Клинков 4. Последний хаосит

Глава 1

— Я попрошу всего лишь один раз, — усмехнулся Инквизитор, перелистывая страницы Завета. — Сдавайтесь, Максим. Вы не знаете, с кем связались.

Между нами вновь воцарилась тишина, но затишье было обманчивым. Доспехи Инквизитора сверкали на солнце, а Завет, прикреплённый к поясу на цепь, переливался рунами как живой. Я чувствовал, как от артефакта исходит сила — она глушила мою, пыталась загнать её в рамки.

— Ошибаешься, — спокойно ответил я.

Я ударил перед собой Волной хаоса. Моя неподатливая вязкая мана просто выплеснулась наружу. Расстояние между нами было совсем ничтожным, поэтому заклинание получилось эффективным. Половину запаса маны как рукой сняло. Я специально ударил максимально сильно.

Завет вспыхнул, блокируя Волну хаоса.

— Хаос тебя не спасёт, — усмехнулся Инквизитор.

Вот только я заметил, что в его Завете потухли руны на одной странице. Интересно, сколько у него всего страниц в артефакте?

Я совершил Прыжок назад прямо из седла и оказался за своими бойцами.

— В бой! — грозно прокричал Инквизитор.

Солнечники рванули вперёд. Два мага-подмастерья подняли посохи, и два заклинания ударили почти одновременно. Только это были не солнечники. Я ударил посохом в землю — дрожь заставила лошадей взбеситься и подняться на дыбы. Весна поставила перед нами Частокол, по которому побежали изумрудные огоньки.

Из-за испуганных лошадей заклинание одного из магов-солнечников улетело выше цели, лишь обдав мою макушку жгучей прохладой. Вторая атака в виде светящегося шара, горящего изнутри белым светом, ударился в Частокол и застрял, словно защита была живой. Весна умела пользоваться не только хаосом, ведь она в первую очередь друид.

Инквизитор удивлённо оглянулся. Он только сейчас понял, что я не просто применил отвлекающее заклинание. Из земли бились чёрные корни, обхватывая воинов в сияющих доспехах, которые едва ли смогли пройти дюжину шагов. Они рубили корни, боролись, дёргались и крошили их. Но едва могли продвигаться вперёд.

На Инквизитора и двух Подмастерьев обрушились Воздушные серпы Ивана. Тут же в воздухе завизжала Цепь воздуха, скрученная в плотный вихрь. Она ударила не в Подмастерьев или Инквизитора, а в их лошадей, отчего животные жалобно взвыли и рухнули на землю, погребая под собой всадников.

Я прыгал не просто так, а за стену щитов. Тех самых, которые прикупил перед отъездом из Выкречи. Теперь ряд ощетинившихся палашами бойцов, пусть в данный момент и не хаоситов из-за Завета, выглядел грозно. Аскольд, успевший спешиться, отдавал приказы на левом фланге. Сольвейг потихоньку начинала светиться бирюзовым на правом.

В этот момент в глаза ударила яркая вспышка. Я почувствовал, как корни, контролируемые мной, буквально растворились — просто исчезли, и всё.

Одна слабость Завета — это ориентированность на хаос и тьму. Завет — это специальный инструмент, который создавался против определённых противников, в том числе хаоситов.

Сейчас же под давлением стихийной магии и друидизма Инквизитор использовал Вспышку, затратив огромное количество своей маны. Скорее всего, столько же, сколько я потратил на Волну. Он сделал это, чтобы освободить ряды своих воинов от пут. Вот только вперёд вместо корней бросились зелёные лозы.

Весна заменила частокол изумрудным щитом, за который я поставил ещё один воздушный. Рома с Иваном закидывали Подмастерьев и Инквизитора простыми, но эффективными заклинаниями: клинки, шары, взрывы, серпы.

Часть завязла в волне белого огня, вспыхнувшего перед волшебниками, другая часть распотрошила не людей, но лошадей, обливая находящихся под ними магов кровью и закидывая ошмётками. Обереги врагов вспыхивали один за другим, подстраховывая от потенциальных повреждений. Тройка врагов наконец пришла в себя.

Я не слышал, что там орал Инквизитор из-за постоянных взрывов от заклинаний и используемой нами самими магии. Но я видел одно: солнечники волной рванули вперёд.

Они в мгновение ока столкнулись с хаоситами в ближнем бою. Палицы и топоры встретились с палашами и щитами. Бойцы выдержали удар. Звон стали, крики и скрежет металла заполнили пространство.

Инквизитор держал дистанцию, иногда нанося удары копьём и стараясь пробить бреши в нашей защите. Но он не был обычным воином — его Завет гасил хаос вокруг, нарушая потоки магии. Потому мои бойцы, несмотря на всю подготовку, медленно, но верно уступали солнечникам, которые могли использовать свою магию.

Позади меня засвистела тетива, и стрелы одна за другой начали метко опускаться на врага. Сольвейг ловко крутанула мечом, по которому текла её энергетика, и отрубила руку отвлёкшемуся на стрелы солнечнику. Следом за рукой отправилась и голова.

Аскольд сражался яростно, стараясь забраться вбок и врезаться в строй врагов. Его сабля пела, отражая удары и нанося свои. Весна держалась ближе ко мне, но сейчас, когда схватка шла в ближнем бою, её защитные заклинания потеряли часть эффективности. Она всё ещё использовала изумрудные щиты, оберегая неминуемо подставляющихся бойцов.

Я держал в голове одну мысль: на их стороне было три мага, три Подмастерья. Я чувствовал слабую энергетику откуда-то из-за спин солнечников.

— Убейте ведьму! — раздался голос Инквизитора.

Я смог услышать его благодаря усиленному восприятию и был готов. Солнечник-подмастерье прыгнул вперёд заклинанием перемещения. Но я был быстрее. И Весна была рядом.

Я совершил Прыжок лишь для того, чтобы по инерции оттолкнуть на секунду опоздавшего мага и пробить незащищенное горло посохом. Его заклинание, рассчитанное на сверхближнюю дистанцию, разорвалось, обдав меня волной огня. Но доспех, подаренный Островскими, выдержал и поглотил часть маны. Весна успела даже прикрыть бойцов по соседству защитной магией.

Подмастерье солнечников, уже мёртвый, исчез. Его тело скорее всего приземлилось там, откуда он совершал Переход. Увидев вторую часть его заклинания мобильности, я смог опознать эту технику.

Несмотря на потерю одного мага, сражение шло жёстко. Наш отряд был опытен, но Инквизитор хорошо чувствовал ход боя. Он блокировал любые попытки использовать сильные заклинания.

Работали обереги, многоступенчатые щиты, и Завет… Он сбивал любые попытки использовать хаос. Но я знал. Руна за руной, символ за символом, страница за страницей — Завет тратил свою силу.

Я сменил тактику. Вместо ударов по магам начал бить площадными заклинаниями. Да, у меня в ауре в основном были закреплены заклинания хаоса, но здесь, за стеной щитов, у меня было время, чтобы как следует колдовать. Потому на врагов обрушился Камнепад.

Огромные булыжники падали и разбивались. Грохот оглушал и дезориентировал врагов. Осколки разлетались, крошили кости и отбивали мясо, защищённое кольчугами и латами.

Следом я ударил Электрическим разрядом, затем Кулаком хаоса. Да, Завет его заблокировал. Вот только в то же время артефакт был ещё занят тем, что подавлял ещё и бурлящий внутри моих бойцов хаос.

На левом фланге Аскольд снёс двух солнечников Ударной волной, заложенной в саблю. Не знаю, как он смог применить её на такой дистанции, но два закованных в броню тела разлетелись в разные стороны, как сломанные куклы.

Заклинания сыпались направо и налево — свои и чужие. Я использовал щиты, а затем переключался на атакующее колдовство. Один раз использовал хаос, а в следующий — лёд.

Я был непредсказуем настолько, что Завет в руках Инквизитора запульсировал, начал мигать, но тут же стабилизировался. И всё равно — он был близок к перегрузке. Ничто не возникает из ничего. Так же и Завет был не способен просто так поглощать хаотическую ману. Его необходимо было заряжать с помощью сложных ритуалов и долгой, кропотливой, коллективной работы сильных магов-солнечников.

Вот только рано он что-то замигал. Я думал, что артефакт будет держаться не меньше часа. Им управлял шестизвёздочный воин, явно ловко орудующий маной и энергетикой.

Я увидел, как на правом фланге, несмотря на все старания Сольвейг, рухнул Прохор, поражённый копьём. Я успел поставить Щит, прикрывая его, а соратник тут же оттащил Прохора назад. Судя по всё ещё циркулирующей мане, он был жив.

Я ударил по солнечнику Воздушным серпом, а следом за этим в него врезалась Сольвейг. Щит солнечника трещал и едва выдерживал град ударов. Я запустил ещё два Воздушных серпа крест-накрест. Один из них вспорол воздух и с чавкающим звуком разрезал бок солнечника. Следом его добила Сольвейг, Завет не смог бы от этого защитить.

За спиной Сольвейг расправились крылья. Она прикрывалась ими от заклинаний, атаковала и выпускала перья.

С меня же лился пот, заливая глаза. Вся одежда под доспехом намертво прилипла к телу. Воздух был наэлектризован от магии.

Я использовал Морок, чтобы ударить солнечников ментально. Их ряды слегка пошатнулись, но именно в этот момент Инквизитор лично бросился в атаку с яростным кличем, поднимая боевой дух своих бойцов.

Его копьё разило ослепительным белым пламенем. Он шагал, рвался вперёд, делал выпады и отступал, атаковал и откатывался назад.

Я слышал, как тяжело дышат мои хаоситы, видел помятые доспехи, треснувшие щиты, ранения и переломы. Мои воины бились яростно и отчаянно, несмотря ни на что, но они не могли использовать свои силы на полную. А чёртовы солнечники могли!

Если бы не наши маги, переколдовавшие Подмастерьев врага, то жертв было бы не счесть. Руки Ромы дрожали, но он продолжал ставить Воздушные щиты. Весна уже не светилась изумрудным пламенем изнутри, а медленно затухала, потратив силы на усиление своих способностей.

Иван точечно бил заклинаниями, стараясь отвлечь врагов и дать бойцам ближнего боя хотя бы секунду. Инквизитора связал боем Аскольд, но это было ненадолго. Даже если бы я сейчас бросился в рукопашную, это только ухудшило бы ситуацию. Из всех магов я был самым эффективным, но и мои силы были не бесконечны.

У меня появилась сумасшедшая идея. Я зачерпнул как можно больше хаотической маны и начал расставлять Порчу на собственных бойцах. Серёга, Сольвейг, Аскольд, моряки — все получили свою метку. Им нужно было лишь продержаться.

Краем глаза заметил, как Инквизитор давит Аскольда назад. Удар за ударом он атаковал, разрывая и сокращая дистанцию, когда хотел. Инквизитор был просто быстрее и держал в руках копьё, так что у него было преимущество. Но Аскольд не сдавался.

Чуть-чуть… Ещё чуть-чуть…

Сольвейг вспыхнула ярким бирюзовым пламенем, отводя в сторону удар топора.

Три метки… две… одна…

Я вытянул руку вперёд, резко сжал её в кулак и потянул на себя. Метки вспыхнули хаосом, и вокруг моих бойцов должны были разойтись вихри их родной энергии. Как тогда, когда я учил Ратибора, правда, с огнём.

Инквизитор, уже занёсший копьё для очередного удара, вдруг отступил. Аскольд тяжело дышал и был покрыт сетью тонких ран. Где-то помог юшман, где-то уберёг случай, но он был жив и на ногах.

Инквизитор заметил клеймо на Аскольде, оттого и отскочил назад. Вот только оно начало медленно тускнеть. Инквизитор резво оглядывал бойцов-хаоситов — их метки тоже медленно угасали.

Мы встретились глазами, и ублюдок потряс своей книжицей. Его глаза смеялись — уверен, ему было весело. Завет действительно остановил часть вихрей из тех, что должны были разойтись вокруг.

Вот только вихри не ударили не только из-за Завета. Вместо того чтобы дать заклинанию «Клеймо» призвать вихри в случайных местах, я сосредоточил их под землёй. Мои бойцы едва ли почувствовали, что произошло. Просто в один миг перед ними из-под земли ударили столпы хаоса.

Завет отреагировал запоздало. Ещё одна его слабость — это просто артефакт. Он не обладает разумом, а потому по определению не может разбираться в нестандартных и отложенных заклинаниях.

Когда он полностью заряжен, это не проблема. Можно просто сжечь часть заложенных в Завет сил, и это решит любую задачу. Ну, а когда большая часть рун и символов истощена или перегружена…

Взрывы и вихри, ударившие единовременно из-под земли, отбрасывали солнечников, жгли их, расплавляя броню. Улыбка в глазах Инквизитора сменилась на гнев.

Завет дёрнулся, попытался запечатать вырвавшуюся ману и не справился. Энергия пошла вразнос. Инквизитор закричал. Завет не выдержал — он вспыхнул белым светом и замерцал, а затем неожиданно взорвался. Вспышка ослепила всех. Инквизитор отлетел назад, врезался в дерево и осел. Его шлем отлетел в овраг, а по лицу текла кровь.

Два Подмастерья врага смогли закрыть часть воинов, но я зачерпнул ману, скопившуюся в доспехе, и совершил тот же трюк, что и противник ранее. Я прыгнул вперёд, приземляясь сбоку от вражеского Подмастерья. Использовал импульс, чтобы вложиться в один мощный удар посохом. Чёрное дерево обрушилось на череп врага и раскрошило его. Я тут же прыгнул назад, успев почувствовать морозное покалывание.

Солнечники остались с единственным магом и были обречены. Раненые и покалеченные, они всё ещё сражались с медленно затухающим сиянием в глазах. В потрёпанных доспехах, без шлемов, они яростно бились, стараясь забрать с собой хаоситов.

Но без своего предводителя и без Завета, который валялся в грязной, мокрой от влаги и крови траве, они не смогли перебороть моих воодушевившихся бойцов.

Когда сопротивление было сломлено, я подошёл к Инквизитору. Его доспех был словно вскрыт на груди и опалён пламенем. Белое свечение угасло. Копьё валялось в стороне — погнутое и бесполезное. Цепь на его поясе была разорвана — видимо, от взрыва. Я взглянул в сторону и увидел свечение. Ко мне подошёл Аскольд и направил саблю на Инквизитора.

— Сильный ублюдок.

Я сделал два шага в сторону, наклонился и аккуратно поднял Завет, держась за клочок цепи. Артефакт едва пульсировал, но руны на обложке потрескивали. Даже не сама книга, а цепь жгла мне руки сквозь перчатки. Внутри всё ещё оставалась мощь. Вот только я уже сталкивался с Заветами — это был не он. Не совсем он.

Я, слегка пошатываясь, вернулся к Инквизитору. За ним теперь следил не только Аскольд, но и Рома. Весна и Сольвейг уже суетились над нашими ранеными, оказывая первую помощь с зельями и медикаментами. Серёга с Ирой поймали мой взгляд, кивнули и присоединились к ним.

Когда я повернулся к Инквизитору, он ненавистно смотрел на меня из-под полуприкрытых век.

— Это копия, — усмехнулся я. — Неплохая, но копия.

Инквизитор хрипло закашлялся, словно хотел возразить, вот только не смог произнести ни слова. Я схватил обгоревший и потрёпанный Завет обеими руками и начал рвать.

Он сопротивлялся, будто внутри его крепко сжимали невидимые нити. Руны вспыхнули. Я же использовал последние крохи маны, чтобы медленно разорвать Завет пополам. Он захрустел, а через миг погас насовсем.

— Вот и всё.

Я бросил две части некогда драгоценного артефакта рядом с умирающим Инквизитором, а затем одним чётким движением ударил его прямо в сердце через раскоряченный на груди доспех. Чёрный дуб был посохом, но я в очередной раз использовал его как оружие ближнего боя.

Я выпрямился. Пыль и остаточная мана оседали, открывая полную картину побоища. Мёртвые солнечники валялись на дороге и на обочине тракта. Прохор и ещё один моряк были неплохо так подбиты. Насколько тяжело покажет осмотр. Над ними уже колдовала Весна, а Ира с Серёгой вливали в бойцов эликсиры.

Я выпил два зелья залпом, а затем, когда по каналам прошло привычное тепло, использовал заклинание Восстановления. Оно не излечит раны, но поможет организму легче справиться с последствиями нагрузки.

Пятачок на тракте выглядел как зарисовка с поля битвы. Я покачал головой. Возможно, именно для этого Астахов тянул время… Иначе зачем он говорил мне остаться? Если бы Инквизитор явился в Выкречь с Заветом, да со своим отрядом и собрал бы там местных солнечников, то меня ничего бы не спасло. Слишком уж сильная карта. Слишком вовремя.

— Пошли, — скомандовал я. — Некогда расслабляться.

Я двинулся к телеге, в которой у нас были хирургические инструменты и медицинские запасы. Я просканировал двух наиболее пострадавших магией. Все-таки мы вполне могли успеть подлатать их до ночи так, чтобы они выдержали путешествие в телеге.

Нам следовало убраться отсюда поскорее. В Выкречь тоже возвращаться нельзя — Рысев точно встретит не хлебом с солью.

Впереди нас всех ждал тяжёлый и хлопотный день, а затем не менее беспокойная ночь в дороге.

И сегодня был только второй день похода…

Глава 2

— Рома! — позвал я волшебника.

Я возвращался из соседнего редкого леска, ведя за собой выжившего коня солнечников. Жаль, конечно, что многих скакунов мы загубили во время боя, но тут ничего не поделать.

Я уже помог заштопать Прохора. Второму моряку повезло больше — ему достаточно было зелий, эликсиров и магии. Весна с Ирой приглядывали за ними, а остальные отделались лёгкими и средними ранениями.

Аскольда успел знатно потрепать Инквизитор, но ничего летального. Пожалуй, больше всего была задета его гордость, но с шестизвёздочным Инквизитором с Заветом справиться было тяжело даже опытному Аскольду.

— Рома! — ещё раз, на этот раз громче, позвал его я.

— Иду!

Солнце уже было в зените, и обстановка была тише, чем обычно. Негромкие разговоры, возня и шорох вещей и припасов — все были при деле.

Аскольд с моряками успел собрать тела солнечников в ряд. Иван деловито перебирал вещи павших противников. Их было немного, они явно двигались налегке. Кто-то скажет, что это мародёрство. Но это простой закон жизни — сильный побеждает и забирает своё. А мёртвым вещи ни к чему.

Рома выскочил на меня. К нему тут же присоединился Аскольд.

— У тебя же семья в Северске? — коротко спросил я.

— Да, — хмуро кивнул Роман.

— Думаешь, за семьёй полезут? — быстро сообразил Аскольд.

Рома, судя по выражению лица, тоже понял, что к чему.

— Я не думаю, я знаю. То, что произошло здесь… — я развёл руки в стороны, — Нас в этом княжестве в покое не оставят. И начнут искать. И будут давить на слабые места. А уезжаем мы далеко и надолго. И сейчас единственный шанс забрать твою семью в другое княжество — туда, где не будет власти солнечников.

Орск в Южноуральске выбирался в том числе и из-за того, что там не было влияния солнечников. Совсем.

— А что у Серёги с Ирой? — спросил Аскольд.

— У них есть отец и боевой Род. Справятся. А вот тебя, как члена моего отряда, точно просто так не отпустят. И защиты Рода у тебя нет.

— Нет, — покачал головой Рома.

— Значит, — я похлопал Рому по плечу, — сами защитим.

Он немного успокоился, но проговорил с лёгкой тревогой в голосе:

— Макс, как же я их из Северска-то вывезу? Туда же неделя пути… Да и на наших лошадях всё равно займёт дня четыре.

Я действительно купил в Выкречи не простых лошадей. Конь для воина — это не просто средство передвижения, а соратник и друг. Толковый боевой скакун может стоить дороже, чем экипировка сразу нескольких княжеских дружинников.

— А мы и не на наших поедем.

Я погладил по седой гриве фыркнувшего скакуна.

Конь был добротный, и было видно, что солнечники не бедствовали. Мощный, мускулистый скакун с густой серой шерстью с вкраплениями металлического отлива. Я слышал под шерстью и кожей спокойное, мерное биение сердца. От скакуна исходила лёгкая почти неуловимая магическая аура.

— На таких, может, и успеем, — неуверенно проговорил Рома. — Но на одном далеко не уедешь.

— А нам много и не надо, — усмехнулся я. — Если Игнат справится, то во-о-он из того леса скоро придёт ещё один сбежавший скакун. Так что дожидаемся и двигаемся.

— Спасибо.

Я просто кивнул.

Меня интересовало другое — сколько времени у нас было? Строго говоря, мы столкнулись только что. С какой стороны они двигались? А хаос его знает. Сюда, на тракт они могли выйти откуда угодно. Хорошая новость, что Северск вообще в другой стороне, значит они не северские. Правда, и нам придётся возвращаться обратно.

— Аскольд, — обратился я к одноглазому, — что нашли у этих?

— Оружие, зелья качественные. Денег совсем немного, скорее всего на личные траты. Большинство оберегов разряжены. — Аскольд усмехнулся. — Знатно мы их потрепали. По документам было несколько карточек, личные бумаги, но никаких приказов или ещё чего не нашли. Может, конечно, сгорели во время боя…

Что-то подсказывало мне, что Астахов, этот хитрый лис, рассказал солнечникам обо мне не всё. Как ни крути, я думал, что это именно он слил информацию либо Рысову, либо напрямую храму в городе покрупнее. А вот как он это сделал — другой вопрос.

Рысеву вообще можно было не посылать за подкреплениями. Арестовать меня в городе сил у него достаточно. Разве что он не собирался устраивать очередную небольшую войнушку сразу после осады монстров. Володины бы точно были на моей стороне.

В любом случае, раз официальных бумаг нет, по крайней мере с собой, значит, у нас была небольшая фора. Оставалось лишь узнать, справился ли Игнат с заданием или нет. Но судя по тому, что я видел, как жилистый парень тащит за собой белого коня, справился он на отлично.

— Аскольд, остаёшься за главного. Твоя задача — проследить, чтобы наши подлечились и двинулись в сторону Чулыма. Каждый час на счету. Понимаешь?

— Да. Сделаю, командир.

— И учти, что нам теперь точно будет безопаснее сплавиться по реке. Если это понимаю я, рано или поздно поймут и солнечники. Они нас так просто не отпустят.

Я махнул рукой Игнату. Он выбрался из канавы на дорогу.

— Если успеете добраться до посёлка, то значит, встретимся уже там. Если нет, то мы вас нагоним.

— Хорошо, — кивнул Аскольд. — Если ляжет карта, то к тому времени я уже прознаю, где нам взять судно. Есть у меня кое-какие мыслишки. Поищу нужных людей на причале, поспрашиваю рыбаков…

— Смотри, чтоб всё прошло тихо, — предупредил его я. — Не привлекай лишнего внимания.

— Не впервой, — улыбнулся одноглазый. — Прорвёмся.

— Максим! — подошёл к нам Игнат. — Нашёл, как ты просил.

Я оглядел Игната с ног до головы. Он был весь измазан в грязи, на его сапогах висели целые слипшиеся комья. Он тяжело дышал, но довольно улыбался. За ним мотал головой белый конь со слабым янтарным отливом в шерсти.

— Молодец, — похвалил Игната я.

— Какой красавец! — присвистнул Рома, открыв рот от удивления. — Стоит, наверное, как половина дома в центре Северска. А если вместе с седлом, шорами и остальным снаряжением… А хрен его знает. Много.

К сожалению, кроме двух скакунов, больше у солнечников выживших животных не было — не уцелели под площадными заклинаниями и точечными атаками.

Я раздал последние приказы. С Глебом и Аскольдом составили небольшой план и выделили несколько потенциальных мест встреч на пути к Чулыму. Отделяться от основного отряда всегда риск. Но семья вассала стоила любых рисков, и бросать их на произвол судьбы или солнечников я не собирался.

Мы с Ромой быстро собрались. С собой взяли только самое необходимое и то, что могло вместиться в седельных сумках и в небольших вещевых мешках за спиной. Я быстро проинформировал остальных, уточнил статус раненых ещё раз. Жить будут и медленно идут на поправку.

— Может, возьмёте запасных лошадей? — предложил Иван.

— Не поспеют за нашими, — покачал головой я.

Даже невооружённым глазом была видна разница между лошадьми солнечников и нашими. Она не была колоссальной, но всё же заметной.

— Да и вам самим лошади пригодятся.

— Верно, — согласился Иван.

Аскольд заверил меня, что у отряда без меня всё пройдёт гладко. Я оставлял за спиной костяк во главе с опытным бойцом. И даже не смотря на нашу сегодняшнюю потрёпанность, никто не возражал, что мы отправимся в Северск. Я видел в глазах понимание — все знали, зачем мы едем.

Напоследок я накрыл тела солнечников Пологом и быстренько замаскировал следы прошедшей битвы. Конечно, серьёзную инспекцию всё это не выдержит, но какое-то время могло выиграть.

Я вскочил на коня и отправился назад по тракту, Рома следовал за мной на своём новом скакуне. Местность вокруг Выкречи я знал лучше, да и у меня была с собой карта с пометками. Так что пока вёл я, а Рома скакал за мной. Но когда мы прибудем к Северску Ромы, то сменимся. Там уже он будет вести, а я на подстраховке.

Я пришпорил коня и быстро набрал скорость. Я сразу понял, что животные выдержат долгий заезд. Мой конь не сбивался, не вздрагивал от звуков, не сбавлял темп. Я слышал лишь ровное, спокойное дыхание и мерное биение сердца.

Грязь, ямы, холмы нисколько не замедляли галопа. Мы летели вперёд, как на крыльях. Животные явно были не просто сильны — а специально выведены, обучены и усилены магией.

Мы мчались по тракту, будто за нами гналась сама Зона. Особо не разговаривали, мешал свист ветра. Лишь изредка обменивались сигналами: взглядами или жестами. Где свернуть, где сменить темп, чтобы свериться с картами, а где держаться ближе к центру дороги. Всё остальное было лишь шумом в ушах и ощущением скорости.

Галоп по тракту, вокруг которого раскидывался редкий лес, вызвал чувство дежавю. Мы неслись по разбитой дороге, некогда соединяющей целую вереницу деревень с Выкречью. Сейчас же, после нашествия монстров, это было больше похоже на прямую изъезженную линию из утоптанной земли.

Я почувствовал впереди людей и пришпорил коня. Мы перескочили через старый мост над ручьём, где небольшая группа охотников разбивала бивак.

Один из мужиков в кожаной броне потянулся к луку, но, увидев, что мы просто несёмся мимо, отступил. Несколько голов повернулись в нашу сторону, но мы уже оставили их позади. Среди поднятой лошадьми пыли.

К вечеру мы столкнулись с повозкой с мешками и бочками. Торговцы медленно ползли с севера в сторону Выкречи. Я направил коня в сторону, не замедляясь.

Один из охранников в потрёпанном пластинчатом доспехе крикнул что-то нам вслед. Я не обратил на него внимания и даже не стал оглядываться.

Когда вокруг опустилась ночь, дорога стала плотнее. Холмы сменились знакомым чёрным пятном леса. Тёмные стволы деревьев могли бы служить отличным укрытием для беглых монстров и летающих тварей.

Несмотря на то что мы издавали довольно много шума среди ночной тишины, я не чувствовал никакого враждебного присутствия. Я вслушивался в лес и лишь изредка слышал перекликивание птиц.

Температура здесь была ниже, а в воздухе чувствовалась свежесть и запах мокрого дерева. Похоже, что всё было зачищено. Хотя, тут и там шевелились белки и прочие жители леса, но без тварей из Зоны.

Всю ночь мы гнали без продыха — от нашей скорости зависела судьба семьи Ромы. Как скоро солнечники смогут отправить весточку в Северск? Да в любой момент. Полога и маскировки не хватит, если тел хватятся. Да и наш отъезд вполне могут связать с пропавшей группой, было бы желание. А в последнее время в Выкречи хаоситам не было покоя.

Я чувствовал, как магическая энергия лошади завибрировала под седлом. Шкура начала слабо мерцать, практически незаметно в лунном свете.

На второй день мы наткнулись на развалины деревни. Сожжённые дома, разрушенные крыши, следы когтей на стенах и обугленная древесина. Всё это свидетельствовало о том, что здесь кто-то дал монстрам бой. Пытался сдержать забравшихся вглубь человеческой территории тварей. Но не вышло.

Я сбавил темп, чтобы не влететь в обломки.

— Знаешь, — догнал меня Рома, — я здесь был когда-то. Останавливался у приятеля во время одного из заданий.

Разложившихся тел людей или монстров нигде не было. Значит, их либо убрали либо сожрали. Интересно, была ли здесь эвакуация до нашествия… Мы как раз выполняли задание в Сизом Яре — такой же деревеньке, которую вполне могла постигнуть похожая участь.

К концу второго дня дыхание лошадей стало тяжёлым и прерывистым, а сердцебиение участилось. Скорость снизилась. Наши лошади были выносливы, но даже им требовался отдых. Потому мы свернули с тракта и нашли ручей. Спешились. Я опустился на берег и вытянул ноги, тело ныло от непрерывной верховой езды. Рома молча проверял снаряжение.

— Завтра к вечеру доберёмся, — выдохнул он.

Мы сами быстро перекусили, а я угостил лошадей сушёными яблоками. Они неслись сломя голову почти двое суток, заслужили. Заодно расставил в округе метки и несколько магических ловушек — своеобразную систему оповещения, чтобы нас не застали врасплох.

Лишь затем устроился на привал.

— Поспи, у тебя есть пара часов, — сказал я Роме.

— Попробую, — кивнул он и завернулся в спальный мешок.

Долгого отдыха мы себе позволить не могли. Даже несмотря на то, что мы оба успели вымотаться.

Я наложил на нас обоих Восстановление.

— Спасибо, — буркнул Рома.

Я видел над собой темное небо и зависший там белый шар. По соседству лежали, прижавшись друг к другу, лошади и отдыхали. Из леса донёсся треск веток.

Но относительная тишина не продлилась долго. Рома заворочался.

— Слушай, что ж получается — мы теперь преступники, что ли?

— Смотря для кого, — пожал я плечами.

Голова Ромы показалась из спального мешка. Он, несмотря на усталость и очень короткую возможность для отдыха, с плохо скрываемым любопытством взглянул на меня. Я узнал этот его взгляд — сейчас начнётся болтовня.

— Допустим, для солнечников…

— Для солнечников хаос — это не абсолютное зло, — спокойно проговорил я. — Ты же помнишь, что в Выкречи было: пока мы не отсвечивали, нас никто и не трогал. Сильно сомневаюсь, что появление хаоситов заметили лишь спустя месяц.

— Возможно. Но если хаос для них не зло, что ж они нас тогда пинками выгоняют и чуть ли не убить готовы?

Я потянулся, а затем сорвал травинку и зажал её в зубах.

— Уверен, что не хочешь отдохнуть?

— Нет, Макс. Больше всего я хочу не отдохнуть, — выдохнул Рома, вылезая из спального мешка наполовину, — а сесть на лошадь и броситься в Северск к семье. Но сделать этого прямо сейчас не могу, оттого и сон что-то не идёт.

Его чувство было мне понятно. Ну и раз уж он заинтересовался хаосом, солнцем и нашими делами в целом, то почему бы и не рассказать? Момент выдался удачный — вполне возможно, и Рома решит принять хаос. А мне толковые маги нужны.

— Они воспринимают хаос как неподконтрольную опасную силу, которая разрушает порядок, традицию и волю к свету, — начал объяснять я. — С нами борются как с идеей.

— Не могло же так быть всегда, — развёл руками Рома.

Я усмехнулся.

Я-то помнил начало конфликта. Межродовую битву, которая началась с того, что в рамках истории многие могли бы назвать мелочью. Допустимой жертвой. Но не для меня. Не для хаоситов.

— Сейчас уже не важно кто начал, с чего началось. Да и думаю, что точный ответ сможет дать тебе только уцелевший глава Рода хаоситов или архив солнечников.

— Туда меня не пустят, — улыбнулся Рома.

— В этом княжестве — нет. Да и в остальных, подконтрольных солнцу, тоже.

— Я, честно признаться, в богов этих… Солнце там и прочее… Не особо-то и верю, — почесал щёку Рома. — Я знаю, что у них там: небесное тело, мудрость, очищающая воля… Был пару раз на проповедях с…

Рома сплюнул на траву.

— … тёщей. Или они ещё чего не договаривают?

Я усмехнулся ещё раз. Вопрос был замечательный, и, пожалуй, триста лет назад я мог бы дать на него точный ответ. Но за три века могло измениться многое.

— То, что ты затронул, — это часть веры. Великий бог солнца с Даром, милостью и судом. И, как ты понимаешь, хаос в данном контексте как противник клеится слабо.

— Есть такое… — задумчиво протянул Рома.

— А вот с точки зрения философии… Солнце ведь для них ещё и архетип порядка. Истинной жизни, к которой нужно обязательно, поголовно всем-всем-всем стремиться и к которой нельзя прикоснуться буквально.

Рома нахмурился, но молчал.

— Сила, с которой рождается мораль, долг и воля. И вот в этом случае ПОРЯДКУ противостоит что?

— Хаос.

— Верно.

Рома почесал затылок.

— Слушай, ведь вера и философия у них звучат немного по-разному.

— От этого структура и цели никак не страдают. Даже наоборот. Есть свой высший орган, канцелярия, круги, которые занимаются не только лечением и благотворительностью, но в том числе и очернением противников. Как было с нами в Выкречи. Это ведь не лично Рысев по городу ходил да слухи распространял. А уж про Инквизицию и силовую гвардию говорить не стоит.

Рома кивнул и поморщился, явно вспоминая о недавнем бое с Инквизитором. Я уже хотел было закончить этот образовательный момент, но Рома сменил тему.

— Макс, я тут подумал… А ведь у вас ни у кого семей-то и нет. Да и хаоситов-то я других, кроме тебя и отряда, не встречал совсем. Я, конечно, далеко в походы не ходил, но вот сейчас вспомнить пытаюсь… И не могу.

Он был прав. Почти.

— У Серёги с Ирой есть Род.

— Согласен, но кроме них и меня — ни у кого толком нет родных.

Я призадумался. Действительно, моряки с Аскольдом пришли одни. Раз уж они не осели где-то по пути, то значит, точно не обзавелись семьями. Весна жила одна на окраине Топей, а Сольвейг воспитывалась в церкви… Ну а дальше у неё всё было очень сложно. У Игната, насколько я слышал из разговоров, тоже никого не было. Получился, за малым, эдакий отряд одиночек, изгоев и бастардов.

— Может, найдём ещё хаоситов, — проговорил Рома. — Тебя же вон кто-то научил.

— Там, где меня учили, уже никого не найдёшь.

— В таком положении дел в отряде есть и свои плюсы, — расплылся в хитрый ухмылке Рома.

— Какие же?

— Ну как… Ты последнее время редко спишь один. И всем остальным спать не даёшь.

Я на мгновение замолчал. А затем мы оба заливисто рассмеялись.

— Что, — спросил я, протирая глаза, — громко?

— В последний раз особенно.

Ну не Полог же мне было каждый раз ставить. Да и в моменте как-то не до этого.

— Вот на этой ноте, — решил закончить разговор я, — отправляйся-ка ты спать.

— А как же…

— Это приказ.

Рома заёрзал и забрался поглубже в спальный мешок. Я же уставился на ночное небо.

Роме удалось подремать пару часов, прежде чем я толкнул его. Мы быстро собрались и двинулись в путь. После привала мы двигались без остановок до самого рассвета.

Птицы перекликались в листве, заря только просыпалась. В этот день мы частенько встречали людей: в телегах, патрули стражей и наёмников. Ни у кого не возникало особых вопросов к нам, но всё равно чувствовалось напряжение. Лошади неслись по укатанной дороге, а я осматривался вперёд.

Утро сменилось днём, день вечером. Впереди уже скакал Рома — он выбирал дороги и повороты.

— Скоро будем! — прокричал он на ходу.

Перед самым Северском нас чуть не задержал патруль — небольшая группа всадников в доспехах с эмблемой одного из местных родов. Нам пришлось замедлиться, а когда всадник в авангарде поднял руку и вовсе остановиться.

— Назовитесь, — бросил он хриплым командным голосом. — Кто и откуда?

— Ходоки, — спокойно ответил я. — Направляемся в Северск по срочному делу.

Я не соврал — всё так и было. Мы ходоки, и в Северск нам нужно было попасть как можно быстрее. Стражники переглянулись. Мужик в голове группы с седой бородой, воин пятого ранга, ненадолго задумался.

— Не Родовые? — протянул он, прищурившись.

— Куда уж, — добавил я с ноткой дружелюбия в голосе.

— Издалека путь держите?

— Из Выкречи, — улыбнулся я. — Так заметно, что мы не местные?

Бородач кивнул и отъехал в сторону.

— Если решите присоединиться к Роду — заглядывайте к Шатохиным. Они сейчас набирают, им толковые маги пригодятся. В городе аккуратнее — там сейчас неспокойно.

— Добро, — ответил я.

И мы проехали мимо.

— Сильный род эти Шатохины? — спросил я у Ромы, когда мы отдалились от стражей.

— Пойдёт, — махнул рукой. — Наследник правда тот ещё балбес.

Продолжать разговор не стали — вместо этого ускорились. Под копытами коней вновь заскрипела галька тракта, а вскоре показался сам Северск.

Город выглядел как крепость, построенная из леса и камня. Высокие стены, чем-то похожие на выкречьские, были выложены светло-серым камнем. Они блестели на закате и выглядели внушительно. Сам город с первого взгляда выглядел крупнее. За стенами, на склонах холмов тянулись кварталы с железными крышами, башенками и шпилями. Башни дозора поднимались на каждом углу, а над цитаделью развевалось знамя со смешным изображением бурого медведя с саблей под ним. И всё на жёлтом фоне.

Мы стояли на холме, давая лошадям возможность перевести дух перед последним рывком. Я видел освещённые вечерними огнями ворота с постом стражи в светлых доспехах.

— Солнечники, — тихо произнес я.

В башенках и на стенах тоже виднелись дозоры. Отсюда я видел рынок у западных ворот — ряды лавок и деревянных зданий с арками и резными фасадами.

Но главное, что бросилось мне в глаза, находилось за ними — круглая высокая башня церкви Солнца с огненным символом на шпиле.

Я не знал, что точно творилось в городе, но три дня — более чем достаточно для того, чтобы обнаружить пропажу отряда с инквизитором. И пост солнечников на воротах вполне мог быть по наши души.

— Ну что, готов? — спросил я Рому.

— Всегда, — решительно ответил он.

Нам предстояло проникнуть в Северск и вытащить семью Ромы до того, как их найдут солнечники.

Глава 3

— Солнечники… — мрачно сказал Рома, вглядываясь в светящиеся вдали доспехи и знаки.

На главных воротах действительно дежурил небольшой отряд. И я не знал точно, дошли ли до них вести о нашем сражении с Инквизитором. Сам факт того, что кроме обычной стражи на воротах стояли солнечники, был подозрительным.

— Если они нас ищут и поймают у ворот, — произнёс Рома, поворачивая голову ко мне, — то нас уже не будут арестовывать. Убьют. Или, что хуже, заберут живыми.

Я задумался. Гарантий, что нас не искали не было. В лоб идти — не вариант.

— Ром, ты мне говорил, что Северск старый город. Тут должны быть лазейки. Какие у нас варианты?

Рома покачал головой и снова взглянул на стражу на главных воротах, а затем задумался.

Я же смотрел на пыльный тракт перед воротами. Он был далеко не пустым. В город медленно двигалось несколько отдельных повозок. Из ворот выехал отряд наёмников. Они довольно быстро прошли пропускной пункт и двинулись по дороге к холмам. Поток людей, лошадей и телег был не плотный, но относительно стабильный.

Самое главное же — я видел, как в город медленно двигалась группа поставщиков строительных материалов. Их телеги, битком набитые камнем и деревом, ломились от груза и медленно приближались к воротам.

— Есть старая маслобойня у реки, — наконец заговорил Рома. — Её всё время хотели восстановить, но так и не закончили ремонт. Довольно известное место среди контрабандистов и сомнительного люда. Под ней есть скрытый ход, который ведёт под город, в тоннели. Оттуда можно выйти в торговые кварталы.

Я внимательно слушал, но уже видел несколько проблемных моментов в этом плане.

— Поговаривали, что ход обвалился, но я лично не проверял, — предупредил меня Рома. — Можем попытаться пробраться.

Я же всё ещё внимательно смотрел на тракт. Два всадника-наёмника в светло-синих накидках с гербом, недавно обогнавшие караван, переговаривались со стражей у ворот. К моему удивлению, их довольно быстро пропустили — без всяких проволочек и проблем.

— Чьи это будут? — спросил я. — Шатохины?

— Нет, — покачал головой Рома. — Масловы. Большая часть лавок в городе принадлежит им. Если хочешь что-то продать или купить — придётся платить или договариваться. Какой только бизнес в городе не держат. И по боеспособности род не самый последний.

Рома ещё раз взглянул на меня и, похоже, заметил, что я пристально вглядываюсь спины воинов Рода Масловых.

— Не нравится мне что-то твой взгляд, — усмехнулся он.

— Маслобойня — неплохой вариант. Вот только известен он явно не только тебе и всякому криминальному сброду. Там и будут отлавливать всяких неудачников, если ход вообще ещё цел. Вон там, вдалеке, видишь?

Я указал рукой на восточную часть города.

— Здесь, со стороны тракта, ворота целые, стены лишь едва-едва обшарпанные. А вот на востоке я вижу, как идут строительные работы по восстановлению домов и участка стены.

Было подозрительно, что по тракту, по пути сюда, мы встретили лишь несколько сожжённых деревень, а вот у города совсем не было следов набега волны. Значит, Северск смог каким-то образом отстоять город, не подпустив монстров к нему — по крайней мере, с этой стороны.

А вот в восточной части города досталось посильнее. Оттого туда сейчас и ехал один из караванов, гружённых строительными материалами: камнем, деревом, мешками, набитыми разными товарами.

— Рома, как думаешь, на кого мы похожи?

— Э-э-э…

Рома глядел на меня, мою лошадь, затем на свою.

— Зачарованные доспехи, артефакты, уникальное оружие, дорогие лошади… Смекаешь?

— Кажется, да, — прищурил глаза Рома. — Если думаешь пробраться под видом Родовых бойцов, то, может, и получится.

Он почесал щёку, ещё раз придирчиво оглядывая собственное снаряжение.

— Вот только плащ и знаки мы просто так не…

Я использовал Морок. Моё заклинание оборвало его на полуслове, потому как наши плащи начали на глазах менять свой внешний вид, медленно превращаясь из чёрных в светло-синие.

На них расплылся герб, увиденный мной. Но это было не всё. Я поставил несколько Родовых печатей на наше оружие и броню. Я, честно говоря, импровизировал — так как с печатью Масловых знаком не был. Но за своё время я немало повидал родового снаряжения, так что этого будет достаточно.

— Спалят, — поморщился Рома. — Как пить дать спалят.

— Если мы просто пытаемся въехать в город вот так — может, и да, — согласился я. — Но ты взгляни на тракт…

Рома посмотрел и тоже увидел медленно двигающуюся череду телег.

— Это будет наш отвлекающий манёвр.

Времени у нас было в обрез. Если маслобойня не выгорит, второго шанса может и не быть. Более того, как там, в скрытом тоннеле, провести лошадей, могло быть затруднительно. А я предпочитал держать судьбу в собственных руках, а не отдавать её случайностям.

— Хорошо, — уверенно закивал головой Рома. — Сумасшедший план, конечно. Но хорошо.

— Говорить со стражниками придётся тебе, — предупредил его. — Я скрою хаос, но они всё равно почуют его остатки. Полностью убрать не получится.

— Славно. Тогда версию придумаю на ходу.

Я в маскировке не сомневался. Я точно скопировал герб Масловых — серебряное пламя под двумя скрещёнными стрелами. Магия легла ровно. Наши лица поменялись не до неузнаваемости, но достаточно, чтобы никто случайно не заподозрил в нас Максима Клинкова и Рому.

Во-первых, я сделал это для того, чтобы Рому случайно не узнали — тогда вся наша операция пойдёт прахом. Во-вторых, на случай, если передали ментальный образ или ещё что. С солнечниками никогда нельзя было знать наверняка.

Плащи, гербы, ментальный отпечаток, иллюзии… Магия должна справиться. Род Масловых судя по тому, что рассказал Рома, достаточно богатый и влиятельный, чтобы его людей не вязали без крайней нужды.

— Тогда поехали.

Мы тронули коней и медленно, но верно приблизились к хвосту каравана. Он почти доехал до ворот, но спешить нам было нельзя. Я на ходу шепнул заклинание, замаскировав ауру хаоса и сплетя простейшие метки. Несколько магических печатей, что окутали мешки в телегах иллюзорными отблесками, словно в них скрывалось что-то ценное и нестабильное.

Солнечники должны были по наитию почувствовать, что там что-то магическое, а значит, заняты будут этим. Метки быстро спадут и потеряют силу, так что единственным минусом для каравана было то, что их тщательно досмотрят. Но это было не всё.

Нам нужно было договориться о проходе в город до того, как солнечники примутся осматривать караван.

Мы обогнали обоз. Я ловил на себе взгляды охраны каравана, но игнорировал их и смотрел на них и на окружающий мир свысока.

На воротах нас встречали двое. Один был явно воин-солнечник: щит, наручи, открытый шлем, золотое солнце на груди. Звёзд пять, не меньше. А второй — волшебник. Хмурый, с небритым лицом, в робах церкви. Он поднял руку перед собой, останавливая нас.

— Тормози!

Остальные солнечники и стражи стояли у ворот, не приближаясь. Было видно, что мужики подустали за смену и нетерпеливо ожидали смены караула. Судя по времени, она должна была быть у них скоро.

— Вы откуда? — задал маг вопрос, не расшаркиваясь.

— С задания возвращаемся, — произнёс Рома твёрдо. — Проверяли деревню от поворота на Выкречь и дальше на юг.

Солнечник недоверчиво прищурился, и его взгляд скользнул по нашим плащам, гербу, а затем опустился на лошадей.

— И как? — спросил маг. — Выжившие есть?

Рома нахмурился и покачал головой.

— Холмогорка — в пепел. Камня на камне не осталось. Всё выжгло, как будто там демон Армагеддон устроил. В Туманке дома порушены, людей нет. Ну а дальше, в сторону Старовятки и Озёрного — вообще жуть.

Маг немного расслабился, внимательно слушая рассказ Ромы.

— Туда, сам знаешь, эвакуацию не послали. Не с нашей стороны, ни с Выкречи. Гниющие тела до сих пор монстры доедают. Мы вон по дороге назад с волком-одиночкой столкнулись, а потом ещё с ящеропсами.

— Хорошо. Давайте документы.

Рома передал свою и мою карточку. На них тоже висела иллюзия. Возможно, она бы не обманула мага посильнее, но передо мной был Адепт.

Мгновение, и из-за спины волшебника вперёд сделал шаг воин. Заглянул в карточки, а затем посмотрел на Рому.

— Роман Андреевич, к вам вопросов нет. А вот друг ваш пялится так, будто голову мне оторвать собрался.

Я молча смотрел на мага и воина и не дёргался. В таком случае стоило доверять не только напарнику, но и самому себе. Похоже, что часть хаоса всё-таки не осталась незамеченной. Но убрать его полностью я не мог — хаос часть меня.

Рома и бровью не повёл. Лишь сжал губы, посмотрел на меня, потом на воина, снова на меня и снова на воина, словно сомневаясь, стоит ли говорить или нет.

— Мужики… У него в Холмогорке родня была… А эвакуироваться отказались. — Рома полез за пазуху. — Мы сейчас в особняк на доклад, а затем… Тоже со службы вряд ли отпустят. По пути, сами знаете, храмов не было. Может, это… Сможете обряд провести? Ну…

Маг с воином переглянулись.

— Денег не надо, — махнул рукой маг. — Мы же не звери. Всё сделаем. У нас смена через полчаса заканчивается и как раз в храм пойдем.

Воин кивнул и взглянул на меня.

— Соболезную.

— Тут, кстати, — неожиданно добавил маг, потряхивая нашими карточками перед собой: — Ваши буквально полчаса назад приезжали с того же направления…

Хаос! Нехорошо. Мы с Ромой понятия не имели, кто там, куда, как и откуда возвращался. Цепкий попался солнечник. Вроде уже всё — попался на удочку, а нет, всё норовит сорваться.

— Тихон! — раздался возглас. — Здесь груз не совпадающий с реестром! Надо перепроверить!

Я мысленно выдохнул, не меняя каменное выражение лица. Похоже, что караван наконец-то догнал нас и его успели начать досматривать. Тихоном звали мага. Он посмотрел нам за спину.

— Проезжайте, — выдохнул он.

Он вернул карточки Роме.

— Слава солнцу, — ответил Рома.

— Что там у вас опять стряслось⁈

Мы проехали в город. Позади раздавались крики и спор стражи с караваном. Ничего — скоро печати рассеются. Если они не везли никаких запрещённых грузов или контрабанды, то отделаются лишь задержкой.

Самое главное — мы оказались внутри. Но расслабляться было нельзя.

Я не собирался сбрасывать маскировку, даже смотря на то, что был риск того, что где-нибудь нас с Ромой узнают настоящие члены рода Масловых или их дружина. Но светло-голубые плащи позволяли скрываться на виду. Горожане лишь изредка бросали взгляды, стража пропускала нас, а наёмники и ходоки вообще не обращали внимания.

— Северск для меня всегда был особенным, — говорил Рома, оглядываясь по сторонам. — Здесь больше порядка, чем в Выкречи. Но при этом и больше возможностей. Рода постарше, с более длинной историей.

Мы двигались по Ремесленному кварталу, где в основном находились дома рабочих, мастерские и склады. Улочки были довольно широкими, дома были похожи на стены — деревянные с железными крышами, а кое-где полукаменные. Вот только дерево было особенным… Много где я улавливал сигнальные системы и рунические круги.

— Про древность тебе любой Род сказки рассказывать может, — усмехнулся я. — Другое дело, если есть доказательства — летописи, архивы.

— И то верно, — легко согласился Рома. — В этой части города Квашнины держат большую часть мастерских. Они как раз в тесном союзе с Масловыми, так как закупают у них огромную часть сырья, а потом продают назад продукты и товары.

Смотря на то, что на город наступали сумерки, он был неплохо освещён магическими фонарями. Более того, кое-где даже в Ремесленном квартале мелькали заколдованные крыши. Чувствовалось, что в городе действительно больше порядка, и я понимал, почему монстры с трудом пробились лишь к одной части стен.

— Хорошо, что ты выбрал Масловых, — продолжал тарахтеть Рома. — Шатохины — мутные типы. Амбициозные, все пытаются найти лазейки да пронюхать, где выгоднее. Говорят, они маслобойню ту разнесли, а потом сами же под ней проход и прокопали. Ну, к туннелям… Здесь же раньше, ещё во времена моего деда, говорят, укрепления были. Ну а потом всё как-то в город-крепость и преобразовалось.

Я действительно видел, что в сравнении Выкречи и Северска последний побеждает: больше людей, крепче дома. Сам город казался более крупным и развитым.

— Давай-ка свернём направо, вон туда.

Рома повернул коня, скрываясь в переулок. Я уже понимал, почему: тот самый шпиль, возвышающийся над храмом Солнца, медленно, но верно приближался. Поэтому Рома решил свернуть и поехать другим маршрутом.

Хотя даже здесь, на улицах, было много солнечников в золотых накидках и с символами лучей на броне. Они патрулировали, о чём-то общались, шумели и маршировали. Их лица были закрыты капюшонами, шлемами и воротниками.

Мы ехали медленно, как будто были обычными бойцами при роде Масловых. Нашу легенду поддерживали иллюзии.

Даже отсюда из переулков, я видел высокий шпиль храма Солнца — белый, устремлённый в небо, украшенный рунами. Его сияние словно бросало тень на окружающие дома. Захотелось плюнуть на землю, но я сдержался.

Мы выехали на границу торгового квартала и проехали мимо Имперского банка и Кладовочки. У меня было ощущение, что владельцы Кладовочки стратегически располагали её в каждом городе поближе к банку. За Имперским банком я увидел крышу из зачарованного дерева и стекла. Она была словно скроенной из нескольких разных куполов, которые иногда загорались магическим свечением.

— Это алхимическая лаборатория, — проследил за моим взглядом Рома. — Лаврентьевы давненько её спонсируют. Там готовят неплохие зелья, ловушки, да и исследования проводят. У меня жена дочку на обучение отдать туда хочет…

Рома на миг замолчал.

— Не судьба, — вздохнул он.

Мы молча проехали по торговым улочкам, медленно укрываемым полотном ночи, пока наконец не подъехали к дому на старой улочке среди вязов. Каменное основание и каменный первый этаж. Крепкое дерево на втором, с широким крыльцом, высоким порогом и резными ставнями. Железная крыша. Было видно, что Рома о семье заботился.

Перед домом, в тени деревьев, друг за другом бегали пацаны. Один повыше, темноволосый, со слегка вьющимися концами. Было заметно, что он уже начал обгонять брата не только ростом, но и некоторой плечистостью.

Младший был русым, с коротко подстриженными волосами, которые торчали у висков в разные стороны. Слегка курносый и с веснушками на щеках.

Первым Рому заметил старший сын. Он замер, пока брат продолжал донимать его, потом крикнул:

— Ма-а-м! Папка приехал!

Младший тут же обернулся. В этот же момент распахнулась дверь — казалось, что жена Ромы только и ждала этого возгласа. На пороге показалась женщина лет тридцати пяти, высокая, с русой косой и стальными глазами.

— Рома⁈

Женщина тут же бросилась к мужу.

Он спрыгнул с лошади и обнял её.

Из дома за мамой выскочила озорная девчонка с двумя заплетёнными русыми косичками. Её большие глаза были распахнуты, а на щеках играл румянец. Она держала в руках сшитую из разных кусочков ткани куклу. Она тут же бросилась к отцу. Впрочем, все дети облепили его, пытаясь говорить всё сразу.

Я спустился с лошади и привязал своего и Роминого коня к небольшой деревянной ограде, а затем встал чуть в стороне. Пусть иллюзия всё ещё держалась, но я всё-таки снял капюшон.

— Ром, что случилось? Почему ты в плаще Масловых? И что у тебя с лицом?

Русоволосая женщина принялась оттирать его лицо, стараясь справиться с магической маскировкой.

— Позже, Вера. Я всё объясню позже. Сейчас бери детей, собирайся. Срочно. У нас на всё про всё меньше часа.

Дети, казалось, пропустили слова отца мимо ушей. Дочка уже карабкалась по его руке к плечу, а пацаны о чём-то оживлённо спорили.

Ещё мгновение назад сияющее лицо Веры приняло спокойное, холодное выражение. Похоже, что за годы брака с Романом она привыкла к разным странностям судьбы.

— Тимофей, — взъерошила она волосы старшего сына, — бери Алексея и Варю и иди в дом.

— Ну, мам… —

Алексей, младший сын, начал было протестовать, но Тимофей подхватил сестру на руки, а затем выпалил:

— Кто последний — моет посуду!

Оба пацана рванули в дом, не желая проигрывать.

— Я ей всё объясню, — обратился ко мне Рома. — Если хочешь зайти, то…

— Нет, — я покачал головой. — Собирайтесь. Я пригляжу за округой.

Я старался особо не прислушиваться к разговору Ромы и Веры, сконцентрировав своё внимание на окружающих улицах. Просто приглядывался к редким прохожим, обращал особое внимание на движущиеся тени, старался не выпустить ничего из виду. Вдалеке звенели колокола, заглушая уличный шум.

Внутри дома Ромы не было ни криков, ни суеты, ни скандалов. Просто медленно шло время, и казалось, будто ничего не происходит. Однако, вскоре на пороге показался Рома, который нёс два относительно небольших вещевых мешка, в которых, похоже, были собраны все самые важные пожитки семьи.

За ним вышла Вера и дети. По лицам ребятишек было видно, что они не особо понимают, что происходит. Рома положил мешки на землю, собрал их в кучку, наклонился к детям, делая серьёзное лицо.

— Слушайте внимательно. Сейчас у нас с вами начинается игра. Мы с вами — как герои в сказке. Надо ехать быстро, слушаться и не баловаться. Поняли?

— Как в разведке? — спросил Алексей.

— Да, мы с тобой в разведке, понял? Прячемся от шпионов. Главное — молчать, не светиться и слушать командира.

— А командир ты? — спросил Тимофей с лёгкой улыбкой, которая не скрывала тревоги в глазах.

— Нет, командир у нас дядя Максим.

Рома указал на меня пальцем, на что я приветственно кивнул детям.

— А я — помощник. Ты тоже теперь помощник. Справишься?

— Угу, — кивнул Тим, стиснув зубы.

Варя взволнованно смотрела по сторонам, зарываясь в мамин плащ.

Я бы хотел взять повозку или фургон, но это было невозможно. Нас банально догонят. Верхом, с мешками, детьми и женой мы и так будем медленнее, чем обычно. Поэтому взяли только самое необходимое.

— Ну, кто хочет поскакать на боевом коне с дядей Максимом? — спросил Рома, когда мы закончили собираться.

Тимофей первым поднял руку, с интересом рассматривая мой посох. Его примеру последовал и младший брат.

— Залезайте тогда, — улыбнулся им я, — прокачу с ветерком.

Алексей смело подошёл к коню и погладил спадающую вниз серую гриву.

— А как его зовут? — спросил он.

Хаос. Имени коня я не знал. Может, Весна, конечно может как друидка что-нибудь придумать и как-то выяснить имя лошади, но вряд ли.

— Он безымянный, — пожал плечами я. — Хочешь — придумай ему имя пока едем.

— Хочу!

В детских глазах беспокойство сменилось восторгом.

Я подмигнул Тимофею, наблюдавшему за нами, на что он едва заметно кивнул головой.

Полчаса, не больше, понадобилось Вере с Ромой, чтобы собрать детей и взять все свои пожитки. За всё это время Вера не проронила ни одного дурного слова, жалобы или каприза. Молча делала, что было нужно, собиралась и следила за детьми. Для детей всё сейчас казалось игрой, но для неё это было реальностью.

Рома выбрал правильную женщину, и с ней далеко пойдет. Не каждая смогла бы сохранять ледяное спокойствие, пока прежняя жизнь неожиданно рушится.

Для меня это меняло лишь оттенки. Я бы в любом случае обеспечивал безопасность вассала и его семьи любой ценой.

На одной лошади оказался Рома — с женой и дочерью. На другой я — с двумя мальчишками, прижавшимися ко мне так крепко, словно пытались слиться с седлом. Вещевые мешки мы пристроили ко мне.

— Давай попробуем выехать через западные ворота, — предложил Рома. — Там должно быть меньше народу.

Так и сделали.

Мы выехали через западные ворота. Они располагались близко жилым домам, а не складам или лавкам. Так что охраны было меньше.

Иллюзия все ещё держалась. На посту на воротах шла пересменка. Не знаю, были ли здесь солнечники днём и вечером, но сейчас их не было. Только местная стража.

— Вы куда на ночь глядя⁈ — воскликнул крепкий стражник с седыми висками.

— Приказ Рода, — коротко бросил ему Рома.

Ответом нам послужило лишь ворчливое согласие. Стражники явно не захотели разбираться с Родовыми замашками на ночь глядя.

И как только мы отдалились от ворот — мы рванули. Нестись галопом на всей скорости не получалось, даже несмотря на то, что я использовал заклинания, чтобы детям было полегче ехать.

Рома молчал. Его глаза ловили каждый поворот дороги, каждое движение за спиной. Я же следил за обстановкой вокруг и магическим фоном.

Дети спали в седле, так как останавливались мы редко. Дать коням глоток воды, самим размять ноги и снова в путь. Я ставил ложные следы, прятал запахи.

Лес вокруг сменился холмами. Мы миновали развилку, где я поставил заклинание-обманку.

Со второго дня я чётко чувствовал, как хаос медленно холодит кровь. Знать наверняка есть ли погоня я не мог, но инстинктам доверял. Пришлось ехать без остановок, загоняя лошадей.

Дети ужасно устали. Им удавалось лишь изредка перекусить и походить. Но останавливаться было нельзя.

На четвёртые сутки — вымотанные, но целые мы добрались до одного из условленных мест. Но там было пусто. Пришлось сделать небольшой привал и дать детям и лошадям отдохнуть.

Лишь на пятый день бешеной гонки мы добрались к следующему условленному месту.

Ещё на подходе я почувствовал знакомые ауры. У ручья, под одиноким пятачком елей, нас ждал отряд. Они точно могли успеть уехать дальше за это время. Значит, либо Аскольд решил нас подождать, либо случилось что-то непредвиденное.

Глава 4

— Командир!

Естественно, первый голос, который я услышал, принадлежал Аскольду. Он первым вынырнул из небольшого подлеска с сосредоточенным, внимательным выражением лица. За его спиной мерцало заклинание Сокрытие. Это упрощенная версия Полога.

— Иван поставил?

Я кивнул на мерцающее заклинание.

— Да, — ответил Аскольд.

Небольшой закуток, где скрылся наш отряд, был вдалеке от тракта, ближе к ручью. Первым делом Рома с Верой подхватили детей и принялись устраивать их в лагере отдыхать. Ребята совсем устали за время безудержной гонки — даже несмотря на мои заклинания, останавливаться времени не было. Дети даже не особо удивлялись Сокрытию, сигнальным ловушкам или изумрудному мерцанию, бегающему по земле внутри.

Весна кстати тут же принялась помогать Вере укладывать детей. Они как-то удивительно быстро и без особых расшаркиваний сработались, действуя оперативно и умело.

— Долго вас не было, — прокомментировала Аскольд, осматривая наших лошадей.

Рома снял с них мешки и двинулся к семье помогать им устраиваться.

Знакомство с отрядом у детей как такового не было. Они были не в том состоянии — зевали, откровенно клевали носом и лишь изредка бросали взгляды по сторонам.

Варя держала за руку Тимофея, при этом прижимая другой рукой к груди свою куклу. Всё прошло как-то быстро, даже немного неловко — всё же отряд уже привык жить и двигаться как единое целое, и все понимали, почему к нам присоединилось новое звено.

Здесь под сокрытием уже были разбиты лагерные котелки, расставлены ловушки и устроены палатки и спальные места. В общем, всё было подготовлено.

— По дороге пару раз проскакивали патрули солнечников, — произнёс Аскольд. — Вот мы и решили тут затаиться. Так что хорошо, что вы вернулись.

Это точно. А вот патрули солнечников ничего хорошего не обещали. Нам сейчас нужно было быстро смотать удочки и покинуть территорию княжества. И в соседнем тоже не задерживаться.

— Нам бы хорошо сейчас отправиться… — вздохнул Аскольд.

Он явно пришёл к тому же заключению, что и я.

— Позови-ка Глеба, — приказал я. — И пусть захватит с собой карту. Если солнечники уже прознали про нас, то в Чулым они нагрянут в первую очередь. Значит, нужно выбрать другой маршрут.

— Сейчас сделаю, — кивнул Аскольд.

Через некоторое время мы собрались у одного из лагерных костров, раскинули на доске карту. Я слушал возможные варианты от двух проводников.

— Может, в Топки? — спросил Глеб.

Я не чувствовал особой уверенности в его голосе.

— Ага, тебя там и затопят, — хмыкнул Аскольд. — Это же назад возвращаться по тракту, а затем крюк давать. Не через лес же мы пойдём.

— Да-а-а, — протянул Глеб, задумчиво почесав затылок. — Чулым, конечно, идеальный вариант…

— Но опасный, — ответил Аскольд.

— А что у нас вот здесь?

Я ткнул пальцем восточнее Чулыма.

— Где-нибудь в дне-двух пути от нас?

Глеб с Аскольдом призадумались, рассматривая карту.

— Мелкие деревеньки, — покачал головой Глеб. — Рыбацких лодок нам явно не хватит, если не хотим бросить лошадей и телеги. Вроде нигде там толком кораблей не найдёшь.

— Ну, допустим, корабль нам и не нужен, — возразил я.

— Тогда есть одно местечко, — предложил Аскольд. — Колывань. Там частенько останавливаются на ремонт различные суда. Если повезёт, то найдём подходящее.

Я взглянул на Глеба.

— Но можем и не найти, — тут же произнёс он. — Или подходящая посудина будет, но придётся ждать починки.

— Ты откуда про Колывань вызнал? — спросил у Аскольда я.

— Да я тут успел у пары купцов информацию выведать, аккуратненько, пока ждали.

В информации от Аскольда я не сомневался. Вариант с Колыванью мне нравился намного больше Чулыма и остальных. Сам посёлок поменьше и, как я понимал, менее приметный. Если нас там и будут искать, то только если отследят или узнают по пути.

Конечно, небольшой перерыв на сон не играл нам на руку, но здесь был важный момент. Не только семье Глеба, но и всем остальным нужно было хорошо выспаться перед завтрашним днём. Ну а уж про двух загнанных боевых коней я вообще молчу.

— Добро, — кивнул я. — Заглянем в Колывань. Мы от этого ничего не теряем. Судно я поищу вместе с тобой, Аскольд. Ну а в оценке как самого корабля, так и команды буду полагаться на тебя.

— Конечно.

— Тогда всё. Расход. Отдыхайте и готовьтесь.

Утром, свежие и отдохнувшие, мы двинулись вперёд.

Караван шёл бодро и уверенно, ни у кого не возникало проблем в седле или в телегах, все научились чувствовать ритм дороги. Впереди ехал я и Аскольд, чуть позади — повозка с моряками и семьёй Ромы. Рядом с ними ехал Рома и Сольвейг. Ну а замыкали Иван и Серёга с Ирой.

Дорога была относительно безопасной, даже несмотря на то что мы ехали по грунтовке, лишь изредка выходя на тракт. Здесь уже была меньшая опасность монстров. Ведь мы всё дальше удалялись от разлома рядом с Выкречью и тамошнего прорыва, а по пути к Колывани новых не предвиделось.

Иногда нам попадались разбитые дороги, оставшиеся после старых караванов или военных патрулей. Где-то на обочине валялись старые гниющие телеги. Как напоминание о том, что даже без монстров здесь можно было наткнуться на неприятности.

Но с разбойниками наш отряд был более чем в состоянии справиться, а вот попадаться на глаза солнечникам не хотелось. Оттого нам приходилось двигаться ближе к лесу, но не заходить вглубь.

Несколько раз я чувствовал присутствие чужой магии, исходящей оттуда — не враждебной, но осторожной. Возможно, это были какие-то небольшие группы ходоков или дозорные из местных Родов.

Семья Ромы держалась хорошо. Вера переносила тяжесть дороги без единого упрёка, как-то даже обыденно, словно уже привыкла переезжать с места на место и в разных условиях. Я даже призадумался: Роме было лет тридцать пять, не больше, и он уже в ранге Подмастерья.

Почему «уже»? Да потому что он явно не благородных кровей и к Роду не принадлежал, но к таким годам смог добиться немалого успеха в магии. Если выдастся возможность — обязательно спрошу немного о его прошлом.

Через полдня пути Иван с Серёгой сменили Сольвейг. Серёга тут же с улыбкой на лице принялся показывать Тимофею и Лёше фокусы. Старший, конечно, смотрел на всё с подозрением и нахмуренно, а вот младший был в восторге — смеялся и хлопал в ладоши. Ира, ехавшая на лошади рядом с братом, тоже улыбалась. Я даже не ожидал, что у Серёги есть такой талант.

Мы вышли к Колывани за день бодрого пути — это если учитывать, что двинули спозаранку. Колывань встретила нас запахом рыбы, дыма и влажного воздуха. Это был не совсем город, но и не маленькая деревня. Посёлок располагался у широкой излучины, где река огибала плавный изгиб.

Обстановку в Колывани первым делом разведывал Аскольд с Серёгой и Ирой. Они бродили по улочкам, пока мы остановились на достаточном удалении от посёлка. Через некоторое время наша разведгруппа вернулась.

— Ни следа солнечников, — довольно произнёс Аскольд. — И очень много рыбаков. А ещё заприметил на причале пару посудин. Они старые, потрёпанные, но многообещающие.

Это для нас было знаком, что можно входить в посёлок, не сомневаясь.

Лучи заходящего солнца мерцали в тёмной глади воды. Посёлок был небольшим, но живым. Вдоль берега тянулись хибары рыбаков, мостки и домики. Всё это естественным образом перемежалось с кладовыми, небольшими складами и торговыми лавками.

Торговля здесь, надо сказать, шла бойко. Местные деловито сновали между домами, телегами и лодками на берегу. Никаких шпилей, башен или тем более храмов я в Колывани не заметил — это было хорошо.

Местные смотрели на нас с интересом. Отряд из более чем дюжины вооружённых людей — да не просто наёмников, а сильных воинов и магов, ещё и с женщиной и детьми явно был не частым зрелищем. Но вопросов никто особо не задавал.

— Здесь лучше не останавливаться, — спокойно произнёс Аскольд, осматривая потенциальные места для стоянки.

Через некоторое время он повторил:

— Здесь тоже.

— А вот здесь — можно, — наконец произнес он.

Мы остановились недалеко от реки в северной части посёлка, буквально пройдя его насквозь.

— Не устраивайтесь пока на ночлег, — предупредил я своих. — Если получится, то я бы хотел отправиться как можно скорее.

Меня встретили понимающие взгляды и кивки.

— Иван, возьми с собой Серёгу и Иру. Будете ответственными за пополнение припасов. Сходите на рынок и гляньте, что к чему. Докупите всё необходимое.

Несмотря на то что здесь, в Колывани, было спокойно, да и добрались мы без особых проблем, я чувствовал какое-то напряжение, дискомфорт. Это было что-то на уровне инстинктов. Когда хаос так себя вёл, я всегда прислушивался.

— Аскольд, пойдём, — позвал с собой одноглазого.

— Сейчас, командир.

Он огляделся по сторонам и потом заприметил крупную фигуру Прохора. Я был приятно удивлён, что моряк успел оклематься, встать на ноги и быть готовым к бою.

— Прохор, дуй сюда, да поживее!

Втроём мы отправились на поиск подходящего судна. Первым делом мы оказались на рынке. Он гудел. Здесь люди торговались буквально за всё: табак, какие-то травы, безвкусные лепёшки и, конечно же, рыбу. Всё здесь насквозь пропахло рыбой.

Аскольд с Прохором тут же принялись расспрашивать местных. Работали они умело и профессионально, сразу было видно опытных моряков.

— А что, и за пять рублей можно?

— А нет, рыбацкие лодки не подойдут. Куда же мы на ней сплавимся?

Местные с удовольствием делились с Прохором и Аскольдом информацией, не упуская случая поболтать с приезжими.

— Судно проходило? А какое? Ага, понятно. Флаг с солнцем светился… В сторону Чулыма?

В итоге Прохор и Аскольд вместе быстренько прошлись по разным лавкам, пробуя кусочек того, кусочек сего, и расспрашивая о местных, о последних новостях и посудинах.

— Нет, командир, здесь счастья не видать, — покачал головой Аскольд.

— Точно, — поддакнул ему Прохор.

— Когда они сказали, солнечники проплыли? — поинтересовался я.

Аскольд почесал щеку.

— Позавчера. Тут до Чулыма рукой подать, так что надо бы быстрее выдвигаться.

— Тогда давайте на мостки и пристань, — произнёс я.

Мы втроём отправились к пристани и тут же заметили несколько интересных вариантов. Интересных и очень малочисленных.

Переговоры с лодочниками шли тяжело: то у них всё занято, то груз мешает, то людей много.

Нам с самого начала бросилась в глаза крупная посудина с зачарованными парусами. Она выглядела изящно: узкий корпус, поблескивающий в закатном солнце, паруса с символом воздуха. И капитан был рядом — копошился на носу.

Аскольд тут же схватился с ним словесно, обсуждая, сколько узлов такой баркас может развить у побережья, есть ли вообще в округе речные пираты и как изменились местные реки из-за воздействия разломов.

— Нам бы сплавиться сначала по Оби, а потом уж по одной из изменённых рек дальше на запад.

Аскольд наконец после обмена любезностями перешёл к делу.

— Команда у меня сейчас, как видишь, на берегу отдыхает, — ответил капитан. — Но, мы зафрахтованы Родом и по заказу как раз в ту сторону двинемся. А как скоро… Зависит от цены.

Капитан, мужик лет сорока, а попутно волшебник-неофит, указал рукой на берег.

— Так что могу вас взять троих. Смотрю, багажа у вас немного.

— Э, нет… — усмехнулся Аскольд. — Нас поболее будет.

— Насколько поболее?

Аскольд озвучил ему наше количество, и капитан нахмурился и покачал головой:

— Ты, Аскольд, моряк бывалый, и я мог бы попробовать впихнуть всех людей. Но лошадей и телеги мой баркас не повезёт. Даже если волна будет попутной — просто ко дну пойдём из-за перегруза.

Аскольд с Прохором принялись предлагать варианты решения проблемы: какой балласт можно сбросить, где чуть схитрить. Но ни один из трюков моряков не мог подействовать на решение капитана. В итоге здесь мы остались ни с чем.

— Жаль, — покачал головой Аскольд.

Мы успели отойти чуть дальше по пристани.

— Это был реалистичный вариант. Дорогой, но реалистичный. Можно было бы двигаться быстро, скрытно и без всякой лишней магии.

Мы ещё некоторое время побродили по пристани, общаясь с владельцами лодок и посудин. Но ни одна из них не подходила нам по размеру, так ещё и где-то не брали с детьми, где-то с магами.

В итоге, спустя полтора часа поисков, мы сели на ящики здесь, на пристани, и смотрели на то, как в отдалении солнце заходит за горизонт.

— Ждать не вариант, — протянул Аскольд.

— В Чулым ехать тоже, — добавил я.

Я пытался придумать, как бы нам выкрутиться, когда к нам подбежал пацан и протянул писклявым голосом:

— Дядя, дядя, если дашь рубль, скажу, где можно корабль найти.

Я подозрительно прищурился.

— Я врать не буду! Чесслово!

— Ну, хорошо, — согласился я, ставя на мальца магическую метку отслеживания. — Говори.

Я бросил ему мелкую монету, и он заговорил:

— Севернее. Если пройтись по реке, есть старый корабль. Капитан там все деньги пропил и сидит теперь кукует. Вся команда давно разбежалась.

Мы втроём переглянулись. В принципе, даже такой вариант нас устраивал. У меня в отряде было достаточно моряков, чтобы управиться с судном. Насчёт деталей пацан ничего больше про саму посудину не знал. Лишь сказал, что большая.

В итоге мы втроём прошлись севернее по реке, двигаясь в направлении, указанном пацаном.

— Нет там ничего, — через десять минут пути сказал Аскольд. — Какой к чёрту корабль в этой глуши?

Но я уже почувствовал присутствие человека в отдалении, а через некоторое время Аскольд увидел тёмный силуэт на рыхлой земле.

— Какой же это корабль? — воскликнул он, тут же меняя гнев на милость. — Это же настоящая речная барка!

— Да какая! — согласился Прохор.

Мы подошли ближе. Барка была простой, но крепкой. Она чем-то напоминала широкий продолговатый плот или паром. Борта были обшарпаны и исцарапаны снаружи, при этом я чувствовал, что в них есть остаточная магия, зачарование.

— Все поместятся, — протянул Аскольд, запрыгнув на палубу. — Лошади тоже. А вот повозки придётся разобрать.

Я видел, что на берегу недалеко сидел мужик-здоровяк с ёжиком чёрных волос и ожогом на шее. Он поднялся и подошёл к нам ближе. От него пахло перегаром и потом.

— Это не барка, а буксир.

— Ага, — оскалился Аскольд, — а я тогда по Северному морю не на драккаре, а на шлюпке плавал.

Аскольд с капитаном принялись обмениваться колкостями и воспоминаниями.

— Ну так что, — прервал их словесную дуэль я, — на борт возьмёте?

— Ха, — усмехнулся мужик, — хоть сейчас поднимайтесь. Команды всё равно нет.

Я взглянул на Аскольда, а затем на Прохора.

— Так у нас своя.

Капитан призадумался.

— Накопители сдохли, — начал объяснять он. — А эта красавица, как видите, не на парусах летает.

— И чем их подзаряжать?

— Ну… — протянул капитан.

— Говори. Нам край нужно сесть на судно.

— Либо на накопителях маны, которая заряжает магический зарядчик, либо на кровавом кристалле. — Капитан пытался проследить за нашей реакцией по лицам. — Буксир старый, его ещё во время активной охоты на монстров здесь сделали. Вот он от их крови-то и заряжается в крайнем случае.

Я невольно растянулся в улыбке.

— Маг-зарядчик перед тобой. А кристалл кровавый… Будет тебе. Как зовут, капитан?

Мужик протёр глаза, затем часто заморгал, словно не верил своим глазам.

— Где ж вы кристалл кровавый достанете… — пожал плечами мужик. — Но что мне терять? Кровь, кстати, нужна обработанная, а не обычная. В одном таком кристалле столько литров, что закачаешься.

— Капитан, тебя звать как? — повторил я.

— Олег.

— Ну что ж, Олег, если тебе нечего терять, то давай договариваться о цене и маршруте.

Я отправил Аскольда и Прохора за остальными, а сам договорился о деталях. Тяжелее всего пришлось с количеством людей и груза, да ещё с лошадьми. Капитан перестал валять дурака и явно начал трезво оценивать свои шансы добраться по реке к месту назначения в целом и в срок, оттого принялся набивать цену.

— Мы недаром едем, — проговорил я. — Я и накопитель заряжу, и монстров отобьём, если вылезут.

В итоге капитан согласился.

Аскольд с Прохором вернулись быстрее всех остальных. С ними быстрым шагом ступала Ира.

— Вот, держи, — протянула она мне три стрелы с багровым наконечником. — У меня больше не осталось.

— Спасибо, — поблагодарил её я, затем обратился к Олегу: — Вот это подойдёт вместо кристаллов?

Я использовал хаос и отделил наконечники от стрел. Они теперь даже чем-то напоминали кровавые кристаллы. Правда, это было неважно, ведь в них и так была сила Кровавого кварца.

Он в очередной раз за вечер умолк, поглядывая на меня карими глазами исподлобья.

— Не знаю, откуда вы это взяли, но должно. Тащите людей и вещи — готовимся к отплытию.

Пока капитан разбирался с наконечниками из Кровавого кварца, мы грузились. Молча и быстро. Я прислушивался к чувствам и вглядывался в ночную темноту — осторожность никогда не была лишней.

Мы разместили лошадей внутри, разобрали повозки. Люди потихоньку занимали места под навесом. Рома с Серёгой аккуратно несли спящих детей. Сольвейг устроила небольшой заслон из ящиков на палубе для укрытия на случай неожиданности.

Дело оставалось за малым — оттолкнуть барку от берега и поплыть. При условии, что магии наконечников было достаточно…

И именно в этот момент я почувствовал вдалеке знакомое, раздражающее присутствие. Горизонт словно окрасился светом, хотя вокруг должна была наступать ночь.

— Солнечники… — прошептала Ира, покачав головой.

— Поторопи капитана, — скомандовал я, а затем увидел на берегу Глеба. — Глеб, ты чего возишься? Дуй на борт. Живо!

Я чувствовал, как солнечники и их магия приближались, быстро преодолевая дистанцию. Они скакали галопом ровно туда, где находились мы. Я незамедлительно использовал магию и подтолкнул барку так, что та качнулась и съехала в воду. А затем запрыгнул в неё сам.

— Что там? — спокойно поинтересовался я, обращаясь к Аскольду.

— Сейчас, — ответил он.

Время шло, но барка не приходила в движение. В чём-чём, а в накопителях или артефактах, необходимых для движения судов, я не был профессионалом. Поэтому просто смотрел, как к нам медленно приближаются всадники-солнечники, и готовился к бою.

Неожиданно барку тряхнуло. Раздался радостный, азартный рёв моряков — они тут же приступили к исполнению своих обязанностей, засуетившись по палубе. Барка начала разгоняться и удаляться от берега рваными рывками.

Я уже мог различить людей и лошадей — светлые доспехи, светящиеся посохи, ауры, знамёна. За нами гнался отряд тяжёлой конницы из дюжины бойцов и магов.

Барка набрала ход. Мы уже уходили вглубь реки. Она будто сама тянула нас прочь от берега.

Магия, как оказалось, была не только в накопителях, но и на корпусе. По бортам вспыхнули защитные руны, напитывающиеся энергией.

Тем не менее, всадники достигли берега.

Они спешились. Я увидел, как они начали формировать заклинания. И их единственной целью была наша посудина.

Глава 5

— Поднять щиты! — скомандовал я, используя защитное заклинание.

Над нашей баркой тут же вспыхнуло несколько щитов: изумрудный от Весны, тёмный — мой, и воздушный от Ромы и Ивана. На берегу было не меньше десятка фигур в бело-золотых мантиях. Несколько магов подняли руки к небу, и в сумерках вспыхнул узор печати. Это было выверенное рунное заклинание — один из боевых аспектов солнечников. Луч яркого света сорвался с печати и устремился в сторону барки.

Олег, наш капитан, дёрнул штурвал в сторону. Но наша посудина не была достаточно поворотливой, чтобы резко менять курс. Тем не менее, луч заклинания ударил не по нам. Он приземлился в двух десятках метров от борта и с шипением разрезал поверхность воды, подняв столб пара.

— Ещё один! — разгорячённо выкрикнул Игнат.

— Не расслабляться, — приказал я.

Был шанс, что солнечники все-таки применят что-то более дальнобойное, поэтому я повесил защитное заклинание и на само судно.

По палубе пробежала волна маны, и полупрозрачная пелена замерцала, вбирая в себя энергию.

Следом за первым заклинанием прилетело ещё два. Веер мелких солнечных искр ушёл в небо, а Световой залп рассыпался в воздухе. Лишь их отголоски долетели до наших щитов, обдав нас горячим воздухом и качнув барку.

До нас было слишком далеко. Даже усиленные заклинания уже не могли достать нас. Возможно, будь в ударном отряде сам Рысев или кто-то равный ему по силе, он смог бы нанести урон нашему судну. Но его там не было, а у магов-подмастерьев, хоть и имелись дальнобойные заклинания, но не было возможности бить на бесконечную дистанцию.

— Опоздали, — довольно усмехнулся я.

Берег медленно удалялся.

Солнечники всё ещё что-то кричали. Один из них, закованный в сияющие латы, разъярённо махал руками, раздавая приказы и оплеухи подчинённым. Но заклинания уже просто не могли пробить на такой дистанции — магия рассыпалась и гасла, не достигая наших бортов.

— Погоня всё равно будет, — произнёс Аскольд, сжав зубы. — Они вряд ли остановятся.

Я повернулся к капитану:

— Не сбавлять хода. Когда накопители начнут сдавать, я буду их подзаряжать. Так что пройти должны весь маршрут.

— Кхм… Не ожидал, — проговорил капитан, прочистив горло. — Что за вами солнечники гонятся…

— Это станет проблемой? — спокойно спросил я.

Олег оттянул ворот рубахи. Старый зарубцованный шрам шёл от шеи вниз по груди и явно там не останавливался. Он имел магический характер — либо огонь, либо…

— Свет? — догадался я.

— Он самый, — Олег расплылся в довольном оскале. — Из всех судов, что вы могли найти в Колывани и окрестностях, вы выбрали единственно верное.

Я лишь молча пожал плечами — не стоило говорить капитану, что наш выбор был невелик.

— Но доплатить за тряску придётся, — в глазах Олега сверкнули хитрые огоньки.

Сейчас, у штурвала, он не выглядел так же, как на берегу — уставшим от жизни, опохмеляющимся и замотанным мужиком. Нет, здесь, в воде, он был настоящим капитаном.

— Посмотрим, — кивнул я, затем обратился к остальным. — Ну, чего замерли? Располагайтесь, разбирайте вещи и готовьтесь.

На палубе тут же началась суета. Я же махнул рукой, подзывая Аскольда к себе.

— Проследи со своими, чтобы это судно ненароком не пошло ко дну.

— Обижаешь, — улыбнулся Аскольд.

— И немного позже, как все отдохнут, нужно будет выбрать новый маршрут. Знаю, что хотели заглянуть в Нижнеберезовск, но с солнечниками на хвосте не выйдет. Нам сейчас придется избегать крупных центров и городов.

Аскольд кивнул и принялся за работу.

Я же ещё раз взглянул на берег. Силуэты уже скрывались в сумерках, но я чувствовал на себе злобные взгляды. Я знал: эти точно не отстанут. Попытаются отследить, догнать и арестовать или устранить. А значит, нельзя терять времени. У нас не будет ни единой лишней минуты.

Барка, подпитываемая импровизированными кровавыми кристаллами, шла уверенно, рассекая мутную воду реки. Громоздкая и широкая, она двигалась неспешно. Судно иногда встряхивало словно судорогой, но шло оно без остановок. Река привычно уступала ей путь. На борту стоял слабый гул от зачарованных накопителей.

Сама посудина двигалась за счёт артефактного ядра, вмонтированного в заднюю часть. К нему шли соединительные части — своеобразные «жилы». Цепи, которые связывали сам артефакт с накопителями. На самом деле, наиболее близким сравнением могло быть строение тела волшебника: ядро, магические каналы… В нашем судне было что-то схожее.

Потому магические накопители и гудели — я всю ночь наполнял их собственной маной. Вот и сейчас, ближе к утру, я стоял перед рунным кристаллом, заключённым в металлический каркас.

Поверхность была чем-то похожа на керамику, притом потрескавшуюся, только стального цвета. По размеру магический накопитель был с бочку, только намного уже. Это был уже третий, который я наполнял.

Моей задачей было не наполнить их до конца, а просто влить приблизительно равное количество маны, чтобы барка продолжала движение.

— Нравится? — спросил я у Тимофея.

Старший сын Ромы завороженно смотрел на слегка светящийся накопитель, к которому с моих рук медленно перетекала мана.

— Угу, — кивнул головой он.

Он, конечно, пытался подкрасться незаметно, явно выбравшись на палубу без разрешения родителей. Но я его заметил сразу.

Наше судно толком не имело кают — палуба здесь была одна. Барка вообще больше походила на паром, но в центре была надстройка из зачарованного дерева, в которой было несколько комнат.

Олег, тем не менее, гордо называл их «каютами». Там и расположилась Вера с детьми. Все остальные привычно поставили палатки или отдыхали в спальных мешках прямо на палубе.

— А я смогу так же? — глаза Тимофея блестели, словно отражая мерцание моей магии.

— Наполнить накопитель ты можешь уже сейчас. Хочешь попробовать?

— Нет, — покачал он головой. — Я имею в виду… Как вы. Ну… Как вчера.

Я понял, о чём он.

— Знаешь, в чём заключается сила мага?

— В чём? — заинтересованно спросил он.

— В знаниях.

Я увидел, как лицо Тимофея меняется — интерес в глазах пропал, и он нахмурился.

— Не люблю учиться.

— Никто не любит, — подметил я. — Но сначала маг учит то, что до него узнали другие за сотни и тысячи лет. Затем приходит понимание — знаний становится недостаточно. Хочется их применять, изменять, а не просто накапливать. А уже из этого формируются навыки мага.

— Это долго, — немного разочарованно произнёс Тимофей.

Я перестал заливать ману в накопитель.

— Долго. А оттачивать навыки и накапливать опыт ещё дольше, чем ты думаешь. Десятки тысяч часов, тысячи исписанных страниц, сотни опытов, проб и ошибок. Знаешь, для чего?

Тимофей покачал головой, от чего его спутанные волосы упали на лоб.

Я поднял руку вверх. С кончиков пальцев сорвался вихрь моей маны. Он, словно десятки нитей раскинулся в воздухе, а затем сжимался в единое целое, пока не образовал собой шар.

Затем, заклинание приняло форму бутона и из центра раскрылось полдюжины лепестков. Я сжал кулак — вверх взметнулся луч хаоса. Я не дал ему уйти слишком высоко, вместо этого заставил сверкнуть и разлететься в стороны тёмными снежинками, которые, медленно кружась, начали опускаться на палубу.

Я взглянул на Тимофея. Он прыгал по палубе и заворожённо ловил тёмные снежинки ладонями.

Тут же я услышал шорох и сдавленные ругательства. Я обернулся. Аскольд, заспанный, в одних штанах и расстегнутой рубахе, запутываясь в спальном мешке и спотыкаясь, выскочил на нос барки.

— Командир! Тревога! Кто атакует⁈

Я едва сдержал улыбку. Одноглазый сейчас имел совсем не боевой вид, но явно принял моё заклинание за что-то другое спросонья.

— Всё в порядке, — успокаивающе произнёс я.

Аскольд мотнул головой, стараясь прийти в себя. А после зевнул и протёр глаза.

— Дуй-ка к родителям, — сказал я Тимофею.

Он согласно закивал и резво побежал обратно к себе. Правда, я был уверен, что пацану будет не до сна.

— Кхм-кхм… — прочистил горло Аскольд, наконец-то проснувшись.

Ему, как и убежавшему пацанёнку, сейчас тоже станет не до сна.

— Ну, раз уж ты проснулся, — вздохнул я, — то зови капитана. И давай-ка построим новый маршрут.

Мы с Аскольдом разложили карты и книги с заметками прямо на палубе на носу. Через полчаса к нам присоединился капитан, оставив на штурвале Прохора. А ещё через некоторое время подошёл и Глеб, заинтересованный нашим собранием. Любил он везде сунуть нос. Я даже был рад, что он был «намертво» связан со мной ментальной магией.

В итоге, довольно быстро определились с новым маршрутом. Так, что даже Аскольду с Глебом спорить не пришлось.

От Оби образовалось несколько новых каналов из-за влияния Разломов. К тому же, нам можно было двинуться не на северо-запад от Томска, а южнее, да и в целом забирать больше на юг.

Это означало, что Нижнеберезовск больше не входил в наши планы — заходить в большие города для нас сейчас было нельзя что в Кашкаринском, что в Березовском княжествах. И там, и там власть Солнца была довольно крепка, хотя в последнем, конечно, послабее.

В итоге, решили пройти треть пути по реке, ведь в любом случае это было быстрее, чем по суше, и высадиться в Юдинске. Небольшом городке на озере, куда как раз таки впадал один из ответвляющихся изменённых каналов. Точнее, не в самом городке, а рядом с ним. Место для швартовки нам предстояло определить на месте.

— А в этих новых каналах не опасно? Может, там монстры какие в воде водятся? — спросил Глеб, опасливо подглядывая на капитана.

— Нет, разве что рыба бывает с изменениями, — отмахнулся он. — Больше плавников, иногда крупнее или с лишним глазом. В уху такая рыбка идёт отлично. Ну, это в Оби. А Юдинск… Сами понимаете, на границе с Зоной — там уже и разговор другой.

У нас было достаточно провизии, чтобы выдержать путешествие по реке, а барке для движения ничего не требовалось, кроме маны. Поэтому решили не заходить ни в какие более-менее крупные посёлки и по возможности вообще не останавливаться.

Наша основная задача была не в том, чтобы обогнать преследовавших нас солнечников — нас ведь могли просто-напросто ждать в любом населённом пункте. Именно поэтому мы выбрали маршрут в сторону новой Зоны разлома, располагающейся на границе Кашкаринского и Березовского княжества и уходящей на юг.

Не знаю уж, угадает ли кто из церковников такой маршрут, но выбора было немного. В Зоне монстрам будут всё равно кто кого преследует, кто прав или виноват. Они этическими или идеологическими вопросами не задаются. Только охотятся, убивают и жрут.

Выстроив новый маршрут, заодно и определились с оплатой капитану. Он немного поторговался, но всё оказалось в допустимых пределах. Олегу и самому давно было пора менять привычную заводь, чтобы искать новые заказы и контракты на перевозку. А так как команды у него не было и барка простаивала уже несколько месяцев, мы для него оказались своеобразной спасительной тростинкой.

Несмотря на преследование и угрозу, путешествие на барке оказалось довольно мирным. На борту стоял гул, моряки периодически проверяли накопители. Я или другие маги занимались наполнением маны. Плыли без остановок. Все работали слаженно — все знали своё дело, и каждый новый день не сильно отличался от предыдущего.

На палубе стояли ящики, зачарованные контейнеры и были растянуты палатки. Лошадям, привязанным тут и там, конечно, не хватало простора, но с этим ничего нельзя было поделать. Главное, что у них была еда, вода, а в остальном они попросту отдыхали.

Надо сказать, что Тимофей с первой же ночи проявлял интерес как к самой нашей посудине, так и к магии. А вот Варя с Алексеем сначала больше жались к матери, косясь на закопченные трубы, руны и заклинательные приборы. Но к середине второго дня и дальше уже вовсю носились по палубе, восторженно разглядывая окрестности.

И ведь было на что посмотреть. Река шла сквозь леса и холмы, иногда открывая вид на сторожевые башни, избы, мостки и живые или забытые деревни. В таких местах вода частенько становилась гуще и темнее.

— Пап, а это крепость? — спросил Алексей, указывая на поросшие мхом камни.

Они возвышались на берегу, образуя правильную геометрическую фигуру.

— Когда-то да, — ответил Рома. — Сейчас — место для птиц, мха и сырости.

Я всё время в пути был чем-то занят: наполнял накопители, проверял окрестности на предмет опасностей и смотрел, как капитан с моряками управляются с рунами, артефактами и приборами, от которых зависела скорость судна.

Магия барки с третьего дня иногда работала нестабильно. То один из накопителей снижал выход маны, и мне самому приходилось экстренно подзаряжать его, используя собственную ману. То переход с остатков Кровавого кварца на ману заставил один из накопителей вовсе выйти из строя.

Судно замедлилось, но не остановилось, а мне с моряками пришлось под тихую ругань с их стороны чинить накопитель. Тихой она была от того, что дети иногда подбегали и с интересом смотрели за нашими попытками починить накопитель. Тут было не до грубых слов.

Весна с Верой большую часть времени проводили с детьми или готовили. Набор продуктов у них, конечно, был небольшой, но получалось довольно вкусно. Сольвейг часто вызывалась в караул — она сидела на борту и болтала босыми ногами над тёмной гладью воды.

Серёга с Ирой с интересом расспрашивали Олега о Кашкаринском княжестве, а он был и не против. Рассказывал истории и травил байки. Иногда к нему присоединялся Аскольд, и вместе они походили на двух давних приятелей, опытных морских волков, даже несмотря на то что познакомились совсем недавно.

Починенный мной накопитель не остался без внимания от Олега, поэтому одним утром он достал откуда-то удочки и рыболовные снасти, и отряд принялся ловить рыбу в реке. Это, наверное, был один из самых тихих дней. Я даже решил помочь им и применил на барку заклинание, чтобы она не гудела так громко и не распугивала всю живность в реке.

— Эх, жаль, сетей нет, — вздохнул Аскольд, распутывая леску.

— Я всё-таки не рыбак, — пожал плечами Олег. — А удочки мне так, в удовольствие. Особенно когда заказов нет или застрянешь где.

Взрослые и дети стояли на борту и закидывали удочки в тёмную воду. Варя смеялась каждый раз, когда у кого-то дёргался поплавок. Тимофей с Алексеем спорили, у кого улов больше. Рома приглядывал за ними, пока у Веры появилось несколько спокойных часов.

Я в ловле рыбы не участвовал. Вся эта расслабленность и покой были обманчивыми. Я это хорошо знал, но при этом не собирался мешать остальным получать удовольствие. Я видел улыбки на лицах отряда, слышал смех. Пусть наслаждаются редким спокойным моментом.

Ко мне на нос барки в какой-то момент подошла Весна, и мы вдвоём молча смотрели вперёд — на солнце где-то на горизонте и серые низкие облака.

— Клюёт! — радостно выпалил Глеб, хватаясь за удочку.

— Не спеши!

К нему тут же подскочил Аскольд и принялся помогать. Насколько я помнил, у Глеба за сегодня не было никакого улова.

— Тяни аккуратнее! — прикрикнул Аскольд, внимательно вглядываясь в гладь воды.

Весна вскочила к борту и с интересом смотрела за тем, получится ли вытащить чего у Глеба. Да что там — к нему с присоединилась чуть ли не половина отряда. Даже я повернулся и из интереса смотрел, как Глеб напрягся до красноты и вцепился обеими руками в удочку. Удилище выгнулось дугой, леска дрожала как струна, но Глеб справлялся. Из воды показалась крупная рыбина с бронзовой чешуёй.

— Златопу-у-уз, — уважительно протянул Олег. — Крупный, зараза!

Рыба билась и выворачивалась, но Глеб тянул, стиснув зубы и уперев ноги в край палубы.

— Давай, давай! — поддерживал его Аскольд.

И вот с плеском крючок вытянул рыбу на борт. Она забилась, расплёскивая воду, но её уже прижимал к борту Иван.

— Поймал!

Глеб подпрыгнул на месте, довольный своим уловом, но в следующий же миг испуганно вскрикнул:

— Твою ж мать!

У рыбы, которую он поймал, был третий глаз и несколько лишних плавников.

— Что за монстр⁈

— Говорил же тебе… — напомнил ему Олег, хитро усмехнувшись. — Никаких здесь монстров не водится. А три рыбьих глаза — только лучше. Вкуснее будет.

В итоге, вечером все вместе ели уху. Бульон был ярко-золотого цвета, наваристый и вкусный. А рыба разваренной и нежной. И никакие лишние глаза или плавники не повлияли на вкус.

На шестой день к барке причалила небольшая торговая лодка. Пара купцов, мужики лет сорока, предложили обменять некоторые трофеи, которые мы взяли из Выкречи с собой. Они предлагали копчёное мясо, сушёные ягоды, банки с солеными грибами и прочий провиант.

Несмотря на то, что у нас был свежий улов рыбы, я понимал: если не будем заходить в города и деревни, то лишними запасы не будут.

Аскольд принялся торговаться, притом довольно интересным образом. Он с Серёгой разыграл настоящую сценку, где сам выступал злодеем, который то и дело сбивал цены до абсурдных, а Серёга как благородный дворянин старался, наоборот, привести соратника в чувства. Они своим небольшим спектаклем сбили цены вдвое, и торговцы уже, похоже, пожалели о том, что вообще связались с нами.

В следующие несколько дней река расширилась, а течение стало более вялым. На берегах виднелись густые заросли, в которых порой начали мелькать силуэты зверей. Барка замедлилась. Олег пояснил, что здесь мана становилась нестабильна, и накопители могли перегреться.

Вокруг в основном были холмы и редкие деревья. Мы прошли через несколько таких зон, и с каждым днём обстановка становилась всё напряжённее.

Одним утром наткнулись на обломки судна в воде. Над обломками кружились крупные чайки. В другой день я почувствовал неслабую ауру на берегу.

Барка неспешно шла по воде, оставляя за кормой рябь. Вокруг в основном были холмы и редкие деревья.

Чем ближе мы приближались к Юдинску, тем напряжённее становился сам воздух.

Нам стали встречаться лодки и небольшие суда с наёмниками и ходоками. Я с определённого момента использовал Морок, чтобы скрыть лишнее от чужих глаз.

Барка причалила. Мы немного не успели провести на судне двух недель. Остановились в затоне, где течения практически не было. Здесь, на отшибе Юдинска, вода была мутнее, с желтоватыми пятнами и плавающими остатками водорослей.

Я выбрал это место не случайно. Затон был малозаметен с основных маршрутов, скрыт камышами и береговыми уступами.

Разгрузка началась на рассвете, и заняты были все. Кто-то слаженно спускал зачарованные контейнеры, мешки и ящики, кто-то собирал телеги, кто-то выводил и успокаивал лошадей.

Они были чуткими к смене среды, потому нервно били копытами и фыркали, но Весна использовала природную магию и успокоила их.

Отряд действовал быстро и слаженно. Никто не хотел задерживаться у реки надолго.

— Время пролетело незаметно, — хмыкнул Олег.

Я чувствовал в его голосе незаметную до того сентиментальную нотку.

Он сидел на борту и смотрел в сторону Юдинска, хотя городка отсюда и не было видно.

— Да, пожалуй, — легко согласился я.

Я подошёл к нему и протянул свёрток. В нём были не только деньги, но и небольшой бонус от меня — несколько реагентов и зелий, созданных мной из добытого в Зоне ещё в Выкречи.

Олег удивлённо приподнял брови, но принял оплату. И, самое главное, промолчал. Явно знал цену благодарности и понимал, что наш путь только начинался. Я был уверен, что капитан не выдаст место нашего прибытия солнечникам, даже если те предложат тройную плату.

Когда всё было разгружено, собрано, выведено и распаковано, барка медленно отчалила. Мы стояли на влажной траве на берегу, а посудина, на которой мы провели больше десяти дней, медленно исчезла в утреннем тумане.

Было даже непривычно стоять здесь, на сырой земле, после продолжительного сплава на судне. Но расшаркиваться было некогда. Мы прошли треть пути по реке, немного быстрее, чем планировали. Ну а теперь нам предстояло самое сложное — не просто не быть замеченными солнечниками, но и войти в Зону и добраться до Южноуральского княжества.

— Ну что, бойцы, — довольно усмехнулся я, — поздравляю. Скоро вступим в родные земли Зоны.

Первым делом я обеспечил безопасность семьи Ромы. Они всё-таки не воины — за них мы отвечали головой.

На самом деле, во время сплава по реке я уже успел обсудить с Ромой этот момент — быстро, несколькими словами. Он лучше меня понимал, что я как командир нёс на себе ответственность. Более того, если бы он мне не доверял, то отказался бы ещё в Северске.

Я сделал из одной из телег, накрытых тентом, настоящую движимую крепость — повесил несколько защитных заклинаний, барьеров, Пелену и Морок. Более того, в их телегу были впряжены лошади, на которых тоже были защитные заклинания.

Перед выходом у нас был небольшой общий сбор.

— На этот раз мы идём в Зону не сражаться, — я спокойно начал инструктировать своих. — И не за добычей. Задача проследовать по маршруту до конечной точки самым скорым путём. Разобьёмся вот как… На ударную группу, которую поведу я — мы будем расчищать маршрут. А караван будет под прикрытием оставшихся — конвоя.

Я увидел согласные кивки. Это был простой, но эффективный план, который позволял избежать части угроз в Зоне для каравана. Но это не означало, что не могло быть каких-то неожиданностей.

Притом моей задачей было не только сохранить жизни семьи Ромы, но и сберечь лошадей, артефакты и груз.

— Будем двигаться быстро, насколько возможно, — продолжил говорить я. — И пусть мы не ищем в Зоне бессмысленных боёв, но и избегать угроз не станем. В будущем сопровождение, защита конвоя и многое остальное станет неотъемлемой частью вашей боевой жизни. Будь вы исполнителями или командирами. Но вы это и так знаете.

Я взглянул на свой отряд — на спокойные и собранные лица.

— Если есть что добавить или возразить — слушаю.

Над затоном повисла тишина.

Я видел, как Серёга с Ирой уверенно переглядываются, Аскольд хищно улыбается, Рома крепко сжимает посох.

Не только они, но и все остальные были готовы к тому, что нам предстояло — переход в Зоне среди монстров, хищных растений и ловушек. И всё это в княжестве с влиянием солнечников.

— Отлично, — спокойно сказал я. — Тогда по коням.

Глава 6

Вход в Зону получился каким-то обыденным, даже несмотря на то что мы впервые двигались караваном, а не отрядом. Обязанности были распределены: моей задачей было расчищать путь для повозок.

Моё восприятие пришлось кстати, так как в первый же день мы попали в зону тумана. Он стелился над землёй, как будто природа вокруг противилась нашему путешествию. Вязкая, плотная пелена, пропитанная магией, заполняла всё вокруг. Она висела в ветвях, облегала корни и плыла над землёй.

Приходилось напряжённо вслушиваться и всматриваться в окружающие холмы и редкие деревья. Несколько раз я чувствовал на дистанции несколько аур. Это скорее всего были группы ходоков, но мы не сближались. Туман позволял спокойно двигаться дальше без всяких остановок и проволочек. В Зоне никогда не знаешь, на кого натолкнёшься, а нам сталкиваться с неизвестными отрядами сейчас было противопоказано.

И так шли довольно медленно. Земля под ногами хлюпала, иногда вибрировала или дрожала, не давая лошадям толком разогнаться. Но был в этом и плюс — за пару дней удалось спокойно и выверено отработать взаимодействие между ударной группой и защитниками каравана.

Со мной в авангарде были Аскольд, Сольвейг, Серёга и несколько моряков, включая Прохора. Рома с Иваном, Весной, Ирой и остальной частью отряда охраняли повозки и самое сердце каравана — семью Ромы.

Колёса скрипели, лошади фыркали. Я чувствовал в животных уловимое напряжение — так на них действовал окружающий нас туман.

— Угроза справа! — выкрикнул я.

Я успел почувствовать приближение монстров немного заранее. Проклятый туман всё-таки скрывал их сущность, потому их появление удалось заметить в последний момент.

Из тумана выскользнули длинные, вытянутые тела со светящимся рыжим мехом, раздвоенными хвостами, неестественно широкими челюстями и клыками длиннее, чем у волков. Лисы. Они двигались быстро и бесшумно, как будто сами были частью тумана.

— Весна, купол! — скомандовал я, усиливая голос маной.

Я тут же почувствовал, как за спиной в воздух взметнулась мана. Раздался лёгкий звон, и изумрудный купол сомкнулся над повозками, прикрывая семью Ромы и остальных. Раздался низкий, клокочущий звук, чем-то похожий на глухой смех, и в купол ударилась ментальная волна. Поверхность загорелась изумрудным, но выстояла.

— Осторожно, это ментаты!

Я связал несколько Клинков хаоса и выпустил друг за другом четыре полупрозрачных лезвия. Они сорвались с посоха и закружились в воздухе, вибрируя от напряжения.

Первый вонзился в грудь ближайшей твари — она завязала, затрепетала. Второй клинок просто разрубил её на две части. Ещё два отправились в вожака, но он прикрылся серым мерцающим барьером. Я тут же почувствовал, как кто-то попытался залезть мне в мозг холодным, вязким прикосновением.

Лисы кружили вокруг, скрываясь в тумане и выпадая из него. Я поднял посох вверх, и с него сорвалась Волна хаоса. Она ударила резко, одномоментно, но это не было атакующее заклинание. Земля задрожала, а туман, столкнувшись с хаосом, отступил.

Стая из двух дюжин лис во главе с более крупным вожаком, с чёрной шерстью и раздвоенными лапами, оказалась как на ладони. Им больше не могла помочь маскировка.

Тут же вчпыхнули заклинания — воздух и хаос, клинки и копья. Рыжие тела разлетались, плоть рвалась, а конечности оставались лежать на земле. Стрела с зачарованным наконечником пригвоздила одну из лис к корню дерева. Но она продолжала дёргаться, пока в неё не прилетел сияющий гарпун.

Монстры с небольшой задержкой поняли, что их больше ничего не скрывало, и потому рванули в атаку. Тройка тварей метнулась к правому флангу, пытаясь прорваться к каравану, но на их пути оказалось вязкое заклинание замедления. Воздух на их пути загустел, замедлив их.

Я бросил в них Цепь хаоса — звенья из моей маны ударили по площади, вырывая куски земли и сжигая тварей.

Сольвейг с Аскольдом спешились и орудовали мечами, не давая лисам пробраться за спину. У Сольвейг вспыхнули крылья, и на вожака опустился ураган из светящихся перьев.

Лисы били ментальной магией, но вокруг моих бойцов уже сиял Дар хаоса — они задвигались быстрее, атаки стали сильнее и точнее. Лисы стали получать усиленные случайной стихией удары. Их плоть где-то выжигалась огнём, где-то леденела, а где-то растворялась кислотой. Туман, некогда заполнявший пространство вокруг нас, сменился хаотическим мерцанием аур.

Лисы гибли одна за другой от клинков и заклинаний, но продолжали сражаться и жутко смеяться. Вожак, видя, что стая обречена, развернулся и прыгнул в туман. Он не успел совсем чуть-чуть. Я выпустил Кулак хаоса, и он прилетел вожаку прямо в хребтину. Раздвоенный хвост дёрнулся, и даже с моей позиции я услышал хруст ломаемых костей и жалобный визг. Несколько лис, увидев положение вожака, попытались скрыться, но их остановили мечи и заклинания моих людей.

Воздух вокруг успокоился, а на мозг перестало давить ментальное воздействие. Я его почти не почувствовал, да и магам было попроще, а вот бойцам третьего-четвёртого ранга было чуть потяжелее. Я видел, как по их лицам градом катился пот, и слышал их тяжёлое дыхание. Глаза у них были распахнуты, словно они увидели что-то жуткое. Но это было нормально, пройдёт со временем.

Я подошёл к Аскольду, который с интересом рассматривал одну из павших тварей.

— Ну и ублюдки, — усмехнулся он, вытирая лезвие меча о шкуру лисы.

— Даже от уродцев может быть польза, — ответил я. — Поставь-ка вокруг своих в дозор. Из тех, кто в порядке. А мы с тобой займёмся тушами.

Я взял из одной из повозок свой набор инструментов для разделки, а также захватил ещё один для Аскольда. Да, у него был попроще, чем подаренный мне, но на тварей второго-третьего уровня хватит. В итоге мы оба немедленно принялись разделывать лис.

Вышло меньше, чем я рассчитывал, потому что шкуры зверей были повреждены от заклинаний и клинков, но кое-какие трофеи добыть удалось. Куски светящегося меха, когти, лапы, фрагменты костей, исчерченных рунными узорами — всё это можно было продать или сделать основой для зачарования.

— Макс, посмотри, — подозвал меня к себе Аскольд.

Он держал в руках пульсирующий тусклым светом кристалл — небольшой, с орех размером.

— Ментальный камень, — сказал я. — Низкого ранга и мутноватый, но для оберегов подойдёт.

На разделку лис ушло где-то полчаса.

— Пошли, нужно двигаться, — бросил я, оглядываясь на караван. — Пока на запах свежей крови ещё монстров не набежало.

К ночи мы успели выйти из тумана и остановиться на ночлег в небольшой низине, окружённой редкими деревьями и холмами. Короткий привал был нужен не только людям, попавшим под ментальное воздействие, но и лошадям. Они весь остаток дня были сами не свои: дёргались, фыркали, били копытами.

Низина быстро превратилась в оживлённое место стоянки. Вокруг были выставлены дозоры, вспыхнуло несколько костров, запахло готовящейся едой. А дети с интересом слушали рассказы Ромы о прошедшем бое — в формате сказки, конечно.

Ночь прошла относительно спокойно.

А проснулся я не от шума, а наоборот — от тишины. Даже в глубине Зоны она не казалась естественной. Тишина не человеческая, а природная. Не было ни треска, ни шороха, ни стрекота насекомых, которые обычно живут где-то среди мутировавших кустарников. Только два заметных гула. Один от маны, пульсирующей под землёй, а второй от редких хлопков крыльев в небе.

Один из костров уже угас, но тепло всё ещё чувствовалось. Вокруг лагеря был раскинут купол, который по очереди поддерживали маги. Судя по тому, что он сейчас был воздушный, где-то в дозоре вокруг лагеря находился либо Рома, либо Иван.

В середине лагеря на корточках сидел Аскольд. Он жевал сухарь и щурился, всматриваясь в горизонт.

— Не нравится мне эта тишина, — проговорил он, отхлёбывая воду из фляги.

— Было что интересное ночью? — спросил я.

— Нет, без гостей. Хотя пару раз что-то подходило к периметру, но, похоже, испугалось барьеров.

Я кивнул и достал из лежащего рядом с Аскольдом мешка несколько сухарей, вгрызаясь в жёсткий, сухой хлеб. Пока мы завтракали, потихоньку начали подниматься остальные.

Из одной из палаток выскользнула Сольвейг, потягиваясь, как кошка на солнце. Рубаха сползла с одного плеча, обнажив светлую кожу.

Она нагнулась к кадке с водой, и рубаха натянулась, подчёркивая стройные бёдра. Она зачерпнула воду ладонями и принялась умываться. Струйки побежали по рукам и шее вниз. Сольвиг фыркнула — на её коже стали заметны мурашки.

— Холодно? — спросил я.

Сольвейг лишь выпрямилась, тряхнула головой, отчего влажные золотистые волосы рассыпались по плечам, и нырнула обратно в палатку.

Я поймал на себе хитрый взгляд прищуренных глаз Аскольда. Его губы растянулись в ухмылке.

— Сегодня двигаем без остановок, — сказал я. — Нужно выбираться из этих холмов и в целом двигаться подальше от Юдинска.

— Как скажешь, командир.

Аскольд потёр ладони, смахивая крошки сухарей на землю.

— Полчаса на сборы? — ехидно спросил он, пряча ухмылку ладонью. — Или побольше?

— Договоришься и каждый раз будешь в утреннем карауле, — ответил я беззлобно.

— Всё-всё, — примирительно поднял ладони перед собой Аскольд, — Молчу.

Собрались мы довольно быстро, и дальше действительно двигались практически без остановок. Частично оттого, что столкновение с ментальными тварями ничего доброго не предвещало, а частично из-за возможного хвоста. Нам нужно было поскорее удалиться вглубь Зоны, чем мы и занялись.

Следующую неделю пути сохранялась гнетущая тишина. Я постоянно отслеживал наше окружение. Несколько раз мы сталкивались со стаями птиц — не хищных, фазанов и куропаток, но поохотиться желания не возникало. Несколько раз я засекал присутствие монстров на периферии, но мы благополучно миновали их.

Усталость была заметна, даже несмотря на постоянно обновляемое мной заклинание Восстановления.

На восьмой день мы вышли к разорённому лагерю. Уже издали было видно — здесь кто-то пытался закрепиться, но неудачно. Обугленные колья, обвалившиеся вязанки брёвен, следы кострища. На поляне были заметны пятна крови, повсюду были разбросаны сломанные артефакты и рваные палатки.

— Рома, проследи, чтоб твои из фургона не высовывались, — приказал я.

Рома кивнул:

— Понимаю.

Он знал, что ждало нас на побоище. Тела ходоков.

Один лежал прямо под деревом — мёртвый, с мячом в руке и искажённым в ужасе лицом. Второй застрял в камышах. От третьего осталась лишь половина тела, нижняя часть отсутствовала. Остальные были разбросаны по округе. Они бились до последнего, но шансов не было.

Я медленно проскакал по лагерю, затем спешился у одного из тел и аккуратно перевернул его. На нём сохранился обугленный кусок брони — металл был разъеден, а ткань превратилась в липкую массу. Я видел кости, и даже они местами покрылись серо-зелёным налётом.

— Это уже не ментальная атака, — протянул я, не поднимая взгляда. — Яд, причём необычный. Слишком уж мощная эрозия.

— Может, Змей? — предположила Сольвейг.

— Нет, — покачал головой я. — Больше похоже на кислотную магию.

К нам приблизилась Весна и склонилась над трупом с другой стороны. Её лицо было бесстрастным, но пальцы крепко сжаты.

— Они пытались поставить защиту. Я заметила магический круг, — проговорила она. — Но его прорвало, как будто изнутри.

К нам подскочил Аскольд. Он держал в руках рюкзак, оплавившийся кислотой, но содержимое было всё ещё внутри.

— Ходоки, — проговорил он. — И по снаряжению — не новички.

Я выпрямился.

— Нужно уходить. Отметь на карте это место.

Мне было некогда подробно исследовать это место, чтобы определить, что или кто напал на погибших ходоков.

— Если их убили не люди, то возможно неподалёку чьё-то логово или охотничья тропа.

Мы вскочили на лошадей и двинулись дальше — очередное напоминание, что в Зоне никогда нельзя расслабляться.

Местность вокруг медленно менялась. Холмы стали более пологими, трава — гуще. Влажные низины болот остались позади. Там, где ещё недавно лежали обмякшие корни, а в воздухе витал сырой гнилостный запах, теперь был пыльный ветер и сухая трава.

Земля вокруг становилась каменистой. Колёсные борозды исчезали, а следы всё чаще терялись в плотном ковре ковылей и полыни. Сосны и ели растворились без следа — остались лишь редкие кустарники, чахлые и низкорослые.

Я ехал впереди рядом с Аскольдом. Мы оба молчали — слишком уж явно было ощущение перемены. Вокруг почти не было мест, где можно было укрыться. Казалось бы, здесь и сейчас должен стоять шорох стеблей, шелест ветра, свист грызунов…

— Это не ментальная магия… — пробормотал я.

Непрекращающееся воздействие было не из-за местности. Ведь она поменялась, а тишина не ушла. Для Зоны это было неестественно, хоть тут и всякое могло произойти.

Оставался единственный вариант — воздействовали прямо на нас. Это значило лишь одно: кто-то отслеживал наши перемещения с помощью мощного поискового заклинания.

— Нужно ускориться! — коротко скомандовал я.

— Нужно — значит, сделаем, — тут же уловил перемену во мне Аскольд.

Мы быстро двигались по высокой траве — не галопом, но рысью. Несмотря на это, на следующий день я почувствовал свет на самой границе восприятия. И не простой, а магический. Едва уловимые отблески не оставляли ни единого сомнения — за нами гнались.

— Солнечники, — спокойно проинформировал я своих. — Идут по нашему следу.

Серёга пришпорил коня и приблизился.

— Дадим бой? — коротко спросил он.

— Нет, — покачал головой я. — Не здесь. Сколько нам осталось до Южноуральского княжества?

— Глеб! — позвал соратника Аскольд.

Глеб высунулся из телеги:

— А⁈

— Сколько до Южноуральска?

Глеб покопался в карманах, достал небольшую записную книжку и заглянул внутрь. Облизал палец, поднял в воздух, взглянул на солнце, прищурившись, и уверенно кивнул:

— Хрен его знает. Надо карту смотреть.

— Вот ведь говнюк, — процедил сквозь зубы Аскольд и замедлился, поравнявшись с телегой.

Через пять минут он вернулся ко мне:

— До Орска ещё далеко, а вот в Южноуральское княжество въедем дня через два-три. Мы сильно выиграли в скорости, сплавившись по реке и срезав через Зону без остановок.

— Добро, — кивнул я. — Если и биться с солнечниками, то точно не в Березовске.

Так началась наша гонка на время. Я не собирался избегать боя там, где он был необходим, но первостепенной задачей было покинуть территорию, покровительствующую солнечникам.

Наш караван нёсся вперёд по высокой траве под палящим солнцем. С неба на нас несколько раз падали хищные птицы, но были сбиты магическими атаками и стрелами Иры.

Из травы прыгали ящеры и грызуны, окутанные гниющими миазмами — их тела остались одиноко лежать в траве.

С каждым днём и с каждым часом погоня была ближе. Тишины больше не было — звуки появились, но я чувствовал слабое давление, будто чья-то воля постоянно разрезала пространство между нами.

Я чувствовал пульсацию маны, которая неровно шевелилась позади. К ночи я уже мог разобрать гул копыт и звон оружия, пусть и далёкий.

А на следующий день, позади, на горизонте показались сияющие фигуры, галопом скачущие за нами — в доспехах и робах, с посохами и копьями. Больше двух десятков вооружённых всадников гнались по нашему следу.

Даже отсюда я чувствовал их силу: воины пяти-шести звёзд, несколько Подмастерьев и Мастер. Это была ориентировочная оценка, на ходу. Столкнуться с таким отрядом в чистом поле мы могли. А вот защитить семью Ромы при этом вряд ли. Солнечники разбираться не станут.

На территории Зоны было невозможно точно сказать, пересекли ли мы границу Южноуральского княжества или нет. Где оно здесь начиналось, а где заканчивалось, не могла сказать точно даже карта — ведь местность постоянно менялась.

Мы мчались вперёд по примерным ориентирам под свист ветра и жар палящего солнца. Солнечники наступали на пятки, практически дышали в спину. Караван гнал изо всех сил. Я ехал на самом острие, отслеживая возможные опасности.

И не зря. В один миг я почувствовал перед нами всполохи чужеродной магии.

Полог, скрывающий чужое присутствие. Он был чуть в стороне от нашего пути, но я мог точно определить, что под ним скрывался крупный отряд.

— Внимание, угроза на три часа! — прогремел мой голос.

Ошибиться было невозможно — нас уже ждали.

Глава 7

— Здесь Морок! — выпалил я, указывая перед собой.

От Полога расходилась пелена, скрывающая не только тех, кто находился внутри, но и охватывающий местность вокруг. Мы на всех парах неслись в зону, наполненную волшебством.

Это явно была не просто изменённая местность в Зоне разлома, а именно колдовство. Притом от сильного волшебника — ранга Мастера, на пике. Но останавливаться было уже нельзя — лошади неслись галопом, а позади нас нагоняли солнечники. Я не только чувствовал их, но и уже вовсю слышал стук копыт и приглушённые вскрики и приказы.

— Догоняют! — выкрикнул Аскольд.

Его лицо было напряжено и сосредоточено.

Я чувствовал, что даже мой зачарованный конь гнал из последних сил. Сердце животного бешено колотилось, а от шерсти валил едва заметный сизый пар. Останавливаться было нельзя.

Поэтому караван со всего маха заскочил под Полог.

Воздух впереди задрожал, заискрился. Я словно проткнул тонкую магическую плёнку и влетел внутрь со всего хода. Мир вокруг изменился мгновенно.

Трава под ногами стала гуще, воздух не был сухим, как снаружи, а наоборот, дул лёгкий бриз, словно тоже вызванный магией.

Я повесил на себя Доспех хаоса и Укрепление тела. Я был готов броситься в бой на острие отряда. Вот только перед нами были вовсе не солнечники.

Перед нами был большой конный отряд с незнакомыми стягами. Их герб — древо с переплетающимися корнями. Тёмные цвета как доспехов, так и одежды, и даже оружия и лошадей сразу же бросались в глаза и говорили об одном: это точно не солнечники.

Притом отряд был большим — человек тридцать, не меньше. В шлемах с плоскими ободьями и украшенными рунами, в кольчугах и ламеллярных доспехах, укреплённых зачарованной сталью. Все как один — в плащах и накидках из плотной ткани. Притом на доспехах и щитах чем-то похожим на мел был нарисован герб рода — дуб с переплетёнными корнями.

Одного взгляда хватило, чтобы понять: среди этих людей не меньше трёх–четырёх Мастеров, притом далеко не самых слабых. Судя по тому Пологу и маскировке, которые они раскинули в округе. А уж сильных воинов в авангарде отряда и подавно было достаточно. Столкнуться с такой силой в лоб для нас сейчас было просто невозможно, тем более на их территории.

Агрессии, даже несмотря на то, что мы бесцеремонно влетели в их заклинание, со стороны воинов не было — лишь хмурые и настороженные взгляды. Я махнул рукой, давая команду сбавить темп, и мы перешли на рысь, а затем и вовсе замедлились.

— Кто таков? — пророкотал подавшийся вперёд высокий воин.

Его лицо под шлемом было испещрено шрамами, а серые глаза холодно смотрели на наш отряд.

На некоторых лошадях из-за незнакомого отряда висели тела волков, псов и монстров поменьше. Доспехи были в пыли и крови — было видно, что они пришли в Зону поохотиться.

Я остановил коня, оставив между нами шагов пятнадцать.

— Ходоки, — ответил я коротко. — Идём к Южноуральскому княжеству.

Ответ повис в потяжелевшем воздухе. Я махнул рукой своим, чтобы караван отошёл чуть дальше и не попал под удар солнечников, если они влетят под Полог нашим следам.

Боец молча смотрел на это из-под шлема.

Я оценивающе пробежался по рядам воинов напротив. Явно Родовой ударный отряд. Только чей непонятно.

Ауры бойцов передо мной говорили о том, что звёзд там было немеренно.

Если нам сейчас придётся сражаться, то окажемся между молотом и наковальней.

— Что ж, — произнёс боец в шрамах, — вы уже больше дня находитесь на нашей территории…

Он хотел продолжить, но сзади раздался хлопок, и под купол, лихо с раскрасневшимися лицами и оружием наголо, влетели солнечники.

Эти дуралеи что-то кричали и пришпоривали коней. На лицах улыбки, а в глазах азарт, который при виде родового отряда, как рукой, сняло. Запал превратился в озадаченность. Солнечники рывком остановили коней, увидев стоящую перед ними стену из родовых бойцов.

Надо сказать, что всё их внимание тут же переключилось с нас на солнечников. Если на нас смотрели с подозрением и недоверием, то на них — и вовсе со слабо скрываемой неприязнью. Глава отряда, боец в шрамах, заиграл желваками и сплюнул на землю.

Он молча махнул рукой вперёд, и его конница приблизилась к ворвавшимся под купол солнечникам.

Вперёд от солнечников выехало трое всадников, во главе с белобрысым командиром в сияющих латах. Именно его я видел в отдалении, когда мы начали сплавляться по реке. Кажется, он запускал в нас одно из заклинаний, но так и не попал.

— Эти люди преступники! Хватайте их! — нагло выкрикнул он.

Родовые воины потянулись к оружию, маги начали потихоньку приводить ману в действие, явно готовясь к столкновению.

— Ты кто такой будешь? — спокойно произнёс их командир.

Обстановка медленно накалялась. С одной стороны — разгорячённые от погони солнечники, с другой — вышедший на охоту в Зону родовой отряд. Если сравнивать по силе, то родовой отряд на голову впереди: их было на полтора десятка больше, да и качество воинов было выше.

— А кто спрашивает? — дерзко выпалил белобрысый.

К моему удивлению, родовой командир был довольно терпелив. Он лишь цокнул языком и разочарованно покачал головой.

— Ты что, стягов не видишь? — спросил он, кивая на знамёна.

— Так может, вы не Велигорские, а самозванцы, раз с преступниками якшаетесь?

Белобрысый запоздало узнал стяг и искал достойную причину, чтобы не потерять лицо. Вот только у меня было предположение, что если он продолжит разговаривать с Велигорскими вот так, то потеряет лицо в прямом смысле слова, а не в переносном.

— Ну, допустим, — усмехнулся бородач.

И просто снял шлем.

Оказалось, что на голове у воина было не меньше шрамов, чем на лице. Только сейчас я понял, насколько серьёзными они были. Белые зарубцеванные раны у уха и на челюсти — словно кто-то пытался отгрызть ему пол лица. Как вообще выжил?

За ухом кривые следы от когтей. На лбу несколько свежих полосок и всякая мелочь, едва скрываемая короткими чёрными волосами.

Все его шрамы были похожи на оставленные волками или собаками: когти, укусы, царапины.

— Волкодав… — послышались негромкие шёпотки со стороны солнечников.

Белобрысый главарь, кажется, тоже узнал это прозвище, потому что даже из-под шлема было заметно, как он побледнел. Глаза тут же забегали из стороны в сторону, цепляясь за других членов отряда Волкодава. И с каждым взглядом, с каждой увиденной деталью главарь солнечников становился всё бледнее.

— Смотрю, некоторые из вас меня узнали, — ухмыльнулся Волкодав. — Для остальных: я — Ярополк из Велигорских, и вы у нас дома.

Он замолчал, лишь спокойно смотрел прямо в глаза белобрысому солнечнику.

Солнечник явно переосмыслил ситуацию и скомандовал своим:

— Отбой!

Затем он спрятал клинок в ножны.

— Это беглецы, — кивнул он на нас. — Не просто нарушители веры, а хуже. Хаоситы.

Белобрысый пытался правильно подобрать слова, но Ярополк прервал его:

— И что?

— Выдай их нам, — поморщился белобрысый. — Они целый отряд ни за что ни про что положили. Закон в нашем княжестве нарушили и должны нести ответственность.

Ярополк, услышав о том, что мы уничтожили отряд солнечников, бросил на меня короткий взгляд. Я лишь слегка пожал плечами и кивнул. Было и было, а раз уж две силы не в ладах, то можно и использовать момент.

— Здесь, в Южноуральском княжестве, действует один закон, — холодно произнёс Ярополк. — Закон предков. Если кто-то заявляет, что отряд ходоков, вступивший на нашу землю, нарушил что-то в другой вотчине, то мы обязательно сделаем запрос и выясним, так это было или нет. И со всем обязательно разберёмся. Сами.

— Церковь щедро вознаградит за содействие в поимке беглых преступников!

Белобрысый попытался хоть как-то выкрутиться, но козырей у него не было.

Ярополк нахмурился, словно осмысливая услышанное, затем рассмеялся. Его смех был похож на раскаты грома. Бойцы и маги за его спиной не выдержали и тоже заулыбались.

Правда, он быстро отсмеялся и посерьёзнел.

— С Урала выдачи нет.

Солнечники бросали гневные взгляды. Белобрысый расстроенно покачал головой, но никто не собирался вступать в бой с отрядом Ярополка на их территории. Это было глупо даже для фанатиков.

— Я подам жалобу в Центральный храм, — вздохнул белобрысый. — Верховные жрецы это так не оставят.

— Подавай, — безразлично произнёс Ярополк. — Только отсюда до вашего солнца не достучаться.

Он обернулся к своим и сделал короткий жест рукой.

— Поэтому выделю вам сопровождение обратно до вашей территории, чтоб связываться со жрецами удобнее было и дурь всякая по пути в голову не лезла.

Из рядов Велигорских отделилась половина — крепкие бойцы и высокоранговые маги. Даже половины вполне хватило бы для того, чтобы справиться с солнечниками.

Солнечники, скрипя зубами и бросая грозные взгляды на нас и на Велигорских, развернули коней и с явной неохотой рысью двинули обратно в туман Полога. За ними последовало сопровождение.

Угроза солнечников для нас на время устранилась, но это не значило, что ситуация была решена.

Ярополк посмотрел на меня. Я спокойно выдержал его взгляд.

— Теперь ваша очередь, — холодно произнёс он. — То, что вы враги солнцу, я уже понял. Расскажите-ка подробнее, почему.

Сталкиваться лбами с Велигорскими у меня смысла не было, а вот обзавестись кое-какими связями по прибытии в княжество — возможность редкая. Да и опаска с недоверием на лицах родовой стражи поубавилась.

Но ещё до того, как я начал говорить, я почувствовал небольшое, мягкое касание моего разума. Словно ловкие пальцы пытались залезть мне в голову под магическую защиту. Не в воспоминания или мысли, а скорее в эмоции. Очень поверхностно.

Я проследил за ниточками, которые тянулись ко мне. В рядах Велигорских был высокий, худощавый маг в тёмно-серых робах, с тёмными длинными волосами и чёрными глазами — странное сочетание.

Он, пожалуй, был один из самых сильных магов в их отряде. Я заметил, как его брови чуть приподнялись от удивления. Явно от того, что я смог отследить его. Было бы чему удивляться: если часто взаимодействуешь с ментальной магией, ты начинаешь её чувствовать подсознательно. Многие не могут с ней справиться оттого, что нет опыта. Но у меня его в прошлой жизни было навалом, а в этой и вовсе успел этот опыт вспомнить в битве с сиринами.

— Как я уже сказал, мы — отряд ходоков. В последние пару месяцев располагались и работали в Выкречи, на самом рубеже той зоны разлома, — начал говорить я.

Я не забывал, что лишних деталей упоминать не нужно. От меня здесь не требовалось изливать душу или давать всю подноготную — простой рассказ по фактам, как всё было.

— С солнечниками пересеклись во время осады Выкречи. Волна была большая не только у нас, но и в соседних городах по всей границе Зоны. Тогда они впервые обратили внимание на наш отряд, и хаос им ой как не понравился.

Ярополк впервые прервал меня:

— Хаос ты один используешь?

— Не только я, но и мои бойцы, — легко ответил я. — Оттого этим церковникам и не нравимся. Мы для них как кость в горле. История противостояния хаоситов и солнечников давнишняя, и в определённых кругах известная.

Ярополк едва заметно кивнул головой, подтверждая мои слова.

— Вот после битвы, когда мы с опасностью из Зоны разобрались, и начались к нам претензии и вопросы. А мы небольшую крепостцу по уровню то уже переросли, потому решили двинуться на запад. По пути столкнулись с отрядом с Инквизитором… Ну и, как солнечники сказали, прихлопнули их.

Я заметил в глазах Ярополка едва заметный блеск при упоминании побеждённого Инквизитора. Он повернулся к черноволосому магу, на что тот едва заметно кивнул.

— Достаточно, — проговорил Ярополк. — Людей на алтари не таскаешь, хаосит?

— Нет, — покачал головой я.

— Хорошо.

И тут мне в голову пришла отличная идея: а почему бы не использовать этот вопрос как шанс лучше обжиться в этом княжество? Судя по упоминанию предков, Ярополк и население здесь в вере с солнечниками не сходилось.

Да и заодно немного осветить вопрос с химерами. Я — хаосит, а не чернокнижник или кровавый маг. Пусть Кречетов и ответил за содеянное жизнью, но Астахов вполне мог сохранить свою позицию, да и Рысев явно никуда не денется.

— Но знаю, кто таскает, — проговорил я.

Ярополк нахмурился.

— В Выкречи случилась недобрая история. Комендант местный людей похищал — для защиты города. Притом вместе с главой одного из местных родов. И все этот факт практически не скрывали. И всё под покровительством солнечников.

Я почувствовал, как ментальная магия сжалась на мне чуть сильнее, но проигнорировал её. Давить на меня слишком сильно не пытались, а подтверждение слов с помощью мага-менталиста — это самое надёжное средство. И самое быстрое.

— Весь этот церковный и управленческий подряд использовал магию для того, чтобы этими монстрами забить брешь в обороне. Откуда она образовалась в крепости на рубеже Зоны — вопрос другой, но не менее интересный. И там и там без церковников явно не обошлось.

Ярополк внимательно меня слушал, не перебивая. Когда я закончил говорить, он немного помолчал, раздумывая о чём-то.

— Информация и вправду ценная, — многозначительно произнёс он. — И даже выходит, что свидетели у преступления есть…

Я молча кивнул.

— И свидетели получается будут готовы клятву перед предками дать, что так оно и было?

— Да, — коротко ответил я.

Я понимал, что для Велигорских моё слово и магическая клятва могли стать достаточным основанием не только для расследования, но и получения немалой выгоды из всего дела. Я же лично тоже получу свою выгоду.

Я в этом деле никаких моральных или прочих обязательств по отношению к солнечникам и прочим власть имущим ублюдкам, что думают, что им всё дозволено, не испытывал. Из княжества солнечники гнали нас до самого Южноуральска.

Если бы не сплав по реке, который выиграл нам кучу времени, то неизвестно, где бы они нас нагнали. А уж про отряд во главе с инквизитором я вовсе молчу — останься мы в Выкречи, неизвестно, в каких застенках бы очутились.

— Хорошо, — вновь повторил Ярополк, а затем спросил. — Как звать?

— Максим Клинков.

— Буду честен с тобой, Максим, раз уж ты честен со мной. Мы заметили твой отряд где-то день назад. Есть у нас свои методы, да и разве ж на своей земле чужаков не заметишь? Пусть то теперь и Зона.

Ярополк усмехнулся каким-то своим воспоминаниям.

— Если бы за вами гнался кто угодно, кроме солнечников, то мы вас даже в Купол не пустили, не то что лясы точить. Без обид.

— Да ладно, — махнул я рукой. — Какие тут обиды?

Я и так понимал, что лучшего времени для появления в Южноуральске для нас выбрать было нельзя. Череда решений и использованных шансов, вырванных с боем у судьбы, позволила нам достигнуть своей цели.

— Но эти уродцы очень много себе позволяют в последнее время. Слишком много. Враг моего врага, как известно…

Ярополк ещё раз оглянулся на черноволосого мага, затем спросил:

— Вы путь куда держите?

— В Орск хотели, — ответил я не раздумывая.

— Поближе к Зоне, значит, — многозначительно протянул Ярополк. — Что ж, крепость неплохая, но от вашей Выкречи отличается едва ли. Кто у вас там в телеге?

Я не был удивлён. Похоже, что ментальный маг успел просканировать моих бойцов да и вообще окрестности.

— Семья моего бойца, — качнул я головой в сторону Ромы.

— Тогда предлагаю следующее, — спокойно произнёс Ярополк. — Орск — это замечательно, но вы с виду отряд наёмников крепкий, потому можете прижиться и в городе покрупнее. А мы как раз возвращаемся из вылазки обратно, в Чернореченск. Да, до Зоны оттуда дальше, зато сам город крупный. Заказов будет море, да и мы вас туда сопроводим.

Я взглянул на Аскольда — он неопределенно качнул головой.

— Ну, раз уж вы и вправду своим отрядом справились с Инквизитором, то и результаты нашего рейда вам, возможно, подкинут работёнки, — Ярополк хищно усмехнулся.

Значит, они выбирались в Зону на разведку и что-то нашли.

Не скажу, что ожидал сразу столкнуться с одним из сильных местных Родов и уж тем более получить возможность подзаработать и успешно устроиться в новом городе. Но предложение Ярополка звучало заманчиво.

— Черноречье, значит… — задумчиво протянул я.

Я взглянул на свой отряд.

Загнанные лошади, уставшие бойцы. Долгий переход, а потом марш-бросок по Зоне явно успел утомить как людей, так и лошадей. А уж про семью Ромы, путешествующую в повозке больше месяца, и говорить не стоило. Предложение Ярополка было заманчивым. Даже если в итоге нам не удастся получить заказ, можно узнать побольше информации о княжестве из первых уст.

— По рукам, — согласился я.

Я пожал руку Ярополка и заметил, что его и мой отряд приободрились, услышав мой ответ. Наш караван влился в ряды Велигорских и легко двинулся вперёд привычным построением. Только теперь всадников стало в два раза больше.

Мы вышли из-под Полога и направились прочь из Зоны.

Выйти за её пределы у нас получилось меньше чем за сутки. Настоящие дороги Южноуральского княжества встретили нас пылью, крапивой и редкими васильками на обочине. Тракт вёл нас через холмы, поросшие сухой травой, и пересохшие ручьи.

Через некоторое время нам начали встречаться маленькие, полусонные деревушки с деревянными избами и пасущимся тут и там скотом.

Шли довольно быстро, почти не останавливаясь. День сменялся вечером, степной ветер уносил прочь любые остатки изменённой маны из Зоны.

Всё время все в основном молчали. Я лишь изредка обменивался фразами с Аскольдом и Глебом по поводу маршрута, Володиными по их впечатлениям, и несколько раз проверял, как переживает поездку Вера с детьми.

Тимофей и Лёша, к моему удивлению, оба были в полном восторге. Пацаны с интересом смотрели как на окружающую нас природу, так и на зачарованные доспехи, оружие и артефакты бойцов Велигорских.

Особенно часто они бросали взгляд именно на артефакты. У Велигорских они были интересными. Например, черноволосый ментат носил на шее, поверх робы, осколок янтарного цвета, вплавленный в металлическую окантовку.

— Ермак, почему ты выбрал боевой отряд? — спросил я его. — Всё-таки ментальных магов Рода разбирают как горячие пирожки. И обычно в бой не отправляют.

— Всё просто, — пожал плечами Ермак. — Я хочу стать Ведуном. Могу, конечно, зарабатывать неплохие деньги в Доме найма или Имперском банке, но для меня это не главное. А сидеть в четырёх стенах и проводить ритуалы просто-напросто скучно.

— А кто такие Ведуны? — спросил из телеги немного осмелевший Тимофей.

Ермак повернулся к нему.

— Ведуны — это такие хранители, которые очень близки к духам предков. Они проводят обряды, таинства и праздники, в трудные времена дают защиту роду. А ещё они единственные могут очищать тех, кто оступился с Пути Предков. И самое главное — они слышат голоса предков во снах и видениях.

— У вас из-за этого такие чёрные глаза? — без раздумий выпалил Тимофей.

Вера тут же схватила его за ухо.

— Простите!

— Ничего, — отмахнулся Ермак. — Любопытство для мага — необходимая черта.

Он прочистил горло и продолжил, заговорив таинственным, нагоняющим мрачности тоном:

— Когда я был совсем юным, лет на пять старше тебя, я должен был выполнить обет для посвящения в зрелость. И вот однажды чёрной-чёрной ночью, в чёрной-чёрной избе, когда на небе светила чёрная-чёрная луна, в меня вселился дух предков и…

Ермак сделал короткую паузу, а затем резко поднял руки в воздух и воскликнул:

— Бу!

Все трое детей, с интересом слушавшие захватывающую историю, тут же испуганно дёрнулись и спрятались обратно в телегу. Ермак же тихонько рассмеялся.

— Нечестно! — возразил Тимофей.

Варя же прижалась к маме.

— Всё, хватит вопросов, — отрезала Вера, погладив Варю по голове.

В каждой сказке есть доля правды. Вот и янтарь на груди Ермака, когда он рассказывал о своём обете, на один короткий миг мигнул чёрным. Едва заметно.

Через некоторое время мы выехали к череде курганов. Они были не прямо на тракте, а чуть вдалеке. Возвышались небольшими каменистыми холмами, укрытыми редкой степной травой. У одного из них, окружённого кольцом из камней с рунами, стояло полдюжины людей: простая одежда, строгие лица и тяжёлые взгляды.

Они не обратили внимания на наш караван, словно мир вокруг для них перестал существовать. У основания кургана лежало полдесятка слабо связанных между собой предметов: деревянный меч, бочонок, несколько книг, бурая шкура поверженного монстра. Наверху кургана горел небольшой огонь, от которого в стороны расходился густой белый дым, покрывающий траву словно туман.

Мы проехали мимо молча. Казалось, что даже лошади старались не фыркать и не шуметь.

— Прощаются, — коротко объяснил нам Ермак. — Кто-то ушёл к предкам.

Расспрашивать его подробнее я пока не стал, лишь делал себе мысленные пометки об обрядах и в целом о вере в Южноуральске.

А потом на тракте стало оживлённее, и немая сцена осталась лишь фрагментом в памяти. Нам начали попадаться торговцы, боевые отряды, ходоки, наёмники и просто путешественники.

И днём, когда дорога поднялась на очередной холм, я увидел вдалеке город, раскинувшийся на обоих берегах реки, которая отсюда даже днём отчего-то казалась чёрной.

Глава 8

Здесь, в непосредственной близости от Чернореченска, тракт был широким, наезженным, с глубокими колеями от бесчисленных телег. Пыль стояла столбом — столько ездило честного люда.

Перед нами с холма спускался купеческий обоз с тюками и бочками, охраняемый наёмниками в кольчугах. Ярополк словно специально остановил нас на этом холме, чтобы показать город на горизонте.

— Красота… — вздохнула Весна, сидящая в телеге рядом.

Вот только голос у нее был немного грустным.

— Скучаешь по дому? — спросил я.

— Немножко.

Ведьма улыбнулась одними уголками губ. Для меня Выкречь не была домом, скорее одной остановкой на пути. А вот у Весны там был и дом, и защита, и родной край.

— Ничего, — подбодрил её я. — И Чернореченск обживём. В Выкречи тоже почти с нуля начинали. А здесь…

Я бросил ещё один взгляд на раскинувшийся передо мной город,

— Здесь можно и о новом ранге задуматься, и о Роде.

Весна подозрительно прищурилась, вонзив в меня пронзительный взгляд изумрудных глаз, но ничего не сказала.

Мимо пронёсся быстрый конь с наездником с гербовыми нашивками. На нашивке было изображено пламя.

— О, гонец пожаловал, — усмехнулся один из воинов Велигорских.

— Вовремя, — поддакнул Ермак.

Похоже, что в Чернореченске активность никогда не заканчивалась. Я надеялся, что с нашим появлением её станет только больше.

— Ну, посмотрели — можно и ехать, — проговорил молчаливый Ярополк.

Мы двинулись по тракту дальше. Прямо здесь, вблизи города, у дороги часто встречались постоялые дворы и трактиры, в которых, судя по лошадям и шуму изнутри, свободных мест было немного. Тут явно было дешевле, чем внутри города, но останавливаться за стенами Чернореченска я не планировал.

— Чернореченск — это не просто город, — Ермак, кажется, вдохновился духом родных краёв и вновь заговорил, едва заприметив меня. — Это настоящее сердце края.

— Скажешь тоже, — буркнул маг постарше, с сединой в волосах и бороде. — А как же столица?

— Ну, после столицы, — легко согласился Ермак. — У нас тут всё крутится. Кузни звенят, артефакторы творят чудеса, караваны идут через нас во все стороны. И Зона недалеко — тоже заработок, а угрозы меньше. Не приграничный же Орск.

— Ты не обращай внимания, — усмехнулся седой волшебник. — Я-то сам из Оренбурга, а Ермак наш местный.

Я решил уточнить интересующий меня вопрос:

— И что, во всём Южноуральске Путь Предков чтят?

— Ну а как же? — пожал плечами волшебник. — И большинство Родов по Пути Предков идут, и князь наш…

— Но ты не подумай, — тут же вмешался Ермак, — у нас в Южноуральске никакого культа, как у солнечников. Верь во что хочешь, главное дело своё знай да другим свою веру не навязывай. Свобода у нас тут, на Урале.

Слова были громкими, но я отчего-то подозревал, что солнечники с ними не просто так столкнулись. Если найдётся кто-то ещё, кто решит всунуть свой нос на Урал, то их отсюда быстренько проводят.

Но если позиция о том, что кто княжеству пользу приносит — тому и рады, действительно распространена, то места лучше Чернореченска найти было сложно.

Но об этом мне ещё предстояло разузнать в самом городе.

Пока мы говорили, перед нами уже выросли стены — высокие и крепкие, из серого камня. Частые башни сверкали в полуденном солнце. Было видно, что это ещё не столичная твердыня, но уже крепкий кулак, сжатый вокруг торгового города.

Но ещё до стен мы незаметно въехали в предместья Чернореченска. Трактиры и постоялые дома сменились рядами деревянных и каменных домов под крепкими железными крышами. Из труб мастерских ровными столбами стелился дым. Это означало, что работы у местных мастеровых было достаточно. Тут и там вокруг были добротные деревянные заборы, а кое-где у мастерских побогаче даже каменные ограды.

Мы скакали по посыпанной гравием дороге. Вокруг стало шумно из-за криков торговцев и рабочего гула. Тут и там кипела работа: были развешаны ткани, выставлены в ряд горшки, звенели молоты в крепких срубах с навесами. Торговали хлебом, мёдом, солониной. Грузчики разгружали и загружали телеги.

— Громко тут, — подметил Аскольд.

— Ещё бы, — усмехнулся Ермак. — В Рабочей слободе всегда так. Это ты ещё здесь вечером не был, когда начинаются песни и пляски.

— Надо будет исправить, — улыбнулся Аскольд.

Мы подъехали к стенам и воротам, и у меня уже было ощущение, что Чернореченску скоро нужно будет расширяться, чтобы включить в себя Рабочую слободу. Впрочем, местным родам было виднее.

Стены города, к слову, были зачарованы, притом сложной вязью рун и заклинаний, переплетающихся в единую цепь. Было видно, что поработал очень крепкий Архимаг.

Ворота были распахнуты настежь. Над ними красовались знамёна местных Родов: молот и наковальня, древесная ветвь с листьями, дуб со сплетёнными корнями и ещё множество Родовых символов.

У ворот была настоящая очередь — да не одна, а две. Писцы записывали имена, сверялись со списками и что-то монотонно спрашивали. Волшебники обшаривали телеги, проверя содержимое. Стражники, наглухо закованные в броню, стояли на дежурстве каменными изваяниями.

Ярополк даже не остановился, а просто повёл караван вперёд между двумя очередями. Раздалось несколько недовольных возгласов, которые быстро замолкли, как только люди взглянули на знамёна прибывшего отряда и на скачущего впереди Ярополка.

— Свои! — крикнул он, приблизившись к стражникам.

Они тут же выпрямились. К Ярополку подскочил один из стражей. Коренастый, крепкий мужичок с медвежьей мордой и нашейной родовой нашивкой с молотом и наковальней.

— Ну что, Волкодав, смотрю с добычей вернулся?

— И с добычей, и с гостями.

Стражник взглянул на нас, словно до этого он нас и не замечал. Быстро мазнул взглядом, остановившись на наших трофейных конях, и вновь обратился к Ярополку:

— Тогда не буду задерживать.

И он не соврал — нас пропустили быстро, без каких-то дотошных проверок и расспросов. Вообще вопросы достались только моему отряду. Ну а когда я показал карточку ходака, и стражник в неё заглянул, он тут же расслабился.

В итоге в город нас пропустили без проволочек.

Оказавшись внутри, мы распрощались с Ярополком и его отрядом.

— Держи.

Он протянул мне металлическую плашку.

— Как с постоялым двором определитесь — загляни в Дом Найма и передай мне сообщение. Долго не тяни, возможно, работа появится совсем скоро.

— Добро, — кивнул я и забрал у него плашку с родовым гербом.

Ермак помахал детям рукой на прощание. Тимофей хмуро махнул рукой, явно всё ещё дуясь за небольшую шалость, а Лёша показал ему язык.

На этом и разошлись. Я с отрядом двинулся дальше по широкой улице, вымощенной булыжником. Здесь, за воротами, тоже было оживлённо: разгружались телеги с железом, тканями и зерном, сновали туда-сюда люди.

А по сторонам стояли двухэтажные дома, где на нижних этажах частенько располагались какие-то лавки, небольшие мастерские. Над дверьми висели деревянные вывески.

— Бойко тут, — второй раз за день бросил Аскольд, озираясь по сторонам.

— Пожалуй, — кивнул я. — Уж точно живее, чем в Выкречи.

Мы двинулись дальше по торгово-ремесленному кварталу, который логично продолжал собой слободу. Люди толпились, торговались и спорили. Были тут купцы в расшитых кафтанах, наёмники в потёртых доспехах, ходоки и всякий честной люд.

Пахло по-разному: где-то горячим хлебом и пекарней, где-то дымом или пряностями. Но везде по большому счёту сильнее пахло речной водой.

Река визуально разделяла город надвое. Мы ехали по восточной стороне. По воде тут и там плавали небольшие баржи и плоскодонки.

— Макс, подожди-ка, — неожиданно сказал Серёга.

Он слез с лошади, затем спустился по ступенькам к мосткам и зачерпнул ладонью воды.

Вернулся он довольный и улыбающийся.

— Представляешь? Чистая!

— Её, скорее всего, магией очищает, — сказал я. — А чёрной она кажется либо когда солнце падает определённым образом, либо из-за камней на дне. А может, и от того, и от другого.

Мы забрались дальше в город. Проходя караваном по улицам города, пару раз приходилось останавливаться: один раз из-за того, что дети, весело играя, перебегали дорогу, а второй чтобы пропустить родовых воинов.

Я заметил, что у многих местных на шеях были амулеты и камни на цепочке с рунами.

Мостки и плоскодонки на реке медленно, но верно сменялись пристанями, а суда становились больше.

Нам пришлось довольно долго бродить по городу в поисках постоялого двора. Таверны и гостиные дома меня не устраивали, так как у нас всё-таки были лошади и телеги, да и много где не были готовы принять такой большой отряд — просто не было свободных мест.

В итоге мы перебрались на другую сторону реки по блестящему на солнце мосту и нашли небольшой двухэтажный дом со двором, выходящим не к реке, а назад в город.

Владельцем была пожилая женщина, немного глуховатая, но очень толковая и цепкая. Оказалось, что от неё совсем недавно, буквально на днях, съехал снимавший её дом отряд наёмников — отправились в столицу княжества с долгой миссией, так что в ближайшее время дом был свободен.

Торговаться пришлось почти час, и всё для того, чтобы женщина упёрлась рогом:

— Да за такие деньги я ни за что не сдам дом только прибывшим ходокам! Это же ужас какой-то!

Мне так хотелось ей сказать, что за такие деньги я могу снять этаж постоялого двора, если не весь постоялый двор, и на срок в разы больше. Здесь было правда несколько «но».

Во-первых, дом располагался на западной стороне. Мне ещё предстояло разведать город, но даже с быстрым взглядом было заметно, что дома здесь побогаче.

Во-вторых, двор выходил на другую сторону реки, и там было тихо, просторно и уютно. Кое-где высажены деревья, кое-где цветы. Отличное место для того, чтобы отдохнуть после долгой вылазки в Зону. да и собственный дом всегда лучше, чем оставаться по соседству с другими наёмниками и ходоками.

В-третьих, совсем неподалёку была конюшня для породистых лошадей. Я не был уверен, что наши лошади были достаточно породистыми… Ну разве что моя и Ромы. Но по очень приемлемой цене за животными там обещали ухаживать день и ночь как за родными. И, судя по их конюшне, их дело процветало.

— Фамилия Велигорские вам о чём-нибудь говорит? — наконец зашёл с козырей я.

— А?

— Велигорские, говорю… Род такой местный.

— Что? Я глуховата к старости стала.

Я просто достал металлическую плашку с гербом и брякнул её на стол.

Старушка прищурилась, а затем подняла на меня мгновенно изменившийся взгляд:

— Сынок, что ж ты сразу не сказал, что ты от Велигорских?

Этот вопрос я тактично оставил без ответа.

И всё равно с нас взяли очень приличные деньги. Благо из Выкречи я с отрядом уехал при деньгах. И главное, что жильё было обеспечено. Члены отряда тут же начали разбирать себе комнаты. Первыми дали выбрать Роме с семьей, но два этажа в большом каменном доме позволили рассселиться всем.

Мне как-то сама по себе досталась главная спальня с большой двуспальной кроватью, просторным шкафом и маленьким, спрятанным за небольшой дверью рабочим кабинетом.

Я оставил отряд обживаться и отправился на разведку в город. Первым делом нашёл отделение Имперского банка и разобрался со своим счётом. Всё вышло довольно быстро. Нашёл Кладовочку, которая была через дорогу от банка, и проверил содержимое ячейки — всё в порядке, всё на месте. Пространственная магия в действии.

Следующем в моём списке был Дом Найма. Его удалось легко найти — мне на него указала пара местных ходоков, которых я заприметил на улице.

— Ты его ни за что не пропустишь, — заверил меня один из них.

И он был прав. Дом Найма был на несколько голов выше Выкречьского. Это было величественное здание с арочными окнами с зачарованным стеклом, светлым фасадом со стальными балками и мраморными колоннами перед входом. На козырьке висели флаги родов.

Я поднялся по широким ступеням из полированного камня. Оказавшись внутри, понял — здесь всё было больше похоже на купеческий дом или аукционный зал в Верхнем квартале Выкречи, где я был по делу.

Диваны и кресла, широкие столы, мягкие ковры. Небольшая чайная на первом этаже, где можно было относительно недорого поесть или выпить чаю во внутреннем дворике под кронами деревьев. На стенах висят трофеи из вылазок в Зону.

Служащих здесь было больше, к тому же они работали за зачарованным стеклом из полупрозрачного кварца. Сами служащие в строгих камзолах, а вместо кипы бумаг, они работали с зачарованными табличками, где отображался статус заданий и прочая информация.

Притом даже на первом этаже я видел Родовых бойцов и магов, а не просто ходоков или наёмников.

Дом найма стал жирной точкой. Я точно знал — в ближайшее время нам предстояло по-настоящему обжиться в Чернореченске.

В следующие две недели именно Дом найма стал основным местом сбора информации. Здесь за чашкой чая можно было поспрашивать вернувшиеся из ходок отряды о свежих новостях из Зоны, да и вообще в целом собрать полезные сведения.

Более того, показательной была часть контрактов — не та, что была доступна всем. Нет, наоборот. Некоторые задания были расписаны на недели и месяцы вперёд, а другие вовсе забронированы под конкретных исполнителей, о чём служащие без зазрения совести сообщали, если один или два контракта случайно оказывались в общем доступе.

Более того, на некоторые задания проводились отборы. Я взглянул пару раз на список отрядов, которые подавались на подобные задания, и понял, что в Чернореченске я с отрядом был лишь наёмниками практически без имени или репутации. Здесь, в этом большом городе, предстояло вскарабкаться на самый верх, как когда-то в Выкречи.

За пару недель мы успели узнать о Чернореченске чуть больше. Власть в городе действительно принадлежала тем, кто шёл по Пути Предков, и закон был прост: приносишь пользу и живёшь спокойно.

Судя по тому, что удалось узнать, солнечники в своё время попытались залезть в Южноуральск, притом по-крупному. Вот только выгоняли их отсюда все Рода вместе во главе с князем-архимагом. С тех пор они в княжестве не особо приветствуются.

Сам же Чернореченск был третьим по величине городом в Южноуральске — тысяч на триста душ, не меньше. Торговый город, расположенный на выгодном месте — на перекрёстке речных и сухопутных караванных путей.

Река, которую в народе звали Чёрной, петляла через весь город, деля его на две части: торгово-ремесленный квартал с жилой застройкой и Верхний Посад, где усадьбы Родов упирались разукрашенными крышами в небо.

Были в Чернореченске и рынки, притом несколько, свой аукционный дом, порт, ратуша… В общем всё, что можно было ожидать от крупного города.

Самое главное, что я заметил, — это более высокое качество волшебников и воинов. И ещё товаров на рынке. Чего только нельзя было достать!

Меня, естественно, интересовали алхимические ингредиенты, и я не разочаровался. Достаточно было лишь единожды пройтись по торговым рядам, чтобы понять: в этом городе можно было начать изготавливать качественно новые зелья. Была бы лаборатория. Это же касалось и других товаров.

Как и говорил Ермак, здесь, в Чернореченске, крутится очень многое и очень многие.

Я сидел во дворе, наслаждаясь едва пробивающимися сквозь кроны деревьев солнышком и живыми, бодрыми голосами.

Рома показывал очень простые заклинания своим пацанам. Аскольд дремал на лавке, а над ним на ветке, болтая ногами, сидела Варя. Серёга с Ирой о чём-то оживлённо спорили. Иван с Игнатом и моряками ещё не вернулись с рыбалки.

Правда, где они в речке рыбу ловить решили, я не знал. Сольвейг с Весной занимались чем-то в доме. Они, кажется, за время путешествия даже немного поладили, или по крайней мере перестали мысленно бить друг друга кинжалами.

Я опустил пальцы в карман. Они привычно легли на холодный металл родовой пластины Велигорских.

Это был момент покоя — редкий даже в последние две недели.

И этот момент покоя прервался молниеносно.

— Максим! — раздался голос Весны из дома. — К тебе пришли.

Глава 9

Я поднялся со скамейки, зашёл в дом, а затем прошёл к дверям, выходящим на речную сторону. На пороге стоял Ермак. В простой чёрной одежде с серебристой вышивкой и в лёгком сером пальто. Пожалуй, если бы я не мог чувствовать магию, то не заподозрил бы, что этот человек ментальный маг ранга Мастер.

— Проходи, — пригласил его внутрь я и кивнул Весне. — В ногах правды нет.

Он зашёл внутрь, и мы вместе проследовали в гостиный зал на первом этаже. Я понимал, что Ермак сюда пришёл по делу, а не просто поболтать.

— За стол сядем? — спросил я.

— Я бы выбрал кресло, — улыбнулся Ермак. — Но я несколько дней на ногах. Боюсь, что в нём и усну.

Пока мы располагались за столом, Весна принесла чай, а я щёлкнул пальцами и зажёг камин.

— Неплохо вы обжились, — озираясь по сторонам, проговорил Ермак.

Это действительно было так.

За несколько недель Весна вместе с остальными девчонками успела по-хозяйски обустроить весь дом. Часть мебели им помогли переставить маги-воздушники, а вещи поменьше были расположены согласно внутреннему вкусу Весны и остальных.

На подоконнике были выставлены аккуратные горшки с разными цветами. Да и весь дом казался удивительно уютным. Было сложно выделить что-то одно — скорее, просто набор мелочей.

— Вышло в копеечку, — усмехнулся я, вспоминая торги с владелицей дома.

— Зато западный берег, — ответил Ермак. — Элитная часть города. Ты разве не слышал?

Мы успели допить терпкий чёрный чай с травяными нотками. Лишь тогда Ермак перешёл к делу.

— Намечается поход в Зону. Большой и потенциально очень прибыльный. Самое главное — будет он довольно скоро.

Я пока хранил молчание. Я понимал, что собирается предложить Ермак, но хотелось услышать больше деталей.

Вот только Ермак не спешил говорить, лишь пристально смотрел на меня чёрными глазами. А затем положил на стол толстый конверт, перевязанный шёлковой лентой с печатью Дома Найма.

— Я так понимаю, что это официальное приглашение?

— Верно, — кивнул Ермак.

Я потянулся к конверту, но Ермак остановил меня взмахом руки.

— Погоди. Если откроешь конверт, то отказаться уже не сможешь.

А вот это было интересно. Практически настолько же, насколько и печать на конверте. Ведь она была не родовой Велигорских, а от Дома Найма.

— Кто поведёт отряд в зону?

Ермак едва заметно кивнул.

— Правильный вопрос. Мы, Велигорские, участвуем, но официально поход поведёт другой Род, во главе с Магистром.

Поход во главе с Магистром — это интересно. Я чувствовал, что здесь пахло не просто деньгами, а большими деньгами и шансом зарекомендовать себя. Особенно учитывая, что работа была официальной через Дом Найма, а не, например, личным контрактом.

Был только один нюанс, который меня интересовал. Я и сам чувствовал, что вправе задавать вопросы — ведь бесплатный сыр бывает только в мышеловке.

— Судя по главе рейда в виде Магистра, остальные участники тоже будут как на подбор?

Ермак согласно кивнул.

— Тогда зачем в этой вылазке мы?

Я примерно представлял силу своего отряда и наше положение в новом городе. Я понимал, что, пусть по факту мы сильнее, чем на бумаге, но в Чернореченске всё ещё были на уровне крепкого наёмного отряда. Три Подмастерья, два воина шестой звезды, крепкий костяк из четырёхзвёздочных воинов и адепта. Да ещё и сила хаоса. Я-то был уверен в том, что мы можем прыгнуть выше головы, а вот местные Рода — нет.

Для города в триста тысяч душ вполне нормально организовывать вылазки во главе с Магистром, всё-таки это не Выкречь, где население было раз в шесть-семь меньше.

— Ярополк пробил по своим каналам о том, что случилось в Выкречи, — честно сказал Ермак. — Он решил поручиться за вас.

Вот это была хорошая новость. Значит, наших заслуг в приграничном сибирском городке, одного убитого инквизитора и разъяренных солнечников хватило для того, чтобы выбить себе место в этом рейде.

Ермак постучал пальцем по столу.

— Но участвовать в вылазке вы будете как обычный отряд наёмников. Никаких привилегий или поблажек не будет.

Я хорошо понимал, что он имел в виду. Место в вылазке мы заслужили, а остальное было в наших руках. Мне нравился такой подход. Очень нравился. Даже несмотря на то, что на наш отряд точно ляжет добрая доля черновой работы в походе.

Впрочем, для нас это вряд ли было новью. И уж тем более я не собирался отказываться от контракта на вылазку во главе с Магистром из-за подобных мелочей.

— Я так понимаю, что здесь, — я стукнул ногтем по бумаге конверта, — договор?

— Не совсем. Там предварительные условия, которые нужно будет официально заверить в Доме Найма. Без личного присутствия здесь никак не обойтись.

Ага. Значит, Ермак зашёл к нам не просто так. Если конверт я не возьму, то был высокий шанс, что он двинется ещё в какой-нибудь группе наёмников и предложит им то же самое. Вряд ли у Велигорских на примете были только мы.

Я без слов притянул конверт к себе.

— Давай посмотрим что там.

Ермак сразу повеселел и привёл в действие ментальную магию. Через несколько моментов я почувствовал, как в моей ауре, с моего, естественно, согласия, возникла ментальная печать, подтверждающая, что я согласился на вылазку. Я

тут же разорвал ленту, срывая печать Дома Найма, и достал из конверта несколько листов бумаги. У меня на прочтение ушло минут пять-семь.

Местом вылазки, согласно бумагам, была горная гряда на юго-западе от Чернореченска. Оплата стандартная — с частью деньгами, а частью добычей, причём процент был неплохим. Были ещё другие моменты: денежная компенсация при гибели во время вылазки и прочие нюансы. Но кое-чего я не видел.

— Здесь не указана цель похода.

— Верно, — улыбнулся Ермак. — А ещё там нет точного места. Вот только даже ориентировочная зона, куда мы направляемся, пока разглашаться не будет. Во избежание утечки.

Я ещё раз взглянул на бумагу. В контрактах для наёмников в подобных походах это был стандартный ход. На самом деле это даже не означало, что вылазка в зону была чем-то сверхъестественно опасным или полезным.

Просто задача наёмников была в другом — сопровождение, убийство монстров и так далее. А детали по маршруту и цели незнакомым или не испытанным в деле отрядам могли и не говорить, чтобы не слили на сторону, конкурентам.

Вот и выходило, что за всей секретностью скорее всего стояла довольно рядовая для Рода уровня Чернореченска вылазка, которая тем не менее в рамках моего отряда вполне была крупной. Мне ещё предстояло увидеть состав, оценить масштабы, но я осознанно открывал конверт, зная, что подобные шансы упускать нельзя.

— Добро. Засиделись мы на новом месте — чем быстрее вольёмся в работу, тем лучше.

— Ну и замечательно, — улыбнулся Ермак. — Тогда давай сегодня подпишем финальный договор в Доме Найма.

— Я сначала скажу своим, а потом двинем.

Я поднялся из-за стола.

— Ещё чаю?

— Давай.

Я подлил Ермаку подостывшего чая из небольшого чайника, а затем вышел во двор.

— Ну что, хаоситы и хаоситки, — весело произнёс я. — Я нашёл нам работу. Так что готовьтесь — вернусь и обсудим детали.

Аскольд тут же вскочил со скамьи, словно он вовсе не беззаботно дремал меньше получаса назад.

— О, наконец-то!

В его голосе явно чувствовался азарт.

Серёга с Ирой обменялись спокойными взглядами. Рома подхватил пацанов и под их смех начал раскручивать их в воздухе.

В общем, реакции были боевые. И это было замечательно. Рабочий настрой перед боем — это половина дела.

Мы почти сразу отправились в Дом Найма. Бумаги уже ждали. Контракт был кратким, чётким, с несколькими печатями: участие в рейде, следование дисциплине, распределение трофеев согласно описанным в предварительной бумаге долям, условия на случай неприятностей и так далее.

Бумаги мы подписали и заверили на втором этаже в отдельном кабинете. Я дополнительно уточнил кое-какие детали.

— Ну, раз мы всё подписали и заверили, теперь могу рассказать чуть больше, — сказал Ермак. — Мы пойдём в Гремящую Гряду — это горный массив на юго-западе, где частенько бывают землетрясения из-за расположенного в недрах источника изменённой маны.

— Нам бы карту местности. Не бесплатно, естественно. И чего нам вообще там ещё стоит опасаться?

— Карту… — протянул Ермак. — Можно. Пришлю вам. А то вы в городе недавно и можете не успеть достать что-то толковое. А чего ожидать… Местами там видимость хромает, есть твари, которые чувствуют магию. Ну и, естественно, от ударных волн что-нибудь. На это обратите особое внимание.

Я коротко кивнул.

— Цели будет две: поиск и уничтожение. Но это для отряда. А для вас — сопровождение и охота на монстров. Большего глобально не требуется. Но как получится на деле…

Ермак развёл руки в стороны.

— Понимаю, — ответил я.

На том мы и разошлись. Я вернулся домой и собрал всех на заднем дворе. Детей, естественно, отправили к себе.

— Значит так, — произнёс я. — У нас будет три дня на подготовку. Всё должно быть готово до последнего бинта.

Мои молодцы внимательно слушали, рассевшись вокруг — кто на скамейке, а кто прямо на земле.

— Иван, ты с Ромой будешь ответственен за снаряжение. Отправляемся в горы, потому нужно подготовиться к местности. Еда, верёвки, по возможности, снаряжение для скалолазания. В общем, подумайте и купите всё необходимое.

— Сделаю, — пробасил Иван.

— Алхимия будет с меня. Я тут пробежался по рынку — можно будет докупить необходимые ингредиенты и сделать зелья на уровень выше. Весна…

Я посмотрел на ведьму, которая внимательно следила за мной изумрудными глазами.

— Поможешь мне? Иначе в сроки не уложимся.

— Конечно, — легко согласилась она, мотнув головой.

Я перевёл взгляд на Аскольда. Он сидел, облокотившись на дерево, и улыбался.

— Зря лыбу давишь, — усмехнулся я.

— Это почему, командир? — заинтересованно спросил одноглазый.

— А это потому, — многозначительно поднял палец вверх я, — что ты будешь работать с Глебом.

— Ай, — поморщился Аскольд. — Может, не надо, командир? Я один справлюсь.

Я посмотрел на Глеба, который тяжело вздохнул и закатил глаза. Несмотря на то, что оба реагировали именно так, они довольно неплохо сработались и сильно помогли, когда пришлось перестраивать маршрут до Южноуральска на ходу.

— Надо, Аскольд, надо. К завтрашнему дню Ермак обещал подогнать карту, деньги я ему уже со счёта в Имперском банке перевёл. Вам нужно будет её проверить, а также найти в городе толковых проводников или недавно вернувшихся ходоков. Точного маршрута у нас не будет до последней минуты, но направление есть — идём к Гремящей Гряде. С этим уже можно работать.

Делегируя задачи вот так, я понял, что отряд собрался сбалансированный — каждый мог выполнять сразу ряд необходимых задач. Мне же нужно было только грамотно подбирать исполнителей.

— Сольвейг, бери с собой Серёгу и Иру. С вас — амулеты против ментального воздействия, артефакты для рассеивания тумана, зачарованные стрелы и прочие подручные предметы, которые могут пригодиться.

Я осмотрел в миг оживившихся соратников. Было заметно, что у кого-то, например, у Глеба и немного у Игната, был лёгкий мандраж.

Другие же — Аскольд, Сольвейг и Весна, наоборот, были спокойны.

— У нас на всё про всё три дня. Покажем местным Родам, на что способны хаоситы.

Началась планомерная работа.

Иван с Ромой носились по рынкам и лавкам. При этом торговались они даже за пригоршню сушёных ягод и умудрились достать крюки-кошки, зачарованные канаты и множество других полезных для похода вещей.

Я вместе с Весной от заката до рассвета колдовал в небольшой алхимической лаборатории неподалёку от дома. Настойки и эликсиры, зелья и противоядия заполняли сначала полки в лаборатории, а потом ящики дома. Все склянки были готовы к тому, чтобы быть расфасованными в вещевые мешки и на пояса.

Сольвейг вместе с Володиными ходила по складам и лавкам, заставляя местных купцов и ремесленников сдувать пыль с артефактов и проверять каждую трещинку на экипировке. Ира благодаря неожиданно проснувшейся дотошности Сольвейг смогла подобрать себе отличный набор стрел с двустихийными зачарованными наконечниками — при взаимодействии с целью срабатывал определённый эффект, усиленный сочетающимся с основной стихией взаимодействием.

Дети Ромы тоже включились в работу. Старший, Тимофей, сортировал стрелы, младшие разбирали бинты и прочие медицинские запасы.

Я же в перерывах между зельеварением тестировал зачарованные предметы, устраивал тренировки-спарринги для того, чтобы проверить остроту реакции и боевую готовность хаоситов перед походом, и напитывал свой волшебный доспех и посох из чёрного дуба собственной маной.

Каждый элемент, каждая деталь, каждая мелочь должна была быть учтена. Никаких «первых блинов комом». Если браться за контракт — то делать его как надо.

Когда последний день подготовки клонился к вечеру, отряд был не просто готов, а собран в кулак. Настрой, дисциплина, запасы, цель.

Вечер перед походом мы провели в гостином зале за ужином, притом на улице всё ещё было светло.

Длинный деревянный стол был заставлен простыми, но сытными блюдами: тушёное мясо, печёные корнеплоды, соленья, хлеб, медовуха. В воздухе витал запах еды, пряностей и древесины. Камин изредка потрескивал.

Долго не засиживались, потому как выходить нужно было с самого утра.

И с самого утра мы направились к точке сбора. Всё было готово. Клинки наточены, доспехи проверены, амулеты на шеях, стрелы в колчанах, а на лицах суровая сосредоточенность.

Дом остался на Варе с детьми. Они провожали Рому сдержанно, даже привычно, но с беспокойством и волнением в глазах.

— Вернёмся так быстро, — сказал им я, — что оглянуться не успеете.

Раннее утро в Чернореченске было прохладным. Небо заволокло сизыми облаками, пришедшими откуда-то с юго-запада. Словно сама зона заранее говорила: лёгкого пути не будет. Оттуда же тянулся прохладный, сырой ветер.

Несмотря на то, что Чернореченск только просыпался, по улицам уже бродили местные. Кто-то шел с мешками и баулами, кто-то тащил тележку, а кто-то просто прогуливался.

По реке сплавлялась одинокая лодка, в которой мужик в простом кафтане ритмично греб вёслами. На мостках его обругали за то, что спугнул рыбу, но он и глазом не повёл и продолжил свой сплав.

На одной из улиц вблизи ворот мы встретились с отрядом наёмников, вывалившимся боевой толпой из трактира. Мы замерли друг напротив друга. Я смотрел на их главаря — в кольчуге, с двуручным мечом и со шлемом-бармицей на голове.

— Сбор на южных воротах? — спросил я.

— Ага, — кивнул мне главарь отряда.

Мужик лет сорока на вид был крепким воином шестой звезды.

— Мы туда же.

— Свои, выходит, — раздался весёлый голос откуда-то из-за его спины.

— Борис, — представился мне глава наёмников.

— Максим.

В итоге оставшуюся часть пути прошли вместе. Я заодно узнал чуть больше информации о предстоящем рейде.

— Нам, так-то, тоже особо ничего не сказали, — пожал плечами Борис. — Но вроде ничего необычного. Дело в том, что нам как наёмникам знать-то особо многого и не положено.

За моей спиной тоже начались разговоры. Оба отряда как-то немного расслабились, что было полезно перед выходом. Надо быть за стенами города, а не внутри.

— До Гремящей Гряды мы, конечно, ещё не доходили. Так, на тропах рядом были. Ну, мы и сами-то по местным меркам ещё не доросли до дальних вылазок.

— И часто магистры в Чернореченске вылазки лично возглавляют?

Мы уже подходили к южным воротам.

— Бывает, — ответил Борис. — Город ведь не только в торговле живёт, но и вылазками в Зону. Это, конечно, значит, что цель серьёзная и вложения были крупные. Нам вон наперёд половину заплатили. Это тоже дело нередкое. Всё-таки в Чернореченске сразу несколько крупных Родов с магистрами. К тому же они частенько самостоятельно всякие операции затевают.

Приближаясь к воротам, я уже чувствовал исходящую оттуда магическую силу. Скопление крепких боевых магов, но пока без Магистра. Его бы я почувствовал сразу.

Всё-таки магистр всего на одну ступень ниже Архимага. Если Мастер мог творить такие заклинания, что выжигали десятки и сотни метров земли, то Магистр — это совершенно иной уровень.

Мы вышли к воротам, и нас тут же взял в оборот невысокий интендант с родовой нашивкой в виде молота и наковальни.

Ворота были распахнуты. По обе стороны от них кипела подготовка: выстраивались колонны и обозы с припасами. Повсюду гудели голоса и вибрировала мана.

Нас быстро опросил интендант, а маг-мастер с такой же нашивкой определил место в построении рядом с другими наёмниками.

Вот мы спокойно и разместились у фасада одного из домов, ожидая выхода. Притом с отрядом Бориса случилось то же самое — в мгновение ока им было выделено место и объяснены обязанности.

— Даже не знаю, что меня больше озадачивает, — пробормотал Аскольд, поправляя наплечник. — Чёткость инструкций и дисциплина или то, что они считают это обычным походом.

Мой взгляд скользил по рядам воинов и магов. Здесь были не просто бойцы, а настоящая сила.

Основу составляли бойцы из рода Железных. Пяток Мастеров, каждый из которых источал плотную и хорошо контролируемую ауру. Я чувствовал их присутствие даже спиной.

В голове даже проскочила мысль, что хорошо было бы схлестнуться с кем-нибудь из них, чтобы узнать, как они в деле. Всё-таки дуэль с Кречетовым показательной не была. Впрочем, время даст мне возможность оценить их навыки.

Среди голов я издали заметил черноволосого Ермака, а потом и Ярополка, который отдавал приказы своим бойцам. Кроме Ермака с Велигорскими был ещё и седоволосый волшебник. То есть, выходило ещё два Мастера. Да ещё Подмастерья разной степени силы из Родов поменьше, наёмники и ходоки.

Были и крепкие воины. Костяк Рода Железных был из бойцов на уровне приблизительно шестой-седьмой звёзды — в этом диапазоне.

Уверенные, хорошо вооружённые, они наносили на щиты и пластины брони родовой герб и руны зачарованной краской. Так они готовились к предстоящему походу. Их броня светилась тусклым светом.

Я поймал себя на мысли, что даже самый сильный из союзников из Выкречи — тот же Ратибор, Астахов или Рысев, не имели бы такого же положения здесь. Нет, Мастера, понятное дело, ценились.

Вот только главой Рода или целого города они стали бы вряд ли. Были бы заметными фигурами, но не главными. Здесь всё-таки уровень был другой. Это было понятно почти сразу — даже по тому же Дому Найма, на порядок более организованному и построенному в разы богаче.

— Ты уже видел Магистра? — спросила Весна, подойдя ближе.

Я покачал головой.

— Говорят, огонь, — проговорил Аскольд, всё ещё находясь в раздумьях.

На что Весна лишь слегка приподняла брови, уставившись на одноглазого.

— Подозреваю, что он про магию…

Я толкнул Аскольда, чтобы тот пришёл в себя.

— Верно?

— Да. А ты, командир, о чём подумал?

Мимо проходил высокий мужчина с эмблемой Велигорских. Он и прервал наш разговор. Он остановился и посмотрел на нас внимательно.

— Это же вы из Сибири пришли? Из Выкречи? — спросил он. — Ярополк говорил, что у вас был опыт с солнечниками.

— Был, — кивнул я.

— Если вас распределили с другими наёмниками, то держитесь ближе к третьей секции. Там недалеко будут наши.

— Так и сделаем.

Воин ушёл, а в воздухе появилось едва уловимое давление, которое с каждой секунды возрастало. Присутствие, аура… Это можно было назвать как угодно, но я сразу же посмотрел в ту сторону, откуда оно исходило.

И заметил Магистра. Сразу. Статная, с рыжими, спадающими на кожу доспеха пылающими кудрями, и аристократичными чертами лица. Её взгляд скользил по отрядам неторопливо, уверенно, как у хищной кошки, которой некуда было спешить.

Она шла мягкой и беззвучной походкой среди колонны Родовых воинов.

— И вправду огонь, — сказал Рома, глядя на неё с уважением. — У нас в Северске родовые маги и рядом не стояли.

Даже Чернореченские представители меньших Родов, ходоки и наёмники действительно терялись на её фоне. Но на то она и достигла ранга Магистра. На эту вершину случайно не взбирались.

Снаряжение у них тоже было попроще, не было сильных зачарований, дорогих амулетов и покрытых защитными куполами обозов.

— Грамотно всё делают, — одобрительно сказал Аскольд. — И снабжение, и зачистка, и разведка. И нам, значит, работёнка будет.

Вообще весь отряд, несмотря на своеобразную сборную солянку, был действительно довольно чётко разделён. У ворот сновали туда-сюда егеря в легких доспехах. В строю недалеко стояло полдюжины арбалетчиков. Были и легковооружённые бойцы, и маги разных стихий, и тяжёлая пехота.

— Будет, — согласился я. — Обязательно будет.

Было заметно, что приготовления подходили к концу и нам предстояло отбытие.

— А пока давайте-ка найдём третью секцию.

Нам предстояла долгая вылазка в Зону.

Глава 10

Мы выдвинулись в поход к Зоне вдоль реки. В течение дня было спокойно. По реке сплавлялись на лодках и барках купцы, ремесленники и рыбаки. Шли несколькими группами: родовые воины впереди, затем наёмники и ходоки. Все в полной боевой готовности.

— По реке до переправы, а потом степью к подножью гряды, — пробурчал Аскольд, сверяясь с картой.

— Да, — кивнул я. — Дня три-четыре лёгкого пути, а там войдём в Зону.

— Как думаешь, монстры другие будут или как в Выкречи?

Аскольд впервые столкнулся с Зоной в Выкречи, поэтому вопрос был логичным.

— По-разному бывает, — сказал я. — Иногда могут быть такие же, например, изменённые животные. А иногда встречаешь что-то совершенно другое, незнакомое.

Я знал, что в Зоне никогда нельзя расслабляться.

— Поэтому как только войдём — держите ухо востро. Кто бы ни шёл впереди, сражаться придётся всем.

Аскольд на мои слова понимающе кивнул.

Колонна большого отряда шла уверенно, и первые несколько дней прошли спокойно. Мы проходили мимо деревень покрупнее и поменьше, обгоняли караваны на тракте и пару раз встречались с возвращающимися из Зоны отрядами.

Вперёд отряда уехала группа разведчиков, а во главе движения сменялись воины Железных и Велигорских, проверявшие местность магией чуть ли не на каждом шагу — даже задолго до того, как мы подошли к границе Зоны.

Я видел и чувствовал, как Мастера чертили в воздухе руны, которые растворялись в пространстве. Иногда среди воинов попадались огненные волосы, которые нельзя было не заметить. Вокруг Магистра всегда были воины с гербом молота и наковальни.

Первые несколько дней были простым движением вперёд с редкими привалами, ничего особенного. Отряд, ведомый Железными, явно не спешил.

Лишь берега реки и дорога постепенно менялись: выложенный камнем тракт сменялся густыми зарослями, а вода реки приобретала всё более тёмный отлив, как свидетельство того, что Зона приближалась.

С первой угрозой столкнулись на четвёртый день. Я почувствовал их издалека — впрочем, похоже, что и шедший в авангарде отряд Велигорских тоже. Большие мерцающие фигуры волкоподобных тварей пытались обойти караван сбоку в высокой траве.

Велигорские не дали им этого сделать — встретили ударной магией. Притом сначала волков накрыла ментальная волна, отчего раздался жалобный вой. Лишь затем по ним прилетели стихийные заклинания.

Твари горели огнём и падали, сражённые воздушными ударами и ледяными стрелами. Волки бросались в атаку и отступали, старались разорвать дистанцию, но у них это не получалось — маги были точнее, быстрее и внимательнее.

— Играются, — покачал головой Рома.

Так и было — слишком уж крупным был отряд для небольшой стаи волков, которая явно забралась в человеческие земли от голода.

Даже если бы волки смогли пройти сквозь непрерывающийся поток заклинаний, то столкнулись бы со сталью воинов, которые были наготове.

Когда с угрозой было покончено, караван спокойно двинулся дальше, даже не собирая никаких трофеев и добычи. Явно хотели двигаться налегке.

К вечеру я почувствовал, как в воздухе собиралось всё больше и больше изменённой маны. Местность потихоньку менялась — было заметно, что скоро мы войдём в Зону. Было неудивительно, что авангард остановился и раздался короткий возглас:

— Привал!

Мы остановились в низменности между холмами. Земля была твёрдой, с налётом пепельной пыли. Несмотря на то что мы были укрыты холмами, вокруг свистел ветер. Холодный, пробирающийся под броню и одежду.

Развели костры, установили Полог.

— Если ветер не стихнет, то, наверное, маршрут немного изменится, — проговорил Борис.

Мы ужинали вместе с его отрядом. Да, как и говорил Мастер из Велигорских, их люди были недалеко от расположения нашего отряда. Вот только лично мы были знакомы с Ермаком да ещё парой человек — и всё. Да и наёмники как-то сами собой держались ближе друг к другу, так как двигались в одной секции.

— Ветер как ветер, — пожал плечами Аскольд, уплетая кусок сушёного мяса.

Ужин был скромным — никакой готовки, только еда из запасов провизии.

— Недобрый знак, — покачал головой Борис. — Лучше нам не сталкиваться лишний раз с Зоной где попало. Если она сама знаки даёт… И так к Гремящей Гряде идём.

— Вы же до неё ни разу не доходили? — подметил я, вглядываясь в вечерние сумерки.

— Не доходили, — легко согласился Борис. — Но и на тропах разных тварей хватило.

— Верно, — поддакнул один из людей Бориса. — Если полезут шипастые уроды или твари с каменной кожей — хрен отобьёмся.

— С Магистром-то справимся, — не согласился Аскольд.

Все невольно повернули голову в сторону отряда Железных, но они были накрыты собственным куполом, который скрывал их от посторонних глаз.

— Она небось вмешиваться до последнего не будет, — поморщился Борис, явно вспоминая своё взаимодействие с другими магами.

— А зачем ей до серьёзных угроз вмешиваться? — спросил я, внимательно глядя на Бориса.

— Ну как… — немного стушевался он. — Быстрее дошли бы до Зоны. Ну и там бы раз-два всё прошли по-быстрому.

— По-быстрому? Ты когда гвоздь забить хочешь — ты что берёшь? Молоток или боевой двуручный молот?

— Нет, ну что это за вопрос?

Боря всплеснул руками.

— А ты ответь.

— Понятное дело — молоток. Кто ж молотом гвозди забивает?

— Во-о-от, — протянул я. — И я бы выбрал молоток.

— То есть ты имеешь в виду, что Магистр — это, мол, боевой молот, и им с бытовыми мелочами бороться не положено?

— Нет, — улыбнулся я. — Не совсем. Мысль верная, но не до конца. Каждый инструмент, будь то магия или ещё что, следует применять по назначению. Вот и ты не стал бы забивать гвоздь боевым молотом. Вот только Магистр — это в данном случае не боевой молот. —

Я сделал небольшую паузу.

— Заклинание Камнепад видел когда-нибудь?

— Конечно, — ответил Борис.

— Так вот, Магистр — это десятки булыжников из Камнепада, которые сотрут в ничто и гвоздь, и молоток, и стену, и сам дом, и тебя вместе с ним.

Некоторое время мы молча жевали — каждый думал о чём-то своём.

— Ну вообще логично, — наконец произнёс Борис. — С волками Магистру не по чину бороться.

Мы закончили трапезу.

Ночью наш отряд был распределён в один из дозоров, в который отправился я, чтобы остальные могли спокойно отдохнуть. Со мной пошёл Рома.

— Я перед боем всё равно плохо сплю, — сказал он мне, слабо улыбнувшись.

А утром, проснувшись и собравшись, мы двинулись дальше и ступили на землю Зоны.

Река свернула на запад. Воздух стал суше, а жёлтая трава тянулась до самого горизонта. Над головой начали кружить птицы. Не все из них были обычными: некоторые были со слишком широкими крыльями, другие с несколькими головами.

— Что-то мне это не нравится, — проворчал Глеб, осматривая небо. — Больно низко летят.

— Ага, за тобой следят, — поддел его Аскольд.

Одна из стай птиц действительно спустилась ниже, совсем близко к воде. Именно в тот момент из тёмных глубин вынырнули сразу несколько длинных тел с болотно-зелёной чешуёй с тёмным отливом.

Полурыбы-полурептилии схватили сразу несколько птиц. Пасти, полные игольчатых острых зубов схлопнулись и во все стороны полетели перья. Птицы бились, стараясь вырваться, но их безжалостно утаскивали под воду.

— Что за хрень⁈ — выпалил Глеб.

Через несколько минут всё было кончено.

Часть стаи птиц взлетела вверх, в небо, спасаясь от острых зубов и быстрых лап. Полдюжины птиц оказались погребены под тёмной поверхностью воды.

Мутировавшие твари, молниеносно атаковавшие птиц, утащили на дно достаточно добычи. По воде шли круги, но вскоре они стихли — как будто ничего здесь и не произошло.

— «Что за хрень», говоришь? — протянул я. — Это Зона.

— Никогда не подойду к этой чёртовой реке, — ответил Глеб, всматриваясь в тёмную гладь воды.

Передовые отряды начали меняться. Теперь среди них были и простые Рода и отряды наёмников. Железные же и Велигорские шли прямо за ними.

— Умно, — усмехнулся аскольд.

В этот же день, когда мы проходили обломки сторожевой башни, от которой осталось лишь одно основание, из оврага на передовой отряд напали панцирные чудовища с клешнями.

Пасть у них была длинная и полная острых зубов — из неё они били сгустками жара. Первым среагировал один из Мастеров. Немного запоздало, но начертил в воздухе заклинание Гравитационного захвата, и одна тварь просто сжалась в комок под колоссальным давлением.

Вторую расстреляли из арбалетов.

Несколько сгустков жара ударили по передовому отряду, но они попали лишь в вовремя поднятые магические щиты. Стая монстров обладала довольно хорошей защитой — их пробивали только зачарованные арбалетные болты или сильные заклинания.

Поэтому передовой отряд из небольшого Рода возился долго. До тех пор, пока из-под земли не рвануло кольцо нестабильной маны, сбивая тварей с ног и разъедая их броню кислотной дымкой.

Монстры заорали нечеловеческим воплем, который напоминал смесь свиста и шипения одновременно. В итоге их панцири из-за кислоты обнажили мягкую плоть, куда начали прилетать точечные заклинания.

Полдюжины тварей добралось до нашего авангарда — и в дело вступили воины. Меньше чем через полчаса всё было кончено.

— Как они могли их не заметить? — удивлённо произнесла Весна.

— Хороший вопрос, — сказал я.

Я сделал себе мысленную пометку, запомнив цвета небольшого Рода, что шёл впереди. Такие оплошности допускать было нельзя. И это очно аукнется этому Роду после вылазки.

Путешествие по степи заняло где-то неделю. За это время передовой отряд менялся ежедневно, лишь небольшая группа разведчиков оставалась одной и той же.

Впрочем, у меня были сомнения о том, что они проверяли наш путь, потому как они то и дело пропадали на сутки, а то и больше, и возвращались назад, когда мы уже стояли лагерем на привале.

Небольшие стычки с монстрами продолжались несколько дней. Передовой отряд менялся — кто-то справлялся лучше, кто-то хуже, но в целом всё не выбивалось из рамок нормы. В степи было довольно легко заметить монстров среди холмов и кустарников — по крайней мере, мне.

Но местность начала постепенно меняться. Степные просторы с сухой травой, кустарниками и холмами медленно отступали. Трава становилась редкой, появлялись низкорослые корявые деревца, а взвесь в воздухе лезла в горло. Зона давала о себе знать — аномальная энергетика здесь сжималась и плотно ложилась на кожу.

Гряда, к которой мы шли, не появилась внезапно. Сначала линия горизонта просто стала неровной. Сама земля изменилась: редкая трава полегла, стала грубее, а местами была выжжена до серого налёта.

Воздух стал горьковатым — смесь полынного дыма и чего-то сырого, кисловатого.

— Пахнет вином, — хмыкнул себе под нос Аскольд.

Глеб не смог пропустить этот комментарий мимо ушей и тут же отреагировал:

— Забродившей кислятиной. Всё, как ты любишь.

Аскольд пропустил его подкол мимо ушей, всматриваясь в горизонт. Там, в серо-синей дымке, вырастали силуэты Гремящей Гряды. Они не были такими же высокими, как настоящие горы, но выглядели тяжело, давяще.

Гряда была похожа на позвонки древнего зверя, застывшего во времени. Постепенно можно было различить всё больше и больше: одиночные зубцы из обломков скал, причудливые изогнутые выступы и холмы с чернеющими разломами между ними. По ним мы и ехали, приближаясь к гряде.

Здесь стих даже ветер, который всю дорогу свистел и не давал покоя. Кусты перестали шелестеть, даже птицы исчезли, и лишь редкие полосы дымки стелились между камней.

Но степь не отпустила нас просто так — она решила преподнести небольшой сюрприз на прощание.

Тишину нарушили звуки: сначала шорохи, а затем скрежет, как будто кто-то царапал когтями каменные склоны. А потом туман ожил.

Из него вынырнули формы — полупрозрачные звери, похожие на гигантских кошек с кожей из дыма и пепла. Глаза их пылали багровым светом, а при движении они не издавали ни звука, лишь изредка скрежетали длинными, как кинжалы, когтями о камни и землю.

Передовой отряд мгновенно скинул защитный купол. Воздух задрожал от заклинаний. Кошки напали молниеносно: несколько попытались забраться во фланг, но здесь их встретил барраж из заклинаний.

Монстров было немного — едва ли десяток, но они были быстры, умны и хорошо скоординированы. Они атаковали, отступали и ускользали от заклинаний.

Да, получали ранения, но периодически мерцали, словно пропадая из поля зрения, что позволяло им сохранить жизни. Со всех сторон рванули заклинания: огненные клинки, ледяные копья, каменные глыбы. Я же дал своим знак, чтобы они сохранили позицию и не вступали в бой.

Меня что-то настораживало в этих кошках. Они не пытались нас убить.

— Разведка боем, — коротко произнёс я.

На что Аскольд лишь понимающе кивнул:

— Умные твари. Думаешь, кто-то их послал?

Тем временем маги отстрелялись, а кошки, оставив за собой несколько трупов, исчезли так же незаметно и молниеносно, как и появились. Просто растворились в дымке среди разломов.

— Скоро узнаем, — ответил я.

Ведь именно нам предстояло быть следующими в передовом отряде. Ночью один из магов Велигорских сверил с нами карты и дал точные ориентиры и финальную отметку на день.

И на следующий день мы вели за собой отряд из Мастеров, многозвёздочных воинов и одного Магистра.

— Будьте внимательнее, что-то не так, — произнёс я, обращаясь к отряду.

С самого утра я замечал какое-то неестественное движение и присутствие. Под ногами будто что-то промелькнуло. Весна наклонилась и, касаясь пальцами земли, нахмурилась.

Мы как раз пересекали расщелину, когда с противоположного склона сорвалась лавина мелких камней. Вот только никаких толчков не было, и причины для камнепада тоже.

— Приготовиться к бою! — скомандовал я.

Вовремя. Из облака пыли вынырнули серо-коричневые черви. Они были длиной с человека, с хитиновыми кольцами на спине, сверкающими металлическим отблеском. И самое паскудное было то, что эти кольца скрывали их присутствие.

Один из них бросился с невероятной скоростью, извиваясь и поднимая облако пыли. Я ударил в него Клинком хаоса, вложив чуть больше магии, чем обычно. И не прогадал. Даже моя атака Хаосом с трудом пробила панцирь, разрезая тварь на две части. В следующий миг корни из-под земли обхватили две извивающиеся половинки. Весна добавила Хаоса, и бешеного извивающегося червя выжгло изнутри.

Мне даже не пришлось отдавать дополнительные приказы. За мгновения мой отряд выстроился в две линии: на передней — воины-хаоситы во главе с Аскольдом и Сольвейг. Оружие, напитанное Хаосом, наизготовку. А за ними — остальные отряда во главе со мной и Ирой.

Раздался свистящий звук, и несколько стрел сорвалось с её лука. Они ударили в скопление камней, отчего те посыпались вниз. Раздался взрыв и визг червей. Вслед за огнём по сторонам разлетелась звуковая волна. Похоже, часть наконечников была начинена смешанными стихиями огня и воздуха.

Со склонов и из расщелины полезли ещё черви. Вот только в первую очередь бросились они не на нас, а в сторону раздавшегося взрыва. Лишь потом, когда первые особи вгрызлись в землю там, куда прилетели стрелы Иры, они сменили вектор атаки.

— Они ориентируются на звук, — тут же предупредил я своих.

К сожалению, человек издавал множество звуков, чуждых горам. Сердцебиение и дыхание были лишь несколькими из них. Но стрелы Иры заставили червей скопиться в одной точке, чем я и воспользовался.

Я использовал Воронку Хаоса. Вихрь нестабильной энергии возник в метрах семидесяти от нас. Само сердце заклинания начало медленно, с нарастающим гудением, засасывать всё находящееся вокруг в себя.

Сразу несколько десятков червей оказались в зоне поражения. Сначала их защита смогла выдержать вихрь из чёрных спиралей — панцири трещали, но держались. Извивающиеся тела засасывало внутрь воронки медленно, но верно.

В следующий же миг в зоне действия заклинания начали возникать случайные стихийные воздействия: огонь, лёд, электрические всполохи.

Черви горели, их рвало на части и жгло электричеством. Но стая была крупной — новые твари выбивались из-под земли и бросались вперёд, на ряды людей, ступивших на их землю.

Весна подняла перед бойцами ближнего боя изумрудный щит. Я использовал Дар Хаоса, давая им больше сил, энергии и скорости. Аура бойцов замерцала, несколько клинков засветились случайными стихийными элементами в дополнение к Хаосу.

Ещё до того, как твари достигли изумрудного щита, со всех сторон рванули заклинания. Весна опускала на них частокол из смеси природной и хаотической маны. Рома орудовал воздушными дисками — с визгом и хрустом разрезающими панцири червей.

Иногда он, словно накапливая побольше маны, отправлял в червей воздушные шары, с грохотом разрывающиеся и разбрасывающие червей по сторонам. Иван использовал Воздушные клинки и Вихри. Ира чётко отслеживала заклинания воздушников и, когда туши червей поднимались в воздух, метко разила их стрелами.

С моего посоха сорвалась Цепь Хаоса и прошила насквозь сразу полдюжины червей. Мы бились в полном молчании — слышны были только удары заклинаний, взрывы, визг червей и тяжёлое дыхание магов.

Стая червей была большой. Десятки тварей гибли от заклинаний и лишь единицы смогли достичь первых рядов. Но они бессильно ударились в изумрудный щит. Понятно, что просто так его было не пройти. Черви вскочили на него и начали бурить, и зарываясь спиралью стараясь прогрызть слой защиты.

Я выпустил сгустки хаоса, которые сбили их и прервали тщетную попытку. Громыхал камень, гремела магия, воздух наэлектризовался от используемой маны, а земля под ногами дрожала от заклинаний.

Сольвейг присоединилась к бою, использовав перья с крыльев как дальнобойные режущие снаряды. Мы работали слаженно, как часовой механизм, и меньше чем через полчаса всё закончилось.

Больше полусотни червей остались лежать перед всё ещё сияющим изумрудным щитом в виде ошмёток плоти и кусков хитина. Они так и не добрались до наших бойцов ближнего боя.

Аскольд вышел за щит и пнул безжизненное тело одного из червей, а затем обернулся ко мне.

— Командир, — раздался его расстроенный голос. — Это нечестно! Жадность до добра не доведёт.

— Ты зря к ним подходишь, — изобразил я серьёзную мину. — Вдруг черви паразитические?

— Не смешно, — покачал головой Аскольд. — Вот ни капельки! Столько готовились, в строй встали, а вы…

— Маги, — подлил масла в огонь улыбающийся Прохор. — Что с них взять?

Он с удовольствием наблюдал, как Аскольд крутит головой по сторонам, стараясь найти хоть одного выжившего монстра.

— Ну хоть бы одного оставили… малюсенького монстрика… Эх…

— Не расстраивайся, — улыбнулся я. — Будут тебе ещё монстры. Это же Зона.

Но в этот день больше сражений на долю отряда не выпало. Было ли это из-за того, что давление маны от наших заклинаний отпугнуло тварей, или из-за нескольких недавних нападений — неизвестно.

Мы остановились к ночи, когда сумерки накрыли подножия гряды. Расположились на небольшой каменистой площадке, окружённой с трёх сторон выступами скал. Четвёртая сторона позволяла взглянуть на выжженную степь, по которой мы сюда пришли.

Большой отряд привычно разбился на группки. Были выставлены дозоры. Сегодня из-за того, что мы шли в авангарде, мы избежали ночных дежурств. Зажглись костры. Мы уже привычно расположились вместе с отрядом Бориса, который восхищённо расспрашивал о прошедшей битве.

— Ну вы даёте! Я даже не ожидал, честно признаюсь.

Что Боря, что его люди начали как-то по-другому смотреть на нас — с большим уважением, что ли. Не то чтобы его не было до этого.

Я и так знал: единственное, что универсально уважают как крестьяне, так и дворяне, как воины, так и маги — это сила.

Борис продолжал заливаться соловьём, выспрашивая, каким было то или иное заклинание и как мы их использовали.

Огни горели в углублениях, защищенные от ветра скалами Весна готовила похлёбку. Ей «помогал» Иван, постоянно стараясь снять пробу. Весна же хитро щурилась, подозрительно смотря на голодного мага.

— Вань, оставь ты её в покое! — крикнул я.

— А чего? — развёл он руки в стороны. — Я ей не особо-то и докучаю. Так, помочь решил.

— Я не про Весну — я про похлёбку. Даже если ты будешь стоять рядом и раздувать огонь, раньше она не сварится.

Иван почесал затылок, а затем произнёс:

— И то верно.

Весна бросила на меня короткий колкий взгляд, наполненный озорными огоньками.

Кто-то из отряда болтал с Борисом и его людьми, кто-то уже играл с ними в кости. Чисто на символические суммы и иногда на щелбаны или пинки, которые сопровождались громкими взрывами заразительного хохота.

Аскольд сидел на плоском валуне и осторожно точил лезвие клинка методичными выверенными движениями.

— Не нравятся мне эти скалы, — пробурчал он.

— Это от того, что тебе сегодня днём червей не досталось, — усмехнулся я.

— Не только, — возразил Аскольд. — Тихо здесь. Очень. А гряда называется Гремящей.

— Пока гремит здесь только хохот, — присоединилась к разговору Сольвейг, садясь рядом со мной. Её светлые волосы были собраны в хвост, а на лице была редкая для неё улыбка.

Я видел, как она тихонько уходила взглянуть на степной пейзаж. Я сам взглянул между скал туда, откуда должен открываться вид на степи. Вот только вместо красивого вида заметил небольшую группу из рода Железных во главе с Мастером, приближающуюся к нам.

Они прошли по лагерю, собирая быстрые взгляды со стороны ходоков и наёмников, а затем подошли прямиком ко мне. Возглавлял шествие маг лет сорока с завитыми усами и козлиной бородкой.

— Максим, — кивнул он мне, приблизившись, — вас приглашают к ужину.

Обратился он ко мне тк, будто мы сто лет знакомы.

Я спокойно осмотрел магов из Рода Железных.

— Спасибо, — дежурно улыбнулся я, — но мы уже готовимся к ужину здесь.

— Боюсь, что не смогу принять ваш отказ, — невозмутимо ответил маг. — Меня настоятельно просила пригласить вас лично Магистр.

Он сделал ударение на последних двух словах.

— Тогда другое дело.

Я поднялся с земли и отряхнул пыль с одежды.

— Ведите.

Глава 11

Я шёл по лагерю вслед за родовым Мастером и ловил на себе заинтересованные взгляды. Ну, как на себе — скорее, на представителе рода Железных. Всё-таки не каждый день похоже, что они лично сопровождали кого-то. Тем более не из небольших или крупных Родов, а из наёмников или ходоков.

В основном, конечно, все участники рейда занимались своими делами. Кто-то отдыхал у костров на каменных уступах, укутавшись в одеяло, кто-то уже дремал в спальном мешке. Кое-где слышался приглушённый смех и разговоры. Воины и маги обменивались впечатлениями о первой части пути.

Я видел, как один из наёмников жарил мясо прямо на плоском куске камня, а пара родовых бойцов чинила доспехи.

Костры, разговоры, смех и взгляды остались позади, унеслись в темноту. А впереди, у отдельно стоящего шатра прямо под скалой, было тихо. Лишь бойцы рода Железных стояли на страже. Не заслоняя вход, но и не пропуская тех, кому не положено проходить.

Я не задавал лишних вопросов. Всё, что нужно, узнаю непосредственно от Магистра. Да и самому было интересно взглянуть на неё вблизи, оценить силы и сравнить свой нынешний уровень.

Мастер, который вёл меня за собой, остановился в метрах десяти от палатки, повернулся и сделал шаг в сторону.

— Проходите, вас ждут.

Я подошёл к палатке и оценивающе осмотрел её. Даже снаружи я видел, что на шатре было крепкое зачарование — от него так и веяло маной. Воин, стоявший справа от входа, едва заметно кивнул мне головой.

Я шагнул внутрь. Тут же ночная прохлада сменилась приятным теплом, обволакивающим всё тело.

Шатёр был просторным, а стены были из утолщённой ткани с магическим узором. Здесь внутри я не слышал ни голосов, ни смеха, ни даже скрежета доспехов или дыхания стражников. Это значило одно: магия глушила звуки и, скорее всего, не только их. Ну и любые магические каналы, которые могли бы связывать вошедших внутрь с тем, что происходило снаружи.

Тем не менее, я не чувствовал угрозы. Наоборот, внутри было вполне тихо и спокойно.

В центре стоял низкий стол с расстеленной картой гор, по краям — пустующие кресла. Магистр сидела во главе, без плаща, с распахнутым воротом кожаного камзола. Рыжие волосы были распущены и спадали вниз слегка завивающимися волнами. Её взгляд был прикован к одной точке на столе. Лишь при моём появлении она чуть приподняла голову.

Её тёмно-зелёные глаза спокойно смотрели на меня из-под слегка нахмуренных тонких бровей. Это сложно описать, но даже сейчас, в собственной палатке, в свете магического светильника, от неё исходила аура спокойной уверенности, словно внутренний огонь. И пусть цвет глаз Магистра был чем-то похож на Весну, но то, что я в них видел, кардинально отличалось. В них я чётко видел хищную сталь.

— Садись, — коротко произнесла она, кивнув на обитый тканью стул напротив.

Я спокойно сел, не отводя взгляда. От одного её присутствия моя мана откликалась, а хаос приходил в движение. Моё тело впервые находилось в непосредственной близости от Магистра.

С самого моего первого дня я сражался с магами и воинами сильнее меня. Иногда на бумаге, иногда на деле. Я ни разу не сомневался, что мог их победить — в лоб или хитростью. Даже тот же отряд Инквизитора оказался мне и моим людям вполне по зубам.

Но Магистр передо мной была совсем другим зверем. За какие-то несколько месяцев я прыгнул выше головы по меркам этого тела — всё благодаря моему опыту и знаниям. В Выкречи, будучи Подмастерьем, я уже побеждал Мастеров, потому как сам на деле мог считаться Мастером. Но до Магистра мне ещё был нужен целый скачок вверх.

Магистр долго смотрела прямо на меня. Не давила, не сверлила взглядом — просто не спускала глаз и молчала.

— Максим Клинков, — тихо произнесла она, словно пробуя моё имя на языке.

После этого последовала небольшая пауза.

— Ты хорошо сработал. Даже очень. Лучше многих из тех, кто долго проходил под родовым флагом в Чернореченске.

Я заметил, как её глаза похолодели. Она явно имела в виду один из провалившихся в передовом отряде родов.

— Заклинания, что ты применил против червей, по силе на голову выше Подмастерья. Защита, атака, арсенал, командирские навыки… Всё то, что едва ли можно освоить за то малое время, что ты был зарегистрирован в Доме найма. Знаешь, что самое интересное, Максим?..

Вопрос в данном случае был риторическим.

— Всю твою карьеру наёмника до Выкречи можно описать одним словом: «жил». Архивы бы написали: «Родился, жил, умер».

Я почувствовал, как ментальное заклинание прикоснулось к моей защите. Это касание было более грубым, чем у Ермака, но таким же ненавязчивым и не пытающимся проникнуть куда-либо глубже поверхностных эмоций. Это и было понятно — всё-таки Магистр была магом огня, а не ментальным магом. Да и к ментальной магии должна быть предрасположенность.

— Скакнуть с Неофита до Подмастерья за несколько месяцев — это не просто результат труда. Это талант. Неогранённый алмаз. Да ещё и хаосит к тому же, — продолжила говорить она. — Так что ответь-ка мне на один вопрос, Максим Клинков. Кто ты такой?

Она не сводила с меня глаз, будто стараясь загипнотизировать.

Я знал, что этот момент когда-либо настанет. Сам прекрасно понимал, что резкий скачок силы Максима Клинкова, человека с неизвестным прошлым, не останется незамеченным со стороны более-менее толкового мага.

Мне ещё долго удавалось просто-напросто игнорировать или обходить этот момент. Этому, конечно, способствовало то, что я был в Выкречи, где прошлое частенько играло малозначительную роль для наёмников и ходоков. Но в Чернореченске первый же Магистр, увидев меня в деле, задался логичным вопросом.

— Кто я такой? — спокойно произнёс я.

Я всё ещё чувствовал прикосновение ментальной магии. Я мог бы отмахнуться от него, закрыться, но делать этого не собирался. Зачем?

— Я последний из моего Рода, — произнёс я, откидываясь на спинку стула.

Брови Магистра чуть дёрнулись вверх.

Я не собирался ей врать. Ведь моё продвижение вверх напрямую зависело в том числе и от правильно выстроенных отношений с другими родами. А здесь я напрямую говорил с Магистром.

Это вовсе не значило, что я собирался выкладывать ей всё на блюдечке с голубой каёмочкой. Правда — это вещь зачастую субъективная. Ведь я за всё своё время пребывания здесь не нашёл ни единого Клинкова, никаких следов или документов. Лишь странные слухи. То, что я говорил и собирался сказать, для меня было истиной. Ведь обратное доказано не было.

— Допустим, — кивнула она, чуть усилив ментальный нажим. — Как ты, последний из Рода, смог не просто освоить, но и передать хаос? И как Подмастерье оказался в итоге эффективнее некоторых Мастеров?

Она всё-таки хорошо следила за моими заклинаниями и заклинаниями моих бойцов — явно подметила, что у некоторых из них двойные стихии.

— Наследие рода, — коротко ответил я. — И ещё мои собственные знания.

Магистр поняла мой ответ спокойно и на некоторое время вновь молчала.

— Хаосит… — пытливо произнесла она. — И не сгорел, не потерял контроль…

Я лишь пожал плечами.

— Выходит, ты глава рода с отрядом хаоситов, — протянула она, чуть склонив голову набок. — Дисциплинированных, следующих за тобой вовсе не из страха, бьющихся как один… Что-то не похоже на наёмников из местечкового городка.

— Родовое воспитание, — ответил я.

Я едва сдержался, чтобы не усмехнуться.

Не знаю, была ли это реакция на мои слова или лёгкую смену тона, но ментальное давление усилилось и копнуло немного глубже. На что я аккуратно выставил небольшую перегородку. Так, чтобы обозначить границу дозволенного.

Магистр качнула головой, отчего рыжие локоны растрепались и рассыпались по её лбу, но ментальное давление исчезло.

— Не врёшь — уже неплохо. Да и Волкодав кому попало рекомендации не даёт.

Несмотря на то, что ментальное давление прекратилось, тон Магистра остался всё тем же.

Она наконец отвела взгляд, вновь опустив его на карту, и ненадолго задумалась. Я молчал — незачем давать больше информации, чем следовало. Просто смотрел на слегка прищуренные зелёные глаза и светлую кожу.

В итоге, когда она вновь подняла глаза, она неожиданно спросила:

— У меня что-то на лице?

Значит, в «гляделки» играть можно только ей.

Я покачал головой, а затем спокойно произнёс:

— Вспомнил, что нас не представили.

На этот раз я заметил, что она на мгновение зависла, лишь затем резко вернула контроль над собой.

— Действительно.

Она поднялась со стула, выпрямившись передо мной. Я скользнул взглядом по её стройной фигуре, обтянутой кожаным камзолом, и тоже поднялся на ноги.

Представиться друг другу — это первое правило этикета для дворян. Здесь я использовал небольшой трюк, ведь технически аристократом я не был. Но только в этой жизни. И только пока что.

— Агния из рода Железных, — коротко произнесла рыжая волшебница.

Она протянула вперёд тонкие пальцы.

— Максим из рода Клинковых, — ответил я.

Я ответил на её жест рукопожатием, чуть повернув её ладонь в сторону. Рукопожатие было коротким, но я почувствовал её запас маны, который инстинктивно чуть не бросился наружу от прикосновения другого мага.

Агния выглядела немного удивлённой — то ли от моего рукопожатия, то ли от чего-то ещё сказанного мной. В итоге она лишь коротко бросила:

— На этом и закончим.

Она в данном случае командир. Так что я кивнул, повернулся и направился к выходу.

Когда я уже закрывал за собой полог шатра, до меня донёсся едва слышный шёпот.

— Откуда ты вообще взялся…

Ночь на улице уже воцарилась окончательно. Здесь особенно ярко чувствовался контраст между тёплым шатром и ночной прохладой. Снаружи уже не было ни Мастера из рода Железных, ни его сопровождения. Только пара стражей проводила меня взглядом. Я вернулся к своему отряду, застав у костра несколько всё ещё бодрствующих человек.

Весна оттирала котелок после готовки, Рома смотрел на взошедшую в небе луну, Сольвейг подбрасывала щепу в огонь, а Аскольд пил что-то из фляги. Он первый повернул голову и заметил меня.

— Ну, живой вернулся, — передал он мне флягу. — Мы уже думали, что ты договор кровью подписываешь.

— Или тебя по костяшкам разбирают, — бухнул Рома, придвигаясь чуть ближе к огню.

Я присел рядом и вытянул ноги вперёд, затем сделал глоток из фляги. Губы слегка покалывало, а горло обожгло горячим напитком. Вокруг в очередной раз за вечер возникла тишина, прерываемая лишь треском костра и скрежетом металла по металлу. Весна то и дело косилась на меня, хотя от своего дела не отвлекалась.

— Что ж, — произнёс я, — поздно уже. Вам и мне нужно хорошенько отдохнуть перед восхождением на гряду.

Я сделал вид, что собираюсь подняться с места.

— Командир, — тут же не выдержал Аскольд, — не томи. Давай, нам же интересно.

— Вот-вот, — поддакнул Рома.

— Интересно им, — усмехнулся я.

Для того, чтобы лишние глаза и уши не узнали лишнего, я поставил вокруг Полог, достаточный для того, чтобы скрыть звуки и изображение.

— Кхм, — прочистил горло Аскольд. — Уточню на всякий случай — Мастер же? Не соврал? А то мало ли, в ловушку тебя, командир, заманивали.

— Поговорили да и всё, — пожал плечами я.

Аскольд, несмотря на азартную боевую натуру, задумывался над правильными вещами — не зря сам долгое время водил за собой людей.

— Да и какая ловушка? — отмахнулся я. — Лично рыжая была. Проверяла, спрашивала про меня, про род, про отряд.

Повисла пауза. Даже ветер стал тише. Сольвейг вздохнула, будто собираясь что-то сказать, но тут же передумала.

— Ну и? — вместо неё спросила Весна. — Как она?

Девушки быстро приглянулись, значит. Вот так вот — ещё недавно друг друга не только взглядом, но и словом кололи, то и дело или вовсе игнорировали, а теперь без слов друг друга понимают.

— Сильный огневик.

Я смотрел в пламя и представлял, мог ли с ней сейчас справиться? Рановато мне было с Магистрами сражаться.

Да и интерес девчонок к ситуации я читал, но поощрять не собирался. Ладно ещё Весна, мы с ней периодически проводим ночи вместе, но Сольвейг-то чего вздыхает?

— Ещё и, судя по всему, универсал. Или как минимум обладает базовыми познаниями в ментальных и прочих школах. Что для Магистра в принципе не удивительно. Но будьте начеку.

— Слушай, мы ведь толком не знаем, зачем идём, — пробормотал Рома. — Вот доберёмся мы до итогового места на гряде… А интересно, как дальше действовать будем?

— Есть у меня мысль, — почесал щёку я. — Что действовать будем не мы, а Магистр.

Все взгляды обратились ко мне.

— Ну а вы чего ожидали? — усмехнулся я. — Ей незачем марать руки о местных монстров, когда есть боевой отряд. Более того, даже Магистра можно окружить или заставить врасплох. Но Велигорские вместе с Железными готовились к этому рейду давненько. И судя по отряду, снаряжению и подготовке — всё распланировали от и до.

— Так это что ж получается… — довольно оскалился Аскольд.

— Да, высок шанс, что у вас будет возможность увидеть Магистра в действии.

Ребята тут же переглянулись между собой.

— Да ну, — удивился Рома. — Я ещё от твоих заклинаний в Выкречи не отошёл, а тут целый Магистр!

— Не пропустить бы… — протянул Аскольд.

— Это если она ещё соизволит участвовать в рейде, — подметила Сольвейг.

— Если будет участвовать — не сводите с неё глаз. Поверьте мне, научитесь главному.

— И чему же? — нетерпеливо спросил Рома.

— Вот если она станет колдовать, и узнаешь, — закончил наш разговор я. — А теперь давайте-ка все спать. Нам предстоит забраться на Гремящую Гряду, и поверьте мне… Подъём не будет лёгким.

Утро встретило отряд туманной и вязкой прохладой. Воздух стал плотным, как будто в нём висела древняя аура.

— Недобрый знак, — проворчал Аскольд.

Лагерь живо просыпался и приходил в себя. Люди проверяли экипировку, быстро завтракали. Кто-то точил клинки, а кто-то делал зарядку прямо в экипировке. Слышались приглушённые голоса, скрип кожаных ремней и звон посуды.

Глеб вынырнул из тумана, держа под мышкой свёрнутую карту, в руках две кружки. Одну он протянул Аскольду.

— Ты в неё что, плюнул, что ли? — подозрительно пробурчал Аскольд, прищурившись.

— Ты же, демон одноглазый, вчера сам, пока командир занят был, жаловался, что грог хочешь.

— Да ну… — тут же растерял всю подозрительность Аскольд. — И ты достал⁈

— Хрен тебе, циклоп, — усмехнулся Глеб. — Откуда у Бори или других наёмников грог-то будет? Зато добавишь в чаёк свою бурду из фляжки — и самое то.

— Кто из нас ещё демон… — проворчал Аскольд.

Тем не менее, кружку с дымящимся чаем он забрал.

Глеб перехватил освободившейся рукой карту и протянул её мне.

Я взял свёрток, раскрыл карту и взглянул на сегодняшний маршрут. Глеб в это время сам захлюпал чаем.

— Полдня по склонам, затем плато и снова склоны, — резюмировал наш путь я. — Глеб, у Бори есть какие новости?

— Не, — махнул Глеб рукой. — Пока ничего. Так, жалуется, что дежурств много.

— Так они в передовом зато не ходят, — логично подметил Аскольд.

— Тоже верно, — кивнул Глеб. — Они как увидели червей — и сами рады. Но оттого у них работа по лагерю только прибавилась.

— Хаос с ними.

Я встал и потянулся.

— Собирайтесь! Снаряжение сматывайте, собирайте палатки, костры гасите. Не будем выбиваться из графика.

— Да-а-а, — протянул Аскольд, вглядываясь в туман. — Родовые вон, похоже, уже экипировку проверяют.

В следующие дни нас ждала Гряда.

Поднимались мы медленно. Склон становился круче, а тропы превращались в узкие скользкие ловушки. Камни под ногами будто сами сыпались вниз, пытаясь скинуть чужаков, нарушивших покой гор. Воздух был сырой, холодный, пахло какой-то шерстью и магией.

— Как думаешь, кошаки? — спросила Сольвейг, когда мы забрались на очередной выступ.

— Туман для них был бы отличной маскировкой, — я взглянул на ведущую дальше тропу. — Передовому отряду в этой местности явно не повезёт.

Из-под ног сыпался мелкий гравий, а ветви из корявых кустов цеплялись за сапоги. В такой обстановке сражаться в ближнем бою было сложно. Впрочем, здесь, на Гремящей Гряде, повысилась ценность разведочной группы, которая на этот раз ныряла в окружающий нас туман не больше чем на час и постоянно возвращалась, корректируя маршрут.

Они шли впереди, и их задача стала — не дать монстрам застать не только основной отряд, но даже авангард врасплох. Небольшая группа следопытов выглядела уставшей, но двигалась точно и резко, а на лицах была заметна решимость и сосредоточенность.

Почти весь день удавалось избегать столкновений. Лишь к вечеру, когда мы проходили над обрывом, сверху посыпались камни. Вниз шмякнулось бесформенное тело монстра. А затем ещё одно и ещё.

Серая влажная кожа, обожжённое мясо, а глаза, словно паучьи, разбросанные по двум сторонам круглой головы с крупной пастью. Существо вытянулось и стало чем-то походить на сплетённые древесные корни. Приглядевшись, можно было заметить руки, похожие на костяные лопасти.

Передовой отряд, на тот момент состоящий из Велигорских, тут же вступил в бой. Потоки заклинаний возникли в воздухе. Все они, словно вплетённые в единый узор, рванули вперёд. Удары магии были глухими, и мана разлетелась не искрами, а словно втянулась в саму плоть монстров.

Один из них сгорел, не издав ни звука. Второй прыгнул и нарвался на копьё, метко брошенное Ярополком. Он тут же бросился вперёд, на ходу срубая ещё двух тварей.

Бой не затянулся. Воины Велигорских отлично справились с бесформенными тварями. И подъём вверх продолжился.

Дальше карабкались по уступу, где с обеих сторон вниз свисали чёрные корни. Они выглядели сухими и мёртвыми — с виду едва ли могли выдержать человеческий вес, потому ступать приходилось осторожно.

— Весна, проверь их, — скомандовал я, почувствовав остаточную ману в корнях.

— Макс, их нельзя трогать! — быстро заверила Весна, пустив по округе свою изумрудную ману.

— Вы её слышали? — тут же обратился я к стальным.

Мы передали информацию остальным отрядам, но пара наёмников всё равно оказались беспечными.

Чуть ли не на наших глазах один из солдат Бориса едва коснулся корней щитом, и они ожили. Они мгновенно схватили руку, вонзив в плоть десятки тонких игл.

— Твою мать! — заорал наёмник.

— Сказал же не трогать растения, — сквозь зубы процедил я.

В Зоне вообще вредно прикасаться к тому, в чём сомневаешься. А тут их даже заранее предупредили. И всё равно остолопы не смогли аккуратно пройти.

Наёмник успел бросить щит и буквально выдернуть руку из мёртвой ловушки. Ему пришлось оказывать первую помощь — рука осталась покрыта чёрными язвами. Весна наложила ему лечебную повязку с мазью, а Борис тут же принялся отпаивать его противоядиями. Боец будет жить, но драться без руки в ближайшее время сможет вряд ли.

— Здесь каждый корень — это чёртова ловушка, — услышал я недовольный голос Бориса.

Чем дальше мы шли по гряде, тем сложнее становился путь. Тропа превратилась в серию обрывков, состоящих из крошечных карнизов, скальных уступов, мостков из корней и почерневшего камня. На этот раз корни были безопасными — их проверяло сразу несколько Мастеров из рода Железных.

Мы шли шаг в шаг, строй растянулся. Снизу поднимался шум и гул основного отряда, но здесь, наверху, всё казалось далёким. Как степь, по которой пришли сюда, так и плато, на котором делали первый привал перед подъёмом на Гремящую Гряду.

Далеко впереди раздался сигнал разведчиков. Новое появление монстров было замечено не только ими, но и авангардом заранее. Монстры, похожие на птиц с короткой жёсткой шерстью и сломанными крыльями, скрипели когтями, утыканными наростами. Они пикировали вниз с небес и пытались выхватить длинными клювами своих жертв. При этом они визжали, отчего мана у многих дрожала и теряла устойчивость.

Я тут же выставил защитный барьер из Хаоса над отрядом. Весна поставила за ним свой Изумрудный щит. Остальные маги тоже не сплоховали — быстро сориентировались. И, несмотря на неустойчивость маны, выставили привычные защитные заклинания.

Один из монстров прорвался и камнем рухнул вниз. Вот только в воздухе возникла вязкая сфера. Монстр ударился в неё и замер, словно в желе. Я видел, как глаза монстра бешено светились, вот только ни крылья, ни лапы практически не двигались. В следующий миг тело монстра поразил импульс. Шар лопнул, а птица упала мёртвым телом на камни.

Следом последовала волна заклинаний. И я был одним из тех, кто запустил в резко бросившихся вверх птиц несколько Клинков Хаоса, а затем и Цепь Хаоса, которая сбила сразу двух птиц.

Здесь, на Гряде, все бои были скоротечными, но каждый из них был большим риском. Можно было не просто лишиться жизни в бою с монстром, но и просто-напросто сорваться вниз.

Дни тянулись. Один медленно сменял другой. У многих не было сил на разговоры, особенно у тех, кому магия не помогала восстановиться. Хаос же поддерживал как меня, так и моих бойцов, поэтому мы чуть проще переносили эту горную гряду.

Спустя почти неделю подъёмов по горным тропам и крутым обрывам мы наконец-то добрались к тому месту, куда стремились Рода Велигорских, Железных и остальных.

Тропа вывела нас в тень одного скального выступа, похожего на позвонок громадного животного. Даже солнце скрывалось за ним, не проникая в его тень. Отсюда нам открывался вид на ущелье посреди гор.

Скалы были исцарапаны следами когтей, кое-где чернели проёмы, похожие на карманы в породе. Тут и там виднелись сложенные из костей и корней гнёзда монстров.

— Странное место, — тут же проговорил Аскольд.

Он был прав. В воздухе висел запах — гнилой, душный, наполненный изменённой маной. Но было здесь ещё кое-что.

— Здесь всё дышит магией, — удивлённо проговорила Весна, прикладывая ладонь к трещине в камне. — Смотри.

Сквозь разлом в скале пробивался слабый чёрный свет, исходящий от клубка корней, впитавших ману из глубин.

Это могла быть одна из причин, по которой сюда и отправились. Редкие магические компоненты, артефакты и живые ресурсы вроде лоз и мхов, пригодных для создания зелий.

Но была у меня мысль о том, что Железные сунулись сюда из-за Пути Предков и чего-то связанного именно с их верой, а не из-за необычных алхимических ингредиентов.

— Привал! — раздался неожиданный возглас.

— Что это они? — удивилась Весна.

— Следует плану, — невозмутимо ответил я.

Привал обычно приносил покой, но здесь, в тени, была не тишина, а затаившаяся угроза. Я внимательно всматривался вниз, ощущал, как там, в горной породе, копошатся магические создания.

Но, кроме них, я отчётливо увидел готовящихся к спуску разведчиков. Они проверяли крепления на поясах и магические тросы, усиленные различными зачарованиями.

Более того, род Железных занял передовую позицию. Они не шли впереди почти весь путь, не считая нескольких дней в степи. Похоже, что экономили силы именно для сегодняшнего дня.

Я отошёл от края и вернулся к своим.

— Не расслабляйтесь, — предупредил их я. — Привал будет недолгим.

Так и случилось. Не прошло и часа, как мы вновь оказались на ногах. И я точно знал почему — разведчики только-только вернулись наверх. Не все, потеряли одного. Более того, несколько из них были ранены. Но привал был коротким не из-за этого. Я чувствовал, как снизу, из горной породы лощины, рвутся монстры. Сюда, к нам, в тень, отбрасываемую одной из громадных скал.

Вот только для нас не было особой команды или приказа. Да я сам заранее предупредил своих. Ведь на выступе над лощиной стояла одинокая волшебница. Кожаный камзол обтягивал стройную фигуру, тёмный плащ развивался от порывов ветра.

Казалось, что вся мана в округе пришла в движение в одночасье. И вовсе не от того, что снизу, из ущелья, наверх рвались магические монстры.

Агния направила руки вниз, в сторону логова монстров, и не стала дожидаться, пока один из них вывалится наружу.

Воздух резко нагрелся. Даже тень, отбрасываемая скалой, отступила.

Рыжие локоны заалели ярким пламенем.

Глава 12

Первые твари вырвались из логова. Это были те монстры, похожие на птиц. Они закричали, открывая длинные пасти, но магия Магистра даже не пошатнулась.

В воздухе не было ни вязкого тумана, ни запаха гнили — больше не было. Всё это словно выжгло огненным ореолом, возникшим вокруг Агнии. Сначала раздался раскат, хотя на небе не было ни тучки. Затем стало жарко, как в бане. По лбу скатилась одинокая капля пота. Пламя не вырвалось из ядра Агнии, не сорвалось с её рук. Оно просто-напросто разверзлось.

Что представляет обычный человек, когда слышит слово «лавина»? Непоколебимую стену из снега, едва ли оставляющую шансы на спасение.

Воздух завибрировал, и в ущелье обрушилась огненная стихия. Яркая и смертоносная. Она испепеляла всё то, что пряталось в тени, копошилось в гнёздах, выскакивало наружу.

Бойцы, которые стояли к волшебнице ближе всего, отпрянули, заслоняя лица. Даже привычные к магии родовые бойцы затаили дыхание.

— Хаос Неделимый… — прошептал Рома.

Кто-то из наёмников опустился прямо на землю от того, что на них давила аура Агнии. Но хуже всего было монстрам.

Сотни криков. Сотни тел. Кожа монстров трещала, панцири лопались, крылья сгорали в воздухе. Один за другим твари превращались в пепел.

Воздух вокруг Агнии искажался. Пламя не жгло, не обжигало, а уничтожало. Одинаково растворяло как фауну, так и флору внизу. Что панцирные черви, что птицеобразные хищники, что кошаки — все пытались сбежать. Но было просто некуда. От магии Агнии было не спастись. Даже камни накалялись и трещали, а воздух стал маслянистым от жары и маны.

Лавина из огня обрушилась со всех сторон, не оставляя тварям и шанса на спасение. Крылатые монстры, успевшие выскочить наружу, варились заживо на пару и в жаре, исходящем от огня. Это был настоящий мастер-класс. Более того, ущелье было не маленьким, но огонь спускался неумолимо.

И посреди всего этого стояла Агния. С огненными волосами и равнодушной маской на лице. Лишь рубиновый отблеск на щеках и лёгкий изгиб губ выдавали каплю эмоций.

Огненная масса довольно быстро сползла вниз и провалилась в норы, расщелины и кратеры, оставляя после себя лишь почерневший камень и дым. Пламя уходило глубже и глубже в логово, превращая монстров в живые факелы уже там.

— Глаз не оторвать, — честно признался Аскольд.

— Угу, — буркнул Глеб. — Там не то что отрывать — там и хоронить-то уже нечего. Даже не знаю, как это назвать.

— Магистр, — подсказал ему я. — Настоящий магистр.

— Трофеев так совсем не получим, — буркнул Глеб.

— Ну почему? — усмехнулся я. — Уверен, что и для нас найдётся работёнка.

Так и вышло. Я подозревал, что родовые бойцы первыми спустятся в логово после заклинания Агнии. Ведь не зря же они проделали такой путь. Было понятно, что монстры и добыча с них не являлись их первоочередной целью. Что-то явно должно было быть в глубине логова.

Так и вышло, что моряду пришлось немного подождать. В данном случае даже магия от Мастера со специализацией воды или льда не помогла бы. Хотя такой маг был в отряде, запускал ледяные заклинания почти во всех боях. Но с тем, во что превратило ущелье заклинание Агнии, можно было сделать очень мало.

В итоге пришлось ждать. Зато в это время мы получили свои указания.

— Макс! — махнул мне рукой запыхавшийся Ермак.

Именно он оказался посланником к нам.

— Хреново выглядишь, — честно сказал я, глядя на его бледное лицо с тёмными кругами под глазами.

— У каждого своя работа, — развёл он руки в стороны. — Вы, кстати, в третьем отряде будете. Зачищать боковые карманы в пещере и не давать остаткам и особо хитрым тварям разбежаться.

— Добро, — кивнул я.

Стратегия мне была в целом понятна. Несмотря на огненную лавину, в пещере вполне могли быть карманы и рукава, в которых уцелели твари. В том магическом фоне, который остался после колдовства Агнии, я кое-где мог разобрать присутствие монстров — но это было неточно. Ни о какой точности после такого масштабного заклинания речи не шло.

— Ты сам где? — спросил я. — В ударной?

— Нет, что ты, — протянул Ермак. — В поддержке. Но оба отряда будут родовыми.

— Значит, чужаков не берут.

Вот я и получил подтверждение тому, что-то, зачем охотились роды, находилось где-то в глубине. И, кстати, особо магическим фоном не обладало. Ну или нам просто не доверили зачистку пещер. Но это маловероятно — потому как всегда лучше рисковать наёмниками, а не собственными бойцами.

— Вот, держи.

Ермак передал мне свёрток с довольно простыми инструкциями и, на контрасте, довольно подробным описанием туннелей и шахт внутри логова.

— Твоя работа? — поинтересовался я у Ермака.

— Я же сказал, — улыбнулся он. — У каждого она своя.

Обменялись ещё парой фраз, но в целом на этом и распрощались.

Ментальный маг, похоже, последние несколько дней, если не всё время похода, использовал магию — уж больно уставшим он выглядел. Вполне мог залезть в голову монстрам и сильно упростить подготовку к штурму. Не сильнее, чем Агния с площадным заклинанием, но тоже ничего.

Перед спуском проверили экипировку. Весна пробежалась по оберегам и защитным заклинаниям, Аскольд поправлял ремни на юшмане, Рома всё ещё неверяще смотрел вниз, в ущелье. Сольвейг просто сидела с закрытыми глазами.

В любом случае, к спуску вниз все были готовы.

Родовые бойцы бросились вниз, как только магический фон более-менее стабилизировался. Магия, конечно, схлынула, само ущелье заметно опустело, но жар всё ещё поднимался от камней.

— А она даже не вспотела, — пробормотал Рома.

Заклинание и вправду было впечатляющим. Но это не значило, что Магистр должен был без сил рухнуть на камни. Нет. Ранг — это не только большая сила, но запас маны, арсенал и так далее по списку. Потому уверен, что Агния при необходимости могла ещё чем-то удивить. Другое дело, что инструмент в данной ситуации был подобран верный и очень смертоносный.

Пришлось довольно долго прождать перед тем, как мы получили сигнал идти в бой.

Наёмники и ходоки спустились вниз. Воздух был наполнен гарью и кровью. Края туннеля, через который мы входили, почернели и оплавились.

— Ай! — негромко вскрикнул Игнат, на которого капнула расплавленная смола. Или это были останки монстров? Шанс был равный.

Внутри тут и там туннели были освещены блёклым сиянием магии. Группы, прошедшие до нас, поставили метки и ориентиры, которые помогали нам точно следовать по пути.

Поначалу монстров не было совсем. Только пепел, чёрная жижа да камни.

Чуть позже начали встречаться останки монстров — обугленная плоть, обожжённые кости. Некоторые твари были полуживыми, всё ещё дёргались и бились в агонии. Я использовал простые точечные заклинания — Клинки и Серпы. Тому же принципу следовали и Иван с Ромой. Ира изредка запускала стрелы в темноту. Так, не приближаясь, мы добивали монстров тут и там.

Внутри мы двигались параллельно другим группам. Между нами была натянута волшебная нить, которая служила коммуникационным средством на случай тревоги или непредвиденных обстоятельств.

Сбоку из одного из карманов раздался крик. Пришлось немного изменить маршрут и проверить, что случилось. Мы были недалеко. Выяснилось, что один из ходоков умудрился получить удар в бок от твари, выжившей в пламени. Впрочем, маг из их отряда уже вколотил в неё электрический разряд.

Мы проверяли карман за карманом, пещеру за пещерой. В одной из них столкнулись с тремя мерцающими сгустками тьмы. Они отделились от стены и атаковали. Это были старые знакомые — монстры, похожие на больших кошек. Вот только их маскировка сильно ослабла, шкуры были опалены, а из-под них виднелась высушенная плоть.

Я среагировал первым и метнул вперёд Клинок хаоса. Тварь попыталась увернуться, но слишком поздно — лезвие вошло прямо за ухо, войдя в плоть и добравшись до костей. Липкая чёрная кровь полилась на камни.

Сольвейг уже крушила другую тварь. Ира ранила её стрелой в бедро, поэтому Соль смело орудовала двуручным мечом, пробивая шкуру и оставляя глубокие раны. Её прикрывал изумрудный барьер.

А Коля с Прохором, Игнатом и парой моряков загоняли третью тварь. Палаши и сабля очень быстро сделали своё дело — сначала отрубив одну лапу, а затем и голову.

— Трофеи собирать будем? — спросил Глеб, когда мы закончили.

— Не сейчас, — покачал головой я. — Отметь, где и с кем столкнулись, на карте и двигаемся дальше.

С добычей разбираться будем потом. Время терять здесь не хотелось.

Так мы и продолжили работать внутри логова, добивая монстров, до тех пор, пока я не почувствовал в одном из коридоров заметное магическое присутствие.

— А ну-ка…

Я похлопал Сольвейг по плечу, и та отступила в сторону, пропуская меня.

К этому моменту мы уже успели залезть довольно глубоко в логово.

Определить местоположение интересующего меня объекта много времени не заняло. В итоге я оказался перед одной из стен в коридоре и, не раздумывая, проломил её Кулаком хаоса.

За ней оказался спрятанный объект, источающий магический фон. А точнее каменная плита, исписанная рунами. От неё исходило слабое свечение. Мне пришлось выломать её из пола вместе с куском камня — как будто это место не хотело отпускать её.

— Артефакт? — спросил меня Серёга.

— Скорее всего.

Я протёр плиту рукавом. Шрифт на ней я разобрать не мог, но предполагал, что плита могла быть связана с тем, что искали здесь Железные с Велигорскими.

— Разберёмся, что это, как выберемся. Не расслабляйтесь.

Логово простиралось вглубь скального массива аж несколькими уровнями вниз. И монстры, судя по логову, гнездились и жили повсюду, постоянно сталкиваясь друг с другом и пожирая слабых.

В итоге, когда мы добрались до предпоследнего уровня, встретили один из небольших родовых отрядов.

Чем ближе мы подходили к нижнему уровню, сердцу логова, тем отчётливее я чувствовал биение крупной жизни. Всполохи или агонию. И судя по периодическим вспышкам магии внизу, на уровне ниже, шёл бой. Даже несмотря на то, что зачистка пещеры заняла у нас достаточно много времени.

— Дальше хода нет, — предупредил наш отряд волшебник с гербом одного из малых родов.

Спорить с ними я не стал — мне за это не платили. Да и с Магистром во главе родовые точно справятся с любой ожидавшей там угрозой.

— А вот теперь, — усмехнулся я, обращаясь к своим, — можно и трофеи собрать.

Тоннели местами раздваивались, уводя вниз, наверх и в разные стороны. Я решил, что нам достаточно пройтись по участку назад и собрать всё, что обладало достаточной ценностью. Всё-таки магия успела спалить многие трофеи — будь то корни, живо напитанные многовековой магией, или части монстров.

Возвращаясь назад по туннелям, мы потрошили часть тел, выглядящих наиболее ценными, искали всё — от органов до когтей, яда и шкур. Всё, что можно было использовать в алхимии или зачаровании. Весна с Аскольдом сильно помогали в этом. В итоге пришлось сделать даже несколько заходов с привалами — всё-таки вытаскивать ценности и вырезать части монстров было процессом затратным.

— Да тут трофеев на две повозки, — отметил Серёга, заглядывая в контейнер из закалённого стекла, который Весна удерживала перед собой.

— Надо бы ещё смолу попробовать соскрести, — пробормотал Глеб, внимательно рассматривая стены тоннеля.

— Если хочешь — валяй, — на мгновение отвлёкся от разделки я.

— Не позволяй мечтам оставаться мечтами, — весело поддакнул Аскольд. — Преврати их в реальность.

— Ой, да пошёл ты, — отмахнулся от него Глеб.

Тем не менее, он полез за зачарованными инструментами.

К тому моменту, когда мы управились с трофеями, все туннели уже зачистили. Логово было похоже на выжженную рану — камни почернели, кровь засохла и осела повсюду коркой. Мы выбрались наружу.

Воздух в ущелье оказался практически чистым после гари логова. Даже дул ветер, гоняя по небу редкие облака. Над головой уже начинало вечереть — это был явно вечер не того же дня. Ведь в тоннелях мы провели аж несколько дней.

Наверху, на уступе, уже был разбит лагерь — с караванчиками и наёмниками, палатками и кострами. Он возник в первый же день. Наверх магией и верёвками поднимали добычу.

Все работали чётко и слаженно. Было заметно, что никому не хотелось оставаться на Гремящей Гряде дольше необходимого. Возможно, после зачистки это место обретёт новое имя. Может быть, Выжженная Гряда.

Мы поднялись наверх, на уступ. Я заметил, что лица соратников расслабились, в глазах появилось спокойствие. Всё-таки поработали мы на славу.

— Всё, — скомандовал я. — Отдых.

Я сам резво принялся ставить палатку, пока остальные занимались костром, обработкой мелких ранений и приготовлением горячей еды.

В лагере повсюду стояли ящики, мешки и контейнеры. В каждом из них лежали ценности — когти с засохшей кровью, блестящие чешуйки, сгустки редких кристаллов, переживших магию Игнис.

Родовые волшебники оценивали трофеи, записывая что-то в своих свитках.

— Не может панцирь быть дороже кристалла!

— А на что тебе эта каменюка проклятая сдалась?

Два наёмника спорили, что им стоило выбрать в качестве одной из наград для отряда.

— Чешуи на пару комплектов лёгкой брони хватит, — заметил Аскольд.

— Так она ещё и от смолы почернела, — согласился с ним Серёга. — И магией магистра напиталась. Неплохой трофей вышел. Нам и самим фрагменты чешуи не помешают…

— Это всё разойдётся по долям, — предупредил их я. — А вот за артефакт я бы переговорил отдельно. Возможно, он нам самим пригодится.

— Дело твоё, командир, — легко согласился Аскольд и тут же задался более интересным вопросом. — Как думаешь, до драки дойдёт?

— Ставлю рубль, что нет, — ответил Серёга.

— По рукам, — тут же усмехнулся Аскольд.

Надо сказать, что у палаток с родовыми гербами было больше всего коробок, ящиков, контейнеров и мешков. Там вообще, судя по всему, вёлся свой учёт.

Я закончил с палаткой, присел у костра и повернулся туда, где совсем недавно спорили два наёмника. Драки не случилось — разошлись миром.

— Я выиграл, — довольно сказал Серёга.

— В городе будем — тогда выигрыш отдам, — ответил Аскольд. — Мягкие наёмнички стали… Мягкими.

— Не думала, что доберёмся до центра логова так быстро, — подсела ко мне Сольвейг. — Обычно такие места не сдаются без боя несколько недель, а то и месяцев.

— Это и вправду был не бой, — откликнулся Аскольд, — скорее уж демонстрация силы.

Я вытянул руки перед собой и поднёс их поближе к огню.

— Ну и как вам? — спросил я.

— Демонстрация-то, — усмехнулся Аскольд, — была эффектная. И эффективная.

— Заклинания, техника, контроль, — заговорил я. — Я ведь говорил вам смотреть внимательно.

Я смотрел, как в костре медленно потрескивает древесина.

— Надеюсь, что вы не моргали. Потому что-то, что вы видели сегодня — это лишь один из уровней. И мы на нём обязательно взойдём.

К ночи лагерь зажил обычной походной жизнью — костры, лёгкие разговоры, смены на дежурствах. Бойцы были уставшие, некоторые раненые, но живые. И каждый был по-своему доволен.

Я поглядывал на артефакт, который вытащил из логова. Он лежал на самом верху ящика — плита, исписанная полустёртыми рунами, едва заметно мерцала в охватившей её темноте.

Магистр и передовой ударный отряд оставались на нижнем уровне логова на день дольше, чем все остальные. За это время мы успели отдохнуть и восстановить силы. Вниз двинулись практически сразу, без передышки для родовых бойцов и магов.

Напоследок Агния запустила вниз пламя ещё раз — только уже не волной, а столпами.

Многие предвкушали спуск, так как, по идее, он должен был занять меньше времени. Вот только даже после зачистки логова движение по узким тропам и каменистым уступам среди осыпающихся скал требовало осторожности. Более того, трофеи и артефакты, добытые в логове, дополнительной скорости тоже не придавали.

В итоге отряд шёл медленно, сохранялось напряжение — ведь все помнили, что мы в Зоне. И совсем недавно сражались с засадами целых стай монстров. Но спуск не прекращался, даже несмотря на то, что на четвёртый день пошёл дождь. Почти невидимая морось въедалась в одежду. Вода размыла тропы и дороги, по которым тяжело было вести даже зачарованных лошадей.

Один из воинов по соседству поскользнулся на камне и повредил лодыжку — пришлось останавливаться на привал.

— Зато вниз, а не вверх, — буркнул Рома, устраиваясь поудобнее под магическим навесом. — Вверх было хуже.

По пути всё ещё попадались живые твари — мелкие хищники, разные виды охотников и падальщиков. Их не трогали, если они не приближались. А после выброса магии от Агнии эти твари приближаться не спешили.

Шли организованно и вскоре степь уже замаячила на краю горизонта. Мы вышли с гор к холмам. Воздух стал суше, а запах Гряды остался позади. Впереди были холмы, густая трава, низкие кустарники и Зона. Но самое главное — дорога к Чернореченску.

— Нет, ну десятка Магистров в одном Роду у нас быть не может, — проговорил Ермак.

В степи он практически присоединился к нам, рассказывая истории и кое-какие подробности из рейда.

— Я же не говорю, что здесь, в Чернореченске, — оживлённо ответил ему Рома. — Ты в целом представь, сколько же дел они наворотить могут.

— Это ты ещё Архимагов не видел.

Рома на мгновение задумался.

— В Выкречи, говорят, князь — Архимаг.

— Ну, как сказать, — дёрнул уголками губ Ермак. — Может, на бумаге, конечно, и архимаг, но с другими в его ранге потягаться не сможет. Да и Магистры, думаю, числом его контролировать могут.

— А как же он тогда власть держит?

— Не знаю, я к нему в голову не залезал.

Такой ответ ненадолго озадачил Рому.

— Ты лучше скажи, что там внизу-то было, — тут же присоединился к разговору Аскольд.

Ермак обновил барьер от дождя, хлещущего уже которые сутки.

— Вожак был. Что же ещё.

— Живой, что ли?

— Не уверен, можно ли называть пульсирующий сгусток мяса живым. Оплавленный панцирь, горящие безумием глаза… Всё, как частенько бывает у монстров.

— Что-то долго вы со сгустком мяса возились.

В голосе Аскольда прозвучали подозрительные нотки.

Ермак лишь улыбнулся и пожал плечами. Значит, информация была только для ограниченного круга лиц.

Дорога к Чернореченску оказалась достаточно спокойной. Несколько коротких стычек с монстрами, одно дежурство в качестве передового отряда, несколько караулов и вечный, да преследующий нас дождь.

Из-за него я едва заметил показавшиеся вдали башни города. Чернореченск встречал нас хмурым небом и непогодой.

Глава 13

Последний участок пути до города преодолели споро. Двигаться по обжитым землям уже было намного легче, даже несмотря на ливень. Здесь уже чувствовался запах не шерсти, гнили и мха, а травы, скота и древесины. Мы уже преодолели один деревянный мост со знаками и указателями, а также несколько хуторов.

Тракт стал твёрже и надёжнее, появились редкие обозы, телеги с товарами и вооружённые всадники. Изредка нам попадались деревни с черепичными крышами. На этот раз никаких ритуалов или обрядов не происходило, да и большинство деревенских не высовывали носа из дому — явно из-за непогоды.

В прошлый-то раз, когда мы только въезжали в Чернореченск, мы застали обряд памяти в Пути Предков. Тогда в одном из курганов хоронили воина. Мне об этом рассказал чуть больше ермак, который проследовал к своему отряду только тогда, когда мы приблизились к Чернореченску. Не знаю уж пытался ли он наладить деловые отношения или и вправду интересовался отрядом, но источником информации он был отменным.

Даже когда очертания города стали приобретать детали, мы не спешили. Подъём на горную гряду, спуск, постоянные битвы и езда в седле — всё это накладывало печать усталости на бойцов. Наш рейд, пыльный, грязный, уставший, въехал в город как-то обыденно.

Маги даже внутри стен поддерживали купол, защищающий от дождя. К тому же, по большому счёту, мы и не намокли — один из плюсов бытовой магии.

Аскольд ехал рядом, и я заметил, как он наконец ослабил хватку на мече, как только мы въехали в город.

Несмотря на то, что большого внимания из-за непогоды мы не привлекли, на площади перед воротами нас всё-таки встречали несколько представителей родов, мастеровые да пара человек из Дома Найма и прочего честного люда.

Первым делом мы отправились в Дом Найма, где закончили все формальности, включая завершение контракта и распределение добычи. Родовые бойцы и некоторые наёмники разгружали добытые трофеи, оставляя контейнеры, ящики и мешки под навесом Дома Найма.

Распределение добычи прошло довольно спокойно — почти всё было описано в контракте, а нарушать его с меткой в ауре никто не собирался.

Нам полагалась добрая часть трофеев, добытых нами самими. В основном части монстров, кое-какие растения и корешки, собранные в пути. Самый интересный артефакт и наш трофей был плитой с рунами.

— Слушай, может, махнёшь артефакт на два мешка хвостов? — обратился ко мне Борис.

— Кошачьих? — спросил я.

— Ну да, этих, что на нас на Гряде бросались.

Предложение было интересным, но артефакт на данный момент мне казался привлекательнее. За него даже вслепую без раскрытия свойств, заплатят больше, чем за два десятка хвостов мутантов.

— Нет, — покачал головой я. — Если только твои хвосты не из золота.

— Чё ж мои-то, — усмехнулся Борис, не принимая отказ близко к сердцу, — говорю же — кошачьи.

— Когда драконьи притащишь, — беззлобно ответил я, — тогда и поговорим.

— Будь у меня драконий хвост, я бы в наёмниках не ходил.

Артефакт я отдавать всё равно не собирался. Мне и так удалось договориться, что артефакт мы заберём себе. Он, похоже, не был нужен ни «железным», ни велигорским. Ну а вот перепродать его подороже вполне можно было.

— Давай за три? — повысил цену Борис.

— Брось ты, — отмахнулся я.

Я подметил, что у Велигорских и Железных вообще вёлся отдельный учёт добычи. У них её было кратно больше — и зачарованной, и материальной. Тем не менее, интерес к кое-какой нашей добыче, даже вне артефакта, сохранялся.

Ещё и бойцы из небольшого рода предложили выкупить кое-какие части монстров по мелочи — шкуры, зубы, когти. Но мы не сошлись в цене. Пусть у меня пока и не было своего торговца, которому я мог бы выгодно сбывать товар из Зоны, но соглашаться на явно заниженную цену я не собирался.

Я вышел из Дома Найма, когда закончил все дела. Рассчитался и получил подтверждение перевода денег на счёт в Имперском банке, а также удостоверился, что все трофеи, обещанные за вылазку, на месте.

За дверьми меня ждал Ермак. Дождик немного стих, и ментальный маг с интересом вглядывался в серое небо.

— Справились, — сказал он просто.

— А были сомнения?

Я спустился на крыльцо и встал рядом.

Ермак пожал плечами.

— Живые, с добычей, и Магистр довольна. Что случается ой как не часто.

— Что, мне её настроение? — хмыкнул я. — За это ни привилегий, ни титулов не вручают.

— Верно, верно, — улыбнулся Ермак. — Но это шаг в правильную сторону.

Я и сам знал, что мы с отрядом сделали один шаг на большой лестнице в иерархии Чернореченска.

Некоторое время мы молча постояли, наблюдая, как капли дождя падают на сырую землю, а во дворе суетятся воины и служащие Дома Найма.

— Если у нас появится работа, — наконец заговорил Ермак, — то я дам тебе знать.

— Хорошо, — кивнул я. — Мы, скорее всего, переедем. Я оставлю весточку куда.

Пусть нас в отряде было меньше двух десятков, но места в одном доме было впритык. Мне хотелось не только дать всем больше личного пространства, но иметь задел на будущее. Нам, кроме жилья, нужна была лаборатория, рабочие кабинеты, просторный двор, гостевые комнаты — да много чего. И одна из мыслей у меня была снять ещё пару домов.

Учитывая, что мы только-только договорились со старой каргой, то вполне можно было прицениться к соседним или двинуть на окраину, где аренда была подешевле. Но это, конечно, после продажи трофеев.

— Тогда не прощаюсь.

Ермак просто кивнул и ушёл к своим. Ярополк тут же нашёл ему работу и начал что-то спокойно объяснять, указывая на зачарованные контейнеры.

В этот день я не стал загружать своих. Просто привезли добычу домой и перетащили всё во двор. Иван отсортировал кое-какие контейнеры и мешки в помещение, которое мы называли складом, но места там было не так уж и много — это скорее был чулан или небольшая кладовая.

Рому на крыльце, несмотря на всё ещё моросивший дождь, ждала Вера с детьми, которые тут же бросились по влажной земле к отцу.

— Отдыхайте сегодня, — обратился я к остальным. — Заслужили. С трофеями и всеми другими вопросами разберёмся к вечеру.

У моих людей появилось чуточку свободного времени, и все предпочли провести его по-своему.

Дом, оставленный за спиной, начал оживать. Иван принялся проводить перепись полученного, даже несмотря на то, что я дал ему возможность отдохнуть. К нему присоединилась пара моряков — они принялись выгружать артефакты, раскладывать снаряжение и разбирать оружие. Мешать полезному делу я не стал.

В доме уже раздавался детский смех — мальчишки гонялись друг за другом по коридору, а Варя сидела в кресле на первом этаже и болтала ногами, перебирая в руках небольшой блестящий камешек, который подарил ей Рома.

Глеб завалился спать.

Весна и Сольвейг что-то оживлённо рассказывали Вере.

Остальные тоже нашли, чем заняться. К вечеру стало понятно, что информация из Дома Найма быстро разлетелась по городу — поход прошёл удачно, без серьёзных потерь, да ещё и добыча была стоящей.

Я получил сразу пару писем с предложениями о будущих контрактах, но пока отложил их в сторону. Из бумаг меня больше интересовал перечень трофеев. Среди частей монстров было много чешуи и кристаллов от разного вида горных хищников. Их вполне можно было сдать кузнецам или артефакторам, чтобы создать среднюю или тяжёлую броню. Особенно хорошо могли получиться нагрудники.

Были у нас и разные когти, клыки и кости — разной длины и формы. Даже завалялась парочка длинных клювов. Всё это можно было использовать для амулетов или оберегов.

Ещё нам удалось получить глаза, уши и органы надоедливых кошек из Гряды. Было несколько контейнеров со смолой, которая была насыщена маной магистра, корни — подсушенные или прожжённые тут и там, да всякие травы.

— Длинный список, — протянул Аскольд из соседнего кресла.

Мы сидели напротив камина в гостином зале — я за столом, Аскольд чуть поодаль. Он даже не стал открывать глаза, чтобы вынырнуть из полудрёмы.

Я и сам смотрел на этот список, а также вспоминал, что лежало в Кладовочке и сколько у нас было в Имперском банке. Итого получалось, что денег было прилично. Я бы даже сказал, много для отряда нашей численности.

— Но не хватает нам вовсе не артефактов или трофеев, — протянул я.

— Деньги у нас тоже водятся, — ответил Аскольд.

— Да, но я говорю про людей.

— Ах, — выдохнула Весна, изобразив на лице шок. — Значит, мы тебе уже надоели?

Ведьма зашла в комнату с чаем в руках. Поставила две кружки на стол, а сама села на диванчик.

— Или нас тебе мало?

В её глазах отражались искры камина, потрескивающего в гостином зале.

— Вы — мои ближники, и этого ничто не изменит. Но на будущее… Нам нужны не только воины. И даже не столько маги, сколько ремесленники и мастеровые. Без кузнецов, торговцев, ещё многих специалистов Род существовать не может.

Аскольд почесал щёку и поёрзал в кресле.

— Бойцы тоже бы пригодились.

— Пожалуй, — кивнул я. — Но для всего этого понадобится место. Намного больше места.

— Снова переезд? — спросила Весна.

— Вроде только устроились, — проговорил Аскольд. — Но если к роду стремиться, то в одном домике тесновато будет.

— Замок у нас, конечно, снять не получится, — усмехнулся я. — Но несколько домов — вполне.

— А как же старые добрые? — усмехнулся Аскольд. — Можно же замок не арендовать, а захватить.

Я понимал, что Аскольд просто шутит. У нас сейчас не было возможности вступать в конфликты за землю, а уж тем более вести осады только нашими силами.

В итоге даже голосование проводить не пришлось. Всем было понятно, что места в одном домике впритык. Поэтому на следующий день я занялся поиском нового жилья.

Домики нашли быстро — старые, но крепкие. Нас приютил укромный квартал на южной окраине Чернореченска, совсем недалеко от торговых улиц, но в стороне от шумных районов или основных патрулей.

Чуть сложнее было со старой каргой, у которой мы сняли наше основное жильё. Но там мне прямо заявили: «Любой каприз за ваши деньги».

А так как задаток и сумма за три месяца уже были ей переданы, то ей было без разницы, собирались ли мы жить в её доме или съезжать.

В результате я нашёл три дома, недалеко друг от друга.

Первый дом — светлый, с просторной кухней, несколькими комнатами и гостевым залом. го заняли Рома с женой и детьми. Сольвейг после недолгих раздумий решила присоединиться к ним — всё равно проводила с ними довольно много времени и неплохо общалась с детьми.

Второй дом, самый большой, был выделен Аскольду с моряками, Глебом и Игнатом. Здесь был просторный двор, ограждённый от посторонних взглядов. Весна дополнительно протянула лозы по ограде, чтобы совсем было не видно, чем занимаются — всё-таки тренировки хотелось проводить без лишних глаз и ушей.

Ну а третий дом, немного старее, с высоким чердаком и тихим садом, выбрал я с Весной и Володиными.

Переезд был быстрым. Практически сразу во дворе была обустроена тренировочная площадка с кольями, мишенями, стойками для оружия.

Первые дни на новом месте выдались удивительно тихими и спокойными. Без громких возгласов, спешки или суеты. Возможно, из-за того, что все члены отряда успели знатно вымотаться за долгую вылазку в Зону и теперь восстанавливались и отдыхали как умели. Каждый по своему. Дома были обжиты также быстро, как и первый — тот, который нам пришлось оставить позади. Но свою службу он послужил, а остальное — мелочи.

При этом между делами по переезду я занимался вопросами сбыта ненужных нам трофеев, ведь мне отдыхать было некогда. Надо сказать, что торговцы, которые находились ближе к Дому Найма, имя моё уже узнавали и были довольно лояльны.

В целом и в самом Доме Найма меня уже встречали не как чужака, а как вполне освоившегося наёмника с неплохими рекомендациями. Да, статус своего в этих землях был ещё, конечно, далёк, но первый шаг был сделан. Так что можно было здесь и насовсем остаться.

В итоге, несмотря на траты на новое жильё и переезд, денег у нас осталось достаточно. Юг Чернореченска меня устраивал, а несколько дней быта и дел позволили точнее сформулировать предстоящие цели и шаги к их достижению.

После нескольких дней отдыха в домах стало намного оживленнее. рома, хоть всё ещё и выглядел уставшим, носился по двору как угорелый. То помогал жене, то играл с детьми, то болтал или шутил с остальными.

Серёга с Ирой устроились в комнате на первом этаже. Они не теряли времени и практически все дни начали проводить на тренировочной площадке. Сражалиь и оттачивали навыки и приёмы.

Сольвейг периодически записывала что-то в свой журнал и помогала остальным там, где могла.

Поэтому вечером, когда над домами поднимались огоньки, мы собрались в саду на обсуждение. А, точнее, простой ужин с мясны рагу, пирогами и холодной наливкой, которую Иван достал из небольшого погреба.

Воздух был свежим и приятным, пахло ягодами, мяом и выпечкой. Дети играли в кроне деревьев, а мы спокойно расположились в тени.

Рядом со мной сидела Весна, жавшаяся к моему боку от вечерней прохлады.

— Значит, Мастера взять хочешь, — протянул Аскольд. — Для тебя, командир, вполне реально.

— Мне кажется, что ты, Макс, — проговорил Рома, отставив кружку с отваром, — даже сейчас можешь тест пройти.

Он, похоже, всё ещё был под впечатлением от моих заклинаний. С того момента, как он увидел мою магию в Выкречи прошло совсем немного времени, но я чувствовал, что расту с каждым днём. Мне в этом помогали знания и опыт из уже прожитой жизни.

— Дело не только в практической демонстрации, — покачал головой я. — Мастером я становлюсь, чтобы создать свой Род официально. А это — куча бумажной волокиты и бюрократии, которую начинать нужно заранее. Хотя бы за пол года.

— И то верно, — кивнул Рома. — Я когда Подмастерье брал — два месяца с документами возился.

— А ещё, — добавил я, — к тому моменту у нас, кроме костяка из ближников, должны быть ещё воины.

Серёга с Ирой переглянулись.

— Макс, — заговорил Серёга, — бойцов обкатывать нужно. Мы-то к стилю и тактике боя привыкшие, а им тяжело будет встроиться.

— А кто сказал, что вас самих обкатывать не нужно?

Все взгляды устремились ко мне.

— Будут походы, задания, контракты, в которых я вас, ближники вы мои, так натаскаю, что все к новому рангу рваться будете. Хаос у вас устаканится, знания и умения систематизируются. А как новых людей постепенно находить будем — то и командовать начнёте.

— Серьёзно ты настроен, — уважительно сказал Аскольд.

— А ты как думал? Основная цель — создать род. Ну а кроме неё нам тоже есть чем заняться.

— Вам, между прочим, — я повернулся к Серёге с Ирой, — ещё самим хаос осваивать. Ну и будем всё вместе обживаться и деньги копить. Создание рода — дело затратное. Но почва здесь благодатная. Сколько маленьких родов в поход пошло видели?

— Я пять или шесть гербов насчитала, — задумчиво пробормотала Весна. — Могло быть и больше.

— Да, прилично, — согласился Аскольд.

— Вокруг нас теперь и бойцы, и монстры другого калибра. И чтобы обеспечить нам всем рост и процветание, понадобится правильно выстроенный тыл. Нужно будет подбирать людей и выделить пристройку в качестве лаборатории. Я даже знаю, кого там алхимию тренировать буду.

Весна поймала мой взгляд и заправила тёмный локон за ухо. В её изумрудных глазах мелькнули озорные огоньки.

Совет продлился долго и ушёл за полночь. Дети уже отправились спать — Вера их уложила. Да и все остальные потягивались, зевали и клевали носом.

— Всё, отправляйтесь-ка все отдыхать, — закончил совет я.

Через некоторое время в саду остался лишь я. Я вдохнул прохладный ночной воздух Чернореченска.

Цели и задачи были поставлены — оставалось лишь претворить все задумки в жизнь.

У меня появилось чёткое предчувствие, что время пролетит незаметно.

Глава 14

Я шёл по плитам вымощенной дорожки, ведущей к особняку. С того момента, как мы вернулись из Гремящей Гряды, прошёл почти год, и время действительно не стояло на месте. Пролетело оно так быстро, что я и моргнуть не успел.

— Бей быстрее! — раздался грозный голос Аскольда.

Я повернул голову направо. Во дворе, на выложенной камнем площадке, тренировались набранные за год воины. Не все, но те, кто особенно отличился.

Звенела сталь, в воздухе висел запах пота. Назвать их новобранцами язык не поворачивался. Мы прошли не одну вылазку вместе, и те, кто смогли адаптироваться, подстроиться и, самое главное, вырасти, остались под моим крылом.

Вот и сейчас Аскольд занимался подготовкой одного из отрядов. Трёхзвёздочные войны сражались в поединках один на один, как когда-то Аскольд бился с Сольвейг. Даже сейчас они всё ещё продолжали периодически спарринговаться, но уже реже — у обоих появились свои обязанности.

По-хорошему, в особняке жили только ближники — старый отряд, состоящий из всех тех, кто примкнул ко мне в Выкречи и прошёл весь путь до Чернореченска. Ну и семья Ромы в том числе, естественно.

Все бойцы и маги из новых лиц обычно жили на небольшом пятачке из трёх домов, которые мы арендовали почти год назад. Ну, а иногда тренировки проходили здесь — для особо выделившихся или же когда была необходимость.

Обычно у бойцов почти каждое утро начиналось с тренировок. Сначала индивидуальные, где каждый отрабатывал свою технику, а затем и совместные. В том числе и быстрые, жёсткие спарринги в полную силу, с ударами и уклонениями, блоками. Жёсткие, с потом и кровью.

Только так воспитывалась новая, свежая кровь. Возможно, когда-нибудь один или несколько из них войдут в ближний круг уже почти созданного Рода. А пока Аскольд и Сольвейг на пару мутузили и тренировали их со всей страстью и рвением.

— Ну, как они? — спросил я Аскольда, приблизившись.

Бойцы, заметив моё присутствие, остановились и хотели было отдать честь, но Аскольд тут же гаркнул:

— Команды «стоп» не было — деритесь!

И сталь вновь звенела во дворе.

— Пойдёт, командир, — усмехнулся он, давая скромную оценку. — Или мне стоит называть тебя «ваше сиятельство»?

— Пока ещё рано, — ответил я и хлопнул его по плечу. — Но мне нравится, что ты уже начал тренироваться. Так держать!

Аскольд лишь улыбнулся и покачал головой:

— Вот так власть меняет людей.

— Давай про власть позже. Лучше скажи мне, Сольвейг ещё не вернулась?

— Нет, — Аскольд покачал головой. — Сегодня поставка зачарованного снаряжения от Фёдоровых. Но она обещала к Совету быть.

Фёдоровы — один из Родов, который занимался созданием доспехов: лёгких, средних, тяжёлых, кольчуг, лат, ламиллярных доспехов. Неоднократные вылазки в Зону позволили наладить с ними плотные торговые контакты. Чешуя, шерсть, кожа, да жилы — всё то, что шло на производство доспехов, я первым делом предлагал им, а затем уже продавал на рынке. А как известно, у постоянного поставщика есть свои привилегии.

— Добро, — кивнул я. — Раз обещала, значит, будет.

Я взглянул на особняк.

Снаружи он выглядел скромнее, чем у родов побогаче. Это было двухэтажное здание с мансардой и укреплённой крышей с серо-зелёной черепицей. На стенах не было изящных узоров, завитушек, золота или мрамора — это всё было не нужно. Да и сам особняк располагался не в центре города, но тем не менее в западной его части.

В сдержанности была сила: стены из зачарованного камня, фасад без лепнины, но с аккуратными деревянными наличниками, и окна, защищённые заколдованными решётками с клеймом местных кузнецов. По стенам, если приглядеться, расползались защитные заклинания, сплетённые в единую систему, где если срабатывало одно, запускались все остальные.

Но участок вокруг особняка, где находилось несколько небольших аккуратных домишек, был защищён не хуже. Он был огорожен оградой и воротами с подобной сетью сигнальных и защитных заклинаний. Я занимался ими лично.

— Чего-то не хватает, — пробормотал я.

— А я давно говорил, что нужно знамёна развесить, — тут же среагировал Аскольд. — Чтоб издалека было видно: «Клинковы».

Я был частично с ним согласен. Вот только символы без официального признания вешать было рановато. Пусть бюрократические моменты я за последние полгода устаканить успел, но мне ещё предстояло самое главное. Но это — разговор для Совета.

— Я не про то, — покачал я головой. — Что-то… Дым из лаборатории не идёт.

Аскольд на мгновение завис, а затем перевёл взгляд к трубам, возвышавшимся над пристройкой в восточной части особняка. Там была алхимическая лаборатория. Сегодня две трубы не дымились. И эьо было странно.

— Думаешь, у Весны и её учеников сегодня выходной?

— Ты сам-то в это веришь?

Я хорошо знал ведьму, и выходных в последнее время, как и весь год, у неё почти не было. А когда были — я о них знал.

— Пойду проверю.

Я посмотрел на бойцов. Взмыленные, уставшие, они сражались из последних сил, тяжело передвигаясь. При этом бились они так, будто от спарринга друг с другом зависела их жизнь. Финты, уклонения и Бесхитростные, мощные атаки. Я видел, что они делали и кого хотели впечатлить, и мысленно сделал пометку о паре выделившихся бойцов.

Аскольд поймал мой взгляд и прокричал:

— Довольно! На сегодня закончили. Дуйте мыться и на ужин!

— Есть!

— Так точно!

Я кивнул напоследок Аскольду и прошёл мимо бойцов к входу в особняк.

У дверей стояли два стража в зачарованных латах. Они отдали мне честь и открыли двери, впуская внутрь.

Внутри меня встретила привычная суета. Особняк был чем-то похож на муравейник, где множество слуг, бойцов и других людей постоянно были чем-то заняты. Здесь в целом всегда что-то происходило.

Я оказался на первом этаже, в приёмной.

Это была просторная комната с массивным дубовым столом, мебелью, несколькими полотнами на стенах и выделенным местом под гербовую стену. Знамённые флаги, о которых говорил Аскольд, уже были подготовлены, но развешивать их было рано. Да и, хоть я был человеком далёким от предубеждений, вешать родовой герб раньше времени — это не просто дурной знак, а скорее ненужное бахвальство. Не для этого я столько шёл к созданию Рода.

Двери справа были распахнуты. Туда, в гостиную, слуги тащили что-то из глубины дома — ящики и коробки. Слуги, несмотря на поклажу и занятость, останавливались, кланялись, а некоторые девушки вовсе делали книксен.

Странно. В гостиной, вроде, мебели было достаточно: кресла, стулья, полки с книгами и зельями. Всё было крепким, добротным. И главное — камин, над которым висела карта Зоны и Южноуральского княжества, и соседей. Что они тогда туда носили?

Впрочем, я тут же нашёл ответственных за сегодняшнюю суету. Аж двух человек.

Я подошёл к лестнице слева, которая вела на второй этаж. Под ней была неприметная дверь, ведущая к хозяйственным помещениям.

— Максим! — махнул мне рукой Иван.

Софья, женщина лет тридцати рядом с ним, тут же согнулась в поклоне, отчего я невольно загляделся в её декольте.

Фигуристая брюнетка не была обычной служанкой: она была волшебницей ранга Ученик, а заодно главой всех слуг. Она плотно работала с Иваном, который вырос из интенданта небольшого отряда в настоящего управляющего — не только особняком, но и всем недвижимым имуществом. К сожалению, пока только арендованным. Но это вполне могло измениться с получением официального статуса Рода.

— Перестройку устроили? — спросил я у парочки.

Иван поправил очки, которые на статном, габаритном волшебнике смотрелись забавно, и произнёс:

— Готовимся потихоньку.

— Глава… — обратилась ко мне Софья, — если можно, минутку вашего времени. Я бы хотела узнать, какие цветы вы хотели бы видеть на…

— Стоп, — прервал я затараторившую Софью. — Вот Иван. С ним и решай.

— Сонь, я же сказал тебе, что Макс наш выбор одобрит.

Софья чуть прищурилась и сжала губы, смотря на Ивана грозным взглядом.

Поведение их двоих было показательным: чёткое отличие между ближниками и слугами. В принципе, все мои соратники в основном обращались ко мне по имени. Ну, иногда говорили «командир» — эта привычка, похоже, въелась навсегда.

Надо сказать, что все слуги были свои, доверенные. Я не просто нанимал их, а в своё время провёл своеобразный отбор. Да и клятвы они уже дали с заверением менталиста.

Но и без этого у каждого и каждой из слуг была причина находиться именно здесь, служить мне, а не какому-нибудь другому роду. Эти причины всеми и каждым без исключения были проговорены вслух.

Вот и у Софьи, фигуристой брюнетки и старшей по слугам и дому, эта причина была. На должность она подошла идеально: если уж бралась следить, чтобы что-то было сделано, то не подводила.

— Вот и славно, — коротко произнес я. — Тогда оставлю вас.

Я решил оставить Ивана разбираться с цветами, декором и прочими приготовлениями наедине с Софьей.

Я поднялся на второй этаж и прошёл вглубь особняка. Здесь были жилые помещения, а ещё архив, библиотека, несколько кабинетов.

В одном из коридоров я почувствовал магическую ауру двух человек и не преминул заглянуть. На одном из диванчиков сидели Серёга с Ирой. Брат с сестрой читали два тома в тёмных переплётах. Со страничек торчали десятки закладок, подписанных аккуратным почерком. Эти два талмуда я написал им лично.

Ведь Серёга с Ирой официально стали хаоситами, присягнули и прошли ритуал. Они оба имели высокий потенциал — это было заметно ещё в Выкречи. И теперь стали частью Хаоса и продолжили серьёзно учиться и тренироваться. Структура стихии, заклинания, противодействие другим школам магии — всё это для них было не пустыми словами. За год они выросли.

Вот и сейчас Серёга с деловым видом что-то сосредоточенно выводил, делая заметки.

Ира же внимательно читала, едва заметно двигая губами.

Они были настолько увлечены, что не заметили моего появления. А я не стал их отвлекать и просто нырнул обратно в коридор и двинулся дальше.

Из открытых балконных дверей были слышны голоса слуг и стук топоров — с заднего двора, где располагались сад и несколько теплиц.

Я прошёл дальше и, пройдя по длинному коридору, вышел к дверям в пристройку, где находилась лаборатория. В неё можно было попасть и с улицы.

Я открыл массивную, окованную железом дверь в алхимическую лабораторию, и на меня тотчас пахнул знакомый аромат — смесь сушёных трав, паров металлов, эссенций с нотками кислинки и озона. Воздух внутри был плотным, тёплым и наполненным тонкой вибрацией маны, как будто сама лаборатория жила и дышала.

Я вошёл внутрь и закрыл за собой дверь. Всё внутри было организовано чётко и логично. По левую сторону — ряды стеллажей, где стояли стеклянные флаконы и разные кристаллы с ампулами. Всё было подписано, отсортировано по цветам, типам воздействия и уровню опасности.

Центральную же часть занимали рунные столы, где сейчас занимались молодые, сосредоточенные подмастерья — не по рангу магии, конечно, а по статусу. Они работали с различными ступками, склянками и внимательно следили за температурой и содержимым в колбах и котлах. Надо сказать, что колбы светились изнутри — где-то мягко синим, а где-то ядовито-зелёным цветом.

Весна стояла у большого центрального стола. Её чёрные волосы были собраны в высокий хвост. Вокруг неё и учеников воздух мерцал изумрудным — явно защитное заклинание. На её руках были надеты перчатки из тонкой чешуи. Она внимательно следила за тем, как один из подмастерьев, паренёк лет семнадцати, шептал формулу и наносил заготовки на алхимический круг.

— Не лей всё сразу, — бросила она ему. — Ты хочешь, чтобы круг взорвался?

Подмастерье молча покачал головой.

— Тогда добавляй по капле в каждую руну по отдельности и не забудь использовать собственную ману для стабилизации.

Хоть подмастерье и кивнул головой, но я чётко видел, что лучше работать он не стал.

— Смотри и запоминай, — вздохнула Весна.

Она проделала всё, о чём говорила, сама за своим столом — с чувством, с толком, с расстановкой, специально медленно, чтобы ученик смог уловить каждый этап. При этом её глаза блестели изумрудным светом. Я видел, что здесь, в лаборатории, она занималась любимым делом.

Я молча стоял в дверях, наблюдая. Талант девушки-самоучки был заметным. Она стала не просто сильной волшебницей-Подмастерьем, а ещё и очень толковым и умелым алхимиком.

Часть знаний передал ей я — в том числе и в виде базовых томов и талмудов, научил самой сути. Иногда приходилось выкупать кое-какие секреты у местных родов или, например, добывать часть ингредиентов для зелий, которые мы заказывали через посредников.

Лаборатория сначала под моим руководством, а затем под чётким вниманием Весны превратилась в настоящий рабочий инструмент Рода. Больше не приходилось продавать сырьё с монстров или находки и растения из Зоны на сторону. Очень многое шло на переработку, а дальше в настойки, экстракты, зелья и пудру. От этого не только росли доходы, но и появлялись довольно редкие зелья, произведённые прямо тут. Алхимическая лаборатория Весны работала с утра до поздней ночи.

Весна наконец закончила демонстрацию.

— Работаем, не отвлекаемся, — проговорила ведьма.

Она повернулась ко мне и подошла ближе с хитрой улыбкой на губах.

— Ты как раз вовремя, — сказала она, а затем затараторила. — Мы как раз заканчиваем стабилизацию. Последняя партия эликсиров уже есть. Несколько противотуманных — а то в последнее время они участились. А ещё стимуляторы готовы к испытаниям для улучшения рефлексов и восстановления. Ой, ещё бы обсудить переработку слизи с той горной твари, ну, помнишь, которую вы с Аскольдом вдвоём на мелкие части разрубили? Думаю, можно сделать из неё…

— Ты сегодня обедала? — прервал поток мыслей я.

— Нет, — покачала она головой. — Но я ещё успею.

— Взгляни в окно, — усмехнулся я.

Весна взглянула в окно — там солнце уже катилось к горизонту, оставляя за собой багрово-оранжевый след.

— Ой, — вырвалось у неё.

— Вот тебе и «ой», — улыбнулся я. — Пойдём поедим.

— А как же… — она обвела работающих учеников взглядом.

— Приказ главы рода.

— А-а-а, — протянула Весна лукаво. — Если так, то не могу возражать.

Она сняла перчатки, потушила рунный круг и обратилась к ученикам:

— Заканчивайте. И ничего здесь не взорвите.

Я посмотрел на пустующую правую стену — там были видны следы свежей краски, которые едва ли могли спрятать обуглившуюся стену.

— Это мелочи, — тут же проследила за моим взглядом Весна. — Ничего критичного.

Я промолчал.

В алхимической лаборатории могло случиться и не такое — взрывы не редкость. Хорошо, что я лично установил дополнительную защиту, иначе у восточного крыла особняка был шанс не дожить до годовщины.

Весна зашуршала в одной из тумбочек, а потом мягко подошла ко мне.

— Готова? — спросил я.

— Угу.

Мы прошли к дверям. Я открыл одну из них и пропустил её вперёд. Когда двери за нашей спиной закрылись, ведьма сделала шаг вмне навстречу и протянула мне небольшую ампулу с тёмным содержимым и фиолетовыми вкраплениями.

— Держи, — прошептала она. — Это тебе.

— Сегодня какой-то праздник?

— Макс… — глаза Весны озорно блеснули. — Это для стабилизации маны. Ещё должно помочь при работе с аурой после перехода на новый ранг. Я немного опоздала, но… Поздравляю.

— Спасибо.

Я принял ампулу из её рук и положил её во внутренний карман. Весна подошла чуть ближе и неожиданно чмокнула меня в губы. Я почувствовал волну тепла, расходящуюся по телу.

— У тебя случаем с собой нет сонного зелья или успокаивающего отвара? — спросил я.

— Нет.

Весна покачала головой.

— Тогда пойдём-ка просто поужинаем. Иначе до Совета мы с тобой не доберёмся.

Весна облизала губы и затаила дыхание.

— Ну как мы, — добавил я, — ты не доберёшься.

Ведьма лукаво прищурилась, но спорить не стала, лишь мягко и игриво толкнула меня в грудь.

— Пойдём.

Мы прошли по коридору и спустились по слегка скрипящим ступеням вниз, в столовую. Помещение было просторным, светлым и тёплым. Потолок уходил вверх, с него свисали бронзовые светильники с живыми огоньками. Стены были отделаны светлым камнем с деревянными вставками.

Здесь внутри был большой буфет с напитками и закусками, в нём хозяйствовало несколько слуг, впрочем, как и в самом зале. А по центру стоял древний стол из чёрного дерева, вокруг которого были и столики поменьше.

Главное, что он уже был занят. За ним сидел Рома с женой и детьми. Вера поправила длинную косу за спиной, она внимательно следила за детьми. И не зря.

Лёша уже жевал хлеб, не отрываясь от тарелки с мясом и дымящимся картофелем. Варя же что-то шептала на ухо Тимофею, пряча улыбку за маленькой ладонью.

Вокруг них умело, а главное незаметно, работали слуги — подливали, где надо, напитки или подавали новую порцию того или иного блюда.

— Макс! — крикнул Рома, махнув рукой.

Мы с Весной подошли ближе. Слуги склонились в почтительном поклоне.

— У нас тут ужин, — продолжил Рома.

— Правильно, — усмехнулся я. — Какие заседания на голодный желудок, верно?

Весна села рядом с Верой и детьми, которые тут же переключили всё своё внимание на ведьму. Я же сел ближе к Роме.

— Не лезь руками в соус, — мягко произнесла Вера, останавливая Лёшу.

— Но там же мясо всплыло!

— Если будешь паинькой, — прошептала Весна, — то после ужина покажу вам с братом, как создавать из маны светлячков.

У обоих мальчиков загорелись глаза. Вера благодарно кивнула Весне.

Нам быстренько накрыли на стол простую, но сытная и вкусная пищу. Тушёное мясо с пряным картофелем, пирог с овощами, свежий хлеб и горячий травяной чай.

Я почти не участвовал в разговоре, больше слушал, как дети наперебой рассказывают о прошедшем дне. Кто сегодня упал с лестницы, как они прятались от Глеба в саду, и как папа заставлял их учить защитные заклинания, даже несмотря на то, что они пока магией не владели.

Рома выглядел гордым собой, даже несмотря на обиженный тон детей. Он вообще знатно подрос в навыках. Пожалуй, если брать чистую силу, то сильнее него в отряде была только Весна, которая владела и друидизмом, и хаосом на очень высоком уровне. Ещё и смыслила в алхимии, и многом другом. Да и, честно говоря, она просто была талантливее. Но Рома сильно не отставал.

Поел я быстро.

— Уже уходишь? — спросила Весна, когда я поднялся.

— Да, в главный зал. Нужно подготовиться к Совету.

— Большой человек, — улыбнулся Рома.

— Зря улыбаешься. Смотри не опаздывай, а иначе отправлю в ночной дозор — будешь охранять особняк.

— Дядя Максим, не надо! — тут же раздались детские голоса.

Я немного помолчал и затем сказал:

— Ладно, если что, просто оставим вашего папу без ужина.

Я подмигнул детям, попрощался с улыбающейся Верой и вышел из столовой. За спиной остался уют, смех и запах тушёного мяса.

Я прошёл обратно в приёмную. Здесь уже не было ни Софьи, ни Ивана — лишь несколько прибирающихся слуг. Затем я проследовал в главный зал.

Двери скрипнули, пропуская вперёд поток тёплого воздуха и запах еды, который медленно рассеялся в просторном зале. Высокий потолок опирался на толстые дубовые балки. Свет падал от зачарованных сфер под потолком. На стенах были узоры и трофеи, собранные за многие вылазки в Зону.

По периметру зала стояли деревянные лавки с высокой спинкой, а в центре — тяжёлый овальный стол из клёна со стёсанной поверхностью, на которой были едва заметно вычерчены магические руны.

Я прошёл вдоль высоких удобных стульев с кожаной обивкой и подошёл к своему месту во главе стола, ближе к окну. Я сел.

Было тихо, и слышно, как немного потрескивали зачарованные лампы и сферы. Где-то в глубине дома раздавались неспешные шаги, которые то приближались, то снова уходили вдаль.

За этот год многое произошло. Не только я сам взял ранг Мастера, но и все мои маги поднялись до Подмастерьев. Впрочем, мне, в отличие от них, ещё предстояло разобраться с набором заклинаний в ауре и устаканить энергетику и ману. Я бы очень хотел сделать это естественно и медленно, но времени на расшаркивания не было.

Впрочем, его не было никогда. Каждый месяц… Да что там месяц, каждую неделю что-то происходило. То вылазки, то деловая встреча, то бюрократическая волокита, которая была просто необходима для создания собственного Рода. Сам особняк, да и арендованные три дома, которые служили расположением для бойцов статусом пониже, были свидетельством возросшего статуса и репутации.

Более того, на территории особняка тоже расположены домики, в которых живут слуги и особо выделившиеся воины — все, кто заключил вассальный договор.

Впрочем, иерархия выстроилась сама собой. Все, кто пошёл со мной изначально, стали ближниками, своеобразной гвардией. Я выбрал людей не просто так. Пусть не все из них имеют колоссальный потенциал или выдающиеся характеристики, но то, в чём они сильны, будущему Роду необходимо — будь то управленческий талант, алхимия, лидерство или что-то ещё.

Сегодняшний Малый Мовет был важен не только как финальная отметка, но и как новое начало.

Я услышал, как тяжёлые шаги приближаются к дверям. Первым вошёл Аскольд.

Он выглядел так же, как и полчаса назад — в тяжёлой куртке, с аккуратно уложенными волосами и мечом на поясе. Он молча кивнул, прошёл и занял своё место справа от меня.

Следом за ним вошла Сольвейг. Её движения были лёгкими и неслышными, как у хищной кошки. Она была без брони, в удобной дорожной одежде, на которую спадали светлые локоны.

Она невозмутимо смотрела мне прямо в глаза.

— Ваша светлость, — с придыханием произнесла она и сделала книксен.

При этом в голубых глазах была абсолютная серьёзность.

Сказать, что я удивился — это ничего не сказать. Я даже на миг подумал, что Сольвейг подменили перевёртышем или кем-то ещё.

Впрочем, когда я взглянул на Аскольда, то тут же всё понял. Он мелко вздрагивал, смотрел выпученными глазами в одну точку и плотно сжимал зубы. Впрочем, раскрасневшееся лицо, как и всё остальное, выдавало его с головой.

— Ты её подговорил?

Аскольд закачал головой, но уже через мгновение не выдержал и разразился заразительным смехом.

— Вот кого в ночной наряд отправлю, — беззлобно произнёс я.

Сольвейг же широко улыбалась.

— Что за шум, а драки нет? — раздался голос Серёги.

Володины пришли в зал вместе и заняли свои места.

А за ними медленно, но верно пришли все приглашённые на это заседание малого совета. Весна и Рома были довольны после ужина — от них всё ещё пахло едой из столовой. Иван пришёл чуть позже и был немного растрёпан.

Все заняли свои места за длинным столом. Я сделал пасс рукой, и двери закрылись, надёжно защищая нас от постороннего внимания.

В зале повисла тишина.

Я бросил взгляд по сторонам. Эти люди уже не были просто частью отряда — они основа рода, как и все остальные, кто пошёл за мной и принял вассальный договор первыми.

И сейчас до создания собственного рода осталось несколько шагов — небольших, но критически важных.

— Начнём, — коротко произнёс я.

Мой голос эхом отразился от стен и потолка.

Глава 15

— С Нестеровыми уже пора обновлять договор, — задумчиво проговорила Весна. — У нас с ними несколько контрактов истекают, и хорошо бы ими заняться до того, как выйдет срок.

Совет был в разгаре. Я сделал глоток из железной кружки, затем поставил её перед собой. Бытовые дела мы обсудили довольно быстро, а сейчас перешли к более важным вопросам.

— Согласен, — тут же подхватил Аскольд. — Их зелья восстановления для тренировок незаменимы.

Сольвейг едва заметно кивнула.

— Незаменимо, предположим, это слишком категорично, — ответил я, внимательно глядя на Весну. — У нас и свои эликсиры очень недурны. В остальном вы правы. Род крепкий, деловые контакты у нас установлены.

Род Нестеровых был одним из тех, на кого я вышел в своё время. Именно они, в том числе, помогли Весне прокачаться в алхимическом деле. Более того, мы уже несколько раз брали их людей в вылазки в Зону — не в качестве бойцов, а как собирателей, травников и алхимиков. Хотя у них и есть небольшая ударная сила, без неё-то в мире аристократии никак — сомнут.

— Макс, нам кроме них и Фёдоровы понадобятся, — сказал Аскольд. — Всё-таки у нас вскоре намечается серьёзная заварушка.

Я тут же обратил внимание на Сольвейг, которая только что с ними встречалась.

— Как там наши бронники?

— Недурно, — коротко ответила она. — Говорят, что наша последняя поставка материалов уже подходит к концу.

— Значит, мы будем вовремя, — весело произнёс Аскольд.

— Значит, лично свяжусь и с теми и с другими, — подытожил я.

Я заметил, что Серёга с Ирой не совсем поняли, о чём шла речь, и напряглись. Оно и понятно — «заварушка» могла означать сразу несколько вариантов для нас. Как вылазку в Зону, так и нечто другое. Ведь проблема с церковниками не только не решилась, но и приобрела новый окрас.

— Опять Троицкие где-то напакостили? — спросила Ира.

— Нет, — покачал головой я. — Руки у них в Южноуральском княжестве коротковаты. Мы, в отличие от них, отлично вписались в местную жизнь. И, между прочим, не на птичьих правах.

Это действительно было правдой. В Южноуральском княжестве церковников особо не любили, но Троицкие тем не менее смогли здесь обосноваться, ведя более умеренную политику в сравнении с соседями из Выкречи и других княжеств. Вот только «более умеренно» от церковников для тех, кто следовал Пути Предков, всё равно было зачастую чересчур.

— Более того, — продолжил я, — у меня есть некоторый репутационный рычаг. Не просто же так я продавал боевые заклинания четвертого и пятого ранга.

— Я бы чужакам, — усмехнулся Аскольд, — никаких заклинаний не продавал.

Всё было сделано с контрактами, связывающими получателя. Каждый, кто покупал заклинание, не мог распространить их за пределы собственного Рода. Вот такое вот магическое обязательство, закреплённое как ментальным магом, так и через княжескую печать — не лично, конечно, но через посредников.

При попытке нарушить запрет недобросовестный маг рисковал не просто потерять память о заклинании или формуле, но, того хуже, лишиться части силы или маны полностью. Так ещё и такой Род должен был понести ответственность — как финансовую, так и репутационную. И последнее зачастую имело больший вес, чем деньги.

А продавал я в основном, конечно, боевые, но бывало и поисковые или бытовые заклинания.

— Вот если бы я заклинания свободным родам не продавал, все необходимые для создания рода бумаги были бы подвешены в воздухе на протяжении нескольких месяцев. А то и дольше. А знаешь, сколько походов в ратушу и канцелярию вообще нужно?

— Да я так… — махнул рукой Аскольд. — Поворчать.

В княжестве в целом была интересная ситуация. Южноуральск в принципе был княжеством с хорошим количеством Родов, к тому же специализации у каждого были свои. Вот и выходило, что так или иначе, продавая то, чем я владел, то есть заклинаниями, я заодно упрощал себе путь к следующему статусу. Ещё и Зона помогла — где как не в вылазках налаживать контакты и связи?

— Выходит, заварушка — это вылазка в Зону? — протянул Серёга.

— Верно, — кивнул я. — И не простая.

— Ты сегодня моих бойцов как раз видел, — упомянул Аскольд едва закончившуюся тренировку. — Давно у молодняка руки чешутся в серьёзный бой вступить.

Оно и неудивительно. За прошедший год рядовой состав был обкатан во множестве вылазок, согласно их приблизительному уровню. Вот только в последние несколько недель они в Зону не выбирались, и причины уменьшившихся контрактов и заказов были не только в Троицких.

— Всё по порядку, — ответил я. — И до Троицких доберёмся.

Стены, выложенные серым камнем, отражали мягкий свет зачарованных светильников, создавая в главном зале почти божественную атмосферу. Особенно комично это смотрелось, учитывая, что здесь сидели полдюжины хаоситов. Но сама символичность света при упоминании Троицких прямо бросалась в глаза.

Аскольд почесал щеку.

— Солнечники их явно будут за спиной поддерживать. Всё-таки они здесь единственный оплот их веры.

— Пусть приходят, — уверенно проговорил Серёга. — Чернореченск — это не церковный центр. Здесь религиозные конфликты не любят.

— Но если не усилимся, — вмешался я, окидывая взглядом всех присутствующих, — то они обязательно найдут лазейку. Пока что они притихли, так что на что-то большее, чем перекуп товаров и прочие мелочи, вряд ли рискнут пойти.

Дел в целом было невпроворот. Особенно учитывая, что мне ещё только предстояло стабилизировать ману и поработать с энергетикой, а заодно закрепить несколько свежих заклинаний в ауру. Всё это, в том числе, для того чтобы не просто получить ранг Мастера, но и быть им по праву — по праву сильного.

Но я не расслаблялся. В Южноуральском княжестве — десятки родов и сотни заинтересованных лиц. Едва ли Троицкие были единственным Родом, которому мы так или иначе перешли дорогу.

А ведь мы ещё не разобрали самого главного.

— Допустим, с солнечниками и поставками пока решили, — подвёл я эти темы к концу. — Самое главное у нас на носу. Кто догадается первый?

В комнате повисло короткое молчание, во время которого я сделал ещё один глоток из кружки.

— Ну вы даёте, — усмехнулся я.

Но совет можно было понять. Мы так долго шли к получению титула, что можно было и позабыть детали.

— Всем, кто головой в грядке, напоминаю: через чуть больше недели не только принесение присяги князю, но и День Памяти для всех, кто следует Пути Предков.

В зале тут же начался шорох и гомон.

Сама церемония получения рода была назначена в этот день не случайно. Это был праздник, притом ключевой. В этот день не только аристократия, но и простой люд Южноуральского княжества вспоминал предков — пали ли они в сражениях или умерли от старости.

Те, кто верил в Путь Предков, благодарил хранителей семьи и рода, а ведуны проводили обряды и ритуалы. Это был один из немногих дней, когда в разных храмах, зачастую не связанных между собой, службы проводили жрецы, маги и ведуны. Все вместе. Это был официальный праздник единения и веры.

— Уже решил, кого брать будешь? — спросил меня Аскольд.

— Да, если получится, то всех ближников. Хотя я пока что жду письма с приглашениями. Если вдруг места будут ограничены, то тогда уже буду разбираться по ходу дела. Скорее всего, все Подмастерья и шестизвёздочные воины поедут в столицу.

Выбор был логичный. В каждом княжестве мероприятия по созданию рода были разными. Соответственно, и приглашение могло быть как на три-четыре, так и больше десятка или вовсе человек на двадцать. И именно последний вариант чаще всего встречался на церемониях.

Всё-таки редко когда род создавался исключительно из одной семьи, где все были бы связаны кровью. Но это не значило, что подобную связь нельзя было создать.

Более того, большинство новых родов, возникающих в любом княжестве, чаще всего было создано именно через ритуал. Всё-таки пройденные вместе трудности и колоссальные усилия чаще связывали крепче крови. Так или иначе, все участвующие в обряде, который мне был известен, становились кем-то вроде дальних родственников на магическом и энергетическом уровнях.

— Сколько в этом году Родов будет? — спросил я.

— Я от Велигорских узнала, — ответила мне Весна, — что точно больше одного.

Аскольд присвистнул. Все остальные тоже удивились. Зачастую новый род в любом отдельном княжестве мог появиться не то что раз в год, а даже раз в пять или в десять лет. Для создания рода нужна смесь из силы, репутации, денег и многого другого. Если каждый из пунктов по отдельности у многих отрядов был, все вместе — это уже другой вопрос.

— Хорошо бы, — мечтательно произнёс Рома, — столицу княжества детям показать.

Мне и самому было интересно съездить в столицу. Всё-таки мы большую часть времени, точнее практически всегда, работали именно в Чернореченске и округе. Он для нас стал крепостью и домом, в том числе и из-за того, что находился относительно недалеко от Зоны разлома.

— Тогда давайте так: подготовку к отъезду начнём заранее и собираться будем с запасом, а там уже решим.

На мои слова раздались одобрительные возгласы и кивки.

Мы обсудили прочие насущные дела, и на этом совет был окончен. Наступило время приготовления к поездке в столицу.

На улице крепко держалась южноуральская весна. Солнце набирало яркость каждый день, давая приятное тепло. Последние остатки холода выбивались наружу лишь по утрам и в сумерках.

Готовиться начали прямо со дня нашего совета, и ушла на всё про всё почти неделя. Времени было достаточно, но дел было чуть ли не вдвое больше. Всё-таки день присяги князю, официального признания нового статуса в Южноуральске — это событие не просто редкое и важное, но и единичное как минимум для конкретно моего отряда.

Как только выдалось свободное мгновение, я тут же приступил к медитации — стабилизации маны и энергетики.

Я сидел по-турецки в своей комнате на мягком ковре. Окно было открыто нараспашку, из него тянул свежий воздух, нёсший с собой древесный запах. А вот звуков не было — вернее, они все были какими-то приглушёнными и казались чуждыми, созданными извне.

Передо мной стояла керамическая чашка с серебряной каймой. Внутри было тёмное зелье с фиолетовыми вкрапинками. Оно едва светилось, а от него вверх тянулись облачка пара.

Я потянулся к чашке и выпил содержимое залпом. На вкус оно было как горькая микстура, что для зелья очень недурно. Весна, мне кажется, говорила, что зелье должно помочь выстроить каналы и отсечь любые аномалии при работе с собственной магией. Любая помощь после прорыва не была лишней, даже учитывая мой опыт.

Зелье ударило резко, как первые морозы. По телу прокатилась холодная волна. Магия очищала каналы от всего лишнего, от того, что накопилось — следы битв, остатки заклинаний, небольшие травмы, повреждения и усталость. Всё вытолкнуло наружу.

Я дышал медленно, глубоко и размеренно, глаза были прикрыты — настоящее медитативное состояние. Силой воли и собственной магии я выстраивал каналы и потоки внутри, в спирали, которые вплетались в ауру и проникали в ядро. Переходя на ранг Мастера, маг имел возможность скакнуть в совершенно новую лигу.

А для любых заклинаний, какими бы сильными они ни были, нужна крепкая база. Потому я выстраивал и стабилизировал архитектуру своего магического каркаса, действовал структурно, устойчиво, с точным расчётом.

Работа над собой заняла у меня всю ночь. Когда я приоткрыл глаза, то в лицо ударил яркий утренний свет. Снаружи раздавалось пение птиц и треск насекомых. Я чувствовал усталость, как после интенсивной тренировки или битвы.

Тем не менее, я не остановился и потратил ещё некоторое время, чтобы вплести в ауру новые заклинания, которые теперь мог использовать. Это не значило, что на них я остановлюсь, но иметь под рукой заклинание ранга Мастера лишним не будет.

И хотя среди них были интересные и универсальные заклятия, раскрывать их раньше времени я не собирался. Будет вылазка в Зону или иная необходимость — тогда и использую. Мой магический рост, а также набор заклинаний и так должен был вызвать подозрения. Вот только репутация в Чернореченске позволяла сгладить многие вопросы или вовсе их избежать. Но так не могло продолжаться вечно.

В любом случае, я успешно завершил важную часть перехода на ранг Мастер.

Дальше, в ходе подготовки пришлось ещё несколько раз собирать совет, а также постоянно держать руку на пульсе. В один раз пришло письмо с гербовой печатью князя — приглашение, в котором упоминалось, что пригласить можно до двух дюжин людей. Это было ознаменовано тем, что для меня и них это был особый день, особый праздник, поэтому приглашения были выделены щедро — в порядке исключения и только в этот раз.

В итоге обсудили сам день присяги, узнали точный день официального признания новых родов, а также решили, кто поедет, выбрали маршрут и проработали нюансы этикета. Над ним, кстати, некоторым членам отряда пришлось особенно поработать.

Южноуральское княжество — не Выкречь. Здесь в высших кругах порядок и манеры были просто необходимы. Показать, что ты деревенский дикарь — значит проиграть без всякого боя.

В том числе и поэтому заранее была подготовлена одежда с плетением зачарованных нитей. Я также закончил всю бумажную волокиту.

— Всё-таки удобно, что мы особняк взяли, — проговорил Рома. — Удобно собираться. Никто чужой не подслушает, и подсмотреть не может.

Он посмотрел на мерцающее магическое ограждение вокруг особняка, которое напоминало Полог.

— Все, кому надо, уже и так всё знают, — ответил ему я. — Ты лучше не забудь ничего.

— Да я всё уже давно собрал. Интересно, будут ли в этом году ещё Рода?

— Всё может быть, — пожал плечами я.

Об этом мы могли узнать только одним способом — приехать в столицу и выяснить.

Подготовка закончилась быстро и незаметно. В итоге из Чернореченска вышли загодя и шли караваном. Лошади, гружёные припасами и личными вещами, тянули поклажу медленно, без спешки, а всадники держались компактно, выстраиваясь вокруг повозок. Я ехал впереди, в авангарде, и осматривал горизонт.

— Как будто снова в путь за добычей, — усмехнулся Аскольд, подъезжая ко мне. — Вон как все насторожены.

Он кивнул назад на одну из повозок, где ехал Рома с семьёй.

— Эта поездка будет поважнее вылазок в Зону, — ответил я. — Я хочу, чтобы к столице мы подъехали без суеты и всяких неприятностей.

— Думаешь, кто-то может подготовить сюрприз?

— Всегда лучше быть подготовленным.

Наш маршрут следовал по главному тракту, который был довольно оживлённым в преддверии праздника. Но даже здесь пару раз приходилось обнажать оружие: то из леса вывалится какой-то одиночный монстр, забредший удивительно далеко от Зоны, то небольшая шайка оборванцев решит подъехать слишком близко. Впрочем, и в том, и в другом случае всё обошлось без потерь и практически без боя.

Сменился пейзаж. Неспешно пашни и высокая трава уступили место холмистым пастбищам, а позже на горизонте показались горы.

Как только мы продвинулись дальше по тракту, земли стали более обжитыми и безопасными. Но, помня о паре неприятностей в начале пути, магические щиты на повозках мы не деактивировали, а я лично сканировал округу.

Нам по пути встречались богатые хутора и загородные поместья. Кони шли по качественно вымощенной дороге. Были и разные отряды, и караваны: маги из разных родов, торговцы или просто странники.

Вскоре дорога начала плавно подниматься вверх. Появились укреплённые башни, дозоры и стражи с гербами княжеского рода. Во всех населённых пунктах, что мы проезжали, шла подготовка к празднику. И чем ближе мы приближались к столице, тем больше становилось людей и лошадей, стремившихся именно туда.

Тракт впереди изгибался и выходил на широкую, вымощенную дорогу. Мы как раз ехали по приподнятому участку, когда на горизонте показались очертания города. Сначала это были просто башни с зачарованными огнями, пульсирующими в такт потокам маны, которые словно движимые неведомой силой стремилась попасть именно в столицу Южноуральска.

Затем начали медленно вырисовываться зубцы крепостной стены и весь внешний защитный периметр из белого камня с вкраплениями серебристого кварца. Я узнал материал сразу — он характерно отливался в солнечных лучах.

Стены и купола казались белыми и блестящими. Сам город раскинулся на склоне, он словно разделялся на три уровня: нижний, средний и верхний город. Это было заметно даже отсюда.

— Вау, — сорвался вздох с губ Весны.

Город, залитый солнечными лучами, действительно выглядел волшебно. А ещё он был в несколько раз больше Чернореченска. Что уж говорить о Выкречи…

— Столица, — уважительно прошептала Сольвейг.

Древний, величественный город с каждым часом становился всё ближе. На тракте стало очень оживлённо. Повозки, караваны, одиночные всадники, чиновники и вооружённые стражи в броне с разными гербами — все спешили попасть в город.

В какой-то момент я смог разглядеть на стенах и башнях дозорных, разодетых в цветастые плащи и зачарованные доспехи. Мы медленно, но верно приближались к южным воротам.

Нам пришлось присоединиться к колонне и дождаться своей очереди. Наш караван встречал чиновник в сером камзоле. Рядом с ним стояло двое магов-проверяющих.

— Имя и цель визита, — произнёс один из них, худой маг лет тридцати пяти.

— Максим Клинков, — представился я. — Цель визита — получение статуса Рода и присяга князю. Бумаги и пропуск при мне.

Мои слова привлекли внимание. На нас стало оглядываться больше людей. Они всматривались в наши лица с интересом, иногда переводя взгляд на экипировку и лошадей.

Документы я передал, и проверка прошла быстро, без суеты. Один из магов наложил чары и прошёлся по каравану, проверяя содержимое повозок и поклажи. Второй сверил бумаги, задал пару дежурных вопросов и удостоверился, что никто из членов отряда не числился в розыске и не нёс никаких магических угроз, проклятий или меток.

— Всё в порядке, — наконец закончил все процедуры чиновник и позволил себе улыбнуться. — Добро пожаловать в Беловежск.

— Спасибо.

Ворота распахнулись, и перед нами предстала столица княжества.

Впереди ждали не только праздник и церемония, но и аудиенция с князем.

— Ну что, — обратился я к своим, — готовы вписать своё имя в летопись Южноуральска?

Глава 16

Когда ворота раскрылись и мы въехали в город, шум накрыл нас с головой. Гул толпы, лязг металла, выкрики зазывал. В нос тут же ударил запах жареного мяса, лошадей, мёда и дыма.

По обе стороны улицы тянулись дома в несколько этажей, где-то с балкончиками, а где-то без. Горожане с интересом поглядывали как на нас, так и на другие прибывшие караваны и родовых бойцов. Несмотря на довольно плотную застройку, улицы были шире, чем в Чернореченске, а пространства хватало для движения сразу нескольких караванов.

Надо сказать, что внутри нас очень быстро перехватил проводник — мужчина лет тридцати пяти-сорока, в расшитом серебром кафтане, в шароварах и в высоких сапогах. На груди красовался герб его рода. Я удивлён не был — всё-таки мы были одним из будущих родов. При условии, конечно, что аудиенция пройдёт успешно.

— Добро пожаловать в Беловежск, — проговорил он. — Меня зовут Сергей.

Я довольно быстро обрисовал ситуацию, и мы сговорились на небольшую плату взамен на помощь в выборе подходящего жилья для отряда. Сергей махнул рукой и повёл нас в город по оживлённым, шумным улочкам столицы Южноуральска. Пока мы шли, он с чувством, с толком и с расстановкой рассказывал о местных достопримечательностях, лавках, районах и родовых бизнесах.

По обеим сторонам улицы мерцали лавки с разными вывесками и стояли прилавки. Люди торговались, спорили, радовались — в общем, жили обычной безопасной жизнью внутри городских стен.

Город в основном был каменным, не деревянным, потому оказался на порядок старше и суровее Чернореченска. Его улицы поднимались к холмам, а дальше квартал за кварталом словно взбирались вверх. И в самом центре над всем высился дворец с круглыми башнями и куполами, сверкающими светлым металлом. Здесь, внутри стен, даже магия чувствовалась немного иначе — как-то плотнее и основательнее. Это означало одно: вокруг много сильных магов.

Сергей, наш проводник, кратко и лаконично описывал город, готовящийся к празднику, и саму важность этого дня.

— День Памяти — это один из трёх главных праздников в нашем княжестве, и, пожалуй, нет дня важнее не только для аристократов, но и для простых людей.

— У праздника есть какая-то история? — спросил Рома.

Рома видел широко распахнутые любопытные глаза детей, которые с интересом рассматривали и впитывали всё вокруг, поэтому и решил немного утолить их любопытство. Я его детей понимал — они всё-таки из Северска, а там городок небольшой, хоть и чуть побольше Выкречи.

— Историй и мифов множество. Согласно преданию, именно в этот день первые семьи, принёсшие клятву предкам, объединились для защиты от мутировавших тварей, разломов и иных катастроф. Вот с тех пор из года в год, в середине весны, когда природа просыпается и люди наполняются теплом, Беловежск на несколько дней превращается в город, где вспоминают предков и данные клятвы, а также приносят новые.

Сергей прищурился, внимательно вглядываясь в моё невозмутимое лицо. Уголки его губ слегка поползли вверх.

— А что, бывает, не принимают? — с интересом спросил Аскольд.

— А тут как предки скажут, — пожал плечами Сергей, поправляя меч на поясе. — Новый род — это как день жатвы, только жнут не колосья, а людей. Если человек и его близкие доросли, то в силу войдут. А если уж не доросли, то подождать придётся.

Я сделал мысленную пометку о том, как просто всё звучит на словах. На самом же деле решение о создании родов княжества всё-таки принимал единственный человек. Конечно, у него был свой совет, доверенные люди, но ответственность лежала лишь на нём — на князе.

— Три семьи в этом году, — проговорил Сергей.

— Много, — протянул Аскольд.

— Да. Говорят, в последний раз столько кандидатов было лет тридцать-сорок назад. И то, если верить архивам.

— А что, есть причина не верить? — прервал своё молчание я.

— Ну… — задумчиво сказал Сергей и на мгновение замолчал.

Он явно взвешивал свои слова. Я же слушал и впитывал всё, что говорил проводник. Это не означало, что он был прав во всём, но, судя по поставленной речи, манерам и гербу, человек он был знающий. А информация в этом мире стоила дорого. Нам же он её давал бесплатно — бонусом к заключённой сделке.

— Если не по бумажкам, — наконец проговорил он, — а по слухам, то вообще лет сто такого не было.

— Урожайный год выходит, — усмехнулся Аскольд.

Так за разговорами мы и добрались до небольшого отшиба недалеко от местных казарм городской стражи. Три каменных дома стояли полукругом на небольшом возвышении. Позади них виднелись плоские крыши других зданий, уходящие выше.

Но вид, тем не менее, на пройденные нами кварталы, городские ворота и окружающую местность открывался неплохой. Да и сами дома были вдалеке от шумных торговых улиц — здесь было как-то тише, спокойнее.

Я расплатился с проводником. В домах нас ждал управляющий, с которым и предстояло иметь дело.

В первую очередь договорились осмотреть дома и определиться, устраивает ли нас всё.

— Не особняк, конечно, — проговорил Рома, оглядывая одно из зданий, — но по меркам столицы очень недурно.

— Макс, что думаешь? — тут же спросил меня Аскольд.

Я провёл рукой по камням — они явно были обработаны магией. А на стёклах я видел защитные плетения и печати. Место хоть и было внутри города, но казалось обособленным и довольно защищённым.

В особняках нам останавливаться было рановато — да и цены там зверские. А в постоялых домах мы уже могли не поместиться. Да и не наёмники мы больше — Род будущий. Одно дело вылазки небольшим отрядом, а другое дело все вместе гурьбой.

— Неплохое место, — с уважением заметил я.

Искать что-то новое вместо того, что предложил толковый проводник, смысла не было. Потому я быстро обсудил условия с управляющим.

— Дома временные, на неделю. По договору меньше срок дать не могу — будет в убыток. Кормить себя будете сами. Если возникнут любые вопросы, то можно послать весточку. Я тут живу рядом, считай, за углом.

Управляющий был мужичком в возрасте — невысоким, но всё ещё крепко сбитым. Он ткнул пальцем в сторону колодца, а затем перевёл руку куда-то дальше.

— Источники воды вон там и там. Лошадей можете оставить в стойлах — конюшня рядом, но за присмотр доплатить придётся. Тут уж не обессудьте. Дома с сигнальной системой, двумя сейфами, хранилищем… Кухни, спальни — всё сделано как положено. Да будут предки мне свидетелями.

Мне и без слов управляющего, уж тем более клятвы предкам, место понравилось. Ну а так — и подавно. В Южноуральске Путь Предков был не просто декоративной традицией, здесь в него верили по-настоящему, негромко, но глубоко. И если кто-то давал клятву предкам, то это было равносильно ментальной печати. Потому тянуть я не стал и ударил по рукам.

— Тогда давайте подпишем договор.

С управляющим договорились быстро, и он оставил нас заселяться.

Тимофей с Лёшей тут же забегали по двору, с интересом разглядывая каждый камень и деревяшку. Я вместе с остальными принялся разгружать багаж и снаряжение. Тем временем в домах загорелся свет, и началась приятная суета, возглавляемая Весной и другими девушками.

Внутри в домах всё было просто, но удобно: несколько комнат, залы для собраний, кухня, несколько кладовок. В главном доме даже арочный балкон с видом на улицу, где были обустроены стол и кресло — рабочее место на свежем воздухе.

Когда разобрались с вещами, лошадьми и прочими мелочами, я тут же отправил весточку в княжеский дворец. Нужно было дать князю знать, что мы прибыли и будем готовы к аудиенции.

— Аскольд, — обратился я к одноглазому, — пока светло, разведай ближайшие улицы, постоялые дворы и рынки. Нужно понять, что у нас находится под носом. Если нужно, возьми с собой кого-нибудь.

— Хорошо, — кивнул он. — Ваня пусть делами занимается. Прохора возьму и Игната — чтобы не скучали.

— Я вечером могу несколько зелий перегнать, — предложила Весна. — Только на рынок сходить, глянуть на местные ингредиенты.

— На рынок сходить — это идея замечательная, — ответил я. — А зелья, эликсиры и всю остальную работу оставь на потом. Я знаю, что вы все осознаёте, что для нас эти несколько дней будут очень важными. Но не забывайте, что нужно не только качественно работать, но и качественно отдыхать.

На меня упало сразу несколько удивлённых взглядов. Весна аж брови вскинула.

— Что? — спросил я. — Вы целый год пахали. Как в столицу приехали, так сразу о зельях и делах опять? Жильё есть, безопасность обеспечена. Выберитесь в город, посмотрите на местные храмы, святилища, купите себе что-нибудь. В конце концов, Беловежск — не Северск, не Выкречь и не Чернореченск. Я не знаю, когда мы ещё раз приедем в столицу.

— Командир, — развёл руки в стороны Аскольд, — всем остальным значит отдыхать, развеиваться, наслаждаться столицей, а нам местность разведывать с Прохором и Игнатом?

Тон у одноглазого, несмотря на вопрос, был весёлый и бодрый. Всё-таки за почти год работы в Чернореченске он немного заскучал. Было видно, что ему не хватало путешествий — не вылазок в Зону, контрактов и прочего, а движения в целом. И даже эта сравнительно короткая поездка в столицу явно приносила ему большое удовольствие.

— Кто «мы»? — невозмутимо спросил я. — Я лишь предложил взять с собой кого-то. Прохора с Игнатом ты сам выбрал. Да и вам от экскурсии по городу хуже не будет.

Мы ещё недолго обсуждали планы на ближайшее время. Потом в зал прибежали дети: Варя что-то оживлённо рассказывала Роме, пока Тимофей с Лёшей докучали Аскольду, который, впрочем, не был этим недоволен.

Пока в зале был хаос и суета, ко мне подошла Весна. Она села на спинку кресла и положила ладонь мне на плечо. От неё всегда пахло свежестью и лесом.

— А ты? — спросила она, не сводя с меня двух блестящих изумрудных глаз.

— Что, я?

— Когда сам позволишь себе отдохнуть?

На этот вопрос я лишь улыбнулся и накрыл её ладонь своей.

— В следующей жизни.

Мой ответ был правдой. Ведь в ближайшие дни мне предстояло не просто принести клятву князю, а пройти испытание. Ведь беседа с архимагом именно испытанием и являлась. И, подсказывала мне интуиция, вопросов будет множество.

— Нет, так не пойдёт, — неожиданно возразила Весна.

— А как пойдёт?

Ведьма ненадолго задумалась, а потом бросила хитрый взгляд на Сольвейг и Иру, которые что-то обсуждали у камина.

— Придумала как пойдёт, — озорно произнесла Весна. — Экскурсия по городу нужна не только Аскольду, но и нам.

Она обвела ладонью сидящих у камина девушек.

— Прям всем вместе? — с интересом спросил я.

Я понимал, что Весна просто хочет выдернуть меня из потока дел и обязанностей, которые никогда не заканчивались. Могу ли я позволить себе выходной? Да даже не выходной день, а просто вечер?

— Ну если три красивые дамы тебя смущают… — многозначительно сказала Весна, заправляя локон волос за ухо.

Я посмотрел на Сольвейг и Иру. Они почувствовали внимание, обернулись на меня. Да, они явно не представляли, во что их вписывала Весна.

Впрочем, прогулка по городу в приятной компании звучала неплохо. Хаос с ним — не ждать же для этого следующей жизни.

Солнце на улице уже катилось к закату. Столица вокруг шумела и дышала, живя собственной жизнью. Я шёл по вечерней улочке Беловежска. Весна неспешно шагала рядом. Она, как обычно, была одета в чёрные цвета. Ира с Сольвейг шли чуть впереди.

Ира была одета в облегающие кожаные штаны, аккуратные полусапоги, рубаху, расстёгнутую на пару пуговиц, и коричневую куртку. Рядом с ней шла Сольвейг — она была без своей тяжёлой брони, в простом лёгком платье. Её светлые волосы блестели на солнце. Сейчас она выглядела обычной девушкой, а не воином шести звёзд.

— Смотри, — тихо сказала Ира, ткнув пальцем в уличного артиста.

Он жонглировал небольшими красными яблоками. Мы как раз медленно приближались к лавкам и торговым рядам.

Жонглёр был одет повседневно, неброско. Вот только что-то цепляло глаз — это была магия. Он был Неофитом, судя по развитию ауры. В следующий же миг я получил подтверждение своей догадки — яблоки загорелись, и артист уже жонглировал охваченными пламенем снарядами.

Вот только через тридцать секунд они потухли, когда он поймал их все в подол. Он показал собравшейся вокруг публике, состоящей в основном из ребятни и их родителей, целые и невредимые яблочки и даже откусил одно, звонко рассмеявшись.

Артист снял шапку, и ему тут же принялись подбрасывать мелкие монеты.

— Понравилось представление? — спросил я, заметив, как у Иры гогорят глаза.

— Ага, — тут же призналась она.

Я достал из кармана крупную монету и, подняв её в воздух магией, переместил её точнехонько в шапку. Артист вздрогнул и отследил источник магии — то есть меня. Он тут же расплылся в благодарной улыбке и картинно поклонился, на что я ответил коротким кивком.

— Позер, — беззлобно выдохнула Весна, покачав головой.

Мы вскоре вышли на торговую улочку, усеянную различными ремесленниками и торговцами. Здесь, кроме лавок и магазинов, были палатки, прилавки и даже просто-напросто телеги, гружёные разными товарами. Здесь было много различных всякостей: сувениры, экипировка, простенькие артефакты, бакалея и многое другое.

Весна остановилась у одной из палаток, где продавали ткань и вышитые платки. Она перебирала тонкими пальцами различные ткани. Торгаш за прилавком тут же заметил её интерес и принялся расхваливать свой товар.

— Все платки сшиты в единичном варианте. Других таких вы нигде не найдёте.

— Правда? — спокойно спросил я. — А мне кажется, что вот этот я на соседней улице в магазинчике видел.

Я ткнул пальцем в случайный платок. Торгаш хитро прищурился, но удали не растерял.

— Что вы, молодой господин! Это явно подделка — жалкая копия! Здесь же…

Он обвёл свои товары рукой с гордым видом, будто продавал не ткань и платки, а золотые яйца.

— … неповторимый оригинал!

— Ты где такие умные слова выучил? — спросила его Ира, с удовольствием наблюдая за нашим разговором.

— Так с постоянными клиентами своими общаюсь. Вот они меня и учат. От человека к человеку, так сказать.

Он на мгновение замолчал, оценивающе поглядывая на меня, а затем вдруг кивнул и спокойно спросил:

— Есть несколько зачарованных платков с магическими узорами. Не желаете посмотреть?

Весна перестала перебирать платки и взглянула на меня.

— Давай, — махнул рукой я.

Торгаш ловко достал небольшую коробку, снял крышку и достал несколько платков.

— Вот этот голубой как раз подойдёт к предстоящему Дню Памяти. Он для защиты от злых духов.

— От злых духов мы сами защитимся, — возразила Весна.

Торгаш пожал плечами и быстро переключился на следующий платок бордового цвета с жёлтым узором.

— Вот этот платок даёт дополнительную силу и улучшает выносливость. Особенно рекомендую молодым мужчинам.

Торгаш хитро подмигнул мне.

— Что ж ты сам такой не носишь? — усмехнулся я.

— Тц. Ну тогда… — Торгаш достал чёрный платок с серебристой вышивкой. — Есть вот этот. Он, конечно, попроще — без узоров и без изысков.

Я заметил, как глаза Весны блеснули, хотя, возможно, это было отражение вечерних лучей солнца. Я посмотрел на платок и лишь покачал головой. Если от предыдущих двух действительно исходили слабые и едва заметные магические волны, то здесь всё было пусто — абсолютно ни о какой магии или зачарованности речи не шло.

— Ну и какие у платка свойства?

— Какие свойства? — протянул торгаш. — От зависти он, вот.

— От зависти?

— Ага, всё верно, — продолжил говорить торгаш. — Вот я его в руках держу и уже вам ничуточки не завидую.

Весна задержала взгляд на платке с серебристой вышивкой. Я знал, что она тоже не чувствовала в нём никакой магии.

— Хочешь себе такой? — спросил я.

Она пожала плечами.

— Давай свой волшебный платок, — выдохнул я.

На что торгаш тут же затараторил благодарности и заверения, что его товары высшего качества.

Я заплатил.

Весна взяла платок в руки, провела по нему подушечками пальцев, словно проверяя ткань на мягкость, а затем сделала шаг навстречу мне и обвязала платок мне на шею. Её глаза озорно блестели искорками — так бывало, когда она затевала какую-нибудь шалость.

— Я не боюсь зависти, — сказал я, когда Весна закончила и сделала полшага назад.

— Просто тебе идёт, — ответила она.

Весна смотрела на девчонок, и они тут же приняли её сторону:

— Да!

— Есть в этом что-то…

Ткань платка была мягкой, так что я в общем-то и не возражал.

Мы двинулись дальше по торговым рядам. Сольвейг умудрилась найти кузницу, где принялась обсуждать сплавы и клинки.

— Мне как раз нужны наконечники для стрел. — сказала Ира.

В итоге она присоединилась к Сольвейг.

Я же, пока они были заняты, спросил у Весны, кивнув в сторону Сольвейг:

— Вы вроде не ладили?

Весна немного помолчала, а затем пожала плечами.

— Многое произошло. Думаю, что успели друг к другу привыкнуть.

Глубже копать я не стал. В конце концов, это их личное дело. Главное, что притёрлись и больше никаких холодных взглядов, ужимок и недомолвок.

Мы с Весной немного поговорили. Поток людей в кузницу и из неё не прекращался, а Сольвейг с Ирой никак не появлялись.

— Что-то они долго, — сказал я. — Пойду-ка посмотрю.

Я зашёл в кузницу и нашёл Иру, торгующуюся с невысоким, крепко сложенным кузнецом.

— Рубль за три наконечника — это настоящая обдираловка!

Ира была разгорячена спором и не обращала внимания на происходящее вокруг. Надо сказать, что выглядела она очень хорошо — раскрасневшаяся, с немного растрёпанными волосами.

— Я и так делаю скидку, — возразил кузнец.

И их торги возобновились по спирали. В итоге через несколько минут одних и тех же аргументов я вмешался:

— Заворачивай всё, что она выбрала.

Ира резко повернулась ко мне и уже открыла было рот, чтобы что-то сказать, но, заметив меня, замерла. Её глаза прояснились, и она согласно мотнула головой, отчего серебристые волосы рассыпались по её лбу.

— Хорошо.

— О как, — прошептал кузнец.

Он повернулся ко мне и уважительно кивнул.

Когда дело касалось вооружения, а особенно луков, стрел и всего с ними связанного, Ира превращалась из холодной спокойной девушки в настоящую бестию. Впрочем, знал я ещё один случай, когда это происходило… Но это уже совершенно другая история.

В итоге из лавки все вышли довольными: Ира — со стрелами, Сольвейг — с отличным представлением, а я — с уважением кузнеца и с полегчавшим кошельком.

— Спасибо, — поблагодарила меня Ира.

Мы продолжили прогулку по улицам Беловежска. Торговые ряды сменились жилым кварталом. Мы шли вдоль каменной ограды, за которой слышались голоса, детский смех и журчание воды. Сольвейг приблизилась ко мне и потянула меня за рукав.

— Зайдём в парк?

— Конечно.

После жары кузни я был не против укрыться в тени деревьев.

Это не был парк в полном понимании этого слова — скорее, большой сквер или даже городской сад. Мы свернули, миновали небольшую деревянную арку с вывеской и оказались в тени высоких деревьев. Пахло свежестью и пыльцой. Вдоль дорожек на скамейках сидели семьи, старики, читавшие газеты. На зелёной лужайке дети играли в догонялки.

Мы прошли вглубь парка и оказались у небольшого озерца, скрытого за стеной деревьев, где и расположились.

— Тихо здесь, — заметила Ира, садясь на скамейку и снимая перчатки. — Как будто не столица, а совсем другой мир.

Я же сел на траву в паре метров от воды, с удовольствием прищурился и ловил тёплые весенние лучи. Весна и Сольвейг сели рядом. Мы немного помолчали, наслаждаясь природой. Каждый думал о чём-то своём.

Вот только Сольвейг неожиданно пробурчала:

— Жарко.

Весна тут же бросила на неё свой коронный заговорщический взгляд.

— Озеро рядом. Можно умыться и ноги намочить.

Повисла короткая пауза, за время которой девчонки успели обменяться полдюжиной взглядов. Вокруг не было никого — ни детей, ни случайных прохожих. Лишь тишина да редкий шелест листвы.

Сольвейг без слов поднялась на ноги, сбросила сапоги и засеменила к воде. Она подошла к неподвижной прозрачной глади воды и окунула пальцы ног, пробуя температуру.

Довольная результатом, она медленно шагнула в воду, приподняв лёгкое платье выше колен. Она нагнулась, зачерпывая ладонью прозрачную воду, отчего платье тут же натянулось, обрисовав округлые бёдра и узкую талию.

— С ума сошла, — выдохнула Ира.

Вот только она уже сняла кожаную куртку, сбросила обувь и закатывала штанины выше щиколоток.

Весна сняла полусапоги и присоединилась к Сольвейг, только в воду она не заходила. Села на самый край берега, подняла подол робы и опустила ноги в воду по щиколотку. По её бледной коже побежали мурашки.

— Поберегись! — раздался бойкий голос Иры.

Она смело и без раздумий влетела в озеро, подняв вокруг себя столб брызг и окатив Весну и Сольвейг с ног до головы. Лёгкое платье Сольвейг тут же намокло, став полупрозрачным. Оно обтягивало каждый изгиб стройной подтянутой фигуры.

— Ира… — негромко произнесла Весна.

Впрочем, на её лице не было ни раздражения, ни разочарования. Даже несмотря на то, что чёрные волосы намокли и растрепались, а капли воды стекали по её тонкой шее, исчезая под воротником.

Весна приподняла подол, обнажив бледные бёдра. Пальцы вцепились в мокрую ткань, выкручивая её, и капли побежали вниз к гладким икрам. Она провела ладонью по бедру, смахивая влагу, но только размазала её, отчего бледная кожа заблестела в лучах солнца.

Ира лишь смеялась — заливисто и искренне. Она сама отделалась легко: слегка намокшая рубаха прилипла к плоскому животу с чётким очертанием пресса. Да капли воды скатывались по обнажённым ключицам, исчезая в вырезе рубахи.

— Сами виноваты! Нечего ворон считать!

Она откинула голову назад, явно наслаждаясь своим поступком.

У меня от разыгравшейся сцены перехватило дыхание. Я почувствовал, как по телу медленно распространяется волна тепла — и вовсе не от солнца.

— Хаос… — произнёс я чуть охрипшим голосом.

Вот только ни Весна, ни Сольвейг не были готовы признать своё поражение.

— Ну держись! — выпалила Весна

Она поднялась на ноги и окатила Иру порцией брызг с ног до головы.

Сольвейг присоединилась — швырнула охапку воды в сторону сразу двух девушек. Раздался смех, крики и весёлый визг.

Сцена была почти нереальной — будто не было ни Зоны, ни Родов, ни сражений. Только солнце, смех и вода. Девушки заливали друг друга водой с таким усердием, что вскоре все трое промокли до нитки. Они вроде бы пришли отдохнуть и расслабиться, но рисковали такими темпами превратиться в утопленниц.

Я скинул с себя куртку и ботинки. Как командир, я нёс за них ответственность — за жизнь, здоровье и безопасность. Именно поэтому, и только поэтому, я лихо влетел в воду к трём смеющимся мокрым красоткам.

Глава 17

После купания тишина в парке стала какой-то особенно звенящей. Солнце уже клонилось к горизонту, освещая верхушки деревьев мягким янтарным светом. Три девушки, промокших до нитки и слегка смущённых собственной игривостью, уже выбрались из воды.

Сольвейг отжимала подол платья, которое прилипло к её ногам и бёдрам, будто вторая кожа. Ира откидывала с лица мокрые пряди — она закатала штаны ещё до заплыва, поэтому ей было немного полегче, только рубашка промокла насквозь, хотя вода и стекала с одежды настоящим ручьём. Щёки у девушки немного порозовели — то ли от активности, то ли от понимания, что она и заварила всю эту кашу.

Весна единственная легко улыбалась. Её глаза озорно блестели, даже несмотря на мокрую робу.

— На что смотришь? — прошептала она одними губами, поправляя на плечах намокший капюшон.

Я только улыбнулся и покачал головой. Знала бы она, чего мне стоило держать себя в руках — от меня разве что пар не шёл.

Я провёл ладонью в воздухе. Над ней медленно вспыхнула едва заметная рябь — мягкое заклинание воздуха.

— Подразнили меня, — усмехнулся я. — Вот теперь не дёргайтесь.

— Ах, — картинно вздохнула Весна. — Нам угрожают.

Ира лишь шмыгнула носом. Сольвейг встала чуть боком, приподняв подбородок и следя за тем, что я колдую.

Я провёл рукой перед собой, целясь в Весну. Провёл от ступней до плеч. Потоки тёплого воздуха закружились, подхватывая капли с одежды и кожи, превращая их в лёгкую дымку. На Весне я не остановился — она просто стояла ближе ко мне. То же самое сделал и с Ирой, и с Сольвейг.

Платья и рубашки затрепетали от движения ветра, а затем по ткани пробежал короткий, еле заметный импульс. Вместе с воздушной магией я использовал огненную — самую капельку, дозированно и предельно точно. Получилось не пламя, а скорее сухой ветер с подогревом.

Влага испарялась почти мгновенно. Из-под закатанных штанин Иры поднялся лёгкий пар, и она ещё пуще раскраснелась. Сольвейг зажмурилась, как кошка, наслаждаясь тёплыми потоками воздуха. Весна, почувствовав, как её чёрная роба становится сухой, хмыкнула.

— Такому заклинанию ты меня не учил.

— Услуга платная, — подмигнул ей я.

— На такую магию можно и раскошелиться.

Весна улыбнулась, поправляя полы одежды.

— Тогда в следующий раз, — выпалила Сольвиг, — я первая.

Ира с Весной тут же посмотрели на неё с интересом.

— Ну а что? — мотнула головой Соль.

— Да ничего, — ответил я. — Первая так первая.

Поток магии плавно угас. В воздухе всё ещё остался лёгкий озоновый запах. Сам я себя в порядок привёл моментально — одной короткой, но мощной волной горячего пара.

— Я видел по пути чайную, — проговорил я, когда все оделись и собрались. — Давайте зайдём.

Моё предложение было встречено энтузиазмом и радостью. Всё-таки, несмотря на магическую сушку, горячий чай девчонкам явно не помешал бы.

— Первая, — хмыкнул я, глядя на Сольвейг. — Ты сапоги-то не забудь.

Она стояла в траве и с удовольствием смотрела на заходящее солнце. Нам уже пора было идти, потому как становилось прохладно, но Соль начала свой шаг, перебирая босыми ногами, совершенно забыв про свою обувь. После моего напоминания она огляделась по сторонам, нашла сапоги и быстро обулась.

Когда мы выходили из парка, на скамейках стало уже намного меньше людей. Всё-таки на город медленно наступала ночь, а это значило, что все расходились по домам.

Небольшая чайная на углу улицы, возле парка, оказалась очень уютной. Она занимала первый этаж трёхэтажного здания. Внутри пахло древесной смолой, засахаренными фруктами и смесью чая с травами. Потолок был невысоким, а стены были обиты деревянными панелями. Мы устроились в дальнем углу у широкого окна, выходящего на улочку и парк.

Весна села напротив, завернувшись в робу и молча глядя на огонь в едва потрескивающем камине. Ира сняла кожаную куртку и подсела ближе ко мне, облокотившись на резной столик. Сольвейг устроилась на мягкой кушетке. Тёплый янтарный свет ламп внутри словно поглощал последние лучи солнца и немного размывал фигуру девушки, придавая ей мягкий магический ореол.

Я заказал два чайника — один с молочным чаем, другой с ягодным. Вскоре нам принесли фарфоровую посуду, в которую разлили горячий, пышущий паром чай.

По всему телу разошлось приятное тепло, наполняющее спокойствием.

— Не думала, что обычный вечер в парке может быть таким… — произнесла Сольвиг, на мгновение задумавшись. — Насыщенным.

— Даже без чудовищ, — подметила Ира.

— Особенно без чудовищ, — хмыкнула Весна. — Хотя мне всё время казалось, что кто-то за нами следит.

Три пары глаз уткнулись в меня. Если бы они видели себя со стороны, то не удивлялись бы, что за ними наблюдают. Скорее уж оторвать взгляд было невозможно.

— Город большой, — невозмутимо ответил я. — Столица.

На мою фразу девушки заулыбались.

— Здесь даже если следят, делают это вежливо.

— Ну-ну, — хитро произнесла Весна.

Горячий чай и неспешные разговоры ни о чём постепенно убаюкивали, пока за окнами город медленно укрывался одеялом ночи. Зажглись фонари, слышался глухой, но заметный гул городской жизни. Улицы становились тише, но не опустели. Беловежск не замирал и не спал даже ночью.

Мы покинули чайную уже ближе к полуночи. Шли назад медленно, пешком, не торопясь шагая по мостовой. Вновь проходили мимо уже знакомых лавок и магазинчиков. Из торгового квартала к нам тянулся пёстрый шлейф из разнообразных запахов: пряные травы, копчёная рыба, сладкое тесто и жареные орехи. И не мудрено — ведь большинство магазинчиков уже закрылось, но несколько палаток всё ещё вовсю торговали, даже несмотря на поздний час.

Девушки тихо перешёптывались и улыбались. После озера и чайной они с интересом поглядывали на палатки с угощениями.

— Погодите, — сказал я, подняв руку. — Нам сюда.

Я повёл девушек за собой и остановился у палатки, где работал пожилой мужчина лет шестидесяти пяти в запыленном кафтане с протёртым воротом.

— У нас мало что осталось, — сразу предупредил он. — Но если возьмёте несколько угощений с собой, сделаю скидку.

Я от его предложения отказываться не собирался. Аромат корицы, сдобы и чего-то тёплого, словно домашней кухни, заставил живот заурчать, даже несмотря на то, что мы только что чаёвничали.

— Говори тогда, что осталось, — коротко произнёс я и достал пару серебрушек.

— Булочки с маком, пышки с мёдом, две яблочные ватрушки в сиропе, а ещё пастила из черёмухи.

Мужик заглянул под прилавок, закопошился.

— О! Ещё есть пряники есть с малиновой пудрой.

— Берём.

— А-а-а… — протянул мужичок. — Что из этого?

Я взглянул на девушек и достал из кошелька несколько рублей.

— Всё, что есть, заворачивай.

В итоге в пути обратно девушки с удовольствием ели разные угощения. Оказалось, что в палатке осталась ещё и карамелизованная вишня. Именно ей с удовольствием похрустывала Весна, вдыхая ягодный запах и периодически закрывая глаза от удовольствия. Я внимательно поглядывал, чтобы она от наслаждения не споткнулась и не растянулась на набережной.

Ира жевала ещё тёплую ватрушку, смело откусывая мягкое тесто с яблочным вареньем. Она периодически чуть ли не рычала от удовольствия. Сольвейг ела пастилу из черёмухи и чуть ли не подпрыгивала на ходу, отчего подол её платья свободно развевался.

Ира немного замедлилась.

— Зря ты это сделал, — пробормотала она, вытирая уголок рта. — Теперь придётся покупать нам сладости каждый раз.

— Значит, будет у нас с вами такой сладкий обряд, — ухмыльнулся я. — Ритуал перед присягой.

— Ритуал со вкусом детства, — ответила Сольвейг

Она замедлила шаг и грустно улыбнулась.

— Сладкоежки, вы хоть детям пару гостинцев оставьте, — тут же сменил тему я. — А то останутся им одни сахарные крошки.

Мы вернулись к арендованным домам, когда на небе уже вовсю сияла полная луна. В домах светилось лишь несколько окон — похоже, что большинство жильцов уже легло спать. Лишь у ограды стоял Аскольд в плаще на плечах и с сухой травинкой в зубах. Он переводил взгляд с довольных девушек на меня, а потом снова на них.

— Давай завтра, — выдохнул я.

На что Аскольд лишь кивнул, пожал плечами и удалился к своему дому.

Я же распахнул дубовую дверь, пропуская девушек вперёд. Сольвейг с Ирой тихо переговариваясь, удалились — как я подозревал, на кухню, отнести оставшиеся сладости. Весна задержалась на секунду у порога. Она положила ладони мне на грудь и заглянула мне прямо в глаза.

— Ведь было неплохо… — то ли утвердительно, то ли вопросительно проговорила она.

— Пожалуй.

Весна поднялась на носочки и быстро чмокнула меня в губы, а затем засеменила в дом.

Я ненадолго задержался на крыльце.

Почти все ближники спали, как и Беловежск. Завтра снова начинались дела. Завтра нужно было вновь принимать решения. Но сегодня… Сегодня был славный вечер. Спокойная ночь. Тихая. Тёплая. Почти домашняя.

Я закрыл за собой дверь и отправился к себе в главную спальню. Эту ночь я проспал как младенец.

Следующие несколько дней пролетели незаметно. Почти всё время занимала подготовка: костюм, этикет, последние новости, разведка тут и там.

Утром в назначенный день внизу, в гостином зале, меня уже ждали Аскольд с Ромой и Весна. Я спустился по лестнице вниз, и меня встретил уважительный кивок от Аскольда.

Он с интересом разглядывал мой камзол. Я сегодня оделся в чёрный цвет с тонкими, едва заметными золотыми оттенками. Вышивка была аккуратной и зачарованной.

— Меня на этот раз не позвали, — сказала Весна.

— Ха, — усмехнулся я. — Мне и прошлого раза в Выкречи хватило.

На поясе у меня висела сабля. Всё-таки негоже было главе отряда расхаживать по городу без оружия. Посох был крупноват. Конечно, саблю придётся сдать, с ней не пустят. Но иметь с собой клинок — это всё-таки традиция. Да и Клинков я или нет, в конце концов?

— Ты прям как будто не на аудиенцию, — пробормотал Рома. — Воевать что ли собрался?

— С князем-то? Ни за что.

До уровня Архимага мне было ещё расти и расти. Да и мне князь нужен союзником или деловым партнёром, но уж никак не соперником или врагом.

— Пригласительное письмо взял? — спросила Весна.

Она поднялась с места, подошла ко мне и принялась быстрыми движениями поправлять камзол, расправляя складки. Затем поправила пару моих прядей в причёске.

— Волнуешься? — улыбнулся я.

На что девушка лишь прищурилась.

— Странно, что ты нет.

— Вот-вот, — поддакнул Аскольд. — Я бы и с Магистром постарался бы по возможности не сталкиваться, а уж с Архимагом и тем более. Они все себе на уме.

Я промолчал. Это было правдой. Подняться до уровня Архимага — это настоящий труд и долгий путь, который обязательно оставляет след. Магический, ментальный, физический или все сразу.

В первый раз, по крайней мере.

Весна сделала шаг назад и удовлетворённо осмотрела меня с ног до головы.

— Готов, — тихонько выдохнула она.

— Кто же ещё будет готов, как не командир, — бодро подхватил Аскольд.

— Ну, присядем на дорожку, — сказал Рома.

Я спорить не стал и сел. Весна присела рядом. Она перебирала пальцами края робы. Я накрыл её ладонь своей и легонько сжал. Она благодарно посмотрела на меня и едва слышно вздохнула.

Немного посидели в полном молчании, а затем я поднялся.

— Пора.

— Давай, командир, не подведи, — сказал мне Аскольд напоследок.

Я кивнул и вышел из дома.

Нагружать всех остальных и заставлять их собираться и провожать меня на аудиенцию я не хотел, поэтому выходил заранее, чтобы заодно пройтись по городу и осмотреться в верхних кварталах, где располагался дворец князя.

Конечно, День Памяти и присяга были важны, но сегодняшний день по-настоящему определял не только моё будущее, но и всего нашего дела. Я был уверен, что приёмы у князя шли сейчас плотно в самом преддверии праздника, но это было не главным. Я точно знал, что у властителя Беловежска и Южноуральска будут вопросы, на которые мне однозначно нужно будет отвечать.

Я двинулся по улице, нырнув в городскую суету. Беловежск жил в предвкушении торжества. В отличие от вечеров и ночей, днём по улицам тянулись настоящие процессии.

Продавцы торговали чем только могли, вглубь двигались вереницы караванов, родовых отрядов и магов. На всех углах слышались разговоры: кто же станет новым аристократом, кого приблизят к княжескому двору, а кого, возможно, признают недостойным.

И честной люд, мещане, купцы и даже дворяне не зря поговаривали о решении князя. Да, нас должны были принять как Род в Южноуральске. Вот только приглашение не гарантировало финального решения.

Архимаг — это не просто ранг, магия и титул. Это отметка о том, что человек превратился во что-то очень могущественное. Заклинание Магистра, показанное родом Железных, по сравнению с силой Архимага — это детская игра. Нет, конечно, неопытного, молодого по меркам мага, Архимага несколько Магистров вполне могли сдержать. По крайней мере на бумаге. Но тем не менее — это иной уровень магии, а главное, мышления.

Я шёл по каменной мостовой, ведущей к верхнему кварталу — той самой части столицы, куда не пускали без звания или особого пропуска. У ворот меня встретила стража. Они окинули меня холодным взглядом, но когда я показал пропуск и письмо, то взгляд сменился на уважительный.

Один из гвардейцев надел амулет распознавания, использовал заклинание и начал проверять списки. Миг — и широкие створки с глухим звуком распахнулись.

— Проходите.

Удивительно, но верхний квартал встречал меня тишиной. Здесь не было слышно того рыночного гама, который раздавался внизу. Мои шаги разлетались гулким эхом по выложенной камнем дороге.

Дома были повыше, крыши круче, а окна блестели ставнями из зачарованного стекла. Особняки были отделены оградами и заклинаниями, скрывающими то, что происходило внутри. Вполне возможно, что сейчас на меня из-под Полога или Завесы смотрели любопытные глаза, но почувствовать это было сложно.

У некоторых ворот я замечал каменные изваяния — громадные статуи различных зверей и магические печати. Каждый защищал свой дом как мог. Воздух дрожал от плотности маны, что висела здесь постоянной вуалью.

Я поднялся по аллее вверх, туда, где виднелась громада княжеского дворца. Он не был вычурным — наоборот, стены были из светлого камня, простые, без росписей. Над ними возвышались купола и башенки с острыми шпилями. И в этой простоте было что-то властное и величественное.

Я и сам пришёл на аудиенцию один, без сопровождения, золотых карет и прочей мишуры. Деревья вдоль аллеи бросали тень, не пропуская солнечные лучи вниз. На нескольких скамейках даже сидели люди, но им было абсолютно плевать как на меня, так и на происходящее вокруг. Они были заняты собой и своими делами.

Проехала повозка с десятком всадников с родовыми знаками.

На подступах к дворцу меня остановили один раз, а затем второй. Но каждый раз я отвечал одно и то же:

— Максим Клинков. На аудиенцию к князю. Без сопровождения.

И на одном из постов магов меня наконец-то встретил жрец в простой серой робе без узоров — мужчина лет пятидесяти и, судя по всему, крепкий Мастер. Он повёл меня не к главному входу, а вдоль белой стены, пока наконец мы не пришли к боковому входу. Передо мной открылась тонкая, светлая, почти незаметная на фоне каменной стены дверь. Жрец кивнул и повёл меня внутрь.

В княжеской резиденции было вовсе не торжественно, как могло бы показаться на фоне приближающегося праздника. Наоборот — было спокойно, даже тихо. Каменные стены, высокие арочные окна, тёплый свет фонарей — всё в коридорах и помещениях настраивало не на восхищение, а на серьёзность и сосредоточенность. Стены тут и там были украшены гобеленами с изображениями битв и ритуалов, а в воздухе пахло не только деревом, но и ментальной магией.

Жрец провёл меня по нескольким лестницам, сквозь несколько залов и кабинет, и наконец привёл меня к арке — створкам дверей. Везде во дворце присутствовала стража с княжеским гербом, из высокоранговых магов и воинов. Вот и здесь перед дверьми стоял целый отряд стражи.

— Удачи вам, — спокойно произнёс жрец.

Его голос был глубоким и сильным.

Я взглянул на тяжёлые двери, ведущие в приёмный зал. Там сегодня я получу ответ. Ответ, за которым шёл больше года. И оставлять решение удаче я не собирался.

— Она мне не понадобится, — спокойно произнёс я.

Словно вторя моим словам, ворота передо мной распахнулись, и я вошёл в приёмный зал.

Глава 18

— Максим Клинков, — раздался голос глашатая, когда я вошёл в зал. — Кандидат из…

— Я знаю, кто передо мной.

Глубокий голос, слегка хриплый, эхом разлетелся по залу.

— Новости доходят даже сюда. Хаосит, враг Церкви Солнца, рубежник, командир отряда, уничтожившего Инквизитора, Мастер, алхимик, торговец высокоранговыми заклинаниями… Я ничего не забыл?

Я молчал. Это был риторический вопрос. Впрочем, глашатай тоже ждал дальнейших слов князя.

Тронный зал южноуральского князя не был пышным, но он давил — не золотом и мрамором, а тяжестью силы и магии, от которой волосы на теле электризовались. Здесь на стенах, за гобеленами и картинами, я видел мягко тлеющие руны. По полу россыпью тянулись небольшие ручейки маны.

Свет из резного окна за спиной князя не позволял рассмотреть его — приходилось щуриться. Как будто князь продумал всё вплоть до времени аудиенции так, чтобы даже солнце было на его стороне. Иронично, учитывая его конфликт с церковниками.

Я поклонился — не низко, но и не горделиво. На правах человека, пришедшего за правом стать частью этого княжества. Заработанным правом.

— Подойди, — голос князя разнесся по залу громовым раскатом.

Я зашагал вперёд по центральной дорожке, проложенной между рядами тяжёлых кресел и широкими скамьями для знати.

По традиции, в день аудиенции в зале должна была быть не только стража и глашатай, но и советники, члены семьи князя, доверенные люди — просто те, кому было дозволено стать свидетелями приёма. Иногда число свидетелей урезалось, но сейчас абсолютно все скамьи и стулья в зале пустовали.

Я остановился в шагах пяти от ступенек, ведущих к князю, перед креслом, обитым чёрным сукном.

Передо мной на троне, словно вырезанном из горной породы, возвышался Григорий Арсеньевич Демидов, Архимаг. И сам он казался вырезанным из камня — высокий, крепкий, с чёрными волосами, завязанными в хвост. О возрасте говорила лишь седина в висках и тонкие морщины.

Хотя он явно сдерживал свою ауру, я чувствовал его магию по всему залу. Но было здесь и что-то ещё — знакомое и едва уловимое.

— Оставьте нас.

Его приказу последовали все — и глашатай, и стражники. Личный караул князя — позиция почётная. Приказ они выполнили молниеносно. Впрочем, здесь, в этих стенах, Архимагу не нужна была ничья защита.

— Садись, — Демидов показал ладонью на кресло передо мной.

Я сел.

Некоторое время князь молчал. Я уж тем более не спешил говорить.

— Значит, хочешь титул, Род, право на землю? — князь опёрся локтями на подлокотники.

Я кивнул.

— Ещё — ответственность. Я год прожил в Чернореченске с отрядом. Участвовал в рейдах, торговал, создавал связи. И приехал в Беловежск не с пустыми руками.

— Не сомневаюсь, — коротко ответил князь. — Вот только к тебе, Максим Клинков, у меня слишком много вопросов.

Он замолчал, словно ожидая моего ответа.

— Ваша светлость, я готов на них ответить, — спокойно произнёс я.

— Я смотрю на человека, который полтора года назад был Неофитом. Мастер — это ведь четвёртый ранг. В моём княжестве много талантливых волшебников. Кто-то за всю жизнь может не взять Мастера, кто-то — под старость. Иногда если в магической семье рождается ребёнок, который способен достигнуть мастера к тридцати пяти годам, то его называют гением. Одним в поколение.

Я ожидал, что этот вопрос поднимется, потому просто слушал то, что говорил князь. Он по сути не требовал от меня ответа — скорее просто ставил перед фактом, что за мной если уж не следили, то приглядывали или собрали всю доступную информацию.

— Тебе же, Максим, всего двадцать один, а ты уже Мастер. Более того, ты не просто освоил заклинание одной из стихийных школ, ты владеешь хаосом. Я уже и не припомню, когда в Южноуральске… Да что там в Южноуральске, на той же Сибири, был мастер-хаосит, да ещё и многостихийный. Нестеровым ты, например, продал несколько заклинаний огня и воздуха, притом уникальных.

А вот это я не мог оставить без ответа.

— Сдали?

— Почему «сдали»? Они соблюдают условия договора. Выяснить их можно разными путями, особенно если ты князь. Я понятия не имею, что конкретно ты им продал, но представляю, какие стихии там были… Понимаешь, я всё это говорю не просто так. Одно дело — будь тебе хотя бы сорок-сорок пять, тут твой послужной список был бы логичным. Если ты будешь развиваться такими темпами…

Князь не договорил, лишь выдержал многозначительную паузу.

Да, я понимал изначально, что все мои достижения и путь наверх вызовут у князя вопросы. Я даже отчасти удивлён, что он так долго ждал, чтобы их задать. Впрочем, аудиенции предшествовали долгие проверки. И сейчас для вопросов вполне подходящий момент.

Здесь, в своём дворце, он не только в силе, но и вправе — я отсюда никуда не денусь, если я, конечно, хочу собственный Род. А без него забраться наверх не получится. Как и без Демидова.

— Я ни в коем случае не принижаю твои заслуги. За год в Южноуральске твой отряд заметно усилил безопасность. Да и слышал я о тебе от многих — твоё имя на устах. Но меня что-то смущает. Что-то не даёт сейчас просто дать тебе право на Род. Слишком много несостыковок. А инстинктам я привык верить.

Здесь мне было нечего ответить. Князь в своём праве требовать объяснений. И от моего ответа зависело всё.

— Я даю тебе шанс. Один. Ты выложишь правду прямо сейчас, как есть. Или титул ты не получишь. Род — это не только твоя ответственность, но и моя. И основывать его на недомолвках я не собираюсь.

То, что последовало за этим, я узнал практически сразу. И мои собственные инстинкты, предупреждавшие меня с самого начала встречи, не подвели.

Руны на стенах, потоки маны — всё пришло в действие. Вернее, оно уже действовало. Это были мощные ментальные чары, причём активировались они не князем, а были заложены в самом зале.

Сложная ритуальная схема, с действием которой я был знаком по прошлой жизни. Если бы князь захотел, то даже на простенький вопрос я бы отвечал как миленький — всю правду, в деталях. Что, как, когда и так далее.

Похоже, что ко мне отнеслись довольно вежливо и врубили чары не в полную силу. Я всё-таки был кандидатом в аристократы, и начинать отношения с допроса с пристрастием, с использованием ментальной магии, было как минимум невежливо, а как максимум — могло на корню зарубить любые отношения с кандидатом.

Это было предсказуемо. В принципе, вопросы князя, или скорее утверждения, не были враждебными. Скорее, все достижения до как раз таки повлияли на то, что я получил личную аудиенцию. Разговор.

И тут встаёт вопрос о том, что нет у меня ни одной истории, ни одной сказки, которая убедила бы Архимага в том, что взять Мастера за полтора года — это нормально. Я уж молчу про остальные детали.

Есть несколько вариантов легенды. Вот только правда всегда просачивается наружу, и развиваться, придерживаясь легенды, быстро не получится — придётся прятаться, сдерживаться, лгать.

Более того, не обязательно, что я смог бы обмануть Демидова. Но, если бы попытался, то ментальные чары запросто выявили бы мои намерения и нашли ложь. Передо мной вопрос о выживании и развитии. Вот только Южноуральск — это не княжество солнечников, где меня считают преступником. Здесь у князя у самого нет ни единой причины церковникам помогать.

Я сидел в кресле с высоко поднятой головой и смотрел князю в глаза. Я ясно видел в них, что если я сейчас начну нести что-то такое, что покажется ему бредом, или даже маленькой ложью, чтобы обхитрить, то он может и не постесняться применить чары на полную силу.

Архимаг может наплевать на мнение остальных. Демидов без меня запросто проживёт. А вот я на данный момент могу разве что уехать в другое княжество. Я это уже обдумывал — всю ситуацию и то, как состоится разговор.

Единственным барьером для себя я вижу тщеславие, зависть или даже просто конкуренцию. Мой прогресс идёт смирными шагами. Архимага я точно возьму, и если князь решит, что я для него угроза, то меня выгоднее убрать, пока я не вошёл в силу.

Выбор, выбор, выбор… Вот только идя сюда, я его уже сделал. Главная задача — правильно всё преподнести.

Южноуральск строится на почитании предков. Где, если не здесь, может всплыть один из таких предков? Пусть и Клинковых.

Южноуральск практически окружён солнечниками. Более того, они постоянно лезут во внутренние дела. Что ж, риск для движения вверх необходим — оправданный и продуманный.

Заклинания в зале завибрировали с новой силой.

— Меня зовут Максим Клинков. Но я не отсюда. Не из этого времени.

На лице князя не дрогнул ни один мускул.

— Я был рождён почти пятьсот лет назад. Я был Архимагом, главой рода Клинковых. В последней битве собственного рода с церковниками я погиб, сражаясь с Борисом Сосновым. Стихия хаоса возродила меня совсем недавно. Что это было — перенос души, обмен сознанием… Не знаю. Но я здесь и сейчас — в теле, насколько мне известно, последнего хаосита из рода Клинковых.

Воздух в зале будто стал гуще. Магические рисунки, да сама мана засветилась сильнее. Я не видел свечения — я чувствовал его.

Князь молчал. Долго. Настолько долго, что у меня даже немного затекла спина.

— Это… очень серьёзное заявление, — наконец сказал он.

Он встал и прошёлся вдоль ступеней, будто переваривая информацию. Через некоторое время он сел обратно на трон — спокойный и хладнокровный, как и прежде.

— Ты ведь знаешь, что в Южноуральском княжестве два Архимага?

Я об этом знал.

— Да.

Князь не спешил продолжать.

Я решил, что сейчас был неплохой момент, чтобы расставить точки над ё.

— Ваша светлость, я мог выбрать любое княжество — от Сибири до Крыма. Это не значит, что меня везде бы приняли. Но здесь, в Южноуральске, меня не просто приняли — мне дали возможность вырасти, доказать свою ценность. Сейчас я на аудиенции, потому что я её заслужил.

Князь молча слушал меня.

— Триста лет назад всё было по-другому. А возможно, ещё через триста я бы вообще не был нужен Южноуральску. Вот только что-то подсказывает мне, что я нахожусь в нужном месте и в нужное время. Я стану Архимагом, притом скорее рано, чем поздно. Верну силу. И моя сила станет силой княжества.

Я не мог считать Демидова. Он сидел в своём каменном троне, как изваяние, явно раздумывая, что делать с неожиданным объяснением, с неожиданным ответом на его вопросы. А уж что-что, но я был уверен, что перерождение в качестве ответа он не ожидал. Но я не врал — чары подтвердили это.

— Ты действительно сказал мне правду. И я тебе не соврал — твоё имя на устах… Было и есть… А как будет — не знаю. Ты прав, большинство соседних княжеств действительно подсолнечные. Пусть сами князья и обособлены. Большинство князей — Архимаги, но у нас, в отличие от соседей, есть целых два.

Князь сделал паузу.

— Выкречь, Кашкаринское княжество, Березовск, — перечислил я. — Солнечники протянули свои лапы везде, куда смогли достать.

Сейчас моей задачей было убедить князя, что, во-первых, я необходим, а во-вторых, не стану ему угрозой. И всё это нужно было совместить. И здесь я надеялся на прецедент со вторым Архимагом.

— Парадоксально, но, пожалуй, ты произнёс единственный ответ, который вопросов у меня не вызывает. Я бы не поверил в отговорки с секретами Рода или тайными артефактами. Раз уж ты честен со мной, то я буду честен с тобой. Вижу, что ситуацию вокруг Южноуральска ты знаешь. А что насчёт внутри?

Я вспомнил донесение Аскольда, рассказы Весны, а также кое-какие письма от Володиных.

— В общих чертах.

— Хорошо, — ответил Демидов. — С Шаховским, вторым Архимагом, у меня договор. Как ты понимаешь, Архимагу трудно быть вассалом другому Архимагу — как минимум, если они приблизительно равны в силе или, скажем, недалеко друг от друга.

Я кивнул.

— У нас с ним общие интересы, и наши взгляды на будущее Южноуральска совпадают. Пусть мы не всегда сходимся в методах.

Демидов усмехнулся.

Я знал в общих чертах об существующем договоре между двумя Архимагами. Всё-таки даже в больших княжествах два Архимага, которые не грызут друг другу глотки за власть явно или скрыто — редкость. Теперь я представлял почему. Пусть деталей взаимоотношений двух родов я точно не знал, но по тону и словам князя видно, что Шаховский — не вассал и не слуга, а скорее младший партнёр в княжестве.

И судя по тому, что Шаховский вполне в состоянии спорить и применять собственные методы, он был не так уж и далеко по силе от Демидова.

Мы некоторое время помолчали. Я прикидывал, с какой стороны лучше зайти. Князь, скорее всего, тоже размышлял о том, какую роль я смогу сыграть в будущем Южноуральска.

— Если в Южноуральске уже выстроена система взаимоотношений между Архимагами, — спокойно произнёс я, — то в неё может вписаться ещё один.

Демидов во второй раз за разговор усмехнулся.

— Я слышал о Максиме Клинкове. Более того, знаю я и о других Клинковых — тех, кто были до тебя. Потому в твоих качествах как бойца и мага я не сомневаюсь. Я ведь уже говорил — твоё имя на устах у тех людей, кто знает, конечно, и помнит.

Демидов был прав. Для Архимага триста лет — не такой уж и большой срок.

— Вот только конфликт с солнечниками у тебя, Максим, острый. И если они сложат два плюс два… Кто под ударом окажется? Княжество.

Я лишь пожал плечами.

— Но разве дойдёт до открытой войны? Мой конфликт с церковниками действительно известен. Вот только он на личном уровне. Не думаю, что бояре и дворяне, а уж тем более сам Император, поймут открытое объявление войны Южноуральскому княжеству из-за личной распри. Причина слабовата будет.

Я знал, куда давить. Обрести третьего Архимага, хоть и потенциального, — это огромный перевес для княжества. Не только в противостоянии с солнечниками, но и в борьбе с остальными княжествами, в непрекращающейся конкуренции.

Мне в данной ситуации больше интересно, что Демидов довольно легко принял тот факт, что я переродился. Я лично не был знаком ни с одним подобным случаем. Впрочем, когда дорастаешь до ранга Архимага, мышление меняется.

Князь на некоторое время вновь замолчал. У нас с ним вообще получался интересный диалог — размеренный, хотя для не-мага вполне возможный и шокирующий.

На этот раз, когда князь заговорил, магия вокруг меня ослабла — настолько, что даже стало легче дышать.

— До разговора с тобой я знал одно: либо по его итогам я даю тебе право на Род со всеми вытекающими привилегиями и обязанностями, либо изгоняю тебя. Уж слишком неестественной выглядела твоя история. Скажи мне, Максим, как скоро ты можешь дорасти до прежних сил?

Я задумался. Как бы странно это ни звучало, но мой быстрый темп развития вряд ли в ближайшее время замедлится. Тем более что с основанием Рода мне будут доступны лучшие эликсиры, лучшие заказы — всё лучшее. Как минимум, на несколько уровней выше, чем у отряда наёмников.

— Я не смогу дать точного прогноза. До тридцати — наверняка. До двадцати пяти? Возможно.

Я дал примерный прогноз. Четыре года — это долгое время, а уж девять лет и подавно. Но я знал, что я однажды уже прошёл этот путь, и здесь, в новом теле, по уже известным лекалам я точно смогу подняться намного быстрее.

— Нескромно. Ты должен знать одно — сильно выделять тебя я не могу. Это привлечёт лишнее внимание. А его к тебе и так достаточно. Но знай: если дорастёшь до прежних сил, ты получишь тот же статус, что и Шаховский. Даю тебе слово.

Я едва сдержался, чтобы не улыбнуться.

Мне не терпелось познакомиться с этим Родом, о котором я пока что только слышал. И на церемонии создания Рода, в День Памяти, который пройдёт совсем скоро, мне выдастся такой шанс.

— И, к слову… Я попросил бы, чтобы информация о моём происхождении держалась в секрете.

Князь тряхнул головой.

— Понимаю. Раскрывать твою личность раньше времени не стоит. Солнечники возьмутся за дело серьёзно, если они хотя бы заподозрят в тебе настоящую кровь Клинковых. Я о тебе никому не расскажу — кроме моих ближников, и то только тех, кому знать о подобных происшествиях положено. Даю слово.

Впервые за весь разговор я позволил себе немного расслабиться. Теперь, когда ментальная магия этого места не давила, аура князя слегка смягчилась, а я предварительно добился того, зачем пришёл, я мог свободно вздохнуть.

Аудиенция на этом не закончилась. Мы некоторое время поговорили об истории.

Демидову было интересно узнать не столько о магии, сколько о некоторых исторических персонажах, с которыми я был знаком, военных конфликтах, столкновениях и многом другом. В общем, историю моего времени.

Я был уверен — энтузиазм князя был настоящим. Вот только спрашивал он меня о датах, личностях и событиях не просто так. До церемонии ещё два дня, и это значило, что у него есть куча времени, чтобы проверить мои слова. Пусть даже их и не опровергли ментальные чары.

Через некоторое время разговор закончился.

Князь медленно встал.

— Закончим на этом. Я буду ждать твоего появления на Дне Памяти.

Я поднялся с кресла и поклонился, а затем спокойно покинул главный зал. Снаружи меня уже ждал жрец-провожатый.

Я заходил во дворец князя наёмником, а вышел аристократом. Я и сам не мог дождаться Дня Памяти и официальной церемонии.

Глава 19

— Ну что, — спокойно произнёс я, — понимаете, зачем я вас позвал?

Я сидел в своём рабочем кабинете, с уже остывшей чашкой чая. Напротив меня устроились Серёга с Ирой.

Я внимательно смотрел на них. За последние месяцы они проделали большую работу — да что там, оставить Выкречь за спиной и двинуться в Чернореченск это был смелый выбор с их стороны. Более того, они приняли хаос. Вот только передо мной сидели Сергей и Ира Володины. И мой главный вопрос был: до сих пор Володины или пока что Володины?

Серёга откинулся на спинку стула и выдохнул. Ира перевела взгляд с брата на меня и обратно, её пальцы крепко сжимали подлокотник.

— Да, — выдохнул Серёга.

— Я не давил на вас всё это время, — сказал я прямо, — но сейчас перед вами стоит выбор, и он довольно простой: останетесь ли вы Володиными или станете частью нового Рода. Моего Рода.

— Это не так просто, — пожал плечами Серёга. — Володины мы по рождению. И отец от нас всё же не отрекался.

Ира едва заметно кивнула.

— Согласен, — ответил я. — Вот только дело не в чувствах или его официальной позиции. Он отпустил вас со мной. Понимая, что дома, в Выкречи, ваше присутствие могло вызвать полноценную войну внутри рода. В общем-то, суд вы сами помните.

— Это точно, — выдохнула Ира.

На самом деле, в Володиных у меня сомнений не было. Я знал, что шансы на то, что они согласятся, довольно высокие. Всё-таки они увидели не только большой город — Чернореченск, но теперь ещё и столицу — Беловежск.

Более того, сейчас на ранге Мастера я уже сильнее Ратибора, и думаю, что Серёга с Ирой это тоже понимают. Единственное, что мне было нужно — это услышать от них самих, чего они хотят.

— Макс, мы понимаем, что отец не смог бы защищать нас вечно. Мы всё-таки… — Серёга на миг замялся.

— Бастарды, — спокойно произнёс я.

Лица ребят немного помрачнели. Хоть они особо не показывали этого, но статус «незаконнорожденных детей» явно их не радовал. Да и кто бы хотел быть чужим в собственном доме?

— Поймите вот что. Вы — дети Ратибора и носите его фамилию. Вот только ваш младший братец — законный наследник. Нравится вам это или нет. И противоборства в случае вашего роста, а он уже случился, не избежать.

Серёга постучал пальцами по столу, взглянул на сестру, а затем на меня. Я, чувствуя, что он собирается рассказать что-то серьёзное, повесил на комнату Полог. Мой кабинет и так был защищён несколькими заклинаниями, но лишние предосторожности не помешают.

— Спасибо, — тут же кивнул Серёга, заметив моё заклинание. — В общем, мы и сами понимаем, что дрязги в семье привели бы к единственному варианту. Это особенно чётко, как ты сказал, показал суд над нами.

Серёга многозначительно смотрел на меня.

— И какой же это вариант?

— Макс, ты же сам по…

— Какой вариант? — холодно прервал его я.

Серёга пожал плечами и выпалил:

— Либо убрать жену отца и детей, либо…

— Погибнуть самим, — дополнила Ира. — Но без войны не обошлось бы.

Я удовлетворённо кивнул. Замечательно, что они это понимали. История с бастардами и законными наследниками, а также борьбой за это самое наследство даже при живом главе Рода — это не новая история. Если подумать, то практически в каждом Роду эта борьба происходит раз в поколение, а иногда и несколько. Главное, что ребята правильно всё понимали. Вот только выбор всё равно не простой — именно с точки зрения человеческой привязанности.

Сила на моей стороне. Деньги тоже. Потенциал — тем более. Их развитие в моём Роду будет не просто лучше — оно уже скакнуло вверх благодаря хаосу. Действуем мы теперь в княжестве, на несколько голов выше, чем их родное.

Я же принимаю их в Род, не преследуя каких-то корыстных целей. Да, они потенциальные наследники Володиных, и в теории я мог бы помочь им заявить свои права на это самое наследство.

Если быть честным, то тогда, когда я покидал Выкречь больше года назад, чаша весов у Володиных была тяжелее моей. Ну а сейчас, после того как наш отряд наёмников принесёт присягу и станет Родом, всё изменится. Уже изменилась. Только нужна финальная бюрократическая клякса.

— Я не прошу вас отречься от фамилии. Даже войдя в мой род, вы не перестанете быть детьми Ратибора. Никогда. А он не перестанет быть вашим отцом. Здесь, в Южноуральске, у вас нет старых долгов, интриг, борьбы за наследство. У вас всё началось с чистого листа.

— Почти, — улыбнулся Серёга.

— Почти, — кивнул я.

— Мы сможем сохранить своё имя? — спросила Ира.

— Как хотите, — пожал плечами я. — Я не буду требовать отказа от фамилии. В конце концов, вы всё равно будете членами рода. Ритуал, который я проведу ближникам, обеспечит нам необходимую связь, похожую на родовую. Даже учитывая, что мы все не одной крови, будем троюродными или четвероюродными — на уровне того.

Серёга с Ирой облегчённо выдохнули. Я же лишь слегка покачал головой.

— История запоминает не строки в родословной, а тех, кто за этими строками стоит.

Серёга усмехнулся.

— Всё это звучит как политическая сделка.

— А что в этом мире не политическая сделка? — возразил я. — Я ведь ни разу вас ни к чему не принуждал. С того момента, как мы вместе бились с ящеропсами. Вы ведь мне поверили тогда?

Я внимательно посмотрел на Серёгу, чуть сузив глаза.

Я-то всё ещё помнил, что только Ира, увидев мои навыки владения саблей, не стала задавать вопросов или сомневаться. А Серёга тогда чуть-чуть взбрыкнул.

— Макс, — ответил Серёга, — кто старое помянет, тому глаз долой.

— Верно. Потому выбирайте с умом. Все ближники станут членами рода. Это уже будет не вассальная клятва, а нечто большее.

— Да тут и выбирать нечего, — пробурчала Ира.

Серёга согласно кивнул.

— Славно, — ответил я.

— Ты только скажи мне, — заговорщически сказал Серёга, — для проведения ритуала и принятия в кровь Рода ведь обычно нужен родовой алтарь или храм… В общем, источник силы. Я так слышал, по крайней мере… А у нас ничего подобного нет.

— Я сделаю по-другому, — усмехнулся я. — Знаю я тут один старый вариант. Без всяких родовых алтарей и формальностей.

Я вытянул пальцы вперёд, и на них заблестели тёмные искорки хаоса.

Ритуал — было слишком громкое название. Это скорее был небольшой обряд, основанный на хаосе. В мире, где правила магия, и она была разнообразна, всегда можно было найти лазейку. Для людей, близких если не кровью, то по духу и по той самой магии.

Не было никаких тёмных комнат, чаш с рунами, зачарованных свечей или ритуальных кинжалов. Я принял по очереди всех ближников в кабинете и провёл обряд, соединяя друг с другом нитью хаоса. Важной для связи была клятва, которую я принимал. Как только мои ближники произносили слова, в комнате вспыхивал тёмный свет, а мои нити маны оставляли в ауре отметку.

Это был союз. Магия, основанная на выборе.

Катализатором же для всего обряда послужит признание нас Родом Южноуральским князем. Притом подобный ритуал между людьми не связанными кровью нередок для новообразующихся родовых аристократов.

Следующие пару дней все провели в подготовке к Дню Памяти. Осознание того, что вот-вот случится главный праздник года для предковеров, и мы будем одни из главных действующих лиц, как-то единомоментно пришло ко всем окружающим меня.

Я же с удовольствием наблюдал за суетой Весны и остальных, спорами Ромы с Аскольдом, а также методично выполняющим свои обязанности управляющего Иваном.

Из дворца пришло письмо с уточнением списка гостей. Несмотря на подготовку, тренировки бойцов на площадке не прекращались. В общем, в съёмных домах было шумно.

Когда наступил тот самый день церемонии и праздник, я собрал всех снаружи главного дома. Я стоял у выхода, вокруг меня — остальные. Ира, Сольвейг, Аскольд, Весна, Рома и все-все-все стояли полукругом.

Они были одеты по рангу и немного нервничали, хотя не подавали виду. Это было понятно. Мероприятие с высшей аристократией Южноуральска — событие необычное, а для некоторых, возможно, первое и единственное.

— Значит так, — спокойно произнёс я, обращаясь в основном к морякам. — Мы идём не в трактир, не в логово монстров и даже не в Дом найма. Хуже.

Я выдержал паузу, окинув всех внимательным взглядом.

— Мы идём в человеческий улей. Там будут люди, для которых мы — новинка. Некоторые будут заинтересованы, некоторые — напряжены, а некоторые хотели бы, чтобы нас вовсе не было.

Я шагнул вперёд на полшага.

— Помните: этикет. Не нужно лишних жестов и взглядов. Если не уверены, с кем можно говорить, а с кем нет, то просто общайтесь с теми, кто заговорит с вами первыми.

Я, конечно, напускал немного жути, но суть была правдивой. Это первое появление в свете, и лучше всего его провести спокойно и размеренно.

— И самое главное, — строго посмотрел я на Аскольда, — без драк.

Аскольд едва заметно дёрнул уголками губ, но кивнул.

— Повторяю: без драк, без вспышек, без провокаций и конфликтов Мы сегодня не в бою и не на войне. Мы сегодня на витрине. На нас посмотрят, нас взвесят, на нас сделают ставки. И только от нас зависит, как хорошо мы сыграем.

— А если кто-то очень попросит пару ласковых? — с серьёзным лицом спросил Рома.

За свой вопрос он получил одобрительный взгляд от Аскольда.

— Запомним. И сделаем всё красиво, — спокойно ответил я. — Но не в дворце или торжественном зале.

Я ещё раз обвёл всех присутствующих взглядом.

— Повторяюсь: сегодня без драк. Вы станете людьми с Родом, с титулом, с весом. Учитесь жить с этим.

Возникла небольшая пауза. Все молчали. Я был доволен результатом короткого инструктажа.

— Пора. И да поможет нам Хаос Неделимый.

Дворец Южноуральского князя сегодня сиял. Все это множество магических ламп и заклинаний делали его вовсе не серым и простым — наоборот, он был парадным. На улицах города вовсю шли гуляния. День памяти для людей не был трагедией или трауром, а праздником.

Здесь же, во дворце, собрались десятки, нет сотни представителей знатных Родов. Как я узнал от пропускающих нас стражей, уже с полудня у ворот выстраивались кареты, всадники и маги, прибывающие на одно из самых престижных мероприятий года.

Мы не были исключением, но наши несколько карет пропустили почти без очереди.

— Вот так просто? — шепнула Весна, поправляя причёску.

Она выглядела изумительно, но при этом сдержанно. Чёрное платье обтягивало её стройную фигуру и контрастировало с ожерельем из изумрудных камней.

Она спросила меня, когда мы уже вышли из кареты и прошли короткую проверку документов. Но ещё до того, как мы вообще попали на территорию Верхнего квартала, за нами уже следили. И каждая верста движения кареты сопровождалась той или иной проверкой — будь то магия, ментальные волны или банально зрительное наблюдение. Вдаваться в детали я не стал, да и озадачивать остальных тоже.

— Князь лично дал приглашение, — пожал плечами я. — Так что добро пожаловать.

За моей спиной шёл Аскольд — спокойный, как всегда, с лёгкой тенью насмешки в глазах. За ним приглядывала Сольвейг в облегающем серебристом платье — её суровая красота привлекала взгляды не только местных магов, но и даже стражников на посту. За ней шагал Рома с женой и детьми, а также все остальные ближники.

Все были одеты соответственно статусу: девушки в скромных, но изящных платьях с аксессуарами, мужчины же — в парадных камзолах с гербами ещё официально непризнанного Рода. На гербах красовалось чёрное дерево со сплетёнными спиралью корнями вокруг клинка на тёмно-сером фоне. Я никогда не любил вычурность и излишества, потому старался держать символику простой, но узнаваемой. Да и Чёрное Древо так или иначе символизирует Чернолесье — моё родное княжество. Ну а клинок понятен без слов.

Внутри дворца играла музыка, пахло цветами и травами из небольших тёмно-зелёных сфер, летающих в воздухе.

— Интересно, — тут же обратила внимание на друидское заклинание Весна.

У широких лестниц с рельефами, изображающими древних героев Южноуралья, стояли кучки людей. У некоторых на одежде были гербы, у некоторых — нет. Кто-то был в сопровождении, а кто-то один. Залы и коридоры княжеского дворца были заполнены людьми.

Это не значило, что здесь было не продохнуть, но аристократов и их близких было много. В воздухе висели заклинания-иллюзии, которые превращались в различных животных или настоящие живые картины. Здесь чувствовалась не просто магия, а княжеская власть.

Долго оставаться в общей зоне нам не дали. Меня и остальных «выцепил» уже знакомый мне по первому посещению жрец. Он и проводил нас в более тихую часть дворца.

В просторном зале ожидания мы были одни. Это было интересно и значило, что князь хотел, чтобы новопризнанные Рода пересеклись друг с другом лишь позднее. Здесь была еда и напитки, удобные диванчики и кресла, книги, которые можно было почитать, а также периодически мельтешили слуги, спрашивая, чем они могут быть полезны.

Долго ожидание не продлилось.

— Вам пора, — спокойно произнёс жрец. — Приглашаю вас в Торжественный зал.

Я кивнул, подождал, пока все остальные соберутся, и вошёл в торжественный зал княжеского дворца. Он был полон света. Слева и справа были ложи и балконы, на которых можно было заметить сидящих аристократов.

Здесь, внизу, похоже, были люди поважнее — по крайней мере, я видел и род Железных, и других Магистров из родов поважнее. Насколько я понял, ритуальная часть Дня Памяти уже была окончена — мы были приглашены уже к церемонии.

Это помещение было заполнено магией, которая зачастую невольно сталкивалась друг с другом, словно волны бились о берег. Это означало одно: у многих здесь присутствующих были свои вопросы, претензии или конфликты друг с другом. По крайней мере, об этом пока говорила магия. Как оно обстоит на самом деле, я узнаю позже на приёме.

Я стоял чуть в стороне от трибуны, к которой вели широкие мраморные ступени. За моей спиной — мои люди. Я чувствовал на себе взгляды. Интерес, настороженность, зависть — всё смешалось и превратилось в едва различимую смесь из чувств.

Князь вошёл в зал без объявления. Широкие двери распахнулись, и он вышел на трибуну. Высокий, крепкий, с сединой в висках, он выглядел ровно так же, как и во время аудиенции, разве что одет был богаче — больше золота и драгоценных камней.

Он нёс в себе ту уверенность, которая рождается от многолетнего правления и личной силы. Когда он встал на возвышение, глядя на зал, даже самые оживлённые беседы стихли. Не осталось даже шепотков.

Князь не тянул. Он поприветствовал всех присутствующих и практически сразу перешёл к делу.

— Сегодня мы принимаем в княжество новый род, — произнёс он громко.

Заклинание, словно резонатор, усилило звук, сделав его голос ещё мощнее.

— Род Максима Клинкова из Выкречи. Лидер, ходок, Мастер и алхимик. Он делом доказал свою ценность для княжества.

Князь выдержал паузу, внимательно всматриваясь в ложи.

— Если есть в зале тот, кто противится его присяге — говори.

Я просто смотрел на князя и ждал. В огромном зале сохранялась тишина — не было ни одного голоса и ни единого звука.

— Поднимись по ступеням, Максим Клинков, — обратился ко мне князь. — И прими присягу.

Я шагнул вперёд и поднялся по ступеням, а затем приступил к тому, что требовал древний обряд. Слова клятвенного текста я выучил до автоматизма.

— Перед лицом князя, светлого правителя всего края, перед ликами предков, наблюдающих за мной. Перед теми, кто был до нас, и теми, кто придёт, я, Максим Клинков, клянусь…

Здесь, в Южноуральске, клятва немного отличалась от Чернолесской и включала в себя клятву, в том числе, и собственным предкам. Было необычно произносить эти слова, учитывая, что я и сам, своего рода, предок.

— … стоять за Южноуральскую землю, как за собственную плоть. Чтить порядок, помнить о воле, не забывать старое, создавая новое. Род свой вести по Пути Предков. Врагам быть чумой, а союзникам — опорой. Если придёт пора — сложить голову, но не сойти с пути. Мною сказано — мною будет исполнено.

Вот только, когда ментально-магическая часть клятвы активировалась, мою ауру накрыло прозрачной волной. По коже словно пробежали электрические разряды. Я не просто услышал свой собственный голос, чётко и ясно, но и почувствовал вес слов, произнесённых вслух.

— Да услышат меня предки. Да примет клятву земля. Да запомнит кровь.

Когда мои последние слова затихли, в зале раздались аплодисменты. Кто-то хлопал искренне, кто-то по протоколу, но никто не остался в стороне. В Южноуральском княжестве умели признавать силу.

После церемонии начался приём. Похоже, что мы были последними, а князь между клятвами делал перерыв для того, чтобы подготовиться. В залах под сводами из зачарованного дерева и камня были расставлены столы с едой и напитками. Слуги с подносами то и дело выносили новые блюда. Залы гудели от разговоров.

Среди приглашённых мелькали фигуры Мастеров и Магистров. Где-то в глубине залов я так же чувствовал силу — не только князя, но и ещё одного мага, ненамного слабее него. Это должен быть упомянутый князем Шаховский. Почтил вечер своим присутствием, но пока не вышел в зал.

Часть людей я оставил в небольшом зале вдалеке от шума, гама и политических игр. С ними остался Рома для присмотра. Сам же с остальными решил пройти по залам. Правда, затеряться среди людей не удалось — ко мне тут же обратился худощавый маг средних лет в круглых тонких очках.

— Максим, искренне поздравляю вас.

Он коротко поклонился, но я протянул ему руку, и мужчина ответил мне рукопожатием.

— Спасибо, Никита Николаевич.

С Нестеровыми я даже на приёме был готов общаться полунеформально. Мы провели добрые минут десять, общаясь друг с другом. Я познакомился с женой Никиты Николаевича, он — с остальными членами моего отряда, а теперь уже и Рода.

— В общем, о делах не будем, но если надумаете — у меня для вас есть интересный заказ.

— Конечно, заходите в гости. Весна будет рада показать вам прогресс в лаборатории.

— Договорились, — искренне улыбнулся Нестеров. — Не буду вас задерживать, сегодня ваш день.

Следом за Нестеровым я получил ещё несколько поздравлений от Родов поменьше, встретился с Бронником Фёдоровым — полным мужичком с залысинами на голове. Он был несказанно рад тому, что один из трёх Родов, возникших в Южноуральске, был мой.

На некоторое время знакомые лица закончились, и меня поглотил шелест дорогих тканей, звон бокалов и мягкие приглушённые голоса. В какой-то момент Аскольд отделился, отправившись к столику с закусками, и я взглядом показал Сольвейг, чтобы она приглядывала за ним. Весна осталась с Нестеровым обсуждать последние тренды в зельеварении, и я остался один.

Нет, я не просто аморфно передвигался по залу. Я приглядывался к дворянам, оценивал силы, смотрел за их движениями, жестами, мимикой. Вот — приветствие без поклона, а вот — фальшивая улыбка. Здесь — едва заметный колючий взгляд, брошенный невзначай. Небольшие детали, которые напоминали, что вне зависимости от владения магией, человек оставался человеком.

И что даже несмотря на личные и Родовые противоречия, эти люди были готовы оставить их за порогом в День Памяти. По крайней мере, пока.

Дворец был наполнен до отказа — точно больше пятисот гостей, скорее даже ближе к тысяче. И среди всех этих гостей я «совершенно случайно» и конечно же, без единой капли ментальной магии, заприметил черноволосого, черноглазого волшебника, спокойно пьющего янтарное вино из бокала.

— Ермак.

— Максим. Хотя, судя по сегодняшнему дню, мне в пору называть тебя «ваша светлость».

— «Господин Клинков» будет достаточно, — усмехнулся я.

Я был рад увидеть знакомое лицо, но знал, что Ермак привлёк моё внимание не просто так.

— Ярополк тоже здесь?

— Нет, что ты… Волкодавам не место в дворцах. Тесновато.

Ермак поставил бокал на стол.

— Раз выдалась такая возможность, то хочу представить тебя нескольким людям.

— Я не против, — легко согласился я.

С Велигорскими у меня лично не было какого-то прочного контакта. Пожалуй, кроме нескольких вылазок в Зону, ничего вспомнить и не удастся. Но конкретно с отрядом Ярополка, в который входил и Ермак, я поддерживал связь.

Надо сказать, что Ермак дело своё знал и постепенно знакомил меня с цветом высшего света Беловежска. От кого-то я получал сдержанный приветственный кивок и пару дежурных фраз, кто-то тепло улыбался и прощупывал почву на совершенно разные темы: торговля, алхимия, заклинания, вылазки в Зону или личная жизнь. Последних было, кстати, немало.

Обменялся я парой фраз с Агнией Железных и её отцом.

Похоже, что в Велигорске с Железными дела вели довольно плотно, потому как Ермак пользовался благосклонностью как самой Агнии, так и её отца. Это благосклонность досталось и мне.

— Рада повторному знакомству, — улыбнулась мне Агния.

Её рыжие волосы и насыщенно-багряное платье были похожи на пылающий огонь и выделяли её из плеяды однотонных людей.

— Слышал о ваших успехах, — проговорил её отец. — Ваш род быстро набирает силу.

В его словах были нотки уважения и интереса.

— Благодарю. Мы стараемся внести свой вклад в процветание княжества.

Мои слова оказались верными — седой мужчина кивнул.

— Важно, чтобы новые Рода укрепляли, а не расшатывали устои княжества, — произнёс он.

— Безусловно, — ответил я. — Стабильность — залог развития.

Разговор продолжился ещё немного, а затем мы дружелюбно распрощались. При этом я получил устное приглашение посетить особняк Железных. Оно меня ни к чему особо не обязывало — ведь его можно было расценить как придворную любезность. Но можно не сомневаться, что я не премину воспользоваться приглашением, если это будет в моих интересах.

Когда мы отошли немного в сторону, я почувствовал покалывание в затылке и увидел настойчивый взгляд Ермака. Я немного ослабил ментальную защиту, и в моей голове раздался голос:

— Не думал, что ты консерватор.

Ни один мускул не дрогнул на моём лице. Незачем было показывать эмоции. Думаю, что многие здесь знали, что Ермак — ментальный маг. Поэтому ответил я ему лишь мысленно:

— Консерватор, радикал, новатор… Есть ли разница? Все они хотят одного, только идут разными путями. Я — хаосит.

Я вновь поставил ментальный блок. И судьба, словно на миг заглянув в мои мысли, ответила мне — я почувствовал в одном из залов небольшой, едва заметный всплеск хаоса.

Кровь в жилах тут же закипела, но я быстро успокоил её.

Ермак, заметив мой взгляд, тут же бросил:

— Веди.

Мы пробрались сквозь толпу спокойно и не спеша, периодически кивая и улыбаясь в ответ на приветствия. Но чем ближе мы были к веранде, тем больше закипал хаос внутри меня. Именно оттуда раздавались разговоры на повышенных тонах и доносились блёклые, пока ещё сдерживаемые вспышки аур.

Я покачал головой, когда увидел спину Аскольда меж двух припирающихся дворян за зачарованным стеклом веранды.

К сожалению, словесную стычку видел не только я, но и все, решившие подышать свежим воздухом.

— Я ведь предупреждал… — сквозь зубы процедил я и сделал шаг к дверям веранды.

Глава 20

Я вышел на веранду. Здесь не было звучания лютен и других струнных инструментов. На свежем воздухе медленно расползалась другая музыка — спор, в котором каждый пытался быть чуть тоньше и жалить чуть острее Светская игра, где слово стало оружием, а взгляд — вызовом.

И к моему удивлению, я отметил, что Аскольд стоял между двумя группами молодёжи в попытке то ли разнять их, то ли удержать какие-то границы приличия.

— Странно, что тебе позволили говорить от лица рода Велесовых…

Ленивый голос принадлежал светловолосому юнцу с лицом, на котором читалась породистая уверенность.

— У них, насколько я знаю, уважают прямоту. А ты, Лёня, всё ходишь кругами, как болотный зверёк.

Он обращался к темноволосому юноше примерно того же возраста, только тот был чуть выше, с аристократичной худобой и лёгкой насмешкой во взгляде.

— Что же, выходит, у Андреевых прямота — это когда ногой в дверь? — ухмыльнулся Лёня. — Грубость за доблесть принимаешь?

Один из эпизодов этой явно продолжительной пикировки показал мне, что, несмотря на довольно простые, но эффективные уколы, Аскольд здесь был лишним. Даже не так — он не был подготовлен даже к такой относительно небольшой глубине. А тонуть этим вечером никак нельзя, а уж вмешиваться в разборки двух никак не относящихся к нам Родов — тем более.

Я подошёл чуть ближе, стараясь не привлекать внимание, и постучал Аскольда по плечу.

— Пойдём, — шепнул я. — Это не тот случай, где нужно вмешиваться.

Аскольд бросил короткий взгляд, нахмурился и молча последовал за мной. Молодые люди и окружающие их компании не обратили на нас практически никакого внимания. Они продолжали обмениваться колкими репликами.

Аскольд, хмурый непонятно от чего, отошёл в сторону. Я же занял позицию у колонны, скрываясь в её тени. Отсюда было хорошо видно всё происходящее. И главное, что меня можно было вовсе не заметить.

— Лёня, не принимай доброту за слабость, — мягко проговорил Андреев, поправляя светлые волосы.

Эти двое даже не собирались униматься. Самое интересное, что я не представлял, что могло спровоцировать двух дворян на конфликт на этом приёме. Хотя, судя по возрасту и тому, что они были ещё зелёными, похоже, что горячая кровь кипела. И не только она, но и магия.

— А иначе что? — спросил Лёня. — Что случится, если кто-то, а быть может, и я, примет твою «доброту» за слабость?

Те, кто стояли рядом, а в основном это были молодые маги, притихли. Магия в воздухе поднялась почти ощутимо. Я почувствовал, как тонкий слой бессознательной, но вполне ощутимой энергии тянется от них обоих, прямо как магический рык молодых волков. Пока что это была просто проба друг друга на крепость, но грань медленно смещалась.

— Хах, — усмехнулся молодой Андреев. — Слушай, нам незачем спорить здесь, в день важной церемонии. Новые Рода присоединились к старым. Какой пример ты им показываешь?

— Кто ж из нас двоих теперь ходит кругами? — не преминул уколоть оппонента Лёня.

Но Андреев лишь поморщился и пропустил слова оппонента мимо ушей.

— Я дам тебе возможность замять всё. Просто извинись. Ты ведь сам знаешь, что не прав. В конце концов, одного слова дворянина иногда достаточно, чтобы остановить даже войну. Не глупи, воспользуйся моей добротой.

В том, что из-за двоих молодых магов начнётся война, я сильно сомневался. Но проблемы они своим Родам могли доставить изрядные. Я внимательно смотрел по сторонам, оглядывая людей. И заметил, что так или иначе группы наблюдателей выбирали своих фаворитов. Это было видно во многом: в жестах, мимике, брошенных словах и выверенных оценках.

— Раз ты такой добрый, то можешь катиться своим предложением по добру по здорову.

Похоже, что Андреев, услышав подобное обращение, не выдержал. На кончиках его пальцев начала быстро скапливаться мана — настоящим потоком. Он явно готовился к заклинанию. Плохая идея. На подобных мероприятиях так не принято.

Вот только я из тени колонны заметил самое главное. Это была не небольшая вспышка маны здесь, на веранде, а приближающийся вихрь, состоящий из колоссальной силы. Я буквально чувствовал её спиной. У меня было два варианта: либо сам князь решил появиться на веранде и почтить всех присутствующих своим визитом, либо…

— Что за шум, а драки нет?

Мелодичный, лёгкий голос с весёлыми нотками разрезал окончательно притихшую публику. Причем даже два молодых скандалиста замолчали и уставились в сторону дверей.

— Шаховский, — раздались шёпотки.

Как будто второй Архимаг Южноуральского княжества мог их не услышать.

Впрочем, он быстро или, возможно, заранее врубился в то, что происходит, и явно не собирался упускать возможность развлечься и скрасить свой вечер.

— Ваша светлость!

Оба молодых дворянина уважительно склонились.

Вот только Шаховский, одетый по правилам, в тёмно-серый костюм-тройку, слегка мотнул кудрявой головой и нахмурил чёрные брови.

— Приветствием ситуацию не решить. А у нас с вами, несомненно, возникла ситуация, не так ли?

Он сделал два шага вперёд.

— Ваша светлость, они всего лишь…

— Нет-нет, это был риторический вопрос.

Несмотря на мягкий и можно даже сказать, заботливый тон, то, что говорил Шаховский, звучало угрожающе.

— Всё-таки использовать магию во время подобного мероприятия без наблюдения со стороны старших магов — это моветон.

Вопросительной интонации на этот раз не было, и предложение прозвучало боевито. Вот уж у кого молодые могли получить урок.

— Ваша светлость, я… — начал было говорить Андреев, но Шаховский прервал его.

— Ну, раз я здесь, то у вас будет достаточное наблюдение и надзор. И вы не нарушите никаких правил, если кто-нибудь даст вам шанс продемонстрировать силу не в пустой болтовне, а на деле. Всё равно к этому шло, не так ли?

Надо сказать, что Архимага тут же кто только не поддержал. Медленно, но верно, тёплый, пахнущий пихтами воздух наполнился шумом и гвалтом голосов, одобряющих эту идею. Не было смеха или лёгкости, но было живое внимание.

Юнцы явно поняли, что вляпались, и всё равно не могли отступить. Да и отступать было некуда — перед их лицами стоял Архимаг.

Но в его появлении, да и в остальных присутствующих, был для юнцов плюс: они явно не могли навредить друг другу. А даже если нанесут какие-нибудь травмы, то их быстренько вылечат. Риски всё равно были, но ставка сегодня была не жизнь, а честь и триумф на глазах у самого Архимага, второго человека в княжестве после самого князя.

Оба юнца не собирались идти на попятную, что явно веселило Шаховского. Да и все остальные вокруг реагировали на потенциальный поединок двух зелёных волшебников скорее с интересом и лёгкой снисходительностью. Для меня же это была возможность понаблюдать за развитием ситуации и отметить интересные детали.

Место расчистили быстро. Широкая, выложенная светлым камнем площадка прямо перед верандой была накрыта Защитным Барьером, от которого слегка мерцал воздух. Чары наложил один из подоспевших Магистров — он понял всё буквально с одного взгляда, сразу же, как подоспел на веранду. Это означало, что тут такое происходит не впервые.

Людей на веранде действительно стало побольше. Я облокотился на ограду и посмотрел вниз. Там у юнцов уже организовались свои группы поддержки.

Например, рядом с Лёней стоял пожилой волшебник с сединой в висках, с гербом, отличающимся от Лёниного. Маг показывал пассы руками и быстро инструктировал молодого бойца перед боем. Впрочем, рядом с Лёней был и отец — без старших такое мероприятие проводить было бы некрасиво.

У Андреева же было сразу несколько советчиков: женщина лет сорока пяти и судя по всему его родственница и два толковых Мастера.

На веранде стало ещё больше людей. Шли оживлённые разговоры, в основном о потенциальном победителе. Не было какого-то беспокойства по поводу сорванного или испорченного приёма — наоборот, в основном шум был весёлым.

— Такие поединки — это правило хорошего тона, — раздался мягкий голос рядом со мной.

Я обернулся на звук и тут же чуть не обжёгся пылающим пламенем рыжих волос Агнии Железных.

Ей можно было и не рассказывать мне об ограниченных и строго контролируемых поединках между молодыми дворянами. Сам в своё время участвовал и не в таком.

— Была бы моя воля, я бы дал им шанс разгуляться, — спокойно проговорил я. — Крепкий удар частенько прочищает голову и решает многие возникшие конфликты.

— Согласна, — уголками губ улыбнулась Агния. — Но инициацию молодых магов в аристократическом кругу не стоит делать слишком уж серьёзной.

Агния сделала полшага ко мне и тоже облокотилась на перила, чуть ближе, чем следовало. Я чувствовал от неё нежный вишнёвый парфюм.

— В таком поединке можно разве что снять напряжение, — покачал головой я. — А вот показать, чего стоишь, вряд ли.

— Я запомню, — ответила Агния.

Заканчивались последние приготовления. Вокруг нас с интересом обсуждали как Андреевых, так и Велесовых.

— Молодёжь должна учиться решать споры цивилизованно. Хорошо, что у них есть такая возможность.

— Андреев слишком амбициозен, как его отец. Его стремление к власти всегда приводит к конфликту.

Это было странным замечанием. Мне-то всегда казалось, что амбиции, направленные в нужное русло — это замечательно.

— Как думаешь, кто нанесёт первый удар? — спросила меня Агния.

— Андреев, — без раздумий ответил я. — Но…

Я сделал небольшую паузу, и Агния чуть прищурилась, с интересом заглядывая мне в глаза.

— Но?

— Но вопрос интересней: кто нанесёт последний удар?

Глаза Агнии блеснули, и она улыбнулась одними губами.

Я же уже с интересом смотрел вниз, туда, где начинался дворянский поединок.

Леонид Велесов первым вышел на импровизированную арену. На бронзовом поясе висел меч с гербом его рода.

— Их Род силён в теневой магии, — сказала Агния. — Говорят, что Леонид ещё и начал осваивать школу иллюзии.

Леонид и вправду выглядел как зверёк — худой, но жилистый, и магия теней ему подходила. Следом за ним на площадку вышел и Андреев. Его глаза горели — буквально. Вопрос о том, какой магией он обладал, отпал сам собой. Огонь, что же ещё?

— По моей команде, — проговорил Шаховский.

Он тут же, не давая молодым дворянам ни секунды на раздумья, запустил вверх одинокую вспышку.

Первым атаковал Андреев. Его ладонь загорелась ярким светом, и огонь выкинулся в резной плетёный Клинок. Он одним взмахом отправил Клинок вперёд, разрезая воздух. Перед Велесовым вспыхнул теневой барьер — его защита сработала, но ему пришлось отступить. Андреев с горящими глазами рванул вперёд, вот только тут же оступился. Иллюзорные камни под его ногами провалились. Он потерял опору, взмахнул руками, стараясь удержать равновесие.

Тут же в воздухе раздался протяжный гул — магия исказила восприятие окружающей действительности. Андреев успел восстановить баланс и ловко отпрыгнул назад, стараясь сосредоточиться.

— Он с ним играется, — раздался недовольный шёпот со стороны.

Но Андреев отступать не спешил. Он запустил по дуге сразу несколько небольших, но ярких огненных шаров, которые огнём пронзили Наваждение.

— Так его!

Это был ещё один голос.

Так или иначе, мнение дворян разделилось: одни поддерживали Велесова, другие — Андреева. Кто-то смотрел сдержанно, кто-то не стеснялся показывать эмоции. В любом случае равнодушных осталось мало. Я с Агнией был в их числе.

Мы наблюдали, как продолжался бой. Порыв огня, Защита тьмы, очередная иллюзия развеивается стеной пара. Велесов использовал теневые кинжалы — они влепились прямо в барьер, и один из мастеров, следящих за поединком, с удовольствием поднял руку вверх, фиксируя попадание.

Молодые маги обменивались атаками. И, пожалуй, после моего попадания в этот мир я бы мог воспринять их серьёзно, но не сейчас — не после всех боёв, что я прошёл. Перед моими глазами происходил юношеский поединок родовитых детей аристократов, не более. Хоть у их поединка и были свои мотивы.

При этом среди зрителей я чётко выделял взгляды: одни с надеждой, другие с напряжением. На этот бой были ставки, даже если они не были озвучены.

Тем временем поединок вошёл в кульминацию. Андреев использовал сложный тройной Конус из огня. Вот только Лёня просто-напросто исчез. Его силуэт моргнул, и казалось, что это очередная иллюзия или хитрое взаимодействие теней. На следующий миг он появился прямо перед конусом.

— Не рассчитал, — недовольно прошипела Агния.

Получается, что и у неё была собственная ставка. А мне казалось, что ей было всё равно, кто победит.

Конус огня в миг выжег теневой щит. Показалось, что он погрёб под собой и самого Велесова. Вот только Лёня исчез второй раз. Не просто так — он использовал своё заклинание дважды и оказался за спиной Андреева, который рановато позволил себе расслабиться.

Всего лишь на миг, на один маленький момент он выпустил ход схватки из своих рук — но этого хватило. Велесов лёгким движением выхватил клинок из ножен и прислонил его к тыльной стороне шеи Андреева.

Символический жест завершил бой.

Толпа загудела. Возможно, от восхищения победы, а возможно, от зрелищного, чистого и эффективного конца.

— Бой окончен, — пробасил Шаховский.

Андреев разочарованно покачал головой и повернулся к Велесову лицом. Велесов убрал клинок в ножны. На одно мгновение молодые аристократы смотрели друг другу в глаза, а затем, несмотря на спор и явно накопленную обиду, просто-напросто пожали друг другу руки — как это и было положено.

— Шалость удалась, — едва слышно проговорил Шаховский.

Он был доволен проведённым поединком.

— Молодёжь нынче с характером, — одобрительно сказал кто-то позади меня.

Я обернулся и увидел отца Агнии. Мужчина стоял, скрестив руки на груди. Несмотря на замечание Ермака по поводу его консерватизма, он вовсе не скупился на похвалу там, где она была уместна.

Рукопожатие после поединка двух соперников, почитание старых традиций, но похвала новому… Кто-то видел здесь противоречия. Я же, похоже, понял сегодня чуть больше о сути Южноуральска.

— Надеюсь, и новый Род когда-нибудь обрадует старика достойным поединком.

Он не требовал, а скорее просто говорил, как есть.

— Па-а-ап, — тут же выдохнула Агния, обращаясь к отцу.

— Был бы достойный противник, — спокойно протянул я.

Я посмотрел туда, где должен был быть Шаховский, и уткнулся ему в затылок. Агния второй раз за короткое время удивлённо выдохнула. Шаховский же, словно почувствовав мой взгляд, обернулся. Он улыбался — не лицом или губами, а глазами.

Они как будто блестели, в то время как всё его остальное лицо было спокойно. Я едва заметно кивнул головой. Шаховский чуть склонил голову набок, а затем усмехнулся и кивнул в ответ.

— Ну, — заговорил отец Агнии, — не будем вас задерживать.

Я обернулся к нему, и мы коротко попрощались. Агния с отцом ушли к каким-то своим знакомым аристократам.

— Никаких драк, да?

Аскольд подкрался ко мне так же незаметно, как и я к нему.

Я попытался вновь найти глазами Шаховского, но он уже стоял в кругу дворян и заливисто смеялся. Но того, что я видел в его глазах, было достаточно. Он знал — не мог не знать.

Кому, как не ему, входить в число тех, кому «положено знать», как выразился князь. Я же был уверен, что скорее рано, чем поздно, вновь взберусь на ранг Архимага. И тогда мне бы не помешал тот самый поединок, чтобы проверить свои силы. Дружеский поединок. Лишать Южноуральска одного из двух Архимагов я не собирался.

— Не сегодня, — покачал головой я. — Пойдём.

Мы с Аскольдом пошли к выходу с веранды.

— Что-то ты… уж слишком легко аристократы сражались, — сказал он. — С ними и наш Серёга потягаться может.

— Я же говорил — без драк. Вне зависимости от результата, победителем вы бы не вышли.

Аскольд махнул рукой и схватил с подноса закуску, отправив её сразу же в рот.

— И не думай недооценивать аристократов. Они с детства учились магии и вряд ли показали сегодня всё, на что они способны.

— Как скажешь, командир, — не дожевав, ответил Аскольд.

Мы вошли обратно в дворец. Люди здесь словно и не знали о прошедшем снаружи поединке. Они стояли у сервированных столов, держали в руках бокалы с вином и медовухой. Повсюду скользили слуги в тёмных костюмах.

В зале, смежном с верандой, я нашёл Весну и Сольвейг.

— Ты обещала за ним следить, — бросил я ей.

— Он скользкий, как карась.

— Как рыба в воде! — гордо заявил Аскольд.

— Ладно, — махнул рукой я.

— Макс, то, что было на веранде — это была показуха? — спросила Сольвейг. — Или тут так принято?

— И то, и другое. Всё-таки эти юнцы не просто именные карточки. В каждого из них вложены годы, ресурсы и, главное, амбиции рода.

Я говорил и параллельно наблюдал за перемещением гостей. Род Фёдоровых, мануфактурщики и производители доспехов, явно держались обособленно от Андреевых. Уверен, что и во время поединка на веранде они болели за их оппонентов.

Я отметил взглядом Ермака, стоящего у камина вместе с Нестеровым. Ермак перехватил мой взгляд и едва заметно кивнул.

— Отправляйтесь к остальным в зал, — сказал я своим. — Мы скоро уходим.

— Сделаем, командир.

Я подошёл к Ермаку.

— Максим, познакомься, это Ник…

— Мы знакомы, — прервал Ермака я.

— Отлично. Мы как раз обсуждали, как не пустить Троицких к источнику на южном рубеже.

— Попрошу, — тут же вмешался Нестеров. — Троицкие — это полбеды. Монстры намного хуже.

Я внимательно посмотрел на Никиту Николаевича.

— Это случаем не по поводу заказа, который мы обсуждали ранее?

Нестеров вежливо улыбнулся.

— Частично.

— Я не пытаюсь перехватить твою работу, — тут же заверил меня Ермак.

Я немного ослабил ментальную защиту и мысленно прикинул кое-что.

Эта работёнка могла стать первым делом рода Клинковых. Если Нестеров нашёл источник чего-то ценного настолько, что это хотят и Троицкие, то есть солнечники, то мне совершенно точно нужно было участвовать. Ну а как он решил подстраховаться — дело не моё. С Велигорскими было бы полезно выбраться в ещё одну вылазку. Боевой отряд у них — что надо. Особенно если будет участвовать Ярополк.

— Ты специально? — поджав губы, спросил Ермак.

— Так просто быстрее, — развёл руками я. — Обсуждать здесь детали всё равно не выйдет.

— Согласен, — ответил Ермак.

Нестеров быстро схватил, о чём мы.

— Давайте оставим работу на потом. — многозначительно произнёс он. — Я свяжусь с вами — даю слово.

Его слова было достаточно. Особенно учитывая, что в деле, где у Нестерова явно была своя ставка, будут участвовать алхимики из его Рода. С ними сбор ингредиентов, трав и артефактов будет намного проще. А если добавить ударную силу Велигорских к моим людям, то получается очень крепкий отряд.

— Добро, — согласился я.

За всеми разговорами, представлениями, награждениями и поединками можно было не заметить, как на улице начало вечереть. Все свои задачи на этот приём я выполнил: и местную аристократию посмотрел, и себя показал. Более того, косвенно познакомился со вторым архимагом и ещё предварительно получил одну родовую работу. Есть поговорка: «Первый блин комом». Для новоиспечённого рода такой подход смертелен — никаких провалов.

Я попрощался с Нестеровым и Ермаком и отправился к своим. На сегодня для нас приём был окончен. Мы быстро обменялись впечатлениями, собрались и покинули дворец так же, как и пришли.

Входили мы простолюдинами, а вышли аристократами. Пусть смена статуса пока и не ощущалась. Вот только я знал совершенно точно: в ближайшие месяцы родовые привилегии сильно облегчат нам жизнь. А обязанности… Впрочем, разве мог бывший Архимаг быть к ним не готов?

Глава 21

Проехав через северные ворота Чернореченска, караван замедлился. Город не встречал нас торжественно, как это было в Беловежске, но всё же приём был другим, уже не как у незнакомцев или наёмников, а как у знатного Рода. Гвардейцы на заставе не задавали лишних вопросов, лишь бегло глянули на документы, узнали знамя рода Клинковых и молча посторонились.

Мирная городская суета в это время суток превратилась в неспешную картину. Торговцы убирали прилавки, маги закрывали лавки. Пахло печёной рыбой и горячим хлебом. Где-то всё ещё звучали музыкальные инструменты. Здесь, в Чернореченске, тоже праздновали День памяти, но по-своему. Без великой магии, столкновений родов и политических игр. Только жизнь — привычная и настоящая.

Мы возвращались в особняк, который следовало сделать настоящим родовым фортом в этом бурлящем торговом городе.

Когда мы свернули на улицу, ведущую к особняку, я увидел выстроившихся в ряд воинов в цветах рода Клинковых. Они стояли как парадная стража, встречая нас, вернувшихся домой. Бойцы, нанятые раньше, и те, кто не входил в ближний круг, стояли по струнке, вытянувшись и спокойно встречая главу Рода и ближников.

Я въехал за ворота и первым соскочил с лошади.

— Вольно, — махнул я рукой солдатам.

Здесь, на территории, нас встречали маги, алхимики, слуги и мастеровые — все те, кто работал не покладая рук в тени. Особняк, пусть не самый роскошный в Чернореченске, уже давно не выглядел случайным домом.

Но если, будучи наёмниками, мы могли его только арендовать, то теперь обладали правом купить собственную землю или иные владения, с правом сбора налогов или оброка с жителей. Это могло быть малое поместье, гарнизон или форпост, где можно было размахнуться и обустроить собственное владение.

В каждом княжестве на этот счёт были свои условия. В некоторых князья даровали землю вместе с крестьянами. Здесь, в Южноуральске, в регионе, где на севере раскинулись Уральские горы, а южнее Зона разлома, земли знатным родам просто так не выдавались. Впрочем, я на это и не рассчитывал. Нам рановато перебираться из этого особняка — нужно подкопить денег и сил.

— Мы дома, — довольно выдохнула Сольвейг из-за спины. Я обернулся — она потягивалась, разминая шею после долгой поездки.

Во дворе стоял стук копыт, лай собак и гул голосов. Я оглядел творящуюся здесь суету и усмехнулся. Что ж, возможно, перебраться на новое место придётся раньше, чем позже, если наш Род хотел расширяться и расти.

Я шагнул на крыльцо особняка. Для меня управлять родом было не впервой. Для всех же остальных это должно было стать испытанием. И начиналось оно прямо сейчас.

Я вошёл в кабинет, снял плащ, скинул перчатки, порылся в полках и ящиках стола. На массивный стол легли список должников, потенциальных клиентов и контрактов из Дома найма. Пока они не были обновлены, но соглашаться на них я не собирался — ведь на приёме в Беловежске я получил наводку от Нестеровых.

В кабинет просунулся Аскольд.

— Как думаешь, должны начаться визиты? — спросил он.

Он прошёл большой путь — от Северного моря до Выкречи, а теперь до южного Урала и он знал, как работают аристократические рода.

— Думаю, да. Но и нам не следует засиживаться на месте. Завтра заглянем к Нестеровым, потом к Велигорским. Нужно будет обязательно обсудить условия поставки доспехов с Фёдоровыми и найти толковых оружейников. Кстати…

Я начал перебирать бумаги на столе и в итоге нашёл интересующий меня документ — несколько заказов на редкие материалы с монстров из Зоны.

— Можно будет взяться. И тебе завтра нужно посетить Дом найма. Захвати с собой кого-нибудь и разберитесь с новыми заказами. Они должны обновиться.

— Уже думаешь о новом заказе? — усмехнулся Аскольд.

— А ты разве нет? Ещё совсем недавно тебя едва ли можно было удержать в четырёх стенах. Совсем размяк за последние месяцы?

Аскольд усмехнулся и поправил повязку на глазу.

— Ты же знаешь, командир, я всегда готов к новым сражениям.

— Знаю. И знаю, что ты сделаешь так, чтобы и воины под твоим командованием тоже были готовы.

Я говорил правду. Из всех присоединившихся ко мне воинов Аскольд был одним из самых полезных. Возможно, по силе он где-то мог уступить Сольвейг, но лидерские качества, отвага и чуточка сумасшествия делали из него отличного лидера.

— Кхм, — кашлянул Аскольд. — Там слуги подготовили небольшой ужин. Оставим сражения на завтра?

— Пожалуй, — кивнул я.

Роль маленького человека в роду ни в коем случае нельзя обесценивать. Более того, сейчас, во время его зарождения. Хотя в моём случае это, конечно, восстановление, но, об этом миру знать пока рано…

За ужином в доме собрались все — ближний круг, семья, даже несколько учеников-алхимиков. Говорили громко, смеялись, спорили. К своему удивлению, я обнаружил, что алхимики ничуть не уступали в задоре воинам — спорили о том, можно ли использовать кислоту, производимую ими, в качестве одного из элементов для барьеров.

Кто-то вспоминал приём и делился впечатлениями. Серёга пытался обыграть Аскольда в кости, но безбожно проигрывал одноглазому, которому даже не приходилось использовать трюки или магию.

Я же сидел в углу, держа чашку с горячим отваром, и молча смотрел на новую знать.

— У тебя взгляд, как будто ты собираешься на войну, — заметила Весна.

Она села на подлокотник.

— Скоро мы ввяжемся в неё — хотим того или нет. Посмотри на наших.

Я обвёл зал ладонью.

— Ещё недавно мы были ходоками. Серёга проиграл Аскольду в тренировочном поединке. Глеба сожрал Змей. А ты варила зелья и микстуры для аристократов в болотной глуши.

— Эй, — игриво улыбнулась Весна и легонько стукнула меня кулаком по груди.

— Приём и этот вечер — это один короткий выдох. Если я помню то, что случилось, включая сиринов, химер и многое другое, то церковники уж и подавно… Один короткий выдох, Весна. Не более.

— Ну и хорошо, — усмехнулась она. — Я поговорила с алхимиками.

— И?

— Мы можем расширить ассортимент зелий и эликсиров. Уже двое моих учеников достаточно опытны, чтобы работать над простыми рецептами без меня.

Я с интересом посмотрел в её изумрудные глаза.

— Что, — фыркнула Весна, — думаешь, что я собираюсь сместить Нестеровых?

— А ты собираешься?

Весна накрутила локон тёмных волос на палец.

— Конечно нет. Я говорила с Никитой Николаевичем. Их род часто берёт большие заказы, и спрос на качественные изделия только растёт. Если часть из заказов будет закрываться с нашей помощью, то мы сможем получить часть прибыли.

— Раз рынок сбыта у тебя есть — начинай производство. Но в ближайшее время будем работать не на продажу, а на то, чтобы обеспечить всем необходимым род. Особенно к ближайшим вылазкам.

— Хорошо. Так и сделаю.

Весна провела пальцами мне по плечу.

— Если надоест сидеть здесь с кружкой, то я буду ждать наверху.

Она поднялась, не дождавшись моего ответа, и зашагала в сторону выхода, покачивая бёдрами.

Я поставил кружку на стол и быстро оглядел зал. Похоже, что всем было чем заняться и без меня. Потому я встал и вышел из зала, оставляя за спиной шум и гомон.

Вот только на нижних ступеньках лестницы, ведущей к моей спальне, я нашёл небольшой сюрприз — чёрную ленту, явно принадлежавшую Весне. Несколькими ступенями выше — перчатка. А ещё выше— туфли.

Я двинулся по слабо освещённому коридору, находя части её гардероба: тонкий пояс платья, подвязки и, наконец, у самих дверей спальни, само платье. Лёгкое, воздушное, сброшенное, словно ненужная оболочка.

Я толкнул дверь. Весна стояла у окна, обнажённая. Её тело вычерчивали серебристые блики. В руках она держала несколько писем.

— Письмо от рода Матвеевых. Ещё одно — от Куприных. Похоже, что в ближайшее время ты будешь очень-очень занят…

Я запер дверь и в миг оказался рядом с обнажённой ведьмой. Руки скользнули по её талии, ощущая тепло и упругость кожи. Весна слегка задрожала. Письма рассыпались на пол. Я подхватил её на руки, бросил на кровать. В эту ночь я действительно оказался очень занят.

К счастью или к сожалению, в течение следующих нескольких дней моя занятость увеличилась колоссально — в основном в связи с административной и межродовой работой. Церемонии и приёмы остались позади, а переговоры и встречи лишь тянулись вперёд.

Вот и сегодня я стоял перед Ратушей, где должно было пройти заседание Городского совета. В моём кармане лежала печать рода, отлитая из серебра и вставленная в обсидиановую оправу. Весила она совсем ничего, а вот значение имела колоссальное.

Со мной пришли Весна, Аскольд и Рома. Все были в более официальной одежде, чем обычно, и не только потому, что сегодня было официальное мероприятие, но и потому что теперь они были членами рода Клинковых.

— И всё-таки это странно, — пробормотал Рома, когда мы зашли внутрь и остановились у парадной лестницы. — Нас тут ещё месяц назад из кабинета в кабинет гоняли. Здания те же, чиновники те же, бумаги те же… Теперь чуть ли не стелются: «Чем вам угодить, господин Клинков?»

— Так мы теперь аристократы, — отозвался с усмешкой Аскольд. — Есть печать, знамя и привилегии.

Я улыбнулся краешком губ.

— И обязанности. Внимательно смотрите и слушайте сегодня.

— Да-да, — хмыкнул Аскольд. — Куда же без этого.

Аскольда я брал с собой потому, что он выделялся не только поведением, но и внешностью. Обычно на переговорах это помогало — при необходимости отвлечь, сделать акцент, а иногда даже немножко пригрозить собеседнику. Впрочем, последнее нужно было делать тонко и умело. И точно не в Городском совете Чернореченска.

Сегодня было первое заседание Городского совета, на которое меня пригласили. Я до конца не знал, с чем могло быть связано приглашение, но подозревал, что это была формальность для новоиспеченного рода.

Нас без всяких проблем и проволочек пропустили в высокое, вытянутое здание с арками, украшенными гербами старейших родов Чернореченска. Здесь решались внутренние вопросы города: распределение магических ресурсов, регулирование торговли, пошлины, налоги, допуск к Зоне и прочие стратегические вопросы.

Формальность или нет, но присутствовать здесь мог не каждый род. Так что я собирался воспользоваться этой ситуацией и посмотреть на структуру изнутри.

Мы вошли в зал, где я был лишь пару раз. Здесь, в большом холле с мягкими коврами, магическими светильниками и большим скоплением людей в изысканной дорогой одежде с гербами, оформлялись родовые торговые контракты. Вокруг в основном были богатые купцы и дворяне. Раньше мне можно было попасть сюда только после нескольких недель согласований с посредником и по рекомендации знатного рода. Сейчас же нас пропустили внутрь с печатью рода, которую проверил дежурный маг на входе.

Он передал нас из рук в руки мелкому служащему, который провёл нас в переговорную, где предстояло ожидать заседание городского совета. Причём в отдельную переговорную — без других Родов.

— Желаете ли чего-нибудь? Чай, кофе, закуски? — служащий был молодым, лет двадцати, но уже был Учеником по рангу.

— Нет, спасибо. Оставьте нас, — коротко ответил я.

Мы остались одни. Я накрыл нас Пологом.

— Быстро пропустили, — усмехнулся Аскольд.

— Да, — кивнул я. — Теперь сможем вести сделки с родами напрямую, без посредничества Дома найма или других аристократов. Сможем сэкономить на каждом заказе.

Весна кивнула.

— Даже немного жаль, что у нас договор с Нестеровыми. Могли бы продавать зелья напрямую скупщикам.

Я пожал плечами.

— Договор есть договор. Незачем искать сиюмиминутную выгоду там, где можно построить долгие отношения. Да, на тот момент у нас не было доступа к Торговой палате, где в основном Нестеровы и берут крупные узкоспециализированные заказы.

— Ты всё ещё думаешь взять их заказ? — спросил Аскольд.

— Не помешает их выслушать. Переговорщики придут на днях, а мы никуда не спешим. Городской совет, Торговая палата, оформление сниженных пошлин… Так или иначе, на ближайшей неделе придётся формировать из нашего особняка административный центр. Но об этом давайте не здесь.

Аскольд усмехнулся. Весна с Ромой согласно кивнули. В этот момент в комнату вошел посыльный, и я снял Полог.

Нас пригласили на очередное заседание родов, где собирались обсуждать городские вопросы.

Я посмотрел на остальных, поднялся.

— Ну что, вперёд. Посмотрим, чем там живёт Чернореченск.

В зале уже шло бурное обсуждение. За длинным столом из красного дерева я насчитал представителей семи родов — каждый со своим гербом, аурой, подчинёнными и амбициями.

Во главе стола я заметил знакомое лицо — это был Аристарх Железных, отец Агнии. Он бросил на меня быстрый взгляд, кивнул и тут же вернулся к обсуждению. Теперь было понятно, почему меня пригласили на заседание Городского совета.

Вот только среди присутствующих я заметил не только род Железных, но и Станислава Троицкого. Именно Станислав, крупный русоволосый мужчина в тёмно-зелёной мантии, сейчас говорил и потому не заметил моего появления.

Я сел за стол, а мои сопровождающие на скамьи в зале за моей спиной.

— … не можем допустить, чтобы Фёдоровы получили контроль над транспортной гильдией. Они и так уже держат половину кузниц и арсеналов города. Это в конце концов подрывает баланс.

— И вы предлагаете что? — холодно откликнулась статная женщина в серебристом одеянии с эмблемой рода Фёдоровых.

Я с ней не был знаком лично.

— Напоминаю, что ваш род с зимы саботирует поставки трав в алхимический квартал. С зимы! Или Троицкие не способны выполнить взятый заказ?

— Каким образом собственность связана с заказом, взятым в Торговой палате?

Статная женщина лишь фыркнула и повернулась ко мне. За её движениями проследил и Троицкий. Увидев меня, он поднял уголки губ, изображая улыбку.

— Рад видеть род Клинковых в этом зале, — произнёс он так, будто мы с ним были закадычными друзьями. — Ваше имя стало звучать в городе всё чаще. Даже странно, что я вас сразу не заметил.

— Уверен, что моё присутствие на сегодняшнем заседании будет полезно, — спокойно ответил я и кивнул представительнице рода Фёдоровых.

Но Троицкий не успокаивался.

— Конечно. Новой аристократии всегда полезно присутствовать на подобных заседаниях. Здесь можно многому научиться и многое услышать. Например, о том, что ваша алхимическая сеть активно переманивает поставщиков у Нестеровых.

Здесь Троицкий вбрасывал совсем уж непроверенную информацию. Я слегка поднял бровь.

— Род Клинковых сам выбирает, с кем и как работать и вести переговоры.

— Тем не менее, — подал голос один из дворян с офицерскими усами и зализанными назад рыжими волосами, — баланс нарушать нельзя. Особенно после церемонии принятия новых родов.

— И конечно же в преддверии назначения в княжеский совет, — ехидно добавила Фёдорова.

Вот оно что — вся суть вылезла наружу. Похоже, что князь вместе с принятием новой крови в ряды знати так или иначе занялся перераспределением власти в собственном совете. Это значило, что и на должностях поменьше могли произойти перемены. Значит, каждое перемещение товара, каждая новая сделка и даже каждый слух имели значение.

— Порядок!

Аристарх Железных решительно прервал бурное обсуждение.

— Предлагаю перейти к голосованию.

Аристократы замолчали, лишь бросая друг на друга испепеляющие взгляды. Досталось и мне — Троицкий чуть ли не святым пламенем меня обжигал из глаз.

— Те, кто за то, чтобы сделка по транспортной гильдии была одобрена, поднимите руки.

Неудивительно, что моя рука оказалась в воздухе вместе с Фёдоровыми и ещё одним аристократом. Но голосов нам не хватило, и Троицкий, довольный как удав, победоносно откинулся в кресле.

Для меня это голосование, как и заседание, служили лишь для того, чтобы оценить внутреннюю кухню в городе и заявить о себе. Потому результат этой сделки или других вопросов не был для меня критическим. Да и представительница рода Фёдоровых всё равно благодарно мне улыбнулась.

Не считая одного голосования, в остальном в основном поднимались вопросы по благоустройству города, некоторым перестройкам и небольшим сделкам. Это означало, что Аристарх и род Железных дали мне возможность комфортно влиться в политическую жизнь города на довольно стандартном заседании городского совета — без каких-либо критических или жизненно важных тем.

Заседание шло своим чередом. Троицкий с Фёдоровой тут и там сталкивались лбами. Я же в основном молчал и наблюдал. Надо сказать, что сегодня среди участвующих родов не было жёстких коалиций — голоса улетали то «за», то «против», то в «воздержаться».

Когда заседание закончилось, я направился в Торговую палату вместе с Аскольдом, Ромой и Весной. Однако меня нагнал Аристарх. Я, заметив его, тут же кивнул своим:

— Идите, я вас догоню.

Мы с Аристархом расположились под одной из арок.

— Ты же понимаешь, что теперь на виду.

— С самого первого дня, — усмехнулся я.

— И Троицкие тебя в покое не оставят…

— Но напрямую пока вряд ли выступят — силёнок не хватит. Да и поддержкой среди предковеров солнечники не пользуются. Идти против меня сейчас — значит обернуть против себя общественное мнение ещё больше.

Железных лишь покачал головой.

— Всегда держи оборону, — серьёзно произнёс он, и по-наставнически добавил. — Ну а если пойдёшь в наступление — делай это безжалостно. В большой политике не прощают ошибок и не дают второго шанса. Слишком много тех, кто выжидает, пока ты отступишься.

Я согласно кивнул.

— Спасибо, буду иметь в виду.

Аристарх улыбнулся.

— Вот и славно. В любом случае — добро пожаловать в городской совет.

— Спасибо за приглашение.

Мне совершенно ничего не стоило поблагодарить Аристарха за полезный опыт. В любом случае, моим подопечным было полезно взглянуть на то, как действует политическая система изнутри.

— Не стоит. Если захотите вернуть должок — заглядывайте как-нибудь к нам. Приглашение всё ещё в силе.

Мы попрощались и разошлись.

Я заглянул в торговую палату, где меня уже ждали мои.

— Ну как? — спросил Рома.

— Налаживаем контакты, — спокойно ответил я. — У нас достаточно рабочих связей с несколькими родами. Но Троицкие будут пытаться нас подсидеть. Открыто, конечно, не пойдут, но слухи, интриги, саботаж…

— Не нравится мне эта вся закулисная игра, — сморщился Аскольд. — Если этот Станислав имеет что-то против тебя, пусть вызывает на поединок. Вот это по-мужски! А то бросает слова на ветер.

— Ты так говоришь просто потому, что уверен, что я выиграю, — усмехнулся я.

— Ну а как же иначе?

Дальше я проверил торговую палату на предмет контрактов и заказов, но ничего интереснее, чем предложение Нестеровых, не нашёл. Теперь моя душа была спокойна, и можно было договариваться о маршруте, условиях и долях.

Более того, совместное предприятие не только с Нестеровыми, но и с Велигорскими было моему роду как никогда на руку. Можно было рассчитывать на то, что ударный кулак Велигорских будет не слабее нашего. Правда, это не значит, что я не собирался нанимать ходоков или других наёмников. Родовое положение позволяло сделать заказ в Доме найма, и нужно было этим пользоваться. В любом случае, рейды лучше приберечь своих бойцов до тех пор, пока они не станут необходимостью. Вот тут-то как раз и пригодятся наёмники.

Среди привилегий аристократии также была своеобразная юридическая автономия. Члены знатных родов подлежали не общему суду, а суду знати или, если дело было особенно важным, княжескому суду. Это означало, что попросту схватить и судить члена рода без соответствующих процедур было невозможно. Можно было сказать, что это защитило бы Серёгу с Ирой от того, что с ними случилось, но в их случае дело было внутриродовым, семейным, так что там это правило бы не распространялось. Зато в случае с Троицкими — запросто. Ещё можно было и претензию подать.

Подготовка к рейду началась на следующее утро, когда после краткого совещания с ближним кругом я отправил гонцов Нестеровым и Велигорским. Двор особняка зашумел. Слуги занялись инвентаризацией, алхимики под чутким руководством Весны варили зелья, а новобранцы и ветераны отрабатывали взаимодействие под надзором Аскольда и Сольвейг. Ближе к полудню приехал Гавриил Нестеров, представитель рода и один из старших сыновей Нестеровых.

Встретились мы в моём кабинете.

— Максим, — поприветствовал меня он.

Мы пожали руки и обсудили маршрут и основные препятствия на пути. У Гавриила была довольно подробная карта, с которой мы и работали. Сам маршрут уходил на юго-запад, и на стадии планирования никаких вопросов у меня не возникло.

— Понимаешь, мы хотим не только поучаствовать в рейде, — поделился со мной Гавриил, — но ещё и показать, что наш союз работает не только на бумаге, но и на деле.

Интересно он это развернул. Особенно учитывая, что Нестеровы, хоть и имели кое-какую дружину, ведь без неё существовать роду было невозможно, но родом были не боевым, и без нас и Велигорских спускаться в забытые шахты, куда мы и собирались, для них было бы смерти подобно.

— Тогда, кроме алхимиков, придётся выделить и бойцов.

— С алхимиками будет защитный маг земли уровня Мастера, — ответил Гавриил.

— Для того чтобы показать, что наш союз работает, нужно вместе сражаться. Алхимики и защитный маг — это замечательно, но в бою они себя не покажут.

Я не собирался просто так отпускать Нестерова. Они и так, как заказчики, брали в вылазку не только нас, Клинковых, но и Велигорских — пусть меня это и устраивало, но Гавриилу об этом знать было не обязательно.

— Хорошо, — протянул он. — Тогда выделим группу арбалетчиков и разведчиков, дополним ваше ядро вспомогательными бойцами.

А вот это было уже совсем другое предложение, которое позволяло не распыляться по пути. Можно было сказать, что в шахтах арбалетчики не пригодятся — вот только это было далеко не так. Мало ли что там крылось внутри? В местах скопления магии, в Зоне, никогда нельзя было знать ничего наверняка.

— Устраивает, — кивнул я. — С боевым ядром, кстати, определимся вместе с Велигорскими, если их, конечно, устроят условия.

— Мудро, — ответил Гавриил.

— Ну что, тогда разберёмся с добычей, — предложил я.

По итогам переговоров я был доволен. Нестеровых интересовал один конкретный предмет в шахтах, и со всей остальной добычей на протяжении всего пути они готовы были расстаться практически задаром. Это было на руку как мне, так и Велигорским, с которыми я, кстати, тоже провёл успешные переговоры.

Дальнейшая подготовка началась не с оружия и брони, а с пергаментов и печатей. Статус открывал двери, но за этими дверями шла бумажная война: разрешения, координация, распределение долей и полномочий. Вылазка в Зону теперь шла не просто от группы наёмников или энтузиастов. Это была операция, где участвовали признанные Рода — с интересами, политикой и обязательствами.

В итоге, пока шли визиты, переговоры, а также бумажная волокита с понижением налогов и пошлин, двор особняка начал напоминать военный лагерь. Мало того что утром и днём я был постоянно занят, так ещё и вечером мы с Аскольдом и Глебом разбирали маршрут, добавляя пометки к уже существующим.

— Вот здесь, — показал Глеб пальцем на область, где контур Зоны превращался в синюю кляксу, — магическая буря. Стоит быть осторожнее. Отряд ходоков, вернувшихся неделю назад, поделился со мной…

— Магические бури вроде не смертельны, — неуверенно предположил Глеб. — Можно попробовать и тропу проложить.

— Нет, — покачал головой я, а затем обвёл пальцем радиус, в три раза превышающий тёмно-синюю кляксу. — Бури — только в крайнем случае. Более того, всю область вот здесь можно считать аномальной. Весна, собери подходящий набор зелий на крайний случай.

— Сделаю набор противоядий и зелья, повышающие устойчивость к изменённой мане, — ответила ведьма.

Финальные версии контрактов были составлены, заверены княжеской печатью, а также ментальным магом и подписями глав участвующих родов.

Следующие пару недель мы занимались логистикой: повозки, зелья, зачарованные латы, контейнеры для артефактов, амулеты, арбалетные болты с особыми наконечниками на все случаи жизни и далее по списку. Более того, мы докупили нескольких зачарованных скакунов.

Я чуть не пропустил тот день, когда все приготовления были завершены. Время пролетело незаметно, и на южной площади у ворот, где обычно собирались торговые обозы и небольшие караваны, готовился к выступлению не просто отряд, а настоящая боеспособная экспедиция.

Шла последняя подготовка перед выходом: загружались повозки, маги проверяли защитные печати и контейнеры, а боевые скакуны нетерпеливо фыркали и стучали копытами. Над площадью стоял гул голосов и скрежет металла.

Я был доволен. Велигорские выставили шесть магов-Подмастерьев, нескольких Мастеров, включая уже знакомого мне Ермака, дюжину шести- и семизвёздочных воинов-ветеранов, а также ещё несколько ударных групп. Итого три десятка человек, экипированных в едином стиле: надёжные щиты и простая прочная броня без лишнего выпендрёжа.

У Нестеровых всё было скромнее, да и выглядели они более разношёрстно: полдюжины алхимиков, столько же лекарей, обещанный маг земли ранга Мастера, группа арбалетчиков и разведчиков. Они не играли в бойцов, зато с точки зрения трав, лечения и ритуалов у них был полный порядок.

Ну и мой отряд. В первую вылазку рода вышли не только все ближники, что включало магов-Подмастерьев, но и бойцов: Аскольд, Сольвейг, Ира, Серёга и остальные. Слаженные, проверенные, с высоким боевым духом. Я нисколько не сомневался в своих людях. Более того, в этом походе Аскольд и Сольвейг становились десятниками и командовали своими собственными небольшими группами из набранных за год бойцов. Для Аскольда это было дело привычное, но и Сольвейг нужно было учиться командовать.

Я видел знакомые лица: Ярополк, Ермак и даже Гавриил Нестеров. Здесь сегодня собрались по-настоящему талантливые и сильные маги и бойцы.

Я смотрел на развивающиеся знамёна и блестящие доспехи. Не только у союзных родов, но и у моих бойцов и магов. Этот поход, первый в новом качестве, определит многое. Разведчики, кавалерия, зачарованные повозки, прикрытые защитными заклинаниями…

Я посмотрел на лица своих соратников. Кто-то из них прошёл со мной сквозь осаду Выкречи, кто-то влился позже. Но все, кто отправлялся в этот поход стал частью Рода. Пусть не по крови, но по выбору. А это куда важнее.

Я поймал взгляд Ярополка. Он кивнул мне, показывая, что его люди готовы выдвигаться. Гавриил тоже отдал сигнал. Это значило лишь одно — пора.

— Вперёд! — скомандовал я.

Караван пришёл в движение.

Первый рейд рода Клинковых официально начался.

Продолжение здесь: https://author.today/reader/455007/4233013

Nota bene

Книга предоставлена Цокольным этажом, где можно скачать и другие книги.

Сайт заблокирован в России, поэтому доступ к сайту через VPN/прокси.

У нас есть Telegram-бот, для использования которого нужно: 1) создать группу, 2) добавить в нее бота по ссылке и 3) сделать его админом с правом на «Анонимность».

* * *

Если вам понравилась книга, наградите автора лайком и донатом:

Клинков 4. Последний хаосит

Content

Клинков 4. Последний хаосит

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Глава 20

Глава 21

Nota bene