Искатель — 9

Глава 1

Первый том, тут: https://author.today/reader/370619/3428901

Весь лагерь стоял на ушах, а витающая в воздухе атмосфера серьёзно действовала на нервы. Уже через несколько часов вся округа превратится в суровое побоище, где люди окажутся в явном меньшинстве. Каждый, кого я встретил по пути к своей группе, выглядел мрачнее некуда. Однако один тот факт, что они не сбежали и готовы исполнить свой долг, многое говорит о них.

Сможет ли горстка храбрецов удержать натиск неисчислимой толпы? Этот вопрос задавал ещё спартанский царь Леонид… И, как оказалось, вполне способны! Значит, и у нас есть шанс выстоять, победить и вернуться домой к тем, кто искренне ждёт нас. Наверное, сейчас о своём доме и мирной жизни думает каждый… Жаль, что далеко не все Искатели смогут снова почувствовать тепло родных. Сегодня падут многие, и избежать этого никак не выйдет.

Группа собралась в условленном месте недалеко от входа в лагерь. В глаза сразу бросилась фигура таинственного Теневого клинка, который о чём-то болтал с Друидом, одетым в довольно странный для Тераны наряд из шкур неизвестных мне животных. Чем ближе я подходил к ним, тем сильнее во мне разгоралось ощущение, что этот скрытный убийца смотрит на меня, хотя стоит ко мне спиной.

Найдя взглядом Илина, я подошёл к нему и увёл в сторону.

— Дружище, держи ухо востро с нашим таинственным другом в капюшоне, — тихонько сказал я и посмотрел на группу. — У этого парня класс Теневой клинок с целой кучей навыков для убийства людей.

Монах посмотрел мне в глаза и поморщился.

— Ох, так вот оно что… — сказал он и кивнул. — Тогда это многое объясняет, учитывая его странное поведение. В целом, этот класс достаточно неприятный из-за его предрасположенности к уничтожению людей, но если этот человек не совершал преступлений, то и обвинять мы не можем. А вот следить да, ты прав, надо тщательно. Надеюсь, что его мастерское владение кинжалами и ядами очень поможет в бою против того вождя. Ты рассказывал Данзелю об этом?

Я покачал головой и вздохнул.

— Ещё нет, хотя Мароне рассказать успел… при личной встрече. Она говорила, что Данзелю, в целом, можно доверять, так что лучше рассказать. Надеюсь, он не станет расспрашивать меня, откуда я добыл такую информацию. В крайнем случае буду надеяться на влияние баронессы — она наверняка заставит его держать рот на замке, — сказал я и поморщился. — Боже, сплошная морока в этих рейдах и мировых событиях. Ладно, пойду испытаю судьбу и поделюсь сведениями. Всё же он командир…

Найдя взглядом Жреца, я подошёл к нему и попросил уделить мне пару минут. Отведя его в сторону, у меня получилось тихонько рассказать Данзелю о Теневом клинке и предупредить, что он самая настоящая тёмная лошадка, рядом с которой лучше не терять бдительности.

Мужчина удивился и несколько секунд пристально сверлил меня взглядом, видимо пытаясь понять, откуда я выяснил это. Однако недовольства не проявил, напротив, он спокойно отреагировал и даже поблагодарил за сведения, уточнив напоследок, знает ли баронесса о возможной проблеме. Когда я кивнул, он расслабился и пошёл к остальным. Что ж, на этом этот вопрос можно считать пока закрытым.

Почему я вообще так подозрительно отношусь к убийце? Подумаешь, класс у него такой. И что с того? Но в голову лезли самые разные мысли. Просто нельзя отрицать и того, что, раз он не вступил в рейдовую группу, он может просто выполнять заказ на убийство. Например, одного из офицеров, какого-нибудь Искателя или вообще самой баронессы, командующей армией.

Хотя и исключать того, что мужчина просто захотел помочь, тоже нельзя. Но откуда взяться доверию к тому, кто особо даже не общается ни с кем? Стоит себе поодаль, смотрит вдаль… Посмотрим, как проявит себя в бою. Вот тогда-то и поговорим, если придётся

Данзель собрал нас и решил дать последние наставления перед битвой. В целом я уже понимал, о чём пойдёт речь, но повторение — мать учения.

— Товарищи! Сегодня наше утро будет окрашено в красный цвет. Реки крови совсем скоро зальют эти равнины, а вся округа будет погружена в жуткий гул и полнейший хаос. Но знаете что? Мы готовы к этому! Мы прошли изматывающие тренировки, придумали отличный план из всех возможных и хорошо подготовились к грядущему. Прекрасно осознаю, что вы уже, возможно, поняли нашу затею. Однако должен повторить её, чтобы закрепить задумку на подкорке ваших мозгов!

Жрец указал на лагерные укрепления, которые за ночь успели достроить: вышки, баррикады, плотные ряды шипов, несколько траншей и земляных валов с кольями.

— Давайте не будем питать иллюзий. Если наши подсчёты верны, уже через несколько часов орда будет здесь и прорвёт нашу оборону прямо вот здесь, там, где мы стоим сейчас. В идеальном варианте, тут орда должна полностью погрязнуть в битве с Искателями. Да, они более низкого уровня, но способны сделать многое и выиграть для нас время. Пока защитники будут затыкать бреши и отвлекать монстров, бойцам приказано уничтожать любого врага, до которого смогут дотянуться, прикрывая целителей и все классы поддержки. Удачи нашим друзьям, но у нас другая задача, — сказал он и показал на северный холм справа от нас, где росла плотная рощица со старыми деревьями.

— Пока наши товарищи отвлекают врага и заставляют его бросить на них главные силы, мы займём позиции там и будем ждать подходящего момента, чтобы зайти врагам во фланг. Проносясь сквозь ряды монстров, мы проложим путь прямо к центру вражеской армии с помощью Земляных стен нашего Мага Гринвальда — прямо к проклятым оркам и их безумному вождю. Помимо них, мы должны уничтожить всех попавшихся офицеров и чудовищ высокого уровня, чтобы они не смогли окончательно разгромить наши войска.

Боец поднял руку и попросил слово.

— Мне всё равно не очень понятно, зачем нам позволять подходить орде так близко к нашим. Наши низкоуровневые «малыши» же гарантированно будут гибнуть пачками! Мы же всё равно будем рваться к центру, так в чём смысл во всём этом? — спросил он и поморщился.

Вместо Данзеля заговорил Теневой клинок.

— Очень умное замечание, дорогой наш Боец, — насмешливо начал он. — Ты же думаешь, что мы непобедимы, правда? Как ты собираешься справиться с сотней монстров, пусть даже и низкого уровня? Даже если они слабаки, в куче они способны нанести нам столько ранений, что ни одна исцеляющая магия уже не спасёт. Они берут нас количеством и качеством. Но пока они отвлечены на других, у нас есть шанс прорваться. Теперь понял?

Стелария кивнула и тяжело вздохнула.

— И это не говоря уже о том, что на нашем пути будет лидер орды высокого уровня и несколько десятков бойцов его личной охраны, состоящей из проклятых орков. Они сами по себе в обычном виде та ещё заноза, а в таком… даже представлять не хочу, — обеспокоенно произнесла она и поёжилась. Хотя было видно, что решимость в её глазах есть. Её класс — Арбитр, он специализируется на поддержке. Да, сложно ей придётся.

Данзель прочистил горло и махнул рукой. Все тут же замолчали.

— Да, верно сказано, — решительно сказал он. — Но помните, хоть мы и можем уничтожить всех монстров, которые встанут на нашем пути, наш приоритет — это уничтожение вождя и его гвардии. В нашем войске есть кому сражаться с остальными чудовищами. Но если мы упустим главаря — никто в лагере не сможет выжить. Так что действуем по обстановке, но не забываем о главной цели!

Закончив, он осмотрел нас и спросил, нет ли у кого вопросов. Вроде все всё поняли и отчётливо понимали, что должны делать, так что мы двинулись на позиции в роще на холме. Фланговый удар, да? Хоть бы получилось…

Пока ждали, ещё раз проверили боевую готовность, напомнили друг другу о сигнальной системе и просто готовились к битве, особо не напрягаясь, чтобы сохранить силы для победы в грядущем кошмаре.

Пока было время, я решил тщательнее рассмотреть Стеларию и её навыки. Хм, у Арбитра почти все способности заточены под усиление союзников, повышение их защиты и других характеристик.

Девушка могла одновременно накладывать множество положительных эффектов на каждого члена группы, что делало её одной из самых ценных участниц рейда: она способна защитить себя и принести огромный вклад в победу, даже если не будет лично сражаться с тварями. И это не говоря уже о том, что сама по себе эта милейшая особа была готова доблестно стоять бок-о-бок с нами, что бы ни произошло.

На меня же она сможет наложить, помимо общих усилений, заклинания, повышающие скорость и ловкость, что позволит дольше продержаться в бою и, возможно, спасёт мою жизнь. Жрец тоже даст парочку положительных эффектов. Интересно, в итоге-то я смогу сравниться хотя бы немного по силе с вождём орков?

Также у Арбитра было собственное заклинание исцеления, хотя оно было длительного, а не мгновенного действия. То есть Стелария могла бы помогать в полевом госпитале, но в бою от такого лечения толку будет немного.

Что-то монстры задерживаются… Пока было время, я проверил своё снаряжение. Хорошо, что у меня были с собой артефакты. Так как рядом не будет бойцов поддержки, способных подавать новые стрелы, мне пришлось наспех делать грубый дополнительный колчан, куда я засунул все снаряды, которые только мог. По итогу удалось захватить более трёх сотен… Надеюсь, если буду правильно их расходовать, мне хватит этого, чтобы выжить и победить.

Бьюсь об заклад, что к концу сражения мне будет просто нечем стрелять. Битва наверняка не будет похожа ни на что, с чем можно было столкнуться ранее в играх на Земле или в Валиноре. Не то чтобы я сильно боялся, но мерзопакостное чувство, есть. И оно очень сильное. Чем ближе мы к исходу, тем больше возрастает волнение. Во время боя точно произойдёт что-то, о чём мы даже не догадываемся… Моё чутьё меня редко обманывает. Хоть бы в этот раз оно не сработало!

Солнце уже высоко поднялось, наступил полдень: тихий и крайне угнетающий. Стоило мне расслабиться всего на секунду, как вдалеке послышалась череда пронзительных и неистовых сигналов разведчиков баронессы, следящих за округой. Они дали три сигнала, а это означает, что враги несутся к нам на всех порах и совсем скоро будут тут.

— Помните о построении и наших задачах, не теряйтесь и прикрывайте друг друга. Боги, защитите нас, — громко сказал Данзель. — А теперь тишина, ни шороха, ни звука! Когда монстры подойдут, никто не должен заподозрить, что мы здесь.

Я занял место на дереве и стал наблюдать за лагерем и округой. Издалека на всех порах, со стороны, откуда должно быть нападение, в лагерь мчали разведчики, подавшие сигналы. Успели, значит, сбежать! Ай, молодцы, ребята, так держать! У них тоже была та ещё работёнка… с серьёзным риском и нехилым подвохом.

Спустя несколько минут показались первые монстры. Это была действительно орда монстров во всех её базовых смыслах: неистовая, яростная, озлобленная. Сотни чудовищ мигом заполонили всю округу и двигались прямиком к лагерю наших войск. К счастью, они шли единой массой, не пытаясь зайти во фланги.

Не знаю, как такое возможно, но монстры нас будто бы не замечают, либо сознательно игнорируют, раз им дали приказ идти на штурм. Однако бдительности мы не теряли и сидели тише воды, ниже травы. Эта рощица стала нашим надёжным укрытием, хотя сердце продолжало бешено колотиться. Сколько же надежд возлагают на нас те, кто сейчас в лагере внизу… Могу только представить, какой ужас они сейчас испытывают. Держитесь, ребята, отступать нам некуда…

Сейчас я близко к орде настолько, что будто снова очутился на особом задании баронессы. Благодаря своему острому зрению у меня получилось отлично рассмотреть монстров. Мерзкие ублюдки, ничего другого и не скажешь. Каждая тварь — это мутантная особь, пропитанная чёрной как смоль скверной. Жестокое усиление Системы? Ну спасибо за такие классные испытания!

Но, что странно, стоило им появиться, как у меня зародилась решимость ринуться в бой и завязать сражение. Все гражданские из лагеря уже должны были сбежать, но… если мы не справимся, куда они побегут-то потом? Эта яростная орда свирепых чудовищ не должна покинуть эту область. Если придётся, будем зубами вгрызаться в каждую пядь земли, но не пустим тварей в наш дом.

Глава 2

Орда неумолимо приближалась к наспех возведённым укреплениям нашего лагеря. Строителям Тераны стоит отдать должное… Несмотря на постоянные перемещения по области, они каждый раз умудрялись обеспечивать войскам подобие комфорта, а когда стало ясно, что нападение произойдёт именно здесь, мужчины и женщины не жалели сил, чтобы возвести здесь хоть какое-то подобие защиты. Надеюсь, это сыграет нам на руку.

Спустя пару минут первые ряды монстров начали попадать в ловушки, из-за чего армия чудовищ слегка замедлила темп, хотя большинство из них не стеснялись идти по трупам своих же товарищей. Раньше они атаковали друг друга без особых размышлений…

Ещё через мгновение орда подобралась к лагерю достаточно близко, чтобы оказаться в пределах досягаемости бойцов дальнего боя — Лучников, Стрелков, Волшебников. Физические и магические снаряды полетели во врагов, если не убивая их сразу, то нанося серьёзный ущерб. Было заметно, как воители напряжены и боятся вылезать из укрытий, однако никто не дрогнул. Все продолжали атаку, попутно энергично выкрикивая ругательства в адрес мерзких тварей.

Вся округа постепенно превращалась в жестокое поле битвы. Разбросанные, изувеченные тела покрывали обожжённую землю. Множество рытвин, воронок, вырванных деревьев и нескончаемый клёкот, шум и гам. Первые монстры добрались до баррикад, и защитники были вынуждены броситься в бой, создавая максимальный уровень агрессии, чтобы ни одно чудовище даже и не подумало переключить своё внимание на бойцов дальнего боя или поддержки. Что ж, битва за Терану официально началась…

Когда основная часть орды подошла к лагерю и завязался бой, Данзель на несколько секунд показался из-за дерева в полный рост, а затем посмотрел на прячущихся рядом товарищей.

— Всё, теперь и нам нельзя расслабляться! Сейчас или никогда! Приготовиться к бою! — крикнул Жрец. — Принять боевое построение, ворвёмся в их ряды клином! Не забывайте прикрывать Гринвальда, он наш козырь на пути к боссу!

Мы перестроились, а затем рванули с холма прямиком во фланг ордынской армии. Маг земли уже читал своё заклинание Земляных стен. И момент подгадал он максимально удачный. Видимо, и правда опытный волшебник. Как только наши защитники добрались до первых монстров, снося их в одно мгновение, перед нами, метров на двадцать вперёд, раскинулись две длинные магические стены. Они создали идеальный коридор, чтобы мы могли быстро прорываться вперёд, не заботясь о нападениях с флангов.

Сейчас, по сути, орда в нашем секторе разделена на две части. Твари такого дерзкого финта от нас точно не ожидали. Всё что монстрысейчас могли — яростно визжать и царапать стены, пытаясь их проверить на прочность и сломать. Интересно, сколько они смогут выдержать, прежде чем сломаются?

Впереди нас были одни слабаки, поэтому Монах, Боец и Мастер клинка отлично справлялись с их уничтожением, так что никому другому не приходилось тратить силы по пустякам. И стоит отдать должное усилениям, полученным от Арбитра и Жреца. Двигаться стало намного легче, будто я был пёрышком, парящим на ветру.

Когда мы прошли первые двадцать метров, и стены закончились, Гринвальд приступил к возведению новых. Мы забрались достаточно глубоко, так что я решил не терять времени, вскочил на стену и быстро обнаружил вражеских командиров. Они одни из наших приоритетных целей, так что их нужно уничтожить до того, как они нанесут союзникам в лагере серьёзный ущерб.

Несмотря на свой статус, капитаны были слабоватыми, так что быстро погибали от пары-тройки стрел. Однако эффект от моих действий был невероятный. Чудовища будто теряли контроль и начинали действовать максимально хаотично и глупо. В некоторых местах монстры даже будто растеряли энтузиазм и снизили темп атаки. Надеюсь, так у наших в лагере будет больше шансов выжить.

Стоять на вершине посреди орды монстров — затея сомнительная, потому что я оказался одновременно на линии вражеского и дружественного огня. Однако я старался следить за обстановкой и продолжать обстрел вражеских командиров, насколько мне позволяли силы.

Когда обстановка накалилась, я спрыгнул и вернулся к своим. Гринвальд как раз закончил возведение второй пары стен. Мужчина кряхтел, покрылся потом и заметно устал, но тут же принялся за строительство третьей пары. Надеюсь, больше они нам не пригодятся, потому что основное предназначение они практически выполнили — мы практически добрались до центра вражеского войска.

За нашими спинами стрекотали, визжали и долбились в стены свирепые твари. Некоторые, более проворные, смогли забраться на стены и попробовать напасть с тыла, но их уровень был настолько низким, что у меня получалось уничтожать их одной стрелой.

В свирепом шуме битвы слышался отчётливый звон оружия, перемешанный с множеством криков наших товарищей, наполненных болью и страхом. Сейчас каждый в лагере сражался из последних сил, чтобы выжить и спасти свой дом. Жалко ли мне их? Отчасти. Но по-настоящему меня волнуют Амализа, Дректар и его гоблинский отряд. Вот они-то должны выжить сто процентов. Иначе всё было зря! Нельзя терять друзей в каждой битве. Так и союзников в конечном итоге совсем не останется…

Когда мы прошли ещё двадцать метров, мы оказались прямо в центре орды. Пронзительный рёв вражеского генерала прямо подтвердил, что мы на месте. Проклятые орки тут же бросились на нас, круша стены мощными дубинами, топорами и грубыми клинками, а зачастую и своих союзников, случайно оказавшихся рядом. Эти твари крайне безжалостны и свирепы…

— Рассредоточиться и встать в построение! Живее! Их лидер рядом, не стойте столбом, помните, о чём мы говорили! — вопил Данзель, продолжая лечение и поддержку танков.

Выйдя за пределы стен, защитники выступили вперёд и старались держать под контролем достаточно большую область. Мы тут же рассредоточились за нашими танками, продолжая практически непрерывный обстрел орков всем, чем только можно. Илин тоже отлично справлялся, энергично перемещаясь между флангами, когда монстры подходили слишком близко.

Если враги доберутся до нас, дальников — группе точно крышка. Но при этом нам нужно соблюдать достаточно рассредоточенное построение, чтобы атаки вождя по области не задевали одновременно всю команду, но и мы могли прикрывать друг друга. В общем, маневрируем на грани возможного…

Пока остальные были заняты, я решил забраться повыше и поднялся на одну из стен, обрушивая стрелы на всех попавших в поле зрения орков. Отличный получился манёвр! Теперь они боятся атаковать с былым энтузиазмом и больше думают о защите собственной жизни. Благо у них нет никакой брони, так что урон они продолжают получать.

Однако это всё равно был тяжёлый бой. Защитники полностью увязли в обороне, бойцы дальнего боя пытаются контратаковать, прикрывая фланги и воителей поддержки, а те, в свою очередь, непрерывно накладывают на всех положительные эффекты и исцеление. Все начали уставать…

Самое гадкое, что монстров действительно много. Стоит победить одного, как на его место тут же встаёт другой враг. Вспоминается старая ироничная шутка про очень похожих друг на друга людей одного народа: «Я убиваю этого парня уже в пятый раз». Также и с орками… они та ещё заноза в заднице.

Я продолжил уклоняться от атак, маневрируя на вершинах стен, попутно стараясь максимально точно выпускать стрелы в самых опасных врагов. Не знаю, сколько я уже потратил снарядов, но я очень рад, что сделал большой запас. И какое же удовлетворение мне приносит тот факт, что орки падают под моим натиском один за одним.

Но радость длилась недолго. В одно мгновение весь мир содрогнулся, земля задрожала, и по округе пролетел оглушительный раскат грома. Не знаю, как так вышло, но сознание помутнилось на несколько секунд.

Моргнув, я вдруг понял, что падаю со стены. Точнее, лечу с неё прямо в толпу монстров на северной стороне. Чудовища ждать не стали… Они тут же ринулись меня атаковать. Неужели это был один из навыков босса? Вот же гадство! И сколько раз он может это использовать? А как бы ещё выяснить время отката способности…

Подумать о произошедшем мне не дали. Ко мне начали стекаться новые монстры, и я практически мгновенно был окружён. Теневой клинок был полностью прав. Враги слабые, но когда их много — повреждения суммируются и, в конечном счёте, наносят серьёзный вред. Очки здоровья начали предательски утекать, но меньше чем за минуту я уничтожил почти два десятка тварей, так что держаться мог.

Однако конца и края им не было. Стрела-перекат-отскок, повтор… И так много-много раз подряд. Если так продолжится, то у меня просто не останется снарядов и сил на битву с боссом, который наверняка сейчас ходит и насмехается над нашими тщетными потугами добраться до него.

Хотя бесполезными мои действия не были. У меня появилось место для манёвров, так что мог уклоняться и выбирать позицию. Но одному тут всё равно тяжко… Без поддержки целителей и защитников я тут точно погибну. Нужно придумать план и выбираться, потому что ко мне товарищи точно не подоспеют. Они там плотно увязли в битве с орками… А ещё ведь где-то бродит вождь!

Когда ко мне подошла новая волна чудовищ, снова раздался оглушительный рёв, и монстры на мгновение затихли. Затем они резко попятились и, толкая друг друга, начали движение на юг, к лагерю Мароны, будто сознательно игнорируя меня. Тратить стрелы на них я не стал. Но всё же что же это было? Бьюсь об заклад — дело дрянь.

Нужно поскорее объединиться с группой и обсудить план действий. Надеюсь, они ещё живы и пережили землетрясение куда лучше, чем я… Даже думать не хочу, что будет, если моё суждение ошибочно и наших положили… Хотя, у них там есть целители, значит, выжить должны.

Внезапное отступление монстров одновременно хорошо и плохо. Если бы я был в игре, то это могло означать только одно: смену фазы рейдового сражения. Вполне возможно, что так и произойдёт и сейчас. Как бы я был рад ошибаться, но вдалеке замаячила фигура того, кого мне бы в одиночку встречать совсем не хотелось — ухмыляющегося вождя орков, чей пронзительный взгляд был направлен исключительно на меня.

В мгновение ока массивная шестиметровая фигура начала прорываться начала сквозь толпу, буквально раскидывая своих товарищей по округе. Сейчас эту тушу можно было сравнивать только с КАМАЗом, который пёр ко мне на полной скорости. Тварь мускулистая, широкая, мощная, страшная и очень мерзкая. Зрелище, мягко говоря, не для слабонервных. Мне даже кажется, что он стал куда более уродливым, чем в прошлый раз, когда я видел его во время разведки.

— Человек! — проклятый вождь проревел на всю округу хриплым противным голосом, резавшим уши словно тысяча тонких лезвий, указывая на меня массивным топором. — Ты правда считаешь, что способен выстоять? Или надеялся, что я забуду про тебя? Или, может, что не замечу в этой суматохе?

Он понимает человеческую речь и неплохо строит предложения… Это настоящий кошмар, потому что он точно обладает интеллектом уровня человека. И что значит «замечу»? Надеюсь, это не отсылка к тому странному уведомлению Системы, когда на меня положил глаз Лорд демонов. А если он действительно намекнул на это? Тогда что, теперь все сильные монстры будут искать меня? Звучит хуже некуда. Надо будет расспросить об этом Мию.

Ладно, раз я в западне, и вождь сосредоточил всё своё внимание на мне, будто вызывая на дуэль, надо использовать эту возможность и увести гадину подальше. Если группа выжила, они смогут добить остаток проклятых орков и низкоуровневых чудовищ, а затем перегруппироваться и помочь мне в убийстве босса. Сейчас он самая большая угроза для всех в этом сражении. Если смогу помочь всем таким образом — надо рискнуть!

Может, у меня даже получится нанести главарю орды какой-нибудь урон… Хотя я на это особо не рассчитываю, учитывая ярость, с которой сражаются проклятые орки, и огромное количество навыков вражеского лидера — это будет очередной бой насмерть.

Ну… С богом! Активировав Рывок Гончей, я побежал к роще деревьев на северном холме, попутно стараясь правильно маневрировать и выпускать стрелы в несущегося на меня вождя. Ага, клюнул, значит, гад… Хотя он же сам меня вызвал на поединок. Ещё бы он стоял в стороне!

Поиграем, тварь в охотника и добычу! Уничтожу! Ради всех нас!

Глава 3

Когда на тебя несётся огромная туша, способная сносить деревья одним взмахом руки, в голову лезут только мысли о том, как выжить, спастись и убежать подальше. И, боги, кто бы знал, как трудно отказаться от этих желаний, ещё и когда у тебя хватает характеристик и способностей, увеличивающих скорость бега… Да, остаться один на один с главным гадом, держать его на хвосте и пытаться наносить урон — задачка со звёздочкой. Вот надо было мне лезть на эту стену… Балда!

Проклятый вождь орков на пять уровней выше и имеет статус рейдового босса. Несмотря на мой достаточно высокий показатель урона, против такого монстра мне его катастрофически не хватает по всем фронтам. Почти каждая стрела попадала в цель, но у чудовища такое количество очков здоровья, что выбить из него всё дерьмо в одиночку невероятно сложно.

Хотя полоска здоровья у него понемногу начала уменьшаться, но это совсем не приносит радости. Сколько я смогу бегать и прыгать вокруг гадины? Сложно представить, что было бы без положительных эффектов, наложенных на меня Жрецом и Арбитром.

Босс не был дураком, который будет бездумно следовать навязанным мною условиям. Он, похоже, помнит, какая у меня скорость, и что это один из моих главных козырей. Поддерживая жуткую ауру, которая внушала страх и мысль, что меня хотят разрубить на куски, вождь ревел на всю округу и собирал вокруг себя чудовищ, способных преследовать меня и вести обстрел навыками с дальних позиций. В мгновение ока к предводителю орды присоединились десятки монстров, что серьёзно повысило ставки. И совсем не в мою пользу…

Большинство врагов были низкого уровня, так что серьёзной угрозы по одиночке не представляли, но вот группой… Некоторые ещё и оказались невероятно быстрыми, так что сумели обогнать меня и попытаться окружить со всех сторон. Если хочу добежать до рощицы целым, придётся проредить ряды тварей.

На пути встал медведь четырнадцатого, ласка тринадцатого и несколько проклятых лисов двенадцатого уровня. Сейчас у меня такая скорость, что стрелять в них из лука контрпродуктивно, тем более нужно экономить стрелы.

Схватив копьё, которым уже давно не пользовался, но всегда носил с собой на такие случаи, я на полной скорости влетел в мишку. За счёт разбега пробил толстую тушу твари насквозь. Я выдернул копьё одним ловким движением и разобрался с остальными чудищами. Но порадоваться успеху не успел — вождь не собирался давать мне передышку, быстро сокращая дистанцию.

И только я собирался продолжить путь, как на меня, словно из ниоткуда, выскочила пума пятнадцатого уровня. Моё чутьё сработало в последний момент, едва я успел почувствовать её приближение. Всё, что я успел — выставить вперёд копьё, и именно на него эта тварь налетела, как на конечность опасной ловушки.

На такой скорости она врезалась в него, словно шашлычок, нанизанный на шпажку, и уже не представляла угрозы. Потеряв управление, она продолжала инерционно двигаться, но уже не могла причинить мне вреда. Но, конечно, подгадить моему мнимому чувству безопасности эта гадина всё же успела! Вокруг так много разных звуков, и атмосфера настолько угнетающая, что разобраться, что происходит — просто невозможно. Это ещё мне повезло, что из Невидимости на меня прыгнула всего лишь кошка… слабая, малозаметная, но всё равно способная напугать.

С убийством пумы рядом не осталось монстров, которые могли бы напасть с близкого расстояния, и я хотел продолжить движение. Но вот незадача: моё копьё застряло в брюхе мутировавшего животного. Оно, как будто прочно прижилось в теле этой твари, и теперь я не могу его вытащить. Достать его не получается, я тяну — но оно словно прочно приклеилось. Теперь у меня есть два пути: либо бросить оружие и попытаться сбежать от вождя, который быстро сокращает дистанцию, либо рискнуть и попытаться извлечь копьё, хотя шанс на успех невелик.

Выбор стал очевидным в тот момент, когда вождь в очередной раз взревел и начал орудовать вокруг себя своим большим топором, разрубая на части своих товарищей. Череда противных звуков разнеслась по округе, но останавливаться босс не желал. Занеся огромное оружие над головой, он ударил по земле, которая тут же содрогнулась.

Ударная волна была направлена в мою сторону. Радиус действия способности босса слишком большой, поэтому увернуться никак не получится, даже если приложу все силы. Сознание снова на мгновение помутилось.

Моргнув, я понял, что мне опять отправили в полёт. Теперь главное правильно приземлиться по принципу кота и не получить урон, ударившись головой об какой-нибудь камень. Одно хорошо — лечу в направлении рощи, так что главный гад даже немного помог. Мне же теперь будет проще сбежать от него! Неужели он не понимает, что если будет использовать такие удары на постоянной основе, то ему же будет хуже в схватке с таким хитрым врагом, как я?

Я как-то неуклюже приземлился, проскользив по земле несколько метров, чуть не потеряв лук. Мышцы ещё не успели привыкнуть к резкому падению, а оружие моментально вырвалось из рук, но я успел схватить его обратно. Поднявшись на ноги и обернувшись, быстро оценил ситуацию. Вождь уже сделал мощный рывок, проскочив больше десяти метров за мгновение и резко сокращая дистанцию между нами.

Едва успев я сделал перекат в сторону, активировав Стремительного и Рывок Гончей. Мгновенная вспышка в мышцах, воздух сжался, и я с разгона мчался в сторону, едва успев избежать удара. Как раз в тот момент, когда я оказался на безопасном расстоянии, взрывной удар топора в землю обрушился в том месте, где я только что стоял.

Взревев, чтобы оглушить меня, вождь потратил ещё несколько драгоценных секунд, чтобы избавиться от топора, застрявшего в земле, и с размаху пробил меня кулаком левой руки. От этого удара я не успел увернуться. Он пришёл прямо по плечу и спине, отправив меня в новый полёт на несколько метров. В глазах потемнело, круги, и я подумал, ёлки, всё пошло не по плану.

Словно почувствовав свою победу, вождь достал свой топор, довольный, и глухо рассмеялся, усмехнувшись, как если бы знал, что мне больше не вырваться.

— Я буду использовать твои кости, чтобы ковыряться в зубах после еды, жалкий человек! — прорычал орк. — Сделаю из твоих кишок вкусный завтрак, а кожу повешу в назидание на флаг своей армии! Понял, мелкий крысёныш? Убегай, прыгай, уворачивайся — тебе всё равно не выжить! Твой путь подходит к концу. Чувствуешь это?

Ну какая же погань! Он ещё и насмехается — правда делает это очень уж неуклюже. Представлять орка, использующего зубочистки и мою кожу вместо коврика явно не стоило. Это же чистый сумбур из образов…

Поднявшись на ноги и игнорируя ближайших монстров, похожих на дикобразов, я принял единственное верное решение: использовал Скачок в сторону рощи, применил Рывок Гончей и на всех порах со Стремительным бросился наутёк, желая создать между мной и вождём приличную дистанцию.

Для меня, как Охотника, сейчас это единственная возможность выжить. Нужно дождаться подкрепления. Надеюсь, кто-нибудь из рейдовой группы всё ещё способен сражаться и найдёт в себе силы прийти на выручку. Иначе… даже представлять не хочу, что со мной будет.

Врага такой расклад не устраивал, поэтому он использовал навык и побежал за мной. Однако за мной он точно не угонится, как бы не хотел обратного. У меня характеристики профессионального спортсмена и воителя, а Рывок Гончей, да ещё и Стремительный не оставят вождю и шанса. Я убегал всё дальше и дальше…

Позади послышался вопль и ещё один удар. Земля снова задрожала, в спину полетели десятки мелких осколков, комки грязи и сломанные ветви деревьев. Однако сейчас у меня получилось отбежать так далеко, что серьёзного эффекта от взрывной волны монстра не было. Могу лишь представить, как недоволен рейдовый босс. Где же вы, товарищи по рейду, когда так нужны-то, а?

Добравшись до ствола ближайшего дерева, я повернулся и осмотрелся. Дистанцию я и правда создал приличную, однако если убегу слишком далеко — вождь может потерять ко мне интерес и вмешаться в битву других Искателей. А это нам, людям, совсем не на руку. Пока у орды нет рядом предводителя и офицеров — они должны вести себя хаотично, давая защитникам Тераны возможность перебить их в более лёгких условиях, чем если бы чудовищами управлял кто-то разумный.

Да и хотелось бы, чтобы Данзель с остальными воинами разобрался с гвардией вождя и другими высокоуровневыми тварями прежде, чем кто-то поспешит ко мне на выручку. Сейчас бы мне очень пригодилась помощь Илина, Хелимы и Гринвальда… Интересно, а они вообще способны мне помочь, или я вообще зря всем этим занимаюсь, рискуя собой в одиночку на этом безжизненном холме?

Помимо самого главаря, по округе стали разбредаться низкоуровневые монстры из орды, не представлявшие особой опасности, но серьёзно мешавшие свободно передвигаться. Поэтому при каждой удобной возможности я стрелял в них, практически мгновенно уничтожая за один-два выстрела.

Хорошо ещё, что у чудовищ с высоким показателем скорости были ограничения и они не могли использовать свои навыки также быстро и эффективно, как и я. Мне эти твари совсем не ровня. Кто ещё тут хищник, а?

Как только я заметил приближающуюся фигуру вождя, у меня откатился Рывок Гончей, но вождь, будто чувствуя это, каким-то образом прыгнул невероятно высоко и далеко с такой силой, словно стал на мгновение пушечным ядром. И звук при этом был соответствующий — будто действительно взорвалась пушка.

Вот же гадство! Этот орк был до ужаса могущественным и мощным врагом, у которого полно козырей в рукаве. Он мгновенно оказался передо мной и нанёс удар. Применив Быстрый выстрел и Скачок, я еле отскочил на небольшое расстояние, попутно выпустив несколько снарядов в вождя практически в упор…

Гадина не думала отставать от меня, размахивая своим огромным топором, будто он ничего не весил, словно это была лёгкая тростинка. Увернуться от всех атак полностью, к сожалению, невозможно, поэтому последняя всё же зацепила меня.

— Ха-ха-ха! — злобно ухмылялся вождь. — Ты недостаточно сильный, чтобы долго брыкаться! Беги и прыгай, засранец, сколько влезет, это тебе всё равно не поможет!

Хотелось бы верить, что этот ублюдок не прав в своих мерзких суждениях, но он уже долго доказывает обратное… Как бы я ни пытался — босс всегда на шаг впереди и обладает существенным преимуществом, с какой стороны ни посмотри. Тварь постоянно использует свой богатый арсенал навыков и здоровый топор, совершенно не стесняясь бахвалиться своей необузданной мощью.

И будто сама Вселенная захотела поддержать вождя орков, проверяя меня на прочность. В одно мгновение на меня со всех сторон бросились монстры: спереди босс, с других его слабые прихлебатели. Я старался изо всех сил, но полностью увернуться от атаки главаря не получилось, она всё же задела бедро. Горячая кровь полилась по ноге, пришла жгучая боль.

Однако, что самое интересное, на меня не был повешен отрицательный эффект, замедляющий движение, но появилось Кровотечение, отняв приличный пласт здоровья. Но передвигаться даже без Повреждения ноги, дающего минус к скорости, всё равно было трудновато.

Когда орк снова замахнулся, я из последних сил рванул вперёд, проскочив между ног твари и, схватив кинжал, полоснул им по ноге твари, применив Подрезать сухожилие, что серьёзно замедлит гада, практически на четверть от изначального показателя скорости. Вождь тут же взревел, но скорее от ярости, чем от боли. Добраться до второй ноги у меня не получилось, массивный топор с силой врезался в землю, вызвав очередное землетрясение.

И снова сознание помутилось, и я полетел в сторону. Хотя в этом случае орку даже можно сказать спасибо, потому что он в очередной раз дал мне возможность сменить обстановку и передохнуть от схватки с тварью, стремящейся разрубить меня на части. На этот раз у меня даже получилось мягко приземлиться, хотя рана на ноге вызывала невыносимую боль. Сейчас я её ещё могу выносить за счёт адреналина, а вот что будет потом… Даже думать не хочу об этом.

Используя дистанцию, я продолжил неистово выпускать стрелы в вождя, который уверенно приближался ко мне. Хотя стало заметно, что он прихрамывает. Интересно, он больше не будет так нагло прыгать на меня с большого расстояния? Надеюсь на это… Выпустив с Быстрым выстрелом пару десятков стрел, я повернулся и рванул изо всех сил в сторону, надеясь, что у орка все его гадские способности ещё некоторое время будут в откате.

Применив Скачок, я ещё раз создал между нами приличную дистанцию и начал обстрел, активировав Быстрый выстрел. Мне удалось добиться серьёзного результата! Вкупе с моими прошлыми атаками, здоровье монстра снизилось до тридцати пяти процентов!

Я так старался выжить, что и не замечал этого очевидного факта. А, значит, я могу сделать сейчас гораздо больше, чем просто бегать и стрелять в надежде на скорую помощь от союзников. Возможно, у меня даже получится победить монстра в одиночку… Хотя сейчас это больше выглядит несбыточной мечтой.

К моему удивлению, вождь снова взревел и, применив один из навыков, снова прыгнул ко мне, мгновенно оказавшись рядом. Несмотря на то, что я уже несколько раз видел эту способность в деле, привыкнуть к ней не очень-то и просто. И, мне даже показалось, что враг прекрасно знает об этом, поэтому и использует преимущество собственного тела на максимум.

Эта тварь начала махать своим топором так хаотично, что я едва успевал уносить ноги, уворачиваясь буквально на грани. Прыгал из стороны в сторону, как заяц. Тут он перехватил топор в одну лапу, занес его высоко над башкой для удара сверху, а второй своей клешней — бац! — нанес резкий удар сбоку. Чисто боксерский хук, только размером с мою голову.

Черт! Только я дернулся от кулачища, уходя в сторону, как тут же огреб тем самым топором сверху. Не успел полностью убраться с линии атаки — слишком уж быстро он им махал, воздух аж свистнул. Острое лезвие полоснуло по ребрам. Не глубоко, но ощутимо.

Блин! Я отскочил на пару шагов назад, чисто инстинктивно, чтобы не словить следующий удар и не сдохнуть тут же на месте. Но на ребрах уже красовалась нехилая такая рана. Больно, зараза! И из нее тут же хлынула горячая кровь, заливая бок и рубаху. Дело дрянь.

Потерял равновесие и рухнул на землю. Вождь противно ухмылялся, решив, возможно, вложить все свои силы в последний удар по потерявшему контроль врагу… Но сдаваться так просто нельзя. Неужели тварь надеялась на то, что сломит мою волю к сопротивлению?

Используя последние силы, я применил Скачок и с разбегу прыгнул на вождя, достав из-за пояса свой последний козырь — легендарный сундук, набитый до отказа свинцовыми слитками. Несколько тонн чистого веса… Стоило твари повернуться и занести топор за спину, как я швырнув в него этот маленький предмет, размером с орех, прокричав только одно слово: «Расти!».

За секунду до столкновения сундук мгновенно вернул свою былую форму и вес, снося вождя на полной скорости. Его будто сбил грузовик. Монстр не успел даже фыркнуть, он отлетел и затем оказался придавлен более чем сотней свинцовых слитков, врезавшихся в него со скоростью, возможно, равной 140 км/ч. Это как если бы в слона въехал грузовик… Эффект точно будет серьёзный для обеих сторон.

Не знаю, смог бы я что-нибудь ещё сделать в такой ситуации, чтобы снести тридцать пять процентов здоровья босса, но мой удар поставил жирную точку в этой битве.

— Ну что, был вождём орды, а стал лепёшкой? — ухмыльнулся я. — Ну и кто теперь тут червяк, тупая ты тварь⁈

Оказывается, некоторые законы физики применять очень даже приятно в обычной жизни!

Глава 4

Я так вымотался, что сел прямо на землю, с трудом положив лук рядом, и выпил воды из чудом уцелевшей фляги. Мой организм буквально требовал передышки, но в голове всё ещё звучал бой. Кто бы мог подумать, что одна моя ошибка с прыжком на стену приведёт к таким проблемам. Как говорится, довыпендривался… Ладно, с убийством рейд босса вполне можно считать удачным, так что Система могла бы уже вывести статистику, не мешкая. Хотя бы часть… Что-то в этот раз уведомления задерживаются.

Только я допил, мгновенно вспомнив обо всём, что пережил, как вдруг перед глазами возникли уведомления Системы:

Поздравляем, Искатель! Вы совершили героический поступок, нанесли превентивный удар армии чудовищ и победили предводителя орды монстров, угрожавшей Теране, Бастиону и всему Валинору! Пусть каждый мирный житель воздаёт вам должные почести!.

Внимание! Оценка группового вклада в уничтожение Проклятого вождя орков завершена. Вам начисляется 80000 бонусного опыта, который удваивается за уничтожение монстра из орды и ещё раз удваивается за решительную победу над её лидером.

«Внимание! Выполнено пятое из десяти достижений „Защитник Бастиона“. Убейте десять особых рейдовых монстров. Прогресс: 5/10».

Внимание! Некоторые трофеи были уничтожены в битве.

Получены трофеи: Чудовищный боевой топор. Обыщите тело, чтобы получить его. Останки босса также разрешается осмотреть для получения дополнительных предметов в течение суток.

Ага, получается мой маленький трюк с сундуком привёл к уничтожению некоторых трофеев. Хотя что вообще можно было бы забрать у вождя орков? Он полуголый, вещей не так много… Может, клыки, голову, наплечники, наручи или сапоги? Да ну, всё равно это даже звучит сомнительно, какие бы бонусы они ни давали.

В голове резко раздался крайне неприятный, но уже знакомый противный звук, созданный будто из тысячи автомобильных гудков, соединённых воедино каким-то неприятным божком. На секунду я потерял концентрацию и выпал из реальности, схватившись за голову, но через мгновение быстро пришёл в себя.

Перед глазами появилось уже знакомое объявление, выделенное жирным и красным, будто кто-то специально подчёркивал каждое слово:

Внимание! Срочно! Глобальная мировая тревога! В целях сохранения баланса заклинание легендарного класса «Сжатие» было изменено: функция «Расти» сундука соответствующего качества больше не может быть активирована в случае неизбежного столкновения зачарованного предмета с живой целью.

Через несколько секунд сигнал затих, и я упал на землю, громко рассмеявшись. Боги, похоже, решили ограничивать все мои изобретения? Никто же, кроме меня, всё равно бы до такого не додумался, да и получить легендарный сундук в Валиноре не просто сложное, а крайне маловероятное событие.

Хм, интересно, а новое правило использования сундука будет работать у ворот поместья, где я придумал небольшую ловушку для незваных гостей? По сути же будет не столкновение ларца с живой целью, а легендарного предмета с брёвнами, которые уже и уничтожат противника. Хотя, более чем уверен — как только я сделаю что-то подобное боги тут же заберут и этот метод борьбы с моими врагами. Лучше бы давали компенсацию, если уж отбирают мои игрушки!

Ладно, в любом случае сундук всегда можно использовать по прямому назначению для переноса и хранения предметов. В путешествиях ларец всё равно остаётся незаменимой вещью, так что особо жаловаться не буду. Но некоторой несправедливостью попахивает…

Мало того что после Змееройки появилась опаснейшая орда, так ещё и с высокоуровневыми монстрами! А теперь кто-то из богов хочет разговаривать о «мировом балансе»? В чём же тогда он вообще заключается? По-моему, тут действует только одно правило: «что хочу, то и ворочу». Не очень приятно это осознавать.

Ладно, какой справедливости я вообще хочу от бессмертных скучающих существ, которые живут невероятно долго и просто развлекаются?

Я поднялся на ноги, подошёл к мёртвому вождю и забрал сундук, уменьшив его до размера грецкого орешка, пока нас кто-то не увидел. Мне точно надоест объяснять, что тут вообще произошло, особенно другим членам рейдовой группы. Очень мило, кстати, что они так и не появились… Подумаешь, за мной всего-то погнался лидер орды.

От размозжённого тела исходил мерзкий запах. Кровь, кишки, мясо, кости в перемолотом виде — вот и всё, что осталось от некогда гордого вождя. Это был достаточно хитрый враг и очень опасный. Хорошо, что у меня получилось добить его сундуком… Кому ни расскажи — никто точно не поверит. Отдельное спасибо Лейланне, настоявшей на том, чтобы я точно взял с собой легендарный ларец.

Интересно, а если бы я попытался придавить монстра в самом начале поединка, его бы также расплющило? Или у меня получилось добиться такого эффекта только благодаря тому, что здоровье вождя было снижено до тридцати пяти процентов? Это если не считать кучи ран, нескольких отрицательных эффектов типа Кровотечения и Повреждения сухожилий.

Хотя, а где вообще гарантия, что босс бы попался в мою ловушку сразу, когда ещё был полон сил и энергии? Увернулся бы, да и всё… А я бы потерял важную вещь, ставшую, в итоге, моей козырной картой. Да и когда бы я швырял сундук? У меня не было времени и возможности провести адекватные контратаки. Весь бой — это смесь чистого отчаяния и невероятной удачи.

Ах, ёлки… Раны на бедре и рёбрах всё же начали серьёзно болеть. Дотянуть бы хоть до Жреца с его исцелением. Ладно, не время расслабляться. Опустившись на колено, я дотронулся до останков вождя, чтобы посмотреть, что ещё можно забрать в качестве трофеев.

Перед глазами сразу всплыли уведомления:

Внимание! Поскольку вы сражались в одиночку против этого монстра и являетесь единственным воином, наносившим ему урон, не получая при этом исцеления или другой помощи от рейдовой группы во время сражения, приоритет распределения добычи переходит от лидера группы к вам. В отношении вас действует особое правило, вы можете разделить трофеи с босса или оставить всё себе — это ваш личный выбор.

Внимание! Большая часть ценных предметов была уничтожена во время сражения!.

А вот это уже неожиданный поворот событий. Могу только представить, как разозлится Данзель, являющийся главой рейдовой группы, когда узнает о том, что вся добыча с босса принадлежит мне. Хотя, мужчина, возможно, одумается и найдёт в себе силы похвалить меня? Но что-то я в этом сильно сомневаюсь. Странный он человек — ничего не скажешь…

В итоге я получил дополнительно много монет: 350 золотых, 50 серебряных и 35 медных. Также у меня получилось забрать необычный предмет мастерского качества Домашний очаг. По сути это была тёмная деревянная коробка размером с кулак, покрытая искусной резьбой и золотыми вставками.

Предназначение вещицы выясню позже, но это определённо было что-то очень ценное. Также удалось забрать Чудовищную боевую секиру вождя орков. Вот её мне точно не хочется тащить домой… Лучше продать! Может, баронесса или кто-нибудь из рейдовой группы согласится выкупить это уникальное оружие?

Стоило мне только расслабиться и оглядеться, как перед глазами появилось ещё одно нежелательное уведомление:

Внимание! Вас заметили! Получен статус: Замечен 2.

А вот за это отдельное спасибо, дорогое мироустройство… Система прямо радует неожиданными сюрпризами! Очень ведь тепло и приятно осознавать, что очередная проблема из далёких земель снова обратила на меня своё внимание.

В прошлый раз, когда меня «Заметили», то через какое-то время неожиданно выследила невероятно сильная демоница, захотевшая потрахаться дико и жестко, словно мы разъярённые звери. Не могу сказать, что хочу снова повторять подобное. Более того, не желаю даже вспоминать об этом… Кто же на меня обратил свой взор на этот раз? Боги, пусть это будет кто-то милый и добрый, а не страшный и жутко злой…

Надеюсь, наша встреча произойдёт не очень скоро, и у меня будет время расспросить Мию обо всём этом… Должна же она что-то знать. В прошлый раз она вела себя странно и скрытно, но теперь она моя невеста! Как вернусь в Мирид — хорошенько поговорим о том, что или кто меня «Заметил».

Вообще, надо бы поскорее разбираться с делами и спешить домой. Что-то я тут слишком задержался. Да и с остатками монстров надо разобраться… Хотя в моём текущем состоянии это сделать будет трудно. Надо сначала получить помощь от Жреца или Арбитра прежде чем я упаду от потери крови, которая, к слову, и не думала останавливаться.

Ничего, остальные подождут появления героя… У меня получилось в одиночку уничтожить настоящего лидера целой орды монстров! Кто, ну кто сможет таким похвастаться, а? Пока другие испытывали трудности от обычных чудовищ, я насмерть дрался с самой сильной тварью вражеской армии! А она же ещё и на пять уровней выше моего!

Да, мою битву трудно назвать эталонной, и я сильно оторвался от своих, поэтому понятия не имею как проходит остальное сражение с многочисленными чудовищами, но, надеюсь, мои союзники позаботились об этом и…

Не успел я закончить мысль, как моё чутьё завопило об опасности. Только я перекатился в сторону, схватил лук и активировал Быстрый выстрел, накладывая стрелы на тетиву, как в то самое место, где я сидел, прилетел знакомый острый кинжал, на лезвии которого виднелось маслянистое чёрное вещество. Это определённо был яд. И принадлежало это оружие Теневому клинку. Вот только… какого хрена он творит⁈

В место, где, как я подозревал, между деревьями скрывался убийца, я выпустил несколько стрел. Из тени тут же метнулась фигура, и свет заискрился, когда человек в плаще и капюшоне шагнул на солнечное пространство.

— Вот ты и раскрылся, ублюдок! — прорычал я, натягивая тетиву для новой стрелы. — Думал, сможешь скрыться от моего чутья, Теневой клинок? У тех, кто использует Невидимость и Скрытность, есть куча слабых мест. Если ты этого не знал, идиот, у вас ещё и Жажда крови. Это делает вас заметными, даже когда вы пытаетесь быть незаметными.

Мужчина не сказал ни слова, выхватил два довольно длинных кинжала и рванул прямо ко мне. Убийца был на удивление быстрым, а его движения странными и словно размытыми для глаз. Это что, особенность их класса? Понятно, значит, рассчитывать можно только на своё чутьё и мастерство…

Нет, на открытой местности лучше с этим ублюдком не сталкиваться. Выпустив четыре стрелы, я применил Скачок и бросился в рощицу, попутно следя за действиями убийцы, чтобы он не бросил вдогонку ещё один отравленный кинжал.

Теневой клинок прорычал что-то ругательное на неизвестном мне языке и бросился в погоню. К моему большому удивлению, он бежал достаточно быстро и был даже проворнее Беллы в её лучшем состоянии. Однако этого всё ещё было недостаточно, чтобы догнать меня. А это ведь я ещё и ранен… Представляю, как убийца негодует и злится.

Лавируя между деревьев, я активировал откатившийся Быстрый выстрел и продолжил стрелять в убийцу. Вот только, что ему вообще от меня надо? Расстроился, что не получил свою часть добычи? Или он действительно всё это время притворялся и выполнял чей-то контракт, решив забрать мою голову? Неужто Фендал раскошелился на Гильдию Убийц?.. Надо всё проверить!

— Если ты здесь, чтобы украсть добычу с павшего вождя, то знай, что практически вся она уничтожена во время битвы. Особо забирать тут нечего, — выкрикнул я, продолжая стрелять. — Так может и сражаться не стоит, а?

Убийца подобрался ко мне достаточно близко, чтобы я заметил его силуэт и, как мне показалось, жестокую ухмылку.

— Не беспокойся, я обязательно ограблю тебя и заберу всё что можно, как только уничтожу тебя! — ответил он, ловко парируя мои атаки. — Мой контракт оплачивается достаточно щедро, но кто же откажется от лёгкой добычи? Точно не я!

Значит, всё-таки, убийца выполнял контракт…

— Ах, договор, значит. Получается, у недорыцаря Фендала нашлись яйца, и он решил подкупить серьёзных дядек, чтобы разобраться со мной? — усмехнулся я, сжав лук и прицеливаясь.

Теневой клинок остановился в паре метров передо мной, поглощённый тенью, и покачал головой.

— Неужели ты думаешь, что я выдам своего нанимателя, рассказывая тебе о деталях моего… — не успел договорить, как в него полетела порция стрел.

Мужчина ловко отразил атаку, его взгляд загорелся яростью.

— Ах ты ублюдок! Мы же говорили! — прорычал он, и в тот же момент растворился в темноте, скрывшись в тени.

Я снова использовал Быстрый выстрел, стараясь вычислить, где сейчас находится противник.

— Ты не будешь рассказывать о нанимателе, так и мне не очень хочется слушать о причинах твоего нападения, — слукавил я, подначивая мужчину.

Словно из ниоткуда на меня бросился Теневой клинок, но я отскочил и выпустил стрелу, применил Вспышку, и снова выстрелил. Мужчина не ожидал серийной атаки, поэтому, потеряв контроль, всё же пропустил один снаряд, прилетевший ему прямо в бедро. Это сняло приличный пласт здоровья и повесило на него отрицательный эффект, снижающий подвижность.

Пока мужчина пытался прийти в себя, я выпускал столько стрел, сколько мог, но из десяти только одна достигла цели, оставив на боку противника заметную рану.

Теневой клинок выругался и снова прыгнул в тень, а я принялся выслеживать тварь, внимательно следя за окружением.

Глава 5

Убийца попытался полностью скрыть своё присутствие, но от Охотника с хорошо развитым чутьём опасности, да ещё и в лесу, где мои навыки выслеживания добычи работают лучше всего, ему просто так не уйти. Теневой клинок и сам не понял, как начал играть по моим правилам, последовав за мной в местность, где мой класс чувствует себя лучше всего.

Я осторожно двигался, внимательно следя за окружением и каждым шорохом. Повезло, что в этой части рощицы не осталось монстров, так что, по сути, мы с этим убийцей здесь один на один. А значит, скрыться ему будет очень трудно.

— Кто же знал, что наниматель окажется прав, — прошипел он будто одновременно из неоткуда и отовсюду. — Ты слишком опасный ублюдок, которого нужно убить как можно быстрее.

Да, а этот Теневой клинок оказался разговорчивее, чем я думал. А как пытался доказать, что будет сохранять профессионализм и не раскроет сведений о заказчике. И так ведь очевидно, кто его послал… но ладно, если уточню — ничего плохого точно не произойдёт.

— Какой ты сквернословный… Тебя же Фендал послал, правда? Ему следовало выбирать убийцу получше, потому что ты — олицетворение слабости, — подначивал я и усмехнулся.

Мужчина появился в нескольких метрах от меня, сидя на большой ветке.

— А ты всё пытаешься заставить меня подтвердить имя нанимателя. Было бы крайне странно рассказывать объекту об этом. Кроме того, считаешь, что я слабый? Ну что же, тогда за другими целями, к которым он меня направил, я отправлюсь с куда большим энтузиазмом, если так уж сложно получилось с тобой, — сказал он и рассмеялся, а затем, через мгновение затих и снова вошёл в режим Скрытности.

Другие цели? Только не говорите мне, что Фендал заказал Гильдии Убийц ещё и жителей поместья. Если это так, то моя семья в невероятной опасности. А что если Теневой клинок действует в паре с кем-то, кто прямо сейчас направляется в Мирид? Вот же чёрт!

Ещё и убийца будто испарился. Он сумел подавить даже жажду крови, надеясь застать меня врасплох. Однако многие люди, использующие Невидимость или Скрытность, забывают о минусах своих навыков — полностью скрыть присутствие невозможно. Ты всё равно будешь издавать шум, пусть и слегка приглушённый, а трава не перестанет приминаться под ноагми.

Уйти далеко он точно не сможет, потому что если сейчас отпустит меня — все узнают о его настоящей личности и мотивах присутствия в рейде. А вот я вполне могу попытаться в критической ситуации сбежать. Предупрежу Марону, что она тоже может быть в списке потенциальных целей, и на всех порах отправлюсь в поместье. Надеюсь, там сейчас всё будет хорошо. Хотя, девушки тоже не из робких — за себя постоять смогут. Сейчас лучше сосредоточиться на собственных проблемах и выживании.

Так как же мне выследить этого наёмника? Должны же быть какие-то следы: сломанные ветки, шорохи, примятая трава или… кровь! Ага, в некоторых местах есть небольшие капли. Благодаря навыкам Охотника и Орлиному зрению у меня должно получиться выследить тварь. Главное, внимательно всматриваться во все окружающие детали. Подсказок хватает — только правильно изучай их!

Возможно, Теневой клинок понимал, что его Невидимость не будет идеальной, но что он мог сделать, когда я смесь Разведчика, Лучника и Следопыта? Да ещё и нахожусь в нескольких метрах от него.

Сзади раздался тихий треск ломающихся веток, я обернулся: трава примята, сам воздух будто задрожал, а чутьё подсказывало, что лучше увернуться.

Всего через мгновение в то место, где я стоял, прилетел очередной отравленный кинжал, появившийся будто из ниоткуда. Неприятно, что все предметы, надетые на убийцу, тоже спрятаны в Невидимости и их расплывчатые очертания можно заметить только после того, как Теневой клинок их кинет в цель.

Однако увернуться было недостаточно, убийца придумал хорошую ловушку, потому что кинжал и не должен был попасть в меня. Его задача заключалась в отвлечении внимания, пока сам мужчина подбирается ко мне.

Впереди меня материализовался наёмник, и отреагировать я уже не успею. Сзади дерево, слева плотные заросли, а впереди и справа — потенциальная область атаки убийцы. Ладно, если угрозы не избежать, нужно хотя бы попытаться правильно принять удар с минимальным для себя ущербом…

И только ко мне метнулся убийца с кинжалом наготове, и я приготовился к атаке, как вдруг почувствовал, что сюда издалека несётся что-то или кто-то очень быстрый. Возникло ощущение, что сейчас прилетит ракета и весь мир погрузится в хаос. Теневой клинок не обратил на это внимание и уже занёс руку, намереваясь проткнуть мне сердце.

Однако сзади неожиданно появился Илин, схвативший руку убийцы и отбросил нападавшего на несколько метров вперёд, вбив его прямо в ствол дерева. Раздался треск и мужчина застонал. Я же был ошеломлён внезапным появлением Монаха. Его кожа стала практически полностью фиолетовой, мускулы словно раздулись, а вены по всему телу набухли и пульсировали. Сейчас он выглядел очень плохо, словно мутант…

Ничего не объясняя, Илин рванул к попытавшемуся встать убийце с невероятной скоростью, такой, которую я бы не смог выдать, даже если бы использовал все свои навыки ускорения. Теневой клинок попытался парировать атаку, но одним быстрым движением Монах ударил по затылку наёмника. Раздался противный щелчок, и враг обмяк, распластавшись по земле. Надеюсь, от такого он не сразу умрёт и сможет с нами поговорить…

Сразу после удара монах поморщился и издав сдавленный крик упал рядом с телом убийцы. Я тут же бросился к Илину и отнёс его к ближайшему дереву, не спуская глаз с тела наёмника. Вдруг у него остались трюки на случай попадания в плен.

— Эй, дружище, ты в порядке? — аккуратно спросил я, помогая монаху сесть, оперев его спиной на дерево. — Что ты вообще тут делаешь? Спасибо за выручку, пришёл в самый нужный момент… Неужели вы разобрались с армией монстров?

Илин натянуто улыбнулся, и из его рта закапала кровь. Чёрт, этого ещё не хватало…

— Открытие Пятого замка требует невероятных усилий, как я и говорил. К сожалению, нам не удалось избежать этого, так что имеем что имеем, — прохрипел он. — На моём уровне делать это опасно, да и я ещё не обладаю полным умственным и физическим контролем над телом и разумом. В общем, рискнул… И, как оказалось, совсем не зря. Правда же, дружище?

Я кивнул, сдерживая раздражение, и уселся рядом с ним. Раны Илина были серьёзными, но меня больше беспокоило его самодовольство в такой момент.

— Да, ты появился как раз вовремя. Я уже думал, какой бок лучше подставить под удар… — сказал я, сплюнув на землю, не скрывая цинизма. — Ты так неожиданно выскочил, да ещё и рванул к убийце, что я даже понять ничего не успел. Как ты нас нашёл? С помощью Третьего глаза?

Монах покачал головой и тяжело вздохнул. Я понимал, что у него нет сил говорить много, но ответ всё равно показался мне странным.

— Нет, разве мог бы я так быстро овладеть таким серьёзным навыком, требующим месяцев упорного труда? — произнёс он, поморщившись от боли в груди. — Боюсь, я просто мчался сюда в надежде найти тебя и помочь. В какой-то момент мои чувства обострились, я почувствовал опасность и жуткую жажду крови, исходящую от центра рощи. Такое можно ощущать, когда кто-то сражается насмерть. Вот так я и отыскал тебя.

— Понятно… Монахи как всегда удивительные… — сказал я, качая головой, чтобы скрыть усталость и недовольство, и повернулся к теме. — Скажи, как у вас дела? У меня тут были, мягко говоря, свои проблемы после той разрушительной атаки босса.

Илин устал улыбнулся и уже выглядел чуть бодрее, чем пару минут назад.

— Когда ты пропал из виду вместе с боссом, мы перегруппировались и продолжили уничтожение его свиты. Бой был тяжёлым, но без предводителя они, как потерянные, так что мы уничтожили орков и всех сильных врагов. Сейчас там остались только слабые чудовища, поэтому я оставил группу и побежал искать тебя. Остальные занимаются зачисткой, вот и всё, что могу сказать, — сказал Илин, покручивая шеей. — Так кто это был на самом деле? Он пропал сразу после той атаки босса, как и ты. Неужели наёмник, посланный Фендалом, чтобы убить тебя?

Я кивнул и поморщился. Он прав, но вряд ли мы найдём что-то конкретное.

— Думаю да, но подтверждения этому не было, — произнёс я, и горько вздохнул. Хотя все признаки налицо. Кто бы ещё так сильно хотел моей смерти?

Илин хмыкнул и указал на пришедшего в сознание убийцу.

— За меня не беспокойся, как-нибудь справлюсь. Лучше позаботься о нашем «друге». — сказал он, выдыхая с облегчением. — Но будь осторожен, у этого класса могут быть навыки для последней атаки.

Я кивнул, настороженно подошёл к убийце, держась на безопасном расстоянии, готовый в любой момент применить Скачок. У Теневого клинка действительно была способность Последний вздох, которая давала ему кратковременное усиление — для отчаянной атаки или, как он недавно показал, самоубийства.

Раненый мужчина перевернулся на спину и попытался сесть, опираясь на дерево. Он бросил на меня взгляд, полный ненависти, но едва мог дышать, не кричать от боли. Монах приложил достаточно усилий, чтобы не оставить ему шансов.

— Ха, возможно, я и провалил этот контракт, — выдавил он, дыхание прерывистое. — Но не думай, что всё закончится так просто. Гильдия не оставляет дела недоделанными. Рано или поздно добьются своего. Ты и твои шлюхи умрёте. Особенно рыжая. За неё заплатили больше, запросили особую казнь…

Меня охватила ярость, но я сдержал её, понимая, что он хочет меня провоцировать. Он знал, что ему не сбежать, и теперь будет говорить всё, чтобы я добил его, не задавая лишних вопросов.

— Думаю, этого не произойдёт, если я убью твоего нанимателя прежде, чем кто-либо узнает о твоём провале, — как можно спокойнее ответил я. — Тогда не придётся переживать за вашу Гильдию Убийц.

Да, сейчас это единственный выход. Фендал перешёл последнюю грань, заказав наше убийство. Теперь угроза для моей семьи возросла в разы. Никакого мирного решения не будет. Только резня, и смертный приговор рыцарю. Даже если меня за это накажут, Фендал должен умереть. Теперь сомнений нет. Хотя не хотелось бы оставлять детей и молодёжь одних…

Теневой клинок захрипел.

— Моя неудача сразу будет видна Высшему кругу. Гильдия всегда узнаёт, когда кто-то из наших погибает, в какой бы точке мира это ни произошло, — выдавил он, пытаясь дышать.

Сильно мы его всё же припечатали… Атака монаха выбила из него остатки сопротивления.

— Тогда, полагаю, придётся оставить тебя в живых и взять под стражу, — сказал я и вздохнул. — Не очень бы хотелось, но сам сказал, что твои сразу узнают о гибели соратника.

— О, нет, Охотник, ты так не поступишь! Просто не успеешь! — саркастично сказал Теневой клинок, мерзко щёлкнув челюстями и плюнув в меня. — Тебе не взять меня в плен, идиот!

Я успел отскочить, и жижа не попала на меня. Но в том месте, где я стоял секунду назад, земля зашипела. Мерзкая штука! Убийца улыбался, его тело корчилось в судорогах. Последний вздох был его единственным выбором. Но мы не узнали бы ничего, даже если бы взяли его в плен. Гильдия Убийц наверняка бы нашла способ его устранить, прежде чем он наговорил лишнего…

Через мгновение, когда мужчина прекратил биться, я подошёл к нему. Да, он точно совершил суицид. Жалко ли мне его? Нисколько. Но всё же неприятен тот факт, что теперь Гильдия Убийц знает о провале своего наёмника. И это совсем не внушает оптимизма.

— Ситуация — полное дерьмо, — неожиданно сказал помрачневший Илин.

— Никогда не слышал, чтобы ты ругался, — сказал я и принялся обыскивать труп убийцы. — Но да, ты прав.

— Потому что мы в жуткой опасности, — сказал монах, покачав головой. — Тут уже не до сохранения невозмутимости.

Обыскивая труп убийцы, я надеялся найти хоть что-то: записки, оружие, скрытые символы, эмблемы… Но ничего. Этот ублюдок был настоящим профессионалом — тщательно скрывал следы. Не нашёл даже яд, которым он отравил свои кинжалы.

Дело дрянь. Проблем стало только больше. Что мне теперь с этим делать? Ума не приложу…

Глава 6

Чувствуя тупую боль в ноге, я, хромая, подошёл к Монаху. Он держался на ногах из последних сил, бледный, со стиснутыми зубами. Подхватив друга под мышки, с усилием поднял. Тащить его, по сути, на себе оказалось непросто. Каждый шаг отдавался в теле ноющей болью, но сейчас важнее всего выбраться из этого места.

— Нам обоим нужен целитель, — выдохнул я, стараясь, чтобы голос звучал ровно.

— Без возражений, друг мой, — пробормотал Илин, стараясь держаться прямо, но всё сильнее наваливаясь на меня. Он дышал часто и прерывисто, а кожа казалась холодной на ощупь. Монах посмотрел прямо мне в глаза, взгляд потемнел, в нём читалась тревога, несмотря на внешнее спокойствие. — Что ты собираешься с этим делать?

Я посмотрел на северо-запад, в сторону Тверда. В голове уже сложился план действий, простой, жёсткий, как и требовалось в таких ситуациях.

— Предупреди Марону, проверь, что с ордой окончательно покончено, а потом найдите Фендала и убейте. Нужно разобраться с этой гильдией убийц. Как угодно, главное, чтобы ни одного хвоста не осталось.

Илин на миг сжал моё плечо. Уже не так, как раньше — без той внутренней стали в пальцах.

— Задача непростая, но по-другому нельзя. Я поговорю с Мароной, попрошу её временно перебраться в Мирид вместе с Амалисой и остальными, кто может быть в опасности. А сам включу Третий Глаз и начну отслеживать всё, что шевелится. Пока ты не вернёшься или не выйдешь на связь — я не дам никому подойти. Ничего, справлюсь. Главное — чтобы ты дошёл.

Я кивнул. Пружина внутри чуть разжалась. Не отпустило — но дышать стало легче. Этого хватило, чтобы собраться и снова двинуться вперёд.

— Спасибо. Серьёзно. Ты знаешь, как много это значит для меня.

Монах скривился, сжал зубы, чтобы не застонать от боли, на лице промелькнула тень сожаления.

— Жаль, что не смогу пойти с тобой, намного спокойнее, когда рядом тот, кто прикроет спину. К тому же путь неблизкий, а ты ранен.

Я покачал головой, прокручивая в голове варианты.

— Сейчас важнее всего скорость. Пойду налегке, только оружие и снаряга. Давно не бегал на полную, всегда кто-то находился рядом, лошади, напарники, потому и и темп держал соответствующий. Но если выжму из себя максимум и вовремя использую «Рывок Гончей», думаю, смогу добраться до города уже завтра. К рассвету, если повезёт.

Илин присвистнул. В его глазах мелькнул огонёк уважения, смешанного с лёгким сомнением.

— Скажешь кому другому, не поверят. Без артефактов, без порталов… Да это нереально! Но в твоём случае даже не сомневаюсь, — он слегка оживился, вскинул голову и глянул вперёд. Обострённое чутьё монаха явно что-то уловило.

Я проследил за его взглядом. Из-за одной из земляных стен вышли Данзель с остальными. Рейд был цел, по крайней мере на первый взгляд, только вот друида среди них не видно. Что-то сжалось внутри коротко, колюче. А вдруг не выжила? Плохое предчувствие ударило под дых.

Мы встретились неподалёку от того места, где я завалил проклятого Вождя орков. Его туша всё ещё лежала там, огромная и неподвижная, напоминая о масштабе схватки. К моему облегчению, Жрец не стал задавать лишних вопросов, а сразу наложил исцеляющую магию сначала на меня, потом на Илина. Тепло разлилось по телу, снимая часть боли и усталости. Приятное, хоть и временное облегчение.

Моё состояние заметно улучшилось. Не до конца, но жить можно, а вот Илин… Магия на него почти не подействовала, повреждения после открытия Замков явно лечению не поддавались. Только время и покой могли помочь.

Если он не перегорел, значит, шанс есть.

Хотелось верить, что здесь именно тот случай. Хотя лицо Илина покрыла смертельная бледностью, он тяжело дышал, но в глазах по-прежнему горел огонь. Значит, не всё потеряно, внутренний стержень куда важнее любой магии.

Данзель склонился над телом Вождя, будто ждал, что тот очнётся и расскажет, как именно сдох. На лице читалась смесь растерянности и раздражения, он продолжал читать заклинания, машинально, словно по инструкции. Но лишь закончил, выпрямился и снова вперился в меня взглядом, как будто лично я ему жизнь испортил. В глазах отразились неприязнь и недоверие, почти вражда.

— Что это вообще значит? — буркнул он, сверля глазами то мёртвого монстра, то нас с Илиным. — Ты уже забрал добычу? И где наш товарищ, он отправился тебе на помощь. — В его голосе прозвучала претензия.

Я спокойно пожал плечами — не видел смысла вступать в пустой спор.

— Добыча моя. Всё по правилам. Я его в одиночку положил. А приятель ваш вон он, — махнул в сторону, где лежал труп Убийцы. — Сдох.

По рядам остальных прокатилось недовольное сопение, кое-кто даже хмыкнул. Один из бойцов громко фыркнул, словно не верил или просто хотел сделать вид, что не верит. Они явно не ожидали такого поворота событий и не хотели признавать очевидное.

— Это правда, — спокойно, но с хорошо скрываемой злостью сказал Илин. Со стороны казалось, будто Данзель оскорбил лично его. — Когда я прибыл, Вождь уже был мёртв, — хотя голос его звучал слабо, в нём чувствовалась твёрдость.

Но у Данзеля эти слова вызвали обратную реакцию. Он завёлся с полпинка, лицо налилось краской.

— Очевидная чушь! — рявкнул он. — И так ясно, что твой дружок прикрывает наглую ложь. Наш погибший товарищ точно рассказал бы другую историю! Как вы смеете так легко топтать его память⁈ Присваивать чужой вклад в…

Он уже почти сорвался на крик, размахивал руками, как базарный торговец. Осталось только чтобы начал плеваться.

У меня не было ни желания, ни времени слушать этот спектакль. Счёт шёл на секунды.

— Во-первых, он не был в группе. Ни в отряде, ни в рейде — нигде. О его действиях, передвижениях и «вкладе» никто даже не знал. Он появился в самом конце, когда бой уже был закончен. А знаешь, что он сделал? — я сделал шаг вперёд и посмотрел ему в глаза. — Попытался вонзить отравленный кинжал мне в спину. Вот и весь его вклад.

Говорил жёстко, без эмоций.

Никто из них, похоже, даже не знал, где лежит труп этого «товарища». Он остался позади, у края поля, где мы с ним и схлестнулись. Отсюда его не видно — между нами завал из мёртвых тварей.

Я отошёл в сторону, протиснулся между тушами, перескочил через развороченное тело огра и добрался до места. Убийца лежал так, как я его и оставил — развалившийся, с полузакрытыми глазами и пальцами, судорожно сжимающими воздух.

Присел на корточки, выдернул свой кинжал. Тот самый, с чёрным покрытием, ещё тёплый от его руки.

Один миллиметр, и всё. Конец. Эта мысль всё ещё отдавалась холодком вдоль позвоночника.

Вернулся туда, где спор уже почти перешёл в ор. Не говоря ни слова, подошёл к Данзелю и швырнул кинжал ему под ноги.

Он вошёл в землю с глухим, плотным звуком — как нож в плоть. Лезвие дрогнуло и замерло.

— Вот его «вклад». Отравленный клинок мне в спину. — Никаких эмоций. Только факты. — Он был Тёмным Клинком, как я и говорил, — мы смотрели с Данзелем глаза в глаза. — Он сам признался, зачем пришёл. Убить меня и всех, кто рядом, — голос мой звучал ровно, жёстко, безапелляционно. — В том числе и нашу Леди, — последней фразой я озвучил приговор убийце.

По рядам прокатился тяжёлый выдох. Информация усваивалась со скрипом, но спорить с фактом, воткнутым в землю, невозможно. Данзель уставился на кинжал, побледнев, затем облизал пересохшие губы, будто не знал, что сказать. Шок и неверие боролись в нём.

— Ты мог бы… — он начал бормотать что-то бессвязное про память и честь.

— Ой, хватит, Жрец, — перебила его Боец, раздражённо и нетерпеливо качнув головой. — Посмотри на этого ублюдка, он расплющен в лепёшку. Что бы тут ни случилось, это было настоящее мясо, и не зря Система прислала уведомление об изменении баланса в локации сразу после того, как вся орда резко потеряла управление. Совпадение? Не думаю, — она указала на искорёженное тело Вождя, подтверждая мои слова. — К тому же он не смог бы залутать босса, если бы ему помог кто-то из группы, даже если бы этот кто-то потом погиб. Правила добычи так не работают.

— Даркб… — начал Священник, но тут же осёкся. — Я имею в виду, наш… неуказанный классовый спутник вообще не входил в группу, и на него правила добычи не распространялись, — он цеплялся за последние соломинки.

— И что? — резко бросила девушка. — Это вообще ничего не меняет. Он не показывал вам свой класс, потому что являлся убийцей. Пришёл за Артёмом и не справился. Теперь он мёртв. Это факт, — поставила она точку.

Я коротко, без слов кивнул ей. Спасибо, приятно, но уже понимал, оставаться тут дальше — пустая трата времени. Каждая минута промедления работала против нас, грозя снять неумолимую плату с тех, кто мне дороже всего.

— Нам нужно добраться до леди Мароны и рассказать ей, что произошло, — сказал я без лишних эмоций. Главное не спор, а дело. — И да, добычу с убийцы я забирать не стану, но когда полезете его обыскивать, советую быть аккуратнее. У таких, как он, всегда найдётся какая-нибудь подлянка: отравленные иглы, скрытые ловушки…

Больше задерживаться не стал, развернулся и пошёл прочь.

Илин всё ещё опирался на меня. Шёл тяжело, но с ритма не сбивался. Держался, не падал.

Удивительно, но Данзель промолчал. Даже не окликнул. Стоял в стороне с каменным лицом и, похоже, наконец включил голову. Остальные тоже молча, без лишних слов разошлись по полю кто к телу Вождя, кто к Тёмному Клинку обыскивать.

— Кстати, насчёт добычи, — прохрипел Илин, когда мы двигались вдоль земляного вала. Говорил тихо, но интерес всё же пробивался сквозь усталость.

— Что с этой махины выпало?

Я покачал головой:

— Пшик. Немного золота и один хороший предмет. Не то, чего ждёшь от босса такого уровня. — Я сделал паузу, вдохнул поглубже и сразу почувствовал, как воздух врезался в лёгкие тяжёлым свинцом. Запах крови, мокрой земли и чего-то ещё похожего на перегар после ночной драки. — Правда, из-за того, что активировал Легендарный Сундук прямо во время боя, часть добычи, похоже, сгорела, — я вздохнул. — С ней ушли и трофеи. Весомые. Жив остался, и то хорошо, но часть лута потеряна навсегда, и жалеть уже нет смысла. Да и не время.

В руке появилась небольшая, но тяжёлая коробка с золотыми вставками и хитрой гравировкой. Металл холодил руку. Чувствовалось, не безделушка.

— Вот. Домашняя метка.

Название прозвучало странно, по-бытовому, но я уже научился не судить по обёртке.

— Баланс и гармония, — тихо произнёс Илин, глядя на артефакт как на что-то священное. — Ты продолжаешь удивлять, Артем. У тебя точно все хорошо с удачей.

— Это хорошо, да? — я повертел коробку в руках.

Надо же, как каждая грань выверена! Вещь явно непростая, чувствовалось сразу.

В бою как-то не до изучения разных артефактов, но сейчас, когда руки не тряслись, я наконец открыл описание и сразу понял, почему у монаха так глаза загорелись.

Домашняя метка

Уникальный предмет высшего качества

Позволяет один раз в сутки активировать способность «Возврат домой»:

Искатель становится нематериальным и неуязвимым

Может переместить себя, спутника, скакуна и до 150 кг багажа

— Дальность до 160 километров

— Активация 10 минут

— Скорость перемещения ~3,2 км в минуту

— Движение происходит строго по прямой

— Охренеть! — вырвалось раньше, чем успел прикусить язык.

Внутри будто что-то сжалось, не от страха, а от масштаба. — Это же… типа телепорта? Быстрое перемещение?

Илин кивнул, в глазах блеснул тот редкий азарт, что появляется, когда его что-то по-настоящему цепляет.

— Вроде того, — сказал он. — Но не простой телепорт. Ты не просто исчезаешь, ты становишься… другим. — Он сделал паузу, подбирая слова. — На время становишься невидимым, неуязвимым. Ни ловушки, ни удары тебя не берут, и мчишься прямо по линии сквозь леса, скалы, даже стены. Пока метка активна, тебя как будто нет.

Я молча кивнул. Да-а, штука серьёзная. Очень.

Илин коротко хлопнул меня по плечу. По-свойски, как будто проверял, всё ли я понял, в сознании ли вообще.

— Если бы ты сбросил всё лишнее, лошадь, груз, и двигался налегке, то сотню километров пробежал бы за несколько часов, — он кивнул на коробку в моей руке. — А с этой штукой ты не просто преодолеешь нужное расстояние за час, а ещё и всех рядом с собой утащишь. Представляешь?

Я снова посмотрел на артефакт, который всё ещё лежал у меня на ладони, и пальцы сами собой прошлись по узору. Гравировка тонкая, чёткая? не кустарщина, не сувенир для туристов. Словно что-то древнее, пришедшее из глубины веков и несущее в себе глубокий тайный смысл, некое предназначение. Вещь, сделанная не для продажи, а для настоящей задачи. Казалось, будто от самого металла шёл тихий гул, еле уловимый, но цепляющий.

— И насколько часто такие вообще выпадают? — спросил я, стараясь сдержать нахлынувшие чувства, хотя внутри, если честно, буквально бурлило море эмоций.

Глава 7

Илин усмехнулся. Усмешка получилась горьковатой, с пониманием того, насколько нам просто повезло.

— На нашем уровне? Никогда. Я, во всяком случае, не слышал ни об одном случае. Это как выиграть в лотерею, о которой даже не знаешь, что она проводится. — Он пожал плечами, словно отгоняя наваждение.

— На сорок пятом уровне, может быть, где-то один из двухсот мировых боссов или монстров в глубоких подземельях может уронить нечто подобное. В рейдах, где собираются сотни человек, шанс повыше, один из двадцати, но это редчайшая штука. Радуйся, тебе повезло. Крупно.

— Ясно. Будем беречь.

— Преодолеть больше ста шестидесяти километров за час… — Илин снова покачал головой, его взгляд метался от артефакта ко мне и обратно, будто он до сих пор не мог поверить, что такая уникальная вещь действительно сейчас находится у меня в руках, — в то время как обычный человек топает три-четыре дня пешком, если не погибнет по дороге, или два дня трясётся верхом на хорошей лошади… А тут час! И это ещё не всё. Главное даже не скорость, а возможность уйти от любой, абсолютно любой засады или погони, если успеешь продержаться всего десять минут, чтобы активировать метку. Поверь мне, Артём, за такую возможность на рынке можно просить хоть пятьдесят тысяч золотых, и продашь её в тот же день. Удвой сумму, и всё равно найдётся покупатель. Быстро. Этот артефакт бесценен.

Разговор замер. Мы свернули за земляной вал, и передо мной открылась картина, которая заставила внутренности сжаться в тугой узел. Запах крови, земли и чего-то едкого, горелого, ударил в ноздри. Даже человеку, повидавшему всякое, смотреть на такое тяжело.

Траншеи, наспех сколоченные баррикады, земляные насыпи — всё здесь, казалось, пропиталось кровью. Не метафорически, а буквально. Кровь вперемешку с грязью, куски чего-то, ещё совсем недавно живого, разбитые в щепки щиты, сломанное оружие. Мёртвые монстры лежали как попало, в самых немыслимых позах. Вокруг, куда не кинь взгляд, сплошь изуродованные тела, разрубленные глотки, оторванные конечности, вспоротые животы. Настоящее поле бойни. Мясорубка.

Но среди тех, кто сражался на нашей стороне, потерь оказалось меньше, чем я ожидал. Больше сорока убитых. Сорок жизней, оборванных в один миг. Это много. Всегда много. Но, как ни крути, могло случиться в разы, на порядок хуже. Могло лежать не сорок, а сто пятьдесят. Или ещё больше…

Армия Мароны выглядела измотанной, выжатой до последней капли сил, но лица тех, кому повезло выжить, расслабились; напряжение, висевшее в воздухе последние дни, наконец-то спало. В глазах читалось облегчение, смешанное с усталостью и горем по павшим товарищам. Те, кто пережил эту ночь, собирались завтра, если всё пойдёт по плану, смогут вернуться домой, к своим семьям. К привычной жизни, которая теперь, конечно, никогда уже не будет прежней. Кто-то получит свою долю платы за риск, кто-то долю добычи. А кто-то, возможно, новый уровень, который даст больше шансов выжить в следующий раз.

Мы шли прямо по линии укреплений, переступая через обломки и тела. Посреди уставших, но счастливых, празднующих победу людей в самом центре толчеи промелькнула женская белокурая голова. Амалиса пробиралась сквозь радостную хаотичную неразбериху, и, завидев нас, сразу метнулась в нашу сторону. Подбежав, поддержала Илина под другую руку, вцепилась крепко, почти по-детски, словно боялась, что он исчезнет.

Когда мы коротко, без лишних деталей, рассказали итоги боя и, что произошло с убийцей, который напал на меня, и что он сказал перед смертью, её лицо мгновенно побледнело. С него сразу же исчезла юношеская беззаботность, а в сияющих глазах, светящихся радостью, на миг мелькнуло что-то взрослое, тяжёлое. Страх.

Через пару минут к нам присоединился Дректар. Я сразу заметил его в толпе. «Жив, и это главное», прямо написано на лице, хотя сам выглядел так, будто по нему прошлись не только монстры, но и кувалдой порядочно так поработали. Весь в крови, чужой ли, своей, не разобрать. Броня помята, в зазубринах, кое-где пробита. Движения скованные, видно, что болит всё тело, но на ногах держался.

Я шагнул вперёд, навстречу, и крепко, по-мужски, пожал руку будущему зятю. Шершавая, сильная ладонь сжала мою в ответ.

— Рад видеть тебя живым, вождь, — улыбнулся я, глядя ему прямо в глаза. — Как твои бойцы? Держитесь?

Молодой хобгоблин попытался выдавить ответную улыбку. Получилось слабо, скорее гримаса.

— Победа вышла… славной, — выдохнул он, но мне-то понятно, для него это сейчас просто слово, обозначающее конец бойни. Не праздник. Не триумф. — Потерял двоих. Дак’у’Ло и Каг’у’Гори. Хорошие воины… были, — он помолчал, взгляд стал тяжёлым. — Хорошие друзья.

Я молча положил ему руку на плечо.

— Скорблю вместе с тобой, брат.

Дректар судорожно, тяжело вздохнул, казалось, собирал себя по кускам. Но затем, будто стряхивая с себя слабость или отгоняя мысли о потерях, выпрямился. В голосе вновь зазвучала сила вождя, пусть и немного надломленная болью.

— Мы скоро начнём погребальный обряд, Окажите честь, поприсутствуйте на нём. Для нас это важно.

— Я бы… — на мгновение замолчал, взвешивая слова, покачал головой. Не время для обрядов, как бы важны они ни были. — Боюсь, на этом всё не закончилось, Рек. Победа над ордой — не финал, а лишь передышка.

Коротко, без лишних эмоций или деталей, я рассказал ему о нападении убийцы. О том, что тот сказал перед смертью, и о том, почему это теперь напрямую касается нас всех. Говорил быстро, чётко. Оценку ситуации дам позже.

Дректар слушал, нахмурившись, лицо стало непроницаемым, сосредоточенным.

— Удвоим охрану в поместье Мирид, — наконец принял решение он, глядя мне прямо в глаза. Взгляд стал твёрдым, решительным. — Никто не подойдёт к моей сестре и её ребёнку. Клянусь.

Он низко поклонился. Это выглядело отнюдь не театральным жестом, а искренним знаком уважения и благодарности за предупреждение.

— Сожалею, что вынужден ускорить сожжение Дака и Кага. Хотя для нас обряд очень важен, но ждать нельзя. Через час собираемся и отправляемся домой.

— Спасибо, брат, — я снова крепко сжал ему ладонь.

Амалиса осталась с Дректаром. Им обоим нужно время для прощания с павшими, и для сбора тех, кто остался. Но мне там не место.

Мы с Илином оставили их одних и направились дальше, искать Марону. Ей необходимо сообщить новости в первую очередь.

Нашли баронессу недалеко от укреплений, там, где работали медики. Она осматривала тяжелораненых, тех, кому даже после магического исцеления требовалась долгая реабилитация. Кто-то потерял конечности, ампутированные прямо на поле боя, кто-то получил уродующие, страшные травмы лица или тела. Даже самая сильная магия не способна полностью это исправить без дорогостоящего и редкого вмешательства высокоуровневых алхимиков или целителей с редкими, уникальными дарами.

Жуткое зрелище.

Марона выглядела измождённой, но держалась. Спина прямая, плечи расправлены. Невероятная собранность и внутренняя сила стальным стержнем поддерживала усталое тело.

Мне не хотелось сразу же валить на неё новые проблемы, тревожить новостью о надвигающихся угрозах. Она заслужила хотя бы несколько минут покоя, но тянуть нельзя. Чем быстрее она узнает, тем быстрее начнёт действовать.

Увидев нас, Марона сразу же подошла, в усталых глазах мелькнула радость. Она обняла нас обоих по очереди, сначала Илина, крепко прижав к себе, потом меня. Запылённое, испачканное грязью и, возможно, кровью лицо тронула улыбка. Настоящая, тёплая, идущая изнутри, несмотря на всё пережитое.

— Я знала, что ты справишься, — тихо сказала она, прижимаясь на мгновение, а потом поцеловала в щёку. Прикосновение такое лёгкое, но полное благодарности и чего-то ещё, что я не мог или не хотел сейчас анализировать. — Спасибо! Спасибо вам обоим.

Прямо перед глазами всплыло Системное сообщение. Я уже успел отвыкнуть от них за последние часы, но это явно стоило внимания.

Квест завершён: «Битва за Терану»

За участие в уничтожении:

— 13 мародёров (низкий уровень)

— 9 офицеров (низкий уровень)

— 2 элитных офицера

— 1 командир орды

вы получаете: 56 220 единиц опыта

Применён двойной бонус за массовое истребление орды монстров.

Ваша репутация в провинции Терана значительно возросла. О вас начнут говорить.

Я закрыл уведомление. Опыт — это безусловно хорошо, да и репутация штука полезная, иногда спасает не хуже брони. Но сейчас мне вовсе не до неё, в голове засело совсем другое. Цифры, уровни — всё отошло на второй план.

К опыту, полученному за выполнение квеста, добавился солидный бонус за устранение Вождя, плюс, конечно, то, что удалось собрать в бою с остальными тварями. Суммарно вышла весьма внушительная прибавка. До тридцать четвертого уровня оставалось каких-то несколько шагов.

Но… вот только радости от этого не появилось. Не до цифр сейчас, слишком свежа горечь утрат, слишком остро чувствовалось нависшее напряжение.

Я поднял взгляд на Марону, стоящую неподалёку, смотрящую прямо на меня, и попробовал выдать что-то похожее на улыбку. Вышло, откровенно говоря, так себе.

Губы дёрнулись, но глаза…

— Рад видеть Вас целой, миледи, — произнёс я, стараясь, чтобы голос звучал ровно.

Она чуть отстранилась, вглядываясь мне в глаза с непривычной серьёзностью.

— Что-то случилось? — спросила она тихо, с отчётливой тревогой в голосе. Она знала меня достаточно хорошо, чтобы понять, такое выражение лица у меня появляется только с возникновением серьёзных проблем. Или сразу после них.

Я коротко кивнул, подтверждая её опасения, и указал в сторону военной палатки, которая стояла чуть в стороне, у самой кромки лагеря, словно специально предназначенная для уединённого разговора.

— Нам стоит поговорить без лишних ушей, — добавил я, чувствуя, как внутри нарастает привычная холодная собранность.

Марона кивнула, резко развернулась и направилась к палатке. Шла быстро, уверенно, по-королевски прямо, несмотря на усталость после боя. В каждом движении чувствовалась сила и решимость.

Я двинулся следом, окидывая взглядом окружающее пространство. Внутреннее оцепенение, которое иногда наступает после победы, когда адреналин схлынул, а мозг ещё не успел перестроиться, это, конечно, исцеление для нервной системы, но я знал по опыту, расслабляться чертовски рано. Слишком многое указывало на то, что угроза не ушла, а лишь сменила форму или отступила на шаг.

Краем глаза поймал взгляд Илина. Он стоял чуть поодаль, но по сосредоточенному лицу и тому, как глаза сканировали местность, выискивая скрытые признаки опасности, понял, он думал точно также.

Когда мы наконец вошли в палатку, я помог Илину устроиться в одном из складных кресел, стоявших у тактического стола. Сам же рухнул в соседнее, чувствуя, как напряжение последних минут немного отпускает мышцы, но не мозг. Марона не стала садиться, не приняла «официальную» дистанцию. Она просто подошла, встала рядом и привычно положила руку мне на бедро. Тепло её ладони чувствовалось даже сквозь одежду.

— Артём,что случилось? — потребовала она, и в голосе прозвучало теперь уже неприкрытое беспокойство.

Глава 8

Глубоко вдохнул, задержал дыхание… Надо собраться. Мысли прыгали, как подстреленные.

Протянул руку, взял её ладонь.

Выложил всё как есть. Сказал, что наёмник подослан из Гильдии Убийц, что пришёл не сам, наняли, и имя заказчика — Фендал. Рыцарь. Ублюдок. Мразь при титуле, слишком уверенный в своей безнаказанности.

Пока говорил, видел, как меняется её лицо, почти незаметно, но для меня очевидно. Спина напряглась, челюсть сжалась так, что желваки заходили. Заметно только, как внутри неё что-то закипает. Злость? Да, но вперемешку с какой-то глухой тревогой, которая хуже любой паники.

Когда я закончил, она резко, почти оттолкнув мою руку, встала, прошлась пару шагов по палатке туда-сюда, словно зверь в клетке. Воздух в тесном пространстве уплотнился от напряжения, казалось, даже брезентовые стенки задрожали. Марона молчала, но было ясно, ей надо куда-то деть эту энергию, которая её разрывала. Хотелось отойти, освободить пространство, но я сидел и смотрел, ждал, что последует дальше.

— Дурак, — сказала она тихо, но так, что в голове будто хлопнуло.

Она стояла, почти не двигаясь, потом медленно выдохнула.

— Он как избалованный щенок, — начала, Марона сдерживая себя. — Бьётся о камень, орёт от боли, но не отступает. Потом хватает меч и снова долбит, долбит, пока рука не сломается, пока меч не искрошится. А после удивляется, почему не работает? — голос как битое стекло, заточенное по краям. Режет каждое слово, хоть и сказано без эмоций, зато как точно.

— Он не воюет с врагом, он воюет с реальностью. Считает, что может сломать всё через колено, только вот ломается сам. Сам убивает себя своей же гордыней и тупостью.

Я молчал, слушал.

Плечи у Мароны напряглись, подбородок чуть дёрнулся. Видно было, что держится. Не психует, не истерит, просто сдерживает злость. Правильную злость, холодную, опасную. Глаза как угли под пеплом, горят, но не вспыхивают.

Я наблюдал, как она меняется прямо на глазах, но не вскидывается, не рвёт на себе волосы.

Я сидел, смотрел, не дёргался и не влезал. Это не моё поле. У неё свой способ переваривать ярость, и лучше не мешать.

— Я его убью, — произнёс это просто, словно констатируя давно известный факт.

Марона резко остановилась и повернулась ко мне. Глаза её сверкали не страхом, который я ожидал увидеть, а чистой несгибаемой решимостью. Подойдя вплотную, она резко, но не больно схватила меня за плечи, заставив посмотреть ей в глаза.

— Да, убьёшь, — сказала она спокойно, как будто всё давно решено, и другого варианта просто не существует. — Но сделаешь это с умом, Артём, без героизма и суеты. Хладнокровно, так, как умеешь.

В голосе Мароны звенела сталь, ни капли сомнения, ни одного лишнего жеста или слова, не «если», не «постарайся». И вот эта её уверенность… Не поддержала, придавила, как мешок с кирпичами на грудь.

В животе что-то сжалось до боли, до напряжения в мышцах. Я вообще не знал, как это провернуть. Путь вперёд казался болотом, скрывающимся в тумане, там может прятаться всё, что угодно: ямы, мины, ловушки. Но назад дороги нет.

Осторожн помог ей сесть рядом. Сейчас не время зависать, нельзя пялиться в пол, думать «а вдруг». Надо переключиться.

Пора собирать данные, выяснять, что творится, и где именно есть возможность прикончить ублюдка.

— Так, — начал я. — Выкладывай всё, что знаешь про Фендала. Вообще всё: про него самого, его семью, если есть хоть какая-то информация. Про его связи, кто ему друг, кто враг, кто должен, кому он должен. Всю паутину. И про саму эту вашу… Гильдию убийц. Как они работают, их структура, кто там главный, методы. Всё, что поможет понять, кто они такие и как работают. Любая мелочь может помочь.

Я смотрел на Марону, ожидая, когда она заговорит. Секунду подумав, женщина начала.

— Большинство этих убийц — последователи или, скорее, поклонники Джозула, Бога тени и грязных дел, как его называют. У них процветает культ практичности, абсолютной эффективности. Чувства и эмоции им не мешают выполнять работу, да и моралью они не страдают, её у них просто нет в привычном понимании. Если контракт не выполнен — это провал, да, неприятность, но не трагедия вселенского масштаба. Если заказчик мёртв, тогда всё, для них история закончена, смысла нет мстить за его смерть, не их дело. — Она взглянула на меня, словно проверяя, насколько уловил суть, и добавила, — так что ты прав, Артём. Убьешь Фендала, и контракт сгорит, аннулируется. А без действующего контракта им будет, по большому счёту, наплевать на то, что произошло с их коллегой. Он просто стал «неэффективен».

— То есть мстить за своего они не будут? За того, кого я… убрал? — уточнил я.

Она немного помолчала, обдумывая формулировку, потом уверенно покачала головой:

— Нет. Если ты не сделал чего-то личного против самой Гильдии как организации, не перешёл им дорогу принципиально, не затронул их внутренние дела, мстить за провал одного из своих они точно не станут. Эти ребята… Они умирают в профессии. Считается, что если убийца провалился, или его устранили во время выполнения задания, он сам виноват. Значит, недостаточно хорош, недостаточно осторожен. А остальным незачем тянуть на себе чужую некомпетентность, рисковать собой ради того, кто уже выбыл из игры. — Она сделала небольшую паузу, словно собираясь с мыслями, и продолжила, подводя итог. — Как только до Гильдии дойдёт информация, что заказчик мёртв, всё, их интерес к нам тут же иссякнет. Контракт закрыт, хоть и таким нестандартным способом.

— Но им ничто не помешает выслать ещё кого-то прямо сейчас, — мрачно вставил Илин, который всё это время молча слушал, прикрыв глаза. — Пока до самой Гильдии не дошло, что контракт аннулирован, они могут продолжать действовать по инерции, по старым вводным, — он посмотрел на Марону. — Госпожа, Вам стоит срочно выехать в Мирид. Если в округе или на подходе ещё есть убийцы, может случиться новое покушение. Суть одна: убрать всех, кто встал на пути ублюдка Фендала. Я вижу всё даже сквозь маскировку, иллюзии и фокусы. Пока заказ не снят, пока они не выдохлись, я буду рядом. Для меня защита семьи Артёма, — он кивнул головой в мою сторону, —дело чести.

Марона выслушала его спокойно, встала и, не говоря ни слова, направилась к выходу из палатки. Снаружи отдала несколько коротких приказов своей горничной, которая дежурила неподалеку, и тут же вернулась внутрь. В её движениях появилась некая уверенность, словно она уже приняла какое-то важное решение.

— Я ценю Вашу заботу, Илин, — сказала она, обращаясь к монаху. — И прекрасно понимаю, почему Вы так настаиваете на своём присутствии. Но не беспокойтесь так сильно. Орин ещё до своей смерти, предвидя, видимо, подобные проблемы, заплатил за установку мощной магической защиты на имение Монтэдоу. Это очень сложные, древние охранные чары. Если кто-то посторонний попытается проникнуть на территорию, мы узнаем об этом мгновенно, даже если он использует самые продвинутые заклинания сокрытия, станет невидимым или примет чужой облик.

Она подошла ближе, снова положила руку мне на плечо и заговорила тише, доверительнее, но при этом голос оставался твёрдым и уверенным.

— На самом деле, Артём, лучший вариант — отправить твою семью в моё поместье, пока мы не решим вопрос с этими… неприятными людьми. Пусть поживут у меня. Там они будут в полной безопасности, а я лично позабочусь об их комфорте и спокойствии.

Она взглянула на Илина, и впервые за последнее время на её лице появилась лёгкая искренняя улыбка.

— А с твоим Третьим Глазом, Илин, у нас появится ещё и самый надёжный дозор из всех возможных. Думаю, такой расклад устроит всех, верно? Безопасность по максимуму.

Я кивнул, чувствуя почти физическое облегчение. Честно говоря, меньше всего мне хотелось выворачивать жизнь родных в Мириде наизнанку, подвергать их лишнему риску или неудобствам. Но тут все итак понятно.

— Спасибо, Марона, — сказал я искренне. — Не уверен, как они к этому отнесутся, насколько легко согласятся на переезд, но твоё предложение… Оно очень, очень к месту. Лучшего варианта сейчас просто нет.

Она мягко улыбнулась в ответ, легонько сжав моё плечо, потом резко распрямилась, словно сбрасывая маску личной привязанности и снова становясь той, кто ведёт за собой армию, а не просто женщиной. В глазах вновь появился стальной блеск.

— Есть ещё один способ ударить по Гильдии, — сказала она, глядя куда-то в сторону, словно уже видела перед собой карту действий и просчитывала последствия. — Разнести по всему краю, что на меня, леди О’Мэлли, совершено наглое покушение. Они ведь в тени работают, верно? Значит, нужно вытянуть их на свет. Слухи, скандалы, визг городской знати, внимание дозора, для них это хуже любого ножа.

Она бросила на меня короткий цепкий взгляд, потом чуть понизила голос: — Особенно если я сама прямо, без экивоков подтвержу, что являлась одной из целей. Половина тех, кто со мной за одним столом сидит, пользуются услугами таких «специалистов». Аристократы уверены, что они неприкосновенны и против них ни кто не посмеет вот так, в открытую нанять убийц. Но вот когда они поймут, что могут сами оказаться в списке, поднимется вой, начнётся давление на убийц отовсюду! В Гильдии — не дураки, уйдут в тень, затихнут, может, даже откажутся от контракта. Им шум не нужен, нужна тишина, а мы эту тишину сломаем.

Я чуть поёрзал на стуле, чувствуя, как внутри уже всё зудит, требует действий. Каждая минута промедления сейчас казалась опасной. Фендал жаждет нанести новый удар, и если хоть кто-то из его «коллег» по Гильдии находится рядом, мы можем ожидать нового покушения в любой момент. Медлить не просто опасно, а смертельно.

— Перед тем, как я уйду, нужно, чтобы ты помогла мне с одним моментом, — сказал я, переходя к своей части плана. Посмотрел на неё и выдал прямо, без обиняков: — Важно, чтобы все думали, что я здесь. Что я, как и раньше, где-то в лагере, на посту, охраняю всех, а не собираюсь втихую перерезать глотку Фендалу. Создай правдоподобную иллюзию моего присутствия.

Я хмыкнул. Мысль о предстоящей охоте не радовала, но мной двигала не злость, а холодный расчёт.

— Ладно, — буркнул я. — Если быстро не найду его, пусть сидит и трясётся. Всё равно достану, это лишь вопрос времени и количества потраченных нервов.

Марона кивнула, как будто уже знала, что я так скажу.

— Конечно, Артём. Что тебе нужно, чтобы никто не заподозрил?.

Я глянул на снарягу. Лежит рядом, как напоминание, кто я на самом деле, а мне сейчас нужно стать кем-то другим.

— Хорошо бы короткий лук, простой, без выпендрежа, чтобы работал под мои навыки и под плащ влез, и краску для волос, чтобы сменить внешний вид. А ещё самый обычный меч, без отметин и клише, чтоб ни по стали, ни по гравировке не раскусили. Мне надо исчезнуть.

Глава 9

Мэриголд и Белинда взялись за дело быстро и чётко, будто делали это не один десяток раз.

Сначала ножницы. Пара движений, и длинные пряди упали на пол. Оставили только необходимое, удобную длину, не привлекающую внимание.

Потом краска. Выцветший, мышино-коричневый оттенок, самый скучный из возможных, такой, что скрывает в человеке всё, что можно запомнить. Через минуту уже не помнишь, кого встретил в толпе. Профессиональный уровень незаметности.

Затем лёгкий грим, нанесённый короткими точными мазками под глазами, по скулам, по линиям бровей. Лицо стало менее выразительным, как будто стерли чёткость, ничего, что могло бы зацепиться в памяти.

Они не делали из меня другого человека, а превращали в безликого обитателя города.

Быстро подобрали простую одежду, удобную, без вычурности: льняная туника, такие же штаны из плотной, грубоватой ткани. Вещи, которые могли принадлежать и телохранителю, и охотнику, и сторожу с постоялого двора. Накинул длинное тёплое шерстяное пальто, тяжёлое, но добротное, поверх промасленный плащ, жёсткий, с характерным запахом. Такой носили караванщики, сельчане, нищие, да и просто те, кому приходилось много ходить и мало спать. Он не грел, зато не пропускал дождь, и главное, на таких не бросают взгляд дважды.

А под этим плащом самое важное: новый, компактный, почти не выступающий за спину лук и колчан, закреплённый под ним. Всё продумано до малейшей детали.

Когда мне стукнул тридцатый уровень, система выдала доступ к новому типу оружия, рекурсивному луку. Небольшой, но с мощью и точностью старших собратьев. Я раньше на такие посматривал предвзято, игнорировал. Мелочь, что с них взять, но этот оказался исключением. Лёгкий, с отличным натяжением и малым временем на подготовку к выстрелу. Идеален для скрытной работы.

Когда я заговорил о цене, Марона только отмахнулась:

— Главное верни его целым.

К поясу прицепил короткий меч, взял в руку копьё, больше похожее на посох. Броню не надел, ни к чему, она только привлекла бы внимание.

Так одевались десятки разных классов, и по виду я мог принадлежать к любому из них.

Артём-Охотник остался за кадром, здесь и сейчас стоял безликий мужчина с оружием.

Фендал помнил меня тридцатым уровнем. Он и представить не мог, что за это короткое время я успел вырасти, подняться выше и по уровню, и по опыту.

Отлично, пусть и продолжает так думать, значит, не будет готов и потому обязательно сделает ошибку. Мне это только на руку, а те, кто знал правду, уже давно лежат в земле.

Пока Белинда с Мэриголд возились с моей новой внешностью, поправляли плащ, докрашивали пряди волос и что-то тихо обсуждали между собой, Марона быстро вводила в курс дела. Рассказывала быстро, будто заученный, давно подготовленный доклад о Тверде, Фендале и всей семейке Харлингов.

Фендал оказался не просто мажором с мечом и комплексом неполноценности, а приходился племянником герцогу Сигурдиану, тому самому, что возглавлял один из старейших и сильнейших домов Бастиона. Сын старшей и любимой сестры герцога. Видимо, именно из-за ее памяти Сигурдиан упорно пытался разглядеть во Фендале хоть тень чего-то человеческого, будто цеплялся за призрак прошлого.

Зря старался.

— Несмотря на откровенно паршивое поведение, герцог продолжает его покрывать, — сказала Марона. — Но уже не с тем жаром, что раньше.

Связи Фендал имел серьёзные. Но даже у родни терпение не резиновое, особенно когда один родственничек постоянно рискует репутацией всей семьи, и делает это максимально глупо.

Последние новости из Тверда заставили меня смотреть на ситуацию с осторожным оптимизмом. Попытки Мароны выставить рыцаря в дурном свете наконец начали приносить первые результаты.

Когда слуги Фендала устроили поджог, а выяснилось, что сгорели именно склады самого Сигурдиана, вопросы появились уже не только у родственников, сомнения начали посещать и других.

Фендал, как метко подметила Марона, «впал в немилость». Формально он всё ещё оставался на плаву, держался за ускользающие остатки своего положения, но почва под ним зашаталась, и он это прекрасно понимал.

Пожалуй, именно поэтому он и решился на крайние меры, нанял убийц, хотел ударить первым, не дожидаясь, пока его окончательно прижмут к стенке. Решение отчаянное, но иного выхода у него, по сути, не осталось. Не зря говорят, что загнанная в угол крыса опасна вдвойне.

Нужно добить паскуду.

Я проверял, как сидит лук под плащом, когда Марона развернула на ближайшем столе пергамент.

— Карта Тверда, — коротко сказала она и провела пальцем по точкам. — Здесь, в родительском доме, он живёт. Вот тут два любимых борделя. А это склад. Охрана там не как у обычного хранилища, в нём он прячет что-то ценное.

Марона пока говорила, пыталась то подтянуть мне плечо плаща, то стряхнуть с подола невидимую пылинку. Руки порхали, но я видел, она нервничает.

— С Домашней Меткой ты сможешь обернуться туда и обратно меньше чем за час, так быстро, что никто не поверит. Подтвердить твоё алиби смогут многие, все видели, как ты дрался, и все знают, что ты ушёл с южным отрядом в Мирид.

Кивнул.

Легенда что надоъ. Чётко, не придерёшься.

Снова кивнул и забрал карту.

— Спасибо, Марона. За всё.

В этот раз не отделался жестом, потянулся и поцеловал нормально, по-взрослому. Просто потому что надо, потому что чувствую.

Губы у неё дрогнули. Почти незаметно, но я уловил. На лицо вернулась жёсткость, в тело холодная собранность.

И тут, что неожиданно даже для меня, Белинда и Мэриголд молча встали в очередь. Руки по швам, спины прямые, лица серьёзные. Стоят и смотрят, ждут своей очереди.

Марона перевела взгляд на них и едва заметно кивнула.

Я тихо вздохнул. Ладно, время ещё есть. Полминуты до старта потрачу с толком.

— За Лизу, — сказала Белинда, когда я поцеловал её. Голос твёрдый, в глазах холод. Никто не забыл, что Фендал сотворил с её подругой-горничной, когда гостил у Мароны. — Будь аккуратен, но добей эту мразь.

Мэриголд только кивнула, резко, почти зло, сжала меня за плечи, коротко прижалась губами.

— За Лизу, — как выдохнула, и всё стало понятно даже без слов: злость, боль, та самая нить, которую не перерезать.

Марона не дала мне зависнуть, подтолкнула к выходу из палатки.

— Ну, иди уже. И помалкивай, понял? Мы прикроем настолько, сколько сможем, в суматохе после битвы тебя не заметят.

Вышел к своим. Илин, Амализа и Дректар уже ждали снаружи. Без лишних слов забрался на коня, коротко кивнул. Вперёд.

Все вместе двинулись на юг, юго-восток, прямиком в сторону поместья Мирид. Как только лагерь остался за спиной, притормозил, огляделся. Ни души, никто за нами не следит. Быстро простился с остальными и спешился.

Оставалось одно, метка. Привязал Домашнюю метку к месту нашего лагеря, затем активировал Рывок Гончей и ушёл на запад, обходя лагерь по широкой дуге, чтобы потом выйти напрямую к Тверду.

Тут настоящий марафон, не забег на сто метров. Пределы свои знаю, но сейчас был готов их ломать, если понадобится. Задача простая: добраться как можно быстрее до Тверда. Пока есть силы, буду бежать без остановки до темноты, потом перерыв, и с первыми лучами солнца снова в путь.

В голове засели тяжёлые мысли. Близкие под угрозой, и потому челюсти сжимались сами собой. Как остановить Фендала и тех, кто за ним, неясно, но тормозить не собирался. Всё это давило, но, что странно, бег немного прочищал мозги. Ветер бил в лицо, щёки немели от холода, а ботинки мерно и глухо били по сырой траве. Считал про себя секунды отката «Рывка», потом снова рывок, и меня будто выстреливает вперёд.

Двигался быстро. Нереально быстро. Путь, на который верхом ушло бы дней семь-восемь без остановок, теперь выглядел вполне подъёмным к завтрашнему вечеру.

Когда сбавлял темп, сверялся с картой, смотрел на ориентиры. Получалось, что за сегодня, даже начав днём, смогу пройти почти полпути. Это бодрило, несмотря на усталость, которая подбиралась, как липкая паутина.

Монстры низкого уровня, через чьи точки появления я пролетал, только и успевали, что вертеть головами, глядя мне вслед. Хищники, пытающиеся напасть из засады, либо быстро оставались позади, либо, если оказывались шустры, получали шанс проверить, насколько ловко мне удаётся достать лук из-под плаща на бегу. Не идеал, конечно, но тренировка не никогда помешает.

Десятки миль пролетали под ногами. По бокам тянулись холмы, вдали мерцали реки, впереди появлялись ручьи, через которые приходилось перепрыгивать или, если они были слишком широки, искать место для переправы. Прекрасные виды, которые в другое время могли бы привлечь внимание, теперь незаметно таяли позади меня, стираясь из памяти почти мгновенно.

Лёгкие горели, ноги превратились в желе, сердце отбивало бешеный ритм в ушах. Дыхание стало прерывистым, и мне приходилось часто останавливаться, чтобы сделать несколько больших глотков воды из бурдюка, успокаивая пересохшее, саднящее горло.

Я не мог вспомнить, когда последний раз напрягался так сильно, по крайней мере не так долго, час за часом, без перерыва. Даже когда я нёс Зару и свой рюкзак во время нашего путешествия, мы делали остановки для отдыха и еды.

Теперь же ел на бегу, проглатывая пищу, тяжело дыша. Пил воду тоже на ходу, останавливался лишь для того, чтобы облегчиться, и то лишь на самое необходимое время.

Когда силы окончательно иссякли, и я вынужденно замедлил шаг, перейдя на спотыкающийся бег, граничащий с быстрой ходьбой, чтобы хоть немного восстановиться, разум заполнили образы. Зара, Белла, Лейланна, Самир, Ирен. Малышка Глория невинная и беззащитная. Мысль о них стала новым стимулом, топливом, заставляющим двигаться дальше.

И прежде чем я почувствовал себя по-настоящему отдохнувшим, вероятно, намного раньше, чем следовало бы, снова бросился бежать, подстёгиваемый страхом за тех, кто остался позади.

С наступлением темноты все прилагаемые мной усилия начали сводиться либо к быстрой ходьбе, либо к спотыкающемуся бегу, который едва ли достигал быстрого шага. Даже с активированным «Рывком Гончей» я уже не двигался так быстро, как раньше. Тело протестовало, каждая мышца кричала от боли.

Часть меня, та, что отвечала за здравый смысл и планирование, говорила, что нужно остановиться и поспать. Что утром, после отдыха, я смогу двигаться быстрее, что если поддерживать более медленный, но постоянный темп, который не вымотает меня мгновенно, в итоге смогу преодолеть большее расстояние за меньшее время.

Но другая часть, ведомая тревогой и чувством ответственности, гнала вперёд, и я не мог остановиться.

И только когда почувствовал, как Глаз Истины подал знакомый сигнал тревоги о входе в точку появления монстров, поспешно отступил, пятясь назад, пока не оказался за невидимой границей. Я остановился, упершись руками в колени, жадно хватая ртом воздух и пытаясь восстановить дыхание.

Наконец-то осторожность пробилась сквозь усталость. Выпрямился и, едва держась на ватных ногах, включил «Вспышку». Короткий всплеск яркого света прорезал мрак. Монстры торчали на месте появления, и слава богу, далеко. Пока они меня не заметили. Кроме них вокруг только темнота и деревья, сплошной лес, ни просвета.

Вот идиот! Надо всегда держать голову включённой, тем более когда организм орёт «Стоп, хватит». Такие фокусы плохо заканчиваются.

По ночам я редко выходил на охоту. Не просто же так всё это тварьё любит темноту, ночью они жрут и дерутся активнее всего. Не угадаешь, когда на тебя выскочит очередной монстр, особенно в этих краях, подальше от людей.

И зверьё не промах, охотятся на тех, до кого дотянутся, а дотянуться могут и до монстров. Попасться такому в темноте, когда уже еле держишься на ногах, считай, подписал себе смертный приговор.

Молча выругался, достал лук, проверил тетиву, колчан закрепил на поясе, чтоб стрелы находились под рукой, и

пошёл медленно, короткими «Вспышками» подсвечивал путь. Кружил вокруг точки появления, выискивал хоть какую-то поляну, где можно встать лагерем и не ждать удара каждую минуту.

В какой-то момент показалось, будто из кустов выскочил заяц. Или белка? Или и то, и другое одновременно? Голова гудела, зрение двоилось. Привет, весёлые галлюцинации!

Наконец впереди нашлось подходящее место для отдыха, небольшая ложбинка между корнями дерева. Внутри отпустило, словно мешок с камнями сбросил с плеч. Даже и думать не стал. Проверил, что вокруг чисто, бросил туда вещи, сам рухнул следом. Присыпал себя листьями и ветками от случайного взгляда. Как только оказался в относительной безопасности, тело просто вырубилось. Отключился быстрее, чем мозг успел это осознать.

Глава 10

Проснувшись, выбрался из-под листьев, вдохнул полной грудью чистый, резкий аромат ветов и клевера. Заметил впереди мягкое сияние, неяркое, но тёплое. Оно притягивало взгляд, обещая что-то интересное.

Давящее беспокойство, что сидело внутри после встречи с Тёмным Клинком, понемногу отпускало. Оно отступило, оставив только покой. Странно, но я не помнил, когда ощущал нечто подобное.

Я сделал шаг, потом ещё, оставляя лес за спиной. Его сырые тени и затхлый дух тут же отодвинулись, растворяясь в лёгком мареве. Поляна открылась внезапно, словно кто-то резко дёрнул занавес. Она оказалась больше, чем я ожидал, метров девяносто в поперечнике. Здесь властвовали простор и тишина. Трава, клевер и яркие цветы устилали землю под ногами плотным ковром, будто сейчас бушевало знойное лето, а не стояла глубокая осень. Ступать по нему было непривычно мягко.

Воздух здесь ощущался совсем иначе. Теплее, чем положено осенней ночью. Гораздо теплее. Пахло свежестью и чем-то сладким, и запах тоже казался неестественным, слишком чистым. А свет, мягкий, серебристый лился как бы сразу отовсюду без видимого источника. Он сиял ярче полной луны, но я знал, что ни одна из лун Коллисы сейчас не в зените. Это насторожило. Вернее, должно было насторожить, но ощущение обволакивающего покоя перевешивало.

Остановился, огляделся, глубоко вздохнул. С каждым вдохом чувствовал, как уходит боль, спадая с плеч, как старое отсыревшее одеяло. Осталась только глухая усталость. Тяжёлая, свинцовая. В тот момент я мог бы рухнуть прямо здесь и уснуть на мягкой шелковистой траве даже без костра и спальника, потому что чувствовал себя в полной безопасности, словно угроз здесь просто не существовало. Это ощущалось настолько сильно, что вызывало почти физическую слабость.

И всё же лечь я не мог, сейчас это просто бестактно, неуместно. Леди стояла в центре поляны и ждала. Да, именно леди. Я увидел её почти сразу, как вышел из леса, но только сейчас понял, она ждёт именно меня, будто знала, что приду.

Посмотрел на неё с жадным интересом, а ноги уже сами несли меня вперёд. Нет, двигался не по принуждению, скорее… из-за безудержного желания подойти. Глядя на неё, подумал, что это дриада, хранительница леса, но что-то в ней таилось ещё. И это подтвердилось, когда я попытался оценить её силу. Из всех существ в Валиноре она стала первой, чей уровень я не мог определить. Ни простым осмотром, ни с помощью Глаза Истины, который никогда прежде не подводил. Это намного тревожило и будило любопытство.

Она возвышалась примерно на шестьдесят сантиметров надо мной, а я и сам не низкий. Худая, хотя правильнее всего назвать её… гибкой. Из-за длинных конечностей и туловища она казалась какой-то вытянутой, как тонкий ствол молодого деревца.

Гладкая, слишком гладкая, безупречная до противоестественности кожа. Тёмная, красновато-коричневая, как старая кора, высушенная солнцем, но без единого шрама, пятнышка или поры.

Она стояла прямо передо мной, и мне пришлось задрать голову, чтобы разглядеть её лицо. Пропорции её тела казались… неправильными, словно намеренно искажёнными. Она выглядела тонкой, хрупкой для своего роста, как переросший росток.

А вместо волос… каскадом свисали живые цветы вишни. Густые пряди ароматным водопадом спускались к её ногам, разделялись на ручейки и стелились по земле, будто шлейф. Необычно умиротворяющий вид, но в груди шевельнулась тревога. Красота чужака, и интуиция сигнализировала об опасности. Над головой девушки тут же появилась подсказка от навыка: Дриада???, Хранительница

Она была совершенно нагая, маленькая округлая грудь с тёмно-коричневыми сосками выглядывала из гирлянд окутывающих её цветов. Изгибы тонкие, женственные. Черты лица казались одновременно и молодыми, и древними. Внешность непривычная, странная, но притягивающая взгляд какой-то первобытной дикой красотой.

Несомненно она Хранительница не просто поляны, а, возможно, всего леса. В ней чувствовалась тяжёлая осязаемая сила, заставляющая уважать не из страха, а из понимания её значимости. Я не стал тянуть, опустился на одно колено, склонив голову, как требовала ситуация и ощущение исходящей от неё ауры.

— Хранительница, — произнёс я, и голос прозвучал резко, чужеродно. — Прошу прощения, что нарушил покой этого места.

— Ничего страшного, — произнесла она. В голосе мягкая уверенность без напыщенности. Что-то согревающее, вызывающее чувство защищённости. Я поймал себя на том, что расслабился, хотя обычно держусь настороже.

— Приветствую тебя на моём лугу. Я Лигея Розоцветная.

— Я Артём, — представился я, чувствуя лёгкую неловкость.

— Нет нужды в формальностях, — мягко заметила она, в глазах мелькнула усмешка. Дриада с грацией танцовщицы шагнула ближе, её ладонь легла мне на плечо. Жест выглядел по-матерински заботливым, почти человеческим.

— Пойдём. Оставь свои заботы здесь, в лесу, и позволь мне позаботиться о тебе, — сказала она спокойно и уверенно.

Напряжение в мышцах ушло. Я сделал глубокий вдох, влажный воздух, пахнущий древесным соком и листвой, казался целебным. Всё вокруг ощущалось чётче, острее, каждый звук, запах, лёгкое прикосновение её пальцев…

Она повела меня к ручью с чистейшей водой, неожиданно теплой, как из горячего источника. Я даже не подумал смущаться, когда она помогла мне раздеться, а затем взмахнула руками, а меня окутали теплые потоки воды, омывая моё тело и смывая грязь и усталось после боя и забега на грани сил.

Магическое омовение придало бодрости, тело стало легче, мысли прояснились, а усталость ушла настолько, что я подумал, что могу не спать ещё часа три-четыре.

Когда Лигея закончила, коротко кивнула, мол, садись и жди, и я расположился на мягком ковре клевера. Тёплый ветерок быстро высушил кожу, оставив запах молодой зелени. Вскоре дриада принесла хитон, сплетённый из тонких растительных волокон, удивительно мягкий, нежнее шёлка. Ткань едва ощущалась на ногах, но обнимала их очень плотно. Затем молча взяла меня за руку. Ладонь прохладная, но живая, и повела дальше. Я послушно шёл следом, забыв про вещи, оставленные на берегу, и мы молча спустились вдоль ручья, слушая шёпот листвы.

Чувство уюта и спокойствия накрыло меня мягким покровом, проникло внутрь, разлилось по телу ласкающим теплом. Дриада принимала меня, чужака, открыто, с добротой настолько искренней, что казалось невозможным заподозрить угрозу. Словно само место не терпело агрессии, и мысли о недоверии растворялись в шёпоте трав, трелях ручья. Мне не верилось, что кто-либо способен причинить здесь вред, так сильно ощущалась защищённость.

На поляне стоял стол, накрытый на двоих. Груды свежих фруктов и овощей, словно только что собранных, тарелки с жареным мясом, выпечкой, пирожными. Ничего лишнего, всё на своих местах.

И тут я заметил, что мы с Лигеей не одни. Рядом со столом возилась с приборами одна из самых красивых женщин, что когда-либо видел. Девушка-кролик.

Хотя все они очень хороши собой, даже Клевер могла бы поспорить с любой красоткой в нашем мире, но эта… Её внешность казалась почти нереальной.

И сейчас, глядя на незнакомку, я понял, бывает иначе.

Она выглядела моей ровесницей, может, чуть старше, ростом примерно с Лейланну. Элегантное, но скромное платье струилось по телу живым серебром… Серебристые волосы не седые, не крашеные, прямые, собранные в две тугие косы, спускающиеся до талии, казались жидким металлом, в них играл свет.

Косы придавали ей простоту, делали образ менее возвышенным, каким-то спокойно-уверенным, что стало приятной неожиданностью, учитывая, насколько она совершенна. Эффект усиливали очки в тонкой проволочной оправе, деталь, подчёркивавшая её индивидуальность. Мех на ушах и аккуратном хвостике был безупречно белым, а кожа бледно–молочной, почти прозрачной, такую я встречал разве что у Клевер. На вид гладкая, ровная. Мелькнула мысль коснуться её, чтобы убедиться, что она такая же мягкая, как кажется на вид.

Платье на девушке сидело идеально, подчёркивая тонкую талию и женственные изгибы. Разрез на юбке глубокий, почти до пояса, открывал длинные стройные ноги той же молочной белизны. Всё в её фигуре казалось почти нарочито правильным, словно кто-то пытался вывести идеальную формулу красоты. Лицо сердцевидное, удивительно симметричное, большие серые глаза с внимательным, чуть настороженным взглядом, аккуратный нос, губы влажные, полные, цветущие ярко-красным бутоном на бледной коже.

У меня пересохло в горле. Такая внешность выбивала из колеи. Стало неловко, не знал, куда деть руки, что сказать.

Передо мной стояла безупречная. безумно красивая девушка. Как мне рассказывала Елена, обычно девушки–кролики не заморачиваются по поводу одежды и предпочитают естественный вид, но эта зайка явно особенная: хотя и одетая в сексуальный элегантный наряд, вела себя на удивление скромно. Большие серые глаза испытующе смотрели из-за очков, в движениях лёгкая неуверенность.

— Привет, — сказала она, чуть закусив губу и протягивая ладонь. — Я Лили.

Я заставил себя сохранять сдержанность. Взял её руку осторожно, не спеша. Кожа точно оказалась удивительно мягкой, даже нежнее, чем я ожидал. От неё шло тепло, и к моему удивлению, ладонь оказалась влажной. Похоже, она тоже нервничала.

— Артём. Рад знакомству, — сказал я, стараясь, чтобы голос звучал спокойно.

Её светлая кожа не могла скрыть румянец, пробежавший по шеё и щекам. Она неловко поправила очки.

— Артём. Приятно наконец узнать твоё имя, — пробормотала она, едва заметно улыбаясь.

Я на миг опешил. Что?

Лили, будто опомнившись, ещё сильнее залилась краской и поспешно взяла меня за руку, мягко, но настойчиво потянув к столу.

— Да брось, ты, наверное, голоден и устал, бедняга, — сказала она, не замечая, что я всё ещё держу её ладонь.

Я пошёл за ней, чувствуя, как горят щёки. Странно, вроде давно не мальчишка. Пальцы Лили согревали таким мягким тёплом, что моя рука в её ладони нежилась в этих ощущениях.

Пытаясь взять себя в руки, оглянулся.

— Не присоединитесь к нам, леди Розоцветная? — обернулся я к дриаде, стараясь вести себя по-джентельменски.

И тут же замер. Хозяйки нигде не было, словно растворилась в воздухе.

Мысленно прокрутил последние минуты. Лили, конечно отвлекла моё внимание на некоторое время, но обычно такие вещи я замечаю. Если бы дриада ушла, точно бы увидел. Или… она исчезла? Магия здесь не редкость, но этот трюк показался мне… неуютным.

Лили тихо хихикнула и усадила меня за стол.

— О, она не нуждается в физически осязаемой пище. Дриады полубогини, у них свои законы, не как у нас, смертных, — объяснила она.

Я только хмыкнул.

— Вот как… — выдохнул, чувствуя себя неловко. В голове щёлкнуло, где-то на краю сознания вспыхнули слова из старой байки: «Не зевай, когда рядом духи…»

Лили удивлённо глянула на меня и села в своё кресло. — Разве Вы не слышали о Розоцветных? Древняя прародительница всех Флоранов и Эльдари. Она живёт десятки тысяч лет, — сказала Лили, понизив голос, словно доверяла страшную тайну. Лили взяла тарелку, наложила салата. — Давай ешь. Я старалась, готовила, — сказала она, улыбнувшись лишь уголками губ.

Я с воодушевлением принялся за еду, привычно нарезая ломтями жареную утку. Рядом исходила паром огромная тарелка с картофельным пюре, чуть в стороне остальные блюда. Запахи перемешались: мясо, зелень, какой-то острый акцент, и всё вместе возбуждало зверский аппетит.

Но всё равно думалось об услышанном, мысль надоедливым насекомым вертелось где-то в уголке подсознания, никак не поймать. Еда отвлекала.

С первого укуса стало ясно, несмотря на старание, Лили до Самиры далеко. Приготовлено достойно, вкусно, но есть разница между старанием и мастерством. Хотя сейчас голод придавал блюду прелесть.

Я бы добавил соли, трав, лука. Но в целом достойно.

Пока я ел, она смотрела с такой надеждой, что стало ясно, моё мнение важно. Честно говоря, не понимал, почему такая женщина старается меня впечатлить. Может, свои причуды? Еда бесспорно хороша, и я издал пару благодарных звуков.

— Вкусно, — похвалил искренне. — То, что нужно после тяжелого дня. Спасибо, Лили.

Девушка тут же вновь залилась румянцем, играя с дужкой очков.

— Пожалуйста… — пробормотала она, пытаясь не показать довольную улыбку. Ела салат с энтузиазмом, немного по-детски, держа вилку обеими руками, и в этом было что-то забавное.

Смотрелось это мило, и я впервые за последнее время почувствовал тепло.

Повисла неловкая пауза. Я кашлянул.

— Так ты живёшь с леди Розоцветной?

Лили мечтательно улыбнулась:

— О, разве это не чудо? Куниды и Эльдари часто живут рядом и помогаю друг другу в дикой природе. Мне нравятся те немногие девушки-растения, которых я встречала, они милые, и мы неплохо ладим, — она хихикнула. — Хотя мы, Куниды, с большим удовольствием употребляем в пищу растения… Правда при Эльдари стараемся есть только определенные овощи и чаще всего дикую капусту.

В голове всплыла картинка: Лили рядом с Рози. Я поспешно откашлялся.

— Значит, ты тоже гость?

Она кивнула.

— Уже несколько дней. Розоцветная — гостеприимная хозяйка. Для меня это передышка от разъездов.

В её голосе послышалась усталость. Знакомое чувство.

Я съел ещё пару кусков. Голод мешал поддерживать беседу.

— Если не секрет, как вы путешествуете? Слышал, куниды редко отходят далеко от своих поселений.

Лили вспыхнула. Сняла очки, рассеянно пртёрла линзы о платье, вернула их на место и смущённо глянула на меня из-под длинных ресниц.

— Ну, я, наверное, не очень похожа на других кунидов, — тихо сказала она. — В моём логове все это замечали. Мама говорила, я больше принадлежу человеческой стороне.

Ответа на свой вопрос я не услышал, но промолчал и продолжил есть.

Она проглотила еще ложку салата и продолжила увереннее:

— Я люблю читать. Книги помогают многое узнать о мире. Мама понимала мою страсть, ездила в города, привозила мне книги, особенно романы. Ещё подарила эти очки, чтобы я могла читать сколько захочу. Она никогда не мешала, не заставляла заниматься тем, что обычно делают куниды. Гордилась мной. Она всегда…

Лили замолчала. А у меня от её монотонного голоса начали слипаться веки. Усталость брала своё. Я не заметил, как вилка выпала из рук и стукнула о тарелку. Вскочил от резкого звука, расправив плечи и удивившись. Мир плыл, словно я не спал несколько суток.

— Спокойной ночи, принц, — кажется, прошептала Лили. Или показалось? Голос едва улавливался. Я моргнул, а на поляне уже никого, пусто, только остатки ужина на столе. Ни Лили, ни её голоса, ни шагов…

Может, она и правда сон? А может, я уже не разбираю, где явь, а где грёзы

Снова моргнул, и в следующий миг очутился внутри беседки из гибких ветвей цветущих деревьев. В воздухе висел свежий, терпкий аромат, сквозь листву пробивался мягкий свет. Я начал проваливаться в небытие, но тут почувствовал, как рядом примостилось тёплое женское тело. Рука непроизвольно легла на упругю грудь, я подтянул девушку к себе. Её волосы, обдали меня запахом мёда и зелени. Напряжение ушло, дыхание выровнялось. Сознание отключилось, провалившись в сладкую дрёму…

Глава 11

Я очнулся всё там же, на траве. Длинные руки Розоцветной обвивали меня, а голова покоилась на её мягкой груди. До меня резко дошло, что мы оба нагие, но неловкости от этого я не испытывал.

Не знаю, я разбудил её или дриада и так не спала, но длинные изящные пальцы коснулись моих коротких волос и принялись перебирать пряди.

— Хорошо спалось? — спросила она мелодичным голосом.

— Очень, — ответил ей, хотя усталость никуда не делась. Мышцы ломило, веки никак не хотели подниматься, словно налитые свинцом. По ощущениям я проспал часа четыре, не больше, да и ночь явно ещё в самом разгаре. — Что происходит?

Дриада тихонько хихикнула, её голос прозвенел в ночной тишине, словно перезвон колокольчиков на ветру.

— В дикой природе, где ничто не мешает естественным ритмам, большинство рас сначала спят несколько часов после заката, затем несколько раз за ночь пробуждаются, у них срабатывают древние инстинкты, а затем, убедившись, что всё в порядке, снова засыпают.

— Ага, понял, — хотя мне всё ещё не терпелось добраться до Тверди как можно скорее, я понимал, телу нужен отдых. Так что снова нагло откинулся на грудь дриады, ощущая её тепло, и пробормотал. — Почему ты спишь со мной?

Краем сознания понимал, что вопрос мог прозвучать грубо, хотя задал я его исключительно из чистого любопытства. Её тело казалось таким тёплым и уютным, что хотелось прижаться к нему покрепче.

Дриада не обиделась.

— Хочешь, чтобы я ушла?

— Нет, — криво усмехнулся. — Просто не думал, что полубогини любят такие нежности. Да и мы с тобой, по правде говоря, едва знакомы.

Розоцветная снова рассмеялась, и смех, подобный прекрасной музыке, проник прямо в душу.

— Едва знакомы? Ты так думаешь? — её рука скользнула с моих волос на спину, и от нежного, почти невесомого прикосновения по позвоночнику пробежала дрожь. Вторая рука легла рядом, и она начала осторожно массировать мне спину. — Мой далекий потомок, Рози, твоя возлюбленная, не так ли? А твоё семя, Элоиза, ждёт в саду, чтобы расцвести будущей весной.

Голос её стал ещё теплее и мягче, словно шёпот ветерка, несущего обещание весны.

— Ты не представляешь, как мне приятно это знать! Мои дочери и я легко переносим одиночество, когда это нужно, но моё сердце ликует при мысли, что Элоиза растёт в семье, где у неё есть братья и сёстры для игр.

Я взглянул на её точёные черты лица — глаза дриады сияли, точно звезды в ночи.

— Ты знаешь о них?

— Да. Я вижу многое, что происходит там, где пускает корни жизнь, и конечно же, с любовью наблюдаю за своими детьми, как и любая мать, — голос Лигеи, полный тепла и нежности, окутывал меня, словно тёплое одеяло в холодную ночь.

Сердце заколотилось в груди, как барабан.

— С ними всё в порядке? Все вернулись в поместье Мирид?

Она нежно поцеловала меня мягкими тёплыми губами, и я почувствовал, как по спине пробежал озноб.

— Да, они на месте.

Руки дриады словно по волшебству оказались у моих ягодиц и начали их разминать, снимая напряжение, но оно в конечном итоге переместилось в другое место. Я почувствовал, как член, прижатый к её мягкому бедру, начал шевелиться и расти под нежными ласками. Каждое прикосновение вызывало электрический импульс, пробегающий по всему телу.

Я попытался отстраниться, чувствуя, что лицо горит как угли в печи.

— Извини.

— За что? Процессы, что происходят в твоём теле, вполне естественны, ведь мы лежим вместе в свободно разделённой близости, — её голос мёдом лился в мои уши. Она провела одной рукой по моёму бедру и неожиданно крепко сжала его длинными пальцами. — Хочешь со мной переплестись?

Я, конечно же, хотел, но даже когда бёдра инстинктивно дёрнулись, меня всё ещё мучили сомнения.

— Я не взял с собой свитки контрацепции, — мрачно покачал головой, — потому что не планировал искать развлечений, пока сражаюсь за свою семью.

— Понимаю, — её руки продолжали гладить меня, вызывая огонь, разливающийся по коже. — Не волнуйся об этом. Моя магия поможет, да и мне очень хочется увидеть, что мы сможем создать. — Лигея сдвинулась, и я почувствовал, как кончик члена прижимается к её мягким губам. — Давай…

Запах цветущей вишни наполнил голову, я почувствовал её возбуждение как волну тепла, окружающую меня, и не мог не рассмеяться.

— Кто я такой, чтобы отказывать дриаде?

Проведя руками по шелковистым лозам волос, я поцеловал её грудь и взял тёмный сосок в рот, нежно посасывая. Её кожа казалась так мягка и нежна, что я потерял себя в этом ощущении.

Когда резко вошёл в её киску, то сразу почувствовал, как тугие шелковистые мышцы обхватили мой член, словно тиски, и тут же начали пульсировать и сжимать его от кончика до самого основания. Тело пронзила волна огня. Она не давала мне ни одного шанса, а сразу, с места в карьер, стала сжимать и пульсировать полностью обволакивая мой член. Но и я не пальцем деланный.

Такое сильное и гибкое тело, как у Розоцветной, я не встречал ещё никогда. Оно принимало меня полностью, а мышцы, словно стальная пружина, обхватывали твёрдый член со всех сторон. Каждое движение её бедер отзывалось в моём теле резким усиливающимся эхом, заставляя перехватывать контроль, с азартом и каким-то безумством трахать дриаду, доводя до новых и новых оргазмов.

Я брал её всей силой своей страсти, с остервенением вбивая член в киску, словно хотел выбросить из тела все накопившиеся тревоги. И это получалось. Жёсткий секс оказался лучшим лекарством, да и Дриада была той ещё зажигалкой. Все мои тревоги о семье, Фендал, страх — всё растворилось в безумном переплетении тел. В моём напряжённом теле вибрировала каждая мышца, когда я с громкими хлопками раз за разом вгонял член в киску Дриады, задавая бешеный темп и безумный ритм. Её учащённое дыхание, стоны, оргазмы, мурашки и томные вскрики звучали музыкой для ушей, отзывались где-то глубоко, и я сам не понял, как все проблемы отошли на второй план и осталась только страсть, секс и череда её кульминаций.

— Да! Да! Да!… Артём…

Оргазм ударил внезапно, как вспышка молнии, пронзив всё моё существо и заставив напрячься до предела. Я выпустил семя, толчками заполняя её киску, и почувствовал, как тело Лигеи реагирует, сокращаясь, крепко сжимая член и буквально выдаивая из него всё до последней капли. Но мне показалось этого мало, член был крепок, и страсть захлестнула нас с новой силой.

Я рухнул на спину, дриада тотчас же навалилась сверху, и наши тела переплелись в один тугой узел. Я задавал темп, совершая короткие рубящие движения. Её тело благодарно отзывалось на малейшее прикосновение, и я чувствовал, как она вся напрягается и расслабляется в такт моим толчкам. Мои руки обхватили ноги Лигеи, подтянув их к груди, и я зафиксировал их в таком положении, подсунув руки под колени и сцепив пальцы в замок за её шеей. В этом положении она полностью принадлежала мне, и я мог диктовать темп и глубину проникновения. Её дыхание горело на моей коже, и я чувствовал, как она вся трепещет от наслаждения. Лигея стонала, свободной рукой терзая свой клитор, и тут её тело ощутимо напряглось.

— Да… а-а-а-а… — дриада издала протяжный стон, а затем, я почувствовал, как из её киски вырвалась тугая струя любовных соков, ударив в член и пролившись наружу, орошая зелёную беседку и мои ноги. Это для меня стало последней каплей. Тугая волна прокатилась по телу, а затем накрыл взрыв. Меня выгнуло, из члена вырвался поток спермы, вновь до отказа заполняя киску дриады.

Усталость накрыла меня с головой, член расслабился, медленно теряя твёрдость. Я обнял Лигею и, не выпуская из своих объятий, положил на бок рядом с собой. Член так и остался в её киске, сил на это уже не было, да и, по правде говоря, не хотелось. Моргнул и сам не понял, как отключился…

Меня разбудил бледный свет рассвета, что пробился через листья беседки, затем ноздри уловили аппетитный аромат жареного мяса и овощей. Этот запах после бурной ночи и любовного сражения для меня казался самым желанным. Я открыл глаза, Розоцветная лежала рядом.

Думаю, уже она давно проснулась, потому что стоило мне открыть глаза, как она тут же наклонилась и нежно поцеловала. Я почувствовал на губах вкус вишни и мёда. Лёгкие поцелуи перешли в бурный утренний секс, яркий, но недолгий. Насытив тело, пришло время подумать о желудке, а то он уже бастовал.

С некоторым сожалением я отпустил дриаду и встал, надев мягкую тунику.

— Мне нужно отправляться в путь, к Тверду, — сказал я. — Спасибо за ночь отдыха и чудес, в этом я нуждался больше всего, Розоцветная.

— Я рада, — сказала она, гладя мою спину. Её руки касались меня так нежно, что снова почувствовал, как по спине пробежал озноб. — Возвращайся в любое время, ты всегда желанный гость, — она на мгновение замолчала, пристально глядя на меня. Её зелёные глаза затягивали в свою глубину как озёра, в которых можно утонуть. — А ещё лучше возвращайся, как только справишься со своей задачей, поскольку всё равно будешь проезжать мимо.

Как бы я ни стремился поскорее вернуться к своей семье, это предложение пришлось по душе, особенно если здесь меня ждало безопасное место для отдыха на обратном пути.

— Я ещё загляну к тебе.

— Хорошо, — слегка улыбнувшись, она опустила руку и сжала мою ягодицу. Тело тут же отреагировало на возбуждающе крепкое пожатие. — Кстати, у тебя очень красивый зад. Большинство женщин ценит это больше, чем ты думаешь.

Вспоминая времена, когда другие девушки говорили мне то же самое, предположил, что это правда, хотя немного странно услышать такие слова от величественной древней полубогини. Я не мог не улыбнуться в ответ на комплимент.

Когда мы покинули беседку, я увидел Лили, хлопочущую у огня, что горел рядом с небольшим ручьём примерно в тридцати метрах от нас. Её ладная фигурка привлекла моё внимание, и я залюбовался ею. Несмотря на то, что кончил полдюжины раз предыдущей ночью, все равно не мог оторвать от неё взгляд. Тело Лили притягивало как магнит.

Вчерашним вечером мне не хватило ни времени, ни сил по достоинству оценить одетую девушку-кролика, которая впервые встретилась на моём пути. Честно говоря, до неё я видел только Клевер, и её образ навсегда запечатлелся яркой вспышкой в моей памяти.

И всё же определение «одетая» очень отдаленно относились к ней сегодня утром. Лили надела кожаные шорты едва ли длиннее нижнего белья, настолько тонкие и обтягивающие, что сразу припомнились слова одного моего друга: «Её штаны такие тугие, что можно различить даже губки».

Топ выглядел немногим лучше: полоска такой же тонкой кожи, свободно обёрнутая вокруг великолепных грудей, настолько узкая, что с каждым её шагом казалось, что они вот-вот выскочат наружу. Я загляделся на маленькие торчащие соски, выпирающие под тканью, впившись в них взглядом, представляя её раздетой, и мои щёки обдало жаром. Ее тело напоминало скульптуру, вырезанную из мрамора, и я не мог на неё насмотреться.

Наряд оставлял большую часть чувственного бледного тела Лили открытой, и, чтобы не наделать глупостей, я предпринял огромное усилие и сосредоточиться на её прекрасном лице. Идеально гладкая и нежная кожа девушки-кролика буквально светилась на солнце.

Я не подумал сделать это вчера, поэтому только сейчас осмотрел её с помощью Глаза Истины.

Кунид, взрослая самка. Гуманоид, разумная. Класс Библиотекарь, Подкласс боя Лучница, Уровень 8. Атаки: Тройной выстрел, Огненная стрела.

Лили заплела свои волосы в милые косички и надела большие очки в проволочной оправе. Всё это вместе с широкой улыбкой, которую она мне подарила. Её улыбка как солнечный свет рассеивала тени.

— Доброе утро! — в глазах Лили мелькнуло понимание, она переводила взгляд то на меня, то на Розоцветную. — Выспался?

— Как младенец.

— Хорошо! — девушка-кролик повернулась к столу и указала рукой на расставленные тарелки. — Я приготовила завтрак.

Не заставляя просить себя дважды, я уселся за стол напротив огромного блюда мяса и овощей, исходящего паром омлета с нарезанным луком и перцем, и салата с редькой и морковью. Всё выглядело аппетитно и пахло замечательно.

— Спасибо, Лили, — сказал я, устроившись в том же кресле, что и вчера. — Не знаю, как и отблагодарить тебя за доброту и заботу.

Она застенчиво улыбнулась, согрев мне душу, и слегка выступающие вперёд верхние кроличьи зубы сделали улыбку по-детски очаровательной.

Розоцветная на сей раз не ушла и осталась с нами. Она элегантно опустилась на колени и села на пятки, чтобы смотреть мне в глаза.

Лили наполнила свою тарелку салатом и с аппетитом начала есть, изредка поглядывая на меня. Я же, не стесняясь, нагрузил свою тарелку до отказа, мигом смолотил всё и потянулся за добавкой. Аппетит девушки-кролика был заразителен, и я не мог не улыбаться, наблюдая за ней.

После вчерашней битвы, после безумной гонки и лёгких перекусов на бегу, после того, как вырубился за столом от усталости, не успев прожевать кусок, а затем ночных упражнений, я умирал от голода. И хотя соль и специи могли бы значительно улучшить блюдо, оно всё равно было восхитительным. Каждый кусочек вызывал взрыв эмоций, и я не мог насытиться.

И конечно же сказал девушке-кролику об этом к её тихому, но очевидному удовольствию. Глаза Лили заблестели от радости, и моё сердце тоже наполнилось счастьем.

Наконец я закончил очищать свою тарелку во второй раз и неохотно отодвинул её.

— Спасибо вам обеим за гостеприимство, — сказал я. — Но мне пора отправляться в путь.

Лили выглядела немного разочарованной и открыла рот, но едва заметное покачивание головой дриады остановило её.

— Ты пойдёшь этой дорогой на обратном пути? — спросила Розоцветная, не глядя на меня.

Я не мог ничего твёрдо обещать, но кивнул.

— Может, остановлюсь ненадолго, чтобы передохнуть, или максимум на ночь, если смогу. Моя семья ждёт меня дома, и очень волнуется. Если смогу уладить проблему, мне нужно вернуться как можно быстрее и заверить их, что всё в порядке.

— Конечно, — сказала дриада тепло. — Иди с миром, Артём. Желаю тебе величайшего успеха в твоём деле.

Когда встал из-за стола, Лили вскочила и обняла меня, прижавшись своим мягким и сладким телом.

— Было приятно познакомиться с тобой, Артём! — сказала она, отступая и играя с одной из своих косичек, а румянец распространялся по её бледной, лебединой шее. — Надеюсь, всё сложится хорошо, и мы скоро увидимся снова.

— Надеюсь на это тоже, — сказал я и, отвесив неловкий поклон обеим женщинам, отправился собирать своё снаряжение и переодеваться.

С некоторым сожалением я покинул волшебную поляну, Розоцветная и Лили долго махали мне руками на прощание.

Когда вошёл в лес, очень удивился, почувствовав колючий порыв ледяного ветра, дующего в лицо. Ещё большее недоумение вызвали несколько снежинок, лениво дрейфующих сквозь полог еловых лап и оседающих на лесной почве.

Хмурясь, я посмотрел вверх на небо над поляной, которое выглядело ясным и приятным, затем на снежинки, что сыпались сквозь ветви деревьев в тусклом мрачном лесу. Без сомнения, это ложился первый снег. Мне просто повезло провести ночь на летней поляне полубогини в тепле её объятий и избежать ночлега в холодном сыром лесу.

Моя одежда, длинное шерстяное пальто и водонепроницаемый холщовый плащ, оказалась достаточно тёплой для такой погоды, но выйти в промозглый холод с мягкого тепла всегда неприятно, даже если ты хорошо укутан.

Ну ничего, скоро согреюсь, когда вновь побегу. Может быть, даже придётся снять кое-что из одежды, если начну потеть.

Махнув в последний раз дриаде и девушке-кролику, я повернулся и побежал на северо-запад через деревья, покидая мирное убежище полубогини и возвращаясь к своей мрачной цели.

Глава 12

Тверд я впервые засёк где-то к полудню. Хотя «засёк», пожалуй, слишком громко сказано. Просто заметил на горизонте. Город раскинулся на обширной равнине, так что до него пришлось ещё пилить и пилить несколько километров. Стены высокие, крепкие, видать, следят за ними и регулярно латают. На валах осадные машины торчат, точно как иголки у ежа. Признаться, на душе сразу как-то спокойнее стало, всё-таки Бастион — место по большей части дикое, а тут хоть какая-то видимость порядка и защиты. После постоянного напряжения в глуши это как бальзам на душу, хоть и понимаешь, что расслабляться рано.

Вид и впрямь обнадёживал. Пока последние километры по этой проклятой равнине отмерял, приходилось петлять, словно заяц, уклоняясь от логов монстров. То ещё удовольствие, скажу я вам, особенно когда каждая тварь норовит отхватить от тебя кусок. Наконец выскочил на большак, широкую, укатанную дорогу, что тянулась между Твердом и Джарданом, который на юге. А когда подобрался совсем уж близко к городу, сразу нырнул в придорожный лесок, жиденький такой, отдышаться на пару минут и восстановить маскировку, что мне состряпали девчонки-служанки. Ну да, а что делать? В моём положении излишнее внимание — прямой путь к неприятностям, а то и на тот свет.

Достал из кармана потёртое зеркальце, которое одолжила Марона, спасибо ей ещё раз, выручила. Так и есть. Лицо чистое, слишком уж моё, узнаваемое, да и волосы, похоже, тоже. Нехорошо. Пришлось по-быстрому исправлять. Взъерошил посильнее свои лохмы, щедро снегом вперемешку с землёй (благо этого добра вокруг навалом) испачкал скулы, натянул капюшон пониже, чтобы тень легла на глаза. Затем ещё раз критически оглядел себя в зеркальце. Ну вот, теперь лицо стало не такое приметное, больше похож на обычного бродягу, каких тут тысячи. Критическим взглядом оглядев себя и убедившись, что так оно и есть, выполз на дорогу. Не хватало ещё спалиться на такой мелочи.

Долго идти в одиночку не пришлось, скоро нагнал караван, который тоже в город двигался, и предложил им свою компанию. Купец, мужик с хитрыми глазками и пухлыми щеками, и его охранники, лбы здоровые, заросшие щетиной, как-то странно на меня покосились. Ещё бы, догнал я их играючи, да и до города уже рукой подать! Что за хрен с горы нарисовался, ещё и в провожатые набивается? Наверное, думали, не пытаюсь ли я их развести или, чего доброго, ограбить вместе с дружками, поджидающими впереди. А что, обычное дело в этих краях.

Но отказываться от моего общества не стали. Ещё бы, тридцать третий уровень, это тебе не хухры-мухры! Какая-никакая, а защита от возможных придурков с большой дороги на последнем марш-броске до города. Хотя, конечно, бандиты, что орудовали прямо под стенами Тверда, должны быть полными кретинами, ну или с головой совсем не дружить, чтобы напасть на караван прям почти на виду у городской стражи. Таких обычно быстро вычисляют и на кол сажают для острастки остальным. Местная «педагогика» суровая, но, говорят, действенная.

На входе в город уже собралась приличная такая очередь. Хвост из телег и пешеходов растянулся метров на сто, не меньше.

Если верить словам моих разговорившихся и немного расслабившихся попутчиков, как и в других местах Бастиона, местный губернатор, похоже, мужик толковый: старался и заселению способствовать, и торговлю развивать, да и для нашего брата, искателя приключений, условия создавать поприятнее. Так что налоги тут брали вполне божеские, не грабили в открытую. Что уже неплохо, учитывая общую дикость нравов.

Стражники у ворот быстренько что-то там себе черканули в бумагах, стрясли с каравана пару монет, видимо, стандартная такса, и пропустили. Даже фургоны особо не досматривали, так, для проформы глянули и всё. Мне же просто вежливо кивнули, когда мимо проходил. Ясное дело, сразу видно, бродяга-авантюрист, даже если сейчас вроде как в охрану подрядился. Да и вид у меня соответствовал, и взгляд, наверное, такой, что сразу понятно, не цветочки собирать пришёл.

Даже как-то непривычно, что на мою рожу никто особо не пялится. А то я так привык, что женщины шеи сворачивают (не то чтобы я жаловался, но всё же), что почти забыл, каково это выглядеть обычным таким, незаметным парнем. Тихим, серым, незапоминающимся, но сейчас именно этим и идеальным для моих нынешних целей. Никто на тебя внимания не обращает, делай, что хочешь.

У самых ворот я притормозил, чтобы немного осмотреться. Городишко, прямо скажем, не гигант, поменьше Кобрана будет, тысяч сорок народу, не больше, если на глаз прикинуть. Но поскольку он являлся столицей приграничья, тут всякого люда хватало: и нашего брата-авантюриста, и наёмников, и торговцев, и переселенцев. От этого город казался каким-то более жёстким, что ли, и вечно галдящим, как растревоженный улей. Все куда-то спешили, кричали, торговались, короче, жизнь била ключом, пусть и довольно грязным.

Создавалось впечатление, что поначалу улицы на аккуратные квадраты их разбили, наверное, кто-то когда-то пытались навести порядок. Но потом, видать, народ начал лепить себе вторые этажи, как бог на душу положит. Эти надстройки так нависли над некоторыми проходами, что те превратились в натуральные щели, а не переулки, где и днём-то стоял сумрак, словно в склепе. А кое-где стройка вообще улицу перегородила, оставив узкую тропку для пешеходов, да и ту, похоже, использовали как общественный туалет ночные горшки туда выливали. Вонь стояла соответствующая, аж в носу защекотало. Фу, гадость какая! Пришлось даже на пару секунд дыхание задержать.

Видя такое положение дел, местный мэр, похоже, на всё плюнул и для полного народного счастья разрешил ставить торговые палатки прямо на улицах, а не только на рынке. В итоге в некоторых местах телеги еле протискивались, а пробки, само собой, сопровождались отборным матом и громкими криками. Сущий базар-вокзал, аж уши закладывает! Суета, толкотня, каждый норовит тебя локтем пихнуть. Прямо как в московском метро в час пик, только вони больше, а культуры меньше.

Похоже, губернатор тут хоть и старался для процветания и роста Бастиона, но в плане городского хозяйства явно давал слабину. Или просто руки не доходили, или забил на это дело, а может, и за прибылью погнался: торговые налоги, все дела… Главное, бабки текут, а остальное мелочи. Типичный подход всех правителей, к сожалению. Лишь бы казна пополнялась.

Канализации тут, ясное дело, и в помине не было, да и вообще на чистоту улиц, похоже, все глубоко забили. В воздухе висело такое амбре, что хоть нос затыкай: смесь нечистот, дешёвой еды с прогорклым маслом и ещё чёрт знает чего. Оставалось надеяться, что мой шнобель к этой гремучей смеси скоро принюхается. Не везде же, как в поместье Мирид, водопровод с туалетами и септиками, тут тебе не курорт. Эх, Зара бы тут в обморок упала от одного только запаха.

Может, когда-нибудь и здесь цивилизация наступит. Хотя, глядя на царивший бардак, верилось с трудом. Скорее, город просто рухнет из-за непонятно как прилепленных и неизвестно на чём держащихся надстроек и потонет в собственных отходах.

Но по крайней мере жизнь тут кипела. Народ в основной массе выглядел относительно чистым, кутался в тёплую, хоть и не новую одежду. Зима на носу, и холод уже начали пощипывать довольно чувствительно. Утром изо рта валил пар, а лужи подёргивались тонким ледком. На многих площадях я заметил общественные колодцы, откуда горожане и таскали воду. Хоть какой-то плюс. Может, хотя бы чумы и холеры тут нет. Пока.

Я двинул по улице, что вела от южных ворот, внимательно зыркая по сторонам. Но не то чтобы достопримечательностями любовался, нет, есть дела и поважнее. Нужно перво-наперво понять, куда я попал и как здесь выжить, а потом провернуть свои делишки и убраться подобру-поздорову.

Всю дорогу до Тверда я голову ломал, что делать, как эту заразу, что нависла над моей семьёй, извести. Фендал из Малибурна, рыцарь Рубежа из Ордена Серебряного дозора, этот ублюдок, конечно, главная головная боль. Каждый раз, как вспоминал его самодовольную рожу, кулаки сами собой сжимались. Но Гильдия Убийц — проблема поострее, которую нужно решить прямо сейчас. Эти черти могли в любой момент нового душегуба за мной прислать, или даже нескольких. Кто знает, какие тараканы в головах профессионалов ножа и яда?

А может, уже и послали, чёрт их знает, хитрых крыс. Сидят где-нибудь в засаде, в какой-нибудь вонючей подворотне, ждут удобного момента. От одной мысли об этом по спине пробегал неприятный холодок.

Пришить этого рыцаря значило, что контракт на мою голову аннулируют, но точно не сразу. Бюрократия даже у наёмных убийц наверняка та ещё. Нужно сначала провести разведку, осмотреть город, поискать Гильдию Убийц, возможно найду их слабые места или продумаю, как провести ряд диферсий, что-бы подмочить их репутацию, если смерть Фендала автоматически не закроет контракт на мою голову. Правда, Фендал — мразь хитрая, мог ещё что-то придумать. Он так просто не отстанет, похоже, урод принципиальный.

И что самое хреновое, выследить подпольных убийц, скорее всего, будет куда сложнее, чем племянничка Герцога Сигурдиана. Да и враги у них могут оказаться серьёзные, опасные типы вроде того же Теневого клинка. С такими лучше не пересекаться без крайней нужды. Одно дело прикончить зарвавшегося аристократа, и совсем другое — влезть в разборки профессиональных киллеров. Можно и самому под раздачу попасть.

Фендала, конечно, найти полегче, но вот подобрать момент, чтобы его замочить и самому не засветиться, уже задачка посложнее. Не говоря уже о том, что сам этот хмырь опытный воин, и с ним придётся повозиться. Голыми руками его не возьмёшь, и охрана у него не для мебели.

Я уже битый час наматывал круги по Тверду, стараясь не привлекать внимания и одновременно запоминая ключевые ориентиры, а в голове стучал один и тот же вопрос: как, чёрт побери, вычислить убийц? Задача выглядела почти нерешаемой. Эти твари не дебилы, чтобы светиться почём зря. Да и сам Фендал тоже не пальцем деланный, наверняка под такой охраной, что комар носа не подточит, или постоянно на людях. А вдруг один из этих ублюдков уже пасёт меня, пока я тут репу чешу, а Фендал тем временем спокойно готовит новую пакость для моих близких? От таких перспектив аж в висках заломило. Замкнутый круг, чтоб его! Тупик. Хоть волком вой.

И тут щелчок, словно лампочка в башке зажглась. Осенило! Ну и баран же я, а⁈ Иногда собственная тупость просто поражала. Ответ всё это время буквально валялся у меня под носом.

Ясное дело, убийцы, засевшие в Тверде, маскировались под обывателей мастерски, хрен отличишь с ходу. Наверняка у них свои примочки: тайные знаки, пароли, хитровывернутые жесты, схроны по всему городу и прочая шпионская хрень, без которой в их ремесле никуда. Целая наука, блин.

Вот только каждый из них, сам того не подозревая, таскал над башкой невидимый для прочих, но здоровенный такой транспарант «Я УБИЙЦА И СВОЛОЧЬ!». Ну или как минимум, нёс на себе жирный маркер «КРАЙНЕ ПОДОЗРИТЕЛЬНЫЙ ТИП». Обычные люди их, конечно, не замечали, но не я. Глаз Истины влёт считывал всю подноготную прохожих, спасибо Мие за такой подарок, неоценимый в подобных ситуациях.

Поэтому, прочёсывая каменные джунгли, я принялся внимательно, почти не мигая, сканировать каждого встречного-поперечного. В первую очередь выискивал тех, чьи классы буквально вопили о скрытности и тихих убийствах: разных там Отравителей, Теневых Оборотней, Клинков Тени, Ассасинов. Не сбрасывал со счетов и любителей тёмной магии, всяких Заклинателей Тьмы и им подобных. Ну и, само собой, типов вроде Разрушителей Щитов, Похитителей Душ, Теневых Лучников и Снайперов. Чёрт его знает, любой из этой братии мог оказаться членом Гильдии Убийц, работать на них или просто оказаться достаточно скользким типом, чтобы привлечь моё внимание. Информации Глаз выдавал много, только успевай обрабатывать.

Задачка, прямо скажу, не из лёгких. Попробуй-ка просканируй каждого в городе, где копошатся десятки тысяч человек, этакий большой муравейник, где каждый куда-то спешит. Я, конечно, немного сузил поиск, сразу отсёк всех, кто ниже пятнадцатого уровня. Согласно элементарной логике, киллеры-профи вряд ли окажутся совсем уж желторотыми птенцами. Это сразу убрало почти всех мирных жителей, всякую мелочь, торговцев и ремесленников попроще. Но даже с оставшимися приходилось возиться, проверять уровень и класс, а это, знаете ли, время. Глаз Истины, конечно, штука полезная, но не волшебная палочка. Я уже начинал натурально уставать от постоянного напряжения, перед глазами временами плясали цветные пятна, а картинка плыла. Приходилось то и дело жмуриться, сильно тереть веки, давать им хоть секунду отдыха. Блин, такое ощущение, будто пялился в монитор сутками без перерыва.

Ещё одна проблема: с какой части города начать. Тверд — это вам не деревня Гадюкино, он огромен и запутан. Первое, что приходило на ум — трущобы. А что, классика жанра. Где ещё прятаться всякому отребью? Там всякой уголовщине самое место, чтобы затеряться. Вонь, грязь, узкие переулки — идеальные декорации. Но Тверд разросся так хаотично, какой-то гигантский бурлящий муравейник. Без карты тут заблудиться как два пальца…

К тому же не стоило забывать, что опытные и дорогие наёмные убийцы вполне могли шифроваться на виду у всех где-нибудь в богатых кварталах под личиной какого-нибудь скучающего аристократа или преуспевающего торговца. Деньги у них есть, могут себе позволить снять приличный дом и не отсвечивать. Так что эти гады могли оказаться где угодно. Задачка усложнялась с каждой минутой, и я чувствовал, как начинает подступать лёгкое раздражение от неопределённости. Хотелось просто плюнуть на всё и… Нет, нельзя! Семья важнее.

Желудок уже начинал недовольно урчать, напоминая, что энергии на такие фокусы с «Глазом» тратится немало, так что я купил у уличного торговца нечто похожее на шашлык — обугленный кусок мяса с перцем на грубой деревянной палочке, и жевал прямо на ходу. На вкус так себе, резина резиной, с привкусом дыма и чего-то ещё неопределённого, но хоть что-то горячее. И голод слегка утолил, и меньше внимания привлекал, вроде как свой, местный, озабоченный лишь тем, как бы набить брюхо. Кстати, в Тверде оказалось на удивление много народу выше тридцатого уровня. В основном, конечно, авантюристы вроде меня или суровые охранники, но попадались и прокачанные ремесленники. Видать, жизнь тут заставляет крутиться, иначе быстро пойдёшь на корм местным монстрам или станешь жертвой таких вот «искателей приключений». Естественный отбор в действии, так сказать.

Эх, может, как-нибудь потом, когда вся эта проклятая хрень с угрозами моей семье закончится, стоит присмотреться к местным мастерам. Мало ли что полезное найдётся, какой-нибудь хитрый артефакт или просто добротная снаряга. Но пока что совершенно не до этого, главное выжить и защитить своих. Эта мысль привычным уже холодком прошлась по спине, придавая сил. Ради близких я готов и не на такое.

Где-то через час такой бестолковой, как мне казалось, прогулки (ноги уже гудели, а толку чуть), мне наконец улыбнулась удача или просто сработала теория вероятности я уже готов был поверить во что угодно. Глаз истины засёк Теневого лучника двадцать третьего уровня, который как раз выходил из пекарни, откуда аппетитно тянуло свежим хлебом. Одетый в самую обычную, ничем не примечательную одежду человек, мирно так прогуливаясь, перекинулся с пекарем парой слов, посмеялся. Потом, зажав под мышкой какой-то свёрток, завернутый в грубую ткань, купил свежую булку, откусил кусок и начал жевать. Прямо паинька, а не убийца. Типичный обыватель, спешащий домой с покупками. Но Глаз Истины не обманешь, класс Теневой лучник говорил сам за себя явно не о мирных намерениях прохожего. Уж больно специфический класс для простого любителя булочек.

Конечно, он мог оказаться и обычным авантюристом, который просто оставил снарягу дома и прогуливался по городу налегке. Мало ли, выходной у парня. Но я заметил одну деталь: уж больно внимательно он косился на стражников, патрулирующих улицы. Куда внимательнее, чем это делал бы простой обыватель. Не просто скользнул взглядом, а именно оценивал расстояние, вооружение, бдительность. Это-то меня и насторожило. Словно прикидывал, не следят ли за ним.

Ага, вот и первая ниточка… Инстинкт охотника, или просто паранойя? Посмотрим.

Глава 13

Это оказалась первая серьёзная зацепка, так что я, естественно, увязался вслед за Теневым лучником. Снова активировал Глаз Истины, чтобы не потерять его из виду в толчее, но держался на приличном расстоянии, так, чтобы даже самый прожжённый профи не заподозрил слежку. Мой опыт Охотника и навыки скрытности тут пришлись как нельзя кстати. Тем более на забитых народом улицах я мог слиться с толпой, став практически невидимкой, если не лезть на рожон. Главное, не спугнуть.

Мужик шёл довольно целеустремлённо, и вскоре свернул в самые бедные и запущенные кварталы. Дома вокруг становились всё более обшарпанные, с облупившейся штукатуркой и заколоченными окнами. Дышать стало труднее, несло сыростью, нечистотами и какой-то затхлостью. Натуральный, ничем не разбавленный дух отчаяния, если отчаяние, конечно, может иметь запах. Народу в домах набито как сельдей в бочке, огромные семьи. Переселенцы, видать, или подёнщики, которые на любую работу готовы за кусок хлеба. Наверняка есть и беженцы, ведь на северной границе Бастиона сейчас тот ещё бардак творился. Война, голод и разруха гнали людей сюда, в Тверд, в поисках хоть какой-то надежды. Хорошо хоть до Тераны, где расположилось моё поместье, эта хрень пока не докатилась.

Оставалось только очень надеяться, что и не докатится. Хватит с них проблем, и так уже по горло. При мысли о моих девочках, об Илине, о малышах, еще не родившихся, всё внутри сжималось. Ради них я готов свернуть горы, не то что каких-то там убийц выследить. Они мой главный стимул.

Наконец мой «подопечный» углубился в такую часть города, где вместо домов теснились в основном палатки да какие-то самопальные хибары, собранные из всякого мусора: досок, рваных шкур, кусков металла. Некоторые бедолаги вообще ютились под кусками брезента, натянутыми кое-как на шаткие гнилые колья. Жалкое зрелище. От холода это, конечно, не спасало, но хоть какой-то навес от снега, что то и дело мелкой крупкой сыпал с тяжёлого свинцового неба. Мрачное местечко, где веяло безнадёгой и тихой, затаённой злобой. Здесь так легко можно исчезнуть… или быть исчезнутым.

Этот хмырь, который, кстати, выглядел слишком уж сытым и довольным среди окружающей его нищеты (чистая одежда, лоснящиеся щёки, уверенная походка — всё это било в глаза на общем фоне), свернул в последний узкий проулок, протиснулся между какими-то развалюхами к старой облезлой таверне с покосившейся вывеской, на которой едва угадывалось название и, небрежно так оглянувшись по сторонам, шмыгнул внутрь. Ну вот, приехали, называется. Конечная станция «Трущобы», выход направо.

Значит, если он из Гильдии Убийц, то эти ребята и впрямь окопались в трущобах, как крысы в канализации. И их логово либо в подвале этой самой таверны, либо где-то тут есть тайный ход, который ведёт в убежище. Классика жанра, чёрт бы её побрал, прямо как в дешёвом романе или какой-нибудь компьютерной игре с Земли. «Найди логово ассасинов в самом злачном месте города» — квест, знакомый до боли.

До тошноты предсказуемо, если честно, никакой фантазии у ребят. Хотя, может, в этом и расчёт: кто станет искать серьёзную организацию в такой дыре? Ведь самые очевидные места часто и оказываются наиболее безопасными, как это ни парадоксально. Или они просто не парятся, считая себя неуязвимыми?

Мимоходом я заприметил ещё одного Разбойника одиннадцатого уровня, молодого, совсем ещё пацана лет шестнадцати на вид, но уже с настороженным, волчьим взглядом. Он околачивался у дверей таверны, прихлёбывая что-то из помятой фляги и кутаясь в тяжёлый плащ. Торчать на улице ему вроде как не было никакого резона, либо поджало безденежье, не давая зайти внутрь и согреться, что вряд ли. Судя по виду, одет парень не то, чтобы богато, но и не как последний нищий. Либо… он стоял на стрёме. Второй вариант подходил значительно больше. Типичный «шестёрка», пушечное мясо на случай заварушки. Таких обычно первыми и сливают.

Ну что ж, ясненько. Картина потихоньку вырисовывалась. По крайней мере теперь есть, от чего отталкиваться, и это уже немало.

Я прошёл мимо проулка, не останавливаясь, стараясь выглядеть максимально расслабленным, и поплёлся дальше, ещё внимательнее зыркая по сторонам и выискивая других «наблюдателей» или просто подозрительных типов. В таких местах лучше перебдеть, чем недобдеть. Никого конкретного не увидел, но ухо держал востро. Я чувствовал на себе взгляды, и от большинства из них за версту несло недружелюбием. Какие-то липкие, оценивающие, голодные. Чужаков здесь, похоже, не жаловали.

И вот тут-то и крылась главная засада. Если для меня все уголовные элементы видны как на ладони с их «знаками отличия» над башкой, то и у меня самого над головой тоже висел здоровенный такой транспарант, «33-й уровень». Яркий, как фонарь в тёмную ночь. А это значило, что если я не полный неудачник, то прибедняться у меня причин не было. Я мог просто выйти за город, зачистить пару-тройку захудалых логов какой-нибудь мелочёвки вроде гоблинов или гигантских крыс и набрать достаточно барахла, чтобы снять себе комнату и нормально поесть. Это тут понимал каждый, что и делало меня потенциальной мишенью.

И замёрзшие озлобленные бедолаги, стоящие на стрёме, и встречные прохожие это прекрасно понимали, провожая меня алчными взглядами.

Меня почти не напрягало их недружелюбие. Не то, чтобы возомнил себя бессмертным, хотя иногда очень хотелось бы, но в обычных трущобах, скажем, где-нибудь в неблагополучном районе на Земле, где каждый второй норовил тебя либо ограбить, либо надуть, я бы напрягся куда сильнее. Здесь же мой уровень настолько превосходил достижения всей местной шпаны, что бояться-то особо и нечего, разница в силе колоссальна. А те, кто приходился мне ровней по силе, в таких дырах обычно не тусуются. Так что я спокойно шел дальше.

Даже если тут и заправляют какие-нибудь банды, они бы не стали держать в этой дыре по-настоящему сильных бойцов, слишком жирно для такого места, вроде как поставить элитный спецназ охранять курятник. Так что если не стану откровенно нарываться, то вряд ли кто-то серьёзный заинтересуется. Мелочь не в счёт.

Само собой, мне придётся потратить немало времени, чтобы разведать обстановку вокруг данной таверны, а наличие стукача на входе, кстати, отличная мера предосторожности для ребят из Гильдии Убийц. Любой, кто представлял бы для них реальную угрозу, засветился бы в вонючих трущобах, как новогодняя ёлка… Хитрый ход, ничего не скажешь, хотя и банальный. И эффективный, чёрт возьми!

А сами убийцы тем временем могут спокойно тут базироваться и без особых проблем держать в страхе местных жителей. Крышуют, обирают до липки и делиться ни с кем не собираются. Власть над слабыми — самый сладкий наркотик для таких организаций.

Похоже, придётся ждать темноты. Ночью, в тени, я смогу затеряться, и люди не будут так пялиться на меня и прикидывать мой уровень. Ну, по крайней мере, обычные люди. В трущобах жило на удивление много представителей других рас: орки, гоблины, какие-то полузвери, и у многих из них ночное зрение куда лучше человеческого. С этими придётся вести себя осторожнее, не хотелось бы нарваться на неприятности из-за собственной самонадеянности. Недооценка противника — верный путь в могилу.

Способность «Орлиный глаз» давала небольшое преимущество в темноте. Не то, чтобы я видел как днём, словно кошка, но всяко лучше, чем обычный человек. Если на небе луна и не слишком облачно, то силуэты я различал достаточно хорошо, а этого хватало, чтобы использовать Глаз Истины и сканировать окружение. По крайней мере не буду как слепой котёнок тыкаться носом в стену, а это уже что-то.

В общем, я огляделся и по-быстрому свалил из трущоб, решив не мозолить глаза раньше времени. Пока не стемнело, займусь поисками Фендала из Малибурна, рыцаря Рубежа из Ордена Серебряного дозора, ублюдка, который так сильно подгадил мне и моим близким. Попробую нащупать возможность пришить этого гада. Два зайца одним махом, почему бы и нет? Если повезёт, конечно. А удача мне сегодня ой как понадобится. Да и просто хотелось выпустить пар, и этот хмырь — идеальная кандидатура.

Контраст между нищетой и богатством оказался куда резче, чем я ожидал. Просто пропасть, а не контраст. Стоило мне двинуть в сторону особняка, где Фендал всё ещё жил со своими предками, как всё вокруг резко изменилось. Буквально на одной улице трущобы сменились сначала скромными домишками, а потом магазинами и домами посолиднее, где жил явно преуспевающий люд. Мир богатых, мать его! Чистые улицы, вымощенные гладким камнем, нарядные фасады, украшенные лепниной и цветами в вазонах, даже воздух казался другим, без смрада, с лёгким ароматом дорогих духов и свежей выпечки. Как будто попал в другой город или даже в другой мир.

Вот она, социальная справедливость во всей красе!

За ухоженными кварталами зажиточных граждан начались районы шикарных особняков, обнесённых высокими каменными стенами. У массивных кованых ворот дежурила лощёная охрана в блестящих доспехах. Здесь обитала местная знать, богатые купцы, высокоуровневые авантюристы и прочая «элита» Тверда. Сразу видно, кто в городе хозяин жизни. По чистым улицам прогуливаются совсем другие люди: улыбающиеся холёные лица, дорогая одежда, и во всех без исключения взглядах плохо скрываемое высокомерие. Руки так и чесались кому-нибудь съездить по самодовольной физиономии.

Можно сказать, самое сердце власти, денег и культуры Бастиона. Всё здесь дышало роскошью, самолюбованием и презрением к таким, как я. А что, если бы они узнали, кто я на самом деле и откуда пришёл? Интересно, как бы отреагировали, узнай, что перед ними стоит «дикарь» с другой планеты? Наверное, вызвали бы стражу или попытались купить меня как экзотическую зверушку.

И тут я столкнулся с ситуацией прямо противоположной той, что возникла в трущобах. На мой тридцать третий уровень здесь никто и ухом не повёл, таких везде бродило много, особенно в возрасте лет сорока. Я даже почувствовал себя немного… обычным, что ли. Чёрт, я даже засёк одного почтенного такого старикана с длинными седыми волосами и бородой аж пятьдесят шестого уровня! Класс: Искажатель. Звучало внушительно. Серьёзный, видать, дед, таким палец в рот не клади.

А вот моя скромная одёжка, к сожалению, вызывала тут уже не просто недружелюбные взгляды, а откровенные насмешки и брезгливые гримасы. Я заметил, как охранники у ворот особняков провожали меня особым таким взглядом, с прищуром, полным лёгкого подозрения и плохо скрываемого превосходства. Мол, что этот оборванец тут забыл? И как вообще посмел сунуться в их сияющий мир? Ещё и оружие при себе носит, хоть и скрывает! Неприятно, чёрт возьми, но терпимо. Не в первый раз, да и, боюсь, не в последний. Главное, не обращать внимания и делать своё дело.

Чёрт, надо было всё-таки прихватить с собой одёжку поприличнее, хотя бы лучший походный комплект, а не эти обноски, чтобы не выделяться. Но это дело поправимое, стоит заскочить к портному, и проблема решена. Немного жалко было тратить золото, когда моя Зара шила почти также хорошо, а главное, с душой. Её вещи всегда отличались удобством и сидели как влитые. Но цель сейчас важнее любых денег, не до экономии. Иногда приходится жертвовать малым ради большего.

К тому же, если я хочу оставаться незаметным, то как раз стоило бы прикупить что-нибудь из местной моды Бастиона, чтобы не выглядеть чужаком, а то мой прикид явно не вписывался в здешний «гламур». От одного этого слова зубы сводило, но маячить по улице белой вороной мне сейчас совсем ни к чему. Нужно слиться с толпой, стать одним из многих, а не мишенью для насмешек и подозрений.

В конце концов хороший охотник должен уметь мимикрировать под любую местность.

Глава 14

И вот уже минут через десять я снова почувствовал себя почти человеком, а не запылённым бродягой, выходя из местного ателье при полном параде в ладно скроенном костюмчике. Неброский, серый с белым, ничего кричащего, но сидел как влитой, не стесняя движений, что для меня критично важно. Сверху длинное тёмное пальто, добротное, видно издалека, на руку накинут тонкий плащ. Прихватил его на случай, если придётся слиться с тенями или дождём, всякое бывает. Старые шмотки, пропахшие дорожной пылью и, чего уж там, потом, запихал в рюкзак, благо всё влезло без проблем.

Пальто тут носили нараспашку. Что ж, мне только на руку: удобно, я под него свой короткий лук и пристроил. Сейчас мои меч с копьём вкупе с новым образом смотрелись более-менее прилично, не как у последнего оборванца или, по крайней мере, не столь вызывающе. В общем, внимания я привлекал куда меньше, когда снова потопал к особняку этих чёртовых Харлингов. Меньше внимания — меньше проблем.

Особняк оказался натуральной крепостью: охрана на каждом углу, морды кирпичом, явно не для красоты расставлены, а по стенам ещё и шипы, специально, что бы туда забраться никто не мог.

Я бы, может, и рискнул сунуться, но слишком все было легко и невинно. Слыхал я про сигнальные обереги и прочую магическую хрень для защиты. Тут нужен какой-нибудь пронырливый вор с навыками деактивации ловушек, а не стрелок, пусть и с хорошей реакцией. Так что лезть наобум — чистой воды самоубийство.

Поэтому потолкался просто у ворот с десяток минут, запоминая уровни и классы охранников. Мало ли, пригодится. Информация лишней не бывает, особенно о потенциальных противниках. Особняк пока отложил на потом, а пока надо двигать дальше.

Путь мой лежал в два борделя. Марона сказала, что Фендал там частенько зависал. Да где ещё такому типу, как он, ошиваться? Не в библиотеке же в самом деле!

Солнце уже клонилось к закату, лениво цепляясь за крыши домов, когда я двинул в квартал красных фонарей. Расположился он хитро: и до богатеев недалеко, что весьма удобно, и в то же время на отшибе. Типа, мы не такие. Ага, конечно. Лицемеры!

Город с наступлением сумерек изменился. Воздух стал гуще, тяжелее, словно пропитался чужими тайнами и желаниями, приличные граждане с детишками по домам попрятались, заперев двери на все засовы, а народ на улицах стал заметно шумнее и развязнее. Уже и девки легкого поведения появились. Зябко, должно быть, стоять так, полуголыми на пронизывающем ветру. Жмутся друг к дружке, греются. И ведь умудряются, чертовки, стратегически оголить то ляжку, то бедро, то декольте выставить. Намёк на профессию более чем прозрачный. Маркетинг и здесь работает!

В Теране, конечно, тоже ночная жизнь имелась, но там всё больше по-тихому, за закрытыми дверями или на глухих улочках с молчаливого согласия горожан. Марона у себя такого бардака, публичного разврата, пьяных дебошей и грабежа не допускала.

А тут, в Тверде, мужики прямо по улицам шатались с бутылками в руках, ржали и орали песни кто во что горазд. Зрелище, прямо скажем, не слишком приятное, хотя меня мало чем можно было удивить.

Торгаши на каждом углу впаривали всякую дрянь. Понятное дело, и щипачи тут как тут, шныряют, как крысы, высматривая лёгкую добычу. Но я не собирался за какой-нибудь ночной бабочкой в закуток сворачивать, чтобы потом отбиваться от кодлы головорезов. Хотя, с моим-то уровнем, такая мелочь меня не особо парила. Разметал бы и не заметил, но лишний шум мне ни к чему.

Ничего удивительного, приграничный город, столица региона, магнит для авантюристов. Ясное дело, ночная жизнь тут кипела ключом. А судя по тому, какой тут бардак с планировкой и управлением, нечего и удивляться, что на всякие пороки они тоже смотрели сквозь пальцы. Деньги идут, и ладно. Стандартная схема, везде так.

Впрочем, надо отдать должное местной власти, губернатор, похоже, понимал, что Тверд — это всё-таки центр цивилизации в Бастионе, и какую-никакую репутацию в плане порядка и безопасности поддерживать надо. Улицы освещались ярко, даже в большинстве переулков тьму разгоняли фонари. Не то, чтобы это сильно мешало тёмным делишкам, но хоть что-то. И стража патрулировала исправно, обозначая своё присутствие. Для вида, наверное… Или они просто крышуют по-тихому мелкие банды и с них кормятся.

Тем более ни стража, ни фонари особо никому не мешали отдыхать, развлекаться и проворачивать свои мутные дела. Что ж, тем проще мне будет затеряться в этой веселящейся толпе.

Если на рынке просто стоял гвалт, то в квартале красных фонарей творилось настоящее безумие. Такой дичи я не видывал давненько, даже на самых отвязных земных фестивалях такого не припомню. Этот квартал являлся, пожалуй, самым обособленным и изолированным из всех районов Тверда, даже трущобы так не выделялись. Улицы, что вели сюда, сразу узнавались по сияющим красным фонарям, не ошибёшься. Их свет, как пламя мотыльков, манил мужиков всех мастей, обещая неземное удовольствия.

И точно, большинство фонарей и магических огоньков здесь горели красным или пошловато-розовым. Атмосферненько, ничего не скажешь. Прямо декорации для дешёвого порнофильма.

Акробаты и гимнастки за сущие медяки выделывали трюки прямо на улицах. Наряды на них обтягивающие, все прелести наружу, но видно невооружённым глазом, что на таком холоде им несладко. Зуб на зуб не попадал у бедолаг, на что смотреть одновременно и жалко, и… любопытно, чего уж греха таить. Кое-где, правда, костры развели. И самим погреться, и чтобы зеваки могли руки протянуть, пока шоу смотрят. Хоть какая-то забота. Или просто способ удержать народ подольше?

Фокусники-иллюзионисты тоже рядом изгалялись, публику развлекали. А торгаши, видать, под тепловыми чарами, зазывали народ горячим мясом да свежей выпечкой. Ароматы такие… Желудок предательски заурчал, рот наполнился слюной. Кажется, я со вчерашнего дня толком и не ел.

Я протискивался сквозь галдящую толпу, зорко оглядывая по сторонам, но не забывая следить и за своим барахлом. Карманников тут хватало, рука сама то и дело дёргалась к кошелю, проверяя его наличие. Первым в моём списку значился бордель «Клетка». Странное, если не сказать, дурацкое название для заведения, куда, по слухам, любили захаживать аристократы. А может, это какой-то местный прикол.

Пару раз пришлось отмахиваться от щипачей; навык Стремительный давал о себе знать, рефлексы работали чётко. Отпихнул их и дал убраться, не хватало ещё шуму наделать, таща ушлёпков к страже. Время дороже. Одному, правда, который полез с ножом, кошелёк срезать. Пришлось пару пальцев поломать. Суставы хрустнули так сочно, что он, кажется, сразу передумал сменить профессию. Идиот, на десять уровней ниже меня, а к карманам тянется. Совсем страх потеряли, или просто отчаяние толкает на глупости?

Наконец впереди замаячила вывеска, здоровенная такая клетка и, надо отдать должное, нарисованная довольно искусно. И, что ещё удивительнее, висела она не над каким-то затрапезным борделем, а над вполне приличным с виду заведением.

Уже интригует.

Я заглянул в приоткрытую дверь.

Выглядело это всё как большая шумная таверна, народ так и сновал туда-сюда. И что меня особенно поразило, женщин было просто немеряно. И не только прилипчивых шлюх, которых легко опознать по вызывающему виду и оценивающим взглядам, но и обычных работниц. Даже несколько нарядно одетых мадам из тех, что побогаче, прогуливались между столиками.

Интересно девки пляшут!

Навстречу мне рванула весёлая музыка, под которую ноги сами просились в пляс, слышался смех и аплодисменты. Пахло пивом, жареным мясом и… женскими духами.

Я аж замер на пороге, глаза сами собой полезли на лоб.Уж чего только не насмотрелся в квартале красных фонарей, да и на рынке тоже, но такого поворота точно не ожидал.

На сцене, расположенной прямо по центру огромного зала,голая женщина отплясывала соблазнительный танец, грациозно переступая через монеты, которыми её щедро осыпали зрители. Тело у неё было… гм… впечатляющее, но двигалась дама весьма умело, это стоило признать.

А по бокам сцены стояли пока пустые клетки, видимо, там тоже танцуют девушки устраивая для посетителей грандиозное шоу. Так вот откуда это дурацкое название! Ну хоть какая-то логика, и то хлеб.

Мужики толпились вокруг сцены, хлопали в ладоши, свистели и швыряли монеты. Кто медью, кто серебро. А некоторые, особо щедрые или пьяные, и золотишком не брезговали. При этом, похоже, они не только на девку пялились, но и активно общались между собой, потягивая пиво и закусывая жареным мясом, овощами и ещё какой-то хренью, нанизанной на палочки. В общем, культурный отдых.

Меня чуть не снёс какой-то здоровяк, пахнущий потом и перегаром, пытавшийся пробраться поближе к сцене. Пришлось спешно отскочить в сторону, чтобы не затоптали. Только я начал глазами искать свободный столик подальше от эпицентра вовсю бушующего веселья, как тут же подскочила шустрая служанка. Вся такая из себя… глаз не оторвать: фигурка точёная, улыбка заискивающая, но в глазах деловая хватка. Проводила меня к небольшой кабинке у самой сцены. Места там на двоих, видимо рассчитывает, что раз я пришёл один, то приглашу к себе одну из местных девушек. Уютненько, и обзор хороший, вот только шоу меня интересует сегодня в последнюю очередь.

Одета она была на удивление скромно, я бы даже сказал, почти по-монастырски: простое тёмное платье, волосы аккуратно убраны. Контраст резал глаз особенно сильно, учитывая, что всего в паре метров от нас на сцене выплясывала совершенно голая дама.

Может, это такой хитрый ход, чтобы клиенты больше внимания обращали на «товар» на сцене, а не на счёт за выпивку?

К счастью, мне даже не пришлось её расспрашивать, что тут да как, сама всё выложила, пока принимала заказ на пиво. Язык у неё оказался подвешен как надо, тараторила без умолку, объясняя, что это за «Клетка» такая.

Оказалось, это не просто бордель, как мне рассказала Марона, а какой-то хитрый стриптиз-клуб с такими правилами, о каких я раньше и не слышал даже на Земле. Хотя, казалось бы, чем ещё можно удивить в данной сфере?

Вообще-то любая женщина, покровительница, служанка или даже уличная бродяжка, могла здесь выйти на сцену и станцевать. Если она нравилась толпе, ей бросали монеты, побуждая раздеться, а если нет, освистывали и звали другую на замену.

Женщина могла забрать монеты и уйти в любой момент, но таверна брала половину выручки за обеспечение её безопасности. Ну, тут всё стандартно, крыша должна получать своё. Чем больше одежды снимала танцовщица, и чем непристойнее выглядели её движения, тем большей стоимости монеты ей бросали. Прямая зависимость, всё честно. Почти.

Правда, внешний вид обычно являлся главным фактором, определяющим успех танца, что тоже неудивительно. Мужики любят глазами, это аксиома.

Служанка, задумчиво оглядывая меня, намекнула, что в таверне комнаты сдаются почасово. Многие танцовщицы, по-достоинству оценённые толпой, спускались со сцены, когда какой-нибудь джентльмен тряс кошельком и указывал на потолок, подавая красотке всем известный сигнал перенести развлечение в более приватную обстановку.

Ага, вот и бордельная составляющая. Всё в одном флаконе.

Значит, таверна служила одновременно и закусочной, и стриптиз-клубом, и борделем. Любая женщина могла зайти с улицы и заработать монеты собственным… трудом, если хотела того или была достаточно отчаянна. Что ж, система интересная. И, надо полагать, прибыльная для владельцев.

Танцовщица, выступающая сейчас, очевидно, приглянулась толпе, и у её ног блестела пара золотых. Неплохой улов за несколько минут танцев. Правда, денежный поток вскоре иссяк, зрители пресытились. В последней попытке потрясти тугие кошельки зажравшейся публики, бабёха легла на спину, раздвинула ноги и пальцами оттянула половые губы, обнажив блестящую розовую плоть в шокирующе непристойном виде. М-да, откровенность тут зашкаливала. Хотя чего ещё ждать в таком месте?

Из нашей кабинки открывался отличный обзор, и я не мог оторвать глаз от завораживающего зрелища, чувствуя, как член медленно,твердеет. Чёрт, тело реагировало само по себе! Природа, чтоб её! Я порылся в мешочке и вытащил серебряную монету, бросив её на сцену. Так, для приличия, чтобы не выделяться.

Шокирующе-откровенная поза танцовщицы вызвала живое одобрение публики и принесла ей ещё немного серебра и золота, после чего мадам начала собирать монеты и одежду, вызвав разочарованные стоны у зрителей.

Шоу закончилось.

Несколько мужчин остервенело трясли перед ней кошельками и указывали на потолок, но она лишь застенчиво улыбнулась и исчезла за занавеской. Видимо, сегодня она работала только на сцене или уже нашла себе клиента поинтереснее.

Служанка, принеся мне пиво, поставила кружку на стол и, понизив голос, сказала:

— Мы предупреждаем всех новых посетителей. Здесь нельзя трогать девушек, даже с их разрешения, уведите их наверх или на улицу. Никаких криков, непристойностей или оскорблений. Никаких пошлых предложений, кроме как танцовщицам на сцене, если только к вам не обратились первыми. — Она игриво погрозила пальцем. — И никаких повторных предупреждений, только вылет, если не соблюдаете правила.

Я кивнул, криво улыбнувшись:

— Понял, не дурак. Правила есть правила.

Девушка тоже улыбнулась в ответ и ушла. Что ж, хоть какие-то рамки приличия тут соблюдались. Это обнадёживало.

Следующей танцовщицей оказалась посетительница. Она беспрестанно глуповато хихикала, подогреваемая криками поддержки своих подвыпивших друзей. Видимо, на спор решилась или просто для куража. Девушка начала покачивать бёдрами в такт музыке, проводя руками по телу, одетому в вечернее платье, и медленно поворачивалась, чтобы все могли её разглядеть.

Она не выглядела смущённой, скорее наслаждалась вниманием.

Элегантная женщина, богато и со вкусом одетая, что ее подвигло на такое?

Она заработала немало серебра, правда, сняв только нижнее бельё, а потом собрала монеты и одежду и убежала за занавеску под недовольное ворчание зрителей, надеявшихся на большее. Обломала, так сказать, публику.

Следующей танцовщицей оказалась одна из служанок, красивая эльфийка, такая же стройная и совершенная, как и на самых лучших фэнтезийных картинках с Земли. Длинные красивые уши, бледное, тонко очерченное лицо, движения плавные, грациозные. Глаз не оторвать!

Её выход на сцену вызвал аплодисменты. Зрители, сгорая от нетерпения, начали бросать монеты почти сразу. Она исполнила один из самых изящных танцев, которые я когда-либо видел. Это был уже не просто стриптиз, а целое искусство.

И тогда, наблюдая за шоу эльфийки, я понял, почему персонал здесь одет так строго. Контраст работал безотказно. Девушка очень медленно снимала одежду, играя с толпой и выманивая побольше монет. На сцену лился дождь из меди и серебра, а когда она сняла бюстгальтер и сунула палец за резинку трусиков, появилось и золото. Мастерица, ничего не скажешь. Знает, как завести толпу.

Один из зрителей кашлянул и указал глазами на потолок. Эльфийка кивнула в ответ и начала собирать монеты и одежду.

Толпа заворчала, что «счастливчик» прервал шоу, но настроение быстро вернулось в норму, когда на сцену вышла черноволосая девушка-кошка из толпы. С ушками и хвостом, всё как положено. Экзотика всегда в цене.

Она начала выполнять акробатические трюки, постепенно теряя одежду, и поток звонких монет возобновился.

В обычной ситуации я бы с удовольствием смотрел шоу всю ночь, бросал бы монеты и, может быть, даже пригласил бы кого-то наверх, но сейчас у меня есть дела поважнее.

Шустрая служанка снова материализовалась рядом, словно из воздуха, поднеся очередную кружку. Сунул ей пару монет скорее за оперативность, сделал хороший глоток. Пиво прокатилось холодком по горлу. Некрепкое, но жажду утоляло. Для вида зыркнул на кошкодевушку, виляющую хвостом у соседнего стола. Гибкая, чертовка! А сам уже шарил по залу Глазом истины, выцепляя кого посерьёзней. Аристократы, купцы, наёмники — кто-то из них мог пересекаться с моей целью или знать тех, кто пересекался.

Приметил пару столиков, где сидели личности, выглядящие посолиднее обычной пьяной гопоты, но больше всего зацепили двое в углу. Крепкие ребята, по виду тёртые калачи. Спокойные, внимательные, не пялились на сцену с открытым ртом, а наблюдали за залом. Профессионалы. С такими можно потолковать. Махнул служанке, заказал им по кружке за мой счёт. Маленький жест доброй воли часто открывает двери лучше чем грубая сила. Парни приняли угощение, кивнули мне с вопросом в глазах. Кивнул в ответ, мол, всё нормально, просто угощаю. И только потом, не спеша допив своё пиво, поднялся и пошёл к ним.

Суетиться в таких делах — гиблое дело. Нужно показать уверенность, спокойствие и, конечно, быть готовым к любому повороту.

Глава 15

— Доброго вечера, служивые! Благодарю за вашу нелегкую работу на благо этого города, — произнёс я, стараясь, чтобы голос звучал дружелюбно, но без подобострастия.

Лишние проблемы, особенно с местной стражей, мне сейчас точно ни к чему, наоборот, их нужно как-то расположить к себе. Кто как не они должны быть в курсе всех городских дел и сплетен? Глаз Истины помогает, но сапоги по здешним булыжникам топтать — их профиль. Взяв свободный стул от соседнего основательно покоцанного жизнью столика, у которого одна ножка была заметно короче других, отчего он смешно кособочился, словно старый вояка после ранения, я придвинул стул к компании и кивнул на пустое место.

— Не помешаю, уважаемые? Вечер, я смотрю, располагает к беседе.

— И тебе не хворать, мил человек, — гулко, словно говорил в пустую бочку, отозвался седоватый крепыш из стражников, окинув меня быстрым оценивающим взглядом. Привычка, видать, профессиональная. Глаз Истины Раса: Человек, Гуманоид, разумный. Класс: Стражник. Подкласс: Ветеран Патруля. Уровень: 25, Атака: Мастер меча. Рубящий удар. Особенность: Стойкость. На поясе служивого висели стандартный короткий меч и дубинка, следы старых заживших шрамов на предплечье. Он сидел, расслабленно опершись локтем о столешницу. Рука широкая, мозолистая, явно не бумажки в какой-нибудь пыльной канцелярии перебирает.

— Присаживайся, чего уж там. Места и пива на всех хватит, — он чуть усмехнулся, и в глазах мелькнуло что-то вроде одобрения. Видать, моя попытка выглядеть «своим» парнем, а не заезжим франтом, не прошла незамеченной. Ну, или просто решили посмотреть, что за фрукт к ним подсел.

Ладно, посмотрим, что из этого знакомства выйдет.

Я устроился за их столом, стараясь ненароком не прилипнуть к чему-нибудь особенно мерзкому, и поставив свою кружку на залитую какой-то дрянью столешницу. Слово «гигиена» в подобных заведениях явно числилось в списке матерных или воспринималось персоналом как чёрное заклинание на неизвестном языке. Густой запах перегара, жареного мяса и чего-то неуловимо острого, похожего на перекисшую капусту, классический «аромат» захудалого кабака, уже не бил в нос так резко, как поначалу. Видимо, обоняние адаптировалось, или алкоголь начал понемногу притуплять ощущения.

Я с удовольствием отхлебнул пива. Холодное, с приятной горчинкой, то, что нужно после долгого, изматывающе напряжённого дня. Даже земное пиво не всегда таким удачным бывало, особенно тех дешёвых сортов, что мы с мужиками брали на рыбалку. Эх, ностальгия… Мышцы понемногу расслаблялись, сбрасывая дневное напряжение, словно старый заржавевший механизм наконец смазали, а гул голосов и бряцание кружек создавали почти уютную атмосферу, если можно так выразиться о подобном гадюшнике.

.

— А в Тверди у вас тут, я смотрю, ночная жизнь прямо ключом бьёт, а? — начал разговор я, неспешно, но внимательно, как и положено Охотнику, оглядывая гудящий, набитый битком зал. Каждый столик, каждая компания виделись мне потенциальным источником информации или неприятностей.

Смех и громкие разговоры почти полностью заглушили мои слова. Где-то на пределе слышимости, кажется, в параллельной вселенной, фальшиво надрывалась скрипка в компании с какой-то пронзительной дудкой. Музыкант, похоже, больше налегал на выпивку, чем старался попадать по нотам. Дым коромыслом, хоть топор вешай. Интересно, тут вообще есть система вентиляции, или все дышат продуктами горения и переработанным воздухом чужих лёгких?

— Вечно, поди, что-то новенькое да случается в таком-то бурлящем вертепе? Наверняка и клиентура у вас тут самая разнообразная.

Один из стражников, тот что помоложе, с редкими усиками, делающими его похожим на облезлого котёнка, но которые он, видимо, старательно отращивал для солидности, хмыкнул в эти самые усы, но промолчал, уставившись на сцену с видом бывалого ценителя женской красоты.

— Ну, если по-честному, — отозвался седой, криво усмехаясь и поглаживая седую же щетину на подбородке, которая кололась, наверное, как иголки ежа, — дневные смены нам как-то больше по душе. Ночью тут всякое бывает, и далеко не всегда приятное. Иногда такой контингент заглядывает, врагу не пожелаешь. Да и публика, сам видишь, специфическая.

— Ох чёрт побери! Да что ж она творит-то, ведьма! — восхищённо пробормотал молодой охранник, теперь уже не сводя налитых кровью, как у быка на корриде, глаз со сцены. Кажется, он даже дышать перестал, рот его приоткрылся, слюна вот-вот капнет. М-да, молодость… Гормоны, что поделать. — Вот это кошечка! Такой гибкой заразы я ещё не видывал. Мать честная, да она без костей, что ли, или на шарнирах, как кукла какая⁈

Я тоже обернулся, медленно так, с ленцой, следуя его взгляду. Ну посмотрим, что там за чудо природы так впечатлило юнца.

Да-а-а… На это действительно стоило посмотреть.

На х подмостках извивалась кошкодевушка действительно почти без одежды, лишь несколько стратегически расположенных алых тряпочек скорее подчёркивали, чем скрывали её соблазнительные прелести.

Маркетинг, однако, и здесь работает.

Девица, похоже, вовсю старалась продемонстрировать свои… таланты. Тело гибкое, как у настоящей пантеры, каждое движение отточено, каждый мускул играет под гладкой кожей, которая мерцала в тусклом свете масляных ламп, каждый изгиб — сплошное искушение. Толпа одобрительно ревела, швыряя монеты. Медяки и серебро так и летели на грубо оструганные доски, звонко звякая и рассыпаясь у её ног. А кошка выгибалась так, словно в её позвоночнике вдвое больше суставов, чем у обычной женщины, или она его вовсе вынула перед выступлением. Глядя на такие чудеса, у меня самого что-то внутри невольно напряглось. Не каждая профессиональная циркачка с земной арены так сможет.

— Да уж, акробатика на грани фантастики, — хмыкнул я про себя.

Длинный, пушистый, будто соболиный хвост то торчал вверх задорным вопросительным знаком, то хлестал по воздуху, подчёркивая каждое движение бёдер. Двигалась она с какой-то первобытной грацией, как дикий зверь, выпущенный из клетки, а в глазах горел хищный огонёк. Да, эта точно знала, как зацепить публику.

Даже мою фантазию такая картинка будоражила знатно. Все-таки эстетика женского тела — вечная тема. И здесь, надо признать, исполнение достигало космических высот. Да и анатомически тоже всё как положено. Природа не поскупилась, одарив её шикарными достоинствами, а девушка явно вложила немало труда в оттачивание своих… навыков.

И всё же, как бы кошка ни была хороша, как бы профессионально ни работала на публику, заводя толпу до исступления, а моя Лилия, рыжая бестия, конечно, вне конкуренции. Тут даже сравнивать нечего. В ней светилось что-то настоящее, дикое и одновременно нежное, чего сценической хищнице с натренированными движениями и заученной улыбкой явно не доставало. Хотя, глядя на эти выкрутасы, я, грешным делом, чуть пожалел, что с моей кошечкой из Джардана не поэкспериментировал по полной, когда было и время, и возможности.

Эх, где те денёчки, беззаботные, наполненные страстью и открытиями! Угораздило же меня впутаться во всё это дерьмо с Фендалом, ордами и прочей нечистью вместо того чтобы наслаждаться более простыми радостями. Ну кто ж думал, что тихая жизнь в поместье окажется такой недолгой? Хотя, кто знает, может, ещё и наверстаем. Если выживем, конечно. Хех!

Порывшись в кошеле, который приятно оттягивал пояс, я выудил золотой, немалые деньги для такого места, здесь за такой можно, наверное, неделю неплохо гулять, и, дождавшись подходящего момента, когда танцовщица сделала особенно эффектный прогиб, метнул его на сцену. Монета звякнула о доски, привлекая её внимание. Пусть золотой станет ей оплатой за то, что идейку подкинула для будущей встречи с Лилией, если таковая случится, ну и просто двигалась чертовка отменно. Зацепило, нечего сказать. Есть в её движениях что-то первобытное, завораживающее.

Девушка золотой заметила сразу; взгляд у неё цепкий, как у ястреба, высматривающего добычу. Она на мгновение замерла, даже хвост перестал подрагивать, потом хищно так улыбнулась, обнажив острые зубки, совсем как настоящая кошка, и тут же к столику стражников повернулась, мол, смотрите, кто тут настоящая звезда. И давай перед ними извиваться, бёдрами крутить, аж искры, казалось, полетели. Ну-ну, пусть потешатся ребята, им тоже разрядка нужна.

— Хех, а артистка-то не промах, сразу поняла, откуда ветер дует. Или, вернее, золото летит, — усмехнулся я.

— Ни хрена себе! — ошарашенно, едва не поперхнувшись пивом, протянул седой ветеран, переводя взгляд с танцовщицы на меня, потом снова обратно, и качая головой так, словно не верил своим глазам. Его брови поползли на лоб. — За такой кругляш в иных местах девку на всю ночь снять можно, а то и на две, если повезёт. Хорошо быть таким вот… приключенцем, золотом швыряться, будто это медяки какие.

В голосе стражника слышалась смесь удивления и лёгкой зависти. Да уж, эффект я произвёл, только, кажется, не совсем тот, на который рассчитывал.

Мысленно чертыхнулся. Блин, опять я со своей щедростью не вовремя! Язык мой — враг мой, а кошелёк его пособник. Вот же чёрт, перестарался! А ведь мог и спугнуть этих прожжённых служивых или вызвать ненужные подозрения. Теперь они смотрят на меня как на заезжего богатея, которому деньги девать некуда, а это мне совсем не на руку. Надо срочно исправлять ситуацию. И побыстрее, пока они не сделали неверных выводов.

— Да просто фортануло недавно, сами знаете, как бывает, то пусто, то густо, вот и сорю деньгами, пока есть, — буркнул я, стараясь говорить как можно беззаботнее, и пренебрежительно махнул рукой, мол, дело житейское. «Гуляй, рванина, от рубля и выше», как говаривали у нас на Земле в похожих ситуациях. Одновременно махнул рукой проходящей мимо служанке, которая тут же подскочила, учуяв возможный заказ.

— Неси ещё пива на всех! И побыстрее, милая! За счёт заведения, то есть меня! — она упорхнула, а я повернулся к служивым. — А что, ребята, никто из вас не думал в такие же вольные охотники податься? Рискнуть, так сказать, повидать мир, себя показать. Деньги, конечно, шальные, но и возможности открываются… Опять же адреналин, приключения. Для молодых самое то!

Охранники дружно хмыкнули, обменявшись понимающими взглядами, в которых читалось что-то вроде «слыхали мы такие сказки», кто-то даже фыркнул в кружку, едва не расплескав пиво. Старший, Макор, только головой покачал, мол, знаем, плавали. Моя попытка сгладить углы, похоже, частично удалась, они снова увидели во мне скорее удачливого балагура и транжиру, чем важную шишку или тайного агента какой-нибудь гильдии. Что ж, уже лучше.

— Не, спасибо, я как-то до седин вон, как у Макора, уважаемого нашего ветерана, дожить хочу, — решительно отмахнулся тот, что помоложе, с испугом в глазах, словно я ему предложил прыгнуть в пасть дракону, пихнув своего старшего товарища локтем в бок. — Уж лучше наша привычная муштра да улицы патрулировать. Спокойнее оно. И жена дома ждёт, горячий ужин и мягкая постель, а не вдова по мне плачет да дети сироты. Нет уж, увольте.

— А я свои приключения уже отгулял, — усмехнулся Макор, тот самый седой, потирая колено, словно оно напоминало о былых «подвигах» и ныло на погоду, как старый барометр. — Хватит, набегался по лесам и горам, насмотрелся всякого. Жена спокойна, когда знает, что я каждую ночь дома, а самая большая опасность тут, если какая девка на сцене сиськами в лицо ткнет. Да и то если сильно повезёт, — он хохотнул, в глазах мелькнул озорной огонёк. Старый лис, а туда же!

Я тоже искренне рассмеялся. Что-то цепляло в этих простых мужиках, настоящее, не пафосное. Они, при всей своей простоте, вызывали симпатию. Их философия «синицы в руках» мне отлично понятна, хоть я сам и выбрал другой путь. Или, скорее, путь выбрал меня, не особо спрашивая моего мнения.

— Что ж, за это стоит выпить! Пусть каждого из нас подстерегает только такая опасность, которую мы сами выбрали! — поднял я свою кружку. Мужики одобрительно загудели, их лица расплылись в улыбках, морщины вокруг глаз стали глубже, но добрее, и наши кружки со звоном соприкоснулись. Атмосфера за столом сразу стала теплее, словно кто-то плеснул добрую порцию горячительного не только в кружки, но и в саму душу компании. Напряжение, вызванное моим золотым, окончательно ушло.

Глава 16

Так мы и сидели, неспешно тянули пиво, которое служанка принесла на удивление быстро, видимо, мой «золотой жест» произвел впечатление и на персонал. Травили байки. В основном, стражники делились городскими сплетнями, сочными и не очень, и забавными случаями со службы, где фигурировали то пьяные купцы, то незадачливые воришки, то скандальные аристократки, а я больше слушал, внимательно запоминая детали и имена, изредка вставляя слово или задавая наводящий вопрос. Главное не спугнуть, дать им выговориться.

И сегодня им везло. Я нет-нет да подкидывал золотой тем, кто выглядел совсем уж жалко, стараясь делать это незаметно, кидая монету так, чтобы она упала прямо к ногам бедной танцовщицы, когда на неё никто не смотрел, чтобы не привлекать лишнего внимания к своей персоне.

Не хватало ещё, чтобы меня тут за местного Робин Гуда приняли.

Ну и серебром не обижал тех, кто просто старался и вызывал симпатию. Не то чтобы меня потянуло на филантропство или решил посоперничать с матерью Терезой, но спокойно смотреть на откровенную нужду я не мог, а деньги для меня сейчас не самая большая проблема. Пусть хоть кому-то станет немного легче, если уж я тут оказался. Так что девчонки быстро просекли, кто тут щедрый, и уже откровенно танцевали лично для меня, стараясь поймать взгляд, посылая воздушные поцелуи и строя глазки, а некоторые и пальцем наверх показывали, мол, пойдём, не пожалеешь. Намёки были более чем прозрачны и весьма настойчивы.

Да что там танцовщицы, даже местные служанки, сновавшие между столами с подносами, нагруженными пивом и снедью, поглядывали на меня с нескрываемым интересом. Некоторые даже весьма недвусмысленно намекали, что не прочь составить мне компанию, задерживаясь у моего стола чуть дольше положенного или «случайно» касаясь руки своей неожиданно горячей ладонью. Привычку быть хозяином положения так просто не спрячешь.

На все призывные взгляды и настойчивые намёки я отвечал улыбкой, сохраняя дистанцию, и твёрдо качал головой. Сейчас не до того, да и случайные связи в незнакомом городе — не мой метод.

Охранники рядом только посмеивались, подталкивая друг друга локтями и отпуская сальные шуточки на мой счёт, мол, дурак, упускаешь момент. Меня же донимали мысли о Фендале и о том, как его выследить и отправить к праотцам желательно наиболее мучительным способом.

Ночь за грязными, засиженными мухами окнами окончательно вступила в свои права, а здесь, в «Клетке», атмосфера разгула. Казалось, сам воздух пропитался потом, алкоголем и низменными желаниями. Народ в кабаке распалялся всё сильнее от выпитого и увиденного. Крики становились громче, смех развязнее, а движения резче.

Музыканты в углу уже не играли, а откровенно лабали что-то разухабистое, дикое, почти первобытное. Такую музыку, наверное, играли пещерные люди у костра после удачной охоты на мамонта, отчего ноги сами в пляс просились, а в ушах стоял звон. Мотив был простой, как три копейки, но цеплял своей первобытной энергией.

Танцы на сцене становились всё развязнее.

Я прикинул, что такой хмырь, как Фендал, по-любому должен наследить так, чтобы стража его запомнила, даже если он и находится под защитой какой-то шишки. Подобные типы редко отличаются скромностью и законопослушностью. И потихоньку, слово за слово, между очередной байкой и глотком пива, перевёл разговор на то, как им, стражникам, работается с богатыми и сильными мира сего. Мол, интересно, как оно, с такими господами дело иметь, не борзеют ли сверх меры?

Стражи порядка сразу подхватили тему с нескрываемым удовольствием. Видно было, что накипело. Богатеев тут, похоже, не особо жаловали, особенно если те вели себя как мрази и нарушали закон направо и налево, прикрываясь титулами и кошельками. Они наперебой принялись рассказывать случаи из своей практики, полные негодования на барскую спесь и безнаказанность. Фендал под это описание подходил идеально. Стоило мне невзначай упомянуть его имя, как Макор и его напарник оживились ещё больше.

Оказалось, стражники про этого «рыцаря» знали немало. Истории о его пьяных дебошах, издевательствах над слугами и простыми горожанами, о драках и неоплаченных долгах полились рекой. Может, его и прикрывал дядя, герцог Бастиона, влиятельная фигура в этих краях, но от людской молвы и праведного гнева тех, кто вынужден терпеть его выходки, это не спасало.

Вот только где этого ублюдка сейчас искать, конкретного ответа я так и не получил. Стражники лишь пожимали плечами, мол, пропал куда-то, и слава богам. Жаль. Очень жаль. Я надеялся на более точную наводку.

Похоже, Фендал залёг на дно после какой-то недавней заварушки, видимо, наделал слишком много шума. Я нутром чуял, что это связано с той его гнусной попыткой спалить поместье Мирид, слишком уж совпадало по времени. Значит, придётся пошерстить среди местной знати, может, кто-то из них в курсе планов ублюдка или укрывает его.

Ещё один вариант — потрясти бродяг-приключенцев. Наёмники и авантюристы часто знают то, о чём не догадывается официальная стража. Может, кто из них в курсе, куда этот гад навострил лыжи.

Мысль занозой сидела в башке: а что, если Фендал пропал из города не просто так, а потому что уже двинул к поместью Мирид, чтобы снова там нагадить? Эта мысль заставляла внутренности неприятно сжиматься. Надеюсь, Илин там с моими девчонками ухо востро держат. Я оставил им достаточно указаний и средств для защиты, но Фендал — мразь хитрая и мстительная. Я-то сейчас далеко, и быстро туда не попасть, зато тут, на месте, у меня больше шансов разузнать, куда этот «воин» хренов делся, и что у него на уме.

Нужно действовать быстро и методично. К тому же, если я точно узнаю, что Фендал решил сунуться к моим, успокаивала мысль, что я-то на своих двоих доберусь туда быстрее этого рыцаря недоделанного. Скорость — мой конёк. Но если он стартанул туда уже давно, то каждый потерянный час мог оказаться критичным.

Я оставил стражников допивать пиво. Поблагодарив за компанию, по-мужски попрощался крепкими рукопожатиями и дружескими хлопками по плечам, и ещё раз прошёлся по «Клетке». Цель — зацепиться за слухи в более состоятельных кругах, если таковые здесь имелись. Попытался завязать разговор с публикой побогаче, поважнее, теми, кто сидел за отдельными, более чистыми столами, и пил вино, а не пиво. Толку, правда, оказалось чуть. Большинство этих хлыщей в дорогих, хоть и помятых камзолах, пялились на девчат на сцене затуманенными похотью глазами и не горели желанием болтать с каким-то мутным типом вроде меня, подошедшим из ниоткуда. Пара презрительных взглядов — вот и весь результат.

В итоге я снова плюхнулся за свой опустевший стол, пиво допивать уже не хотелось. Пора, наверное, сваливать из этого гадюшника, хоть и неплохо провёл здесь пару часов и даже получил кое-какую информацию. Но время поджимало.

Может, стоит заглянуть в другой кабак, поприличнее, или наоборот, ещё более злачный, где по слухам, которые я успел собрать ранее, Фендал любил зависать? Вдруг там повезёт больше. Опять же ночь на дворе, и самое время наведаться в трущобы, проверить ту неприметную с виду забегаловку, которую мне указали как возможное место сбора тёмных личностей. Вдруг это и есть логово Гильдии Убийц? Информация о них скудная, но проверить стоит.

Я как раз погрузился в эти невеселые размышления, машинально барабаня пальцами по столу и прикидывал в уме все «за» и «против» каждого из вариантов, когда чья-то массивная тень вдруг перекрыла мне вид на сцену, где очередная девица как раз демонстрировала чудеса гибкости. Я поднял голову, внутренне готовый к чему угодно.

Я чуть не подскочил на лавке, когда в мою тесную кабинку, опасливо озираясь по сторонам, точно воришка, шмыгнула какая-то женщина. Неожиданно, если честно. Не по душе мне такие сюрпризы. На вид лет тридцать, не больше, хотя сеточка морщин от постоянного стресса и застарелого горя на её, в общем-то, не самом запоминающемся лице старили ещё сильнее. А может, она и моложе на самом деле. Худая, как щепка, одёжка простая, основательно так потёртая, на плечах тяжёлый, грубой шерсти плащ.

На шее незнакомки тускло блеснула золотистая брошка в виде птички. Не похоже на бижутерию. Интересно. Мелькнула мимолетная чисто практическая мысль, откуда у такой на вид небогатой особы золото?

— Ты… ответ на мои молитвы? — прошептала она, нервно облизывая пересохшие губы и упрямо пряча глаза. Голос у неё дрожал.

Чего, блин⁈ Предложения интимного характера сегодня уже сыпались на меня как из рога изобилия, но эта при всей её мышиной внешности и откровенной шугливости явно переплюнула всех по части то ли наглости, то ли отчаяния. Судя по её виду, скорее второе.

Я осторожно отхлебнул пива. Холодное, с горчинкой, то что доктор прописал после такого дня.

— Вряд ли я тот, кто вам нужен, сударыня, — сказал я, стараясь, говорить спокойно, без наезда. Не хватало ещё скандала в этой дыре.

Она аж дёрнулась всем телом, когда до неё, видимо, дошло, что именно я имею ввиду. Потом как-то глухо, надсадно рассмеялась. Её смех больше напоминал приступ кашля.

— Я к вам по другому вопросу.

Нахмурившись, я внимательнее присмотрелся к незваной гостье и незаметно активировал Глаз Истины. И, мать его за ногу, чуть не выронил кружку! Эта женщина… Тридцать четвертый уровень! Целительница! Вот это поворот. Такой уровень для целительницы уже не абы что, а серьёзная заявка. Он означал, что она может легко работать в приличной гильдии, в храме или при дворе какого-нибудь лорда. Деньги для неё не проблема от слова совсем, так что уж точно не проститутка и не мошенница, которая вынуждена тут крутиться, чтобы на хлеб заработать. У таких, как она, обычно хватает и мозгов, и сил, чтобы найти себе место получше. Что-то тут не сходится.

По тому, как она отводила глаза и как дёрнулась, когда я ляпнул про недвусмысленное предложение, стало окончательно ясно, амурные дела её сейчас волнуют меньше всего.

— Тогда зачем ты здесь? — спросил я, стараясь её не спугнуть. Любопытство, смешанное с настороженностью, взяло верх.

Женщина пошарила рукой за воротом своей потрёпанной хламиды и вытащила небольшой, сильно потёртый амулет, роза в цветке, перечёркнутая длинным, угрожающе острым шипом. Символ выглядел знакомо, но где я его видел, хоть убей, не помню. Память, зараза, иногда подводит в самый неподходящий момент.

— Гелиора, богиня чистоты, — прошептала она, и голос её снова дрогнул. — Слыхал о такой?

Я замялся.

— Не уверен, — признался я. — Что-то смутно знакомое, но где слышал, хрен вспомнишь. В пантеоне Валинора я пока не особо силён, своих забот хватает.

Целительница горько хмыкнула. Она стиснула амулет в кулаке так, что костяшки побелели, и наконец-то подняла на меня глаза. В них полыхнул какой-то недобрый, решительный огонь.

— Если ты её не знаешь, то это не значит, что она тебя не заметила.

Глава 17

Я аж подобрался. Намёк прозвучал более чем прозрачно, и от него по спине пробежал неприятный холодок. В последний раз, когда меня вот так «замечали», за мной по всему полю гонялся какой-то местный аналог рейд-босса, норовя нашинковать на капусту. Не самые приятные воспоминания, мягко говоря.

— И чего твоей богине от меня надо? — спросил я ещё осторожнее.

Целительница сунула амулет обратно за ворот и снова ссутулилась, уставившись в грязную столешницу. Плечи её поникли, будто на них разом навалился невидимый груз в пару тонн.

— Давай-ка я расскажу тебе историю про одну целительницу из Гильдии Искателей Приключений. Она сглупила, не послушала ни близкого друга, который её отговаривал, ни слухов, что по городу ползли. Повелась на золото и опыт, подписала контракт с одним «благородным» Воином, — она аж передёрнулась, словно от озноба, каждое слово давалось ей с видимым трудом. — Который, как выяснилось, благородным значился только по титулу, а на деле оказался конченой мразью.

Я аж зубами скрипнул. Картина начала складываться, и мне это категорически не нравилось.

— Фендал?

Её снова передёрнуло от одного имени, но она коротко судорожно кивнула, а глаза стали как у затравленного зверя, загнанного в угол. Да уж.

— Не хочу я рассказывать, что пережила, пока таскалась с ним по диким землям. Тебе это вряд ли интересно, а мне вспоминать тошно. Да и тебе, думаю, это не особо нужно после того, что он чуть не сотворил с твоей… — она запнулась, подбирая слово, — любимой.

Чёрт, как эта женщина узнала, кто я такой⁈ Ее покровительница подсказала, что ли? Вот тебе и маскировка!

— Нет, не нужно, — сказал я как можно мягче. Видно было, что ей и так хреново, каждое слово давалось с трудом, словно битое стекло глотала.

На её бледном, как полотно, лице при одном воспоминании о пережитом отразилась такая тихая, но лютая ненависть, что у меня мороз по коже прошел. Такое не сыграешь.

— Он мне сказал, — продолжила она глухо, глядя в одну точку, словно видела там его рожу, — что если попытаюсь сбежать, он вышвырнет меня из Гильдии за нарушение контракта. А если сунусь к судьям жаловаться на его выходки, то, мол, дохлый номер, и вдобавок он в качестве наказания растреплет моему мужу о моей «неверности».

Ублюдок! Да уж, очень похоже на методы этого говнюка. Именно в его стиле подлость и шантаж, ничего нового. Такие мрази не меняются.

Целительница совсем сникла, сгорбилась ещё больше, и по её запавшей щеке медленно скатилась слеза. Блин, как же тяжело видеть боль униженной, затравленной женщины даже мне, человеку, в общем-то, постороннему.

— Я всё равно пошла на это, — продолжила она тихо, почти одними губами. — Пошла к мужу, объяснила ему, как надо мной издевались, обратилась к представителям Гильдии Истребителей, дала показания мировым судьям, думала, найду справедливость…

Здесь, на Валиноре, справедливость — товар дефицитный, особенно для тех, у кого нет власти и денег. Мне почти захотелось остановить её, сказать, что хватит, не надо больше ничего говорить, но она продолжала, не зная моих невысказанных мыслей.

— Муж назвал меня шлюхой, — продолжила она, и в голосе появилась звенящая сталь. — Сказал, что мои контракты просто предлог, чтобы трахаться с благородными авантюристами за его спиной, и я пришла к нему только потому что испугалась разоблачения. Он выгнал меня из дома, не дал даже попрощаться с детьми. Сказал, что если вернусь, вызовет стражу. А Гильдия Истребителей… Они просто отмахнулись. Побоялись связываться с губернатором, послали меня куда подальше. Типично. Сильные мира сего своих не сдают.

— А судьи? — спросил я, уже зная ответ.

Она резко, горько рассмеялась.

— Судьи? Какой же я была дурой, что поверила, будто в этом мире есть справедливость для тех, кто не аристократ!

Я сжал кулаки. Эти ярость и безысходность, прозвучавшие в её голосе, я знал слишком хорошо. Сам не раз сталкивался с подобным, пусть и в другом мире и при других обстоятельствах.

— Не будем про справедливость или месть, — сказал я твёрдо. — Только про то, как защитить себя и близких. Это единственное, что имеет значение.

Целительница кивнула.

— Да. И всё же этому моральному уроду не уйти от возмездия, — сказала она, горько усмехнувшись. — Каким бы неуязвимым к последствиям своих гнусных поступков Фендал ни казался, он крупно облажался, когда сунулся к тебе домой. Его дядя и вся знать от него отвернулись. Пока что. Может, их благосклонность скоро и вернётся, но ждать он, видать, не хочет. Терпение — не его конёк, это точно.

Она махнула рукой, указывая на зал. Смрад перегара, дешёвой еды и немытых тел ударил в нос с новой силой.

— Вот прямо здесь, в этой таверне, да и в других по всему Тверду, он трепался по пьяни, что готов всё своё состояние спустить, лишь бы нанять убийц и наёмников, чтобы отомстить тебе и всем, кто с тобой связан. Сам знаешь, не в его характере сначала сделать, а потом уж орать об этом на каждом углу.

Она снова вздрогнула, словно от удара.

— Своё состояние Фендал промотал почти вчистую. Думаешь, почему он вообще со мной на охоту попёрся? — она скривилась, будто проглотила лимон. — Да просто чтобы денег на свои грязные делишки заработать. Он мне это не раз говорил, пока издевался. А мою долю добычи просто забирал, и если я пикнуть пыталась, унижал ещё хлеще.

Я пробормотал:

— Мне очень жаль. Хотя что толку от моих сожалений?

Она резко сплюнула на пол, прямо у стола. Жест сказал всё красноречивее любых слов.

— Не надо слов, — прошипела она, и в глазах её снова вспыхнул недобрый огонь. — Стань занозой в заднице для таких вот ублюдков, что издеваются над беззащитными женщинами. Стань тем единственным правосудием, которое доступно таким, как мы, перед лицом тех, у кого власть и деньги. — Она подалась вперёд, голос стал тише, но жёстче. — Помоги мне объяснить ему, что целители, да и простые люди тоже не беззащитны, что с нами шутки плохи, и рано или поздно за свои поступки придётся заплатить.

Я тоже наклонился к ней. Её решимость осязаемо вибрировала в воздухе между нами.

— Как?

Она сжала что-то под одеждой, должно быть, амулет.

— Просто, — ответила она, и голос её стал ещё жёстче. — Даже когда меня выкинули, в Гильдии Истребителей остались те, кто помнит добро. Да, они очень напуганы и осторожны, но уж точно не дураки. Ни один целитель, ни один, мать его, авантюрист не подписался на контракт с Фендалом. Вот он и попёрся охотиться в одиночку.

— Туда, где он с тобой… охотился? — спросил я, хотя уже всё понял. Вот оно! То, что искал!.

Она дёрнулась, как от удара. Видать, зацепило.

— Да, — выдохнула целительница сквозь зубы. — Именно там он и сдохнет! Получит по заслугам!

Она быстро огляделась и придвинулась ещё ближе. Голос стал тише, но в нём зазвенела сталь, пробившись даже сквозь людское многоголосие.

— Всё просто, Артём. Ты же видел, как ведут себя твари: лезут на того, кто находится рядом, или на того, кто стоит поперёк пути. Если это не какой-нибудь особенный урод, конечно. Вот и всё. Мы просто… выждем, когда эта глянцевая мразь сунется. А он сунется. Не сможет не сунуться, у него вечно руки чешутся.

Её кулак сжался, костяшки побелели. Вокруг пальцев заструилась еле заметным свечением мана.

— Я пущу в ход Шип, стянув на себя как можно больше тварей, столько, сколько смогу выдержать, и они его порвут как очередного идиота, сунувшегося не туда. Никто и не догадается. Запишут, погиб в бою, бывает. И всё.

— А я там… — кивнул я, — если что-то пойдёт не по плану? Или если «Иголки» окажется мало?

Женщина усмехнулась.

— И ещё потому, — добавила, — что ты хочешь видеть, как он сдохнет, хочешь знать точно, что он больше не доберётся до твоих девчонок в Мириде.

Тут она попала в точку.

Я допил пиво. Тёплое, противное, но настроению соответствовало.

— А если он просто свалит, не полезет, тогда… всё, конец? — спросил я, не отводя взгляда.

Вопрос задал не ради праздного продолжения разговора, мне нужно знать всё чётко.

— Для тебя? Скорее всего да, — отрезала она, без эмоций. — Без обид, Артём, но ты для большинства никто. Всем плевать на вашу разборку, ну, кроме пары человек, которые в курсе ваших дел. Остальные посчитают «ну что ж, сгинул очередной искатель на опасной охоте». Никто даже имя твоё не вспомнит.

Сказано жёстко, но честно. Правда отрезвляет.

— А вот мне… — она на секунду замолчала, взгляд стал стеклянный, голос глухой, — мне уже нечего терять. Жизнь давно пошла под откос, только и остаётся, что ждать, когда он наконец отстанет или сдохнет. Лучше бы сразу второе.

Сочувствие ей ни к чему, видно сразу, но внутри что-то неприятно кольнуло. Нет, не жалость, скорее злость, потому что я знал, кто за всем этим стоит. Фендал не только её враг, но и моя проблема тоже.

— Помогу. Конечно, помогу. Убивать я не люблю, но он должен сдохнуть. Обязан! — я протянул руку. — Артём.

Она вздрогнула. Незаметно, но я уловил, да и руку не приняла. Ну, ясно, с таким-то прошлым это не жест вежливости, а вторжение в личное пространство. Я сразу руку отдёрнул, коротко кивнул, мол, понял, без обид.

— Зови меня Элария, — сказала она, чуть помедлив. Голос стал ровнее. — Да если захочешь, ты запросто узнаешь, как зовут меня на самом деле, но не надо. Пока не разберёмся с этим дерьмом, пусть будет просто Элария.

Я кивнул.

— Утром тронемся в путь?

— Да. Но… — она замялась. — Если бы ты смог достать лошадей… У меня сейчас с деньгами совсем туго.

Чёрт! Это означало дополнительные траты. Я и так на пределе, а тут ещё пару лошадей покупать! Купить-то куплю, а потом куда их девать? Но с Целителем такого уровня, как она, шансы на выживание растут в разы. Невелика цена.

— Где ты сейчас ночуешь?

— В трущобах, — выдавила она. — Времянка под брезентом. И с едой… тоже никак.

— Понятно, — я вытащил из кошеля пару монет, протянул ей. — Вот. Сними комнату, поешь нормально, выспись. Завтра нам стоит быть в форме.

Она взяла золото, пальцы дрожали. И тут над нами вырос амбал, местный вышибала, его огромная тень упала на стол.

— Эй, убери, — прорычал он, показывая на монеты. — Тут заведение приличное, деньги просто бабам не суют, только шлюхам. И то или кидай на сцену, или тащи её наверх. Ты что, романтик, блин?

Он махнул рукой, типа вали отсюда.

Я без лишних слов встал, оказавшись между ним и Эларией. Глаз Истины выдал уровень громилы, двадцать пятый. Ну, шумит мужик, так ведь не по злобе. Служба, мать её, такая.

— Пошли, — коротко бросил ей и вывел наружу.

Улица встретила холодом и сыростью, воздух обдал влажностью, словно накинул на плечи мокрую тряпку.

— Провожу до гостиницы?

— Нет, — отрезала Элария. — Встретимся у южных ворот через час после рассвета. — Она помолчала и после небольшой паузы добавила: — И ты… чем бы ни занимался сегодня ночью, будь осторожен. Высокий уровень делает нас очень заметными, за нами уже следят.

Я кивнул. Хотел спросить, знает ли она что-нибудь про Гильдию Убийц, но не успел. Элария уже скользнула в темноту улиц, растворившись в толпе.

Немного постоял, задумчиво глядя ей вслед и решая, что делать дальше. Идти за ней смысла не видел, почует тут же, только разозлю, значит, уверена точно, что справится. Тогда займусь своими делами.

Квартал, где тусовались всякие нужные мне личности, находился совсем рядом, но попасть туда не так-то просто. Нас разделяла самая настоящая стена, граница между грязью и глянцем.

Я свернул с улицы, нырнул в боковой проулок, смердящий тухлятиной и мочой, и очутился перед трёхметровым забором. Огляделся, разогнался и ловко прыгнул. Стремительный сработал как надо.

По ту сторону сквозь мрак проступили очертания нищенских хибар, каких-то полуразрушенных стен. Ветер жалобно выл, пробирая до костей… Бродяги жались друг к другу, стараясь согреться и укрыться от снега с ледяной крошкой под каким-то рваньём.

Я замер, пока глаза привыкали к темноте. Глаз Истины — вещь хорошая, но не всемогущая. Видел только контуры, а надо бы чётко.

Хорошо убийцам, следопытам, ворам — ночное зрение им сразу доступно, а я тут, как дурак, полагаюсь на интуицию.

Двинул вдоль стены, тихо, крадучись, стараясь держаться в тени, не маячить на фоне. В этом квартале ошибки не прощают, особенно ночью.

Глава 18

Мрак в трущобах струился, перемещался, словно чернила в воде, делая их куда более зловещими, чем остальной, пусть и ночной, город. Воздух тяжёлый, спёртый, пахнущий отбросами и какой-то застарелой безнадёгой. Людей, казалось, здесь копошилось даже больше, чем на тускло освещённых улицах, только эти предпочитали держаться теней, словно крысы, выползшие на время из своих нор. Сомневаюсь, что они шастали с благими намерениями, скорее наоборот, искали, чем бы поживиться или кому насолить. К сожалению, попадались и те, кто не просто прятался, а замер в ожидании, словно хищник в засаде. Предупреждение Эларии, чёрт бы её побрал с её чутьём на неприятности, теперь мне не казалось пустым звуком.

Я пробирался узким, как щель, проходом между двумя покосившимися зданиями, которые грозили вот-вот обрушиться, но ещё крепились, цепляясь друг за друга. Вонь стояла такая, что хоть топор вешай. Слабый отблеск металла, пойманный краем глаза, меня спас. Реакция, отточенная сотнями стычек, сработала мгновенно. Я развернулся с той скоростью, что давал Стремительный, активируя Глаз истины.

Вор, 18 уровень. Класс — специалист по кинжалам. Хм, говорящее название. Не особо уважаемый тип, если судить по нему. Этот горе-убийца, похоже, мелкая сошка, иначе не рискнул бы на такую откровенную глупость.

Инстинкты охотника оказались на высоте. Я поймал летящее лезвие буквально в сантиметре от лица и рванул вперёд, не давая нападавшему опомниться. Подхватил тощего мужичка (на первый взгляд не то мужик, не то баба, а может, и вовсе пацан, судя по комплекции) и с размаху швырнул его в стену в конце переулка. Раздался глухой удар и сдавленный крик боли, который оказался явно мужским.

— Я даю тебе шанс свалить отсюда, — прошипел я, стараясь, чтобы голос звучал как можно тише, но при этом угрожающе, и избегая шипящих звуков, которые хорошо разносятся в мёртвой тишине. — Больше за мной не ходи. И передай своим, что со мной лучше не связываться.

Он, кажется, судорожно кивнул, глаза его поблёскивали ужаса. Я отшвырнул его подальше, как надоедливого щенка, и мужичонка, подвывая от боли и страха, шустро убрался прочь, косолапо ковыляя.

Чёрт, вот это было близко! Не то чтобы прям смертельная угроза, но неприятно, факт. Мелкая царапина от кинжала на предплечье уже начала саднить, будто её посыпали солью. Расслабляться нельзя. А что, если следующим появится тип уровня эдак тридцатого, который видит меня как на ладони, и тихонько зайдёт со спины или из невидимости? Тогда одной ловкостью не отделаешься.

Я обошёл квартал по соседней улице, двигаясь параллельным курсом, стараясь не привлекать лишнего внимания, и наконец забрался на покатую крышу какого-то склада, откуда открывался довольно неплохой вид на нужную таверну. Навыков заправского скалолаза у меня, конечно, не было, но физической подготовки и параметра Атлетика хватало с лихвой.

К моему удивлению, в такой поздний час и в кромешной тьме вокруг таверны кипела жизнь. У дверей стоял часовой, Глаз Истины подсветил его как Грабителя 25 уровня, значит, не совсем уж салабон. А вот в саму дверь юркнула ещё одна тень, опознанная системой как Зельевар. На мгновение из приоткрывшейся двери пробилась полоска тусклого света, показав, что внутри довольно оживлённо, а все окна наглухо зашторены. Похоже на типичную воровскую малину или кое-что похуже.

Оба этих типа могли быть убийцами, и они представляли смертельную угрозу. Отравитель девятнадцатого уровня легко мог сварить яд, который убьёт какого-нибудь беззащитного торгаша на месте.

Вытащив из рюкзака старое, но тёплое шерстяное пальто, чтобы не околеть на промозглом ночном ветру, я завернулся в него и устроился поудобнее, сливаясь с тенями на крыше и наблюдая за сомнительным местом.

Через несколько часов, когда задница уже начала затекать, я пришёл к выводу: даже если эта таверна не являлась центральным офисом Гильдии Убийц, то уж точно служила чем-то вроде их перевалочного пункта или явочной квартиры. За время наблюдения туда просочилось больше дюжины типов со скрытными классами, и ни один пока что не вышел обратно. Один из них, мелькнувший на пару секунд, Глаз идентифицировал как Похитителя душ тридцать первого уровня. Вот это уже, блин, серьёзно. Такой может доставить массу проблем.

Место явно служило каким-то криминальным притоном, но все, кто входил, имели классы, заточенные под убийства. Глаз Истины услужливо подсвечивал их: Ассасин, Ночной Клинок, Тень… Я не видел ни воров, ни обычных бандитов. Похоже, специализация у заведения узкая. Определённо стоило копнуть глубже, но как? Лезть в одиночку — чистое самоубийство. И что ещё важнее, если это действительно Гильдия Убийц в полном составе, как с ней вообще справиться? Это не шайка гопников из подворотни.

Если это место часто посещают высокоуровневые, а значит, наверняка богатые убийцы, оно просто обязано быть напичканным отравленными ловушками, оберегами от магии, часовыми и чёрт знает чем ещё. Может, даже какими-нибудь рунными сигнализациями или проклятыми артефактами. Скорее всего, я не смог бы просто зайти в таверну, не вызвав тонну подозрений, даже прикинувшись пьяным в стельку или полным дурачком.

А уж разобраться со всем этим в одиночку задача почти невыполнимая. Тут нужен либо отряд спецназа, либо очень, очень хитроумный план. И того, и другого у меня не наблюдалось.

Самое очевидное решение — сообщить страже, но, что-то мне настойчиво подсказывало, что оно не самое лучшее. Гильдия Убийц, которая так долго и успешно орудует в Тверди, наверняка давно нашла способы договориться с законом. Как в старых добрых фильмах про мафию: либо у них есть свой «крот» среди охранников, либо компромат на кого-то из офицеров, а то и на самого Командора, который заставляет стражу закрывать глаза на тёмные делишки. Стуканешь — и сам же окажешься крайним, или информация просто утечёт к кому не надо.

С другой стороны, мне одному будет охренеть как тяжело перебить кучу убийц. Даже если большинство из них и ниже меня уровнем, по крайней мере те, кого я видел мельком, это не значит, что они не смогут меня зарезать методом «тысячи порезов». Толпой и батьку бить легче. И это, мать их, не считая яда. У меня нет с собой целителя, который мог бы снять серьёзное отравление, а эти ребята наверняка мастера своего дела.

В конце концов, окончательно замёрзнув и поняв, что больше ничего интересного сегодня не увижу, я тихонько спустился с крыши склада и, крадучись, как заправский шпион, пополз в сторону рынка, обдумывая, что делать дальше. Мысли в голове крутились, как назойливые мухи. Может, всё-таки попробовать обратиться к страже и надеяться на лучшее? Авось пронесёт, и попадётся честный капитан? С Глазом истины я всегда смогу снова найти убийц, если они шуганутся и сменят дислокацию. Потревожить улей — весьма неплохой способ выманить убийц на открытое пространство, чтобы я смог оценить их численность и уровни поточнее. Этакая разведка боем чужими руками.

Но мне жутко не нравилась мысль предупреждать их, что за ними идёт охота, элемент внезапности был слишком ценен, чтобы его так бездарно просрать. Как только они поймут, что их пасут, залягут на дно или устроят засаду уже на меня. Нападать в лоб тоже не вариант. Одному против целой гильдии… Да даже не смешно! По крайней мере, пока не соберу больше информации о планировке, количестве членов гильдии, их уровнях, способностях, и, если повезёт, их защитных мер, об этом и думать нечего Но сбор информации требует времени, а это тоже риск привлечь внимание убийц к моей персоне.

В общем, поразмыслив, я решил, что на данный момент выжал из ситуации с Гильдией Убийц всё, что мог. Нужно решать проблемы по мере их поступления. Если мне с Эларией удастся прикончить ублюдка Фендала, тогда вернусь сюда, чтобы хотя бы попытаться бросить им вызов, сообщив о смерти их рыцаря и предупредив, чтобы они отказались от всех контрактов, связанных с ним. Может, сработает как предупреждение, и они не станут связываться с тем, кто убрал их клиента. Хотя, кто знает этих отморозков…

Пора найти где можно поспать пару часов. Глаза слипались, а тело требовало отдыха. Потом куплю лошадей и провиант, а затем встречусь с Целительницей, чтобы закончить начатое. Дело Фендала сейчас в приоритете.

К счастью, найти транспорт в городе, заточенном под приключенцев, оказалось не так уж и сложно, как я опасался. Видимо, спрос рождает предложение. Мне потребовалось всего около получаса, чтобы отыскать на рынке и купить двух приличных поджарых лошадей и всё необходимое снаряжение: сёдла, уздечки, перемётные сумы. Заодно прихватил достаточно провианта: вяленое мясо, хлеб, сыр, фляги с водой, чтобы прокормить двух человек несколько дней. При необходимости всегда можно поохотиться или насобирать ещё чего-нибудь съестного в лесу, благо навыки Охотника это позволяли.

Верная своему слову, Элария встретила меня у южных ворот через час после рассвета. Она выглядела чуть спокойнее и словно бы даже немного отдохнувшей. Хотя лицо всё ещё выглядело измождённым, с тёмными кругами под глазами, зато взгляд обрёл сосредоточенность, лишился вчерашней паники. Она ловко вскочила в седло. В отличие от Зары, которая по моей рекомендации теперь постоянно таскала с собой копьё, у Элария на поясе висел простой охотничий нож в потёртых кожаных ножнах, что вполне соответствовало её экипировке, добротной кожаной куртке и штанам, удобным для путешествий, которая, кстати, оказалась весьма приличного качества. Видать, Элария умеет выбирать практичные вещи. Интересно, откуда у неё такая снаряга? Может, осталась со времён походов с Фендалом?

Расспросить бы, но разговор в дороге не клеился, Элария молчала, а я не лез. У каждого свои демоны, и не всем ими приятно делиться.

Она вела уверенно, дорога явно ей хорошо знакома,. Я заметил, как целительница периодически касалась серебряного знака Гелиоры у шеи, шепча молитвы. Что ж, если помогает, пусть шепчет. В моём прошлом мире боги не особенно вмешивались, если только громом иногда шарахнут для порядка.

К вечеру добрались до нужного места. Спрятали лошадей в ольшанике, проверили тыл и устроились в засаде. Место подходящее: небольшая поляна, укрытая со всех сторон кустарником. По краям гнёзда монстров, причем не слишком опасных. Фендал обязательно должен появиться тут для охоты, по словам Эларии, он частенько использовал такие точки.

Ждать пришлось долго, прямо настоящая проверка выдержки. День сменился ночью, потом снова рассвело. Я не терял бдительности, но напряжение росло.

Фендал объявился только ближе к полудню следующего дня.

Вышел на поляну неторопливо, будто на прогулку, как всегда, с ленцой, уверенный в себе, в броне, которая стола состояние. Остановился у кромки кустов, развёл костёр, налил из фляги и начал возиться с амуницией. Не спешил, видно, знал логова монстров, подгадал под таймер. Типичный Искатель-аристократ, что охотится по чёткому расписанию.

Элария шепнула, что таких точек у него всего три. Даже при регулярной зачистке уходит куча времени, так что он крутится между ними. Слишком ленив для настоящей охоты, но упрям и жаден, чтобы делиться с кем-то другим. Всё как всегда.

Я заметил, что он снова залечивает кое-как перевязанные раны сам, без зелья, без магии. На нём висело Пассивное восстановление, Глаз Истины подсветил. Фендал думает, что здоровье само поднимется, и плевать ему, как это скажется на теле в будущем. А ведь Восстановление, — это не регенерация. Все следы ран оно не убирает.

Упакованный, самоуверенный, со шрамами, как у быка после сотни ярмарок. И всё же… смертный.

Мы ждал, пока он расслабится, пока наступит момент, когда всё сложится так, как нужно.

От Эларии исходила такая плотная, вязкая ненависть, что казалось, воздух вокруг неё начинал потрескивать. Она сверлила Фендала взглядом из укрытия так, будто могла испепелить его одним лишь усилием воли. Пальцы одной руки сжали рукоять ножа так, что побелели костяшки, вторая рука дрожала, и вокруг неё уже собиралось тусклое, едва заметное свечение. Ещё немного, и она бы рванула вперёд, как дикая кошка.

Но вместо этого Элария бросила короткий взгляд, быстро оценивая обстановку, резко поднялась и пошла обратно к лошадям, не проронив ни слова. Видимо, здравый смысл всё же перевесил ярость. Слава богу! Сейчас сорваться было бы равносильно самоубийству.

— Поищем место подальше, чтобы он не наткнулся на нас случайно? — спросил я спокойно, без нажима. Не хотелось её провоцировать, женщину и так колотило изнутри. Она только кивнула, сжав губы в тонкую, злую линию.

Мы поднялись и, отойдя в сторону, нашли уединённую рощу за невысоким холмом, который идеально закрывал нас от света костра Фендала и от его возможного взгляда.

Ужин прошёл в молчании, мрачное настроение одолело нас обоих. Я подстрелил какого-то местного зверька, вроде жирного эпинда, разделал, приготовил на почти бездымном костре, добавил кореньев. Получилось вроде бы съедобно, даже вкус вышел приличный, но это был не тот случай, когда еда радует. Элария жевала отрешённо, глядя куда-то в сторону, будто картон глотала. Закончив, встала и молча ушла ставить палатку.

Её лицо постоянно морщилось, кривилось гримасами, а палатку она разбила на таком расстоянии, будто я заразный, и мы просто случайно оказались вместе в одном лесу.

Ну и ладно, не впервой. Каждый справляется с напряжением по-своему. Меньше разговоров — крепче сон, а завтра нам пригодятся все силы.

Ночь выдалась на удивление холодной. Ветер пробирал до костей. Забрался в палатку, вжал голову в плечи, закутался в плащ и одеяло, но всё равно мёрз. Пока ткань не впитала тепло тела, зуб на зуб не попадал. Воздух казался особенно густым, звуки глуше обычного. Где-то в груди сжалось, до боли захотелось домой, к девчонкам. К их теплу, голосам, даже к их мелким придиркам. Захотелось забраться обратно в кровать в Мири́де, чтобы Зара или Лейланна навалились сбоку, а Самира забросила свою ногу поперёк моей груди… Всё это казалось чертовски далёким, и ради этого далёкого сейчас стоило терпеть и холод, и риск, и эту засаду.

Промаявшись полночи, заснул тревожным сном, но всё равно проснулся на рассвете. Солнце только начинало окрашивать небо в розовые тона. Развёл крошечный костёр, согрел остатки эпинда и сварил отвар из трав. Элария вышла из палатки, хмурая, как и накануне, бледная, с застывшей решимостью во взгляде. Ели молча, сосредоточенно. Разговаривать не о чем, всё и так предельно ясно. Сегодня всё должно закончиться.

Добрались до точки до того, как Фендал вернулся. Засели в укрытии и ждали, мать их, четыре долбаных часа, пока этот рыцарь не соизволил явиться. Устроился в лагере как у себя дома: лениво разминался, ел, справлял нужду. Всё неторопливо, без спешки.

Элария не сводила с него глаз. Брови сведены, пальцы побелели от напряжения. Манасфера вокруг её ладоней светилась почти неосознанно, казалось, что сейчас взорвётся от ненависти. Только когда Фендал нацепил доспехи и, кряхтя, залез в седло, её лицо чуть-чуть смягчилось. Не отпустило, но собралась. Пора.

Первые монстры обитали в зловонной пещере. Свинособы — помесь кабана, собаки и кошмара. Всё как в классических фильмах ужасов: клыки, шипы, гнойные язвы. Жуткие твари! Фендал, как идиот, вломился туда, не разведав, не обойдя, не попытавшись выманить, просто полез напролом. Сначала прикончил одиночек, потом нарвался сразу на трёх. Лез на них и ржал, как безумный, получая от этого кайф, будто боль для него наркотик.

Один из монстров ударил в его колено, другой прокусил бедро, Фендал даже внимания не обратил. Махал себе и дальше бодренько так мечом, хлестал щитом во все стороны, кровища ручьями текла по ногам, а он только веселее становился. По ходу, этот придурок не только садист, но и вовсе отбитый псих.

И вот тогда Элария вышла из укрытия, двинулась вперёд и, сжав кулак, выпустила вспышку зелёного света. «Игла маны» вонзилась в дальнего монстра. Тот завизжал и бросился прямо на Фендала, таща за собой ещё одного. За первой последовала вторая Игла, и ещё трое монстров присоединились к свалке. Всё просто: она спровоцировала тварей к нападению а этот идиот даже не понял, что его агрят. Только когда шестая тварь на него прыгнула, начал растерянно озираться.

Я спокойно шёл рядом с Эларией, но был настороже.

— Ты! — заорал он, когда увидел нас. — Ты предала меня, шлюха! За что натравила их на меня⁈

И ведь реально не понимал, за что, как ребёнок, которому дали по рукам за пакость.

— Тут только один предатель, и это ты, гнида! — бросила Элария, выпуская очередную Иглу. — Пусть тебя твари и сожрут.

Фендал пытался сопротивляться как только мог, отмахивался и мечом, и щитом, пыхтел, визжал, истекал кровью, но держался, пока одна свинособа не сбила с него шлем, а вторая не распорола лодыжку. И тут он рванулся на Эларию.

— Я порву тебя на тряпки, тварь! — захрипел урод, кидаясь вперёд.

И вот тогда я понял, что она не успеет выпустить Иглу, он достанет её первым, а я не мог этого допустить.

Рывок Гончей включился сам собой. В одно движение я оказался рядом и сбил его с ног, врезавшись плечом, затем, не задумываясь, нанёс два быстрых удара копьём, перерезав сухожилия под коленями. Всё! Фендал извивался на земле, словно уж, орал, метался, но сделать уже ничего не мог. Уже не боец, а потенциальный труп. Осталось дождаться монстров.

Я отступил к Эларии. Мы молча наблюдали, как тучи свинособов добивают Фендала. Он ещё пытался доползти до нас, кричал, угрожал, плевался, но толку-то… Твари вгрызались в его доспехи, когти разрывали плоть, визг, кровь, хруст костей и вот… тишина.

Так сдох сэр Фендал из Ордена Серебряного Дозора. И это правильно.

Земля ему стекловатой.

Глава 19

Да, не стану кривить душой, я чувствовал мрачное, почти злорадное удовлетворение от того, что Фендал из Малибурна, рыцарь Бастиона из Ордена Серебряного дозора наконец-то сдох. Уж точно. После всего, что эта мразь сделала со мной и моими женщинами, меньше всего он заслуживал лёгкой смерти.

— Ничего не трогай, — ровно, без лишних эмоций сказала Элария. — Ни его тушу, ни лошадь, ни вещи в лагере. Пусть всё останется как есть. Те, кто придёт его искать, не должны ничего заподозрить.

Я кивнул:

— Понял. Так и сделаем.

Она тяжело вздохнула:

— Жаль, конечно. Мне бы искренне хотелось обоссать его труп.

Я оторвал взгляд от мерзкой картины — монстры рвали на куски бывшего рыцаря. В животе неприятно скрутило. Да уж, зрелище не для слабонервных. Как бы я ни ненавидел этого ублюдка, смотреть на такое всё равно тошно. Видеть, как над телом глумятся… Нет, это ни к чему даже для такой падали, как Фендал.

К моему удивлению, несмотря на внешнее спокойствие, Элария крепко обхватила себя руками, плечи заметно ссутулились, а слёзы градом катились по её щекам. Она не отводила взгляд от монстров, которые продолжали свою кровавую трапезу, и картина эта, надо сказать, с каждой минутой становилась всё более тошнотворной. Похоже, теперь, когда долгожданная справедливость восторжествовала, осталась только та зияющая пустота и боль, которую этот ублюдок Фендал внёс в её жизнь.

Я неловко кашлянул, прочищая горло. В такие моменты чувствовал себя полным болваном, совершенно не умея подбирать слова утешения.

— Слушай, Элария, если хочешь, можешь поехать со мной в поместье Мирид. Там у нас тихо, места хватит всем. Может, получится оставить прошлое дерьмо позади, начнёшь всё с чистого листа…

Целительница так долго молчала, глядя куда-то в пустоту, что я уже подумал, что она то ли не услышала, то ли просто игнорирует мои неуклюжие попытки помочь. Потом она едва заметно покачала головой, голос её слегка дрожал:

— Нет, Артём, спасибо. Я вернусь в Тверд. Возможно теперь, когда этот выродок мёртв, моя жизнь наладится, и Гильдия искателей приключений примет меня обратно. Хочу попытаться уговорить мужа, чтобы он позволил мне видеться с детьми, если он ещё… Если они ещё там.

Я кивнул. Что тут скажешь? Её выбор.

— Я тоже туда возвращаюсь. Нужна компания в дороге?

Она усмехнулась:

— Было бы здорово, учитывая, что я еду на твоей лошади. Элария сплюнула в сторону останков покойного рыцаря и резко отвернулась: — Меня здесь больше ничто не держит.

В тишине мы вернулись в наш временный лагерь. Перекусили по-быстрому, проверили снаряжение, оседлали лошадей и двинули обратно в Тверд.

Если смерть рыцаря и облегчила душу Эларии, она этого никак не показывала. Всю дорогу молчала, глядя перед собой невидящим взглядом, и казалась абсолютно опустошённой, словно эта мрачная цель являлась единственным стержнем, что поддерживал её и заставлял жить до сих пор.

Я решил попробовать поговорить с ней ещё раз, всё-таки, не каждый день тебе помогают прикончить заклятого врага.

— Спасибо тебе, Элария. Серьёзно. Не знаю, как бы я его без твоей помощи нашёл, — я помедлил, подбирая слова, потом добавил. — Если тебе когда-нибудь понадобится помощь… любая, какая только в моих силах, свяжись со мной. В Мириде меня найти несложно.

Элария вяло пожала плечами:

— Да не за что.

На моё предложение она так и не ответила.

В таком вот невеселом молчании мы проехали остаток пути до Тверда, прибыв туда уже после темноты. Это было мне на руку; в такое время ещё можно найти конюшню, которая купит лошадей, хоть и с потерей в цене, а также означало, что у меня в запасе имелась ещё одна ночь, чтобы пошарить по трущобам, если, конечно, повезёт больше, чем в прошлый раз.

Спутница попрощалась со мной у первой же приличной на вид конюшни. Выглядела она уставшей, измотанной до предела, но в глазах и впрямь читалась какая-то новая решимость. Или это мне хотелось так думать?

— Ступай с милостью Безымянной, Искатель, да ответит она на мои молитвы, — сказала Элария, низко поклонившись. — Да обретёшь ты тот мир, который ищешь для своей семьи.

Ну да, в общем-то мой план полностью совпадал с её пожеланием.

Я скользнул в ночную темноту, держа курс на трущобы и снова придерживаясь теней, словно заправский ниндзя из старых боевиков, перебегая от укрытия к укрытию, пока не добрался до крыши склада, того самого, с которого пару ночей назад следил за забегаловкой.

Устроившись поудобнее и слившись с черепицей, начал наблюдать за теми, кто входил и выходил, прикидывал варианты. Время текло медленно, как патока в морозный день.

Прошло несколько часов. Даже ночная жизнь Тверда, которая и днём-то не особо бурлила в этом районе, наконец начала стихать. И тут ко мне обратились.

— Доброй ночи.

Мои нервы, и так натянутые, как струны грёбаного контрабаса, сдали, и я буквально подпрыгнул от спокойного голоса мужчины, прозвучавшего просто недопустимо рядом, прямо за спиной. Рефлексы сработали раньше мозга: Перекат и Быстрый выстрел! Тело само бросилось в сторону, к самому краю крыши, и я вскочил на ноги, развернувшись к источнику звука с натянутым луком, готовый выпустить стрелу в любую тень, что покажется подозрительной.

Никого. Чёртова Скрытность!

Интуиция требовала драпать со всех ног, валить куда подальше. Откуда мне знать, кто это? Поди разбери, какой у него уровень, может, пятидесятый, а то и выше. Он вполне мог подкрасться и тихонько воткнуть мне в бок отравленный клинок. Да тут, мать их, целая дюжина таких могла прятаться за магией, как тараканы за печкой, а я бы и не почувствовал. Глаз Истины молчал, зараза, значит, уровень скрытности у гостя запредельный, либо какое-то особое волшебство.

С другой стороны, невидимый хмырь выбрал приветствие, а не нападение. Это как бы намекало, что он, возможно, готов сначала поговорить, а не сразу в драку лезть, хотя с такими ребятами никогда не знаешь наверняка.

Слишком рискованно нарываться против неизвестного профи. А пока меня не озарил третий план, пришлось остаться на месте, но тетиву не ослабил, стрела по-прежнему лежала в пальцах, готовая сорваться в любой момент. Напряг все чувства, вслушиваясь в ночные шорохи, вглядываясь в пляшущие тени, пытаясь уловить хоть что-то в темноте, хоть какой-то намёк на его местоположение. Даже запахи пытался различить, вдруг от него понесёт какой-нибудь специфической отравой или зельем невидимости?

— Вы, должно быть, приняли меня за кого-то другого, — осторожно сказал я, стараясь говорить непринуждённо.

Голос усмехнулся. От этого смешка у меня по спине пробежал холодок, слишком уж он прозвучал уверенно. Звук казался настолько неуловимым, что я так и не смог понять, откуда он исходит. Возможно, это тоже какой-то навык или просто мастерство, отточенное годами.

— Не так уж много на свете парней твоего уровня. Особенно таких, что шастают по крышам в трущобах. А в Тверде сейчас таких всего двое, и второй, насколько мне известно, сейчас мирно спит в своей постели.

Наступила короткая пауза, словно невидимка ждал ответа, потом он сказал:

— Можешь опустить лук, я просто хочу поговорить. — Голос стал жёстче: — На этот раз.

Я неохотно ослабил тетиву, опустил наконечник стрелы, но лишь чуть-чуть. Держать на мушке цель, которую не видишь, то ещё удовольствие, да и толку ноль.

— О чём ты хочешь поговорить? И кто ты такой, чтобы задавать мне вопросы?

Ещё одна усмешка, казалось, он читает мои мысли.

— Думаю, это мой вопрос. Ты тут лезешь, куда не следует.

Ладно, понятно. Похоже, мужик из тех, с кем лучше не спорить без крайней нужды. Может, пора рискнуть и выложить всё начистоту? В конце концов я и так собирался попытаться передать сообщение Гильдии Убийц, и если этот тип их представляет…

Я вздохнул. Ну, была не была! Раз уж он сам начал разговор, может, это и есть мой шанс.

— Сир Фендал из Малибурна, небезызвестный вам рыцарь Бастиона из Ордена Серебряного дозора, недавно погиб от рук монстров. Несчастный случай, бывает.

Наступила долгая пауза, такая, что я успел пожалеть о своей откровенности раз десять.

— Ах, — задумчиво протянул голос, — так вот в чём дело! Твой наниматель удивительно хорошо информирован и быстро работает.

Наниматель⁈ Интересный поворот!

Я быстро прикинул. Прошло всего дня четыре, может, пять, если уже за полночь, с тех пор, как я двинул в Тверд. Времени и впрямь едва хватило бы обычному путешественнику, чтобы добраться сюда из Тераны, даже если бы он пользовался всеми быстрыми способами перемещения. Разве что на грифоне летел, но это вряд ли.

В принципе мне только на руку, что он решил, будто я наёмник, нанятый через голубя или магическую связь. Пусть так и думает дальше, мне же проще.

— Именно, — подтвердил я уверенным голосом.

Невидимый вздохнул. Кажется, я услышал во вздохе нотку усталости.

Я решительно продолжил:

— Поскольку ваш… подрядчик, хм, ушёл, я должен знать, что на этом всё закончено.

Собеседник усмехнулся.

— Я не стану нагибаться, чтобы поднять трость старого пня, если рядом не лежит монета, парень. На войне с трупом денег не заработаешь. Если ты говоришь правду про покойного Фендала, а у меня нет причин тебе не верить, хотя твоя осведомленность и скорость реакции твоего «нанимателя» впечатляют, наше дело с тобой закрыто. — Его голос снова стал жёстче. — Если ты сейчас же свалишь, это станет последним, что нам известно о тебе и твоём нанимателе.

Учитывая, что всё, чего я хотел — как можно скорее ломануться домой, к своей семье, с радостью принял предложенную сделку. Проще некуда!

— Хорошо, я уеду из города, скорее всего даже сегодня. Но не скрою, возможно, вернусь потом по другим своим делам, хотя постараюсь забыть о вашем существовании, если вы сделаете то же самое. И уверен, мой так называемый наниматель полностью со мной солидарен.

— Договорились, — ответил убийца и наступила тишина. Долгая, тягучая. Я выждал несколько секунд, чтобы окончательно убедиться, что он либо ушел, либо по крайней мере закончил разговор. Ни малейшего шороха, ни дуновения ветерка.

Обрадованный, что удалось разрулить щекотливую ситуацию без драки с убийцей на крыше в темноте, я спрыгнул вниз, на улицу, и с радостью поспешил выбраться из трущоб. Ноги сами несли меня подальше от проклятого места.

Ну вот и всё! Значит ли, что это конец или лишь очередная отсрочка? С точки зрения прагматика у Гильдии Убийц, этих ребят в тёмных плащах с капюшонами, нет причин меня преследовать, разве что из мести. хотя вроде им это несвойственно.

Тем не менее расслабляться рано. Как говорится, доверяй, но проверяй, особенно когда речь идёт о тех, кто зарабатывает на жизнь чужими смертями. Возможно, стоит спросить у Мароны, где она взяла те сигнализационные чары для своего поместья. Очень полезная штука, как оказалось. Надо бы и себе такие прикупить или даже разработать что-то своё, поинтереснее, с учётом земного опыта.

Несмотря ни на что, я чувствовал, будто с груди свалился огромный камень. Камень размером с небольшой валун, не меньше, и впервые за несколько недель позволил себе глубоко с облегчением вздохнуть.

Пора возвращаться домой, к своим, и дать им знать, что угроза миновала.

Я нашёл неприметную гостиницу недалеко от южных ворот и остановился там на ночь, надеясь не привлечь излишнего внимания. Угроза в лице рыцаря-садиста вроде как устранена, но мне всё ещё не хотелось, чтобы меня опознали как того, кто слишком активно интересовался его судьбой в Тверде. Меньше подозрений — спокойнее жизнь. Золотое правило для любого попаданца, особенно с моим бэкграундом.

Часть меня хотела исследовать город, раз уж довелось сюда попасть, и особенно рынок. Интересно глянуть, какое тут снаряжение продают, может, попадётся что-то полезное для охотника или для защиты поместья. И, признаюсь, так и тянуло вернуться в «Клетку». Теперь, когда напряжение спало, можно и расслабиться как следует, и получить от злачного места максимум удовольствия. Да даже просто нормально поесть и выпить кружку-другую местного пива!

Но всем удовольствиям придётся подождать до следующего раза, хотя одну быструю остановку на рынке я все же решил сделать.

Проснувшись утром, я понял, что проспал дольше, чем планировал, накопившаяся за несколько дней усталость взяла своё. Наспех позавтракал и целенаправленно двинулся сквозь толпу торговцев, пока не отыскал книжника.

Продавщица, словоохотливая дама средних лет, с готовностью порекомендовала сборник «невероятно трогательных и очень романтичных» рассказов. Я поверил ей на слово, ну а почему бы и нет, ей виднее, что сейчас в тренде у местных барышень, и тут же перешёл к делу.

— Пятьдесят серебряных, — предложил я.

Женщина усмехнулась так, словно я хотел купить за эти деньги весь её лоток вместе с соседним.

— Молодой человек, за такую цену вы даже чистую книгу в приличном переплете не получите, не говоря уже о сборнике самых популярных любовных романов на всем Даринском континенте. Два золотых и ни медяком меньше!

Контрпредложение оказалось жёстче, чем я ожидал.

А не мешает ли моя нынешняя внешность заключать выгодные сделки? Этот дурацкий грим и простая одежда, конечно, не добавляли мне солидности в глазах торговцев. Вот же морока с этой сменой имиджа!

Я потёр переносицу, даже не особо изображая из себя книголюба. Обычно мне нравилось поторговаться, я с азартом выбивал лучшую цену и воспринимал это как мини-игру, своего рода развлечение. Но сейчас хотелось быстрее закончить со всеми делами и двинуть дальше.

— Скажу так. Раз уж Вы столь настойчиво её рекомендуете, я возьму книгу за один золотой и пятьдесят серебра. Так сказать, скидка за опт и Вашу экспертную консультацию при условии, что сделаете мне скидку на другие книги, если решу взять что-то ещё.

Торговка согласилась на мои условия подозрительно быстро. Сразу стало ясно, что она всё равно осталась в приличном выигрыше. Ну да ладно, не обеднею. Но мне отчасти удалось компенсировать потери, когда нашёл пару книг по истории Валинора. Тут уж я включил всё своё обаяние и всласть поторговался, выбив за них более выгодную цену.

Я давно хотел узнать больше о мире, который стал моим новым домом, но всегда находились дела поважнее. Может, с наступлением холодов, когда придётся чаще сидеть дома, появится досуг и для лёгкого чтения. Да и вообще полезно знать историю и географию места, где собираешься растить детей.

Закончив дела, я с трудом поборол искушение ещё немного пошататься по рынку и сразу направился к воротам. Пора в обратный путь, на юго-восток, в сторону Тераны.

Начав двигаться, уже не мог остановиться, спеша вернуться домой. Перекусывал прямо на ходу в основном вяленое мясо и какие-то пресные лепешки. Не ресторанные блюда, конечно, но силы поддерживать надо. И хотя не летел с таким же бешеным темпом, как сюда, всё равно двигался быстрее, чем люди на лошадях. И прилично так быстрее, преодолевая в два, а то и в три раза большее расстояние. Навыки Охотника и общая прокачка мне в помощь.

Фендал сдох. Гильдия, заказ сняла, а значит — угрозу семье можно считать временно снятой. Конечно, до полной уверенности ещё далеко. Но напряжение внутри чуть ослабло, как будто ремень отпустили на одну дырку. Этого хватило, чтобы вспомнить — у меня ведь было одно обещание.

Я пообещал дриаде вернуться. И, как ни крути, держать слово надо. Особенно если дал его не абы кому, а полубогине. Такие не любят, когда их игнорируют. Да и расстраивать древнее существо, способное одной мыслью превратить тебя в древесный гриб, мне как-то не хотелось.

Прикинул по карте — если не плестись, то до её рощи я доберусь за пару часов, до темноты успею. Ночью переночую, нормально отдохну, а с утра — обратно в путь. Восстановлюсь. Да и, скорее всего, не только отдохну, но и расслаблюсь.

Всё-таки часть меня вполне честно хотела снова оказаться в её беседке. Дриада чертовски хороша. Ну и… Лилия. Чёрт побери, надеюсь, она всё ещё там.

Эта ушастая книжница врезалась в память. Такая правильная, заумная, вечно с книжкой — и при этом как-то странно… тянет. Не как к остальным. Там что-то другое. Я ведь даже ту книжку дурацкую купил — специально для неё. Хотел оставить что-то в ответ на её тепло и заботу.

Не знаю, что меня ждёт. Но поехать туда — правильное решение. Не смогу простить себе, если упущу такую возможность…

Глава 20

Поляна дриады на закате выглядела почти также, как ночью, только её заливал другой, розоватый свет. Едва переступил её границу, меня сразу принял в свои объятия тёплый воздух, насыщенный запахом свежей зелени, клевера и цветов. Вместе с ним в душу проникло спокойствие. Оно просто висело в воздухе, плотное, густое, как туман, и тело сразу откликнулось на его воздействие, расслабившись…

Мне показалось, что я опять провалился в какой-то приятный сон. Оглядевшись, увидел Лигею, которая ждала ждала меня на том же месте, что и в первый раз.

Быстро подойдя к дриаде, опустился на одно колено.

— Леди… — выдавил я.

— Лигея, — мягко поправила она и подняла меня на ноги. Руки у неё оказались неожиданно сильными. — Забудь про формальности, — сказала она, улыбаясь. — Мы же… переплелись, теперь можем общаться запросто.

Я кашлянул, чувствуя, как запылали щёки.

— Лигея, спасибо, что пустила меня снова на свою поляну.

— А разве могло быть иначе? — высокая, с длинными, как ветви, руками, дриада взяла меня за руку, нежно поцеловала и ощутимо так сжать задницу. Потом развернулась и мы пошли к ручью, туда, где Лилия в прошлый раз готовила для меня еду.

Я не знал, стоит ли удивляться, но на берегу меня уже ждал накрытый стол. И опять царские блюда: жареная птица, пюре из сладкого картофеля, жареная спаржа, ну и, само собой, салат.

— Артём! — счастливо воскликнула Лилия, тут же подскочила, чтобы обнять. Одетая опять в своё серебристое платье, она выглядела нарядно, даже изящно, но вела себя при этом как ребенок и вся светилась от радости.

— Рада, что ты так быстро вернулся, — сказала она, отстраняясь и окидывая меня цепким взглядом с ног до головы. Серые глаза за стёклами очков блестели, в них плескалась тревога. — Ты в порядке?

Я устало улыбнулся и скинул с плеч рюкзак: — Думаю, да. По крайней мере хочется в это верить. О, кстати, я тебе тут кое-что принёс.

— Правда⁈ — девочка-кролик так обрадовалась, что даже подскочила на месте. Длинные серебристые косички разметались по плечам. — Ой как здорово! Что это⁈

— Книжка. Купил в Тверди, — я достал сборник романтических рассказов и протянул его ей.

— О-о-о! — Лилия нетерпеливо взяла книгу, провела ладонями по гладкой кожаной обложке. — «Размышления Мариен», да ещё с дополнительными историями! У меня есть только оригинальные, но я их дома оставила, чтобы не испортить в дороге. Это просто супер!

Я, конечно, немного расстроился, что не смог подарить ей что-то новое, чего у неё нет, но с другой стороны, хорошо, что не выбрал точную копию. Продавец в Тверди говорила, что это самая популярная книга на всем Дарине. — Она что, правда интересная? — спросил я.

— Она не просто интересная, она офигенная! — Лилия снова подпрыгнула от радости. — Такая романтичная! Я просто визжала от восторга, когда мама мне её подарила. Это, наверное, самый лучший подарок в моей жизни. Она даже сначала ходила в Хасмадею, хотела узнать, можно ли там такую заказать, но…

Я моргнул. — Ты что, из Хасмадеи?

Девочка-кролик замерла на полуслове.

— Чёрт! — воскликнула она и стукнула себя костяшками пальцев прямо между ушей. — Ну вот зачем я это ляпнула⁈

Лигея громко рассмеялась.

Я посмотрел на них обеих, с подозрением.

— Что тут происходит?

Лилия застенчиво улыбнулась.

— Ну, похоже, шило в мешке не утаишь, да? — она вздохнула, выпрямилась, словно собираясь с духом, и протянула мне руку. — Привет, Артём. Меня зовут Лилия. Я дочь Клевер.

Стоп. Что⁈ Клевер, которую я знал, ведь почти ровесница Лили, вероятно даже младше. Может, просто это имя такое распространённое или… Или Клевер, с которой у меня случилась связь, сестра Лилии, а их мать тоже Клевер, и она назвала так дочь?

Пепельноволосая девочка-кролик, видимо, решила, что я ничего не понял или не поверил, и её улыбка чуть дрогнула.

— Ну да, — кивнула она. — Мама обычно не рассказывает о себе мужчинам, с которыми… сближается, и никогда не называет своего имени. Но да, та самая белая девочка-кролик, которую ты встретил полгода назад… — она сделала паузу, словно давая мне переварить информацию, — мать твоего сына, кунида Педро. Она родила его недели две назад.

От всего, что она сейчас сказала меня словно током прошибло.

— Что⁈ — только и смог выдавить я.

Да, я, конечно, знал, что Клевер вполне могла залететь, и знал, что куниды рожают быстро, всего через пять месяцев, но в череде бесконечных дел я совершенно забыл, что у меня здесь, в этом мире, может появиться ещё один ребёнок. Вот так взял и родился!

Эта мысль просто снесла мне башню. Сын! Мой первый сын! Как он выглядит? Смогу ли я его увидеть? Когда?

Но я тут же мотнул головой, отгоняя мысли. Какая-то тут явная нестыковка.

— Но как ты можешь быть дочерью Клевер? — возразил я. — Она же, кажется, всего на пару лет старше тебя, разве нет?

Лилия смущённо хихикнула и поправила очки.

— Ты, наверное, совсем ничего не знаешь о девочках-кроликах, да? — сказала она. — Мы остаёмся быстрыми, красивыми и молодыми всю жизнь и можем рожать до самой смерти… Это такой… бонус нашей расы. На самом деле маме скоро пятьдесят, а мы с Педро у неё самые младшие.

Вот это поворот! Клевер старше Мароны и при этом выглядит как девчонка лет двадцати⁈ Да ещё с такой фигурой, что любая модель обзавидуется…

Я тряхнул головой, отгоняя эти мысли. Не время о таком думать, главное другое.

— Они там в порядке? Оба? Педро здоров?

Лилия улыбнулась, но уже без смущения, тепло:

— Да, всё хорошо. И Педро… Он просто идеальный! Такой красивый малыш! Ух, когда вырастет, девчонки за ним табунами бегать будут.

— Сын… — я улыбался, как последний дурак. Но эта новость… Просто офигеть! У меня есть сын! Говорят, куниды-мальчики редко рождаются, вроде бы всего один из семи.

— Да, — кивнула Лилия. Она прямо светилась от гордости. — И он первый мальчик у мамы.

— Я могу его навестить? — спросил я. — Или, может, Клевер сама приедет к нам в поместье Мирид?

Лилия рассмеялась.

— Конечно приезжай! Мама очень обрадуется, и сестры мои, и вообще все наши девчонки. Не каждый день к нам приезжает мужик, за которым не надо бегать, тряся хвостами.

Вот это поворот! Ну как тут можно отказаться? Главное не забыть про свитки… Чёрт возьми, да!

Она понимающе улыбнулась, будто прочитала мои мысли.

— Думаю мама согласится на твоё приглашение и приедет в гости. Ей очень даже понравилось проводить с тобой время. И она, конечно, захочет, чтобы Педро познакомился со своими братьями и сёстрами.

Лилия вдруг замялась. Сняла очки, подышала на них, достала из сумочки тряпицу и принялась тщательно протирать стёкла. Выглядела она при этом жутко смущённой и какой-то нервной.

Лигея издала какой-то странный, но приятный, почти музыкальный звук и легонько подтолкнула Лилию.

Девочка-кролик чуть подпрыгнула от неожиданности, потом вспыхнула, как маков цвет, и быстро, прямо-таки суетливо нацепила очки обратно.

— Кстати! — выпалила она. — Если ты приглашаешь маму в гости… Можно мне тоже приехать в поместье⁈

Я аж моргнул. — Хочешь приехать? — переспросил я.

— Ну, я… гм… — она неловко переступила с ноги на ногу, румянец залил не только щёки, но и кончики длинных белых ушей. — Ты же смеяться будешь…

— Да ни за что! — усмехнулся я, глядя на её смущение.

— Правда? — Лилия закусила губу, с надеждой глядя на меня своими огромными серыми глазами. — Просто… Понимаешь, я ведь столько книг прочитала… Мама знает, что я ужасный романтик, и мне никогда не нравилась эта идея… ну, выйти в поле и просто ждать, пока тебя кто-нибудь… ну, ты понял. Просто ради… удовольствия. Неужели нельзя как-то по-другому? Есть же в жизни нечто большее? — Она снова принялась теребить очки, то снимать их, то надевать, потом потянула за одну из косичек. — Я всегда мечтала найти мужчину, с которым можно… ну, не только вот так, быстро и грубо, — она снова смутилась, — но и так, о чём читала в книжках. Ну, обниматься, получать цветы, гулять под луной… Вот это всё и даже глубже! Хочется найти свою настоящую любовь, испытать душевную близость, чтобы вместе прожить жизнь, детей вырастить.

Девочка-кролик, такая красивая, что аж дух захватывало, вдруг резко закрыла лицо руками.

— Я просто подумала… Мама мне рассказывала, какой ты был с ней нежный, романтичный, и мне стало так любопытно! Я потом нашла тебя и увидела, как вы с твоей гоблиншей счастливы, как ты к ней относишься. Мне стало так грустно! Я подумала, что всё, ты уже нашёл свою любовь, и я опоздала.

— Ты… хотела быть со мной? — я просто не мог поверить. После всего, что пережил на Валиноре, после всех этих женщин, даже после настоящих богинь… Часть меня всё равно не могла врубиться, как такая нереальная красавица вообще может мной интересоваться.

Лилия стояла, всё ещё закрыв лицо руками. Её бледная кожа снова залилась краской аж до кончиков ушей.

— Ну, я имела в виду… что мы станем ухаживать друг за другом, совершать всякие романтические штуки, влюбляться… — она вдруг убрала руки от лица и посмотрела на меня. — Ты хотел бы за мной ухаживать? Знаешь, просто недавно к нам приезжал Жрец Безымянного. Он проведал маму и малыша, спрашивал, как у них дела, ну и рассказывал про тебя. — Девочка-кролик снова начала подпрыгивать на месте, отчего не только косички смешно подскакивали вместе с ней, но и грудь соблазнительно заколыхалась под тонкой тканью платья. — Он рассказал мне, что у тебя… гарем! — выпалила она. — И что ты нашёл дом, и вы все там счастливы! И я тогда подумала, может быть, ещё не всё потеряно?

Я поднял взгляд к небу. Часто так делал, когда думал о Мии или пытался с ней поговорить, правда она мне теперь могла ответить только если Ирен находилась рядом.

— Лилия, — сказал я серьёзно. — Для меня будет… Я очень рад, если ты согласишься поехать со мной в Мирид, и уверен, все остальные там будут счастливы с тобой познакомиться.

Улыбка девочки-кролика засияла так, что показалось, будто взошло второе солнце.

— Правда⁈ — завизжала она и кинулась меня обнимать. — Ура!! Я готова ехать хоть прямо сейчас! — она тут же резко отстранилась, словно что-то вспомнила, и нервно дернула себя за косичку. — Ой! Мне же надо пойти собраться к завтрашнему отъезду! Ты ешь давай, пока не остыло! Увидимся утром!

Она рванула через поляну со скоростью… кунида. Просто вспышка — и её уже нет.

Я невольно улыбнулся и повернулся к Лигее, но улыбка тут же сползла с моего лица. Она выглядела очень серьёзной, даже серьёзнее, чем обычно.

— Ты будешь к ней добр, — просто сказала она.

Это прозвучало не как вопрос, а как приказ, но я твёрдо встретил её взгляд и кивнул.

— Обещаю сделать всё, что в моих силах, чтобы сделать её счастливой. Если мне повезёт, я заслужу её любовь.

Дриада вдруг улыбнулась.

— Думаю, тебе не надо объяснять, но Лилия романтик до мозга костей, прямо как в тех книжках, которые она читает. Я понимаю, что в жизни не всегда всё гладко, но постарайся соответствовать. Ухаживай за ней как положено: цветы, подарки, свидания, прогулки, держась за руки, поцелуи… Всё по классике, чтобы страсть нарастала медленно, а потом… Ну, сам понимаешь. — Она чуть смущённо покачала головой. — Честно говоря, я не вижу смысла во всём этом, когда можно просто переплестись. Это же гораздо проще и понятнее. Но если все эти глупости сделают её счастливой…

— Спасибо, — сказал я и усмехнулся. — Признаюсь честно, мои отношения до этого не всегда были такими… книжными. Скорее наоборот. Но я стараюсь уделять своим девчонкам всё внимание, на которое хватает времени. Каждый день.

— Ну что ж, эту привычку я бы посоветовала сохранить, — зрачки Эльдари заплясали, в них появился озорной огонёк. — А вот что касается прямого общения… Я бы хотела снова с тобой сегодня вечером… поговорить. Так приятно снова чувствовать связь после стольких лет, и мне кажется, в прошлый раз я тебя не до конца… истощила.

Я замялся и посмотрел туда, куда убежала Лилия. Дриада громко рассмеялась.

— Не переживай. Она не против. Девочка знает, что идёт в гарем и понимает, что ты ищешь общества со многими женщинами, которых встречаешь. Главное не пренебрегай ею, тогда всё сложится хорошо. — Её улыбка стала шире. — И ей, кстати, очень понравится проводить время с твоими другими жёнами. Ведь, как ты знаешь, у кроликов соотношение семь к одному, и девчонки привыкли развлекаться друг с другом, когда мужчин не хватает.

Я был уверен, что моим девчонкам дома Лилия точно понравится. Она не просто красивая, а милая, какая-то… наивная и совершенно очаровательная.

Да и готовить умеет. Познакомлю её с нужными специями.

Я сел за стол и положил себе еды. Желудок уже урчал, и я не видел смысла мучить себя ожиданием. Ну что тут скажешь? Если путь к сердцу мужика и правда лежит через желудок, то эта прекрасная девочка-кролик начала с правильной стороны.

Пока я ел, Лигея принялась массировать мне плечи и спину. Её длинные тонкие пальцы с удивительной силой разминали напряжённые мышцы. Она находила все узлы и комки, даже тот, под лопаткой, что меня давно уже доставал.

Когда я почти закончил есть, дриада перешла от массажа к делу. Её руки переместились на мою грудь, и она принялась целовать мне шею. Волосы из цветов вишни накрыли мне плечо и руку. Я повернул голову и поцеловал её в ответ, после чего мы отправились в беседку, увитую цветущей вишней.

От той томности, что сопровождала её ласки в прошлый раз, не осталось и следа. Дриада целовала меня жадно, нетерпеливо, её длинные руки скользнули под одежду, пробежались по телу и принялись срывать одежду.

Как только я остался в костюме Адама, она тут же набросилась на мой член. Крепко сжала его обеими руками и принялась ласкать так, что я начал задыхаться и дёргать бёдрами на встречу её движениям. Затем она выпрямилась, возвышаясь надо мной и пристально заглянула в мои глаза.

— Сегодня вечером я хочу попробовать что-то другое, что ты скажешь если сегодняшней ночью сверху буду я?

Глава 21

Чёрт, какая же она высокая! Длинные руки дриады обвились вокруг меня и стали нежно касаться моей кожи, вызывая дрожь возбуждения.

— Всегда готов, — сказал со смехом, чувствуя, как её руки скользят по моему телу, вызывая сильное возбуждение и дурманя мою голову, но сопротивляться этому не хотелось. Наоборот, в прошлый раз, я хорошенько её выебал, теперь можно и отдохнуть, её очередь. Вот он, заслуженный отдых для воина, который остановил орду монстров и прикончил врага.

Вот и отлично! Лигея рассмеялась, её голос был похож на мелодию, которая что-то цепляла глубоко внутри и завораживала. Я сам не понял, как она меня так хитро, в одно движение уложила на спину, так играючи, словно я ничего не весил, прямо как пушинку. Вот тебе и хрупкая и нежная полубогиня. Сколько же в ней на самом деле силы…

Я лежал на кровати из зелёной травы, полностью выпрямившись, чувствуя, как быстро бьётся моё сердце в предвкушении хорошего секса.

Лигея села на корточки сверху меня, её ноги были согнуты и опирались на носки, а корпус был наклонен вперёд. Её руки легли на мою грудь, а локти уперлись в грудь,позволяя ей принять устойчивую позицию.

Я положил руки на её бёдра, поддерживая и лаская гладкую и необычайно нежную кожу. Её тело было таким тёплым, я чувствовал каждый её вздох.

— Готов? — страстно спросила Лигея, в её голосе звучали нотки страсти и нетерпения. Ух как, соскучилась.

Я ухмыльнулся в ответ. — Оторвись да так, что бы я надолго запомнил эту ночь!

С новым музыкальным смехом дриада насадилась на член, опускаясь одним движение до самого упора, а с её губ сорвался томный вскрик. Секунда и дальше она зажгли! Начала активно двигаться двигаться, её бёдра поднимались и опускались, задавая умопомрачительный ритм. Хлоп! Хлоп! Хлоп!!

Я чувствовал каждый её вздох, каждый стон, и это только усиливало моё возбуждение. Движения Лигеи были такими мощными и ритмичными, что я чувствовал каждый её удар. А от стонов волосы на руках встали дыбом, а в глазах горело предвкушение. Стенки её любовного туннеля сжимали мой член так сильно, что я чувствовал каждый миллиметр её киски. Каждое сжатие и пульсацию её тугих мышц, что яросто доводили меня до органзма.

Лигея стала двигаться ещё быстрее, взвинчивания темп, её стоны становились всё отчаянней и в них чувствовались отголоски экстаза.

— Поласкай мой клитор, — наконец выдохнула она, её голос был прерывистым и страстным.

Отпустил её бедро, и сместил руку к киске, нашёл её набухший бутон и стал резкими движениями тереть, добавляя немного агрессивной ласки. Она ахнула от восторга, и я почувствовал, как стенки её любовного туннеля плотно сжались, реагируя на мои ласки. Её тело дрожало от удовольствия, и я чувствовал, что она уже близка к оргазму.

Кажется, Лигея начала двигать ещё быстрее, её стоны стали громче и чаще. Её киска пульсировала вибрировала и наслаждался каждой её вибрацией. — Да! Да! Да!

Есть! Дриада вздрогнула всем телом, а затем насадилась до самого конца на мой твёрды член и забилась в экстазе. А из её киски мощной струёй вырвался сквирт. Заливая меня сладким и немного липким любовным соком. Её тугая киска отчаянно сжималась, яростно пульсировала и буквально выдавливала из меня порцию горячей спермы. Чувствую как бьётся в моих руках Лигея, как сжимается её киска я не выдержал. Взорвался порцией спермы наполняя Дриаду и заставляя её сладко стонать от удовольствия…

Наш совместный оргазм казалось был бесконечными. И когда всё наконец стихло, Лигея мягко отстранилась от меня, затем приподняла и прижала к своим мягким грудям, а затем вилась поцелуем в мои губы. Я в ответ обхватил руками и ногами её шею и тонкую талию, отвечая на поцелуй, скользя ладонями по её тёплой спинке, пока мой член тёрся о её живот. Её губы были такими мягкими и нежными, что я почувствовал, как сердце забилось от её прикосновений ещё чаще.

— Я люблю тебя, — промурлыкала она мне в губы, задыхаясь. Её руки игриво терли и сжимали мои ягодицы. — Это было невероятно.

— Это было… — начал я, затем хмыкнул от удивления, когда Лигея откинула меня на траву вновь насадилась на мой член, на этот раз даже более энергично и резко. Вверх вниз, вверх, — вниз. До самого дна, до удара наших бёдер. До бархатистых стонов и томных вскриков. Вот так, детка! Давай! Хлоп… Хлоп…

Мои подруга и невесты обычно выдерживали на верху не более пятнадцати минут и валились без сил, затраханные и счастливые. Но Лигея была поистине неутомимой. Она просто сводила меня своей выносливостью и страстью. Сегодняшней ночью, пятнадцать минут для нас с дриадой были лишь лёгкой разминкой. Она насаживалась на меня, двигалась то мягка, покачивая аппетитной попкой, затем срывалась в бешеный ритм и кажется весь лес наполнялся её стонами и вскриками. Любовный туннель дриады был мягким и упругим, а член работал словно отбойный молоток, с каждым ударом буквально вбиваясь в её нежную плоть. Только постоянно сочащиеся любовные соки Лигеи спасали меня от ожогов и мозолей от трения. Стенки её влагалища сжимали член так плотно, что я чувствовал каждый миллиметр её тела. Каждую волную её оргазма, которые теперь шли практически без перерыва, один за одним…

Дриада продолжала скакать на мне без перерыва, выжимая из меня всё до последней капли. Второй оргазм, третий… Член не падал, держался, но по телу то и дело прокатывалась волна расслабления… Кайф, я окончатель потерял счёт времени, сжимал её упругую грудь, отвешивал шлепки по упругой попе, сжимал в тисках её шеи. Дриада хрипела, билась в оргазмах и продолжала наш марафон, словно хотела скончаться во всех смыслах разом.

Оргазмы Лигеи с каждым разом, с каждой новой волной становились всё ярче, всё продолжительнее и глубже. Её киска вытворяла что-то невообразимое, мышцы сжимались и обхватывали словно волнами, я чувствовал каждое её движение, каждое сжатие. Четвёртый заход был практически бесконечным. Даже стал сомневаться, что в этот раз вообще кончу и что в яйцах осталась хотя бы капля моего семени… Всё выжала, без остатка.

Словно почувствовав моё затруднение, Лигея внезапно притянула руку вниз, провела рукой по моим ногам, а затем крепко сжала яйца в своей ладони. Резко, буквально подталкивая меня к четвёртому, финальному оргазму. — Даааа!

Меня выгнуло, тело вздрогнуло и про нему прошла ни с чем несравнимая волна жара.

Меня хватило ещё на один толчок, и я в её киску выстрелили остатки моего семени. Затем мы буквально рухнули. Сил не осталось, я лежал и просто смотрел в потолок зелёной беседки, не в силах даже пошевелиться. Лигея тут же устроилась рядом, прижимаясь ко мне всем телом и запрокидывая на меня свою стройную ножку. В отличие от меня, сил у неё было ещё в достатке. Ух! Вот тебе и Лигея, одна вывела меня из строя, так же сильна, как все моим невесты разом… Дела…

— Прости, если я немного переусердствовала', — сказала она хриплым смехом.

— О, сегодня ты и в правду заставила меня проверить свои пределы, — выдохнул и криво ухмыльнулся, чувствуя, как сердце бешено бьётся в груди.

— Я знаю… Я просто не смогла удержаться. — Лигея игриво ущипнула свои соски. — Ты такой милый. Мне просто так хочется обнять тебя, потереться и оплести тебя на всегда…

— Я кашлянул, чувствуя, себя не уютно. — Должен признаться, вряд ли кто-то захочет оказаться навсегда оплетённым, пусть даже и такой, сногсшибательной девушкой, как ты, — сказал ей, не зная, до конца не понимая, как реагировать на её слова. Где-то внутри у меня было ощущение, что она просто дразнит меня.

Надеюсь, ты сможешь простить меня. Её руки легли на мои плечи, и она нежно повернула меня лицом к себе, затем начала мягко, но настойчиво опускать мою голову между её ног. Полижешь мой вишнёвый цветочек? Мне так этого хочется…

Я слегка заколебался. — Я просто…

Она хихикнула. О, это. Не беспокойся, я впитала каждую каплю моей спермы, так же, как и мои цветочные дочери.

Ну раз так, я прижался губами к её нежным половым губам, язык скользнул между её складками. С губ Лигеи стали срываться новые стоны… Я ухмыльнулся и стал стереть бутон её клитора большим пальцем, приближая новый оргазм… — Да!!! Она содрогнулась в новом оргазме, а по её телу прошли волны легкой дрожи…

— Д… Дорогой, это было великолепно! Она начала нежно проводить рукой по моим волосам. — Хочешь узнать секрет?

Я хмыкнул в знак согласия, мой рот теперь был занят, и она почти игриво хихикнула. — Ты подарил мне дочь-дриаду, — прошептала она, нежно проводя пальцем по моей щеке. Я почувствовал, как её тело дрожит от нового оргазма.

На самом деле, я был доволен новостью. Тем более я знал, что в прошлый раз, практически со стопроцентной вероятностью оплодотворил Лигею, ведь мы трахались совершенно без всякой контрацепции. Но иметь в друзьях полубогиню, дело и в правду хорошее. Реальность оказалась на удивление приятной. Я почувствовал себя счастливым, узнав, что помог Лигее стать матерью…

Я поднял лицо от её киски и ей улыбнулся. — Приятно услышать, — сказал, нежно поглаживая её бёдра. Лигея засмеялась низким, гортанным смехом. «Я не думала, что ты оценишь значимость этого события». Она притянула меня к себе за плечи, чтобы нежно поцеловать, затем обняла и погладила мою спину. «Я — Мать Флоран, Артём. За все свои годы я рожала только девочек-растений.»

Её голос стал задумчивым. — И хотя я очень люблю своих милых дочерей, я всегда горевала, что у меня нет потомства дриад или друсов. Я смирилась с тем, что мой род создаётся богами, а не рождается. — Она потянулась между нами и обхватила мои уставшие, но довольные яйца своими тонкими пальцами. — А потом я узнала о чудесном мужчине, который получил скрытое благословение от одной непоседливой богини… что каждый ребёнок, рождённый от него, будет принадлежать к расе матери.

Лигея взволнованно засмеялась и обняла меня так крепко, что мои рёбра затрещали от её жарких объятий. 'Ты подарил мне ребёнка-дриаду! И за это я вечно буду тебе благодарна. Я крякнул, когда она прижалась ко мне чуть сильнее, и перекатилась на другую сторону, крепко сжимая мой член в своей ладони. Он за пульсировал и стал медленно подниматься…

Она ухмыльнулась, и направила его в свою нежную киску… и стала медленно двигаться…

— И я собираюсь выразить свою благодарность, доставив тебе божественное удовольствие, на которое способна только женщина с более чем 43 000-летним опытом, — простонала она мне в ухо. Остаток ночи был таким же страстным и безумным, как и его взрывное начало. Не знаю откуда у меня появились силы, но кажется без божественной магии тут не обошлось…

Уже засыпая, счастливый и измотанный до придела, проваливаясь в глубокий сон я услышал тихий шёпот полубогини…

— Ты даже не представляешь, как важен для меня. Ты подарил мне не только ребёнка, но и новую жизнь и я никогда этого не забуду…

Глава 22

Проснулся я чуть свет, приоткрыл глаза. Лежу один на кровати из вереска, а вместо одеяла ворох мягких душистых вишнёвых цветов. Уютно, чёрт возьми! Мелькнула дурацкая мысль, а не свои ли волосы дриада на одеяло пустила? Длиннющие же. Да ну, придёт же такое с утра в голову! Над головой шатром свисали вишнёвые лозы, усыпанные цветами, как в беседке. Облегчённо выдохнул, не хватало ещё проснуться, запутавшись в копне чужих волос.

Зевнул, откинул цветочную завесу, натянул штаны и рубаху и на поляну. А там тишина, покой и какое-то глубинное удовлетворение, посильнее любых чар. Неужели ночь с Лигеей Розоцветной так повлияла? Да, удивительно даже для меня, повидавшего всякое.

Так, стоп! Вот оно! Я, значит, помог полубогине зачать дочь по её образу и подобию. Ну, может, не прям полубогиню, но дриаду точно. И пускай даже Мия тут подсуетилась, всё равно новость в голове не укладывалось. Отец дриады… А что, звучит!

Лигею и Лилию я нашёл у стола, трещали, как две сороки, о чём-то своём. Завтрак сегодня скромный: варёные яйца да салат какой-то травяной. Ну, после вчерашнего пира самое то. Кунида одета по-дорожному, рядом большой баул. Книги, тут и гадать нечего. Хоть что-то общее с прежней Клевер.

— Доброе утро! — Лили подскочила, схватила меня за руку, потащила к столу. — Ешь быстрее, я уже готова!

Усмехнулся её запалу.

— Я тоже рад рвануть хоть прямо сейчас, — кивнул я. — И не только чтобы всех успокоить, что с нашими проблемами разобрался. Скучал по своим, чего уж там.

Она вздохнула почти мечтательно, провела рукой по серебристым волосам, заплетённым, как всегда, в милые косички.

— Спешить к любимым, перевернув небо и землю, чтобы защитить их в далёком городе… Романтика! — глаза Лилии заблестели. Ну да, для неё это, видимо, как сюжет захватывающего романа.

Моя новая спутница-крольчиха (и, похоже, кандидатка в гарем, хм…) завтракать с нами не стала. Видать, уже перекусила. А пока я ел, взахлёб выкладывала последние новости. Она сменила класс с Библиотекаря на Кожевника, чтобы, значит, мне и другим моим ребятам и девчонкам, кто кожу носит, доспехи могла сделать. А боевым подклассом Лилия взяла Лучника, так, говорит, быстрее прокачается, если кто поможет, да и снарягу мою старую сможет донашивать, из которой я уже вырос. Практично, ничего не скажешь.

Щедро, конечно, и продумано до мелочей. Но меня это как-то… напрягло.

— Тебе не обязательно всю жизнь ради меня перекраивать, — попытался я осторожно возразить. Хотел ещё добавить, что она меня толком и не знает, чтобы решать, хочет ли точно остаться со мной, но вовремя прикусил язык. Не хотелось обламывать её энтузиазм, когда она так явно воодушевлена.

Лили только отмахнулась, лениво дёрнув длинным белым ухом.

— Да я с Библиотекарем почти ничего и не делала. Уровень низкий, так что штраф в десять процентов к опыту — невелика потеря.

А она вообще подумала, что если в будущем снова надумает класс менять, уже влетит на штраф в тридцать процентов? А это серьёзно по карману опыта ударит.

— Кроме того, — добавила она ещё веселее, глаза так и светились, — если я стану частью твоей семьи, мы же будем всё делать вместе, правда? Я тоже хочу свой вклад вносить.

Я покосился на Лигею Розоцветную. Та только улыбалась нам, будто мы дети, обсуждающие какую-то ерунду. Ну, для неё, древней как мир, оно, наверное, так и выглядело.

— Спасибо, Лили, — сказал я, решив пока придержать остальные возражения. — Это очень… заботливо с твоей стороны.

Она прикусила губу, на бледной коже ярко вспыхнул румянец. Схватила горсть салата прямо из общей плошки и принялась жевать явно чтобы скрыть довольное смущение. Забавная!

Ковырнув ещё пару раз в тарелке, я отодвинул её и поднялся.

— Ну что, прекрасная моя спутница, — улыбнулся я, протягивая руку. — Прогулок под луной у нас, надеюсь, ещё много предстоит, а пока не желаете ли пробежаться при свете дня?

Лили хихикнула, смущённо поднялась и взяла меня за руку.

— Звучит восхитительно! — её большие серые глаза смеялись за стёклами очков в тонкой проволочной оправе. — И не волнуйся, я ради тебя приторможу.

Посмотрим, кто кого.

Закинули рюкзаки за спину. Лигея Розоцветная тепло обняла нас обоих, но со мной задержалась на пару мгновений дольше.

— Заходи ещё, если занесёт в мои края, — сказала она, легонько погладив меня по щеке. — И ты, и вся твоя семья, ну, в тех редких случаях, когда у них найдётся причина покинуть свой дом, — она понимающе улыбнулась. — Ну, скажем, месяца через полтора, когда снова в Тверд направишься прошение о рыцарстве подавать да испытания проходить.

Вот же ж… А она в курсе всех дел, оказывается! Вообще-то чему тут удивляться, если уши у неё из земли растут? Ей по должности положено знать всё, что знают местные растения. Это тебе не хухры-мухры, почти всеведение.

— Обязательно, — пообещал я. — Уверен, моя семья будет рада с Вами познакомиться, да и отдохнуть душой в Ваших прекрасных владениях дорогого стоит.

Я кашлянул, собираясь с мыслями:

— И я хотел бы… ну, присутствовать при рождении нашего ребёнка, если Вы не против. Или хотя бы потом встретиться с ней и, если позволите, стать частью её жизни.

Лили рядом опять мечтательно вздохнула. Романтичная натура, что с неё взять.

Лигея Розоцветная в свою очередь выглядела удивлённой.

— Встретиться с ней Вы, конечно, сможете, хотя, боюсь, не скоро. Я чувствую, она растёт во мне куда медленнее, чем любая из моих цветочных дочерей. Годы, а то и десятилетия пройдут, прежде чем я произведу её семя. И даже мне трудно определить, сколько ей понадобится времени, чтобы вырасти. Мой вид ведь создаётся уже взрослым с некоторыми божественными знаниями, прежде чем нас отправляют исполнять свой долг на Валиноре.

Ого! Вот это информация! Я бы с удовольствием ещё порасспрашивал, но дриада уже подталкивала нас к краю поляны с такой деловитой живостью, будто мать детей в школу выпроваживала. Мол, пора и честь знать.

— Астерии привет от меня передай! — крикнула она нам вслед, когда мы уже ступили под сень леса, махнув длинной, красновато-коричневой рукой. — Пусть знает, бабушка её любит и благословляет расти здоровой и сильной! И Флору когда увидишь, ей то же самое скажи.

— Сделаю, — ухмыльнулся я. — И ещё раз спасибо за всё.

В глазах дриады плясали смешинки.

— Мне было очень приятно. — Она помолчала, а потом так невзначай добавила: — Ах да, не могли бы Вы передать вашей невесте моё самое вежливое приглашение заглянуть ко мне в гости, если у неё когда-нибудь представится такая возможность? Мне бы очень хотелось её увидеть.

Я на мгновение завис, не понял, о ком это она. Вряд ли о Мароне, хотя она единственная хозяйка дома, которую я мог… А, чёрт, точно! Люменарианна. Безымянная. Самая настоящая богиня, которая живёт у меня дома, и с которой я, на минуточку, помолвлен. Мия, конечно, не выпячивала свой статус и уж точно не пыталась нами командовать, но богиней быть не перестала.

— Обязательно передам, — торжественно пообещал я. — Уверен, она будет рада с Вами познакомиться.

Лигея рассмеялась, так взрослые смеются над детской наивностью.

— Но мы уже встречались.

Щёки у меня вспыхнули. Логично же!

— Точно… — выдавил я.

— На самом деле мы очень близкие подруги, — дриада чуть выпятила губу. На лице другой менее древней и благородной особы выражение выглядело бы как «надулась». — Хотя в последнее время она слишком занята, чтобы дать о себе знать, — глаза Лигеи с весёлым любопытством прошлись по мне с ног до головы. — Думаю, могу догадаться, почему.

Ничего себе! Неужели я и моя семья действительно поглотили столько внимания Мии? Это даже как-то… неловко. И обязывало, чёрт побери!

Лили ещё раз обняла Лигею Розоцветную, с нежностью обхватив шею высокой дриады:

— До свидания и спасибо за Вашу доброту! Надеюсь, скоро смогу приехать снова! Потом спрыгнула и кинулась ко мне, дёрнув за руку: — Ну же, пошли! Не терпится поскорее добраться до дома!

Я пошёл за ней, слегка озадаченный. Поместье Мирид девушка-кролик уже называла домом! Хотя мы толком и не знакомы, да и с остальными она не встречалась, Лили вела себя так, будто её вступление в семью дело решённое. Забавно и немного… стремительно. Хотя если это Мия всё так подстроила, то шансы высоки, что так оно и будет, и жаловаться на перспективу завести роман с милой, невинной, восторженной и, чего уж там, потрясающе красивой зайчихой, я точно не собирался. Наоборот, интригует.

Едва мы вышли с поляны Лигеи Розоцветной, как в лицо ударил порывистый ветер. Теплее, чем вчера, но всё равно бодрил. Я глянул на Лилию, прикрытую узкими кожаными полосками и нахмурился.

— Не замёрзнешь в этом?

Она улыбнулась, сверкнув очаровательными кроличьими передними зубками, и запрыгала на месте, разминаясь.

— У меня есть меховая накидка, если совсем холодно станет, я справлюсь, если возьмём хороший темп. Девочки-кролики привыкли гулять в непогоду почти голышом, а при беге мы точно не замерзнем, — хихикнула Лили и смущённо отвела взгляд. — И… при других физических нагрузках тоже.

Я крякнул.

— Ну что, готова?

Крольчиха энергично закивала. Я усмехнулся, активировал Рывок Гончей и рванул с места так, что только пятки засверкали. И пусть тают мили под ногами.

Лили только пискнула от удивления там, где я её оставил, а потом залилась азартным смехом. Я даже не услышал, как хрустит листва под её ногами, когда она пулей пронеслась мимо. Километров под пятьдесят в час, не меньше!

— Эй! — крикнул я, пыхтя и догоняя её куда менее изящно и уж точно с большим напрягом. — Нам таким макаром весь день не выдержать!

Она снова хихикнула и поправила очки на носу. Я только сейчас заметил, что они закреплены на серебряной цепочке, достаточно тугой, чтобы не слетели.

— Крейсерскую скорость наберём позже, — игриво бросила она, ещё прибавляя ходу. — Давай, ты же получил какой-то там бонус на тридцать процентов. Покажи, на что способен!

Хоть и глупо так выматываться в самом начале пути, но вызов я принял с азартом. Давно хотел с крольчихой наперегонки побегать, ещё с тех пор, как Рывок Гончей получил. Кроме Клевер, меня обгонял только Илин, да и то ему пришлось свои Замки вскрывать. Так что это дело принципа.

Я втопил на все деньги, выжимая максимум из своего тренированного тела и всех скоростных примочек: Лесного восприятия, Рывка Гончей и, конечно, Стремительного, и пронёсся мимо Лилии, только ветер в ушах да шорох листьев под ногами. Она очаровательно взвизгнула от неожиданности, а потом, звонко рассмеявшись, мигом догнала. Щёки её раскраснелись, на губах играла азартная ухмылка.

— Неплохо! — крикнула она, легко перемахнув через упавшее дерево, застрявшее между двумя стволами. — Я знала, что ты быстрее обычного человека, но оказалось просто ураган какой-то!

Крольчиха резко рванула вперёд, мощные ноги несли её длинными, почти полётными прыжками, и снова оторвалась. Белоснежный хвостик-помпон игриво дёрнулся.

— Но всё равно медленно!

Пришлось признать, уделала она меня. Я сбросил скорость, переходя на более разумный темп. Хотя, честно говоря, не особо-то и расстроился, оказавшись вторым. Наблюдать за её бегом одно удовольствие. Изящная, гибкая, чистая поэзия в движении, если бы я понимал в поэзии.

Лили тоже притормозила и поравнялась со мной, как раз когда мы выскочили из леса на равнину. И хоть она не пыхтела, как кузнечные мехи, и пот с неё не лил в три ручья, как с меня, но дышала всё же тяжело, а на бледном лбу блестели капельки пота. Значит, пробежка тоже не показалась ей лёгкой прогулкой. Правда, отдышалась она куда быстрее. Когда действие Рывка Гончей закончилось, я ещё сбавил ход, но старался держать хоть какой-то приличный темп.

— Вот теперь больше похоже на человеческую скорость, — заметила крольчиха, всё ещё улыбаясь во весь рот. Гонка ей явно пришлась по душе. — Хотя для человека, который выкладывается по полной… Ни один человек не сможет бежать так весь день. В чём твой секрет?

— Подарок богини, — ответил я. — Угадаешь какой?

Она сдвинула очки на лоб, вытерла испарину.

Подарок богини, — ответил я. — Угадаешь, какой?

Она сдвинула очки на лоб, вытерла испарину.

— Ну, я знаю только одну, чьи слуги проявляли к тебе интерес… Так что… Безымянная?

Я кивнул.

— А что скажешь насчёт встречи с ее Верховной жрицей? С Ирен? Мне кажется, она будет рада тебя видеть. И через нее можно будет обратиться к самой Безымянной — я уверен, она услышит твою просьбу. Это может быть весьма полезно для тебя.

Она уставилась на меня во все глаза.

— Я думала, Безымянная путешествует по другим мирам. Так говорят её последователи. И что она это любит.

— Скажем так: у Ирен к ней прямая связь, — загадочно протянул я и, подмигнув, снова прибавил шагу, переходя на лёгкий бег.

Я старался и подготовил гору Артов. См в Доп Материалах ))) Ну и да, открыт стол заказов на сочные Арты, я наконец научился это делать…:)

Глава 23

С Лили мне бежалось в кайф.

Может, я бы и с большим удовольствием нёсся до Тверда, если б не давящий страх, зудевший где-то на грани сознания, но даже так компания скрашивала дорогу. Одному всегда тяжелее, а тут хоть есть с кем словом перекинуться да и просто приятно чувствовать чьё-то присутствие рядом.

Когда я бежал без Рывка Гончей, Белла в принципе держалась со мной наравне, да и Илин не отставал. Но чтобы просто нестись во весь опор, не парясь, что оставлю всех глотать пыль, и даже позволить себе рвануть просто так, для души, это, как ни крути, настоящая отдушина. Такой чистой радости движения я не испытывал давненько, считай, с первых недель в Валиноре. Там поначалу тоже приходилось выкладываться.

И Лили, кунида, разделяла непередаваемый кайф от свободного бега. Подзадоривала, легко, как пушинка, кружила рядом, заливисто хохотала, прыгала с такой грацией, что глаз не оторвать. Казалось, она совсем не уставала.

Уже ближе к вечеру, когда мышцы приятно гудели от многочасовой нагрузки, я чуть не растянулся на полном скаку. Рюкзак за спиной вдруг отчётливо завибрировал. Я инстинктивно рявкнул, резко тормознул и скинул рюкзак на землю. Первая мысль –: какая-то тварь туда забралась, змея или ещё какая пакость.

Содержимое моего походного мешка разлетелось по траве, и среди прочего барахла я сразу заметил тёмный деревянный ящик. Золотые руны на нём на мгновение ярко вспыхнули и тут же начали медленно гаснуть. Мы, должно быть, подошли к точке привязки, которую я некогда установил недалеко к северо-востоку от Тераны. Домашняя метка сигналила, что готова к телепортации.

— Ты как, Артём, цел? — спросила Лили, нетерпеливо подпрыгивая передо мной. Щёки у неё раскраснелись от нагрузки, кожа блестела от пота. В мягком угасающем свете заходящего солнца выглядела она просто сногсшибательно. Даже проступившая на лице испарина её ничуть не портила, а наоборот, придавала какой-то особый шарм.

Моя же одежда, насквозь пропитанная потом, и, чего уж там, характерный душок после целого дня бега — тот ещё контраст. Не лучший вид, чтобы красоваться перед девушкой, которая вроде как тебе небезразлична. Хотя, странное дело, почему я об этом только сейчас задумался? Бежали-то весь день, и большую часть времени я именно в так и «благоухал».

Почувствовав, морда лица предательски краснеет, быстро собрал разлетевшееся добро обратно в рюкзак и усмехнулся, повертев в руках деревянный куб:

— Хочешь попробовать двигаться ещё быстрее, чем мы бежали сегодня? Раза этак в три, чем я вообще способен выжать из себя на пределе?

Девушка с любопытством уставилась на артефакт, внимательно разглядывая причудливую резьбу. Её большие серые глаза за стёклами очков изумлённо расширились.

— Ого! Артём, где ты раздобыл такую штуку? Это же вещь уровня эдак пятидесятого, не меньше!

— Да так, завалил одного монстра, рассчитанного на группу тридцать восьмого уровня. Повезло с добычей, — скромно пожал я плечами. Такое со мной и правда случалось частенько, спасибо Мие за подкрученную Удачу и прочие приятные бонусы к параметрам.

— На твоём-то уровне? — в её голосе прозвучало неподдельное восхищение. — Это же просто невероятно! Ты, наверное, кучу золота отвалил, чтобы выкупить доли у остальных из твоего отряда за такую ценную вещь?

Я кашлянул и смущённо почесал затылок.

— Э-э-э… так больше никого и не было.

Лили недоверчиво уставилась на меня.

— Хочешь сказать, ты в одиночку завалил монстра, рассчитанного на целую группу, да ещё и на пять уровней выше тебя самого⁈

— Ну, мне там… немного помог один артефакт, — уклончиво ответил я, не вдаваясь в подробности.

Она принялась расхаживать вокруг, задумчиво теребя дужку очков и разглядывая меня так, будто я какой-то редкий ископаемый зверь. — Знаешь, я ведь не хотела поднимать эту тему, но прошло меньше семи месяцев с тех пор, как ты покинул Хасмадею, а ты каким-то непостижимым образом за это время подскочил на двадцать один уровень! Это же… Это просто охренеть как удивительно!

Кунида вдруг схватила мою руку обеими своими и запрыгала на месте, её глаза так и сверкали:

— Я с самого начала знала, что в тебе есть что-то особенное, Артём! Ты не только красивый и добрый, но ещё сильный и храбрый!

Тут уж я реально смутился, кажется, даже сильнее прежнего.

— Ну, как я уже говорил, артефакт помог… — я поспешно поднял куб повыше. — Так что, попробуем?

— Передвигаться быстрее, чем я когда-либо бегала? Конечно да! — с восторженным визгом она неожиданно прыгнула мне на руки.

Я чуть не выронил Домашнюю метку, пытаясь её подхватить, и сам едва не завалился на спину от неожиданно свалившегося мне на руки веса. А потом отчётливо ощутил её тёплую, влажную от бега кожу под своими ладонями, её частое дыхание. В нос ударил запах пота, смешанный с каким-то тонким, неуловимым, только ей присущим ароматом луговых трав и ещё чего-то сладковатого. Голова немного закружилась от этой близости.

Пахла она… невероятно. Да, именно так.

Лили обвила мою шею мягкими руками и посмотрела на меня своими огромными серыми глазищами, румянец залил её щёки.

— Рванули? — пробормотала она, и её голос слегка дрогнул.

— Ага', — я нервно хохотнул. — Только извини, я весь потный и… ну, сама понимаешь, не первой свежести.

— М-м-м… — Лили уткнулась лицом мне в шею, длинные бархатистые уши защекотали мне щёку, и глубоко вдохнула, прижавшись ещё теснее. — Мне нравится, как ты пахнешь. Травой, по которой мы бежали, солнцем, что грело нас, и тем весельем, что сопровождало у нас сегодня целый день. Она ещё раз шумно втянула ноздрями воздух. — И тобой мне просто очень хорошо.

Я, в свою очередь, на мгновение тоже уткнулся носом в макушку крольчихи, пахнущую чем-то неуловимо цветочным, и прижал её к себе чуть крепче: — Тогда домой! Точнее, перенесёмся поближе к дому.

Я почувствовал, как артефакт в руке завибрировал, руны на нём снова вспыхнули, и… он начал заряжаться. Чёрт! Точно! Время активации — десять минут. Десять долгих минут. Совсем из головы вылетело в этой суматохе!

Я с досадой посмотрел на свою спутницу-крольчиху, которая всё ещё доверчиво жалась ко мне.

— Так, Лили, я тут только что вспомнил, эта штука заряжается десять минут.

— Ох, точно, — кивнула она. Ожидание, видимо, немного сбило её пыл предвкушения быстрого путешествия и дало время осознать, насколько близко мы стоим и насколько крепко обнимаемся.

— Тогда, я думаю, эм-м….

Я поспешно, но аккуратно опустил Лили на землю.

— Когда Домашний Оберег закончит зарядку, мы, наверное, сможем просто взяться за руки и так переместиться. Не обязательно обниматься всё это время, — добавил я, стараясь, чтобы мои слова не прозвучали слишком грубо.

— Хорошо, — она смущённо закусила губу, потом полезла в свой рюкзак и извлекла оттуда плотное меховое пончо, которое тут же накинула на плечи. Оно мягко укрыло её почти до колен.

Сейчас я бы и сам не отказался от такого. Солнце почти село, воздух заметно посвежел, и теперь, когда мы перестали двигаться, мокрая от пота одежда неприятно холодила кожу. Меня тоже уже начинал пробирать озноб.

Закутавшись поуютнее в тёплую накидку, она уселась на траву, скрестив ноги, и полезла в сумку за книгой, которую я ей подарил. Открыв на случайной странице, Лили принялась рассеянно водить пальцем по строчкам, хотя, судя по её взгляду, мысли её витали далеко от печатных знаков.

Наверное, просто пыталась спрятаться от неловкости момента за страницами книги. Что ж, знакомый приём. Я и сам так частенько делал на Земле, правда, обычно пялился в телефон, когда хотел замять неудобное молчание или избежать чьего-то назойливого взгляда.

Я присел рядом достаточно близко, чтобы успеть взять её за руку, когда артефакт наконец закончит зарядку.

Чтобы как-то скрасить ожидание, предложил:

— Знаешь, а я ведь помню несколько романтических историй из моего родного мира. Хочешь, расскажу?

Лили тут же оживилась, оторвавшись от книги:

— Очень хочу! А что, у вас, у твоего народа, их много?

Я невольно улыбнулся:

— Да целая куча. У нас как-то принято считать, что в отношениях главное — это найти любовь, а не просто удачно сойтись по каким-то другим причинам, а там уж как повезёт с чувствами.

Большие серые глаза Лили мечтательно затуманились, взгляд устремился куда-то вдаль, словно она пыталась представить тот дивный мир, в котором я когда-то жил.

— Целый мир, где каждый может найти свою любовь, а не только какие-то редкие счастливчики?

Я неловко поёрзал. Не хотелось разочаровывать наивную девчонку, вываливая на неё статистику разводов и прочие «прелести» реальных взаимоотношений, которые у нас на Земле вполне обычное дело.

— Ну, по крайней мере это цель для большинства людей, — осторожно поправился я.

Моя очаровательная кунида наклонилась поближе, поправила очки на своём точёном носике и посмотрела на меня сияющими глазами:

— Расскажи мне историю! Самую-самую романтичную, какую только знаешь!

Вот это задачка! Самую романтичную… Обычно я выбирал фильмы и сериалы, где романтика шла приятным фоном, а главное, чтобы «сюжет» был что надо, с большой буквы «С», если вы понимаете, о чём я. Ну, или просто хороший экшен, где любовь-морковь не отвлекает от дела. Но если нужна именно хорошая история, классика всегда выручает.

— Хорошо', — согласился я, удобнее устраиваясь на траве и откидываясь на локти. Тогда слушай: — Жила-была одна маленькая девочка, у которой мама умерла от болезни. Отец её снова женился, чтобы дочка не чувствовала себя одинокой….

Лили слушала, затаив дыхание. Все перипетии истории отражались на её живом личике: она искренне огорчалась из-за злоключений бедной девочки, мечтательно вздыхала в романтические моменты и тихонько взвизгивала от восторга, когда дело дошло до поцелуя с прекрасным принцем и неизбежного «жили они долго и счастливо».

Я закончил рассказ как раз вовремя, судя по всему, у нас оставалось всего несколько минут до активации артефакта. Но поскольку я понятия не имел, как он точно работает, и уж точно не хотел, чтобы он унёс меня одного, оставив мою спутницу здесь, то предложил:

— Давай-ка на всякий случай возьмёмся за руки уже сейчас.

Красавица смутилась, но без колебаний вложила свою бледную мягкую ладошку в мою.

— Это… Это и правда довольно романтично, да? — пробормотала она, чуть покраснев. — Пробовать что-то новое вместе, вот так, рука об руку?

Я усмехнулся и чуть крепче, ободряюще сжал её пальцы.

— Именно. Нам предстоит ещё много приключений, Лили. Мы вместе побываем в новых местах и увидим много интересного.

— Ох, мне это так нравится! — прошептала она, и её глаза заблестели ещё ярче.

И в этот самый момент я внезапно перестал ощущать своё тело. Вообще. Пропало даже ощущение тёплой ладошки Лилии в моей руке. А в следующую секунду меня, всё ещё сидящего, будто гигантской катапультой швырнуло вперёд. Земля под нами понеслась с такой невообразимой скоростью, что поначалу дух захватило.

Ощущение было такое, будто сидишь в гоночной машине и смотришь на окружающий пейзаж, что мелькает мимо с бешеной скоростью. Только тут всё раза в два быстрее, гораздо ближе к земле, и никакой тебе спасительной железной коробки вокруг. Первые секунды перемещения мельтешение вызвало головокружение и лёгкую тошноту. Если бы я до этого плотно поел, меня бы точно вывернуло наизнанку.

Кое-как я заставил себя повернуть голову и с огромным облегчением увидел, что всё ещё держу Лили за руку, и она летит рядом со мной. А вот ей, похоже, всё такой способ передвижения показался в кайф. Улыбка от уха до уха не сходила с её лица, глаза широко распахнуты и устремлены вперёд по направлению нашего безумного полёта.

Но вдруг расслабленное выражение сменилась гримасой ужаса, рот открылся в беззвучном крике. Я резко повернул голову и посмотрел вперёд. Мы неслись прямиком на склон здоровенного холма, и при такой бешеной скорости нас должно было размазать по нему тонким слоем, как мягкое масло по хрустящей корочке хлеба.

Я ничего не мог сделать и только успел мысленно взвыть, как мы достигли холма и… прошли его насквозь. Просто как призраки.

На пару долгих мгновений нас окутала непроглядная тьма и тишина, а потом снова вынырнули на дневной свет, только теперь мы парили где-то сантиметрах в пятнадцати над землёй.

А, ну да! «Эфирный» режим, или как его там правильно назвать? Мы оба выглядели вполне материально, но, видимо, нас как-то «вывели из фазы» реальности, чтобы мы могли видеть окружающий мир, но не врезаться во все подряд на такой скорости. И это было очень кстати, потому что контролировать наше передвижение мы никак не могли, артефакт тащил нас по прямой к точке назначения, как по рельсам.

Когда я немного попривык к странному способу перемещения, тошнота и первобытный страх понемногу отступили. Самое главное, постараться не пялиться на землю, мелькающую под тобой с бешеной скоростью, а смотреть куда-нибудь вдаль, на горизонт.

На самом деле стало даже почти спокойно, как будто попал в какой-то навороченный VR-тур по миру: видишь всю красоту вокруг, но не чувствуешь ни ветра в лицо, ни рёва от скорости, вообще никаких физических ощущений. Или словно летишь в идеально бесшумном самолёте без малейшей турбулентности.

Более того, если закрыть глаза, получалась почти камера сенсорной депривации. Не то, чтобы ощущения приглушались, их просто не было вообще. Это оказалось настолько расслабляющим, что я, кажется, даже умудрился задремать на пару минут, благодарный за неожиданную передышку после целого дня бега на износ.

Поэтому, когда все ощущения внезапно вернулись, да ещё и с ощутимым толчком, для меня это стало натуральным шоком. Я моргнул и обнаружил, что сижу на траве и всё ещё держу тёплую руку Лилии в своей.

А ещё я услышал её восторженные визги практически прямо у себя в ухе. Она что, всё это время так верещала от восторга?

Глава 24

Мои глаза распахнулись, я быстро огляделся. Да, это именно то самое место, где я, как смутно припоминал, и привязал когда-то Домашний Оберег. Немного южнее того поля, где мы тогда знатно потрепали орду монстров. Я поднялся на ноги и помог Лилии, которая с живым любопытством вертела головой по сторонам, осматриваясь.

— Артём, а почему ты привязал артефакт именно сюда? — спросила она. Её длинные белые уши забавно подёргивались, пока она высматривала какой-нибудь знакомый ориентир или просто примечательное место.

— Это было ближайшее к дому безопасное место, когда я получил Домашнюю метку, — пояснил я, убирая деревянный куб обратно в рюкзак, и махнул рукой на юг. — Терана отсюда в нескольких часах ходу, если двигаться обычным человеческим шагом, а поместье Мирид находится примерно на день пути дальше, у юго-восточной границы Бастиона.

Девушка-крольчиха рассеянно поправила очки:

— Значит, даже с нашей скоростью мы не доберёмся до твоего поместья сегодня, если только не решим бежать полночи напролёт?

Я кивнул:

— Похоже на то. Придётся разбивать лагерь на ночь. Если у тебя чего-то нет из снаряжения, палатки там или спальника, я могу сделать.

Лили гордо выпрямилась.

— Не нужно, Артём, я всё сама для себя сделала! — она ткнула себя большим пальцем в грудь. — Я же теперь Кожевник, помнишь? Пока была в гостях у Лигеи успела смастерить себе отличный складной походный стул. Его чертёж появился всего несколько месяцев назад, такая удобная штука!

— Ах, вот как? — как можно небрежнее протянул я, с трудом сдерживая улыбку.

— Да, он просто потрясающий! Смотри! — Лили с энтузиазмом полезла в свою объёмную сумку и извлекла оттуда… стул. Я сразу узнал свой дизайн, только этот отличался более толстой обивкой на сиденье, спинке и даже на подлокотниках. Она любовно погладила его рукой. — И вот что я тебе скажу, это теперь моя самая любимая вещь. Я бы расцеловала того, кто это придумал и так облегчил мне жизнь!

Тут уж я не выдержал и ухмыльнулся во весь рот:

— Ну от поцелуя я бы не отказался. Увидев её недоумевающий взгляд, моя ухмылка стала ещё шире: — Это мой чертеж, Лили.

Она ошарашенно уставилась на меня:

— Что? Да ладно! Не может быть!

Я махнул рукой:

— А ты проверь имя мастера в описании предмета.

Лили сверилась с информацией в системном интерфейсе. Её глаза на мгновение расфокусировались, когда она читала описание, а затем изумлённо расширились.

— Богиня! Ты и правда его придумал⁈ — она снова широко улыбнулась. — Ну ты просто ходячий сюрприз, Артём!

Я смущённо пожал плечами:

— Если честно, я его не то чтобы изобрёл, просто воссоздал предмет, который видел у себя дома, на Земле.

Носик девушки очаровательно сморщился.

— Как это скопировал предмет, который видел ранее? Он же всё равно отобразится в системном интерфейсе крафта как твоя разработка, если ты первый его сделал.

Чёрт, опять я чуть не проговорился! Хорошо, что Лили, увлечённая моим изобретением так удачно съехала с темы о том, откуда я на самом деле взялся. Нужно думать, что болтаю, по крайней мере до тех пор, пока не придёт время рассказать ей всё, как я уже поведал своей семье и самым близким друзьям.

— Ну там, откуда я, не использовали такую систему крафта, как здесь. Делали всё вручную. Это, конечно, дольше и сложнее, зато имелась возможность создавать более индивидуальные вещи, не по шаблону, — нашёлся я. Технически-то всё верно.

— Странно… Это у вас там какая-то особая религия, запрещающая пользоваться удобными системами? — Лили наклонила голову, с любопытством посмотрев не меня. Я только неопределённо хмыкнул в ответ. — Ну в любом случае я хозяйка своего слова!, — она решительно подалась вперёд, быстро чмокнула меня в щёку и тут же отскочила назад, заливисто хихикая и густо покраснев.

Мне она показалась такой милой и непосредственной в этот момент, что в груди родилось какое-то новое чувство.

Пришлось усилием воли подавить желание дотронуться до щеки, где всё ещё огнём горел след её мягких губ. Такая, казалось бы, мелочь, а внутри что-то приятно ёкнуло. Это воспоминание я точно сохраню.

— Ну что, готова двигаться дальше? — спросил я, когда Лили убрала свой драгоценный стул и снова затянула ремни рюкзака. — Мне нужно ненадолго заскочить в Терану, сообщить одной хорошей знакомой, что угроза миновала. Но если ты не хочешь ночевать в городе у неё в особняке, то после этого мы, наверное, сможем пробежаться ещё час-другой, пока совсем не стемнеет.

Девушка-крольчиха тут же скинула своё пончо, аккуратно сложила и убрала его, а затем несколько раз легко подпрыгнула на месте, разминаясь. — Ведите, мой благородный рыцарь! — игриво произнесла она, сделав шутливый реверанс.

Технически я не чувствовал себя таковым, но девчонку вполне можно понять: явно начиталась романтических историй. Усмехнувшись её выходке, я тоже почувствовал прилив сил и двинулся вперёд быстрым шагом, постепенно переходя на бег. Во время неожиданно расслабляющего перемещения при помощи Домашнего Оберега я действительно неплохо отдохнул и рвался ещё более сократить расстояние в оставшиеся пару часов до темноты.

Лили легко бежала рядом, то и дело бросая на меня любопытные взгляды.

— Артём, я так и не спросила, а что за угроза, с которой тебе пришлось разбираться в Тверде? Лигея Розоцветная только сказала, что твоя семья в опасности, и больше ничего.

Я мрачно качнул головой. Вдаваться в подробности не хотелось.

— Да там особо и нечего рассказывать. Один гнусный тип пытался навредить моей семье. Я позаботился о том, чтобы отвести угрозу от моих близких, и он… Он больше никого не побеспокоит, — коротко ответил я, давая понять, что тема закрыта.

Лили понимающе кивнула, в её взгляде промелькнуло одобрение. Она поступила мудро, не став допытываться, и сменила тему:

— А что ты имел в виду, когда говорил про «ночевать в особняке»?

Я почувствовал, как щёки снова начинают теплеть, и постарался избежать подробностей, быстро объяснив свои отношения с Мароной, баронессой Тераны.

— Там живёт… Ну, одна моя хорошая знакомая, и она не раз приглашала меня и моих спутников останавливаться у неё, когда мы бывали в городе. У неё большой дом, а слуги очень предупредительны.

Даже, пожалуй, чересчур, чего не стоило сейчас упоминать в разговоре с Лили.

Моя кунида явно почувствовала себя немного не в своей тарелке.

— Наверное, было бы неплохо разок вкусить такой роскоши, — нерешительно протянула она. — Но нам ведь нужно как можно скорее вернуться к твоей семье, сообщить, что с тобой всё в порядке.

Что-то мне подсказывало, что дело не только в спешке.

— Ты… Ты боишься ехать в город, Лили? — прямо спросил я.

Она на мгновение замялась, потом смущённо кивнула.

— Немного. Да, может, я и отличаюсь от большинства кунид, но я также не люблю находиться среди толпы чужих людей, — она кривовато улыбнулась. — Моим сёстрам обычно хватает общения друг с другом и природой, а мне… мне обычно достаточно моих книг и тишины. — Она поморщилась. — И, честно говоря, нам не всегда рады в поселениях других рас, и не всегда посещение новых мест заканчивается для нас хорошо.

Вспомнил рассказы Зары о том, с какой охотой некоторые «ценители прекрасного» ловят кунид, чтобы сделать из них рабынь для утех, и как те быстро чахнут и умирают в неволе. Такие омерзительные поступки не только укрепляли мою решимость освобождать как можно больше таких несчастных, но и если им некуда будет идти, помогать им начать новую свободную жизнь на моих землях.

— В Бастионе всё немного по-другому, Лили, и особенно в Теране, — постарался я её успокоить. — Мароне можно доверять, она хозяйка в своём городе и сможет обеспечить нашу безопасность. — Я чуть наклонился к Лили и ободряюще коснулся её руки: — И я даю тебе слово, любой, кто посмеет доставить тебе неприятности, сначала будет иметь дело со мной.

Лили выдавила из себя слабую улыбку.

— Спасибо, Артём, — она глубоко вздохнула и как-то сразу решительнее расправила плечи. — Думаю, если я собираюсь быть с тобой… и, возможно, стать частью твоей семьи, мне нужно привыкать идти туда, куда идёшь ты, даже если это города.

Я снова глянул на солнце, которое уже почти коснулось горизонта. Если сейчас заскочить к Мароне чисто перекинуться новостями и тут же отправиться дальше, то сегодня мы далеко всё равно не уйдём. Да и какой смысл? Наверное, гораздо разумнее нормально переночевать, по-человечески поесть, а утром отдохнувшими двинуть в путь. Так и быстрее получится в итоге.

— Ну так что скажешь? — спросил я, стараясь улыбнуться как можно ободряюще. — Не хочешь познакомиться с настоящей баронессой и погостить в её особняке?

Глаза девушки-крольчихи снова загорелись тем самым мечтательным блеском.

— Это… Это звучит очень романтично, — призналась она почти шёпотом. — Ведь большинство самых лучших историй, о которых я читала, происходят именно в замках, особняках или всяких роскошных поместьях.

— Ну тогда обещаю, ты там увидишь кое-что интересное. Мы как раз вовсю работаем над тем, чтобы поместье Мирид стало самым-самым роскошным и уютным во всём Бастионе, — подмигнул я ей.

Охранники у ворот Тераны, похоже, пялились во все глаза. Ещё бы, не каждый день видишь мужика вроде меня в компании девушки-кролика, да ещё такой, что глаз не оторвать, как Лили. Чувствовал я их взгляды — смесь любопытства и, чего уж там, откровенной зависти.

Перед тем как показались ворота Тераны, Лили успела переодеться в своё ослепительное серебряное платье. Я, как полагается, предложил ей руку. Шла она рядом, просто сияя, и ничто в её виде не выдавало, что она весь день мотала километры со мной наравне. Выглядела свежей, словно только что из салона, а не после марш-броска.

Это, конечно, било по глазам на фоне моего собственного вида — потрёпанный, грязный, я отчаянно нуждался в хорошей бане и чистой одёжке. От меня, небось, за версту несло дорогой и потом.

Моя спутница бросила на приближающихся стражников немного нервный взгляд, а потом и вовсе подпрыгнула от неожиданности, готовая, кажется, сорваться с места и дать дёру. Это когда двое здоровенных охранников резко ударили кулаками в грудь в приветствии и рявкнули в один голос: Слава герою! Голосины у них были — будь здоров.

«Что это ещё такое?» — встревоженно прошипела Лили мне на ухо, явно не понимая, радоваться ей или бояться.

Я криво усмехнулся стражникам и кивнул в ответ на их салют. «Помнишь, я рассказывал тебе про того особо здорового монстра, которого мы завалили? Ну, тот, что был вроде как командиром у всей этой орды, рядом с которой нас высадила Домашняя Метка». Объяснил я ей шёпотом, чтобы не портить момент.

«Ого, вот это да… Невероятно», — выдохнула Лили и даже робко улыбнулась охранникам. Те, в свою очередь, отвесили ей низкий поклон с такой учтивостью, будто перед ними королева, и расступились, пропуская нас через ворота. Серьёзные ребята, но, видать, красота Лили и их проняла.

Впрочем, как только мы оказались на улицах Тераны, её нервозность вернулась с новой силой. Лили тут же прижалась ко мне, пока мы шли по улочкам, где даже в этот час было довольно людно. И, конечно, все пялились. Как не пялиться на сногсшибательную девушку-кролика в вечернем платье, идущую под руку с потным, дорожной грязью перепачканным мужиком вроде меня? Контраст, что и говорить, был тот ещё.

«Почему они так на меня смотрят?» — снова прошипела она, дёргая меня за рукав. — «Они что, собираются на меня наброситься?» Ну, или что-то в этом духе, судя по её испуганным глазам.

Я нисколько не сомневался, что многие из мужиков-зявак с удовольствием бы «набросились». Но вслух, конечно, сказал другое, успокаивающе похлопав её по руке, лежащей на моём локте: «Не каждый день им доводится видеть на своих улицах такую неземную красавицу, да ещё и в таком элегантном наряде. Ты выделяешься, Лили, как роза среди репейника». Сравнение, может, и не самое изысканное, но суть передавало.

«Эй!» — Лили вроде как возмутилась, но в глазах у неё плясали смешинки. «Мне, между прочим, нравится репейник. Цветы у него красивые, да и на вкус ничего». Она вдруг поморщилась. «Хотя, когда я в своём обычном виде, бегать по его зарослям — то ещё удовольствие, колючки потом замучаешься вытаскивать».

Я так прикинул, что под «обычным видом» она имела в виду свой природный, без одежды, как большинство девушек-кроликов. И уж кому-кому, а мне хорошо знакомо это «удовольствие» — влететь в колючие заросли. Так что её дискомфорт я вполне мог себе представить.

Мы держали курс прямиком на поместье Мароны. Правда, по дороге, как бы я ни торопился, сам не заметил, как застыл столбом посреди рыночной площади. Глазел, как баран на новые ворота, на здоровенный памятник, которого раньше тут точно не было.

Обычная каменюка, надо сказать, верёвками огороженная. А в центре этой глыбы, глубоко войдя в камень, торчал до боли знакомый топор. Рукоять его задранлась в воздух выше роста большинства людей. Мой трофейный «Чудовищный боевой молот», снятый с того проклятого вождя орков. Вот так сюрприз, не думал, что он уцелел…

Я про него и думать забыл после той заварушки с покушением Теневого клинка. Да и был уверен, что всё ценное так или иначе попадёт в поместье Мирид, вместе с остальным барахлом, которое я там оставил. Но, похоже, у Мароны на этот счёт были свои соображения. И, надо сказать, весьма эффектные.

«Ого, ну и громадина!» — восхитилась Лили, проследив за моим взглядом. — «Он что, гудит?»

Глава 25

Я хмыкнул и подошёл поближе к металлической табличке, вбитой прямо в камень, на которой неизвестный мастер выгравировал несколько строк. Пришлось напрячь зрение, чтобы разобрать.

«Чудовищный боевой топор вождя проклятых орков. Установлен здесь в память о героизме Артёма из поместья Мирид, который в славном поединке сразил командира орды монстров, угрожавшей всем нам».

Когда я прочитал скупые строки, что-то тёплое разлилось в груди.

Ничего себе! Я до сих пор не определился, как относиться к выставлению трофеев у себя дома. С одной стороны, понимал, что репутацию семьи укреплять надо, а с другой вся эта показуха мне не очень по душе. Но вот так, трофей в центре Тераны, выставленный на всеобщее обозрение, да ещё и с таким панегириком, восхваляющим мои деяния — это нечто совершенно другое. Приятно, чёрт возьми!

Лили тоже пробежала глазами табличку, потом с удивлением посмотрела на меня и молча прижалась плечом, пока я пялился на монумент, пытаясь переварить момент. Краем глаза я уловил, что вокруг начала собираться небольшая толпа, кто-то даже зааплодировал. Пришлось изобразить смущённую улыбку, кивнуть людям и поспешно увести Лили дальше через площадь, пока дело не дошло до хвалебных речей.

Когда мы наконец добрались до поместья, охранник у ворот тут же распахнул их и махнул нам рукой.

— Прошу, Мастер Артём, — сказал он с поклоном. — Баронесса распорядилась, чтобы вас проводили к ней немедленно по прибытии.

— Спасибо, — кивнул я, похлопав его по плечу. — Как тут обстановка? Без происшествий?

— Да какие уж там проблемы, Мастер Артём, — усмехнулся он. — Обычная суматоха после такой битвы с ордой. Разгребаем потихоньку.

Стражник ещё раз поклонился и жестом указал нам на подъездную дорогу, прикрывая за нами створки ворот.

У парадной двери нас уже ждала Гарена. Когда мы подошли, она сделала низкий реверанс.

— Добро пожаловать, Мастер Артём. Баронесса ожидает Вас в своей гостиной, — она на миг запнулась, бросив взгляд на Лили, которая под её строгим оценивающим взором слегка съёжилась. Да уж, Гарена умела посмотреть так, что и генерал бы струхнул.

— Это Лили, моя спутница, — представил я, успокаивающе коснувшись руки девушки-кролика. — У нас выдался долгий денёк, мы порядком вымотались.

Старшая горничная тут же изобразила реверанс и для Лили, хотя и чуть менее глубокий.

— Добро пожаловать, мисс Лили. Распоряжения уже отданы. Ванны готовятся, поздний ужин тоже скоро будет на столе. Мы позаботимся о Вашем комфорте, пока Мастер Артём переговорит с баронессой.

Нас провели в прихожую, где Лили тут же перехватила Мэриголд и ещё одна служанка. Они принялись суетиться вокруг моей спутницы, охая и ахая, восхищаясь её красотой и необыкновенными серебристыми волосами. Лили, поначалу робея, заметно оттаяла и смущённо пошла за девушками. Кажется, такое внимание пришлось ей по душе.

Я, правда, не упустил из виду озорной взгляд гномы. Что-то мне подсказывало, что она ещё заглянет ко мне на огонёк или подкараулит где-нибудь в укромном месте. Уж больно хитро сверкнули у неё глазки.

Я же последовал за Гареной в покои Мароны, что располагались на третьем этаже. Перед тем как распахнуть массивные двойные двери, она окинула меня с ног до головы таким взглядом, будто я болен чумой. Но промолчала. Да, с дороги у меня видок ещё тот, особенно если брать во внимание мой нынешний вид и запах. Но всё потом, первым делом поговорю с Мароной.

Стоило переступить порог, как Марона с облегчённым вздохом бросилась мне на шею, а затем потащила к диванчику. Усадив, сама тут же устроилась у меня на коленях, как будто так и надо.

— Ты так быстро вернулся! — ворковала она, с тревогой заглядывая в глаза, обеспокоенно ощупывая мою грудь и плечи, словно искала свежие раны. — Что-то случилось? Ты что, передумал насчёт Фендала? Решил отступить?

Я с улыбкой покачал головой, машинально поглаживая её ногу.

— С Фендалом покончено. Гильдия Убийц заверила меня, что его контракт тоже аннулирован, так что можешь спать спокойно.

Элегантная аристократка уставилась на меня с нескрываемым изумлением, её глаза округлились.

— Так быстро? — выдохнула она. — Я знаю, что ты умеешь действовать стремительно, когда прижмёт, но… прошла ведь всего неделя, если не меньше! Одна дорога до Тверда и обратно занимает как минимум две недели, не говоря уже о том, чтобы провернуть там такое непростое дельце.

— Скажем так, мне немного помогли. Или, может, это я кому-то подсобил, — уклончиво ответил Мароне и вкратце пересказал ей всё, что приключилось со мной в Тверде.

К тому времени, как я закончил свой рассказ, она так стиснула мою руку, что пальцы слегка занемели.

— Ты в одиночку ночью полез к их логову⁈ — в её голосе слышался неподдельный ужас. — Тебе крупно повезло, Артём, что они тебе горло не перерезали вместо того, чтобы пообщаться. Просто невероятно повезло!

— Наверное, ты права. Повезло, — буркнул я, стараясь поскорее сменить тему. Не люблю я эти разговоры про «а что, если бы». — Как думаешь, на этом всё закончится? Гильдия сдержит слово? И нет ли шанса, что семья или дружки Фендала что-нибудь заподозрят и решат копнуть глубже?

Марона задумчиво откинулась на спинку дивана, рассеянно поглаживая мою ногу. Её пальцы легко касались ткани, и это немного успокаивало.

— Я бы сказала, что инсценировку с монстрами вы проделали очень грамотно. Будем надеяться, что твари, сожравшие плоть Фендала, скроют и те порезы, что ты оставил на его ногах, хотя, вряд ли кто-то станет обращать внимание на такие детали, когда причина смерти лежит на поверхности. И то, что ты оставил все его вещи при нём, тоже очень разумно. — Она слегка поморщилась, словно от неприятного воспоминания. — Что же касается остального, я не такой уж эксперт по гильдиям наёмных убийц. Нужно быть полным идиотом, чтобы слепо доверять Гильдии, но на их прагматизм, думаю, можно рассчитывать. Они не станут заморачиваться из-за тебя, особенно когда не светит никакой выгоды. А ты, насколько я понимаю, не сделал ничего, чтобы их всерьёз разозлить или перейти дорогу.

Я шумно выдохнул, чувствуя, как напряжение понемногу отпускает.

— Надеюсь, этот кошмар наконец-то закончится, и мы сможем вернуться к нормальной жизни, а то я уже задолбался оглядываться через плечо.

— Я тоже об этом молюсь, — прошептала женщина, нежно целуя меня в плечо. — Хотя если тебе удастся в начале года получить рыцарское звание, это бы здорово укрепило твои позиции и обеспечило бы дополнительную защиту. Подумай об этом. — Она ещё раз легонько погладила мою ногу и резко поднялась. Тон её тут же стал деловитым, даже немного игривым. — Так, хватит о делах. Пойдём в ванну, нужно привести тебя в порядок, а потом я присоединюсь к тебе и твоей… спутнице за ужином. — Она испытующе посмотрела на меня, губы изогнулись в лукавой усмешке. — Или это всё-таки новая пассия, а, Артём? Мои служанки уже донесли, что она исключительной красоты. Уж они-то знают толк в этом деле.

Кровь бросилась мне в лицо. Чёрт, как неловко! Я даже не знал, как толком объяснить наши с Лили отношения.

— Пока просто подруга, — выдавил я. — Она впервые покинула родные края и горит желанием увидеть все чудеса мира, о которых читала в своих любимых книжках, — я невольно улыбнулся, вспомнив восторги Лили. — И смотрит она на мир с таким… ну, знаешь, очень романтическим настроем. Всё для неё сплошная сказка.

Марона тоже улыбнулась, но как-то задумчиво, с ноткой ностальгии. — Ах, стать бы снова молодой и смотреть на мир такими же невинными, широко раскрытыми глазами… — она вздохнула и взяла меня за руку. — Пойдём. Ванна ждёт.

Когда Марона сказала 'пойдём, нужно отвести тебя в ванну, она, похоже, имела это в виду буквально, потому что вошла в ванную комнату вместе со мной. Там нас уже ждала Белинда, готовая прислуживать нам обоим. Сквозь дверь, ведущую в смежную ванную, я услышал плеск воды и звонкое хихиканье. Похоже, Лили тоже вовсю наслаждалась водными процедурами. Я не мог сдержать улыбки.

Служанки баронессы окружили Лили своей обычной заботой и теплом, и та, судя по всему, совсем забыла о своей недавней нервозности. Было приятно слышать её беззаботный смех. Девчонка явно расслабилась.

Белинда, проворная девушка-драконида, быстро раздела меня. Марона принялась массировать мне плечи, пока Белинда смывала с моего лица остатки дорожной пыли, которой я пытался скрыть свою физиономию, и брила неплохо так отросшую щетину. Закончив массаж и бритьё, обе женщины быстро разделись сами и затащили меня в огромную ванну.

Белинда принялась чувственно намыливать нас обоих, пока мы нежились и обнимались в тёплой воде.

Как бы ни измотало меня долгое путешествие, внимание женщин всё равно возбуждало. Марона почувствовала это и под водой ласково провела рукой по моему члену, дразня и вызывая нарастающую волну удовольствия.

Приведя моё тело в порядок, Белинда помогла мне одеться в шёлковую пижаму, которую Марона, должно быть, сшила для меня со времени моего последнего визита. Затем горничная накинула на баронессу шёлковую ночную рубашку, мягко обнимающую её формы, и мы рука об руку направились в уютную столовую.

Лили уже сидела там, одетая в удобную ночную рубашку и с удовольствием уминала салат.

Каким-то образом ей удавалось выглядеть одновременно и элегантно, и желанно, и очаровательно. Её бледная кожа порозовела от горячей воды и трения мочалкой, стала гладкой и сладко пахла ароматными маслами и лосьонами. Серебристые волосы, расчёсанные до блеска, ниспадали до талии мерцающим водопадом.

Когда мы вошли, девушка тут же вскочила и бросилась мне на шею.

— Артём, здесь так красиво! — воскликнула она, глаза её сияли. — И слуги такие милые! — щёки Лили порозовели ещё сильнее. — Они мне помогли принять ванну, и это самое чудесное, что со мной когда-либо случалось…

Она резко оборвала свою речь, когда, кажется, поняла, кто такая Марона, глаза её расширились, и Лили присела в неловком реверансе.

— Моя леди, — застенчиво пробормотала она. — Спасибо, что пригласили меня в свой особняк.

Баронесса тепло, по-матерински улыбнулась, подняла Лили, придержала её за стройные плечи и, наклонившись, расцеловала в обе щеки.

— Ты просто очаровательна, — сказала она. — Я видела куниду только один раз, и то издали. Замечательно наконец встретить воочию такую милую девушку. Если бы у меня не сложилось ощущения, что у тебя другие планы, я бы пригласила тебя присоединиться к моим горничным здесь, в поместье Монтшэдоу.

— О, это было бы великолепно! — сказала девочка-зайчик с мечтательной улыбкой. — Прямо как в сказке! — она застенчиво оглянулась на меня. — Но да, у меня другие планы. Артём пригласил меня погостить у него в поместье Мирид.

— Звучит прекрасно, дорогая. Мне давно хотелось побывать там и своими глазами увидеть все те великолепные улучшения, о которых я слышала, — сказала баронесса, отводя Лили обратно на её место и садясь рядом с ней. — Ну, чувствуйте себя как дома. И дайте мне знать, если вам что-нибудь понадобится. Другу Артёма здесь всегда рады.

— Как хорошо, что у Артёма есть такие друзья, — сказала Лили, снова принимаясь за свой салат.

Я, обосновавшись по другую сторону от Мароны, смущённо кашлянул. Моя любовница посмотрела на меня, в её глазах искрились хитрющие озорные искорки:

— Он сейчас такой стеснительный ничего мне не рассказывает! А где вы останавливались раньше?

Не замечая моего смущения, Лили охотно поведала баронессе о Розе и её волшебной поляне, не забыв также описать свои усилия, которые они совместно с дриадой приложили к приготовлению угощений к моему прибытию.

Марона всё это время задумчиво смотрела на меня.

— Кстати, о сказках, — сказала она задумчиво. — Твоя жизнь полна чудес и волнений, не так ли?

Я улыбнулся и взял её руку.

— Но где бы я ни путешествовал, дом всегда остаётся самым важным местом.

Лили мечтательно вздохнула.

Ужин прошёл приятно, хотя и оказался кратким.

Как только Марона и я пожелали Лили спокойной ночи, появилась Мэриголд и повела девочку-зайчика в её комнату…

Марона взяла меня за руку.

— Пойдём, — сказала она почти застенчиво, ведя меня в свою спальню.

Большой балдахин тяжёлым тёмно-красным пологом закрывал широкую кровать, выглядящую невероятно шикарно и уютно.

Хорошо…

Глава 26

Сонное состояние постепенно отступало, я начал ощущать пружинящуюю мягкость перины, а в моих руках… оказаласб небольшая плотная фигура. Ощущение интригующее. Открыл глаза…

И тут же надо мной нависло маленькое курносое личико, розовые волосы пушистым облаком разметались вокруг. Мэриголд. Она озорно щурилась, явно довольная моей реакцией.

— Доброе утро, любимый, — промурлыкала она и тут же прижалась ко мне всем своим мягким, тёплым обнажённым телом.

Сон окончательно слетел, глаза распахнулись.

— Где… — вопрос сам собой сорвался с губ. — Откуда ты взялась? — рука привычно скользнула в шелковистые розовые волосы, опустилась ниже… — где Мар… то есть баронесса?

Мэриголд снова хихикнула, её смешок прозвучал немного наигранно.

— Вообще-то из Земнограда, — уточнила она. — А что до нашей Леди… У неё, видишь ли, неотложные дела в городе, и она очень сожалеет, что, скорее всего, будет занята вплоть до самого вашего отъезда.

Я кивнул. Понятно, бывает.

Она ловко оседлала меня. Воздух вокруг наполнился сильным, почти осязаемым запахом, мгновенно ударившим в голову, тело мгновенно напряглось, член отозвался стояком. На какой-то момент все мысли растворились, осталось одно острое ощущение: только она и я. Мэриголд, тяжело дыша, почти шепча, добавила, глядя мне прямо в глаза:

— А это значит, что я смогу трахнуть тебя в её постели.

Ощущение, как её влажные лепестки скользят по моему стволу, показалось ошеломляюще внезапным, внутри всё моментально сжалось от остроты момента, и… я мягко, но непреклонно отстранил её, выдохнув сквозь зубы. — У нас проблема! — вырвалось у меня, почти с рычанием. — Свиток Предотвратить зачатие… У меня его нет.

— Ох, чёрт! — прошептала Мэриголд. Её огромные голубые глаза распахнулись, отражая в себе бездну осознания. Она знала о моей особенности, о том, что достаточно лишь капли, чтобы отправить её в неплановый декрет. Пока она обдумывала ситуацию, прикусив свою пухлую губу, её тело неосознанно продолжало ласкаться о моё бедро и стоящий колом член. Я ощущал обжигающее тепло, терпеливо ожидая её решения.

Наконец она посмотрела мне в глаза и глубоко вздохнула, словно смиряясь с неизбежным. — Хорошо, Артём, — прошептала она, её голос, обычно высокий и звонкий, стал удивительно низким, бархатным. — Мы сделаем это иначе. Но тебе придётся очень постараться, чтобы доставить мне настоящее удовольствие.

Розововолосая головка склонилась к моему лицу, и я замер, увидев, как голубые глаза, обычно озорные, сейчас наполнились сосредоточенной нежностью. Тёплое дыхание коснулось моей кожи, а затем последовало лёгкое трепетное прикосновение. Сначала это казался лишь лишь намёк на него, невесомое касание кончиком языка, исследующее, дразнящее, затем её губы, такие пухлые и мягкие, нежно обхватили мой ствол, и я ощутил нарастающее тепло, влажность и невероятную нежность.

Она двигалась медленно, выверяя каждое движение, словно изучала меня, запоминала каждую мою реакцию. Розовые волосы рассыпались по плечам, обрамляя её лицо, а маленькие пальчики почти невесомо скользили по мне, усиливая ощущения. Я закрыл глаза, погружаясь в водоворот чувств, чувствуя, как её язык, такой проворный и умелый, ласкает меня, то скользя вверх-вниз, то задерживаясь на самых чувствительных точках и вызывая мурашки по всему телу.

Дыхание Мэриголд стало прерывистым, и я понял, что она тоже наслаждается процессом. Она дарила удовольствие и себе, вкладывая в каждое движение всю свою страсть, нежность и мастерство. Каждый вздох, каждое движение её языка, каждое касание губ доставляло мне наслаждение, которое нарастало с каждой секундой, грозя поглотить меня целиком…

И вдруг она исчезла быстрее, чем могла бы это сделать любая другая женщина, нырнув за кровать, когда внешние двери комнаты с грохотом распахнулись. Доли секунды до открытия второй, внутренней двери…

Я поспешно укрылся простынёй. Но, к моему облегчению, кто бы это ни был, он не вошёл в комнату Мароны.

За дверью деликатно кашлянули. Гарена, старшая горничная, судя по голосу. Говорила она вежливо, но с той самой твёрдостью, которая не допускает возражений:

— Прошу прощения, если разбудила, господин Артём. Баронесса передала, что вы очень спешите домой, к семье, и хотели бы выехать пораньше. Завтрак уже накрыт внизу, и Лили ждёт Вас в столовой.

— Спасибо, — крикнул я, чувствуя, как загорелись уши. Из-за кровати донеслось приглушённое хихиканье. Мэриголд, чтоб её, явно не просто так там спряталась. — Сейчас оденусь и спущусь.

— Очень хорошо, — всё также чопорно отозвалась Гарена. — Я пришлю Мэриголд проводить Вас в столовую и помочь, если что понадобится, — добавила она, и шаги начали отдаляться от двери.

Хихиканье за кроватью тут же смолкло.

Едва прозвучали последние слова Гарены, как из-за кровати пулей вылетела Мэриголд. Эта мелкая, но фигуристая гномка просто настоящий огонь! Мелькнула, как размытое пятно, натягивая на ходу форменное платье.

— Возвращайся скорее! — прошипела она уже у двери, торопливо натягивая чулок. Ловкая, чертовка!

Я усмехнулся, глядя ей вслед, быстро натянул одежду, купленную ещё в Тверде. Её, похоже, успели постирать, пока я дрых. Собрал своё барахло и вышел в коридор.

Мэриголд уже ждала у двери в коридоре. Сама чопорность и приличие, если не считать румянца на щеках и чуть съехавшего набекрень чепчика. Видимо, торопилась.

— Доброе утро, господин Артём, — произнесла она, сделав безукоризненный реверанс. — Надеюсь, Вы хорошо спали?

— И пробуждение выдалось что надо, — ответил я, не сдержав ухмылки.

Она сделала вид, что ничего не поняла, лицо каменное, но в больших голубых глазах плясали смешинки. Повернулась и пошла по коридору:

— Сюда, пожалуйста.

Лили в своём уютном кожаном пончо сидела за столом и вся засветилась, когда я вошёл и сел напротив.

— Я так хорошо сегодня спала! — прощебетала она, хрумкая какой-то салат из свежей зелени. — Кровать такая огромная, что там бы все мои сестрёнки поместились, и такая мягкая!

Я улыбнулся ей в ответ, накладывая себе на тарелку яичницу с беконом и поджаристыми колбасками.

Вкусный сытный завтрак придал бодрости и добавил хорошего настроения. Горничные двигались по столовой почти бесшумно, не мешая нам с Лили болтать, и никаких сюрпризов под столом на этот раз, слава богу. А то после вчерашнего…

Едва мы закончили есть, сразу же начали собираться в дорогу. У входной двери снова выстроился целый взвод горничных. Провожали с теплотой, желали скорейшего возвращения, а некоторые особо смелые недвусмысленно намекали, что в следующий раз и им неплохо бы уделить внимание. Эх…

Учитывая, что в поместье Моншадоу девушек хватало, и все как на подбор больше дюжины красавиц разных рас, а я пока успел «пообщаться» только с Белиндой да вот с Мэриголд, то их предложения я запомнил. Грех отказываться, если по-честному.

Гарена уже стояла у двери, готовая её открыть, но медлила.

— Госпожа просила напомнить вам об испытаниях для вступления в Орден Стражей, которые начнутся первого числа нового года. Ежегодный Совет Лордов Бастиона проходит в это же время, и двадцать первого числа месяца Листопада она сама отправляется в Тверд. Госпожа предлагает вам проехать с ней, сколько сможете, и остановиться в городе в составе её свиты.

Я замялся. Теперь, когда урод Фендал мёртв и, надеюсь, больше не сможет отравлять нам жизнь, острая нужда в этом вроде как и отпала. К тому же Белла как раз скоро должна родить наших котят, или кто там у кошкодевушек рождается, и оставлять её одну в такой момент мне совершенно не улыбалось.

С другой стороны, я нутром чуял, что мои женщины всё равно настоят на этом ради тех возможностей, которые рыцарство даст нашей семье и в особенности детям. Родиться в дворянской семье всё же, как ни крути, другой старт в жизни. Да и, чего греха таить, какая-то часть меня сама жаждала изменений: стать рыцарем в средневековом мире, посмотреть на другую сторону культуры Харалдара, а может, и получить достаточно влияния, чтобы хоть что-то изменить в королевстве к лучшему или хотя бы попытаться.

— Передайте госпоже О’Мэлли мою благодарность, — сказал я Гарене. — Мне нужно всё обсудить с семьёй, прикинуть планы. Моя невеста как раз должна родить в это время, а я, если что, смогу быстро добраться. Так что, возможно, присоединюсь позже. Но если поеду, то стать частью её свиты честь для меня.

Гарена только кивнула и распахнула дверь. В лицо ударил порыв стылого утреннего воздуха. Я подал Лили руку, и мы вместе зашагали по подъездной аллее, затем мимо ворот, где стражник уважительно отдал честь, и дальше через город.

По пути, на рынке, я притормозил. Хотелось купить подарки моим девушкам, и Лили с энтузиазмом помогала выбирать. Заодно я рассказал ей, как познакомился с Зарой, Беллой, Лейланной, Самирой и наконец с Мией и Ирен. Вспоминал наши приключения, через что мы вместе прошли.

Лили слушала, приоткрыв рот, глаза у неё влажно заблестели, а потом она мечтательно вздохнула.

— У тебя так глаза загораются, когда ты о них рассказываешь! — сказала она. — Надеюсь, когда-нибудь ты и на меня так посмотришь.

Я немного смутился. Девчонка ведь ещё совсем! Но я точно знал, что смогу полюбить эту милую, искреннюю девочку, она того стоила. Взяв её бледную руку, поцеловал тыльную сторону ладони.

Кроме подарков девушкам, я купил для Глории мягкого плюшевого кота, хотя она, наверное, ещё слишком мала, чтобы оценить его по-настоящему. Упаковав всё, мы наконец выбрались из города.

На выезде меня вновь сопровождали аплодисменты стражи и местных жителей. Чёрт, это одновременно и приятно, и жутко неловко, потому что прохожие пялились на меня во все глаза и оборачивались вслед. Хотелось побыстрее свалить.

Выйдя за ворота, с облегчением выдохнул. Наконец-то можно сосредоточиться на беге, и без предупреждения рванул вперёд. Лили среагировала мгновенно, не отстав и пристроившись рядом. Холодный северный ветер бил в спину, подгоняя. Девушка не снимала своего пончо, а я натянул капюшон пониже да нацепил очки, которые мне Ирен когда-то дала специально для быстрого бега, чтобы глаза не слезились.

Моя спутница, увидев меня в таком прикиде, прыснула со смеху, но тут же смутилась и, хихикая в ладошку, извинилась. У неё самой глаза немного покраснели от холода и ветра, но она, похоже, переносила это куда легче меня.

Погода явно портилась, небо затянули тяжёлые свинцовые тучи, но километры быстро оставались позади. Через пару часов нашего марафона повалил густой снег. Хорошо хоть, что с нашей скоростью до поместья Мирид оставалось бежать всего несколько часов, не больше. Мне нравилось так носиться, почти как едешь на машине, экономия времени просто колоссальная.

Лили остановилась и замерла, во все глаза уставившись на поместье Мирид. Мы как раз выбежали на небольшую возвышенность, и оттуда через невысокую стену хорошо просматривались постройки внутри.

— Как красиво! — выдохнула она. — Посмотри, какие сады! Ох, не терпится там всё облазить!

Честно говоря, по мне так выглядело оно сейчас не так чтобы очень: в одном углу поместья зияла приличная яма. Слава богу, не от вражеского набега, а просто там вовсю велось строительство небольшого крытого бассейна. Большую его часть уже выложили плиткой и подвели трубы, подсоединив их к остальному водопроводу дома. Мои девчонки решили устроить себе спа-курорт, не иначе. Что-то мне это смутно напомнило, но что именно, сразу и не сообразил.

Из ворот вышла Ирен и двинулась нам навстречу. Её точёное личико озарила знакомая сияющая улыбка, и она энергично замахала рукой. На сердце сразу потеплело. Вот только от чего у меня всегда перехватывало дух, так это не от улыбки Ирен, какой бы ослепительной она ни была, а от того, как в следующую секунду женщина могла преобразиться, став Мией.

И точно, в следующий миг это была уже она. Моя богиня кинулась мне в объятия, впившись в губы жарким поцелуем.

— С возвращением, любимый, — прошептала она, уткнувшись носом мне в шею. Я крепко обнял её, вдыхая родной запах. — Ох, через какие только трудности тебе пришлось пройти, и как же блестяще ты со всем справился! Я следила за каждым твоим шагом, болела за тебя. И я так счастлива, что ты снова с нами целый и невредимый!

Не успел я и слова вставить, как моя миниатюрная рыжая богиня повернулась к Лили и с тем же восторгом заключила её в объятия.

— Добро пожаловать в поместье Мирид, Лили из Холмистого!

— Спасибо! — пискнула кунида. Если её и смутили объятия незнакомки, то виду она не подала, обняла Мию в ответ с такой же искренней теплотой. — Вы, наверное, Ирен? Артём мне столько про вас рассказывал!

Богиня улыбнулась ещё шире и показала кольцо с крупной чёрной жемчужиной на пальце:

— Вообще-то я Мия, ты знаешь меня, как Безымянную…

Лили вздрогнула и сделала в такой глубокий и неуклюжий реверанс, что чуть не растянулась на снегу:

— Простите, пожалуйста, Ваше Божество!

Мия мягко подняла насмерть перепуганную девушку за плечи: — Ну что ты, милая, не нужно. В этом доме, в нашей семье, я просто ещё одна из невест Артёма и скоро стану мамой нашего ребёнка. Она легонько чмокнула Лили в щёку: — К тому же, я надеюсь, мы скоро подружимся, как и со всеми остальными в семье, и формальности будут ни к чему.

Крольчиха робко улыбнулась, но, похоже, слов подобрать не могла.

Мия сняла с пальца кольцо с чёрной жемчужиной, и вот уже Ирен шагнула вперёд, надев своё, с изумрудом. Мгновение — и передо мной снова моя жрица.

— Добро пожаловать в поместье Мирид, Лили. Я Ирен. — Потом она повернулась ко мне и бросилась обниматься. Ирен слегка дрожала, прижавшись всем телом и глядя снизу вверх своими огромными глазами. — Я так рада, что ты вернулся к нам целым и невредимым, любовь моя, — прошептала она. — Какое счастье, что этот Фендал больше нас не потревожит! Мия меня, конечно, успокаивала, но я всё равно так за тебя боялась!

Я прижал её к себе, чувствуя, как уходит напряжение последних дней.

Лили только хлопала глазами, явно не понимая, что за чертовщина тут творится.

Ну да, если честно, я хоть и рассказал ей про Мию и Ирен, но в такие тонкости, как то, что они делят одно тело, вдаваться не стал.

Ирен, как будто прочитав мои мысли, уж не знаю, как у неё это получается, отстранилась и смерила меня ироничным взглядом.

— Я сейчас поболтаю с Лили немного, всё ей объясню, а потом мы с тобой сможем как следует… воссоединиться, — она хитро подмигнула. — Лейланна в саду, если хочешь поздороваться. Остальные прячутся от бури в доме. — Она легонько подтолкнула меня к воротам, потом повернулась, взяла Лили за руку и повела её за собой, уже на ходу объясняя: — Нам нужно кое о чём поговорить, Лили, и это может тебя немного… удивить. Во-первых, я верховная жрица Безымянной, которую ты только что видела как Мию. Богиня удостоила меня чести иногда пребывать во моём теле…

Их голоса удалялись.

Я оставил свою жрицу просвещать новенькую и прошёл через ворота во двор. И тут, к моему удивлению, из одного из гостевых домиков выскочил какой-то мужик, которого я раньше здесь не видел, и торопливо направился ко мне.

— Господин Артём! — обратился он ко мне, прямо сияя. — С возвращением! Могу чем помочь? Вещи занести в дом?

Так, понятно. На вид ему лет двадцать, может, чуть больше. Сухопарый, жилистый, лицо обветренное. Сразу видно, парень от сохи, на земле вкалывает. Уровень одиннадцатый, Фермер. Меня он, ясно дело, знал и вёл себя так, будто свой в доску, но отдавать ему свои вещи, особенно сумку, где лежала Домашняя Метка, артефакт, который по самым скромным прикидкам стоил как всё это поместье вместе с землями, я как-то не спешил. Доверие доверием, а бдительность терять нельзя.

— Спасибо, не стоит, — ответил я, стараясь улыбнуться как можно вежливее. — Можешь идти обратно в дом, чтобы не мёрзнуть, — я помолчал. — Хотя… эм, а ты кто такой будешь?

Мужик как-то невесело усмехнулся.

— Извините, господин Артём. Наверное, не очень приятно, когда домой приезжаешь, а тебя тут незнакомец встречает, — он протянул руку. — Я Дархан из Харалдарской провинции.

Я пожал его мозолистую крепкую ладонь.

— Привет, Дархан. А как ты оказался в поместье Мирид?

Парень неловко замялся, явно подбирая слова.

— Ну… благодаря вашей доброте, господин Артём… госпожи Ирен и всей вашей семьи, — он поймал мой вопросительный взгляд и потупился. — Не люблю сейчас об этом вспоминать, когда весь кошмар позади, но нас, всю мою семью, наш хозяин продал в рабство.

Тень пробежала по его простому лицу, но тут же исчезла.

— Слава Безымянной, госпожа Ирен выкупила нас до того, как нас успели разлучить, дала вольную и предложила работу здесь. А ещё пожаловала землю под обработку по весне, если захотим заниматься фермерством. Мы, конечно, согласились с огромной благодарностью.

Вот это новость! Но приятная, чего уж там. Ирен всегда считала своим долгом помогать рабам, давать им шанс на новую жизнь, ещё в Кобране этим занималась, и я был рад, что она и здесь продолжает своё дело. Я и сам давно решил, что сделаю всё возможное, чтобы освобождать людей из рабства, а в идеале хотел вообще покончить с этой дрянью, правда, пока конкретных шагов не предпринимал. Надо как-то вплотную этим делом заняться. С помощью Ирен, конечно. И Зары, и Беллы, и Лейланны, и Самиры. Да и Илина с его благотворительными замашками можно подключить.

Убедившись, что мне действительно ничего не нужно, Дархан вернулся в гостевой домик переждать метель со своими, а я пошёл дальше, в сад. На мгновение задержался у небольшого, присыпанного снегом холмика. Здесь мы посадили семечко Астерии. Опустившись на колено, положил руку на холодную землю.

— Снова дома, снова с тобой, дочка, — пробормотал я, и сам не заметил, как улыбнулся. — И очень надеюсь, что все опасности для нашей семьи позади. Весной будешь расти быстро-быстро, и никто тебе не помешает. Не могу дождаться, когда наконец увижу тебя. А ещё… бабушка Лигея Розоцветная передаёт тебе свою любовь и благословляет, чтобы ты росла сильной и здоровой.

Я выпрямился и пошёл дальше, вглубь сада. В это время года он выглядел довольно пустынно и уныло, хоть и по-своему красиво, укрытый шапками снега. Высокие заснеженные кусты и всякие фигурно подстриженные деревья то и дело загораживали обзор. И вот, завернув за очередной такой зелёный куст с сугробом на макушке, я замер. Сердце на миг пропустило удар. На тропинке на коленях, спиной ко мне сидела Лейланна. Она ковырялась в земле небольшой лопаткой, видимо, уже готовя что-то к весне, несмотря на снег.

Она была тепло укутана, но капюшон накидки откинут, и снежинки, падавшие ей на голову, почти сливались с её белоснежными, как снег, волосами, которые чуть шевелил ветер. Её обычно пепельно-серая кожа сейчас разрумянилась от холода. Работая, она тихонько напевала какую-то эльфийскую мелодию, тягучую, немного грустную, но завораживающе красивую.

Я тихо подошёл ближе. Она, видимо, услышала мои шаги, напряглась и резко обернулась. Её глаза расширились от удивления, а потом в них вспыхнула такая искренняя, такая тёплая радость, что у меня у самого что-то дрогнуло внутри. Не дав ей подняться, я рухнул на колени рядом и просто сгрёб её в охапку, крепко-крепко обняв.

Как же я по ним всем соскучился!

Глава 27

Мягкая тёплая Лейланна прильнула ко мне, обнимая в ответ и осыпая моё лицо быстрыми поцелуями. Я почувствовал, как спадает напряжение, копившееся долгие недели. Наконец-то дома, наконец-то в безопасности.

Она отстранилась, и в её глазах блеснули слезы.

— Я так боялась, — прошептала Лейланна. — Мия говорила, что всё в порядке, но я всё равно волновалась, что ты столкнёшься с тем, что не сможешь одолеть, пока я здесь, неспособная помочь.

Я прижал её голову к своему плечу, зарывшись пальцами в шелковистые, мокрые от снега волосы. Холодный воздух бодрил, но её тепло окутывало меня, отгораживая от холода будто стеной.

— Теперь все кончено, — пробормотал я, чувствуя, как слова тяжестью легли на язык. — Фендал мертв, а Гильдия Убийц расторгла контракт. Всё, конец. Сейчас мы в полной безопасности.

Моя невеста-эльфийка безмолвно отстранилась, грациозно поднялась на ноги и властно потянула меня за руку, призывая следовать за ней. Ну, чёрт, и куда теперь? Я только с дороги, валился с ног от усталости, а тут сразу в дело. Но отказать ей… просто нереально.

Я поднялся, позволяя Лейланне увести себя вглубь сада, в укромный уголок, где мы с Самирой провели нашу первую ночь. Небольшой пятачок, размером с кровать, покрытый невероятно мягкой травой, окружённый высокими цветущими кустами, обеспечил нам летом полное уединение. Сейчас, конечно, всё здесь засыпано снегом, белым и пушистым, но пронзительно холодным.

Лейланна начала произносить незнакомое мне заклинание. От неё исходило мягкое пульсирующее сияние, и вскоре вспыхнуло пламя, растапливая снег и обнажая тёмно-зелёную траву под ним, а потом огненная стена кольцом сомкнулась вокруг нашего пятачка, нагревая воздух внутри до комфортной температуры. Я почувствовал, как мышцы расслабляются под воздействием тепла, а снежинки, падающие за огненным кругом, казались теперь далёкими и безобидными.

Я заметил, что в моё отсутствие эльфийка достигла тридцатого уровня и получила новое заклинание, Управляемое пламя. Неплохо. Растёт.

Моя прекрасная невеста сбросила одежду с такой скоростью, словно воспользовалась магией, впрочем, возможно, так оно и было. Затем она шагнула в центр огненного круга и встала во всей своей красе, словно позируя. Я видел, как снег кружится вокруг неё, а свет огня ласкает соблазнительные изгибы. Картина выглядела просто… сногсшибательно. От усталости не осталось и следа.

Она согнула палец, подзывая меня к себе, и улыбнулась. Я поспешно сбросил одежду, перешагнул через пламя, чувствуя его жар на коже, и обнял прекрасное тело, сгорая от страсти.

Когда её язык жадно скользнул в мой рот, ища продолжения, я опустил эльфийку на мягкую траву и навис сверху. После нескольких недель разлуки я хотел её взять здесь и сейчас, да и Лейланна желала того же не меньше Её руки обхватили мои ягодицы и притянули к себе.

Не теряя времени, в одно плавное движение вошёл в жаркую киску, что тут же крепко сжалась вокруг моего члена и страстно запульсировала.

Лейланна вскрикнула, извиваясь подо мной, в восторге впиваясь в мою спину ногтями, пока я всё глубже входил в её любовный туннель. Медленно, чётко, в такт её движениям, наслаждаясь нахлынувшими ощущениями. Мои толчки постепенно становились всё настойчивей, агрессивней и глубже.

— Да! — вскрикнула Лейланна отчаянно двигая бёдрами навстречу моим ударам. — Да! Да! Да! Как же я соскучилась… — шептала она сквозь стоны.

Прохладные снежинки касались моей спины, резко контрастируя с жаром её тела, когда она достигла кульминации. Она уткнулась лицом в моё плечо, заглушая свои страстные стоны.

Хотя прошло всего несколько минут, я почувствовал, как закипают мои яйца, а по телу поднимается горячая волна скорого оргазма, которому не осталось больше сил сопротивляться. Зарывшись лицом в мягкие волосы Лейланны, глубоко вошёл в её киску, упёршись кончиком в дно её лона.

— Да!

Из члена струёй вырвалась сперма, наполняя Лей до отказа, по телу прокатилась волна дрожи, пронзая меня от кончиков пальцев до самой макушки.

Вот это кайф…

Мы оба замерли, наслаждаясь оргазмом. Мне тоже этого не хватало…

Наконец я перекатился на бок и заключил в объятия свою невесту-эльфийку, нежно проводя руками по её влажной от пота коже. На наши разгорячённые сексом тела обрушился поток прохладного воздуха. Бр-р-р! Я почувствовал, как лёгкий холодок осторожно обнял меня.

— Я соскучился так, что не могу передать этого словами.

Лейланна тихо хрипло рассмеялась, повернув голову так, что её мягкие губы встретились с моими. — Я догадывюсь.

Я затянул поцелуй на несколько долгих секунд, наслаждаясь вкусом сладкого ежевичного вина, привкус которого, казалось, всё ещё оставался на её губах.

— Я беспокоился за всех вас, переживал, как вы тут жили, пока меня не было, — признался девушке, чувствуя, как тяжесть прошедших напряжённых недель немного спадает.

— Тогда ты понимаешь, что чувствовали мы, — ответила она, уткнувшись лицом мне в плечо и нежно целуя шею. — С Фендалом покончено, верно?

Я мрачно усмехнулся:

— Всё прошло даже лучше, чем планировалось. Фендал при жизни успел насолить не только нам. Мы с ещё одним его врагом инсценировали всё так, будто его убили монстры во время добычи золота. Никто и не заподозрит.

— Монстр, убитый монстрами. Поэтично, — моя прекрасная возлюбленная оглянулась на пламя, которое почти полностью погасло, и вздрогнула, словно лишь теперь ощутила холод. — Ну, моё время вышло. Одевайся и иди в дом, я не единственная, кто беспокоился о тебе и скучал.

Я моргнул, только сейчас поняв её уловку:

— Подожди, ты сделала это намеренно?

Лейланна улыбнулась, в её глазах заплясали озорные огоньки. — Думаешь, у меня много работы в саду посреди снежной бури? Мия предупредила нас, что ты вернёшься домой сегодня утром, — она резко поднялась на ноги, высокая грудь волнующе качнулась, когда эльфийка потянулась за своей одеждой. — А также она сказала, что ты привёл с собой красивую девушку-куниду, которая, по её мнению, могла бы присоединиться к нашему гарему. И я хочу встретиться с ней!

Я тоже начал одеваться, слегка озадаченный этим откровением. Богиня в курсе всего происходящего, хотя обычно она не спешила делиться своими знаниями. Может, она сделала исключение из-за нового потенциального члена семьи? Ну или просто решила добавить мне лишних хлопот.

Лейланна напоследок страстно поцеловала меня, хихикнув, шлепнула по ягодице, а затем словно вихрь умчалась к воротам.

Покачав головой и улыбнувшись, я направился к поместью и проскользнул в ближайшую дверь, ведущую на кухню. В ногах чувствовалась приятная усталость, а в душе поселилось необыкновенное спокойствие.

К своему приятному удивлению, я обнаружил там Самиру, занятую приготовлением обеда. Спасаясь от жары кухни, она накинула на себя лишь тунику из мягкой шерсти, доходящую до бёдер, и фартук. От неё пахло мукой, свежим тестом и чем-то ещё родным и таким уютным.

Самира обернулась на звук открывшейся двери, на секунду замерла, увидев меня, и её прекрасное лицо озарилось радостью. С громким криком она бросилась мне в объятия. Руки в муке обвили мою шею, и она наклонила мою голову, чтобы поцеловать, привстав на цыпочки.

Я ответил на страстный поцелуй, наслаждаясь ощущением мягкого тела, прижавшегося ко мне. Как же я скучал по её нежному теплу и необузданной страсти!

Наконец Самира отстранилась, бледно-жёлтые глаза пытливо взглянули на меня.

— Наш враг мёртв и лежит у твоих ног? — в её голосе сквозил нетерпеливый, почти хищный интерес.

— Он больше не угрожает нашей семье, — торжественно заверил её.

Она удовлетворенно кивнула:

— Я знала, что ты справишься с ним даже без заверений Мии.

С поразительной быстротой она вырвалась из моих объятий, подошла к столу, наклонилась над ним, подняла тунику, а затем опустила милые жёлтые трусики, обнажив округлые ягодицы и гладкий манящий холмик. Мой взгляд скользнул по её изгибам, и я почувствовал прилив жара в паху.

Усталость? Какая, к чёрту, усталость! Как же я люблю эту жизнь!

— Возьми меня, мой герой! — хобгоблинша нетерпеливо глянула на меня через плечо и призывно выгнула спину.

Я тут же расшнуровал штаны, высвобождая член, который мгновенно откликнулся на аппетитную попу Саймиры и её влажную от любовных соков киску. Повторного приглашения мне не требовалось. Шагнув вперёд, положил руки на её широкие бёдра, чувствуя их упругость, и нежно погладил мягкую кожу, приближаясь членом к её туннелю, проводя головкой по влажным от любовного сока половым губам, смачивая головку члена. Её ягодицы призывно покачивались. Я сделал пару толчков, как следует увлажняя член перед бурным сексом.

Игриво шлёпнул Самиру по левой ягодице, наблюдая, как та восхитительно покачивается, пока женщина постанывала от удовольствия, и, изменив положение, вошёл в её киску плавным движением, растягивая узкий туннель.

Хобгоблинша взвизгнула и заёрзала на столе. Её округлые ягодицы и бёдра покачивались, когда я вынимал член и снова входил в её киску, повторяя движение раз за разом и постепенно наращивая темп и силу толчков.

— Да! — выдохнула она, прижимаясь щекой к столу при каждом сильном толчке. — Трахни меня как следует! Ещё! Да! Да! Ты знаешь, что мне нравится…

Я схватил её за волосы, откинул её голову назад и, грубо вбивая член в узкую киску, шлёпал по округлой заднице свободной рукой. Этого оказалось достаточно, чтобы довести ее до пика. С восторженным воплем Саймира задрожала всем телом в ярчайшем оргазме, а в меня ударила струя сквирта. Её киска завибрировала и стала сжиматься, яростно пульсируя.

Поскольку буквально пару минут назад я разрядился с Лейланной, то сейчас мог продержаться с Самирой немного дольше и раз за разом продолжал грубо брать её на столе, наслаждаясь тем, как её тело содрогается от новых волн оргазмов.

— Я скучал по тебе, — выдохнул я, поворачивая бёдра, чтобы изменить угол проникновения.

— Я тоже…— задыхалась она, поднималась на цыпочки так, чтобы я мог поглубже засадить свой член в её пылкую киску. — Ах! Ах! Да-а-а-а!

Саймира забилась в экстазе от очередного оргазма, и это стало для меня спусковым крючком. По телу разлилась волна обжигающего тепла, а из члена ударил фонтан семени.

— Боже, какой же кайф…

Переведя дыхание, я вытащил член из её киски и заключил Саймиру в объятия. Вдыхая аромат разгорячённого женского тела, просунул руки под её тунику и крепко сжал мягкую грудь.

Внезапно в глубине дома раздался жалобный крик младенца. Глория! Чёрт, кажется, это её голос.

При этом звуке Самира с сожалением вздохнула.

— Думаю, пришло время тебя отпустить к другим девочкам, они тоже соскучились и очень тебя ждут, — сказала она. Я наклонился и поцеловал её.

— Скоро увидимся.

Улыбнувшись в ответ, она вернулась к готовке. Дразнящие запахи заполнили кухню, обещая вкусный обед.

Оставив хобгоблиншу на кухне, я поднялся наверх по странно пустому дому, а затем, пройдя по коридору, достиг комнаты Глории и заглянул внутрь.

К моему удивлению, я добрался до неё первым, что показалось весьма странным в доме, полном заботливых женщин, относившихся к новорожденной как к своему ребёнку. Дочка лежала в колыбели. Очаровательное личико сморщилось и покраснело, маленькие ручки и ножки беспомощно дёргались, и она плакала, заливаясь ревом.

— Ш-ш-ш, малышка, — я наклонился и осторожно взял дочь на руки, прижав её к себе. Ей исполнилось уже почти два месяца, но она всё ещё казалась мне очень крошечной и хрупкой. — Папа здесь, папа дома, и он позаботился о твоей безопасности.

Повернувшись, я увидел Зару, стоящую в дверном проёме и смотрящую на меня с нежностью и облегчением. Она тихо подошла ко мне и крепко обняла, узкие плечики задрожали от внезапного прилива эмоций.

Я опустился на колени и переложил Глорию на другую руку, чтобы прижать к себе свою Зару. Погладив её гладкие чёрные волосы, поцеловал в лоб:

— Я здесь, дома, и позаботился о нашей безопасности.

— Я очень рада, что ты цел и снова с нами. Я так скучала!

Зара улыбнулась, в её глазах сияла любовь.

— Я не позволяла себе бояться, потому что знала, что ты защищаешь нас, — она помолчала. — Хотя и почувствовала облегчение, когда Мия сообщила нам о благополучном исходе.

Глория ёрзала, размахивая маленькими кулачками и издавая жалобные звуки. Зара в последний раз поцеловала меня, затем нежно забрала у меня дочь и пошла к креслу-качалке, подобранному по её росту, обнажая грудь, чтобы ребенок мог поесть.

— Иди найди Беллу, — мягко сказала она, кивнув в сторону двери. — Мы можем встретиться снова после того, как Глория поест и уснёт, — она посмотрела на меня большими глазами, сияющими любовью и страстью.

Часть меня хотела остаться и насладиться нежным моментом, но это было несправедливо по отношению к Белле. Видимо, мои невесты специально устроили всё так, чтобы каждая имела возможность побыть со мной наедине, и я не мог их подвести.

Нежно поцеловав Зару, выскользнул за дверь, закрыв её за собой.

Я огляделся, раздумывая, куда идти, чтобы найти Беллу, и решил, что главная спальня — беспроигрышный вариант. Как ни странно, я оказался прав, хотя и не успел добраться до неё. В коридор выбежала моя девушка-кошка и с радостным визгом бросилась мне на шею. Она крепко обняла меня, прижавшись ко мне огромным животом и жадно жарко целуя.

Я засмеялся и ответил на нежные поцелуи, пробежавшись пальцами по роскошным чёрным волосам, затем вниз по спине к мягкому пушистому хвосту, нежно взъерошив и поиграв с ним некоторое время, прежде чем отстраниться.

— Боги, как же я соскучился по тебе! — пробормотал я, нежно проводя пальцами по её нежной щеке и глядя в такие милые карие глаза. Когда положил руку ей на живот, почувствовал лёгкие толчки. — Как ты и малыши?

— Скучаем по тебе всем сердцем, — Белла посмотрела на меня с широкой улыбкой. — Но я чувствую твоё спокойствие, а значит, ты справился с угрозой, как и заверила нас Мия.

Она помолчала, принюхалась, а затем, слегка смутив меня, упала на колени и уткнулась лицом в мой пах.

— М-м-м, и это ещё не всё, что я чувствую, — простонала она. — Твой член сейчас так манит меня! Ого! Ты хорошо повеселился в последние дни… Самира, Лейланна и, ох, Мэриголд и Марона! — она хихикнула и уткнулась носом в мой твердеющий член. — Ты, должно быть, не скучал прошлой ночью? — моя красивая девушка-кошка глубоко вздохнула. — И даже ещё до того, как ты в последний раз принимал ванну, пахло… — её брови нахмурились. — Артём, ты что, трахал вишнёвое дерево?!!

Глава 28

Я запрокинул голову и, не сдержавшись, рассмеялся. Белла от громкого звука повела ушками.

— Вообще-то это была дриада, — выдавил я сквозь смех. — Предложила отдохнуть на своей заколдованной поляне по дороге в Тверд. Её зовут Лигея Розоцветная.

Белла напряглась, и в её глазах читался немой вопрос.

— Погоди, это та самая мать всех флоранов? Полубогиня, что дала жизнь всем цветочным созданиям?

Я только пожал плечами, ухмыльнулся и со смехом шлёпнул её по заднице. Не сильно, скорее игриво.

— Это то, о чём я хочу поговорить позже, — сказала она. — А пока рассказывай, как всё произошло?

Я криво усмехнулся, вспоминая.

— Ну, в общем, мы зажгли.

Моя кошкодевушка расхохоталась, грациозно поднимаясь на ноги. Её звонкий смех казался немного нервным, как будто она пыталась сбросить напряжение. Тряхнув головой, будто отгоняя назойливую мысль, она повела меня в спальню, ту, что рядом с нашей общей.

— Ладно, иди раздевайся, — сказала она, слегка подталкивая меня. — Я-то думала Заре помочь, а тут ты, так что я не совсем готова. Дай мне пять минут, ладно?

— Конечно, — ответил я, чувствуя, как приятная усталость разливается по телу. — Мне в любом случае пара минут не помешает, чтобы «перезарядиться». Если ты настроена на марафон, то надо подготовиться.

— Готовься, — Белла подмигнула, и в её глазах заплясали игривые искры. Она резко развернулась и почти бегом помчалась обратно в нашу хозяйскую спальню.

Я зашёл в другую спальню, скинул одежду, сел на край кровати и стал ждать. Меня, признаться, немного озадачило, что все девчонки прямо так и рвались на меня наброситься, стоило лишь переступить порог дома. А ведь я ещё даже не успел принять душ после утренней пробежки и ночи с Лигеей.

Не прошло и минуты, как она появилась в дверном проёме, широко улыбаясь и с энтузиазмом виляя хвостом.

— Хорошо, Артём, я готова! — выдохнула она.

— Погоди! — выпалил я, глядя на неё с восторгом. В груди что-то ёкнуло.

Белла замерла.

— Что? — спросила она неуверенно, слегка наклонив голову.

Я ухмыльнулся.

— Свет из дверного проёма просвечивает тонкую ночную рубашку, что на тебе, так что я вижу силуэт твоего тела сквозь ткань. — Моя улыбка стала шире. — Включая то, что ты голая снизу.

Белла рассмеялась лёгко, будто прозвенел колокольчик. — Артём! Ты же видел меня голой уже тысячу раз!

— И мне это никогда не надоест, — поддразнил её, чувствуя, как кровь приливает к лицу. Мои глаза скользнули по изгибам её беременного тела. — Ты выглядишь… чертовски сексуально.

— Правда? — её хвост задвигался быстрее. Она протянула руку и игриво провела по тонкой ткани. — Хочешь, я потанцую для тебя на свету?

Я почувствовал, как мой член дёрнулся от одной этой мысли, это было бы что-то невероятное, чувственное до дрожи.

— Позже, прямо сейчас мне хочется провести руками по твоему… сексуальному телу.

Кошкодевушка хихикнула и кинулась ко мне, стягивая на ходу ночную рубашку. С ходу запрыгнув ко мне на колени, она мигом оседлала меня.

Я провёл руками по её спине, затем ниже.

— И здесь.

— А здесь? — Белла снова хихикнула, прижав свою мягкую, словно подушка, грудь к моему лицу. От неё пахло домом, теплом и чем-то неуловимо сладким.

Мой член пульсировал в её мягкой киске, и я почувствовал, как по телу пробежала дрожь.

— Боги, ты нужна мне прямо сейчас! — пробормотал хрипло и глухо, едва сдерживаясь.

— И ты мне, — выдохнула Белла, прижимаясь всем своим невероятно мягким телом. — Тебя так долго не было… — она начала облизывать моё лицо мягким язычком, а затем глубоко поцеловала.

Я продолжал ласкать её тело, когда она прервала поцелуй и опустила мою голову между своими полными грудями. Я вдыхал чистый, такой родной аромат и наслаждался мягкостью её пышных холмиков, чувствуя, как каждый вздох наполняет лёгкие этим запахом.

Провёл губами по её нежной коже, и найдя твёрдый сосок, поцеловал его, затем взял в рот и нежно пососал.

Белла застонала ещё сильнее, её киска запульсировала, крепко сжимай в своих тисках мой член.

— Это невероятно, — задыхаясь, прошептала она, её возбуждение передавалось мне, пропитывая каждую клеточку моего тела. — Продолжай. Ещё!

Я переключился на другой её сосок и стал нежно его покусывать, лаская руками её нежное тело. Белла взвизгнула и прижала мою голову к своей податливой груди обеими руками. Пока я ласкал грудь, она стала двигаться, ритмично насаживаясь на мой член, а её киска сдавливала его, доставляя неимоверное удовольствие.

— Как же хорошо…

Я всегда находил кошкодевочку до одури сексуальной, но никогда не чувствовал к ней такой мощный, необузданный прилив желания. Несколько недель вдали от дома сделали своё дело, я соскучился по ней даже сильнее, чем мог себе представить.

Подруга продолжала двигаться вверх и вниз по моему члену. Шелковистые стенки влагалища крепко сжимали член, когда она поднималась, а затем Белла с хлюпаньем из-за вытекающих любовных соков опускалась. Прошла всего минута, может, чуть больше, прежде чем она издала жалобное хныканье и отчаянно схватила меня за голову. Её киска сжалась вокруг члена и завибрировала в оргазме.

Этого оказалось достаточно, чтобы новая волна жара прокатилась по всему телу, и я в очередной раз кончил, заполняя киску любимой.

Мы улеглись на кровати, и я притянул её к себе, нежно поглаживая. Зарывшись лицом в её чёрные волосы, что лежали между её ушками, я вдыхал чистый пьянящий аромат.

— За всю прекрасную жизнь, которую мы проведём вместе, и за всё, что ждёт нас в будущем.

После нескольких минут чистого удовольствия, когда мы просто лежали в объятиях друг друга, уши моей кошкодевушки настороженно дёрнулись.

— Похоже, Глория спит, а Зара уже готова принять тебя в нашей спальне, — сказала она, вскакивая с кровати и потянувшись за своей ночной рубашкой. — Я собираюсь познакомиться с новой подругой, которую ты привёл. Знаешь, мне нравится, как она красиво пахнет!

Я не мог не рассмеяться над этим:

— Ты чувствуешь запах красоты?

Она засмеялась, глядя на меня с лёгким укором:

— Конечно. Я окружена им повсюду в нашей семье. Это как приятные тёплые объятия для моего носа.

Ну, каждый день узнаёшь что-то новое. Я поднялся и обнял Беллу сзади, нежно поддерживая её большой живот обеими руками и целуя в шею.

— И она ещё красивее внутри, — пробормотал я.

— М-м-м, — моя кошкодевушка удовлетворённо прижалась ко мне, затем резко отстранилась, чмокнула меня в губы и исчезла за дверью. — Увидимся позже!

Я подумывал над тем, чтобы одеться, но потом решил, что это как-то бессмысленно, ведь уже через тридцать секунд я снова окажусь в постели, но уже с Зарой. Однако я потратил минуту, чтобы намочить тряпку в умывальнике у двери и быстро вытереться, а затем, улыбаясь от предвкушения, нырнул в коридор и направился прямиком в главную спальню.

У меня перехватило дыхание, когда я увидел свою прекрасную гоблиншу, практически потерявшуюся посреди огромной кровати. На ней была та самая кожаная туника, которую я сшил для неё давным-давно, в день нашей первой встречи. Я даже не подозревал, что она до сих пор её хранит, и, честно говоря, не возражал бы, если бы она её выбросила; сейчас туника выглядела грубовато и сидела на ней словно мешок.

Но самое примечательное вовсе не это. Камень перевода, который она всегда носила на шее, лежал на кровати рядом с ней. Я тут же понял, почему. Зара села, посмотрела на меня и одарила торжественной, слегка застенчивой улыбкой.

— Ночные штучки, Зара? — пробормотала она, и её голос прозвучал как далёкое эхо из прошлого.

В одно мгновение я вернулся в те дни, когда мы только вдвоём вместе открывали этот мир и систему уровней.

Член мгновенно дёрнулся, отвечая на такое знакомое приглашение, от которого не хотелось отказываться, а просто брать и любить до одури, до полного изнеможения. Ствол напрягся и начал расти, пока не стал твёрдым и готовым на новые подвиги.

Моя гоблинша жадно смотрела на него, её большие, жёлтые глаза скользили по моему телу. Она покраснела от желания и, не теряя ни секунды, сняла тунику и отбросила её в сторону.

Настала моя очередь любоваться её великолепным хрупким телом. Её непропорционально большая грудь стала ещё больше от того, что она теперь кормила молоком нашу дочку. Её фигуре позавидовала бы любая студентка.

Её красивое лицо было с острыми, почти хищными чертами, а желтые глаза были полны такой глубокой любви и желания, что у меня перехватывало дыхание. Её киска блестела от любовных соков и возбуждения.

Зара взяла камень перевода, повесила его обратно себе на шею, а затем протянула мне маленькую руку.

— Осмелишься, Зара? — пробормотала она с улыбкой, в её голосе звенела игривость.

После нескольких недель разлуки я чувствовал такую же острую потребность в ней, как и в остальных, но после того, как уже кончил три раза подряд, не спешил. Наоборот, мне хотелось насладиться по максимуму каждым мгновением.

Я забрался на кровать, подобрался к ней и притянул к себе для страстного поцелуя. Хотя поначалу Зара не совсем понимала, что такое поцелуи и зачем они нужны, теперь она стала в этом не только экспертом, но и получала от них огромное удовольствие. Её губы были сладкими и требовательными.

Моя гоблинша застонала и потёрлась о меня своим телом, её маленькие ручки пробежали по моему животу, груди, плечам и рукам, исследуя каждый сантиметр. Я также жадно ласкал её большую грудь, проводил руками по плоскому животику и сжимал маленькую круглую попку. Её кожа казалась слегка скользкой, но невероятно мягкой и тёплой.

Быстро стало ясно, что Зара торопилась больше, чем я.

Не давая мне времени сориентироваться, гоблинша вскарабкалась на край кровати и встала на четвереньки, глядя на меня стеклянными от вожделения глазами.

— Возьми меня, — прошептала она, её голос звенел от нетерпения.

Не теряя времени, я перекатился на кровати и встал на ноги. Кровать имела идеальную высоту, чтобы я мог с удобством расположиться напротив маленькой киски Зары и начать входить в неё, наслаждаясь лёгкостью, с которой член проскользнул сквозь складки и погрузился глубже.

Зара вскрикнула и оттолкнулась от меня, хотя более половины длины моего члена всё ещё оставалось снаружи. То, как ширина моего члена растягивала её крошечные складки, пока они не образовали бледное кольцо, сжимающее мой член, казалось безумно сексуальным, но совершенно безопасным и приятным для нас обоих.

До одури приятным. Я ускорил толчки, схватив её маленькие бёдра и притянув обратно к себе.

Она сходила с ума от удовольствия, дрожа от оргазмов и заливая сквиртом мои бёдра. Её руки ослабли, а лицо прижалось к одеялу. Её киска сжала мой член и сокращалась так сильно, что стало трудно продолжать двигаться внутри неё, а стоны Зары сводили меня с ума, и их не могли заглушить ни подушка, ни постельное бельё…

Даже после трёх окончаний подряд тугая киска Зары быстро довела меня до оргазма. Я полностью поднял её с кровати, поддерживая руками, вбил член на максимальную длину в её киску и кончил, заполняя её без остатка…

Зара вопила от оргазмов и кайфа, её тело содрогалось в целом потоке конвульсий. Наконец мы рухнули на постель, и я сгрёб гоблиншу в охапку, чувствуя, как она подрагивает всем телом в моих жарких объятиях. Обессиленная, такая любимая и такая желанная.

— Я скучал по тебе, Зара, — пробормотал, уткнувшись носом в пушистые чернильно-чёрные волосы.

— И я люблю тебя, моё сердце, моя душа, — сказала она между тяжёлыми вдохами голосом, полным искренней нежности. — Я рада, что ты вернулся, и мы можем оставить этот кошмар с Фендалом позади.

Мы обнимались несколько минут, затем моя гоблинша неохотно вылезла из моих рук и села. Я усмехнулся.

— Пришло время отправить меня на поиски Ирен? Или сначала Мии?

Зара улыбнулась:

— На самом деле они обе более терпеливы, чем все мы вместе взятые, к тому же они пока заняты общением с Лили. Так что сначала обед. Давай примем душ, и я применю Очищение.

Я моргнул, пытаясь переварить информацию.

— У нас появился душ? — я собирался установить один из них как можно скорее, но никто из девушек им не особо не интересовался. Зачем какой-то душ, если есть шикарная ванна? Видимо, я что-то пропустил.

Зара звонко и заразительно рассмеялась:

— Ты думал, мы сидели, сложа руки, пока тебя не было? Ирен и Лейланна придумывали, как обеспечить дом горячей водой и отоплением зимой.

— А крытый бассейн в углу? — спросил я, чувствуя, как на лице появляется глупая улыбка.

— Это сюрприз. И далеко не единственный, — она потянула меня за руку. — Любимый, давай собираться. Личные встречи пока закончились, и теперь пришло время всем отпраздновать твоё возвращение.

Глава 29

За столом в гостиной негде было присесть. Вновь напрашивалась мысль о скором ремонте. Придётся расширять столовую, да и стол заказывать внушительнее, иначе мои девчонки и возможные гости сюда просто не поместятся.

Все мои невесты уже ждали нас, их лица сияли от радости. Рядом с Ирен примостилась Лили. Она явно только что вышла из купальни и облачилась в шикарное белое платье, а белые ленты украшали её длинные серебряные косы. Чёрт, сколько дней уже провёл с этой милой кунидой, а всё равно каждый раз ловлю себя на том, что не могу отвести от неё глаз. Лили поймала мой взгляд и смущённо улыбнулась, поправив очки, и эта милота пронзила меня в самое сердце.

Илин перехватил меня прямо у двери и хлопнул по спине, широко улыбаясь. С его плеч словно спала тяжкая ноша.

— Рад тебя видеть, друг мой!

Я сжал его руку в ответ.

— И я тебя. Спасибо, что присмотрел за моими, пока я мотался по делам. Ты настоящий друг!

Следующей с объятиями подошла Амализа. Я мельком отметил, что она заметно окрепла, прибавив пару уровней с нашей последней встречи. Зара, стало быть, не соврала, девчонки тут не теряли времени даром, пока я отсутствовал.

Меня окружили остальные невесты, сжали в тесных объятиях, заполнив воздух весёлым гомоном, и потащили к столу, усадив на почётное место. Ирен тут же без лишних церемоний устроилась у меня на коленях. Ну, жаловаться я точно не собирался, даже если нам обоим из-за этого будет не слишком удобно есть. Ерунда, справимся.

Я заметил, что невеста слегка дрожит, и притянув поближе, поцеловал её в макушку.

— Эй, ты как? В порядке?

Она кивнула, хотя её огромные зелёные глаза наполнились слезами.

— Я так за тебя волновалась… это было ужасно.

Меня это немного удивило. Честно говоря, не ожидал.

— Я-то думал, Мия тебе первой всё доложит, что со мной полный порядок. Она же наша связь с… Ну, ты поняла.

Ирен снова кивнула и положила горячую ладошку мне на щёку.

— Но находиться там совсем одному, бояться за нас, не знать, всё ли с нами хорошо, и тащить на себе этот груз… Это так ужасно!

Так-то оно так, но уж лучше я один это бремя потащу, чем мои близкие станут из-за меня изводить себя.

— Да я занимался решением проблемы, и не было времени, чтобы предаваться унынию и погрязать в страхах, — буркнул я, озвучив лишь половину правды, и поспешил сменить тему, пока не выдал себя. — Как тут у вас дела? Я смотрю, вы тоже не скучали, пока я отсутствовал. И работники у нас новые…

Лили тут же покраснела, а потом её брови сошлись на переносице, когда она поняла, что я не только её имел в виду.

Ирен кивнула, подхватывая разговор.

— Да! Джохар, его жена Анна, их дочка Настя и сын Хар. Марона указала мне и Илину на их бедственное положение, — жрица болезненно поморщилась, и я понял, что история там не из приятных. — Они крепостные из Харалдарской провинции, недалеко от столицы. Их барин захотел присвоить их плодородные земли, ну и других арендаторов тоже, чтобы потом сдавать их повыгоднее, вот и начал душить жителей непомерными налогами. Когда семьи стали разоряться и не смогли платить, он, мерзавец, не упустил возможности продать их в рабство как должников.

Я аж зубами скрипнул от злости. Гадина!

— И что, они даже сбежать оттуда не могли?

— Многие смогли и уехали, что жадного негодяя вполне устраивало, именно этого он и добивался, — Ирен нахмурилась, в её глазах застыла тихая ярость. — А продажа рабов для дополнительной прибыли стала для него просто неплохим дополнением, — она неопределённо кивнула в сторону гостевого дома. — Итак, Джохара и его семью увезли на север всех вместе, но там хотели разделить и продать поодиночке. Я их выкупила и пригласила сюда, в поместье.

— Рад, что ты смогла их спасти, — сказал я, крепче прижимая к себе Ирен. Горжусь ею! — Значит, они пока выполняют обязанности прислуги?

— Ну, на первых порах да, хотя надеются весной заняться фермерством, как арендаторы.

— Отлично, — я наклонился и нежно поцеловал её. — Знаешь, если честно, я тут подумываю… Может, это и слишком оптимистично, но вполне себе представляю, как мы тут целую деревню основываем, где освобождённые рабы смогут начать новую жизнь. Пусть люди обретут все шансы, которых они достойны. Может, даже прикупим ещё земель вокруг.

Мои слова вызвали целый хор одобрительных возгласов. Девчонки у меня боевые, всегда за любое начинание.

Тут в столовую буквально ворвалась Самира с огромным подносом. Зара и Амализа тут же бросились ей помогать подавать остальное. Самира, как всегда, потрудилась на совесть, наготовила столько, что хватило бы накормить небольшую армию. Просто настоящий пир горой!

Я только и мог что посмеиваться, глядя, как мои невесты накладывают мне на тарелки здоровенный стейк, гору овощей, пышный хлеб с маслом и сыром, салат, нарезанные фрукты и, конечно же, целую гору пирогов и пирожных. К счастью, Ирен с энтузиазмом взялась помогать мне всё это уничтожать, да ещё и время от времени игриво кормила меня с ложечки. Ну не прелесть ли?

За столом царило веселье, хотя без мрачных ноток не обошлось. Мы поговорили о битве на поле Мароны, я подробно рассказал о своей поездке в Тверд и о том, чем там занимался. Потом обсудили улучшения в поместье, включая успехи в деревне племени Мстительных Волков, и вообще кто что делал, пока я разбирался с Фендалом.

— И что теперь? — спросила Лейланна, когда дело дошло до десертов. Голос её звучал ровно, но в нём чувствовалось нетерпение. — Опасность, похоже, миновала. Мы можем вернуться к тому, что планировали. С чего начнём?

Я помедлил, оглядывая всех за столом. Какая ответственность!

— Ну, во-первых, Марона пригласила меня сопроводить её в Тверд в начале года, где я собираюсь подать прошение о посвящении в рыцари. Но, если честно, не уверен, хочу ли оставлять Беллу так скоро после того, как она родит. Малышам отец нужен.

Мои невесты быстро переглянулись, потом все одновременно уставились на Ирен. Она вздохнула, но сказала с непоколебимой уверенностью.

— Тебе нужно ехать. Марона уже всё подготовила, и шанс получить дворянский титул открывает огромные возможности как для нас всех, так и для наших детей, которые его унаследуют. Это важно, Артём.

Белла серьёзно кивнула.

— Я всё понимаю, это неизбежно. Дети пару недель без папы как-нибудь справятся, — тут она резко оживилась, даже вздрогнула от возбуждения. — Кстати, насчёт наследования дворянских титулов! Ирен тут получила…

— Ш-ш-ш! — одновременно зашипели четыре другие мои невесты за столом. Лили выглядела совершенно сбитой с толку, Илин хитро ухмыльнулась, а Амализа тихонько хихикнула.

Я в полном недоумении переводил взгляд с одной на другую. Что это за секреты?

— Что происходит, девчонки? Рассказывайте!

— Родной мой, — сказала Ирен, наклоняясь и целуя меня в щёку. — Давай пока договоримся, что ты поедешь. И скорее всего раньше, чем рассчитываешь, чтобы не пришлось потом мчаться по снегу сломя голову, пытаясь успеть вовремя.

Я криво усмехнулся. Чёрт, она меня будто насквозь видит! Я действительно подумывал именно о таком варианте.

— Кроме того, — оживлённо продолжила она, — Мароне нужна компания хотя бы на часть пути, а мы перед ней в долгу. В большом долгу, — она оглядела остальных. — Посмотрим, кто ещё захочет тебя сопровождать, но будь уверен, я поеду точно.

— И что ещё? — не унималась Лейланна. — Это же только через полтора месяца. А до тех пор что делаем? Не бездельничать же!

Все уставились на меня. Теперь слово за мной.

— Ну для начала давайте обсудим, кто чего хочет, — предложил я. — Лично я планирую за это время поднять как минимум три уровня, а в идеале и все все пять. И, само собой, подкопить достаточно золота, чтобы семья зимой ни в чём не нуждалась. Это программа-минимум.

Ирен осторожно вставила:

— Думаю, тебе также стоит поставить себе приоритетной задачей уничтожить ещё пятерых монстров, рассчитанных на группу, и получить достижение «Защитник Бастиона». Это общественное достижение, и оно очень пригодится, когда поедешь подавать прошение о рыцарстве. Весомый аргумент.

Я невольно вздрогнул от неожиданности, когда прямо передо мной в воздухе возник текст:

Предлагается квест: Испытание. Верховная жрица Ирен от Безымянной дала Вам непростую задачу: убить пятерых монстров, рассчитанных на группу, до конца года.

Я рассмеялся, кивнув.

— А ты хитра, Ирен! Только что подсунула мне квест!

Все тут же заинтересованно подались вперёд, пока я описывал им системное сообщение, а потом дружно рассмеялись.

— Похоже, мировая система сомневается, что ты справишься, — сказал Илин. — Но я бы на это не поставил. Против тебя точно нет.

Ирен подождала, пока веселье немного уляжется, и снова взяла слово, оглядев всех:

— Что касается моих планов, то могу взять Илина, Амализу и Лили и помочь им повысить свои уровни. Сильный Чародей и искусный Кожевенник — это залог того, что мы сможем создать мощное снаряжение для Артёма, Зары, Беллы и Лили. А с помощью моих чар и подходящих материалов Зара сможет сделать неплохую экипировку для себя, Илина, Лейланны и Амализы, — она криво усмехнулась. — А там, кто знает, может, к нам и портной со временем присоединится. Это было бы очень кстати.

Зара откашлялась, на её лице отразилась смесь сожаления и твёрдой решимости.

— Не стоит ставить снаряжение для меня приоритетом. Думаю, мои дни приключений подошли к концу. Я хочу сосредоточиться на Глории и других детях, которые у нас с Артёмом ещё появятся.

Белла с неохотой кивнула.

— То же самое и со мной, по крайней мере на какое-то время. Я всегда мечтала стать матерью, растить детей от человека, которого смогу полюбить всем сердцем. В моей жизни со старым хозяином и так хватило «веселья», а за те годы, что прошли до встречи с Артёмом… Иными словами, просто хочу всю свою страсть и энергию вложить в семью.

Она сделала паузу…

— Хотя… Снаряжение мне всё-таки сделайте, хочу находиться в форме, чтобы защитить свой дом и близких, если придётся. Всякое может случиться.

Я ничего другого и не ожидал от моей нежной, но яростно защищающей своих Беллы.

— Тогда, полагаю, и мне стоит обзавестись снаряжением, на всякий случай, — согласилась Зара, хотя по её тону стало ясно, что использовать его она планирует только в самом крайнем случае.

— Возвращаясь к развитию Амализы и Лили, — сказал я, перехватив инициативу. — Думаю, вам стоит взять Домашнюю Метку. Мне она для путешествий особо не нужна, а если Ирен и Амализа воспользуются ею, чтобы каждый день возвращаться домой, то Илин и Лили смогут гораздо быстрее добираться обратно своим ходом. Это значительно сэкономит всем время и силы.

— По-моему, отличный план, — одобрила Амализа.

— И я так считаю, — согласилась Ирен. — Мы обе достаточно миниатюрные, чтобы вдвоём на одной лошади, а на обратном пути забирать её с собой, используя Метку.

— Ну, а мои планы, думаю, никого не удивят, — подала голос Самира. — Я останусь здесь и сделаю всё возможное, чтобы наша усадьба стала для всех уютным домом. А когда выкрою свободное время, буду навещать деревню своих родичей и помогать им чем смогу, — она положила руку на живот и с нежностью посмотрела на меня. — И, конечно, буду верной подругой Артёму и преданной матерью нашим детям.

Лейланна фыркнула, но беззлобно.

— Если честно, мне совершенно не хочется без особой нужды выходить на мороз. Да и в любом случае мне нужно находиться поблизости, чтобы поддерживать систему отопления, я каждый день трачу на это значительную часть своей маны. Хотя, разумеется, я поеду с Артёмом в Тверд в качестве его ж… — она резко осеклась, виновато огляделась по сторонам, а затем поспешно поправилась, — его невесты.

Я решил не заострять внимание на этой оговорке, хотя в голове мелькнула мысль, неужели неопределённая дата свадьбы, которую так долго обсуждали мои невесты, наконец-то назначена? Это любопытно.

— Кстати, насчёт системы отопления, — сказал я. — Что вы там, девчонки, в итоге придумали? Мне очень интересно.

Красавица-эльфийка, Лейланна, слегка покраснела.

— Ну, я развила твою идею по окраске баков с горячей водой на крыше в чёрный цвет. Вода в них остаётся тёплой даже после захода солнца, и чем её больше, тем дольше сохраняется тепло. Всё просто.

Я понимающе кивнул. Действительно логично.

— Значит, используешь что-то вроде теплоаккумулятора?

Она кивнула.

— Это помогает, но даже полные баки не будут оставаться горячими весь день. Обычно мне приходится подогревать их вечером, если нужна горячая вода, или ждать до полудня, чтобы солнце снова их нагрело.

Она улыбнулась Ирен, сидевшей у меня на коленях.

— А что касается отопления дома, то тут Ирен помогла мне разобраться, посоветовавшись с Морганом. Мы этим очень гордимся. Мы выкопали подвал под поместьем и поместили туда огромный камень. Он настолько массивный, что тепла, которое я в него закачиваю, хватает почти на целый день, а в замкнутом пространстве оно рассеивается очень медленно.

— И тепло просто поднимается сквозь половицы? — уточнил я, пытаясь представить конструкцию.

Ирен рассмеялась.

— Нет, конечно. Я позаимствовала кое-какие идеи из того, как люди делают на Земле… — она бросила быстрый взгляд на Лили и изменила фразу, — в системах отопления с подземными камерами.

Она указала на стену, и я аж вздрогнул, узнав вентиляционное отверстие.

— Мы установили целую систему воздуховодов, подключённую к отапливаемому подвалу. А в кладовке прямо над ним у нас стоит ещё один насос, соединённый с вентилятором, который гонит горячий воздух снизу по всему дому. Всё продумано до мелочей!

Я присвистнул, искренне впечатлённый. Вот это инженерная мысль! Я всё ещё бился над оптимальной системой, а они, оказывается, всё сделали, пока отсутствовал всего пару недель.

— Вы обе просто потрясающую работу проделали! Браво, девчонки, я в восторге!

Белла радостно захлопала в ладоши.

— И что самое приятное, всё это связано с новой бильярдной для… — на этот раз она сама оборвала себя на полуслове, не нуждаясь в напоминаниях остальных. Похоже, секрет строго охранялся.

Я усмехнулся.

— Ладно-ладно, я с удовольствием подожду, какой бы там сюрприз вы ни готовили, интриганки.

Мои невесты переглянулись.

— Вообще-то сейчас, похоже, самое подходящее время, — сказала Ирен, выступая вперёд и улыбаясь мне своей особенной, чуть загадочной улыбкой. — Девочки?

С радостным визгом Зара вскочила со стула и метнулась к ближайшему комоду, выдвинула ящик и почти благоговейно извлекла оттуда пачку бумаг. Она поднесла их мне, её глаза сияли так, словно она вручала мне ключи от королевства.

— Что это? — спросил я, наклоняясь, чтобы поцеловать её в щёку, и принимая бумаги. Все вокруг только загадочно ухмылялись, так что я начал читать.

И тут мои глаза расширились от изумления. Я ошарашенно посмотрел на Ирен, уверенный, что сделать такое могла только она. Моя жрица снова выступила вперёд и одарила меня той самой ослепительной улыбкой, от которой у меня всегда становилось тепло на сердце.

— Как⁈ — только и смог выдохнуть я. — Я же думал, что бюрократия в Харалдаре — это безнадёжное дело, и у нас нет ни одного нужного документа! Это же… Это просто невероятно!

Белла подошла и с энтузиазмом стиснула в объятиях нашу рыжую жрицу, истинного гения в бумажных делах.

— Наша Ирен просто удивительная! — с гордостью сказала она. — Хотя, конечно, без помощи Мароны мы бы тоже не справились.

Я разложил бумаги на столе, всё ещё не веря своим глазам. Официальные документы, подтверждающие мой брак с Зарой, Беллой, Лейланной, Самирой и Ирен, и узаконивающие всех наших детей как моих наследников. Подписано баронессой Мароной О’Мэлли из Тераны, действующей от имени герцога Бастиона как представителя короля Харалдара. Всё оформлено по всем правилам.

Пока я перечитывал каждую строчку, не в силах поверить, мои женщины собрались вокруг, сжимая меня в тёплом кругу своих объятий. Меня окружали сияющие улыбки и глаза, блестящие от слёз и любви. Именно в такие мгновения осознаёшь истинный смысл жизни.

— Мы вообще-то собирались подождать до свадьбы, чтобы показать тебе это, — сказала Лейланна, уткнувшись носом мне в макушку. — Но мы все так переволновались, что просто не могли больше сдерживаться!

Лили восторженно захлопала в ладоши, её глаза за большими очками в проволочной оправе светились неподдельным счастьем.

— Ах, это так романтично! Я так счастлива, что оказалась здесь и всё это увидела своими глазами!

Глава 30

Снова пробежался взглядом по этим проклятым бумагам. В голове гудело, словно в ней застрял неисправный паровозный гудок.

— Значит, мы теперь все женаты⁈ — билось в мыслях. Конечно, я искренне радовался за Зару, чьё положение наконец-то обрело официальный статус, и за Глорию, теперь мою законную дочь в глазах всего Харалдара. Да и за остальных тоже, хотя они не в таком зыбком положении. Всё это правильно, логично, даже, мать его, благородно. Но, блин, новость свалилась разом.

Ирен, видимо, прочитала мои мысли или просто почувствовала внутренний ступор, в который я впал. Наклонившись, она поцеловала меня в висок тепло, с лёгким, почти неслышным смешком. От неё пахло чем-то таким знакомым, домашним, что даже в этой ошарашенности накатило мгновенное спокойствие.

— Нам всё равно нужны обе подписи на всех бумагах, заверенные Мароной или кем-то из её людей, — негромко произнесла она, легонько толкнув меня в плечо. Этот жест красноречивее слов говорил «успокойся, Артем, не дёргайся». — Что, собственно, и произойдёт на нашей общей свадьбе.

Вот те на! Ещё одна новость, от которой меня внутренне передернуло, аж зубы свело. Общая свадьба⁈ Ни хрена себе! Это уже не КАМАЗ кирпичей, это целая стена.

Зара, как всегда, не стала тянуть. Спокойно, без лишних эмоций, добавила:

— Мы ещё выбираем дату, но чем раньше, тем лучше, по мне так.

Прагматично до зубовного скрежета. Никаких тебе романтических вздохов, лишь чистый расчёт. И, наверное, это всё-таки правильно.

Я кивнул.

— Оставляю это на вас, девочки. Вы же всё равно основную возню берёте на себя, — буркнул я, листая бумаги дальше. Странное тепло расползалось по груди, пока я читал там имена своих… жён? Своих женщин. Этот вопрос повис в воздухе, не давая покоя. Взгляд скользнул по самому последнему листу, и я замер, увидев одну фамилию. В самом низу. Сердце ёкнуло.

Ирен, судя по всему, почувствовала, как я напрягся. Мои мышцы будто окаменели. Она проследила за моим взглядом и едва заметно вздрогнула.

— Ой! Думала, я её отложила, — прошептала она, в её голосе проскользнула неловкость. Она потянулась за бумагой, но я быстро, чисто инстинктивно перехватил лист в другую руку. Держа бумагу подальше от коротких рук Ирен, торопливо читал. Слова расплывались перед глазами, смысл улавливался нечётко, доходя до мозга постепенно, как бы издалека. Только потом, когда перечитал повторно и всё понял, отдал ей шестое свидетельство. По её лицу, по тому, как она отвела взгляд, понял, поздно. Она уже знала, что́ я там увидел, и что это значило.

— Триса, — произнёс я. Голос показался мне каким-то чужим, но звучал ровно. Русалка. Та самая, с которой… Ну, вы поняли. В борделе Ирен ещё в Кобране. В воспоминании всплыла влажная кожа, эти странные глубокие глаза… Чёрт!! Это было… деловое свидание. Не более того. Рабочий момент так сказать. Никаких обязательств, никаких далеко идущих планов.

Жрица выступила вперёд, словно пытаясь разнять драку, хотя никакой драки и в помине не намечалось. Напряжение в столовой сгустилось настолько, что его можно было резать ножом.

— Знаешь, — Ирен, как всегда, действовала эффективно, — если уж заниматься бюрократической волокитой, как ты её назвал, Артём, то лучше сразу подготовить все документы, какие могут понадобиться, даже если мы пока не планируем ими пользоваться.

Говорила она спокойно, рассудительно, но мне от этого легче не становилось ни на йоту, только ещё сильнее хотелось врезать кому-нибудь.

Я окинул взглядом остальных, Зару, Лею, Самиру, Беллу, Амализу. Илин стоял чуть в стороне, словно не при делах. Лица у всех непроницаемые, будто каменные маски. Покерфейс, мать их! Будто так и надо, блдь! Только маленькая Лили выглядела такой же ошарашенной, как я. Глаза широко раскрыты, ушки прижаты к голове. Её растерянность хоть как-то соответствовала моему состоянию.

— Значит, крытый бассейн для неё? И спальня? — выдавил я, пытаясь зацепиться за что-то материальное, за быт, который хоть как-то можно осмыслить в этом аду.

Богиня спокойно кивнула. Её взгляд был таким же безмятежным, как летнее озеро.

— Помнишь, когда мы с Ирен только пришли к тебе, мы говорили, что Триса присоединится к нашей… семье?

— Я такого вообще не помню, — отрезал я. Голос прозвучал резко, почти зло, и сказал я чистую правду. У меня, чёрт возьми, чертовски хорошая память на такие вещи, особенно на то, что касается женщин, а тем более Трисы. Время, проведённое с ней, было… запоминающимся, да, но совершенно в другом ключе. А уж такое я бы точно не забыл! Мой мозг, привыкший к выживанию, фиксировал каждую мелочь, и такой момент он бы не пропустил.

Ирен замялась, словно подыскивая нужные слова.

— Ой, ну мы собирались это сделать, но потом всё пошло наперекосяк из-за твоих сомнений насчёт того, что мы делим тело Ирен. Хотя я могла бы поклясться, что упомянула, что собираюсь послать Л… — оборвав себя на полуслове, она метнула взгляд на Лили, которая сидела рядом. Та вздрогнула, уловив что-то не то. — Открылось много возможностей для новых женщин, которые могут присоединиться к нашей семье, — быстро добавила Мия, пытаясь сгладить неловкость что уже висела в воздухе. — Триса в этом списке на самом верху, и я очень о ней забочусь.

Богиня резко подалась вперёд. Её лицо стало молящим, глаза наполнились беспокойством, почти отчаянием.

— Поверь, Артем, даже если ты пока не знаешь её по-настоящему, я уверена, ты её полюбишь. Она одна из моих самых близких подруг, одна из самых добрых и милых людей, каких я знаю!

Она замялась, словно собираясь с силами, а потом добила, словно выстрелив прямо в лоб:

— Кроме того… ты же помнишь, что она носит твоего ребенка?

— Благодаря ещё одной вещи, о которой ты не соизволила мне сказать, — пробормотал я, растирая лицо руками. В висках застучало так, будто там работал отбойный молоток, телу стало горячо, кровь прилила к голове. Дело не в том, что я… Я имею в виду, она мне очень нравилась, когда… — оборвал себя на полуслове. Не мог же я напрямую сказать «платил за то, чтобы её трахнуть»? Сейчас это звучало до отвращения паршиво, низко. — Просто это… Это намного серьёзнее всего остального, — голос стал жестче, глуше, словно я говорил, не разжимая челюсти. — Не каждый день узнаёшь, что женат почти на совершенно незнакомом человеке, которого видел всего один раз в борделе!

— Бумага вступит в силу только после того, как вы оба подпишете её, Артём, — настаивала Ирен, её голос дрожал, но в нём чувствовалась упрямая решимость. — Все эти бумажки… Они ничего не значат, пока не станут официальными. У тебя ещё достаточно времени, чтобы влюбиться в неё, прежде чем ты что-нибудь решишь. А я знаю, что ты это сделаешь.

Её слова, вроде бы успокаивающие, звучали как дешёвая отмазка. Будто это хоть как-то решало проблему, будто я какой-то идиот, которого можно обвести вокруг пальца.

Мой ошарашенный, еле соображающий мозг зацепился за что-то ещё из её слов. В глазах потемнело, сердце забилось чаще, загрохотало в груди.

— Подожди. Что ты имела в виду под «все эти»? Есть ещё сертификаты, которые вы составили? — голос стал каким-то… безумным, сорвавшись на хрип. — Кто ещё, мать вашу⁈

Её глаза на мгновение метнулись в сторону, туда, где сидела Лили с расширенными от ужаса глазами. Меня передёрнуло.

— Ладно, возможно, мне следовало подождать, пока они понадобятся, чтобы их оформить, — призналась Мия, потупившись и теребя подол своего платья. — Но я ничего такого не имела в виду, просто это очень муторный и долгий процесс. И если это всё равно должно произойти, или хотя бы есть вероятность… Я подумала, что можно было бы… — её голос затих, звук повис в воздухе, полный невысказанных оправданий.

Кошкодевушка жалобно пискнула, уловив витающую в воздухе опасность. Я встал и вышел из столовой в прихожую почти бегом.

— Нужно это всё… переварить, — пробормотал себе под нос, чувствуя, как внутри всё кипит. Или просто сбежать на хрен! Потянулся к снаряжению, висевшему у стены. — Мой лук сюда вернули? — спросил я в пустоту, голос предательски хрипел.

— Артём! — взмолилась Белла, стоя в дверном проёме. Её хвост был опущен, уши прижаты, а в глазах читалось неподдельное страдание. И она не единственная сейчас смотрела на меня с виноватой тоской. Все понимали, что перегнули палку, и перегнули знатно.

Ах, вот он! В углу, прислонённый к стене. Приятно, что Илин не забыл его привезти. Знакомая тяжесть лука в руке успокаивала, давала опору. Рассеянно поцеловал Беллу в макушку, когда она подошла ближе, уткнувшись мне в бок. Снял с крючка у двери самый толстый плащ, тяжёлый, пропахший дымом костров и дорожной пылью. Накинул его, чувствуя, как суровый материал тяжестью ложится на плечи, и шагнул прямо в объятия начинающейся метели. Холодный, пронизывающий ветер, ледяные снежинки в лицо. Вот это понятно. Просто. Чётко. Без двойных смыслов. Проще, чем все эти бумажки и неожиданные жёны.

Внутри всё зудело, подсказывая, «стой, дурак. Надо сесть, поговорить по-человечески». Но какой, к чёрту, разговор⁈ Я последние недели пахал как проклятый, рисковал своей шкурой, чтобы вернуться сюда, в покой, в тепло, к своим… А они что? Пока меня не было, устроили тут подпольный свадебный салон⁈ За моей спиной, тихонечко, по-семейному решили, как мне жить дальше. Вот это номер! Вот это, сука, подстава!

Раньше да, они помогали. Подталкивали, когда я по Валинору мотался, мол, смотри, Артем, вот это человек, с которым тебе по пути. И мы шли навстречу друг другу сами, потому что искали одно и то же. Это было… По-настоящему, что ли? Мы находили счастье вместе, шаг за шагом, без принуждения.

А это что такое, мать вашу⁈ Притащить кого-то и буквально столкнуть лбами, ожидая, что я тут же рухну без чувств и скажу «да, беру!»? Даже с Ирен… Она просто пришла и поставила меня перед фактом «я теперь часть твоей жизни». Ни «можно?», ни «как ты смотришь на это?». Просто бац и всё! Как свалилась на голову, так и осталась без права на обжалование.

С Мией… Ну, тут сложнее, конечно. У нас уже были отношения, когда она появилась. Но… Чёрт! Я не могу сказать, что жалею, что они вообще появились в моей жизни. Мия, Ирен… Я люблю их, по-настоящему люблю. Это не пустые слова, это сидит глубоко, в самых кишках.

Но моё отношение к ним не отменяет того, что они вытворили. И дело не только во мне. Вот Лили, например. Она что, о таком «сказочном романе» мечтала? О том, что её сюда подтолкнут, как теленка на бойню, а потом выяснится, что на неё уже бумажка о браке выписана с мужиком, которого она едва знает? Это не сказка, это какой-то триллер с элементами фарса!

Это уже перебор!

Когда я про свою грёбаную плодовитость не знал… Ну да, идиот. Спал с женщинами, думал, всё чисто, а по факту… Чёрт, сколько раз я мог их подставить? Моя вина, конечно, надо было смотреть параметры внимательнее, пробивать их, как говорится. Но это… совсем другое. Мия же обещала! Клялась, что не полезет в мою жизнь, не станет дёргать за ниточки, как марионетку. Говорила, хочет, чтобы я сам решал, сам ошибался, сам добивался всего, чтобы я был собой, настоящим. И что в итоге? Залезла по самые гланды, как говорится. И теперь вот это…

Хотелось рвануть куда-нибудь… в лес, к монстрам. Там всё просто и понятно: или ты его, или он тебя. Чётко, без заморочек. Отличный способ мозги прочистить и пар выпустить, когда внутри всё клокочет. Но за окном метель. Снег валил стеной, ветер такой, что я чувствовал, как он сквозь стены пробирается ледяными пальцами. Даже в плаще, тут, под крышей, холод как-то по-особому пробирал до костей. Знобило. Возвращаться туда, откуда только что сбежал, вообще не тянуло. Ни капли. Пусть там тепло, но атмосфера… Напряжение висело в воздухе плотное и удушающее. Пошёл в сад. Хоть там тишина, и снег всё прикрыл, словно белым покрывалом. Добрался до того места, где мы Астерию посадили. Присел рядом. Посижу тут, подумаю.

Я только криво усмехнулся. Свернуться сейчас калачиком в тёплой и безопасной норе под землёй звучало просто идеально. Подальше от всего этого балагана.

Вдруг хруст снега за спиной. Я сразу напрягся, рука инстинктивно дёрнулась к поясу, где висел кинжал.

Content

Искатель — 9

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Глава 20

Глава 21

Глава 22

Глава 23

Глава 24

Глава 25

Глава 26

Глава 27

Глава 28

Глава 29

Глава 30