, перезарядил револьвер и сунул его в кобуру, а в руки взял многозарядный карабин.

Из коридора показалось заспанное лицо «Везунчика» Сиббила, которого, видно, устроили ночевать в управлении, как и Джона. Но в отличие от воришки-неудачника, у Сибилла с удачей оказалось все в порядке, он попросту проспал все события, и теперь недоуменно пялился на два мертвых тела, у одного из которых отсутствовала голова, а у второго была разорвана шея.

— Что случилось? — судя по голосу, Везунчик не испугался.

Я принял решение.

— С оружием обращаться умеешь?

— Я ведь мужчина, — пожал он плечами, — разумеется, умею.

— Тогда возьми винтовку и пару револьверов. Пойдешь с нами.

Без лишних слов Сибилл выполнил приказ, и уже через минуту мы втроем вышли на улицу.

Город казался вымершим, но я чувствовал, что люди не спят, а выжидают, сидя в своих домах у слегка приоткрытых окон, при этом надежно забаррикадировав все двери. Что же, это, конечно, их право… но я бы на месте горожан не полагался целиком лишь на шерифа и несколько его человек, а вышел бы на помощь с оружием.

Только лошади дико ржали и рвались с коновязи, чуя близость смерти.

Полная луна и факел в руке Бурга в достаточной степени освещали пустую дорогу, по которой ветер гонял перекати-поле.

«Активирована задача: защитить Карадж. Дополнительная задача: дальнейший сбор информации. Возможные награды: вариабельны».

Не густо с исходными данными, в этот раз вообще без подробностей. Ничего, разберусь сам.

Где-то неподалеку раздался одиночный выстрел и сразу затем дикий крик, который, впрочем, быстро затих.

— Где Дикси и его люди? — чуть повернулся я к Бургу.

Тот напряженно вглядывался во тьму, взглядом выискивая врагов, но на улице никого не было видно.

— Большая часть на ранчо, но сам Дикси решил заночевать в городе на постоялом дворе. С ним несколько человек. Они-то первые и поняли, что твари уже здесь!

— Каким образом? Ведь все было тихо?

Негромко переговариваясь, мы шли вперед по улице, держа оружие наготове. Кое-где в домах шевелились занавески, но ни один человек не вышел нас поддержать.

Дьявол! А стоит ли этот город моей защиты?..

— Им в руки попался разведчик, мы уже встречали таких прежде. Главной задачей подобных существ является сбор информации и, если возможно, инициализация. Сегодня ему повезло, смог поднять сразу многих…

— Что это значит? — не понял я.

— Много свежих мертвецов, — продолжил объяснение Бург, — думаю, разведчик нашел их тела на леднике и поднял…

— В каком смысле «поднял»? — только зомби мне тут не хватало.

— Разведчики умеют инициировать недавно умерших людей. Не всех, а только тех, у кого сохранилась хотя бы часть мозга. Никаких прежних воспоминаний у таких поднятых не остается, а их тела изменяются, превращаясь в тех, кого мы называем «прыгунами». Есть и другие: «ходоки», «сверчки», «копры», «кривляки», «капитаны»… всех сходу не припомню…

Теперь понятно, откуда взялся убитый моей рукой Малыш Билли. Разведчик добрался до него и до других, застреленных в «Двух мустангах» и инициировал их, сделав опасными тварями. Но почему Билли пришел за мной? Ведь, по словам Бурга, прежней памятью они уже не обладали? Или Бург ошибается, и кое-что твари все же помнят?..

Что теперь, нам придется во второй раз убивать банду Билли? Дерьмовый мир! Но другого у меня не было…

Мы отошли шагов на сто от управления, как кто-то бросился из темной подворотни нам навстречу. Я уже почти нажал на спусковой крючок, но в последнюю секунду узнал бежавшего, и предупреждающе поднял левую руку вверх, показывая Бургу и Сибиллу, что стрелять не надо.

Это был паренек — сын миссис Хэндрик, он помогал нам с расчисткой пустыря и лошадьми. Вот только имени его я не знал, да и ни к чему оно мне.

— Стоять, сынок! — негромко приказал я, и парень замер на месте. — Никогда не подкрадывайся подобным образом к вооруженным людям!

— Понял, сэр! Простите, виноват!.. — голос его еще был голосом подростка, чуть высоковат, даже пискляв, но в интонациях я не уловил страха.

— Зачем бродишь по городу в такую ночь? Смерти ищешь?

— Помочь хотел. Знаю, что твари в городе!

— Сбежал от мамки? — догадался я.

Парень недовольно насупился.

— Она не понимает, что место мужчины — встретить врага с оружием, а не прятаться дома…

— А ты, значит, мужчина? — хмыкнул Бург, но вид при этом имел довольный.

Паренек сжал кулаки, словно собираясь полезть в драку, потом опомнился и коротко ответил:

— Да!

Еще один храбрец, вот только ростом пока не вышел. К черту! Но использовать его можно и иначе.

— Оружия у тебя нет, — заметил я, — мистер Сибилл, будьте так любезны, отдайте молодому джентльмену один из револьверов. Я видел, у вас их целых три!

Везунчик пожал плечами и отдал оружие. Парень умело проверил барабан и расцвел улыбкой. Боец! Не то, что жалкие горожане. Но брать его с собой на убой я не собирался.

— Значит так, парень. Вот тебе ключ от управления. Ты отправляешься прямиком туда, проверишь лошадей и будешь за старшего в наше отстутствие.

— Но, сэр, я думал…

— Делать, что приказано! Вопросов не задавать! Мне лучше знать, кто на каком посту пригодится больше! Выполнять!

Кажется, своим грозным тоном я запугал его больше, чем темнота, царившая вокруг, и твари, бродящие по городу в поисках жертв. Парнишка развернулся на девяносто градусов и опрометью бросился бежать.

Так-то лучше! Пусть успокоит лошадей, мне даже отсюда все еще было слышно их испуганное ржание. Громкий шум мог привлечь и других тварей к управлению, а я этого не хотел. Надеюсь, парень справится, не дурак.

Мы двинули дальше по улице, вскоре добравшись до «Двух мустангов». В салуне было тихо: темные окна, чуть приоткрытая створчатая дверь, словно приглашающая заглянуть внутрь.

— Проверим ледник? — предложил я, но Бург лишь пожал плечами, мол, зачем, и так все ясно.

— Мистер Дикси и его люди в квартале западнее, — объяснил он, — на постоялом дворе «Копатель». Я говорил с ним, и пойманную тварь они там держат, заперли в подвале.

Мне было любопытно взглянуть на пойманного разведчика, и мы отправились по указанному адресу, вот только дойти до места не успели.

Едва свернув на соседнюю улицу, мы увидели живописную картину: два человека мчались со всех ног по булыжной мостовой, а за ними гналось… нечто…

Словно несколько человек взяли и смешали в единое целое в хаотичном порядке, а получившееся массивное создание после еще изменилось — кожа, покрывавшая его тело, была толстой и крепкой, как у носорога, шесть сильных лап-ног довольно легко несли грузное тело, несколько лап по бокам, усиленных когтями, готовы были рвать любого, а впереди корпуса я заметил еще две — толще, с огромными кулаками, способными пробить стену. А вот голова была лишь одна, почти скрытая между широкими плечами, утопленная в теле.

Бежала тварь весьма шустро, явно нагоняя свою добычу. Еще немного и собьет с ног, затопчет, раздавит. Беглецы отстреливались через плечо, но безуспешно. Если пули и попадали в цель, тварь это не останавливало.

— Это копр! — крикнул Бург, целясь в существо. — Опасный гад!

Об этом я и сам уже догадался.

Мы открыли беглый огонь из всех стволов, прикрывая беглецов. Те заметили помощь и из последних сил рванули в нашу сторону. Но и копр не собиралась отпускать добычу. Резко ускорившись, огромная страшная туша за пару секунд развила невероятную для таких габаритов скорость, и как катком проехалась по бегущему последним человеку, превратив его тело в тонкую кровавую отбивную.

Я точно видел, что попал в него, и не раз, но монстр этого не заметил. Да и Бург с Сибиллом не мазали, но успех был минимальным — лишь одну из боковых лап удалось отстрелить, но копр даже не дернулся от боли.

— Органы восприятия у него атрофированы! — догадался я. — Он ничего не чувствует! Огонь только по конечностям!

Дело пошло чуть лучше. Пока копр прыгал на человеке, мы начали стрелять прицельно, удачно перебив две несущие ноги в суставах. Теперь они попросту болтались вдоль его корпуса, чуть раскачиваясь на остатках сухожилий.

Выживший беглец пронесся мимо нас с выпученными от страха глазами, но даже и не подумал остановиться и помочь. Вот же ублюдок, мать его!

Окончательно изувечив тело несчастного, копр переключил свое внимание на нас. Издав низкий утробный звук, от которого завибрировало все вокруг, он бросился вперед, намереваясь проделать с нами то же, что и с первой жертвой.

Почти получилось. Мы все трое до последнего мгновения полагали, что пули остановят тварь. Не остановили. Некоторые впивались в уязвимые места тела, другие отскакивали от толстой кожи, но копру было наплевать на наши усилия. Он просто пер на нас, и маленькие глазки единственной головы при этой многоножке сверкали красными огнями.

Я искал взглядом средоточие силы, но массивное мясное брюхо скрывало его.

— В сторону! — я едва успел отпрыгнуть, и тело копра пронеслось в считанных сантиметрах от меня.

Бург просчитал все заранее, и невозмутимо сделал шаг в сторону. А вот Сибиллу не повезло, его зацепило краем туши и отбросило далеко в сторону. Шулер упал неудачно, громко вскрикнул, револьвер выпал из его руки и отлетел на несколько шагов влево. Везунчику в этот раз не повезло, бывает.

И тут меня осенило.

— Стрелять по глазам!

Бург понял сразу, и как только копр развернулся, начал высаживать пулю за пулей, вот только ложились они, хоть и кучно, но чуть мимо.

Зато тварь лишилась одного уха и ей выбило часть челюсти, но это совершенно ни на что не повлияло.

Я отбросил карабин в сторону и выхватил револьвер.

Где же мой чертов режим стрельбы? Как его активировать⁈

Волнение, адреналин, бешенство — не знаю, что именно повлияло, но картинка перед глазами поменялась. Теперь я видел исключительно копра, причем желтым цветом — моим выбранным цветом — подсвечивались его уязвимые места.

Их было немного: глаза — как я и предполагал, и центр силы, но тот находился снизу туши и добраться до него не представлялось возможным.

— Получай, ублюдок!

Выстрел. Пуля вырвала кусок черепа у виска твари, но все же прошла по касательной, не причинив особого вреда.

Выстрел. Второе ухо превратилось в фарш.

Дьявол! Да что такое⁈ Что мне сделать для того, чтобы, наконец, попасть в цель?..

«Снайперский режим класса „Стрелок“ активирован».

Перед моим взором появилась миниатюрная классическая мишень, с делением на десять частей. И центральная ее часть как раз была сфокусирована на правом глазе копра.

Неужели, это поможет? Я и так стрелял прилично — куда лучше почти всех вокруг, но несовершенство устаревшей конструкции револьвера делало разброс пуль чуть более широким, чем мне того хотелось.

Помогло. Все пули, как одна, ложились в мишень в самом центре мишени — на девятом-десятом круге. В яблочко!

Левый глаз, правый глаз. Контрольный в лоб, еще раз, и еще.

Туша пропахала землю и замерла прямо у моих ног. Конечности подергивались, тело еще жило, но управляющий этим организмом разум уже отключился, и не мог отдавать новые приказы.

И все же…

Я приставил револьвер к голове копра, точнее, к тому, что от нее осталось, и высадил остальные патроны, окончательно разнеся его черепушку.

Вот теперь с этим все… неужели, с каждой тварью придется так мучиться? Тут нужно применять иную тактику, иначе будет туго. Не каждый же раз удача повернется к нам лицом, как сегодня, и гниды станут лезть один за другим, а не всем скопом. Думаю, огонь их остановит с большей степенью надежности.

Нам нужен огнемет!

«Поздравляем! Вы уничтожили существо „Корп“. Класс врага: сильный монстр с особыми свойствами. Награда: снайперский режим теперь доступен постоянно. Вызов режима — устное пожелание „Снайпер“».

Отлично! Этот режим — шикарная штука, в этом я только что убедился. Если отныне он и дальше будут подсвечивать все уязвимые точки на теле тварей, то это изрядно облегчит мое существование. Одно дело — стрелять наугад, а совершенно иное — бить наверняка.

— Шериф, — Бург подошел к туше, оглядывая ее, — да в нем не меньше четырех мертвецов сплелось. Плюс, вы убили Малыша, да и не все тела на леднике были пригодны для инициации. Думаю, второго копра мы сегодня не встретим. Значит, по городу шастает уже совсем мало тварей!

— Однако, эти пара гадов до сих пор заставляют всех сидеть по домам. Трусы! Жалкие трусы!

— Нам платят за это, шериф, — пожал плечами Бург, — это наша работа, а не их.

— Тоже верно, — не стал я спорить. — Что с Сибиллом?

— Я в порядке, — шулер поднялся на ноги, отряхивая свою некогда элегантную, а сейчас превратившуюся в жалкие лохмотья, одежду.

— Вы начинаете мне нравиться, мистер Везунчик! Глядишь, у меня найдется вакансия по вашу душу.

— Мистер Эрп, боюсь, я отклоню ее… слишком уж на этой службе резво убивают.

Из переулка прямо на нас вышли с десяток вооруженных мужчин. Неужели, до местных дошло, что не только шериф отвечает за безопасность, но и самим иногда нужно хоть что-то делать. Или же они попросту дождались в безопасности, пока мы прикончим корпа — самую опасную из тварей, а уж обычных недоразвитых прыгунов расстрелять — раз плюнуть. Но даже если так, спасибо и на этом.

Впереди шел сам мистер Дикси с обрезом в руках. Так вот кто организовал местную самооборону, стоило догадаться прежде.

Кстати, а где шляются остальные мои заместители? В такой момент они должны быть рядом, а кроме Бурга, никто не явился отражать внезапную атаку.

— Шериф, — Дикси кивнул мне, — мы уложили троих. Стандартные твари, недоразвитые еще. Такие обычно уходят в лес или ищут брошенные дома с ледниками и там созревают до прыгунов, а эти решили, видно, слегка порезвиться…

— На нашем счету один стандартный в управлении, плюс корп. Этот идет за четверых.

— Итого, восемь, — подсчитал Дикси. — Значит, где-то бродит еще парочка. Ничего, отловим!

— Я слышал, вы схватили разведчика? Можно на него взглянуть?

— Боюсь, мистер Эрп, это невозможно, — покачал головой Дикси. — Он почти выбрался из подвала, пришлось пристрелить тварь.

— Жаль, — мне и правда, было весьма любопытно изучить разведчика, который, как мне казалось, пока что был самым сообразительным из всех виденных мной существ. Он сумел поднять мертвецов, обратить их в монстров и натравить на город. Получается, он обладает разумом? Но ведь твари, как мне до этого казалось, действуют исключительно на инстинктах…

С какой целью он это сделал? Просто ли запугать местных? А вдруг, это лишь отвлекающий маневр, и в этот момент где-то рядом происходит нечто куда более важное… а все защитники, способные дать отпор, собрались здесь.

— Скажите-ка, мистер Дикси, а почему вы сегодня решили переночевать именно в городе, а не на ранчо?

Старик вперился в меня цепким взглядом. Потом все же нехотя ответил:

— Было одно дельце… но это касается исключительно меня и моих интересов.

— И все же, я настаиваю!

— Отойдем-ка в сторонку, шериф. Этот разговор не для лишних ушей.

Я не стал спорить, и мы отошли на десяток шагов от остальных. И как только Дикси заговорил, я сразу понял — вот оно, разгадка!

— Понимаете, мистер Эрп, это дело касается моего бизнеса, поэтому информация исключительно для вас… уверен, вы сохраните все в тайне.

— Не беспокойтесь, мой рот на замке.

Дикси кивнул:

— Я и не сомневался, так вот, у меня в городе была назначена важная встреча… дело касается лионитов. Кажется, мы наткнулись на целое месторождение… Вы понимаете, о каких суммах может идти речь?..

Если это так, то это десятки… сотни миллионов… Владелец подобного месторождения станет богатейшим человеком этого мира, ведь даже один небольшой камешек стоил баснословных денег. Причем, ценился он не просто, как красивая вещица, которую можно положишь на полочку, дабы потешить свое эго, а как источник огромной энергии, способный питать заводы и фабрики. Если же начать добывать лиониты промышленным методом… это изменит все!

Но имелась одна нестыковка:

— Но ведь, насколько я знаю, это небесные камни, чуждого нам происхождения, и они появляются исключительно на Серых территориях? О каком месторождении может идти речь в принципе? Лиониты — штучный товар!

— И все же, мы нашли это месторождение. И находится оно как раз в бывшем Двенадцатом квадрате.

— Но ведь там сейчас…

— Именно. Туда пришли Серые территории.

Глава 16

Так вот почему мистер Дикси не хотел вызывать федеральные войска в Карадж. Вместе с войсками прибыли бы важные шишки, как штатские, так и военные чины, и Дикси не смог бы удержать свою явную власть в городе. И месторождение лионитов, которое он отыскал, быстро перешло бы в чужие руки.

— И что ваш человек… не пришел?

— Я получил сообщение, прождал его весь вечер, но он так и не явился. А потом началось это…

В дальнем конце улицы показались несколько человек. Несмотря на темноту, я все же их узнал — мои заместители: Сэм и Бэнкси. Наконец-то явились, я уж отчаялся их увидеть этой ночью.

Чуть приблизившись, я разглядел, что Мур держит в левой руке нечто, напоминающее человеческую голову…

Дьявол! Это и была голова!

Он поднял ее выше, но я никого не узнал в перекошенном обезображенном лице. Зато мистер Дикси узнал:

— Мой агент, — негромко сообщил он, — так вот, почему мы так и не встретились сегодня… Его поймали и убили…

— Боюсь, сэр, не все так просто, — я подошел чуть ближе к старику, чтобы мои слова не услышал никто, кроме него, — его не просто убили, его убили преднамеренно.

— Вы хотите сказать!.. — неверяще начал было Дикси.

— Именно, — прервал я его на полуслове, — вся эта инициация была затеяна лишь для того, чтобы отвлечь всеобщее внимание, и без проблем и сложностей умертвить вашего человека. Не знаете, кто способен на подобные фокусы?

Тварями можно было управлять — это главная новость!

Старик с полминуты хватал ртом воздух, не в силах успокоиться. Гибель агента сказалась на скотопромышленнике не лучшим образом, изрядно подкосив его. Не состояли ли они в родственной связи? Это было бы объяснением.

— У меня много врагов, — наконец, ответил Дикси, сплюнув на землю сквозь зубы. — Любой мог бы…

— И все же, сэр, не каждый знал о вашей встрече?

— О ней не знал никто, — глаза Дикси яростно сверкнули, — только я и Лайнел. Он должен был принести карту, на которой отмечено месторождение.

— Лайнел?

Дикси кивнул в сторону Мура, который все так же прохаживался с головой в руке.

— Это был мой племянник, хороший парень, далеко бы пошел.

Большего от старика я не добился. Он замкнулся в себе и замолк. Ладно, хрен с ним, мне, если честно, плевать было на подковерные игры местных дельцов. Я прекрасно понимал, что месторождение, будь оно даже мелким, все равно заставит всех вокруг грызть друг другу глотки. Всех, кроме меня. Плевать я хотел на тайну карты сокровищ. Вот только мистеру Дикси она тоже не досталась, и теперь, насколько я понял, никто не знал точные координаты месторождения.

Прекрасно! Поднятые существа вполне выполнили свое предназначение — агента получилось втихую уничтожить, и кто именно это сделал, вряд ли выяснится. Разведчик так же мертв, а он единственный из тварей, кто обладал зачатками разума. По крайней мере, он мог понимать и выполнять приказы извне.

Впрочем, не мои это проблемы. Мне бы сделать следующее: задействовать местное ополчение, ибо твари еще придут, понять слабые места городской обороны — впрочем, тут куда ни ткнись, везде дыры, ладно хоть местные жители прекрасно понимали, что помощь утопающим — дело рук самих утопающих, и давно уже забаррикадировали двери и окна, прикрыв все возможные способы проникновения в собственные дома. Теперь бы еще обеспечить связь с соседними городами и поселениями, вдруг пришлют подмогу… хотя в это верилось с трудом.

Я прекрасно понимал, что нашими силами с массовым нашествием не справиться. Вот только мне никто не обещал экспансию, речь шла лишь о защите города от бандитов. С другой стороны, никто и не думал, что монстры могут напасть на город всем скопом.

Теперь же я не мог исключать подобного сценария, и нужно было быть к нему готовым.

Прямо с утра требуется собрать всех жителей на главной площади… и толкнуть речь. Так дальше не пойдет! Мне хватило их апатии и бездействия этим вечером, и дольше терпеть подобное я был не намерен.

Создадим городское ополчение, расставим посты по периметру, укрепим оборону, вызовем, несмотря на несогласие мистера Дикси, помощь из метрополии, назначим несколько человек в разведку — пусть проедут по округе, и предупредят, если где-то дела идут совсем плохо.

Ну, а если я увижу, что мы не справляемся, что же, значит, нужно будет эвакуировать жителей Караджа. Благо, поезд, хоть и редко, но ходил. Да и лошадей, и повозок было в достатке. Справимся!

Лично мне все вышесказанные мероприятия представлялись вполне правильными, но, как обычно, судьба внесла свои коррективы в любой, даже самый продуманный план.

Мистер Хоскинс появился с другой стороны улицы. Вид у него был странный и слегка обалдевший.

Он быстрым шагом приблизился ко мне.

— Шериф, сэр… там такое!

— Что еще?

Вместо ответа Змей сунул руку в карман, что-то достал оттуда и протянул мне на открытой ладони.

Я не удержался от удивленного возгласа, а Дикси, все еще стоявший рядом и видевший все, сказал:

— Это пробники, их-то я и ждал!..

На ладони у Хоскинса россыпью лежало с десяток некрупных камешков, с первого взгляда на которые было понятно — это лиониты. Каждый из камней был поменьше моего, но их количество… если это просто пробники, то месторождение, и правда, очень богатое.

— Мы нашли их в карманах трупа, сэр, — пояснил Тео, — того самого, чью голову до сих пор держит в своих руках мистер Мур. Полагаю, именно этот человек погиб первым, а потом уже твари разбрелись по городу в свободном поиске.

— При нем было что-нибудь еще?

— Да, шериф, вот это, было зашито в подкладку куртки, — Хоскинс протянул мне свернутый вчетверо лист бумаги. Часть его пропиталась кровью, сам листок был потрепанным до невозможности, но когда я его развернул, то увидел достаточно четкие линии. Передо мной была карта некоей местности, и небольшой крестик в центре обозначал искомую цель. То самое месторождение?

— Это принадлежит мне! — заявил свои права Дикси, но я даже и не подумал дать ему взглянуть на содержимое листа, тут же вновь свернув его и сунув в боковой карман жилетки.

— Нет, сэр, это улика, и она будет находиться при мне.

— Шериф! — голос старика зазвучал угрожающе, и его парни сразу уловили перемену в общем настроении. Их руки потянулись к оружию, но и мои заместители не зря ели свой хлеб. Карабины и револьверы тут же взлетели в воздух, взяв на прицел всех, кого можно.

— Всем замереть и не двигаться! — приказал я, уже держа на прицеле самого Дикси. — Если хоть кто-то шевельнется, я снесу ему голову!

— Зря вы так, мистер Эрп, — старик с виду не испугался и смотрел на меня в упор, словно запоминая. — Со мной лучше не ссориться!

— Со мной тоже!

— Если вы хотите присвоить себе…

— Мне нет дела до ваших секретов, — оборвал его я, — но мне есть дело до тварей, которые убивают людей в моей юрисдикции. И пока я не пойму, каким именно образом все произошло, и кто в этом виноват, эта бумага останется у меня! Вопросы?

Вопросов у Дикси не имелось, зато была новая информация:

— Между нами и двенадцатым квадратом есть форпост с гарнизоном, — негромко заговорил старик. — Он находится в узком ущелье, и миновать его без боя невозможно. Между тем, я не получал сведений о том, что форпост пал. Значит, земли по эту сторону ущелья все еще под нашим контролем. Шериф, я хочу отправить отряд. Мне нужно знать, что с месторождением!

— Так отправляйте, — отмахнулся я, — это ваше право.

Глаза Дикси сощурились, он сделал полшага ко мне, но вовремя остановился.

— Карта, шериф, она у вас. Что вы за нее хотите?

Мне очень не нравилось то, что происходило вокруг. Ни восставшие из небытия люди, еще вчера бывшие мертвыми, ни то, что я так и не смог даже посмотреть на разведчика, инициировавшего их, ни все прочее. Свои планы на будущее я уже составил: как действующий шериф, в отсутствии поддержки федеральных сил, я должен был организовать оборону города.

Что касаемо карты, попавшей мне в руки — я понимал, это собственность Дикси, и не отдавал ее лишь потому что был чертовски зол. И все же, почему бы не сыграть и в свою игру, раз уж так совпало?

— Тридцать процентов от добычи, мистер Дикси, и карта ваша!

Услышав эти слова, мои заместители вновь подняли оружие, логично полагая, что сейчас-то и начнется настоящая бойня. Уж больно круто я зашел, не по правилам и без всяческого уважения к авторитетам.

Но старик повел себя неожиданно. Он не рассердился, не рассвирепел, не попытался отобрать бумажку силой.

Нет, он улыбнулся. И эта улыбка не понравилась мне больше всего.

— Вы позарились на жирный куш, мистер Эрп. Тридцать процентов вы не получите, но я предложу вам десять процентов на всех. Поверьте, даже это слишком много для вас. Взамен же я попрошу об одной услуге… вы и ваши люди отправитесь вместе с моим отрядом. Найдете месторождение, оцените все на месте, подумаете, как осуществить безопасность для рабочих. Я же гарантирую, что за время вашего отсутствия город будет под присмотром. С экстренным поездом я вызвал из метрополии пятьдесят человек — это проверенные люди, из агенств, они прибудут послезавтра с утра. Что скажете, шериф?..

Я молчал, размышляя. Дряхлый Сэм подошел ко мне вплотную и негромко произнес:

— Если я правильно понял, речь идет о сотнях тысяч золотых?

— О миллионах, Сэм, — подтвердил я, — и даже больше. Но эти деньги еще надо отработать.

— Будет ли там и наш с парнями процент, сэр?

— Несомненно. Но… нам предлагают путешествие на Серые территории.

— В нашей жизни ничего не дается даром, сэр. Вот только у большинства нет даже шанса на лучшую долю, а у вас… и нас он сейчас выпал. Воспользуемся мы им или нет, но второго может и не случиться. Если желаете знать мое мнение, я весь ваш, мистер Эрп, с головы до пят. И могу поручиться, что парни ответят так же!

— Благодарю, Сэм.

Я все еще не принял решения. Подставлять свою голову под явную опасность не хотелось, с другое же стороны… возможный куш мог навсегда закрыть мои потребности в денежных средствах в этом мире.

— Так что вы скажете, шериф? — Дикси смотрел на меня в упор, дожидаясь ответа.

В принципе, он мог бы попытаться захватить карту силой, и, возможно, это бы у него получилось — численный перевес в людях был на его стороне. Вот только и мои парни не отдали мы собственные жизни за медный грош.

И впервые я заметил, что старик волновался. Я затягивал паузу, размышляя о причинах его тревоги.

Черт! Да ведь все очевидно, Дикси боялся, что я сдам данные тому самому таинственному конкуренту, имени которого он не назвал, но чья тень явно стояла за событиями сегодняшней ночи. У меня не имелось ни малейших сомнений, что акция инициации была продумана заранее, и разведчик явился в город не случайно, а повинуясь чьей-то воле. У Дикси был опасный враг, умеющий подчинять себе тварей, и если я приму заказ старика, этот неизвестный враг станет и моим врагом. Так стоило ли брать на себя подобную ответственность, подставляя при этом и моих парней?..

И все же, один раз живем!

— Мы присоединимся к вашему отряду, сэр. Десять процентов меня устроит, но соглашение нужно оформить юридически, и сделать это нужно до нашего отъезда. С отрядом отправлюсь я и двое моих заместителей, еще двое останутся в городе и возглавят оборону. Вы прикажете всем вашим людям, включая вновь прибывающих, подчиняться им. Это обязательное условие. Согласны?

— Вы не оставляете мне выбора, шериф.

И все же я видел, что несмотря на нахмуренные брови и недовольный вид, Дикси чуть выдохнул, и всеобщее напряжение спало.

— Тогда жду юриста в управлении через два часа. Пока же продолжим поиски последних инициированных. Мне вовсе не нужно, чтобы они шастали по городу и нападали на людей.

К счастью, новые поиски не потребовались. Как только я начал разбивать людей Дикси на небольшие группы и прикидывать, в какие части города кого отправить, в дальнем конце улицы показался всадник, неспешно двигавшийся в нашу сторону. Всадника заметил не только я, и тут же винтовки взлетели в воздух, направленные на приближающегося человека.

— Не стрелять! — заорал я, узнав всадника… точнее, всадницу.

Лилуйа в мужской индейской одежде, с многочисленными черными перьями в волосах и в боевой раскраске надменно поглядывала на бойцов Дикси. За ней на веревке, притороченной к луке седла, волочились два тела.

Прекрасная индианка, остановившись в трех шагах от меня, грациозно спрыгнула на землю и бросила мне под ноги скальпы.

— Я хотела бы получить свою награду!

— Мистер Дикси? — я чуть повернулся к старику.

— Но… — он слегка растерялся, но тут же взял себя в руки: — Несомненно, миссис, вы получите то, что вам причитается.

— Сейчас! — потребовала Лилу, а я подстегнул Дикси взглядом.

— Хорошо, мистер Шоу, выдаете молодой миссис двести монет.

Никаких проволочек с выплатой не возникло, мистер Шоу, которого я уже видел прежде, тут же отстегнул от пояса мешочек и протянул его индианке. Та пересчитывать не стала, сунула мешок в седельную сумку, отвязала веревку и через мгновение вновь оказалась в седле.

Все присутствующий некоторое время молча смотрели ей в спину, но когда Лилуйа скрылась вдали, наваждение спало.

— Давненько я не встречал никого из этого племени… — пробормотал Дикси, но я его услышал.

— Она последняя в роду, — пояснил я и, махнув рукой заместителям, направился в сторону управления.

Там все оказалось в порядке. Лошади были уже спокойны, сыты и напоены, а сынок миссис Хлои ходил от одной к другой, угощал их морковью и гладил по мордам, ласково что-то при этом приговаривая.

— Я же велел ждать внутри! — нахмурился я. — Находиться на улице было опасно!

Еще не хватало, если бы паренька сожрали монстры. Что бы я сказал с утра нашей уборщице?

— Сэр! — парнишка вытянулся по струнке смирно. — Лошади… они же чувствуют беду. Как только они успокоились, я тут же понял, что все кончено. Поэтому решил накормить их, ведь переволновались, хорошие…

— Молодец! — я кинул ему серебряную монету. — С утра подготовь трех лошадей для дальней дороги.

— Сделаю, сэр! — расцвел мальчишка.

После мы расположились в нижней приемной, плеснув в стаканы «Колотушки», и сделали первые глотки. Меня привычно передернуло, и голова слегка прояснилась.

— Итак, джентельмены, мистер Дикси предложил мне сопровождать его отряд до форпоста, и дальше. Нужно кое-что отыскать в Серых территориях двенадцатого квадрата. Поеду я и еще двое человек. Есть желающие?

Мои заместители переглянулись. Бург раскурил толстую сигару, Сэм отпил еще глоток «Колотушки», Хоскинс чистил револьвер, а Мур таращился на меня во все глаза, словно я предложил ограбить воскресную школу.

— Это будет опасная поездка, шериф.

— Сэм, вы еще не рассказали парням о сути дела?

— Оставил это на ваше усмотрение, сэр. Не в моих привычках лезть первым номером.

Я кивнул:

— Поездка гарантированно будет опасной, но за нее хорошо заплатят. Тем, кто выживет, можно будет уже не беспокоиться о собственном будущем.

— Настолько хорошо, сэр?

— И детям хватит… и даже внукам Дряхлого Сэма.

Бэнкси хмыкнул, вспомнив про несуществующее семейство Сэма, потом махнул рукой.

— Я с вами, сэр, если выберете меня.

Остальные тоже невнятно что-то буркнули, таким образом выражая солидарность с вышесказанным. В общем-то, я и не сомневался. Парни тут подобрались крепкие, повидавшие на своем веку немало дерьма, не привыкшие отсиживаться за чужими спинами, да и Сэм за них ручался, а его мнению я доверял. Оставалось лишь сделать выбор.

— Со мной поедут мистер Мур, и Сэм. Вы же, господа, отвечаете за безопасность города. Через день в Карадж прибудут агенты, которые поступят в ваше полное распоряжение. А сделать вы должны следующее…

И я в подробностях рассказал о задуманной мной системе обороны города, не забыв о необходимости созыва ополчения и распределении обязанностей. Нечего местным отлынивать, ведь речь идет о жизнях их семей.

Меня слушали внимательно, Тео даже что-то записывал крохотным карандашом в небольшую записную книжку с позолоченным переплетом. Эстет!

Через некоторое время явился юрист, сонный и недовольный. Но увидев наши мрачные лица, тут же спрятал собственные эмоции подальше, и, поднявшись со мной на второй этаж, приступил к составлению документов.

Я не был крючкотворцем, и понимал, что любой профессионал может сделать так, что я подпишу «филькину грамоту», поэтому поступил простым способом.

Едва мы сели за стол, как я вытащил револьвер и приставил его ко лбу юриста.

— Послушайте, уважаемый, — медленно начал я, глядя ему в глаза и прекрасно понимая, какое впечатление это производит: — у вас два варианта. Первый — это составить все честь по чести, без подводных камней. Честные десять процентов, как мы договорились с мистером Дикси. Или второй — попытаться обмануть меня. И это вам, вероятно, удастся, я не буду вчитываться в то, что вы сейчас накалякаете. Но если потом окажется, что я не получу то, что мне причитается… я приду за вами, где бы вы не спрятались… а уж искать людей я умею, поверьте!

Бедолага побледнел, потом покраснел, потом порывисто вскочил, точнее, попытался это сделать, но дуло револьвера все еще было приставлено к его лбу, и он не решился дергаться.

— Мистер Эрп… я никогда… ни за что!.. Поверьте!..

— Я верю тебе, сынок, — ласковым тоном, от которого у него пошли мурашки по коже, ответил я, — постарайся не подвести мое доверие.

«Сынок», который на вид был лет на десять старше меня самого, яростно закивал и стремительно начал заполнять договор. Надеюсь, мои методы убеждения сработали как надо.

«Поздравляем! Ваш авторитет повышен».

Потом для проформы я все же пробежался глазами по тексту документа. На первый взгляд все было составлено именно так, как мы и договорились с Дикси. Вот и славно.

Я размашисто подписал два экземпляра договора, а юрист, имени которого я не удосужился спросить, пообещал, что немедленно отправится к мистеру Дикси за его подписью, и моя копия к утру будет лежать на моем столе. На этом и расстались.

Я же запер дверь, проверил окно, разделся и лег в постель. Устал, как собака, а следующий день предстоял быть трудным.

Глава 17

Отряд из тринадцати всадников стремительно мчался на запад. Кони были злые, ретивые, и словно бы соревновались между собой, кто помчит быстрее, обгоняя остальных и оставляя за собой облако пыли.

Мне не нравилось это число — тринадцать — чертова дюжина, в прошлой жизни оно было признаком неудачи, чего-то плохого, но тут, в этом мире всем было плевать. Десять людей Дикси, и мы трое — таков был отряд.

Бесконечная прерия простиралась во все стороны, куда хватало взора. Зеленая, сочная трава по щиколотку, пастбища, где могли бы пастись тысячи голов скота — идиллия, рай, вот только земли эти еще не были обжитыми, и лишь грозились ими стать в отдаленном будущем. Впрочем, теперь, с приходом Серых территорий в двенадцатый квадрат, это будущее еще более отодвигалось. Никто не захочет селиться по соседству с опасностью, а Серые территории — это опасность наивысшей категории.

Вчера перед сном я все же изучил карту, найденную у мертвого агента мистера Дикси, но ни с кем не стал советоваться по этому поводу, даже с Сэмом и Бэнкси. Я доверял им, насколько мог доверять малознакомым, но хорошо проявившим себя людям, и все же некоторые тайны предпочитал держать при себе.

По всему выходило, что рудник находился не так уж и близко, на северо-западе бывшего Двенадцатого квадрата. Теперь, когда те земли изменились, и на их место пришли Серые территории, добраться до пункта назначения будет не просто… если это вообще возможно.

«Поздравляем! Навык „Картография“ повышен».

Нам была поручена глубокая разведка, плюс я должен был предоставить подробный отчет обо всех опасностях, подстерегающих добытчиков. Дикси и не думал отказываться от подобного куша, и плевать он хотел на всех тварей и монстров, явившихся на эти земли. Лиониты — единственное, что его интересовало. А точнее, деньги и власть, которую они давали.

Его можно было понять, и мои десять процентов терять тоже не хотелось — это огромное состояние, пусть я и поделю его с парнями. И все же, даже того, что останется, хватит на всю жизнь. Можно бросить фронтир и переселиться в метрополию, зажив веселой жизнью миллионера, тратя деньги на алкоголь и шлюх, просаживая их в казино, развлекаясь, словно живешь последний день. Не самое плохое времяпрепровождение, надо признать.

Все равно возвращаться мне некуда. Я так и не вспомнил ничего из прошлой жизни, поэтому предположил, что умер там и воскрес здесь, и обратной дороги нет.

И думать об этом более незачем. Пустое.

А наутро оказалось, что карты у меня больше нет. Кто-то пробрался ночью в мою комнату, пока я спал, и украл ее. И, судя по найденному черному перу, я даже знал, кто именно это сделал…

То, что я надежно запер окно, не помогло, Лилуйа опять была здесь, но на этот раз будить меня не стала, да и любовные игры не затеяла, а попросту сперла карту и ушла тем же путем, каким и пришла.

Дьявол! Зачем ей карта? Что она собралась делать?

Мне хотелось поймать ее, намотать густую гриву волос на кулак и… тут я решил остановиться в своих фантазиях, уж больно не в ту сторону они устремились. Хотелось лишь верить, что ничего дурного Лилуйа не сделает, но гарантировать этого я не мог. Да и с картой неудобно вышло… повезло, что я вчера все же запомнил ее, а не завалился сразу спать, хотя очень того желал.

Решив задать несносной девице все вопросы при личной встрече, которая, я уверен, у нас еще случится, я выкинул эти мысли из головы. Предстояла долгая дорога, и то, что я прекрасно выспался, было очень хорошо.

Мы хорошенько вооружились перед отъездом, набив сумки припасами и патронами под завязку. По совету Сэма я разыскал в закромах бывшего шерифа толстую куртку и тоже сунул ее в седельную сумку. Еды должно было хватить минимум на неделю-две дороги, но я все же надеялся пополнить запасы в бывших поселениях Двенадцатого квадрата. Я не верил, что там ничего не осталось, так попросту не бывает. Наверняка, даже если люди бежали, то не все взяли с собой, оставив кое-что и по нашу душу.

Самое интересное, моя желтая путеводная нить вернулась. Только теперь она показывала иное направление, как раз в сторону форта. И сообщений Системы пришло сразу несколько, одно другого краше.

«Поздравляем! Вы начали выполнять задачу: „Разведка форта“. Возможные бонусы: известность, картография. Так же возможны вариабильные призы».

«Поздравляем! Вы создали отряд самообороны города Карадж. Теперь у города есть шанс устоять. Награда: всеобщая известность, авторитет. Статус „Крестный отец“ повышен до статуса „Потенциальный спаситель“».

«Поздравляем! Вам присвоен статус „Деловой человек“».

По сути, ничего особо интересного я не прочел. Мне бы лучше «Стрелка» подняли или «Удачу», а все прочее достаточно сомнительно.

— Босс, неплохо бы встать лагерем и пожрать! — конь Мура поравнялся с моим. Коротышка выглядел недовольным, как и обычно. Мы ехали семь часов без остановок в среднем темпе, стараясь не загнать лошадей раньше времени — запасных у нас не имелось.

Сэм заехал с другой стороны и кивнул в знак согласия. Он был молчалив и собран, время от времени опережая отряд и уносясь вперед, проверить местность, и пока что он казался мне самым ценным участником нашей группы.

Люди Дикси… десять крепких мужчин, привычных к седлу и переездам, но… они были больше ковбоями, чем стрелками. Дикси отобрал самых лучших, и все же — этим людям более привычным было перегонять стада с пастбища на пастбище, объезжать жеребцов, заниматься фермерским ремеслом, но не воевать. Хотя в этом мире каждый ковбой был бойцом, но настоящих стрелков-ганфайтеров среди них я не увидел. Хорошее подспорье, и не больше. Мои заместители могли дать каждому огромную фору, и все равно победили бы. Поэтому я и был так нужен скотопромышленнику, подобных бойцов у него не имелось.

Ганфайтер — не просто стрелок, он лучший в своем деле, тот, кто выхватывает револьвер быстрее остальных. Поединщик, бретер, убийца — раньше люди дрались на клинках, теперь на револьверах, но суть осталась прежней — убей или умри. И такие как я не проигрывали.

Я громко свистнул, привлекая внимание Винсента — главного в десятки Дикси. Он придержал коня, и я крикнул:

— Стоянка!..

Мои приказы пока никто не пытался оспорить. Мистер Дикси при мне объяснил своим людям, кто именно главный в этом путешествии.

Быстро разожгли небольшой костерок, срубили пару веток, подвесили котелок, насыпали бобы и кинули немного мяса. Вскоре похлебка закипела, и еще через некоторое время мы уже с удовольствием уплетали простое варево за обе щеки. Горячее не может быть невкусным, и даже жара не помешала всеобщему аппетиту.

— Шериф, когда мы можем отправляться дальше? — высушенный, как рыба, с глубокими морщинами на лице, Винсент подошел ко мне. Он был абсолютно спокоен и по его физиономии я никогда бы не определил, о чем он думает в данный момент. Наверняка, хороший игрок в покер.

— Дайте лошадям отдохнуть четверть часа. Далеко до форта?

— К вечеру будем на месте. Смотрите, впереди уже видно горы! Это западный хребет, там-то в ущелье и стоит форт. Место очень удобное, можно контролировать проход даже малыми силами.

Он оказался прав. С каждым часом горы все приближались, и из далеких и едва видимых пиков, постепенно вырастали в непроходимую гряду с белыми шапками вершин. Признаюсь, искать перевал и перебираться поверху я бы не хотел, но, к счастью, этого и не требовалось.

Солнце уже клонилось к горизонту, когда мы въехали в ущелье. С нашей стороны достаточно широкое, оно постепенно сужалось, отвесные скалы с обеих сторон сходились все ближе, и я не видел возможности пробраться иным путем, кроме как следовать по дороге за желтой нитью. Впрочем, тут и без нити я бы не потерялся.

Резко стемнело, скалы словно смыкались где-то далеко наверху, и солнечный свет, и так уже почти сошедший на нет, до дна ущелья практически не доставал. Винсент и двое его людей зажгли факелы и поехали впереди. Лошади начали недовольно фыркать, словно чуя что-то нехорошее, но пока еще повиновались командам.

«Поздравляем! Повышен показатель „Чувство опасности“».

Вот так новость! Такого сообщения я еще не получал. Я тут же поднял руку, но ехавшие впереди не увидели мой жест, и пришлось вновь свистнуть, заставляя всех обернуться.

Винсент, оглянувшись, тут же натянул поводья, и его лошадь замерла. Остановились и остальные, недоуменно оглядываясь по сторонам. Никто нас не атаковал, внешне все было тихо и спокойно… но я-то был уверен, что Система подобные сообщения так просто не выдает!

— Опасность! — пояснил я, держа карабин наготове.

Винсент кивнул. Он и его люди уже давно вытащили оружие, понимая, что устроить засаду в таком месте — легче легкого. Но теперь им передалась и моя тревога, а значит, они будут еще более внимательными ко всему вокруг.

Мы двинулись вперед в очень медленном темпе, осматривая дорогу и скалы вокруг. Ветер в ущелье дул со страшной силой, норовя сбить шляпу с головы, заставляя прикрывать глаза, и даже уши — жуткий вой, создаваемый этим грандиозным сквозняком, не так-то просто было выдержать.

Подняв глаза наверх, я увидел высоко в небе, в небольшом проеме сквозь нагромождения скал, темные точки. Черные птицы кружили в вышине, как предвестники беды, выжидаявшие добычу.

Ну уж нет! Черный ворон, я не твой!..

Откуда у меня в голове возникла эта строфа и даже протяжная, мрачная мелодия, я не знал, но все неприятные ощущения тут же рассеялись, как по мановению руки. Опасность в этот раз прошла стороной, а я даже не понял, с какой стороны ее следовало ждать. Уж точно не от черных птиц — эти твари слабоваты для нашего отряда, и даже напади они всей стаей, мы легко бы от них отбились. Нет, нас караулил некто иной, но теперь он ушел, и путь был свободен.

— Вперед! — махнул я рукой. — В темпе до самого форта!

Винсент внимательно взглянул на меня, что-то себе смекнул, и дал команду своим людям. Наша чертова дюжина рванула с места, но все же осмотрительно, стараясь, чтобы острые камни под ногами не поранили лошадей.

Ущелье тянулось сквозь горную гряду, словно кто-то однажды прорезал ее гигантским ножем поперек, как торт. Наступил момент, когда оно настолько сузилось, что от края до края было не более десяти-пятнадцати шагов. Прав был Дикси — это место просто создано для того, чтобы поставить здесь укрепление. Никто не пройдет незамеченным.

— Форт! — крикнул Винсент. — Добрались!

Еще издали я увидел черную бревенчатую стену, уходившую вверх на добрые десяток метров, а то и более. Сверху бревна заканчивались острыми кольями, и лишь по самому центру, над мощными воротами был расположен защищенный наблюдательный пост. Оттуда легко было вести обстрел… точнее, расстрел всех, кто пожелал бы проникнуть в форт без приглашения. Полагаю, с другой стороны укрепления был схожий пост. С обороной в форте все было хорошо.

Вот только ворота, к которым мы приближались, оказались распахнуты настежь…

— Твою же мать! — выругался себе под нос Бэнкси. — Кажется, мы опоздали…

Теперь я заметил подробности, которые не видел издали. Из узкой бойницы наблюдательного поста торчала чья-то рука, слева у самой стены лежало недвижимое тело, видно, упавшее со стены.

Твою же мать!

Людям не нужно было говорить вести себя осторожнее. Все и так понимали, что враг, возможно, еще здесь, и что мы находимся в самом невыгодном из всех возможных положений. Мы на виду, на открытой местности, в узкой горловине ущелья. И некуда спрятаться, негде скрыться. Если сейчас по нам откроют стрельбу, вряд ли кто-то уйдет отсюда живым.

Но ворота были приоткрыты, и это давало шанс.

Винсент сорвал своего коня с места, за ним припустили остальные. Я понимал, что он хочет попасть внутрь форта, пока нас не расстреляли издали, а там уже будет проще.

По нам так никто и не выстрелил, и уже через минуту мы влетели в ворота, держа оружие на готове, и взглядами выискивая цели. Но драться здесь было не с кем, форт был пуст.

Точнее, не так… в форте было много людей, но все они были уже мертвы. Форт захватили, всех его защитников уничтожили, и сделали это сравнительно недавно. Кровь, которая, казалось, покрывала все вокруг, была еще свежей.

Убивали защитников форта жестоко, без всякой пощады, причем сделали это явно люди, а не твари. Никаких оторванных конечностей и распотрошенных тел, как я видел в «Двух мустангах», тут все было иначе. Раны — по большей части от стрелкового оружия, реже ножевые.

По всему выходило, что в форт проникла группа людей и напала на его защитников внезапно, когда они того не ожидали.

Сам форт был достаточно узок, как раз от края до края расщелины, но уходил вглубь на сотню шагов. Барак с двухъярусными нарами для ночевок, склад с припасами, пороховой склад, навесы для лошадей — вот и все его скудное обустройство. Под ногами — сухая земля, никаких досок. Наверняка, во время дождя здесь все размывало и земля превращалась в черную кашу. Но свою основную функцию форт прекрасно выполнял, полностью перекрывая проход в Двенадцатый квадрат. Его гарнизона в двадцать человек вполне хватало для этой цели… ровно до сегодняшнего дня…

Сэм и Бэнкси доехали до вторых ворот, которые тоже были открыты, заперли их и вернулись ко мне. Между тем Винсент и его люди проверили барак и пристройки, но живых не нашли.

— Никого, — сказал Мур, — но следов много. Свежие. Убийцы уехали недавно, их было человек десять-пятнадцать.

— И прибыли они с нашей стороны, — добавил Сэм, — это точно.

— Нас опередили, — мрачно подытожил Винсент, — увели всех лошадей, забрали оружие. По всему выходит, что ворота открыли добровольно, как видно, гарнизон знал тех, кто приехал и доверял им. Это могли быть только свои, либо те, кто замаскировался под своих, надев форму гвардии. Но я больше склоняюсь к первому варианту. Я немного знал коменданта форта, он был чертовски недоверчивым типом, и абы кому ворота бы не открыл…

— Предательство? Но кому потребовалось вырезать гарнизон? — кое-какие мысли на этот счет у меня имелись, но хотелось выслушать мнение со стороны.

И Сэм подтвердил мои опасения:

— Гарнизон стоит тут с одной-единственной целью: перекрыть проход из Двенадцатого квадрата в Девятый. Да, некоторые твари могут найти дорогу в обход и через горы, но люди… им это будет сделать сложно.

— Ты хочешь сказать?

— Если кто-то планирует пробраться оттуда на нашу сторону, то сделает он это именно здесь, больше негде. Для этого они и уничтожили гарнизон, чтобы открыть проход.

— Но почему тогда они не оставили здесь своих людей? Ведь если мы тут закрепимся, выбить нас будет непросто. Оружия и патронов у нас хватает, припасы тоже имеются. Мы можем отправить гонца в город, запросить подмогу. И тогда у противника не будет ни единого шанса на прорыв.

Винсент, внимательно слушавший меня, возразил:

— Дело в том, шериф, что мои люди здесь не останутся. У меня иной приказ, и я выполню его, чего бы это ни стоило…

Такой ответ я предполагал, и хорошо, что услышал его именно сейчас.

— Без карты дороги не найти, — заметил я, чуть прищурясь взглянув на Винсента.

Сейчас самый подходящий момент, чтобы попытаться напасть на меня и забрать карту. Я не думал, что он это сделает, но… береженого бог бережет. Моя рука готова была выхватить револьвер в любую секунду.

Но бойни не случилось. Винсент лишь покачал головой и заметил:

— Я надеюсь, сэр, что ваш договор с мистером Дикси еще в силе…

Отвернувшись, я прошел чуть вперед в сторону навеса для лошадей. Кое-что привлекло мое внимание. Нагнувшись, я поднял заинтересовавший меня предмет с земли.

Конечно, это могло быть простым совпадением, но я так не думал.

Черное перо, точно такое я нашел утром у себя в комнате.

Лилуйа была здесь! Но в каком качестве? Неужели, она состояла в отряде убийц? Невозможно! Зато я окончательно убедился в конечной цели вражеского отряда — им тоже нужно было месторождение лионитов, и у них была моя карта.

Я принял решение:

— Мы отправляемся дальше!..

Глава 18

Про значение своей находки, разумеется, я никому не сказал. Незачем. Еще возникнут ко мне лишние вопросы, а главный из них — отсутствующая карта. Если ее потребуют предъявить, то мне нечего будет показать, и тогда меня запросто могут принять за врага и шпиона, а с такими не церемонились. Выстрел в затылок, и бросить труп в ближайшем овраге — вот и вся история.

К счастью, права требовать карту у Винсента не имелось, мистер Дикси дал ему четкий приказ, следовать моим указаниям… разумеется, до поры до времени — в этом я был уверен.

Мы переночевали в форте, закрыв ворота и выставив охрану на вышках. Глупо было бы ехать в неизвестность в полной темноте. Соседство с мертвецами нас нисколько не смущало, они еще не начали разлагаться, и неприятных запахов мы не ощущали. И все же я приказал снести все тела в оружейную, чтобы птицы и дикие звери их не попортили. Все равно убийцы забрали оттуда все оружие, поэтому помещение пустовало.

Было бы время, мы похоронили бы бойцов гарнизона, но заставлять людей копать хотя бы общую могилу я не видел смысла — лишь устанут, да будут ворчать. Поэтому я решил заняться похоронами позже, на обратном пути. Сейчас же мы попросту прикрыли тела парусиной.

Сэм неожиданно произнес короткую речь:

— Все мы пришли из ниоткуда и уйдем в никуда. Путь наш бреннен и недолог, но душа вечна! Аминь!..

Уж не знаю, каким богам молились в этом мире, но любая молитва лучше, чем ее отсутствие. По крайней мере, остальные парни были довольны.

Ночь прошла спокойно, а рано утром, едва стало светать, быстро позавтракали и отправились в дорогу.

Ущелье за фортом постепенно расширялось, и через полчаса мы выбрались на открытую местность, миновав горную гряду. Если бы не этот проход, то путь занял бы много дней, если не недель — уж очень крутые вершины терялись где-то высоко над головой, и, как я помнил по карте, до ближайшего перевала было очень далеко, а еще пройти его — тоже проблема. В общем, хоть в этом повезло.

В остальном же все было плохо. Неизвестные убийцы опережали нас больше чем на половину суток, дорогу они знали, и, казалось, совершенно не опасались тварей Серых территорий. Возникал логичный вопрос: почему? Вдобавок, я прекрасно помнил свои мысли по поводу инициированных — кто-то извне руководил всем процессом и натравил банду на племянника Дикси.

И этот кто-то обладал мотивом, средством и возможностью — три необходимые составляющие успеха любого преступления. Вот только я так и не пришел к четкому пониманию, кто именно это мог быть.

Не обладая знаниями города и персоналий, там обитающих, я мог строить исключительно общие версии, но и их хватало, чтобы понять — все наши действия были заранее известны врагу. В ближнем круге мистера Дикси водились шпионы, хотя он и отрицал это.

Я сориентировался по карте, совпадавшей с направлением желтой линии, и уверенно указал направление группе.

Здесь в прерии было вольготно и просторно, солнце опять светило вовсю, вокруг пестрило от разноцветия и разнообразия растительности, вдали промчался табун диких лошадей, и лишь черные птицы все так же кружили высоко в небе, двигаясь над нами. Они все ждали своего часа.

— Мистер Мур, кажется, я видел, что вы прихватили с собой дульнозарядную винтовку? Можете одолжить ее на пару минут, — спросил я, поравнявшись с Бэнкси.

— Разумеется, шериф.

Мы чуть осадили коней, и рыжий передал мне оружие. Винтовка была хороша, я погладил ее полированный приклад, пробежав пальцами по резным узорам. Потом резко поднял ее, моргнул, вызывая свой личный снайперский прицел, поймал цель в появившееся перекрестье — он внезапно масшатибровался, и я увидел все четко и ясно, — и тут же нажал на спусковой крючок. Приклад больно ударил меня в плечо отдачей.

Одна из птиц камнем рухнула вниз. Попал!

«Поздравляю! Вы победили существо „Горная птица“. Класс врага „Средний монстр“. Навык „Снайпер“ повышен». Ваш текущий статус изменен. Актуальный статус: «Продвинутый». Все ваши показатели увеличены'.

Чудо, а не прицел, тем более вкупе с хорошей винтовкой. До птицы было не менее трехсот метров, а я умудрился не просто попасть в цель, а зацепил критическую точку — глаз. Хм, и статус мне сменили, чего не сделали даже, когда мы прикончили копра. Все решила дальняя дистанция, за нее и выписали этот бонус. Полагаю, будь расстояние еще большим, я все равно попал бы. Любопытно было бы проверить максимальную дистанцию для точного выстрела, но сейчас заняться этим вопросом я не мог.

— Прекрасный выстрел, сэр! — похвалил меня Сэм. — На ежегодном городском конкурсе стрелков вам не было бы равных.

— А какой там главный приз?

— Дюжина бутылок «Колотушки».

Дьявольский напиток был истинным мерилом ценности, и кто я такой, чтобы спорить с устоявшимися порядками.

— Обязательно поучаствую, — пообещал я.

После гибели птицы, остальная стая решила не искушать судьбу, и улетела прочь. Все-таки зачатки разума у пернатых имелись, я давно это подозревал. Если вернутся, еще чуть прорежу их число. Глядишь, мой снайперский навык вновь повысится.

Мы пришпорили лошадей, стремясь догнать Винсента и его людей, успевших изрядно отъехать вперед.

Там, на самом горизонте, появилась пока что едва различимая туманная полоса, которая по мере нашего движения, становилась все масштабнее и величественнее, но при одном лишь взгляде на нее в душе всплывали самые неприятные эмоции. Хотелось отвести взор в сторону, и в то же время меня словно бы тянуло туда.

— Вот она, граница Серых территорий, — сообщил Бэнкси, с тревогой глядя вдаль. — Двенадцатый квадрат. Через пару часов будем на месте.

Чем ближе мы продвигались в сторону границы, тем больше я нервничал. Не знаю, откуда пришло это чувство, и это бы не страх, а скорее подсознательное ощущение, что я подобное когда-то уже видел, вот только вспомнить не мог. Граница давила на меня, в висках стучало, но было одно средство… я вытащил из седельной сумки бутылку «Колотушки» и сделал изрядный глоток.

Внезапно отпустило. Я вновь почувствовал себя нормально.

— Парни, хлебните по чуть-чуть! — я передал бутылку Сэму, тот отпил и отдал ее Бэнкси.

— Чудесно! — прокомментировал Мур, возвращая мне бутыль. — Как рукой сняло! Все же я вложусь в производство этой хрени, оно того стоит…

Уж не знаю, какие именно нейронные связи зацепила «Колотушка», но до границы мы добрались без проблем. А вот парням Винсента пришлось куда хуже. Я видел, что наша скорость постепенно снижается, и то один, то другой из его людей сжимали виски, словно от приступов боли.

Я предложил было напиток в качестве лекарства, но Винсент отказался.

— Скоро все пройдет само собой, шериф. Так всегда, когда приближаешься к границе.

Настаивать я не стал, люди взрослые, сами знают, как им лучше.

Чем ближе к темной стене, высотой до самых небес, мы подъезжали, тем меньше живности вокруг я замечал. Ни о каких стадах, вольно пасущихся на лугах, речи уже не шло. Более того, исчезло даже вечное стрекотание насекомых, не было пчел, переносящих пыльцу, и ни одной птицы в небе с того самого момента, как мерзкая стая черных улетела прочь.

— Дурной знак, не к добру, — Мур тоже подметил перемены и неодобрительно покачал головой.

— Ты бывал прежде на территориях? — полюбопытствовал я.

— Однажды довелось… рассказывать не будут, сами все увидите. Скажу лишь, что предпочитаю больше туда не соваться.

— Но ты не отказался поехать сейчас?

— Это же работа, сэр, — пожал рыжий плечами, — мне за нее хорошо платят. А я привык делать свое дело со всей ответственностью.

Я еще раз подумал о том, что прежний шериф совершенно не знал своих людей. Он мог наворотить с ними столько всего… но предпочел бежать от проблем. Впрочем, не мне судить.

Желтая нить упиралась прямиком в темную стену, а что там дальше, определить я не мог. Нить словно бы растворялась в барьере, заканчиваясь на нем. Но хотя бы было понятно, что прибыли мы куда надо.

Мы остановились в десяти шагах от темной завесы, и Винсент сделал всем знак спешиться.

— Сквозь барьер лошадей лучше вести шагом, — пояснил он, — пугаются…

«Поздравляем! Навык „Картография“ повышен. Навык „Восприятие“ повышен. Навык „Защиты от ментального воздействия повышен“. Так держать!».

Я смахнул уведомления в сторону, сейчас не до них. Спрыгнув на землю, я взял лошадь под узды и погладил ее морду, успокаивая. Животное фыркало, косило глазом на завесу, но в целом, вырываться не пыталась.

Мы привязали наших лошадей одну за другой, и Сэм, намеревавшийся идти замыкающим, взял поводья в свои руки.

Убедившись, что все готовы, я махнул рукой:

— Двинули!..

Если сначала я предполагал, что завеса — это лишь густой туман, то прикоснувшись к ней рукой, понял, что ошибался. Она была материальна, как вода, только плотнее и гуще. Я сделал шаг, погружаясь в этот тягучий кисель, липкий, норовивший залезть в уши, рот, лишить тебя всяческой ориентации в пространстве, заставить запаниковать.

Бэнкси положил мне руку на плечо, а ему на плечо положил руку Сэм, следом одна за другой трусили лошади. Так мы и пошли вереницей, продираясь шаг за шагом сквозь завесу. Где-то справа таким же методом двигались Винсент и его люди, но я не видел дальше, чем на пару шагов, да и то все вокруг казалось полуразмытым, карикатурным, неестественным. Неужели, вся Серая территория такая? В таком случае, далеко мы не уйдем.

Все это время подсознательно я старался даже не дышать, опасаясь того, что именно могу тут вдохнуть в свои легкие. Захлебнусь этим странным воздухом или нет? Лучше не рисковать. Сколько еще осталось?

Все мои навыки в этот момент словно уснули, желтая нить погасла, сообщения больше не высвечивались перед глазами. Впервые за все время, я оказался предоставлен сам себе.

Через минуту я почувствовал нехватку кислорода, но сделать вдох так и не решился, и рванул было вперед, но Мур крепко схватил меня за плечо и удержал. Мысли чуть успокоились, еще некоторое время я выдержу без дыхания, главное не паниковать и не совершать резких движений, расходуя запас сил.

Или все же попробовать вдохнуть? Ведь я далеко не первый, кто пересекает границу Серых территорий, и будь этим воздухом невозможно дышать, никто и не рискнул бы пройти дальше, вглубь новых земель.

В висках вновь застучало, я держался из последних сил, чувствуя, что хватит меня не надолго.

И тут в один момент все кончилось. Словно лопнула мембрана, и мы прорвались сквозь границу.

В лицо тут же ударил ледяной ветер с мелкой снежной крошкой, небо над головой было низкое, свинцовое. Из бесконечного жаркого лета мы попали в морозную стужу. Вокруг, насколько хватало взора, лежал снег и громоздились ледяные торосы.

— В подобных местах всегда так, — зябко поежившись, сказал Сэм, доставая из седельной сумки куртку. — Твари любят холод. А ведь были нормальные земли, я часто хаживал в этом Квадрате…

Я вытащил и свою куртку, которую по совету Сэма прихватил с собой, Бэнкси тоже утеплился, как и Винсент с его людьми. Опытные, наверняка, неоднократно ходили в Серые территории на промысел.

Местность вокруг была странная, словно две картинки наложились друг на друга. И теперь там, где раньше была цветущая прерия, явилась небывалая стужа, в один момент поглотившая все, что было до нее.

«Поздравляем! Вы попали в „Серые территории“. Ваш навык „Картография повышен“».

И все? Я ожидал большего. Впрочем, чего я хотел. Система, как ее называл Джон Доу, жила по своим законам, которые я все еще не слишком-то понимал.

Зато желтая нить перед глазами вновь указывала четкий путь вперед, и это радовало, потеряться здесь казалось легче легкого.

— Куда дальше, шериф? — Винсент подъехал ко мне, его борода и усы уже покрылись инеем.

— Туда, — махнул я рукой. Жаль, что желтая нить не указывала конкретное расстояние до цели, лишь общее направление.

Мы тронулись с места, но отъехали не слишком далеко, как вдруг Бэнкси сделал знак остановиться. Он спрыгнул с лошади, пробежал десяток шагов вперед и опустился к самой земле.

— Вижу следы, все тот же отряд. Были тут… часов восемь назад. Натоптали. Нам повезло, сэр, что снега выпало совсем мало, иначе все бы давно замело.

— Стоит быть осторожными. Это всех касается, Винсент!

— Разумеется, сэр!

— Но зачем они здесь останавливались, вокруг нет ничего интересного, — Мур недоуменно оглядывался по сторонам, и вдруг негромко вскрикнул и бросился в сторону.

Я слез с лошади и последовал за ним. Шагах в двадцати, за ледяной глыбой лежало скорченное человеческое тело. Сердце замерло в дурном предчувствии.

Но обошлось. Это была не Лилуйа.

— Мужчина, лет тридцати, умер совсем недавно, — Бэнкси быстро осмотрел покойного. — Ему перерезали глотку, не мучился. После просто оттащили сюда и бросили.

— Видел его прежде?

— Нет, шериф. Морда незнакомая, а в Карадже я, почитай, всех ублюдков знаю…

Стоило предположить, что и остальные члены опережающего нас отряда были пришлыми. Кто-то нанял их заранее, а в нужный момент просто подал знак действовать.

— Да, вот еще что… — Мур взял что-то с тела и отдал мне.

Черное перо. Лилуйа. Неужели, этот труп на ее совести?

— Выступаем…

След то терялся, то возникал вновь, но в целом мы двигались в верном направлении, вот только скорость нашего передвижения оставляла желать лучшего. Опасаясь, что лошади поломают ноги, мы часто шли шагом, ускоряясь только временами. Я понимал, что шансов на то, что мы догоним вражескую группу, мало. Они явно прибудут к нужной точке первыми, и это мне не нравилось.

С легкостью уничтожив защитников форта, они наверняка устроят засаду и нам, и у них будет время ее хорошо подготовить.

— Вижу дом, — крикнул Сэм, — старая ферма.

Чуть левее того места, где находились мы, среди ледяных глыб проступали очертания крепкого строения. Наглядно можно было видеть, как именно происходит совмещение в момент, когда Серые территории приходят в человеческий квадрат.

Дом с виду ничуть не изменился, его крепкие деревянные стены не казались поврежденными, но все, что находилось вокруг, было разрушено. И сделал это не мороз, а нечто иное…

— Нужно проверить! — приказал я, и отряд свернул к дому.

Длинный амбар изрядно покосился, часть крыши провалилась вовнутрь. Прочие строения выглядели не лучшим образом.

— Загляните внутрь, шериф, — предложил Сэм. Казалось, он заранее знал, что я там увижу.

Я последовал его совету и подъехал к амбару.

Несмотря на свежий морозный воздух, меня шибануло запахом гниющего мяса. И все же, переборов отвращение, я глянул в дыру в стене амбара.

Сначала я не понял, что именно вижу, но тут же до меня дошло. Вздутые коровьи туши — это они смердели так, что меня едва не вывернуло наизнанку. Сколько же их здесь? Тридцать? Сорок? Не меньше!

Странно, такое ощущение, что животные погибли одномоментно. Но как это возможно? Разве что некто планомерно прошел с ружьем вдоль загона и перестрелял все коров, одну за другой.

— Так всегда, сэр, — пояснил Сэм, — когда приходят Серые территории, первыми гибнут животные. Может чужой воздух в этом виноват, не знаю. Люди еще могут какое-то время продержаться, обычно этого хватает, чтобы успеть сбежать в соседний Квадрат. А животным бежать некуда. Этим коровам повезло, они просто подохли… бывает и куда хуже…

— Но мы ведь живы?

— Через некоторое время все нормализуется, мир вновь становится единым, иначе мы не могли бы сюда проникать.

Я не успел обдумать эту информацию.

В этот момент громыхнуло так, что земля затряслась у меня под ногами. Деревянный дом словно взорвался изнутри. Бревна и щепки разлетелись во все стороны, и на месте строения, остался черный котлован, резко контрастирующий со слепящей белизной вокруг.

Лошади испуганно заржали, я едва удержался в седле.

«Поздравляем! Повышен показатель „Чувство опасности“».

Я и сам вновь резко почувствовал чужое присутствие, которое уже ощущал еще там, в ущелье.

В глубине ямы почудилось движение, но что живое могло там находиться?

— А вот это уже очень плохо, сэр, — невозмутимо сообщил Сэм, — кажется, нам конец…

Глава 19

Из обломков и переплетений былых крепежей и бревен, из темной ямы на свет постепенно выбиралось чудовище.

Чувство опасности? Да неужели! Любой, увидевший подобную тварь воочию, поспешил бы унести ноги подальше, вот только далеко не у каждого это бы получилось.

Более всего появившаяся иссиня-черная тварь напоминала разросшегося до огромных размеров бронированного паука. Наконец, он выкарабкался из обломков развалин, и замер на месте. Все это не заняло и полминуты, но за это время мы успели занять удобные позиции, укрывшись за заиндевевшими деревьями и особо крупными глыбами льда.

— ЗАМРИ!

Команда, ударив по разуму, застала меня, да и всех остальных врасплох. Совершенно непроизвольно руки тут же упали вдоль туловища, револьвер выскользнул из пальцев, скрывшись в кучке снега, колени начали подрагивать и ноги едва не подкосились, лишь каким-то чудом удержав меня в вертикальном положении.

Краем глаза я увидел, что и остальные застыли в неудобных позах, позабыв про собственную безопасность. И только лошади, на которых приказ не распространился, в ужасе умчались прочь вместе со всеми нашими вещами.

Между тем, ментальная атака продолжалась.

— ТЫ — НИКТО! ТЫ — РАБ! НЕ ДЫШИ!

Мою шею словно сжал кто-то огромный своими большими руками, дыхание перехватило, я судорожно пытался втянуть воздух в легкие — бесполезно. Сколько это длилось, сложно сказать, мне казалось — целую вечность.

— ДЫШИ!

Глоток воздуха прорвался, заполняя легкие. Сознание прояснилось, и мозг вновь заработал, получив живительную порцию кислорода.

Тварь была невероятно сильна — это понятно, и мы совершенно ничего не могли ей противопоставить. Наше оружие бессильно, мы даже не могли его применить. Ментальные команды полностью подавляли разум, заставляя беспрекословно подчиняться.

Между тем паук спокойно приближался к нам, перебирая многочисленными лапками. От этой надвигающейся неумолимой смерти было страшно, как никогда в жизни.

— НЕ ДЫШИ!

Опять спазм! Дьявол! Почему мое тело столь подвластно чуждым командам? Ладно, другие, уже потерявшие равновесие и упавшие на землю, а сейчас замершие в позах эмбрионов. Даже Сэм и Бэнкси валялись, как и прочие, полностью подчиненные воле паука. Лицо Мура уже посинело, жилы вздулись на его висках, а рука Сэма замерла в воздухе в тщетной попытке дотянуться до револьвера.

Винсент и его люди даже не сопротивлялись, они безвольными куклами раскинулись на земле. Паук неторопливо подходил, нисколько не сомневаясь, что его добыча никуда не денется.

— ДЫШИ!

Зачем это? Почему паук просто не прикажет всем умереть? Ведь это так просто сделать. Но нет, ему явно нужно, чтобы все мы оставались живы. Когда организм находился на грани, он разрешал сделать пару вздохов… и опять долгое ожидание до следующего раза.

Кажется, он хочет сожрать нас живьем!

Через мгновение я получил подтверждение своей догадке. Первым на пути паука оказался один из людей Винсента, застывший, как и все прочие, в неудобной позе на земле. Паук, чуть замедлив свое движение, надвинулся на тело бедолаги и полностью покрыл его. Я видел, как левая нога ковбоя судорожно дернулась и тут же окончательно исчезла под тушей твари.

Послышалось отвратительное чавканье и хруст костей, а когда паук неспешно двинул дальше, то на месте, где только что был человек, не осталось ничего, лишь большое красное пятно на некогда белом снегу.

В этот момент на какие-то несколько секунд ко мне вернулась способность двигаться, и я ей воспользовался в полной мере, подобрав револьвер из снега и откатившись за следующий камень, отстоящий чуть дальше от остальных, но тут же по голове вновь ударило, как обухом, и я бессильно свалился на покрытую льдом землю, опять оказавшись полностью парализованным.

— ЗАМРИ! НЕ ДЫШИ!

Воздух — это то, что мы почти никогда не замечаем и не ценим. А между тем, если не дышать, то человеческая жизнь длится всего две-три минуты, а потом как бы перезагружается с новой порцией кислорода. Мы — существа крайне слабые и зависимые от внешних факторов, и убить нас легче легкого, и все же мы цепляемся за жизнь обеими руками… и тянем себя за волосы, если ничего иного не остается.

И вдруг здравая мысль пришла мне в голову: если лошади сбежали, то их разум паук не контролировал! А значит, его силы не безграничны… и можно побороться. Но воздуха катастрофически не хватало, и все мои внутренние ресурсы уходили на то, чтобы не отключиться.

— ДЫШИ!

Какое блаженство — просто дышать! А теперь попробую… с чего начать? Да с самого простого. Я попытался сжать правую руку в кулак, но ничего не вышло. И все же, мне показалось, или мизинец слегка дрогнул?

Сконцентрирую внимание на нем. Я могу! У меня получится! Это мое тело, и мерзкая тварь не имеет над ним власти!

Ярость, постепенно копившаяся внутри меня, внезапно словно бы превысила некий порог, и я не просто шевельнул мизинцем, а сделал то, что хотел изначально — сжал руку в кулак. Удалось!

«Поздравляем! Вы открыли умение „Сопротивление ментальным атакам“. Вы открыли способность „Ярость берсерка“. Помните, человек — вершина эволюции!»

Отлично, черт подери! Я все сделал правильно!

А теперь продолжим. Еще раз сжать и разжать кулак, выходит уже легче, теперь поднять руку и вытереть выступивший пот со лба. Сумел! Ну а дальше… осталось вернуть контроль над всем телом.

— ЗАМРИ! ТЫ — РАБ!

Мысленный приказ твари вновь шибанул по мозгам, но в этот раз я не подчинился. Медленно, очень аккуратно я начал вставать на ноги, представляя перед собой незримый непробиваемый щит.

— НЕ ДЫШИ!

А вот хрен тебе! Собравшись с силами, я вдохнул полной грудью вопреки повелению паука. Щит действовал. И пусть приказы все же пробивались сквозь мою импровизированную защиту, но я мог им сопротивляться.

Выглянув из-за огромного осколка скалы, я увидел, что дела наши плохи. Паук сожрал уже троих ковбоев и как раз подбирался к следующему в очереди. А через одного лежал Винсент, окоченевший изваянием буквально в нескольких метрах от своего подчиненного. Ковбой, который должен был пойти на обед пауку следующим, к счастью для него самого, был без сознания. Винсент же находился в полном рассудке, и гримаса ужаса застыла на его лице. Он прекрасно понимал, что должно произойти через пару минут и никоим образом не мог этому помешать.

А я мог?

Пора переходить от обороны к атаке, пока в нашей группе еще остались живые.

Револьвер удобно лежал в моей руке, но паук выглядел слишком серьезным противником. Я не видел возможности ни пробить его броню, ни нанести хоть малейший урон.

Ладно, начнем с малого.

Активировать снайперский режим!

Мир вокруг изменился, я вновь начал видеть иначе. Предметы обрели контурность, завершенность, а краски, наоборот, поблекли, уйдя в оттенки серого. И лишь паук ярко подсвечивался на фоне прочего пейзажа, да тела моих соратников выделялись красным, показывая, что они еще живы.

Что у нас есть? Знакомая пульсация где-то под брюхом твари — средоточие силы, но до него не добраться, разве что перевернуть паука кверху пузом, что вряд ли получится. Еще? Глаза — целых восемь штук, расположенные вокруг мелкой, по сравнению с туловищем, башки. Если выбью один или даже два — это не слишком поможет делу. Да и попаду ли с такого расстояния, даже несмотря на снайперский режим? Не факт.

Вот оно! Пульсирующая точка на головогруди в верхней ее точке, совсем небольшая, с моей позиции в нее не попасть, без шансов. Но, если каким-то образом взобраться на спину паука, то появляется шанс…

Где-то за моей спиной всхрапнула лошадь. Значит, не все они ускакали прочь при первых признаках опасности? Я обернулся, и увидел, что к седлу приторочена клиновидная шахтерская кирка с узким лезвием, видно прихваченная для взятия проб с рудника. То что надо!

Я негромко присвистнул, успокаивая животное, и короткой перебежкой добрался до седла с киркой. Похлопал лошадку по крупу, но привязывать ее времени не было — авось не сбежит, раз до сих пор здесь. И тут же развернулся в обратном направлении. За прошедшие полминуты паук пожрал следующую жертву, все так же впитав в себя его тело и не оставив после ни малейших следов.

— ДЫШИ!

Паук вновь дал своим жертва короткую передышку перед смертью.

Очередь за Винсентом.

Не сказать, чтобы этот человек понравился мне за проведенное в дороге время, или чтобы я как-то выделял его среди прочих навязанных мне в компанию ковбоев, но он был ответственным лицом, назначенным мистером Дикси, и лучше, чтобы он выжил — меньше объяснений будет потом со скотопромышленником.

Да и после Винсента на очереди у паука находился Бэнкси, а я совершенно не хотел, чтобы рыжего схарчила подобная тварь. За время, что я его знал, он показался мне толковым малым.

Все остальные члены нашего отряда бессильно валялись, ожидая своей очереди. Мне показалось, что лишь Сэм начал потихоньку шевелиться, постепенно обретая свободу воли.

Я вышел из-за укрытия, ничуть не прячась, и громко выкрикнул:

— Дерись со мной!

Паук услышал и удивленно остановился, глядя на меня всеми передними глазами, потом свернул с пути, обогнув тело Винсента, и целенаправленно направился прямиком ко мне.

— ЗАМРИ! РАБ! НЕ ДЫШИ!

Я успел выставить «стену» перед собой и ментальная атака почти разбилась о преграду, но кое-что все же просочилось сквозь зазоры, однако, дышать я мог, хотя меня ощутимо пошатнуло, едва не сбив с ног. И все же я удержался, и тут же атаковал в ответ.

Резко рванув с места, я бросился вперед, практически мгновенно сократив расстояние до минимума. Паук среагировал, но с небольшой задержкой. Он успел выставить передо мной несколько суставчатых лап с острыми коготками на концах, стараясь сбить с ног и подмять под себя, но я удачно обогнул его слева, прыгнул на одно из сочлений, перебрался выше и оказался на спине твари.

Снайперский режим, который я все еще держал активным, ярко подсвечивал мне нужную точку приложения силы. Совсем рядом, осталось только добраться до нее.

Тело паука было холодным и скользким, я чуть было сразу же не сорвался вниз, лишь каким-то чудом вцепившись пальцами в зазор между толстыми пластинами корпуса. Несмотря на свою ментальную мощь, он вполне мог и отбиться от врагов и физически.

Но не от меня.

Подтянувшись, я оседлал тварь, как норовистую лошадь. Крупное тело подо мной содрогнулось, пытаясь сбросить незваного наездника, но я уже вполне освоился и потихоньку начал пробираться вперед, туда, где я видел уязвимое место.

Не знаю, почувствовал ли паук опасность, исходящую от такого, казалось бы, слабого существа, как я, но он остановился, а потом резко упал на бок, пытаясь раздавить меня своей тушей, смять в лепешку, уничтожить.

И это ему удалось бы, но я успел воспользоваться выпавшим мне шансом и вбил кирку на всю длину ее лезвия в мерцающую цель прямо в перекрестье моего прицела. И тут же, не теряя времени, начал расширять получившийся зазор, а потом высадил в него целый барабан патронов.

Все случилось настолько стремительно, что паук не успел отреагировать нужным образом. А потом было поздно. Его громадное сильное тело пронзила судорога, и я едва успел спрыгнуть с туши, как тварь начала кататься по земле, издыхая.

Мой разум полностью очистился от внешней угрозы, да и остальные, как я заметил, начали подниматься на ноги.

Паук все не подыхал, хотя я видел, что жизнь почти оставила его, и он держится из последних сил.

— Добейте эту мразь, шериф! — Сэм, чуть пошатываясь, подошел ко мне и передал карабин.

Я не стал спорить, приблизился к пауку, стараясь держать в поле зрения смертоносные жвалы и лапы монстра, и неспешно выстрелил ему в один из глаз, потом во второй, третий… и так, пока не кончились патроны.

Тварь в последний раз дернулась и затихла.

«Поздравляем! Вы в одиночку победили существо „Арахтонус Менталис“. Класс врага: сильный монстр. Повышены следующие показатели: удача, сила, сопротивление ментальным атакам, ярость берсерка, ловкость. Увеличен лимит здоровья. Новая текущая задача: исследовать Серые территории. Новая глобальная задача: понять суть вещей».

Ничего себе сообщение — понять суть вещей. Звучит, словно постичь смысл жизни. Система требует от меня невозможного!

— Что это было? — спросил Бэнкси, прыгая на одной ноге и отчаянно тряся при этом головой, словно пытаясь избавиться от воды, попавшей в ухо. — Он повелевал мной, как куклой! Разве такое возможно?

— Нам очень повезло, что мистер Эрп оказался менее чувствителен к подобному воздействию, — сказал Сэм, смотря на меня как-то по-новому. — Это настоящий талант, сэр, и он очень пригодится в этих местах.

— Ты хочешь сказать, что тут есть и другие подобные твари? — ужаснулся Мур, ошеломленно глядя на Сэма.

— Их встретишь не часто, но, определенно, они здесь водятся, — меланхолично пожал плечами Сэм.

Винсент подошел к нам и мрачно доложил:

— Мы потеряли пятерых. От них даже следа не осталось.

Если бы мы встретили подобное существо в ущелье, вряд ли уцелели бы. А ведь я чувствовал тогда чье-то присутствие, и вполне вероятно, это и был паук или подобная ему тварь, выслеживавшая нас. Но в тот момент все обошлось, и на нас не напали. Интересно было бы узнать, почему?..

Сэм подошел к туше поверженного гиганта, лежащего на боку, внимательно осмотрел ее и сообщил:

— У него тут пасть под брюхом, он просто всасывал тела целиком и позже переваривал их. Всех бы сожрал, если бы не мистер Эрп!

Люди обернулись на меня, но мои мысли были заняты иными вещами.

— Мы сможем продолжить нашу миссию, Винсент? Или вы считаете, что нас теперь недостаточно? Ведь нужно учитывать возможность встречи с теми, кто вырезал защитников форта.

— Думаете, они проскочили засаду? — удивился Бэнкси.

— Уверен в этом.

Винсент подумал и ответил просто:

— Я не могу повернуть назад, шериф, даже если останусь один. Мистер Дикси этого не поймет. Когда он дает задание, то хочет, чтобы его выполнили любыми средствами.

В принципе, все было ясно, наше путешествие продолжалось, я тоже не желал возвращаться обратно, а просто уточнил планы Винсента, дабы быть уверенным, что размеры нашей, и так сократившейся группы, не уменьшаться еще более.

Люди Винсента, тем временем, ловили сбежавших лошадей, и через четверть часа поймали почти всех. Несколько лошадок все же пропали, видно, забежав слишком далеко, но и нас стало меньше, так что вскоре все вновь были верхом, продолжив путь.

Серые территории нравились мне все меньше и меньше. Если подобные чудовища подстерегали нас практически на самой границе, то чего ожидать дальше? Боюсь, своими силами мы тут не справимся. Да и целая армия вряд ли поможет против десятка пауков, способных подчинить волю любого человека. Хорошо, практически любого… но один в данном случае в поле не воин.

Наша миссия из просто разведывательной превращалась в смертельно опасную ловушку, выбраться из которой будет не просто, а мы сами все дальше загоняли себя вглубь чужих земель.

Более того, теперь я был окончательно убежден, что мы находимся в ином мире. Та граница, сквозь которую мы с таким трудом прорвались, была ничем иным, как проходом между мирами. Я не знал правила, по которым обычный Квадрат внезапно подменяли Серые территории, но подобного перепада температур в природе не существовало в принципе.

С другой стороны, я видел прежде, что и растительность, и животный мир в дальнейшем приспосабливались к переменам и сливались в единое целое. Но пока что этот процесс не завершился, и если граница по какой-то причине исчезнет, мы навсегда останемся отрезанными от Караджа и мира людей. Собственно, с этой информацией уже можно было вернуться обратно. Понятно было, что проводить разведку сейчас преждевременно, нужно дождаться полного слияния. Ведь никто толком не знает, чем оно завершится.

Но жажда наживы заставляла людей двигаться вперед, наплевав на опасность. Даже мои заместители поддались этому ослепляющему взор настроению, и я не мог их в этом винить. Привыкшие к бедности, они готовы были на все, чтобы, наконец, разбогатеть и начать жить достойно. Ведь деньги — это то, что правит любым миром, и этот не являлся исключением из правил.

Самому мне было наплевать на богатства, меня интересовало иное — узнать, кто я и как оказался в недрах Черной скалы?..

Возможно, ответы на эти вопросы как раз и ждали меня впереди. По крайней мере, я очень на это надеялся.

Глава 20

Остаток пути прошел практически без происшествий, если не считать пару стычек с местной фауной, отличавшейся крайним разнообразием. До Арахтонуса Менталиса им было далеко, но нервов они все же попортили изрядно.

Сначала нас атаковали гиеновидные ледяные псы, причем сделали это по всем правилам охоты, устроив засаду за торосами, и едва не отправив на тот свет еще одного бойца Винсента. К счастью, Сэм вовремя сориентировался и открыл огонь по тварям, потом подключились остальные, и ледяные псы отступили, оставив на снегу три мертвых тела. Я в этом эпизоде принять участия не успел, находясь впереди группы, но парни справились и без меня.

Второй случай произошел уже под вечер, когда Черные птицы, последовавшие за нами сквозь барьер и вновь мельтешившие где-то высоко в небе, решили вновь попробовать свои силы. Но и тут мои парни не оплошали, да и люди Винсента стреляли на удивление метко, сбив несколько птиц. Остальная стая вновь скрылась… как я понимаю, до следующего раза.

Но это все мелочи, я опасался гораздо худшего развития событий… однако, ни отряд, вырезавший форпост, ни самые сильные местные монстры пока нас не трогали. Знали ли они о нашей группе? Возможно, но не факт. Мы шли по стопам вражеского отряда, но никак не могли его настигнуть. Если там была Лилуйа, она точно понимала, что я где-то рядом, ведь карту она украла из моего кармана. Но сообщила ли она об этом свои… хм… подельникам. У меня было несколько версий, с кем именно она сейчас путешествует, но пока мы не встретимся лично, все варианты были одновременно возможными и невозможными.

Иногда на нашем пути попадались бывшие поселения, и тогда у меня перед глазами каждый раз возникала надпись:

«Поздравляем! Навык „Картография“ повышен».

Но никакого толку от подобных сообщений не имелось. Все поселения были мертвы. Пустые дома с выбитыми окнами и вывороченными дверьми, частично сожженые постройки, но главное — ни души. Ни людей, ни зверей. Мертвая земля.

Мы более не рисковали близко приближаться к таким покореженным остовам, опасаясь новой засады. Паук проредил нашу группу основательно, и, хотя Винсент не жаловался, но я видел, что он стал относиться к нам иначе. Одно дело, когда его людей было в два раза больше, чем нас, и совсем иное, когда численность практически сравнялась. И пусть нас с парнями насчитывалось всего трое, но по умениям и опасности мы явно превосходили парней Винсента, и он это прекрасно понимал.

А потом мы добрались до конечной точки маршрута.

Это не был горный хребет, как тот, который мы миновали вчера и где был уничтожен форт. Одинокая скала, сродни той черной, в недрах которой я пришел в себя, но не столь высокая, зато гораздо более широкая, с несколькими плоскими вершинами.

Моя желтая нить утыкалась в нее и обрывалась. Конечный пункт. Прибыли.

«Поздравляем! Вы достигли цели — 'Скала лионитов». Ваши уровни увеличены на один пункт каждый. Ваш навык «Картография» увеличен на три пункта. Вы — молодец! Кто не сидит на месте, получает бонусы. Ваша удача увеличена на три пункта. Вам присвоен статус «Колонизатор». Новая задача: «Сделать Серую территорию вновь пригодной для жизни».

Вот так фокус! Система, сама того не понимая, давала мне массу подсказок. Получается, все можно вернуть? До этого момента мне казалось, что явление Серых территорий — это незыблемый закон местной природы. Если они пришли, то обратной дороги не существует. Но, получается, это вовсе не так. Слияние можно отменить, а Серые территории откинуть обратно.

Но сможет ли наш отряд провернуть подобную операцию? Ведь нас меньше десяти человек!..

Я оглядел скалу по-новому, пытаясь выискать любые подсказки.

На трех ее вершинах лежали шапки снега, склоны так же были белы и выглядели неприступными. Если и тут есть вход в недра, то он явно расположен где-то сверху, и туда нам никак не добраться без альпинистского снаряжения.

Все время, что я смотрел на скалу, перед глазами словно мелькала легкая пелена, но я списал этот эффект на оптическое преломление света.

Что же, снаряжения у нас нет, зато есть крепкие руки и сильные ноги. Залезем как-нибудь… вот только… мне это не нужно… я вовсе не хотел выполнять поставленную задачу, а планировал вернуться обратно в Карадж и там продолжить работу в качестве шерифа. Это всяко проще и понятнее, чем пытаться изменить структуру мира. Обязан ли я выполнять приказы Системы? Я так не думал.

Наш отряд остановился на пригорке, оглядывая местность. Скала на всех произвела впечатление, это было видно. Даже Сэм и Бэнкси слегка приуныли, сообразив, что так просто, как это казалось прежде, тут не разбогатеть. Винсент же выглядел более невозмутимым. Такое ощущение, что он заранее знал, чего именно ожидать.

— Это наша цель, — сообщил я, поглядывая краем глаза на Винсента и его людей, — я выполнил свои обязательства перед мистером Дикси.

— Не совсем, — возразил Винсент, — по договору вы еще обязаны разведать местность и оценить все опасности и риски, которые будут подстерегать будущих добытчиков.

Он был прав, но соваться вглубь скалы у меня не имелось ни малейшего резона — форменное самоубийство. Вся окружающая нас действительность была враждебной, каждая тварь норовила нас уничтожить. О чем тут говорить? Надо возвращаться в Девятый квадрат, пока целы. Неужели, Винсент этого не понимает?

— Хорошо, — скрипя зубами, все же согласился я, — будь по-вашему. Мы все проверим, но после сразу обратно.

— Шериф, я тоже не хочу здесь умирать, — извиняющимся тоном сказал Винсент, — но и с пустыми руками вернуться не могу.

— Должен быть какой-то ход внутрь, — поразмыслив, предположил я. — Племянник мистера Дикси вряд ли взбирался на самый верх горы. Но и на карте нужное место обозначено не было. Это значит, что и те, кто идет перед нами, тоже будут вынуждены потратить время на поиски. Это играет нам на руку!

Винсент покачал головой:

— Когда здесь был племянник мистера Дикси, Серые территории еще не пришли в этот Квадрат. Ему было проще. С другой стороны, мы-то знаем точно, что искать нужно именно здесь, а он с небольшой командой занимался вольным поиском. Вот только из всей команды, он один и вернулся назад.

— И было это как раз перед приходом Серых территорий. А не связаны ли между собой эти события?

— То мне неизвестно.

— Хорошо, будем искать вход. И дай бог, чтобы мы нашли его первыми!..

У Винсента в седельной сумке обнаружилась складная подзорная труба, и мы по очереди внимательно осмотрели скалу и все подходы к ней. Ничего подозрительного я не увидел: ни следов отряда, ни новых монстров. К сожалению, вход в пещеру я тоже не нашел. И снова эта легкая пелена перед глазами, как же она раздражала!..

Все же придется скрупулезно обследовать каждый сантиметр горы в поисках лаза, который, наверняка, был спрятан за каким-нибудь неприметным кустиком на склоне.

Кажется, подобные мысли пришли и в голову Винсента.

— Это займет больше времени, чем я думал, — сказал он. — Лучше разделиться!

«Как в дурном кино», — подумал я. Но, может, оно и к лучшему. Своим парням я доверял больше, чем людям Винсента, и уж лучше никого не иметь за спиной, чем внезапно получить туда пулю.

— Хорошо, берете восточную часть склона, мы займемся западной, — решил я. — Если встретите противника, отступайте. Не нужно геройствовать!

— Мы тут не для геройства, мистер Эрп, а для дела. Так что не волнуйтесь насчет этого…

Теперь мы продвигались вперед с удвоенной осторожностью, шагов за триста, но начала склона я приказал спешиться и привязать лошадей. Дальше следовало идти пешком. Мистер Винсент и его люди давно скрылись из моего поля зрения, но я был уверен, что они тоже будут действовать аккуратно.

— Не нравится мне все это, шериф! — Мур настороженно ведя носом из стороны в сторону, словно хищное животное.

— Согласен, — и Сэм, к моему удивлению, поддержал Бэнкси. — Я бы вернулся обратно. Ну их, эти деньги…

Если уж они оба сошлись в едином мнении, дело действительно плохо. Тревожное предчувствие, и до этого момента не покидавшее меня, многократно усилилось.

«Поздравляем! Повышен показатель „Чувство опасности“».

Замечательно, еще и Система недвусмысленно намекает, что грядут неприятности. С другой же стороны, именно Система привела меня сюда и дала задание.

Я переменил свое решение. Будь что будет!

— Значит так, парни… — я остановился и окинул взглядом заместителей. — Дальше я пойду один. Это не ваш бой!

— Но, шериф!.. — попытался было возразить рыжий.

— Это приказ, мистер Мур! — я лишь чуть повысил голос, но этого хватило. Бэнкси закивал.

«Поздравляем! Повышен показатель „Лидерские качества“».

— Останетесь здесь и прикроете мне спину. Если же к ночи я не вернусь, можете возвращаться в Карадж. Ваша миссия на этом оканчивается.

И не слушая более возражений, я быстрым шагом двинул вперед, оставив помощников позади. Не нужно им бессмысленно гибнуть в этой истории. Я не понимал правила игры, но одно знал точно — заместителям Система не помогала, а значит, их гибель будет на моей совести.

Когда до ближайшего склона оставалось всего-ничего, я вновь, как и прежде на границе, почувствовал сопротивление воздуха. Еще один барьер! Но на этот раз практически невидимый и легко проходимый. Безо всяких проблем я прорвался сквозь мембрану, и только после этого понял, почему в подзорную трубу мы ничего не увидели.

Пелена, за которую я принял барьер, как оказалось, скрывала от взора все детали, а их было великое множество. Начиная с того, что здесь вблизи скалы в очередной раз изменился климат: ушел ледяной мороз и окружающая температура стала вполне подходящей для человеческого организма. Не удушающая жара и не холод — в самый раз!

Но главное — из-за барьера мы не видели главного — с пару десятков темных дыр, буквально испещривших склоны, словно гигантские черви источили скалу со всех сторон. Входы в туннели, ведущие вглубь скалы.

«Поздравляем! Ваши навыки „Восприятие“, „Картография“, „Интеллект“ повышены».

Всплывшее сообщения я смел в сторону, не до него сейчас. Помимо входов в туннели, я увидел еще кое-что, заставившее меня рыбкой нырнуть за ближайший валун и замереть там, надеясь, что меня не обнаружили.

Буквально в паре десятков шагах стояли четыре человека с оружием в руках. Повезло, что они смотрели в другую сторону, иначе никак не пропустили бы мое появление. Одеты в темное, на головах широкополые шляпы. Лилуйи рядом с ними я не заметил, и на том спасибо.

Я все же догнал их — тех, кто вырезал солдат форта. Передо мной была лишь часть отряда, как видно, оставленная для прикрытия и охраны лошадей, привязанных тут же у низкорослых кустарников и кривоватых лысых деревьев. Остальные же члены группы наверняка ушли в один из нижних туннелей.

Этих четверых придется уничтожить, вот только хотелось бы это сделать наверняка.

Как бы все провернуть? Из оружия у меня были нож, револьвер и короткоствольное ружье. Если бы охранник оказался всего один, я попробовал бы подкрасться к нему как можно ближе и напасть лишь с ножом, чтобы сделать все тихо. Но сейчас об этом и думать не стоит, мне остается лишь выбрать удобную позицию и, как в тире, методично расстрелять всех четверых, не дав им возможности сбежать.

Вот только рельеф местности являлся изрядной помехой для осуществления моих планов. Сплошные нагромождения камней, за которыми очень легко укрыться. При всех своих умениях, я успею уложить одного или максимум — двоих, но остальные успеют среагировать и позвать подмогу.

Я переключился в снайперский режим, пытаясь прикинуть, справлюсь или нет. По всему выходило, что нет.

Проблема…

Мне на плечо легла чья-то тяжелая рука. Я дернулся было, но тут же услышал приглушенный голос Сэма:

— Шериф, это мы!

А Мур добавил:

— Решили не бросать вас одного, джентльмены так не поступают…

Н-да, видимо, старею. Совершенно не заметил, как эти двое приблизились. Будь на их месте враги, смогли спокойно перерезать мне глотку.

«Сожалеем! Ваш показатель „Чувство опасности“ понижен».

Вот значит как? Система может не только повышать, но и снижать показатели? Очень невовремя! Этот чертов навык как раз сейчас мне нужен развитым максимально, но… что есть, то есть. Сам виноват!

— Хорошо, господа, раз вы здесь, это ваш выбор. Действуем следующим образом, Сэм — вы берете на себя самого левого противника, вы, мистер Мур — того, что справа. Я же займусь двумя в центре. Открывать огонь по моему знаку. Вопросы?

Заместители кивнули, показывая, что все поняли, после чего заняли удобные позиции для стрельбы.

Вражеских стрелков было видно хорошо, как на ладони, и я был уверен, что свои две цели я поражу точно, но мне надо было учитывать, что кто-то из заместителей мог промахнуться. Тогда придется подстраховывать. Отпускать нельзя никого.

— Готов! — сообщил Мур.

— Готов! — это уже Сэм.

Что же, господа, поехали.

— Огонь!

Три выстрела слились в один, и тут же я выстрелил вновь. Никто из нас не промахнулся. Четыре тела упали там же, где стояли, не успев никак среагировать на внезапное нападение. Кони захрипели от страха и заржали, но более ничего непредвиденного не произошло.

Слышал ли Винсент звуки выстрелов? Если да, то поспешит к нам, узнать в чем дело. Впрочем, ждать его я не собирался. Нагонит — хорошо, а нет — и без него справимся.

— Поздравляю вас с удачной стрельбой, джентльмены! С меня по ящику «Колотушки» каждому!

Бэнкси, словно девица, зарделся от удовольствия. Он был очень чутким к похвалам и комплиментам. Сэм же лишь пожал плечами, но от обещанного подарка отказываться не стал.

С оружие в руках, готовые к новой схватке, мы приблизились к телам.

Мур ногой перевернул один труп и вгляделся в его лицо.

— Впервые вижу, — сообщил он после осмотра, — судя по одежде, это человек из метрополии.

— Другие тоже, — подтвердил Сэм, проверяя остальные тела. — Скорее всего, агенты по найму. Опасные ребята, за медную монету родную мать продадут.

— Мистер Дикси нанял подобный отряд для защиты Караджа, — припомнил я. — Они уже должны уже прибыть на место.

— Набрать стрелков по-найму не сложно, в метрополии их полно, но у подобных людей нет постоянного хозяина. Кто платит — тот и командует, но ровно до того момента, пока другой не заплатит больше, — пояснил Сэм.

— Но кто-то из местных с ними, — заметил Бэнски, методично обшаривая карманы мертвецов и выгребая из них все более-менее ценное, — иначе их не пустили бы в форт. И этот человек был им знаком и пользовался абсолютным доверием у парней. Тварь! Я лично вырву ему глотку!

— Я предоставлю вам такой шанс, мистер Мур, — пообещал я.

— Я все правильно понял, шериф? — спросил Сэм, подкручивая ус.

— Идем внутрь! Чужаков убиваем без предупреждения! Но, вот что… если увидите индейскую девицу, не трогайте ее. Она — моя!

После того, как пелена мне более не мешала, выбрать нужный ход из множества подобных, не составило труда. Отряд наших предшественников нисколько не скрывался и не прятал следы, словно зная наперед, что здесь им бояться нечего.

Рано радуетесь!

Сэм и Бэнкси быстро соорудили факелы — уже в десяти шагах от входа в туннеле без дополнительного освещения было достаточно темно, хотя легкий свет время от времени пробивался откуда-то сверху.

Проход поначалу был довольно широким, настолько, что мы все втроем могли идти рядом, но постепенно сужался, так что пришлось выстроиться цепочкой. Я шел первым.

Воздух в туннеле оказался сухим и ничем особенным не пах. Я, ожидая гнилостных запахов, был приятно удивлен этому факту. Испещренные трещинами серые стены неравномерно покрывал мох, оставляя многие метры совершенно голыми, другие же, наоборот, оказывались полностью заросшими. Тут было заметно прохладнее, чем снаружи, но до той морозной стужи, сквозь которую мы продирались еще с полчаса назад, было далеко.

— Смотрите-ка, шериф! — Мур подошел ближе к стене и ножом выковырял что-то из камня, после чего протянул это мне на раскрытой ладони.

Лионит, довольно крупный.

— Да здесь целая жила! — довольно присвистнул Сэм, внимательно изучая покатую стену туннеля. — Это несметное богатство, сэр!

И без его слов я прекрасно это осознавал. А так же понимал то, что и за меньшие сокровища лишних свидетелей безжалостно убивают.

Я хотел было произнести это вслух, но не успел.

В этот момент чуть впереди по ходу туннеля послышались чьи-то громкие, уверенные голоса.

Глава 21

Я резко поднял сжатую в кулак левую руку, и мои спутники тут же замолчали, взяв оружие наизготовку. Проблема состояла в том, что в туннеле скрыться было некуда, разве что отступить обратно. Никаких ответвлений за все время, что мы по нему шли, я не увидел. Так что у нас было лишь два пути: вперед или назад. Разумеется, я выбрал первый вариант.

Туннель изгибался, мы осторожно прошли вперед, стараясь случайно не наступить на мелкие камни, валявшиеся повсюду. Лишний шум был ни к чему.

— Сколько еще ждать, Джек? — один из голосов был низким и сиплым, словно простуженным.

— Сколько надо, столь и будем ждать, — второй голос звучал утомленно. — Приказ есть приказ…

— Предлагаю просто прихватить пару сумок с камнями и валить отсюда, — понизил тон сиплый, но я его прекрасно расслышал, хотя и находился от говоривших не менее, чем в десятке шагов. — Нам до конца жизни хватит!

Тот, кого назвали Джеком, некоторое время молчал, видно, обдумывая предложение товарища, а потом с сомнением ответил:

— Черный Гарри найдет тебя даже на другом конце света. Он не прощает предательство. Нет уж, лучше сделаем, как он сказал, целее будем…

Сиплый промолчал, и я решил было, что он сдался и передумал, но тут же услышал хрип — такой может издать лишь умирающий, а через полминуты прямо из-за изгиба туннеля на нас выскочил человек с двумя туго набитыми седельными сумками на плечах. Из-за изрядного их веса, он вынужден был придерживать сумки руками, а револьвер сунуть в кобуру. Так что нам он достался, как на блюдечке.

Сэм, недолго думая, врезал ему прикладом прямо в лицо, и мужчина упал, обливаясь кровью.

— Добить его, сэр? — Бэнкси уже вытащил нож и приставил его к горлу сиплого.

Я безразлично кивнул, и Мур тут же перерезал врагу глотку, отвернув его тело чуть в сторону, чтобы не заляпаться кровью.

— Я так полагаю, что и второй мертв? — предположил Сэм. Это было очевидно.

Бэнкси проверил сумки и присвистнул:

— Тяжелые. И доверху набиты лионитами.

— Положи у стены, на обратном пути заберем.

Пока судьба нам благоволила. Мы уничтожили уже шестерых врагов, сами же до сих пор умудрялись остаться незамеченными. Точнее, одного из этих шестерых убил собственный напарник, но сути дела это не меняло. Численное превосходство постепенно сходило на нет, вот только я до сих пор не понимал их главную цель. Если они хотели отыскать рудник, то это они уже сделали. Но они пошли дальше, явно намереваясь провернуть что-то еще. Это меня смущало, я не любил неожиданности и сюрпризы. Обычно это плохо заканчивалось.

И, тем не менее, я отдал приказ идти дальше. Впрочем, почти сразу нам пришлось остановиться вновь.

Миновав изгиб туннеля, мы вышли в небольшую пещеру, и сразу стало понятно, где именно набили свои седельные сумки Джек и сиплый.

Пещера буквально сверкала, как сокровищница сказочного падишаха. Легкий свет, сочившийся откуда-то сверху, превращал ее в многоцветный калейдоскоп, где буквально каждый сантиметр блестел и искрился, непроизвольно заставляя прикрыть глаза, чтобы не ослепнуть от такого великолепия.

— Святые и грешники! — восхищенно воскликнул Бэнкси. — Это же настоящий рай земной!

Сэм на красоты пещеры особо не глазел, он сразу прошел вперед и остановился у сложенных кучей мешков.

— Шериф, да здесь целая гора динамита! И инструмент — кирки, лопаты…

Он вытащил из ближнего мешка динамитную шашку и продемонстрировал ее мне.

Странно, зачем отряду столько взрывчатки? Разве что они планировали пробиться в некое место, которое прежде требовалось расчистить взрывом. Тогда и кирки к месту, и лопаты.

Получается, отряд добрался до пещеры, сложил здесь провиант, взрывчатку и инструмент, и ушел дальше, в поисках нужного места, оставив пару сторожей, как прежде оставили охрану снаружи. Нам дико повезло, и мы расправились и с теми, и с другими, не вызвав на себя прочих членов банды.

Мы быстро осмотрели пещеру. Из нее вели три хода, и выглядели они совершенно одинаково. Мы проверили каждый, углубившись на десяток шагов внутрь, но ничего не обнаружили и вернулись обратно в пещеру.

А не использовать ли попавшуюся под руку взрывчатку, и не завалить ли все три хода, тем самым, отрезав путь вражескому отряду для возвращения? Клянусь, я бы так и поступил, но меня остановило лишь то, что где-то там по туннелям бродила Лилуйя. Если бы не она, все было бы куда проще. Признаться, я привязался к этой девчонке, и даже тот факт, что она украла карту, ничего не менял.

— Кто-то из вас когда-то слышал о Черном Гарри? — внезапно поинтересовался я.

Мур покачал головой.

— Я знаю многих нынешних стрелков, но это имя мне незнакомо. Впрочем, был один Черный Гарри, моя матушка пугала меня в детстве историями об этом человеке, но он давно сдох, и вряд ли вы спрашиваете о нем, шериф.

Сэм подтвердил:

— Был лишь один Черный Гарри, о других мне не известно.

Хм, в сказки я не верил, но и упускать возможное объяснение не хотел, поэтому уточнил:

— Расскажи мне вкратце, Бэнкси!

Рыжий задумался на мгновение, копаясь в памяти, потом начал:

— Лет двадцать назад жил этот человек. А, может, то лишь легенды. Звали его Черный Гарри, и был он непревзойденным стрелком, ганфайтером, с которым никто не мог справиться. Он стрелял как бог, и не знал промаха. Однажды в одиночку он убил двадцать человек, прибывших по его душу из метрополии. А ведь те тоже были хороши, каждый стоил не меньше двадцати монет в день… а он разделался с ними легко, как со слепыми котятами.

— И что случилось дальше? — рассказ заинтересовал меня.

— Через какое-то время он пропал, исчез, будто и не существовал вовсе. Ходили слухи, что до него все же добрались враги из метрополии. Другие говорили, что Черный Гарри ушел на покой, купив ранчо в безопасном Квадрате. Но точно не знает никто. А после все истории о нем превратились в легенды, и его именем стали пугать непослушных детей. Мне мама говорила в детстве: «Будешь плохо себя вести, Бэнкси, и Черный Гарри придет за тобой!» И я слушался, вовсе не желая, чтобы он и правда явился по мою душу…

Несмотря на некую комичность ситуации, я видел, что Муру до сих пор слегка боязно. Были ли то отголоски детских страхов или что-то иное, не суть важно. Главное, до сих пор одно имя Черного Гарри нагоняло на людей ужас. Это внушало уважение.

Если группу, и правда, вел тот самый Гарри, то нанять подобного человека мог лишь кто-то очень серьезный, гораздо более значимый, чем мистер Дикси. А мистер Дикси, кажется, пытается прыгнуть выше своей головы. Хуже того, он и меня втянул в эту авантюру.

— Прихватите по паре шашек с собой! — приказал я, и сам сунул в карман взрывчатку. Фитили короткие — в случае чего, прогорят быстро, главное — самому успеть унести ноги.

Сэм, еще раз изучив все выходы из пещеры, уверенно указал на самый левый.

— Они ушли сюда!

Я вполне доверял его чутью и опыту, и без лишних разговоров, мы вошли в выбранный ход. Этот туннель был узким и тесным, в некоторых местах приходилось буквально протискиваться вперед. Тут и застрять недолго, и я уже подумывал, не вернуться ли назад, но Сэм уверенно шел первым, обдирая руки и плечи, но все же умудряясь пролезть в очередную щель.

— Шериф, не волнуйтесь, они прошли и мы пройдем! — подбодрил меня Бэнкси, шедший замыкающим. — Зато теперь понятно, почему они оставили весь инструмент и сумки в пещере.

Хорошо ему говорить, Мур был мелкий и жилистый, и мог протиснуться хоть в игольное ушко, а мне с моим крупным телосложением приходилось несладко. Но мы все же продвигались вперед, стараясь при этом не шуметь. Было непросто, но пока справлялись.

Я понимал, что удача, долгое время сопутствующая нам, в любой момент может повернуться спиной. Поэтому нужно быть готовым к бою. Понимали это и мои заместители. Лица их были сосредоточены, тела напряжены, но страха я не чувствовал. Эти люди привыкли рисковать собственными жизнями, и не видели в этом ничего особенного. Крепкие парни, выкованные из железа.

Все вышло так, как и я предполагал. Все же быть пессимистом гораздо проще, чем оптимистом. К худшему исходу ты готов заранее, а если вдруг фартит — что же, случается и такое, порадуемся и нальем стакан «Колотушки».

Но в этот раз не фартануло.

Мы выбрались из туннеля в очередной пещере — крупнее и просторнее предыдущей. Здесь, как и там, стены были усеяны лионитами. И опять было пусто, ни одной живой души. Вражеский отряд прошел пещеру без остановки, нам же пришлось задержаться. Мы остановились у входа, и хорошо сделали.

Было темновато, и Мур зажег факел, осветив пещеру, и тут же, не сдержавшись, негромко вскрикнул.

Пещера была полна змей. Они были и крупные, и средние, и совсем мелкие, самых разных цветов и оттенков, и я физически чувствовал угрозу, от них исходящую. Змеи пока не нападали, лишь свивались огромными клубками и шипели. Другие выползали из десятков неприметных ходов и щелей. Но я понимал, что если мы решим пересечь пещеру, то ситуация стремительно поменяется.

«Поздравляем! Повышен показатель „Чувство опасности“».

Выходит, не ошибся. Дьявол! Даже самая мелкая из тварей, судя по всему, ядовита, а их в пещере скопилось уже несколько сотен, если не тысяч. Просто так пройти не удастся.

— Ненавижу змей! — Бэнкси передернуло от омерзения.

— Ядовитые, — заключил Сэм, отступая назад. — Опустите рукава, проверьте, чтобы не было открытых частей тела, лица закройте платками. Мелких гадов давить ногами, крупным стрелять в голову. Прорвемся!

— Может, поищем обходные пути? — предложил Мур. Ему явно не хотелось вступать в эту пещеру, и его можно было понять.

Змеи, бррр… нет ничего более противного и опасного. Это на уровне инстинктов.

Почему кошки боятся огурцов? Они думают, что перед ними змея.

Это чувство опасности пришло издревле, и передавалось от поколения к поколению, вростя в ДНК. Чем мы хуже кошек?..

— Думаю, другой дороги не существует. Иначе предыдущая группа прошла бы там.

Лилуйа, сообразил я, это она их провела. У индейской девушки была удивительная способность, понимать все живые существа. Она знала их слабые и сильные места, и могла, кажется, договориться с любым. И даже гады, истекающие ядом, не явились для нее помехой.

Но у нас-то Лилуйи в команде не было. Проблема…

Между тем, змеи начали обращать на нас внимание. Им не нравился свет, и некоторые твари, шипя, уже потихоньку начали перемещаться в нашу сторону, впрочем, все еще оставаясь достаточно далеко.

— Я вижу единственный выход, — сказал Сэм, — он с противоположной стороны. Бросаем один факел впереди себя, этим мы их на пару минут отпугнем. И бегом до прохода.

— Сомнительный план, — рыжий потряс головой, словно собираясь с силами, — к тому же нет уверенности, что в следующей дыре их нет. Посыпятся на нас сверху, и конец…

— Выбора нет, — пожал плечами Сэм, — либо вперед, либо прочь отсюда. Как шериф решит?

Я бы и рад был повернуть обратно, но не мог. Меня словно магнитом тянуло в самое сердце скалы. Я чувствовал, что найду там отгадки на многие вопросы.

— Кто хочет, может вернуться, мое предложение еще в силе. Я же иду вперед, и постарайтесь обойтись без стрельбы, нам не нужно давать о себе знать раньше времени.

Вернуться никто не пожелал, впрочем, так я и думал.

По знаку Сэма, Бэнкси швырнул факел где-то на середину пещеры, и змеи недовольно поползли в стороны, в темноту.

— Бегом! Живо!

Я припустил первым. Ползучих гадов я недолюбливал, и это еще мягко сказано, поэтому давил сапогами всех, кому не везло попасться у меня на пути. Мур и Сэм поступали так же, и пока все шло по плану. Мы уже преодолели половину пещеры, но тут погас факел на полу пещеры, и остался единственный источник света — последний факел в руке у Сэма.

Тьма словно придала змеям дополнительный заряд энергии. Я едва успевал отбрасывать в стороны стремительно двигавшиеся тела. Несколько гадов все же добрались до моих сапог, но прокусить толстую кожу не сумели. Но вот одна взвилась в воздух, целясь в лицо, и лишь удар моего кулака прервал этот стремительный полет. Но тут же вторая упала откуда-то сверху прямо на шляпу, я брезгливо скинул ее и растоптал.

В этот момент я решил включить снайперское зрение и обомлел. Объемный обзорный режим не зависел от внешнего освещения и показывал все, что происходило вокруг, даже там, где я этого сам видеть не мог.

К пещере приближались тысячи тварей. Они со всей возможной скоростью продвигались по коротким отросткам-проходам, ведущим непонятно куда.

Система идентифицировала каждую из них, услужливо подсказывая: «Гад, слабый монстр, ядовит, опасен… Гад, продвинутый монстр, ядовит, опасен… Гад особый, сильный монстр, очень опасен!»

Последний еще не добрался до пещеры, но оставалось ему всего-ничего. И, судя по объемной картинке, это был король всех окрестных змей. Его тело почти целиком перекрывало проход, по которому он двигался, едва в нем умещаясь.

Неужели, именно наше появление послужило катализатором призыва тварей?

Все еще находясь в снайперском режиме, я обратил внимание на необычный предмет, мерцающий изумрудно-зеленым цветом. Лента, проходящая слева-направо через всю пещеру, теперь была порвана посредине, ровно там, где я только что прошел.

Да это же сигнальная система! Теперь все понятно. Я сам разорвал ее, не заметив, этим и вызвал всех змей в одну точку.

Вот только кто поставил сигнализацию?

Ответ у меня был один — это сделали те, кто прошел тут перед нами.

— Скорее! Уходим отсюда!

Но сделать это было не просто. И Сэм, и Бэнкси изо всех сил отбивались от атакующих тварей, но скорость их передвижения упала до минимума. Как, собственно, и моя.

До выхода из пещеры оставалось еще шагов двадцать, но все пространство там, как ковер, уже было покрыто телами гадов.

И все бы ничего, но меня очень беспокоил «Сильный монстр», который все приближался к пещере, настырно протискиваясь сквозь узковатый для него лаз.

Раздался первый выстрел — это Бэнкси не выдержал и разнес башку особо наглой и крупной твари, размером с питона.

Услышат нас те, кто впереди, или нет, уже было плевать, главное — выжить здесь и сейчас, и выбраться из этой пещеры-ловушки.

Сэм тоже открыл беглый огонь, отстреливая самых опасных и быстрых гадов. Я же, к собственному удивлению, пока держался без огнестрельного оружия, давя змей сапогами, а руками откидывая тех, кто норовил забраться по штанине выше или падал сверху на голову.

Поэтому до выхода я добрался первым. Странно, но в новом туннеле ни одной змеи не было видно ни обычным, ни снайперским зрением. Словно некая незримая граница отделяла пещеру от прохода, и гады ее не пересекали.

— Сюда! Скорее!

Мои заместители услышали и рванули, но и змеи вокруг внезапно активизировались еще больше. Сразу два десятка взвились с пола в воздух, как выпущенные из пращи, а следом — еще столько же. И действовали они теперь иначе, целились в ноги, пытались сбить, оплести, не дать ступить шагу.

Сэм удачно перепрыгнул это кучу-малу, а вот Бэнкси они все же достали. Он свалился и тут же пропал из виду под переливающимся шевелящимся покровом.

Я бросился на выручку, хотя сам уже был в безопасности, и чудом сумел выдернуть Мура наружу. Он был жив, и, кажется, даже не ранен. Вот только взгляд его безумно блуждал из стороны в сторону, а изо рта его вырывалось невнятное:

— Змеи, ненавижу змей!..

Ноги переставлять, к счастью, он не разучился, и я, крепким пинком под зад придал ему нужное ускорение, и, кажется, этим вывел из ступора.

Бэнкси пролетел шаги, разделяющие его с безопасностью, ракетой и чуть было не сбил с ног Сэма, с нетерпением поджидающего нас на входе.

Все, что мне оставалось, это последовать за Муром.

Но тут пещера затряслась и завибрировала, и из прохода справа от меня показалась гигантская змеиная голова.

Вот он, король гадов, приполз-таки!

Чудовище было огромным. Оно, струясь, вползало в пещеру, наполняя ее своим объемом, и казалось бесконечным и неимоверно опасным.

Желтые змеиные глаза неотрывно глядели на меня. Я прирос на месте, не в силах пошевелиться. Это было сродни ментальной атаки Арахтонуса Менталиса, но выставленная мной ментальная стена оказалась в этот раз бессильна. Ноги не двигались, до выхода в туннель было лишь несколько шагов, но я не мог их сделать.

Зато, на удивление, руки мои были свободны.

— Сэм, факел!

Он понял все мгновенно и тут же швырнул последний зажженный факел прямо в меня. Я поймал его, словно цирковой фокусник, и тут же достал из кармана первую динамитную шашку.

Поджечь ее — пара мгновений, и, недолго думая, швырнул назад, прямо в распахнутую пасть королевского змея. И тут же выхватил вторую шашку — поджег, бросил.

Внезапно ноги вновь стали послушны. Прыжок, еще один, и я своим весом буквально вбил в боковой проход Сэма и стоящего за ним Бэнкси.

И тут же за моей спиной рвануло так, что стены вокруг заходили ходуном, на головы нам посыпались камни и каменная крошка, а пещеру со змеями наглухо завалило.

«Поздравляем!.. Поздравляем!.. Поздравляем!..»

Меня просто закидало сообщениями об убитых тварях и наградах за них. Но я, не глядя, смел все в сторону. И только тогда выдохнул.

Это была полная и безоговорочная победа.

Взрыв уничтожил пещеру и всех тварей в ней. Но и выбраться наружу тем же путем, которым пришли, мы теперь не могли.

Глава 22

— Мистер Эрп, это было… сильно! — Бэнкси все оглядывался назад, хотя мы уже достаточно удалились от обвала. — Но вы уверены, что мы отыщем путь наружу?

— Не доставай шерифа, парень, — посоветовал ему Сэм, — разве ты еще не понял, что он вытащит тебя из любого дерьма. Правда, сначала сам же в него и окунет с головой…

Я особо не слушал заместителей, обдумывая, что делать дальше. Очевидно, что я недооценил противостоящие нам силы, помятуя лишь об отряде. Но теперь подключились еще и монстры, обитающие в недрах горы, и кто знает, чего ожидать в следующий раз?

Впрочем, вернуться я тоже не мог, даже если бы знал обходной путь. Теперь уже это дело принципа. Так что придется топать вперед до победного конца. Вот только отряд Черного Гарри уже наверняка знал о нашем здесь присутствии, и так легко, как было до этого, больше не будет.

— Продолжаем движение! — приказал я. — Всем быть наготове!

Сэм по своему обыкновению промолчал, а Бэнкси заметил:

— С тех пор, как я познакомился с вами, я всегда наготове. Не могу сказать, что жить стало легче, но хотя бы веселее…

— То ли еще будет, — пообещал, а может, пригрозил я.

Сэм криво усмехнулся в ответ, уж он-то явно не сомневался в моих словах. Мур тяжело вздохнул.

К нашей удаче, факел не погас, и света вокруг вполне хватало, чтобы идти дальше. А вскоре он и вовсе стал не нужен. Туннель расширился и через четверть часа мы вышли в очередную пещеру, и тут же стало понятно, что путь наш завершен.

Во-первых, в центре пещеры на небольшом каменном постаменте находился лионит поистине гигантских размеров. Если даже маленьким камешком можно было обеспечить энергией целый завод, то этой глыбы легко бы хватило, чтобы запитать несколько крупных городов, если не весь континент.

Множество более мелких лионитов, тысячами блестевшие на стенах и на десятках сталагмитов и сталактитов вокруг, давали достаточно освещения, а главный центральный камень мерно пульсировал, излучая во все стороны ровный синий свет.

«Жаль, нет при себе дозиметра», — мелькнула запоздалая мысль. Что-то мне подсказывало, что радиацинный фон здесь может зашкаливать. Я и до этого подозревал наличие некоего излучения, исходящего от лионитов, которые все вокруг так ценили. И даже больше — мне казалось, они наделяют тварей особыми свойствами. Недаром же именно их наличие заставило воскреснуть банду Малыша Билли.

Но радиационная угроза была далеко не самой актуальной.

Потому что, к сожалению, было и во-вторых. В пещере мы оказались не одни. Я не мог сосчитать сходу, но явно было больше десяти, все вооружены и крайне опасны. Они наставили оружие на нашу троицу, как только мы ввалились в просторный зал.

Все одеты примерно одинаково, как и те прежние, кого мы уничтожили по дороге — обычные агенты из Метрополии, причем не из простых, а высокооплачиваемые, с ними стоило считаться.

Рядом с камнем, буквально в шаге от него, сидела Лилуйя. На наше появление она не обратила ни малейшего внимания. Глаза девушки были прикрыты, словно она ушла в транс.

— Бросьте оружие, мистер Эрп! — раздался громкий, уверенный голос. — И вашим людям прикажите сделать тоже самое, иначе…

Казалось, в пещере все на виду, но этот человек шагнул на свет, словно выйдя из тени. Клянусь, я не видел его еще мгновение назад!

Был он высок ростом, плечист, но из-под шляпы виднелись седые волосы. Руки мужчины в тонких кожаных перчатках лежали на рукоятях револьверов, и отчего-то мне казалось, что пользоваться ими он умеет превосходно. Лицо точеное, но грубоватое. Словно его высекли из камня рабочей киркой: прямоугольный подбородок, резкие скулы. И глаза — прозрачные, словно небо.

Так вот он какой — местная легенда!

— Мистер Гарри? — кивнул я. — Простите, не знаю вашей фамилии…

— Можете звать меня просто по имени! — широко улыбнулся тот. Зубы у него были белые и без пропусков в рядах.

— Эллиот, — представился и я, стараясь не делать резких движений. Эти люди убьют нас при малейшей признаке опасности, так зачем давать им повод. Благо, мои заместители это тоже прекрасно понимали, и, держась чуть за моей спиной, не шевелились.

— Наслышан о вас, Эллиот! Не успели вы явиться в Карадж, как произвели там настоящий фурор!

— Приятно, Гарри, что мы знакомы заочно, — я сделал пару шагов вперед, демонстративно держа руки вверх и мимолетно оглядывая все вокруг.

Так, что я вижу: агенты, плюс Гарри, плюс Лилуйа, которая до сих пор находилась в трансе. Многочисленные сталагмиты могли послужить прекрасным укрытием. В принципе, терпимо… если бы люди Винсента находились сейчас здесь, было бы еще проще.

Но нас было только трое и, учитывая слухи, ходившие про мастерство Гарри, мы находились в проигрышном состоянии. К тому же Лилу… я боялся навредить ей случайно при стрельбе. Для начала нужно было дождаться, пока она начнет реагировать на окружающую обстановку.

— Я вижу, вам уже рассказали о моих былых приключениях, — широко улыбнулся Гарри, — и о двадцати убитых мной за вечер стрелках вы тоже слышали?

— Уверен, это правда.

— Ложь! — он качнулся вперед, как кобра перед броском. — Их было куда больше! Впрочем, я не считал трупы. Они явились ко мне домой одним поздним вечером… и все остались лежать там. Жаль, что я не сохранил тот дом, удобрений с тех пор вполне хватало.

Я ему поверил. Этот человек не стал бы врать, а значит, он опаснее всех, с кем я встречался до него. Но и Гарри прежде не сталкивался со мной…

Я включил снайперское зрение. Фигуры агентов подсвечивались, как обычно, ровным голубоватым свечением, сам же он ярко светился желтым цветом. Система посчитала его чрезвычайно опасным, даже опаснее «сильных монстров», хотя я видел перед собой обычного человека. Что же, с Системой нужно считаться и не игнорировать ее предупреждения.

— Что с девицей? — кивнул я в сторону замершей Лилуйи.

И, очевидно, этим вопросом выдал свой интерес, потому как Гарри чуть прищурился и спросил:

— Волнуетесь за нее, шериф? Она вам дорога?

— Всего лишь случайная знакомая, но она кое-что украла у меня, и я лично хочу наказать ее за это!

Гарри хмыкнул, потом подмигнул и предложил:

— Вы сможете это сделать любым способом, мистер Эрп, но лишь после того, как она выполнит то, ради чего здесь находится.

Получается, Лилу нужна была не только для того, чтобы выкрасть карту, но и для чего-то иного, вероятно, куда более важного. А что будет, если я прерву ее ритуал, не дав ему завершиться?..

— Могу я поинтересоваться, чем конкретно она занята?

— Это не ваше дело, шериф, — Гарри сделал знак своим людям, и те начали осторожно приближаться, обходя нас с двух сторон и держа на прицеле. — Сложите оружие, вы и ваши люди. После вас троих свяжут, но, обещаю, мне без надобности ваши скальпы. Я освобожу вас сразу после дела. Если желаете, можете даже набить лионитами пару сумок, мне наплевать. Уедете отсюда богачами! Что скажете?

Краем глаза я видел, что Сэм и Бэнкси отступили чуть назад еще в самом начале разговора, и готовы начать стрелять, если я подам знак.

Умирать не хочется никому. Это факт, не вызывающий споров. Но иногда случается так, что быть готовым умереть — это выиграть битву.

Сложить оружие — значит сдохнуть. Не сложить его — то же самое, но еще больнее.

Я выбрал второй вариант.

— Боюсь, Гарри, я вынужден отказаться от вашего щедрого предложения.

— Почему же? Не доверяете? Мне незачем вас убивать, вы слишком мелкие фигуры, чтобы помешать моим планам.

Так! Крути его, выводи на откровенность. Важно узнать, кто стоит за всем этим! Кто нанял Гарри и агентов, кто заказал убийство солдат форта? Мне нужны имена!

— Кому мне доверять? — я чуть смущенно развел руками в стороны. — Я не знаю вашего нанимателя, и только пару минут, как познакомился с вами. Мой же наниматель, мистер Дикси, фигура уважаемая в Карадже. Сейчас я работаю исключительно на него.

Ну же! Скажи хоть что-то! Дай зацепку!

Гарри замолчал, обдумывая мои слова. Потом покачал головой:

— Не лезьте в это дело, шериф! Оно вам не по зубам! Уходите сейчас, будто мы и не встретились! Это последнее предложение.

Я бы, может, и ушел, вот только позади нас ход был завален, да и мои парни были бы против. И Лилуйя. Не мог я ее оставить в беспомощном состоянии одну. Хоть я и подлец, каких поискать, но бросить красивую девку в беде — не в моих правилах.

— Огонь!

Карабины моих замов заработали синхронно, и тут же два агента упали. Я тоже не отставал и подстрелил еще одного.

Но вот их командир… Черный Гарри словно растворился в воздухе. Секунда — и он вальяжно стоял, засунув большие пальцы рук под ремень. И тут же — исчез, укрывшись где-то в пещере.

Мы заняли позиции за сталагмитами и грудами камней.

Пули выбивали каменные крошки у нас над головами, но напрямую атаковать враги не могли — подход к туннелю был слишком открытым, и мы легко перестреляли бы всех.

Но и нам приходилось туго. Кроме первоначального успеха, похвастаться было нечем. Остальные агенты укрылись за многочисленными сталагмитами и открыли ответный огонь.

Я прекрасно осознавал, что ситуация складывается явно не в нашу пользу. Врагов было больше, и рано или поздно они нас достанут. Но мои парни сдаваться не собирались.

Пуля пролетела буквально у виска, и я понял, что долго так продолжаться не может.

Сэм из-за своего укрытия показал мне динамитную шашку, но я покачал головой. Еще не хватало, подорвать тут все вокруг, тогда Лилу точно погибнет, да и нам не уйти — я даже не успел еще найти другие выходы из пещеры.

Один из вражеских бойцов попытался перебежать за более удобное укрытие, но я прострелил ему ногу, и он начал кататься по полу и орать. Впрочем, длилось это недолго. От сильной боли он потерял сознание и замер посреди зала, раскинув руки в стороны.

Гарри все не показывался.

Если бы мне удалось прикончить его, то за остальную гоп-команду я бы уже не переживал, но этот тертый калач где-то прятался и ждал удобного случая. Предполагаю, что именно подобной стратегией он и уничтожил тогда своих врагов. Не бросаясь в атаку, он сидел, словно змея, в засаде и отстреливал всех, кто забыл про осторожность.

Охотник, умеющий ждать до бесконечности.

Мур решил было тоже перебраться за более крупный сталагмит и даже дернулся вперед, но я вовремя остановил его резким жестом. Он увидел и замер. И тут же в то место, куда он должен был ступить, ударил выстрел.

Чертов Гарри!

И где, дьявол их разбери, Винсент и его люди? Их помощь сейчас была бы весьма кстати.

Еще я опасался, что одна из случайных пуль ударит в Лилуйю, которая все так же сидела в позе лотоса рядом с камнем, и выходить из своего состояния не спешила, несмотря на суету вокруг. Но пока ей везло, хотя я каждый раз переводил дух, когда кто-то в пещере в очередной раз стрелял.

На какое-то мгновение воцарился статус-кво. Несмотря на незначительный численный перевес, люди Гарри опасались нападать в открытую, уже потеряв троих. Мы тоже не атаковали, выжидая.

Больше всего меня волновало то, что Гарри до сих пор никак себя не проявил. Он явно что-то задумал, и мне это не нравилось.

И тут до меня дошло: да ведь он ждет, пока Лилуйя завершит свой… хм… ритуал?

Гарри не трогает девушку и знает, что я тоже ее не трону. Сама же индианка все никак не выходит из транса, и даже царящая вокруг перестрелка не смогла ее разбудить. Но что, черт подери, она делает такого важного? Да еще рядом с гигантским лионитом?

Я потянулся ментально к камню и девушке, и тут же отшатнулся прочь, настолько яркий свет ударил мне в глаза. Точнее, не в глаза, а в разум. И от этого света нельзя было заслониться, он проникал сквозь все барьеры.

Зато, почудилось мне или нет, но я коснулся разума Лилу и получил слабый отклик. Она жива — это я понял точно, и еще она очень сосредоточена. Ей кажется, что от ее действий зависит очень многое. Справится или нет, девушка не понимала, но выкладывалась изо всех сил, стараясь… что? Ответа на этот вопрос я получить не успел.

Но в этом взаимодействии нас было не двое, а трое. Камень — он тоже давал отклик, но не как живое существо, иначе. Однако, я точно чувствовал, что это не простой булыжник, пусть и драгоценный. Он — средоточие энергии, готовой выплеснуться наружу по приказу. Вот только кто может отдать подобный приказ, и что произойдет после, я не знал.

«Поздравляем! Ваш навык „Защита от ментального воздействия“ повышен».

Меня резко выбросило из связки. Несмотря на повышение показателя, я был еще очень слаб в ментализме и не мог долго держать связь, тем более в контакте с источником такой огромной силы, каким оказался лионит.

Зато теперь я увидел ситуацию с новой стороны. Очевидно, что Лилуйа пытается воздействовать на Камень, теперь я называл его для себя именно так, с большой буквы. И действует она по приказу Гарри, поэтому тот ни в коем случае не тронет девушку, пока она не выполнит поставленную задачу. Более того, он будет всячески оберегать и защищать ее.

Получается, ее цель очень важна. Уж не желает ли она освободить энергию Камня? Но тогда все вокруг разнесет в клочья. Вряд ли Гарри планирует умереть такой смертью.

Нет, здесь что-то иное…

А что, если Лилу хочет взять камень под свой ментальный контроль? Способна ли она на подобное? Хватит ли у нее сил? С тварями, охраняющими скалу, у нее получалось, и их группа прошла до нужной точки без особых проблем, но Камень — он был слишком мощным, даже я не справился бы с ним, а девушка, как мне казалось, была еще слабее. Однако, она держалась уже долгое время, и ее не вышвыривало из ментального контакта, как меня.

И если у нее выйдет, то…

Додумать я не успел. Враги неожиданно пошли в атаку.

И справа, и слева агенты начали перемещаться в нашу сторону, перебегая от сталагмита к сталагмиту, и стреляя на ходу.

Разумеется, мои заместители тут же воспользовались удачным моментом. Один из агентов упал, не добежав до укрытия, и начал кататься по земле, раненный в живот, но быстро затих. А вот второму повезло еще меньше — пуля снесла ему полчерепа, и тело, сделав по инерции пару шагов вперед, рухнуло безжизненной грудой.

Остальным удалось немного сократить дистанцию между нами, и они укрылись в непосредственной близости от нашей позиции.

С моей точки стрелять было не по кому — сталагмиты частично перекрывали обзор, но я держал оружие наготове. Зато я хорошо видел Лилуйю.

И в этот же момент она открыла глаза.

От Камня во все стороны пошло яркое сияние, теперь в реальности, а не в «снайперском режиме». Все вокруг буквально залило светом, пришлось прикрыть глаза, чтобы не ослепнуть.

Атака агентов прекратилась сама собой, при таком свете нельзя было сделать ни шагу, разве что наощупь. А открыть глаза — значит, лишиться зрения. Словно смотреть на яркое солнце… даже еще опаснее, потому что источник находился в непосредственной близости.

— Не высовываться! — приказал я замам.

Но кто-то из них, кажется, Бэнкси, все же неосторожно шагнул в сторону, видимо, ослепленный. И тут же раздался выстрел.

Мур упал.

— Живой? — уточнил Сэм.

— Плечо… — хрипло ответил рыжий. — Зацепил, гад!

Я был уверен, что стрелял Гарри. Только он один был способен на такое.

Свечение все не кончалось, ситуация стала опасной. Если Гарри мог ориентироваться при столь ярком свете, то он запросто перебьет нас одного за другим.

Может ли Система мне помочь?

В ответ на мой вопрос, появилась надпись:

«Светофильтр активирован!»

Мне на глаза словно надели темные очки. Свет, пробивавшийся даже сквозь закрытые веки, теперь стал терпимым, и я рискнул приоткрыть глаза.

Ярковато, но перенести можно.

Теперь шансы уравнялись. Чуть сместившись в сторону, я отчетливо видел замерших, как слепые котята, агентов — пять человек с револьверами в руках. Черного Гарри среди них не было.

Выстрелы прозвучали оглушительно громко в воцарившейся тишине. Я не пощадил никого, и не считал это убийством безоружным. Да, у меня появилось преимущество, но в этой игре нет места жалости. Если бы шанс на победу оказался у другой стороны, они бы им непременно воспользовались.

Пять выстрелов, пять мертвых тел.

Теперь в пещере, кроме трупов, остались лишь я с заместителями, Гарри, Лилуйа и один раненый агент, потерявший сознание от боли в самом начале схватки.

— А вы неплохо стреляете, шериф, — раздался спокойный голос Гарри. — А в нее вы тоже выстрелите?

Каким-то образом он оказался позади девушки, одной рукой схватив ее за шею, а во второй он держал револьвер, который приставил к ее виску.

Тут без шансов, чуть дернет пальцем — и выбьет индианке мозги.

Я могу успеть выстрелить первым, но вероятность не задеть Лилу сводилась к нулю — слишком уж профессионально Гарри прикрывался ее телом.

Сама же девушка не шевелилась, хоть из транса она уже явно вышла.

Свет постепенно начал гаснуть, приходя в норму.

Лилу широко распахнула глаза:

— Он не убьет меня, Безымянный. Черный Гарри — мой отец!

Глава 23

Вот так номер, чтоб я помер!

Кстати, Черный Гарри вполне может это устроить. Но вот каким образом он внезапно оказался отцом индианки, я совершенно не понимал.

— Тогда, двадцать лет назад, я изрядно позабавился с ее матерью, — ухмыльнулся он, отвечая на невысказанный вопрос, — красивая была девка, влюбилась в меня, как кошка! Но обстоятельства, шериф, сложились таким образом, что мне пришлось срочно уехать…

Лилуйа дернулась при этих словах, но Гарри сильнее сжал ее горло, и девушка буквально повисла на его руке, почти потеряв сознание от нехватки кислорода.

— Отпусти ее! Кажется, она уже сделала все, что ты хотел?

Камень теперь сиял не так ярко, зато всеми цветами радуги по очереди. Аттракцион, мать его!

Гарри быстро обернулся на Камень и удовлетворенно кивнул:

— Дочка — умница, порадовала старика-отца! Если будет вести себя правильно, останется живой. Мне ее смерть ни к чему… но дело еще не кончено.

На старика Гарри явно не тянул — прибедняется, отвлекает внимание. Движения его были быстрыми, плечи — широкими, взгляд — внимательным. За ним нужно следить очень внимательно, иначе моргнуть не успеешь, как окажешься на том свете.

— Можно узнать, что именно она сделала? — мне было интересно, за что погибло столько человек. Да и сам Камень внушал сильные опасения. Он все пульсировал, периодически меняя цвета, и мне все это очень не нравилось. Вступать же с ним в ментальный контакт я опасался. Опять выкинет из связки, если не хуже. И отвлекаться от Гарри сейчас никак нельзя.

— Вообще-то это секрет, — подмигнул тот, — но, так и быть, я расскажу вам эту тайну. Правда, потом мне придется убить всех здесь присутствующих. Так что сами решайте, хотите знать правду или нет?

— Как по мне, — тут же ответил Сэм, — так и бог с ней, с тайной. Меньше знаешь — дольше живешь. Пусть не так богато, но это лучше, чем ничего.

— А я бы послушал, — азартно возразил Бэнкси, — все равно Черный Гарри не отпустит нас просто так! Хотя бы пойму, за что подыхать буду!

Гарри с любопытством переводил взгляд с одного на другого, в итоге остановившись на мне.

— Итак, у нас один — один! Девушку по понятным причинам мы спрашивать не будем. Остаетесь вы, шериф. Как скажете, так и сделаю!

Не сказать, что я был излишне любопытным от природы, скорее в этом вопросе придерживаясь философии Сэма, но все же…

— Хочу все знать! — решил я. Мимолетом в памяти мелькнул задумчивый мальчик в школьной форме и с красным галстуком… и, кажется, это был я…

— Ваше желание — закон! — согласился Гарри. — Но для начала, позвольте мне закончить то, что я начал.

Вот только закончить он не успел. В тот же момент, одновременно из двух боковых ходов, которые я, наконец, приметил, выбежали люди Винсента, стреляя на ходу, а следом и он сам. Вот им было точно наплевать, выживет индианка или нет, и Гарри это сразу понял.

Он мощно толкнул ее в спину, отчего девушка не удержала равновесие и побежала прямо на меня, а сам Гарри вновь применил свой трюк, и словно растворился в воздухе. Неужели, это тоже какое-то умение, навроде моего «снайперского режима». Так, может, Гарри такой же как и я человек Системы?

Но додумать эту интересную мысль не хватило времени. События стали развиваться слишком уж стремительно. Подхватив Лилуйю на ходу, я оттащил ее за ближайших сталагмит, а Гарри начал стрелять.

Судя по тому, что Сэм и Бэнкси с легкой паникой в глазах укрылись за соседними сталагмитами, стрелял он метко.

— Уж насколько вы хороши, сэр, — крикнул Мур, у которого паника сменилась искренним мальчишеским восторгом, — но этот чертов Гарри — он просто гений!

Судя по тому, что стрельба уже стихла, а Винсент не подавал голоса, кончилось все не в его пользу. Я осторожно выглянул из-за сталагмита.

По всей пещере в беспорядке вперемешку валялись мертвецы из обоих отрядов. Сам Винсент сидел, прислонившись к Камню и казался целым на вид. Но он совершенно не шевелился, и я видел обширную лужу крови, стремительно расползающуюся под его телом.

А вот Гарри я не увидел, его тела среди трупов не было. Значит, жив! Впрочем, в этом я и не сомневался.

Лилу трепыхнулась в моих руках, пытаясь вырваться, но я, помятуя о ее роли, повторил недавние действия Гарри, сжав шею девушки рукой. Вот только я не собирался ее пугать, а реально придушил, конечно, не до смерти. Пусть полежит, отдохнет. Нечего под ногами мешаться.

— Шериф! — раздался голос Гарри, вот только откуда именно он шел, я не смог определить, даже в «снайперском режиме». Система не показывала этого человека, если я не видел его в данный момент своими глазами.

— Слушаю вас! — сейчас наша позиция была даже слабее, чем вначале. Подкрепления больше ждать неоткуда, и, несмотря на то, что нас осталось трое, а враг — один, я сильно сомневался в нашем превосходстве.

— Верни дочь, она мне еще нужна!

Ага, значит, я угадал, и «ритуал» завершен не до конца, а для финала ему необходима Лилуйа. Я правильно сделал, что отправил ее в непродолжительный, но крепкий сон.

Оставался открытым вопрос, сможет ли Гарри сделать все без помощи девушки?

И да, самое главное — что вообще он затеял⁇!

— Ваша дочь слегка устала и прилегла отдохнуть. Рекомендую не беспокоить ее некоторое время.

Я сделал знак готовности заместителям, но те и так ощетинились стволами, как ежи иглами, и готовы были палить в белый свет, как в копеечку.

Гарри молчал. Это было чертовски подозрительно. Лучше бы он орал, ругался и клял меня, тогда хотя было бы ясно, в какой части пещеры он в данный момент находится. А вот эта тишина говорила о том, что он уже делает что-то недоброе.

Почему же «снайперское зрение» не работает? Я никак не мог засечь его ни в одном из режимов, он выпадал из всех возможных вариантов прицела. Единственный шанс увидеть его — своими глазами, без помощи Системы, но он сливался с окружающей обстановкой, словно хамелеон, и заметить его, пока он сам того не захочет, было невозможно. Отличное свойство! Мне бы такое…

Камень внезапно сменил цвет. С приятных тонов он перешел на резкий кроваво-бордовый, а частота пульсаций увеличилась.

— Идиот! — крикнул Гарри, внезапно материализуясь шагах в десяти слева. — Верни ее быстро! Иначе сейчас тут все рванет!

Сэм и Бэнкси не сплоховали, и тут же в то место, где находился Гарри, ударили выстрелы. Только его там уже не было. Он исчез так же мгновенно, как и появился.

Сволочь!

Но его слова… Камень пульсировал все интенсивнее, наливаясь изнутри ярким пламенем, и я решил, что Гарри не врет.

— Быстрее!

Теперь Гарри был слева, и вновь пули опоздали. Он казался неуловимым.

Почему же с такой немыслимой скоростью он не может убить нас всех, а уж потом привести в чувство Лилу?

— Шевелись, твою мать! — очередной окрик раздался, казалось, за спиной, но когда я обернулся, там никого не было.

Думай, шериф, думай!

Гарри не шутит, а быть погребенным в горе я вовсе не желал, да и мои парни тоже.

Придерживая голову девушки, я поднял Лилу с земли. Ее лицо было мертвенно-бледным, неживым, застывшим.

Хлесткий удар по одной щеке и сразу по второй ничего не дал. Она все еще находилась в бессознательном состоянии, и я заволновался, уж не слишком ли сильно придушил ее?

Лилуйа чуть шевельнулась, и я вздохнул облегченно. Жива, но в себя не приходит.

— Через минуту мы все здесь подохнем! — Гарри волновался, я это понял по его напряженному голосу.

Как же привести девушку в сознание? Обычная практика не помогала, нашатырного спирта под рукой не имелось, а ждать, пока она очнется естественным путем не было времени.

Я прикрыл глаза и потянулся к Лилу ментально, и тут же получил отклик, уловив краем своего сознания ее разум. Время катастрофически убывало, но я достал ее, зацепился, подсек и потащил, как рыбу на блесне.

Главное, не упустить!

Еще чуть-чуть, еще немного…

Готово!

— Где я? — Лилу широко распахнула глаза, растерянно смотря на меня снизу вверх.

— Все там же, дорогая, все там же… включайся в дело, без тебя тут все рушится!..

— Камень? — догадалась она.

— Он самый.

— Отойди, дай воздуха!..

Я отступил в сторону. Грудь девушки тяжело и неровно вздымалась. Видно было, что она еще недостаточно очухалась, но времени не было.

— Останови Камень! — прогремел Гарри где-то сбоку, вновь сухо защелкали выстрелы, но бесполезно.

Лилу чуть развела руки в стороны и вновь прикрыла глаза, но теперь я видел, что она включилась в работу.

Секунд через десять Камень чуть приглушил мерцание, и я было уже обрадовался, как вдруг внезапно он в одно мгновение налился багровым огнем.

«Ну все, конец!» — промелькнуло в сознании.

«Помоги!» — донеслась мысль Лилуйи, и я, не думая, подключился к ее сознанию и пропустил через ее тело скопившийся во мне поток энергии.

Это было… круто!

Словно тысяча оргазмов в один момент. Меня скрутило одновременно от наслаждения и боли, и я рухнул рядом с Лилу, а тело девушки выгнулось, руки вцепились в землю и камни, ломая ногти.

Я заорал, точнее, завыл, словно животное. Казалось, это состояние будет длится бесконечность и никогда не закончится.

Эйфория, кайф, наслаждение!

— Обрывай контакт! — донеслась где-то с краю моего сознания нелепая фраза.

Кто это говорит? Зачем? Я не хочу прерывать самые лучшие мгновения моей жизни. Все, что было прежде, теперь не имело значения. Осталась лишь эта неземная связь, яркой желтой линией протянувшаяся от меня к Лилуйе.

Стоп! Желтая линия? Что-то знакомое, из самого моего недавнего прошлого… желтая… линия.

В какой-то момент я вспомнил, и тут же мысленно отшатнулся, захотел прервать связь… попытался это сделать, но желтая линия не хотела рваться. Она была прочнее стальных тросов.

Лилу изгибалась, словно в конвульсиях, я видел это краем глаза. Сам же судорожно дергался, стараясь выйти из связки.

Ничего не получалось! Рви нить! Рви ее, суку!

— Идиоты! Нужна кровь!

Кричал Гарри, где-то на самом крае сознания, и я ничем не мог помочь ему, и не мог ответить. Сила связала меня с Лилу, и теперь мы были вместе навсегда, до самой смерти.

Ах!..

Грубая боль вывела меня из ступора. Куртка на плече была разрезана, кровь капля за каплей падала на серые камни.

Желтая нить, что вела меня с первого дня, исчезла.

Сэм склонился надо мной, держа нож в руке:

— Шериф? Стало лучше?

Ментальная связь с Лилу разорвалась.

Но… помогло ли это?

Я бросил взгляд на Камень. Он тихо пульсировал ровным голубым цветом.

Обошлось? Я успел?..

Кажется, да, но это дорого мне далось. Я прежде и не думал, что могу так запросто раствориться в эмоциях другого человека, полностью подпасть под их власть и потерять на время собственное «я», став лишь частью чего-то большего, не имеющего ко мне никакого прямого отношения.

Вот только Лилу не шевелилась. Она явно была жива, я чувствовал, что ее сердце бьется, но глаза она не открывала, вновь впав в сомнамбулическое состояние. С моей помощью она могла управлять Камнем, но когда связь оборвалась, и она осталась один на один с его силой, то не справилась и зависла где-то там в астрале, куда физически добраться невозможно.

Я вновь потянулся сознанием к девушке, но теперь передо мной стоял непреодолимый барьер. Зато, кажется, я увидел, что Лилуйа и Камень отныне составляли единое целое.

Стала ли она Камнем, или, наоборот, его мощь перешла к девушке… или же произошел некий симбиоз… я слишком мало понимал, чтобы делать выводы.

— Этот гад все еще рядом! — Бэнкси водил стволом револьвера из стороны в сторону, выискивая Гарри.

Честно говоря, впервые за все время, проведенное в этом мире, я растерялся. Что делать дальше? Стоит ли продолжать попытки пробудить Лилу или же оставить девушку в том состоянии, в котором она находилась? Гарри — что он задумал? Камень этот еще…

— Проваливали бы вы, мистер Эрп, подальше отсюда! — голос Гарри отражался от стен, и все так же было непонятно, где сам он в этот момент находится. — Вы же видете, это совсем не ваша игра! Вы даже и близко не понимаете ее смысл!

— Так расскажите мне!

— Хорошо, только сначала выполню свое обещание…

Его голос резко оборвался. Что еще за обещание? Разве что…

— Никому не высовываться! Держать оборону! — крикнул я.

Но совсем чуть-чуть опоздал. Несколько выстрелов слились в один, причем я даже не видел ни самого стрелка, ни места, откуда он стрелял. Я увидел лишь результат.

Мур схватился за шею, из которой толчками била кровь. Сэм выронил оружие и обоими руками вцепился в собственный живот, потом медленно завалился набок. И лишь мне не досталось, но я даже не мог ничего сделать в ответ.

Оба моих зама выбыли из строя надолго, если не навсегда. Я не видел живы они или нет, но теперь мы с Гарри остались вдвоем. А выжить должен был кто-то один…

Он неторопливо вышел из-за сталагмита, покручивая на указательном пальце правой руки револьвер.

— Вы сами выбрали знать правду, шериф, — он легко переложил вину за происшедшее на меня, и был прав. — Скоро вы ее узнаете.

Я даже не пытался убить его, понимая, что он быстрее и опытнее. Все мои прежние навыки и умения пасовали перед этим человеком, который, казалось, был просто богом стрельбы, непревзойденным ганфайтером. Плюс это его умение уходить в тень. Нет, против Гарри нужно придумать что-то другое, но мой разум не находил решения проблемы.

— Лилу жива?

— Она пока останется в этом состоянии, иначе Камень вновь выйдет из-под контроля. А что будет в подобном случае, вы уже видели, мистер Эрп.

— Взрыв? — предположил я, стараясь не делать резких движений, чтобы не провоцировать Гарри.

— Не просто взрыв, — он подошел еще ближе, но я видел, насколько он готов в любой момент перейти в активную стадию. — Если бы дело было в одной лишь этой горе, то и плевать. Нет, мистер Эрп, если Камень рванет, то полного объединения не произойдет. Серые Территории отступят.

Вот это была очень ценная информация. Настолько ценная, что за нее легко убьют.

— К тому же, — как ни в чем не бывало продолжил Гарри, — пока девчонка контролирует главный Камень, легко можно управлять и любыми малыми лионитами. А с помощью них, как известно, можно повелевать и тварями.

Мне было об этом совершенно неизвестно, хотя кое о чем я уже догадался и сам. И все же услышать подтверждение своим мыслям было нужно.

Получается, все атаки и на Карадж, и на наш отряд были спланированы заранее и осуществлены обдуманно и целенаправлено.

— Что вы пообещали Лилуйи взамен за ее помощь?

Я не верил, что девушка по собственной воле оказалась на стороне Гарри, пусть даже он и оказался ее отцом. Не тот характер. Она бы не простила. Тут требовалась серьезная причина.

И она нашлась.

— Я могу вернуть к жизни племя Солнечной Долины.

— Но… они ведь давно мертвы?

— Кое-кто уцелел и оказался на Серых Территориях. Контролируя главный Камень этого Квадрата, я легко выведу их обратно.

Конечно, это звучит проще, чем первоначальный план Лилу — родить ребенка и потом, через много поколений, дать племени второй шанс. Не удивительно, что она уцепилась за подобную возможность обеими руками, и не побрезговала стащить у меня карту.

Я не ставил под сомнение слова Гарри, понимая, что сейчас он вряд ли будет лгать — нет смысла. Он смотрел на меня, как смотрят на мертвеца. Пусть я еще был жив и говорил с ним, но в глазах Гарри уже являлся трупом.

Он убьет меня. Когда? Да в любую секунду, и сделает это, не задумываясь.

— Зачем нужно объединение? — спросил я, оттягивая время. — Ведь с Серых Территорий идет лишь зло.

Гарри взглянул на меня с сожалением, как на недоразвитого родственника.

— Лиониты, шериф. В них сила мира. А твари… усмирить их — лишь дело времени. Однажды я уже упустил свой шанс и второй раз не допущу подобной ошибки.

Я хотел расспросить его подробнее, но Гарри внезапно сказал:

— Что же, мистер Эрп, думаю, нам пора прощаться!

И в то же мгновение чья-то легкая мысль коснулась моего сознания.

Глава 24

«Убей его!» — голос был низким, бархатным, ласкающим слух, но при этом твердым и непреклонным, ему хотелось повиноваться. Странный голос. Как будто некто подбирал слова и интонации, ему не свойственные.

«Как?» — спросил я мысленно, догадавшись, что речь идет о Гарри.

«Я помогу», — мой собеседник умолк, и некоторое время ничего не происходило, а потом я ощутил такой внезапный приток энергии, что захотелось прыгать и танцевать. Словно внезапно мне вновь стало пятнадцать лет, и вся жизнь впереди, и все только начинается.

Снайперское зрение, которое я так и не выключил, внезапно преобразилось. Теперь, при желании, я мог разглядеть каждую песчинку в пещере, каждый камень. Мог свободно транспортировать масштаб, увеличивая его или уменьшая. Мог смотреть сверху или подвести невидимый глаз снизу, словно управлял летающей камерой, фиксирующей все, вплоть до мелочей. Но подобные функции я использовал и раньше. Главное отличие — теперь я видел невидимое.

Черный Гарри засел в самой неудобной позиции, сверху за сталактитом, и я совершенно не понимал, каким образом он там держится. Мое обновленное зрение высветило его, четко обозначив контуры тела, но подстрелить Гарри со своего места я никак не мог, нужно было, чтобы он спустился вниз. Но уже то, что я его обнаружил, было замечательно. Его преимущество сошло на нет, и Гарри об этом пока даже не догадывался.

«Спасибо!» — продолжил было я свой безмолвный диалог с неизвестным, но в этот раз ответа не получил. Связь оборвалась. Или же мой собеседник решил сделать паузу, следя за развитием событий.

Гарри в тот же миг спрыгнул вниз, и если бы я не смотрел за ним в оба глаза, то пропустил бы это движение, настолько быстрым и стремительным оно было.

Два лучших стрелка в этом дерьмовом месте.

Выстрелы слились в один, и мы оба не промахнулись.

Мое левое плечо пронзила резкая боль, и рука, как плеть упала вдоль тела. Но и Гарри отлетел назад прямо на камни — пуля попала ему в корпус, пройдя насквозь и отбив кусок сталагмита позади. Его оружие отлетело чуть в сторону. Ствол револьвера слегка дымился.

Как бы мне сейчас пригодилась помощь Сэма и Бэнкси, но оба заместителя выбыли из игры надолго, если не навсегда. Я так и не понял, уцелели они или нет. И Лилу до сих пор пребывала в коматозном состоянии, не подавая видимых признаков жизни.

Я был один против Гарри.

Но сейчас, когда я мог его видеть, наши шансы уравнялись. А стрелок он был, как оказалось, не самый быстрый. В его случае все решала невидимость, а потеряв ее, он потерял и преимущество.

И все же меня он подранил, причем знатно.

Боль пульсировала в плече, благо, револьвер я держал в другой руке.

«Добить, добить, добить!» — я уже не понимал, мои это мысли или неизвестного собеседника, но в любом случае, они сходились с моими планами.

Я медленно пошел вперед, взглядом фиксируя Гарри, револьвер которого валялся слишком далеко — не достать.

Он был жив и в сознании.

Мое улучшенное снайперское зрение показывало, что пульсирующая рана постепенно приобретает нормальный цвет и оттенок, быстро затягиваясь. У него что, регенерация?

Думаю, дай я ему минуту-другую, и Гарри восстановился бы достаточно, чтобы продолжить схватку. Многое хотелось мне узнать. Вопросов было больше, чем ответов, но когда выбор стоит: жить или умереть, то это, собственно, и не выбор вовсе.

Гарри потянулся за своим револьвером, и двигался он куда быстрее, чем я предполагал. Успел слегка восстановиться? Но я держал его на мушке и медлить не стал.

Выстрел, выстрел, выстрел, выстрел!..

Три пули: в живот, спину, бок — куда попало. Последняя — в голову. Контрольная.

Гарри раскинул руки, не дотянувшись до оружия какие-то сантиметры. Теперь точно мертв, сомнений быть не может.

Я тяжело вздохнул, этот день был очень долгим и все никак не заканчивался.

«Молодец!» — голос в моей голове вернулся. Шизофрения, честное слово!

«Кто ты?» — спросил я.

«А разве ты еще не догадался?» — насмешливо ответил голос.

Конечно, мать твою, я догадался, но хотелось бы получить подтверждение своим мыслям, иначе казалось, что я потихоньку схожу с ума. А, может, так оно и было.

«Камень?»

«Зови меня так, — согласился невидимый собеседник. — Это имя не лучше и не хуже других, которыми меня называли».

«Ты обладаешь разумом?»

«А разве это не очевидно? — удивился Камень, и тут же добавил: — Впрочем, умение вести диалог еще не признак ума».

Только доморощенного философа мне и не хватало. Видно, Камню было скучно в его вечном одиночестве и он был не прочь поболтать. Вот только ни Гарри, в его стремлении подчинить Камень, ни Лилу ему в собеседники не сгодились. А я, получается, сгодился. И чем, интересно, я ему приглянулся?

А главный вопрос: как мне вытащить сознание Лилуйи, слившееся с Камнем? Он подавил ее личность, захватил и полностью заглушил, и теперь, ведя с ним беседу, я не слышал даже отголоска ее мыслей. Но оставлять девушку вот так в пещере в беспомощном состоянии я точно не собирался.

Поэтому, пришлось продолжить наш разговор.

«Что с ней?» — я мотнул головой в сторону лежащей на полу Лилу, не будучи уверенным, что Камень увидит мой жест.

Но он увидел, точнее, почувствовал своими рецепторами, которых у него, как я догадался, было множество.

«Она пыталась подчинить меня своей воле, но у нее не вышло».

«Я могу забрать ее, и мы уйдем?»

«Нет, друг мой, боюсь, отсюда вообще никто не уйдет…»

Вот, значит, как? Не хочешь по-хорошему? А по-плохому я ничего ему не могу сделать, у меня даже динамита больше не было, весь истратил в пещере со змеями.

«Ты меня остановишь?»

«Я прикажу моим слугам перекрыть все выходы. Вам не выбраться. Их слишком много».

Тварей своих на помощь позовет, понятно. Ситуация, и правда, дерьмовая.

Раздался приглушенный стон и Мур зашевелился.

Живой!

Кровь из его раны больше не текла, он успел остановить ее, туго перетянув шею платком и при этом умудрившись не задохнуться.

А вот Сэм все так же лежал без движения, и ни о чем хорошем это не говорило.

— Шериф, помоги…

Бэнкси шатало, ему требовалась опора — костыль или чужое плечо, он был слишком слаб, потеряв много крови.

«Бесполезно, — в интонациях Камня не было ни сочувствия, ни торжества, лишь простая констатация факта. — Он уже мертв».

Это мы еще посмотрим!

Во мне внезапно пробудилась дикая злость. Чтобы какая-то чертова каменюка указывала, кому жить, а кому умереть? Не бывать этому!

Я подбежал к Муру, морщась от собственной боли в плече, но моему заместителю было куда хуже. Бледное от потери крови лицо, кровь на теле и одежде, но взгляд все такой же боевой. Этого человека болью не сломать. Наверное, поэтому он и был заместителем шерифа в городе, где смерть приходила настолько внезапно, что и охнуть не успеваешь. Впрочем, со мной в качестве начальника ему повезло еще меньше.

— Цел?

— Жить буду, — Бэнкси даже попробовал улыбнуться, но получилась лишь оскаленная гримаса боли.

— А Сэм?

— Совсем плох, но вроде еще трепыхается…

Это была хорошая новость. Я уж думал, что Сэма мы потеряли, а если он жив, то всегда остается шанс на лучшее.

Я подвел Мура к постаменту, на котором был водружен Камень, и посадил его там, прислонив спиной к предмету всех наших бед. Камень никак не отреагировал на подобное действие, он временно умолк и, как видно, наблюдал за происходящим.

Потом я подошел к Сэму. Тот тяжело дышал, держась за живот, и посмотрел на меня, словно прощаясь. Нет уж, так просто мы с тобой не расстанемся, друг!

Я взглянул на него в снайперском режиме, а потом сделал максимально возможное увеличение. До этого момента я ни разу не применял функцию таким образом. Надо же, сработало!

Перед моими глазами пульсировали кровотоки, проходящие через его тело. Они подпитывали внутренние органы. Так, что тут у нас: сердце — бьется ровно, легкие — чистые, печень — тут, хм, кое-что не в порядке — увеличенная, но это понятно, учитывая то количество «Колотушки», которое поглощали мои заместители. Множество шрамов, не видных из-за одежды, кое-где меняли структуру тела, чуть мешая нормальному течению крови.

Так, а вот и пуля. Она застряла в брюшине, и там постепенно скапливалась кровь. Если пулю не удалить, то человек умрет. Я не хирург, но, в принципе, можно попробовать.

— Потерпишь? — спросил я, доставая нож.

Сэм кивнул. Ничего иного я от него и не ожидал.

Факел все еще догорал, валясь на камнях, и я подержал клинок над огнем, дезинфицируя его таким образом. А руки сполоснул «Колотушкой» из фляжки Мура. Лучше так, чем никак.

Дальше — больше. Главное, не раздумывать.

Небольшой надрез, расширяющий рану, осторожно подцепить пулю пальцами и потащить ее наружу. Отлично!

Как Сэм не заорал во время этой процедуры, я не понял. Я бы заорал, это точно. Все же полевой хирург из меня, как из балерины — боец спецназа.

Но мы справились, пуля извлечена. Теперь бы зашить рану…

— У меня есть нитка и иголка, — сказал Бэнкси, наблюдавшей за операцией. — Иногда приходится одежду самому латать, вот и таскаю всегда…

Очень кстати!

Несколькими крупными стяжками я зашил рану. Теперь все зависит от самого Мура, справится его организм с подобным испытанием или нет, понять сложно. Но он — человек крепкий, не в первый раз ловит пулю. Так что будем надеяться на лучшее.

Оставалась Лилуйа. Но девушка так и не приходила в себя, и я понимал, что ждать ее пробуждения в этот раз бессмысленно. Камень держал ее разум и выпускать не собирался.

«Чего ты хочешь?» — обратился я к Камню, не зная, получу ли ответ.

Но он снизошел:

«Вернуться».

Признаться, эти слова ввели меня в легкий ступор. Вернуться куда?

И тут Система, которая все это время словно дремала, выдала сообщение:

«Возможно включение одноразовой функции „Озарение“. Активировать? Да/Нет»

Вот так номер, чтоб я помер! Конечно, да!

«Озарение активировано».

И все моментально стало на свои места. До меня дошло. Не было никаких игроков из Метрополии с коварными планами. Был лишь Камень, пленивший разум первого, кто на него наткнулся — племянника мистера Дикси.

Каждый лионит, даже самый маленький, это проводник воли Камня. Вручив своей новой марионетке пригоршню лионитов и отправив его в Карадж, Камень пытался остановить слияние Серой территории с этим миром. Он не хотел этого. Почему? Возможно, в таком случае он боялся потерять контроль над самим собой. Ведь у Гарри и Лилу почти получилось, не хватило самой малости, да и мое появление помешало завершению ритуала.

Племянник Дикси прибыл в Карадж, превратил в тварей убитых людей Малыша Билли и почти справился с поручением. Ему не хватило самой малости, и если бы я со своими сверхспособностями не оказался в городе, то все бы вышло, как нельзя лучше — твари перебили бы всех людей Дикси, включая его самого.

А дальше пошло-поехало. Тут же подключился мистер Дикси, направив свой отряд к месторождению и назначив меня проводником. Но Гарри опередил его…

Да, Гарри… какую роль он играет во всем этом? И тут все просто. Гарри проговорился, что двадцать лет назад совершил ошибку. Именно тогда произошло прошлое слияние, и Серые территории заняли один из Квадратов. А Гарри был еще слишком молод, чтобы понять, как подчинить себе тот другой Камень.

Теперь же он пытался исправить прошлое, взяв под контроль настоящее. Если бы процесс завершился, он бы управлял Камнем, который оказался не просто источником неиссякаемой энергии, но и мыслящим существом, обладающим несметными знаниями. Да, при таком раскладе Гарри мог бы подчинить себе весь этот мир.

Но я сумел помешать ему.

Сначала прервал процедуру захвата контроля над Камнем, потом и вовсе прикончил бедолагу, хотя было сложно… опять же помог Камень, вовсе не желавший переходить в подчинение человеку.

И теперь воцарился статус-кво. Камень до поры, до времени вновь обрел свободу, Гарри мертв, Лилу в трансе. Я не могу ничем помешать, как и мои люди.

Но это все временно. Мистер Дикси пошлет по нашим следам второй отряд, а если нужно — третий, четвертый. Он не остановится, пока не достигнет цели.

Без вмешательства извне процедура слияния территорий происходит сама собой. Через некоторое время Квадрат будет поглощен Серыми землями, и Камень не может этому помешать, хотя и желает.

Возможно, тут и кроется мой шанс?

«Послушай, Камень…»

«Только не говори, что у тебя есть еще одна идея! — откликнулся тот. — В прошлый раз все закончилось плачевно… в первую очередь для тебя самого».

О чем это он? Разве мы встречались прежде? Я бы запомнил.

Хм… совсем голова дырявая. Как бы я запомнил, если потерял память.

Голова… дырявая…

А что, если…

«Ты общался с шерифом Эрпом?» — осторожно спросил я.

«Мы общались с тобой, шериф», — подтвердил Камень, нисколько не удивившись вопросу.

Если он принимает меня за мертвого шерифа, то получается…

«Значит, это ты убил меня? Приказал птице сбросить лионит прямо мне на голову!»

«Ты отказался помочь. От тебя исходила угроза. Пришлось действовать. Но я этого не желал».

«А сейчас? Исходит ли угроза сейчас?»

Камень задумался, потом ответил:

«Я ее не чувствую. Ты словно бы стал совсем иным человеком. Вот только я никак не пойму, каким образом ты смог выжить?»

«Я и сам очень хотел бы это знать», — искренне ответил я.

И все же, был ли я полной реинкарнацией шерифа Эрпа, лишь за отсутствием воспоминаний, или Система просто использовала его облик, как костюм, а разум в него поместило иной?

В том, что Система создала мое тело, взяв за основу тело Эрпа, я уже не сомневался.

«Я хочу тебе помочь, — осторожно начал я, боясь спугнуть Камень неправильно подобранным словом. — Мне не нужны лиониты, я не стремлюсь к богатству. Я просто желаю, чтобы все закончилось хорошо, а мои люди остались целы».

«Тебе не нужны мои силы?» — удивился Камень, и тут я понял, что он, собственно, очень молодой. Подросток, хоть и прожил, возможно, не одну сотню лет, но что это для камня? Пустяк. Поэтому он и мыслит весьма радикальными категориями, как это и свойственно юному возрасту. Черное или белое. Жизнь или смерть. Никаких компромисов, никаких полутонов.

Соответственно, и беседовать с ним нужно именно в таком ключе.

«Нет, как я уже сказал, я не стремлюсь к богатству и власти. Зачем это мертвым?»

«Разумный подход. Так чем ты можешь помочь?»

А вот тут ответ у меня был. Опять же, озарение помогло. Хорошая штука, жаль, весьма редкая.

«Мы сольемся разумами, и я помогу тебе вернуться домой».

Эта идея родилась у меня, когда я обдумал всю ситуацию как бы со стороны. Ведь какого-то хрена Гарри пытался воздействовать на Камень при помощи Лилу. И я не верил, что она — одна единственная, кто мог с ним совладать. Ведь и у меня получилось слияние, пусть ненадолго. Значит, получится еще раз.

Только цель у меня иная, не подчинить, а помочь.

Я не был уверен, что все понял правильно, но если не проверить опытным путем, то и не узнать.

«Но тогда ты не сможешь уйти из этого места, — огорошил меня Камень, — даже, если я позволю и отпущу, до конца слияния мы станем единым целым. А потом… скорее всего, ты умрешь».

Новость неприятная, но я давно уже не ждал хороших вестей.

Главное, начать, а там, как бог пошлет.

«Пусть мои люди покинут это место. Запрети тварям атаковать их и укажи дорогу. И девушку верни! Тогда я помогу. Клянусь!»

Пауза затянулась. Камень думал.

Потом он начал сиять и пульсировать, сначала мягкими голубовато-зелеными тонами, но с каждой секундой частота пульсаций нарастала, и я уже начал опасаться, что вот сейчас он и рванет, погребя нас в недрах скалы.

Но внезапно в моем сознании раздался его голос, и я понял, что Камень в один миг прошел процесс взросления, превратившись из угловатого, нелепого подростка в юношу.

«Я принимаю твою клятву!»

— Ах! — Лилуйа открыла глаза. — Я все еще здесь?

— А где ты думала быть? — удивился я.

— Но только что… — глаза ее затуманились, она вспоминала то, что было мне неведомо, единение. — Это было прекрасно…

— А теперь тебе пора домой. Парни, поможете девушке добраться до Караджа?

Сэм, к моему удивлению, уже самостоятельно поднялся на ноги. Бэнкси, несмотря на собственные раны, поддерживал его.

— А как же вы, шериф? — Мур в первую очередь думал о других, а не о себе. Хороший парень.

— Кому-то придется здесь остаться, чтобы все кончилось. И пусть лучше это буду я. У вас мало времени, чтобы покинуть Серые территории. Поторопитесь!

Когда приказ отдают в подобном тоне, то дело хорошего заместителя — выполнить его мгновенно и без пререканий. А замы у меня были отличные!

Я легко толкнул Лилу к парням, девушка не сопротивлялась, плохо понимая, что происходит.

Из неприметной щели между камнями выползла небольшая змейка. Она светилась изнутри синим цветом. Понятно, проводник.

— Следуйте за ней! — подсказал я.

— Ненавижу змей! — проворчал Мур, но подхватил Лилу под локоть, и пошел за змеей, которая уверенно поползла прочь. Сэм поковылял следом.

Через минуту в пещере остался лишь я один. И, конечно, Камень.

«Да, кстати, а ты можешь помочь этой несчастной девице? — внезапно вспомнил я. — Ее племя затерялось где-то на твоих Территориях и не может найти дорогу обратно».

«Помогу, — согласился Камень, — это не сложно. А теперь, начнем».

Я уже знал, что делать, поэтому подошел поближе, резанул себе предплечье ножом и терпеливо наблюдал, как капли крови, одна за другой, падают на Камень. Когда посчитал, что достаточно, перехватил руку платком и сел, прислонившись к нему спиной.

Думал, будет холодно, но Камень был теплым.

А потом… это случилось, и я словно провалился в тьму, нырнув в нее с разбега. Скоро стало чуть светлее, и я увидел человеческую фигуру, стоящую у берега реки.

Парень. Высокий, мускулистый, с резкими, правильными чертами лица.

Так вот ты какой, Камень!

— Привет! — и голос у него оказался под стать внешности. Приятный, но твердый, способный повелевать.

— И тебе не хворать, — откликнулся я.

— Выполнишь клятву или будем драться? — спросил он.

Я видел, что он не верит до конца. Еще никто не приходил к нему с миром. Все хотели заполучить контроль, и Камень привык к дракам, но не привык к дружбе.

— Пожалуй, обойдемся без сражений, их случилось уже достаточно, больше, чем я бы хотел. Так что, скажи просто, что я должен делать, чтобы ты вернулся домой?

Камень удивился. Думаю, он ждал иного развития событий, был к ним готов, а теперь слегка растерялся.

— Ты же понимаешь, что погибнешь?

— Все мы когда-то умрем, — пожал я плечами, — рано или поздно. Главный вопрос: как мы это сделаем?..

— Я слышал о чести и бесчестии, — удивил меня Камень, — но не думал, что кто-то ставит слово выше жизни.

— Есть такие дураки, поверь. Оставим все вопросы, и приступим к делу!

— Хорошо…

Мир вокруг стал проясняться все отчетливей. Теперь я видел не только воду и фигуру парня, но и светло-синее небо над головой и густой лес с противоположной стороны реки.

Время замедлилось, а может, и вовсе остановилось.

Жаль, что в этот раз, кажется, мне все же не выжить. Стоила ли игра свеч? Я продержался в новом мире всего-ничего, но уже обзавелся друзьями, девицей, заработал авторитет в городе… в общем, с пользой провел время. Чего же мне еще желать?

Лишь бы все не напрасно…

— Не бойся, — правильно понял мои опасения Камень, — твои друзья уже в безопасности. Мой Проводник вывел их обратно, а теперь пора разорвать связь, соединившую два мира.

И он хлопнул в ладоши.

У меня в глазах померкло, но я успел увидеть, как все вокруг начало трещать по швам. Тысячи, миллионы нитей лопались одна за другой.

И когда лопнула последняя, я перестал существовать.

«Поздравляю! Вы выполнили задание 'Серые территории». Все ваши показатели увеличились на десять единиц. Вам доступны новые достижения.

Соболезную. Вы погибли. Все ваши показатели обнулились. Вы — обнуленный.

Желаете попробовать еще раз?

Да/Нет?'

Эпилог

Все что я помнил о прошлом — я умел убивать.

Нет, еще одно, я умел и умирать…

Что за черт? Голова раскалывалась, в висках стучало, но, по крайней мере, я был жив?..

Ничего не помню! В голове пусто, как и в желудке.

Я оперся на левую руку и сел. Мелькнула мысль, что рука должна болеть, но не болит. Что со мной случилось? И где я, черт подери⁈..

Постель — не постель вовсе, а нечто вроде кокона, но мягкий, упругий. Впрочем, все равно надо вставать. Что я и сделал, с удовольствием ощущая силу собственного тела и крепость мышц.

Вот только с одеждой проблемы. Ее не было. Я — голый, а в помещении, кроме кокона, ничего нет.

— Выход! — громко произнес я, не задумываясь, почему это сделал.

Тут же часть стены отодвинулась в сторону, образуя проход. Куда?

Это весьма неприятное ощущение, оказаться в неизвестном месте голым и без оружия. Плюс, все мои воспоминания словно корова языком слизнула.

Ничего, прорвемся!

Короткий коридор шел под явным углом вверх. Света вокруг хватало, чтобы не спотыкаться, но вот откуда он шел, понять я не мог. Выбора у меня не имелось, и я побрел вперед, мысленно чертыхаясь.

Угораздило же вляпаться!

Впрочем, поход надолго не затянулся. Уже через несколько минут я уперся в глухую стену, безрезультатно подолбился в нее кулаком, а потом вспомнил волшебное слово:

— Выход!

В глаза ударило солнце. Я зажмурился, сделав пару шагов на свет, а когда немного освоился и вновь открыл глаза, прохода за моей спиной больше не существовало.

Я находился в небольшой пещере, являвшейся, скорее всего, логовом какого-то зверя. И я очень не хотел с ним сейчас встречаться. Ведь никто не любит, когда к нему домой заявляется странный голый тип, тем более, без приглашения.

Рванув было к светлеющему проходу наружу, я внезапно замер.

На крупном валуне у одной из стен горкой была сложена одежда.

Нательное белье, плотные штаны, рубаха, жилетка, куртка. Тут же у валуна стояли высокие сапоги. А в перевернутой широкополой шляпе лежала кобура и револьвер.

И еще значок в форме шестилучевой звезды с выгравированной надписью: «Шериф».

В моей душе появилось непонятное чувство узнавания, но в голове было все так же пусто, как и при пробуждении.

Что же, противиться неведомой мне воле я не намерен. Раз обо мне позаботились, пусть столь странным образом, то спасибо и на этом!

Быстро одевшись, я остался доволен. Шито, словно по моей фигуре. Все подошло в точности.

Взяв в руки револьвер за мраморно-белую рукоять, я переломил его пополам и с удовольствием увидел, что все каморы заряжены. Ловко крутанув оружие на пальце, я сунул его в кобуру.

Замечательно, теперь я одет и при оружии! А, как говорится, мужчина с оружием — дважды мужчина!

Осталось только обзавестись монетами и понять, где я, собственно, оказался, и что делать дальше.

Выбравшись из пещеры, я увидел вокруг не слишком густой лесок. Деревья и растения только были странными, словно собранными из разных климатических зон, но чудом прижившиеся рядом. Впрочем, я не придал этому особого значения. Зверье пока не попадалось навстречу, и на том спасибо.

Воздух был чист и свеж, ветерок бодрил. Кажется, где-то неподалеку за деревьями текла река — я слышал звуки буйной, игривой воды.

Но другие звуки привлекли мое внимание куда больше.

Совсем рядом, буквально в паре десятков шагов за деревьями, раздался звук щелкнувшего в воздухе хлыста и громкий оклик:

— Пошли, родимые!

Люди! Туда-то мне и надо!..

Сломя голову, я бросился на звуки, спотыкаясь о корни деревьев, ветки и мелкие камешки, но, к счастью, сумев не упасть.

Прорвавшись сквозь заросли, как медведь, почуявший малину, я выскочил на некое подобие дороги, огибающий лесок.

Прямо на меня несся массивный дилижанс, запряженный парой гнедых лошадей.

На козлах сидел бородатый мужчина в длином черном кожаном плаще и широкополой шляпе. Он уверенно правил экипажем. Рядом с ним на сиденье лежал короткоствольный карабин, который мгновенно оказался в его руках, как только он меня увидел.

Я не хотел войны, я желал получить сведения, поэтому демонстративно поднял обе руки вверх, выказывая таким образом добрые намерения.

Левой рукой бородач натянул поводья, заставляя дилижанс остановиться, но в правой все так же крепко держал ружье, наведенное прямо в центр моей груди.

— Кто таков и что надо? — грозно крикнул он, готовый стрелять, если хоть что-то из моих ответов его не устроит.

— Путник. Заблудился. Готов заплатить, если доставишь меня до любого обитаемого места.

— Путник, говоришь? — мужик с недоверием оглядел меня с ног до головы. Признаюсь, на его месте я бы тоже не доверился подобному типу, появившемуся из ниоткуда.

Я буквально чувствовал, как в его голове борятся две мысли: пристрелить меня на месте или все же проявить сочувствие. И, кажется, первая мысль потихоньку перевешивала.

Но тут я медленным жестом вытащил шестиугольную звезду, которую до этого убрал в карман куртки, и это решило дело.

— Шериф? Что же вы сразу не сказали? Я ведь вас за разбойника принял!

Хорошо, что значок в этих краях пользуется уважением… в отличие от меня.

— Так подвезете до ближайшего городка? — уточнил я.

— Конечно, забирайтесь внутрь, там никого. Или, если хотите, садитесь рядом. Дорога долгая, хоть будет, с кем поболтать!..

Не раздумывая, я запрыгнул на козлы и сел на свободное сиденье.

Вновь свистнул хлыст, и дилижанс резво тронулся с места. Солнце немилосердно пекло с небес, но это меня мало тревожило.

— Куда путь держишь, уважаемый? — я осторожно начал прощупывать ситуацию.

— В Третий квадрат, — непонятно ответил бородач, — там нужно забрать пассажиров, а потом дальше, в Девятый квадрат, в сам Карадж, там нынче горячо…

Карадж!

В моей голове одно за другим вспыхнули воспоминания.

Город, управление шерифа, заместители, лиониты, мистер Дикси… Лилуйя.

Так я все же уцелел? Или Система, будь она неладна, попросту вновь родила меня, пересобрав заново?

И тут же в ответ на мои мысли перед глазами высветилось:

«Поздравляем! Вы возродились к жизни! Ваш текущий статус — новичок. Ваши текущие локальные цели: разведка, сбор информации. Ваши текущие глобальные цели: не определены. Ваш класс не определен. Ваши пристрастия не определены. Внимание, все ваши показатели находятся на нулевом уровне! Будьте осторожны! Слабые долго не живут.»

Вот же сволочь! Приняла меня за новичка, а ведь я все вспомнил и новичком уже не являлся.

А может, это даже хорошо? Пусть я побуду в ее глазах новичком, тем проще. Вдруг, мне перепадут бонусы, которые не должны перепасть. Я сумею обмануть Систему и понять, что вообще происходит.

И, кажется, я знаю, куда мне следует направиться в первую очередь.

— Уважаемый, — повернулся я к бородачу, — если позволишь, я бы составил тебе компанию. Мне тоже прямо до зарезу нужно в Карадж!..

Content

Ганфайтер

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Глава 20

Глава 21

Глава 22

Глава 23

Глава 24

Эпилог