Мастер душ. Том 3

Глава 1

— Десять тысяч двадцать один бобёр, десять тысяч двадцать два бобра, — до меня донёсся тихий голос Павла, который, не замолкая, считал каких-то бобров.

Последнее, что я помню, это то, как Лебедев с отцом Фёдором спустились на землю и подбежали ко мне. На этом моменте силы меня окончательно покинули, и я отключился, не выдержав усиливающейся боли в теле и непомерной слабости. Всё-таки разрыв колец первозданной энергии души несёт за собой очень серьёзные последствия.

Я сделал несколько глубоких вдохов, отмечая, что боли больше не чувствую, и открыл глаза.

— Десять тысяч сорок восемь храбрых, но одновременно трусливых оборотней-бобров… — Павел неожиданно замолчал, погружая комнату, где я очнулся, в просто оглушающую тишину. — Солнышко встало, птички запели, и мой хозяин-идиот наконец-то проснулся! — неожиданно заорал он, отчего я вздрогнул.

— Ты чего так орёшь, — прошипел я, оглядывая помещение. Светлое и практически пустое. Только кровать в центре комнаты, на которой я лежал, прикроватная тумба и пустой стул, стоявший рядом. Даже окна не было. Свет падал от светильника, висевшего под потолком.

— Радость выражаю, искреннюю между прочим, — пробурчал артефакт. — Да себя поздравляю, что удалось нарваться на такой экземпляр, как ты. Я, значит, подобрал его, приручил, воспитал, а он потом отплатил за мою бескорыстную заботу, чуть не оставив меня сиротой в тёмном лесу, густонаселённом демонами, — его голос просто сочился ядом. Я лишь усмехнулся и покачал головой.

— Сколько времени я провёл без сознания? — задал я вопрос, ответ на который в данный момент интересовал меня больше всего.

— Три недели без малого, — открыв дверь, которую я даже сразу не рассмотрел, вошёл отец Фёдор. — Сигнальные чары были настроены на то, чтобы оповестить меня, когда придёшь в себя. — Ответил он на мой недоумённый взгляд. — Даже и не знали, что с тобой делать, если ты в ближайшее время не очнёшься. Поэтому использовали только восстанавливающие и укрепляющие тело зелья.

— Долго провалялся, — поморщился я. Причём подозрительно долго. Я, конечно, ожидал, что процесс восстановления будет не быстрым, но, чтобы он затянулся на такое продолжительное время, было для меня неприятным сюрпризом.

— А ты чего хотел, разрушая уже сформированные магические каналы? — пристально посмотрел на меня мужчина и сел на стул, сложив на груди руки. — Откуда ты вообще узнал о такой технике? Никто из нас даже не слышал о подобном.

— Спонтанно как-то получилось, — уклончиво ответил я, поднимая подушку и садясь, опираясь на неё спиной. — Выхода другого не было.

— Конечно же, он был, — прищурился настоятель. — Например, дождаться нас и не лезть в непонятное место, подвергая себя опасности. Когда вы по лесу только начали бродить, мы уже прибыли в посёлок и пытались вас найти, тратя драгоценное время. Это потом мне ваш провожатый рассказал, что вы наложили иллюзию его знакомых и покинули поселение, чтобы вас никто не увидел.

— Откуда нам было знать, что вы находитесь рядом? — возмутился я.

— А это не вы послали старика Карпова к нам за помощью? — парировал отец Фёдор. — Нам, чтобы добраться от монастыря до этих Хабаров, понадобилось около получаса, и то, чтобы собраться отрядом и открыть массовый телепорт. Хорошо, хоть Лебедев сразу примчался ко мне, когда понял, что вас выбросило неизвестно куда, а сам телепорт разрушился после вашего перемещения.

— Но мы узнали от того же Карпова, что Рубцов в беде, — пристально посмотрел я на настоятеля.

— И что? — покачал он головой. — Рубцов очень сильный маг и смог бы продержаться до нашего прибытия. Тем более, демоны, которые охраняли колонну, были не слишком сильными, включая мага, проводившего ритуал. Тщеславие и желание выслужиться перед Повелителем заставило их раскрыться, как только они увидели вас на той поляне.

— Почему вы не обнаружили это место раньше? — продолжал возмущаться я. — Насколько мне известно, туда даже Стражей отправляли. Как-то не слишком хорошо они свою работу выполнили.

— Потому что активацией колонны руководили не высшие демоны и маги, даже не шестой ступени. Их бы мы сразу обнаружили и поняли, что они затевают. Поэтому им пришлось скрываться, чтобы не привлечь наше внимание. А так, это всего лишь аномалия. Одна из многих, которых на территории нашей империи больше сотни. Но, которые мы сейчас, разумеется, проверяем. Во избежание, так сказать, очередных сюрпризов.

— Хорошо, где я? — задал я очередной вопрос, понимая, что спорить с мужчиной было себе дороже. Всё равно его точка зрения отличалась разительно от моей.

— У меня в монастыре, — коротко ответил он. — Ты был слаб, поэтому перемещать тебя при помощи портала мы посчитали рискованным. Сразу отвечу, твои друзья и наставники не здесь. Пока ты восстанавливаешься, они должны продолжить обучение, а никто не сможет лучше обучить феникса, чем другой феникс, а некроманта другой некромант. Ты же, до полного восстановления, останешься здесь. Так будет безопаснее, и это не обсуждается, как и любой другой приказ князя Уварова.

— Но это может занять несколько месяцев! — я возмутился такому раскладу. Находиться вдали от ставших близкими мне товарищей, так долго мне не хотелось.

— Да, это наверняка займёт минимум несколько месяцев, — серьёзно ответил настоятель. — И ты ещё не скоро сможешь пользоваться магией душ, если вообще когда-нибудь сможешь. Поэтому проходить восстановление и продолжать обучение, ты будешь именно в монастыре, под моим руководством, как обычный клирик. Магия для клирика не самое главное.

— А как же Школа Стражей? Временной барьер для меня был бы актуальнее в текущих реалиях.

— Школа расформирована по приказу твоего отца. Здание законсервировано, все телепорты отключены. Слишком много перебежчиков и предателей оказалось среди Стражей, чтобы продолжать им доверять, — холодно произнёс отец Фёдор. — Все студенты распущены по домам. Те, кто захотел продолжить обучение хотя бы на клириков, остались в монастыре. Но таких не очень много. В отношении каждого Стража будет проведено расследование, и как только все проблемы разрешатся, будет происходить полная реконструкция Школы. Но этот процесс небыстрый и, скорее всего, начнётся в мирное или относительно мирное время.

— Вполне ожидаемо, — поморщился я, откидывая голову на подушку и активируя истинное зрение, чтобы посмотреть, что творится с моими каналами.

Ну что я мог сказать. Кольца ранга восстановились, но были очень бледными и не могли задерживать в себе первозданную энергию, которая аморфной субстанцией окружала сердцевину души. Хорошо хоть первый этап восстановления прошёл успешно. Именно на нём меня элементарно выключило, чтобы я даже случайно не смог помешать своему самоисцелению.

Исходя из этого, Школа бы мне подходила для восстановления гораздо больше, чем помещение монастыря. Всё-таки там энергии гораздо больше во внешней среде. Тут же её крохи. Да и вряд ли я в ближайшее время смогу найти какого-нибудь демона или оборотня, чтобы подправить своё немного пошатнувшееся магическое здоровье.

— И да, сразу хочу тебе сказать, что никто не знает о том, что ты находишься здесь. — Отвлёк меня от размышлений настоятель. — Когда ты потерял сознание в лесу, откуда-то пошёл слух, что ты серьёзно ранен, или даже погиб. И это, как ни крути, нам сейчас на руку. О том, что ты жив и относительно здоров, знают всего несколько человек.

— А мои друзья? — поинтересовался я.

— Милослава сразу всё поняла. Вы с ней связаны на магическом уровне, и она может ощущать твоё состояние. Сергей, разумеется, тоже. Как ни крути, он всё-таки некромант, хоть и совершенно необученный, — усмехнулся отец Фёдор. — Как так получилось, что ты смог магически связать себя с девушкой, мы тоже до конца не поняли. Надеюсь, её мать в этом сможет лучше разобраться.

— Мне надо использовать иллюзию? — уточнил я, прекрасно зная ответ. Мужчина кивнул, задумчиво глядя, как меняются очертания моего лица. Павел всё сделал быстро и аккуратно, лишь лёгкое ощущение маски неприятно холодило лицо, но и к нему я уже очень скоро привыкну. — Мне нужно что-то ещё знать?

— Да. Разрушенная тобой колонна явно нарушила планы Повелителя демонов. Армия отступила от границ нашей империи. Но это, скорее всего, временный эффект. Однако нельзя отметить, что наследный сын императора Годунова, Григорий, вместе с его ближайшим окружением сбежали из столицы. Великих князей, принявших сторону Булгакова, тоже никто не может найти. Поэтому сейчас все, кто нарушил их планы, а это в большей степени ваша троица, могут быть в ещё большей опасности, чем ранее. Нельзя исключить того, что они захотят с вами не столько поквитаться, сколько обезопасить свои будущие планы, от трёх не совсем стандартных молодых магов, что суют свои носы туда, куда другие и не подумали бы. — С усмешкой проговорил отец Фёдор и поднялся на ноги.

— То есть сейчас образовалось временное затишье для империи в целом? — тихо спросил я.

— Да, и как мы считаем перед самой настоящей бурей. — Серьёзно проговорил он. — Именно поэтому мы вас разделили и как смогли спрятали от окружающих. Вы отличный отряд, но сейчас вам вместе будет находиться опасно. Отдыхай. Скоро подойдёт наш целитель и осмотрит тебя. Если всё будет в порядке, то через час спустишься на обед в общую столовую.

— Как будет проходить моё обучение? — остановил я отца настоятеля, когда тот уже подходил к двери.

— Сначала физическая реабилитация в общей группе, а там посмотрим. Кстати, после обеда поднимись ко мне. Нам нужно уже, наконец, разобраться с одним делом, — он окинул меня в очередной раз задумчивым взглядом и вышел из комнаты, закрыв за собой плотно двери.

— Да уж не слишком как-то всё радужно, — пробормотал я, откинув одеяло и поднимаясь на ноги, с удивлением обнаружив, что нахожусь в простой белой пижаме.

В теле чувствовалась сильная слабость, и отвыкшие за столько дней от нагрузок мышцы никак не хотели нормально работать. Но, так или иначе, по комнате я пройтись смог, даже не опираясь на стены.

— Пойдёт, — констатировал Павел. — Для первого раза. Главное, чтобы ты не валялся в кровати дальше, а заниматься начал. Вот спорим, когда ты сможешь ходить без посторонней помощи и одышки на более длительные расстояния, чем комната два на два метра, бобёр и твоя птичка уже пару уровней поднимут, станут обученными, ловкими и умелыми. А ты будешь их только тормозить. Они от тебя откажутся, будут вдвоём убивать легионы демонов, а ты грустно при этом смотреть со стены одной из застав, как твои бывшие соратники бросили тебя в инвалидном кресле, напрочь забыв о твоём существовании. Но не переживай, у тебя есть я. Я тебя не брошу, буду поддерживать морально, сказки грустные на ночь рассказывать, газетки читать, где обязательно будут писать про подвиги некроманта и феникса.

— Ты меня не поддерживаешь, — хмыкнул я.

— Я и не собираюсь тебя поддерживать, — тут же отозвался артефакт. — Я тебя мотивирую.

— Такая себе мотивация, — я обернулся на звук открывшейся двери, глядя, как в комнату входит немолодой мужчина в белом халате и каким-то странным чемоданчиком в руках. Ранее я с ним не встречался. Судя по его изучающему взгляду, меня он тоже видел сейчас впервые.

— Как умею, так и мотивирую, — пробубнил Павел. — Ладно, посмотрим, что скажет светила местной медицины. Может, не всё так плохо, как я тебе обрисовал, и на своих друзей ты будешь смотреть не из инвалидного кресла, а уверенно стоя на своих ногах и держась за стеночку, чтобы не упасть.

Осмотр занял не слишком много времени. Меня просканировали каким-то ярким зелёным кристаллом, повертели, прощупали и вынесли вполне утешительный вердикт, что физически я полностью здоров.

Проводив молчаливого лекаря взглядом, я повертел головой, в надежде, что найду хоть какую-то сменную одежду. Не увидев ничего, во что можно было переодеться, я вышел в коридор и направился к кабинету настоятеля. Спускаться вниз в общий зал в таком виде мне не слишком хотелось, поэтому я решил сначала обсудить с отцом Фёдором некоторые организационные моменты, о которых не додумался спросить ранее.

Меня без каких-либо проблем пропустил дежуривший на дверях клирик. Видимо, был предупреждён о моём появлении.

— Ты быстро, — отложив какие-то бумаги в сторону, проговорил отец Фёдор, поднимая голову.

— Мне не во что переодеться, — сразу же озвучил я свою проблему.

— Действительно, как-то вылетело из головы. Ладно, я решу эту проблему в ближайшее время, — кивнул он. — Владимир Васильевич отчитался, сказал, что ты в хорошей физической форме, несмотря на полное магическое истощение, — проговорил он. — Разумеется, истинную причину твоего длительного пребывания в бессознательном состоянии ему никто не сказал.

— Хорошо. Раз я здесь, что именно вы хотели обсудить со мной после обеда?

— Пойдём, — он поднялся и вышел из-за стола, проходя мимо меня на выход. Подождав, пока я выйду следом за ним, он запер двери и медленно пошёл вниз, сворачивая в один из коридоров.

— Ох, не нравится мне всё это, — простонал Павел.

Я мысленно с ним согласился. По этому коридору я уже несколько раз прогуливался. И вёл он в те злополучные теплицы, где я отрабатывал своё наказание за драку с младшим Репниным.

Только вот он выглядел в то время вполне прилично, а не так, словно его бомбили несколько недель. Стены местами облупились, пол кое-где был вздут и покрыт глубокими трещинами. И чем дальше мы продвигались, тем больше разрушений было вокруг. Дверей, ведущих в теплицы, вообще не оказалось на месте. На их месте зияла огромная дыра, через которую пробивалась какая-то густая трава, практически полностью перекрывающая вход.

— А теперь объясни мне, Михаил, что именно ты тогда сделал с этой дьявольской морковкой, что никто из клириков и приглашённых магов, включая твоего отца, не смогли разобраться с наложенными на неё чарами, — донёсся до меня недовольный голос настоятеля, когда он резко остановился, указывая на вход рукой. Он медленно повернулся в моём направлении и пристально посмотрел на меня, ожидая ответа.

— Проредил, вроде это так называется, — неуверенно проговорил я.

— Хм, надо же. Выглядит это обычно не так. Почему ты не исправил всё сразу, как только старший клирик показал тебе, во что превратились твои эксперименты.

— Я не подумал, что она продолжит расти, — честно ответил я, вспоминая, а почему, собственно говоря, Паша ничего не сделал? Никаких дельных воспоминаний на ум не приходило, поэтому я только сокрушённо покачал головой и глубоко вздохнул, принимая вид полного раскаяния.

— Миша, — осторожно пробормотал Павел, прекрасно чувствуя моё изменившееся настроение. — Я всё исправлю. Честно. Ну, наверное. Но я буду очень сильно стараться. А ты спроси, за ущерб нам нужно будет расплачиваться опять из моего кармана, или твой отец наконец-то выделит тебе хотя бы немного денег, и оплатит восстановление этой части монастыря?

Я ничего не ответил, только прикрыл глаза, стараясь не разразиться площадной руганью, которая явно была несвойственна сыну Светлейшего князя.

— В общем, разберись с этим феноменом, пока это мутировавшее растение не разрушило мне половину монастыря, — более мягко произнёс настоятель, по-своему интерпретируя моё молчание.

— Но магией я не могу пользоваться, — пробормотал я.

— Значит, там была какая-то магия. А ведь вам говорили, что в теплицах нельзя ей пользоваться, — прищурился он.

— Да не знаю я, как это вышло, — я аккуратно пробрался сквозь зелёную ботву, заходя внутрь и с ужасом осматривая пространство вокруг себя. Пробравшись немного вперёд, я вступил на какое-то возвышение и ошалело посмотрел наверх.

— Ух ты ж, блин. Миха, я точно такого не ожидал, — пробормотал Павел и заткнулся, давая мне время разглядеть огромную ботву, уходящую высоко в небо, которая не только разрушила крышу, но и начала заполонять другие отсеки, разбивая стеклянные стены и разрастаясь во все стороны далеко за пределы моей видимости. Я посмотрел себе под ноги, понимая, что стою не на пне, а на огромном корнеплоде, который показался небольшой своей частью из-под земли.

— Ты не можешь использовать энергию души, а магией своего ядра пользоваться тебе никто не запрещает, — проговорил отец Фёдор, когда я в полной мере насладился тем эффектом, который получился от художеств Павла. — Но ты скажи, что именно нужно сделать, чтобы нам хотя бы выдернуть этих громадин можно было, а то на сами плоды наложены какие-то защитные чары, которые слились с охранной системой монастыря. Их можно было разрушить, всё-таки я маг седьмого уровня. Но при этом вся охранная система этого места разбилась бы вместе с ними.

— Я постараюсь разобраться, — пробормотал я, поворачиваясь в сторону настоятеля.

— Хорошо. Оставлю тебя на некоторое время одного. Надеюсь, за это время ты не вляпаешься ни в какие неприятности, — недолго промолчав, проговорил отец Фёдор и, окинув бывшую теплицу взглядом, вышел из неё, переступая через сломанную ботву.

— Так что ты сделал, экспериментатор хренов? — процедил я, садясь на колени и прикладывая руку к земле. Перстень едва нагрелся, а в груди немного прострелило. Но кольца оставались стабильными, значит, толика позаимствованной Павлом энергии никак не повлияла на процесс восстановления.

— Да ничего такого. Просто немного роста добавил, кто ж знал, что так хорошо получится, — пробубнил сосредоточенно он.

От меня отделилась едва заметная переливающаяся серебристая волна, которая распространилась по всему занимаемой морковью периметру.

— Ну вот и всё. Чего было так ругаться? Тоже мне, маги седьмого уровня, с обычными чарами роста и укоренения справиться не смогли. Вот и изучай только боевую магию. У меня хозяином лет сто назад, был один садовод, там я и подсмотрел многое, да изучил. Иногда полезные вещи попадались… Бежим!!! — неожиданно заорал Павел, когда по земле прошла дрожь. Морковка-исполин, на которой я всё ещё стоял, начала медленно подниматься вверх, а вся ботва — резко увядать и падать прямо на меня.

Раздался небольшой едва слышимый хлопок, и оставшаяся часть крыши, оставшись без опоры, разлетелась на мелкие осколки и полетела вниз, накрывая меня стеклянным ковром.

Глава 2

Я зашнуровал высокие удобные ботинки и поднялся с кровати, после чего подошёл к зеркалу. Прошло уже почти полтора месяца с тех пор, как я выбрался из-под обломков крыши и засохшей ботвы, по толщине напоминающей стволы молодых деревцев. Как мне удалось избежать тяжёлых травм, до сих пор остаётся загадкой. Павел точно щит не смог наложить, а я элементарно не успел. Реакция не позволила обратиться к ядру силы, магия которого как бы не старался, всё ещё была для меня чужеродной. Ну хоть защитные чары монастыря не пострадали. Только вот теплица, по крайней мере, та часть, где росла эта злополучная морковка, восстановлению не подлежала. Но это уже, как говорится, издержки.

Отлежавшись неделю, залечивая ушибы, синяки и царапины, я приступил к тренировкам и теперь уверенно мог сказать, что физически смог полностью восстановиться.

Сейчас на меня из зеркала смотрел парень на вид лет шестнадцати, с серыми невыразительными глазами и волосами цвета свежей соломы. Черты лица Павел оставил те же. Мы решили изменить чары маскировки, потому что многие из клириков и учащихся монастыря могли узнать Михаила Вайса, который нехило им так подпортил жизнь в битве за урожай. Поэтому мы остановились на этом варианте, не привлекающем излишнего внимания. Да и никто не смог бы узнать в этом юноше черноволосого подростка с ярко-синими глазами.

Придирчиво осмотрев свой внешний вид, я поправил чёрную тренировочную форму клириков, которая на удивление была удобной и практичной. Чего нельзя было сказать о форме Стражей с этими их плащами, смысла в которых я так и не увидел. Да и в принципе, вся система обучения двух школ разительно друг от друга отличалась.

Если из Стражей готовили исключительно магов, не делая упор на физические тренировки и владение хоть каким-нибудь оружием, то в монастыре подготовка была диаметрально противоположной. Сильные маги в клирики не шли, поэтому разработанная схема подходила обычному человеку или оборотню. Последних в монастыре, кстати, было больше. Занятия же Лебедева были какой-то дикой смесью двух школ, и что уж говорить, по эффективности явно превосходили каждую по отдельности.

— Слушай, я тут всю ночь изучал книжку, которую тебе подкинул настоятель, — впервые за это утро подал голос Павел. — По факту ничего нового не узнал и вряд ли с помощью этой беллетристики, а по-другому эту туфту у меня язык не поворачивается назвать, ты сможешь решить свою проблему. Они бы ещё эти пафосные и художественные эпитеты, которыми восхваляют духовное оружие, в стихи переложили, цены бы ей не было на каком-нибудь собрании по специфическим интересам. Тьфу, — презрительно произнёс артефакт.

— И что нам теперь делать? — задумчиво посмотрел я на своё отражение. Что касается изучения нового материала и передачи мне общего смысла, я полностью доверял Павлу, хотя до сих пор даже представить не мог, как он это делает. А спросить пока не поворачивался язык. — Проблема с духовным оружием никуда не делась.

— Ну какая эта проблема, — если бы у Павла были глаза, судя по интонации он бы точно их закатил. — Просто ты не можешь понять его истинную суть и открыть все его возможности. А книжки тебе вряд ли помогут уединиться с твоим трезубцем и вытрясти из него необходимые для тебя знания. Тебе не приходило в голову, что подобные нюансы связаны с твоей не до конца восстановленной первозданной энергией? Может, когда ты полностью сможешь магией душ пользоваться, всё само собой наладится?

— Нет. Духовное оружие является отражением самой души, а не первозданной энергии, и от последней никак не зависит. — Я покачал головой и вышел в центр комнаты, призывая свой трезубец.

Практиковаться с ним я мог только в пределах своей комнаты. Ибо подобное оружие привлекает слишком много внимания. А мне это сейчас было совершенно не нужно.

Духовное оружие по силе равно силе мага. Три кольца, третий уровень силы. Следовательно, три умения, которыми должен быть наделён трезубец. Первое было едино для всех — призыв оружия и обретения его материальной формы. Дальнейшие свойства каждый маг должен определять самостоятельно. Как бы ни описывал отец Фёдор процесс объединения сознания с духовным оружием, до конца этот механизм я понять не мог, и третий навык был для меня до сих пор неизвестен.

Зато со вторым я разобрался практически сразу в Хабарах. Волна силы, которая распространялась от трезубца, стирала все простенькие Тёмные и демонические чары. На более сложные артефакты и иллюзии, конечно, его мощности пока не хватало. Но я был практически уверен в том, что, чем сильнее я буду становиться, тем сильнее будет это свойство.

— Единственное, что может быть полезным, но для тебя некритичным, потому что ты никогда не слушаешь совета умных артефактов или создателей учебников для магов, это сноска под пятой главой на тридцать девятой странице. — Тоном строгого учителя проговорил Павел, выбрасывая книгу на пол передо мной. — Духовное оружие не рекомендуется выпускать из рук, по одной простой причине: при его повреждении или разрушении, может пострадать сама душа мага. Поэтому используйте его в редких случаях.

— И как тогда пользоваться трезубцем, если не выпускать его из рук? — хмыкнул я. Про подобное предостережение мне отец Фёдор не рассказывал. Возможно, он просто не подозревал о том, каким именно способом я додумался разрушить демоническую колонну.

— Молча. Кисть человека имеет свойство сжиматься в кулак, и примерно таким же способом можно сжать что-то наподобие древка твоего трезубца. Естественно, при этом не рекомендую тебе бросать его в противников, огромные чёрные монолиты и просто пытаться пробить им каменные стены. Это просто. Попробуй как-нибудь, возможно, тебе это может даже понравиться, — едко прокомментировал он моё замечание.

— И почему в таком случае при столкновении с демонической колонной оно не разрушилось и даже не пострадало? — поинтересовался я, как обычно, вздрагивая от мелодичного перезвона колоколов, оповещающих о том, что осталось всего пять минут до завтрака.

— Может, потому, что колонна ещё была не активирована? Или у тебя просто нет души? Я ставлю на второе, — фыркнул Павел. — Только бездушная скотина может так обращаться со своим наставником, гуру и преданным товарищем, то есть со мной, если ты не понял.

Я перстню ничего не ответил. Спорить с ним — себе дороже. Да и, честно сказать, ни одного спора я с ним не выиграл. Спустившись, я прошёл в столовую, где сегодня было на удивление людно. Обычно занято не больше половины столов. Сейчас же пустовали единицы. Под мерный гул голосов я занял один из двух ещё незанятых столиков и в который раз за утро обвёл собравшихся взглядом.

Больше половины с первого курса Школы решили продолжить обучение. Никого из знатных родов я, разумеется, здесь не увидел. Зато обычных ребят, вроде Алексея, того оборотня дикобраза, с которым в первый день повздорил бобёр, было предостаточно. Несколько старшекурсников, да, в общем-то, всё. Не слишком престижно было обучаться в монастыре.

Со мной никто не общался. Стороной, правда, тоже особо не обходили, но и знакомиться не спешили. Для них я был чужаком. В монастыре меня никто не знал. Я был неизвестно откуда взявшимся одиночкой, который просто одним прекрасным утром появился в столовой и начал заниматься в общей группе. Подобный расклад меня вполне устраивал. Задерживаться здесь дольше, чем потребуется, я был не намерен, собственно, как и привязываться к кому бы то ни было.

— Я могу присесть? — я встрепенулся и поднял глаза на парня, стоявшего напротив меня. — Сесть сегодня некуда, — улыбнулся он и, не ожидая от меня ответа, пристроился на свободном стуле.

— Каких оборотней сюда занесло, — прокомментировал Павел, пока я рассматривал парня, не думая, что мы когда-нибудь ещё с ним встретимся. — Не знал, что настоятель позволит ему остаться. Хотя он такой же, как и ты, убогий, подбирает всех подряд, на путь истинный наставляет.

— Меня Роман зовут, — после того, как меня осмотрел, произнёс оборотень, которого мы буквально заставили в прошлый раз быть нашим провожатым в том отравленным демонами лесу.

— Эм, Сергей, — представился я первым пришедшим на ум именем, пожимая протянутую мне руку. Я вздрогнул от резких возгласов, раздавшихся недалеко от нас, переходящим в смех, свист и жидкие аплодисменты. Я повернулся в сторону шума и второй раз за это утро удивлённо вскинулся.

— Неожиданно, — хмыкнул Павел. — А тебе настоятель может полный список студентов озвучить, чтобы больше не было подобных сюрпризов?

Я смотрел, как Глеб Курьянов улыбается и принимает поздравления, пожимая радующихся за него друзей. Они уже составили вместе несколько столиков и теперь явно что-то праздновали в довольно большой компании.

— Надеюсь, и меня в какой-нибудь отряд поставят, — прокомментировал Роман, отвлекая меня от созерцания того, кто чуть меня не убил на подставленной дуэли, а затем яростно доказывал, что будет мне служить до конца своей жизни.

— Что? — я непонимающе уставился на оборотня, ловя на себе его взгляд.

— Его отряд с первого задания вернулся только что. Насколько я понял, они логово гулей зачистили недалеко от города, километрах в ста от монастыря, — пожал он плечами.

— Отряды? Когда из студентов начали формировать отряды клириков? — нахмурился я, даже не обращая внимание на ехидные комментарии Павла.

— Ты с луны, что ли, свалился? — удивлённо вскинулся мой собеседник. — Около месяца назад.

— Я тогда на больничной койке валялся. А потом меня, видимо, никто не захотел поставить в известность, — ровно проговорил я, понимая, что у меня точно после этого завтрака вместо привычной тренировки состоится разговор с отцом Фёдором.

Я ему неоднократно говорил, что восстановление будет продвигаться быстрее непосредственно на практике при возможности вступить в поединок с реальным противником. Правда, про умение поглощать чужеродную энергию я ему не сообщал. Но прислушаться к моим словам ему всё же стоило.

— Что этому способствовало? Насколько я знаю, учеников никогда не допускали до реальных дел. — Я поймал на себе изучающий взгляд Романа.

— Да всё просто на самом деле. Элементарный дефицит кадров, — пожал он плечами, делая глоток горячего чая. — Как только легионы демонов отошли от наших границ, а их прислужники, включая практически всех Стражей, попрятались по норам, встал довольно болезненный вопрос о том, кто будет бороться с нечистью и нежитью. Она как раз начала активно вылезать наружу, больше не находясь под давлением демонической ауры. Тогда и было принято решение допускать студентов, прошедших какие-то испытания в отряды. Например, отряд Курьянова полностью был собран с нуля. Ну это и понятно, он всё же практически обученный Страж.

— Спасибо за информацию, — поблагодарил я его за пояснения и поднялся на ноги, составляя на поднос пустую посуду.

— Да не за что, — кивнул он. Роман явно хотел ещё что-то сказать, но так и не решился. Я ещё несколько секунд постоял, глядя на него, но потом пожал плечами и отошёл от стола.

— Отряды, значит, они собирают, ну-ну, — пробормотал я, выходя из столовой и сразу же направляясь в сторону кабинета настоятеля.

— Подозрительный он какой-то, — задумчиво протянул Павел. — Вот не нравится мне эта гиена. Чувствую, ничего хорошего от общения с ним ты не получишь. Вот селезёнкой чувствую, ну или печёнкой. Чем там ещё люди нормальные чувствуют.

— Ты не человек, и то же самое говорил про Сергея с Милой, — тихо проговорил я, поднимаясь по длинной лестнице.

Переходов и порталов никаких в монастыре не было, что меня несказанно радовало. Та прервавшаяся телепортация над лесом посеяла большое такое зерно сомнения в целесообразности использования подобных средств перемещения, особенно на короткие дистанции. Всё-таки небезосновательно я не доверял порталам ещё в своей прошлой жизни.

— Доброе утро, я могу с вами поговорить? — постучавшись, я вошёл в кабинет отца Фёдора, после того как услышал приглашение войти. Нарываться на пустом месте, не соблюдая элементарные правила приличия, было не совсем рационально.

— Михаил? — удивился настоятель, поворачиваясь ко мне лицом. Он стоял возле шкафа с книгами, в этот момент листая одну из них. — Что-то случилось?

— Почему вы не сказали, что допускаете ещё не полноценных клириков к охоте? Или как вы это называете, — спросил я, закрывая за собой двери. — Я просил вас о подобном ещё месяц назад.

— Ты не готов, — довольно резко обрубил он, захлопывая книгу.

— Физически я полностью восстановился и набрал необходимую форму. Об этом мне ещё неделю назад сказал наставник и намекнул, что в общей группе мне уже делать нечего, — возразил я.

— Подвергая себя опасности, ты можешь задействовать магию душ чисто рефлекторно, тем самым нанеся себе вред. Этого позволить я тебе сделать не могу, — покачал он головой, подходя к своему столу и садясь в кресло, задумчиво глядя на меня.

— Но мне это необходимо, — тряхнул я головой, вставая напротив отца Фёдора. — Или вы настолько боитесь моего отца, что будете оберегать меня, как хрустальную вазу, надеясь, что всё быстро само восстановится, и вы меня передадите ему в руки целым и невредимым? Не нужно надо мной трястись. Давайте мы уже сделаем всё, чтобы я смог быстрее исцелиться и вернуться к своей семье и друзьям, — немного повысил я голос.

— А знаешь, ладно. Ты такой же, как твой отец, упёртый, — раздражённо проговорил он. — Как только ты пройдёшь испытание клириков, я сразу же разрешу тебе создать собственный отряд. Потому что подчиняться кому-нибудь вам, Уваровым, не позволяет гордость, вопреки законам здравого смысла. Идём, — он буквально пронёсся мимо меня, резко распахивая дверь и вылетая в коридор.

— Что-то слишком быстро он согласился. Явно что-то задумал. Не верю я в его доброту и снисходительность. Должность ему не позволит быть мягким и уступчивым. Да и маг он сильный, как ни крути, — бормотал Павел, и сейчас я был с ним полностью согласен. Догнав отца Фёдора, я вместе с ним быстро спускался по ступеням вниз на нижние этажи монастыря. Тут я ещё ни разу не был. Да и в принципе было мало клириков, которые знали о том, что там находится. Я честно спрашивал ещё в первый раз, когда пробыл тут практически месяц.

— Я могу спросить? — обратился я к настоятелю, когда мы наконец-то вышли в тёмный коридор. Дверей никаких не было, а освещение было тусклым. Я ждал, что внизу будет что-то типа учебных комнат, но ни одной двери мне по пути пока так и не встретилось.

— Всё равно же спросишь, — усмехнулся он, покосившись на меня.

— Откуда тут взялся Роман?

— Попросил остаться и начать обучение. База у него неплохая, и я не видел повода ему отказать. Каждый в своей жизни делает ошибки, но только единицы хотят их исправить, — ровно ответил он.

— Но…

— То, что он оборотень того вида, который многим не нравится, не делает его плохим человеком, — перебил меня отец Фёдор. — Тем более, он помог вам и не сбежал при первой же возможности. Это уже говорит о многом. Никто же не думал в здравом уме, что из твоего друга бобра может получиться некромант. Мы пришли.

Я уже и сам это понял, когда, будто из темноты перед нами возникли огромные стальные двери. Они были испещрены различными рунами и символами, многие из которых переплетались между собой, отчего я при такой освещённости их даже разобрать толком не мог. На удивление, запертыми они не были. Отец Фёдор толкнул двери, и они тут же перед нами распахнулись, издав противный скрип.

Зайдя внутрь, я увидел огромное пустое помещение, которое ярко осветилось висевшими под потолком светильниками. Единственное, что тут было, — это несколько начертанных красной краской на полу полос, соединяющихся между собой в какую-то замысловатую фигуру.

— Три этапа. Пройдёшь — докажешь мне, что действительно готов к встрече с противником в условиях, когда не сможешь пользоваться магией и артефактами. У тебя будут только ты сам и кинжал вечности, который ты вечно таскаешь с собой.

— Что за испытания? — зрением душ я видел, что кольца ранга словно оплетены какой-то едва заметной цепью, собственно, как и ядро силы. Павел молчал, а вместо уже привычного мне исходящего от артефакта тепла, по руке распространялся холод. Магия и перстень стали заблокированы, сразу же, как только я переступил порог этого странного места.

— Ты же хотел биться с противником, — ничего не объясняя, усмехнулся настоятель и несильно толкнул меня в спину, заставляя сделать несколько шагов вперёд, пересекая начертанные на полу линии.

Свет несколько раз мигнул, а пространство вокруг меня, словно накрыло плотным куполом. Я будто куда-то переместился. Вместо серой пустой комнаты я находился в центре поляны, окружённой незнакомыми мне деревьями, уходящими высоко вверх. Яркое солнце ослепляло, а лёгкий ветер приятно холодил кожу.

— Это демонические летучие мыши. По скорости и ловкости с ними никто не сравнится. Одолеешь их лишь своими физическими умениями, используя только кинжал, считай, что испытание ты прошёл.

Голос настоятеля раздавался отовсюду, но самого его видно не было. Интересное место. Через несколько секунд я услышал, а затем и увидел, своего противника. Полтора десятка монстров вылетели из-за деревьев и набросились на меня со всех сторон. Они действительно были чертовски быстры. Я едва успевал разглядеть хотя бы одну тварь, атакующую меня, как с другой стороны на меня нападала вторая. Я смог увернуться только раз, а кинжалом задеть лишь пару мышей, перед тем, как они набросились на меня все разом.

Открыв глаза, я простонал и попытался подняться на ноги. Яркой солнечной поляны не было, вместо неё я вновь очутился в помещении монастыря. Боль в покалеченном теле тоже ушла, а на руках и теле я не увидел ни единой царапины.

— Так это всё иллюзия, — пробормотал я, поднимая взгляд на настоятеля.

— Вполне материальная и осязаемая, но никакого физического вреда не приносящая, — прищурился он. — В принципе, вполне неплохо для первого раза. Десять секунд выдерживают только единицы.

— Но как за ними успеть, без магии это практически невозможно, — нахмурился я, не переставая сверлить настоятеля пристальным взглядом.

— Всё возможно. Запомни, клирики в большинстве своём не маги. Но успешно выходят из подобных битв победителями. Как только ты поймёшь всю суть сражения с противником, который быстрее тебя, ты тут же сможешь их победить. Количество попыток неограниченно. Считай, что это новый этап твоих тренировок. Закончишь на сегодня — просто закроешь за собой двери. — Проговорив это, отец Фёдор развернулся и вышел из зала, оставляя меня одного в пустом помещении.

— Похоже, таким извращённым способом он просто от меня избавился на время, — процедил я. Но так даже лучше. Первозданной энергии в этих помещениях гораздо больше. Значит, и процесс восстановление пойдёт немного быстрее. Я переступил черту, вновь оказываясь в иллюзии солнечного леса. — Ну что, демонические твари, налетайте.

Глава 3

— Мне кажется, что за эти три недели я научился большему, чем за все эти годы, — тихо проговорил я, поднимаясь на ноги и уже с ненавистью глядя на линии в зале, отвечающие за активацию иллюзии.

Ловкость, быстрота принятия решения и скорость реакции стали какими-то запредельными. Мотивация, оказывается, очень хороший учитель. Я уже не столько хотел что-то доказать отцу Фёдору, сколько избавиться от иллюзии нестерпимой боли. Именно болью и ощущением разорванного на куски тела постоянно заканчивался провал в битве с демоническими летучими мышами в этой комнате пыток.

Я старался так, словно на кону стояла моя жизнь. Но всё было тщетно. Всегда оставалась пара-тройка мышей, которые неожиданно нападали в самый неподходящий момент. Что бы я ни делал, какие бы тактики ни применял, результат был один и тот же.

В зале я проводил каждый день, направляясь сюда сразу, после общих занятий в монастыре, которые я посещал. Теорию здесь давали качественно и полно, поэтому я уже начал худо-бедно ориентироваться в разных видах демонических зверей.

А вот понять, что же делаю не так в схватке с этими иллюзорными тварями, у меня пока не получалось. Настоятель отказывался обсуждать со мной мои недочёты, из раза в раз повторяя, что я должен разобраться в этом сам. Собственно говоря, в понимании истины и состоял смысл этих трёх испытаний. И это было только первое.

— Перерыв, — проговорил я сам себе, выходя из комнаты, тихо закрывая за собой дверь.

Восстановление под упорными тренировками проходило быстро, и именно сейчас я ощутил, как первое кольцо ранга наконец-то замкнулось. Я не могу применять магию в изолированном подвале, но буквально полчаса назад смог почувствовать приятное, разливающееся в груди тепло и лёгкость.

— О, ты даже выполз из этого антимагического саркофага раньше чем обычно. С чем связано твоё желание прекратить себя истязать в этом доме боли? Жалостью к себе или ко мне? — деловито уточнил Павел, когда я покинул зону, в которой блокировался артефакт и моя магия.

— Надо подумать, — проговорил я, поднимаясь наверх. Теперь многое изменилось. И сидеть взаперти в монастыре было нерационально. — И с тобой посоветоваться.

— В целом, конечно, правильное решение, — протянул он. — Но как я тебе помогу? Если ты не забыл, я погружаюсь в тёмный пыльный мешок, через который я ничего не вижу и не слышу, пока ты не выйдешь на свет к нормальным людям. Я даже своими делами заняться в этот момент не могу, только бобров считать остаётся, ну и летучих мышей, будь они неладны.

— Есть пара идей, нужен твой совет, как очень умного и знающего практически всё на свете артефакта, — вклинился я в его речь. — Только пообедаю сначала.

— Это да, это нужно. Не хотелось бы мне, чтобы мы язву себе заработали. Ты от неправильного питания, я — стрессовую. Ты, кстати, первое кольцо ранга полностью восстановил, — неожиданно вполне серьёзно проговорил он.

Я только кивнул, входя в обеденный зал. Сейчас я так же, как и Павел, видел, что первое кольцо ярко сияло на фоне двух других. Но энергия и вокруг них стала более плотной, а бреши и дыры исчезли. Так что процесс восстановления шёл полным ходом. По крайней мере, я очень сильно на это надеюсь.

Как и всё время до этого, я сел за столик к Роману. Единственный, кто не старался избежать общения со мной. Он пожал протянутую руку, не отрываясь от поглощения пищи.

— В чём причина такой спешки? — удивился я, глядя на суетящегося оборотня. Краем глаза я заметил, что многие из собравшихся также торопятся, поглядывая на часы.

— Собирают всех клириков и учащихся, кто состоит в отрядах, — проговорил он. — Через десять минут в большом зале.

— Тебя в отряд взяли? — вопросительно уставился я на него.

— Да, вчера. Только он не полный, всего четыре человека. А минимальное количество — пять. Но мы всё равно сходим, может, поставят кого пятым, чтобы мы смогли на задание отправиться, — поднялся он на ноги. — Ну или сделают для нас исключение.

— А что случилось-то? — нахмурился я, стараясь выведать хоть немного информации. Находясь внизу и пытаясь разобраться с этими проклятыми мышами, я, похоже, в очередной раз пропустил что-то важное.

— Два отряда клириков пропали. Отряд Курьянова и Власова. Артефакты связывания душ никто не активировал, поэтому настоятель не знает, где они находятся и что с ними случилось. Сейчас собирают поисковые отряды из всех, кто может заняться поисками. Ты что, тоже идёшь? — посмотрел он на меня, когда я встал и направился к выходу первым, даже к еде не притронувшись.

— Нет, на это сборище меня вряд ли пропустят, но вот поговорить кое с кем я могу попробовать, — отмахнулся я от него и быстрым шагом, переходящим в бег, понёсся в направление кабинета отца Фёдора.

— Нет, — произнёс настоятель, как только я открыл дверь в его кабинет.

— Я ещё даже не задал ни одного вопроса, — проворчал я, заходя внутрь.

— А я прекрасно знаю, что ты хочешь спросить. Свои требования я объявил ещё три недели назад. Нет испытаний — нет отряда, — отрубил он, обходя меня и выходя из кабинета.

— Но…

— У меня достаточно людей и без тебя, чтобы отыскать пропавших клириков.

— То есть я должен сидеть в четырёх стенах, когда братья будут подвергать себя опасности? А ничего, что я намного сильнее, чем многие из тех, кто уже давно состоит в этих отрядах? — выпалил я, глядя в глаза остановившемуся и резко повернувшемуся ко мне настоятелю.

— Да, именно это я и хочу сказать. Ты не клирик, и на тебя многие правила не распространяются. Разговор окончен, — он развернулся и пошёл прямо по коридору, который, если не сворачивать на лестницу, как раз заканчивался большим залом, где сейчас собирали людей и раздавали ценные указания.

— Непробиваемый мужик, — констатировал Павел. — Но правильный, от своих принципов не отступает. Ну или не хочет, чтобы ты помер смертью храбрых в стычке с каким-нибудь недодемоном, на которого ты чисто случайно наткнёшься в абсолютно пустом лесу. Который, кстати, не будет даже близко являться причиной пропавших отрядов, а будет просто проходить мимо по своим демоническим делам. А так, конечно, любопытно, что могло произойти. Не знаю, кто такой Власов, но Курьянов слишком сильный маг, чтобы не справиться со стаей виверн, на которых их вчера как раз и отправили охотиться, — задумчиво пробормотал перстень.

— Испытания, значит, мне пройти нужно. Как вам будет угодно, — процедил я. — Что ты говорил насчёт защитного контура комнаты, где находятся эти чёртовы испытания? — спросил у Павла, чуть ли не бегом спускаясь обратно в подвал.

Охоту на демонических тварей и обычную нечисть я могу проигнорировать. Но когда твои братья по оружию находятся в опасности? Я провёл слишком много времени рядом с клириками в монастыре, чтобы начинать осознавать себя частью этой жизни. Со Стражами такого не было. В школе каждый был сам по себе. Клирики в отличие от магов всегда держатся вместе и придут на помощь, какие бы отношения между ними ни были. Это заложено в самом принципе воспитания и обучения в монастыре.

— Контур вязи нескольких рун, которые, как я понял, отвечают за антимагическое поле, замыкается только тогда, когда ты заходишь внутрь, и двери закрываются. — Задумчиво проговорил артефакт, когда я остановился возле ненавистной мне двери.

— Если оставить дверь открытой, то антимагического поля не будет? — уточнил я. — И тогда направленные в комнату заклинания не разрушатся?

— Теоретически да. Но она всегда закрывается автоматически, если ты не заметил, когда ты переступаешь порог этой комнаты и в коридоре больше никого нет. Да и тогда не факт, что иллюзия опустится на зал. Я не знаю, что происходит в комнате, и о многом рассуждаю, только с твоих слов. Что ты задумал?

— Мне нужно посмотреть за боем со стороны. Я всегда близок к тому, чтобы победить. Но мне чего-то не хватает, — ответил я, рассматривая двери.

— Не говори мне, что ты хочешь попытаться запустить туда своих двойников? — как-то подозрительно тихо спросил Павел. — Это опасно и хм, нечестно, что ли.

— Ты мне говоришь о честности? Кто постоянно распаляется, что является лучшим воровским артефактом всех времён и народов? — хмыкнул я. — Тем более, отец Фёдор изначально поставил мне нечестные и невыполнимые условия. Я пытался разобраться сам, но после того как кольца ранга перешли на завершающий этап восстановления, я не могу позволить себе и дальше сидеть в этой клетке.

— А, так ты про другой обед говорил, — выдохнул Павел. — Тебе нужно схомячить какую-нибудь тварь, и тогда твоя жизнь заиграет новыми красками? Ну тогда да, ради этого можно и рискнуть, применить магию душ, разрушить то, что так долго восстанавливалось, и загубить весь наш труд к хренам бобровым. Ты вообще в своём уме⁈ — рявкнул артефакт так, что я даже подпрыгнул.

— Я возьму только основу, — тихо ответил я, стараясь успокоить раздухарившегося перстня. — А напитаю руну энергией ядра. Пора уже пробовать что-то новое.

— Иди пиццу с ананасами и острым перцем попробуй, будет тебе что-то новое, а не собой рискуй из-за ребячества, — фыркнул Павел.

— Всё будет хорошо. Тем более, ты сам не уверен, что с моей затеей что-либо получится.

Если Павел что-то и хотел сказать, то решил промолчать. Видимо, это было что-то совсем нецензурное и кровожадное в отношении меня.

Я сел на пол и задумался. Чтобы двойник активировал иллюзию, он должен быть материален, а чтобы посмотреть за боем со стороны нет. Тут нужно две разные руны. Если насчёт бестелесного двойника я был уверен, то как дать физическое воплощение на третьем уровне? Попробовать прыгнуть выше головы? Главное — не задействовать первозданную энергию.

Проведя лезвием по ладони, я своей кровью на каменном полу начертил две руны и приложил к ним руку, направляя через неё энергию из магического ядра. Подобное я делал впервые, поэтому всё получалось медленно и довольно трудно. Я уже даже успел разочароваться в себе, как руны, наконец, вспыхнули голубым пламенем и исчезли, а на их месте начали появляться мои призрачные двойники. Точнее, один призрачный. Второй был вполне осязаем, только не из плоти и крови, а состоящий из тонких переплетённых между собой водных нитей. Моё сознание разделилось, и я открыл дверь, запуская их внутрь комнаты, предварительно убедившись, что первозданная энергия и кольца души не пострадали.

Я напряжённо смотрел, как два моих двойника направляются в центр комнаты и синхронно переступают начертанные линии. Долгое время ничего не происходило, но потом что-то огородило пространство непроницаемым серым барьером.

— Да быть того не может, неужели у нас получилось? — тихо и удивлённо проговорил Павел.

— Тихо.

Я видел то, что происходит на злополучной поляне с двух сторон. Водяное воплощение меня остановилось по моему приказу и приготовилось к бою, тогда как призрачный двойник слился, как мне показалось, с самим контуром иллюзии, оказываясь где-то наверху.

Мыши появились внезапно и тут же набросились на моё материальное воплощение. Всё-таки чары иллюзии, наложенные в этом зале, неразборчивы, и не смогли отличить живого человека от физического двойника.

В этой копии были заложенные некоторые способности, приёмы и движения, которыми я обладал сам, поэтому контролировать его было тяжело и отнимало слишком много энергии. Управлять им я не стал, концентрируясь на общей картине боя. Движения копии были выверенными, точными и чёткими. Он ловко уворачивался, не давая тварям даже близко подобраться к себе.

Но что-то было не так. Демонические твари действовали совсем по-другому, чем в поединке со мной. Они сами не успевали перестроиться и словно не знали, что делать дальше. Хотя до этого мне казалось, что они предугадывают каждое моё движение. Предугадывают каждое движение. Точно.

Я выдохнул, ощущая едва ли не полное магическое истощение. Да, уровень моей магии пока не позволял долго прибегать к подобным фокусам. Я махнул рукой и заставил материальное воплощение остановиться. Мыши тут же налетели на него со всех сторон. Иллюзия исчезла, распыляя вместе с ней мою призрачную копию, а серый отгораживающий контур тут же исчез.

— И ты что-нибудь увидел? Или так, просто поглумился над своим раздутым самомнением? — деловито спросил Павел с долей ехидства в голосе.

— Моё самомнение не пострадало, не переживай. — Устало проговорил я и зашёл внутрь помещения, только теперь обращая внимание, что дверь действительно закрывается самостоятельно.

— Смысл этого испытания не в ловкости и скорости, как я думал раньше. Смысл в нём — не думать над каждым своим дальнейшим действием, — в пустоту проговорил я, будто меня кто-то смог бы услышать. — Они действительно просто предугадывали каждое движение, которое я так или иначе обдумывал, вероятно при этом проникая в моё сознание. А у двойника мыслей не было. Были только заложенные мной самим рефлексы.

Переступив черту, я оказался на поляне. Слепящее солнце заставило закрыть глаза и приготовиться к поединку. Не думать ни о чём и действовать только на рефлексах. Ну что ж, попытаемся отключить от этого процесса свою чересчур, как показала практика, умную голову.

Летучие мыши показались из-за деревьев, стремительно приближаясь. Я сжал кинжал в руке. Не думать.

Первая мышь бросилась на меня сверху. Я едва успел увернуться, но вторая уже была рядом. Её когти задели мою шею, и я рефлекторно прижал руку к ране, прекрасно понимая, что никакого ранения на самом деле нет. Не думать. Я резко отпрыгнул назад, пропуская атаку демонической твари у себя над головой. Очередная мышь атаковала сверху, и я взмахнул кинжалом, пропарывая тело твари по всей длине. Мышь отлетела в сторону, но на меня тут же кинулись другие.

Я начал двигаться по кругу, стараясь не дать им окружить себя. Они начали атаковать волнами, оглушая меня шелестом крыльев в абсолютной тишине. Одна из них вцепилась мне в плечо, но боли я не почувствовал. Я сбросил мышь, ударив рукоятью кинжала. И тут неожиданно для себя самого, я шагнул вперёд, начиная контратаковать впервые за три недели. Выработанная скорость и ловкость позволяли это делать на одних рефлексах.

— Первое испытание пройдено, — мелодичный женский голос прорвался в сознание. Я удивлённо огляделся, глядя на совершенно пустую поляну. Только что она была заполонена всё прибывающими демоническими тварями, а сейчас здесь больше никого не было.

Я обернулся, чувствуя на себе чьё-то тяжёлое дыхание.

— Можно было и предупредить, — процедил я, делая шаг назад, стараясь тем самым отдалиться от огромного монстра, напоминающего по своему виду носорога.

Тело его было покрыто чешуёй, и местами виднелись длинные, тонкие и чертовски острые шипы.

— Это просто, — фыркнул я, надеясь, что правильно понял истинный замысел того извращенца, кто придумал эти испытания. — Победить того, кто сильнее. Нужно просто найти его слабое место. Но в этом я всегда был хорош: глаза, ушные каналы, не защищенная в основании шея, подмышечные впадины. Переходим к третьему или мне следует показать, чему я научился за три недели борьбы с демоническими летучими грызунами? В ловкости и скорости этот монстр явно мне уступит.

— Второе испытание пройдено, — прозвучал тот же самый женский голос.

Земля под моими ногами разъехалась в стороны, и я начал проваливаться в образовавшуюся чёрную яму. Не знаю, что насчёт иллюзии, но ощущения полёта были вполне реальными. Неожиданно падение само по себе замедлилось, и я плавно опустился на ноги, чувствуя под ними твёрдую поверхность. Вокруг всё ещё была просто непроглядная темнота. Но неожиданно сверху ударил луч света, осветивший пространство вокруг меня.

Я стоял в центре площадки, окружённой зеркалами в человеческий рост. И из каждого зеркала на меня смотрело моё собственное отражение. Поэтому я сразу и не понял, что точная копия меня самого отделилась от одного из зеркал и стремительно приблизилась ко мне. Замах кинжала я увидел слишком поздно, но успел увернуться, перехватывая руку этой странной копии.

Он был из плоти и крови. Складывалось чувство, что сражаюсь я с реальным человеком. Но ведь не могу же я биться действительно с самим собой. Тем более я прекрасно осознавал, что это всего лишь иллюзия.

Несколько выпадов своего противника я заблокировал, прекрасно зная, что именно он будет делать. Собственно, как и ни одна моя атака не достигла цели. Я — это он. А он — это я.

Я сделал шаг назад и опустил кинжал. Зная себя, я бы точно бился до последнего, непонятно что доказывая при этом. Победить самого себя практически невозможно. Но не в победе истинный посыл этих испытаний. В этом я уже убедился.

— Никогда не зазорно принять поражение от равного противника. — Проговорив это, я слегка склонил голову перед своей абсолютной копией, не отрывая при этом от него взгляда. — Всегда нужно понять, когда отступить, чтобы не причинить самому себе вреда.

Зеркала со звоном разлетелись на мелкие осколки, накрывая меня ими, словно лавиной. Я рефлекторно прикрыл лицо, но боли от вонзающихся осколков я не почувствовал и всё же рискнул открыть глаза.

Никакой иллюзии, только серая комната с пересекающимися на полу начертанными линиями. И пристально направленный на меня взгляд, который я почувствовал кожей. Резко обернувшись, я увидел настоятеля, который стоял в дверях и смотрел на меня, не мигая, сложив на груди руки.

— Третье испытание пройдено.

— Да что вы, Уваровы, такие упёртые! — воскликнул отец Фёдор, приближаясь ко мне. Он выглядел уставшим и немного дёрганным. Чёрные круги под глазами явно давали понять, что он не спал уже долгое время. — Почему вам с отцом всегда нужно лезть в самое пекло?

— Наследственность, — развёл я руки в стороны усмехнувшись. — Так где мой отряд? Признайтесь, вы ведь специально для меня подготовили ту четвёрку? — практически искренне улыбнулся я.

— Идём, познакомлю тебя с ними, — выдохнул настоятель, махнув мне рукой. — И сразу введу в курс дела. Может, ты и прав, и без твоей помощи мы не сможем обойтись.

Глава 4

Весь путь я шёл за настоятелем, который не проронил за это время ни единого слова. Мы поднялись на пятый этаж и остановились перед массивными дверьми, которые, насколько я помнил, вели в помещение, где проходило наше первое испытание на определение потенциального уровня силы.

Только вот возле входа сейчас не было ни единого Стража или клирика. Он вообще никем не охранялся. Отворив массивные двери, отец Фёдор зашёл внутрь тёмного коридора из камня, поглощающего звуки и саму магию, после чего быстро прошёл до металлической двери.

— Что мы тут делаем? — тихо спросил я, трогая за плечо настоятеля, заставляя его тем самым обернуться и обратить, наконец, на меня своё внимание. — Меня вроде вы обещали познакомить с моей пятёркой или четвёркой, если быть совсем точным.

— Позже. Я же сказал, что без твоей помощи нам, скорее всего, не обойтись, — очень тихо проговорил он, словно боясь, что нас кто-то сможет услышать. — Я всё тебе объясню, когда мы окажемся внутри, — глубоко вздохнул он и, дождавшись моего кивка, распахнул очередные двери, оказываясь внутри знакомого помещения.

С моего прошлого посещения внутри ничего не изменилось. Все те же массивные стеллажи, занимающие практически всё свободное пространство этой комнаты, всё тот же неоформленный поток бушующей магии вперемешку с необработанной первозданной энергией, который чуть не сбил меня с ног.

Восстановленное кольцо первого ранга сразу же ярко засияло, а сама энергия в моём теле стала настолько плотной, что стало тяжело дышать. Тело будто налилось свинцом, поэтому пришлось прикладывать достаточно много усилий, чтобы начать двигаться и встать в центр огороженного пятачка рядом с настоятелем.

Оглядевшись, я теперь смог найти одно небольшое, но довольно неприятное отличие. Кристаллов на стеллажах стало меньше, и многие из них теперь едва светились.

— Мне пришлось отозвать все поисковые отряды, — тихо проговорил отец Фёдор, но его голос эхом разнёсся по этому странному помещению. — Во время поисков пропала ещё одна группа, причём не новичков, а старших клириков. Они живы, это видно по кристаллам связи душ, но по какой-то причине я их практически не ощущаю. — Он подошёл к одному из стеллажей и снял с полки один из кристаллов, пульсирующий зеленоватым светом.

— Почему одни кристаллы ярче других? — задал я вопрос, который меня интересовал ещё с первого моего появления здесь.

— Яркость артефакта определяется расстоянием, на которое клирики от меня отдалены. Но вот в чём парадокс, раньше я мог его определить, хотя бы приблизительно. Теперь мне это стало недоступно. Почти все, кто побывал в той заброшенной деревне, где пропала группа Курьянова, вернулись обратно с подобным блоком. Связь между нами есть, но она эфемерная и даёт только понимание — жив или нет связанный со мной человек, — он вернул кристалл обратно на полку и, повернувшись ко мне, пристально на меня посмотрел, заложив руки за спину. — Пока, к счастью, живы все, даже те, кто бесследно исчезли.

— Я так понимаю, отряды, которые вернулись, ничего вразумительного по этому поводу ответить не могут? — сделал я вполне логичный вывод.

— Верно. И даже более того, они не смогли точно ответить, где были и что видели. Однако никаких физических повреждений я в них не заметил. Собственно, как и изменений в энергии их первозданной оболочки и кольцах ранга, если таковые имеются, — покачал он головой.

— И что вы хотите именно от меня? — я непонимающе посмотрел на настоятеля. Судя по всему, всё, что произошло с ребятами, поставило его в тупик, оттого мне было не совсем ясно, чем я, знающий не так уж и много особенностей этого мира, мог бы ему помочь.

— Эту комнату создали несколько десятков лет назад шесть Светлейших князей, напитав помещение особой магией и вложив в него огромное количество собственных сил. — После некоторой заминки проговорил мужчина. — И только родовая магия их потомков может указать точное месторасположение каждого клирика, чьи кристаллы расположены в этом помещении.

— Нарисует карту, — кивнул я, вспоминая руны, начертанные на входной двери. А я всё гадал, что значит руна помощи в связке с руной связывания. — Только почему так сложно? Неужели в случае опасности нужно всегда звать кого-то из членов шести правящих родов?

— Это необходимость. До сегодняшнего дня у меня и в мыслях не было прибегать к этому ритуалу. Раньше о точном месторасположении знал только я. Сейчас эта информация мне недоступна, а отправлять людей неизвестно куда я больше не стану. Ты представляешь, что могло случиться, если бы этот ритуал мог воспроизвести любой маг, узнавший о нём и пробравшийся внутрь монастыря?

— Ничего хорошо, — криво усмехнулся я. — Тогда бы любой смог узнать, где находятся клирики, отправленные на задания. И не всегда они выходят на охоту на нечисть и демонических монстров. Но я не знаю, что мне следует делать. — Пожал я плечами. — Как они пропали?

— Это было обычное задание, — покачал головой отец Фёдор. — Было замечено несколько виверн на юге недалеко отсюда. Там даже поселений никаких нет. Только пара заброшенных деревень. Даже слабый маг и хоть немного обученный клирик в состоянии с ними совладать. Но группы Курьянова и Власова не вернулись. Они были первыми, с кем у меня оборвалась связь. Потом был отряд Моргунова. Старший клирик, опытный. Но исход точно такой же. Именно поэтому мне пришлось вернуть всех в монастырь. Если старшие клирики исчезли, то надеяться на то, что с чем-то непонятным справятся младшие братья как-то слишком глупо.

— Демоны? — решил уточнить я.

— Вряд ли, — поморщился отец Фёдор. — Только если они не прячутся под землёй и не затевают очередную подлянку. Местность открытая, да и недалеко отсюда, мы бы сразу распознали.

— Почему вы не попросите помощи сильных магов, например, Лебедева или моего отца?

— Потому что я сначала должен узнать в чём дело. И на это моих сил и способностей вполне хватит, — усмехнулся он.

— Что я должен делать? — дело тут было точно не в вивернах. Насколько мне известно, эти драконоподобные существа страшные только на вид. Главное, знать, куда бить. А с обучением подобным вещам в монастыре проблем никаких не было. Да и на душу и первозданную энергию они точно никак влиять не могут. Нет у них подобных способностей.

— Ничего сложного. — Он сделал пас рукой, и трибуна, стоявшая напротив входа, отъехала в сторону.

Я подошёл ближе, рассматривая немного возвышающуюся над полом платформу с высеченными на ней рунами, которые были окружены ровным кругом. Часть этих символов повторяли те, что были начертаны на двери.

— Тебе нужно напитать круг энергией из ядра силы. Когда круг замкнётся, ты должен выпустить своё воплощение родового дара и направить его в центр. — Произнёс отец Фёдор.

— Хорошо, я это сделаю, но при одном условии, — посмотрел я мужчине прямо в глаза. Он удивлённо вскинулся, но ничего не ответил. — Я пойду с вами. Вы же просто хотите разведать обстановку, особо ничем не рискуя, я правильно понял?

— Я полагаю с тобой спорить бесполезно, — наконец, кивнул мужчина. — Тем более, мне помощь истинного мага, особенно потомка одного из Светлейших князей, действительно не помешает. Только никаких лишних телодвижений. В случае опасности я открою для тебя телепорт и просто выкину во двор монастыря.

— Согласен. — Не стал спорить я.

— Мишань, — протянул Павел, впервые подав голос. — Не лезь с кинжалом на дракона, он тебе в битве с огнедышащей гадюкой не поможет. Это как с зубочисткой против мага, или со спичкой против вооружённого отряда, или…

— Я тебя понял, — прошипел я. — Если это демон, то у меня есть опыт борьбы с ними, да и практика всё-таки нужна.

— Да плевать я хотел на твои оправдания. Всё равно ведь не признаешься, что у тебя есть какая-то личная в этом выгода. Свои пафосные речи о помощи и спасении оставь для других, я-то знаю, что ты наверняка там опять поглотить кого-нибудь собрался. Ты мне скажи, обо мне ты хоть иногда думаешь⁈ — неожиданно взвился артефакт. — Я же без твоей магии душ себя голым чувствую на центральной площади столицы. Все вокруг смотрят, показывают пальцем, а я даже прикрыться не могу. И только смотрю печальными глазами, как рядом со мной сооружают костёр, чтобы сжечь меня прямо там и не заморачиваться с разборками, а почему я, собственно говоря, голый?

— За такое не сжигают, — процедил я, подходя к кругу и садясь на колени, приложив руку к линии круга.

— Ещё как сжигают. Ты просто не в той столице был. Проверено на опыте одного из моих бывших носителей, что в некоторых странах так делать не нужно, — фыркнул Павел и замолчал, потому что синие нити моей магии стали отделяться от руки и словно впитываться в магическую фигуру.

Высеченная линия круга начала постепенно напитываться моей силой, сине-голубые нити которой распространялись от ладони в разные стороны. Энергии приходилось тратить много. Я уже думал, что моих сил не хватит на подпитку этого магического круга, как он, наконец, замкнулся, и в потолок ударил синий прозрачный столб, сформированный из моей магии. Я видел, как водяные нити силы аккуратно вплелись в первозданную энергию, создавая тем самым едва заметные глазу искажения.

Я не убирал руки от платформы, продолжая напитывать руны своей магией. Символы довольно быстро начали загораться голубоватым свечением, соединяясь между собой светящимися линиями. Когда все руны активировались, я убрал руку и встал, ощущая, как пол под ногами начинает подрагивать. Не сильно. Но уже вполне ощутимо.

Вспомнив наставления отца Фёдора, я воззвал к собственной магии, призывая водяного змея. Он словно с неохотой появился у меня над головой и, сделав небольшой круг по свободному от стеллажей пространству помещения, ринулся в центр ритуального круга, легко проходя через столб энергии. Замерев на несколько мгновений, он заревел, вызывая ощутимые колебания воздуха. Я сделал шаг назад, удерживая равновесие, что было не так просто из-за нарастающей ряби, идущей по полу.

Повинуясь моему приказу, водяной змей ринулся вниз, полностью растворяясь в платформе и заставляя её слегка подняться над полом и сделать один оборот по часовой стрелке.

Неожиданно комната пришла в движение. Сделав несколько оборотов, эта головокружительная встряска так же резко прекратилась, как и началась. Кристаллы связи душ, стоявшие на стеллажах, ярко загорелись разноцветными цветами и из них одновременно ударили лучи света, устремившиеся к синему потоку энергии. Соединившись с ним, кристаллы резко потухли, принимая тот самый вид, который был до проведения этого странного ритуала.

Я смотрел, как столб, состоящий из смеси моей энергии и той, что насыщала это помещение, начал буквально истаивать, пока полностью не исчез, не оставив после себя и следа. Руны всё ещё были активированы, и также горели ярким синим светом. Однако в течение последующих нескольких минут ничего больше не происходило.

— Похоже, я сделал что-то не так, — поморщился я, глядя на задумчивого настоятеля.

— Всё нормально. Нужно только подождать, — ответил он, даже на меня не посмотрев.

— А чего…

Мне не нужно было заканчивать фразу, потому как прямо на потолке неожиданно появилась карта. Сначала это была карта нашего материка, потом Российской Империи. Карта всё уменьшалась и уменьшалась, пока не остался только небольшой кусочек, который неожиданно растянулся, и теперь можно было увидеть то, что она отображала.

Я пригляделся. Там, где по идее должен был располагаться монастырь, виднелась разноцветная клякса, видимо, показывающая, что большая часть клириков находится именно здесь. А вот совсем недалеко, прямо по дороге на юг, как и говорил ранее настоятель, на небольшом пяточке были рассредоточены пятнадцать мелких точек разного цвета.

— Они все там, в одном месте, — проговорил я, обращаясь к отцу Фёдору.

— Да, и это чертовски странно. На этом месте только покинутая деревня и старое кладбище, — он указал на наибольшую концентрацию этих самых точек. — Здесь, полуразрушенный дом старосты. — Он показал на три неподвижные точки. — Мы изучаем всегда местность, когда куда-то отправляется отряд, — пояснил он. — Ты готов?

— Разумеется, — хмыкнул я.

— Надеюсь, что я не пожалею об этом, — он громко выдохнул, после чего очертил круг, открывая тем самым рябь портала. Схватив меня за руку, он шагнул в образовавшийся проход.

На этот раз перемещение прошло нормально. Даже толчка при переносе не ощущалось. Оглядевшись, я поёжился. Была ранняя осень, и ледяной ветер пробирал до костей, не замечая преграды в виде лёгкой тренировочной куртки, в которую я был одет. За всеми этими хитросплетениями и нахождениями во временном куполе, а потом длительными тренировками в подземелье монастыря я не заметил, как произошла смена времени года.

Мы оказались в центре какого-то пустыря, окружённого деревьями, с которых под порывами ветра облетали пожелтевшие листья.

— Рано, — нахмурился настоятель, комментируя увиденное. — Даже вокруг монастыря все деревья ещё зелёные. И это довольно странно.

Над головой пролетела стая ворон, которые неожиданно разлетелись в разные стороны. Я посмотрел на настоятеля. Его взгляд был расфокусированным. Значит, эти птицы — его глаза и уши. Жаль, что своих двойников я пока не могу использовать.

Прошло минут пять, после чего отец Фёдор тряхнул головой и прикрыл глаза руками, восстанавливая своё нормальное зрение.

— Ну что там? — полюбопытствовал я.

— Ничего, — пожал он плечами, глядя на меня. — Пусто. Я осмотрел каждый сантиметр в округе, но никого не увидел. Возможно, они спрятались под землёй. А что там находится увидеть и разглядеть практически невозможно. То же самое с разрушенным домом. Да даже пещера, в которой обосновались виверны, пуста. Скорее всего, направленные сюда отряды смогли зачистить это место, но что потом с ними произошло, до сих остаётся загадкой, — тихо произнёс настоятель.

— Начнём с дома? — предложил я.

— Идём, тут недалеко, — согласился со мной мужчина и направился через небольшой лесок по едва заметной тропе.

Мы шли молча, прислушиваясь к каждому шороху. Даже Павел благоразумно молчал, не давая мне возможности отвлечься на его постоянную болтовню.

Поселение и правда здесь когда-то было. Только очень давно. От домов остались лишь полуразрушенные стены. И больше ничего. Осторожно переступая ветки и сканируя каждый сантиметр местности, мы дошли до дома старосты. В отличие от остальных строений он выглядел вполне сохранным. Даже стёкла в домах кое-где были нетронуты. Отворив калитку, которая противно скрипнула в стоявшей здесь просто гробовой тишине, мы вошли во двор, тут же направляясь к главному входу. Двери были гостеприимно распахнуты, но издалека невозможно было разглядеть ничего, что находилось в глубине дома.

— Я иду первый. — Строго проговорил настоятель, останавливаясь и глядя мне в глаза.

— Ничего не имею против, — заверил я его и сделал шаг назад, давая мужчине пройти. Он ещё некоторое время на меня посмотрел, после чего покачал головой в ответ на какие-то свои мысли и зашёл в дом.

Никаких посторонних звуков я не услышал. Никто не кричал, никто не боролся. Да вообще сложилось впечатление, что отец Фёдор просто остановился возле входа, не делая больше никаких движений. Постояв ещё немного, я выдохнул и перешагнул порог дома.

Пройдя несколько метров по тёмному коридору и, достав из ножен кинжал, я заглянул в первую попавшуюся мне на пути комнату. Похоже, это была когда-то гостиная. Даже мебель сохранилась в относительно нормальном состоянии. Ничего подозрительного не увидев и не услышав, я двинулся дальше. Я почувствовал, как сквозь меня пронеслось что-то противное и холодное. Отшатнувшись, я обернулся, но ничего постороннего не заметил.

— И что это было? — тихо спросил я самого себя, чтобы хоть немного разрезать гнетущую тишину. В своём теле я тоже не заметил никаких изменений. Пожав плечами, я обернулся и сделал рефлекторно шаг назад, оглядываясь по сторонам.

Никакого тёмного коридора заброшенного дома не было. Я стоял в центре какой-то каменной пещеры, окружённой четырьмя колоннами.

— Ну что, допрыгался? — ехидно поинтересовался Павел. — Лучше б тебя виверна сожрала. Хоть какая-нибудь надежда оставалась бы. А так всё, конец. Печёнкой чую, в этот раз уж точно.

Я ничего не ответил артефакту. Подойдя к одной из колонн, я понял, что мне не показалось. Прислонившись к ней спиной, прямо на каменном полу сидел Курьянов. Осмотрев его, я понял, что он всё ещё жив, правда находится без сознания. Парень, которого я только мельком видел в стенах монастыря, находился возле другой колонны. Возле третьей увидел человека, облачённого в плащ Стража. Перевернув его на спину, я узнал в нём, точнее в ней — Константиновскую, преподавателя из Школы Стражей. Что, демоны вас всех раздери, тут происходит? И где отец Фёдор в таком случае.

— Я рад, что ты решил присоединиться ко мне, ученик.

Быстро развернувшись на грубый мужской голос, который эхом отражался от стен этой пещеры, я увидел перед собой полупрозрачную светящуюся фигуру. Мужчина стоял ко мне лицом и пристально осматривал меня с ног до головы.

— Я слишком долго ждал тебя, — произнёс призрак и, прищурившись, недобро усмехнулся.

Глава 5

Призрачная фигура приблизилась ко мне, и я явственно ощутил исходящую от неё ауру силы. Она была какая-то рыхлая и неоформленная, но всё равно давала ощущение превосходства противника надо мной. Не знаю, кем бы этот человек при жизни, но даже сейчас, после смерти он оставался крайне силён. Настолько, что я мог с большей долей вероятности сказать, что ничего сделать ему у меня не получится.

— Кто вы и что это за место? — решил я задать сразу несколько вопросов, начиная пятиться назад под пристальным взглядом изучающего меня призрака.

В его глазах пробежали золотые искры, и меня на долю секунды словно парализовало. Взгляд мертвеца пронизывал меня насквозь. Отчего мне казалось, что сотни тончайших игл прошли сквозь тело, не причиняя при этом какой-то сильной боли.

— Кто я? — мне показалось, или он задумался. Приложив руку к подбородку, он потеребил призрачную бородёнку, после чего помотал головой. Чувство оцепенения прошло, и я в несколько шагов оказался где-то в центре огороженного колоннами круга, не сводя с мужчины взгляда. — Это неважно, — неожиданно ответил он и повернулся в моём направлении. — Прошло уже несколько десятков лет, с тех пор как я заточен здесь, и многие уже не помнят о моём существовании. Кроме того, пройдёт совсем немного времени, и я исчезну, навсегда покинув этот мир. А это место — моя тюрьма. Отсюда я не могу выбраться, даже имея все необходимые для этого знания. — Немного повысил он голос, звуки которого эхом разлетелись по каменной пещере.

— Как-то слишком пафосно, размыто и совершенно не внушает никакого доверия, — фыркнул я прислушиваясь. — Что ты делаешь? — я едва слышно спросил Павла, который в этот самый момент размеренно и глубоко дышал, не говоря при этом ни единого слова.

— Дыхательная гимнастика. Успокаивает нервы, даёт ощутить гармонию с природой и просто настраивает на позитивный лад. — Странным, отстранённым голосом ответил артефакт. — Попробуй, тебе тоже не мешает успокоиться.

— Да я спокоен, — тряхнул я головой, осматривая эту каменную пещеру, лишь краем уха слушая то, о чём вещает этот призрак. — Похоже, от стольких лет заточения у него определённо начались проблемы с психикой, если он, конечно, не был таким изначально. Не просто же так его тут заперли, — поделился я своими мыслями с артефактом, в то время как призрачная фигура совершенно не обращала на меня никакого внимания.

— Всё может быть, — тихо ответил мне перстень. — А я вот неспокоен! — внезапно закричал Павел, отвлекая меня от созерцания колонны, рядом с которой никого не было, только этот подозрительный призрак с задумчивым видом уже несколько раз облетел её. Клирики и Константиновская за это время даже ни разу не пошевелились, что меня не слишком радовало. — Ты вообще знаешь, кто это такой? Ты хоть представляешь, сколько этому духовному воплощению лет и насколько он был силён при жизни? — вкрадчиво поинтересовался он.

— Понятия не имею, — честно ответил я.

— Вот и я в душе не информирован, кто он такой на самом деле. Но что-то мне подсказывает, что он очень старый, опытный и сильный маг, при жизни точно таким был. И в этой пещере я ничего не могу сделать, только прилипнуть к тебе и немного усилить, если ты станешь магией душ пользоваться, чего я тебе делать всё же не рекомендую. Так что, пока ты не возьмёшь себя в руки, не поймёшь, в какой интересной ситуации мы оказались, и не начнёшь хотя бы паниковать, не отвлекай меня. — Он замолчал, начиная снова выразительно сопеть, видимо, делая свои умиротворяющие дыхательные упражнения.

Пока я не мог даже определить, чего именно мне ждать от этого духовного воплощения. Вроде в атаку сразу не кинулся, и в сон, как остальных клириков не отправил. Он в это время говорил о знаниях и основных законах души, но я его практически не слушал, ведь ничего, что мне не было бы известно, он не говорил. Пока по крайней мере.

Первым делом, нужно понять, как выбраться отсюда. То, что меня элементарно телепортировало сюда, было очевидно. Скорее всего, в доме имелся какой-то скрытый портал, который я не заметил, потому что других объяснений всему происходящему у меня пока не было.

Стоя в центре этой площадки, я начал постепенно ощущать прилив сил и какой-то странной энергии, которая аморфно распределялась по мне, не концентрируясь нигде, но словно напитывала каждую клеточку моего тела. Жаль, что на кольца души она никак не влияла.

— Простите, но что именно вы хотите от меня? — перебил я духа, который резко повернулся в мою сторону.

— Ты разве ещё не понял? — сжал он призрачные губы. — Только ты способен перенять все мои знания и навыки, которыми я обладал при жизни.

— Я ничем не отличаюсь от остальных, — кивнул я в сторону клириков.

— Я прожил уже достаточно и смирился с тем, что мне пора уходить. Но я не могу принять то, что все те знания, которыми обладаю, погибнут вместе со мной. Мне нужен сильный и способный ученик, и ты как раз для этого подходишь, — прищурился он, сложив на груди руки. — Все остальные слабы, либо их души повреждены тёмной неизвестной мне сущностью. — Он махнул рукой в сторону лежавших всё ещё неподвижно людей.

Ну понятно, Курьянов остановился в шаге от превращения в полноценного демона, другой клирик являлся оборотнем. Но что не так было с Константиновской я не знал. Похоже, мне всё-таки нужно обратиться к магии душ, пока не стало слишком поздно.

— Что с ними стало? — я бросил взгляд на Курьянова.

— Они слабы, и я только что сказал тебе об этом. Ты меня невнимательно слушал! — недовольно скривился он. — Никто из них не смог вынести даже крупицы моей духовной энергии и знаний, которыми я пытался с ними поделиться. Но ты другой. Твоя душа чиста. — Продолжил он с каким-то странным фанатичным блеском в глазах. — Я вижу и чувствую это. Ты словно только что родился, и твоя энергия ещё ничем не опорочена. Неужели мне наконец-то повезло спустя столько лет встретиться с тем, кто сможет выдержать всё, что я приготовил.

— Ох, теперь мне вообще всё это не нравится, — пробормотал Павел. — И каким образом он в них знания то вдалбливал, что они отключились? Молотком?

— Согласен, мне это совсем не нравится, — буркнул я.

На свой страх и риск активировал зрение душ, пока делал внимательное лицо, слушая истосковавшегося по общению призрака, обещающего мне передать чуть ли не все знания этого мира. Всё же, зрение душ — способность первого ранга, а первое кольцо у меня восстановилось полностью. Поэтому я не опасался, что могу себе как-то навредить.

От резкого вспыхнувшего мерцания у меня тут же заслезились и заболели глаза. Я на какое-то время даже подумал, что ослеп, но, когда открыл рефлекторно закрытые глаза, зрение начало постепенно восстанавливаться. Моя первозданная энергия пришла в движение, все больше уплотняясь возле не до конца восстановленных колец. А в груди потяжелело.

Я озирался, разглядывая стены пещеры, которые были буквально испещрены различными неизвестными мне символами и знаками. Они ярко мерцали, создавая ощущение какой-то потусторонней ряби в помещении. Само тело призрачного мужчины было окутано невидимой мне ранее мощной цепью, которая буквально проникала внутрь духа, оплетая то место, где должно находиться ядро силы у обычного мага. Сейчас в этом месте светился только небольшой огонёк белого пламени. Если этот цвет был олицетворением силы при жизни, то передо мной находился дух мага седьмого уровня.

Всё ещё неподвижно лежавшие ребята были окутаны полупрозрачной сетью, а от них самих текли тонкими ручейками нити силы, проходя через колонны, рядом с которыми они лежали. Эти потоки тянулись прямо в центр площадки, впитываясь в начертанные на камнях руны. Символы я узнал сразу и, вскинувшись, сделал шаг в сторону, глядя себе под ноги.

Прямо подо мной находился странного вида рисунок, напоминающий семиконечную звезду, из центра которой как раз и выходила преобразованная от моих товарищей по монастырю энергия, которую я почувствовал ещё раньше. Ей был заполнен весь огороженный колоннами периметр, но эпицентр был как раз именно здесь.

— Паш, видишь? — шёпотом спросил я у артефакта, вставая прямо в центр этой звезды в точку максимального насыщения энергии. Теперь она точно проходила сквозь меня, наполняя тело этой аморфной силой.

— Угу. Теперь вижу. Знаешь, что это? Почему-то мне кажется, это не ритуал передачи знаний в твою не слишком умную голову, — отозвался через несколько секунд он.

— Знаю. И тебе ответ не понравится.

Я смотрел за приближающимся ко мне призраком, понимая, что время разговоров закончилось. Судя по его взгляду, он начал догадываться, что что-то изменилось в моём отношении к нему. То, что я ему не верил изначально, было понятно, и он всячески пытался меня переубедить в своих искренних намерениях. Именно сейчас от него начали волнами исходить всплески чуждой для меня магии, которая, однако, разрушалась, как только касалась линий звезды, в центре которой я находился.

Теперь же, у меня оставалось совсем немного времени, чтобы придумать, как дать этому свихнувшемуся магу отпор и сбежать из этой пещеры.

Ритуал обретения плоти. На подобное способен только очень сильный маг, лишённый по какой-то причине собственного тела и оставшийся в этом мире, сохранив часть своих сил. Именно поэтому он не кинулся на меня, как только я сюда пришёл, а пытался заговорить, обещая всё, что только приходило в его призрачную голову. Жертва должна согласиться на слияние добровольно. Тогда дух объединится с телом, а душа не слишком умного человека, согласившегося на подобное, просто разрушится и развеется в пространстве.

Я действительно ему подходил. Что-то подобное я и сам проводил, когда заключал сделку с княжичем Уваром, поэтому моё тело явно бы вынесло эту нагрузку. И каким-то неведанным мне образом этот псих это смог понять. Это был ритуал тёмный, грязный, с принесением огромного количества жертв. Я теперь начал понимать, что все остальные клирики находятся точно где-то неподалёку. Призрак собирал их, чтобы наполнить своё вновь приобретённое тело необходимой энергией для восстановления защитной оболочки, окружающую сердцевину его души.

— А жаль. Ведь всё могло бы сейчас закончиться, — мерзко усмехнулся он и вскинул вверх руки.

— А я в кои-то веки хотел обойтись без драки, — выдохнул я, покачав головой.

Мы атаковали одновременно. В меня полетела золотая сеть, переливающаяся в тусклом освещении пещеры, а я направил в призрака просто неоформленный сгусток силы. Два заклинания столкнулись, отчего пол под ногами дрогнул, а сверху посыпались мелкие камни. Но сеть после этого не распалась, а рванула в моём направлении, застревая в синем водяном щите, в который я вложил приличное количество энергии ядра.

Щит распался вместе с сетью, и меня этой взрывной волной выбросило из центра звезды под холодный смех духа. Мгновение, и меня подбросило вверх невидимым мне заклятием.

Я чувствовал в своём теле лёгкость, а в голове какой-то туман, который мешал логически мыслить и адекватно воспринимать происходящее. Хотелось спать, не двигаться и просто раствориться в этом белоснежном мареве, в котором я оказался.

Прямо передо мной стоял призрак, шевеля губами. Возможно, он что-то говорил, но звуки до меня не доходили. Я огляделся ещё раз, стараясь рассмотреть хоть что-то среди пустоты и окружающего со всех сторон дыма. И тут до меня, наконец, дошло, что на самом деле происходит. Он оглушил меня ментальной атакой, и теперь моё сознание полностью растворено в его, таком же призрачном и невесомом. Духовное воплощение мага пыталось подчинить меня, и это вполне могло у него получиться.

Призвав трезубец где-то на краю уплывающего сознания, я стукнул им о каменный пол, осознавая, что моё физической тело находится всё в той же пещере, и я, как и всё окружающее меня пространство, вполне материально.

От раздавшегося звона, голова готова была разлететься на множество осколков. Я упал на колени, схватившись за уши, стараясь тем самым хотя бы ненамного уменьшить этот расплавляющий мозг звук.

— Но как? Это невозможно, — долетел до меня голос призрака, и я, наконец, открыл глаза.

Находился я всё в той же пещере, а от магии разума, направленной на меня, остался только противный звон в голове. Духовное воплощение мага металось по пещере, хватаясь за голову и пытаясь разорвать сковывающие его цепи. Похоже, я очень грязно разорвал связывающее нас с ним заклятье, и теперь, даже находясь в таком виде, маг словил очень мощный откат.

— Поздравляю, ты открыл третью способность твоего духовного оружия. Но, может, ты перестанешь мысленно себя восхвалять и прикончишь эту призрачную тварь, пока она не пришла в себя? — привлёк моё внимание Павел.

— У меня вряд ли хватит сил, чтобы с ним справиться, — пробормотал я.

— Ну поглоти его тогда. Ты как раз сегодня даже позавтракать забыл, — фыркнул артефакт, но я лишь покачал головой. Он слишком силён, а то, что случилось, когда я решил провернуть подобный фокус с противником гораздо сильнее меня, я прекрасно помню.

Схватив трезубец, я направил через него всю доступную мне энергию и, поднявшись на ноги, опираясь на него, сделал несколько шагов, вновь становясь в центр семиконечной звезды. Я ударил трезубцем ровно в тот момент, когда призванный мною водяной змей устремился в сторону опешившего призрака, отвлекая того от меня.

Волна силы, отделившаяся от трезубца, прошла по всей пещере, накрывая собой стены, испещрённые рунами. Все символы, руны, включая звезду под моими ногами, а также полупрозрачные сети, накрывающие клириков, разбились с характерным звоном. Накопленная долгими годами призраком энергия для проведения ритуала вырвалась на свободу, распространяясь по пещере и насыщая тела начавших приходить в себя клириков и Стража.

Услышав стоны приходящих в себя людей, я бросился в сторону застонавшего Курьянова, помогая ему сесть.

— Глеб, ты слышишь меня? — легонько потряс я его за плечо, заставляя сфокусировать на мне взгляд.

— Миша? — он встрепенулся и ошарашенно посмотрел на меня, округлив глаза. Похоже, иллюзия на каком-то этапе моих приключений слетела с меня.

— Считай, что ты мне должен уже две жизни, — усмехнулся я, поднимаясь на ноги.

— Уходим! — я обернулся на женский голос и увидел Константиновскую, которая шатаясь и опираясь на второго клирика, подошла к нам. Дух пока не мог совладать с моим змеем, но энергии в ядре практически не осталось, поэтому воплощение моего родового дара уже совсем скоро развеется.

Страж провела рукой по воздуху, формируя портал. Как только окно сформировалось, она сделала шаг и потянула за собой поддерживающего её клирика. Я, недолго думая, схватил Курьянова, который, как мне показалось, довольно туго соображал, и прыгнул в уже начинающееся захлопываться окно.

— Стой! — услышал я полный ярости вопль призрака, но он прекратился, как только мои ноги коснулись твёрдой поверхности.

— Вы-то что забыли в этом доме? — сделал я шаг вперёд, глядя на Стража, которая села прямо на землю, прислонившись спиной к полуразвалившемуся забору. Мы как раз оказались прямо перед этим странным домом, входить в который у меня больше никакого желания не было.

— Проверяла информацию о пропадающих в этих местах людях, — открыла она глаза и посмотрела на меня. — Ты знаешь, кто это был?

— Понятия не имею, — тряхнул я головой. Внешне дом никак не изменился. Но та пещера точно находилась внутри него. Я вспомнил карту, на которой отчётливо виднелись три точки. Три, теперь понятно, что некоторые Стражи тоже имеют связь с отцом Фёдором.

— Это один из первых Стражей, основавших Школу, — ровным голосом произнесла она. — Он исчез, но ходили слухи, что он решил окончить свою земную жизнь в уединении.

— Ну, можно сказать, он именно это и сделал, — пробормотал я. — Но на каком-то этапе его бестелесной жизни ему это надоело. А, может, его товарищи постарались сделать так, чтобы он больше никому не докучал. — Покачал я головой, рассматривая дом.

— Не помню такого, — произнёс очень тихо Павел. — Мой создатель с подобными психованными магами не общался. Хотя это может было до моего создания.

— Как тебе удалось сбросить его чары. Он очень сильный маг разума, — вперила в меня уставший взгляд Константиновская. — Меня это духовное воплощение сразу же смогло подчинить. Ты разрушил эту связь, и я до сих пор не могу прийти в себя от того, как грубо ты её разорвал.

— Стечение обстоятельств, не более, — ответил я. — Тут где-то находится отец Фёдор и остальные клирики. Полагаю, что где-то неподалёку в месте, связанным с этим домом и пещерой, есть место, где Первый Страж собирал людей для жертвоприношения.

Она пристально посмотрела на меня, после чего обвела взглядом всех собравшихся и выдохнула, раскрыв на ладони кристалл связи душ, который у неё ярко светился приятным бирюзовым светом.

— Они же тут не работают, — подал голос парень, имени которого я не знал.

— Блок исчез, по крайней мере, у всех, кто попал под действие заклятия Михаила. Надеюсь, что с остальными я смогу связаться, — проговорив это, она сжала кулак, активируя артефакт.

Внезапно появившийся ветер поднял с земли опавшую жёлтую листву, которая каким-то неестественным смерчем начала кружиться возле нас. Превращаясь в сплошную жёлтую стену, из-за которой не было ничего видно.

— Тебя можно оставить хотя бы на пару секунд одного? — прозвучал уставший и немного рассерженный голос отца Фёдора.

Листья опали, и прямо перед нами оказался настоятель, который, заложив руки за спину, пристальным взглядом смотрел исключительно на меня.

— Ну, вас долго не было, поэтому я зашёл в дом следом за вами. Я случайно активировал какую-то ловушку и оказался в пещере, где нашёл пропавших клириков и вот, Константиновскую, — указал я на них рукой.

— Я вижу. В подвале дома я нашёл остальных ребят и пару десятков испуганных, ничего не понимающих обычных путников. Мне кто-нибудь объяснит, что здесь происходит? — сурово спросил он, переводя взгляд на пытающуюся подняться Константиновскую.

— Первый Страж, точнее его духовное воплощение находится в этом доме, — пояснила она. — Он сильный маг разума. И то, что Михаил сейчас разрушил большую часть наложенных заклятий, вряд ли остановит его от цели, которую он для себя поставил.

— Ритуал обретения плоти? — поднял он бровь.

— Он самый, — подтвердил я.

— Ну вот теперь, пожалуй, нам следует просить помощи магов сильнее меня, — повернувшись в сторону дома, проговорил настоятель. — Возвращаемся в монастырь. Люди и остальные братья уже там, я открыл портал сразу же, как почувствовал, что блок на моей магии исчез.

Когда окно портала, которое открыл настоятель, замерцало синеватой рябью, прямо перед нами в землю ударила золотая молния и раздался наполненный яростью вопль откуда-то со стороны дома. Нас долго упрашивать было не нужно, поэтому мы лишь переглянулись и ломанулись к телепорту, надеясь, что это перемещение пройдёт без каких-либо проблем.

Глава 6

Оказавшись во внутреннем дворе монастыря, мы сразу попали в окружение клириков, помогавших тем, кого отец Фёдор вывел из проклятого дома. Пострадавших было довольно много. Человек двадцать измотанных и испуганных людей разного пола и возраста озирались по сторонам, пытаясь, видимо, понять, где они находятся и грозит ли им опасность. Отец Фёдор сразу же направился в их сторону, чтобы успокоить и всё прояснить.

— Откуда ты взялся в том доме? — ко мне подошёл Курьянов, нахмурившись и закусив губу.

— Пошёл на разведку вместе с настоятелем, — пожал я плечами. — Повезло наткнуться на вас первым.

— Я не это имел в виду. Как ты оказался в том доме вместе с отцом Фёдором? — напряжённо спросил он, не сводя с меня пристального взгляда.

— А я сразу понял, что это ты, — подал голос Роман, который стоял позади нас, и, сложив на груди руки, улыбался во все тридцать два зуба. — В первый же день, как ты появился на людях, это узнал. Правда, так и не решился с тобой заговорить на эту тему.

— По запаху, что ли, опознал? — буркнул я, вспоминая, что он действительно неоднократно пытался со мной о чём-то заговорить, но потом замолкал и не продолжал разговор. Оглядевшись, я поймал на себе несколько заинтересованных взглядов. Понятно, накладывать иллюзию уже поздно. Все, кто хотел, прекрасно успел рассмотреть меня со всех сторон.

— Не только, — хмыкнул он, подходя ближе. — В основном по движениям. Ты же занимался с нами в общей группе. Да и появился ты в монастыре буквально из ниоткуда. И это не считая того, что настоятель к тебе относится иначе, чем к другим клирикам. Тут два и два сложить не составило труда.

— Какой глазастый, — пробурчал Павел. — И почему он такой умный, и всё ещё живой? Непорядок. Миша, это нужно срочно исправить. Давай, пырни его, а потом скажем, что он был одержим. — Вполне серьёзно предложил кровожадный артефакт. Я только тяжело вздохнул, показывая, как отношусь к его плану.

— Надо было сразу сказать о твоих догадках, — ровно ответил я, рассматривая Романа.

— Если тебя прячут, значит, это для чего-то необходимо, — пожал он плечами. — Зачем нарушать стройную теорию твоей гибели.

— Роман, проводи Власова к целителям. — Прозвучал голос отца Фёдора рядом с нами, прерывая наш разговор.

Оборотень кивнул и подошёл к парню, которого я обнаружил в пещере, после чего помог ему подняться на ноги. Выглядел он довольно плохо. Бледный, с ссадинами на лице и руках. Внутренних повреждений заметно вроде не было, но кольца были полностью истощены, а оболочка первозданной энергии вокруг сердцевины души местами разрушена. Похоже, для ритуала обретения плоти Власов подходил больше остальных пленников, но всё-таки что-то у Первого Стража пошло не так, раз он прервал процесс поглощения его души, переключившись на меня.

— Что мы будем делать дальше? — спросил я у настоятеля, когда Роман вместе с Власовым отошли, а двор начал постепенно становиться пустым. Людей под руководством старших клириков осматривали целители и провожали внутрь монастыря, через главный вход.

— Вы ничего не будете больше делать, Михаил Юрьевич. — Яркая вспышка резанула по глазам, и прямо перед нами открылось окно портала, из которого вышли Лебедев и князь Мстиславский. То-то прозвучавший голос показался мне знакомым.

Со Светлейшим князем Иваном Фёдоровичем я не был близко знаком, да и видел его всего пару раз в глубоком детстве. Ну что я мог сказать, с тех пор он нисколько не изменился. Молодой, на вид лет двадцати двух — двадцати пяти, с утончёнными чертами лица на светлой коже и пронзительного цвета светло-голубыми глазами. Мне иногда казалось, что он мог превратить человека в глыбу льда одним лишь взглядом. Его чёрные волосы неровно отросли и теперь топорщились в разные стороны. Внешность как никогда была обманчива, потому что он точно был как минимум ровесником моего отца, если не старше.

— Жуткий тип, он мне не нравится ещё больше того оборотня, — буркнул Павел. — Но тут союзников точно не выбирают, да и кинжал в этом случае не поможет. А знаешь, что меня волнует больше всего? Почему эти свихнувшиеся духовные останки Первого Стража решили вернуться в этот мир в человеческом обличии именно сейчас?

— Понятия не имею, — тихо ответил я, отойдя в сторону подальше от Курьянова и Константиновской, которая буквально прожигала злобным взглядом появившегося из портала Лебедева. Отец Фёдор пока бегло что-то объяснял прибывшим магам, поэтому все были заняты делом, и никто на меня никакого внимания особо не обращал. — Как я понял, он был длительное время заточен, по крайней мере, магические цепи, сковывающие его тело, красноречиво об этом свидетельствуют.

— Вот об этом я и говорю. Он явно находился в спячке или стазисе, или ещё в какой-нибудь дестабилизирующей основу духа астральной штуке. Но что-то или кто-то смог его из этого состояния либо вывести, либо пробудить. И, знаешь, человек или не человек, который смог это легко сделать, наводит на меня вполне мотивируемую панику и опасение за свою, как я раньше думал, бессмертную жизнь.

— Как ты? — ко мне подошёл Лебедев, осмотрев первым делом с ног до головы.

— Нормально. Почти восстановился. — Вот его я был несказанно рад видеть. Выглядел он, как обычно, лишь слегка уставшим. Но это частенько бывало, когда он руководил нашим обучением. — Что будем делать?

— Ты ничего. Это духовное воплощение Первого Стража. Даже мы втроём ничего не сможем сделать. Подобные сущности может полностью уничтожить только маг такого же уровня, которого почивший достиг при жизни, а людей с девятым уровнем силы среди нас нет. — Ровно проговорил мой наставник, глядя пристально мне в глаза.

— И что, с этим ничего нельзя сделать? — нахмурившись, спросил я, прислушиваясь к бубнежке Павла. Я, конечно, мог ошибаться, но, судя по всему, артефакт что-то бегло читал, неразборчиво проговаривая некоторые детали вслух.

— Почему же? Вполне можно сделать то, что сделал кто-то ранее до нас: погрузить его в сон. Правда, мы первым делом попытаемся засунуть его за Грань, где ему самое место, — покачал Дмитрий Игоревич головой, подводя меня к остальным. — Кстати, как вы оказались в той пещере? Я так до конца этого не понял, потому что отец Фёдор спокойно прошёл по дому и не наткнулся на артефакт перемещения или скрытый портал. Нам с Иваном нужно это знать, чтобы понять, как очутиться в том месте, пока дух не выбрался наружу.

— Скорее всего, его перенёс сам Первый Страж. Ведь, по моему мнению, ему подходит только тело мага третьего или максимум четвёртого уровня, — ответила за всех нас Константиновская. — Остальные, кто оказался заперт в подвале дома, были либо обычными людьми, либо магами слабее нас. Ну а про отца Фёдора и говорить нечего, он маг душ седьмого порядка, поэтому духовное воплощение Первого Стража вряд ли смог заинтересовать. — Она говорила медленно, продолжая глядеть исключительно на Лебедева.

— Лена, а как ты там оказалась? — встретился с ней взглядом наставник, заложив руки за спину.

— Проверяла информацию. Теперь же, после вашей травли, многие Стражи попрятались по норам. А те, кто этого не сделал, должны предоставить железные доказательства прежде чем вызывать подмогу, — прищурилась она, сжав кулаки.

— Спрятались только те, кто служит или служил повелителю демонов и его приспешникам, а остальные спокойно занимаются делами, работая на военачальников трёх застав. Так что, ты сама виновата, что решила пойти другим путём и показать своё отношение к Светлейшим князьям и их нововведениям. — Холодно проговорил Лебедев, затем потеряв вообще к ней какой бы то ни было интерес, отошёл немного в сторону и присел на одно колено.

Достав кинжал, он вычертил на земле стандартную руну призыва. Проведя лезвием по ладони, он заполнил линии своей кровью, после чего приложил руку к центру символа и напитал его энергией.

— Да иди ты уже, достала меня, истеричка старая! — появившийся перед нами дед Карпов тащил за руку призрачную фигуру какой-то пожилой женщины, которая, упиралась и не хотела двигаться с места.

Эта картина была настолько странной, что вызвала некоторый ступор у всех находившихся сейчас во дворе людей. Андрей Валерьевич Карпов, приложив некоторые усилия, всё-таки смог подтащить призрака к себе вплотную, после чего сделал пасс рукой, будто открыл невидимую дверь, и верещавшая на одной ноте фигура в прозрачных белых одеяниях растворилась в воздухе.

— И как с ними работать? Каждый второй не может смириться с тем, что приходится расстаться с земной жизнью. Потом ходишь, уговариваешь, как детей малых… — всплеснул он руками, а потом резко обернулся в нашу сторону. — И когда уже прекратишь меня по всяким пустякам дёргать… Ой, это вы, — сразу сбавил он тон, оглядывая нашу опешившую компанию. — Да, думал, опять ваш оборотень-некромант что-то в формуле призыва напутал, и меня позвал, чтобы я разобрался. Представляете, буквально вчера он вместо того, чтобы упокоить призванную душу, призвал всю его родню до десятого колена. Как у него это получилось, ума не приложу. И это ещё хорошо, что родственнички неконфликтные были, миром смогли все уладить. А если бы он семейство маньяков-потрошителей призвал, — старик Карпов так выразительно покачал головой и горестно вздохнул, что последствия подобного призыва прочувствовали все, находившиеся во двое монастыря.

— А я бы посмотрел на это, — хихикнул Павел. — Представляешь огромного бобра в мантии, убегающего от призрачных маньяков? Я нет, но уверен, что это незабываемое зрелище.

— Добрый вечер, Андрей Валерьевич, — поднялся на ноги Лебедев, довольно искренне улыбнувшись. — У нас к вам есть одно, очень важное дело. Учитывая проблемы с Гранью, без вашей помощи нам будет не обойтись.

— Да не проблема, — махнул он рукой. — Рассказывайте. Вам-то я без проблем помогу чем смогу.

— Иван Фёдорович, объяснишь суть? — обратился он Мстиславскому, на что тот только утвердительно кивнул. — Хорошо. Отправляемся через час, Лена будет нашим проводником. Остальное мы сделаем сами. Михаил, я могу с тобой поговорить? — переключился он на меня.

— Да, это было бы неплохо, — кивнул я.

— Тогда пойдём, пройдёмся. — Мы вышли за ворота монастыря, не пересекая при этом защитный купол, и медленно двинулись по дорожке, ведущей вдоль массивного металлического забора.

— Я думал, Сергей с Милой прибудут с вами, — первым нарушил я молчание.

— Нет. Пока вы будете находиться друг от друга отдельно. До тех пор, пока Сергей не научится контролировать свою силу, а то вас может случайно атаковать армия призраков столетней войны, ты же слышал деда Карпова, — усмехнулся он. — Да и тебе нужно восстановиться полностью, чтобы вы с Милославой друг другу не навредили.

— А она тут причём? — остановился я, удивлённо глядя на наставника.

— Я не знаю, что ты сделал тогда с её магией и как именно стабилизировал, но магически вы теперь неразрывно связаны. Мы это поняли, когда она рассказала о том, что ты смог её на время усилить вместе с собой, — он задумчиво провёл рукой по лбу, останавливаясь и поворачиваясь ко мне лицом. — В истории уже бывали подобные случаи. Обычно это маги одной стихии или имеющую единую основу родовой магии. Правда, с вами всё не так просто. Ведь она же даже не человек.

— И чем это грозит? — закусил я губу, пытаясь вспомнить всё, что произошло с девушкой, когда её дар стал нестабилен. Но ничего, что могло бы привести к таким последствиям, я точно не делал.

— Ничем. Просто в некоторые моменты, когда вы научитесь синхронизировать свою магию друг с другом, вы сможете объединять свои силы, становясь как бы единым целым и поднимая уровень развития на несколько порядков, — пожал он плечами. — Но это сложно и очень редко кому удаётся достичь. Как правило, слияние практикуется среди близнецов, и то только в тех семьях, в которых не утрачены подобные техники.

— Хорошо, я вас понял. Вы просто боитесь, что мы тут же ринемся проверять вашу теорию, а так как моя магия не до конца восстановилась, это может мне навредить. — Кивнул я, соглашаясь с Лебедевым. — Я могу поинтересоваться, что творится в Империи?

— Ты насчёт войны? — я утвердительно кивнул. — За прошедшие недели ничего не изменилось. Все, кто находился на территории нашей страны, как в воду канули. Но творится что-то неладное. Как только твой отец взялся за колонны, основываясь на том, что сделал ты, и постарался разрушить ближайшую, расположенную возле западной заставы, пошли какие-то колебания. Мы не можем объяснить, что именно произошло, но многие существа, как тот же дух Первого Стража, начали пробуждаться. Хотя для этого нужно было применить просто огромное количество энергии. И это не единичный случай, поэтому мы прибыли, как только получили сигнал от отца Фёдора.

— У него получилось? — спросил я, догоняя успевшего отойти на несколько шагов от меня Лебедева. — Разбить демоническую колонну?

— Да. Но разрушение колонны никак не изменило наложенное на границу между нашим миром и Гранью заклятие. Но мы обнаружили, что активных колонн гораздо больше, чем мы знали до этого. Они словно начали заново активироваться и излучать ранее неизвестную нам демоническую энергию. Возможно, именно она и начала пробуждать тварей ото сна и выводить их из стазиса. А магов выше шестого уровня у нас в строю слишком мало, чтобы успеть отреагировать на подобные сообщения. — Поморщился он.

— Насколько больше? — то, о чём говорил наставник, мне не слишком нравилось. — Вы говорили, что последняя неактивная колонна та, что находится в Запретных Землях в Школе.

— Сейчас, по нашим данным, их тридцать четыре. — Он тяжело вздохнул. — Но, как мне кажется, это ещё не предел.

— Что вообще делают колонны? Для чего они нужны демонам? То, что это портал, через который в наш мир может проникнуть сильный демон, это понятно. А потом?

— Колонна — это практически неиссякаемая батарейка с энергией, которая необходима демонам. Рядом с ними они очень быстро залечивают свои раны и становятся сильнее. И да, как мы понимаем, это портал из их мира в наш. — Пояснил мне Лебедев, потом он неожиданно остановился и повернулся ко мне. — Я могу попросить тебя некоторое время быть предельно осторожным? Грядёт война. И мы не знаем, что они задумали, непосредственно находясь на территории Российской Империи. Обещаю, как только ты полноценно восстановишься, а Сергей перестанет призывать бесконтрольно толпы духов, мы вас воссоединим и найдём вам дело. Потому что толку от вас больше, когда вы находитесь рядом друг с другом. — Он слегка улыбнулся. — И, если ты узнаешь хоть что-то, не лезь на рожон.

— Ладно, — кивнул я, только сейчас замечая, что мы вернулись к главным воротам. — Может, я всё-таки смогу вам помочь в битве с Первым Стражем?

— Мы не собираемся с ним сражаться, это бесполезно, — ответил наставник, заходя во внутренний двор. — А, учитывая, что ты его слегка обидел, твоё появление может стать определённым триггером для этой духовной сущности. У нас с отцом Фёдором есть идея, куда направить твою нерастраченную энергию в более мирное русло, и использовать твою склонность к авантюрам во благо нашей страны, — он проговорил это таким будничным, ничего не выражающим голосом, что мне стало даже слегка не по себе.

— Мне начинать беспокоиться? — осторожно поинтересовался я.

— Тебе нужно начинать собирать вещи. Немного, так, на неделю, может, полторы. Всё зависит от того, насколько твоя пятая точка будет жаждать приключений, — ответил Лебедев, махнув мне рукой в сторону входа в монастырь. — У тебя десять минут, встречаемся здесь же. Мы объясним, в чём заключается смысл твоего задания.

— Ладно, — кивнул я, направившись в свою комнату. Вещей у меня не очень много, поэтому на сборы я потратил от силы пять минут.

— Знаешь, а я уже беспокоиться начал, не заболел ли Лебедев случайно. Весь такой собранный и серьёзный, даже ни одной колкости не проскользнуло. Но нет, всё с ним в полном порядке, — проговорил Павел, когда я уже спускался вниз, чтобы выйти во внутренний двор.

Я подошёл к отцу Фёдору, который что-то активно обсуждал с дедом Карповым и князем Мстиславским, с удивлением заметив, как нам с другой стороны от монастыря подходит Лебедев в сопровождении Курьянова и Романа.

— Эм, это моя группа? — покосился я на настоятеля, который просто кивнул мне в ответ.

— Да, они знают, кто ты есть на самом деле и на что способен. Поэтому, несмотря на то, что старше тебя, не станут перечить и будут выполнять твои указания как старшего группы, — пояснил Дмитрий Игоревич.

— Нам уже несколько раз приходил запрос от старосты поселения в десяти километрах отсюда. Уже с год,, как люди там болеют неизвестной болезнью. Медленно слабея, в конечном счёте умирая. Никаких научных причин болезни не нашли. Мы неоднократно отправляли туда клириков и Стражей, но они ничего не обнаружили. Во время их пребывания там ничего сверхъестественного не происходило. Вы направляетесь туда не как клирики, а как обычные отдыхающие в местный санаторий. Ваша задача — просто выяснить, что именно там происходит, и потом нам доложить. — Бегло рассказал нам цель задачи отец Фёдор, проведя рукой по воздуху, активируя телепорт. — Все необходимые документы для заселения в санаторий я передал Роману ещё днём. На месте ознакомитесь.

— То есть цель нашего отдыха — это просто наблюдение? — решил уточнить я.

— Совершенно верно. Никто не должен узнать в вас клириков. Но и направлять туда совершенно необученных людей я не рискнул, мало ли, на что вы можете наткнуться, — улыбнулся настоятель. — Всё, идите.

И он подтолкнул меня первым в сторону голубой ряби. Мне ничего не оставалось, как шагнуть в окно телепорта, оказываясь во дворе местного так называемого санатория под удивлённые взгляды милых старушек, сидевших в парковой зоне в это время на скамейке.

— Блеск. Они бы ещё быстрее нас выпроводили с территории монастыря, чтобы совсем точно убедиться в том, что за ними ты не увяжешься, — протянул Павел. Окно телепорта закрылось, и я встретился с немного опешившими взглядами оборотня и Курьянова.

— Это шутка? — решил уточнить Глеб почему-то у Романа, который начал доставать какие-то бумаги из своего походного рюкзака.

— Ну, об этом деле я знал ещё со вчерашнего вечера. Мне сказали, что отправят нас сюда, как только группа будет сформирована, — пожал он плечами. — Пойдёмте, заселимся, и я всё подробно расскажу.

— Красота. Наслаждаемся, Мишаня. Отвратительные кислородные коктейли, грязевые ванны, возможно, массаж с массажистом костоломом, а не у знойной красотки в мини-халате, а в завершение дискотека по вечерам для тех, кому за шестьдесят. Лучше бы тебя в темнице заперли, честное слово. — Протянул Павел, в то время как я рассматривал большое четырёхэтажное здание, с местами облупившимся фасадом.

— «Профилакторий Дружба» — прочитал я выцветшую вывеску над входом. — Не знаю, есть ли тут нечисть, или что-то ещё, но выглядит это место жутко.

— Пожалуй, тут я с тобой соглашусь, — прокомментировал мои слова Курьянов, первым заходя внутрь здания.

Глава 7

Нашим так называемым заселением занялся Роман, сразу же направившись к стойке администратора, за которой стоял пожилой мужчина в чёрном строгом костюме. Он рассматривал нас тяжёлым взглядом, с тех пор как только мы переступили порог его вотчины. Судя по его виду, мужчина был недоволен новым клиентам, потому что даже не улыбнулся Роману, когда тот подошёл к нему и громко кашлянул, привлекая его внимание. Мы с Глебом, как совершенно неподготовленные к этому заданию клирики, стояли поодаль и рассматривали холл этого приветливого заведения.

Высокие потолки с облупившейся штукатуркой и ржавыми потёками, стены, выкрашенные яркой зелёной краской, деревянный скрипучий пол и расставленные повсюду торшеры с тусклыми лампами навевали тоску и какую-то обречённость.

Не улучшали атмосферу многочисленные кадки с зелёными растениями, расставленные возле стен. А огромные часы напротив входа, звук секундной стрелки которых набатом оглушал многострадальную голову, заставляли включить все самообладание, чтобы не выскочить отсюда и пешком в очень быстром темпе не вернуться в монастырь с позором. Их тиканье даже заглушало разговоры парочки старушек, сидевших на скамейках неподалёку от входа и с интересом нас рассматривающих.

— В принципе, если тут сделать хотя бы поверхностный ремонт, будет не так всё тоскливо, — резюмировал я, глядя на всё ещё находившегося в лёгком ступоре Курьянова. — Да и кто подобными заведениями будет заниматься во время войны? Хорошо, хоть и в таком виде место, где население может отдохнуть и провести несколько спокойных деньков на плаву удержали, — кивнул я своим мыслям под одобрительное хмыканье Павла. Или ехидное. Я пока не мог до конца разобраться в его настроении, когда он молчал, мычал или хмыкал.

— Мне вот что интересно, тебя, за какие грехи отправили сюда, да ещё и нас, в качестве твоего сопровождения? — полюбопытствовал Глеб, переводя на меня недоумевающий взгляд.

— А ты чего хотел, оставаясь в монастыре в качестве клирика, пятизвёздочных отелей, соответствующих твоему статусу? Радуйся, что не палатку дали одну на троих и не выбросили в центре поля, — проговорил я, резко поворачиваясь на противный скрипучий звук.

Мимо нас везли в инвалидном кресле какую-то худую старушку в белоснежной ночной сорочке. Чёрные распущенные волосы, без единого седого волоска, аккуратно спускались ей на плечи. Что, кстати, выглядело слегка неестественно в сочетание с дряблой морщинистой кожей. Бабушка смотрела перед собой каким-то пустым, ничего не выражающим взглядом. Противный скрежет издавало то самое кресло, которое катил перед собой молодой парень, приветливо здоровающийся с теми самыми старушками, улыбнувшиеся ему довольно приветливой улыбкой.

Неожиданно, поравнявшись с нами, старушка резко вскинула голову и посмотрела прямо на Глеба, который вздрогнул и отвёл от неё взгляд. Женщина улыбнулась и повернула голову, продолжая глядеть перед собой всё тем же пустым взглядом.

— У меня чуть сердце не остановилось, — простонал он, прикладывая ладонь ко лбу.

— Какой-то ты слишком нервный, — я сочувственно похлопал его по плечу. — Это просто обычная пожилая женщина, которая в силу своего возраста не может самостоятельно передвигаться.

— Да от её взгляда у меня всё внутри похолодело, — буркнул он. — Тем более я, в отличие от многих, знаю, что здесь творится какая-то чертовщина. Поэтому держу ухо востро и подозревая каждого в том, что он как минимум что-то знает, а может, и сам является тварью, на которую нам предстоит охотиться, — прошептал он.

Я же внимательно посмотрел вслед удаляющейся парочки. Ну ничего, судя по всему, она местная клиентка и уезжать отсюда в ближайшее время, по крайней мере, до утра, не планирует. У меня ещё будет время осмотреть её зрением душ, нехотя соглашаясь с Глебом, что расслабляться тут не стоит. Ну и в паранойю тоже не следует впадать. Тем более что деталей этого странного дела мы пока не знаем.

— Вы бы ещё громче кричали о том, что вы клирики, задание выполнили бы в течение первых суток. — Прошептал Роман, подошедший к нам со спины.

Курьянов посмотрел на него злобным взглядом и взял ключ от номера, который ему протянул оборотень. Я сделал то же самое, рассматривая обычную бумажную бирку, на которой красовался номер моей комнаты. Триста тринадцать. Я бросил взгляд на номера членов моей группы, увидев, что мой находится между ними.

Мы поднялись по лестнице на третий этаж, оказываясь в полутёмном, пустом коридоре, освещённый лишь тусклыми настенными светильниками. Пол был застелен какой-то красной ковровой дорожкой, стены выкрашены все в тот же зелёный цвет, а по обеим сторонам коридора красовались многочисленные деревянные двери, ведущие в отдельные комнаты.

Сами номера друг от друга не отличались. Мы честно осмотрели каждый, чтобы в этом убедиться. Чем-то комнаты в Школе Стражей напоминали, только мебель была более старая, и повсюду всё было выкрашено этой надоевшей яркой, раздражающей зелёной краской.

— Зато чисто, — проговорил Роман, бросая сумку на кровать в своей комнате, доставая оттуда довольно массивную папку с какими-то бумагами. — Располагайтесь, введу вас в курс дела, а там решим, с чего начнём.

— Почему нас заселили именно в этом жутком месте? — спросил Курьянов, садясь на единственный стул. Мне ничего не оставалось, как разместиться на постели, где уже сидел оборотень.

— Потому что в этом городке, а точнее, в населённом пункте городского типа с названием «Стрижи» и численностью почти в двадцать тысяч человек нет ни одной гостиницы или какого другого места для временного проживания, — терпеливо пояснил Роман. — Только этот профилакторий, который действительно им и является, а также оказывает услуги для временного проживания приезжих. Мы как раз из последних. Если верить легенде, просто три брата, возвращающиеся с северной заставы в родные края. Таковы реалии последствий войны, и с этим стоит смириться, — пристально посмотрел он на задумавшегося княжича.

— Похоже, из нас ты единственный, кто может разобраться в обычных бытовых проблемах подобных мест, — выдохнул я. — Мы всё-таки росли в менее приземлённых от обычного мира условиях.

— Скорее всего, именно поэтому с вами отправили меня. Ведь я обучаюсь всего пару месяцев и многого не знаю, хотя стараюсь подтянуть хотя бы теоретическую базу, — равнодушно пожал он плечами.

— Да наверное, так оно и есть, — выдохнул Глеб. — Рассказывай, что тебе известно об этом деле, а то нас так быстро выпихнули из монастыря, что выглядело как-то подозрительно, — покосился на меня Курьянов, но я никак не отреагировал на его выпад.

— В общем, если кратко, то что-то сверхъестественное происходит в Стрижах практически с самого начала войны с демонами. Как уже говорили наставники, люди постепенно слабели и умирали, хотя никаких предпосылок к этому не было. Ничего странного прибывающие сюда клирики и Стражи не обнаружили. — Проговорил он, опуская голову и начиная попутно с рассказом просматривать бумаги.

— Так призвали бы душу почивших, или Карпова с его бандой призраков попросили бы выяснить, что с ними случилось. Плёвое дело, — фыркнул Павел, комментируя услышанное. — Как только он запихает к себе в вотчину того маразматичного дедка с комплексами по поводу своего несовершенного тела, черкани руну призыва, пускай разбирается в этом.

— Но есть один нюанс, — вновь проговорил Роман, после небольшой заминки. — Стражи и клирики, когда начали серьёзно относиться к этому делу, не смогли призвать души умерших. Словно никто и не умирал в Стрижах. После этого дело взяли в разработку. Произошло это неделю назад, когда скончался очередной житель города.

— М-да, а такой был план, — недовольно пробурчал Павел. Я даже не стал ничего ему говорить, потому что это было самым простым решением проблемы, с которой бы справились наши старшие товарищи в тот же день, как только прибыли бы сюда.

— Отчего всё-таки умирают люди? — спросил я, получив вводную информацию.

— Слабеют, начинают большую часть времени спать, а потом засыпают и больше не просыпаются. Тут есть отчёт о разговоре Стража Четвёртого Порядка Шилова с гражданкой Бирюковой, у которой во время его визита появились подобные симптомы. Но он от неё ничего вразумительного не услышал, и никаких изменений в теле не обнаружил, — тут же ответил Роман.

— Можешь выкинуть этот отчёт и порвать на мелкие кусочки, — сжал я кулаки, вспоминая этого предателя, который убил меня, вырезав моё ядро силы из живого тела. Надеюсь, отец с ним разобрался так, как он того заслуживал. — Он предатель, и уже долгое время работал на приспешников Булгакова. Этот человек был одним из тех, кто напал на мою семью.

— Понятно, — пристально посмотрев на меня, Роман отложил несколько листов в сторону. — Значит, нам самим нужно будет разбираться и начинать всё сначала.

— Есть какие-то определённые места, в которых случались эти нападения? — спросил Курьянов, внимательно слушавший доклад оборотня. — Пока мы не докажем обратное, будем считать, что эти люди являются жертвами какой-нибудь твари, — пояснил он, хотя с ним никто в этот момент не спорил.

— Нет. Все жертвы на первый взгляд случайны из разных мест и разных слоёв общества. Единственное, что их всех связывает — они простые люди. Но это на первый взгляд. Как мы уже определили, верить этим отчётам мы не будем. — Серьёзно проговорил Роман. — Но тут простора для воображения не так уж и много. Кто-то поглощает души погибших людей. На это способны только демоны, из того, что мне известно.

— Инкубы, — подытожил Павел.

— Инкубы, — повторил слова артефакта оборотень. — Наиболее вероятно.

— А я говорил, что он какой-то подозрительно умный? Всё на лету схватывает. Учись, Миша, мыслить на опережение. Меня, правда, не победить, но хотя бы эту ручную гиену ты должен сделать в ближайшем турнире умников.

— Но есть один нюанс, который ставит версию с инкубами под сомнение. — Роман замолчал и протянул мне какой-то лист. — Все жертвы довольно пожилые.

— Инкуб-извращенец со своими странными предпочтениями. — Не стал отступать Павел. — Бывает и такое…

— И жертвы не только женщины преклонного возраста, но есть ещё и мужчины… — Продолжил Роман, не слыша голоса моего перстня.

— Просто работают в паре. Ну или существуют демоны, которые могут менять свой пол и внешность. — Продолжал комментировать каждое слово Романа перстень. — Я о таком, конечно, не слышал. Но кто их знает, какие эксперименты в демонической колыбели над ними проводятся.

— Правда, есть и несколько молодых людей. — Оборотень перевернул очередную страницу дела. — Но они приезжие…

— Изменяет своим привычкам. — Голос Павла стал задумчивым и слегка хриплым, словно у старого детектива. — Это плохо, значит, непредсказуем…

— Стоп! — я поднял руку, прерывая обоих одновременно говоривших. Роман удивлённо на меня посмотрел, а Павел благоразумно заткнулся. — Ром, давай обсудим всю полученную информацию, — после небольшой паузы нарушил я установившуюся тишину. — Инкубы. Не знаю даже. Сомневаюсь, что о подобном не подумал отец Фёдор, — тряхнул я головой.

— Я читал о них. Это очень опасные демоны. — поддержал меня Глеб. — Нас бы точно не отправили сюда, если бы думали, что здесь могут быть они.

— Возможно, вы и правы. Но как рабочую версию можно оставить, — пожал Роман плечами. — К тому же никаких других теорий пока нет.

— Хорошо, с чего предлагаешь начать? — спросил я у парня, как неплохо ориентировавшегося в задании. Нужно будет тоже тщательно все бумаги изучить, вдруг он пропустил что-то действительно важное.

— Все в конечном счёте попадают в больницу, когда сон становится глубоким и родственники не могут добудиться жертву. Я считаю, что нужно начать оттуда. Поднять документы и самим составить определённую картину, — уверенно кивнул Роман.

— Как мы попадём в больницу, не раскрывая себя? Сомневаюсь, что нам просто так дадут все истории болезни, — с сомнением проговорил я.

— Посмотрим завтра с утра перечень вакансий. В больницах в подобных мелких городках всегда не хватает санитаров и сиделок. Устроимся на время. Тем более что определённый опыт работы у меня всё-таки есть, — улыбнулся Роман — Когда началась война, я оказался рядом с северной заставой, и первое время помогал там, ухаживая за раненными. У тому же, у меня мать с сестрой были медсёстрами в больнице в том месте, где мы жили, — выдохнул он, отводя от меня взгляд.

— Как так получилось, что ты оказался в той банде мародёров и почему остался в монастыре? — прямо спросил я у него, не надеясь на то, что он ответит.

— В четырнадцать я остался сиротой. Прибывшие по нашу душу охотники вырезали почти всю мою семью и распотрошили на трофеи. Мне тогда удалось спастись и вытащить сестру. Правда, два года назад наши дорожки разошлись. Она осталась на заставе, а я ушёл, когда война официально завершилась. И оступился. Хорошо, что отец Фёдор принял меня, потому что после всего, что произошло в том лесу, я не знал бы, куда мне податься, — всё-таки ответил он, глядя в открытое окно, находившееся рядом с кроватью.

— Охотники? — нахмурился я. — Зачем им было охотиться на вас?

— Из частей тела оборотней разного вида делают артефакты, талисманы и всякие зелья, которые продают за достаточно большие деньги, — поморщившись, пояснил он. — Именно поэтому мы всегда прячемся и стараемся не выделяться среди обычных людей. Как бы мы ни прятались, они постоянно нас находят. Как им это удаётся, я так до конца и не выяснил.

— И что делают из гиен? — мрачно спросил я, впервые услышав о подобном варварстве среди людей. Будто нам демонов и обычной нежити не хватает.

— Поисковые артефакты и талисманы. Говорят, что, имея такой, можно найти клад или вещь, которую ты ищешь, — опустил он голову, невесело усмехнувшись.

— И что, они работают? — с сомнением спросил Курьянов.

— Понятия не имею. Мои клыки, язык и сердце всегда при мне, но почему-то об клад я не споткнулся и богатым не стал, — развёл он руки в стороны. — Так и становятся клириками в большинстве своём. Тебе некогда было общаться с другими братьями, я понимаю, но почти у всех оборотней, кто находился в монастыре, подобная история. Просто так в клирики мало кто идёт, стараясь всё-таки прожить мирную жизнь.

— Всё это суеверия, — тихо проговорил Павел. — Ещё несколько столетий назад было доказано, что только некоторые виды, такие как фениксы или драконы, обладают магическими свойствами. Остальные, вроде гиен или бобров, совершенно бесполезны.

— Рома, прости, я не знал. — Тихо проговорил я.

— Ничего. Твоя история практически не отличается от моей. Только её в отличие от моей знают практически все жители Российской Империи. — Пристально посмотрел он мне в глаза. — Ладно, это все отступления, которые не связаны с нашим делом. Как вам мой план?

— Вполне рабочий, — согласился я. — Только вот неизвестно, появится ли кто-то за отведённое нам время, или мы просто так будем драить полы все четырнадцать дней, или сколько мы здесь будем находиться. Когда было последнее нападение?

— Десять дней назад на гражданку Борковскую семидесяти четырёх лет от роду, похороненную на местном кладбище, — прочитал он в очередном документе. — Думаешь, надо сходить?

— Обязательно. Возможно, это совпадение, и душа всё ещё находится в этом мире. Тем более, нужно лично осмотреть тело. Сон же может вызвать кто угодно, как и слабость. Может, это вампир какой орудует, а люди просто умирают от обычной нехватки крови в организме. А души потом кто-то подбирает, пока Грань закрыта. — Поделился я своими мыслями. — Тем более, нужно проверить, что насчёт душ просто умерших от какого-нибудь случайного удара топором по шее или от банального столбняка после того, как наступил на ржавый гвоздь.

— Хорошая идея. Я об этом почему-то не подумал, — улыбнулся Роман.

— Я правильно понял, что вы хотите пойти на кладбище и вырыть парочку могил? — осторожно спросил Курьянов.

— А что в этом такого? Это неотъемлемая часть нашей работы, — ответил я.

— И это совершенно не привлечёт внимание? — всё ещё не отрывая взгляда от меня, допытывался до нас Глеб.

— Нет, если знать, что делать и как. Пара серебряных сторожу, и он не только позволит взглянуть на тела, но ещё и на страже постоит, — хмыкнул Рома. — Ничего противоестественного мы с трупами делать не станем.

— Ну тебе, конечно, виднее, — выдохнул он. — Ладно, завтра утром дойдём до больницы и просто прогуляемся по городу, может, найдём какие-нибудь зацепки без всего этого вандализма. Да и народ этого профилактория нужно осмотреть. Мне та старушка совсем доверия никакого не внушила. С ней точно что-то не так.

Глеб поднялся на ноги и, бросив на нас ещё один странный взгляд, вышел из комнаты. Я посмотрел ему вслед и тоже решил, что отдохнуть мне не помешает. Тем более что день действительно для нас с ним был насыщенным.

— Откуда этот моралист вообще взялся на нашу голову? — деловито уточнил Павел, когда я вошёл в свою комнату и просто завалился на скрипнувшую под моим весом постель.

— От князя Курьянова, видимо, — тихо ответил я отворачиваясь. — Не забывай, что он всю жизнь прожил в роскоши, ни в чём себе не отказывая, а сейчас на него слишком много свалилось.

— Ты так-то тоже, но ладно, придётся работать с тем, что есть. Так, глядишь, я и по бобру некроманту соскучиться успею, и по твоей огненной птичке. Хотя последнее, конечно, вряд ли. — Фыркнул перстень. — Слишком много от неё проблем…

Его разглагольствования прервал порыв ветра, от которого окно распахнулось настежь, а внутри комнаты стало заметно холоднее. Единичные снежинки кружились по воздуху и, попав на кожу, не спешили таять, распространяя холод, от которого кожа начала краснеть и неметь в месте соприкосновения. Я подскочил и бросился к окну, глядя, как вдалеке небо озаряется разноцветными вспышками, а снег, идущий прямо из безоблачного неба, покрывает всё вокруг.

— Похоже, что-то у них пошло не так с тем призрачным дедом, — прошептал Павел.

Раздался мощный удар грома, от которого здание ощутимо тряхнуло, а очередным порывом ветра, ворвавшимся через окно, меня откинуло к двери. От окутывающего меня холода я не мог как следует пошевелиться. Всё тело начало постепенно покрываться тонкой коркой льда, а сознание куда-то уплывать.

— Вот она долгожданная свобода! Я найду тебя несносный мальчишка, ты не спрячешься от меня, — прямо в голове прозвучал знакомый голос Первого Стража, а потом всё прекратилось. Посторонние звуки исчезли, а лёд, сковывающий, как мне казалось, даже все мои внутренние органы, просто испарился.

Голова жутко болела. Я кое-как поднялся на ноги, оглядываясь по сторонам. Вся комната была засыпана снегом, который уже вовсю начал таять.

— Только его мне не хватает для полного счастья, — пробормотал я, стараясь унять подступившую к горлу тошноту.

Дверь распахнулась, и в номер влетел Роман, который поскользнулся и едва не растелился на деревянном полу.

— Ничего себе, — простонал он выпрямляясь. — За окном словно снежная буря прошла. Но у меня такого в комнате нет, хотя и окно было открыто. Ты в порядке?

— Не уверен, — проговорил я, ощущая, как из носа тонким ручейком потекла кровь. Нехило меня магией разума приложило. И это только краешком зацепило. Даже боюсь представить, что бы было, если бы я находился в её эпицентре.

— Что случилось? — о, и Курьянов подоспел.

— Наши наставники и один из сильнейших магов Российской Империи не справились с Первым Стражем, — повернулся я к нему, потому как он точно знал, о чём говорю. — И, похоже, он открыл на меня охоту.

— Что будешь делать? — он закусил губу и стиснул кулаки, видимо, вспоминая те неприятные часы, когда он провёл под действием ментальной магии обезумившего призрака.

— Решать проблемы по мере поступления. Пока надо найти того инкуба, который любит совращать во снах старушек. Если это, конечно, он, — как можно непринуждённее ответил я, хотя сам в этот момент думал над тем, что же произошло на самом деле, и что случилось с Лебедевым, Мстиславским и отцом Фёдором в той злополучной пещере.

Глава 8

Через некоторое время налетевшая магическая буря успокоилась, и теперь над посёлком, где мы находились, стояла абсолютно обычная осенняя ночь. Напоминало о случившемся только зарница над тем местом, где вроде бы располагалась пещера Первого Стража.

Даже снег за те полчаса, которые мы втроём потратили на приведение в порядок моего номера, полностью сошёл. Уборки номеров «по требованию» в этом подобии отеля не было, поэтому нам пришлось вручную собирать всю воду с пола, которая оставляла едва заметные ожоги на коже после контакта с ней. Но проходили они довольно быстро. Чем-то напоминая следы от только что сорванной крапивы. Первозданная энергия и магическое ядро никак не реагировали на них, поэтому волноваться даже и не стоило.

— Ну, как ты? — обеспокоенно спросил меня Роман, садясь на кровать и отбрасывая от себя мокрую тряпку.

— Голова болеть перестала, никаких видений и слуховых эффектов больше не было, поэтому могу с уверенностью сказать, что всё нормально, — прислушался я к своим ощущениям.

— Хорошо. Тебе нужно быть осторожным. И вообще, после случившего, думаю, нам нужно вернуться в монастырь, — предложил Курьянов, на что я только покачал головой.

— У меня есть идея получше, раз мы здесь, то нам следует сначала разобраться с той мерзостью, которая терроризирует население этого городка, — уверенно проговорил я.

— Кто бы сомневался в том, что тебе любая идея покажется лучше, чем просить помощи у наставников, — скривился Глеб. Судя по его поведению, это задание ему с первых секунд по какой-то причине не нравилось, и он хотел свалить отсюда как можно быстрее. — Ладно, с чего предлагаешь начать?

— Я сейчас пойду на кладбище и там встречусь с дедом Карповым. Ну и заодно посмотрю на тела, а также попробую призвать души умерших, — пожал я плечами. — Кому, как нестарому призраку должно быть известно то, что произошло в том доме, да и по своим каналам, так сказать, о местных проблемах он может разузнать.

— Ты с ума, что ли, сошёл? — вскинулся Курьянов. — Своего ручного призрака здесь призвать не можешь?

— Не могу. Сейчас у меня для этого недостаточно сил. Хотя даже если бы я полностью восстановился, тут это сделать довольно проблематично, я же не некромант. И далеко не Лебедев, который имеет седьмой ранг, и ему уже благополучно плевать на все условности. Тебя вообще, чему в Школе несколько лет учили? — нахмурился я.

— Вальс плясать и как правильно высокородным господам подлизывать. — Хмыкнул Павел. — Тебе же Лебедев говорил, чем они там занимались. Но судя по его поведению, манерам его так и не обучили.

— Призыв духов изучается только на выпускном курсе, — насупился Курьянов.

— Если боишься, можешь остаться здесь, — поднялся с кровати Роман. — Я понятия не имею, что требуется для ритуала призыва, но почему-то слова Михаила звучат логично.

— Тебя почему, кстати, не учат магии душ? — спросил я у него, открывая сумку.

Я достал оттуда банку с золой, которую на всякий случай прихватил с собой из монастыря. Как и несколько свечей, верёвку, да парочку засушенных травок, всё, что находилось поблизости в общем доступе, потому что времени на тщательные сборы мне никто не дал.

На задании могло случиться всякое, а надеяться на то, что рядом будет камин или печь, как и оранжерея со специфическими нужными ингредиентами было как-то глупо. Тем более что нас на дело отправили, а не на прогулку.

Призвать духа рядом с его телом особого труда и ума не составит, другое дело попытаться воззвать к сущности, которой сейчас является старик Карпов. Я даже при помощи потусторонней силы, которой, как правило, пропитана земля под любым кладбищем, и самым тонким местом рядом с завесой, был не уверен, что у меня хоть что-то получится.

— Отец Фёдор говорит, что уже поздно для изучения этих техник и начала формирования первого кольца ранга, — с некоторым запозданием ответил оборотень, видимо, сильно расстраивающийся по этому поводу.

— Бред, развитие магии душ от возраста не зависит, — фыркнул я. Это ещё при поступлении в Школу мне казалось довольно странным условием, но оспаривать этот факт в то время не стал.

— Я тоже слышал о максимальном возрасте для начала развития, поэтому в школу Стражей берут исключительно до семнадцати лет, — подтвердил слова оборотня Курьянов.

— Да заморачиваться просто не хотят, — прокомментировал всё это Павел. — Мой создатель вообще только к тридцати годам начал активно развиваться в своё время. И довольно успешно, по мне можешь видеть. Но он просто был очень умный и талантливый, всё это, разумеется, досталось при создании мне. — Не удержался от самовосхваления мой Павлентий. — А вообще, ты прав. Просто времени больше уходит на первичное становление. Да, ритуал очищения нужно провести, потому что, чем старше возраст, тем больше гадости притягивает к себе первозданная энергия.

— Угу, — согласился я с Павлом, потом тряхнул головой. — В смысле, это тяжело, но вполне осуществимо. Скорее всего, в монастыре не знают всех особенностей техники становления магии душ. Специализация всё-таки не та, — вышел я в коридор, погружаясь в полумрак от приглушённых светильников.

— То есть, ты знаешь, как решить мою проблему? — догнал меня Роман, после чего с надеждой заглянул мне в глаза.

— Да, и могу подтолкнуть. Даже с моими текущими силами это не так уж и сложно, если знать, на что воздействовать, — кивнул я.

— А я могу рассчитывать на твою помощь? — робко поинтересовался он, не отводя от меня взгляда.

— Да, только с делом закончим, тебе несколько дней нужно будет в себя приходить, а мне восстанавливаться, — немного подумав, согласился я.

— Спасибо, — провёл он рукой по волосам. — Если получится, то я буду вечно тебе обязан.

— Тогда сразу на кладбище и проводите свои эксперименты, чтобы прямо там можно было труп прикопать, а в монастыре отчитаться, что пропал без вести, — догнал нас Курьянов, хотя я до последнего думал, что он останется в комнате и решит провести ночь в более спокойной обстановке. — Если уж мастера уровня настоятеля не знают способа, что ты-то можешь сделать? Зачем даёшь ему ложную надежду.

— А кто сказал, что надежда ложная? — прямо посмотрел я на Глеба. — Я всё-таки не просто маг с улицы, во мне течёт кровь Уваровых и живёт наш родовой дар. Если ты не знал, то Светлейший князь — это не просто титул, место возле престола и определённые обязательства перед империей и короной. Похоже, образование в Школе всё-таки никудышное, если вам не дают даже базовых основ магии.

— Я… Извини, я просто не подумал об этом, — смутился парень, отводя взгляд. Похоже, он уже забыл о том, кем я являюсь на самом деле. Не то чтобы я это выпячивал, но иногда напоминать об этом всё же стоило. Даже несмотря на то, что моя родословная в этом деле совершенно не поможет. Хотя вот об этом ему знать совсем необязательно.

— Ладно, кто-нибудь вообще знает, где находится местное кладбище? — задал я вполне резонный вопрос, выходя на улицу под неприязненный взгляд разбуженного вахтера. Он молча открыл двери, выпуская нас наружу, и потом громко захлопнул их за нашими спинами. Похоже, до утра он нас явно обратно не ждёт.

— Да, я ознакомился с картой, которую нам дали в монастыре, — кивнул Роман и уверенным шагом направился в сторону ворот, выходя с территории профилактория.

На улице было темно и пусто. Этот небольшой городок с одноэтажными и редко двухэтажными домами словно вымер. Только редкие огни в окнах говорили о том, что кто-то всё же в этом месте не спит. Ну или предпочитает это делать при свете. Было тихо. Лишь редкий лай собак вдалеке разрезал тишину.

— Жутковато как-то, — пробормотал Курьянов, кутаясь в свою куртку, спасаясь тем самым от пронизывающего до костей ветра.

— Не удивительно. Местные не привыкли к магическим аномалиям, а то, что эта буря была неестественного происхождения очевидно даже незнающему, — ответил Роман, выходя за пределы поселения. Как оказалось, этот самый профилакторий находился на окраине города рядом с пролеском, за которым и находилось местное кладбище. — Поэтому все и решили переждать это явление дома. Не то чтобы это их спасло, но так хоть имеется видимость защищённости.

— Мы даже лопаты никакие не взяли, голыми руками будем землю рыть, если всё же решитесь откопать почившую недавно старушку? — задал в целом вполне резонный вопрос Глеб.

— В сторожке должны быть. — Ответил я, заходя на территорию кладбища. В принципе, ухоженное, не слишком большое. Так что найти свежие захоронения особого труда не составит.

— Ну вам виднее, — пробурчал княжич, зажигая магией несколько светлых шаров и развешивая их у нас над головами.

Могилу почившей бабушки Барковской мы нашли достаточно быстро. А вот с остальными захоронениями возникли некоторые трудности: места, отведённого под кладбище, явно не хватало, поэтому свежих покойников хоронили где придётся. Ну ладно, в принципе, можно расширить зоны призыва, без уточнения вызываемого объекта. Кто-нибудь да должен будет явиться на зов. Не всё же умерли странной смертью во сне.

Я, как уже делал неоднократно, начертил кинжалом рядом с могилой пентаграмму и золой, которую любезно мне предоставил мой артефакт, начертил по её краям нужные руны.

— Где Роман? — поинтересовался я у внимательно наблюдающего за моими действиями княжича.

— Ушёл со смотрителем договариваться и лопаты добыть, — тихим голосом ответил он.

Я даже не заметил, как он отлучился, полностью сосредоточившись на простеньком ритуале. Всё-таки я немного переживал за то, что придётся использовать магию душ, сомневаясь, что магия ядра в этом случая сработает. Просить Курьянова я не стал. Он не знал особенностей и легко мог ошибиться даже в этом элементарном деле. А в подобном месте ошибки были недопустимы. Мало ли кого можно из-за завесы призвать, самим того не ведая.

Влив немного первозданной энергии в руны, я с облегчением выдохнул и произнёс несколько заученных фраз.

Поднявшийся пронизывающий до костей ветер стёр с земли руны. Ладно, со своей стороны я сделал всё правильно. Осталось только немного подождать.

— И? — спустя несколько минут поинтересовался Курьянов, когда ветер стих, а набежавшие тучи, скрывшие низко висевшие над землёй звёзды, рассеялись.

— Понятия не имею, — резко ответил я. — Скорее всего, по какой-то причине по ту сторону никого нет. С бабушкой Барковской, в принципе, всё предельно ясно, в этом и заключается наше задание. Но почему больше никто не пришёл на зов не совсем понятно.

Подошедший Роман воткнул в землю две лопаты и вопросительно посмотрел на Глеба. Тот пожал плечами и отрицательно покачал головой, отвечая на невысказанный вопрос. Я выдохнул и принялся чертить круг, отойдя на дорогу и выбирая место, которое хоть немного было бы похоже на перекрёсток. Ну, надеюсь, старик Карпов жив, после охоты на Первого Стража.

Выскоблив на голой земле очередные руны, я полоснул кинжалом по руке и направил тонкий ручеёк собственной крови, напитывая ей каждый из символов. И только потом призвал магию ядра, насыщая энергией линию круга. Когда он засветился в темноте приятным голубым светом, произнёс заклинание.

— Да не нужно было так стараться, знал же, что сам приду, как только с тем уродом закончим, — прозвучал прямо передо мной знакомый голос. Я сделал шаг в сторону, выходя из зоны призыва и облегчённо выдыхая. Дед Карпов стоял в центре круга, сложив на груди руки, и пристально разглядывал меня с ног до головы. Мне показалось, или он стал ещё моложе. Теперь он выглядел на сорок — сорок пять лет, и уже язык не поворачивался называть его дедом или стариком. — А я смотрю, ты тоже в юные некроманты подался. — Улыбнулся он, после чего стал предельно серьёзным. — Только зря это. Нет тут никого. Те, кто по естественным причинам помирают, один из десяти только за завесу уходят. Остальные пропадают. Именно поэтому я тревогу-то и забил изначально.

— Как в том лесу? — уточнил я. Похоже, дело в этих «Стрижах» приобретает скверный оборот.

— Нет. Там доступа за завесу ни у кого из-за магии колонн не было. А улицы были пусты только на первый взгляд, потому что все попрятались, сволочи, боясь, что их тёмная сущность колонны поглотит. — Махнул он рукой. — Ты, когда тот алтарь разрушил, и тьма ушла, я всю недостачу тогда нашёл. Неделю провозиться пришлось, под каждый пень заглядывая. А тут они просто пропадают бесследно.

— Ну, в прошлый раз ты также говорил, — нахмурился я.

— Здесь дело другое. — Упрямо мотнул он головой. — Завеса открыта! А ты сам видишь, что на этом участке пусто. Не знаю, не чувствую никого из своих. На прямой призыв кто-то всё равно бы явился. Вас и послали разбираться, вот и разбирайтесь, — хмыкнул он, покосившись в сторону ребят. — Большего я вам точно не скажу, я по душам покойных специалист, и во всей вашей нечисти не разбираюсь. Хотел вас отчитать за то, что лишнее делаете и источникам из монастыря не доверяете, но прикушу язык. Ритуал массового призыва никто кроме тебя не додумался сделать. Хоть это и было рискованно.

— Значит, придётся копать, — решительно повернулся я в сторону внимательно слушавших ребят. — Начинайте, я пока поговорю, а потом к вам присоединюсь.

Роман кивнул и, подтолкнув Курьянова в спину, вручил ему в руки лопату. Тот, в свою очередь, одарил меня возмущённым взглядом, но, покосившись на деда Карпова, принялся за дело.

— Что случилось в том доме? Все живы? — задал я, наверное, самый главный вопрос, ради которого я призывал дух старика.

— Да, включая эту мерзость, — поморщился призрак. — Вроде запечатали, оставалось только тёпленьким брать, да за завесу забрасывать. Но смог, урод, сбежать. Даже сами не знаем, как так получилось. Вроде и не сильный дух-то, но, видать, свои секреты имеет. Мстиславский, конечно, от этого откат сильный словил. Да ты и сам видеть был должен, какую снежную бурю он на многие километры вызвал. А так в целом лёгким испугом отделались. Теперь Лебедев команду собирает, чтобы Первого Стража найти, пока он дел не наворотил.

— Этому духу я нужен. Заявился ко мне, когда сбежать смог. Точнее, обозначил своё присутствие. Хочет, когда восстановится и сил наберётся, в очередной схватке со мной сойтись, — невесело проговорил я.

— Неожиданно. Нужно Лебедеву и Светлейшему князю Ивану Фёдоровичу доложить, — серьёзно проговорил Карпов.

— Передашь? — вопросительно посмотрел я на полупрозрачную фигуру.

— Естественно. Такое нельзя втайне держать. Он даже трёх сильнейших магов с носом оставил, куда тебе с ним тягаться, — потёр он подбородок. Мы всё это время внимательно смотрели, как работают парни. — Хорошо копают, слаженно. Видно, что физические нагрузки в монастыре адекватные дают.

— А нельзя как-нибудь магию применить, чтобы быстрее землю вырыть? — полюбопытствовал Роман.

— Нет. На кладбище и в местах захоронений вообще магией баловаться не рекомендуется, — ответил я. — За исключением ритуалов призыва. Остальные чары могут преобразоваться в специфическую энергию, которая из обычного трупа умертвие сделает. А с ними бороться потом замучаешься, они же к магии устойчивы.

— А поднять труп никак нельзя? — поддержал своего товарища по земляным работам Курьянов. — Ну, попросить бабушку саму выкопаться, это и не умертвие получится, а своеобразный призыв, насколько я понимаю.

— Нет, лучше не стоит, если вы не некроманты и ни разу подобным не занимались, — чему-то улыбнулся Карпов. — Вот Сергей это уже без проблем может сделать. Но поначалу. Я думал во время первого поднятия его Дмитрий Игоревич покалечит. Тяжело обучать науке по книгам, да без личного опыта.

— Опять поднял толпу мертвецов? — поинтересовался я, вспоминая то, что рассказывал призрак до этого.

— Да нет. Проще всё было. Да и Лебедев сам виноват, не проверил место, которое Сергей для поднятия выбрал, — засмеялся он. — Меня-то почти всегда дёргают, когда чему-то новому оборотня твоего обучать пробуют. Ну вот и стоим мы, значит, в центре кладбища, смотрим, как твой друг ритуал поднятия изображает, — понизил он голос до шёпота, чтобы Роман с Глебом его не услышали. — Ну и на последней фразе заклятия кто-то из могилы поднялся, точнее, из-за могилы. Там, оказывается, бродяга какой-то пьяный спал, не трогал никого, а тут его начали холодной водой из ведра поливать, вот он и возмутился до глубины души. Мы сначала опешили, ведь видно же, что это не костяной набор столетней давности, которого поднять нужно было. А в это время мужик взял, да и бросился на растерявшегося бобра, который от страха тут же в свою вторую ипостась перекинулся. Один наседает, матерится, второй тычет ему в морду крестом и черепом совы, да заклинание упокоения тарабарит на мёртвом языке. Кстати, даже ни разу слова не перепутав. Благо его ручная жаба поставила жирную точку в конфликте новичка-некроманта и разозлённого нищего. С громким кваканьем она просто бросилась мужику в лицо, остановив его свирепый натиск на наше юное дарование. Я впервые видел такую бурю эмоций на лице Лебедева, которому потом пришлось нехило так раскошелиться за причинённый моральный ущерб. — Рассмеялся он в полный голос. — Знал бы ты, какими эпитетами и какими фразами он заставлял потом Сергея учить отличия живого человека от мёртвого.

— А покойник-то поднялся? — хмыкнул я.

— Скелет тот? Даже выползти не успел как следует, когда его Сергей заклятием упокоения назад отправил. Ну сейчас у него всё с этим хорошо. Редко промахи случаются, — махнул он рукой.

— Готово, — уставшим голосом проговорил Роман, выползая из могилы.

Мы втроём кое-как подняли тяжёлый гроб и открыли. Странно, но трупного запаха никакого не было. Да и тело выглядело так, будто жизнь его покинула лишь несколько часов назад.

— Ты сначала в бабку палочкой потыкай, вдруг живая. Выглядит странно как-то, — впервые за всё время подал голос Павел. — Пальцы сразу не суй, вдруг укусит или обратит тебя во что-то тупое и страшное. Даже поговорить не с кем будет.

Мы переглянулись, и я, на правах главного в нашем отряде, приложил руку к шее покойной, чтобы прощупать пульс. Кожа была настолько холодная, что напоминала больше ледяную глыбу. Я не знаю, как остальным, но мне сейчас действительно стало немного не по себе. Я бы, наверное, испугался, но не удивился, если бы эта старушка открыла глаза и села в своём гробу. Пульса никакого, разумеется, не было. Да и времени прошло уже минут двадцать. За это время нежить, если бы это была она, себя наверняка бы проявила. Не смогла бы так долго сдерживаться, когда рядом в непосредственной близости располагаются три живых и аппетитных куска мяса.

— Я её трогать не буду, — поднял руки Курьянов. — Не то, чтобы мне было страшно, хотя кого я обманываю, мне вот сейчас очень страшно! И всё это выглядит очень подозрительно.

— Может, ну её? Закопаем просто обратно, да за могилкой проследим, — поддержал его Роман.

— Ладно, я сам, — выдохнул я и осторожно приоткрыл ей рот, предварительно надев перчатки из толстой кожи, которые выдавали клирикам. Ничего подозрительного не обнаружилось. Только странный запах усилился. Приятный и какой-то смутно знакомый.

— Корица, кардамон и анис, — словно прочитал мои мысли Павел. — И мне кажется, что трупы пахнуть должны как-то иначе. Не так, как из самой лучшей булочной в столице, расположенной на имперском проспекте.

— Как ты можешь говорить о еде в такой момент, — пробурчал я.

— А мне-то чего? У меня рвотного рефлекса нет, — флегматично ответил он. — Закапывай, я, кажется, знаю, что это может быть. Правда, никогда не встречался и в принципе считал, что жнецы — это миф. Но, как показала практика, даже фениксы существуют, не удивлюсь, если узнаю, что где-нибудь на северном полюсе пасётся толпа единорогов. В общем, это своеобразное заклинание, которое мумифицирует тело и служит меткой для этой сущности, которая является вроде бы проводником душ. Только вот непонятно в данном случае, куда и зачем она эти души проводит. Точно не за завесу.

— И она ими питается? — решил уточнить я, попутно осматривая тело на предмет специфических ран и отметин.

— Где в слове проводник ты услышал голодная тварь, питающаяся душами? — деловито уточнил он. — Я, конечно, могу ошибаться, но, похоже, здесь работает какая-то банда минимум из двух тварей: жнеца и того, кто им управляет. Ну и главный, конечно, вопрос, почему жертвы так странно умирают?

— Тут чисто, — обратился я к парням. — Закапывайте. Я к лопате не прикоснусь, считайте, что у меня моральное и эмоциональное истощение, — хмыкнул я, захлопывая крышку гроба и отходя в сторону под прищуренными взглядами товарищей. — Хорошо бы было, если бы Сергей с Иннокентием рядом находились, — сокрушённо покачал я головой.

— Возможно. Может, уже выпустишь меня? — уточнил Карпов, показывая рукой на светящийся круг.

— Ах да, — я перечеркнул линию кинжалом, размыкая контур. — Не забудь с Лебедевым связаться. Мы пока здесь побудем, чтобы в случае чего не разминуться.

— Хорошо. Будь только осторожен. Вот это всё, — кивнул он в сторону могилы, — мне совершенно не нравится.

Под первыми рассветными лучами солнца призрачная фигура начала постепенно истаивать. Подул знакомый холодный ветер, и начертанный круг призыва исчез, будто его никогда не было.

Я всё-таки сжалился над парнями и помог им придать могиле естественный вид. Тем более, под физическую нагрузку хорошо думалось.

Когда мы закончили, то грязные и уставшие направились обратно в посёлок. Поход в больницу мы решили отложить на обед.

— Слушай, а это нормально? — от раздумий меня отвлёк Роман, который остановился и кивнул на мой кинжал, висевший на поясе. Даже через ножны было видно исходящее от его лезвия красноватое свечение.

Достав клинок, я внимательно его осмотрел. Руны на лезвии ярко светились, как тогда, когда на него попала кровь демона. Это было очень странно. Я оглядел пустынную улицу, но ничего, что могло бы так повлиять на кинжал, не увидел.

— Нет, это не нормально. Пойдём в номера, нужно уже действительно решить, что делать дальше.

Глава 9

Добравшись до нашего вре́менного пристанища, нам пришлось долго долбиться, чтобы заспанный и злой вахтер, наконец, отпер нам двери. Услышав про себя много интересного, мы разбрелись по комнатам, договорившись встретиться в полдень у меня.

— Вообще странно, — проговорил я, бросая на стол кинжал в ножнах, который перестал светиться сразу же, как только мы подошли к воротам профилактория.

— Что конкретно во всей этой истории тебе показалось странным? — решил уточнить Павел.

— То, что я устал. Будто у меня внезапно куда-то делись все силы. А учитывая то, что Ромка с Курьяновым еле доползли до своих комнат, у них состояние ничуть не отличается от моего. — Я взял в руки кинжал и начал его пристально рассматривать.

— Ничего странного не вижу, да и никаких изменений в тебе не чувствую, — нагрелся на пальце артефакт. — Даже физического истощения.

— Я тоже, — подтвердил я. — Но мне хочется только одного: лечь, укутаться одеялком и уснуть, желательно, чтобы меня никто не трогал в ближайшие сутки.

— Можешь поспать, я тебя поохраняю от всяких непонятных чудищ, которые явно придут по твою душу. Ну, по крайней мере, буду кричать до тех пор, пока ты не проснёшься и лично не прирежешь эту тварь. На большее я пока неспособен, — отозвался Павел. — Хотя подожди, слышишь?

— Что именно? — я прислушался, но стояла просто неестественная звенящая тишина, прерываемая только звуками ветра. — Ничего не слышу.

— Вот именно. — Заговорщицки прошептал он. — А хотя должен. Это же всё равно деревня, хоть и большая. Даже ночью собаки лаяли, а сейчас вовсю петухи должны нервы всем трепать, люди просыпаться, собаки опять-таки вечно тявкают, и ничто и никогда не в силах заставить их замолчать. Мне кажется, что кто-то в предрассветных сумерках пропел заунывную колыбельную, которая распространилась на весь посёлок. Но, тут я могу ошибаться, потому что никакого стороннего влияния, заклятий, проклятий и всего остального на тебе я не вижу.

Я неопределённо хмыкнул, решив оставить это на общее обсуждение, когда остальные члены моей команды отдохнут. Я смотрел на лезвие кинжала. Сейчас оно было абсолютно чистым, словно и не было никаких светящихся символов десять минут назад. Что же могло вызвать такой отклик? В прошлый раз его активировала кровь демона, смешанная с кровью феникса. Сейчас же клинок явно был чист.

Такой реакции на находившегося рядом с нами демона тоже не могло быть. Потому что, когда мы бились в лесу возле демонической колонны, кинжал выглядел обычным. Да и настоятель неоднократно говорил, что в руках человека он не представляет никакой опасности, являясь по сути обычным клинком из хорошей стали.

Мне казалось, что ответ на всё происходившее здесь, был близок. И он точно был связан с моим кинжалом вечности.

— Миш, Миша, Михаил Юрьевич! — неожиданно взревел Павел, а я вздрогнул, поднимая голову. Всё тело затекло, и мышцы казались деревянными. Посмотрев в окно, рядом с которым я сидел, присвистнул, потому что солнце уже стояло высоко, и лучи его робко просачивались через набежавшие тучи.

— Я что, уснул? — тряхнул я головой.

— Какая поразительная догадливость и зашкаливающая эрудиция, — прокомментировал артефакт. — Да, ты уснул на три часа тридцать одну минуту. Я не стал тебя будить, но, когда увидел, что твой кинжал, который ты обещал мне сменить на обычный нож, хотя бы кухонный, снова начал светиться, решил, что пора бы тебе проснуться. А теперь сделай гримасу раскаяния на своём бесстыжем лице и посмотри на меня честными глазами, в которых я хочу увидеть обещание выкинуть неизведанную зубочистку с непонятными свойствами в первую же попавшуюся на пути мусорку.

Я мысленно отмахнулся и смотрел на исчезающие и вновь вспыхивающие красным цветом на лезвии руны. Сейчас я явственно ощущал исходящую от клинка демоническую энергию, как в доме травника Елизара. Вытащив из сумки тетрадь и карандаш, я принялся зарисовывать все символы, чтобы потом разобраться в каждом из них.

Клеймо, впечатанное в гарду, на которое я раньше не обращал внимания, отличалось от рун на клинке. Под действием демонической энергии оно проявилось чётче, но не светилось и не отливало красным светом. Ровный круг с каким-то странным рисунком в центре и непонятными знаками, похожими на обычные буквы по периметру. Будто подпись мастера, сотворившего это оружие.

— Ладно, судя по звукам, городок начинает просыпаться, — пробормотал я, вкладывая кинжал в ножны. — Спрячь его у себя пока, не хочу привлекать внимание к оружию.

— Я сказал тебе его выбросить, а не спрятать так, чтобы никто до него добраться не сумел! — прорычал артефакт. Я усмехнулся, глядя, как кинжал исчез со стола. И чего вопить-то постоянно, если он всё равно будет делать то, что я попрошу. — Ну, и далеко собрался?

— По городу прогуляюсь, пока ребята отдыхают, — проговорил я, спускаясь вниз, после того как проверил, что с товарищами ничего не случилось, и они мирно спят у себя в комнатах.

В холле я тут же окунулся в непривычный за последние часы набирающий обороты шум. Все те же старушки сидели на выходе, о чём-то заговорщицки переговариваясь, мужчина, встречающий нас накануне вечером, с отрешённым видом протирал стойку, а мимо меня вновь везли ту же самую пожилую женщину в инвалидном кресле, что напугала Курьянова. Я активировал зрение душ и осмотрел каждого, кто находился в пределах моей видимости. Ничего подозрительного. Даже та старушка в кресле оказалась всего лишь обычным человеком.

Бездумно бродить я не стал, сразу же направляясь на окраину города, где впервые засветились руны моего кинжала. Редкие прохожие не обращали на меня ровным счётом никакого внимания, и меня это не могло не радовать. Добравшись до места, я остановился на перекрёстке и решил осмотреться. Обычные жилые дома за высокими заборами. Даже рун никаких видно не было, ни обычным взглядом, ни зрением душ.

Пройдя ещё немного, я остановился, внимательно разглядывая едва заметную выцветшую вывеску над входом одного из домов. Судя по всему, этот дом не был жилым, но чем именно он являлся по надписи, я так и не понял. Ну, за спрос, как говорится, морду не бьют. Сначала, по крайней мере.

— Надо было карту у Ромки взять, — пробормотал я, поднимаясь по скрипучим ступеням, ощущая исходящее от перстня холод. — Ты что делаешь?

— Тебя экранирую. Чтобы никто мага в тебе не увидел, — шёпотом отозвался он. — Ну, как руна сокрытия, только на мне завязанная. Предчувствие у меня какое-то нехорошее. Лучше перестраховаться.

— И ты даже не остановишь меня? — подозрительно поинтересовался я, останавливаясь перед дверью.

— Не вижу смысла, — прошептал он и замолчал.

Немного подумав, я всё же толкнул тяжёлую дверь, которая оказалась открыта, и зашёл внутрь. Звонко тренькнул колокольчик, в нос ударил острый запах чего-то кислого, а во рту появился металлический привкус.

Странный шум, окруживший меня со всех сторон, немного дезориентировал. Мне даже показалось, что он состоял из громких криков нескольких людей, соединяющийся в жуткий гул. Но потом он начал стихать, оставляя после себя лишь небольшой едва уловимый звон. Сложилось такое чувство, что он раздавался у меня в голове, а не доносился до меня снаружи. Не слишком приятно, надеюсь, это не последствие ментальной атаки Первого Стража на меня.

Полутёмное помещение, которое оказалось небольшой оружейной лавкой, было разделено на две зоны длинной витриной, расположенной в самом центре. На одной из стен висело несколько арбалетов и луков, на другой — мечи и пара рапир. Их лезвия были отполированы до блеска, а рукояти украшены какой-то замысловатой резьбой и драгоценными камнями. Всё это мало сочеталось с тем, где именно этот магазинчик был расположен. Явно, что это даже на первый взгляд великолепие не было предназначено для местного населения.

Я медленно подошёл к стеклянной витрине, разглядывая лежавшие внутри кинжалы. Они все были похожи друг на друга. И не только друг на друга. Передо мной лежало ровно двенадцать клинков вечности, точная копия которых находилась сейчас у меня в хранилище.

— Доброе утро, я могу вам чем-то помочь? — я поднял голову, встречаясь со взглядом зелёных глаз, вышедшего ко мне мужчины.

Высокий, с иссиня-чёрными волосами до плеч, и очень светлой кожей, он разглядывал меня со слегка приподнятой бровью. Словно удивляясь присутствию в этом месте кого-то, кроме него. А ещё я почувствовал едва уловимую ауру силы. Правда, какой-то аморфной и не до конца понятной. С подобным я явно не встречался ранее. Но он точно был магом, и далеко не слабым. Ему явно было место в столице среди аристократических родов, но никак не в этом захолустье. Я не рискнул применять зрение душ, стараясь не выдать себя и не разрушить нашу легенду. Тем более, я чувствовал, что с этим человеком мне стоит быть крайне осторожным.

— Доброе утро. Если честно, я даже не знаю, — улыбнулся я, встречаясь с изучающим взглядом. — Мы с братьями тут проездом. Вот, решил прогуляться по городу и наткнулся на вашу лавку, если я правильно понял.

— Это моя мастерская, — ответил он мне улыбкой, выходя ко мне из-за витрины и заложив за спину руки. Он был одет в дорогой чёрный костюм, пиджак которого был расстёгнут, как и несколько верхних пуговиц белоснежной рубашки. — Я работаю исключительно на заказ. Местным моя работа не по карману, но те, кому действительно необходимо оружие, вышедшее из моих рук, приезжают сюда со всей Империи. Это просто выставочные образцы, — он указал рукой на стены. — Но за справедливую цену я могу продать вам то, что вас заинтересует.

— Вы считаете, что я смогу оплатить это произведение искусства? — продолжал улыбаться я.

— Я вижу это по вашим глазам, — мне показалось, что у каждого из нас от улыбок уже начало сводить скулы, но мы стоически играли свои партии до конца. Кто же он такой?

— Мне понравились эти клинки, — я кивнул на стеллаж с кинжалами. — Очень тонкая и искусная работа.

— Хороший выбор, вам должно подойти, — он поднял стекло едва уловимым движением руки, которую окутало зеленоватое свечение. Крышка стеллажа плавно поднялась, открывая доступ к содержимому. — Я маг, потомственный оружейник, — решил пояснить он, в ответ на мой заинтересованный взгляд.

— И вы предпочитаете жить в этой глуши? — скептически поинтересовался я, принимая из его рук один из вытащенных наружу клинков.

— Мне здесь спокойнее. Никто не мешает заниматься любимым делом, — пожал он плечами. — Но скоро я покину это место. Говорят, война между людьми и демонами закончилась, поэтому я спокойно смогу найти другое место для своего творчества. Как вам?

Я осмотрел клинок, отмечая, что он только внешне похож на тот кинжал вечности, который был у меня. Он был легче, неприятно холодил кожу, и его рукоять была жутко для меня неудобной. На этот раз я специально глянул на навершие. Клеймо, похожее на то, что было на моём клинке, только рисунок в центре круга немного отличался, да и буквы на латинском языке были понятнее и разборчивее.

— Это подпись мастера, родовое клеймо, — проговорил тихим голосом он, подходя ближе. — Меня зовут Константин из рода Вапула.

— Мне не подходит. Он слишком прост. — Ответил я, передавая клинок ему обратно и указывая на другой, лежавший поодаль от остальных. Свет от тусклой лампы, падая на его лезвие, играл странными бликами, которые и привлекли моё внимание. — А что насчёт этого?

— Это очень интересная модель, полностью завершённая и доработанная, — улыбнулся он. — Но, к сожалению, этот кинжал уже продан, и его владелец прибудет в ближайшие дни. — Тем не менее он вытащил клинок и вложил мне его в руки.

Как только я прикоснулся к рукояти, то тут же ощутил знакомую исходящую от него ауру. Не столь яркую, но это точно была демоническая энергия, которую испускал активированный мною клинок. Сталь приятно холодила кожу, а балансировка была совершенной.

— Он идеален, — не смог не согласиться я, отдавая Константину оружие. — И сколько будет занимать изготовление точно такой же модели?

— Хм, — он задумался, приложив руку к подбородку. — Около недели. Может, дня на два больше, если я сразу не смогу найти подходящее именно вам сырьё. Вас это устроит?

— Цена?

— По цене договоримся, когда я дам вам точный расклад, — прищурился он. — Но это будет стоить от ста золотых.

— Хорошо, через два дня я приду за ответом, — пожал я протянутую руку и вышел из душного помещения, ощущая на себе пристальный взгляд этого странного оружейника.

Я несколько раз глубоко вдохнул, стараясь заполнить лёгкие таким необходимым мне воздухом. Оглянувшись на закрывшуюся за спиной дверь, я быстро спустился по лестнице и быстрым шагом направился в сторону профилактория.

— Почему молчишь? — спросил я у Павла, когда уже поднялся к себе в номер, увидев развалившихся на моей кровати Романа с Глебом.

— Потому что я впервые не знаю, что сказать. Я чувствовал всем своим неживым сердцем, что если в той лавке открою рот, то этот мужик сразу меня обнаружит. Я только краем глаза глянул на него, и тут же ощутил окутывающую меня липкую силу. Но я точно тебе скажу, он не обычный маг, и не человек. Демон? Только если высший. Дух или другая нечисть? Более вероятно. И эта аура смерти, царившая внутри. Брр. Меня так давно ничего не пугало. Знаешь, что, Мишань. Валим отсюда. Хрен с ним с деньгами. Отдавай их за неустойку и просто потопали пешочком в сторону монастыря.

— Где ты был? — хмуро поинтересовался у меня Курьянов.

— Искал приключения на свою голову, — ответил я, глядя на насупившихся товарищей. — Как-то ты нехорошо выглядишь. Не выспался? — обратился к Роману, болезненный вид которого тут же переключил всё моё внимание. Чёрные круги под глазами и несколько глубоких складок на лбу.

— Да вроде хорошо спал. Сразу же отрубился, как только в комнату вошёл, но чувства такие, будто меня поезд переехал, — пожал он плечами. — Я смотрю по твоему загадочному взгляду, что ты явно что-то узнал.

— Да. Правда, пока не могу понять, что именно, — кивнул я, садясь на стул и кратко пересказывая подробности своей короткой встречи с местным оружейником, одновременно с этим по памяти рисуя в той же тетради клеймо мастера. — Ничего не напоминает? — я протянул лист с двумя нарисованными рядом с друг другом метками.

Парни долго всматривались в символы, после чего каждый из них неуверенно покачал головой.

— Думаешь, всё, что происходит в этих «Стрижах» как-то связано с этим Вапулой? — поинтересовался Роман.

— Возможно. Но всё это до конца связать не могу. Может, и нет. И это просто какой-то чокнутый маг-отшельник. Такие тоже встречаются, — пожал я плечами. — Нельзя точно сказать, не зная истинных свойств кинжала вечности. Эти два клинка едины, и точно напитаны демонической силой.

— Нельзя исключить, что он является демоном, — подытожил Курьянов. — Или связан с ними. Ведь ты сам говорил, что магией он пользовался само́й что ни на есть обычной.

— По крайней мере, нужно узнать о нём больше. Может, он просто нашёл клинки в ближайшем лесу, после какой-нибудь стычки с демонами и теперь выдаёт за свои. — Роман поднялся на ноги и потянулся. — Но это не исключает того факта, что за ним стоит понаблюдать. Думаю, нужно переждать пару дней, которые он дал на раздумье. А пока просто будем вести себя как обычно, не привлекая внимания.

— Только вот, мне кажется, он понял, кто перед ним находится. Узнал во мне если не Уварова, то точно кого-то из знати. Но ладно, пока просто подождём. Тем более что после доклада Карпова с нами всяко должны связаться кто-то из наставников. — Согласился я. — Какие планы?

— Пойти в больницу. Ничего не изменилось. Люди умирают, души исчезают, и непонятно, что с ними происходит, — ответил Роман. — Кстати, пока ты прогуливался по осеннему городу, мы с Глебом обсудили одну важную деталь, которая сразу не пришла в наши головы.

— Ну и? — я достал из сумки чистую одежду, начиная переодеваться, как-то запоздало понимая, что после кладбища так и бродил в грязных вещах.

— Кто-то явно подготавливает трупы к погребению. Бальзамирует каким-то специфическим составом. Ты же видел, как выглядит бабушка Барковская? Но вот только местные говорят, что специально этим никто не занимается.

— Я, кажется, догадываюсь, к чему ты ведёшь, — посмотрел я на него прямо.

— Так, тебе что больше по нраву, быть санитаром в ночную смену или сторожем в местном морге? Я смотрел вакансии, поэтому предложение не голословное, — улыбнулся Роман.

— Мне без разницы, — честно ответил я и посмотрел на Курьянова, который явно обдумывал слова оборотня. — Ладно, на месте разберёмся. Кстати, у кого-нибудь из вас есть экстренная связь с монастырём? — запоздало поинтересовался я.

— Мы думали, что с отцом Фёдором ты держишь связь. — Ответил Роман.

— Замечательно, — простонал Павел. — Ладно, пойдём в твою больничку, там явно не будет так опасно, как в лавке того Вапулы. Имя-то какое-то знакомое. Но где же я мог его слышать-то?

Глава 10

Я плюхнулся на стул, стоявший возле небольшого стола недалеко от стены, садясь сбоку от Курьянова, и бросил стопку очередных историй болезни, которые позаимствовал из архива. Он встрепенулся и посмотрел на меня немного расфокусированным взглядом.

— Наслаждайся, — улыбнулся я ему и прислонился к стене, закрывая глаза.

— Это бесполезная трата времени, — донёсся до меня голос товарища. — Мы уже третью ночь сидим в этой больничке, но ничего так и не смогли найти. Я уже в принципе сомневаюсь в сверхъестественности всего здесь происходящего.

— Возможно, конкретно в этот промежуток времени в этих Стрижах ничего и не происходит, но ты сам видел труп бабушки и слышал, что говорил Карпов, — пришлось открыть на секунду глаза, чтобы посмотреть на насупившегося парня, притянувшего к себе первую папку из стопки, которые я ему принёс. С наступлением каждой ночи накатывала та самая непонятная усталость и сонливость, с которой ни я, ни Глеб справиться не могли. Как и понять причину этого состояния, в которое погружались далеко не все, как мы думали изначально.

К счастью, на работу нас взяли без проблем. В местной больнице действительно не хватало рук, а учитывая хорошо продуманную легенду и предоставленные отцом Фёдором документы, даже особо спрашивать ни о чём не стали. Больных было немало, и нам с Романом бо́льшую часть времени приходилось тратить на уход за тяжёлыми больными. Одновременно с этим я старался осмотреть каждого находившегося в больнице зрением душ. Но пока никакой пользы в нашем деле это не приносило.

К Курьянову, которого мы отправили на ночное дежурство в морг, являвшегося, по сути, среди нас наиболее сильным и подготовленным магом, в гости тоже никто не заглядывал, да и подозрительно никто не умирал. Поэтому он коротал время, пытаясь отыскать информацию в историях болезни.

— Ты, когда идёшь к оружейнику? — спросил он, вновь отвлекая меня от блаженного ничегонеделанья.

— Завтра утром, — не открывая глаз, произнёс я, проваливаясь в сон.

Павел молчал, копаясь в своей библиотеке или что там у него было, стараясь отыскать хоть какую-то информацию о Вапуле. Потому что он давал на отсечение камешек в своём кольце, что слышал это имя. С тех пор он все силы прикладывал к тому, чтобы не лишиться такой значимой детали артефакта и найти то, что мне бы помогло при следующей встрече с этим странным мужчиной.

Внезапно я резко очнулся, ощущая, что рядом со мной находится кто-то посторонний. Встрепенувшись и сфокусировав взгляд, я увидел, что к нам, практически не создавая шума, приближается фигура в белых одеяниях. В полутёмном помещении, где единственным источником света являлась настольная лампа, было невозможно разглядеть, кого именно занесло сюда посреди ночи.

Потянувшись к кинжалу, который несмотря на возражения Павла всё-таки носил всегда с собой, я всмотрелся в незваного гостя, после чего выдохнул и убрал руку. Свет упал на лицо старушки из десятой палаты, которая страдала бессонницей. Из-за чего, кстати, нам с Романом не раз приходилось вылавливать её в самых странных местах довольно большого здания.

— Сынок, — она притронулась к плечу спящего Курьянова. Отчего он резко подскочил и обернулся, глядя в лицо ничуть не испугавшейся женщины. — Я тут заплутала немного. Это же не столовая?

— Ты… Нет, это не столовая! — прорычал он и опустился на стул, стряхивая фиолетовые искры с рук, развеивая тем самым готовое в любой момент сорваться заклятие. Я довольно выразительно хмыкнул и, поднявшись, подошёл к ней.

— Идёмте, Софья Вячеславовна, я отведу вас в палату, — мягко произнёс я, стараясь переключить все её внимания не себя. Она пристально буравила взглядом макушку испугавшегося парня, и только когда я прикоснулся к её руке, словно увидела меня и улыбнулась.

— Они все издеваются надо мной, — простонал Курьянов еле слышно.

— Крепись. Твоя храбрость, уверенность в себе и внешняя привлекательность просто тянет местных старушек позаигрывать с тобой, — шепнул я Глебу, получив в ответ злобный взгляд.

— Романа найди и сюда приведи. Запрём его до утра, пусть отоспится. А то мне кажется, он не отдыхал с того момента, как мы сюда приехали, — пробурчал Курьянов и открыл очередную папку.

Пока я вёл в палату весело щебечущую старушку, которая в кои-то веки нашла посреди ночи слушателя и собеседника, думал о том, что сказал Курьянов. Роман действительно выглядел неважно. Стал каким-то нервным, перестал участвовать в обсуждениях дальнейших планов, да и в принципе начал отдаляться, стараясь большую часть времени проводить в одиночестве. Это, не говоря о том, что парень заметно осунулся, кожа его стала какого-то странного цвета, а тёмные круги под глазами уже занимали половину лица. Однако первозданная энергия его была нетронута, да и никакого внешнего влияния мы с Павлом на нём не заметили, поэтому то, что творилось с оборотнем, оставалось загадкой, а сам он только отмахивался.

— Встретимся завтра? — в центре коридора возле поста дежурной медицинской сестры, я увидел Романа, которому мило улыбалась миловидная девушка в белом халате. Я не помнил её, но, судя по тому, как с ней уважительно поздоровалась пациентка, которую я честно довёл до её палаты, она в больнице работала не первый день.

Женщина бросила на меня слегка неприязненный взгляд и, развернувшись, ушла в направлении выхода, громко стуча каблуками по кафельной плитке.

— Как она на них вообще ходит, — смотрел я ей вслед, почему-то акцентируя внимание на ярко-красных туфлях. — Кто она?

— Врач. Неважно, — ответил он как-то отрешённо.

— Ты в порядке? Рома, — я помахал перед его глазами рукой.

— Нет. Но я, кажется, понял, что здесь происходит, — посмотрел он на меня кажущимися стеклянными в полутёмном помещении глазами. — Мы все не так поняли, — выдохнул он. — Сколько человек может прожить без сна? — прямо спросил он у меня.

— Ну… дней семь. Через три-четыре начнутся уже серьёзные проблемы. Вроде бы, — тихо ответил, не совсем понимая, к чему клонит парень.

— Пойдём, поговорим. А то у меня не слишком много времени осталось, — усмехнулся он и быстрым шагом направился в ту сторону, откуда мы с Софьей Вячеславовной только что пришли.

Расспросами я его пока решил не доставать, логичнее было услышать его версию всем сразу, поэтому до морга мы дошли молча.

— Хватит читать, присоединяйся, — шепнул я, надеясь, что Паша меня услышит и прервёт своё такое неожиданное уединение.

— Ладно, хуже от этого не будет. Потому что я пока вообще ничего не нашёл, — как-то мрачно отозвался он.

— Хватит спать! — рявкнул Рома, будя таким образом задремавшего Курьянова. Глеб встрепенулся и потёр глаза, выкручивая на максимум свет в настольной лампе. — Дай мне бумаги из монастыря, — он сел за стол и открыл протянутую папку, начиная быстро перебирать листы. Проснувшийся парень посмотрел на меня, но я только пожал плечами.

— Вот, — он протянул мне какую-то бумагу. Быстро пробежавшись по ней глазами, я перевёл взгляд на Рому. — Почему никто из нас на это не обратил внимание, мы же всю информацию под лупой буквально проверяли все вместе.

— Ну да, все события начали происходить два года назад. Очевидцы вспомнили, что всему этому предшествовал какой-то метеоритный дождь, но его следов никто из Стражей и клириков не нашёл, — передав Курьянову документ, я сел напротив задумавшегося Романа и пристально посмотрел ему в глаза. — Что происходит?

— Что вы знаете о Летавицах? — прямо спросил он у меня.

— Ничего, — честно ответил я.

— Я не знаю, может, их называют по-другому, но в том месте, откуда я родом, этих существ называли именно так, — поднялся на ноги Роман и провёл руками по лицу. — Я вспомнил об этом только сегодня, в тот момент, когда ты обратил внимание на туфли.

— А туфли-то тут причём? — тряхнул я головой. — Тем более, она человек, я сразу же проверил, используя способности Стража.

— Да я не про неё. Она может вообще ко всему не иметь никакого отношения. Но туфли навели меня на мысль. В общем, есть поверье, что существует дух, который опускается на землю в виде падающей звезды или метеора. И уже на земле приобретает человеческий облик. Облик эта тварь может легко менять в зависимости от обстоятельств. И моя бабка говорила, что отличительной особенностью этого духа являются красные сапожки, которые позволяют ему летать. — Подбирая каждое слово, медленно проговорил он.

— То есть, до нашей гиены уже третьи сутки домогается злой дух, а он только сейчас это понял? — недоверчиво переспросил Павел. — Миша, беру свои слова обратно. Он тормоз, а те просветления в его голове явно носят случайный характер. Хотя может, он надеялся, что это суккуба, как мы считали изначально, и потому не спешил говорить?

— Рома…

— Мы думали, что с жертвами что-то делают во сне, — перебил он меня, поднимая руку. — Но что, если людям просто не дают спать?

— И они просто в конечном счёте впадают в кому, и организм умирает, — подытожил Курьянов. — То есть, ты хочешь сказать, что твоя Летавица выбрала жертвой тебя? Ты, почему об этом молчал и раньше не говорил.

— Потому что я не понимал! — повысил он голос, взмахнув руками. — Я спал. Ну, мне казалось, что сплю. Да и что мне было говорить? Что мне снятся странные сны разного непонятного и размытого содержания, в которые приходят мои покойные родственники и знакомые? — поморщился он. — Единственное, что их всех связывало, — это красная обувь на ногах.

— И эта докторша — Летавица? — решил уточнить я.

— Ну, на работу она устроилась два года назад, и как-то подозрительно начала с первых секунд моего появления в больнице привлекать к себе внимание. Может, совпадение, — пожал оборотень плечами.

— Я даже не хочу спрашивать, какие сны тебе снились, что ты о них рассказывать не захотел, — усмехнулся я.

— Разные, — уклончиво ответил он. — Но, в основном мы разговаривали.

— Так, в моих книгах тоже есть информация про такого духа. — Проговорил Павел. — Считается мифом, сказкой, выдумкой и фольклором в некоторых частях нашей необъятной империи. Ага, это понятно, это мы уже слышали. Вот, действительно, приобретает облик близкого человека, поглощая жизненные силы и, в конце концов, убивая свою жертву. Непонятно, как она появляется: во сне или наяву, но, в общем-то, действительно подходит. Души ей не нужны, судя по всему. Для этого и жнец тут бродит. Не слишком приятная ситуация получается, тут компания аж из трёх сущностей: Летавица, жнец и тот, кто ими управляет. И оборотень наш попал под раздачу по одной простой причине: он единственный не маг в вашей честной компании, и сразу не сообразил, что попал под влияние некой сущности. Видимо, всё-таки жертвы выбираются не случайно, и наша не слишком умная гиена обладает какими-то качествами, которые нужны этому духу или существу, колдуну, свихнувшемуся фанатику, под чьим контролем она находится. Надеюсь, это качество — не отсутствие мозга и подозрительно низкий интеллект, а то ты тоже в опасности.

— Как её убить? — просто спросил я у всех, включая Павла.

— Не знаю. Мои говорили, что если она вцепилась в свою жертву, то так просто она их не отпускает, пока полностью не подчинит и не утянет его душу за собой, — ответил Роман.

— Паша? — тихо спросил я у перстня.

— Не уверен. Много противоречивой информации, но как убить не сказано. Но можно заманить, запытать, подчинить и заставить работать на себя, чем, скорее всего, и занимается наш странный пожиратель душ, — неохотно ответил он.

— Ладно, есть идея, — сказал я под пристально направленными на меня взглядами. — Глеб, утром отправляйся в монастырь и доложи про всё то, что мы узнали и ещё узнаем. Я думал, что к этому времени с нами уже кто-нибудь свяжется, но почему-то наставники не спешат этого делать. Романа эта тварь вряд ли отпустит, а мне нужно встретиться с оружейником, — прервал я открывшего рот Курьянова, не давая тому задать вопрос, который и так напрашивался. Немного подумав, он кивнул соглашаясь. — А сейчас мы пойдём в наш великолепный профилакторий и уложим тебя спать, предварительно разукрасив комнату всеми известными рунами, вдруг что-нибудь, да поможет. Не убьём твоего приставучего духа, так хоть попытаемся узнать, кто именно за всем этим стоит.

— Хорошо. Даже если ничего не получится, я хотя бы высплюсь, — серьёзно проговорил Роман.

— Да, я побуду с тобой, не переживай, — успокоил я его, направляясь на выход. Задерживаться в больнице больше смысла пока не было, поэтому окончания смены дожидаться мы не стали.

Уже перед самым выходом, нам попалась навстречу та самая девушка-врач, которая любезничала с Ромой. Она ему мило улыбнулась и проводила его взглядом, когда выходили с территории больницы. Непохожа она на злобного духа, который может перевоплощаться. Всё равно они должны отличаться структурой души от человека.

— Как я доберусь до монастыря? — спросил Курьянов уже у дверей профилактория, в которые мы снова начали долбиться, чтобы вахтер нас впустил. Стояла середина ночи, и мне бы не хотелось, чтобы наш план развалился по причине того, что нас просто не впустили в номера.

— Пешком, тут недалеко, — хмыкнул Роман. — Автомобилей здесь ни у кого нет, автобус ходит раз в неделю. Так что выбор не особо богатый.

— Великолепно. Надеюсь, что меня по дороге никто не сожрёт, — пробурчал Глеб.

— Да когда вы уже съедете отсюда! Никакого покоя от вас нет! — Проворчал вахтер, распахивая перед нами двери. — Остались бы на своей заставе, чего вас к обычным нормальным людям-то потянуло? — продолжал возмущаться пожилой мужчина.

— И тебе доброй ночи, — широко улыбнулся я, заходя внутрь здания, вновь погружаясь в неестественную тишину и сонливость.

Взяв рюкзак из своей комнаты, я прошёл в ту, где обосновался Роман, и принялся посыпать солью пол, делая ловушки для духов. Кинжалом и своей кровью на полу под ковром начертил несколько символов, не забыв про руну изгнания. Немного подумав, спустился вниз и, прокравшись к кухне, позаимствовал на время дюжину обычных ножей, который воткнул в пол возле кровати, соединяя их между собой линиями из золы. Не знаю, насколько применима ловушка для обычных призраков к этой Летавице, но лишним точно не будет. Ну и пару сигнальных чар Паша не забыл наложить, чтобы мы сразу среагировали, если кто-то посторонний появится в гостях у оборотня.

Вернув ковёр на место, мы с Курьяновым оставили Романа одного. Глеб ушёл в мою комнату, ждать сигнала, а я остался в коридоре, прячась в тени небольшого углубления в стене.

— Я вот только одного понять не могу, почему именно Летавица-то? — задумчиво поинтересовался у меня Павел. — О них же знать никто не знает, либо редкие слишком, либо хорошо маскируются. Или в этом и кроется разгадка? Если никто не знает, куда смотреть, то можно долго оставаться незамеченным? Кстати, видимо, бессонницей страдает у нас не только Роман, — фыркнул артефакт.

Прямо по коридору шёл тот самый мужчина, который всё время стоял за стойкой оформления. Я только сейчас увидел, что на его ногах красовались тёмно-красные ботинки. Всё-таки это сразу бы бросилось в глаза, если он хотя бы раз за время нашего пребывания здесь вышел из-за стойки. Оглядевшись по сторонам, он подошёл к двери, ведущей в комнату Романа, и на мгновение замер, к чему-то прислушиваясь. Без лишнего шума, звуков и каких-либо световых эффектов его облик внезапно сменился. Сейчас в коридоре стояла очень красивая девушка в облегающем чёрном платье, которое выгодно подчёркивало достоинства её высокой, стройной фигуры. Пригладив длинные чёрные волосы, она открыла дверь и тихо вошла в номер.

— Вот же сволочь бесстыжая. Даже меня провёл! — негодующе воскликнул Павел. — Это же надо. Да как я, при всём своём величии разума, не смог в нём разглядеть тварь? У него ж на лице большими буквами это изначально было написано. Мне кажется, тебе нужно быстрее развиваться и лучше подбирать компанию, а то я из-за вас тупею, — разочарованно протянул артефакт.

— Да ладно тебе, тут несколько групп Стражей ничего не поняли. Так что маскировка у твари действительно хороша. — Успокоил я Павла, после чего глубоко выдохнул, доставая из ножен кинжал, и тихо двинулся к дверям комнаты.

— Рома, у тебя что-то изменилось? — Услышал я бархатистый женский голос, как только приоткрыл дверь. — Ты напряжён.

— Да напряжёшься тут, когда к тебе престарелый мужик пристаёт, — хихикнул Павел, а я в этот момент зажёг свет в комнате, ударив рукой по выключателю.

— Что происходит? — завопила девица и вскочила с кровати, на которой сидел Роман, немного заторможено переводя взгляд на меня.

Он явно пытался сбросить с себя это оцепенение, но быстро сделать это у него не получалось. Переведя взгляд на мой кинжал, девушка оскалилась и, сделав шаг, поднялась в воздух, стремительно делая рывок к открытому окну. Однако не долетев до него буквально метр, она словно врезалась в прозрачную стену и упала на пол.

— Это ты нам расскажи, — усмехнулся я, приближаясь к ней. — Что здесь происходит. Не смогла жертву получше найти, что ли?

— Выпусти меня, лучше по-хорошему, — голос девушки стал грубее, а сама она начала менять очертания и буквально за пару секунд, превратилась в огромного монстра с серой морщинистой кожей, жёлтыми светящимися глазами и завивающимися в небольшие рога волосами.

— Так ты демон? Хотя нет, непохож, — задумчиво проговорил я. — Или эта, как его, Летавица? Давай поговорим, и я тебя, возможно, отпущу, — перевёл я взгляд на ноги, обутые в красные высокие сапоги — единственное, что осталось одето на этом чудовище.

Сейчас, когда этот монстр перестал скрываться, я чувствовал исходившую от него ауру, ту самую, которая напитывала ночной городок, погружая его в сон. Но она совершенно не была похожа на ту силу, которой была пропитана мастерская Вапулы. Теперь я видел, что это действительно был обычный дух, имеющий немного своеобразный внешний вид.

— Ты не отпустишь меня, — по комнате разнёсся рык, который отражался от стен в своеобразное потустороннее эхо. — Да даже если ты это сделаешь, тот, кому я служу, не оставит меня в живых.

— Вот, это самый главный вопрос, кому ты служишь? — я подошёл практически вплотную, играя кинжалом в руке, на лезвии которого вновь начали проявляться эти странные символы.

— А то ты не знаешь? — рассмеялась она.

Я на секунду закрыл глаза, сосредоточившись и активируя сразу несколько рун, напитывая их крохами энергии магии душ. Этого было достаточно, чтобы Летавица замерла на полуслове и наконец-то замолчала. Она не могла двигаться, пока действие магии одной из рун не прекратится. Роман, наконец, тряхнул головой и, шатаясь, подошёл ко мне, задумчиво разглядывая представшего перед ним монстра, который едва его не убил. Он неожиданно наклонился и стянул с духа его обувь.

— Подчинись! — Внезапно произнёс Роман, откидывая сапоги в сторону. Едва они коснулись пола, как вспыхнули красным огнём и исчезли, не оставив после себя даже пепла.

— Ты что сделал? — прошипел я в сторону замершего парня, который не сводил воспалённых глаз с пришедшего в движение и беснующегося в невидимой клетке духа.

— Я вспомнил, что эту тварь можно подчинить, если снять с него обувь, — ровно произнёс Роман.

— А раньше нельзя было сказать? — хмуро поинтересовался я.

— А раньше я не помнил, — отмахнулся парень. — Успокойся, — бросил он в сторону духа, который неожиданно упал на колени и склонил голову перед оборотнем. — Ну вот и отлично. Кому ты служишь?

— Тебе, — медленно произнесла девушка-монстр.

— Ты знаешь, о чём я говорю, — поморщился Роман.

— Вапула, — с явной неохотой проговорила она, словно пытаясь сопротивляться ответу на вопрос.

— Оружейник? — вырвалось у меня. — Это он замешан во всём этом?

— Он демон шестидесятой колонны, — оскалилась Летавица. — И он придёт за мной, я служу ему уже несколько лет и никогда не подводила.

— Зато сейчас ты подвела меня, — дверь распахнулась настежь, и нас с Романом отбросило к дальней стене. В комнату зашёл тот самый Константин Вапула и медленно направился в нашу сторону. — Что же вы лезете-то туда, куда не следует. Я сразу почувствовал в тебе мага. А ты настолько слаб, что даже не смог увидеть мою истинную сущность. Я ведь думал, что мы сможем договориться. Я даже нашёл для тебя очень хорошее сырьё для твоего кинжала, но вы, людишки, слишком друг другом дорожите, — скривился он.

— Точно, Вапула. Один из Высших демонов, — пробормотал Павел. — Но почему я ничего не смог про него вспомнить раньше.

— Потому что я этого не захотел, — рассмеялся демон, явно услышав голос моего артефакта. — Ладно, приступим. Из вас обоих получится отличный клинок.

Глава 11

Невидимой силой нас с Романом подняло вверх и ещё сильнее прижало к стене. Давление было настолько огромное, что казалось будто на меня обрушилась целая скала.

Теперь уже незачем было скрываться, и я зрением душ смотрел на своего противника, который в это время повернулся к Летавице. Это точно был демон. Истинный, Высший демон, а не те обращённые, с кем я встречался ранее. Его подобие души и первозданной энергии выглядело сплошной чёрной массой, заполняющей всё тело. Красные кольца напоминали кольца ранга и ярко светились, окружая грязно-серый плотный дым, расположенный в самом центре его груди. Колец было ровно семь и, если это действительно отражение уровня стоявшего передо мной демона, то это открытие меня совершенно не радовало.

— Ты подвела меня, — холодный голос Вапулы пробрался в самый центр сознания, хотя он явно обращался не ко мне.

— Такого больше не повторится, господин, — ответила Летавица, склонившись перед демоном в низком поклоне.

— Разумеется, не повторится, — усмехнулся оружейник.

— Их было трое, — поспешил ответить не поднимающий пока глаза дух. — С этими двумя был ещё один парень.

— Вот как, — задумчиво протянул демон и резко повернулся в нашу сторону. — Где ваш товарищ?

— Понятия не имею, о ком ты говоришь, — процедил я.

— Не лги мне, — в одно мгновение он словно переместился в пространстве, появившись прямо передо мной.

Демон схватил меня за шею и посмотрел в глаза, стараясь поймать мой взгляд. Его зрачки вытянулись, приобретая звериную форму, а радужка окрасилась в бордовый цвет. Я ощущал направленную на меня ауру, теперь более плотную, чем тогда в оружейной лавке. Эта сила была пропитана самой тьмой, которая постепенно начала впитываться в мою кожу, проникая внутрь и тем самым меня отравляя.

В глазах тут же потемнело, а в голову будто вонзилось несколько десятков раскалённых игл. Помимо моей воли перед глазами сразу же начали появляться размытые картинки моего прошлого, которые я всеми силами старался загнать обратно в сознание. Он был сильнее, но кровь Уваровых тоже давала о себе знать, поэтому я мог попытаться противиться ему. Выкинуть демона из своего сознания у меня всё же не получалось, поэтому я сконцентрировался и сфокусировался только на одном изображении: как Курьянов спит за столом в больничном морге.

Видимо, я показал его во всех подробностях и достаточно ярко, потому что почувствовал, как демон отстранился, удовлетворённо хмыкнув. Надеюсь, Глеб сейчас не спит в соседней комнате и уже мчится на всех парах в монастырь. Даже если он попал под влияние магии Летавицы, то я хотя бы выиграл для него время, отправив врагов по ложному следу.

— Он работает в местной больнице. Ищи его там. Только сначала…

Я не дал ему договорить. Призвав родовой дар, я выбросил вперёд часть голой силы, которая не только смогла разрушить сдерживающие нас чары, но и отбросила не ожидающего атаки демона к дальней стене. Водяной змей закружился по комнате и завис прямо перед нами. Открыв пасть, магический змей выпустил искажающую пространство волну силы в сторону Вапулы, не давая тому подняться на ноги.

Это вряд ли могло надолго его сдержать, но я, воспользовавшись короткой передышкой, наклонился к сползшему по стене Роману, находившемуся без сознания. Он был вымотан и до встречи с демоном, поэтому даже такая простенькая атака для него имела последствия. Я потряс парня за плечо, стараясь привести в чувство. Он встрепенулся и резко распахнул глаза.

— Живой? Ну вот и отлично. Я отвлеку его на себя, а ты беги, — прошептал я и, поднявшись на ноги, вскинул руку, ещё больше напитывая своего водяного змея силой.

— Миша, я… — Прохрипел Роман.

— Да уходи ты, идиот, — прошипел я, формируя в воздухе водяное копьё и несколько десятков клинков. При этом вкладывая в них больше половины имеющейся у меня энергии. — Ты мне здесь не поможешь, только погибнешь.

Я больше не обращал внимания на Романа, концентрируясь на нашей схватке с Вапулой.

— Ты же понимаешь, что мы не сможем его победить, — тихо спросил Павел, нагреваясь на моём пальце. Я почувствовал, как сторонняя энергия вплетается в первозданную оболочку моей души, насыщая кольца ранга. Сейчас незачем было осторожничать, нужно было приложить все имеющиеся ресурсы для этой скоротечной схватки.

Роман зарычал, в считаные секунды обратившись огромной гиеной, и в два прыжка достиг распахнутого окна. После чего в последний раз бросил на меня быстрый взгляд и выпрыгнул наружу, растворяясь в ночной тьме.

— Держи его! — раздавшийся рёв взбешённого демона пронёсся, казалось, не только по комнате, но и по всем даже самым потаённым уголкам местного профилактория.

Вапула всё-таки смог подняться несмотря на усиливающееся на него давление и, разведя руки в стороны, высвободить свою демоническую ауру. Меня откинуло немного назад, но на ногах я устоял, в ту же секунду направляя в своего противника все приготовленные мной заклятия.

— Эти фокусы бесполезны против меня! — Рассмеялся Вапула, призывая магический кнут красно-чёрного цвета и лёгким движением разбивая все летящие в него клинки.

Мой родовой змей, крутанувшись вокруг меня, взлетел под потолок и спикировал на демона. Латавица не могла ослушаться приказа своего господина и всячески старалась разомкнуть ловушку, в центре которой она застряла.

Я активировал водные крылья и, пользуясь тем, что Вапула отвлёкся на моего змея, устремился в окно вслед за Романом. Да, я прекрасно понимал, что эту битву мне не выиграть. Но вот сбежать можно и попытаться. Обернувшись, увидел, как демон несколькими ударами своего кнута легко отразил атаку моего сильнейшего на данный момент заклятья, разрушая призванного водяного змея без особого труда.

Через пару секунд раздался свист, и обжигающий могильным холодом красно-чёрный кнут обвился вокруг моих ног, резким рывком закидывая обратно в комнату. Моё тело тут же обвила какая-то прожигающая одежду верёвка, оставляющая на коже волдыри, как от химического ожога.

— Ничего не можешь сделать! — прорычал демон, одним щелчком пальцев разрушая ловушку, в которой всё ещё бесновалась Летавица. — Найди оборотня и доставь его в мастерскую, я не собираюсь останавливаться на полпути. Потом займись третьим.

— Слушаюсь, господин, — приклонив голову, дух превратился в знакомую фигуру местного распорядителя. После чего быстрым шагом пересёк комнату и вышел через дверь, оставляя нас с Вапулой наедине.

— А вот ты можешь не так уж и мало. Да, не думал, что какой-то пацан сможет меня одурачить, — усмехнулся он, подходя ближе, поигрывая демоническим кнутом в своих руках. — Я вот даже подумать не мог, что ты тот самый неуловимый Михаил Уваров, за которого мой повелитель назначил очень щедрую награду. Ты полон сюрпризов и тоже умеешь неплохо скрывать свою силу. Только ты не твой отец, силу которого признаю даже я. Ты ничего не можешь противопоставить настоящему демону, — указал он на себя рукой.

— Ну так подожди, когда я сам седьмого уровня достигну, тогда и посмотрим, насколько ты будешь в этом случае самоуверенным, — скривился я, не понимая его радости от победы над соперником в несколько раз слабее его самого.

— Не я первым взлез в твои дела. Так что не нужно теперь сокрушаться, — оскалился он, а в его глазах заплясали огненные искры. — У меня на тебя есть планы. Повелитель не говорил, что нужно доставить тебя к нему живым. Думаю, что я смогу преподнести ему щедрый дар, сковав клинок, созданный из крови, плоти и души наследника сильнейшего магического рода, — засмеялся он. — Это будет поистине щедрый дар. Хм, как интересно, — он опустил глаза и сделал несколько шагов в сторону, нагибаясь и подбирая с пола мой кинжал вечности, который я, вероятно, выронил ещё при первом появлении Высшего демона.

Руны на клинке светились так ярко, как никогда до этого. И как только пальцы Вапулы коснулись рукояти, то лезвие вспыхнуло ярким пламенем, перекидываясь на его руку. Он вскрикнул и резко выронил клинок на пол, который тут же потух, превращаясь в обычный кинжал с едва заметными переливающимися символами.

Рука демона была очень сильно обожжена. Вапула осмотрел её со всех сторон, после чего неприязненно покосился на лежащий на полу кинжал. Похоже, кровь феникса каким-то образом вплелась в структуру самого кинжала и теперь таким своеобразным образом реагировала на прикосновения к себе демона.

— Что ты с ним сделал? — прищурившись, повернулся он ко мне, глядя на меня заинтересованным взглядом. — Хоть это и не моё творение, но я чувствую работу кого-то из моих собратьев. Этот клинок не должен обладать такими свойствами.

— Да просто сыр на обеде резал. Может у тебя на молочные продукты аллергия? — улыбнулся я, увидев, как от перстня отделилась серебристая нить, которая обвила рукоять кинжала и притянула ближе ко мне.

Как только до него оставалось совсем немного, клинок исчез, а Павел удовлетворённо хмыкнул. Странно, что Вапула не сделал ничего, что могло бы мне помешать забрать своё оружие.

— Неважно, всё равно он в конечном счёте станет моим, — усмехнулся демон, доставая из-под рубашки какой-то вычурный медальон из тёмного металла.

Он засветился ярким изумрудным светом, из-за чего на стенах заплясали странные извивающиеся тени. Демон произнёс короткое заклинание на своём языке и, зажав артефакт в руке, посмотрел на меня каким-то безумным взглядом.

— У меня есть место, где тебе понравится. Не сопротивляйся, из моей темницы ты всё равно выбраться не сможешь, — улыбнулся он, взмахом руки открывая ярко-красный портал, словно созданный из кипящей крови.

— Посмотрим, — хмыкнул я и, активировав в воздухе руну связывания душ, направил её в сторону противника.

Я не знаю, достигла ли она цели, потому как в это же самое время одним лишь взмахом руки Вапулы меня подняло в воздух и закинуло в открытое окно портала.

Яркая вспышка боли, и я оказался совершенно в другом месте. По ушам тут же ударил резкий звук, напоминающий крики множества людей. Что-либо разобрать было практически невозможно, собственно, как и начать адекватно мыслить под действием этой оглушающей звуковой атаки. Я был дезориентирован, поэтому даже не пытался открыть глаза, чтобы посмотреть на то место, куда Вапула меня забросил. Я закрыл уши руками, стараясь хоть немного отстраниться от этого шума и прийти в себя.

— Да очнись ты! — услышал где-то вдалеке знакомый голос артефакта, и меня внезапно накрыло плотным куполом, погружая в полную тишину. — Если ты ничего сейчас не сделаешь, то мы с тобой сгорим гораздо быстрее, чем я планировал ранее, — спокойно и даже как-то умиротворённо произнёс Павел.

Я резко открыл глаза, только теперь начиная осознавать, что куда-то стремительно падаю. Посмотрев вниз, выругался, когда увидел приближающуюся ко мне огненную реку. Активировав водяные крылья, я сделал несколько взмахов, зависая в воздухе и попутно оглядываясь.

Подо мной было какое-то ущелье, окружённое чёрными скалами, внизу которого бесновалась огненная стихия. Что было наверху, разглядеть не удалось. Только чёрное пятно.

Дышать было практически невозможно. Всё моё тело обжигал горячий воздух. Я чертыхнулся, начиная осознавать, что под влиянием этого жара одежда на мне начинала тлеть.

— Что это за место? — тихо спросил я у Павла, накрывая себя водяным куполом, чтобы хоть немного сбить этот жар.

— Какое-то пространственное хранилище. По крайней мере, по структуре защитного контура я ощущаю его именно так. У меня практически такое же, ну только без вот этого огненного кошмара для любого ювелирного изделия из благородного металла. — Ответил он.

— Ладно. И как отсюда выбраться? — закусил я губу, поднимаясь ещё выше и начиная двигаться вперёд над огненной рекой. Наверняка она где-то всё-таки заканчивается. Почему-то попытаться взлетать под самый верх мне не хотелось, словно что-то отталкивало меня. Ну что ж, прислушаемся пока к своей интуиции.

— Ну, либо разрушить внешне, что тебе сделать не удастся, либо изнутри, что тоже вряд ли получится, учитывая, что такого запаса свободной энергии ты, скорее всего, не сможешь тут найти. Но нужно найти центр этого пространственного кармана, это будет самой тонкой точкой, куда можно попытаться ударить. — Как-то подозрительно спокойно говорил Павел. — Если не ошибаюсь, то тебя выбросило где-то на окраине. И это субпространство точно не может быть большим. Слишком много сил требуется, чтобы поддерживать всё это огненное великолепие.

— Это не может быть просто каким-то местом на земле. Кратер вулкана, например, или что-то подобное этому? — рассуждал я.

— Нет, это точно пространственный карман, — уверенно сказал артефакт. Я кивнул, понимая, что причин не соглашаться с ним у меня не было. С подобным я столкнулся впервые, поэтому полностью доверился в этом вопросе Павлу. — Я немного заглушил тебя, точнее, все внешние звуки, да немного успокаивающими чарами вдарил. Обычно я подобным не занимаюсь, концентрация теряется и внимание рассеянным становится. Но здесь я просто не видел другого выхода. Признаться честно, даже у меня от этого ужаса волосы в неприличном месте зашевелились. А ведь у меня нет не только неприличных мест, но и самих волос. — После небольшой паузы проговорил он.

— А, поэтому я такой неожиданно спокойный, — хмыкнул я. — Мы, случайно, не на месте? — Уточнил я, пролетая самое узкое место между двумя каменными грядами и влетая в полутёмную пещеру, где закончилась огненная река. Температура резко изменилась, и меня пробил озноб. Я даже не удивился, когда увидел пролетающие снежинки, которые болезненно холодили разгорячённую кожу.

— Всё верно, — коротко ответил он, когда я резко остановился, преодолевая очередное узкое место. — Именно здесь центр кармана и находится.

Пространство было разделено на две части. Сзади от меня была река бурлящей лавы, а спереди — покрытые льдом скалы. По кругу же находились висящие в воздухе клетки. Их было много. Слишком много. И практически в каждой из них металась человеческая душа. Я не стал просить Павла возвращать звуки, потому что по искривлённым гримасам на лицах призраков прекрасно понимал, что именно творится в этом зале. Каждая клеть была запечатана руной, которая пульсировала, не давая им раскрыться под натиском обезумивших от страха и боли душ.

Над каждой клетью висели разнообразные кинжалы, стрелы, мечи, арбалеты, луки, в которые тонкими струйками втягивалась первозданная энергия, отделяющаяся полупрозрачными нитями от душ умерших людей. Они были безумны. Сердцевины их душ были практически разрушены под действием неизвестных мне демонических чар. Никаких человеческих чувств уже не было. Осталась только боль, ужас и страх, который окружал остатки сознания несчастных призраков в этой мастерской, созданной полностью сумасшедшим демоном.

— Ты чувствуешь? — нахмурился я, принюхиваясь к исходящему от лавы запаху. — Тот же самый запах, что мы почуяли от трупа на кладбище. И это совершенно непонятно и не вяжется со всем, о чём мы думали изначально. Надеюсь, Роману удалось сбежать, — неожиданно произнёс я, понимая, где бы уже сегодня ночью оказалась его душа.

— Да что ему будет. Этот Вапула, конечно, кузнец, оружейник, да и руками неплохо работает, но с мозгами у него туговато. Не просто так он демон всего лишь шестидесятой колонны. Кстати, той самой, часть которой запечатана в Школе Стражей. Твой оборотень же Летавицу подчинил, поэтому если даже она его догонит, то ничего не сделает, — выдохнул Павел. — Меня вот только один вопрос интересует, точнее два: почему он засунул тебя сюда в твоём, так сказать, первозданном виде?

— Если бы не ты, я не смог бы вовремя прийти в себя. — Честно признался я. — До огненной реки оставалось всего немного, когда ты выдернул меня из этого хаоса. А второй? — прикрыл я глаза, думая над тем, что делать дальше.

— Что не так с твоим кинжалом? — приторно ласковым голосом поинтересовался артефакт. — И не говори про кровь феникса. Это Высший демон, на него капля крови твоей подружки может подействовать не больше, чем укус комара.

— Это риторический вопрос, ответ на который даже Вапула не знает, — выдохнул я, подлетая к выступу одной из скал и спускаясь на него. — Нужно освободить все эти души, — ровно проговорил я, очищая пространство вокруг себя от снега и протягивая руку, ожидая, когда Паша вернёт мне кинжал.

— А о своей ты позаботишься потом? — деловито уточнил он. — Если ты не в курсе, то меня ждёт точно такая же судьба. Я же осколок души, если ты не забыл. Скорее всего, когда этот психованный оружейник с манерами самовлюблённого аристократа говорил, что из двоих получится отличный клинок, он имел в виду не Романа и тебя.

— Да дай мне уже клинок, — процедил я. — Нужно сваливать отсюда, и как можно быстрее, пока хозяин этого места не решит его навестить и посмотреть, как продвигается ковка его нового творения.

— Вот это, конечно, правильное решение, — в моей раскрытой ладони появился кинжал, лезвие которого было совершенно чистым, без единого знака или символа. Ну что ж, самое время рискнуть.

Я начертил руну изгнания на части скалы, рядом с которой находился. Единственное, что было доступно для меня в моём арсенале на третьем ранге. Когда оковы, сдерживающие души, спадут, я её активирую, изгоняя неуспокоенные души за завесу, где, надеюсь, они смогут обрести покой. А энергии при таком массовом ритуале изгнания высвободится очень много, и она рассеется в пространстве. Надеюсь, её как раз хватит, чтобы разрушить контур этого кармана, как говорил до этого Павел.

Призвав свой трезубец, я обвёл ещё раз взглядом это проклятое место.

— Кстати, а почему ты не применил его раньше? — тихо спросил артефакт.

— Он бы в схватке мне не слишком помог, а козыри всегда должны быть на руках, — решил я ответить, после чего начал напитывать своё духовное оружие всей доступной мне первозданной энергией, не обращая внимание на то, что до конца не восстановившиеся кольца смогут полностью при этом разрушиться. — Ну, погнали. Надеюсь, ты справишься с замками хотя бы на части клетей.

Я ударил трезубцем по каменному выступу, который тут же раскрошился в мелкую крошку. Благо я заранее активировал водяные крылья и после удара взлетел высоко вверх. Волна силы прошла во все стороны, заставляя окружающие скалы дрожать, а реку лавы на некоторое время остановиться. Мне не было видно, как далеко распространилось влияние магии трезубца, но даже этого хватило, чтобы заметить, как многочисленные демонические руны начинают исчезать.

Всё пространство этого ужасного места пришло в движение. Скалы словно начали двигаться, приближаясь друг к другу. Оружие, висевшее над клетками, сыпаться вниз, исчезая в лаве. Души начали стремительно вырываться из клеток, не дожидаясь того момента, когда они упадут вниз вслед за оружием. Неожиданно всё прекратилось. Горы перестали сближаться, а души, которые вырвались на свободу, вдруг резко замерли, слетевшись в одну большую полупрозрачную белесоватую массу. Они все повернулись в мою сторону, и я ощутил взгляд сотен изучающих меня глаз.

От подобного внимания становилось не слишком приятно, да и уверенности, что у меня хватит сил, чтобы изгнать такое количество неупокоенных призраков уже не было.

Первая волна душ настигла меня ровно в тот самый момент, когда я активировал руну, напитав её первозданной энергией. Но, вместо того, чтобы развеяться и исчезнуть во вспышке жаркого пламени, они неожиданно начали проникать в мой трезубец, растворяясь в нём, отдавая всю нерастраченную первозданную энергию, и только после этого распадаться в огненной вспышке. Это было очень странно и крайне неожиданно, и продолжалось это до тех пор, пока последняя освобождённая душа не покинула это место столь оригинальным способом.

Я чувствовал, как духовное оружие стало тяжелее, настолько, что мне с трудом удавалось его удержать. Избыток энергии из трезубца начал проникать через мою кожу в руку, стремительным потоком устремляясь к кольцам ранга и буквально топя меня в море силы.

Резкая вспышка боли, и я схватился за грудь, стараясь унять бешено бьющееся сердце и сделать хотя бы небольшой вдох. Когда я смог выпрямиться, то увидел, как вся энергия распределилась ровно по трём кольцам ранга, полностью их восстановив. И как сформировалось четвёртое.

— Это что было? — прошептал я, оглядываясь по сторонам.

— Жертва. — Быстро ответил Павел. — Я не успел снять с тебя завесу тишины, но они все были очень тебе благодарны за спасения и решили подобным способом помочь. Я даже подумать не мог, что они так быстро договорятся и на тебя набросятся, поэтому никак не успел среагировать, но вот испугаться успел очень качественно. Подробности тебе моего позора знать не обязательно.

— Жертва… — Повторил я, закрывая глаза. — Но как они узнали, что следует делать. Хотя не отвечай. Это понятно. Их мучили неизвестно сколько, создавая из них клинки и арбалеты. И кто, как не они сами, знают, что следует делать с духовным оружием. Спасибо, — тихо произнёс я в пустоту, прекрасно понимая, что меня вряд ли кто-то из спасённых сможет услышать. — Где, ты говоришь, уязвимая точка этого филиала ада?

— Прямо в центр лавы бей, не ошибёшься. Это и есть одна сплошная уязвимая точка, — тихо прошептал Павел.

— Ну что ж. Пора на выход. А то, мне кажется, Вапула уже осведомлен о том, что что-то в его кузнице пошло не по плану.

Я удобнее перехватил трезубец и бросил его прямо в центр реки, буквально в тот же момент ощущая, как земля уходит из-под ног, и меня переносит в пространстве.

Глава 12

Я не ожидал, что телепортация в реальный мир окажется такой жёсткой. Меня несколько раз перевернуло вокруг собственной оси, после чего буквально выбросило вперёд. К счастью, в последнее мгновенье, я всё-таки смог сгруппироваться. Пролетев несколько метров и определив, где находится верх и низ, я приземлился на ноги и попытался осмотреться. Но оглушительный взрыв, раздавшийся совсем рядом, заставил меня поменять свои планы и резко кувыркнуться в сторону.

Когда земля и мелкие камни перестали сыпаться мне на голову, я неуверенно поднялся, бегло оглядываясь. Оказался я на улице прямо перед входом в магазин Вапулы. Сам демон находился неподалёку от меня, а между нами красовалась внушительного размера воронка от мощного взрыва. Земля и пыль до сих пор витала по воздуху, не спеша так быстро оседать.

Я подошёл к демону, разглядывая огромную дыру в его груди, в том месте, где висел до этого его медальон. Нетрудно было догадаться, что именно этот артефакт являлся пространственным хранилищем, являющимся его оружейной мастерской.

Но невзирая на страшную рану, Вапула был ещё жив. Хотя и заметно ослаблен после взрыва. Поэтому у меня появился небольшой шанс попытаться с ним справиться. Достав кинжал вечности, который так губительно влиял на его сущность, я сделал несколько шагов в сторону находившегося в дезориентации демона.

— Тебе не победить, — прогромыхал голос Вапулы, и он открыл глаза, резко поднимаясь на ноги. Взмахнув рукой, он отправил волну силы, которая отбросила меня не несколько метров назад. — Жаль, а мне нравилось это тело, — усмехнулся он, глядя мне в глаза.

Почти мгновенно вокруг нас появился кроваво-красный купол из демонической энергии. Именно сейчас я прекрасно ощутил разницу между уровнями. Даже несмотря на то, что Вапула был серьёзно ранен и слаб, его заклинания были на порядок сильнее и быстрее моих.

Я направил несколько атак, вложив, как мне казалось, достаточно силы, чтобы пробить ещё не окрепший до конца кокон. Но все заклятия отлетели от багряной плёнки, не причинив той даже незначительного вреда. Лишь энергия трезубца смогла пробить стену, создав в ней небольшую брешь. Но она так стремительно стянулась, что у меня не было даже шанса использовать её для побега.

Очертания демонического кузнеца начали меняться. Из раны на его груди стала вытекать чёрная кровь, которая превращалась в густой дым, начиная тут же обволакивать тело демона шестидесятой колонны. Фигура Вапулы, скрытая под тёмной дымкой, увеличивалась, возвышаясь надо мной. Неожиданно нити силы, из которой была соткана стена, стали распадаться и тянуться к призвавшему их демону, вплетаясь в чёрный дым.

Стена разрушилась, и у меня появился шанс если не сбежать, то как минимум увеличить между нами расстояние. Я активировал водяные крылья и сделал стремительный рывок вверх.

— Осторожно! — завопил Павел, и я от неожиданности затормозил. Именно это спасло меня от направленной атаки, которую я заметил слишком поздно.

Земля в том месте, где я находился несколько секунд назад, пришла в движение, засыхая, образуя многочисленные трещины, из которых вверх взметнулись тёмные жгуты. Они устремились за мной, извиваясь и стараясь обвить моё тело.

Один из жгутов всё-таки смог схватить мою ногу, пробив наложенный на меня водяной щит, словно тонкую бумагу, и с силой притянуть к земле. Извернувшись, я полоснул по нему кинжалом, лезвие которого вновь охватило жаркое пламя, перекинувшееся на жгут. Объятый огнём, он в мгновение превратился в пепел, освобождая меня.

Я отлетел в сторону и остановился. После чего, развернувшись, посмотрел на преобразившегося демона, представшего в своём истинном обличии. Огромная тёмная фигура возвышалась надо мной, голова приобрела звериные очертания, больше напоминая львиную, а чёрные крылья, которые он расправил, заполнили чуть ли не всё свободное пространство между нами.

— Тебе не скрыться, — голос Вапулы разнёсся по пустой улице мощной звуковой волной, разбивая стёкла находившихся рядом домов.

— Да я и не пытаюсь, — усмехнулся я, призывая трезубец. Я реально оценивал силы и понимал, что уйти действительно не получится. Да и оставлять этот маленький городок на растерзание взбешённому демону было нельзя.

Стёкла его магазинчика, непонятно каким образом уцелевшие, разбились с оглушительным звоном. Из темноты окон вылетело несколько десятков клинков, которые стремительно понеслись в моём направлении. Слишком быстро. Волна силы, направленная от трезубца, смогла лишь немного сбавить их скорость и изменить направление, чтобы они пролетели мимо меня.

— Миша! — знакомый девичий голосок отвлёк меня, и я резко обернулся, глядя на то, как со стороны города к нам приближаются три знакомые фигуры.

— Уходите отсюда, — прорычал я, краем глаза замечая, что клинки, пущенные Вапулой, развернулись в воздухе и вновь устремились ко мне. Я снова отбросил их трезубцем в сторону, правда, один из кинжалов всё-таки смог достать меня и оставить неглубокую царапину на щеке, которую тут же обожгло демоническим ядом.

— О, а вот и подмога пожаловала. Правда, не совсем та, что нам бы сейчас пригодилось, но с худого бобра хоть шерсти клок, — как-то обречённо проговорил Павел, когда я спустился на землю и приблизился к спешившим ко мне друзьям. — Может, в принципе, как живой щит пригодится. Ты поинтересуйся, он себе броню никакую на заставе не нашёл? Ну такую, чтобы хотя бы полторы атаки смогла вынести.

— Вы что здесь делаете? — прорычал я, останавливаясь перед Милой, Сергеем и находившимся позади них Романом.

— Мы… Неважно, — тряхнула головой девушка. — Ложись!

Мы упали на землю синхронно все вчетвером, пропуская кинжалы, подчиняющиеся приказу набирающего силу демона. Сам он ещё не двигался, но аура, которая распространялась от него во все стороны, уже ощущалась кожей и от неё невольно пригибало к земле.

— Он использует энергию, которая осталась от медальона, — напряжённо проговорил Павел. — Поэтому если не поторопитесь, то твой Вапула восстановит силы в рекордно короткие сроки и мне будет совсем неинтересно наблюдать за вашим избиением. Кстати, вот как ты думаешь, если я останусь в живых, в своём резюме для нового владельца стоит указывать, что ты был моим хозяином? Или не стоит портить свою репутацию подобным заявлением…

— Атакуем всем, чем можем! — Скомандовал я, встречаясь взглядом с Милой. После чего девушка встала на ноги и решительно схватила меня за руку.

— Доверься мне, я знаю, что делать, — её силуэт окружило неяркое сияние, и она взмахнула появившимися крыльями, взлетая вверх и утягивая меня за собой. — Я знаю, как увеличить нашу силу. Родители показали, как это сделать, если у нас не будет другого выхода.

В это самое время Роман, обернувшись в свою вторую ипостась, рванул в сторону Вапулы, отвлекая его внимание на себя. Сергей призвал в руки свою шипастую булаву и с каким-то странным рычанием и возгласом ринулся вслед за оборотнем-гиеной, который уже вцепился демону в горло.

— Слияние? — я кивнул, вспоминая то, о чём говорил не так давно Лебедев.

— Немного упрощённая версия. — Мила кивнула, закусив губу. — Я всё сделаю, только помоги мне немного. Призови свой родовой дар и не отпускай мою руку.

Не став спорить, я тут же призвал водяного змея, что взметнулся вверх, делая круг над моей головой. После того как души из хранилища демона напитали меня силой, его цвет стал ярче, а сам он начал переливаться каким-то бирюзовым сиянием. Да и в размерах он заметно прибавил. Скорее всего, у него и способности какие-то новые появились с увеличением уровня. Но сейчас было не время для экспериментов.

Тепло начало исходить от руки феникса, проникая в моё тело и устремляясь волной прямо к ядру силы. Оно ярко засветилось жёлтым светом, который обрело в момент перехода на четвёртый уровень. Запульсировав, ядро на мгновение окрасилось в сиреневый цвет, вновь после этого обретая свой естественный окрас. Змей в этот момент заревел, а над головой девушки появилась фигура огненной птицы, окружённая синеватым свечением, от которой то и дело отделялись водяные капли, падающие на нас. Вспышка света, и змей оплёл фигуру феникса, буквально растворяясь в ней.

— Давай, — прошептала Мила и я, повинуясь какому-то внутреннему чутью, направил наши проявления родовой магии в демона, который в это время с лёгкостью отражал слабенькие атаки наших друзей.

— А как тебе это, крылатая гадина, — донёсся до меня голос Сергея и он, подбежав вплотную к Вапуле, бросил в него какой-то мешочек, который при соприкосновении с телом демона взорвался, осыпая тело огромного монстра серебристой крошкой.

Раздался оглушительный рёв, а тело Вапулы будто окаменело под действием этого непонятного для меня вещества. Резкая вспышка буквально ослепила нас, когда феникс, усиленный магией змея, ударил по замершей фигуре.

— Мало, — процедил я, освобождая руку из крепкого захвата Милы и устремляясь в сторону демона, который сидел на одном колене, укутавшись своими огромными чёрными крыльями, и тяжело дышал.

Я увернулся от хлыста, который демон призвал в свои когтистые руки. Он раскрылся, и мне хватило рывка и всего лишь одного удара, чтобы успеть вонзить кинжал вечности в его грудь.

Раздался вопль, от которого меня снесло в сторону, а земля под ногами в очередной раз за эту скоротечную схватку задрожала. Чёрный дым, хлынувший из раны, устремился в мою сторону, облепляя меня. Трезубец, который я тут же призвал, соприкоснувшись с самой настоящей тьмой, засиял голубым светом и развеял обступивший меня дым, превращая его в обычный пепел.

Вапула расправил крылья и попытался подняться на ноги пошатываясь. Но я видел, как его тёмная кожа начала трескаться, а тело усыхать.

— Вам, людям, не победить. Это только начало… — Прохрипел демон и замер, осыпаясь чёрным песком на землю.

— Сколько пафоса, а с тремя подростками, великим артефактом и оборотнем справиться не смог, — радостно заключил Павел. Я неопределённо хмыкнул, подходя к тому, что осталось от демона шестидесятой колонны. Стараясь лишний раз не прикасаться к его останкам, аккуратно вытащил кинжал. Он словно стал ещё тяжелее и каким-то более холодным. Ни единой трещины на клинке не было, а из символов ярко светилась только гравировка неизвестного кузнеца на навершии.

— Хороший всё-таки клинок. Не просто так я просил тебя его оставить, а ты всё его выбросить хотел, — протянул Павел. Я покачал головой и вложил его в ножны. Нужно как следует заняться изучением этого странного кинжала.

— И так, что вы здесь делаете? — я резко развернулся и, сложив на груди руки, пристально посмотрел на подошедших товарищей. Роману, конечно, досталось больше всего. Кровоподтёки и многочисленные синяки украшали его тело и лицо, и судя по тому, как он тяжело дышал, прикладывая руку к груди, пара рёбер у того точно были сломаны.

— Я тоже очень рад тебя видеть! — воскликнул Сергей и бросился ко мне, заключая в крепких объятиях и сжимая так, что я почувствовал, как трескается несколько костей.

— Осторожнее, иначе ты сейчас сделаешь то, чего не смог добиться демон седьмого уровня, — прошептал я, с облегчением выдыхая, когда расчувствовавшийся оборотень выпустил меня из своей бобриной хватки. — Так что вы делаете здесь?

— Мы приехали тебя навестить, — улыбнулась Мила, тоже подходя ко мне и осторожно обнимая, после чего посмотрела мне в глаза и отошла. — Дмитрий Игоревич сказал, что ты уже практически восстановился, поэтому мы снова можем собраться вместе. Ну мы и рванули к тебе, как только получили эту информацию. Вот, встретились с Сергеем в монастыре. Даже не думала, что буду так сильно по вам скучать.

— Да это вообще пытка была. Учиться у Лебедева без какой-либо моральной поддержки. Не удивительно, что у меня долго ничего не получалось, — провёл по волосам Сергей.

— Всё это, конечно, здорово, но что вы делаете здесь? — я обвёл то, что осталось от улицы, надеясь, что мирных жителей наша схватка всё-таки не зацепила.

— Ну, мы узнали, что вас на задание отправили в это место и пошли вам помочь, — пожала плечами Мила, обводя взглядом руины, оставшиеся от магазинчика Вапулы, разрушившегося вместе с телом его хозяина. — Уже подходили к городку, как столкнулись с несущимся к монастырю Романом. Он тогда всё сразу рассказал, а мы решили, что времени зря терять не будем, и поспешили на помощь. Как оказалось, вовремя.

— Это хорошо, но вы же понимаете, что это всё просто счастливая случайность, — покачал я головой. — Если бы я не разрушил его медальон, тем самым не ослабив демона, то мы бы все просто погибли. Нужно было возвращаться и позвать на помощь отца Фёдора.

— Ну это было бы дольше. И вообще, мы тебе практически жизнь спасли, чем ты недоволен? — нахмурился Сергей.

— Спасибо, — выдохнул я. — Просто мне бы не хотелось, чтобы вы так глупо пострадали. Кстати, насчёт помощи от монастыря. Интересно, где всё это время находился Курьянов?

— Ну, вернёмся в профилакторий и узнаем, там он или нет. Ну а дальше в монастырь сами отправимся, здесь можно считать мы задание закрыли, — пояснил тихо Роман.

— Что ты сделал с Летавицей? — спросил я у немного смутившегося парня.

— Отправил куда подальше. Моего приказа она не может ослушаться, — ответил как-то чересчур быстро он. — Как ты думаешь, что имел в виду Вапула перед смертью?

— Что это только начало? — уточнил я. — Это значит, что война скоро вновь возобновится. И начнётся она не на границе, а внутри страны. Это очевидно, особенно после того, как мы наткнулись на одного из Высших демонов в этом захолустье. Сомневаюсь, что он решил отдохнуть от своих демонических дел и провести отпуск в кругу местного населения, оттачивая свои навыки по ковке оружия. Меня больше интересует, почему он назвался демоном шестидесятой колонны. Насколько я помню, колонн обнаружили не больше тридцати.

— И это не значит, что их всего тридцать, — посмотрел куда-то в сторону Сергей, видимо, обдумывая то, что я сказал.

— Их семьдесят две, — подал голос Павел. — Точнее, семьдесят два Высших демона. Сколько прорезалось колонн в этот мир, мне неизвестно. У меня есть краткая характеристика по всем демонам, о которой я не мог вспомнить, когда искал информацию. Этот Вапула, видимо, обладал навыками не только в ковке оружия, но ещё и мог как-то воздействовать на меня.

— Знаешь ли, это всё меня совершенно не обрадовало, — хмыкнул я, поворачиваясь на звуки приближающихся к нам шагов.

— Что происходит в моём поселении? — Прогромыхал зычный голос. Прямо на нас буквально неслась толпа, вооружённая кто, чем мог. От вил до ножей. У кого-то даже арбалет был взведён и направлен прямо на меня. Впереди этой толпы шествовал уже немолодой мужчина, разглядывая нас прищуренным цепким взглядом и сжимая при этом кулаки.

— Страж четвёртого порядка Вайс, — вышел я вперёд. — Это мои коллеги-клирики из монастыря. Конкретно здесь…

— Да сколько тебе лет, чтобы Стражем называться, — хмыкнул один из первого ряда местных жителей, которые остановились буквально в нескольких шагах от нас, прерывая меня полуслове. — Я видел тебя, ты в местной больничке санитаром подрабатывал.

— Вязать их надо…

— Разрушили исторический центр поселения…

— Вообще, от рук отбились…

— Кто возместит весь этот ущерб…

— Молчать! — рявкнул я, понимая, что устал, и разбираться с входящей в раж толпой, жаждущей чьей-либо крови мне совершенно не хочется. Я слегка недоумевал, как наша стычка с Вапулой осталась в стороне от посторонних любопытствующих глаз. Наверняка же кто-то всё-таки видел то, что произошло.

Огромный змей взвился надо мной. Все посторонние звуки тут же прекратились, а толпа во главе с этим странным мужиком сделала несколько шагов назад.

— Михаил, успокойся, мы сейчас со всем разберёмся, — голос настоятеля заставил в очередной раз обернуться. Прямо из образовавшегося прохода вышел отец Фёдор. Следом за ним взъерошенный Курьянов, а потом уже хлынула толпа братьев клириков, быстро рассредоточившись на местности. — Мы сразу пришли, как получили информацию от примчавшегося Глеба, — посмотрел он на меня. — Возвращайся в монастырь вместе со своими друзьями. Вам следует отдохнуть.

— Да кто вы все такие? — взвизгнула какая-то женщина, но её быстро затолкали вглубь толпы, несмотря на возмущённые крики.

— Похоже, мы здесь немного задержимся, — улыбнулся настоятель. — Да, Михаил, — обратился он ко мне, открывая портал. — Где Лебедев? Он должен был прибыть к вам ещё несколько дней назад сразу после доклада Карпова по поводу твоей проблемы.

— Его здесь не было, — ответил я, переглядываясь со своими товарищами. — Где он? Дмитрий Игоревич не мог просто отлучиться по своим каким-то делам, никого не предупредив.

— Идите в монастырь, мы разберёмся со всем, — стал очень серьёзным отец Фёдор.

Я посмотрел пристально на настоятеля и первым шагнул в открытый проход телепорта. Вся радость от встречи с друзьями и победы над Вапулой буквально в одно мгновение испарилось. Не хотелось думать, что с Лебедевым что-то произошло.

Глава 13

Во дворе монастыря было тихо и практически пусто. Лишь небольшие группки клириков толпились в центре, что-то активно обсуждая. Некоторые, конечно, окинули нас быстрыми взглядами. Но никакой суеты не было, скорее всего, отец Фёдор не стал поднимать лишнего шума. После стычки с Вапулой в Стрижах я даже почувствовал какое-то несвойственное мне умиротворение и, наконец, осознал, что всё творившееся там безумие закончилось.

— Тебе надо в больничное крыло, — посмотрел я на Романа, который опирался на руку Сергея, как только вышел из окна телепорта.

— Не помешало бы, — кивнул он и поморщился, вновь приложив руку к груди.

— Ты вообще зачем кинулся на Высшего демона? — прямо спросил я, подходя к нему ближе и беря парня под руку.

— А что мне оставалось делать, смотреть, как он вас убивает? — вскинулся Роман, останавливаясь и поворачивая ко мне голову. — Я оборотень, и во второй ипостаси всё-таки что-то могу. Например, хотя бы отвлечь противника на себя, не умерев от одного ответного удара.

— Я помню о своём обещании. Как только ты немного восстановишься, я попробую тебе помочь с магией душ. — Приободрил я Романа. Тот неуверенно кивнул и начал перебирать ногами, когда я продолжил движение.

Мы медленно зашли в монастырь, тут же направляясь к местным целителям. Сдав Романа молчаливому и нахмурившемуся лекарю, я вышел в коридор, где остались друзья.

— Ну и? Что это всё на самом деле было? Буквально несколько дней назад меня уверяли в том, что нас разделили для нашей же безопасности, а сегодня вы уже находитесь здесь, — прищурившись, обвёл я этих двоих пристальным взглядом. Они переглянулись, не спеша отвечать на мой вопрос.

— А давай мы пойдём к тебе в комнату и всё расскажем? — предложил Сергей.

— А давай вы начнёте говорить сейчас? — не сдвинулся я с места. — Что происходит?

— Вот мы, в отличие от тебя, рады были друг с другом встретиться, — проворчал оборотень.

— Сергей! — повысил я голос.

— Ладно, — вздохнула Мила. — После того как Карпов сообщил Дмитрию Игоревичу о твоих проблемах с каким-то духом, мы с Сергеем решили, что тебе необходима помощь. Всё-таки мы с тобой неизвестно, каким образом оказались связаны, а он вообще некромант, что является нехилым таким подспорьем в битве с неупокоенным призраком. Тогда мы сбежали и воспользовались одним из стационарных телепортов. Теперь мы можем уже пойти в твою комнату? — мягко поинтересовалась девушка, глядя мне в глаза.

— Да, конечно, — ответил я и, обойдя своих друзей, первым пошёл по коридору, обдумывая то, что они сказали, надеясь, что лишних проблем нам своим поступком они не создадут. — Только мне говорили, что вы тренируетесь в разных местах.

— Сначала так оно и было, но наставникам стало неудобно постоянно перемещаться, и пару недель назад нас поселили на западной заставе, где командует твой отец, — заходя в комнату, проговорил Сергей, скептически оглядывая помещение. — Не слишком много места, конечно. Нас-то, отец Фёдор вообще распределил в общие комнаты, потому что подобных одиночек в монастыре не слишком много. Что у тебя случилось? Мы, не владея общей информацией, так и не поняли ничего. Нам рассказывали про какого-то злобного духа, которому понравились твои мозги.

— Вот, ни я один сомневаюсь в их наличии, — подал голос молчавший до сих пор Павел. — Даже оборотень удивлён такому вниманию к твоей пустой черепной коробке. Миша, я тут вот о чём подумал. Давай ты этих двоих запакуешь в большую посылку и отправишь по месту временной прописки. Гиену запрёшь на пожизненное в больничном крыле, ну а Курьянов с тобой и так не общается, что мне безумно нравится. Почему-то мне кажется, что вдвоём с тобой в команде мы смотримся более продуктивно. Жили же мы здесь в монастыре, проблем не знали, тренировались спокойно. Но как только в твоём окружении появилась гиена, так всё! Ты сразу же втравился в неприятности, идя по зову сердца для удовлетворения мазохистских потребностей твоих товарищей.

— Не преувеличивай, — шикнул я на Павла, после чего прошёл в комнату, закрывая двери. — Наткнулся на духа Первого Стража в одном из заброшенных домов. Мы друг другу не понравились, и после того, как Мстиславский с Лебедевым его каким-то образом освободили, он решил, что во всех его бедах виноват именно я, — кратко пересказал я о своей стычке с духом и плюхнулся на стул, вытаскивая из ножен кинжал и выкладывая его на стол. — Вы, я слышал, с пользой провели всё это время.

— Ну как сказать, — пробормотал Сергей, снимая с плеч небольшой походный рюкзак. Он его открыл, и наружу тут же выскочила немного подросшая жаба, которая тут же начала вертеть головой. Я присмотрелся к ней, отмечая, что демонический зверёк успел немного поменять свой цвет, став какого-то болотного цвета с синими вкраплениями в чешуйках на спине. — В целом, да. Я могу теперь достаточно легко совершать призывы, поднимать покойников и изгонять призраков специальными заклятиями, сравнимыми с ритуалами Стражей вплоть до пятого уровня. Но многое только при помощи Иннокентия. Более точные и массовые чары мне пока не поддаются.

— Ничего себе, — уважительно посмотрел я на друга, беря в руки кинжал.

— А я всего лишь стабилизировала свой третий уровень, — проговорила Мила, садясь на кровать. — Ну и потенциал у меня не такой уж и высокий. Немного узнала о слиянии, которое нам с тобой нужно будет натренировать, чтобы становиться сильнее. Зато провела это время с родителями. Что ты хочешь в нём увидеть?

Я, слушая Милу, одновременно осматривал каждый миллиметр рукояти и самого клинка, но ничего не заметил, хотя прекрасно чувствовал, что он изменился. Стал тяжелее и более сбалансированным, что ли.

— Возьми его, — протянул я кинжал Сергею. Я помнил, как создавалось это оружие, и хотел убедиться, что именно сможет понять некромант, прикоснувшись к нему. — Что ты чувствуешь?

Оборотень неуверенно взял его и повертел в руке.

— Не знаю, — пожал он плечами. — Что-то тёмное, потустороннее. Но не могу точно определить. Если ты хочешь узнать о том, что я думаю, как некромант, то это оружие с моей специализацией совершенно никак не связано. Я бы почувствовал даже едва заметный отголосок. Но здесь пустота. Опасная, холодная и поглощающая. Притом, чем дольше я держу его в руках, тем мне более некомфортно. — Он протянул клинок заинтересованной Миле. После чего, не удержавшись, вытер ладонь о рубашку.

Как только пальцы девушки коснулись рукояти, лезвие вспыхнуло знакомым огнём, а на клинке начали вновь проявляться символы. Увидев это, я вскочил со своего места и тут же бросился ко всё ещё сидевшей Миле, внимательно разглядывая руны. Сейчас к уже заученным мною знакам, добавилось ещё два. И один из них теперь мне был знаком. Именно такое клеймо оставлял на созданном оружии Вапула.

— И что это может значить? — пробормотал я, забирая кинжал вечности. Дождавшись, когда пламя схлынет, я вложил его в ножны. Вернувшись к столу, я снова сел, прикрывая глаза, задумываясь. Ничего из того, что описывал Сергей, я не чувствовал. Наоборот, складывалось впечатление, что этот клинок создан специально для меня. Настолько идеально он ложился в руку.

— А, вот вы где, — в комнату без стука вошёл отец Фёдор и внимательно посмотрел на всех нас. — Ну и задачку вы оба мне задали, — нахмурившись, остановил он взгляд на Миле. — Мне тут пришёл ответ с западной заставы, где меня поблагодарили, что дал о вас знать. Вы зачем сбежали?

— А мы, что? Заключённые, чтобы сбегать? — парировал Сергей.

— Нет, но могли хотя бы твоих родителей в известность поставить, — продолжал он смотреть на смутившуюся девушку.

— Я оставила записку, — насупилась она. — И что, вы теперь отправите нас обратно?

— Нет. Зачем? Вы в очередной раз неплохо себя показали, непонятно, каким образом умудрившись убить Высшего демона. И это за время войны произошло впервые, — он вздохнул и, наконец, закрыл дверь комнаты. — В стычку с противником заведомо сильнее себя, демоны стараются никогда не вступать, да и от своих колонн далеко они всё-таки не отдаляются.

— Это был демон шестидесятой колонны, — проговорил я. — Так он представился.

— Я знаю. Мне Глеб передал всё, что смог услышать до того момента, как Роман смог сбежать, — глубоко выдохнул настоятель. — Это был самый слабый высший демон из известных нам.

— Потому что его колонна разрушена, — больше утвердительно, нежели задавая вопрос, проговорил я.

— Да. И мы не можем сказать, как остатки колонны поведут себя, после смерти хозяина. Поэтому сейчас могут начаться проблемы. Кроме того, сомневаюсь, что их Повелитель стерпит убийство своего подданного. Думаю, наконец, станет понемногу вскрывать свои карты, начиная действовать. Даже представить не могу, сколько ещё его засланных демонов притаилось среди обычных людей.

— Вы знаете, чем он занимался и зачем ему нужны были души людей? — я достал кинжал, не решаясь передавать его в руки отца Фёдора, натыкаясь на его вопросительный взгляд. — Оружие. Он ковал из них клинки вечности, подобные этому. И не только кинжалы.

— Я… не знал об этом, — нахмурился настоятель.

— Что вы о них знаете? — прямо спросил я, вспоминая, что многие из Стражей пользовались подобными.

— Да практически ничего. — С некоторой заминкой ответил он. — Нам было известно, что подобным оружием владеют многие демоны, а в человеческих руках они не отличаются от обычного. Только материалы, из которых они сделаны, более долговечны, а клинок не требует заточки.

— Они не все одинаковые, даже вышедшие из рук одного мастера. Некоторые содержат в себе часть души. Сейчас я смог это понять. Я держал в руках как заготовку, так и уже полностью готовый клинок. Если вы их сравните между собой, то сами ощутите разницу, — пояснил я. — Этот — творение другого демона. Клеймо другое. — Всё-таки передал я кинжал отцу Фёдору. Он совершенно никак в его руках себя не проявлял, поэтому, осмотрев его, настоятель вернул его мне.

— К сожалению, мы не можем проверить твою теорию. У многих моих клириков клинки рассыпались горстью пепла, вспыхнув перед этим синим пламенем. Скорее всего, это связано со смертью демона, что их изготовил.

— Мой кинжал смог с одного удара убить Высшего демона. Поэтому я не знаю, какими ещё свойствами он обладает, — я вложил его в ножны. — Меня всё не отпускает одна мысль, что мы что-то упустили. Курьянов говорил о том, что мы обнаружили на кладбище? Похоже, там был ещё жнец, но он никоим образом себя не выдал за время стычки с Вапулой.

— Если жнец и был, то он освободился, когда демон, подчинивший его, погиб. Жнецы не убийцы и не монстры. Они просто проводники. Да и к тому же мы тут же раскопали могилу, с которой вы уже работали, и вместо тела покойной, обнаружили только пепел. Сейчас мои ребята работают с остальными, но, как я могу судить, всё, включая мастерскую, после смерти Вапулы развеялось прахом.

— Возможно, это и к лучшему, — кивнул я. — Что с Лебедевым? Вы сказали, что он направился к нам. Но в поселении его точно не было. Даже если он захотел понаблюдать за нами со стороны, то наверняка бы он включился, когда оружейник показал своё истинное лицо, — перешёл я к самому главному вопросу.

— Я не знаю. Дмитрий должен был направиться к вам, как только собрал отряд, чтобы подключить его к поискам Первого Стража. Отряд собран и отправлен на разведку. А Лебедев ещё больше суток назад покинул западную заставу. Прямо перед тем, как они сбежали, — кивнул он на насупившегося Сергея.

— И никаких следов, что ли, нет? — спросила Мила.

— Я не знаю. О его исчезновении я сообщил князю Уварову и князю Пронскому прямо перед тем, как к вам прийти, — развёл он в сторону руки.

— А кристалл связи душ? — попытался я ухватиться хоть за какую-нибудь информацию, чтобы хотя бы узнать, жив ли он вообще.

— У него нет кристалла. Слишком упрямый и самоуверенный, чтобы просить о помощи, когда ему это необходимо, — пристально посмотрел на меня отец Фёдор. — Я вас переправлю на северную заставу. Сейчас там командует князь Пронский, и тебе нужна будет его помощь.

— Почему именно к нему? — нахмурился я. Всё-таки я наделся на то, что в ближайшее время смогу увидеться с отцом.

— Потому что он сильный маг разума. А тебе нужно помочь закрыться, чтобы не попасть под атаку Первого Стража. Пока мы его не нашли и не уничтожили, он представляет для тебя серьёзную угрозу, — ответил настоятель, подходя к входной двери. — Как отдохнёте, найдёте меня, я организую портал.

Он вышел из комнаты, которая тут же погрузилась в напряжённую тишину. Её нарушил Иннокентий, прыгнув на подоконник и громко квакнув.

— Как-то это не слишком всё оптимистично звучит, — будто подтверждая мысли своего зверя, проговорил Сергей. — Мил, тебе Лебедев не казался в последнее время каким-то странным? — обратился он к девушке.

— Нет. Хотя… — она встрепенулась, посмотрев на оборотня.

— Ты тоже заметила, что он перестал ехидничать, закатывать глаза и срываться на мне, если встал не с той ноги и перепутал при этом тапочки. Я же во всём всегда у него виноват. А в последние несколько дней, он словно в своих каких-то мыслях летал, — протараторил Сергей, садясь на кровать рядом с подругой.

— Да, ты прав. Я на это внимание не обратила, — закивала она. — Уже привыкла его вечные придирки воспринимать как неизбежное зло.

— Не плюющийся в бобра ядом Лебедев действительно вызывает некоторые опасения, — включился в разговор Павел. — Может, по нему смог ударить Страж? Мозги там промыть, приручить, и теперь он просто подаёт ему призрачный кофе и делает массаж несуществующего тела? Рассмотри в качестве рабочей версии. Такие люди обычно так резко не меняются.

— Тогда бы Мстиславский с отцом Фёдором смогли это заметить, — возразил я перстню, обдумывая эту версию.

— Да твой настоятель вообще тёмная лошадка, — фыркнул артефакт. — Я вообще сомневаюсь, что ему можно так уж всецело доверять. Направил тебя в западню, призрак смог улизнуть именно тогда, когда он целенаправленно к нему направился. Да и на помощь, так называемую, пришёл, когда ты уже сам зажарил Вапулу до состояния несъедобных углей. Могу ещё вспомнить парочку спорных моментов…

— Таких же притянутых за уши, — хмыкнул я, поднимаясь на ноги под изумлёнными взглядами друзей.

— Моё дело тебя предупредить, твоё следовать моему чутью. Но тебе, конечно, виднее. — Обиженно проговорил артефакт. — На, посмотри, что я нашёл. Может, тебе это будет интересно.

На пол прямо передо мной плюхнулась старинная книга в толстом кожаном переплёте. Почему-то к ней даже прикасаться было неприятно. Хотя она лежала в отдалении от меня.

— Что это? — осторожно полюбопытствовал я, садясь перед книгой, рассматривая витиеватую надпись, переливающуюся на свету золотистым сиянием.

— Читать разучился? — буркнул Павел. — Высшие демоны. Том первый. Созданный каким-то чокнутым инквизитором древности, имя которого стёрлось по прошествии веков и не так уж и важно. Прочитаешь первый, подкину второй. И да, аккуратнее, эта древность написана чернилами из демонической крови, а листы сделаны из кожи хм… в общем из кожи.

— Какая мерзость, — прокомментировал я.

— Мерзость не мерзость, но про твоего Вапулу там очень подробно изложено. Я и забыл про эти книги, спрятав их так далеко, чтобы даже случайно невозможно было натолкнуться. Один из моих прежних владельцев был коллекционером подобной дряни. Всё ненужное я выбросил, а вот книжки оставил и, как говорится, не зря. Прислушался к своему внутреннему чутью. Это был намёк, если ты не понял, — проговорил Павел. — Да трогай ты её, не укусит. Я её обеззаразил. Так, на всякий случай.

— Я надеюсь, что про кожу и кровь ты приукрасил. — Я всё-таки взял в руки толстенный талмуд и перенёс его на стол, открывая первую страницу. — Ты издеваешься? Она же на испанском! — воскликнул я, как только попытался прочитать первую строчку.

— Переводчик дать? — ехидно осведомился артефакт, когда я с силой захлопнул книгу. Она исчезла со стола, перемещаясь в хранилище.

— Мы можем поинтересоваться, так, для успокоения своих нервов и удовлетворения любопытства, с кем ты иногда всё-таки разговариваешь? — осторожно поинтересовалась Мила.

— С артефактом, в котором запечатана часть души одного из Стражей. Это долгая история, потом как-нибудь расскажу. Но скажу, что слышу его не только я. Если что, мои слова может подтвердить Рубцов, — наконец, признался я, прикидывая, что это будет самым верным решением, чтобы больше не скрываться и не выглядеть при этом сумасшедшим.

— Допустим, — напряжённо ответил Сергей. — Так что делать-то будем?

— Попытаемся хоть что-нибудь узнать о Лебедеве, и в случае чего, помочь с его поисками. Ну и поговорим с Пронским. Закрыть свой разум от атак Стража я смогу и без него, но у меня есть к нему несколько вопросов. Но для начала мне нужно сделать то, что я обещал Роману. — Прикинул я в голове план дальнейших действий. — Это не займёт много времени.

Глава 14

— Ну как ты? — мы втроём зашли в палату к Роману, который лежал на больничной койке, задумчиво глядя в белоснежный потолок. Его грудь была перебинтована, но никаких других повязок я на его теле не увидел, собственно, как и шрамов и синяков.

— Нормально. Регенерация оборотней отличается от человеческой, да и целители своё дело знают, — он сел на кровати, едва заметно поморщившись при движении. — Вы уезжаете?

— Планируем, — кивнул я. — Но сначала попытаемся сделать из тебя нормального полноценного клирика.

— А я могу поехать с вами? — спросил он, не глядя на меня. — В монастыре меня практически ничего не держит, а вы, наверное, единственные, кто нормально ко мне относится по какой-то непонятной для меня причине.

— Ром, я не знаю. Возможно, мы вляпаемся в очередную неприятность, по крайней мере, мы уверенно идём к этой цели, — ответил Сергей, вставая рядом со мной.

— И я буду вам мешать, — как-то невесело усмехнулся он.

— Мы не это имели в виду, — сразу же ответил я. — Давай так, если у нас с формированием твоего первого кольца ничего не получится, то ты идёшь с нами без каких-либо вопросов. Если же всё пройдёт как надо, то мы это обсудим, и не только между собой, но и с настоятелем. — Выдохнул я, глядя на то, как Сергей с Милой кивнули, соглашаясь со мной. Как бы то ни было, Роман действительно помогал нам и не один раз. И самое главное, ещё ни разу не предавал.

— Хорошо. Тогда давай сразу начнём, — наконец, посмотрел он решительно мне в глаза.

— Тебе нужно до конца восстановиться… — покачал я головой, сомневаясь, что его физическая форма оптимальна для подобных экспериментов.

— Я себя хорошо чувствую. Местный целитель сказал, что утром уже выгонит меня отсюда, чтобы я койку не занимал, — хмыкнул он. — А рёбра даже после того, как срастутся, ещё долго болят, проверено на личном опыте.

— Ну, вообще-то, эксперименты на животных в нашей стране запрещены, — вклинился Павел. — Но, представитель собачьих дело говорит. Попытайся воздействовать на него, вдруг тебе ничего больше и не потребуется. Потому что ритуал очищения — очень неприятная штука. Наша гиена, как я понимаю, достаточно грешила в прошлой жизни.

— Гиены — это кошкообразные, — тихо поправил я артефакт, отвернувшись от Романа.

— Серьёзно? А почему они на собак похожи? — подозрительно переспросил Павел. — Сейчас проверю. Зачем ты, Миша, мне вечно мировоззрение ломаешь?

— Ладно, — всё-таки согласился с дельным замечанием перстня, вновь посмотрев на ожидавшего мой ответ Рому. — Но сейчас я только краем глаза посмотрю, а там уже точно решим, что и когда будем делать.

— Тебе виднее. Я вообще ещё до конца не верю, что это в принципе возможно, — пробормотал всё ещё сидящий на кровати оборотень. — Мне встать?

— Нет, — проговорив это, я примостился на край кровати рядом с парнем и приложил руку ему на грудь, стараясь не задеть при этом повязку.

После получения четвёртого уровня я мог физически влиять на первозданную энергию других людей и нелюдей, поэтому никаких специфических ритуалов для этого сейчас не требовалось. Нужно было только сосредоточиться и вспомнить, как это делается.

Тонкая нить моей собственной магии отделилась от моей руки и проникла в тело Романа. Я медленно продвигал её к первозданной оболочке, ища хотя бы небольшую брешь, которая дала бы мне возможность проникнуть глубже, чтобы нарушить целостность и насильно запустить процесс формирования кольца ранга.

Некоторое время ничего не получалось, но потом я наткнулся на едва заметную щель, которая пропустила нить моей магии, растворяя её в сером мареве. Роман вздрогнул, его тело напряглось, и он рефлекторно попытался от меня отстраниться.

— Что ты чувствуешь? — тихо спросил у него.

— Не знаю… Жжение какое-то под кожей, — неуверенно ответил он. — Это странно и неприятно, но не больно.

— Так и должно быть, терпи, — кивнул я, начав усиливать воздействие.

Неожиданно перед глазами у меня всё поплыло, а голову прострелило резкой болью, словно от вонзившейся в висок спицы. Я попытался отнять руку от груди оборотня, но не смог пошевелиться, погружаясь в какой-то тёмный водоворот. Я даже не мог определить, что именно видел, а точнее чувствовал. Будто что-то тёмное и опасное пристально наблюдало за мной со стороны, и собиралось напасть из засады. Роман резко дёрнулся и отстранился. И только тогда я смог сделать спокойный глубокий вдох и пошевелиться.

— Это… неожиданно, — честно ответил я, массируя виски. Я перевёл взгляд на бледного парня, который округлившимися глазами смотрел на меня. Я тряхнул головой, прогоняя это возникшее из ниоткуда видение. — Ты что-то почувствовал или увидел?

— Я не знаю. Такое чувство, что я со стороны увидел кого-то похожего на себя, пропитанного злобой и ненавистью. Это… моя истинная сущность? — неуверенно спросил он, сжав кулаки.

— Нет. Тёмная составляющая есть у каждого. Никто не безгрешен, — поднялся я на ноги, посмотрев на нахмурившихся друзей, которые всё это время благоразумно молчали. — Нужно провести ритуал очищения. И только после этого можно будет повторить попытку. Это немного рискованно.

— Я согласен. Не хочу даже думать, что я могу превратиться в это… — Сжав губы, кивнул Роман.

— Тогда тебе нужно полностью восстановиться, а мне поговорить с настоятелем, потому что сам я не справлюсь. У меня элементарно нет для этого ресурсов, — уверенно сказал я, чтобы успокоить испугавшегося своей тёмной сущности парня. — Паш, набросай список ингредиентов для зелья. — Попросил я тихо артефакт. — Чтобы мне не отвлекаться, а сразу к нему пойти.

— Вечно пользуешься моей добротой и милосердием к убогим, — фыркнул он. — Тебе какой вариант, чтобы вот прям объект очистился до состояния младенца или что попроще. И кстати, ты меня обманул, гиена — это не кошка, а кошкообразная, — в голосе перстня послышались укоризненные нотки.

— Я так и сказал. Давай оба. Я и так сомневаюсь, что смогу найти все необходимые ингредиенты, — покачал я головой и остановился возле кабинета отца Фёдора, ожидая, когда ко мне подойдут Мила и Сергей, которые оставили меня одного пообщаться с Павлом. Мне пришлось выложить им всю правду начиная с того момента, как я нашёл артефакт, чтобы они от меня отстали и поверили. Ну хоть, как на идиота свихнувшегося на меня больше не смотрят.

— Ты действительно хочешь этим заняться? — спросил меня Сергей, а Иннокентий, сидевший у него на плече, выразительно квакнул. Надо же, смогли за такое короткое время спеться.

— Да. Он неплохой парень, — уверенно кивнул я. — А что, есть какие-то возражения?

— Нет. Просто… Миша, а если после твоего вмешательства он изменится? — спросила осторожно Мила.

— Станет ещё более правильным? — хмыкнул я. — Я думаю то, что мы увидели — это просто его звериная сущность. И её надо немного придавить, чтобы она пустила меня дальше.

У меня в руке появился жёлтый листок, исписанный очень аккуратным мелким почерком. С каждым днём я всё больше и больше открываю способностей у Павла. Теперь я даже знаю, чем его занять в свободное время.

— Это… сложно достать, — задумчиво проговорил я, вчитываясь в список. — Хорошо, что самый главный и сложнодобываемый ингредиент у нас всё-таки есть. Кровь феникса не так уж и просто достать, особенно когда считается, что они все вымерли, — проговорил я, несколько раз постучавшись в дверь кабинета отца Фёдора, и после приглашения сразу же туда зашёл.

— Готовы отправляться? — поинтересовался он, отрываясь от чтения и поднимая голову, встречаясь со мной взглядом.

— Не совсем. Мне нужно всё по этому списку, — протянул я листок настороженно протянувшему руку настоятелю.

— Впервые встречаюсь с чем-то подобным, — удивлённо вскинулся он, когда внимательно прочитал написанное. — Зачем это тебе?

— Хочу провести ритуал очищения души, чтобы потом попробовать сформировать первое кольцо ранга у Романа. — Не стал я уклоняться от ответа.

— Интересно, — он откинулся на высокую спинку кресла, постукивая пальцами по столешнице и глядя куда-то позади меня. — Никогда не слышал ни о чём подобном. Это из очередных книг твоей матери? — с какой-то усмешкой поинтересовался он.

— Практически, — посмотрел на него честными глазами. — Ритуал очищения довольно неприятная штука, даже, наверное, болезненная, но совершенно несмертельная, — заверил я его. Не рассказывать же, что в прошлой жизни я достаточно часто практиковал подобное, чтобы усилить лучших бойцов своей армии. Правда, некоторые местные особенности в выборе ингредиентов немного усложняли дело. Хорошо, что здесь существуют некоторые эликсиры с аналогичными свойствами.

— Во всём этом есть логичное зерно, — подумав, произнёс отец Фёдор. — Но, Михаил, у нас нет в монастыре подобных трав, поэтому вынужден тебя огорчить. Из всего списка могу найти только половину. Сам же понимаешь, что подобные редкие ингредиенты мы не используем в стандартной практике. Мы клирики, а не Стражи.

— И где можно найти недостающее? — прямо спросил я, забирая из его рук бумагу.

— Даже не знаю. Всё, что начинается со слов демоническое — преимущественно в Запретных землях на территории Школы или в других аналогичных местах. На общем рынке ты вряд ли сможешь найти нечто подобное. Ну или в хранилище Школы Стражей. — Прищурился он. — Там сейчас как раз заканчивается полная эвакуация с территории городка местных жителей, а Стражи, которые этим занимаются, обчищают все, что представляет для них интерес. Я могу связаться с ними и передать список…

— А мы сами не можем туда наведаться? — спросил я, прикидывая, что и сам не прочь покопаться в хранилище Стражей, вдруг там есть что-нибудь полезное и очень редкое. Да наверняка есть.

— Миша… — Покачал головой настоятель, но сразу не отказал и условий не ставил, что не могло не являться хорошим знаком.

— Почему происходит эвакуация? — спросил Сергей. — Мы слышали, что Школу в самое ближайшее время собирались восстанавливать.

— Что-то происходит в Запретных землях, а барьер, который установил Лебедев, никто до сих пор не может снять, чтобы оценить степень угрозы. Поэтому принято решение эвакуировать всех и отстроить Школу заново. Не обязательно это делать в межпространственном кармане. Модификацию временного купола, которую предложил князь Уваров, можно применить и в реальном мире. — Непринуждённо ответил отец Фёдор.

— Никто из Стражей не может снять барьер. А вы? Мне почему-то кажется, что по уровню силы вы ничуть не уступаете Лебедеву, — поинтересовался я.

— А меня никто не просил, а я инициативу не проявляю, — хмыкнул настоятель. — Хорошо, — встал со своего места отец Фёдор и вышел из-за стола. — Все телепорты сейчас открыты, нужно только активировать. Как и в трёх других монастырях. Только у меня будет одно условие: я буду присутствовать при твоих манипуляциях с Романом. И если всё получится, ты научишь меня, как это делается.

— Разумеется, — кивнул я. — Когда у нас всё получится. — Поправил я его.

— Разумеется, — улыбнулся отец Фёдор. — Когда отправляетесь?

— Да хоть сейчас, — ответил за всех нас Сергей. — Чего тянуть, нам ещё Лебедева искать, ну пытаться узнать про него информацию… на Северной заставе… Когда встретимся с Пронским, — смутился оборотень под пристальным взглядом настоятеля, который всем своим видом явно давал понять, чтобы мы даже не думали о том, чтобы влезть в очередное приключение. — А о нём больше ничего не слышно было?

— Нет. Как и о Первом Страже. К тебе, как я понимаю, он больше в гости не наведывался? — поинтересовался отец Фёдор, спускаясь вниз по лестнице.

— Я бы тогда сразу рассказал. — Успокоил я настоятеля.

— Сомневаюсь. Ладно, у вас будет всего час. Туда и обратно. — Повернулся он к нам, когда мы вышли во внутренний двор и подошли к тому месту, где в прошлый раз открывалась воронка перехода в Школу. — Всё понятно?

— Да, у нас всего час, — повторил Сергей, закатив глаза.

Настоятель окинул нас пристальным взглядом, после чего взмахом руки открыл портал прямо перед нами.

— Надеюсь, я не пожалею, — вздохнул он и кивнул в сторону перехода, показывая, чтобы мы уже убирались отсюда, пока он не передумал.

Мы оказались на той же самой полянке, на которой нас выкинуло в первый раз. Запретные земли находились под всё тем же красноватым барьером с одной стороны. Ворота Школы, как и само здание с другой.

— А как мы обратно вернёмся? — задала очень своевременный вопрос Мила. Мы все втроём переглянулись и рассмеялись. — Скорее всего, про час отец Фёдор говорил не просто так, и телепорт откроется через обозначенное время.

— Да, скорее всего, — хмыкнул я и первым пошёл в сторону распахнутых настежь ворот.

Во дворе Школы ощущалась какое-то запустение и заброшенность, хотя прошло не так уж и много времени с тех пор, как нас всех выкинули отсюда. Мимо то и дело сновали Стражи, совершенно не обращая на нас никакого внимания. В общем-то, логично. Попасть сюда можно только через монастырь, ну или как там это делают сами Стражи. Запретные Земли закрыты, даже местный городок скоро опустеет. Так что посторонними мы быть никак не могли.

Я обошёл здание, подходя к одной из неприметных дверей, возле которой никого не оказалось. Ещё в то время, когда мы выбирались с Сергеем в город за травами для Милы, меня Лебедев в эту дверь чуть носом не натыкал, чтобы в случае необходимости мы в хранилище шли, а не искали нигде неприятности.

Толкнув незапертую дверь, я первым вошёл внутрь, тут же спотыкаясь о какой-то ящик, валяющийся возле двери. Вообще, в главном зале царил самый настоящий хаос. Все ящики были перевёрнуты, повсюду валялись коробки и осколки разбитого стекла.

— Никогда не думал, что Стражи такие свиньи, — фыркнула Мила, тряхнув рыжими волосами. — Неужели нельзя было обнести это место как-то более цивилизовано.

— Да уж, — присел на пол Сергей, разгребая палкой остатки каких-то трав, смешанных с землёй. — Похоже, нам здесь делать нечего. Всё уже украдено, как говорится, до нас.

— Не поддаёмся панике, — проговорил я. — Боковые двери запечатаны рунами, так что можно предположить, что их ещё никто не вскрывал. Чего нельзя сказать о тех, что находятся напротив. Похоже, те, кто добрались сюда первыми, просто не смогли снять магические замки. — Кивнул я на двери и подошёл к одной из них, прикладывая руку к запирающему дверь символу. Он засветился жёлтым светом и сразу же потух. Дверь не открылась, и вообще ничего не произошло. — Ладно, а если так? — я направил нить родового дара, напитывая им руну, которая ярко, чуть ли не ослепляя, засияла синим светом. Тут же раздался щелчок, и дверь сразу же приоткрылась.

— Понятно, почему эти двери открыть никто не смог. Только избранные Стражи могут сюда войти, ну и потомки Светлейших князей, — прокомментировал увиденное Сергей.

— Ну должно же и у меня быть хоть какое-то преимущество, кроме мишени, приколоченной к груди, и вечной на меня охоте, — усмехнулся я.

— Вторую дверь откроешь? — Спросила Мила. — Разделимся, так быстрее получится. А у нас осталось не так много времени до открытия перехода в монастырь.

— Да, хорошая идея. Идите, — я отошёл от открытой двери и направился, переступая через мусор на полу, к другой запертой двери. Проведя точно такие же манипуляции, я открыл дверь и зашёл внутрь.

Было темно, искать выключатель я не стал, поэтому просто зажёг несколько светящихся шаров и подвесил их у себя над головой, чтобы хоть немного осветить помещение. По всему периметру стояли высокие шкафы с многочисленными ящиками. Даже лестницы были приставлены к каждому стеллажу, чтобы можно было залезть на самый верх.

— Каталог на столе, — подсказал Павел. — Надеюсь, он в алфавитном порядке хотя бы. А то не хотелось бы умереть от старости в поисках корня демонической астры или сердца демонической белки второго уровня.

Я подошёл к столу и сел на стул, открывая огромную книгу. Ага, всё-таки составлен в алфавитном порядке. Я пролистывал страницы, выписывая необходимые цифры заинтересовавших меня вещей, трав и артефактов на бумажке, лежавшей рядом.

— Стоп. — Остановился меня Павел, когда я уже хотел перевернуть страницу. — Кинжал Света. Вот куда он делся. Насколько я помню, мой создатель его в карты проиграл, когда на пенсию ушёл. А там я уже не смог отследить его путь. Какое кощунство, что во время войны с демонами он пылится здесь. Очень крутая штука. Захвати его, я потом всё про него расскажу, и для чего нужен и как им пользоваться. И вон тот артефакт трансформации тоже бери. Пригодится в случае чего.

Захлопнув каталог, я принялся лазить по стеллажу, вытаскивая из ящиков всё необходимое, полезное и просто то, что мне понравилось по названию. Правда, из необходимых ингредиентов для ритуала Романа не хватало трёх. Надо спросить у ребят, как у них успехи.

— А ты чего в темноте копошишься? — спросила Мила и провела рукой по стене, включая светильники, которые просто в неприличном количестве были развешаны в комнате хранилища. Яркий свет больно ударил по глазам, отчего я невольно зажмурился.

— Если хочешь быть здоровым, ешь один и в темноте. — Усмехнулся я. — Как успехи?

— Демоническую астру только не нашли, — развела руки в стороны Мила. — Остальное всё есть и в избытке, ну и по мелочи немного захватили. — Она кивнула на огромный мешок, который держал в руках Сергей.

— Нехило ребята разошлись, даже мы вдвое меньше взяли, — хихикнул Павел.

— У меня её тоже нет. — Поморщился я. — Это один из трёх главных составляющих зелья.

— В лазарете надо глянуть. Этой астры на поляне прямо на границе Запретных земель хоть косой коси. Именно поэтому её здесь и нет, — задумчиво проговорила Мила. — Только я не помню, из неё яд делают или противоядие…

— Так почему бы и не прогуляться, всё равно мы здесь. Дай сюда свой мешок, чтобы не мешался, — посмотрел я на оборотня. Он встрепенулся и, немного замешкавшись, протянул его мне.

— Ага, вот и посмотрим, чего они там раздобыли, раз даже с тобой делиться не хотят, — с предвкушением в голосе проговорил Павел, и мешок тут же исчез. — Так, мусор, хлам, о, вот это уже интересно. Миша, у него череп демонической совы седьмого уровня есть. — Шёпотом проговорил артефакт. — Он же с ним ещё сильнее станет. Раза в три. А это что?

— Пойдёмте уже, — махнул я рукой и вышел из комнаты, стараясь не обращать на Павла внимания. Немного подумав, я наложил на дверь, запирающую руну, закрывая двери. То же самое повторил и с той, которую обыскали ребята.

Выйдя на улицу, мы тут же утонули в криках и шуме, которые после звенящей тишины хранилища больно ударили по ушам. Жители городка в сопровождении Стражей спешили к переходу, усиливая начинающуюся панику. Я невольно нахмурился, не понимая, что могло послужить причиной такой суматохи. А потом увидел несколько вспышек красного света, разнёсшихся прямо над Запретными землями.

Мы переглянулись и чуть ли не бегом бросились к воротам, выбегая на поляну, с которой хорошо была видна граница земель. Барьер, наложенный Лебедевым, оставался целым, но яркие красные молнии то и дело били в него, пытаясь пробить в нём брешь. Я поморщился от обжигающей боли в районе бедра. Переведя на него взгляд, я понял, что в том месте к ноге прикасается кинжал Вечности, висевший в ножнах. Достав его, я увидел, что ярким светом светился только один символ — клеймо Вапулы. И от него исходил просто нестерпимый жар.

Глава 15

— Что с твоим кинжалом? — напряжённо спросил Сергей, оглядываясь, чтобы рассмотреть, как проходит массовая эвакуация местных жителей. Вспышки телепорта то и дело освещали голубым светом поляну, на которой мы находились.

— Если б я знал, — я вновь перевёл взгляд на красное зарево над Запретными Землями. Отсюда было хорошо видно, что они исходят из одного места плотным лучом света, рассеивающимся в пространстве.

— Мы же убили Вапулу? Или нет? — тронула меня за плечо Мила, привлекая к себе внимания. Она пристально смотрела на мой кинжал, выразительно хмурясь.

— Понятия не имею, — тряхнул я головой и вогнал кинжал в ножны, когда исходивший от него жар немного стих. — Ты же слышала настоятеля. Ещё никому не удавалось убить Высшего демона.

— Ну тут несколько вариантов, и ни один из них тебе не понравится, — проговорил Павел. — Либо он выжил и теперь спокойненько подпитывается остатками своей колонны, что более вероятно. Либо очередной недоумок, как тогда в лесу, куда нас засосала чёрная антимагическая дыра, пытается что-то с ней сделать и кого-то призвать. Хотя там же барьер, поэтому непонятно, как кто-то смог туда просочиться. Поэтому первый вариант предпочтительнее. В любом случае вам нужно слиться с толпой и валить отсюда как можно быстрее.

— Хорошо, есть идея, но мне нужна будет твоя помощь, — обратился я к Сергею. Тот задумчиво на меня посмотрел и пожал плечами, показывая, что понятия не имеет, чем он может помочь в сложившейся ситуации. — Через барьер напрямую нам никак не пробраться, не будем же мы ждать, пока эта непонятная сила его разрушит. Но есть другой путь. Помнишь, как мы обошли барьеры в городке, когда на нас оборотни напали.

— Ты хочешь обойти его, находясь в Завесе? — тут же среагировал артефакт. — Слушай, у тебя какое всё-таки отклонение имеется? Сразу скажи свой диагноз, чтобы я по справочнику психических заболеваний не лазил и время зря не терял, — проворчал он.

— Вполне может сработать, — задумавшись, кивнул оборотень. — Только не слишком ли опасно туда соваться?

— Я же только посмотрю, — выдохнул я. — И я не собираюсь ни с кем сражаться и искать себе неприятности. Мне нужно знать, что происходит с моим кинжалом и почему он так реагирует на то, что происходит в Запретных Землях. Считайте это вылазкой для сбора данных.

— Согласна с Мишей, — поддержала меня Мила. — Всё, что касается демонов необходимо не только проверять, но и делиться информацией с остальными. Любая, даже незначительная деталь может помочь.

— Да я не спорю, просто решил уточнить, — замахал руками Сергей. — Кстати, у нас до истечения срока, отведённого настоятелем, осталось не больше пятнадцати минут. Это я так, просто предупреждаю.

— Да вызывай уже старика Карпова, — хмыкнула Мила, отходя немного в сторону, давая нашему некроманту свободное место для проведения ритуала призыва.

Сергей очень выразительно вздохнул, посадил Иннокентия на землю перед собой и достал из кармана штанов складной нож. Сказав несколько слов, он полоснул лезвием по ладони, после чего присел на одно колено, начиная выводить своей кровью, руну призыва. Я впервые наблюдал за действиями некроманта. Было вполне интересно. И я не мог не отметить, что ритуал в его исполнении проводится гораздо быстрее и не требует лишних атрибутов и специфических мест для его проведения.

Руна вспыхнула ярким желтоватым светом и исчезла. Воздух прямо перед Сергеем сгустился, и спустя несколько секунд проявились очертания Карпова, который стоял, сложив на груди руки, и пристально смотрел в глаза вызвавшего его некроманта. Иннокентий издал какой-то странный звук, и искажения воздуха прекратились, давая возможность рассмотреть недовольство Андрея Валерьевича.

— Что, опять? — сжал губы призрак, не сводя своего взгляда с оборотня. — Ты не знаешь больше никаких других имён? Я же тебе продиктовал каждого Стража и клирика, кто работает вместе со мной, и насколько я помню, ты их все записал на бумажке. Или ты её выронил? — прищурился Карпов, делая шаг в направлении Сергея. — Что у тебя снова произошло? Я чувствую огромное количество непонятной энергии вокруг. Причём демонической энергии.

Он перестал ворчать и, наконец, начал оглядываться по сторонам. Заметив меня, он покачал головой и подошёл ко мне.

— Я так понимаю, тебе, Михаил, снова нужна моя помощь? — любезно поинтересовался он.

— Да. Скажите, мы сможем наложенный на Запретные Земли барьер перейти, находясь по ту сторону Завесы? — кивнул я в сторону красной стены и бьющих в неё молний.

— А почему нет-то. — Посмотрев в ту сторону, куда я показывал, через несколько секунд проговорил Карпов. — Переходу за Завесу он никоим образом не мешает и находится только с этой стороны. Я бывал там недавно, когда это всё только началось. Правда, так и не смог понять, что именно там происходит и где находится источник всего этого безобразия.

— Так ты поможешь? — прямо спросил я его. Времени оставалось не так уж и много, и мне почему-то казалось, что защитный барьер долго не протянет.

— Да почему нет. Уже ходили вместе таким путём. — Кивнул Карпов.

— Отлично. Вы оба ждите меня здесь, — обратился я к опешившим такому решению друзьям. — Когда откроется телепорт в монастырь, возвращайтесь одни, если мы с Андреем Валерьевичем не успеем вернуться.

— Но… — Попыталась что-то возразить Мила.

— Я же сказал, что только посмотрю и сразу же вернусь, — перебил я возмущённо вскинувшуюся девушку. — И одному это будет гораздо быстрее сделать. В любом случае мой проводник в случае угрозы забросит меня обратно и вытащит к вам, как бы я ни сопротивлялся.

— Тут ты прав, я лишний раз ни тобой, ни собой рисковать не стану, — подтвердил Карпов. — Ну что, пошли уже? — он протянул мне руку, кидая периодически взгляд на Стражей, суетящихся возле телепортационной площадки. На нас они вообще, казалось, никакого внимания не обращают.

Я под неодобрительный взгляд Сергея схватил Карпова за руку, ощущая, как холодный воздух обволакивает моё тело. После чего тряхнул головой, стараясь быстрее справиться с отвратительным и знакомым чувством невесомости. Реальный мир был тусклым. Я видел, как Сергей покачал головой, а Мила, сжав кулаки, повернулась к месту, откуда мы исчезли, спиной.

Старик потянул меня, заставляя сделать шаг в сторону барьера, и мир резко изменился, стираясь и превращаясь в серое пятно. Ещё один широкий шаг, и мы остановились сразу же позади защитного барьера.

— Это… странно, — проговорил Карпов, оглядываясь по сторонам. Мы всё ещё находились по другую сторону, но как только переступили границу Запретных Земель, то словно погрузились в густой туман, сквозь который практически ничего нельзя было разглядеть. А ещё появился запах, которого не должно было быть. Тлена и серы. Он был довольно специфический, поэтому перепутать его было сложно.

— Это нормально? — осторожно поинтересовался я, начиная оглядываться. Туман периодически сгущался, приобретая расплывчатые человеческие очертания. Они не старались как-то напасть или достать до нас, просто кружили вокруг.

— Вполне. Здесь же нет печати, которая закрывает Завесу от душ. Но они явно обеспокоены. Давай выбираться отсюда, потому что в этом месте над ними я никакой власти не имею. Да и разглядеть, что творится снаружи, будет немного проблематично, — проговорил Карпов и толкнул меня вперёд, разжимая руку.

Я вывалился в реальный мир, тут же падая на колени под весом собственного тела. Мы находились рядом с барьером. Местность изменилась и разительно отличалась от той, что я помнил на тренировках с Лебедевым.

Вместо земли и травы под ногами находился толстый слой золы и пепла, из которой я еле выбрался. А деревья и другие растения практически все погибли, оставляя после себя лишь чёрные полузасохшие стволы и серую листву. Огненные всполохи ярко озаряли это место, и сейчас я мог увидеть, что именно из них формируются молнии, которые били по барьеру, рядом с которым мы находились.

Демонической энергии и правда было слишком много. Она словно окутывала меня, стараясь проникнуть в кожу и слиться с моей собственной. Небольшая подпитка явно лишней не будет, поэтому я не стремился хоть как-то от неё отгородиться.

— Как-то это всё мрачновато, — протянул Павел. — И даже волки не поют. Тут вообще подозрительно тихо. Кстати, пока ты здесь, наколупай корни демонической астры. Вон она тут ветвится полудохлая, ничего её не берёт, даже местный апокалипсис. Хоть какая-то польза будет от твоего пребывания здесь.

Я обернулся, разглядывая поляну, на которой росли эти цветы. Действительно, больше половины из них были вполне себе живыми. И яркие багряные цветки выглядывали даже сквозь накрывший их пепел. Я выдрал с корнем несколько цветов, которые тут же исчезли у Павла в хранилище, и подошёл к Карпову. Он, хмурясь, о чём-то сосредоточенно думал.

— Где находится разрушенная колонна? — тихо спросил я у него, доставая свой кинжал, который снова начал невыносимо жечь.

Как только я обнажил клинок, от лезвия начал исходить красный свет, а несколько символов, включая клеймо Вапулы, вспыхнуло ярким огнём. Этот красный свет то усиливался, то практически затухал, словно пульсируя в такт ярким вспышкам, создаваемым тем красным лучом где-то в глубине Запретных Земель.

— Недалеко отсюда, — он указал вглубь леса, вернее того, что от него осталось. — Вся эта энергия. При разрушении колонны она просто была рассеянная в воздухе, ты и сам это чувствовал. Но сейчас она словно концентрируется. Надо посмотреть. Если что-то происходит с колонной, старшие должны это знать. Но если что увидишь подозрительное, то тут же разворачиваемся и уходим. Я могу не успеть затащить тебя за Завесу.

— Он словно читает твои мысли, — хихикнул Павел. — Только вот он в отличие от тебя уже мёртв. Ему-то чего волноваться.

Я отмахнулся от артефакта и медленно пошёл вперёд, сжимая в руке кинжал. Он был как проводник, который начинал пульсировать ярче, по мере приближения к тому месту, где располагалась колонна.

Деревьев и остатков растительности становилось всё меньше, как и пепла под ногами. Я уже видел яркий столб красного света, который бил вверх практически рядом с нами. Оставалось сделать всего лишь несколько шагов.

Когда мы вышли на поляну, то первое, что я почувствовал, это усилившийся запах разложения. Всё свободное пространство было заполнено трупами демонических зверей. Самых разных, как по виду, так и по силе. Впереди обзор застилал густой туман, точно такой же, что был за Завесой.

— Фу! Какая мерзость, — прокомментировал Павел. — Но тушку демонического лиса пятого уровня я всё-таки заберу. Интересно, тут ещё такие есть? — Я даже опомниться не успел, как лежавший под ногами труп животного исчез.

— Ничего святого в тебе нет, — выдохнул я, переступая туши зверей, осознавая, что эта плотная белесоватая стена словно расступилась передо мной, открывая то, что скрывала от посторонних взглядов.

Колонна. Которая должна была быть разрушена. Хотя если придираться, то она всё ещё была разрушена и состояла из многочисленных обломков чёрного камня, которые сейчас висели в воздухе. Они были буквально собраны в прежнюю форму, соединённые между собой красными нитями демонической энергии. Недостающая её часть, которая осталась где-то в реальном мире, состояла из чёрного клубящегося дыма, в котором то и дело пробегали яркие фиолетовые молнии.

Эта тьма с каждой секундой становилась всё плотнее, и я был практически уверен в том, что в конечном счёте она уплотнится до такой степени, что превратится в камень, полностью восстанавливая разрушенную шестидесятую колонну.

В центре, среди скрепленных обломков, я увидел красное пламя. Оно будто являлось сердцем колонны, пульсируя в такт ярким вспышкам. Кинжал в моей руке ярко вспыхнул и нагрелся так сильно, что я его едва не выронил из рук.

— Ты должен освободить меня! — раздался в голове знакомый голос оружейника Вапулы. Только теперь его голос был искажён каким-то странным эхом, которое всё ещё отражалось у меня в голове.

Обломки колонны дрогнули, а затем начали медленно вращаться, ускоряясь с каждой секундой. Красные нити засветились ярче, плотной сетью окутывая колонну, а чёрный дым сгустился, принимая очертания огромной фигуры со львиной головой и огромными крыльями, которые были полностью расправлены.

— Освободи меня! — теперь этот рык доносился отовсюду. Я пристально смотрел на призрачную фигуру демона, зрением душ не видя ничего. Это была будто какая-то проекция, картинка. Вполне реалистичная, но неживая. И я совершенно не ощущал демонической ауры.

— А теперь бежим, — с уверенностью в голосе произнёс я, но не успел даже развернуться.

Красный луч, что бил постоянно в небо, сейчас вырвался из колонны и ударил прямо в кинжал, который я всё ещё сжимал в своей руке. Меня откинуло назад, но клинок я не выронил, глядя на то, как на лезвии образовываются трещины, а клеймо Вапулы начинает светиться синим светом и плавно отделяться от клинка.

— Да хрен ты у нас воскреснешь, — фыркнул Павел, и я ощутил рывок, закрывая рефлекторно глаза. Я оказался в двухстах метрах от того места, где находилась разрушенная колонна. — С четвёртого уровня могу тебя телепортировать на небольшие расстояния, я же говорил. — Самодовольно произнёс Павел. — А кинжал мы пока спрячем, особенно когда он находится рядом с возрождающей демона колонной.

— Я понял…

— А давай мы просто уберёмся отсюда, пока эта каменная глыба не разорвалась и не уничтожила это субпространство до основания, а потом ты пофилософствуешь, — раздался голос Карпова, после чего меня снова окутал ледяной холод и буквально через несколько секунд я вывалился из-за Завесы прямо под ноги моим друзьям.

— Десять минут, двадцать четыре секунды, — прокомментировал моё появление Сергей. — Даже не опоздал. Правда, по твоему виду незаметно, что ты только шёл туда немного посмотреть. — Они с Милой окинули меня взглядом с ног до головы и как-то синхронно вздохнули.

— Там всё уже уничтожено было до меня, — махнул я рукой.

— Не расскажешь, что там у тебя произошло, пока мы тут места себе не находили и переживали за тебя? Иннокентий, подтверди, как сильно мы переживали. — Посмотрел на свою жабу Сергей. В ответ прозвучало громкое кваканье.

— Да, разумеется. Тем более, пока есть время до открытия перехода в монастырь. — Выдохнул я, рассматривая жабу своего друга. — Колонна в Запретных Землях восстанавливается, а Вапула пытается вернуться. Похоже, это самостоятельный процесс, совершенно несвязанный с внешними факторами, — проговорил я. — Но есть один нюанс. Я не знаю, что случилось с обычным кинжалом вечности, и с этим нужно разобраться в первую очередь. Похоже, когда я его вонзил в тело демона, какая-то часть его сущности, аналога души или что там есть у демонов, осталась в нём. — Я повертел в руках клинком, на лезвии которого не было ни единой трещины, только символы едва заметно светились.

— Уверен? — подозрительно посмотрела на меня Мила.

— Процентов на девяносто, — кивнул я. — Сначала я думал, что кровь феникса, которой я окропил кинжал, как-то повлияла на его свойства и что он каким-то образом реагирует на находившихся рядом с нами демонов. Но то, что произошло возле колонны, в корне изменило моё представление. Хотя я до сих пор считаю, что кровь феникса явно сыграла решающую роль.

— Такое чувство, что ты меня обвиняешь, — фыркнула девушка.

— Нет, конечно, — улыбнулся я. — Так что, похоже, высшие демоны после уничтожения физической оболочки до конца не умирают, а возвращаются к жизни из своих колонн, и эти каменные глыбы можно восстановить даже без посторонней помощи.

— Не слишком радует, — выдохнул Сергей. — Надо всё рассказать настоятелю и твоему отцу.

— Разумеется. Про кинжал пока только не говорите, надо самим попытаться во всём разобраться прежде чем открывать его тайну и втыкать в тело очередного демона. — Серьёзно посмотрел я на своих друзей.

— А вот и переход, — подал голос внимательно слушающий нас Карпов, кивая на формирующееся прямо перед нами окно. Значит, мы всё-таки оказались правы. — Раз с вами в кои-то веки ничего не случилось, вернусь я, пожалуй, к своим основным обязанностям.

— Спасибо за помощь, — поблагодарил я призрака, пока он полностью не исчез.

— Что будем делать? Сразу на заставу поедем? Роману-то мы помочь ничем не сможем, мы же эту проклятую астру так и не нашли, — покачала разочарованно головой Мила.

— Я захватил парочку, пока по Запретным Землям гулял, — успокоил я её. — Так что сначала мы всё-таки займёмся нашей гиеной.

Вдали раздался раскат грома, и небо в одно мгновение заволокло тяжёлыми чёрными тучами. Мелькнули молнии, которые сразу же пробили Лебедевский барьер.

— Никто больше не посмеет из демонов осквернять это место. — Наверное, по всей территории школы разнёсся голос смотрителя Храма, где мы получили своё духовное оружие. — У всех, кто находится на территории Школы, есть пять минут, чтобы с неё убраться.

— Ну вот и решится проблема колонны, — выдохнул я, повернувшись, чтобы посмотреть, как с утроенной силой начала проходить эвакуация. — Этот старик давно мечтал разрушить Школу и всё, что с ней было связано.

— Эх, надо было больше из хранилища тянуть. Всё равно пропадёт, — сокрушённо проговорил Павел, а я шагнул в открывшийся портал первым.

Глава 16

Я резко открыл глаза от чувства направленного на меня пристального взгляда. На груди будто лежал булыжник, отчего было тяжело дышать. Опустив глаза, я вздрогнул, встретившись взглядом с Иннокентием.

— Ты что здесь делаешь? — недовольно проворчал я и скинул наглое животное на кровать рядом с собой.

Демонический зверь первого уровня как-то укоризненно квакнул и спрыгнул на пол, в два прыжка достигнув закрытой двери. Он, даже не попрощавшись со мной, прыгнул высоко вверх и исчез с едва слышимым хлопком.

— Нормально, — тряхнул я головой, прислушиваясь к едва слышимому бормотанию Павла. — А ты чем занят?

— Не мешай, я в отличие от тебя делом занимаюсь. А это мерзкое животное всё равно без своего хозяина тебе вреда причинить не сможет, так что я не стал тебя будить. Тем более, лично мне он совершенно ничем не мешал. Даже как-то успокаивал, так умиротворяюще злобно на тебя сопел, — протараторил он и замолчал.

Потянувшись, посмотрел в окно. Было уже светло. Значит, завтрак я пропустил. Хотя не слышал звука колокола. Всё же за последние сутки я сильно вымотался. Но зато сейчас я чувствовал себя вполне отдохнувшим. Приведя себя в порядок, я вышел из комнаты, направляясь к жилым помещениям клириков, куда на время распределили моих друзей.

Как только мы вернулись с территории Школы, то сразу же рассказали настоятелю о том, что удалось увидеть, и разошлись по комнатам, чтобы хоть немного отдохнуть и набраться сил. Я даже представить не мог, что следует предпринять в сложившейся ситуации, поэтому решил оставить проблему сохранения Школы тем, кто в ней заинтересован. Хотя что-то мне подсказывало, что со строительством нового учебного заведения и пристанища для Стражей нужно будет ускориться.

В женскую комнату я вламываться не стал, поэтому решил сначала найти Сергея. Постучавшись, я открыл дверь и зашёл внутрь. Сергей был один. Все его соседи уже разбрелись по заданиям монастыря, оставив оборотня заниматься своими делами. Он сидел в центре кровати с закрытыми глазами и глубоко и медленно дышал.

— Ты знаешь, что ты громко ходишь, дышишь и думаешь? — открыл он один глаз и посмотрел на меня.

— А ты знаешь, что резко выходить из медитативного состояния не рекомендуется? — усмехнулся я. — Тем более, ты не совсем правильно всё делаешь.

— Как умею, так и делаю. Всё лучше, чем ничего, — тряхнул он головой и, поднявшись на ноги, подошёл ко мне. — Покажешь потом, может, у тебя лучше получится объяснить все тонкости. Лебедев иногда в отношении меня слишком эмоционален. — Поморщился оборотень, после чего окинул меня изучающим взглядом. — Долго спишь. Я уже думал идти тебя будить.

— Иннокентий хорошо справился с этой задачей, — покачал я головой.

— Да? Я его не посылал. Видимо, сам решил проявить инициативу, — погладил он прыгнувшего ему на руки зверька.

— Лучше бы ты, как обычно, вломился ко мне, к этому я всё-таки более привычен, — поморщился я, вспоминая неприятные ощущения при пробуждении. — Да и к тому же прошло не так уж и много времени, чтобы проявлять подобную инициативу.

— Почти двое суток — это, по-твоему, мало? Никогда не замечал в тебе такую тягу ко сну. Мы уже с Милой переживать начали, — округлил он глаза. — Пойдём на завтрак, а то у меня уже в животе сводит. К этому времени должны все разойтись, мне не слишком нравится, как на меня все пялятся. Мила, скорее всего, ждёт нас в столовой, она всегда приходит вовремя.

— Подожди, сколько я спал? — вырвалось у меня.

— Если быть точным — тридцать шесть часов, тридцать минут и двадцать пять секунд, — вместо оборотня ответил Павел. Сергей уже вышел в коридор и, похоже, не слышал моего возмущённого вопроса. — Но это нормальная реакция организма на стресс, магическое истощение, резкое восполнение резерва, физических нагрузок и элементарной усталости. Ну и я немного, конечно, помог. Всё-таки тебя нужно было нормально восстановиться, а то так до нервного срыва и проблем с психикой недалеко. Хотя я до сих пор не уверен, что ты ничего подобного от меня не скрываешь, — совершенно безэмоциональным голосом проговорил артефакт и снова замолчал под какие-то странные шаркающие и скребущие звуки. Надеюсь, он там не лису разделывает, а то я уже не знаю, что от него ещё можно было ожидать.

Я немного отвлёкся на Павла и упустил момент, когда бобёр скрылся из вида за поворотом. Догнал я его уже возле входа в столовую, где кроме Милы, одиноко сидевшей за дальним от входа столиком, никого не было.

— Привет, — я сел на стул рядом с девушкой, давая право Сергею самому договориться о завтраке в неположенное время.

— Ты как? — она поставила кружку с горячим чаем на стол и обеспокоенно на меня посмотрела. — Мы не знали, что делать, поэтому решили оставить тебя на время в покое. А настоятеля нет, чтобы спросить у него совета.

— Всё хорошо, просто нужно было время для восстановления. А куда отправился отец Фёдор? — нахмурившись, поинтересовался я.

Всё-таки эта новость немного нарушила мои планы. Ведь я хотел попытаться разобраться с проблемой Романа как можно быстрее, а после уже переместиться к Северной заставе. И так много времени потеряли из-за гиперзаботы Павла.

— Вчера утром площадка, где расположена точка перехода в Школу, начала рушиться, и тогда настоятель собрал команду из старших клириков и переместился туда. С тех пор никаких вестей от него не было, но внутренний двор разрушаться перестал, — выдохнула она. — Думаешь, с ними всё в порядке?

— Уверен. — Кивнул я. — Всё-таки отец Фёдор — это не князь Мстиславский, и со смотрителем Храма настоятель вполне может договориться.

— Всё, что осталось. — Раздался недовольный голос Сергея, который опустил передо мной поднос. — По тарелке каши, пара кусков хлеба и чай. Почему нельзя готовиться нормальную еду с запасом? — продолжал сокрушаться он, пододвигая к себе тарелку.

— Потому что это нормальный завтрак, — хмыкнула Мила. — Тебе не кажется, что твоя жаба стала слишком наглой? — покосилась она на зверька, который материализовался на краю стола.

— Возможно. Но я ещё не понимаю, как ей управлять, и ещё, мне кажется, он становится сильнее меня. — Шёпотом ответил оборотень, так же как и девушка, покосившись на своего зверя-помощника. — Да нет, бред, конечно, но даже я его иногда побаиваюсь.

Иннокентий, издав какой-то странный звук, неожиданно подпрыгнул вверх и приземлился прямо передо мной, едва не задев своей уже немаленькой тушкой кружку с горячим напитком. Он смотрел мне пристально в глаза, отчего становилось как-то не по себе. Сергей, выругавшись сквозь зубы, попытался его взять на руки, но окружившее жабу синеватое свечение не дало оборотню даже прикоснуться к нему.

— Что ему от меня надо? — тихо поинтересовался я у хозяина демонического зверя, отодвигаясь от него подальше.

— Он никогда себя так не вёл, — почесал друг голову, пожимая плечами. — Иннокентий, ты ведёшь себя неподобающе.

— Похоже, твои слова его нисколько не задевают, — прокомментировала всё происходившее Мила. — Ему же явно что-то от Мишки надо, — рассмеялась девушка.

— Точно, — хлопнул себя ладонью по лбу Сергей. — Миш, отдай ему череп совы. Именно этот артефакт Кеша спёр из хранилища Стражей. И всё время, пока ты спал, очень нервничал, скорее всего, из-за того, что ты решил покуситься на его добычу. — Улыбнулся друг.

— Могли бы и сразу сказать, — покачал я головой. — Паша, отдай им мешок с их вещами. — Попросил я артефакт под пронзительным взглядом жабьих глазок. Не знаю, как насчёт силы, но какая-то холодная потусторонняя аура от Иннокентия исходила, отчего становилось с каждой секундой неуютнее.

— Разбазариваешь честно сворованное, — сокрушённо протянул Павел, и прямо на столе появился этот пресловутый мешок, вдвое меньше того, что мне отдавали на хранение. — Только не кричи. Я травы и ингредиенты для зелий сразу вытащил, чтобы не потерялись. Всё равно им хранить их негде. — Пояснил перстень. — Ну и парочку артефактов. Они им точно не пригодятся. Нужно быть обычным человеком, чтобы их активировать. А череп совы я сверху положил.

— Ингредиенты для зелий у себя оставил, — проговорил я, глядя на то, как друзья скептически смотрят на похудевший мешок. Иннокентий перестал светиться, прекратил своё слабенькое воздействие, тут же запрыгнув в развязанный мешок, начиная чем-то звенеть и скрестись внутри него.

— Чем планируем заняться, пока отца Фёдора нет? — задумчиво поинтересовался Сергей, извлекая пресловутый череп совы вместе с вцепившемся в него Иннокентием.

— Я думаю, тебе стоит потренироваться с новым артефактом. Не просто так твой зверёк решил ради него вступить в неравный бой с превосходящим по силе противником, — предложила Мила. — А мы с Мишей немного позанимаемся основам слияния. Как тебе план? — обратилась она ко мне.

— Мне кажется, что мы с тобой возьмёмся за ритуал очищения, всё-таки это не быстрый процесс, а потом посмотрим. Но ты можешь в этом не участвовать, если не хочешь, — посмотрел я на задумавшуюся девушку.

— Ты обещал настоятелю, что он будет присутствовать при нём, — тихо проговорила она.

— Если у меня всё получится, то найдём ещё одного отчаявшегося и продемонстрируем всё это отцу Фёдору. — Решительно проговорил я. Почему-то мне не хотелось, чтобы кто-то посторонний видел, что будет происходить с Ромой. По идее, ничего страшного и опасного для нас случиться ничего не должно. Но та тёмная сущность, которую я почувствовал внутри парня, всё равно внушала некоторые опасения. — Где он, кстати?

— Всё ещё в местном лазарете валяется. Настоятель запретил его оттуда выпускать, пока он либо не решит оставить всё как есть и даже не пытаться развить в себе магию душ, либо пока ты не начнёшь с ним делать всякие непотребства. Вдруг после этого ему помощь целителя понадобится, — тихо проговорил Сергей. Прикоснувшись к артефакту, который отчаянно пытался вернуть себе Иннокентий, его взгляд изменился. Стал более сосредоточенный и внимательный. Приглядевшись, я увидел в глазах едва заметно вспыхивающие синеватые искры.

— Да уж, похоже, он сейчас уже не с нами, — помахал я перед его лицом рукой и, не дождавшись никакой реакции, пожал плечами. — Надеюсь, он знает, что делает.

— Это нормальное состояние, — махнула Мила рукой. — При изучении новых ритуалов и заклятий он всегда становится таким, а потом приходит в себя и несётся за едой. Так что у нас где-то пара часов, пока он не вернётся в наш реальный мир.

— Ну, значит, не будем его отвлекать от изучения потустороннего мира. Пойдём? — я поднялся на ноги, подавая руку Миле. Я её даже отговаривать не стал, прекрасно понимая, что она не согласится оставить меня одного в битве с тёмной сущностью нашего оборотня-гиены.

— Как я могу отказаться от такого приглашения, — слабо улыбнулась она, беря меня под локоть. — Почему ты не хочешь изучить основы слияния? Ты сам видел, что это является сильным подспорьем в бою с Высшим демоном? — спросила она, пока мы шли в сторону лазарета.

— Пока я не узнаю природу этой связи, то не стану что-либо изучать. Это может принести тебе вред, — отрезал я, останавливаясь возле входа в палату. — А мне пока никто так ничего и не рассказал.

В монастыре было как-то необычно пусто. По пути нам не встретился ни один из клириков, хотя иногда они сновали по дальним коридорам. Но, если бы что-то случилось, это явно вскрылось на завтраке, где присутствовала Мила, да и колокол бы звенел, оповещая об опасности. Так что я решил пока не обращать на это внимания и заняться уже делом.

— Я объясню, — после некоторой паузы проговорила девушка, отстраняясь от меня. — Но… Да пожалуй, чуть позже, я всё расскажу, хотя родители не хотели, чтобы я делилась этим. — Она тряхнула головой и решительно открыла двери, заходя внутрь.

— Приветствую болезных, — улыбнулся я, глядя, как Роман мерит шагами небольшое помещение.

— Ну наконец-то, — резко остановился он, всплеснув руками. — Я уже думал, что буду заперт здесь навечно.

— Пришлось немного задержаться для сбора нужных ингредиентов. Ты как? — осторожно поинтересовался я, не сводя взгляда с парня.

— Замечательно. Страдаю от безделья, неизвестности и терплю возмущения местного лекаря, направленные в мой адрес. Ему не слишком нравится, что здоровый лоб мается дурью, занимает койку и не работает в это время на благо монастыря. — Скривился он. — Я уже готов сбежать отсюда просто так вместе с вами, только бы не слышать больше этого мозговыносящего брюзжания.

— Так ты решил отступить? — прищурился я, глядя, как возмущённо вскинулся на мой вопрос оборотень.

— Ещё чего. Это было так, к слову, чтобы показать, насколько мне здесь плохо находиться, — пошёл он на попятную и сел на кровать. — Сейчас?

— Если хочешь. — Кивнул я, вставая на колени.

— Спрашиваешь, — сжал губы Роман. — Мне нужно что-то делать?

— Нет, просто пока сиди, — мотнул я головой, начиная рассматривать появляющиеся ингредиенты для проведения ритуала очищения. Смешав кровь феникса с водой прямо в стакане, стоявшем на прикроватной тумбе, я протянул его Роману. — Пей.

Подождав, пока он всё выпьет, я разрезал ладонь обычным кухонным ножом, который любезно предоставил мне Павел, и начал вычерчивать своей кровью на полу нужные символы, соединяя их вместе глубокой линией.

После того как круг замкнулся, я зажёг стоявшие свечи и поставил в центр круга глубокую миску из звёздного металла, уже даже не удивляясь, что у Павла есть что-то подобное. Теперь аккуратно нужно смешать все необходимые ингредиенты.

— Ты готов? — прямо спросил я у сосредоточенного Романа. Тот кивнул, сжав кулаки. — Будет больно, — честно предупредил я и начал читать заклинание. Пламя свечей тут же начало подниматься вверх, неестественно освещая помещение, в котором мы находились.

Мила стояла возле двери, скрестив на груди руки, внимательно следя за каждым моим движением, не подходя близко. Правильно. Если пойдёт что-то не так, то лучше ей находиться ближе к выходу.

Воздух наполнился густым дымом от плавящихся в чаше трав, после чего сгустился, окружая тело Романа. Парень резко дёрнулся, когда этот дым прикоснулся к его обнажённой коже, начиная проникать в его тело. Он застонал, крепко стиснув зубы, и закрыл глаза.

Через несколько ударов сердца первые чёрные капли начали появляться на коже, стекая по ней и сливаясь, образуя грязные дорожки. Роман не шевелился, лишь сильнее сжимал кулаки.

— Это нормально? — тихо проговорила Мила, подходя ближе.

— Да, хотя изначально я был неправ. — Глубоко выдохнул я. — Это была не его вторая сущность. Не переживай, если что-то пойдёт не так, я затушу свечи, и ритуал прервётся.

Роман склонился вперёд, его дыхание стало прерывистым. Вдруг его спину выгнуло, и из его рта вырвался клубок чёрного дыма. Он завис в воздухе прямо передо мной, приняв на миг очертания чего-то звериного, а затем бесшумно развеялся под направленным на него светом свечей.

Парень рухнул вперёд, но я успел его подхватить, помогая аккуратно сесть обратно на кровать. Свечи сами потухли, а руны исчезли, оставив после себя лишь едва заметные царапины на деревянном полу.

— А он был очень-очень плохой гиеной, — как-то отстранённо проговорил Павел. — Ну теперь, думаю, он пересмотрит свои взгляды на жизнь. Вряд ли ему понравилось всё то, что он испытал.

— Это всё? — Роман поднял голову и пристально посмотрел мне в глаза.

— Почти. По крайней мере, всё страшное позади, — ободряюще кивнул я. — Теперь тебе нужно немного поспать и прийти в себя. Я буду рядом.

— Даже не подозревал, что во мне столько дряни, — слабо улыбнулся он и закрыл глаза, проваливаясь в сон.

— А теперь поговорим, — я повернулся к Миле. — У нас есть где-то полчаса, прежде чем я снова попробую на него воздействовать. О чём ты хотела мне рассказать? — я пристально посмотрел на девушку, которая опустила глаза, что-то рассматривая у себя под ногами. Видимо, там было что-то действительно интересное, поэтому я не удержался и тоже туда посмотрел. — Что действительно между нами произошло, когда я пытался тебя стабилизировать? — нарушил я возникшую тишину.

— Мы… Ладно, хорошо, — тряхнула она копной рыжих волос. — Ты же помнишь, что я не человек и даже не оборотень? — прямо спросила она.

— Разумеется. Это трудно забыть, — я пересел на кровать, начиная ощущать онемение в ногах от длительного сидения на коленях.

— И помнишь, что маги могут сделать из существ и животных себе фамильяра? — напряжённо спросила она.

— Что? Я не…

— Нет, ты не сделал меня своим фамильяром, но запустил этот процесс. Если захочешь, то можешь его полноценно завершить. Именно поэтому мои родители ничего не рассказали твоему отцу. — Она прямо посмотрела мне в глаза.

— Я никогда даже не подумаю об этом, — нахмурился я. — Почему твои родители решили, что я захочу так поступить с тобой?

— Я не знаю, — она продолжала буквально прожигать меня взглядом. — И слияние — это как раз одна из моих способностей, чтобы тебя усилить.

— Но пока этот процесс не завершён, никто даже не подумает, чтобы так с тобой поступить и попытаться на тебя воздействовать? — прямо спросил я.

— Да, но…

— Отлично, пусть так всё и будет. — Кивнул я. — И да, тебе нечего переживать. Ты живой человек, красивая девушка, с очень большим магическим потенциалом и, главное, мой друг. Поэтому сделаем вид, что этого разговора не было, хорошо? — спокойно проговорил я, поднимаясь на ноги и подходя к девушке, крепко её обнимая. — И мне неприятно, что вы могли обо мне подумать такую гадость.

— Спасибо, — она уткнулась мне в грудь, больше не проронив ни слова.

— Ладно, начнём завтра тренировать твоё слияние. А пока вернёмся к нашему подопытному, — я отстранил её и, улыбнувшись, вернулся к Роману. — Ну, посмотрим, что у тебя сейчас творится в душе.

Я, как и в прошлый раз, приложил руку к его груди, направляя тонкий поток своей первозданной энергии, внимательно следя за ней зрением душ. Его оболочка души теперь была рыхлая, чем-то напоминая воздушное облако. Мой поток спокойно проник в неё, и я усилил воздействие. Серебристая нить начала формироваться в центре этого марева, замыкаясь в круг и словно нанизывая на себя первозданную оболочку, формируя плотное кольцо первого ранга. Мне даже не пришлось делать это вручную, оно сформировалось само, словно ждало небольшого толчка.

Отняв руку от груди Романа, я прикоснулся к его виску, активируя руну пробуждения.

— Ну вот и всё, — выдохнул я, как только оборотень открыл глаза. Он провёл рукой по груди, где только что находилась моя ладонь.

— Странные ощущения, — протянул он. — И такое чувство, что мне даже дышать стало свободнее…

Неожиданно все погасшие свечи одновременно вспыхнули, а их пламя взметнулось чуть ли не до потолка. Чаша треснула, а Роман выгнулся дугой, едва слышно застонав.

— Сзади, — крикнула Мила, и я резко обернулся, чувствуя спиной чьё-то стремительное приближение.

Обернувшись, я с трудом увернулся от огромной тёмной тени, которая пролетела надо мной.

— Пошла прочь, — простонал оборотень, садясь на кровати. — Вон!

Тень отшатнулась, но потом вновь рванула в сторону Романа. В комнате заметно похолодало, и подул ветер, который в одно мгновение задул все свечи. Мила что-то крикнула, и я заметил, как с её руки сорвался огненный шар, который ещё в полёте окрасился синим цветом. Ударив в ставшей плотной фигуру, пламя вспыхнуло, а тень рассыпалась пеплом.

— Я даже не хочу спрашивать, что это было, — в палату вошёл отец Фёдор. Окинув нас пристальным и цепким взглядом, он только вздохнул и покачал головой. — Получилось?

— Да, — уверенно кивнул я. — А вы сохранили Школу?

— Нет. Но смогли вывезти оттуда все, что только смогли найти. Всё-таки смотритель Храма прав, колонну можно уничтожить до основания только в том случае, если уничтожить это искусственно созданное пространство. А теперь покажешь, что ты делал с самого начала.

Глава 17

— Давай! — крикнул я Роману, который начертил на полу руну защиты и теперь неуверенно смотрел на меня.

Услышав команду, парень кивнул и приложил к символу ладонь, напитывая его доступной ему первозданной энергией. От Романа во все стороны пошла волна силы, которая просто снесла наложенный на нас с Милой простенький щит и нас вместе с ним. Я стоял возле окна, в которое меня просто выбросило, а девушку припечатало спиной к стене.

Активировав водяные крылья, я медленно опустился на землю, потирая ушибленную грудь. Подняв голову, увидел, как на меня из окна обеспокоенно смотрят Мила и Роман.

— Видимо, он думает, что лучшая защита — это нападение. — Деловито уточнил Павел. — Я всегда знал и говорил тебе, что гиена товарищем быть не может и просто всех ненавидит. Ты не исключение.

— Ничего не понимаю, — покачал я головой, задумываясь над тем, что же мы делаем с ним не так.

Отец Фёдор вместе со всеми старшими клириками последние несколько дней проводили на территории Школы, стараясь минимизировать ущерб, который случится в реальном мире после полного разрушения субпространства. Поэтому первичное обучение Романа основам магии душ я решил взять на себя. Только по какой-то неясной для меня причине из этой затеи ничего не выходило. Все руны и заклинания, которые мы начинали с ним изучать, в итоге трансформировались во что-то разрушительное.

— Да просто из тебя учитель, как из мороженной репы мясной стейк, — фыркнул Павел. — И нет, я понятия не имею, что же ты делаешь не так, потому что всё ещё занят очень важным делом. А вы меня постоянно отвлекаете.

— Может, уже скажешь, чем именно ты занимаешься почти неделю? — полюбопытствовал я, рассматривая осколки стекла у себя под ногами.

— Потом скажу, — пробормотал артефакт и замолчал.

Я, глубоко вздохнув, поднялся вверх, залетая в свою комнату в монастыре через разбитое окно.

— Ты как? — подошёл ко мне Роман, неловко почёсывая затылок. — Я не знаю, как это вышло.

— Всё нормально, не у всех всё получается с первого раза, — уверенно произнёс я, активируя зрение душ и внимательно разглядывая сформированное кольцо ранга оборотня. Ничего необычного я, как и в прошлые разы, не увидел.

— Руна была правильно изображена, я специально посмотрела, пока ты навыки полёта отрабатывал, — проговорила Мила, сложив на груди руки. — Может, на него так подействовал ритуал очищения. Всё-таки обычно Стражи и клирики, владеющие магией душ, через подобное не проходят.

— Это не должно было так сильно отразиться, — покачал я головой. — Возможно, всё дело в контроле и способности управлять собственной силой. Мы на этом внимание не акцентировали. — Я прямо посмотрел на нахмурившегося парня.

— Или его магия имеет разрушительный характер, и он просто не способен на то, чтобы что-то созидать, — немного отстранённо проговорил Павел. — Вон, наш бобёр вообще некромант, и с обычной магией душ конфликтует. Так почему бы тебе не принять тот факт, что второй подобранный тобой с улицы оборотень тоже имеет некоторую изюминку? Я, кстати, встречал подобных уникумов, которые вместо обычного светящегося шара могли спалить все вокруг себя в радиусе километра, а вместе щита забросать своих товарищей ледяными кинжалами. Правда, там не в магии было дело, а в мозгах, но в нашем случае тоже возможны варианты.

— Ладно, хорошо. — Немного подумав, проговорил я. — Давай попробуем ещё раз, только на сей раз посмотрим, насколько хорошо ты контролируешь свою энергию. Не просто отмеряешь силу, которую ты хочешь направить в активацию руны, а можешь ли ты ей управлять.

— Мы же в первый день этим занимались, — произнесла Мила, рассматривая Романа внимательным взглядом, словно экспонат в музее. — И единогласно пришли к выводу, что с этой стороны никаких проблем у него нет.

— Миша прав, нужно вернуться к самому началу, чтобы понять, где именно спряталась ошибка в моём понимании основ, — серьёзно проговорил Роман.

— Ошибкой было его не прибить в том милом домике травника, когда вас в чёрную воронку во время телепортации засосало, — проворчал артефакт. — Теперь её никак не исправить. Ты же никогда не согласишься на усыпление кошкообразных в гуманных для человечества целях. Да и я уже к нему привык, — как-то горестно вздохнул Павел.

— Просто попробуй сконцентрировать энергию в ладони, никуда её не направляя. — Мыслено махнув рукой на очередное недовольно ворчание перстня, обратился я к Роману. — Это сделать не просто даже нам с Милой. Всё-таки первозданная энергия довольно аморфна, чтобы попытаться её удержать в одной точке.

Роман кивнул и вытянул вперёд руку, в которой начало образовываться серебристое облачко. Оно пыталось ускользнуть и развеяться в пространстве, но было видно, как парень прикладывает все свои силы, чтобы удержать этот сгусток в каком бы то ни было статичном положении. Неожиданно серебристое марево уплотнилось, а в самом его центре начали образовываться багровые искры, которых становилось всё больше.

— Я ничего не делаю, — удивлённо посмотрел на меня оборотень.

— Это что? Я подобное вообще в первый раз вижу, — тихо прошептала Мила, во все глаза рассматривая бордовые искры, которые постепенно двигались все быстрее и быстрее.

Сгусток начал пульсировать, а потом резко сжался. Раздался взрыв, который вновь отправил нас всех, включая самого Романа в непродолжительный полёт. На этот раз я устоял на ногах и смог затормозить, остановившись в шаге от стены.

— Опять! — воскликнул оборотень, поднимаясь на ноги. Дым постепенно развеивался, оставляя после себя на всех поверхностях красноватые разводы. — Что со мной не так? — подошёл он ко мне, пристально глядя в глаза.

Ответить я не успел. Дверь распахнулась, и на пороге появился Сергей, недовольно осматривая комнату.

— Вы опять здесь что-то взрываете? И без меня? — он нахмурился, буровя меня сердитым взглядом. — Это бесчеловечно. Я же тоже хочу поучаствовать в подобных экспериментах.

— У тебя время медитации, и мы не хотели тебя отвлекать от воссоединения со вселенной, — улыбнулась Мила, вытирая лицо, ещё больше размазывая бордовые крупицы по коже.

— Ну да, как же, — поморщился Сергей. — Вы тут развлекаетесь, а я должен роль посыльного выполнять. В общем, отец Фёдор наконец-то вернулся и хочет нас всех видеть, включая Романа.

— А меня зачем? — настороженно поинтересовался парень.

— Понятия не имею, может, с какой-нибудь лабораторией договорился и решил тебя на опыты сдать, пока ты ему половину монастыря не разнёс, — развёл руки в стороны Сергей, после чего рассмеялся. — Да ладно, я пошутил.

— Похоже, что тесное общение с Лебедевым дало свои плоды, — шепнула меня Мила, выходя из полуразрушенной комнаты.

— Ты знаешь, что со мной? — поинтересовался Роман, когда мы шли по коридору в направлении кабинета настоятеля.

— Есть кое-какие догадки, — кивнул я. — Но я пока точно не уверен, и понятия не имею, что следует с этим делать.

Мы вошли в кабинет настоятеля, где он, как и обычно, сидел за своим столом и что-то быстро писал. Подняв голову, он окинул нас пристальным взглядом, после чего отложил карандаш и отодвинул от себя толстую тетрадь.

— Я смотрю, ваши потуги чему-то обучить наше приобретённое дарование вновь не увенчались успехом? — усмехнулся он, глядя почему-то на меня.

— Можно и так сказать, — выдохнул я, садясь вместе со своими друзьями на расставленные стулья, на которые нам указал отец Фёдор.

— Мы пытались освоить руну защиты, но вновь что-то пошло не так, — проговорил Роман, опуская глаза и начиная разглядываться свои руки.

— Судя по тому, что я увидел, они вновь устроили локальный апокалипсис, — усмехнулся Сергей. — Но сегодня всё было намного цивилизованнее, всего лишь довольствовались разбитым окном. Но оно и понятно, разрушать в комнате уже особо нечего. Миша даже спит на тонком матрасике, потому что его кровать сгорела ещё вчера.

— Хватит ёрничать, — ткнула его в бок локтем Мила. — В следующий раз мы обязательно тебя позовём посмотреть на огненное шоу, чтобы ты не обижался.

— А кто сказал, что я обижаюсь? — возмущённо вскинулся Сергей.

— Я закончил со Школой и теперь могу заняться вами, не отвлекаясь на другие дела. Не против, если я сам посмотрю? — настоятель обратился к Роману, после чего поднялся на ноги и подошёл к нам.

Роман кивнул, после чего отец Фёдор приложил руку к его плечу и закрыл глаза. Я ощутил небольшую вибрацию, которая прошлась по полу. Окно распахнулось, подул тёплый ветер, а потом всё резко прошло. Настоятель отнял руку и отошёл, задумчиво глядя на оборотня.

— Вот в чём дело, — пробормотал он. — Это редкий дар, даже не знал, что меня может ещё что-то удивить кроме оборотня-некроманта и живого феникса в одной команде, — усмехнулся он, покачав при этом головой.

— Разрушительное действие магии, — кивнул я, теперь полностью принимая теорию Павла. Я никогда не встречался с подобным, а все единичные слухи, которые до меня доходили в своё время о подобных магах, считал всего лишь мифом.

— Оно самое, — подтвердил отец Фёдор.

— Это болезнь? — деловито уточнил Сергей, который Романа всё же немного недолюбливал по какой-то непонятной для меня причине. Возможно, это какой-то конфликт среди видов оборотней, мне он пока так и не признался.

— Это редкий дар, Сергей, — спокойно ответил настоятель, укоризненно посмотрев на бобра. — Магия Романа не может создавать, а только разрушать. Но её, как и любую другую, вполне можно контролировать.

— И каким образом? — хмуро уточнил Роман.

— Сначала перестать делать то, что тебе не под силу. Забудь, что такое барьеры, защита, исцеление. Этим ты только ещё больше навредишь и причём не только себе, но и тем, кто тебя окружает, — ответил отец Фёдор, подходя к одному из стеллажей и рассматривая его содержимое.

— Не слишком радужная перспектива, — поморщился Роман. — Ничего не зная о защите, все силы прикладывать к тому, чтобы атаковать.

— Зато твои атаки будут во много раз сильнее мага одного с тобой уровня. Про Михаила и Милославу такого сказать не могу, они не совсем обычные маги, — улыбнулся отец Фёдор, поворачиваясь к нам, сняв перед этим с верхней полки какой-то артефакт. — Только нужно атаковать правильно, обычные руны атаки для тебя практически бесполезны.

— То есть, мне нужен учитель? — уточнил Роман. — И где мне взять того, кто хоть что-то понимает о том даре, который неожиданно у меня открылся и, главное, захочет мной заниматься.

— Ну у нас есть один альтруист, с целой библиотекой редких и ненужных знаний в голове, которому нравится обучать необучаемое, — проговорил Павел. — Если Лебедев даже оборотня-некроманта нашего смог чему-то обучить, хотя все знания о них считались уже давно утерянными, то что уж говорить о ходячем взрывоопасном артефакте с отложенным стартом.

— Что-нибудь слышно о Дмитрии Игоревиче? — не смог я не согласиться с артефактом. — Его вообще хоть кто-нибудь ищет?

— Разумеется, на его поиски князь Пронский выделил несколько отрядов. Но пока до меня не доходила информация о том, что нашли хотя бы какие-нибудь его следы, — покачал головой отец Фёдор. — Но тут ты, конечно, прав. С Романом может справиться, наверное, только он. К сожалению, как именно работать с этим даром мне не известно, поэтому особо помочь тебе я не могу.

— Он же ненавидит оборотней, — скептически обвёл нас напряжённым взглядом Роман. — Зачем ему принимать к себе в ученики ещё и меня.

— Зато он любит разбираться в редких магических феноменах, а ты как раз один из них. Так что я думаю, он согласится с тобой работать, — терпеливо ответил настоятель, на что я только глубоко вздохнул, Сергей закатил глаза, а Мила забавно фыркнула.

— Да не переживай ты так, он тебя не съест. По крайней мере, не сразу, — усмехнулся Сергей. — Теперь осталось только его найти и сдать нашего подопытного в его цепкие руки.

— Осталось только его найти и надеяться, что он хотя бы жив, — тихо пробормотала Мила.

— Я узнаю, что творится на Северной заставе, после чего решим, когда вас туда отправить, — нарушил тишину отец Фёдор. — Возьми, этот артефакт поможет тебе концентрировать свою энергию в определённой точке. Он специально создан для тех, у кого магия нестабильна, — протянул настоятель Роману чёрный камень с выгравированными на нём серебристыми линиями, переплетёнными между собой в какие-то странные, незнакомые мне символы.

— Спасибо, — поблагодарил настоятеля Роман, после чего повертел в руке камень и вздрогнул, когда тот слегка засветился красноватым светом. — Мы все отправимся на Северную заставу? — робко уточнил он.

— Да, в монастыре тебе делать уже особо нечего. А рядом с теми, кого ты считаешь друзьями, тебе будет безопаснее. Можете идти. Кстати, рекомендую тебе, Роман, немного потренироваться. Хотя бы научиться контролировать и направлять энергию в определённую точку. Можете этим заняться на заднем дворе.

— Хорошо, этим мы и займёмся, — кивнул я, первым поднимаясь на ноги. — Как только сможете отправить нас на заставу, прошу сразу же сообщить.

На этих словах мы вчетвером вышли из кабинета и тут же направились прямиком к выходу из монастыря. Роман постоянно теребил в руках чёрных камень, заставляя его то ярко светиться, то тут же затухать. Мила периодически бросала взгляд то на меня, то на идущего рядом с ней Романа. Только Сергей выглядел каким-то подозрительно весёлым, гладя прыгнувшего к нему в руки Иннокентия.

Не торопясь, занимаясь каждый своим важным делом, мы дошли до заднего двора, где обычно клирики отрабатывали заклинания. Время близилось к обеду, поэтому на тренировочной площадке, огороженной защитным контуром, никого не было.

— Ну и с чего начнём? — как-то напряжённо спросил у меня Роман.

— Давай с того, что предложил отец Фёдор. С контролируемого взрыва, — немного подумав и оглядевшись, проговорил я.

— Как я понимаю, мне придётся тренироваться в том, чтобы что-то целенаправленно уничтожить? — приподнял бровь парень. — И что, манекены не жалко подвергать такой пытке?

— Необязательно начинать разрушать что-то ценное, — проговорила Мила. — Можно начать со старых досок или камней.

— Или с бобра, — хмыкнул Павел. — Он вон какую ряху отъел, пару взрывов точно выдержит.

— Да, давайте попробуем, — неуверенно проговорил Роман, глядя на то, как Мила с Сергеем разгребают наваленную в самом углу гору строительного мусора, перетаскивая найденные доски и кирпичи в небольшие кучки перед нами. — И как мне это сделать просто так, без рун?

— Попробуй сконцентрировать энергию, как тогда в комнате, но не удерживай её, а направь в цель, ну, например, в ту кучу камней, которые любезно собрали тебе в домик ребята, — немного подумав, ответил я. — Представь, что твоя сила — это не просто поток, а оружие. Что-то наподобие клинка.

Роман кивнул, вытянул перед собой руку и закрыл глаза. Через несколько секунд на ладони начал образовываться серебристый туман, с пробегающими в нём бордовыми искрами. На этот раз сгусток энергии не пульсировал, а медленно начал сплетаться в плотный шар.

— Хорошо, теперь направь его в указанную точку, — тихо подбодрил я.

Он резко разжал ладонь.

Раздался оглушительный хлопок, и груда кирпичей осыпалась мелкой крошкой, подняв облако пыли. Я выдохнул. Взрыв действительно был направленный, и никто из нас не пострадал.

Роман застыл, глядя на разбитые камни, затем медленно разжал кулак, в котором находился чёрный артефакт.

— Получилось, — прошептал он, как будто не веря своим глазам. — Ещё раз. — Уверенно проговорил он, вновь начиная формировать на своей ладони плотный шар из первозданной энергии.

— Я, пожалуй, вас оставлю, — проговорил Сергей. — Взрывать вы ничего масштабного не планируете, огненный дождь вызывать или локальный смерч тоже не собираетесь. Пойду, проверю одну теорию.

— Эм, ладно, — проговорила Мила, глядя в спину другу, который тут же рванул в сторону монастыря, даже не обернувшись. — Что это с ним?

— Понятия не имею, — пожал я плечами. — Надеюсь, что расскажет потом.

Я вздрогнул от звука раздавшегося невдалеке взрыва, рассматривая очередную гору кирпичной крошки, оставшейся от сваленной в кучу камней. Ладно, займёмся пока Романом. Всё-таки это в наших интересах сделать так, чтобы он нас случайно не взорвал вместе с собой.

Мы провели ещё несколько часов, отрабатывая точность и силу его ударов. С каждым разом Роман становился всё увереннее, а взрывы всё более управляемыми. К вечеру он уже мог разрушать выбранные цели, не задевая соседние, и даже попробовал создать небольшую волну энергии, которая снесла несколько досок подряд, но не вышла за пределы тренировочной зоны.

— Я думаю, на сегодня нужно закончить, — наконец, решил прервать я тренировку. Роман неохотно кивнул, начиная тут же убирать мусор, который остался после наших занятий.

— Ребят, — позвал нас Сергей. Я даже не заметил, когда он вернулся. — Я, кажется, нашёл Лебедева. — Его голос звучал немного обеспокоенно, а сам он выглядел слегка напряжённым.

— И? — поторопил я его.

— Я мало что понимаю, но из того, что понял, мне совершенно ничего не понравилось. Пойдём, ты сам всё должен услышать.

Глава 18

Сергей кивнул в сторону главного здания монастыря и, повернувшись, пошёл быстрым шагом в сторону ворот. Мы втроём переглянулись и поспешили за оборотнем, пока он не скрылся из виду за массивными дверями.

— Всё-таки есть в нём какая-то загадка, не находишь? — заинтересованно спросил меня Павел в тот момент, когда мы забежали по ступеням к открытой входной двери.

— Да куда ты нас ведёшь? — схватила Мила за рукав куртки Сергея, останавливая и разворачивая его к себе лицом. — Может, хоть что-нибудь объяснишь сначала?

— Давайте мы просто соберёмся все вместе, желательно с отцом Фёдором, и я всё сразу расскажу, чтобы не повторяться несколько раз? — нахмурившись, произнёс он.

— Ладно, — отпустила Мила парня и обеспокоенно на меня посмотрела. — Тебе не кажется, что он сейчас ведёт себя как-то странно?

— Не то слово, — тихо ответил я, заходя внутрь монастыря и резко останавливаясь.

Почти все старшие клирики толпились в холле, о чём-то оживлённо переговариваясь. Рядом с некоторыми стояли походные рюкзаки, и почти все были основательно вооружены. Некоторых клириков я вообще видел впервые, а вот нескольких Стражей в серых плащах и накинутых на голову капюшонах, стоявших поодаль от основной группы, в принципе не ожидал здесь встретить. Похоже, пока мы развлекались на заднем дворе, что-то произошло. Причём как-то тихо, раз мы этого даже не заметили.

— Что тут происходит? — спросил Роман у остановившегося Сергея.

— Понятия не имею, — честно ответил начинающий некромант, недоумённо глядя на нас. — Я даже как-то не заметил эту толпу, когда за вами шёл.

— Наблюдательность явно не его основной талант, — хмыкнул Павел. — Нужно же быть таким увлечённым и целеустремлённым. Ну, зато мы знаем, что разведчик из него ещё хуже, чем маг поддержки, из последнего у него хоть что-то сможет получиться. Щит он на вас не набросит и заклятие хотя бы малого исцеления не применит, но морально поддержит, не без этого.

— Давайте к настоятелю, там уже всё узнаем, — махнул я рукой, и мы практически побежали в сторону кабинета отца Фёдора.

Возле кабинета стояли двое Стражей, лица которых были открыты, но видел я их впервые. Они перегородили нам дорогу, не подпуская к дверям.

— Настоятель у себя? — твёрдо спросил я, выходя вперёд.

— Да, но он занят и никого не принимает. Приходите позже, — резко ответил один из охранников.

— Но…

Двери в этот момент распахнулись и в коридор вышел отец Фёдор, удивлённо на нас посмотрев.

— Хм, а я ведь только что хотел отправить кого-нибудь на ваши поиски, — задумчиво протянул он. — Входите. Никого не впускать, — бросил он Стражам, разворачиваясь и заходя внутрь. Как только мы вошли, двери за нами захлопнулись и стены помещения покрыло синеватое свечение.

— Что случилось? — первым делом спросил я, оглядывая кабинет и только сейчас замечая мужчину, сидевшего за столом напротив кресла отца Фёдора. Он повернулся и кивнул мне в знак приветствия, только после этого поднимаясь на ноги. — Даниил Лаврентьевич, не ожидал вас здесь увидеть, — поприветствовал я Светлейшего князя Пронского, который подошёл ко мне, внимательно меня разглядывая.

— Отец Фёдор обратился ко мне с просьбой, чтобы я забрал вас на Северную Заставу. Отправлять вас одних он почему-то не захотел, будто в прошлый раз, когда я лично открывал вам телепорт, это смогло как-то уберечь вашу компанию от приключений, — улыбнулся он и перевёл взгляд на моих друзей. — С вами я не знаком. — Он прямо посмотрел на смутившегося Романа, который отвёл взгляд и в принципе старался не смотреть на князя.

— Роман Миронов, — представился тихо он.

— А, тот самый Роман, о котором вы мне говорили. Ну что ж, думаю, на Северной заставе найдётся кто-нибудь, кто поможет ему с контролем его дара, — кивнул он, уже более внимательно глядя на парня. Золотистая кайма вокруг радужки карих глаз Светлейшего князя ярко засияла, как только он поймал взгляд поднявшего голову оборотня. — Хорошо. — Тряхнул он головой и, развернувшись, подошёл к столу и сел обратно на стул.

— Что это было? — тихо спросил Роман, прикладывая ладонь ко лбу. — Мне будто спицу в голову воткнули.

— Ментальная магия Светлейшего князя. Привыкай к подобным вывертам, если и дальше захочешь оставаться в нашей компании, — прошептала Мила. — После всего случившегося он вообще мало кому доверяет. Сначала промывает мозги, а потом здоровается, — хмыкнула она и замолчала под пристальными взглядами отца Фёдора и князя Пронского.

— Так что всё-таки происходит? — повторил я вопрос. — Стражи в монастыре, клирики, собранные в полноценный поход. И почему-то я сомневаюсь, что вы прибыли сюда исключительно ради меня.

— Я попросил отца Фёдора выделить несколько групп для поисков пропавших Стражей и клириков. Лебедев не единственный, кто исчез в землях возле моей заставы. У меня мало людей, всё-таки демоны и в период войны не стремились нападать с севера, поэтому в ресурсах я несколько ограничен, — покачал Пронский головой.

— И вы знаете, где вести поиски? — спросила Мила.

— Нет, и это меня жутко раздражает, — в сердцах бросил князь и стукнул ладонью по столешнице.

— Кстати, об этом, — Сергей подошёл к столу и положил на него череп совы, который недавно с боем пытался забрать у меня Иннокентий. Все покосились на артефакт, и в воцарившейся тишине он даже стал выглядеть несколько зловеще.

— Ага, вот он где, — хмыкнул настоятель, сложив на груди руки. — А мы с Моровым всё гадали, куда пропал настолько редкий артефакт из закрытого хранилища.

— Мне его вернуть? — буркнул Сергей под возмущённое кваканье его жабы, которая, появившись перед ним буквально из ниоткуда, прыгнула на стол и уселась рядом с черепом.

— Зачем он нам? Мы же не некроманты, — ответил князь Пронский. — Я так понимаю, ты не просто так решил нам его показать?

— Ну, я сейчас не совсем уверен в том, что видел, хотя вот буквально полчаса назад, пока вас не встретил, был полон решимости всё рассказать, — начал тараторить Сергей, косясь на князя. — Мне кажется, что всё это глупость полная… Теперь так кажется.

— Он его боится, — хихикнул Павел. — Пронского в смысле. Намекни этим учителям как-нибудь, чтобы они не так сильно давили на неокрепшую бобриную психику в период её становления при обучении. Так и до комплексов недалеко, а там и ошибки в некромантии пойдут одна за одной. Нужно ласковее с такими учениками, добрее. Просто пригрозить пару раз, что пойдёт на шашлыки для восстановления иммунитета страждущим, если будет много косячить. Зачем гнобить-то постоянно…

— Даниил Лаврентьевич, — не сдержался я. — Вы вместе с Лебедевым обучали Сергея азам некромантии?

— Это так заметно? — поморщил он и покачал головой. — Да, возможно, мы с Димой немного переусердствовали. — Выдохнул он. — Сергей, говори уже, что хотел.

— Ладно. В общем, этот череп нашёл Иннокентий. Я понятия не имел, для чего он нужен. Но как только прикоснулся к нему в первый раз, почувствовал какой-то отклик. В общем, он на меня реагирует и усиливает. Пока не могу понять, как именно, но это факт, — быстро проговорил оборотень. — В общем, пока эти двое натаскивали нашу гиену на заднем дворе, я понял, что могу через этот артефакт общаться с душами умерших людей, не покинувших этот мир, напрямую.

— Это опасно, — прервал его Пронский. — Для этого ты тратишь собственные жизненные силы. Это не игрушки самому экспериментировать с подобными артефактами.

— Нет, — тряхнул головой Сергей. — Я не трачу сил, никаких. Всё берёт на себя Иннокентий, и выглядит он после этого даже лучше. В общем, когда я понял, что могу призвать через череп конкретную душу, нужно, наверное, извиниться перед Карповым, потому что пробовал я это на нём, то решил, почему бы и не попытаться отыскать вашего Первого Стража…

— Нет в нём никакой загадки. А вот дури килограммов сто во второй его ипостаси, — протянул Павел.

— Ты что решил сделать? — закашлялся Пронский. Сделав глоток воды из стакана, заботливо предоставленным ему настоятелем, он глубоко выдохнул и потёр глаза руками. — Ты с ума, что ли, сошёл, экспериментировать с сущностью, с которой ничего даже Мстиславский сделать не смог?

— Ну ничего же не произошло, — пожал оборотень невозмутимо плечами. — Он не отозвался, зато отозвался дух много столетий назад почившей ведьмы. Она и сказала, что Страж находится в стазисе, а она, как и несколько других душ заперты им в каком-то подземелье. Из того вороха информации, что на меня вылила ведьма за несколько минут, я только смог понять, что он ими каким-то образом подпитывается, — нахмурился Сергей. — И ему нужно тело сильного мага.

— И ты думаешь, что Лебедева, как и остальных Стражей заманил в ловушку Первый Страж? — спросил отец Фёдор задумавшись.

— Всё как рассказывал Курьянов, — кивнул наш некромант. — Он похищает людей и содержит где-то под землёй рядом с собой. И судя по описанию, которое дала мне эта ведьма, Лебедев находится среди них. Но это всё, не знаю, как-то нелепо. Такое чувство, что она говорила то, что я хотел услышать. Но ведь так не бывает? Душа всегда подчиняется воле призвавшего её некроманта, — посмотрел он на Пронского, который всё это время сидел с закрытыми глазами.

— Не всегда. Когда душа сильнее призвавшего её мага, она может и не подчиниться. Но это единственная зацепка, что у нас есть. Тем более, Дмитрий пропал, когда искал Стража. Тебе хотя бы примерно известно, где то место, которое описывала твоя ведьма? — медленно, подбирая каждое слово, спросил он у своего подопечного.

— В общих чертах. Я… Перед тем как связаться с этой неупокоенной душой видел несколько картинок, — неуверенно проговорил Сергей, протягивая руку и беря в неё череп совы.

Он провёл по нему ладонью и тот засветился зеленоватым светом. Иннокентий неожиданно очень громко квакнул, и пустые глазницы черепа засветились синим огнём. Стены кабинета дрогнули, а пол закачался. Только спустя несколько мгновений я понял, что это всего лишь иллюзия, когда перед глазами начала мелькать череда картинок. Тёмный, едва заснеженный лес, какой-то заброшенный дом, чёрная, уходящая в небо колонна, вокруг неё несколько десятков демонов. Всё это сопровождалось отдалёнными криками и карканьем ворон.

— Сергей! — рявкнула Мила, и всё это прекратилось. Кабинет несколько раз крутанулся вокруг меня, и я аккуратно опустился на одно колено, чтобы элементарно не упасть от возникшего головокружения. — Мог бы и предупредить! — прошипела девушка, поднимаясь на ноги. Мы с Романом переглянулись, но вставать не спешили.

— Это не я, а Иннокентий! — возмущённо ответил оборотень, хватаясь за голову.

— Тогда в следующий раз, мы будем ужинать супом из жабьих лапок. Говорят, они на курицу похожи, — процедила она, глядя на зверька, который сидел на столе и смотрел перед собой пустым взглядом.

— Это же не лягушка, а демонический зверь, тем более он не съедобен, — парировал Сергей, но тоже осторожно покосился на жабу. — В общем, колонну и демонов я раньше не видел.

— Я знаю, что это за место, — уверенно проговорил Пронский, поднимаясь на ноги. — Только его мы уже обыскали, а колонну рядом с Северной заставой разрушили.

— Я один себя чувствую обманутым? — недовольно засопел Павел. — Вы что видели? А почему я не видел? Это не честно, между прочим. Миша, делай страдальческое выражение лица, выходи наружу и красочно описывай всё, что тебе показали под категорией не для слабонервных. Судя по вашей реакции, там минимум расчленёнка и море крови.

— Потом, — шепнул я, внимательно глядя на князя, который подошёл к окну, внимательно что-то разглядывая через него. Он стучал пальцами по подоконнику и молчал, явно что-то обдумывая.

— Эта колонна разрушена твоим отцом, Миша, — наконец, заговорил он, поворачиваясь ко мне. — И я сомневаюсь, что все эти видения и информация от духа, с которым я лично не общался, правдива. Нельзя исключить, что Сергей всё-таки достучался до Стража и все эти видения исключительно для того, чтобы заманить сильного некроманта в ловушку.

— А если вы ошибаетесь и эта колонна, например, восстановилась? — тихо спросил впервые подавший голос Роман.

— Тогда всё, что мы делали последний месяц бессмысленно, — покачал Пронский головой, потом подошёл к Сергею и взял из его рук череп совы.

— А что, если это не та самая колонна? — продолжил задавать вопросы Роман. — Я прекрасно помню, как в одном лесу, недалеко от монастыря, один наследник уже не такого уж и Светлейшего князя Морозова при помощи нескольких демонов, жертвоприношений и куска чёрного монолита пытался сотворить нечто подобное? — Даниил Лаврентьевич резко развернулся и пристально посмотрел на парня, который в этот раз глаза решил не опускать, стойко выдерживая тяжёлый взгляд князя.

— Это неплохая мысль, — сосредоточенно кивнул он. — В любом случае мне всё это нужно проверить.

— Вам? А мы? — спросила Мила, сложив на груди руки.

— А вы будете ждать на заставе. Если мне понадобится помощь кого-нибудь из вас, я сообщу, — резко отрезал он. — В любом случае мы все сначала прибудем на заставу, где ты снова пообщаешься со своей говорливой ведьмой, только при мне. Тогда мы точно решим, что будем делать. Меня до сих пор не отпускает чувство какой-то недосказанности. Да и какая связь между Первым Стражем и демонической колонной? Ладно, будем разбираться постепенно. Ты с нами? — спросил он у отца Фёдора, который всё это время молчал.

— Да, я не отпущу своих людей одних, — кивнул он.

— Замечательно. Держи, — он бросил череп совы обратно Сергею. — Он тебе ещё пригодится. Выдвигаемся группами по пять человек через час, у вас будет время собраться.

— Хорошо, — кивнули мы все синхронно. Пронский посмотрел на нас и, покачав головой, направился к двери.

— И да, — взявшись за ручку двери, он резко обернулся и посмотрел на Сергея. — Если твоя жаба ещё раз решит устроить развлекательное шоу без предупреждения, я лично проверю, насколько она съедобная. — С этими словами он вышел в коридор, оставляя нас в кабинете. Иннокентий громко квакнул и исчез в прыжке.

— Теперь можно считать, что я официально ещё и у Пронского в немилости? — хмуро проговорил Сергей, пряча артефакт в карман куртки.

— Это риторический вопрос, — покачал головой отец Фёдор. — Собирайтесь. У вас не так уж и много времени.

Мы вышли из кабинета, всё ещё охраняемый теми же двумя Стражами, которые буквально буровили наши спины пристальными взглядами. Скорее всего, до сих пор гадают, о чём с нами Светлейший князь и настоятель монастыря так долго общались за закрытыми дверьми.

После того как все разошлись по комнатам, я подошёл к окну, глядя, как во дворе начинают собираться братья-клирики. С удивлением увидел среди тех, кого решили отправить на Северную заставу Глеба Курьянова. Он словно почувствовал на себе мой взгляд и поднял голову. Кивнув мне, он вновь принялся что-то обсуждать со своими товарищами.

— Вот, я наконец всё доделал, — громко выдохнул Павел, и на подоконнике появилась всё та же жуткая книга про демонов. — Я там поверх строк перевод написал. Что не сделаешь ради ставшего уже родным Михаила Уварова, который оказался совершенно неграмотным человеком.

— Она же на испанском была. Зачем мне знать испанский? — спросил я, аккуратно открывая книгу в середине.

— Для расширения кругозора. Никогда не знаешь, что именно понадобится в жизни, — хмыкнул артефакт. — Кстати, зато сейчас я знаю, кто создал твой кинжал. Страница двадцать четыре.

Я чертыхнулся и открыл книгу на нужной странице, где тут же увидел чёрно-белый рисунок красивой женщины с длинными волосами и огромными крыльями. Самигина. Демонесса четвёртой колонны. Одна из сильнейших Высших Демонов. Владыка смертного сна.

— Довольно зловеще, — тихо проговорил я, рассматривая символ, который был точно таким же, как на рукояти моего кинжала.

— Ты готов? — я встрепенулся, неожиданно осознавая, что провёл за разглядыванием рисунка чуть ли не все отведённое на сборы время. Тряхнув головой, захлопывая книгу, которая действовала на меня как-то удручающе, я повернулся к Миле.

— Да мне и собирать-то нечего, — развёл я руки в стороны и подошёл к девушке, оглядывая комнату. — Почему-то мне кажется, что мы сюда больше не вернёмся.

— Всё может быть, — пожала она плечами и, подхватив за руку, потянула меня за собой к выходу из монастыря. — Пронский сказал, что мы отправляемся первыми.

Глава 19

Мы с Милой, которая всё ещё держала меня за руку, нашли взглядом Пронского и поспешили к нему. Роман и Сергей уже были на месте, напряжённо оглядываясь по сторонам. А сам Даниил Лаврентьевич о чём-то переговаривался с настоятелем монастыря.

— Отлично, если все в сборе, то отправляемся, — прямо посмотрел на меня князь. — Я открою окно телепорта, перемещаемся по четыре человека с интервалом в три минуты. Отец Фёдор замыкающим. С двух сторон мы сможем продержать окно открытым столько, сколько потребуется.

— Хорошо, — кивнул настоятель, подходя к нам. — Не потеряйтесь по дороге, — хмыкнул он и, похлопав насупившегося Сергея по плечу, отошёл в сторону, отдавая распоряжения.

— Умеет он в тонусе держать, — проговорил Павел. Перстень на моём пальце начал немного нагреваться, черпая немного моей первозданной энергии.

— Что ты делаешь? — шёпотом спросил я, глядя, как Пронский открывает окно перехода. Синеватая рябь уплотнялась, формируя полноценный портал.

— Готовлюсь. Поставлю несколько меток в процессе перемещения. На тот случай, если нужно будет возвращаться непонятно откуда. Вот что бы ты ни говорил, но я искренне сомневаюсь в его способности создавать нормальные переходы. Он, конечно, Светлейший князь и мастер магии с золотыми руками, но если он в очередной раз закинет нас в какой-нибудь лес, кишащий монстрами, я попрошу вас порекомендовать ему хорошего лекаря. У меня даже где-то контакты есть отличного специалиста, который умеет объяснять людям, что они клинические идиоты, и им нужно что-то менять в своей жизни. — Недовольно пробурчал Павел, продолжая тянуть из меня силы.

Я только покачал головой, но с сомнением покосился на стабильный на первый взгляд портал, к которому подошёл Роман, неуверенно оглядываясь на нас.

Пронский кивнул парню, и тот, сделав глубокий вдох, шагнул в синеватую дымку портала. Его фигура на мгновение исказилась, будто отражаясь в воде, а затем исчезла.

— Теперь ты, — князь повернулся к Сергею. Оборотень нервно сглотнул, но, не раздумывая, переступил порог.

— Мила, Михаил, — Пронский жестом указал на портал.

Мы с девушкой переглянулись и наконец, разжав руки, шагнули вперёд.

Мир вокруг взорвался вспышками света. Ощущение было такое, будто меня вывернули наизнанку, перемешали мои внутренности, а затем резко все вернули обратно. Ноги подкосились, и я едва удержался, чтобы не упасть, когда под ними внезапно оказался твёрдый каменный пол.

— Это было… неожиданно мерзкое перемещение, — нашёл я определение тому, что только что произошло, прижимая ладонь ко лбу, стараясь хоть немного уменьшить возникшую головную боль.

— Да как обычно, — пожал плечами Сергей, подходя ко мне. — Что-то ты зелёный какой-то. Тебе нехорошо? Тазик принести? — участливо поинтересовался он, когда я, наконец, отошёл от прохода, освобождая место для Пронского, появившегося следом за мной.

— Спасибо, не нужно, — отмахнулся я, прижимая руки к вискам и стараясь унять боль.

— Так, ты сам виноват в таком перемещении. Чего жалуешься? — совершенно искренне удивился Павел. — Я же говорил, что метки в процессе перемещения буду ставить, а на это нужно время, поэтому немного замедлил переход. При подобных манипуляциях с порталом, у людей всегда такие ощущения.

Я лишь скрипнул зубами, но ничего не сказал. Поставил только зарубку в памяти всегда спрашивать о последствиях проявления его заботы и начал озираться по сторонам.

Мы стояли в просторном зале с высокими сводчатыми потолками. Стены были сложены из тёмного камня, а вдоль них горели магические светильники, по виду напоминающие обычные факелы. В центре зала возвышался массивный стол, заваленный бумагами и какими-то картами. Было прохладно. Всё-таки никто нас не предупредил, чтобы мы как минимум оделись по погоде. Да и сам я не подумал, что на Северной заставе всё-таки холоднее, чем в монастыре.

— Где мы? — тихо спросил я, подходя к окну и разглядывая заснеженный лес и горы. Ближе я заметил зубчатые стены и несколько каменных башен.

— Командный пункт, — ответил мне Пронский. — Если проще, мой кабинет. Это место защищено чуть ли не лучше, чем вся Северная Застава, поэтому я решил переместиться именно сюда.

Я обернулся на голос князя, который стоял возле портала, стабилизируя тот потоками своей собственной магии. Из портала начали выходить по одному остальные члены нашего отряда. Отец Фёдор появился последним, и портал тут же закрылся с громким хлопком.

— Все на месте? — спросил настоятель, окидывая взглядом собравшихся клириков и Стражей. По залу пронёсся гул голосов.

— Да, — ответил Курьянов, выходя вперёд. — Какие будут распоряжения?

— Зарубин! — крикнул Пронский, и двери, ведущие в зал, распахнулись.

В кабинет вошёл высокий мужчина в лёгком доспехе и чёрной форме личной гвардии Пронских. Я покосился на Милу, которая опустила голову, чтобы так откровенно не рассматривать появившегося мужчину. Он окинул всех собравшихся немного уставшим взглядом и слегка склонил голову, приветствуя князя.

— Артём, проводи новоприбывших и отдай распоряжения, чтобы их разместили по комнатам, — отдал указания князь.

— Хорошо, — ровно проговорил он и посмотрел почему-то на Курьянова. — Следуйте за мной. — После чего развернулся и вышел из зала, оставляя двери открытыми.

— А ваша четвёрка останется, — остановил двинувшихся вслед за остальными клириками и Стражами Романа и Сергея князь. — Я уже говорил, что нам нужно связаться с твоей неупокоенной ведьмой, чтобы решить, что делать дальше.

— Мы даже не отдохнём и не поужинаем? — удивлённо вскинулся наш некромант, ссаживая Иннокентия на пол.

— А ты устал и голоден? — поднял изумлённо брови Пронский, садясь за стол.

— Да нет, просто уже вечер, не думал, что мы после прибытия сразу возьмёмся за дело, — начал оправдываться бобёр под направленными на него взглядами. — Да что вы все на меня так смотрите⁈ — неожиданно вспылил он. — Уже и поинтересоваться дальнейшими планами, что ли, нельзя?

— Сергей, успокойся, я не хотел тебя как-то обидеть, — устало потёр глаза Пронский. — Ты готов сейчас приступить к ритуалу призыва, или тебе нужно отдохнуть и приготовиться?

— Ага, массаж бобриных лапок сделать, принять ванну с душистой пеной, и чтобы милая горничная намыливала ему спину, — хмыкнул Павел. — Мне кажется, Миша, твой друг слегка испытывает терпение Светлейшего князя.

В кабинете воцарилась напряжённая тишина. Сергей покраснел, но сжал челюсти и резко кивнул.

— Я готов. Наверное. Потому что понятия не имею, что я делал в прошлый раз. — Пробормотал он и сделал шаг вперёд.

— Не переживай, мы тебя поддержим. Поможешь со сдерживающим кругом? — спросил князь, повернувшись к отцу Фёдору.

Настоятель кивнул и молча вышел в центр зала. Пронский в это время сделал какой-то замысловатый пас рукой, после которого ковёр, лежавший в центре, сам собой отъехал в сторону. На полу был вычерчен ровный круг и обрамлен каким-то серебристым металлическим кольцом.

— Ну, теперь понятно, зачем ему такой большой кабинет, где ничего, кроме одного стула, скамейки и запертого шкафа ничего нет, — задумчиво протянул Павел. — Похоже, твой родственничек призывом не в первый раз пользуется.

— Северная застава, может, и не так подвержена атакам демонов, но обычных монстров и тварей тут больше, чем в любом другом месте страны, — поймав мой взгляд, принялся объяснять Даниил Лаврентьевич. — И с каждым месяцем их становится всё больше.

Он опустился на колени и достал из ножен небольшой кинжал. Проведя по ладони лезвием, он тут же начал рисовать на полу сложные руны. Все они были мне знакомы, но я не видел раньше, чтобы их применяли в связке. Всё-таки магия этого мира немного отличается от известной мне, и предстоит ещё многому учиться, чтобы достичь того уровня, которым я обладал до моей последней встречи с сестрицей.

Когда Пронский закончил, отец Фёдор занял его место, заполняя круг практически такими же рунами на собственной крови. Когда он закончил и вышел за пределы ритуальной площадки, металлическая линия круга начала, словно изнутри светиться мягким голубым светом.

— Сергей, — отец Фёдор отступил на шаг, поворачиваясь в сторону кусающего губы оборотня. — Теперь твоя очередь.

Друг нервно сглотнул, достал череп совы и зашёл в центр круга. Иннокентий прыгнул следом, устроившись у его ног.

— Только предупреди, если опять начнётся подобное представление, — пробормотал Роман, отходя подальше. — Нужно же хоть немного быть морально к этому готовым.

— Вот и готовься морально с самого начала, — буркнул Сергей и закрыл глаза, проводя пальцами по гладкой поверхности черепа совы.

Артефакт засветился зелёным светом, а воздух в комнате стал густым. Дышать становилось всё тяжелее, а свет от магических светильников начал мигать, то погружая комнату в кромешную темноту, то озаряя искусственным светом. Я покосился в сторону окна, отмечая, что снаружи было ещё достаточно светло, но, по какой-то причине, этот свет не проникал в помещение через стекло. Я впервые присутствовал при подобном ритуале, и мне, мягко скажем, было не по себе. Нечто подобное чувствовала и Мила, которая прижалась к моему боку и напряжённо оглядывалась по сторонам.

Все тени, которые отбрасывали находившиеся в комнате предметы, даже те, что отбрасывали мы сами, вдруг пришли в движение, потянувшись к кругу.

— Это вообще нормально? — прошептал Роман, бросая взгляд в сторону двери.

— Для некромантии? Вполне, — также тихо ответил Пронский. — Не переживайте, если что-то пойдёт не так, я в состоянии справиться с последствиями слабого ритуала призыва. — Усмехнулся он. — Правда, если он выйдет на Первого Стража, то здесь, конечно, будут возможны варианты.

— Слушай, Миша, а мне реально нравится этот мужик. Он умеет поднять боевой дух и успокоить перед битвой, — хихикнул Павел, разрезая своим голосом гнетущую атмосферу.

Внезапно череп в руках Сергея резко вспыхнул, и из него вырвался клубок чёрного дыма, который начал кружить над кругом, сливаясь с поглощёнными тенями, постепенно обретая форму.

— Ну наконец-то явилась, — проговорил Пронский, открывая глаза, которые только что закрыл. Я увидел, как золотистая кайма начала стремительно увеличиваться, практически полностью окрашивая радужку его глаз.

Дым окончательно сгустился, и перед нами возник призрачный силуэт женщины в длинных, истлевших одеждах. Её голова была скрыта под капюшоном, который, впрочем, она почти сразу с себя скинула. Показывая нам своё красивое, но мертвецки бледное лицо с ярко горящими зелёным светом глазами.

— Опять ты, — недовольно прокряхтела она, сжав тонкие губы и пристально глядя на Сергея. — Неужели мало тебе того, что я уже рассказала?

— Со мной теперь поговори, — проговорил Пронский, внимательно разглядывая явившегося на зов духа.

— Ты очень сильный, мне это нравится, — прошептала она. Огонь её глаз вспыхнул ярче, и она улыбнулась какой-то хищной улыбкой. Сделав движение рукой, она крутанулась на месте.

— Сбежать, что ли, решила? — усмехнувшись, поинтересовался князь, сложив на груди руки. — Кто тебя послал? Ты, может, и привязана к тому месту, из которого мы тебя вытащили, но точно действуешь добровольно. На кого ты работаешь?

— Ты можешь удержать меня, но ты не тот, кто может мне приказывать, — ведьма замерла и прошептала, практически не размыкая губ, глядя исключительно на Пронского.

— Возможно. Но я тот, кто может одним движением развеять тебя в прах, — холодно ответил князь, и золотистая кайма вокруг радужек вспыхнула ярче. — Пока ты находишься в этом круге, ты не можешь уйти и пользоваться своими силами, подумай, прежде чем дерзить.

— Ну ты и сволочь. Я же тебя так красочно подставляла, от всего своего чёрного сердца. Ты ещё юн, я думала ты мне поверишь, — повернулась она к Сергею, который только развёл в стороны руки на её слова. — Что вы хотите узнать?

— Зачем ты откликнулась на зов некроманта? — посмотрел он на Сергея и покачал головой, словно подтверждая свои слова насчёт того, что его просто хотели заманить в ловушку.

— Потому что он ищет сильных магов. Ему нужна их жизненная сила, чтобы воскреснуть, — пожала она плечами. — Я говорила правду в прошлый раз, практически, и мне добавить больше нечего. Если бы я привела истинного некроманта к нему, то он бы меня освободил.

— Первый Страж? — спросил Сергей.

— Нет, император вашей страны, — всплеснула руками ведьма. — Конечно же, Первый Страж. Он повелевает и управляет душами, поэтому я не могу нарушить его приказ.

— Лебедев там? — перебил её отец Фёдор.

— Нет. — Выдохнула она. — Да я даже знать не знаю, о ком вы говорите. Мне же нужно было хоть как-то заманить вашего одарённого мальчика в ловушку.

— Причём здесь Первый Страж и демоническая колонна? — Задал я давно интересующий меня вопрос?

— Какая колонна? — фыркнула ведьма. — Мой хозяин никоим образом с демонами не связан…

В тот же миг череп окутало яркое зелёное пламя, и ведьма исчезла с пронзительным визгом. Сергей отшатнулся, выпуская из обожжённых рук артефакт.

— Что случилось⁈ — Мила схватила его за плечо.

— Кто-то смог оборвать связь…

Пронского прервало громкое кваканье Иннокентия. Мы все посмотрели в сторону жабы, которая продолжала что-то очень усердно нам рассказывать. Потухший несколько секунд назад череп вновь вспыхнул ярким светом, а глазницы засветились синим огнём. Пол в комнате дрогнул, а по стенам прошла едва заметная рябь. Линия круга ярко засияла, освещая погрузившуюся в темноту комнату, когда светильники окончательно потухли.

Перед глазами встала череда картинок. Уже знакомый нам заснеженный лес, чёрная колонна, только теперь уже испещрённая мерцающими рунами, несколько демонов вокруг неё и прикованный цепями к самому её центру полуобнажённый человек. Он поднял голову, и я встретился с этим человеком взглядом, с трудом узнавая в нём своего наставника.

— Ну, допустим, на этот раз ты нас якобы предупредил, — простонал я, когда очертания комнаты вернулись, а в комнате вновь зажёгся нормальный свет.

— Я понял. — Прохрипел Сергей, хватаясь за голову. — Это никак с черепом совы не связано, и с призывом этой ведьмы ненормальной. Артефакт только усиливает связь.

— Что с тобой? — Мила подошла к сидевшему на полу оборотню-некроманту, который поднял на неё покрасневшие глаза. Девушка провела ладонью по его лицу, убирая кровь, хлынувшую из носа.

— Всё в порядке, наверное. Но если он ещё раз попытается таким образом со мной связаться, то я сомневаюсь, что это переживу, — простонал Сергей, ложась на спину и закрывая глаза. — Как голова кружится.

— Я один видел Дмитрия Игоревича? — спросил я, глядя на Пронского, который начал перебирать на столе какие-то бумаги.

— Нет, конечно, — тряхнул он головой. — Я тоже сразу об этом не подумал. В последний раз мы экспериментировали с установлением связи между фамильярами. У меня такой игрушки, к сожалению, нет. У Димы это ворон, который очень редко появляется при посторонних. Мы хотели сделать так, чтобы ворон Лебедева и Иннокентий смогли наладить между собой ментальную связь, на всякий случай. Вдруг бы повторилось нечто подобное, и мы вас потеряли.

— И вы действительно думаете, что это всё дело рук Лебедева? — скептически спросил Роман, помогая Сергею подняться на ноги.

— Ну, если исключить, что кто-то третий может общаться с некромантом через его жабу, то да. Артефакт усиливает не только Сергея, но и его питомца. Скорее всего, именно поэтому ему удалось связаться с нами подобным образом, — быстро проговорил Пронский. — Ага, вот она. — Он развернул карту и внимательно начал изучать отмеченные красными крестами места.

— Ладно, тогда почему он не сопротивляется? — нахмурившись, поинтересовалась Мила, подходя к князю. — Он явно мог дать бой этой куче демонов. Если, конечно, там нет кого-нибудь из Высших.

— Возможно, всё дело в цепях, которыми его сковали, или что-то другое, что сдерживает его силу, — задумчиво протянул отец Фёдор. — Здесь. — Он ткнул пальцем в красный крест на карте, который располагался не так уж и далеко от заставы. Прикинув масштаб, смог определить, что это не больше двадцати километров.

— Уверен? — пристально посмотрел Пронский на настоятеля.

— Да. Мы с князем Уваровым были здесь. И да, Даниил, эта колонна в то время была разрушена лично князем в моём присутствии. — Покачал он головой.

— Стоп. Если это всё-таки ловушка? — спросил Роман.

— Всё возможно. Даже, скорее всего. — Невесело усмехнулся Светлейший князь. — Но я всё равно отправлюсь, чтобы проверить.

— Мы пойдём с вами, — уверенно проговорила Мила. — Если это не ловушка, то у Сергея через Кешу есть хоть какая-то связь с Дмитрием Игоревичем. Миша уже бился с демонами и разрушал колонну, а я его в случае чего могу усилить. Роман просто очень сильный и быстрый. Можете, конечно, взять с собой отряд клириков и Стражей, но от нас пользы будет явно больше.

— Вы… Меня Уваров прибьёт, если с вами что-то случится, — вздохнул Пронский, покачав головой. — Ты наследник престола Российской Империи. Тебе бы во дворце сидеть, а не по полям бегать, — он пристально посмотрел на меня, словно таким образом пытался отговорить от всего этого.

— Они всё равно найдут способ сбежать, — хмыкнул отец Фёдор. — Проверено лично на своём многострадальном опыте. Идите вместе. Большой отряд привлечёт внимание. В случае угрозы просто уходите.

— Хорошо. Вот что мы сделаем. — Пронский развернулся к столу и быстрыми движениями начертил на карте маршрут. — Мы двинемся небольшим отрядом: я, Михаил, Сергей, Мила и Роман. Фёдор останется здесь и организует оборону на случай, если это отвлекающий манёвр. Если что-то пойдёт не так, он сможет быстро выслать подмогу.

— Мы пойдём пешком? — спросил Сергей, разглядывая витиеватый маршрут.

— Несколько порталов я могу организовать. А дальше да, пешком, чтобы не привлекать внимания. — Он подошёл к шкафу и достал оттуда несколько свёртков, протягивая нам. — Тёплые плащи. На улице холодно, а магия не всегда спасает от обморожения. Но плащи артефактные, поэтому в такую погоду их должно хватить. Ступайте вниз, поужинайте, вас Артём проводит. Через час отправляемся.

Глава 20

Мы в сопровождении Зарубина, который находился возле дверей вместе с ещё одним стражником, спустились вниз. Чем-то это здание на Северной заставе напоминало внутреннее убранство монастыря: всё такое же серое и безликое. Единственное, на что я обратил внимание, так это на отсутствие окон в коридорах. Как оказалось, кабинет Пронского располагался на пятом этаже, поэтому спускались по лестницам и переходам довольно долго.

Когда мы, наконец, вошли в просторную столовую, где собрали всех членов отряда из клириков и Стражей монастыря, я понял, что действительно был голоден. Запах свежей выпечки, который витал тут, только раззадорил аппетит. Поэтому мы без каких-либо возражений сели на свободные места в центре за одним из длинных деревянных столов.

Сергей сразу накинулся на еду, как мне показалось, даже не обратив внимания, что именно нам подали несколько появившихся рядом с нами девушек. Роман от него не отставал.

— Ты почему не ешь? — обратился я к напряжённо сидевшей Миле, которая вяло ковырялась в тарелке, разбирая на волокна хорошо прожаренный кусок мяса.

— Не хочется, — тряхнула она головой, потом отложила вилку и прямо на меня посмотрела. — Миша, тебе вообще когда-нибудь бывает страшно?

— Довольно часто, — прямо ответил я. — Почему ты спрашиваешь?

— Просто. Не знаю, мне кажется, мы всегда и везде опаздываем. — Выдохнула она, рассматривая при этом свои руки. — Демоны всегда впереди на несколько шагов, и мне страшно, что мы в конечном счёте проиграем эту войну. Если они так легко смогли поймать Лебедева, одного из сильнейших магов Империи, то что будет с обычными людьми?

— Кто сказал, что Дмитрия Игоревича поймали легко? — пожал я плечами. — Тем более что ещё нам остаётся делать, кроме как сражаться до последнего, защищая обычных людей. Мила, что действительно случилось, откуда такой настрой?

— Мне кажется, что в том видении был не Лебедев. Что-то не так, но я никак не могу понять, что именно. Но, возможно, я себя просто накручиваю, — покачала она головой.

— А ты не мог бы делать два дела одновременно? — вкрадчиво поинтересовался Павел, когда девушка замолчала. — Подставить плечо для слёз девчуле и одновременно с этим рассказать, что вы там все, сволочи такие, видели. Я чувствую себя на вашем празднике жизни немного лишним, не имея всей необходимой информации. Может, я тоже хочу порыдать у тебя на плече, но пока не вижу для этого веского повода?

— Всё будет хорошо, — успокаивающе приобнял я Милу. — Мы его вытащим оттуда. По крайней мере, сделаем всё для этого.

— Я знаю. — Улыбнулась она. Я взял вилку и протянул её девушке.

— Надо поесть. — Ровно проговорил я, не сводя с неё взгляда.

— Миша, ты про меня не забыл? — завопил Павел.

— Тебе есть необязательно, — процедил я, откидываясь на спинку стула, задумавшись над тем, что именно я видел в видении, которое передавал нам всем Иннокентий. — Колонна с яркими символами, к которой привязан Лебедев. Ничего на первый взгляд необычного.

— А, то есть ты постоянно видишь во снах, как твоего наставника пытают, привязывая к колонне демонов. — Протянул Павел. — Я и не думал, что ты настолько кровожаден. Ладно, что за символы были изображены на колонне?

— Эм, — я задумался, не зная, как именно описать то, что видел.

— Надеюсь, в тебе есть таланты к рисованию, а проблемы с памятью не так критичны. Рисуй, что видел, — буквально приказал мне артефакт, выбрасывая из своего хранилища несколько жёлтых листов и карандаш.

Немного подумав, я принялся чертить символы, только теперь понимая, что некоторые из них были мне знакомы, только на колонне вычерчены в перевёрнутом состоянии: восстановление, поглощение, преобразование. И ещё одна руна, мерцающая прямо в центре колонны, больше напоминала печать или даже клеймо.

— Дошло? — деловито уточнил Павел, когда я остановился, а рука дрогнула. — Отлично, страница двадцать четыре. — Передо мной появилась книжка, о происхождении которой я вообще старался не думать. Аккуратно открыв книгу, я нашёл нужную страницу, глядя на изображение символа, который я только что рисовал.

— Демон двадцать седьмой колонны — Ронве. Собиратель душ, — тихо прочитал я переведённый артефактом текст. Мила наклонилась и внимательно рассмотрела клеймо, переводя на меня немного опешивший взгляд.

— Это что, человеческая кожа? — напряжённо спросил Роман, потрогав страницы, к которым я вообще лишний раз не прикасался.

— Я стараюсь об этом не думать, — хмыкнул я.

— Кожа демонов, — произнёс Павел. — Выбеленная, вычищенная и переработанная. И обеззараженная. На это я, конечно, могу только надеяться. Мне вот интересно стало, а есть подобные книжки про виды оборотней? Теперь уже мне стало не по себе. Только представь, сколько бобров и гиен могло сгинуть для написания подобного трактата. — Проговорил он задумчиво и замолчал, давая мне возможность изучить текст.

Когда я закончил, то глубоко выдохнул, стараясь не опуститься до ненормативной лексики, обведя взглядом следящих за мной друзей.

— В общем, он влияет на разум, является мастером огня и иллюзий, и это помимо основной специализации, в виде способности поглощения душ и управления ими. Просто великолепно.

— Ну, зато понятно, как смог попасться Лебедев к нему в лапы. Если схватка с Вапулой нас вымотала, а он на порядок слабее, да ещё и без колонны, то здесь шансы на успех невелики. — Произнёс Сергей, задумчиво потирая лоб.

— Ладно, теперь мы хотя бы знаем, с кем имеем дело, — захлопнул я книгу, тут же вытирая руки салфеткой. — Поэтому готовимся к тому, что всё, что мы видели, может являться иллюзией и обычной ловушкой.

— Вряд ли, — покачала головой Мила. — Если он так хорош в иллюзиях, как ты говоришь, то ему было проще заманить нас всех в какой-нибудь тёмный лес, кишащий тварями, и там напасть. Зачем показывать восстановленную колонну?

— Доля логики в этом есть, — раздался у меня за спиной голос Пронского. Обернувшись, я встретился с ним взглядом. — Надеюсь, открывшиеся подробности вы мне хотели сообщить?

— Разумеется, — кивнул я. — От этого зависит не только успех нашего похода, но и наши жизни.

— Интересная книжка, даже не стану спрашивать, откуда она у тебя, — пододвинул он к себе древний талмуд и открыл на странице, где был изображён символ обсуждаемого нами демона. — Ронве, значит. Ну, это даже к лучшему.

— Почему? — не удержался и спросил Роман, который сидел до этого молча, вслушиваясь в каждое слово.

— Потому что не только он является магом разума и мастером иллюзий. — Совершенно безэмоционально ответил светлейший князь. Золотая кайма вокруг радужек его глаз вспыхнула, напоминая нам всем, что Пронский не только порталы может делать. — Мила совершенно невосприимчива к огню, а насчёт душ, у нас в команде есть отличная жаба и прилагающийся к ней некромант. Так что, было бы хуже, если бы это была колонна другого Высшего демона.

— Ну, допустим, вы нас хоть немного успокоили, — пробормотал оборотень. — Когда отправляемся?

— Как и планировали. Ничего не изменилось, — пожал Пронский плечами, поднимаясь на ноги. — Особенно после того, как мы потеряли связь с крайними форпостами в непосредственной близости от активной колонны. — Прямо проговорил он. — У вас есть ещё десять минут, чтобы подумать насчёт вашего прямого участия.

С этими словами он вышел из столовой. Я только сейчас заметил, что все собравшиеся смотрели прямо на нас, а в помещении царила просто гнетущая тишина. Спустя несколько минут всем надоело пялиться, и по столовой начал разноситься гул взволнованных голосов.

— Паш, — тихо позвал я молчавший артефакт, глядя на клеймо демона двадцать седьмой колонны. — У тебя наверняка есть что-то, что может развеять иллюзию?

— О, ты тоже не веришь во всемогущество Светлейших князей? — ядовито уточнил он. — Есть пара артефактов, одноразовых, правда. Но там для активации нужно понимать, что ты находишься в иллюзии, поэтому, как по мне, они абсолютно бесполезны.

— Паша, — сквозь зубы процедил я, понимая, что начал он издалека.

— Что? — недовольно отозвался он. — Кинжал Света ты зачем взял из Хранилища? Он прекрасно развеивает все мороки и иллюзии, направленные на владельца. Собственно говоря, тебе прекрасно поможет твой трезубец.

— Я понятия не имею, что может делать кинжал Света, — выдохнул я, поднимаясь на ноги. — Ну что, пойдём?

Друзья кивнули и вместе со мной вышли из столовой, направляясь в сторону главного выхода. Выйдя на улицу, я тут же поёжился от ледяного ветра и накинул плащ, который дал мне Пронский. Стало заметно теплее. Ветер не проникал сквозь одежду, несмотря на то, что закрывал он только спину.

— Всё-таки не передумали, а жаль, — усмехнулся Даниил Лаврентьевич. — Ладно, идём. И прошу вас, не отходите от меня далеко.

Пронский открыл перед нами портал, в который я шагнул первым, без каких-либо раздумий. На этот раз перемещение было ещё более жутким. У меня сложилось впечатление, будто кто-то вырвал мои внутренности, скрутил их в узел и впихнул обратно. Я едва удержался на ногах, когда оказался в точке перемещения.

— Паша! — взорвался я. — Опять свои метки ставил.

— Разумеется. Места незнакомые, спутники непроверенные. Мало ли что произойти может, — хмыкнул он. — И вообще, что ты вечно на меня кричишь, мог бы и поблагодарить за старания.

— Не смей этого больше делать, — простонал я, стараясь унять дрожь во всём теле, которая только слегка уменьшилась, и окончательно проходить не собиралась. Паша ничего не ответил, только обиженно засопел и замолчал.

Все остальные члены нашего небольшого отряда переместились, и окно портала захлопнулось.

— Хорошо. Ещё один переход, а дальше пешком, — открыл очередной портал Пронский, и я уже с опаской вошёл в него, чувствуя на себе всё недовольство своего своенравного артефакта. Тут уже я не удержался и завалился на холодную землю, стараясь прийти в себя.

— Расплавлю, — простонал я, открывая глаза и видя над собой лица своих друзей, которые столпились вокруг меня и, склонившись, обеспокоенно заглядывали в лицо.

— Всё в порядке? — спросила Мила, протягивая мне руку и помогая подняться.

— Да, наверное. — Пробормотал я, начиная оглядываться по сторонам.

Мы стояли на краю заснеженного леса. Впереди сквозь редкие деревья, виднелась чёрная стена тумана, неестественно густого, почти осязаемого. От него веяло тленом, сыростью и чем-то ещё, едва уловимым.

— Я так понимаю, колонна находится где-то в центре этого кошмара, — пробормотал Сергей, сажая Иннокентия себе на плечо. Оборотню никто не ответил, все продолжали вглядываться в чёрный туман.

— Что это такое? — спросил я Пронского. — Иллюзия?

— Нет, — он отрицательно покачал головой. — Это барьер, который окружает колонну. Возле каждой из них есть нечто подобное. — Я кивнул, вспоминая молочное марево возле колонны Вапулы в Запретных землях.

— И как мы тогда пройдём через него? — напряжённо спросила Мила.

— Я могу создать защитный купол, который может нас скрыть и не пропустить внутрь то, из чего состоит этот туман, — кивнул Пронский своим мыслям. — Но действие кратковременное, и всегда есть шанс, что нас обнаружат. Держитесь ближе ко мне.

Он сделал замысловатый пасс рукой, и вокруг нас возникло мерцающее золотистое поле. Оно обволакивало, как тонкая плёнка, слегка искажая то, что находилось по другую сторону. Через несколько секунд золотистая рябь исчезла, и купол стал полностью прозрачным.

— Идём быстро, но не бежим, — приказал князь. — Не выходите за пределы поля.

Мы кивнули и шагнули в туман. Воздух стал плотным, а запах тлена усилился, отчего перехватывало горло и становилось труднее сдержаться, чтобы не раскашляться. Каждый шаг давался с усилием. Я вздрогнул, услышав шёпот. Слов я разобрать не мог, как бы ни пытался это сделать.

— У меня такое чувство, что мы находимся за Завесой, — тихо проговорил Сергей. Он достал череп совы и сжимал его в руке.

— Практически. Здесь всегда была тонкая граница между мирами, а сам воздух был перенасыщен первозданной энергией, — отозвался Пронский. — Но сейчас я вообще за этим туманом не чувствую даже малой её части.

Мила, шедшая рядом со мной, не выдержав, схватила меня за руку и крепко сжала ладонь. Сергей выглядел бледнее обычного, лишь Роман постоянно оглядывался и никак не выдавал своего волнения.

Внезапно туман перед нами сгустился, и из него прямо перед нами проявилась высокая фигура в чёрном плаще. Лицо было скрыто глубоким капюшоном. Рука с истончённой кожей, больше похожей на пергамент, протянулась к нам и притронулась к окружающему нас барьеру. Купол замерцал золотистым светом, и на нём появились мелкие трещины.

— Что это такое? — тихо спросил я.

— Наши пропавшие Стражи, — процедил Пронский. — То, что осталось от их души под влиянием демонической силы, — сжал он кулаки. Фигура в чёрном плаще медленно склонила голову, будто слыша то, что говорил князь, а её пальцы продолжали скользить по поверхности купола. Мы все замерли, затаив дыхание.

Душа Стража неожиданно остановилась и перестала двигаться. Капюшон приподнялся, и мы все увидели вместо глаз в пустых глазницах синее яркое пламя. Пронский резко взмахнул рукой, и купол вспыхнул ослепительным ярким светом. Фигура отшатнулась, но не исчезла. Открыв в беззвучном крике рот, дух мёртвого Стража тут же ринулся на нас.

— Бежим! — крикнул Роман, и мы рванули вперёд, даже не пытаясь спорить с таким хорошим и своевременным советом.

Туман начал ещё больше сгущаться, из него начали вырываться одна за другой точно такие же тени. Воздух внутри купола начал тяжелеть, и его стало катастрофически не хватать на всех нас.

— Если вступим в открытую схватку, то привлечём ещё больше внимания, — закашлялся Пронский. — Самое время уйти отсюда и вернуться на заставу. Я не собираюсь вами рисковать.

— Да воспользуйся уже кинжалом, — простонал Павел, и в моей ладони появился клинок, который я забрал из хранилища Школы. — Накапай на него своей кровью и влей немного первозданной энергии. — Быстро дал он краткий инструктаж.

Когда первозданная энергия соединилась с кровью на лезвии кинжала, он ярко вспыхнул в руке, создавая вокруг нас своеобразное световое поле. Туман вокруг нас рассеялся, а души погибших Стражей отпрянули. Те из них, кто не успел это сделать, в одно мгновение развеялись в прах.

— И ты молчал⁈ — прошипел я, стараясь сохранять спокойствие. — Сколько продлится этот эффект?

— Пока будешь напитывать его энергией. — Быстро ответил артефакт. — И вообще, вы же внимания не хотели привлекать, поэтому я ничего не говорил.

— Уходим, быстро. Этот свет привлечёт слишком много внимания, — проговорил Пронский.

— Я же говорил, — недовольно пробурчал Павел. — Как жаль, что ты меня не слушаешь, а остальные не слышат моих поистине мудрых советов.

Мы ускорили шаг, пробираясь сквозь туман, который расступался перед светом кинжала. Воздух стал немного чище, дышать стало легче, но напряжение не спадало.

— Сколько ещё? — хрипло спросил Сергей, спотыкаясь о корни деревьев.

— Не знаю, — сквозь зубы процедил Пронский. — Но, если туман стал редеть, не думаю, что долго. Главное, ни на кого больше не нарваться.

Не прошло и пары минут, как мы вырвались из тумана, резко остановившись у подножия колонны.

Та самая, которую я видел в видении. Чёрная, испещрённая рунами, с мерцающей в центре печатью Ронве.

— Лебедев, — выдохнул Сергей.

Он был прикован к колонне цепями, его голова была опущена. Но когда мы сделали шаг вперёд, он поднял голову и улыбнулся. В его глазах вспыхнуло зелёное пламя.

— Наконец-то, — произнёс он.

Глава 21

— Вам не кажется это всё подозрительным? — тихо спросил нас Роман, оглядываясь по сторонам.

— Ты думаешь? — покосился на него Сергей, в то время как я пытался зрением душ осмотреть Лебедева, ну или того, кто им так умело прикидывается. Цепи, сковывающие его тело, будто окружали того непроницаемой оболочкой, через которую невозможно было разглядеть ни кольца души, ни магическое ядро силы. Мужчина не шевелился, пристально глядя почему-то исключительно на меня.

— Тут слишком тихо, — пробормотала Мила.

— Вот, именно об этом я и говорю, — кивнул Роман. — Что делать будем, господа князья?

— Я, конечно, не князь, и моего мнения ты не спрашивал, но я предлагаю уходить, — уверенно проговорил Сергей, а сидевший на плече Иннокентий утвердительно квакнул, поддерживая своего хозяина.

— То есть вас смущает только это? — спросил я, поворачиваясь к Пронскому. Он пристально смотрел на прикованное цепями к колонне тело. Золотые нити дара Светлейшего князя начали окутывать его руки, переплетаясь между собой, а аура его силы постепенно распространялась вокруг него золотистыми вспышками во все стороны, с каждым разом становясь всё сильнее.

— Ну это и так понятно, что ловушка, — хмыкнул Роман. — Только почему нас никто не встречает?

— Ждут приказа? — предположила Мила.

— Вы можете хоть немного помолчать? — сквозь зубы процедил Даниил Лаврентьевич, после чего наступила гнетущая тишина. Сквозь неё я начал слышать шаги и какой-то шорох в отдалении, окружающий нас со всех сторон. А вот и почётный оркестр с сопровождением.

Лебедев или то, что им притворялось, медленно выпрямился. Его движения были плавными и какими-то неестественными. Он словно не замечал сковывающих его цепей, скрип которых в стоявшей напряжённой тишине больно резал по ушам.

— Я уже начал сомневаться в том, что вы придёте, — произнёс он голосом моего наставника, только с какими-то металлическими нотками, создавая ощущение гулкого эха. Будто говорил не он один, а сразу несколько человек.

Печать в центре колонны вспыхнула подобно маленькому солнцу, и цепи, сковывающие тело Лебедева, рассыпались чёрным пеплом. Он повёл плечами, разминая их. Сделав шаг вперёд, он плавно опустился на небольшой выступ, глядя на нас сверху вниз. Зелёный свет в его глазах пульсировал в такт вспышкам печати демона, расположенной прямо над ним.

— Это не Лебедев, — скептически осмотрев мужчину, произнёс Сергей.

— Ты думаешь? — фыркнула Мила, и в её руках появились парные клинки.

— Я не могу посмотреть его кольца ранга и сердцевину души, — выдохнул я и тихо проговорил. — Его окружает какой-то непроницаемый щит, не позволяющий это сделать.

— Знаете, это так трогательно, — сложив на груди руки, усмехнулся Лебедев. Его слова эхом разнеслись вокруг, хотя, когда говорили мы, ничего подобного не было. — Вы всё-таки пришли спасать своего наставника. И даже быстрее, чем я планировал. К сожалению, я не успел подготовиться к встрече с вами как следует. Я не думал, что его жалкие попытки достучаться до вас обретут успех, но вы, люди, такие сентиментальные…

— Он одержим? — нахмурилась Мила, но свои клинки не опустила. Немного подумав, я тоже призвал свой трезубец, а в руке у меня появился кинжал Вечности, на который Павел заменил клинок Света, который я до этого всё ещё сжимал. Руны на его лезвии слабо горели, а сам клинок слегка нагрелся.

— Вряд ли, — покачал я головой. — Вспомните, как реагировал кинжал, когда рядом был Вапула.

— Нет, это не демон. Пока не демон, — проговорил Пронский. В его руках появилось его духовное оружие, которое я видел впервые: мерцающий, переливающийся золотом и серебром длинный посох. — Это всё ещё Дмитрий, но его разум затуманен тем, что исходит из колонны. Я это чувствую, хоть не могу увидеть. Но ясно лишь одно, пока он находится рядом с колонной, то неразрывно с ней связан.

— Вот ты мне совершенно не нужен и не интересен, — указал Лебедев рукой на Светлейшего князя, слегка поморщившись. Похоже, своим неуважением мы его слегка начали злить. — Ты можешь уйти и сохранить свою жизнь. До того момента, пока мы снова не пересечёмся на поле боя, и ты не умрёшь от моей руки…

— А ведёт себя, как демон, — поморщился Роман. — Слишком пафосно. Но теперь понятно, это он нам зубы заговаривал, чтобы подмога подоспела вовремя.

Вокруг нас начал сгущаться чёрный туман, из которого стали появляться какие-то тени, выходя на свет и преобразовываясь в фигуры низших демонов. Их было много, и они всё пребывали. Я поудобнее перехватил трезубец, готовясь к атаке.

— Ты этим меня что ли напугать захотел? — рассмеялся Пронский и крутанул посох в своей руке, стукнув им о землю.

От удара содрогнулась земля, и я увидел, как во все стороны расползаются мелкие трещины. Ещё один лёгкий удар посоха, и из этих трещин вверх ударили лучи яркого, ослепляющего света, пронзающего демонов и окружающий нас чёрный туман насквозь. Мгновение, и с жутким воем все, кто попал под атаку, осели на землю. Туман рассеялся, оставляя после себя знакомый запах сырости и тлена.

— Мне вот одному интересно, почему нельзя было применить эту палку в тот момент, когда мы неслись через туман к колонне? — задал вопрос Сергей, потрясая в своих руках шипастой булавой.

— Не хотел привлекать лишнего внимания, — отстранённо ответил Светлейший князь, потом резко повернулся в сторону оборотня. — У вас вообще у всех даже зачатков самосохранения нет? Уходите, пока периметр свободен, и в округе никого нет. В битве с Лебедевым, усиленным влиянием колонны, вы всё равно мне ничем не сможете помочь! — он поднял вверх свой посох, и из него в небо ударил золотой луч, который начал распадаться на множество других, переплетаясь между собой, образуя фигуру огромного золотистого ястреба. Птица взмыла вверх и, расправив крылья, пронзительно закричала.

— Они не уйдут. Мои ученики должны пасть от моей руки, чтобы ритуал завершился, и я вобрал в себя все силы двадцать седьмой колонны. — Раздался голос Лебедева, и в его руках появился меч, испускающий из себя грязное красноватое свечение. Прошла всего секунда, как из поднятого вверх духовного оружия вырвался огромный дракон, который тут же, повинуясь приказу, полетел прямо на нас.

— Я не могу создать портал, что-то блокирует меня, поэтому просто бегите, — процедил Пронский, и в небе столкнулись два воплощения родового дара. От раздавшегося взрыва нас всех откинуло с поляны, а Светлейший князь ещё больше усилил этот эффект своей магией, отправляя нас в дальний полёт подальше от поляны куда-то вглубь окружающего нас леса. Летели мы долго и смогли сгруппироваться, чтобы удачно приземлиться.

— Совет дельный, стоит его послушать, — тихо проговорил я, но тут же почувствовал уже надоевший мне запах и увидел, как по земле начал клубиться чёрный дым.

— Хватай свой зверинец, я вас перемещу подальше отсюда, — подал голос Павел. — Не просто же так я над тобой издевался. Нет, издевался я, конечно, над тобой просто так, потому что ты меня унизил, оскорбил и угрожал членовредительством, но метки я расставил тщательно. Не знаю, правда, куда нас выбросит, но явно это будет лучше, чем пробираться через духовные останки почивших Стражей.

— Беритесь за руки! — приказал я, замечая мелькнувшую чёрную тень, и схватил Милу за руку первым. Оглянувшись, я увидел в небе мелькающие разноцветные вспышки, от которых, казалось, разрывалось само пространство. Действительно, нам пока в этом поединке делать абсолютно нечего.

Рывок, и мы кубарем полетели с горы, как только ноги коснулись твёрдой поверхности.

— Паша, — простонал я, приземлившись в каком-то овраге, наполовину заполненном грязью, водой и какими-то колючими кустарниками.

— Что опять не так? — возмутился артефакт. — Я что, видел местность, когда метки ставил? Это, вообще-то, так не работает.

— Я вообще не знаю, как это работает, — поднялся я на ноги, оглядываясь по сторонам и ища взглядом своих спутников.

Я выдохнул, понимая, что никого не забыли, и все трое переместились вместе со мной. Подав руку, я помог Миле встать, а после этого дёрнул за ворот Романа, вытаскивая его из какой-то болотной жижи. Сергей, на удивление, справился сам и теперь проворно карабкался вверх, стараясь быстрее выбраться из этого подозрительного оврага.

— В прошлый раз купание в странном болоте обернулось для меня неприятными последствиями, поэтому я не собираюсь здесь задерживаться ни на секунду, — пробурчал он, обернувшись под нашими пристальными взглядами.

Когда мы втроём выбрались, наш начинающий некромант уже привёл себя в порядок, как мог и теперь с интересом оглядывался. Местность вокруг была незнакомая. Густой лес вокруг нас, овраг, в который мы свалились, и виднеющиеся впереди высокие заснеженные горы. Никаких признаков заставы или хотя форпоста.

— Где мы? — спросила Мила.

— Вот, понятия не имею, — честно ответил я. Как бы я ни вглядывался в небо вокруг, но ни ярких вспышек, ничего, что говорило бы о том, что где-то совсем недалеко идёт битва двух сильнейших магов, не было. — Паша. Куда ты нас переместил? — вкрадчивым голосом поинтересовался я.

— В безопасное место. — Пояснил как-то быстро он. — Подальше от демонов, тумана, спятивших наставников. Что тебе не нравится, смотри какая красота: чистый горный воздух, живописные пейзажи…

— Я так понимаю, что это одна из твоих меток, когда мы только из монастыря перемещались на Северную заставу? — закрыв глаза, спросил я.

— У меня что, время выбирать было? — возмутился артефакт. — От Заставы недалеко, километров двадцать.

— Павел! — прорычал я, садясь на голую землю. — Так, думай, Миша.

— Мы же не бросим Пронского и Лебедева? — как-то напряжённо спросила Мила. Роман и Сергей переглянулись и вопросительно на меня посмотрели. — Только как мы сможем помочь?

— Я думаю, — довольно резко проговорил я, закрывая глаза. — Лебедев связан каким-то ритуалом с колонной, которая, в свою очередь, его усиливает и превращает того в какого-то монстра. В конечном счёте он превратится в какую-то тварь, скорее всего, в демона. Его тело окружено чем-то, что защищает его разум и душу от постороннего влияния, значит, прямым воздействием пробиться не получится. Хотя, я думаю, Пронский попытается ворваться в его разум и вытрясти ту дурь, которая затуманила его мозги.

— Так, может, проще колонну разрушить? — предположил Роман. — Пока они дерутся, у тебя будет возможность это сделать…

— Это слишком опасно! — вскинулась Мила. — Если Лебедев связан с колонной, то при её разрушении может пострадать, если не погибнуть…

— Стоп! — я поднял руку, прося всех замолчать. Мне не хотелось прибегать к магии демонов своего мира, опасаясь того, чем это может обернуться. Но сейчас я не видел другого выхода. Тем более, если есть определённые знания, почему нельзя ими воспользоваться?

— Сергей, что ты там говорил про связь между вашими фамильярами? Насколько я понял, Дмитрий Игоревич действительно пытался с нами связаться до того, как его поработила колонна, демоны, или кто бы это ни был.

— Ну, возможно, она есть, — почесал он затылок. — Но я же не Лебедев, у меня точно не получится связаться с ним через двух фамильяров.

— Этого не требуется, — решительно встал я. — Ты что-нибудь слышал о проклятии забвения? — прямо спросил я у Сергея, который в это время подозвал Иннокентия.

Жаба неохотно откликнулась на зов, прекращая на кого-то охотиться в том самом овраге, где мы оказались после перехода. Проверять, что именно там живёт, ни у меня, ни у моих товарищей никакого желания почему-то не возникло. Мы, не сговариваясь, отошли ещё дальше вглубь леса.

— Ничего, — развёл он руки в стороны. — Если ты забыл, я всего лишь несколько месяцев изучаю древнюю науку…

— Ладно, я сам всё сделаю, — прервал я бобра. — Ты сможешь связаться с фамильяром Лебедева и как-нибудь уговорить прилететь к нам сюда?

— Слишком далеко. Но, в теории, могу попробовать. У него же как-то получилось пробиться ко мне в монастыре. Точнее, Кеша попробует. Я в этом случае всего лишь проводник.

— Делай всё, что требуется, но птица должна быть у нас как можно быстрее. Она неразрывно связана со своим хозяином, и пока в нём осталось хоть что-то человеческое, через неё можно связаться с Лебедевым и наложить на него заклятие, которое выведет его из строя на некоторое время. — Посмотрел я на задумавшегося некроманта.

— Только, думаю, нам нужно перемеситься ближе к колонне, чтобы хотя бы знать, есть ли смысл вмешиваться или они уже просто поубивали друг друга, — проговорил Роман, и все уставились прямо на меня.

— Если они на тебя набросятся, я буду отбиваться, — подал голос Павел. — Хорошо, ладно, я превращаюсь в тряпку и иду на поводу ваших желаний побыстрее покончить жизнь самоубийством. А ведь тут так спокойно…

— Держитесь за руки, сейчас нас перебросит Павел немного ближе, — повторил я то, что сказал перстень.

— Ну, главное, в жерло просыпающегося вулкана вас не забросить. Хотя девчонке явно будет хорошо, хотя бы согреется. — С этими словами Паша активировал метку.

В этот раз мы оказались недалеко от того места, где начиналась граница леса, покрытого чёрным туманом. Никогда не думал, что я буду рад продолжающемуся сражению сильных магов. Вокруг стоял грохот, небо озарялось вспышками, а земля то и дело дрожала.

— Вот это размах дружеской ссоры, — протянул Сергей и ссадил на землю Иннокентия, доставая из кармана ритуальный кинжал. — Я свяжусь с вороном Лебедева, он явно недалеко находится от своего хозяина.

— Что тебе нужно для твоего ритуала? — сосредоточенно спросил Роман, озираясь по сторонам.

— Демоническая кровь, — пожал я плечами.

— Всего-то? — переспросил Сергей, отрываясь от начертания какого-то символа, который он выводил на голой земле.

— Пяти разных демонов. — Пояснил я, садясь на землю и кинжалом Вечности начиная чертить руну призыва своих двойников. Просто так болтаться по лесу никакого желания не было, поэтому я решил найти место, где смогу найти необходимые, так сказать, ингредиенты.

— Тут возиться придётся дольше, не спорю, — фыркнул оборотень. — Давай, я сначала попробую связаться с вороном, а если всё пройдёт нормально, то отправимся искать доноров для твоего ритуала.

Я кивнул, направляя своих призрачных двойников к лесу. Не могло быть такого, чтобы вокруг колонны находились все демоны, которых одним ударом уничтожил Пронский. Долго искать не пришлось. После нашего триумфального шествия к колонне, на границе с чёрным туманом я смог тут же разглядеть несколько отрядов демонов низшего уровня по пять-шесть особей. То, что надо. А вот через туман ни один из моих двойников пробраться не смог. Как только они с ним столкнулись, то тут же развеялись, причинив мне некоторый дискомфорт после такого внезапного и резкого разрушения. Я тряхнул головой и стёр руну, стараясь побороть резко возникшую головную боль.

— Нашёл? — спросила у меня Мила.

— Да, небольшими отрядами патрулируют границу. Все в людском обличии. — Кивнул я. — Долго ещё? — тихо спросил я у Сергея, который в этот момент посадил Иннокентия в центр пентаграммы, в углах которой горели зажжённые чёрные свечи. — Мне стоит интересоваться, откуда он их достал? — тихо спросил я у Милы.

— Из кармана. Это же важный атрибут каждого уважающего себя некроманта, — явно процитировала она бобра. Раздался оглушительный грохот из центра леса, после которого наступила тишина. Мы все резко повернулись в сторону леса. Несколько вспышек вновь озарили небо, и мы все синхронно выдохнули.

— Быстрее. — Поторопила Сергея Мила, и оборотень серьёзно кивнул, закусив губу. — А мы с тобой пойдём прогуляемся до леса, — посмотрела она на Романа.

— Но… — попытался я возразить, но девушка тут же перебила меня, подняв руку, показывая, чтобы я замолчал.

— Что нам может сделать пятёрка низших демонов? — скривилась она. — А ты охраняй Сергея. Вдруг ему понадобится помощь.

— Хорошо. Будьте осторожны, — кивнул я, соглашаясь, что именно сейчас разделиться будет логичнее всего.

Сергей медленно взял в руки череп совы, провожая Милу с Ромой напряжённым взглядом. Тряхнув головой, он провёл рукой над своим артефактом, который тут же засветился зеленоватым светом. Оборотень закрыл глаза и начал шептать заклинание. Через несколько секунд Иннокентий дёрнулся, словно получил удар током.

— Получилось! — прошептал Сергей, не открывая глаз. — Я смог связаться с вороном. Он уже рядом и видит нас.

Внезапно Иннокентий громко квакнул и выпрямился. Его глаза засветились неестественным синим светом, а изо рта раздался хриплый каркающий звук.

— Что-то не так, — нахмурился оборотень, открывая глаза. — Мне кажется, он тоже находится под влиянием колонны.

Я почувствовал постороннее присутствие и тут же выхватил кинжал, который успел вложить в ножны. Воздух вокруг нас сгустился, стало трудно дышать. Где-то в ветвях деревьев раздался шорох, и я резко поднял голову, увидев чёрное пятно, мелькнувшее между ветвей.

— Давай, покажись, — процедил я, стараясь уловить эту чёрную тень, которая быстро перемещалась и не давала себя рассмотреть.

Раздалось громкое карканье, и огромный чёрный ворон опустился на ветку стоявшего рядом со мной дерева. Его перья были неестественно чёрными, а глаза горели тем же зловещим зелёным огнём, что и у Лебедева. Птица медленно повернула голову, изучая каждого из нас.

— Мы можем помочь, сопротивляйся. — Прошептал я, видя, как зелёный свет в его глазах мерцает, а иногда и вовсе пропадает. И в эти мгновения взгляд ворона словно начинает проясняться. Птица неожиданно спикировала вниз и приземлилась передо мной.

— Я смогу провести тебя к нему, — ровно проговорил Сергей. — Только не отводи взгляд и не отпускай ворона. Сам я не смогу, пока слишком для меня сложно удерживать связь между вороном и Кешей.

— Хорошо, — не колеблясь, проговорил я, опускаясь на колени. Положив руки на голову ворона, я встретился с ним взглядом.

Это было странно. Что-то похожее на перемещение при телепортации. Но твёрдой поверхности под ногами не было, и меня окружала кромешная тьма. Здесь не было ни звуков, ни света. Словно я продолжал падать, погружаясь в самую настоящую бездну.

Где-то вдали мелькнул слабый огонёк. Я устремился к нему, чувствуя, как что-то липкое и тяжёлое пытается затянуть меня обратно. Огонёк рос, превращаясь в тусклое свечение. Приблизившись, я смог различить полупрозрачную фигуру, в которой с трудом опознал Лебедева. Настоящего. Это я понял по осмысленному взгляду. А в глазах не было ни капли того потустороннего зелёного света.

— Михаил? — его голос был едва слышен, он нахмурился, но не отводил от меня своего пристального взгляда. — Как ты здесь оказался?

— Я пришёл за вами. Все мы, — сказал я. — Вы должны бороться с влиянием колонны, — уверенно проговорил я.

— Я знаю и пытаюсь. Но тьма заглушает меня и подавляет, и я не могу вырваться отсюда и взять контроль над собственным телом, — злобно проговорил он, сжимая кулаки. — Эта тварь слишком сильна.

— Я смогу…

Я не успел договорить. Что-то огромное и невидимое схватило меня и швырнуло прочь. Я очнулся на земле, стараясь сделать хотя бы один судорожный вдох. Ворон вырвался из моих рук и взмыл в небо с пронзительным криком.

— Что случилось? — испуганно спросил у меня Сергей. Подул ледяной ветер, и все свечи одновременно потухли. Иннокентий как-то жалобно квакнул и в несколько прыжков добрался до меня, запрыгивая мне на грудь и внимательно вглядываясь мне в лицо.

— Понятия не имею, я же не некромант, — простонал я. — Но Лебедев ещё с нами.

— Тогда план остаётся прежним. — Уверенно кивнул оборотень, начиная собирать потухшие свечи. — О, ребята возвращаются. Быстро они.

Глава 22

Через несколько минут Мила с Романом подошли к нам. К счастью, никаких серьёзных повреждений у них я не увидел, всего лишь пара ссадин и синяков. Девушка не убирала свои клинки, пламя которых стало ещё больше, а жар, исходящий от них, казалось, мог расплавить металл.

— Вот, держи, — подошёл ко мне Роман, протягивая какую-то странную на вид бутылку. — Не подумали о том, куда будем сцеживать кровь, хорошо, что нашли хоть какую-то подходящую тару. Ты не уточнил, как именно тебе нужно было её доставить: выжимать каждого демона по отдельности или можно было смешать. Но выбора особо не было, поэтому получился коктейль из крови пяти демонов.

— Эм, думаю, пойдёт и так, — осторожно взял в руки грязную тару и покрутил её. Я даже не стал спрашивать, где они её откопали и сколько времени она пролежала в том лесу. — Наверное, подойдёт, — добавил я, рассматривая содержимое бутылки. Кровь не смешалась, я отчётливо видел пять слоёв, немного отличающихся друг от друга по цвету.

— Если что, там есть ещё. Мы не стали внимание привлекать и сразу ушли, когда расправились с одним из патрулей, — провёл по лицу рукой Роман. — Если нужно, мы ещё раз сходим. Как оказалось, моя разрушительная магия даже на первом уровне может легко уничтожить низшего демона.

— Хорошо, а теперь поймайте мне ворона, — поднял я голову, глядя на чёрную огромную птицу, летающую кругами над нами, не издавая никаких звуков. — Без него ничего не выйдет. А я пока приготовлюсь к ритуалу.

— И как мы его поймаем? — нахмурился Сергей.

— Не знаю, кинь в него своей жабой. — Повёл я плечами, вспоминая всё, что мне было необходимо для создания заклятия. — Чтобы всё получилось, мне необходим контакт, желательно прямой, но и через фамильяра попробую дотянуться до разума Лебедева. Тем более что в первый раз у меня это получилось.

— Иди, мы что-нибудь придумаем, — сосредоточенно кивнула Мила и убрала своё духовное оружие. — Времени мало, нужно поторопиться. Они не могут сражаться вечно. Лебедева подпитывает колонна, а у Пронского резерв всё же ограничен.

Я посмотрел на друзей и, кивнув, отошёл в сторону, скрываясь от их взглядов за деревьями. Кинжал вечности, висевший на поясе, нагрелся, но не так сильно, как при встрече с Вапулой.

— Я, конечно, долго терпел, не спрашивая ничего лишнего, но теперь мне стало понятно, что твоя совесть представлена в качестве атавизма, и надеется на неё не стоит, — тихим обвиняющим тоном подал голос артефакт. — Так что ты хочешь сделать такого, о чём я не знаю? Зачем тебе кровь пяти демонов?

— Проклятье забвения — одно из простеньких демонических проклятий. — Терпеливо начал пояснять я, садясь на землю и начиная чертить сложную вязь символов кинжалом Вечности, который достал из ножен. Символы на лезвии неярко светились, а от рукояти исходило приятное тепло. — Для человека нужно провести особый ритуал, чтобы его воспроизвести. Оно на время как бы отключает разум человека, который теряет связь с собственным телом. Так, демоны могут без проблем управлять телом, в которое вселяются. Насколько я понял, колонна старается именно подчинить Лебедева, воздействуя не на душу, а на разум.

— И если не на что будет влиять, то и эта связь разомкнётся, в принципе, логично, — протянул Павел. — Да и Ронве мастер иллюзий и маг разума. Но что, если ты ошибаешься?

— А у нас есть выбор? — хмыкнул я. — Ты сможешь меня перенести туда, откуда забрал, когда я завершу ритуал?

— Могу, — хмуро отозвался перстень после нескольких долгих секунд молчания. — То есть, ты хочешь оставить свой зверинец одних?

— Я не хочу рисковать ими, — кивнул я, поднимаясь на ноги и скептически разглядывая практически ровный круг, который у меня получился. — Да и если всё получится, нужно как-то предупредить Пронского, чтобы он случайно не убил моего наставника, когда тот перестанет сопротивляться.

Павел мне не ответил, лишь напряжённо и старательно начал сопеть, явно не одобряя моего решения. Я покачал головой и встал в центр круга, начиная аккуратно напитывать символы кровью демонов из бутылки. В прошлой жизни было проще, я сам был практически демоном, и мне не нужно было находить обходные пути, чтобы сотворить простенькое демоническое проклятье. Сейчас же, всё иначе, и мне остаётся только надеяться, что мой трюк сработает. По факту мне нужно будет всего несколько секунд, чтобы наложить заклятие на Лебедева.

Когда вся кровь напитала руны, и они неярко засветились красноватым светом, я полоснул лезвием кинжала по ладони, не обращая внимания на поднявшийся ветер и слабый гул в ушах. Тонкая струйка моей собственной крови полилась в центре круга и потекла по линиям, смешиваясь с кровью пяти демонов. Подождав ещё немного, я послал несколько тонких нитей своей первозданной энергии к рунам. Они ярко вспыхнули красным светом, который начал распространяться вокруг меня, образуя практически непроницаемый купол.

Я вздохнул и, начертив в воздухе прямо перед собой руну поглощения, направил её тут же в центральный символ, который светился ярче всех остальных.

— Да чтоб тебя во время сбоя телепортации протащило по всем злачным местам нашей необъятной родины! — закричал Павел. — Ты что опять творишь?

Осторожно опустившись на колени и ничего не отвечая возмущённо вопившему артефакту, я прижал ладонь к груди, стараясь уменьшить возникшую внутри тела боль. Кровь демонов, смешавшаяся с моей и словно впитавшаяся в нити моей первозданной энергии, устремилась в моё тело. Это не было обычное поглощение души и энергии демона. В тех условиях, что мы находились, это было рискованно проворачивать. Но вот напитать себя на время небольшой частью демонической силы, чтобы проклятье сработало, было неплохой альтернативой.

— Не ори, в демона я не превращусь, — тихо ответил я, когда купол опал, а сбивающий с ног порыв ветра затёр начавшие гаснуть руны. Я осмотрел себя зрением душ, удовлетворённо кивнув, когда увидел в кольцах ранга красные тонкие нити. — У меня минут пятнадцать, не больше.

— Когда мы останемся вдвоём, я тебя свяжу и буду очень медленно и размеренно пытать, наслаждаясь каждым твоим стоном, потому что рот я тебе тоже заклею. — Злорадно пообещал Павел. — А когда ты дойдёшь до определённой кондиции, я начну тебе задавать неудобные вопросы, на которые ты мне с радостью ответишь. Например, откуда тебе известны эти извращённые трюки с демоническими частями тела.

— Ты не можешь причинить мне вреда, — решил напомнить я ему, выходя к своим друзьям, которые столпились возле дерева, что-то бурно обсуждая.

— А я рискну, — фыркнул артефакт. — Как творчески твои дружки отнеслись к поставленной задаче, — отвлёкся от планов мести Павел, переключаясь на то, что творилось впереди нас.

— Вы что творите? — тихо поинтересовался я, оглядывая землю, которая была буквально усыпана чёрными перьями. — Где ворон? — чуть ли не воскликнул я, даже не пытаясь представлять, что они делали для того, чтобы его поймать.

— Что у тебя с глазами? — нахмурившись, посмотрела на меня Мила, поворачиваясь в мою сторону.

— А что у меня с глазами? — сложил я на груди руки, немигающим взглядом глядя на девушку.

— Ну, они красные, — немного смутилась она. — Ты в порядке?

— В полном, просто капилляры лопнули от напряжения. Такое иногда бывает. Где ворон? — прищурился я, делая шаг в сторону притихшей компании.

— Ты чего взъелся, — подал голос Сергей, отходя в сторону от дерева. — Вот он. Два раза чуть не сбежал от нас, пришлось действовать радикально, — пояснил он.

Я оторопело смотрел на бедную птичку, которую привязали к дереву верёвкой, какими-то чарами и не пойми чем ещё. Ворон дёргался, стараясь освободиться от пут, но его крылья были расправлены и крепко привязаны к стволу, поэтому у фамильяра ничего не получалось, чтобы выбраться от этих живодёров. Его клюв был тоже был крепко зафиксирован стягивающими путами, отчего птица мотала головой из стороны в сторону. Зелёный яркий свет в его глазах буквально с каждой секундой становился всё ярче.

— Вы чего наделали? — тихо поинтересовался я, подходя к ворону ближе. — Полегче с ним никак было нельзя?

— Так, он сопротивлялся, — возмутилась Мила. — И шипел на меня!

— А мне он вообще палец прокусил, — ответил Сергей, показывая мне повреждённую часть своего тела.

— Прости, друг, — обратился я к ворону. Провести воспитательную беседу я смогу позже. — В порыве энтузиазма они перегнули палку, но мне действительно нужна твоя помощь.

Ворон пристально на меня посмотрел и неожиданно успокоился. Взгляд стал более осмысленным, только едва заметные всполохи зелёного света мелькали в его глазах. Я освободил ворона, разрушая простенькие чары. Ворон тут же взмыл над нами, расправив крылья и оглашая окрестности злобным карканьем. Когда он успокоился, то устремился вниз, садясь на землю напротив меня.

— Начинать? — осторожно поинтересовался Сергей, доставая череп совы и сажая Иннокентия на землю.

Я прикоснулся к голове птицы, и меня будто пробило током. Я снова падал в бездну, но на этот раз целенаправленно. Где-то вдали мерцал тот же огонёк, но теперь он был слабее, почти угасающий.

— Ну уж нет, ты так просто от нас не уйдёшь, — прошипел я и ринулся к этому неяркому огоньку, ощущая, как что-то липкое и враждебное пытается оттолкнуть меня. Багряно-красное свечение окутало меня, хотя я даже не пытался призвать свой дар. Нити демонической силы начали угасать, вплетаясь в окружающий меня защитный контур. Вот этого я точно никак не ожидал. Похоже, демоническая энергия во мне работала как щит, защищая от влияния колонны.

— Ты не должен был сюда возвращаться! — поприветствовал меня Лебедев, скрестив на груди руки. За это недолгое время моего отсутствия он явно стал слабее.

— Разумеется, должен, — поморщился я. — А теперь просто замолчите и дайте мне вас спасти.

— Как ты вечно здесь оказываешься? — нахмурился наставник.

— Через вашего ворона, — отмахнулся я, начиная чертить руну.

— Миша…

Собрав всю демоническую энергию, я направил её в символ, который вспыхнул красным светом и тут же отпечатался на груди моего наставника. Он отшатнулся и недоумевающе посмотрел на меня.

— Нет! — искажённый голос Дмитрия раздавался, казалось, отовсюду. Я встрепенулся, начиная озираться, чтобы увидеть источник звука. — Как ты, человек, смеешь использовать наше оружие против нас! — взревел этот голос, и меня отшвырнуло невидимой силой далеко назад.

Тьма вокруг меня расступилась и в мою сторону полетели несколько чёрных жгутов. Я практически увернулся от всех направленных в меня атак, но в этом месте не мог полноценно контролировать своё тело, поэтому всё же пропустил удар. Чёрный луч, словно копьё, вонзился мне в грудь, отчего всё тело тут же скрутило резкой болью. Я упал на колени, стараясь хоть немного прийти в чувства, понимая, что атака на меня внезапно прекратилась.

Подняв взгляд, я увидел, как фигура Лебедева словно разделилась на две, и теперь они стояли друг напротив друга. Одинаковые, словно близнецы, они различались лишь цветом глаз: у одного из них они светились ярким зелёным огнём.

— Все твои старания тщетны, смертный. Ты не смог мне помешать даже на пике своей формы. А теперь ты слаб, словно ребёнок, — процедил демон, или то, чем это являлось. — Мы оба знаем, что ты в конечном счёте подчинишься мне. Зачем противиться неизбежному? Покорись, прими кровь этих жалких созданий, и мы получим такую власть, что тебе даже не снилась.

— Пасть захлопнул. Моих учеников, могу оскорблять только я. — Усмехнулся наставник, и от его фигуры начал исходить приятный красный свет. — Миша, уходи, — процедил Лебедев.

— Но…

— Пошёл прочь! — он взмахнул рукой, и меня выбросило из этой окутывающей тьмы.

Я резко вдохнул, словно вынырнув из глубины, и очнулся на земле, чувствуя, как боль в груди распространяется по всему телу, а потом постепенно проходит.

— Ты как? — Мила присела рядом, положив руку мне на плечо. — Всё нормально?

— Жить буду, а сейчас — это уже немало, – прошептал я, медленно поднимаясь на ноги.

Я опустил глаза, рассматривая грудь, куда пришёлся удар этого чёрного жгута, но никаких повреждений не заметил. Я тряхнул головой, приходя в себя. Какие могут быть повреждения, если это была обычная ментальная атака. Значит, влияние колонны каким-то образом смогло обрети материальную форму и практически подчинить себе разум Лебедева. Я вовремя успел разорвать эту связь. Ворон, сидевший рядом, каркнул и взмахнул крыльями, поднимаясь высоко вверх и стремительно удаляясь от нас в направлении леса, где находилась колонна.

— У тебя же всё получилось? — напряжённо спросил Роман.

— Не знаю, — честно ответил я. — Я наложил проклятье, но оно сработало как-то не так. Однако я точно знаю, что он сопротивляется. — Нужно идти туда, чтобы как минимум предупредить Пронского. Оставайтесь здесь…

— Нет уж, идём все вместе, — возмутилась Мила. — Или ты нас бросить здесь захотел?

— Ещё и друг называется, — закатил глаза Сергей, а Иннокентий, сидевший у него на плече, одобрительно квакнул.

— Вот здесь я даже спорить не стану, — подал голос Павел. — Если ты смог разрушить связь между Лебедевым и колонной, то сейчас лучший момент, чтобы ударить. А разбить этот монолит можете только ты и Пронский. Кто в этом случае будет отвлекать разозлившихся демонов? Я думаю, вам должно хватить секунд десять, чтобы разрушить колонну. В противном случае их шкурок надолго не хватит.

— Паша, — вздохнул я. — Ладно, идём все вместе.

— Вот, приятно, когда ты прислушиваешься ко мне и делаешь то, что я говорю, — самодовольно отозвался артефакт. Раздался резкий щелчок, и мир вокруг нас растворился в темноте.

На этот раз перенос был менее болезненным, но всё равно, когда ноги коснулись земли, я несколько секунд стоял на одном месте, стараясь прийти в себя. Когда мир перестал вращаться, я едва успел принять удар какого-то огненного шара на водяной щит, который тут же разрушился, окропив меня ледяными брызгами.

Я огляделся. Воздух буквально дрожал от магии, земля была изрыта взрывами, а в небе постоянно мелькали огромные молнии и тут же раздавались раскаты грома. В центре всего этого стояла колонна, испещрённая трещинами. Печать демона двадцать седьмой колонны, ещё не так давно ярко светившаяся в самом центре, стремительно угасала, но все остальные символы начинали гореть ещё ярче. Я заметил, как колонна сама по себе начала постепенно восстанавливаться, а трещины исчезать.

Два сильнейших мага империи стояли друг напротив друга. Пронский держал в руках посох, направленный в сторону своего противника, который в это время стоял неподвижно. Его глаза то вспыхивали зелёным светом, то приобретали естественный вид.

Мила находилась рядом со мной, уже сжимая в руках свои клинки. Сергей с Романом приняли свою вторую ипостась и теперь внимательно следили за тем, что происходит вокруг. Никого из демонов видно не было. Да и чёрного тумана тоже вблизи от магической битвы не было заметно.

— Миша⁈ — Пронский резко обернулся, заметив меня. — Зачем ты вернулся?

— Предупредить насчёт Лебедева. Я смог на время разорвать связь с колонной через его фамильяра.

— Я понял, — отмахнулся он. — Тяжело это не заметить, когда твой противник неожиданно перестаёт сражаться.

— Надо разрушить колонну, — уверенно проговорил я.

Пронский что-то хотел ответить, но в этот момент Лебедев резко дёрнулся, его тело сковало судорогой. Из колонны хлынул поток зелёного света, который устремился к моему наставнику и окутал его тело.

— Да хрен ты его получишь, — прошептал я и, призвав свой трезубец, бросил в направлении стоящего передо мной монолита.

Раздался оглушительный вой, когда трезубец вонзился в чёрный камень. Колонна затряслась, трещины поползли по её поверхности, а яркий свет, окутывающий Лебедева, исчез в ослепительной вспышке.

Пронский долго не раздумывал. Он взмахнул своим посохом, и ослепительная молния толщиной в несколько метров ударила в колонну. Яркий белый свет начал распространяться, казалось, из самого центра колонны, исходя из неё через трещины наружу. А потом раздался взрыв. Чёрный монолит разлетелся на мелкие камни, которые тут же замолотили по выставленному Пронским щиту. Думаю, если бы не он, то нас бы могло серьёзно потрепать.

Я подбежал к осевшему на землю Лебедеву. Он закашлялся и попытался подняться, обводя нас всех осмысленным взглядом.

— Я что-то пропустил? — тихо спросил он, глядя на меня.

— Ну, можно и так сказать, — ответил вместо меня Пронский. — Какой ты живучий. Я же тебя так ни разу даже достать не смог, а бились мы с тобой очень долго. У меня максимум треть резерва осталась.

— Это ещё не я своим телом управлял, так бы разделал тебя под орех. — Хмыкнул наставник. — А где…

— Я не понимаю, почему должен лично отвлекаться на вас, мелких букашек! — мы резко посмотрели вверх, где над остатками колонны образовалось чёрное окно телепорта и из него вышел молодой мужчина, чем-то напоминающий Вапулу.

— Ронве, — сжал кулак Пронский. — Стоило этого ждать.

— Ты можешь нас всех увести отсюда? — тихо поинтересовался я у Павла, даже с такого расстояния ощущая невероятную по силе ауру, исходящую от этого демона.

— Нет. Я вообще ничего не могу сделать. Он меня каким-то образом блокирует, — ответил мне Павел. Демон двадцать седьмой колонны посмотрел прямо на меня и усмехнулся.

— Какая удача. Все в сборе. Я даже готов смириться с тем фактом, что вы разрушили мою колонну. Ну ничего, с этим я справлюсь. Всего лишь пара тысяч человеческих жертв и пара сотен магов, — махнул он пренебрежительно рукой.

Он медленно шагнул вперёд, и портал за его спиной захлопнулся. Едкое удушающее зелёное пламя вырвалось из-под земли вокруг нас, окружая нас плотным кольцом.

— Это не просто огонь, — тихо прошептала Мила. — Он отравляет даже сам воздух вокруг себя. Если мы не выберемся из этого кольца, то просто умрём от этого странного яда.

— Я тебя понял, — кивнул я, всё ещё не сводя взгляда с Ронве.

— Как жаль, что Повелителю вы нужны все живыми, ну, практически все, — прищурился он. — А ты неплохо сражался, князь, пытаясь вытащить из центра моей печати своего друга. Но теперь ты ослаб и ничего не сможешь мне противопоставить, — обратился он к Пронскому.

Демон вытянул вперёд руку. Демоническая сила обрушилась на нас, придавливая к земле. Пронский единственный, кто смог остаться на ногах, опираясь на свой посох.

— Что тебе нужно? — громко спросил князь.

— Время. — Улыбнулся он, усиливая давление, и Пронский, сопротивляясь, все-таки рухнул на колени перед своим противником. — Я же говорил, что ты слаб…

Неожиданно стало холодно и пошёл снег. Ронве сделал шаг назад и усмехнулся, поворачиваясь к нам спиной. Давление на нас немного стихло, но пошевелиться как следует мы всё равно не могли. Снежинки, падая на разгорячённую кожу, таяли, обжигая словно кислотой и оставляя после себя болезненные шрамы.

Земля дрогнула, и прямо в воздухе появилась трещина, которая расширялась, открывая чёрное окно своеобразного демонического портала. Прошла секунда, потом другая, и из полностью открывшегося перехода вышел мужчина, облачённый в чёрный доспех. Он плавно опустился на землю, подходя ко мне. Он был молод. Бледная кожа, чёрные волосы, и неестественно яркие голубые глаза. И только в одном из них периодически вспыхивали красные, демонические искры.

— Булгаков, — прошептал Пронский, стараясь подняться на ноги. Его посох ярко засиял, но тут же потух и разломился на две части, когда Повелитель демонов лишь бросил на князя взгляд.

— Занятно, — его голос разнёсся эхом по всей поляне. Он продолжил идти, остановившись в шаге от меня. В воздухе висело напряжённое молчание, прерываемое лишь треском зелёного пламени. — Ты даже не представляешь, сколько сил было потрачено, чтобы найти тебя.

— Да я особо не прятался, — хмыкнул я, стараясь отвлечь Булгакова от остальных, полностью переключив все его внимание на себя. — Я даже одного из твоих демонов за это время убить смог. Кажется, Вапула. Но, я так понимаю, тебе он был не так уж и нужен.

— Ты удивительно похож на него, — наконец, произнёс он. — Но слаб. Очень слаб.

Из портала за его спиной вырвался вихрь чёрного тумана, окутывая всё вокруг. Я почувствовал, как что-то холодное и липкое обвивает мои ноги, поднимаясь выше. Я перестал ощущать давление демонической силы Ронве. Но вот то, что меня начало поднимать выше, оптимизма явно не внушало.

Раскат грома и яркая молния озарила небо. Потом ещё одна и ещё. Я рухнул на землю, а этот чёрный туман отступил.

— Не так быстро. — Я вздрогнул, услышав голос отца. — Ты действительно думаешь, что я буду не в курсе, если ты решишься переступить границу моей империи?

В ярких вспышках открывающихся порталов начали появляться люди. Стражи, клирики. Среди них я узнал тех, кто прибыл со мной из монастыря на Северную заставу, включая отца Фёдора. Маги Западной заставы, князь Мстиславский. Их было много, очень много, и они все пребывали. Последним вышел князь Уваров, в несколько секунд достигая Булгакова и вставая прямо перед ним, оттесняя меня от него.

— Перемирию, я так понимаю, конец? — усмехнувшись, спросил отец, пристально глядя в глаза Повелителю демонов. Резкая вспышка в небе и прямо на стоящего Булгакова начала стремительно опускаться магическая клетка. Демон щёлкнул пальцами и, превратившись в чёрный дым, устремился во всё ещё открытое окно телепорта, в которое уже несколько секунд назад выскользнул Ронве.

— Папа, — я выдохнул, поднимаясь на ноги и подходя к нему. — Что ты здесь делаешь?

— Когда Повелитель демонов открывает телепорт, я сразу же узнаю об этом и перемещаюсь к нему. На подобное он решился впервые с перемирия, — крепко обняв меня, ответил отец. — Он силен, даже может и сильнее меня, но ненамного. — Улыбнулся он, потрепав по волосам.

— Но что ты делал на Северной заставе? — решил уточнить я вопрос.

— Я прибыл за тобой. Мы отправляемся в столицу. — Хмуро ответил князь Уваров. — Император Годунов при смерти, и все наследники на престол должны находиться рядом.

Nota bene

Книга предоставлена Цокольным этажом, где можно скачать и другие книги.

Сайт заблокирован в России, поэтому доступ к сайту через VPN/прокси.

У нас есть Telegram-бот, для использования которого нужно: 1) создать группу, 2) добавить в нее бота по ссылке и 3) сделать его админом с правом на «Анонимность».

* * *

Если вам понравилась книга, наградите автора лайком и донатом:

Мастер душ. Том 3

Content

Мастер душ. Том 3

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Глава 20

Глава 21

Глава 22

Nota bene