Элли Эрнест

Города дыма и звёзд

Alli Earnest

Cities of Smoke and Starlightde

* * *

Copyright © 2022 by Alli Earnest

All rights reserved

Front Cover Art by Deandra Scicluna @dealunart (ArtStation)

© Елена Музыкантова, перевод, 2025

© ООО «Издательство ACT», 2025

* * *

Посвящается Джейсону и Джоуи

Часть I

Миссия

Глава 1

Лучший звезданутый[1] пилот

Кейс

Дождь размеренно стучал по кожаной куртке Кейса Шекли. Он носил ее выпятив грудь и расправив плечи – как-никак честно заработал за три года упорной службы.

Все эти Беовульф, Одиссей, король Артур и прочие герои преданий Первой Земли не могли похвастать летными навыками Кейса. Даже обладай они нужными технологиями, он обошел бы их, как детей. Кейс с улыбкой поднял ворот повыше.

Выкатив аэробайк в переулок у ангара, он стряхнул капли с темно-каштановых кудрей и надел летные очки. Здания из камня и металла в вечерних сумерках казались призрачными громадами. Тучи заволокли закатное небо, хотя бледный свет все равно ухитрялся кое-где пробиваться сквозь них и отбрасывал серые блики на кожу Кейса.

Идеальная погода для традиционного ритуала вступления в должность – разумеется, на нем будут только пилоты, и, разумеется, Кейс, как и полагалось, уже заплатил охране.

Мягкое урчание двигателя перекрывало стук дождя. Кейс перекинул ногу через сиденье, нажал кнопку и оторвался на полметра от поросшей мхом мостовой. Затем напряг пресс и поставил байк вертикально.

Легкотня.

Технологии по обслуживанию аэробайков были не новы, однако лишь в последние двадцать лет Инженерный корпус Джейд сумел вновь разгадать почти утерянные секреты.

Кейс глубоко втянул воздух. Аромат дождя и сырой земли смешивался с запахом топлива. Да, идеальная ночь, чтобы показать новичкам, кто главный на летном поле. Из-за угла донесся низкий гул, и Кейс улыбнулся. Вот и свежее мясо, первый соперник пожаловал.

Не свезло бедолаге в первый же день на службе нарваться на Кейса, но кто ж виноват. Собственно, салаге и надо будет просто увернуться, чтоб его не протаранили, такая задача и новичку под силу. Ну а уж после своего сегодняшнего выпендрежа, считай, он сам напросился.

«В инструкции говорится, что при выполнении поворота должна учитываться скорость транспортного средства. Снизьте скорость и плавно войдите в поворот».

А когда тремя секундами позже Кейс идеально вписался в дугу на полном ходу, зануда аж штаны обмочил. И за что только достался такой скучный ученик?

Бои на аэробайках обычно заканчивались тем, что менее опытный пилот врезался в стену ангара. Пустяки. Все равно новички постоянно гробили байки, пока разбирались с управлением. Начинать с такого транспорта было легче, чем с дирижаблей, похожих на покатые космические корабли, на которых парили среди звезд люди Первой Земли, пока не застряли на Ялваре, растеряв свои продвинутые технологии.

Кейс наморщил нос и осмотрел противника.

Новичок только-только выпустился из школы. Едва глянув на его толстую серую учебную куртку, Кейс закатил глаза, опустил свой транспорт на землю и поднял руку.

– Судя по тому, как ты застегнулся под самый подбородок, ты понятия не имеешь, что творишь. – Дождь не заглушил его голос, эхом раскатившийся по ангару. – Мы ведь уже это обсуждали.

Парню было восемнадцать, всего на три года младше самого Кейса, но из-за огромных карих глаз, видных сквозь стекла очков, он казался гораздо моложе. Впрочем, менее болтливым зануда не стал.

– Пилот обязан выглядеть профессионально, а незастегнутая форма свидетельствует о неряшливости. Глава Джей сказал…

«Фу. Неужели я сам в его возрасте был таким нытиком и зазнайкой?»

– Да, да, да. Только вот Джея тут нет. У нас мужской поединок, а ты не помнишь, как с байком управляться.

– Согласно инструкции, при подготовке транспортного средства необходимо убедиться, что все элементы безопасности включены. Если один или несколько вызывают сомнения…

Кейс покачал головой и пошел к байку новичка, шлепая по лужицам, что скопились в трещинах.

– Не надо мне ничего объяснять. Просто нажми эту кнопку…

– Кейс, ты чего творишь? – раздался хриплый голос откуда-то из конца переулка. – Давайте быстрее!

Уловив знакомый кивинский акцент, Кейс закатил глаза. Неподалеку парил еще один из старших. Остальные прибыли чуть раньше, ревя моторами.

– Если твой новичок побил тебя вчера на тренировке, нечего сейчас на мне срываться. Я помогаю своему с его байком. – Кейс подмигнул противнику. – Все у тебя получится.

– Но глава Джей не разрешал нам тут собираться…

Кейс нажал кнопку взлета по центру руля, и новичок едва не слетел с транспорта лицом вниз. Кейс успел поймать парня за руку.

– Эй, эй. Напряги пресс и держись крепко. Ну и да, такая у нас здесь традиция посвящения. Поговаривают, с Джея она и пошла.

Мальчишка – невозможно было назвать его иначе, пусть по джейдианскому закону он и считался взрослым, – побледнел, вцепился в руль мертвой хваткой и кивнул. Очки сползли по лицу, мокрому от дождя и, вероятно, пота.

– А если я не успею вовремя свернуть?

– Бери вверх. Лучшему проиграть не стыдно. – Удостоверившись, что больше новичок не свалится, Кейс отступил.

– А что насчет полковника? И что случится, если я не поверну и не уйду вверх? – парень оглянулся в сторону переулка, где уже нетерпеливо свистели собравшиеся пилоты. – В пособии сказано…

– Удачи, новичок! – Кейс потрусил к своему байку, не обращая внимания на летевшие со всех сторон подначки. Пора показать, кто тут главный. Жаль, ценой гордости новичка.

Стоило включить двигатель и вновь поднять байк в воздух, как по телу пробежали мурашки. Машина откликнулась, завибрировав под его пальцами.

– Старт!

С боевым кличем Кейс рванул вперед. Мотор взвыл, Аождь и ветер хлестнули по открытым рукам. Кейс летел по переулку прямиком к неподвижному новичку.

Дурак не пошевелился. Неужели сдался?

– Вверх! Вверх! – заорал Кейс, перекрывая крики зрителей. – Вверх, звезданутый ты идиот!

– А что, если… – Гнусавый голос новичка едва слышался сквозь шум ветра в ушах. – Что, если нас поймают?

В последний миг парень дернул руль к груди, пуская байк ввысь. Тот заскрипел от внезапной нагрузки, и Кейс отвлекся от собственного. Новичок пронесся над его головой, и порыв ветра обдал влажное лицо Кейса.

Байк поднимался все выше и выше, парень не отпускал руль, пока не перевернулся в воздухе. Новичок с пугающим грохотом упал на крышу соседнего ангара. Судя по крикам и противному скрежету металла о камень, его байк разбился где-то в конце улицы.

Кейс ударил по тормозам. Его по инерции выкинуло вперед, и он покатился по мостовой, сбивая колени. Плевать. Кейс вскочил и побежал к обмякшему телу, что уже съезжало с края крыши.

Опять. Небеса и звезды, опять.

Кейс прыгнул вперед и успел поймать парня, не дав тому разбить голову о камень.

* * *

– Ах ты безмозглый… Сколько раз я должен…

Судя по тому, что отцу не хватало сил закончить фразы, он был в ярости. Лорд-капитан Харлан Шакли, оглаживая седые усы, расхаживал по своему личному кабинету в семейном особняке. Начищенные черные сапоги грохотали по полу и скрипели при поворотах. Кейс оттянул промокший ворот и поморщился. Куртку он оставил у двери, хотя ее защита сейчас бы не помешала.

«Сосредоточься на полках. На книгах. На чем угодно».

Однако потрепанные корешки томов, расставленных по высоте по бокам большого кирпичного камина, не успокаивали. Перед глазами так и маячило сломанное, окровавленное тело на руках. Кейс тогда крикнул остальным позвать медика, попытался оказать первую помощь, но с этим лучше справился бы его брат Зик. Сам же Кейс профессионально умел все портить. Как в ту ночь, когда в огне погибла сестра.

Единственным источником света в комнате был газовый фонарь, что величественно стоял на столе. Лорд-капитан отказывался проводить в дом электричество, хотя им пользовались даже низшие сословия. С каждым щелчком пламени на сжатые пальцы Кейса падал блик. После аварии он сказал остальным пилотам, что возьмет на себя вину за ночное происшествие. Знал – начальник авиации не станет его наказывать.

Только вот не рассчитал, что они привлекут отца, верховного главнокомандующего армии.

С Лордом-капитаном и в лучшие-то дни было сложно общаться, а уж после того, как едва не погиб человек? Кейс потер плечо и не посмел поднять глаза.

– Не моя вина, что новичок плохо тренировался.

Харлан развернулся и пнул ножку кресла сына.

То со скрипом чуть отъехало по полу, и Кейс вцепился в ручки. Отец навис над ним. В пронзительных зеленовато-карих глазах плескались усталость и отчаяние.

– По твоей глупости мальчик едва не умер. – Харлан выпрямился и провел рукой по морщинистому лицу. – После всего, что я сделал…

Кейс стиснул зубы.

– Откуда мне было знать, что он так дернет руль и рванет прямиком в небо? Как парень вообще отборочные тесты прошел?

Глаза Харлана сверкнули.

– Кадет Лоуренс Хиксон получил высший балл по письменному экзамену. Его прикрепили к тебе не просто так, хотя ты только-только заслужил куртку. Предполагалось… но конечно, ты… – Отец прошел к столу и схватил лист пергамента. – Знаешь, что это?

Кейс прищурился, но не смог разобрать столь мелкий текст в таком тусклом свете. Харлан разорвал бумагу, ошметки полетели на столешницу и безупречный зеленый ковер.

– Джов дал тебе рекомендацию для отправки на задание. Твой брат и начальник решил, что ты лучший наш пилот, однако тебе даже простейшую работу не доверить.

У Джова было для него задание? Раз так, то дело касалось Стражи…

– Куда меня посылали?

– Уже не важно. Ты еще слишком незрелый и не готов к следующим этапам.

Кейс вскочил с места.

– Я ничего не сделал!

– Тебе предъявят обвинения, ты можешь загреметь за решетку только звезды знают на какой срок. Уничтожение государственной собственности и незаконное проникновение на объект – наименьшие из твоих проступков. Я думал, за эти три года ты научился ответственности, но ты просто жалкий…

Кейс ударил кулаком по столу, и фонарь задрожал, отбрасывая причудливые тени на лицо отца.

– Я лучший звездный пилот из всех, что у тебя есть, и я добился этого без твоей «невероятной» помощи.

Звонкая пощечина гулом отозвалась в черепе Кейса, а самого его развернуло от силы отцовской руки. Он ухватился за край стола и сморгнул слезы.

Голос Харлана стал холоднее снега с Нарденского хребта.

– Ты отстранен от полетов по моему личному приказу как Лорда-капитана. Мне надоело, что ты позоришь фамилию Шекли. А теперь убирайся с глаз моих долой.

Глаза Кейса все еще щипало, но он стиснул зубы. Его кровь кипела от ярости, опаляя, сжигая…

Тихий внутренний голосок велел ему остановиться, в памяти всплыл образ оранжевого отблеска пламени в ночном небе.

Если ответить, это случится снова. И тогда пути назад уже не будет.

Кейс сплюнул на пол, вышел из комнаты, покинул особняк и зашагал по пустым улицам Кивины.

Глава 2

Я вам нужна

Халли

Xалли Уолкер щелкнула костяшками, разминая обтянутые защитными перчатками руки. Стоило только представить, как ее пожилой эксцентричный профессор лезет в самые дебри соседнего Сирулина, лишь бы добраться до заветного документа раньше ученицы…

Халли беззвучно усмехнулась.

Определенно такое было не в стиле господина Кристи, но эпопея вышла бы интересная. Университет отгрохал бы мраморный бюст профессора и выставил его на всеобщее обозрение в библиотеке наравне с прочими. Это, несомненно, позволило бы ученому занять место рядом с генералом Маккензи, человеком, который вел Ковчеги Жизни с Первой Земли на Ялвару.

Если, конечно, документ содержал в себе что-то достойное; об этом судить предстояло самой Халли. В первой его половине не оказалось ничего принципиально нового – только немного сведений об истории культуры ялвов до Высадки. Но обо всем этом Халли уже знала.

По-настоящему протапливать университетскую библиотеку было еще рано, но огонь в камине все равно приятно потрескивал, эхом отдаваясь под сводчатыми потолками и деревянными балками. Солнечный свет, что пробивался сквозь витражи, изображающие труд первых поселенцев, разноцветными пятнами раскрашивал столы, втиснутые между такими высокими книжными шкафами, что для верхних полок приходилось использовать лестницу.

Довольно поэтично, что пергамент описывал первую победу над безжалостными сирлами. Именно они двадцать лет назад изгнали ялвов.

Халли сощурилась и попыталась перевести следующие несколько слов. Ох, звезды… Собственно, выцветшие и поблекшие буквы помимо всего прочего красноречиво говорили о возрасте пергамента. Здорово, что профессор сумел его раздобыть.

Схватив дешевый и уже слегка затупившийся карандаш, Халли набросала в блокноте примерный перевод. И то, и другое обошлось ей на рынке всего в полбронзера. Продавец желал избавиться именно от блокнота, и Халли с радостью согласилась, пусть даже переплет уже начинал разваливаться.

Хоть бы до конца семестра продержался.

Халли сдула с глаз каштановые волосы. Проклятые шпильки толком не справлялись с ее слишком гладкими прядями. Мать бы по такому случаю прочитала ей лекцию, что порядочная девушка должна как следует укладывать прическу, что из пучка ни волоска не должно выбиваться, что он вообще должен быть прочнее хватки шахтера, а еще его следует украшать тонкими косичками и завитками.

Хвала звездам, матери тут нет.

Когда сдувания не помогли, Халли запустила пальцы в волосы, чтобы хоть как-то их удержать, и продолжила писать.

«Они пришли с искрами…»

Следующее слово было сложно разобрать. Она оглянулась на остальных студентов. Каждый нависал над своим документом, точно пчела над горной лилией. Халли со вздохом вновь уставилась на поблекшие буквы.

– Что же там? Описание технологии? Или просто обозначение чего-то неестественного? Благие звезды, ну почему профессор Кристи не откопал этот пергамент пораньше?

В тишине библиотеки прочие учащиеся определенно услышали эти жалобы, однако никто не пошевелился. Разве что сидящая рядом подруга Халли, Петра, закатила глаза.

Халли тут же пнула ее под столом, по звякнувшему браслету поняла, что достигла цели, и улыбнулась. Ладно, хватит. На этой неделе ее уже из библиотеки выгоняли.

Постукивая карандашом, она еще раз изучила ялвенский пергамент. Профессор Кристи каждому из студентов дал по артефакту в надежде, что те попрактикуются. Халли обожала его как родного деда, но подозревала, что профессор банально не хотел сам возиться с переводом. Не из лени, просто с годами его стало подводить зрение.

Впрочем, Халли не возражала против таких поручений. Ведь так она раньше всех в Джейд могла бы узнать секреты предков. Непонятно только, почему профессор Кристи не дал ей весь документ. Она была лучшей в своем лингвистическом классе и понимала ялвенский почти как родной.

Оставив на месте непонятного слова пробел и приписав ниже почти неразличимые символы, Халли двинулась дальше.

«Мы приняли их как избавителей. Ялвара не предназначена для людей».

– Интересно. – Выведя последнее слово, Халли постучала карандашом по документу Петры.

Та подняла сердито прищуренные обсидиановые глаза.

– Чего тебе? Хочешь, чтобы нас опять выгнали?

Халли обернулась. Библиотекарша возилась у себя за стойкой.

– Не дергайся. Мадам Терри разбирается с первогодкой, похоже, тот книгу потерял.

– Так что ты хочешь?

Халли подвинула свои записи и указала на пробел.

– Не могу понять это слово. Слишком неразборчивое. Глянешь?

Петра выгнула тонкую бровь, однако кивнула.

– Не понимаю, почему ты меня спрашиваешь. Сама ведь куда больше в этом разбираешься.

– Вот только мои блестящие мозги не способны расшифровать то, чего нет, – ухмыльнулась Халли, снова показав на пергамент.

Петра взяла его, прищурилась и пожевала губу. Затем пригладила несуществующий вихор в безупречном угольно-черном пучке.

Халли заметила на своем левом пальце темное пятно. Зараза. Наверное, от карандаша. Хотелось верить, сварливая библиотекарша, что одолжила Халли перчатки, не станет очень уж злиться. И без того не могла простить недавний «инцидент».

Глянув на авторучку Петры, Халли подавила досаду. Если бы не пришлось зарабатывать на дальнейшую учебу после первого года в Университете, может, она смогла бы позволить себе роскошь при выборе письменных принадлежностей. Нет, саму Петру Халли не винила. Просто так сложилась жизнь – от чего, конечно, легче не становилось.

Впрочем, лучше быть бедной в Кивине, чем богачкой в родном Стоунсете.

Петра сощурилась сильнее и прикусила кончик ручки. Хорошо, наверное, иметь возможность жевать письменные принадлежности, если отец тут же купит взамен новые.

Халли размяла шею и погладила висящие на ней карманные часы. Сделала несколько глубоких вдохов, успокаивая неприятное ощущение в груди.

Эти часы в принципе не работали как надо – ни когда принадлежали ее брату-близнецу Джеку, ни их отцу, ни даже деду, если верить семейной легенде. Джек много раз пытался починить реликвию, но даже со всеми своими талантами не смог. Халли не особенно расстраивалась. Ее больше занимала гравировка на часах. От времени та стерлась, но при хорошем освещении удавалось различить картинку.

Там красовался город, которого Халли никогда прежде не видела. Строго говоря, ей доводилось бывать только в Кивине, столице Джейд, но под описания, упомянутые в старых рассказах Первой Земли, изображение тоже не подходило. Похожее на крепость строение примостилось на склоне горы, а прочие здания рассеялись по долине, точно капли дождя. Причудливо изогнутые крыши заканчивались острыми коньками.

Халли вновь провела пальцем по знакомому изображению. Вдох, выдох. Ей осталось доучиться всего год, и можно будет открыть собственную школу в Нижней Кивине, а о доме больше никогда не вспоминать.

Петра совсем неженственно фыркнула, чем отвлекла Халли от раздумий. Та посмотрела на подругу.

– Ц-ц, что сказала бы твоя мама, услышь она от тебя такой звук?

– Ничего, потому что я обвинила бы во всем тебя, – иронично ответила Петра. – Она думает, ты плохо на меня влияешь.

Халли пожала плечами, поставила локти на стол и вновь коснулась часов в попытке успокоиться после ненамереной колкости подруги.

– Я очень стараюсь. Ну что, так понимаю, ты тоже не разобрала?

Петра покачала головой.

– Не больше твоего. Будь здесь Эллис, может, он бы что-то рассмотрел своим орлиным взором, но увы.

Халли забрала обратно блокнот и документ. Эллис был последним кусочком пазла в их трио, но сегодня днем он зачем-то потребовался своей матери. Вероятно, это что-то включало в себя распитие дорогущих чаев, хождение в смокинге и обмен рукопожатиями с уважаемыми людьми. Жутко претенциозная чушь.

Их разговор прервал бой башенных часов.

Каменную громаду Университет возвел почти три сотни лет назад, и с тех пор они отсчитывали время в столице. Легенда гласила, что в строительстве участвовали ялвы, а Высший совет, состоящий из двух Гвардейцев, трех выборных страдитов и Лорда-капитана, держал одного из этой народности в плену, а потом и вовсе заставил трудиться звонарем.

Однако Халли еще на первом курсе встретила звонаря. Вернее сказать, звонарей. Университет нанимал уличных мальчишек из нижнего города, чтобы те в нужное время били в колокола.

Халли, все так же глядя на неподдающееся слово, автоматически отсчитывала удары. Раз, два, три, четыре…

И тишина.

Четыре часа. Уже так поздно? Кажется, ей надо было…

– Матерь пепла! – воскликнула Халли и с грохотом вскочила на ноги, опрокинув стул.

Все в помещении обернулись на звук. Библиотекарша зло сощурила глаза и раздула ноздри.

Битые звезды.

– Ради всех лун, скажи мне, что… – начала Петра.

Халли запихнула блокнот с карандашом в рюкзак и подняла стул.

– Мне надо было на работу к трем часам! Звезды, Джесс так… ох! – Она закинула сумку на плечо, и та хлопнула Халли по спине. – Ты не передашь документ профессору Кристи? Скажи, что я сдам ему отчет завтра.

Не дожидаясь, пока Халли перевернет и стол, Петра забрала пергамент.

– Я заскочу за тобой в четверть восьмого, поедим перед спектаклем?

Халли кивнула и побежала к выходу, на ходу швырнув перчатки на стойку библиотекарши и не обратив внимания на ее рык.

Плевать. Халли и так уже дважды опаздывала на этой неделе. Стараясь не думать, как владелец книжного вновь станет ее отчитывать своим негромким голосом, она помчалась по улицам столицы, молясь, чтобы Джесс не решил ее уволить.

* * *

Колокольчик над дверью магазина звякнул и едва не упал, когда Халли двадцатью минутами позже ворвалась в «Книги Бекхема» на улице Каллан. Кружевная блузка под пиджаком липла к спине, а каштановые пряди разметались вокруг лица. Она бежала в обход до самого нижнего города, понимая, что в это время на рынке и главных улицах толпа народу.

«Звезды, мне ж еще за следующий семестр платить, и если я потеряю работу… звезды…»

– Знаю, я опоздала, и знаю, я клялась, что больше этого не повторится, но мы сидели в библиотеке, переводили, и я не слышала проклятые часы до четырех… – затараторила Халли, пробираясь мимо слишком близко стоящих стеллажей в глубину магазина, где ждал Джесс.

Один взгляд его карих глаз сказал все без слов. Халли замерла, пытаясь отдышаться.

– Мне очень, очень, очень жаль. – Не в силах больше стоять прямо и видеть разочарование на лице начальника, она согнулась, уперлась ладонями в колени, и сумка свалилась с плеча на пол. – Я спешила изо всех сил! Только Эдварду махнула, когда мимо пробегала, ну и Джемме медяк сунула. Она сегодня ни одной маргаритки не продала, и я…

– Что за Эдвард? – Джесс говорил так медленно и устало, будто тянул каждое слово через заснеженный горный перевал.

Халли подняла глаза. Над бровью выступила капля пота.

– Ну, знаете… нищий с длинной-длинной рыжей бородой. Сидит на углу Брукса и Флинчера. Он эту свою бороду точно вычесывает, в ней ни единого колтуна…

Джесс потер свою щеку цвета меди, а потом погладил лысину.

– Халли, это третье опоздание за неделю и седьмое только за текущий месяц.

Она выпрямилась и нащупала правой рукой часы. В груди опять закололо, будто там разгоралось пламя, как в библиотечном очаге.

– Но вы же знаете, какой сейчас трудный семестр. Нагрузки намного больше, во вторник меня задержал профессор, сегодня – перевод, и… и…

Халли несколько раз глубоко вздохнула. Не вина Джесса, что он не до конца ее понимал. Начальник заговорил – тяжело, веско, как мать, когда она отчитывала Халли за очередную испорченную под весенним дождем юбку:

– Знаю, однако нам с Эви надо вести дела. Халли, опаздывай ты лишь иногда, я бы не ругался, но ты задерживаешься минимум раз в месяц, если не чаще, – даже летом, – и в основном потому, что отвлекаешься по дороге. Во время нашей беседы во вторник, мне казалось, я ясно выразился.

Покалывание в груди Халли превратилось в обжигающую боль.

– Знаю, я обещала больше не опаздывать… и я не… Простите, пожалуйста. Просто я… и то, что вы сказали про испытательный срок… – Слезы горячее палящего солнца навернулись на глаза, но Халли их сморгнула. – Больше такого не повторится. Клянусь… клянусь именем Тово!

Джесс снова потер щеку, и свет от висящих под потолком старых электрических ламп отразился на его лысой голове. Он вновь посмотрел на Халли и покраснел еще больше.

– Не упоминай Тово, если не хочешь прогневать богов. – Начальник сглотнул, и его взгляд забегал по полкам. Следующие слова оказались такими тихими, что Халли пришлось податься вперед, чтобы ихрасслышать: – У нас был уговор, что, если до конца месяца ты станешь приходить на смены без опозданий, мы с Эви пересмотрим твой испытательный срок. – Он бросил разглядывать книжные стопки и посмотрел прямо на Халли. – Но мне придется исполнить свою угрозу.

Она так стиснула часы, что пальцы заныли. Одна слезинка все-таки сорвалась с ресниц.

– Вы не можете меня уволить. Не можете. Не сейчас! Клянусь всеми звездами и лунами, с завтрашнего дня и до конца месяца больше никаких опозданий. Только я знаю, где книги Шекспира! Конор один не справится, да и вы тоже. Я вам нужна. – В ушах грохотал пульс. Халли несколько раз глубоко вздохнула. – И мы оба знаем, что Конор дополнительные смены не потянет.

Джесс наконец вышел из-за прилавка, положил руки ей на плечи и слегка сжал.

– Мне правда жаль, что все так заканчивается, но, как я уже говорил, мне нужно вести дела, и иногда приходится принимать тяжелые решения. – Его грустная улыбка казалась какой-то оплывшей, будто она таяла под летним зноем, хотя на улице уже начинало холодать. – Доработай сегодня, и, когда закроемся в шесть, я выплачу тебе остаток. Уверен, до конца месяца ты что-нибудь подыщешь. Может, поговоришь с Оуэном?

Будто Халли могла признаться профессору Кристи, что облажалась и потеряла место, которое год назад именно он помог ей получить. Она проглотила болезненный ком в горле и стиснула кулаки.

– Хорошо.

Джесс напоследок еще раз сжал ей плечи, а потом развернулся и похромал к лестнице. Похоже, колено – старая рана, полученная двадцать лет назад на Войне, – в последнее время все больше его тревожило, но прямо сейчас Халли не нашла в себе сил посочувствовать.

Лишь когда дверь наверху со скрипом отворилась и с глухим стуком захлопнулась, Халли наконец прошла за прилавок и бросила под него сумку. Кусая губы, чтобы не разрыдаться, она упала на табурет и уронила голову на сложенные руки.

«Все хорошо. Все нормально. Может, кому-нибудь в Университете нужен ассистент. Например, библиотекарше?»

Еще несколько слезинок скатились по носу, запнувшись о горбинку – Халли его сломала почти три года назад, – и беззвучно упали на грубую поверхность прилавка.

«Все равно схожу сегодня в театр, да и Эллис обещал отвести нас в таверну, о которой нам весь месяц жужжал. О новой работе подумаю завтра».

Она схватила стопку книг, которые требовалось расставить. В глубине души хотелось швырнуть их в стену, но в итоге Халли просто рассовала тома куда попало, стараясь заглушить крутящийся в голове разговор с начальником.

Храни звезды того, кому не повезет наведаться в магазин в ее смену.

Глава 3

Чистейший сапфир

Кейс

Весь следующий день Кейс шатался по Кивине, всячески избегая особняка. К добру или к худу, но Лорд-капитан до сих пор не послал за ним солдат. Чутье подсказывало: Харлан не захочет заострять внимание на том, что его младший сын – ходячая неприятность. Позор.

Да и плевать. Пусть отец на все луны идет.

Так и не допив кружку эля в одной из захудалых таверн нижнего города, Кейс обвел взглядом самую оживленную рыночную площадь Кивины: всевозможные товары мигали среди толпы, как пыльные электрические лампочки в ранних сумерках. Запустив пальцы в нечесаные кудри, он прислонился к стене высокого здания – аптеки, судя по резкому запаху лаванды и какого-то химического вещества, доносившемуся оттуда при каждом открытии двери. Кейс покопался в заднем кармане брюк и вытащил кусок скомканного пергамента. Разгладив его большим пальцем, он прищурился и попытался разобрать корявый почерк, размытый его собственным потом.

Улица Каллан, апартаменты 303, Нижняя Кивина

Кейс оглядел пестрый рынок, пытаясь сообразить, в какой стороне эта самая Каллан, но похоже, беднота с уличными знаками не заморачивалась. Глупость какая. Заминка не улучшила и без того паршивое настроение Кейса.

Он с тихим шумом оттолкнулся от стены и стал проталкиваться сквозь толпу покупателей. Тысячу лет после Высадки столица неуклонно разрасталась, но за последние десять лет население города резко увеличилось. Не один ученый приписывал этот всплеск Восьмой промышленной революции, и уже не в первый раз они сравнивали какой-то здешний феномен с далекой Первой Землей. Но того легендарного места больше не существовало. Джейд остались лишь истории и разрушающиеся артефакты, а еще все эти проклятые люди, которые сейчас толкали Кейса. Если бы только он мог выбраться из города и поселиться где-нибудь в горах. Как было бы здорово. Он взял бы с собой все любимые книги и читал их под чистым голубым небом.

Однажды…

Пока он пробирался мимо торгашей всех мастей и насыщенного, резкого запаха специй, его взгляд зацепился за оружейную лавку. Кейс остановился и взял в руки ножны с выбитыми на них языками пламени. Такие мог бы надеть Беовульф, отправляясь убивать Гренделя.

– Сто пятьдесят золотых! – оживился продавец. Кейс вынул клинок и осмотрел странный металл бронзового цвета. – Это заприум из самого Сол Адрида!

Из столицы Сирулина? Ну да. Неужели люди верят в такую чушь? Кейс мгновенно подметил характерные изъяны на подделке. Должно быть, продавцам холодного оружия приходилось туго, ведь самыми популярными стали электропистолеты. Однако это не оправдывало вранье людям.

Кейс убрал клинок в ножны и наклонился к торговцу.

– Мы оба знаем, что это рубиканская фальшивка, не стоящая и трех бронзеров. Я предлагаю тебе больше не обманывать покупателей, иначе придется объяснять Страже, как ты добрался до Сирулина и обратно целым и невредимым.

Конечно, он блефовал, поскольку не мог пойти и рассказать полиции об этом человеке, не выдав себя отцу. Но кому важны такие мелочи?

Торговец сглотнул.

– Да, да… не нужно! Я стараюсь… Моя семья… мы голодаем. Пожалуйста, не говорите Страже! Я больше не буду так делать. Клянусь именем Тово!

Достав из стремительно пустеющего мешочка пару бронзеров, Кейс выпрямился. Скоро нужно будет пробраться в поместье и украсть еще. Положив монеты на стол, Кейс вновь обратился к торговцу:

– Если я еще раз услышу, что ты обманываешь клиентов, то сдам тебя. Понял? – Тот быстро сгреб подачку. Кейс встал и стряхнул с плеча невидимую пылинку. – А теперь скажи, как пройти на улицу Каллан?

Продавец указал дрожащей рукой на западную сторону площади. Кейс повернулся туда, и полуденное солнце обожгло ему глаза. Полуослепший, пробираясь сквозь толпу, он заслонился от света рукой. Если торговец и правда сдержит слово – хорошо, но он не единственный наживался на обмане. Джейд балансировал на грани краха, хотя никто точно и не знал, насколько все плохо. Приток беженцев из Тев Рубики не способствовал облегчению жизни и без того переполненного города.

Кейс прошел мимо персикового навеса и кивнул продавщице маргариток, что сидела в своем рваном платке. Повернув за угол, он замер.

Многие здания в Кивине были построены из добываемого в Нарденах беленого камня с примесью зуприума, но здесь, на улице Каллан, их марали черные следы, что, словно жуткие вьюнки, ползли по кладке, вызывая дрожь одним своим видом.

Сколько еще напоминаний о прошлом ему предстоит пережить на этой неделе? Сначала стычка с Харланом, теперь это?

Пожары, три года назад уничтожившие большую часть города, врезались в память Кейса. Некоторые районы пострадали больше других. В верхнем пламя охватило лишь несколько усадеб, но часть секторов нижнего города с их дешевыми деревянными домами пережили сущий кошмар.

«Дыши».

Согнувшись, Кейс оперся о грубую стену и попытался успокоить зачастившее сердце. Идя по адресу, полученному еще до инцидента с новичком, он не подумал, где это. Кейс не очень хорошо ориентировался в нижнем городе, а Зик понятия не имел, как следы огня действуют на брата. Кейс зажмурился и еще раз глубоко вздохнул.

«Прекрати, ты, звезданутый идиот. Выставляешь себя на посмешище».

Он открыл глаза и прошел мимо отметин. Переулок был тихий и малонаселенный – идеальное место для жизни по меркам Зика. Каллан усеивали мелкие магазинчики, чьи вывески гласили: «Универсальные товары Сорана», «Портняжная мастерская», «Книги Бекхема».

Книжный? Кейс улыбнулся.

Он искал «Илиаду» Гомера, конкретно в переводе Мариси. Пожалуй, теперь, раз Кейс больше не собирался возвращаться домой, такая покупка была пустой тратой, но книга – любая, Мариси или нет – подняла бы ему настроение. Заодно удалось бы прочистить мозги и сообразить, как бы так убедить Зика одолжить приличную одежду для сегодняшнего похода в театр.

Вывеска скрипела на ветру, точно незакрытый люк под старым байком. Кейс невольно поморщился.

«Если Харлан добьется своего, больше мне на байках не ездить, ни на старых, ни на новых».

Нет. Проклятый Лорд-капитан его не остановит.

Летный отряд считался автономией в составе джейдианских войск, и Кейс имел больше свободы, чем все прочие, но вскоре ситуация изменится. Нужно либо защититься от обвинений, либо доказать отцу его неправоту.

Он покачал головой, ощупал исхудавший кошель на поясе и толкнул дверь книжного.

Над головой тренькнул колокольчик, и Кейс вдохнул пыльный запах старого пергамента. Аромат его успокоил, даже почти получилось забыть отметины снаружи.

Впрочем, любое умиротворение – ненадолго. Как и всегда.

Его размышления нарушил сердитый женский голос:

– Звезды… в смысле, добро пожаловать. Можете осмотреться, только быстро. Мы закрываемся через десять минут.

Нахмурив брови, Кейс полез за карманными часами, и бумажка с адресом выпала. Было чуть больше шести. Он подхватил записку и сунул ее в другой карман.

Через мгновение появилась обладательница голоса. Первое, на что Кейс обратил внимание, – это ее наряд: никаких юбок, брюки, заправленные в сапоги до колен. Мать не одобряла новую моду. Кейсу было все равно, а вот его сестре, Ане, такой фасон пришелся бы по душе. Она всегда ненавидела кружевные платья, чей подол сковывал движения.

Кейс тяжело сглотнул. Такие мысли лучше не откапывать из-под пепла.

Второе, что его привлекло, – глаза девушки. Цветом они напоминали растекшийся по тосту золотистый мед. «Надо было пообедать, ане давиться тем элем». Не обращая внимания на голодные спазмы в желудке, он спрятал часы.

Девушка смерила взглядом его одежду:

– У вас ровно десять минут.

Звезды. Да что ей не понравилось? Кейс осмотрел свою пилотскую куртку. С поединка он так и не переоделся. Поддевка огрубела от дождя. Ну, хотя бы куртка скрывала следы крови.

Кейс пригладил кудри и нахмурился:

– Это вот так вы встречаете покупателей?

– Зависит от того, правда вы собираетесь что-то купить или нет. – Она откинула с глаз каштановые волосы. Несколько прядок выбились из небрежного пучка. – Прошу, дайте знать, если вам нужна помощь.

– Спасибо огромное. У вас такое потрясающее обслуживание!

Лицо девушки помрачнело, она развернулась на пятках и исчезла за стеллажом.

– Восемь с половиной минут!

Фыркнув, он вошел в лабиринт томов и шуршащего пергамента. Ужасно, что ему выделили так мало времени, но деньги должны решить проблему. Никто не отказывает платежеспособному клиенту.

Большинство книг выглядели так, словно хозяин сваливал их как попало, будучи навеселе. Стыдобища. Кейс прошел два стеллажа, не найдя ничего примечательного. Может, попробовать отыскать Мариси? Не в Тев Рубику же за ним ехать. Эта их гражданская война… нет, лучше тут покопаться. Или попросить о помощи любезную продавщицу.

Понимая, что время уходит, Кейс выглянул из-за стеллажей. Девушка расставляла книги и что-то едва слышно бормотала себе под нос.

Кейс сощурился. Он любил хорошие перепалки – отчего бы не поупражняться в остроумии? – но поведение девушки граничило с грубостью. В конце концов, он ничем не заслужил подобное обращение.

А она, кстати, ничего. Даже как минимум единожды сломанный нос лишь подчеркивал острые скулы.

Девушка обернулась к прилавку. Кейс спешно нырнул назад в лабиринт и принялся изучать следующий ряд. Вот бы поскорее отыскать нужную книгу. Он думал расслабиться, но из-за вынужденной спешки почувствовал себя еще хуже. Может, ну его, и лучше наконец нагрянуть к брату? Кейс подвигал челюстью и вновь достал часы.

До театра оставалась еще куча времени. Чем дольше проторчит здесь, тем меньше Зик успеет расспросить о событиях прошлой ночи.

Ведя пальцами по корешкам, Кейс заметил краем глаза какую-то золотую вспышку. Заветная «Илиада» смотрела на него, зажатая между двумя огромными томами. Кейс с кряхтением потянул книгу на себя, свободной рукой придерживая остальные, чтобы они не упали ему на голову, затем открыл и принялся листать глянцевые страницы.

Увы. Это было недавнее издание на королевском рубиканском. Большинство населяющих Ялвару народностей говорило на общем языке, но одна секта в Тев Рубике упрямо использовала свой – собственно, именно они и спровоцировали войну. Проклятые повстанцы. Разоренные, отчаявшиеся горожане искали любой способ заработать хоть пару медяков. Кейс их не винил, однако качество товара было ужасным. В этой версии «Илиады» не хватало нескольких оригинальных сцен.

Он просмотрел полку до конца – без толку – и двинулся дальше. Как тут вообще люди ориентируются? Разве нет отдельной секции древней классики?

Кейс оглядел каждую полку в поисках хоть какого-нибудь указания, что на них может храниться. Ему попалось еще несколько рубиканских экземпляров других романов. Великие боги, зачем только хозяин их набрал?

На большом томе о жизни растений на Сирулине и других, чьи названия уже невозможно было разобрать, лежала красная книга в кожаном переплете. Кейс взял ее, провел по ней рукой, а потом вытер ладонь о штаны. Все равно и так уже грязные.

– Неужели это настоящий Сонд? – прошептал он. На обложке красовалось тисненое название на незнакомом Кейсу языке и изображение большого арочного проема. Он открыл книгу и закашлялся, когда со страниц взлетело облако пыли. Это место опасно для здоровья.

Кейс не знал, что это за книга, но она определенно была редкой, возможно, и правда за авторством Сонда – человека времен Высадки, что написал десятки произведений о путешествии с Первой Земли на Ялвару. Благие звезды, мать будет в восторге. Возможно, история имеет какое-то отношение к ялвам. Большинство книг об их культуре сгинуло, когда сами они исчезли. Ходили слухи, что этот народ вымер. Так или иначе, лишь в Университете Джейд уцелело несколько копий ялвенских текстов.

По мнению Джова, у мамы и так уже было слишком много книг, а вот по мнению Кейса – все равно мало. Он снова провел рукой по обложке с загадочным названием. Пожалуй, такой подарок вывел бы его в любимчики, потеснив Зика. Еще раз кашлянув, Кейс сунул том под мышку.

Стоп. Он же решил не возвращаться домой. Звездово. Может, Зик маме подарок передаст? Дважды звездово. Тогда ему и почести достанутся.

Кейс еще немного побродил по магазину и вернулся к прилавку. Девушка за ним читала какую-то огромную книгу. Неужели такая интересная, что охота ее таскать и надрывать спину? Вероятно, да. Кейс вежливо кашлянул, и продавщица подняла глаза.

– Вам помочь?

От ее неприветливого тона он стиснул зубы. Может, все-таки просто пойти к Зику?

– Вам бы в магазине порядок навести не помешало.

Она отложила книгу, зашуршав страницами. Изобразила на лице улыбку, хотя та больше смахивала на страдальческую гримасу – будто девушка знала, что должна изображать дружелюбие, но предпочла бы изрезать Кейса на куски. Даже голос ее звучал фальшиво.

– Повторюсь, я буду рада помочь вам найти любые тексты, какие вы пожелаете, в ближайшие пять минут. Потому что мы закрываемся. После я не продам вам никаких книг. – Она еще раз окинула его взглядом. – Сколько бы денег у вас ни было.

– Ой, да нет, все в порядке. Просто у вас такое чудесное заведение. Хорошо, что у меня астмы нет. – Он закашлялся и помахал рукой. – Хотя не стал бы жаловаться, разложи вы книги по темам.

– Благодарю за совет. Я не владелица, а вот у вас осталось… – Она коснулась часов на шее, но сама глянула на те, что висели на стене. Пыльные, подержанные, они, судя по скрипу, отчаянно нуждались в смазке. – Три минуты. Выждала бы их целиком, но настроение у меня не очень. Так что две с половиной.

Кейс выложил на прилавок найденную диковинку. Хотелось верить, содержимого кошелька хватит. Проклятая девчонка все равно наверняка не знает истинную цену.

– Большинство прочих магазинов закрываются самое раннее в семь. А этот чем такой особенный?

– Мы всегда рано заканчиваем. – Она стиснула край прилавка. – Так что вы ищете?

Кейс прочистил горло и провел пальцем по ближайшей пыльной полке. Просто не мог удержаться.

– Вообще-то, я ищу «Илиаду» в переводе Мариси, но ваша огромная книга меня заинтриговала.

Девушка раздула ноздри, более ничем не выдав, что ее задел намек на неопрятность рабочего места. Придется придумать способ получше.

– У нас только рубиканский вариант, – выдавила она.

– Видел. Жаль, что они выкинули сцену, где Ахилл таскал по округе тело Гектора, она же одна из лучших.

– Ага, только… – Она осеклась и нахмурилась. – И все? Больше вас ничего не интересует?

– Что насчет вашей книги? – Кейс попытался приблизиться, но девушка схватила том и неуклюже прижала к груди. Он усмехнулся. – Дам за нее серебряный пятак.

– Благодарю покорно, мой учебник не продается.

Студентка в Университете? Какая редкость. Если бы она его так не подгоняла, Кейс даже выразил бы ей свое восхищение.

– Жаль, что вам приходится работать. Так понимаю, пытаетесь оплатить учебу? – Кейс рассмотрел фамилию автора на корешке, ощутил неприятный спазм в животе, нахмурился и покрутил кольцо на пальце. – Ха. Мягко говоря, Оуэн Кристи – тот еще старый маразматик. Я бы не стал тратить время на его писанину. Потом спасибо скажете.

Кончики ушей продавщицы заалели, и она грохнула книгой по прилавку. От удара со стола слетел карандаш. Она попыталась поймать его, но безуспешно. Девушка подобрала карандаш и стиснула в кулаке.

– Вижу, вы из тех элитариев, что считают, будто нам, бедным крестьянам, впору поклоняться горшкам, в которые вы ходите по нужде. Что ж, господин пилот, если бы вы соизволили прочесть табличку снаружи, то знали бы – мы закрываемся ровно в шесть. Ваши десять минут – чистая удача, я просто забыла запереть дверь.

Она взмахнула карандашом, точно рыцарь мечом.

«Табличку? Какую табличку?»

Жар опалил затылок Кейса. Да кто она такая, что смеет сходу выносить о нем такие возмутительные суждения? Большинство хотя бы выжидало добрых полчаса, прежде чем прийти к выводу, что он наглый болван.

«Не теряй голову. Пожалеешь. Вспомни, чем все в прошлый раз кончилось…»

– Так ты не просто грубиянка, но еще и ханжа? Отличный работник! Ну и оставайся на своей гниющей ветхой свалке. Я сюда больше ни ногой.

Он сунул красную книгу на ближайшую полку.

Глупая, проклятая…

Кейс метнулся к выходу, закашлялся, подняв краем куртки пыль, и уже на пороге услышал:

– Я просто показываю кукиш, сеньор![2]

Он замер. Продавщица не придумала ничего лучше, чем оскорбить его цитатой из Шекспира? Не будь Кейс так взвинчен, рассмеялся бы. Вместо этого он хлопнул дверью и пошел к Зику.

Проклятая девчонка.

В квартире брата, расположенной в нескольких минутах ходьбы от книжного магазина, Кейс бросил свою задубевшую, испачканную кровью одежду на безупречный пол, не обращая внимания на то, как ужасно она бросается в глаза. Зик поддерживал в доме невероятную чистоту – наверное, сказывалась военная служба.

Быстро вымывшись и надушившись хвойным одеколоном, Кейс влез в одолженную, великоватую ему рубашку, а чтобы брюки не спадали, воспользовался кожаным ремнем. Не самый лучший вариант, но сойдет. Спасибо Зику, что вообще принял. Иначе пришлось бы идти в старой одежде, и стюард, возможно, не пустил бы Кейса в театр из-за вони.

Он посмотрел на свои пропитанные кровью брюки и для верности пнул их ногой подальше. Что до пилотской куртки, она лежала на кровати, вне зоны поражения.

Кейс уже собирался взять галстук со стула, когда в коридоре послышались голоса. Они мгновенно разрушили его и без того с трудом обретенный хрупкий покой. Взглянув в зеркало над умывальником, Кейс взъерошил волосы. И тут в зал, словно вихрь, влетел его старший брат Джов с дикими глазами.

Зик поймал дверь, прежде чем та успела удариться о стену, и тихонько затворил ее. Неужели настучал Джову, где прячется Кейс? Предатель.

Оба старших брата были крепко сложены и широки в плечах. На щеках Джова виднелись редкие пятна черной щетины. Очевидно, он пытался отпустить бороду. Почти двадцать пять, а даже усов нормальных нет. Ужас какой. И пусть Кейс был уверен, что в свои двадцать один сумел бы при желании отрастить бороду до лодыжек, все равно предпочитал чисто бриться. В усах могла бы застревать еда. Невероятно неудобно.

Зик, напротив, растительностью на лице не увлекался, выбривал волосы на висках, а длинные локоны на макушке зачесывал назад.

– Прячемся, да? – По тому, как Джов раздул ноздри, Кейс понял, что брат вот-вот потеряет самообладание. Джов не стал дожидаться ответа и выпалил новый вопрос: – Где ты был?

– Нигде. – Кейс повязал синий шелковый галстук на шею и затянул узел. Изящное кольцо Аны на его мизинце сверкнуло в свете, что лился в открытое окно.

– Значит, просто шатаешься по городу? – Уши Джова за несколько секунд покраснели до рубиново-красного оттенка. – Или, может, бегаешь за Лавинией Рихтер?

Кейс закончил с галстуком, проглотив резкий ответ. Он ни разу не говорил с Лавинией с тех пор, как она обручилась с тем звезданутым идиотом из Тев Рубики. Просто Джов был так занят своими новыми обязанностями Гвардейца, что не следил за личной жизнью брата. А как ультра-важный член правления верил, будто вправе командовать всеми вокруг.

Зик прочистил горло и положил руку на плечо Джова. Строгое лицо среднего брата было безмятежным, как безоблачное небо.

– Давай-ка поспокойнее…

– Я спокоен, – прорычал Джов. Кейс фыркнул, и старший брат стряхнул руку Зика. – Кейс, после того, что ты натворил прошлой ночью…

– Я ничего не сделал.

Джов всплеснул руками. Зик потер глаза и заговорил мягко, почти убаюкивающе:

– Тот пилот борется за жизнь в городском лазарете. Медики Гильдии не знают, сможет ли он снова ходить.

Кейс оскалился.

– Ты думаешь, я хотел, чтобы так случилось? Зик, это не моя вина, веришь ты мне или нет. Вдобавок ко всему они втянули в это дело проклятого Лорда-капитана, и меня выкинули из Летного отряда. Так что мне совершенно безразлично, что вы скажете.

– Послушай. – Джов, немного остыв, почесал подбородок. – Я пришел не для того, чтобы орать на тебя. Клянусь. Хотя твое поведение, как обычно, оставляет желать лучшего.

– А зачем ты сюда пришел, как не для того, чтобы отругать меня, мол, я порочу фамилию? – Кейс скрестил руки и отошел к окну. – А с моим поведением все в порядке, спасибо большое.

Джов лишь вздохнул.

– Стража хочет, чтобы ты присоединился к заданию.

Кейс рассмеялся, по-прежнему не поворачиваясь к братьям.

– Твой приказ, вероятно, все еще валяется на полу кабинета уважаемого Лорда-капитана.

– Кейс, – голос Зика был до противного ровным. – Послушай его. Это может быть единственным выходом из той каши, что ты заварил.

Кейс стиснул зубы и резко выдохнул через нос.

– Я не сделал ничего плохого! И взял на себя вину только потому, что думал, будто лишь мне не выкатят дисциплинарное взыскание.

Челюсть Зика слегка дрогнула, как и его ноги, но он ничего не сказал. Вместо него заговорил Джов:

– Может, ты просто послушаешь? Я пытаюсь тебе помочь.

– Хорошо. Говори.

Джов глубоко вздохнул, сжимая кулаки так, будто мечтал кого-то придушить – вероятно, Кейса.

– Пойдемте присядем в гостиной? – предложил Зик, снова открывая дверь.

Кейс и Джов последовали за ним, не глядя друг на друга. Гостиная была не такой роскошной, как в поместье Шекли. Эти апартаменты сдавались тем, кто занимал высокое положение в армии, но отличались уютом благодаря мягким креслам и приглушенному электрическому освещению. Кейс знал, что Зик горд, ведь недавно его повысили до подполковника. Среднего брата затмевал только Джов, получивший от Стражи звание Гвардейца – высший чин в разведывательной и полицейской службе. Великая честь, особенно в его-то возрасте. На фоне достижений обоих братьев повышение Кейса до полноправного пилота смотрелось бледно. Он опустился на стул, и ткань слишком просторной рубашки задралась на плечах. Джов наклонился вперед, уперся локтями в колени и сцепил пальцы.

– Я знаю, что отец отстранил тебя от миссии и все еще обдумывает, как снять обвинения.

– Я не…

Джов поднял руку, прерывая Кейса.

– Луны ради, я не говорил, что согласен с ним. Но миссия крайне важна для выживания Джейд, и я бы не доверил ее ни одному другому пилоту. Твой начальник меня поддерживает.

– Но тебе все равно придется утрясать это с отцом.

– Придется, – в голосе Джова слышалось раздражение. – Если миссия пройдет успешно, мы сможем снять обвинения. Ты докажешь свою правоту.

Кейс провел руками по волосам, еще больше их взъерошив. С него снимут обвинения? Неужели Джов намекает, что иначе придется понести наказание?

– И куда же меня отправляют?

Джов покрутил пальцы.

– Сейчас не могу сказать. Ты будешь работать не только с Зиком, но и с агентом Беном Риссом в качестве второго пилота.

Кейс поднял голову.

– Нагс в деле?

– Агент Бен Рисс станет руководителем миссии, Зик – представителем интересов военных и медиком в экипаже, а ты – ведущим пилотом.

Если Нагс едет, значит, все не так уж плохо. Они с Кейсом дружили с тех пор, как три года назад вместе пришли в Отряд. Год спустя Нагс решил, что ему лучше пойти в Стражу, после того как едва не погиб из-за крайне едкого ялварского топлива. Кейс его не винил. Раздеваться на аэродроме догола после попадания жидкости на одежду было очень неловко.

Оставался только один вопрос.

– Вернет ли это мне место в Отряде?

Слова прозвучали сдавленно, почти придушенно, но Кейс ничего не мог с собой поделать. После всего, что ему пришлось пережить за последние двадцать четыре часа, только это имело значение. Он просто хотел быть свободным. И свобода заключалась в возможности летать в бескрайнем небе.

Джов кивнул.

– Я все устрою. Ты нужен мне, Кейс. Ты нужен нам. Ты единственный, кому я доверяю.

Кейс наконец посмотрел старшему брату в глаза. Голубые, точно чистейший сапфир, как и его собственные. Каким бы суровым Джов ни казался, он почему-то верил в Кейса, верил, что тот поступит правильно. И всегда старался защитить. Кейсу следовало бы проявить благодарность.

С самого начала старший брат не сомневался: Кейс не откажется. При всех недостатках Джова, между ними по-прежнему царило доверие. После смерти Аны остались только они трое. Кейс покрутил кольцо на пальце.

Похоже, это его единственный шанс.

– Ладно, – заявил он, не отводя взгляда.

Плечи Зика расслабились, Джов улыбнулся, и у него в уголках глаз пролегли морщинки.

– Завтра в три тебе надо явиться за информацией в Университет в кабинет профессора Оуэна Кристи.

Спокойную решимость мгновенно сменила ярость. Ладно продавщица понятия не имела о прошлом Кейса, потому ее книга не так сильно его задела, но Джов-то знал.

– Оуэн Кристи? Ты рехнулся?

– Он – один из самых уважаемых профессоров Университета, – рявкнул Джов.

– Да плевать мне на его заслуги. Пошел он…

– Не ты один потерял сестру, – раздался глубокий баритон Зика, перекрывая голоса обоих.

Кейс захлопнул рот и стиснул зубы.

– С чего ты взял, будто это из-за Аны?

Зик встал и положил руку ему на плечо.

– Я знаю, что с тех пор все изменилось. Но нельзя винить профессора Кристи или кого-то еще…

Кейс стряхнул руку Зика и отвернулся. Сердце заколотилось при воспоминании о том дне. Он сжал челюсти, умоляя крики в ушах затихнуть. Ни один из братьев не остановил его, когда он снял с крючка шляпу-котелок и нахлобучил ее на свои кудри. Кейс положил ладонь на дверную ручку.

– Не надо… не надо впутывать ее в это. Я вернусь поздно вечером, Зик, если ты не против. И я приду на твою встречу, Джов. Только проследи, чтобы его там не было.

С этими словами он вышел, захлопнув за собой дверь. После всего случившегося Кейсу не хотелось воскрешать образы, прячущиеся в самых темных уголках его сознания. Он поймал такси. Вот насладится вечером в театре, а потом будет думать, что делать дальше.

Глава 4

Свидетельствуй, о память

Халли

За углом от «Книг Бекхема», в еще более тихом переулке, Халли возилась с ключом от своей квартиры. Проклятая штука никак не желала попадать в скважину. Нет, не потому, что руки дрожали. Вовсе нет.

Плевать, что ее уволили и в сумке лежала последняя зарплата, плевать, что какой-то эгоистичный придурок оскорбил ее, сделав день еще хуже.

Все хорошо. Все хорошо. Она получит работу в Университете, и неважно, что большинство вакансий ассистентов в отделе закрыли еще в начале семестра. Она разберется. Ей не придется возвращаться домой в Стоунсет, где она постепенно забудет все чудеса Кивины и свою мечту об изучении древних ялвов. Нет, Халли найдет способ остаться.

Она сглотнула, наконец-то правильно вставила ключ и повернула его. Прогнав все тревоги подальше, Халли медленно вдохнула через нос. Малая часовая башня в конце переулка, построенная в память о тех, кто погиб во время долгого путешествия с Земли на Ялвару, прозвонила время.

Семь.

– Ох, луны и звезды! – Она рывком распахнула дверь и влетела внутрь. Петра должна была зайти за ней через пятнадцать минут, а Халли все еще стояла в брюках.

Кучи книг на полках в ее крошечной гостиной кто-то назвал бы бардаком, но в нем имелась система. Она разложила их в стопки по жанрам, авторам и даже цвету. Тем не менее, все они напоминали о потерянной работе, поэтому Халли проигнорировала их немой укор и пролетела мимо в спальню.

Надев приличную юбку и не тратя время на смену блузки, она застегнула широкий красный полукорсет и принялась за волосы. Халли не обладала ловкостью матери, поэтому, покрутившись перед зеркалом, так и оставила небрежный пучок, лишь заколола непослушные волосы, которые, казалось, вечно норовили выбиться. Она не пропустит из-за такой ерунды ни секунды испытаний Одиссея.

– Бип, бип!

Звездово. Петра приехала.

Запихнув кошелек в сумку, Халли поспешила в гостиную, схватила куртку, что валялась на потертом диване с торчащими из швов нитками, и распахнула дверь.

– Быстрее! Мы опаздываем! – крикнула Петра сквозь гул двигателя. Ее черные волосы блестели в лучах угасающего солнца.

Путаясь в серой юбке, Халли бросилась к экипажу и уселась рядом с подругой, отмахиваясь от вони ялварского топлива. То было лучше, чем паровые двигатели, но пахло ужасно, примерно как поджаренная плоть. Гадость.

– Извини, Петра. Я потерялась во времени.

– На улицу Вест-Джейд, – вместо ответа велела Петра водителю.

Халли провела рукой по карманным часам и глубоко вздохнула.

– И сколько уже?

– Четверть восьмого.

– Что? – простонала Халли. – Так я вовремя? Почему ты меня торопила?

Машина резко дернулась, и подруга расправила плечи.

– Иначе ты бы не поспешила.

– Может, и поспешила бы.

Раскосые темные глаза Петры остановились на сумке на коленях у Халли, и она рассмеялась.

– Пожалуйста, скажи, что ты не взяла свой альбом для рисования.

Халли сжала сумку.

– А если да, разве плохо?

– Ну, нет. – Петра откинулась назад и сложила изящные руки на коленях. Ее малиновое платье зашуршало. – Но мы идем в театр. Там тебе не придется ничего рисовать.

– Я всегда делаю наброски. Если мы сидим около сцены, там хватит света.

– Но я думала, это твое любимое произведение.

Сжав кулаки, Халли постаралась говорить непринужденно.

– Благие звезды, да какая разница? Позволь мне быть странной и рисовать во время спектакля.

– Ладно, ладно. Мои нравоучения все равно проходят мимо тебя.

Халли закатила глаза. Их водитель махал зазевавшимся прохожим в открытое окно. Когда город закладывали, то не рассчитывали улицы и на людей, и на экипажи. Согласно записям, поселенцы считали, что все передовые технологии были утеряны с прибытием на Ялвару. Некоторые даже обвиняли в технологическом упадке ялвов, но Халли не спешила им верить.

– Ты объяснила профессору Кристи, почему я не пришла?

Группа из примерно двадцати рубиканских беженцев отказалась уступить дорогу, и Петра приказала водителю посигналить. Она улыбнулась Халли.

– Конечно, и он передал, что ждет тебя завтра в девять в библиотеке.

«Хорошо, что мне больше не нужно к девяти бежать в книжный».

Петра постукивала наманикюренными ногтями по обтянутым шелком коленям.

– Ты единственная перевела почти целый абзац. Как всегда. Розали Гуннар ворчит, что мы на твоем фоне плохо смотримся.

Халли фыркнула.

– Да она учится только потому, что ее папаша ежегодно жертвует Университету тысячи золотых.

– Ты совершенно права. Я все равно велела ей заткнуться. – Петра посмотрела на свое отражение в окне. – Теперь скажи, как я выгляжу?

– Эллис подумает, что потрясающе, – озорно улыбнулась Халли.

Петра так резко обернулась, что несколько прядей выбились из прически, и прищурилась.

– Я не это имела в виду.

– Именно это и имела. Ты уже несколько месяцев на него засматриваешься. А учитывая, что мы скоро выпускаемся, вполне естественно…

– Тише ты! – Петра взглянула на водителя и откинула назад непослушные пряди. – Если папа узнает, он мне голову оторвет! Отец не считает Эллиса ровней и… ну, сама понимаешь.

Халли прикусила губу.

– Что там со свадьбой?

– Мы с Андерсоном идем на официальное свидание. В воскресенье после занятий. – Плечи Петры поникли. – Какой был смысл отправлять меня в Университет, если все, чего на самом деле хочешь, – чтобы я просто вышла замуж за кого-то богатого?

Не впервые Халли задумалась над правилами общества. В частности, среди элиты царили откровенно устаревшие обычаи. Люди вернулись к ним, когда приземлились на этой странной планете и оказались отброшены в темные века. Обосновывали свое поведение религией и нежеланием смешивать кровь с другими народами, уже обосновавшимися на Ялваре. Халли не разделяла подобные взгляды.

– Ну, Андерсон хотя бы красивый. Помнишь парня, за которого вышла Зетта? Когда я увидела его в первый раз, то приняла за свинью. – Халли положила руку на плечо подруги. – Она, конечно, тоже не красавица, но…

– Халли, нехорошо так говорить, – хихикнула Петра.

– Ты бы предпочла, чтобы я соврала?

– Ты безнадежна! – Петра погрустнела. – Что я буду без тебя делать?

– Например, больше не сможешь дразнить меня из-за альбома для рисования, – предположила Халли. Их экипаж грохотал по задворкам, чтобы не ехать через рынок, где в это время наверняка толпа. Теперь было неважно, как работает книжный магазин Джесса. Халли едва держалась, чтобы не выдать свое настроение. – Ты же замуж выходишь, а не в Тев Рубику перебираешься.

– Я стану женой сына губернатора города. Придется ходить на всякие глупые приемы, где муж будет заставлять меня общаться с другими богачами.

– Вообще-то, ты одна из них.

Петра посмотрела на нее.

– Больше нет.

– Работа пока не закончена, но я еще тебя испорчу!

Петра закатила глаза, и обе девушки продолжили сплетничать. Водитель вез их в верхний город с его высокими зданиями, что напоминали Халли горы, которые она оставила далеко позади. Халли скучала по ним, а что касается остального… не то чтобы ей хотелось когда-либо вернуться домой. Но что толку тревожиться о будущем. Халли ждала «Одиссею», и нельзя, чтобы дурные мысли испортили ей ночь. О проблемах можно подумать завтра.

Наконец, машина остановилась, и Петра завозилась со своим полукорсетом.

– Не упоминай Андерсона за ужином, хорошо? Я хочу приятно провести вечер.

– Как пожелаешь. – Халли подобрала юбку. – Но если Эллис начнет строить тебе глазки, я могу не выдержать.

– Ой, ладно тебе.

– Согласна, а то ну как тебе потом и правда голову оторвут.

* * *

После просто фантастического ягненка с картофелем под розмарином в новом ресторане, куда привел их с Петрой Эллис, трио отправилось гулять. Театр Грига располагался всего в квартале, и по настоянию Халли Петра отказалась от услуг водителя. Ранняя осень в городе всегда приятна. Легкий мороз ощущался так, будто кто-то добавил в воздух крошки кофейного торта.

– И все-таки ты паршивец, Эл. – Халли плотнее закуталась в куртку и посмотрела на друга. Его светлые волосы сияли в мягком свете уличного фонаря. – Ресторан-то не из дешевых!

Эллис подал руки Халли и Петре.

– Я сам растерялся. В прошлый раз ходил с родителями и не обратил внимания на цены. Извините, теперь я должен вам это компенсировать. И придумаю что-нибудь хорошее.

Халли закатила глаза и постаралась не краснеть. Конечно, Эллис не сознавал, что сколько стоит. Родители удовлетворяли все его прихоти, но то была не вина Эллиса.

– Хорошо, что картофель и правда оказался вкусным. Иначе не сносить бы тебе головы.

Это был единственный положительный момент.

– Прошел на волосок от смерти. – Он пихнул ее в плечо, и его зеленые глаза сверкнули.

– В следующий раз поберегись. – Петра покачала головой. – Однако, как по мне, ты расплатился за прошлое злодеяние.

– Да уж. – Халли рассмеялась, позабыв о тревогах. – По крайней мере, теперь я знаю, как сильно ненавижу свиной язык.

– О, это было ужасно! – побледнела Петра.

– Вы сами решили его заказать! – рассмеялся Эллис.

– Конечно, но ты же нам хвастал, что ничего лучше не ел. – Халли вздрогнула, вспомнив грубую текстуру блюда. Фу. Отвратительно.

– Благие звезды, у вас обеих просто нет вкуса.

Халли слегка стукнула его в плечо. Они как раз дошли до театра Грига. Здание было выше, чем книжный магазин и гостиница ее отца в Стоунсете вместе взятые. Колонны, на которых красовались герои какой-то давней истории, которую Халли еще не читала, поддерживали конструкцию.

Весь фасад за ними сиял огромными окнами от пола до потолка. Десятки других зрителей тянулись по лестнице к трем входам, где их ждали стюарды. Халли подпрыгнула на цыпочках.

– Поскольку отец в совете директоров, у нас хорошие места. – Эллис жестом пропустил дам вперед. – Одну ложу не заполнили.

– Ох, – сглотнула Халли. – Мы высоко будем сидеть?

Петра, теребя свой тонкий плащ, застонала.

– Халли. Ты не выпадешь из ложи.

– Но что, если… Я статью читала, как человек высунулся слишком далеко, и что-то его напугало, и он… о, звезды. Вы уверены?

Эллис отдал билеты стюарду, и тот их пересчитал.

– Разве ты не мечтала посмотреть эту пьесу больше всего на свете?

Петра похлопала Халли по плечу.

– Я отчетливо помню, как ты грозила, что будешь преследовать Эллиса всю оставшуюся жизнь, если он не выпросит у отца билеты.

Халли прищурилась.

– Потому что я умру, если не посмотрю этот спектакль.

– Тогда нечего трястись, что выпадешь из ложи!

– Но если я начну падать…

Эллис покачал головой.

– Мы схватим тебя прежде, чем ты упадешь и разобьешься насмерть. Договорились?

Халли не ответила, потому что едва она увидела роскошное фойе, весь страх исчез. Это было ее второе любимое место в Григе, после сцены, которая шла на первом. Вероятно, так мог выглядеть зал сирулинского дворца в Сол Адриде. Их правитель сидел в роскошном замке, прикарманивая все деньги королевства. Так, по крайней мере, говорили торговцы Рубикана, что останавливались в гостинице ее отца. Стоунсет находился на границе, у них всегда было много постояльцев. Халли не знала, можно ли им доверять, но ничто из того, что она узнала по прибытии в столицу, не опровергало эти заявления.

Халли вручила свою куртку гардеробщику, пробормотав слова благодарности. Эллис снова подал руки спутницам.

Покрытые рубиново-красными дорожками лестницы вели посетителей на верхние этажи и в дорогие ложи, перила сияли в мягком свете большой люстры. Халли могла поклясться, что видит свое отражение в полированном металле.

Когда они достигли площадки, Эллис отвел их к последней ложе. Свет изящных ламп рисовал тени на полу.

Ложа вмещала всего четверых, но из нее открывался великолепный вид на сцену. Отделанная, как и весь зал, алым и золотым, ложа выглядела довольно уютно, и Халли почти забыла свои страхи. А когда увидела саму сцену, то не смогла сдержать визг. Тихий рокот публики внизу только усилил ее волнение.

– Как прекрасно, Эл! Твой отец заслуживает повышения!

Эллис рассмеялся и сел рядом с Петрой.

– Ты так говоришь только потому, что это «Одиссея». А вот приведи тебя на какой-нибудь из этих новых рубиканских спектаклей, ты бы не впечатлилась. В них вечно один и тот же сюжетный поворот: все умирают. Абсурд.

Он не ошибся; те спектакли были ужасны, хотя Халли все равно не отказалась бы от бесплатного билета. Помимо занятий в библиотеке походы в театр были ее любимым занятием в Кивине.

– Посмотрите на программку! – Халли взяла свою у Эллиса и провела пальцем по тисненому названию. – Такая красивая!

– Ты точно сдержишься? – со смехом спросила Петра.

– Обещаю заткнуться, как только поднимется занавес. – Халли поправила юбку свободной рукой.

– Не верю ни на минуту, – усмехнулся Эллис.

Она шлепнула его программкой по колену.

– А ну тихо. В прошлый раз я болтала все представление лишь потому, что… звезды, было так плохо, я даже слов подобрать не могу. Актеры играли ужасно, и…

– Да, да, мы знаем, ты бы справилась гораздо лучше. – Петра обмахивала лицо своей программкой.

Халли фыркнула и стянула с плеча сумку, ища принадлежности для рисования. Она достала альбом и положила его на колени.

– Так и есть. – Спутники проигнорировали ее; она выбрала твердый карандаш для легких набросков и заглянула в программку. – Стерлинг Гослан в роли Одиссея? Разве он не был в…

Ее прервало мерцание электрических ламп внизу и тишина, наступившая в просторном зале.

– Тс-с! – Петра ткнула ее и указала на сцену, где раздвинулся толстый бархатный занавес.

– А можно не ставить мне синяки… о! – Халли проглотила окончание фразы и положила программку рядом с сумкой. Она подалась вперед, насколько осмелилась, и улыбнулась, заметив, как девять актеров – должно быть, Музы – ждут выхода. Свет отражался от их скрытых белыми масками лиц.

– Свидетельствуй, о память… – эхом прокатились их голоса.

Позабыв о рисовании, Халли подперла подбородок руками. Альбом упал с ее колен, карандаш покатился по полу. И на этот раз ей было все равно.

Кейс

Для небольшой передвижной труппы исполнители проделали достойную работу над пьесой, подумал Кейс. Они не смогли втиснуть все детали в двухчасовое представление, но актер, играющий Одиссея – какой-то там Стерлинг, – замечательно справился. С финальной сценой режиссер особенно постарался. Удивленные взгляды на лицах женихов, когда нищий превратился в Одиссея, смотрелись фантастически. Однако для Кейса самой трогательной сценой стало воссоединение героя с женой.

Вот бы любовь действительно была такой. У его родителей ничего подобного точно не наблюдалось. Джов с женой казались вполне счастливыми, но Кейс сомневался, что она стала бы ждать двадцать лет, пока его брат вернется с войны.

Сам Кейс Джова так долго не ждал бы. Брошенные в недавнюю встречу едкие слова старшего брата все еще жалили. Но с другой стороны, Кейс скоро покинет город, так что какая разница?

Шагнув в коридор с красной дорожкой, он погрузился в мысли о предстоящей миссии. Что это будет? Где? Может, нужно совершить тайную вылазку в соседний Сирулин? Самой дальней поездкой в его жизни оставалась переправка местного губернатора в регион Кристалфелл по эту сторону Нарденского хребта. Они с Нагсом летели сквозь шторм в одном из самых больших причудливых аэрокораблей. Не слишком весело вышло. Все прочие миссии были в пределах часа лета.

Отношения между Джейд и Сирулином никогда не были дружескими, но с последнего крупного конфликта прошло не менее двух десятилетий. Он начался из-за споров по поводу использования Нарденских шахт, где добывали зуприум, уникальный самородный металл, который никогда не ржавел. Он обладал и другими невероятными, почти магическими свойствами, что обнаружил дядя Кейса почти двадцать лет назад. Его открытия привели к созданию аэрокораблей. Что-то при взаимодействии металла с электричеством заставляло устройства летать.

В любом случае после пяти долгих лет сражений война закончилась победой Джейд, а Сирулин остался ни с чем, пылая жаждой мести.

Последние несколько лет ходили слухи о беспорядках, о пограничных рейдах и людях, исчезающих в глуши, но Кейс не следил за политикой. Лишь знал, что, по слухам, Сирулин был причиной исчезновения ялвов.

Пока он брел за выходящими из лож людьми, на периферию сознания закралось далекое воспоминание, как они с Аной решили съехать с перил. Внизу лестницы Кейс отвернулся от места, где тогда упал с упомянутых перил, сломав лучевую кость о край каменной ступени. Это было до того, как театр выстелили ковром цвета крови. Он вспомнил сдавленный от слез голос матери и жесткий, немигающий взгляд отца, обещавший возмездие за проступок, хотя Кейсу было всего семь, а Ане шесть.

Проклятые воспоминания.

Кейс потер место перелома. Даже четырнадцать лет спустя фантомная боль возвращалась, когда он слишком долго думал об этом случае. Встряхнув головой, Кейс вытащил часы и пошел дальше. Если не слишком поздно, можно заскочить в таверну по пути обратно к Зику, пропустить пару рюмок. Он мог позволить себе похмелье, раз уж его не подпускают к кораблю ближе чем на три метра.

Оставалось надеяться, что ситуация скоро изменится, если Джов сдержит слово.

Задумавшись, Кейс не заметил высокую девушку на своем пути. Он чуть не сбил ее с ног и чуть не врезался в похожего на мышь гардеробщика, который пискнул от неожиданности.

– Вот зачем торчать посреди фойе? – прорычал Кейс, отпуская руку девушки. К счастью, он удержал их обоих от падения. Кейс слегка закашлялся, ощутив сладкий аромат, напоминающий горный воздух.

– О звезды, ну разумеется, это ты, – ехидно произнес приятный женский голос.

Кейс перестал отряхивать пыль со своего слишком большого сюртука.

Она выглядела иначе, чем прежде: растрепанные волосы были зачесаны назад, а одежда стала намного изысканнее, но он помнил эти золотисто-карие глаза.

Звездово.

Расправив плечи, Кейс усмехнулся.

– Девушка из книжного! Ну чем не приятный сюрприз? Я уж надеялся, что больше никогда тебя не увижу.

Та сжала кулак.

– Взаимно.

Кейс стиснул зубы и велел гардеробщику:

– Мою шляпу, пожалуйста.

Тот поспешил прочь, а девушка изогнула темную бровь.

– Думаешь, будто что-то особенное из себя представляешь? Удивительно, как ты вообще сказал «пожалуйста».

С коротким поклоном, от которого лысина блеснула в электрическом освещении, служитель протянул Кейсу его котелок. Кейс выхватил его из рук мужчины.

– Не в силах придумать оскорбления получше? Какая жалость.

– Жаль, не настолько ты чист, чтоб мог я плюнуть на тебя[3].

– Ты слишком гнусна даже для проклятий. Чума тебя возьми![4] – Кейс удовлетворенно улыбнулся ей, а она сощурилась. – Странно, что ты вообще слышала о Шекспире. Судя по акценту, ты с гор, а все знают, что чем выше забираешься, тем больше зубов теряешь. – Ноздри девушки гневно раздулись, но Кейс на этом не остановился. – Что, приехала за лучшей жизнью? Проверить, сможешь ли сойти за кого-то стоящего?

– Ну конечно, куда нам, плебеям, до такого величия. – Ее жесткие слова падали с губ словно камни. Несколько посетителей остановились послушать, но после злого взгляда девушки двинулись дальше по своим делам. – По крайней мере, я не врываюсь в книжные магазины после закрытия и не требую, чтобы меня обслужили.

– Я ничего не требовал.

Ее уже было не остановить.

– Знаешь, мир не вращается вокруг тебя, но ты так много о себе…

Кейс схватился за поля шляпы с такой силой, что чуть не порвал их. Рев крови в ушах заглушил конец фразы. Кто, черт возьми, эта девчонка? Почему так упорно его выводит? Почему он не может просто уйти? Другие люди толклись вокруг них, брали свои вещи и шагали в лунную ночь, смеясь и болтая. Их ничего не тревожило, а вот у него уже в глазах темнело от ярости.

– … так что извини, если я не стелюсь перед каждой твоей чертовой прихотью! – закончила она, задыхаясь.

Кейс нахлобучил шляпу на голову.

– По крайней мере, я не какая-то поганая девка, что подбирает объедки с университетского стола.

Слова вырвались прежде, чем он успел остановиться. Рука девушки из книжного взметнулась в воздухе. Голову Кейса мотнуло вбок, щека вспыхнула от удара. Повисла тишина.

Несколько зевак ахнули. Кейс уловил возмущенные шепотки, но никто не попытался помочь. Эгоистичные создания.

Потрогав щеку, он моргнул раз, другой. В этот момент ему вспомнились слова отца.

«Мне надоело, что ты позоришь фамилию Шекли».

Возможно, Харлан был прав.

Хрустальные слезы скопились в уголках глаз девушки. Кейс проигнорировал царапающее ощущение в груди. Сказанного не вернуть; слова повисли в воздухе, как надвигающиеся заморозки. Он не собирался говорить ничего такого, но ее необоснованное предубеждение довело его до грани. Особенно в свете последних нескольких дней.

– Халc! Машина уже ждет! – прервал их новый голос. – Петра с тобой?

Девушка из книжного моргнула и поспешила прочь, напоследок пихнув Кейса плечом.

– Эй! Как ты смеешь… – Он выскочил из театра и осекся, увидев, как она топает к молодому человеку, что ждал у подножия лестницы. Рядом стояла машина с блестящими колпаками. У Кейса сжалось сердце, когда он встретился взглядом с долговязым юношей с золотистыми светлыми волосами.

– Кейс? – весело окликнул блондин. Кейс явно не разделял его настроение. – Это ты?

Девушка из книжного обернулась и нахмурилась, глаза ее все еще блестели.

– Эллис? С кем ты…

Звездец, звездец, звездец.

Кейс попытался протолкаться обратно в Григ, но девушка в шуршащем алом платье преградила ему путь. Она окинула его оценивающим взглядом, прежде чем проскользнуть мимо.

– Кейс! – снова позвал Эллис.

Он пробежал по каменным ступеням и схватил Кейса за плечо. Тот, прежде чем обернуться, постарался изобразить на лице приятное изумление.

– Эллис! Я тебя не узнал.

Эллис коротко поклонился, затем помахал девушке из книжного и той, в алом, которая помешала Кейсу сбежать. Он чуть не застонал вслух. Да что за день такой…

– Сколько мы не виделись? Три года? Четыре? – продолжил Эллис.

Его спутницы двинулись к ним, о чем-то перешептываясь, девчонка в алом тащила за собой девушку из книжного. Последняя замерла на несколько ступенек ниже, ее плечи были напряжены.

– Примерно с тех пор, как я попал в Отряд.

Жар пополз по затылку Кейса, вероятно, только усугубляя отпечаток руки, который, как он не сомневался, украшал его щеку. Кейс столько раз зарекался не срываться на людях, но увы. Потрогав кольцо на мизинце, он прочистил горло, избегая смотреть на девушку из книжного.

Эллис, вероятно, мог догадаться, почему на самом деле Кейс бросил школу, но это была не тема для вежливого разговора. Кейс также не хотел обсуждать всю историю своей жизни. Для этого потребовалось бы слишком много кружек эля в самой темной кабинке в самой грязной таверне, которую могла предложить Кивина.

– Точно. – Голос Эллиса был теплым, как солнце, он явно не чувствовал настроение Кейса. – И как служба?

– Отлично.

Эллис повернулся к спутницам.

– Это Петра Либер из Кивины. Ее отец владеет большей частью улицы Стаусон.

Молодая женщина в алом шелке протянула руку. Кейс взял ее и быстро поцеловал, хотя у него все еще сжимался живот.

– И…

– Мы уже встречались, – перебила его девушка из книжного, оглядываясь через плечо.

– Халли! – прошептала Петра.

Эллис кашлянул.

– Это Кейс Шекли. Мы вместе учились в школе, прежде чем я поступил в Университет.

Кейс засунул руки в карманы пиджака.

– Прошу прощения за грубость, Эл, но мне нужно идти. Рад был тебя видеть. Мой водитель…

Халли фыркнула и отвернулась. Ее глаза больше не блестели от непролитых слез.

Кейс сжал руку.

– Извините, вы хотели что-то сказать?

– Вовсе нет. – Она махнула рукой. – Беги. Твой шофер, должно быть, уже в припадке бьется, ожидая тебя.

– Действительно, у него случилось несколько штук по дороге сюда. Бедняга. Я передам ему, что ты беспокоилась… Халли, верно? Опять же, приятно познакомиться, – выплюнул он сквозь зубы.

Затем поклонился остальным и отвернулся. Взгляд Халли прожигал дыру в его затылке, пока он не спустился по лестнице и не сел в нанятый экипаж.

Халли

Глядя вслед мерзкому Кейсу Шекли, Халли стиснула зубы. Почему он имел над ней такую власть? Почему она просто не отмахнулась от его оскорблений? На самом деле, Халли могла бы даже простить его, не назови он ее… так. Слезы разочарования снова навернулись на глаза. Откуда ему знать, каких сил стоило ей обучение в Университете. Он заслужил ту пощечину десять раз.

Его имя казалось знакомым. Друзья смотрели на нее с разной степенью раздражения.

– Серьезно, Халли! – Петра покачала головой, и выбившиеся из ее элегантной прически пряди взметнулись. – Ты нас опозорила!

Халли пожала плечами, чувствуя, как краснеет.

– Знаешь, кто это был? – спросил Эллис, сжав пальцами переносицу.

Халли потеребила ремешок своей сумки и покачала головой.

– Он сын Харлана Шекли! – простонал Эллис.

– Харлан Шекли… погодите… разве это не…

Петра подошла к ней и прошептала:

– Да, Лорд-капитан Харлан Шекли. Глава армии. Член Высшего совета.

На этот раз Халли не удержалась от румянца.

– Тот самый Харлан Шекли?

– А ты только что оскорбила его сына, – добавила Петра. – Надеюсь, тебя не бросят в темницу. Ты бы там не выжила.

– Темницу?

Эллис усмехнулся.

– Она шутит, но, Халли, о чем ты думала? Нельзя оскорблять тех, кто выше тебя по положению!

– Тем, кто занимает высокое положение, нужно учиться манерам. – Халли скрестила руки на груди. – Сегодня он зашел в мой книжный, был груб и невнимателен, и назвал меня…

Эллис всплеснул руками.

– Давайте пойдем, пока нас всех не бросили в темницу.

– Но ты сказал…

– Пойдем, – перебил Эллис, открывая дверь машины.

Халли стиснула зубы. Эллис помог Петре забраться внутрь.

Когда черед дошел до нее, Халли покачала головой, и Эллис закатил глаза.

– Не глупи.

– Пройдусь пешком.

Эллис замер.

– А если тебя ограбят по дороге?

– Лучше так, чем ехать с вами.

– Халли. – Голос Эллиса стал мягче. – Ты же знаешь, как устроено общество. Таким людям, как ты, приходится играть по правилам, как и всем нам.

– Таким, как я?

– Я не это имел в виду.

– Тогда что?

Он моргнул и покачал головой.

– Я хочу сказать, что в долгосрочной перспективе так тебе будет легче.

Она просто посмотрела на него, и Эллис выругался себе под нос.

– Как хочешь. Я просто был честен.

С этими словами он сел в машину.

Когда экипаж Петры тронулся с места, оставив позади себя вонь и саму Халли, она плотнее закуталась в куртку. Халли старалась не думать, насколько лучше было бы ехать в теплой машине. Но она не хотела всю дорогу слушать, как плохо обошлась с прославленным Кейсом Шекли. Если у тебя есть деньги, это не делает тебя лучше остальных.

Вдобавок прогулка дала бы время успокоить бушующие в груди эмоции, чтобы потом не хлопать дверью квартиры и не будить домовладельца. Халли бы не выдержала очередную лекцию, как его жена потом не смогла заснуть обратно. И без того не единожды поднимала их затемно, потому что опять забыла ключ.

Хотя в последний раз она пришла не так уж и поздно. Всего около полуночи. Но если послушать домовладельца, Халли колотила в дверь как сумасшедшая в два часа ночи. Проклятые звезды, она думала, ей придется затаиться где-нибудь в переулке и спать там, надеясь, что никто на нее не нападет. Стражи в основном следили за порядком, но они не могли быть везде. Ее квартира находилась не в трущобах, но мелкие воришки все равно шныряли по окрестностям в поисках наживы.

Халли покачала головой и пошла по дорожке. После ссор с друзьями и Кейсом Шекли на то, чтобы успокоиться, ей нужно как можно больше времени.

Ботинки слегка постукивали по мощеной улице, пока она шла к главной рыночной площади. К счастью, ночью там становилось не так многолюдно, но поскольку город был очень густонаселенным, даже затемно встречались гуляки. Халли старалась избегать тех, кто петлял из одной таверны в другую. Такого рода заведения заполонили главную дорогу, идущую от рынка к площади Маккензи перед сверкающим Джейд Центром на вершине холма.

Халли кивнула патрульным, стоявшим на углу возле одной из самых шумных таверн. Они явно скучали, один держал дымящуюся чашку кофе. Он отсалютовал ей напитком и продолжил болтать с напарником.

Похоже, ночь выдалась тихой, раз у них есть время на перерыв. Чем еще занимается Стража помимо того, что бродит по улицам в поисках нарушителей спокойствия? Она слышала, есть специализированное подразделение, которое выполняет особые задания. Они с Джеком как-то читали книгу о тайных агентах, что путали карты главе преступного синдиката в далеком мире на краю космоса.

Но этого всего оказалось недостаточно, чтобы она забыла резкие слова Кейса. Те жалили, как красный горный шершень, и жгли ей уши. Он зашел слишком далеко, но не без ее помощи. Вечно она сначала говорит, а только потом уже думает.

Мать всегда повторяла, что язык Халли – смертельное оружие, которое нужно держать под контролем. И если не найти новую работу до конца месяца, то вскоре вновь придется слушать эту присказку.

Из таверн на улицу лилась музыка. Звуки популярной застольной песни пронзили воздух:

– Раз был я на горе Лома, красиво на югах…

Халли невольно стала шептать знакомые слова. Брат обожал горланить эту песню, когда мама заставляла его убирать обеденные столы в гостинице.

К заводиле присоединялось все больше голосов, бодрая мелодия и слова эхом отражались от каменных стен. Какой-то ночной бродяга фальшиво подхватил мотив и чуть не налетел на Халли. От него так разило, что ее чуть не вывернуло.

Он распахнул дверь в таверну, и вместе с песней стал слышен топот ног и звон кружек. Халли поспешила дальше.

Несколько минут спустя она вошла на почти безлюдную рыночную площадь. Еще один патруль охранял периметр и поприветствовал кивком Халли. Она поклонилась в ответ и поспешила мимо пустых палаток и развевающихся шатров. Ее ботинки давили выброшенные маргаритки, которые уже начинали желтеть и увядать. Халли ощутила боль в груди. Джемма, милая маленькая цветочница, похоже, все-таки не выполнила свою дневную норму. Неудивительно, но как не посочувствовать бедолаге. Не будь у Халли профессора Кристи или Университета, она могла бы оказаться в такой же ситуации.

Если увидит цветочницу утром, даст ей лишний медяк.

Когда она достигла другой стороны площади, новая песня привлекла ее внимание. Эта трогала еще больше, но Халли не смогла заставить себя подпеть.

– Душу мою с собой,

Милый, возьми

Через долины, туман

Дай с тобой пройти…

Женское сопрано выводило песню о любви, предначертанной самой судьбой. Когда-то Халли часами мурлыкала мелодию себе под нос и танцевала с невидимым партнером в своей крохотной спальне. Ее сердце болезненно сжалось, и она зажмурилась, молясь, чтобы образ светловолосого мальчика со смеющимися карими глазами просто исчез. Звезды. Какая ужасная ночь. Сначала Кейс Шекли. Потом воспоминания о брате. Теперь Нильс.

Просмотр «Одиссеи» должен был сделать этот день лучшим в ее жизни. Но реальность та еще поганая девка.

По крайней мере, воспоминания, которые лучше оставить в пыльных, забытых уголках сознания, наконец вытеснили гнев и смущение. Она сморгнула слезы и оставила рыночную площадь и ее музыку позади.

Глава 5

Пятьсот золотых

Халли

Шелестя юбками, Халли заслонилась от утреннего солнца и помахала своим профессорам, проходя мимо здания Университета. Каменные блоки увивал плющ, он заползал в каждую щель, но углы не трогал. Те были обшиты зуприумом, чудесным металлом, который вырвал Джейд из темных веков. Халли очень ценила, что больше не нужно сидеть при свече или газовой лампе, если захочешь почитать ночью, но одновременно ненавидела этот металл. Зуприум дал возможность людям пользоваться электричеством здесь, на этой странной планете, но упорно напоминал Халли о доме.

Когда она вошла в тень больших колонн университетской библиотеки, то будто перенеслась в другое время, где хлопья зуприума покрывали знакомые светлые волосы. Нильс.

Звездец.

Нельзя плакать – это не поможет на встрече с библиотекаршей, а только ради нее Халли сегодня утром нарядилась в юбки. Библиотекарша не ценила новую моду, считая брюки довольно вызывающими, а Халли нуждалась во всех возможных козырях, если хотела получить работу.

Может, наивно было надеяться на благосклонность старой карги, но попытаться стоило.

Огромная арочная дубовая дверь заскрежетала по каменному полу библиотеки, когда Халли толкнула ее обеими руками. Сумка соскользнула с плеча, но Халли быстро подхватила и отряхнула ее. Это была одна из немногих новых вещей, которые она купила себе по прибытии в столицу два года назад.

Пыльные электрические лампочки, что мигали в люстре, не особо успокаивали нервы. Откинув назад несколько выбившихся прядей, Халли сделала глубокий вдох.

В бой.

Ради этого она специально пришла за полчаса до назначенной встречи с профессором Кристи – удивительный подвиг, вот бы Джесс увидел. В любом случае, Халли потребуется все это время, чтобы убедить старую летучую мышь дать ей работу.

«Наверное, не стоит больше называть ее летучей мышью… или старой каргой. Она не виновата, что сумасшедшая».

Халли ухмыльнулась и шагнула вперед, выпятив грудь и высоко подняв голову. Она думала втянуть в дело Петру или Эллиса, предложив им взамен помочь с учебой, но все еще злилась на них за прошлый вечер.

Оставался запасной план: произвести впечатление и умолять, если понадобится.

Выйдя из большого фойе с мраморными колоннами и стенами, завешанными гобеленами, Халли заметила любезнейшую библиотекаршу за ее большим овальным столом. С одной стороны высилась стопка книг. Заслышав шаги, женщина подняла глаза от желтого журнала, ее верного орудия против тех ужасных студентов, которые забывали вернуть книги вовремя. Халли никогда не забывала. Это ведь должно дать ей преимущество, да?

Морщины на лице женщины стали глубже, когда она узнала посетительницу, но Халли глубоко вздохнула и одарила ведьму… то есть прекрасную библиотекаршу своей самой сияющей улыбкой.

– Доброе утро, мадам Терри. Разве сегодня не идеальный день для хорошей книги? Вы уже читали последний детектив Гардье? Его персонажи буквально готовы спрыгнуть со страниц!

Мадам Терри погладила плетеный узел на макушке и хмыкнула. Халли прикусила губу, чтобы не ляпнуть что-нибудь. Вместо этого она снова улыбнулась.

– Он действительно хорош, клянусь. Думаю, вам особенно понравится, что расследование происходит в заколдованной библиотеке в эпоху Рассвета, поэтому герои истории – сирлы… Да, кто-то может не одобрить, но как по мне, находка интересная, даже если временами получается довольно жутко. Там в одно месте преступник убил возлюбленную главного героя всего лишь…

Библиотекарь вернулась к своему журналу, и Халли замолчала, сдерживая все шекспировские оскорбления, которые просились на язык, самое мягкое среди которых – «ничтожные, бессильные вы черви!»[5]

– Видите ли, мадам Терри, на самом деле я пришла, чтобы…

– Нет, вы не можете пользоваться комнатой древних рукописей. Вы потеряли свои привилегии.

– Я умирала с голоду – и не оставила там ни крошки! – Сердце Халли забилось быстрее, но она попыталась успокоиться. – Я собираюсь подать апелляцию декану Химмелу, и он…

Халли остановила себя, пока не потеряла самообладание и не упустила свой шанс… хотя он, похоже, уже лежал на дне океана вместе с бесчисленными кораблями, утонувшими в попытках найти континент Тасава. Она прочистила горло.

– В смысле, я не за этим пришла. Просто хотела спросить…

– И мне придется проверить вашу сумку на предмет контрабанды. – Голос женщины был таким же хриплым, как и всегда. Она протянула иссохшую руку и улыбнулась, обнажив идеальные зубы. Хотя последнее не утешало.

«На что я вообще надеялась?»

– Это был просто кекс, – заныла Халли, открывая сумку и протягивая ее для осмотра. – Я не успела позавтракать тем утром, а мне нужно было изучить тот ялвенский документ до лекции профессора Кристи. Мы обе знаем, я ни за что на свете не повредила бы книгу или рукопись.

Мадам Терри ничего не сказала, только отодвинула кончиком авторучки блокнот и ткнула книги Халли, словно ожидая, что из них выскочит пирожное.

«Могла бы и в брюках прийти. Теперь придется просить профессора Кристи помочь с работой…»

Когда библиотекарша наконец дала добро, Халли поплелась к ближайшему к камину столу. Маленькое пламя в очаге не слишком согревало. Она надеялась избежать расспросов Кристи, потому что тогда пришлось бы объяснять, почему она потеряла то место, которое он помог ей получить.

Проклятые звезды.

Сдерживая слезы, Халли достала свою книгу по ялвенскому языку и вчерашний незаконченный перевод. Хоть отвлечется, пока не придет профессор, и, как Халли надеялась, она успеет придумать, как поговорить с ним о должности ассистента.

* * *

Благие звезды, Халли никогда так не застревала с переводом. Строго говоря, это была не ее вина. Если половина слова выцвела, понять, что оно означает, почти невозможно. Под издевательским пробелом она набросала список версий, но каждая казалась бессмысленнее предыдущей – самой последней шла «земляная пчела», вид отвратительного насекомого, который жил под землей и чей укус вызывал легкие или сильные галлюцинации. Халли сомневалась, что ялвы имели в виду их, потому что от фразы «они пришли с искрящимися земляными пчелами» едва не рассмеялась вслух.

Хорошо, что она этого не сделала, так как старая карга-библиотекарь не спускала с нее глаз, вероятно, надеясь, что Халли облажается. Тогда мадам Терри смогла бы официально запретить ей посещать священные библиотечные залы.

Ничтожный, бессильный червь.

Да, это оскорбление было уместно. Оно также помогло высушить остатки слез с глаз Халли.

Воткнув карандаш в волосы, она постучала пальцами по пергаменту.

– Но что бы это могло быть?

Два слова в верхней части списка казались самыми вероятными, но они не совсем соответствовали тому, что она знала о ялвах. Может, ей следует спросить профессора Кристи, когда он наконец придет? Часы прозвонили девять почти десять минут назад, но пожилого учителя нигде не было видно. Может, пойти к нему в кабинет? Вряд ли у него сейчас ученики, но до лекции они больше не пересекутся. Почему он хотел встретиться с ней заранее, было немного непонятно, но Халли это не беспокоило. Все равно ей больше спешить некуда.

Предательские слезы снова обожгли глаза.

– Звездец.

– Мисс Уокер, я рад, что вы пришли! – раздался скрипучий голос.

Халли вскинула голову и поспешно смахнула слезы. К ней шагал профессор Кристи с густыми белыми усами и очками, сидящими на густой шевелюре. Ему было около семидесяти, но заправленные за уши пряди волос все еще оставались бледно-рыжими, гораздо ярче ее собственных каштановых.

С улыбкой она встала, споткнулась о юбки, но успела ухватиться за край стола, пока не выставила себя полной дурой. Не то чтобы парень, сидевший через три стола от нее, не заметил ее слез.

– Профессор! Я уж было забеспокоилась, что вы совсем обо мне забыли. – Халли поправила юбки, чтобы избежать еще одной катастрофы.

Роскошная одежда, звезды ее подери.

Профессор Оуэн Кристи ухмыльнулся, демонстрируя свои неровные зубы, и поправил сюртук.

– Прошу прощения, моя дорогая. Я был занят изучением части документа, который вчера поручил тебе перевести, и просто забыл про время. – Он усмехнулся, похлопывая себя по тучному животу. – Возможно, несколько пирожных тоже послужили тому виной. По дороге в Университет я наткнулся на восхитительную пекарню. Элейн не слишком довольна, что я пропустил завтрак с ней, но, благослови звезды душу бедняжки, ее стряпня не идет ни в какое сравнение с этими булочками с корицей.

– Все в порядке, профессор. У меня было больше времени посидеть над своим переводом, и в итоге я даже задумалась, не бросить ли Университет и не отправиться ли исследовать дебри Сирулина.

– Все настолько плохо?

Халли снова села, и Кристи последовал ее примеру. Она передала ему свой блокнот.

– У меня есть несколько вариантов, но, как вы можете заметить, части слова или фразы слишком выцвели, их не перевести точно. Однако, основываясь на своих знаниях и небольшом исследовании, которое я провела, два слова сверху кажутся мне наиболее вероятными.

Она указала на них, и Кристи наклонился ближе, надев очки. Халли продолжила:

– Если верить интуиции, это слово – «магия», но «абстрактные науки» тоже могут подойти. Оба варианта означают примерно одно и то же, но я склоняюсь к первому, поскольку большинство старых текстов, включая «Культурные практики и верования ялвов» Рэйвона Чорцле, указывают на то, что ялвы обладали какой-то непонятной ученым силой. Конечно, они подразумевали Сущностей. Поэтому упоминание магии выглядит логично, хотя и сбивает меня с толку.

Профессор кивнул.

– Почему это тебя смущает, дорогая? Я знаю, что ты уже изучала Ялвенскую мистическую практику.

Халли вернула себе блокнот и провела рукой по столбцу.

– Судя по записям, которые у нас есть, высадка и последующее заселение Ялвары прошли мирно, разве что многие запаниковали, когда все технологии отключились.

Краем глаза она заметила, как в библиотеку вошел мужчина и остановился у стойки регистрации. Он снял котелок, обнажив короткие темные волосы, чьи кончики торчали во все стороны. Споря с мадам Терри, он дергал рукав своей нефритово-зеленой формы. Страж. Халли моргнула и сосредоточилась на беседе с Кристи.

– Я так и знал! – Его улыбка стала шире, очень кривые зубы засверкали в свете фонарей и окон. – Ты отлично справилась, моя девочка! Ты подойдешь.

– Что?

Она так и не получила ответа. Профессор повернулся туда, где Страж и библиотекарь все еще спорили, судя по тому, как лицо мужчины пошло красными пятнами. Халли стало его жаль.

Кристи помахал рукой.

– Гвардеец, вы можете присоединиться к нам.

У Халли внутри все перевернулось. Гвардеец? Этот человек был членом Высшего совета и главой Стражи, а не просто патрульным, как она предположила. О, милостивые звезды. Что он здесь делал? И откуда знаком с профессором Кристи?

Ее сердце забилось чаще. Мужчина направился к ним. Он уверенно пробирался между столами, хотя, судя по румянцу, еще не отошел от стычки с вечно недовольной мадам Терри.

Он поклонился Халли, когда она встала и сделала реверанс. Что еще ей оставалось делать при встрече с человеком, относящимся к верхушке всего Джейд? Ее правое колено хрустнуло. Она поморщилась и встала ровнее, покраснев. Мужчина еще раз коротко поклонился ей, прежде чем повернуться к профессору Кристи.

– Ты уверен, что она подойдет? – спросил он с резким акцентом, выдававшим принадлежность к богатому классу.

Кристи не переставал улыбаться.

– Абсолютно.

Халли закусила губу и уставилась на мужчин.

– Что вы имеете в виду?

Гвардеец повернулся к ней.

– Лучше обсудим это в более приватной обстановке. – Он посмотрел на парня, сидевшего чуть поодаль, затем снова повернулся к Халли. – Это дело Стражи.

Халли сглотнула, ее обдало сначала жаром, потом холодом. Что это значит? Она посмотрела на своего профессора, и тот ободряюще кивнул ей.

Упаковав вещи в сумку, она последовала за мужчинами в начало библиотеки, затем налево, к двери в комнату древних рукописей. Халли остановилась и оглянулась на мадам Терри. Та прищурилась и оскалилась почти по-волчьи.

– Мне нельзя там находиться. На этой неделе я допустила оплошность, и теперь секция для меня под запретом.

– Все в порядке, – сказал Гвардеец. – Я согласовал это с библиотекарем.

Упомянутая женщина не выглядела счастливой. Совсем. Халли обернулась.

– Вы уверены? Мадам Терри затаит на вас обиду, если решит, что вы как-то ее обидели, а меня она уже ненавидит.

Профессор Кристи усмехнулся, а Гвардеец пожал плечами.

– Она знает свое место. Не то чтобы не пришлось немного выкрутить ей руки, но у меня в этом деле много практики.

Его лицо оставалось совершенно серьезным, так что Халли не поняла, пытался ли он пошутить, но Джек всегда говорил, у Стражи есть свои способы достижения целей, когда это необходимо.

– Эм, ну ладно. Если вы уверены…

Гвардеец повел их в комнату. Потолочная люстра была куда менее роскошной, чем та, что в фойе, но давала столько же света. На каждом из четырех массивных деревянных столов также стояло по электрическому фонарю, на всякий случай. Изучение древних рукописей требовало больше света, и Халли не понимала, почему здесь нет ни одного окна, только столы и несколько рядов книжных полок, заваленных свитками и фолиантами.

Гвардеец указал на одно из мест, и Халли села. Сумка тихонько стукнулась о край. Халли положила ее на стол, а профессор Кристи устроился напротив. Гвардеец не сел. Он принялся расхаживать взад-вперед.

– Извините, что не представился раньше, меня зовут Джов Шекли, я Гвардеец Стражи. Приятно познакомиться… мисс Уокер, не так ли? – Он протянул руку.

Шекли? Как Кейс Шекли? О, проклятые горящие разбитые звезды и солнца.

Халли приподнялась со своего места и протянула ему руку, накоторой он оставил целомудренный поцелуй. Халли забрала ее из его хватки так вежливо, как только могла.

– Да, Халли Уокер. Мне… мне тоже приятно познакомиться с вами… я надеюсь.

Джов Шекли поднял бровь.

– Надеетесь?

Щеки Халли снова запылали.

– Я не это имела в виду… просто я не понимаю, что кто-то столь важный из Стражи может хотеть от меня. Клянусь, я не сделала ничего противозаконного!

Последняя часть прозвучала немного хрипло, но и Гвардеец, и профессор Кристи рассмеялись. Старик похлопал по столу перед собой.

– Не беспокойся, дорогая. Я сказал Гвардейцу Шекли, что ты, скорее всего, пройдешь мой маленький тест, в отличие от других студентов. Ты верно перевела. Выцветшее слово – действительно «магия».

Халли ахнула.

– Справилась только я? То есть было трудно, но я думала, кто-то еще тоже…

Она замолчала, когда старик покачал головой, и несколько прядей редких волос упали ему на глаза. Он откинул их назад.

– Я не сомневался, что это будешь ты. Как ты верно заметила, ялвы управляли некой силой, которую некоторые могли бы назвать магией, и, конечно, для жителей Первой Земли это было потрясением, но… я отвлекся. Позволю Гвардейцу продолжить.

– Да. – Джов Шекли скрестил руки на груди и посмотрел ей прямо в глаза. – Хотя я не могу сказать многого, но вас, мисс Уокер, выбрали для участия в миссии Стражи. Учитывая ваш опыт и рекомендации Оуэна Кристи, я считаю, вы подходите для этой работы.

Миссия для Стражи? Что, пылающие звезды?

Халли подождала немного, но, не услышав продолжения, сказала:

– Я не уверена, что…

– Увы, мне не разрешено вдаваться в детали. – Гвардеец потер рукой многодневную щетину. – Если вкратце: миссия довольно серьезная и под грифом строжайшей секретности. Мы не знаем, как долго вас не будет, но то, что вы сделаете, спасет много жизней. Больше я сказать не могу. Конечно, я пойму, если вы откажетесь.

– Вы ожидаете, что я скажу да, основываясь на такой скудной информации? – Халли напряглась. Нет даты завершения миссии? То есть ей и домой возвращаться не придется? – А как же моя учеба? Мне нужно закончить Университет следующей весной.

Профессор Кристи поднял руку.

– Я буду вашим наставником на время академического отпуска. Я уже поговорил с деканом, а также с главой Университета.

Халли открыла рот.

– Но это недоступно для студентов бакалавриата!

– Я обо всем позаботился, мисс Уокер, уверяю вас, – сказал профессор, опираясь локтями на стол. – Вы – лучший вариант из всех студентов, и гораздо лучше, чем старый толстяк, который уже не в форме.

Слезы вновь затуманили зрение Халли. После вчерашнего – чудо, что она не разрыдалась в ответ.

– Я… я не знаю, что сказать.

Гвардеец оперся руками о стол, растопырив длинные пальцы.

– Эта миссия – служение Джейд, и по возвращении вам заплатят пятьсот золотых.

– Что? – Халли откинулась назад, насколько позволяло кресло. Пятьсот золотых? Этого хватит еще на три года обучения и даже больше.

Гвардеец оглянулся на дверь, прежде чем снова встретиться с ней взглядом.

– Как я уже сказал, миссия важна. Не обойдется без риска, но…

– Я согласна. – Отказываться от такой суммы было бы нелепо.

Кустистые брови Гвардейца поднялись так высоко, что почти исчезли в шевелюре.

– Вам не нужно время, чтобы подумать?

Халли покачала головой; вся ее сдержанность испарилась. Еще утром она думала, что переезд домой – ее единственный выход, но с пятьюстами золотыми… молнии и звезды.

– Если профессор Кристи считает, что у меня достаточно знаний, и вы заплатите мне эту сумму по возвращении, я слетаю к проклятому солнцу и обратно, раз так надо. – Она зажала рот рукой. – Извините.

Оба мужчины мгновение смотрели на нее, а затем разразились смехом – облегченным, а не издевательским. Гвардеец пришел в себя первым:

– Звезды, Оуэн говорил, что вы, скорее всего, не откажетесь. – Профессор Кристи сулыбкой кивнул. Джов Шекли продолжил: – Но я не ожидал… Что ж, ценю вашу готовность сотрудничать, мисс Уокер. Мы встретимся сегодня в три в кабинете профессора, чтобы обсудить подробности.

Поклонившись ей и Кристи, он вышел, надев шляпу на голову. Халли повернулась к профессору.

– Я не знаю… спасибо… я… – Она поиграла своими карманными часами, пытаясь подобрать слова. – После вчерашнего я не думала, что смогу… просто спасибо, профессор.

Он прищурился.

– Не за что, дорогая. Я тобой горжусь. А теперь скажи: с чем это ты играешь? Можно посмотреть?

Пальцы Халли на мгновение сомкнулись вокруг семейной реликвии.

– Вы про эти карманные часы?

Он кивнул.

– Я никогда раньше не замечал резьбы на крышке, хотя знаю, что ты носишь их не снимая.

– Хорошо. – Она сняла часы и передала ему. – Они принадлежали моему брату, но он отдал их мне до моего отъезда в Кивину.

Не совсем правда, но и не совсем ложь. Хотя они с профессором были близки, она не знала, как он воспримет подробности истории. Когда Халли поведала Эллису и Петре, что ее брат погиб при обвале шахты, они целую неделю дышать рядом с ней боялись. Халли бы не вынесла, чтобы кто-то обращался с ней как с хрустальной, а знай профессор, насколько у нее тяжело на душе – особенно на фоне потери работы, – мог бы не отпустить ее на эту миссию, в чем бы та ни заключалась.

Он взял часы морщинистыми пальцами и осмотрел их.

– Любопытно. Ты знаешь, какой это город?

– Знаю лишь, что часы появились в моей семье много лет назад.

– Тогда я понимаю, почему ты настолько ими дорожишь. – Кристи нахмурился, но в конце концов вернул ей часы, а сам встал, опираясь на стол. – В любом случае вы заставили меня гордиться вами, мисс Уокер. Теперь наслаждайтесь путешествием всей жизни… только не забудьте задокументировать его, чтобы я мог прожить его через ваши записи.

И, слегка погладив ее по голове, он вышел из комнаты.

Халли надела цепочку на шею и ощутила легкий вес часов. Пятьсот золотых. Ее сердце забилось, а слезы радости навернулись на глаза. Благие звезды, ее мечта только что сбылась.

* * *

Халли толкнула дверь и ощутила ленивый ветерок, дующий из открытого окна. Он играл с прядями волос, обрамлявшими ее лицо, и шелестел многочисленными картами и кусками пергамента, прикрепленными к стенам кабинета профессора Кристи.

Обычно, заходя сюда, она обнаруживала новую карту, но в этот раз она увидела людей. Их пригласил не профессор, их собрали Гвардеец Джов Шекли и обещание пятиста золотых. Она не могла перестать думать о них с того самого разговора в библиотеке утром.

Университетские колокола пробили три часа, как раз когда она закрыла дверь.

«Видите? Я могу приходить вовремя».

Перед камином ждали еще двое, и среди них не было ни Гвардейца, ни Кристи, хотя Халли его и не ждала, поскольку в этот самый момент он как раз вел у ее группы лекцию.

Осторожно, чтобы не споткнуться о юбки, которые она еще не сменила, Халли подошла к остальным, собравшимся вокруг пустого очага.

– Привет! Я Халли Уокер из Стоунсета.

И поморщилась от своего слишком громкого голоса. «Просто веди себя нормально».

Миниатюрная девушка, что сидела в выцветшем кресле с цветочным узором и потертыми краями, перестала трясти ногой и подняла глаза, ее черные кудри подпрыгнули. Она коротко помахала смуглой рукой.

– Эбба Флеминг. Кивина.

– Приятно познакомиться. – Халли повернулась к следующему гостю.

Мужчина был высок, а безупречная зеленая военная форма делала его еще выше. Пыльно-каштановые волосы выбриты по бокам, но длиннее на макушке, как обычно у солдат. Знаки различия на его плечах сказали ей, что он занимает высокое место в военной иерархии… Впечатляюще для того, кто всего на несколько лет старше ее. Он расцепил руки и протянул мозолистую ладонь. Звезды, какой красавчик.

– Меня зовут Зик.

Халли протянула ему руку для поцелуя и приподняла бровь.

– Никакой фамилии? Просто случайный солдат из ниоткуда?

Рот Зика изогнулся.

– Я из Кивины, как и мисс Флеминг.

– Эбба. И технически я переехала сюда из города, о котором вы, вероятно, никогда не слышали, – сказала Эбба.

– Все равно считается.

Эбба пожала плечами.

– Итак, Халли, говоришь? Зачем ты здесь?

Халли подошла к креслу с цветочным узором и села.

Она сняла сумку, положила ее на низкий столик перед собой и наклонилась вперед.

– Гвардеец Шекли меня попросил. И предложил больше денег, чем я видела за всю свою жизнь. А ты?

Эбба приподняла бровь.

– Я могу починить что угодно.

– Что угодно?

Эбба выпрямилась в кресле.

– Я закончила университетский курс механики в пятнадцать лет. Самая молодая выпускница.

Зик рассмеялся.

– Твоя уверенность могла бы посоперничать с уверенностью Кейса.

Эбба резко повернула голову и застонала.

– Этот идиот отклонил мою просьбу присоединиться к его наземной команде.

– Кейс? – У Халли свело живот. Конечно, они говорили не об одном и том же человеке.

– Мой брат.

– Ох. – Халли сглотнула. Все равно, может быть, другой…

– Не держи на меня зла. – Солдат ухмыльнулся, в его карих глазах заблестели искорки. – Не все мужчины Шекли…

Трое Шекли? Пылающие звезды. Их трое? Пора с криком бежать прочь.

Дверь открылась, прерывая Зика на полуслове. Халли узнала Гвардейца, но за ним вошел еще один человек. Волосы цвета солнца, острые черты лица – похож на лиса, что жил в саду ее родителей. Он был намного ниже Джова Шекли, доставая ему только до плеча.

Третий вошедший закрыл дверь.

С ее губ сорвался тихий рык. «Надеюсь, никто не услышал».

Это снова был он. Кейс Шекли.

Чем она заслужила столь жестокое и необычное наказание?

Когда его взгляд упал на Халли, он ухмыльнулся и встал рядом со своим братом Зиком. Она ответила ему суровым взглядом. Когда Гвардеец заговорил, Кейс наконец отвернулся; Халли самодовольно улыбнулась, одержав маленькую победу.

– Спасибо, что пришли, – начал Джов, почесывая щетину. – Стража благодарна каждому из вас, пусть даже вы не знаете, в чем заключается миссия. Уверяю, ваша служба бесценна для королевства и его выживания.

Он посмотрел на каждого из них. Халли украдкой взглянула на Кейса, который слегка закатил глаза. Как его пригласили? Он, должно быть, считал себя таким важным, нося на шее летные очки, словно какая-нибудь богачка – ожерелье. Тьфу.

– Прежде чем мы начнем, необходимо представиться. Большинство из вас знают друг друга, но мисс Уокер – нет.

Блондин прочистил горло и шагнул вперед.

– Я агент Бен Рисc. Раньше был пилотом в Отряде, прежде чем присоединиться к Страже.

Эбба сидела в кресле, скрестив руки на коленях. Халли заметила, что на ней брюки, а не юбки. На душе стало немного теплее.

– Эбба Флеминг. – Она сдула с лица непослушную прядь.

– Мисс Уокер и я как раз познакомились. – Зик шагнул вперед, чтобы пожать руку Бену. – Рад снова вас видеть, агент Рисc.

Тот улыбнулся, но улыбка не коснулась его глаз. Солдат кивнул и отступил назад. Теперь, когда все трое Шекли собрались вместе, сходство было очевидным. Кейс казался смесью старших братьев, но она не могла понять, откуда у него такие волосы.

Все повернулись к пилоту, но он посмотрел прямо на Халли.

– Мы уже встречались.

Проклятый звезданутый идиот.

С его резким кивинским акцентом ее слова, брошенные ему у театра, прозвучали еще хуже.

Краем глаза она заметила, как сжал руки Гвардеец Шекли. Возможно, не ее одну раздражало поведение Кейса.

Неважно. Все в порядке. Пусть Кейс Шекли думает что хочет. Она придала своему лицу спокойное выражение.

– Меня зовут Халли Уокер, и я родом из славного города Стоунсет по ту сторону Нарденов. Я ученый в этой таинственной миссии. – Она ослепительно улыбнулась Джову.

Гвардеец выглядел озадаченным ее представлением.

– Спасибо, мисс Уокер. – Он сделал паузу и еще раз оглядел группу. – Я собрал лучшую команду из возможных и ожидаю, что каждый из вас проявит величайшее уважение друг к другу.

Его взгляд задержался на Кейсе, который отстраненно осматривал пыльный террариум на соседней полке. Халли прищурилась. Конечно, окаменевшие жабы были одеты в гофрированные туники и трико и расставлены так, будто одна из них заколола другую в поединке на мечах, но, если бы Гвардеец сверлил дыру в ее голове, она бы не была столь равнодушна.

Джов спрятал руки за спину.

– С учетом опасности миссии я дам вам еще одну возможность отступить. – Он помолчал. – Кто останется, знайте, что это ради блага королевства и его будущего. Ваш последний шанс сказать нет. Никто не накажет вас за это решение.

«Пятьсот золотых. Пятьсот золотых». Слова бились в такт сердцу Халли.

Когда тишина стала давящей, он продолжил:

– Ваша репутация не беспочвенна. Спасибо. А теперь давайте поговорим. Пилот Шекли, проверьте комнату.

Ноздри Кейса раздулись, но он повиновался, закрыл окно и запер дверь.

– Все чисто, Гвардеец Шекли. – Кейс присоединился обратно к группе.

Джов секунду смотрел на него.

– Как вы знаете, отношения между Джейд и Сирулином никогда не были дружескими. – «Какое преуменьшение». – Однако за последние годы наши запасы зуприума резко сократились, в то время как у Сирулина все произошло с точностью до наоборот.

Он ждал реакции, но у всех было одно и то же выражение – замешательство. Халли заговорила, не дожидаясь вопроса:

– Шахты в Нарденах все еще работают, не так ли?

Многие в ее деревне трудились шахтерами, включая Нильса. Он больше проводил времени в забое, чем помогая Джеку с подготовкой к Университету, но то было раньше.

– Да. – Эбба почесала голову. – Как правительство могло их исчерпать? Его используют только в кораблях и электропистолетах. – Она на мгновение задумалась. – Или в клинках, которые стоят больше, чем весь этот проклятый город.

Гвардеец переступил с ноги на ногу.

– Мы считаем, что наши шахты были скомпрометированы. А те, что уцелели, не производят достаточно.

– Сирулин крадет наш зуприум? – не сдержалась Халли.

– Ближе к делу, Джов, – встрял Кейс. Зик толкнул его локтем. Звезды, зачем этого дурака пригласили?

– Мы занимаемся этой проблемой, – продолжил Джов Шекли суровым тоном, – но нам нужно альтернативное решение, которое я сейчас объясню. Ваша главная цель состоит из двух частей. Первая – найти источник зуприума.

Эбба подняла руку.

– Разве не лучше обратиться к шахтерам? Я механик.

Мускул на челюсти Гвардейца дернулся. Халли сдержала смех. Все шло не так, как планировал Джов.

– Нет, мисс Флеминг. Позвольте мне закончить, и я отвечу на любые ваши вопросы.

Он подождал секунду. Никто не заговорил, и Джов продолжил:

– Вы будете искать зуприум за пределами наших границ.

Халли ощетинилась.

– Например, в Сирулине? Но это означало бы, что мы…

Кто-то фыркнул, и она заметила, как Кейс снова принял крайне скучающий вид.

– Позвольте мне закончить, и вы поймете. Обещаю, – ответил Гвардеец.

Какова же была роль Халли в этой миссии? Ее знания лежали в других областях. Зачем раздувать из вылазки что-то особенное, если только и надо, что поискать ресурс, дабы Джейд мог строить новые корабли?

Гвардеец вытащил из кармана куртки сложенный пергамент.

– Вторая половина вашей задачи немного сложнее.

Он развернул бумагу и положил ее на низкий столик перед Халли. Она быстро передвинула сумку на колени, пока остальные наклонялись ближе. Пожелтевший и сморщенный, пергамент выцвел от времени. Один угол чуть обгорел – случайно или намеренно, трудно было сказать. Серебряный берег – небольшое королевство к югу от Джейд, которое отделилось почти столетие назад, даже не значилось на карте. Какая же она старая.

Гвардеец указал на континент к югу от того, на котором они сейчас находились.

– Самая важная часть миссии – связаться с ялвами, заключить с ними союз и, в свою очередь, обеспечить торговлю зуприумом. У них есть более эффективные способы его добычи, чем у нас.

– Но, – прервала его Халли, – никто не видел их по крайней мере два десятилетия, и то лишь в Сирулине. Джейдианский клан исчез сотни лет назад. Многие источники предполагают, что они вымерли.

– Это ложь, которую распространяют Стражи и правительство. – Легкий румянец окрасил его щеки. – Насколько нам известно, ялвы все еще на Тасаве.

– Тасава? – Халли едва верила своим ушам.

Все экспедиции инженеров, отправленные на ее исследование, возвращались с рассказами о страшных зверях и прочих ужасах. Причем те немногие, кто выжил в обратном путешествии.

Кейс скрестил руки на груди.

– Ты чокнулся, Джов.

– А вы должны придерживаться правил, пилот Шекли.

Зик встал между братьями.

– Пусть он закончит, а потом мы сможем все обсудить. Вы только выставляете себя дураками.

Три брата уставились друг на друга, и Гвардеец отвернулся первым. Халли задумалась, остались ли у их бедных родителей хоть какие-то волосы.

– Здесь, – сказал он, указывая точку на карте глубоко в дебрях Тасавы, хотя – с такой устаревшей картой – кто знает, что там сейчас. – Мы думаем, что здесь находится главный город ялвов, Миррай.

– Это означает «звездный свет», – прошептала Халли, но быстро закрыла рот, поймав суровый взгляд. Она также заметила выгнутую бровь Кейса.

– По крайней мере, там он находился двадцать лет назад, когда мы потеряли с ними связь. Предположили, что они не хотят, чтобы их беспокоили после стольких страданий во время Великой войны. – Затем Гвардеец указал на часть карты, обозначенную как Штормовой залив. – Хотя у вас будет достаточно проблем в дебрях Тасавы, лучше всего приземлиться именно тут… как бы опасно это ни звучало. По чужим сообщениям и по нашим собственным данным, единственный способ добраться на Тасаву – это пролететь здесь. Температура воды и горячий воздух или что-то еще взаимодействуют, образуя почти вечный шторм в это время года. Наши собственные ученые не смогли больше ничего объяснить. Если не сможете пролететь, ориентируйтесь на «глаз» шторма. Все указывает на то, что он захватывает добрую часть побережья.

– Это почти невозможно, Джов, – резко ответил Кейс. – Ты уверен, что это единственная доступная точка приземления?

Гвардеец кивнул.

– Добираться без дозаправки слишком далеко, а островов для этого нет. Вам нужно найти путь через Штормовой залив, и, честно говоря, именно поэтому вас и выбрали для этой миссии.

– Как скажешь.

– Да, так вот, – кашлянул Гвардеец. – Это еще не все. Позволю агенту Риссу объяснить остальное.

Блондин выпрямился, а все остальные отодвинулись от карты. Он сложил руки перед собой.

– Мы перехватили последние сообщения сирлов, где говорилось, что они намерены найти ялвов и взять под контроль некое оружие. По этому и другим признакам мы думаем, что Сирулин готовится к возможной войне. Нам мало что известно о самом оружии, только то, что ялвы владели им, но мы… э-э… – Он почесал щеку и посмотрел на Гвардейца. – Мы также думаем, они могли обнаружить в Сирулине что-то не совсем естественное… что-то связанное с самими ялвами. Мы не знаем конкретных деталей, но, похоже, сирлы захватили то, что некоторые считают Сущностями ялвов.

– Как, черт возьми, они это сделали? – взорвалась Халли. – Эта религиозная практика умерла много веков назад! – Истории о великой силе, передаваемой ялвами из поколения в поколение, заполонили ее мысли. – Практика была опасной, и Ялво-Джейди-анский договор от 3664 года постановил, что больше никто не может в ней участвовать. Ялвы согласились, чтобы сила умерла вместе с последними носителями. Я могу поднять записи об их смерти в университетской библиотеке, если хотите.

Те, кто обладал частью силы бога ялвов, могли творить невероятные вещи. Однако упоминания о Сущностях было трудно найти в древней литературе, потому что никто не хотел останавливаться на проблеме, которой больше не существовало. Многие ялвы погибали в процессе принятия Сущностей, что стало главной причиной, по которой аборигены Ялвары согласились на договор. Халли хотела бы знать больше. Она вспомнила свой перевод. «Они пришли с искрящейся магией…»

Если у ялвов была такая сила, почему они боялись того, что человек принес с собой на Ялвару?

Голубые глаза агента Рисса снова метнулись к Гвардейцу.

– Такую информацию мы перехватили. Наша задача – подтвердить, что ялвы не нарушили договор, и склонить их к союзу до того, как это сделает Сирулин.

Она склонила голову набок.

– Но все источники говорят, что они никогда не были дружелюбны. Я читала об их обычаях и…

Джов Шекли постучал по столу.

– Вот почему вы здесь, мисс Уокер. Ваши знания языка и истории ялвов жизненно важны для того, чтобы убедить их присоединиться к нашей борьбе. Если начнется война, мы окажемся в откровенно невыгодном положении. Если Сирулин получит оружие, каким бы оно ни было… и действительно будет обладать Сущностями.

По ее животу разлился холод, словно она проглотила горсть снега.

Гвардеец посмотрел им всем в глаза, прежде чем снова заговорить.

– Учитывая напряженность, мы не можем рисковать, посылая отряд больше. Найдите ялвов раньше, чем это сделают сирлы, заключите с ними союз и, если возможно, добудьте больше зуприума. – Он выпрямился и сложил карту обратно. – Реальность такова, что у нас заканчиваются ресурсы. Быстро. Если мы сможем добыть больше зуприума и восстановить союз с ялвами, то сумеем предотвратить эту войну и спасти миллионы жизней. Вам, членам экипажа «Юдоры Джейд», предстоит найти чудо.

Эбба прочистила горло.

– А как же наши семьи?

Девушка в этом кресле выглядела такой маленькой. Сколько ей было лет? Семнадцать? Восемнадцать? Что она там говорила, что закончила университетский курс механики в пятнадцать? Халли прикусила губу. Они отправят едва достигшую совершеннолетия девочку в неизвестность?

– Мы защитим их здесь, в Кивине. Это все, что мы можем для вас сделать. Увы, не больше, – ответил Гвардеец.

– А как насчет моей? – вмешалась Халли. – Они все в Стоунсете. Па управляет гостиницей, а мама не захочет покидать свой сад.

– У них будет возможность переехать в Кивину.

– Но…

– Если только вы не предпочитаете, чтобы они оставались там, на прямом пути вторжения армии сирлов? – перебил агент Рисc.

Халли захлопнула рот. Святые луны. Все было настолько серьезно. Ее небольшой обед из курицы и зелени перевернулся в животе.

Еще одна минута тишины. Зик переступил с ноги на ногу.

– Когда мы уезжаем?

– Через пять дней, на рассвете. – Гвардеец замолчал и подождал, пока кто-нибудь еще не заговорит. – Если позже у вас возникнут вопросы, свяжитесь со мной через профессора. А пока вы свободны. – Он посмотрел каждому из них прямо в глаза, прежде чем кто-либо успел пошевелиться, и предупредил: – Я также напоминаю вам, что любое слово за пределами этой комнаты о деталях или целях миссии будет истолковано как измена. Спасибо.

Неудивительно, что они предлагали целое состояние по возвращении. Стража считала, что миссия почти невозможна.

Выходя из комнаты, все старались не смотреть друг другу в глаза. Они, наверное, думали о том же, о чем и Халли.

Потерпеть неудачу было невозможно.

Потому что это означало нечто гораздо худшее, чем ее возвращение домой.

Глава 6

Ты вернешься

Кейс

Только четыре человека не спали в этот забытый звездами час. Некоторые старинные народные сказки и легенды называли время перед рассветом колдовским, но Кейс никогда не придавал большого значения этим историям. Многочисленные бюсты мертвых стариков в поместье и дверной молоток в виде грифона наверняка отпугнут недружелюбных духов… и любого, кто не благоговел перед претенциозной семейной историей Шекли.

Кейс тоже не чувствовал себя там комфортно.

Он не пожелал прощаться со своим отцом, который спустился по большой мраморной лестнице, не узнав своего младшего сына в коридоре. Одетый в безупречную форму Харлан Шекли и его слишком острые глаза не желали видеть мятую рубашку, что выглядывала из-под летной куртки Кейса. Разумеется. Вместо этого Лорд-капитан ушел, не поблагодарив дворецкого за то, что тот открыл дверь.

Кейс не жаловался. Холодный прием – лучшее, на что он мог рассчитывать со стороны отца. А вот мать была другой.

Ступая по полированному камню, Кейс считал секунды, когда доберется до библиотеки матери. Портреты забытых членов семьи осуждающе смотрели ему вслед. Свечные бра, выстроившиеся вдоль коридора, тускло светили. По крайней мере, они отражали его настроение.

Кейс приблизился к нужной комнате, откуда лился золотистый свет. Еще даже не рассвело, но, конечно, мать уже проснулась и с чашкой черного чая в руке уткнулась в книгу. Хотя Кейс любил читать, он никогда не просыпался ради этого до восхода солнца.

Вскинув рюкзак повыше, он перешагнул порог.

– Я восхищаюсь твоей преданностью, мама.

Леди Селеста Шекли, которую самые близкие называли Лес, подняла глаза. Она не убрала книгу на резной столик, а просто зажала страницу золотисто-коричневым пальцем и положила ее на колени.

Ее лицо украшали смешливые морщинки. Они появились не из-за отца. Нет, их подарили ей ее дети. Однако сейчас она не улыбалась.

Кейс ощутил чувство вины. Зик уже заглядывал к ней накануне вечером, но Джов, похоже, не сказал матери, что Кейс тоже уедет. Звезды его побери. Кейс всегда вытягивал пресловутую короткую соломинку.

Он переступил с ноги на ногу.

– Я еду с Зиком.

Капля пота выступила на лбу Кейса. Спустя минуту мать взяла с колен небольшую полоску ткани, вложила ее в книгу и закрыла том. Похоже, это был «Король Артур» – один из ее любимых. Она убрала его на столик с вырезанными на поверхности и ножках павлиньими перьями.

– Ты тоже уходишь? – Ее голубые глаза осмотрели его с головы до ног.

Он снова провел рукой по волосам.

– Не делай так, – мягко пожурила мама, – а то взлохматишься еще больше.

В отличие от Кейса, которому было плевать на состояние своих кудрей, она собрала волосы в обычный модный пучок на затылке.

Он опустил руку.

– Ты, наверное, слышала о… о той ночи. У меня нет выбора. Если я не пойду…

Звездец, он не мог этого сказать. Губы отказывались формировать слова. Горло сжималось на каждом слоге, и Кейс бросил бесплодные попытки. Он уставился вниз. В то время как большая часть поместья могла похвастать прекрасным мрамором с Нарденского хребта, в своей библиотеке мать закрыла все коврами. Одни были мягкими, другие демонстрировали сцены из Приземления, а третьи, невзрачные, присутствовали лишь затем, чтобы спрятать безвкусный пол.

– Куда ты идешь? – Ее голос был слишком тихим.

Кейс выглянул из-под падающих ему на глаза волос.

– Я не могу сказать.

Мать закусила губу.

– Как долго тебя не будет?

Кейс пожал плечами.

– Миссия займет некоторое время.

– Но зачем?

Кейс не ответил. Только сглотнул. Это был его шанс наконец выбраться из города. Если он добьется успеха, то сможет доказать свою состоятельность отцу. Джов также пообещал, что любые обвинения, выдвинутые против него, снимут. Ему нужна была эта миссия. Бедняга новичок от этого не пойдет, но вдруг сам Кейс исцелится.

«Звездец, какой я ужасный человек».

Мать встала и подошла к нему. Когда-то он был ниже ее ростом. Теперь ей пришлось чуть запрокинуть голову, чтобы увидеть его лицо. Он поморщился.

– Прости.

Она покачала головой и взяла его за руки.

– Ты вернешься.

– Но…

– Нет, я отказываюсь верить в обратное. Ты вернешься.

Он не мог ничего сказать, только крепко обнял маму. Ее тонкий аромат окутал его, и он почти нарушил обещание, данное брату.

Халли

Все время до отъезда Халли прочесывала университетскую библиотеку в поисках любой информации о Тасаве. К сожалению, даже те, кто выжил и поведал о своем опыте, не дали много полезных подробностей.

Конечно, они описывали зверей, никогда не виданных на этой стороне света, и Халли особенно заинтересовал один, очень похожий на дракона, хоть исследователь и не упомянул, что зверь плюется огнем, как в старых легендах с Первой Земли. Отчасти ей хотелось столкнуться с таким созданием – видимо, так проявлялась ее склонность к мазохизму.

В другом отчете подробно описывались странные происшествия, такие как возможность слышать голоса или видеть призраков, но ни в одном отчете не упоминались ялвы.

Ни в одном.

А ведь путешественники наверняка с ними столкнулись. Ялвы не позволили бы людям просто так бродить по их землям без присмотра – не после того, как Сирулин почти уничтожил кланы. Ялвы бы защищали свои деревни до последнего вздоха. Так почему же ни единой записи?

Пять дней почти бесплодных исследований спустя настал день отъезда. Глотая прохладный предрассветный воздух, Халли бежала по улицам нижнего города к аэродромам. Конечно, она сама виновата, что опоздала. Не следовало бесконечно перечитывать отрывки из «Одиссеи», но ей казалось, мужество древнего героя ободрит ее перед собственным путешествием.

Хотелось верить, эта миссия не затянется на двадцать лет.

Спина ныла от сумки, а сердце бешено колотилось, когда Халли резко обогнула небольшое здание – судя по запаху, сыроварню. В конце переулка маячила ее цель – вершина внешней городской стены, увенчанная красноречивым блеском рассветного солнца. Ворота на аэродромы Кивины представляли собой простую дверь, охраняемую двумя стражами, один из которых спал, привалившись к стене.

«Как я тебя понимаю. Мне тоже не хотелось вставать в такую рань».

Приблизившись, она помахала им рукой. Спящий встрепенулся от звука ее шагов. Оба были в одинаковой темно-зеленой форме, у правого плеча виднелся символ джейдиан – дерево внутри солнца. Первый солдат снял фуражку, обнажив волосы, темные, как ночное небо, и поприветствовал Халли. Его лицо было словно вырезано из Нарденских скал, отчего предполагаемая улыбка походила на гримасу.

– Еще рано, мисс, но доброе утро. Мы можем вам помочь?

Второй кивнул, но потянулся к мечу на боку. По мнению Халли, это была церемониальная вещь, используемая в качестве крайней меры, но сердце все равно забилось слишком громко. Онане знала, что хуже: быть пронзенной мечом или застреленной из электропистолета. Каменное Лицо положил руку на плечо напарника.

– Расслабься, Бак. Это просто красивая леди, вышедшая на прогулку… на рассвете.

Халли повозилась с лямкой сумки.

– Я должна была встретиться с Гвардейцем на аэродромах минут пять назад, но проспала и опаздываю. Вы бы не могли впустить меня?

Оба солдата подняли брови, но прежде чем они успели что-либо сказать, позади нее раздались неровные шаги. На этот раз Каменное Лицо тоже потянулся за оружием, но выбрал электропистолет. Однако он расслабился, когда рука легла на плечо Халли.

– Мисс Уокер, доброе утро. Рад, что застал вас. – Голос подошедшего напомнил ей о море, разбивающемся о скалы у Серебряного берега. Она была там лишь раз – с Эллисом. Однако с этим голосом вся тревога, нараставшая в груди, исчезла.

Халли полуобернулась и увидела в луче солнечного света, пробивающемся через внешнюю стену, густые белые усы.

– Профессор Кристи!

Он кивнул охранникам.

– Мисс Уокер здесь по приказу Гвардейца, так что позвольте нам пройти.

– Без документов – нет, – ответил Каменный.

Профессор Кристи полез во внутренний карман куртки за удостоверением личности. Халли и не думала брать с собой ничего, кроме того, что понадобится для выживания или развлечения на задании, куда еще и едешь на неопределенный срок. Конечно, только высшие чиновники и другие важные люди получали такие удостоверения. Как будто кому-то еще когда-либо понадобится пользоваться аэродромами или входить в правительственные здания.

В последний раз она летала на дирижабле с Эллисом, но его отец забронировал поездку через своих знакомых, и корабль забрал их прямо у поместья Кэррингтонов в верхнем городе.

Профессор Кристи отдал стражнику свои документы, и тот после минутного осмотра кивнул.

– А девушка?

«Мне двадцать один, ты, звезданутый идиот».

Кристи схватил Халли за плечо, не давая сказать то, о чем она, вероятно, пожалеет.

– Мисс Халли Уокер получила от меня и Гвардейца специальное разрешение на вход на аэродромы. Так что если кто-то против, отправьте их ко мне. Спасибо.

Второй солдат наконец убрал руку с меча, и Каменное Лицо вздохнул.

– Ладно, но я обсужу это с командиром.

– Любезнейше прошу, – парировал Кристи и подтолкнул Халли вперед, проводя ее через дверь.

Аэродромы Кивина располагались на останках старого города прямо за восточной стеной современной столицы. Халли и профессор Кристи прошли мимо реликвий почти забытых времен, разбросанных по сторонам мощеной улочки – ржавый фонарный столб здесь, осыпающийся каменный фундамент там. Высшему совету действительно лучше очистить это место, но Халли сделала мысленную пометку сделать набросок ржавого фонарного столба, когда у нее будет время. Она не могла позволить такой истории пройти мимо нее.

– Мисс Уокер? – прошептал профессор Кристи, когда они миновали отряд охранников, патрулировавших территорию.

Халли подняла глаза.

– Да, профессор?

Он остановился у первого большого металлического ангара и указал на переулок между ним и следующим. Охваченная любопытством, Халли последовала за ним.

Пока пожилой джентльмен осматривал помещение, Халли заговорила:

– Мне нужно в ангар номер три, профессор, а я уже опаздываю.

Переулок был невелик, шириной всего в три человека в ряд. Она шаркала ботинком по потрескавшимся и покрытым мхом булыжникам, а золотистый свет струился по крышам ангаров, заставляя каждый камень переливаться утренней росой.

Профессор покопался в куртке и вытащил тонкий прямоугольный сверток.

– Возьми.

Упаковкой служила вчерашняя газета. Заголовок гласил: «Страдит Миллисент Сарсон выступает за повышение заработной платы на фоне наплыва рубиканских беженцев». Женщина со шрамом на лице наблюдала за Халли с черно-белой фотографии. Халли принялась ковырять уголок упаковки, но профессор Кристи остановил ее, прочистив горло.

– Подожди, пока ты останешься одна на корабле. Это… это… ну, никто, кроме нас с тобой, не должен знать. Прочитай и узнай все, что сможешь, когда прибудешь в Миррай.

Пальцы Халли застыли, она подняла глаза.

– Что вы имеете в виду?

Кристи оглядел пустынный переулок.

– Я доверяю Гвардейцу, но мне кажется, что-то здесь не так. Недаром никто не мог связаться с ялвами уже двадцать лет, и недаром эта книга была запрещена повсюду. Удивительно, как у Джесса сохранился один экземпляр, хотя негодяй и выставил его на продажу. Хвала звездам, я успел его перехватить. И полагаю, мне повезло.

Халли снова посмотрела на посылку, изуродованная Страдит уставилась на нее в ответ.

– Вы пугаете меня, профессор. Что значит «что-то не так»? Мне действительно нужны деньги, которые обещал Гвардеец…

– Нет, просто изучай книгу, когда будешь одна, и скажи Лорду Старейшине, что Джаспер свяжется с ним. – Он прошел мимо нее, но остановился прямо перед входом в переулок и повернулся. – Мне нужно идти, если я хочу успеть к свежим булочкам с корицей.

В груди Халли закололо.

– Кто такой Джаспер? Что происходит, профессор?

Он снова встал лицом к солнцу, и Халли едва расслышала его следующие слова.

– Будь осторожна, моя девочка. Я никогда не говорил тебе, но ты так сильно напоминаешь мне моего… моего внука, которого мы потеряли в том ужасном пожаре три года назад. – Он всхлипнул, не оборачиваясь к ней. – Моя милая Элейн согласна со мной, так что береги себя, хорошо?

Халли сморгнула застившую глаза влагу и кивнула.

– Спасибо, профессор.

А затем он исчез, растворившись в сиянии раннего утра.

* * *

У ангара, обозначенного номером три, Халли стерла грязь со встроенного в дверь окна. Внутри стоял блестящий коричневый дирижабль. Она летала только на маленьком крейсере на воздушной подушке, а этот был совсем другим; длинным корпусом он напоминал торговые суда в порту у моря, но вместо парусов наверху у этого чудовища были торчащие по бокам крылья. Под ними, внутри каждого цилиндра двигателя, виднелись огромные пропеллеры.

– Милашка, не правда ли?

Халли подпрыгнула, увидела позади себя девушку с собрания, и невольно накрыла рукой сумку, надеясь, что края завернутой в газету книги не выглядывают.

– Эбба, верно?

Девушка кивнула, поправляя лямку рюкзака на плече.

– А ты молодец. Я могу запомнить названия тысяч деталей, но имена людей? Вообще нет.

– Халли. – Она протянула руку. Эбба пожала ее.

– Вот мне и казалось, что Халли. Не так уж и плохо, по моим меркам. Так что, идем внутрь?

– Так понимаю, на нем мы и летим в Тасаву и обратно?

Эбба кивнула.

– Это самый лучший корабль, на котором мне когда-либо приходилось работать.

Халли открыла дверь. Без дымки на запотевшем стекле она рассмотрела дирижабль еще яснее и остановилась.

– Ты не шутила.

Нырнув под двигатель, Эбба пошла к нему, а Халли постаралась не думать о том, что острая как бритва лопасть пропеллера может отрубить что-то важное. Сами крылья не выглядели так, будто могли что-то удержать, но именно здесь в дело вступали компоненты парения.

– Эта красотка намного больше тех, с которыми я обычно работаю, – сказала Эбба, – но я могу починить что угодно, так что у нас не должно возникнуть проблем, если… возникнут проблемы.

Халли усмехнулась.

– Я не знала, что существуют корабли такого размера. Придется потом нарисовать его.

– Ты художница?

Халли похлопала по своей потертой сумке.

– Это скорее хобби.

– Мой папа – художник. – Эбба поставила ногу на край корабельной лестницы. В профиль ее рюкзак выглядел размером с нее саму. – Думали, переезд в Кивину поможет, но с заработком у него не густо. – Она огляделась и прошептала: – Деньги от этой миссии значительно облегчат всем нам жизнь.

Халли фыркнула.

– Точно.

Слова профессора Кристи эхом отдавались в голове. Книга в сумке будто оттягивала плечо. Ее профессор что-то скрывает от Гвардейца. Им обещают по возвращении до нелепого большую сумму. Она тряхнула головой, чтобы прочистить мысли.

И все равно это лучше, чем переезд домой, да и если честно, мысль о том, что она посвящена в какой-то секрет, заставляла ее сердце трепетать от волнения. Профессор Кристи не послал бы ее на слишком опасное задание. Ну, хотелось верить.

Она последовала за Эббой по складной лестнице. Прежде чем войти в дверь, Халли провела рукой по буквам, выгравированным сбоку. «Юдора Джейд». Гладкий металл вокруг слов контрастировал с грубой гравировкой.

– Так что, «Юдора» тоже работает на ялварском топливе, как и другие?

Оно ужасно воняло, но повышало эффективность двигателя и давало большую скорость по сравнению со старыми паровыми.

Эбба рассеянно кивнула, но Халли не была уверена, что девушка расслышала вопрос.

– Мне просто нравится это имя. Разве не так звали девчонку того парня?

Халли вздрогнула.

– Прости?

– Ну того, который вел Ковчеги Жизни?

– О! – Сердце Халли затрепетало. – Ты имеешь в виду генерала Маккензи?

– Ну да.

– Да, Юдора была его женой. Она еще основала Инженерный корпус, когда технологии отказали.

– Да, да. Совершенно верно. – Эбба так широко улыбнулась, что стали видны несколько кривых зубов в нижнем ряду. Она вошла в коридор корабля. – Возвращаясь к твоему вопросу, «Юдора» – гибрид. Она потребляет больше электричества, чем другие. Первая в своем роде. Удивительно, что Высший совет позволяет нам ее использовать.

– Они не знают, что вы ее используете, – раздался голос Гвардейца позади них.

Халли нахмурилась и остановилась на лестнице.

– То есть?

Это ли имел в виду профессор Кристи?

– Политические причины, – только и сказал он. Неопределенность, видимо, была обязательным требованием в его сфере деятельности. Он жестом пригласил их войти. – Мы ждем пилота Шекли и агента Рисса. Мой брат предсказуемо опаздывает, но за Рисса я немного беспокоюсь.

Халли прикусила губу. Приятно было знать, что кто-то опоздал сильнее нее.

Вдруг сзади раздался голос:

– Извините, что задержался, Гвардеец. – Халли обернулась и увидела, как Бен Рисc с рюкзаком за спиной торопливо шагает по ангару. – Меня перехватил Кристи. Он собирается провести некоторое время в деревне, чтобы угомонить страдитов…

– Ты видел Кейса? – спросил Гвардеец.

– Нет, но вы же его знаете. – Агент Рисc слегка улыбнулся старшему Шекли и промчался мимо остальных по лестнице. Халли и Эбба быстро отошли в сторону, чтобы он не задел их рюкзаком.

Гвардеец провел рукой по лицу.

– Когда же он научится… – И повел девушек на корабль.

Внутри оказалось не так впечатляюще, как снаружи, и тесно, будто создатели хотели сэкономить место, но забыли, что кораблем все равно будут пользоваться люди реального размера. Джову Шекли пришлось слегка пригнуться.

Халли заметила, что все внутри – даже стены и пол – сделано из того же коричневого блестящего металла, что и снаружи.

– Столько зуприума.

Ее пальцы легко скользили по поверхности. На постройку целого корабля потребовались бы недели, если не месяцы, добычи руды в Нарденах. Прикосновение напомнило ей о доме, но по какой-то причине с ним пришло чувство безопасности. Халли покачала головой. Стоунсет был далеко не в безопасности. Звезды, ей следовало больше спать.

Гвардеец поморщился, стукнувшись головой о какую-то трубу.

– «Юдора» – первое судно, сделанное исключительно из него.

– Значит, если мы найдем зуприум, он пойдет на новые…

– Вы обе поселитесь в этом помещении. Там есть туалет с небольшой ванной посередине, а мужская каюта находится с другой стороны. – Он указал на дверь слева. – Положите свои сумки в багажник и встретитесь с нами в кабине дальше по коридору.

– Да, Гвардеец, – сказала Эбба, отдав честь.

Халли нахмурилась. Зачем он ее перебил?

Гвардеец отсалютовал в ответ и спустился вниз по лестнице, предположительно, чтобы найти своего пропавшего брата. Халли прикусила губу.

– Я тоже должна была отдать честь?

Эбба пожала плечами.

– Думаю, нет. Ты же гражданская.

– Ясно. – Халли открыла дверь, на которую указал Джов. – Вот и хорошо.

Они вошли в каюту. Та была маленькой, с двумя кроватями у одной металлической стены и деревянным столом и стулом у другой. При необходимости они могли прикрутить мебель к полу, включая сундук у изножья каждой кровати. Халли распаковала вещи на первое время: брюки и кружевные блузки, туалетные принадлежности и новый пакет любимых карамелек. Они могли сделать даже самую плохую ситуацию чуть менее ужасной.

Разложив все по местам, Халли закинула сумку на плечо и направилась, как она надеялась, в сторону кабины пилотов.

– Я приду через минуту, – сообщила Эбба, направляясь к туалету.

Кабина оказалась больше спальни, а ее потолок был выше, чем в коридоре. Здесь хватало места для ряда сидений за креслами пилотов. Стену справа и приборную панель усеивали разноцветные кнопки, ручки и переключатели. Прямо как посыпка на слоеном пироге, что пекла мать.

У нее чесались руки что-нибудь покрутить. Но если выкинуть какую-нибудь глупость, точно вылетишь с задания, так что пришлось терпеть. Может, позже пилот позволит ей что-то попробовать. Подождите. Нет. Пилотом был Кейс. Звездово.

– Я бы не трогал их на твоем месте, – раздался ровный голос от двери. Это был еще один Шекли, Зик. Он улыбнулся. – И не стану, если тебе от этого легче. Не уверен, что даже Кейс знает, для чего все эти кнопки.

Плечи Халли расслабились, и она ухмыльнулась.

– Куда ему? Все эти волосы, наверное, ему половину мозга закрывают.

И захлопнула рот, покраснев. Похоже, теперь Эллису действительно придется вызволять ее из темницы, ведь она оскорбила Кейса перед его братом… его очень сильным, влиятельным братом. Ну и кто теперь звезданутый идиот?

Однако Зик усмехнулся, его карие глаза сверкнули.

– Боюсь, Джов уже не раз использовал это оскорбление. Тебе придется постараться, чтобы переиграть Кейса. Все, что у него есть в голове помимо волос, отлично работает. – Халли невольно рассмеялась, и его легкая улыбка превратилась в ухмылку. – Рад снова вас видеть, мисс Уокер.

Халли кивнула, вложив свою руку в его, и Зик слегка ее поцеловал.

– А, вот и ты, дорогой брат.

Знакомая копна волос замаячила на пороге, и Халли застонала.

Зик отпустил ее руку.

– Я просто осматривал твою кабину. Много кнопок. Много ручек. Однако вид у тебя роскошный.

Кейс подошел к старшему брату, хмуро оглядывая окружающую обстановку. Он казался на несколько дюймов выше, вероятно, из-за летных очков на макушке, отчего упомянутые волосы встали дыбом.

– Похоже, так и есть.

Халли указала большим пальцем на окно.

– Знаешь, тебе не понадобятся очки в этой поездке. Лобовое стекло наклонено, чтобы снизить сопротивление воздуха. – Она читала о кораблях, прежде чем села на один из них прошлой весной. Знания о них помогли ей справиться со страхом высоты. Отчасти.

– Всякое бывает. Стекло может разбиться, и тогда я буду им очень рад, Халли Гвен Уокер. – Он постучал по краю своих очков.

– Ты ожидаешь, я впечатлюсь тем, что ты узнал мое полное имя?

Он поставил локоть на плечо Зика. Тот закатил глаза, но не двинулся с места. Кейс ответил:

– Выгодно иметь друзей на высоких постах. Уверен, это ты понимаешь.

– К твоему сведению, я лучший специалист по ял-вам в Университете Джейд. – Халли задумчиво постучала себя по подбородку. – А кто ты, напомни? Брат Гвардейца? Как-то жалко звучит.

Кейс рванулся к ней, но Зик схватил его за плечо.

– К твоему сведению, я лучший пилот в этом звезданутом королевстве!

– Угомонитесь, – тихо и властно велел Зик. – Оба.

Он пригвоздил Халли твердым взглядом, пока она тщетно пыталась сдержать жар, заливающий щеки. Халли стиснула зубы и пошла прочь, оттолкнув Кейса с дороги.

– Слушай, ты…

– Кейс, не… – Голос Зика звенел от разочарования.

Халли проигнорировала их и продолжила идти, пока кто-то не схватил ее за руку. Она дернулась, но хватка была крепкой. Халли зарычала и развернулась. Растрепанные волосы, голубые глаза, бронзовая кожа и неизменно хмурый вид. Кейс.

– Отпусти меня, – приказала она.

Он прищурился, но не послушал ее. Она снова попыталась вырваться.

– Я сказала, отпусти меня, или я использую все необходимые средства, чтобы тебя заставить. Я точно знаю, куда пнуть.

– Очень женственно, – усмехнулся Кейс, но повиновался.

Она показала ему язык, прежде чем умчаться, стуча ботинками по металлическому полу. Халли пыталась успокоиться. Она что, действительно показала ему язык? Солнца, сколько ей лет?

Добравшись до своей каюты, она плюхнулась на кровать и бросила сумку на матрас рядом с собой. Затем порылась в ней, пока не нашла свой альбом и карандаши. Как раз то, что нужно, чтобы успокоиться. Эбба куда-то исчезла.

Карандаш в руке стал якорем, штрихи не давали рассыпаться, а разговор с Кейсом все крутился в голове. Его ухмылка, его взъерошенные волосы, его слишком прямой нос…

«Тьфу. Перестань думать о нем!»

– Мисс Уокер?

Она подняла глаза, готовая швырнуть альбом в лицо Кейсу, но, слава лунам, это был всего лишь Зик. Халли вздохнула, медленно опуская оружие.

– Зови меня Халли. Нет смысла держаться за формальности, если нам предстоит видеться каждый день.

Зик прочистил горло.

– Конечно. Тогда, пожалуйста, зови меня Зиком. – Потирая рукой затылок, он переступил порог. – Прости за брата. Он обещает вести себя наилучшим образом.

Халли изогнула бровь.

– Ну, хотя бы попытается. – Он постучал пальцами по дверному косяку. – Я подумал, что ты не захочешь пропустить взлет.

Она убрала вещи обратно в сумку.

– Я никогда раньше не бывала на таком корабле. Кажется, он работает на той магии, которая, как говорят, была уялвов.

– Не знаю, верю ли я во все эти истории. – Зик вышел и пропустил ее вперед, а затем догнал, когда она вошла в зал. – Я знаю, что Высший совет сообщает о новых технологиях общественности, когда те проходят испытания, но этот корабль не похож ни на что из уже мною виденного.

Халли искоса взглянула на него.

– Почему они так много от нас скрывают?

Зик пожал плечами.

– Уверен, у них есть на то свои причины. Лучше спросить Бена.

– Что ж, тогда начну составлять список вопросов. Что еще мне придется сделать в этой миссии в никуда?

* * *

Игнорируя тот факт, что они мчались на высоте четырех километров над землей, Халли набралась смелости выглянуть в окно кабины – по ее меркам, достойный восхищения подвиг. Она едва успела различить верхушки деревьев, поля и людей размером с муравьев, прежде чем упала обратно на сиденье, бледная как бумага.

Во имя приключений она победит этот страх.

Чтобы отвлечься, Халли заполнила альбом зарисовками того, что видела во время своих смелых попыток. Кейс с агентом Риссом тихонько болтали в стороне. Халли попыталась подслушать их разговор, но за гулом двигателей разобрать было невозможно. Зик и Эбба ушли отдыхать, так что в кабине сидели только они трое.

Халли напевала себе под нос, рисуя, по ее мнению, приличное изображение одной деревушки. Но по мере того, как пейзаж с каждым штрихом становился четче, деревья и дома слились в нечто, напоминающее Стоунсет. Пытаясь найти удобную позу для рисования, она развернулась в кресле, и вдруг горький запах раскаленного металла обжег ей нос. Локоть задел боковую панель, и…

Громкий писк нарушил тишину в каюте. Халли дернулась назад.

Кейс резко обернулся.

– Что ты сделала?

– Я пыталась устроиться поудобнее! – Халли отчаянно замотала головой.

Он зарычал, нажал кнопку на штурвале и встал со своего места. Агент Рисc надавил на пару кнопок со своей стороны и продолжил полет, даже не оглянувшись. Кейс протопал к пульту управления рядом с Халли.

– Тебя разве мама не учила не трогать случайные кнопки? – Он повозился с какими-то ручками. Писк прекратился. – Ты чуть не уничтожила деревню электробомбой.

Ужас и сомнения в равной степени охватили разум. Неужели она действительно почти сделала такое?

– Извини, я не… Я просто… Вообще нормально, что у корабля оружие находится вот здесь? А если нужно будет быстро выстрелить?

– Пожалуйста, займись чем-нибудь еще, не беспокой нас.

Ярость сожгла остатки ужаса.

– Я не собиралась ее трогать.

Кейс плюхнулся обратно в кресло, нажал кнопку и уставился вперед.

– Неважно, что ты там собиралась. Ты в настоящем дирижабле. Почему бы тебе не посмотреть в другое окно? Может, в то, которое находится подальше от меня?

– Нет, – отрезала Халли. – Мне нравится это. Кстати, а нельзя ли сбавить скорость? На такой я не могу нарисовать ничего существенного.

– О, ради всех лун…

– Извините. Нам нужно выбраться из Джейд, прежде чем кто-нибудь поймет, что происходит, – вмешался агент Рисc.

Это потому, что они захватили корабль без разрешения Высшего совета?

Кейс на секунду оглянулся, пытаясь рассмотреть ее наброски.

– Это всего лишь случайные деревни. Не понимаю, зачем ты вообще их рисуешь.

Халли прижала альбом к груди.

– Следи за небом! И я рисую их, потому что они завораживают. В каждой – разные люди и все такое!

– Тебе сколько лет, раз ты вот только что это поняла? – фыркнул Кейс.

– Чтоб ты знал: я сейчас закатила глаза, – парировала Халли.

Агент Рисc усмехнулся.

Кейс бросил на своего второго пилота сердитый взгляд.

– Не поощряй ее. – И повернулся к Халли. – Серьезно, иди поприставай к кому-нибудь еще. Мы с Нагсом пытаемся сосредоточиться.

– На чем? Ты ничего особенного не делаешь.

Блондин снова усмехнулся.

– Чудеса технологий. Именно дядя Кейса открыл, как объединить электричество с зуприумом, – и создал наш собственный вид магии.

Плечи Кейс напряглись.

– Нагс…

– Правда? – Халли подалась вперед на своем месте. – О! Кажется, я слышала о нем. Его звали…

– Иезекииль. И я бы предпочел не говорить о нем, – перебил Кейс.

– Почему? – Халли оперлась на подлокотник сиденья.

Кейс и агент Рисс обменялись взглядами, прежде чем последний ответил тихим голосом:

– Он мертв.

У Халли все внутри оборвалось.

– Ох… извини, я не поняла… я не имела в виду…

Тишина опустилась на кабину, словно густой горный туман. По тому, как агент Рисc произнес эти слова, Халли предположила, что смерть не была естественной. Шепот прозвучал хрипло и немного напряженно.

Она смотрела куда угодно, только не на затылок Кейса. Набросок деревни немного размазался, когда она ранее прижала его к груди.

Через несколько минут Халли не выдержала. Ей нужно было исправить свою ошибку, поэтому она спросила первое, что пришло на ум и что не имело никакого отношения к умершим дядям… по крайней мере, она на это надеялась.

– А откуда взялось прозвище Нагс?

Агент Рисс застонал.

– Этот болван думает, что он очень остроумный.

– Информация о подготовке частных пилотов. Конфиденциально, – одновременно прорычал Кейс.

– Теперь я закатываю на тебя глаза, Кейс. – Агент Рисc нажал кнопку сбоку. Двигатель загудел в ответ. – Ты можешь рассказать ей эту историю. Вдруг она меня пожалеет.

Кейс потер нос большим пальцем.

– Нагс облажался во время учений. Он был голым. Конец истории. – Он нажал кнопку на руле и встал. – Природа зовет. Посидишь сам минутку?

– Не задерживайся надолго. – Агент Рисс хрустнул шеей. – А, так-то лучше. Я тоже скоро сделаю перерыв.

Кейс оставил агента Рисса и Халли одних. Она сложила свои принадлежности для рисования в сумку.

– Пожалуй, ему стоит немного поумерить…

– Он хороший друг, даже если ведет себя как звезданутый идиот. Я не пытаюсь оправдать его поведение или что-то в этом роде, но он многое пережил. Отсюда и отвратительное настроение.

– Например? – Халли была рада, что он не видит ее румянца. – Это связано с… с его дядей? Теперь вспоминаю, разве не он тогда…

– Да, он продал сирлам наши аэро-секреты, что и стало одной из причин той клятой войны. – Он покачал головой. – Но Кейс не поэтому так себя ведет. Там какая-то проблема с Летным отрядом и его отцом. Некоторое время назад у них в семье еще что-то случилось, но это произошло до меня. Так или иначе, его положение в обществе тоже влечет за собой определенные проблемы.

– Какие?

Бен почесал подбородок, покрытый янтарной щетиной.

– Это не моя история, извини.

Она закусила губу. Надо сменить тактику.

– Что сложного в жизни сына Лорда-капитана? Делай что хочешь.

Бен невесело рассмеялся.

– Ну, можешь в это верить.

Халли встала со своего места, перекинув сумку через плечо. Содержимое звякнуло, ударившись о ее бедро.

– Я так и делаю.

Она пошла к двери. Но стоило потянуться к ручке, как створка распахнулась, больно ударив Халли по голове и отбросив ее назад. Она запнулась и растянулась на полу, рассыпав свои вещи.

– Ой, – простонала Халли, поднимаясь на колени. Было больно. Хвала звездам, что она не носила юбки.

– Ты что, не знаешь, что лучше не стоять в дверном проеме? – Кейс наклонился помочь ей, и она приготовилась к сердитому взгляду, но его голубые глаза смотрели почти обеспокоенно. Они были так близко…

Она встряхнулась, чтобы выйти из оцепенения.

– Я в порядке. – Халли сгребла свой блокнот, а Кейс протянул ей откатившийся карандаш.

Она забрала его и все остальное, прежде чем встать. Кейс тоже выпрямился. После слишком долгого молчания Халли кивнула.

– Как и ты.

И убежала, чувствуя, что его глаза прожигали дыру в ее затылке, пока она не закрыла за собой дверь.

Глава 7

Треклятая тарелка тушеной телятины

Халли

То, что «Юдора Джейд» пересекла такое большое расстояние всего за три дня, казалось невероятным. Они были почти у Нарденского перевала. Поездка в экипаже, запряженном самыми быстрыми лошадьми, заняла бы не менее полутора недель.

Все ли корабли летали так быстро? Тот, на котором она ездила с Эллисом к побережью, двигался чуть быстрее автокэба, но с такой скоростью и на такой высоте… звезды, может, она и доживет до эры космических путешествий. Каково было ее предкам путешествовать к звездам? Сбежать из единственного дома, который они когда-либо знали? Как бы волнующе ни звучала эта идея, высота вызывала у Халли легкую тошноту.

Как и было у них заведено в последние дни, Кейс приземлил судно подальше от городов, что вынуждало их готовить еду на огне и спать на корабле. Не так уж и страшно… если только запасы не кончатся в ближайшее время. Хотя, судя по шкафам в кладовой, в обозримом будущем в меню останутся вяленая говядина и овощи.

Халли помешивала в висевшем над огнем горшке рагу, которое приготовила из их ограниченных запасов. Высокие сосны вокруг перемежались красными и золотыми дубами, и атмосфера только делала еду еще вкуснее. Пища согревала изнутри и снаружи, поскольку холод с каждым днем лишь крепчал.

Халли вспомнила, как дома сидела по вечерам перед очагом вместе с братом и рубилась в «Звезды и взрывы». Джек ужасно играл, вечно терял карты, необходимые для прохождения уровня. Халли не возражала. С каждой победой у нее было больше поводов хвастаться.

Она с трудом сглотнула. Раздались громкие голоса. Бен с Кейсом подошли ближе, держа в руках дрова для костра. Мачете, которым они рубили дерево, болтался на петле на поясе младшего Шакли. Вероятно, опасное положение, но похоже, Кейсу было все равно.

Эбба не подняла глаз, возясь с какой-то металлической головоломкой, которую захватила с собой.

– Чего вы двое расшумелись? Я пытаюсь сосредоточиться.

Кейс бросил свою охапку, и дрова загрохотали о большой камень, торчащий из земли. Халли сосредоточилась на древесном аромате, что смешивался с дымным запахом огня, ведь иначе рисковала сказать Лорду Пилоту что-то, о чем потом пожалеет. Снова.

Кейс обтер руки о штанины.

– Тогда подтверди Нагсу, что я эксперт по лазанию по деревьям.

Халли фыркнула, уронила ложку в рагу и выругалась, пытаясь схватить ее, не обжегши пальцы.

Сквозь смех Эббы прорезался голос Бена:

– Скажи на милость, на какие деревья ты лазил, городской мальчик?

Кейс отцепил мачете и попытался воткнуть его в землю рядом с добычей, но клинок тихо лязгнул о камень и упал.

– Во дворе поместья их полно.

– Получается, ты можешь залезть туда? – Бен указал на высокий дуб, чьи нижние ветви были толщиной с туловище Халли.

Раздались громкие шаги по лестнице, возвещавшие о прибытии последнего члена команды. К ссоре присоединился смеющийся Зик.

– Я мог бы легко победить вас обоих.

Кейс резко повернул голову.

– Это что, вызов?

Звезды, даже его голос сочился самомнением. Как гноем. Фу.

Зик скрестил руки на груди.

– А если и так?

Халли заметила озорную ухмылку Кейса.

– Я бы сказала, что мы…

Не успел он договорить, как Бен сорвался с места и рванул к дубу на полной скорости. Кейс издал что-то похожее на рычание и побежал за ним. Наполнив миски, Халли передала одну Эббе, а другую смеющемуся Зику, прежде чем положить и себе.

– Ставлю бронзер, что Кейс сорвется. – Эбба схватила ложку, съела три больших куска и облизнулась. – Звезды, умираю с голоду.

Зик усмехнулся.

– Не сбрасывай его со счетов. Если у моего брата что-то и есть, так это абсолютная решимость.

Ветер донес крики и смех. Кейс сполз на землю, цепляясь руками за одну из нижних ветвей. Халли фыркнула, но быстро скрыла это кашлем.

– Согласен, – покачал головой Зик.

Эбба закончила есть, отставила миску в сторону и пошла к спорщикам. Кейс как раз подтянулся на следующую ветку.

– Может, тебя подбодрить снизу? – весело спросила Эбба.

Халли не видела Бена, но ветви сотрясались уже где-то на трети высоты дуба.

Она съела ложку рагу и села на большой камень, смахнув носком своих изношенных ботинок несколько принесенных Кейсом веток. Маленькие холмы, подобные этому, считались обычным делом в здешнем районе Нарденов. Вновь нахлынули воспоминания о Стоунсете, о мамином саде с кустами ягод в дальнем углу. О тех, кого она оставила позади. Сердце сжалось от этой мысли. Все теплые чувства от еды и осенней погоды рассеялись.

«Я ушла. Хватит себя жалеть».

Рагу будто скисло у нее во рту, и она поставила миску рядом с забытым мачете.

– Спасибо, что приготовила ужин. – Зик подул на ложку. – Я ужасно готовлю, так что радуйся, что я не вызвался.

Халли слегка улыбнулась ему.

– Я бы сказала, что это моя лучшая попытка.

Зик съел еще кусочек, а Халли вылила остаток своего рагу. Зик повернулся, кусочек мяса упал с его ложки, и немного бульона выплеснулось через край миски.

– Все в порядке?

Нет.

– Просто не особо голодная. – Халли знала, что ее улыбка не коснулась глаз, но Зик ничего не сказал.

Они просидели несколько минут в тишине, если не считать далеких криков спутников. Звезды, парни, должно быть, ужасно лазают, если никто из них до сих пор не заявил о победе.

Зик отставил пустую миску в сторону и встал, потягиваясь.

– Хочешь увидеть настоящего эксперта по лазанию по деревьям? Эти дураки – жалкие любители.

Халли тихо рассмеялась, радуясь смене темы. Радуясь, что он не стал допытываться… потому что ее ложь была жиже бульона.

– Думаешь, ты сможешь их победить, даже с такой форой?

Зубы Зика сверкнули в угасающем свете солнца.

– Просто смотри.

Он подошел к дереву, растягивая корпус и руки, размахивая ими, чтобы расслабить мышцы. Халли встала рядом с Эббой. Та повернулась, когда они приблизились.

– Бен почти наверху, а Кейс застрял на одной ветке, потому что он жульничал. Так ему и надо!

Сверху донеслись отборные ругательства Кейса, и Эбба покатилась со смеху. Воспоминания Халли немного померкли на фоне их веселья.

– Готовы проиграть, парни? – крикнул Зик, схватившись за нижнюю ветку и подпрыгнув, как акробат.

Халли была в цирке всего раз. Посмотрев на канатоходцев, она поклялась, что ноги ее там больше не будет. От одного вида дурно делалось.

И Бен, и Кейс осыпали Зика насмешками, но тот не обратил на них внимания, а лишь схватился за следующую ветку и подтянулся.

Эбба сложила руки рупором у рта.

– Вы оба должны мне по медному пятаку, если Зик вас победит.

– Клянусь звездами! – В голосе Бена слышались смех и усталость. – Он меня не обойдет!

Халли смотрела на дерево. Из-за ветвей доносилось царапанье и шорох. Листья тряслись, так что она могла различить лишь проблески тел. Через несколько мгновений раздалось: «Ура!»

– Я же говорил, что выиграю, – крикнул Зик сверху.

Халли ухмыльнулась, глядя на ликование Эббы по поводу двух выигранных медяков.

Кейс

Пролет через территорию Сирулина и без того был плохой затеей, но делать это в годовщину смерти Аны? Просто замечательно.

Насколько бы продвинутой ни была «Юдора Джейд», она не могла безопасно пересекать ночное небо. Только глупые новички с раздутым эго пытались это сделать – хотя сейчас Кейс жалел о своем благоразумии. Полеты всегда помогали ему прочистить мозги.

Хорошо это или плохо, он не был таким уж сорвиголовой. Кейс посадил корабль на голый участок земли у края скалистого утеса. Так безопаснее всего, от ближайшей деревни их скрывал густой лес слева и каскадный водопад примерно в паре километров к югу. Такая посадка стала бы проблемой для любого, кроме опытного пилота, и это было лучше, чем искать поляну где-то в лесу. Сумерки опустились как тишина после шторма.

Согласно карте, через несколько дней они доберутся до побережья, что станет приятной передышкой от бесконечных деревьев и обхода поселений.

Выкачав из земли ялварское топливо для корабля, Кейс попытался не обращать внимания на потрескивающий костер, даже сидя рядом с ним. Вместо этого он смотрел на край скалы и пышную долину за ним. Каждый раз, стоило увидеть пламя, в голове, точно в насмешку, вставали образы подпалин и зажженной сигареты. И каждый раз он отворачивался и сосредотачивался на золото-красно-оранжевом море внизу, хотя это тоже возвращало проклятые воспоминания о том дне.

Эбба и Нагс все еще были на корабле, Халли готовила ужин, а Зик по солдатской привычке бродил по округе. Он уже осмотрел водопад и северный край скалы. Брат отнесся к задаче слишком серьезно; шесть раз обойти лагерь – уже чересчур. Но Зику нравилась такая военная скрупулезность. Все изрядно удивились, когда после вступления в регулярные войска он подал заявление в медчасть.

Ветер принес запах тушеной говядины. Халли поставила горшок на огонь, тот зашипел, и Кейс проглотил стон. Прошла всего неделя, а его уже подташнивало. Он ненавидел тушеную говядину, всегда ненавидел, а стряпня Халли каким-то образом делала ее еще хуже. На вкус получалось как старая кора.

Не то чтобы он когда-либо пробовал что-то подобное.

– Звезды, ну чего ты не держишься на стойке, ты, треклятая тарелка тушеной телятины… Зараза! – воскликнула Халли.

Кейс оглянулся через плечо как раз в тот момент, когда она отскочила назад. Горшок соскользнул с подставки и рухнул в огонь, разбрызгивая рагу и искры. И конечно же, Кейс оказался в пределах досягаемости.

Он отпрыгнул, едва не сиганув головой вниз со скалы.

– Отлично! Теперь мне придется ждать еще час, чтобы поужинать этой гадостью? Почему ты все время готовишь тушеную говядину?

– Хрустящая сушеная говядина неестественна и абсолютно отвратительна! – Халли повернулась к нему, карие, почти золотистые глаза сверкнули в лучах заката. – Так что извини, что пытаюсь уберечь нас всех от голода.

– А размокшая вяленая говядина чем лучше? – Кейс осмотрел себя на предмет пятен от рагу. Ни одного.

Зик подошел и поморщился.

– Не думаю, что смогу есть рагу, приправленное сажей. Немного грязновато. Извини. Хотя не знаю, почему Кейс жалуется. Он какой только дряни не ел.

Ноздри Кейса раздулись.

– Я думал, ты хороший брат.

– Я до сих пор и был хорошим. – Зик наклонился, чтобы помочь Халли убрать беспорядок.

– Какой джентльмен. С ума сойти. – Кейс скрестил руки на груди. – Я что-нибудь приготовлю из того, что у нас есть в запасах. Только не тушеную говядину.

Халли подняла глаза.

– Ты спустишься со своего трона, чтобы готовить для нас, плебеев? Как великодушно с твоей стороны.

В садящемся за ее спиной солнце волосы Халли приобрели красивый рубиново-красный цвет. Он моргнул.

– Именно. Скоро ты будешь ползать у моих ног, вот увидишь.

– Стой. – Зик положил руку на плечо Кейса. – Я знаю, сегодня трудный день… если тебе не хочется, я уверен, что Халли не станет возражать.

Напряжение сковало плечи Кейса, и он оттолкнул Зика.

– Нет, я справлюсь.

Халли поставила грязный горшок на бедро.

– Не приходи ко мне плакаться, когда сделаешь что-то несъедобное.

Кейс закатил глаза и полез в дирижабль. Он ей покажет. И займет мозги.

Халли

Халли отхлебнула овощное рагу из маленькой миски. Верный своему слову, Кейс не использовал говядину, хотя она не понимала, чем эта жижа лучше, если он сам ныл из-за размокшей еды. Вот придурок. Она положила еще ложку в рот и ощутила немного сушеного сельдерея и измельченного чеснока.

Хотя большой водопад, в который впадала река Ферн, находился почти в миле отсюда, Халли казалось, что она чувствует затылком его дыхание. Халли расположилась чуть поодаль от остальных – ближе к деревьям, а не к скале, разумеется. Она же не сошла с ума. Эбба, сидя по другую сторону костра, рассказывала о своем первом дне в Университете.

– Во время переклички я подняла руку, но он не увидел меня за 453-м двигателем, который мы собирались разобрать, – рассмеялась Эбба. Она приложила руку к сердцу и сделала глубокий вдох, прежде чем продолжить. – Я знала, что невысокая, но учитель даже больше меня смутился!

– И когда он наконец понял, что ты в классе? – Зик подул на ложку, прежде чем поднести ее ко рту.

– А он и не понял. Мне пришлось пойти к нему, сообщить лично.

– И? – спросилБен.

– И после этого на каждой перекличке мне приходилось сидеть на высоком табурете. – Эбба вытерла слезу. – Он был не особо умен. По большей части я всему училась сама.

Халли пыталась сосредоточиться на истории, но тема была не ее. Она ненавидела обязательный класс по двигателям. Как бы Халли ни любила учиться, она предпочитала разговаривать с людьми или читать, а не разбирать что-то и собирать заново.

Она зачерпнула последнюю ложку рагу и поставила миску на землю рядом с собой. Что ж, вышло не так уж и плохо. В похлебке чувствовался чеснок и намек на какую-то еще неизвестную ей специю. Судя по всему, Кейс неплохо готовил, что было… удивительно. Живя фактически как король мира, он, вероятно, имел целый штат поваров, которые стряпали любые блюда по первому запросу, так где же парень научился готовить?

Кейс спрятался за пределами костра, ближе к хвосту корабля. Халли почти пожалела его. Наверное, тяжело жить жизнью, полной себя.

Мысль о том, что ей грозит неизвестно сколько времени провести в стычках с ним, вот-вот могла вызвать у нее головную боль. Но неловкое молчание было бы еще хуже.

Халли заставила себя встать на ноги. Пришло время проглотить гордость и загладить свою вину. Продолжать ругаться спустя неделю с начала миссии было уже слишком. Она напомнила себе, что Кейс всего лишь продукт определенного воспитания, неважно, что из Зика получился идеальный джентльмен.

Она улыбнулась остальным и направилась к кораблю. Затем присела на приличного размера камень, что торчал в полуметре от Кейса. Не нужно подходить слишком близко. Он проигнорировал ее; ну, по крайней мере, не стал ехидничать. Она возьмет то, что сможет получить.

– Итак, – сказала Халли, откашлявшись. – Мне кажется, мы как-то не с того начали.

Кейс даже не обернулся.

– Я так рада, что ты меня поддерживаешь, – продолжила она, – и я уверена, ты также согласишься, что пришло время прекратить эту безумную игру, которую мы затеяли.

Он с резким лязгом наколол ложкой кусочек моркови.

– А что, если мне все равно?

Халли прикусила язык, чтобы не сорваться. Она вспомнила, что Бен говорил о нем в прошлый раз.

– Жаль слышать. Бен обмолвился, у тебя были трудные времена, и я…

Кейс напрягся и посмотрел на нее, сверкнув глазами.

– Что он тебе сказал?

– Только что ты в последнее время не в духе. Слушай, я знаю, семья иногда может давить.

– Я не в духе? – фыркнул Кейс и отставил миску в сторону. – Ты ничего обо мне не знаешь.

Халли сделала несколько глубоких вдохов. Если она снова выйдет из себя, это не поможет, даже если он сам изо всех сил старается нарваться.

– Ты прав, – сказала Халли как можно ровнее, что было так же легко, как сдвинуть гору, – но я пытаюсь помочь.

– Ой, отвали. Тебе на меня плевать.

Их разговор привлек внимание остальных. Лицо Халли горело.

– Ты настоящий джентльмен. – Она поднялась на ноги.

– Уж точно нет, – прорычал Кейс, тоже вставая. – Скажи спасибо, что я придержал язык. А мог бы сказать, что ты… ты… – Он не договорил и глубоко вздохнул. – Мне плевать на тебя и твою проклятую оливковую ветвь мира. Просто, ради звезд, оставь меня в покое, ладно?

С этими словами он потопал к яме для отходов, которую они вырыли ранее. Вылив остатки еды, Кейс поднялся на борт корабля.

Ни разу он не оглянулся на Халли. Вот и хорошо, потому что так он не видел, как на ее глазах выступили слезы разочарования.

Неблагодарный, тупой, звезданутый идиот.

* * *

Хотя большинство полагало, что Сирулин гораздо опаснее Джейд, Халли любовалась как горными соснами, так и золотыми кленами долины. Наверное, она свихнулась, раз думала, что лучше столкнется с сирлами, чем с Нильсом и своей семьей, оставшимися в Стоунсете.

В любом случае сейчас она пряталась в своей каюте, потому что даже мысли о доме и Сирулине не могли смягчить тот взгляд, который Кейс бросал на нее всякий раз, когда они встречались. Что случалось нечасто, потому что Халли теперь избегала сидеть в кабине и просила Эббу передавать Кейсу еду.

Соседка присоединилась к ней через несколько минут, села, скрестив ноги, и выложила небольшую горсть булыжников. Халли краем глаза уловила зеленую вспышку.

– Это нефрит?

Эбба пожала плечами и подняла упомянутый камень.

– Не думаю. Нашла его еще до того, как между тобой и Кейсом кошка пробежала.

Щеки Халли вспыхнули, и она села.

– Это он все начал!

– Конечно, конечно. – Эбба протянула ей зеленый камень. – Ты, кстати, молодец. Я на твоем месте ударила бы его по тупой роже, да только и до груди ему не достану.

Халли фыркнула, но вспомнила стычку в театре и покраснела. Не самый красивый ее поступок.

– Так… эм… это не нефрит?

Эбба покачала головой.

– Если верить брату, нефрит светлее и не такой грубый. И его можно найти только в Нарденских шахтах. А этот малыш просто валялся у костра в полном одиночестве.

Ногти Халли пробежались по мелкой паутине трещин, раскинутой на поверхности маленького камня.

– Ты собираешь камни?

– В каком-то смысле. – Халли вернула булыжник Эббе, и та, кивнув, аккуратно добавила его в ряд ко всем остальным. – Куда бы я ни пошла, даже если это просто рынок или аэродромы, я стараюсь подобрать хороший камень. Мой брат… – Она взяла другой камень, на этот раз коричневый, как песок, и немного больше зеленого. – У одного из моих братьев… этот… гм…

– Все в порядке, можешь не рассказывать. Я не хотела совать нос в чужие дела.

Эбба покачала головой; ее темные волосы были затянуты на макушке в тугой узел, а несколько тонких прядей свисали на затылок.

– Все в порядке. Похоже, только от камней ему становится немного лучше. Он болеет. – Она потерла грудь, как будто сама болела, и глубоко вздохнула. – И не может часто выходить. Лихорадка плохо сказалась на его зрении и общем состоянии здоровья. Поэтому я приношу ему камни. У него уже около пятидесяти штук, они лежат вдоль стены в нашем… – Эбба осеклась и передала камень, который держала в руке, Халли. – В любом случае, этот ему понравится больше всего.

Халли пожевала губу. Камень был грубым и неровным, размером примерно с ямку на ее ладони.

– Почему именно этот?

Эбба ухмыльнулась.

– Не видишь?

Халли поднесла его ближе и прищурилась. На обороте она заметила что-то блестящее вдоль одной маленькой трещины.

– Это похоже на…

– Пирит. Я даже могу сказать Эрену, что в нем немного золота. Просто глянуть, сможет ли он понять разницу.

Халли рассмеялась и отдала камушек.

– Как мило с твоей стороны так о нем заботиться.

Эбба вернула его на место.

– Еще одна причина убедиться, что мы достигнем всех тех целей, которые поставил перед нами Гвардеец, верно?

Халли посмотрела в окно.

– Деньги тоже не помешают.

Эбба фыркнула.

– Ты права.

Они провели остаток дня дремля и болтая о всякой ерунде, например, что станут делать с деньгами, когда вернутся. Эбба хотела купить родителям коттедж побольше в более приятной части Нижней Кивины и сочла милой мечту Халли открыть школу для детей из неблагополучных семей, хотя ей самой не нравилось возиться с малышами. Всю ночь они смеялись и обменивались историями о своих школьных проделках и о других мелочах под звездами.

Разговоры о солнечных днях прошлого заставили Халли забыть о ненастных. И хорошо. Было приятно иметь хотя бы одного друга на этом корабле.

Глава 8

Шаги

Кейс

Кpacoтa сирулинских лесов оказалась для Кейса неожиданностью. Никогда не покидавший Джейд, не говоря уже о Нарденских горах, он всегда представлял себе вражеское королевство отвратительной пустошью под стать деспоту, который им правил.

Но эти деревья стояли гордо, некоторые были такими широкими, что он не смог бы обхватить их стволы руками, а их листья пылали, точно огонь. Те, что росли в огромном дворе поместья Шекли, никогда не становились такими ярко-красными. Птицы щебетали высоко над головой, приветствуя друг друга песней, слова которой Кейс хотел бы знать. Чудесная картина дарила ему чувство умиротворения, пока они с Нагсом патрулировали территорию вокруг корабля.

Сирулин доставил кучу неприятностей его семье после того, как дядя Иезекииль продал им секретные технологии, но намеки Джова на то, что сирлы отбирают шахты, – это что-то новенькое. В какой-то степени такие действия врага имели смысл, но наверняка Нардены были не единственным местом на Ялваре, где можно было добывать зуприум. Кейс едва не рассмеялся над собственной глупостью. Разве поиск металла на Тасаве не значился одной из их целей? Может, именно поэтому сирлы и хотели найти ялвов – ради их силы и зуприума?

О магии ялвов Кейс читал совсем немного. Он не смог найти больше информации по этой теме, так что принял сведения за пустую легенду. Лучше уж почитать «Короля Артура» или любые другие истории.

Голос Бена показался слишком громким во влажном осеннем воздухе:

– Лед между вами с Халли мог бы соперничать даже со взглядом твоего отца.

И развеял все остатки хорошего настроения.

Кейс расправил плечи и пошел дальше. Она понятия не имела, что тот день значил для него, но это не оправдывало ее любопытства. Проклятая девчонка.

– Не стану притворяться, будто понимаю, что творится у тебя в голове, но, может, если бы ты немного подумал, прежде чем просто бросаться на кого-то… Удивительно, как она тогда не дала тебе пощечину.

Кейс развернулся, и его резкое движение потревожило гнездо ворон. Те закаркали и взлетели, напугав прочих своих соседей. Он вздрогнул. Хотелось верить, тот, кто увидит птиц, не сочтет это чем-то подозрительным. Не в первый раз истории о путешественниках, сгинувших в дебрях Сирулина, промелькнули в его голове. Он стряхнул с себя беспокойство.

– Можно мы не будем ее обсуждать, пожалуйста?

Нагс смягчился под ледяным взглядом Кейса.

– Ладно, ладно. Я просто подумал, что такая девушка пошла бы тебе на пользу.

– Ты свихнулся, если думаешь… Эй! Перестань смеяться!

Нагс схватился за живот и разразился лающим смехом, хохоча буквально до слез.

– Это просто… о, звезды…

– Ты такой жалкий, – закатил глаза Кейс. – Ради звезд, ты хрипишь, как умирающая собака.

Нагс вытер глаза и сделал несколько глубоких вдохов.

– Выражение твоего лица было бесценным.

Кейс повозился с привязанным к его ноге электропистолетом.

– Как скажешь. Идем. Я не хочу здесь задерживаться, даже если в лагере меня ждет Халли.

Отдышавшись, Нагс пошел первым. Они брели молча несколько минут, а Кейс все пытался успокоить нервы. Друг просто пытался его подбодрить. Вот и все. Не то чтобы у него получилось.

– Найти себе кого-то – не самое худшее, что может с тобой случиться. – Нагс осмотрел деревья на предмет угроз. – Я не говорю, что ты непременно должен ухаживать за Халли. Но неплохо общаться с кем-то, кто знает себе цену и, ну… понимает тебя.

Кейс застонал. Они все еще не сдвинулись с этой темы?

– Ты что, говорил с моей матерью?

Нагс фыркнул.

– Я не имею в виду поиск ради поиска. А встречу той самой.

– И ты это знаешь, потому что Люси – та, что тебе нужна? Ты не так уж и долго за ней ухаживал.

– Неважно. Я собираюсь жениться на ней, когда вернемся.

Он хочет жениться на ней? Ничего себе.

– Три месяца – слишком малый срок, чтобы узнать кого-то. А Люси… она достаточно милая, но… это мудрая идея? – Он схватил друга за плечо.

Кейс не думал о Нагсе хуже из-за того, что тот не был богат, но знал: семья Люси не обрадуется. На самом деле, неизвестно, знали ли они вообще о Бене. Но не потому этот союз беспокоил Кейса – по крайней мере, не только потому. Просто Нагс любил прикалываться над людьми, а Люси не нравилось, когда ее задевали. И Ана ей никогда не нравилась, что было самым сильным аргументом против.

– О, что бы я делал без твоего мнения? – Нагс сбросил руку Кейса со своего плеча.

– Я никогда не говорил…

Друг покачал головой и умчался прочь. Кейс последовал за ним на расстоянии, молча проклиная себя. Какое это все имело значение? Вернуться домой с миссии будет в лучшем случае сложно. Зачем вообще строить такие далекие планы?

Пару километров спустя Нагс все еще хранил молчание, но Кейс не собирался нарушать тишину. Он был честен, но не ожидал, что его слова так сильно расстроят друга. За годы, прошедшие с тех пор, как Нагс покинул Отряд, он стал спокойным и собранным человеком. Это было неплохо, но он стал другим. Пьяные драки в тавернах прекратились, да, но и свет покинул его глаза. Кейс подозревал, что причиной была Люси. Иных версий на ум не шло.

Ветер взметнул листья вокруг Кейса; они с мягким шелестом падали на землю, чтобы присоединиться к своим собратьям. Не будь он так занят словами Нагса, оценил бы красоту. Но, увы, кровь все еще бурлила в жилах, и каждый звук заставлял его вздрагивать. Что-то мелькнуло сбоку. Он резко повернул голову в ту сторону.

Верхушки деревьев качались на осеннем ветру, рубиново-красные листья падали вниз. Белка спрыгнула с ветки и приземлилась на соседнем дереве.

«Просто ветер. Просто лист. Просто белка. Возьми себя в руки».

– Что? – тихо спросил Нагс, а сам потянулся к электропистолету, висевшему у него на боку.

Кейс покачал головой.

– Ничего.

Снова наступила тишина. Деревья сомкнулись вокруг них, сжимая свою хватку, их тени удлинялись и заглушали полуденный солнечный свет. Кейс не шевелился, но больше ничего не мерцало в поле его зрения. Лес снова был тих, если не считать мягкого шелеста листьев. Спутники двинулись дальше.

И вот тогда Кейс их услышал – шаги третьего человека. Сердце колотилось как барабан, он положил руку на свой электропистолет и развернулся.

Ничего.

Только деревья и кустарник под ними.

– Кейс? – Голос Нагса звучал глухо.

Кейс взвел курок пистолета.

– Ты слышал?

– Что?

– Шаги.

Нагс в замешательстве наклонил голову, но тоже вытащил оружие.

– Давай пройдем еще немного, а потом вернемся. Хорошо?

Кейс кивнул, но что-то в его словах, какими бы невинными они ни были, заставило волосы на затылке встать дыбом. Ему это не понравилось.

«Нам действительно пора возвращаться на корабль».

Солнце золотило лес умирающим светом дня. Когда они прошли еще дальше, уши Кейса уловили безошибочно узнаваемый шорох и хруст. Он нажал на курок, еще даже не развернувшись.

Светящийся шар электричества вырвался из оружия Кейса и пронесся по воздуху. Раздался крик и приглушенный стук, конец плаща мелькнул за одним из густых рослых деревьев.

– Я в кого-то попал! – закричал Кейс, спотыкаясь на бегу.

Проклятия загремели оттуда, где он увидел плащ. Кейс обогнул дерево, Нагс следовал за ним по пятам.

Тело мужчины дергалось с каждой искрой, проскакивающей по его ногам, мышцы сокращались от разрядов. Растрепанные каштановые волосы сбились, открыв знак из трех чернильных алмазов на шее. Каждый кончик переплетался друг с другом, и каждый сиял металлическим синим. Такую татуировку носили те, кто служил в армии сирлов. Благие луны.

Мужчина зарычал что-то на общем языке, но из-за сильного акцента Кейс мог различить только каждое второе ругательство. Он держал наготове пистолет, дуло которого все еще выплевывало искры, и слышал тяжелое дыхание Нагса. Кейс надеялся, что за руганью пленник не услышит дрожь в его собственном голосе.

– Ты преследуешь нас. Почему?

С новым спазмом мужчины плюнул, но промахнулся мимо цели, и слюна приземлилась рядом с ботинком Кейса. Нагс шагнул вперед, отталкивая пистолет друга, и наклонился, держа перед собой свое оружие. Глаза мужчины расширились. Голос Нагса был тихим:

– Ты не в том положении, чтобы злить нас, сирл. Прибереги плевок для своего убогого короля. Итак, почему ты следовал за нами?

– Ты знаешь почему, – прошипел сирл, и шелковистый акцент просачивался в каждое его слово.

Сердце Кейса колотилось в ушах. Кто-то в Кивине слил, куда они направляются? Или кто-то просто заметил их летящими над облаками? Нет, невозможно, он был так осторожен…

Проклятье.

Нагс криво усмехнулся, и низкий скулеж прорезал воздух.

– Нет. Я не знаю.

На этот раз плевок мужчины попал в цель, приземлившись на щетинистую щеку блондина. Нагс ударил его по лицу пистолетом. Кровь хлынула из треснувшего носа мужчины. Нагс направил ствол на лоб сирла.

– Приведи Зика, и прихватите аптечку. Я уверен, у нас есть что-то, что развяжет язык этому негодяю.

– А вдруг тебе понадобится помощь?

Нагс взвел курок.

– Я с ним справлюсь. Вперед!

Кейс поставил пистолет на предохранитель и закусил губу.

– Ладно.

Пятнадцать минут спустя Кейс вел Зика через лес, надеясь, что помнит правильный путь.

– Он немного дергался после того, как я в него выстрелил. Потом Нагс ударил его тыльной стороной руки, вероятно, сломал ему нос…

Воздух прорезал крик, оборвавший Кейса на полуслове.

О, луны и звезды.

– Бен! – Кейс бросился бежать.

Тяжелое дыхание Зика было зеркальным отражением его собственного, пока они мчались между деревьями. Нога Кейса зацепилась за корень, но брат схватил его за плечо и удержал.

Еще один крик. Стон боли.

– Бен! Где ты? – Торчащий из-за дерева ботинок заставил Кейса снова споткнуться. – Бен!

Они с Зиком бросились туда и обнаружили распростертого на земле Нагса, конечности которого были раскинуты в стороны, а на лбу зияла рана. Электропистолет и сирл исчезли.

Кейс опустился на колени рядом, нащупывая пульс под подбородком друга.

Вдох. Еще.

Ощутив мягкое биение под кончиками пальцев, Кейс едва не разрыдался.

– Он жив.

Кейс хрипло благодарил за спасение Нагса всех, кто мог его услышать. Он вряд ли бы простил себя, если бы друг умер, если бы последние настоящие слова, которыми они обменялись, были в ссоре. Кейс осторожно потрогал рану на голове Нагса. На мгновение перед его глазами промелькнуло изломанное тело новичка.

Кейс с трудом сглотнул. Тот пилот тоже не умер – пока нет.

Вот закончит миссию – и сможет загладить вину перед пацаном.

– Нам нужно вернуться. – Зик наклонился, сам осматривая голову Нагса. Он развернул бинт и промокнул рану. – Мы не знаем, вдруг…

Но другой крик, на этот раз женский и далекий, оборвал его.

Это была Эбба или… Халли?

Иглы страха пронзили тело Кейса, и он вскочил.

– Неси его. Я туда!

Его слова затерялись в ветре, взметнувшем ему волосы, когда он рванул сквозь деревья, выхватив электропистолет. Как глупо с их стороны было бросать остальную часть команды без защиты. С Нагсом ему повезло, но если что-то случится с…

Он прорвался сквозь остатки подлеска, бок горел так, словно его пронзили стилетом.

– Убирайся от них, или я разнесу тебя к звездам!

И замер, когда увидел, как Халли с Эббой убирают перевернутый горшок. Ремонтница поймала взгляд Кейса, фыркнув от смеха.

– Хэл увидела паука.

Кейс убрал электропистолет в кобуру и сделал несколько глубоких вдохов, превозмогая боль в боку. Это не помогло его нервам.

– Я не виновата! – парировала Халли, чья кружевная рубашка была заляпана кусочками коричневого рагу. – Я не знала, что кастрюля так близко!

Кейс пнул землю, схватил грязный горшок и сунул его в руки Халли.

– Мы улетаем.

– Что? Я только начала готовить ужин! И на сей раз это была не тушеная говядина! – Халли поморщилась, глядя на тлеющие угли. – Мы не можем выбросить всю эту еду!

Эбба приподняла бровь.

– Ну, ты уже ее по сути выбросила…

Кейс проигнорировал их и бросился вверх по лестнице в кабину. Несколько минут спустя Зик уже загонял остальных в корабль. Кейс пристегнулся и сделал предполетную подготовку. Он проигнорировал панические крики Халли – она, должно быть, увидела состояние Нагса.

Спокойствие. Главное – спокойствие.

– Вперед, Кейс! – крикнул Зик в коридор, закрыв металлическую дверь с глухим гулким стуком. Кейс кивнул и запустил двигатели корабля. – Они не могут быть далеко!

Халли пристегнулась на сиденье позади него.

– Что происходит?

Он покачал головой.

– Нужно выбираться отсюда.

– Но я думала, нам нельзя летать ночью.

– Видишь это? – Он махнул в сторону лобового стекла, где умирающий закат отражался от носа корабля. – Это то, что мы называем солнечным светом. – Кейс не собирался срываться на ней, но она слишком любила задавать много глупых вопросов.

Халли что-то пробормотала, но Кейс проигнорировал ее, потому что какая-то чертова штука начала пищать. Контрольная лампа конденсатора парения. Он не включил рычаг перед запуском двигателей. Кейс тихо выругался.

К ним присоединилась разочарованная Эбба. Ее провинциальный акцент становился сильнее с каждым следующим словом:

– Кто-нибудь скажет мне, что происходит? Почему Бен весь в крови? И солнечного света едва хватит, чтобы быстро куда-то добраться!

Кейс нажал кнопку и педаль, чтобы корабль пришел в движение. Через несколько секунд они уже были в воздухе. Он повернул ручку и ответил:

– Мне нужно сосредоточиться.

– О, благие звезды, – прорычала Эбба. – Ничего с тобой не случится, если ты ответишь на мои вопросы.

Вошел Зик, и его голос эхом отразился от металлических стен корабля:

– С Беном все будет в порядке. Незначительная рана головы.

– Но что случилось? – спросила Эбба.

– Пристегнитесь. – Кейс переключил передачу и щелкнул другим рубильником. – Мы напоролись на сирла. Они следуют за нами.

– Ты уверен? – ахнула Халли.

– Один напал на Бена и сбежал. – Зик с резким щелчком пристегнулся к сиденью. – Но с ним все будет в порядке. Рана только выглядит хуже, чем есть на самом деле.

Кейс нажал кнопку, чтобы установить уровень кислорода.

– Вот только он без сознания.

– Просто вытащи нас отсюда.

Кейс стиснул зубы от тона брата, но вдавил педаль и нажал несколько кнопок на штурвале. Корабль поднялся выше. Тут Кейс совершил ошибку. Он обернулся в сторону их лагеря и заметил выходящую из леса фигуру. У широкоплечего мужчины за спиной болталась золотая коса. Толстое, длинноствольное оружие, что лежало у него на плече, сверкнуло, когда он замахнулся им на корабль. Тошнота подступила к горлу Кейса.

– Зараза!

Из дула вылетел светящийся голубой энергетический шар. Кейс инстинктивно дернул руль. Кто-то закричал.

Еще один разряд полетел к кораблю. Кейс поддал газа, повернул ручку парения и резко дернул штурвал в противоположную сторону.

Оба выстрела прошли мимо цели.

«У Сирулина нет корабля, способного догнать „Юдору“. Надеюсь».

На ум пришли слова Джова. «У нас есть основания полагать, что наши шахты были скомпрометированы. И у сирлов есть знания…»

Зик наконец привлек внимание Кейса, положив руку ему на плечо:

– Что, звезды тебя подери, ты делаешь?

Пот выступил на лбу Кейса. Он моргнул.

– Ты не видел… ты не видел… сирла? Он выстрелил…

– Все в порядке. Только не сбрасывай нас с неба.

– Знаю.

Брат сжал его плечо почти до боли, прежде чем вернуться на свое место. Кейс проигнорировал болтовню остальных.

Только когда они уже парили высоко над Ялварой без каких-либо признаков погони, его сердечный ритм замедлился до нормального. Уводя корабль от светового скопления справа от них, Кейс сосредоточился на мысли, почему любит летать: ради свободы, которую ему давали небеса. Это единственное, что сейчас помогало сдерживать подступающую желчь.

«Нагс поправится. Сирлы остались далеко позади. Мы сумеем выбраться из этого».

Час спустя Кейс посадил корабль на пустынном лугу. Небо разверзлось, и дождь полил как из ведра. Все легли спать, поужинав, но хотя Кейс и нес первую вахту, он знал, что не только у него сегодня будут проблемы со сном.

Глава 9

Пять минут над штормом

Кейс

Кейс сжал штурвал. Гладкая кожа руля помогала ему успокоить нервы, пока он вел корабль над Джозейским океаном. Постоянно боясь, что враг перебьет их всех, каждую ночь после нападения сирлов он проводил в напряженном ожидании.

Халли, похоже, никак не могла заткнуться, и Кейсу приходилось прилагать все усилия, чтобы не сказать что-нибудь неприятное. Когда она совсем его доставала, он просто прятался в кабине. Но это происходило лишь тогда, когда они приземлялись на день. Девчонка выводила его из себя всякий раз, когда они пытались завести разговор, а настоящего разговора у них не случалось с той ночи у водопада.

Не то чтобы он много об этом думал.

Океан был желанным зрелищем. Где-то там, за сверкающими голубыми волнами, лежала Тасава, и как только они доберутся до нее, начнется настоящее задание. Только для начала нужно пересечь Штормовой залив. Пустяки, правда?

Опираясь на карту, которую дал им Джов, Нагс решил идти по оптимальному, по его мнению, пути, который, помимо прочего, убережет их от морских разведчиков сирлов и приведет к заливу. Хотя и он, и Халли скептически относились к точности карты.

Ни один из рассказов исследователей не выглядел особо правдоподобным, судя по тому немногому, что Кейс успел прочитать за несколько дней до их отъезда. Конечно, трудно было поверить на слово людям, которые бредили драконами, видениями и магией.

Нагс сказал, что если они достигнут точки, где у них останется полбака ялварского топлива, и не найдут бухту, то повернут назад и разобьют лагерь на побережье сирлов. А на следующий день попробуют снова, но уже по другому маршруту, который он наметил.

Нелепый план. Тем более что шел уже второй день. Но Нагс был главным.

Образ бьющегося в спазмах сирла промелькнул в сознании, когда Кейс проверял уровень кислорода в кабине.

– И вот система, – объявила Халли за его спиной.

Кейс чуть сильнее сжал руль. Остальные уже целый час играли в какую-то бессодержательную карточную игру, раскинувшись на полу, точно дети.

Сказали бы спасибо, что ему приходилось сосредотачиваться на полете. Иначе он выдал бы что-нибудь гадкое. Зик удивил его, сев играть с ними в «Звезды и взрывы». Видимо, брату было отчаянно скучно.

– Взрыв! – со смехом крикнула Эбба.

Ага, он самый.

– Ради звезд, можно потише? – прорычал Кейс.

За ними, возможно, следили сирлы, он до сих пор не заметил никаких признаков земли, а они все равно считали, что это нормально – так кричать?

Зик поднялся с пола и подошел к нему.

– Мы просто немного развлекаемся.

– Слишком громко. – Кейс посмотрел на горизонт, где облака казались темнее обычного. – Мы с Нагсом пытаемся сосредоточиться.

Зик похлопал по спинке сиденья.

– Кейс, все в порядке. Постарайся успокоиться, ладно?

– Я стараюсь сохранить нам всем жизнь, спасибо, – перебил Кейс.

– Успокойся, – повторил Зик, – а мы будем потише. Договорились?

– Ладно, – пробормотал Кейс.

Зик вернулся к игре. Пока они перетасовывали карты, Кейс снова вперил взгляд в горизонт. Угольные облака расстилались по нему, становясь все больше. Он потер подбородок. Щетина уколола его ладонь.

– Похоже, долетели. – Нагс погладил повязку, все еще обмотанную вокруг головы.

Тасование карт прекратилось, и кто-то надавил на его сиденье. Руки Зика вцепились в спинку стула. Рядом с ним стояли Халли и Эбба.

– Штормовой залив. Это он, да? – Халли наклонилась над приборной панелью.

– Двигайся, – прорычал Кейс. – Я ничего не вижу.

Халли фыркнула, но в кои-то веки выполнила его просьбу.

– Извини.

Нагс нажал кнопку, чтобы быстро получить информацию о ветре.

– Уже штормовой. Корабль не выдержит. Нужно увеличить высоту.

Кейс крепче сжал руль.

– У меня такое чувство, что это не поможет.

– Тогда попробуем пробиться в «глаз». У нас нет выбора.

Кейс проворчал себе под нос, но не развернул корабль. Если действовать осторожно, все будет в порядке. В конце концов, он и правда самый звезданутый пилот.

– Кейс!

Он едва успел услышать крик Халли, как из облаков вырвалась вспышка электричества и ударила в воду. С того места, где они находились, молния выглядела такой же толстой, как один из алых дубов у Нарденского перевала, а тем деревьям было не меньше тысячи лет. Кейс тяжело сглотнул. Маленькие молнии разошлись по воде неровным кольцом, а потом исчезли.

– Какая красота, – прошептала Халли. Она отошла и порылась в сумке, несомненно, в поисках своего альбома. Шорох карандаша, часами напролет черкающего по бумаге, теперь преследовал Кейса даже во сне.

– Всем сесть, – велел он максимально ровным голосом. – Что бы мы ни делали, лучше, если все будут пристегнуты.

Зик мгновенно по-солдатски выполнил приказ. Эбба задержалась на минуту, пока Кейс не бросил на нее взгляд, а затем перебралась на кресло позади него. До его ушей донесся приятный металлический щелчок застегиваемых ремней безопасности. На этот раз они хотя бы послушались. Надо будет почаще грозить им бурей.

– Ты уверен, что это залив? – Кейс перевел взгляд на Нагса.

– Да, – ответил тот. – Это не природная буря. Видите облака? Они только вращаются, но никак не движутся.

– Мы действительно собираемся сделать это, основываясь на вероятности, что где-то там есть земля?

– Это наш единственный путь на континент. – Нагс постучал пальцами по штурвалу.

Кейсу захотелось провести рукой по волосам, но он боялся отпускать руль. Не так близко. Ветер усилился, и ему пришлось приложить немало усилий, чтобы удерживать дирижабль в устойчивом положении.

Возможно, это была не самая лучшая идея. Но если кто-то и мог справиться с этим, то только он.

– Мы уже летали в шторм, – напомнил ему Нагс. – Это должно быть легко.

По сравнению с этой та буря была мелким дождиком, и попали они в нее случайно. Но что-то подсказывало Кейсу, что если они вернутся сейчас, то не доберутся до дома живыми. А если и доберутся, то без успешного выполнения задания его выкинут из Отряда и, возможно, предъявят обвинения.

– Пять минут над бурей, – согласился Кейс. – После этого, если ничего не найдем, мы повернем обратно. Договорились?

– Хорошо, мастер Кейс.

– Не называй меня так, – прошипел Кейс.

– Как скажешь. Готов?

– Наверное.

– Что-то ты не слишком оптимистичен, – встряла Халли.

– Хочешь полетать? – спросил Кейс.

– Нет, но я бы радовалась более уверенным в себе пилотам.

Нагс поерзал на своем месте.

– Доверься нам. Кейс может управлять этой штукой с завязанными глазами.

– Я бы предпочла, чтобы он так не делал. – Халли снова начала что-то черкать карандашом. Она рисовала, когда нервничала?

Кейс послал корабль вперед. «Юдора Джейд» приблизилась к зловещим тучам. На такой высоте были видны разряды молний, перескакивающие от облака к облаку.

– Она тянется на многие мили во всех направлениях, я не вижу… – начал Нагс.

Корабль дернулся. Все закричали, а Кейс едва не ударился лицом о штурвал. Нагсу не повезло. Он скорчился на сиденье, из носа текла кровь.

– Бен! – крикнул Кейс.

Ответа не последовало.

– С ним все в порядке? – пискнула Халли.

– Что случилось? – спросила Эбба.

– Зик, подними Бена с кресла. Я разворачиваюсь. – Кейс нажал кнопку «Одиночный пилот» на приборной панели и напрягся, стараясь удержать корабль на месте и придерживаться курса. Кейс слегка ускорил судно левой педалью.

– Разворачивайся, – прорычал он.

Краем глаза Кейс заметил, как Зик вынул Нагса из кресла и переместил куда-то назад.

– Эбба, помоги мне пристегнуть его, – пробурчал Зик. – Халли, принеси аптечку.

Карандаш Халли брякнулся на пол.

– Подождите! – На лбу Кейса выступили бисеринки пота. Корабль несся в шторм, как жук на свет. Он тянул руль изо всех сил. – Не надо. С ним все будет… хорошо. Пристегнитесь. Не знаю… что происходит. Проклятый корабль!

Зик опустился на сиденье Нагса и пристегнулся, осматривая приборную панель.

– Что мне нужно делать?

– Не сейчас, – прорычал Кейс. – Ничего не трогай.

– Но тебе нужно…

– Не отвлекай меня! Я скажу тебе, если…

Еще один толчок сотряс корабль, и Кейс выругался. Раздался стук, словно кто-то ударился о стену.

– Эбба! – закричала Халли.

– Оставь ее! – крикнул Кейс, стараясь не терять самообладания, пока они боком падали в шторм. – Правый двигатель не работает! Зик, нажми зеленую кнопку справа от тебя!

Брат ударил по ней, пока Кейс пытался выправить судно. Тело Эббы заскользило по полу с тошнотворным звуком, когда Кейс дернул штурвал и корабль опасно накренился. Он не должен был этого делать, но требовалось что-то предпринять. «Прости, Эбба».

Впереди потемнело, и они погрузились в шторм. Кейс выправил корабль. Зик перенаправил энергию от заднего левого двигателя, и, хвала небесам, в основном это сработало. Но судно все равно немного кренилось.

– Эбба не двигается, – сообщила Халли дрожащим голосом, отстегивая ремень безопасности.

– Халли, не надо! – Он плечом вытер пот с лица. Щелчок ремня почти затерялся в раскатах грома.

– Но Эбба…

– Звезды! – Кейс едва не перевернулся, когда сильный ветер раскачал корабль. Ему нужно было доставить их на землю. Немедленно. Из-за стены дождя показалась группа деревьев.

– Земля!

Зик наклонился вперед, натягивая ремень безопасности.

– Ты имеешь в виду черное пятно впереди?

– Да!

– Это глаз бури? – спросила Халли, когда Кейс направил туда корабль.

– Плевать!

Сзади их сотряс еще один толчок, и Кейс отреагировал на него быстрее, чем мог предположить. Он не знал, глаз это впереди или нет, но то мог быть их единственный шанс, если они продержатся…

Яркая вспышка света и гулкий удар одновременно ослепили и оглушили его.

«Битые, горящие и падающие звезды».

Нос воздушного корабля опустился. Кейс не мог видеть, но знал, что слишком близкий удар вывел из строя оба двигателя. Он моргнул, пытаясь вернуть зрение. Корабль дергался от его движений, но Кейс был рад, что хоть как-то контролирует ситуацию. Через несколько секунд зрение прояснилось, но яркие пятна, плавающие перед глазами, затрудняли задачу. Давление в голове нарастало до крещендо. Он ничего не слышал.

«Оставайся в сознании. Не отрубайся. Сосредоточься».

Сморгнув боль, он прищурился и сосредоточился на том участке пляжа, где можно было бы высадиться, если бы только удалось туда добраться. Чем дальше, тем сильнее становился ветер, но, по крайней мере, он не был прямо-таки шквальным. Удар вывел из строя электричество, но, когда Кейс грохнул кулаком по приборной панели, маленькие огоньки замигали. Двигатели работали на пределе своих возможностей, крутясь только на ялварском топливе. «Юдора» неслась по воле безумного ветра.

«Я могу это сделать».

Ему нужно продержаться еще несколько минут.

Темнота сгущалась на периферии зрения. Он взял на себя слишком много. Возможно. А может, удар молнии не просто ослепил его. Что-то потекло по шее. Как Халли и Зик, не пострадали от удара? Он молился, чтобы они были живы.

Нацелившись на большой участок песка, Кейс нажал кнопку посадочного устройства корабля и понадеялся, что оно сработает. Он никогда раньше не приземлялся на песок. Кейс включил аварийный посадочный парашют, молясь, чтобы тот в достаточной мере замедлил судно.

До столкновения оставалось десять секунд.

Дождь хлестал по окну, ветер трепал дирижабль, но Кейс держался. А потом, так же внезапно, как и начался, ливень прекратился. Серые солнечные лучи отражались от носа корабля.

Глаз бури.

Но корабль по-прежнему не отзывался. Полоса земли становилась все шире по мере того, как они падали с неба. Кейс не услышал собственного крика, когда «Юдора Джейд» врезалась в берег.

Глава 10

Очко в мою пользу

Кейс

Cвет, согревающий веки Кейса, контрастировал с чем-то ледяным с правой стороны его лица. Кто-то тер ему щеку влажной тряпкой. Он должен был слышать, как ткань царапает щетину, которую Кейс не сбрил с утра, но ничего не слышал, а ухо жутко болело. Он постарался не захныкать. В левом ухе раздался убаюкивающий шум волн. Этот звук едва не заставил его опять заснуть.

Вместо этого он проморгался, понял, что лежит в общей спальне, и прищурился. Над головой висел обычный фонарь, но после долгого сна свет ощущался так, словно Кейс смотрел на солнце.

Он попытался загородиться, но рука будто весила тысячу фунтов. Кейс поморщился, повернув голову.

– Тебе больно?

Он снова моргнул, медленно фокусируясь. Над ним проплыло лицо, пронзительные глаза цвета меда. Холодная тряпка исчезла.

– Что ты делаешь? – спросил он с болезненным кашлем.

Халли сложила тряпку и села.

– Оттираю кровь с твоего лица.

– Зачем?

– Ты выглядел как покойник. Я спасала твою репутацию.

– Спасибо. – Он снова закрыл глаза. – Не могла бы ты заодно промыть мне ухо? Правое не работает.

– Только если вежливо попросишь.

Кейс попытался сесть, но мышцы не поддавались, а шею словно кто-то молотком отбил. Халли помогла ему, осторожно придержав под спину. Вдруг она вздрогнула.

– Что? – спросил он.

– Наверное, это была не лучшая идея, – ответила она сквозь стиснутые зубы. Ей было больно?

– Да, ощущения не самые приятные. – Он скривился и попытался повернуться. В позвоночник будто кинжалы вонзились. «Звезды и молнии». Он оглянулся и увидел, что рука Халли обмотана и зафиксирована куском льна на шее. – Это что, перевязь?

Она опустила взгляд.

– Зик сказал, я вывихнула плечо.

– Где он сам?

– В кабине с Эббой. Говорит, с ней все будет в порядке.

Повисла тишина.

Кейс прочистил горло.

– Можно мне тряпку? Не могу допустить, чтобы кто-то еще видел меня в таком виде.

– Я принесу зеркало.

Она вручила ему мокрую ткань. Он осторожно поднес ее к лицу, стараясь не шевелить ничем, кроме руки.

Стиснув зубы, вытер все, что смог. Кейс похлопал себя по шее и проверил тряпку, нет ли крови там. Только несколько сухих хлопьев.

Как он и догадался, лопнула барабанная перепонка. «Надеюсь, она быстро заживет».

В дверях появилась Халли и протянула ему маленькое зеркальце – совсем простое и без украшений, скорее всего, она купила его по дешевке на нижнем рынке. Но он все равно принял вещицу.

Закончив, Кейс положил тряпку на вытянутую ногу. Он не знал, что еще сказать. «Извини»? Но он спас им всем жизни, хотя Эбба едва не погибла из-за того, что он не смог уберечь их от бури. Звездец.

Хорошо хоть Зик оказался в состоянии помочь кому-то еще. Кейс даже думать не хотел, как объяснялся бы с Джовом или матерью, если бы с братом что-то случилось. Не после того, что произошло с Аной.

– Спасибо, – тихо сказала Халли, сцепив пальцы на коленях. – Ты действительно фантастический пилот. Все могло быть гораздо серьезнее.

Он моргнул.

– Если не считать того, что мы вообще попали в тот шторм.

Халли ничего не ответила, отчего Кейсу стало еще хуже. Потому что он всегда был виноват. Как бы ни старался.

– Наверное, стоит порадоваться, что мы ушли от сирлов. – Он не мог оторвать глаз от ее изящных пальцев.

– Ты думаешь, они следили за нами?

– Да. – Кейс уставился в потолок. Он хотел сказать что-нибудь еще, но молчание затягивалось и становилось все более неловким.

– Прости, что дала тебе пощечину в театре и что спорила с тобой у обрыва. Ты явно был не в лучшем настроении, а я полезла, – выпалила она на одном дыхании.

Кейс фыркнул. Да, кто-то наконец нарушил молчание. Но она решила извиниться? Сейчас? А она умеет подбирать время.

– Сейчас это меньшая из наших проблем.

– Но я не должна была…

– Пощечину я заслужил.

– Но это не значит…

– Халли, остановись. Тебе повезло, что я пока не в форме.

Тишина.

Халли втянула воздух и неуверенно поднялась на ноги.

– Схожу посмотрю, не нужна ли Зику помощь.

Кейс начал было кивать, но остановился, снова почувствовав боль.

Как только она скрылась из виду, он стиснул зубы и попытался встать с кровати. Кейс держал шею как можно ровнее, и после череды шипящих проклятий ему наконец удалось подняться. Звезды, все могло быть гораздо хуже. Следовало радоваться, что остальные части тела просто болят.

Шея и ухо пульсировали. Кейс миновал коридор и спустился по ступенькам. Шторм вихрился вокруг них, морские волны бесновались, пока не достигали какой-то песчаной отмели в паре километров от берега. Позади корабля простирался лес, деревья колыхались от отголосков ветра. Интересно, насколько велик центр шторма. Как влияет на сушу? Кейс пожалел, что не прочитал книгу о погоде. Но теперь было уже слишком поздно.

На полпути вниз по лестнице он пожалел о своем решении встать. Едва получалось глянуть на собственные ноги.

Сможет ли он летать, не двигая шеей? Скорее всего, нет.

Ботинки вязли в мокром песке. Кейс пробрался к передней части корабля. Лобовое стекло закрывал толстый белый холст, покрытый пятнами. Мягкий ветерок шелестел краями, прикрепленными шнурами к середине крыши. Звезды, что делал аварийный парашют спереди? Разве он не должен был запутаться сзади? Кейс не запомнил, как такое случилось, он потерял сознание. В любом случае это спасло их от худшего – даже в шторм.

Где Нагс? Халли не упоминала о нем, и его не было снаружи. Внутри все сжалось от тревоги. Чуть не споткнувшись на лестнице, ведущей на корабль, Кейс направился в кабину пилота на поиски друга.

Открыв дверь, он замер. Халли и Зик стояли на коленях в углу за креслом пилота, на полу виднелись пятна крови и что-то еще. В тусклом свете электрических ламп корабля и солнечного света, что пробивался сквозь парашют, сверкали тысячи осколков. Они покрывали пол, кресло, приборную панель.

Лобовое стекло.

Его больше не было.

Не обращая внимания на оклики Халли и Зика, он бросился вперед. Передняя панель управления тоже намокла, от кнопок и переключателей то и дело отскакивали маленькие искры. Взрывы и молнии. Вот почему здесь был парашют.

Выбитое лобовое стекло – это плохо. Даже если им удастся снова поднять «Юдору» в воздух, придется держаться ниже и двигаться со скоростью проклятых повозок на оживленной улице Кивины. Все это может привести к перегрузке. Звезды, Джов будет в ярости, когда узнает. Отец отреагирует еще хуже. Казнит ли он Кейса, как приговорил собственного шурина?

Нужно что-то придумать. Он и придумает – только не сейчас.

Кейс прищурился. Поскольку большая часть стекла отсутствовала, ветер станет задувать внутрь и морозить лицо. А возможно, и сушить глаза. Ни то, ни другое нежелательно. Слава звездам, что он захватил с собой очки. Кейс ухмыльнулся, вспомнив, как Халли подначивала его из-за них в самый первый день.

«Очко в мою пользу».

– Как Эбба? – Он устроился на одном из пассажирских сидений. Зик пострадал и вполовину не так сильно, как предполагал Кейс, всего лишь получил ссадину вдоль брови, о чем свидетельствовали небольшие брызги крови, просачивающиеся сквозь обмотанную вокруг головы ткань.

– Она жива, – пробормотал Зик и вернулся к наложению повязки на руку Эббы. У той на голове красовалась шишка размером с кулак, но лицо было не так сильно испачкано кровью, как металлический пол под самой ремонтницей. Возможно, Халли уже успела ее отмыть. Он молча провел пальцами по больному уху.

Зик затянул повязку, удерживающую толстый стержень на сине-фиолетовой руке Эббы. Она распухла и стала в два раза больше второй – точно сломана. Покопавшись в аптечке, Зик достал флаконы с жидкостью и несколько шприцев.

Кейс пошевелился на своем месте.

– Как только отек спадет, придется наложть шину заново.

Зик не обернулся. Протерев смоченной в спирту тканью кончик иглы, он воткнул ее в одну из пробирок.

– Рад, что твои ненужные мнения не вытекли через ухо.

– Ладно, ладно. Я знаю, что ты крутой специалист в области медицины, но я не… – Он осекся под пристальным взглядом брата. Кейс провел рукой по своим кудрям, но замер, когда боль усилилась. Он попытался сосредоточиться на чем-то другом. – Где Нагс?

Кейс не заметил, как Зик и Халли переглянулись. Наконец брат посмотрел ему прямо в глаза.

– Его нет. Исчез.

Халли

На следующее утро Халли постаралась сосредоточиться на разговоре с Эббой, а не на клубящихся вокруг них грозовых тучах. Шторм не утихал и не двигался с места. Снаружи корабля было не так уж плохо, но Халли готовилась броситься внутрь, если ветер усилится. Вряд ли это принесет пользу, но так лучше, чем прятаться в деревьях.

– Я не знаю, что делать с лобовым стеклом, не моя специализация. Будь оно в основном целым, я бы что-нибудь придумала, но сейчас это гиблое дело. – Эбба вытерла лицо рукой. – Нельзя починить то, чего нет.

Халли кивнула вместе с Зиком и спрятала дрожащие руки. Они собирались лететь без переднего стекла? Молнии и звезды. Халли стиснула зубы. Если она хочет вернуться домой, ей придется справиться со своим страхом.

А если попытаться поспать в своей каюте, пока они летят? Или почитать? Может сработать. К тому же с момента аварии прошел всего день. Вдруг Эбба успеет что-нибудь придумать до того, как они снова отправятся в путь. Если, конечно, им вообще удастся починить корабль.

Кейс скрестил руки.

– Сколько времени уйдет на ремонт самого корабля? Я хочу поискать Нагса.

– Кейс… – начал Зик.

– Я его найду.

С тех пор как Зик сообщил ему о пропаже Бена, Кейс был одержим идеей отправиться в лес. Халли в целом разделяла его чувства, но все были не в том состоянии, чтобы бродить по лесу на этом забытом континенте. К тому же кто знал, как далеко вглубь континента распространялся глаз бури.

Ей очень хотелось что-нибудь нарисовать, но поскольку плечо еще заживало, максимум, на что она была способна, – это бессвязно черкать левой рукой. Пройдя немного по пляжу, Халли нашла большой камень, к которому можно было прислониться. Она уселась поудобнее и поправила сумку на плече.

Солнце, озарявшее их маленький островок спокойствия, было не слишком жарким. Деревья выглядели вполне обычно, но это были не пальмы, которые попадались на побережье Сирулина, а какие-то виды, которых Халли никогда раньше не видела, хотя они отдаленно напоминали ей ели возле Стоунсета. Только эти выглядели более дикими, увитыми лианами и мхом, а по бокам некоторых росли фиолетовые цветы в форме звезд.

На кустарнике все еще блестели капельки воды, и это озадачило Халли. Разве роса не должна была высохнуть?

Или она здесь и не пропадала? Халли пожалела, что не прочитала больше о рубиканских колониях на дальнем востоке за морем Теви. Кажется, их в основном покрывало то, что в текстах Первой Земли описывалось как тропические леса, хотя многие современные ученые называли рубиканские земли просто болотами. Разница есть, но кто такая Халли, чтобы судить? Сама она там не бывала. Тев Рубика всегда была неспокойным местом.

И хотя тропический лес перед ней таил в себе секреты, чудовищ и еще неизвестно что, Халли все равно восхищалась невероятно синим океаном и сверкающим белым песком. Это если не обращать внимания на более коварные волны в открытом море, что были вызваны штормом. Какое странное явление.

И снова в ней вспыхнуло желание рисовать. Чтобы отвлечься от мыслей о больном плече, она покопалась в сумке в поисках «Одиссеи». Пальцы нашли ее кожаный переплет и остановились на лежащих рядом «Вратах времени», на обложке которых не было автора.

За все время путешествия ей удалось заглянуть в этот текст лишь однажды. Она слишком боялась читать во время дозора, вдруг сирлы нападут. Неделю назад ей удалось лишь развернуть книгу и заглянуть под обложку.

Красная кожа выцвела, как и золотое тисненое название, написанное на ялвенском языке. Тот, кто издал книгу, добавил на обложку несколько дополнительных украшений, в том числе оттиск большого арочного проема, который, казалось, светился, хотя Халли была уверена, что это все яркий солнечный свет. Книга была тонкой и высотой едва ли больше ладони.

Халли подняла голову. Все трое оставшихся членов экипажа были погружены в разговор. Кейс, в частности, размахивал руками, как сумасшедший. Эбба направила на него свой гаечный ключ и сказала что-то, чего Халли со своего места не расслышала.

Что ж, теперь у нее выдалось время почитать ялвенский текст, пока все остальные заняты. Она вытащила и эту книгу, и «Одиссею». В последней, если что, можно было спрятать первую. Халли открыла «Одиссею» и провела пальцем по надписи, сделанной чернилами прямо на обложке:

«Халли,

Теперь тебе больше не придется „терять“ мой экземпляр, чтобы еще раз его прочесть. Удачи в новом приключении,

Госпожа Джулс».

Улыбка Халли дрогнула. Джек сошел бы с ума от ревности, узнай он, что госпожа Джулс подарила книгу ей. Брат обожал «Одиссею».

Найдя место, которое заложила обрывком пергамента, Халли открыла «Врата времени» и вложила ее в «Одиссею».

Страницы старой книги похрустывали. Они пожелтели от времени, а некоторые еще и пострадали от воды. Звезды, почему люди не могут позаботиться о своих книгах? Наверное, именно из-за его состояния Джесс и смог заполучить этот экземпляр. Почему, по словам профессора Кристи, книга была запрещена, для Халли оставалось загадкой, особенно если учесть, что во время войны Джейд вступила в союз с ялвами.

Она вернулась к первой странице. «Врата» были написаны на ялвенском, хотя, слава лунам, на относительно современном диалекте, возможно, появившемся всего лет двести назад.

Оглянувшись, чтобы убедиться, что она по-прежнему предоставлена самой себе, Халли начала читать. Текст слегка выцвел, но его все еще можно было разобрать.

«Записанные здесь слова принадлежат мне, Джасперу Моргану, одному из немногих, кому выпала честь быть приглашенным в великий ялвенский город Миррай, известный многим как Царство звездного света. Все записи и информация, содержащиеся в этой книге, рассказывают о народе ялвов. Их пути и история священны, и мы, люди, вмешиваясь в их цели здесь, на Ялваре, придем к нашей собственной гибели, Я лишь молюсь, чтобы мой рассказ предотвратил подобные ужасы».

Джаспер? Именно это имя назвал профессор Кристи, еще просил передать Лорду-старейшине, лидеру ялвов, что скоро с ним свяжутся. И если этот Джаспер не был ялвом, то почему писал на их языке, раз хотел, чтобы мир перестал вмешиваться в то, что они задумали на Ялваре? Бессмыслица.

На страницу упала тень, Халли захлопнула обе книги и тут же поморщилась. Наверное, не стоило так с ними обращаться. Подняв глаза, она увидела Кейса, одна темная бровь которого скрылась в ворохе кудрей.

– Читаете откровенный роман, мисс Уокер?

– Нет! – слишком быстро ответила Халли. Он ухмыльнулся. Отлично. Теперь Кейс наверняка думает, что она читает те романы, которые нравятся Петре. Халли прочистила горло и протянула книгу так, чтобы Кейс мог видеть корешок. – То есть нет. У Гомера есть немного… пикантных сцен… но я бы не назвала их откровенными.

– Ты права, но древние греки все равно заставили бы дам из высшего общества упасть в обморок. – Кейс засунул руки в карманы брюк и поскрипел носком ботинка по песку. – Зик созывает всех для разговора.

– Но я только села почитать!

– Мир не вращается вокруг тебя. У Эббы появились новости.

– За те десять минут, что меня не было? – Надеясь, что Кейс не заметил просвета между страницами, Халли сунула обе книги обратно в сумку и встала.

– Она одна из лучших в своем деле. – Кейс прищурился. – Это что, «Одиссея»? Можно взглянуть?

Халли потерла ремешок сумки.

– Конечно. Почему нет.

Она отвернулась от него и достала книгу, предусмотрительно выронив «Вратавремени». Закладка, конечно же, тоже улетела в темные недра сумки. Когда Халли вновь встретилась взглядом с Кейсом, то снова увидела его ухмылку.

– Ты уверена, что у тебя там не запрятаны «Любовные дела леди и капитана»?

– Я же сказала, нет! – Она протянула «Одиссею». – Ты хочешь взглянуть или нет? – Он взял у нее книгу и осмотрел обложку. Халли поправила ремень. – А откуда ты знаешь про «Любовные дела леди и капитана»?

– Моя сестра читала такие книги, когда знала, что родители ее не поймают. – Он пролистнул несколько первых страниц фолианта. – Это современный перевод или времен Высадки?

Халли вскинула брови. Он что, разбирался в древней литературе?

– Это один из первых пересказов, который сделали после приземления Ковчегов Жизни, но ему меньше тысячи лет. Просто перепечатка.

Он протянул ей книгу обратно.

– У нас в стеллаже в поместье есть копия одной из древних версий Первой Земли, но матушка не рискнула позволить мне взять одну из ее драгоценных книг. Я прихватил современный перевод Мариси.

– У тебя с собой Мариси? – Сердце Халли заколотилось. Роберт Мариси был известным рубиканским ученым. На родной планете, с которой прилетели жители будущего Тев Рубика, не было «Одиссеи», но их культуры, Сирулина и Джейд, со временем перемешались. – Мне нравятся его выводы о культуре ялвов. Рубиканцы первыми из людей поселились за пределами планеты, и… – Она остановилась под пристальным взглядом Кейса. – Прости, я могу немного увлечься.

Он покачал головой.

– Я просто понятия не имел, что ты так много знаешь об изящной литературе или истории, но должен был догадаться, когда столкнулся с тобой в театре.

Халли покраснела.

– Кейс! Халли! Идите сюда! – крикнул Зик с корабля.

Кейс протянул ей книгу. Халли спрятала ее обратно в сумку и потрусила следом за ним. Какие еще произведения он читал? Если Кейс знал Мариси, то, по крайней мере, должен был слышать о Чорзле, Кейлоре и Роджерсе. И это еще не считая древней литературы, которую привезли с собой первые поселенцы, и… она снова увлеклась. В конце концов, это же Кейс. Скоро он вернется к своему обычному занудству.

Тем не менее шаг Халли стал пружинистым. Возможно, это путешествие стало чуточку приятнее. Немножко.

Глава 11

Головная боль

Кейс

Когдa все улеглись спать, Кейс взял из шкафа электропистолет и пристегнул его к ноге. Он не знал, что ему понадобится для ночного путешествия по лесу, но оружие показалось неплохим началом. Фонарь тоже не помешает. Да, он должен был нести вахту, но это, скорее всего, его единственный шанс отправиться на поиски Нагса.

Когда он вышел в коридор, навстречу ему раздались мягкие шаги.

Застыв на месте, Кейс тщетно пытался придумать план. На уме вертелась хлипкая отговорка, которую он собирался преподнести старшему брату, но она не понадобилась.

Из-за угла появилась Халли с сумкой через плечо, пытаясь одной рукой на ходу затянуть на талии полукорсет. Перевязь она придерживала локтем. Халли подняла голову и подпрыгнула: пояс соскользнул на металлический пол.

– Ой, мне показалось, я услышала… – Она наклонилась, подняла корсет и прижала его к груди.

– Тише ты. – Кейс скрестил руки. – Тебе показалось, ты что-то услышала?

Какая ложь. Он знал, что двигался тихо, да и женская каюта находилась слишком далеко.

– Да! Вот я и вышла посмотреть, в чем дело, – шепотом договорила Халли, все так же сжимая красный корсет.

– С сумкой и поясом?

– Так положено. Я про корсет. Не желаю прослыть нарушительницей приличий.

– А, я забыл, что вы, горцы, его так называете. – Кейс покачал головой.

Еще немного помявшись в нерешительности, Халли зыркнула на Кейса и убрала пояс.

– Ладно. Я собиралась пройтись по кромке леса. Посмотреть, не осталось ли каких подсказок, куда мог деться Бен.

Если до этого момента Кейс лишь подозревал, что девица чокнутая, сейчас она это с блеском подтвердила.

– Вооружившись альбомом?

– Я же не собиралась в сам лес соваться, придурок, – прошипела она. – Но чтоб ты знал: я шла к этому самому шкафу как раз за электропистолетом. На всякий случай. А сумка нужна, чтоб его нести.

– Вообще так не очень удобно.

Она глянула на пистолет.

– А ты куда собрался? Сам же мучаешься от боли в шее, одно ухо ничего не слышит, да ты днем даже по прямой пройти не мог.

– Меня больше не шатает.

– Я видела, как ты стянул обезболивающее. В таком состоянии тебе идти нельзя.

– Сказала девчонка с рукой на перевязи.

Она надула губы. Кейс гордо выпятил грудь, празднуя победу, но Халли продолжила:

– Мне двадцать один, так что никакая я не девчонка.

– А кто, надоедливая ящерица?

Она закатила глаза. Кейс прикусил язык, чтобы не сказать ничего по этому поводу, и попытался протиснуться мимо нее к складу с едой. Ему все еще требовался фонарь. Он был не настолько глуп, чтобы отправиться в путь без него.

– Ты ведь идешь за Беном, не так ли? – Она не сдвинулась с места.

– Да, и мне не нужна компания. Иди спать. Только споткнешься о свои юбки.

– Как хорошо, что я в брюках…

Он бросил на нее взгляд, и она наконец-то убралась с его пути. Оказавшись у шкафа с едой рядом с кабиной пилота, Кейс принялся в нем рыться.

– Его ищешь?

Он повернулся. Халли достала незажженный фонарь из небольшой ниши в коридоре.

– Я брала его, чтобы читать. Ничего?

Вместо того чтобы осадить нахалку, Кейс прошел мимо нее и выбрался из корабля. Ее шаги застучали за спиной, когда он спускался по лестнице. «А можно еще громче?»

– Мне не нужна твоя помощь.

– Фонарь у меня, а ты одним ухом не слышишь.

– К чему ты клонишь?

– Не мне вести корабль, когда Эбба его починит, и да, я тебе нужна.

– Как головная боль, – проворчал Кейс.

Халли прошла мимо, но обернулась. Ее глаза сверкнули.

– Пусть лучше у тебя болит голова, зато ты останешься живой. Идем.

Кейс стиснул зубы и, хоть все внутри противилось, пошел следом. Похоже, ему повезло встретить почти такого же упрямого человека, как он сам.

Халли

Халли помнила времена до появления электрических ламп. В столовой отцовского трактира было так уютно от свечной люстры, которую мать зажигала, забираясь на лестницу. Халли помнила одинокую свечу, которую держали они с братом, когда встретили Нильса за домиком мясника и украли немного выпивки. Она вспомнила и о свече, из-за которой начался пожар на ферме Нильса. После этого у Метцингеров остались только их жизни и гостеприимство Уокеров. Эта ночь была такой же, и хотя Халли держала в руках электрический фонарь, его слабый свет не мог победить всепоглощающую темноту странного леса, в который они с Кейсом попали.

Вдалеке бесновалась буря, но деревья приглушали ее рев. Свет выхватывал лишь края вечно влажного подлеска на полметра впереди. Они с Кейсом шли вслепую, спотыкаясь о корни. Время от времени блики Первой луны пробивались сквозь раскидистые ветви. Но таких моментов было мало.

Если раньше деревья зачаровывали своей красотой, то теперь будто наблюдали за ней исподтишка. Халли вспомнила, как однажды наткнулась на историю о деревьях с зоркими глазами, ползучими корнями и цепкими ветвями. Больше она к ней не возвращалась.

Кейс остановился, и Халли врезалась ему в спину, ударившись щекой о холодную кожу куртки. Плечо запульсировало.

– Смотри, куда идешь, – пробормотал он.

– Я бы так и сделала, если бы ты сказал, что мы собираемся остановиться, – проворчала она в ответ, потирая ушиб. Боль немного стихла.

– Ш-ш.

– Что?

– Тише.

Вот дурак.

– Почему?

Он поднял руку. Халли захлопнула рот.

– Выключи лампу, – прошептал Кейс.

– Мы же ничего не увидим!

– Просто сделай как велено.

Она повиновалась, с трудом сдерживая раздражение. Было трудно держать фонарь одной рукой, но Халли умудрилась повернуть ручку сбоку. Тут ее внимание привлекло что-то на коре ближайшего дерева. Мазок… чего-то.

– Мне кажется, я видела… – начала она, но Кейс снова поднял руку и навострил здоровое ухо.

Звук был похож на дыхание, только гораздо громче. Она замерла. Кейс толкнул ее за себя, держа ладонь на рукоятке своего электропистолета. В тусклом лунном свете Халли едва различала его движения.

Да это просто ветер свистит в деревьях. Конечно. Или буря. Может, они приближались к другой стороне глаза? Но ни одна ветка не шелохнулась.

– Оно не слишком близко, – прошептал он, – но мы не хотим, чтобы оно нас искало.

Оно? Халли слегка наклонилась вперед.

– Ты знаешь, что это за шум?

– Может быть, ветер.

Ага, ну да.

– Тогда почему ты беспокоишься, что оно нас найдет?

Он не ответил, и через несколько мгновений шум прекратился. Халли прочистила горло.

– Я включу фонарь. Не слишком ярко. Я видела что-то на дереве до того, как мы услышали шум.

– Включи, но лишь так, чтобы я тоже это увидел.

Халли поставила фонарь на лесную подстилку и наклонилась рядом с ним. С деликатностью медика, оперирующего пациента, повернула ручку. И остановилась, когда появился тусклый свет, примерно как от умирающей свечи. Не очень много, но для ее целей вполне годилось.

Встав, Халли, стараясь не нагружать руку, подошла ближе к дереву и подняла фонарь. Она увидела то, что заметила раньше, и ее желудок скрутило. Пятно ржавого цвета было сантиметров пять в диаметре и немного размазано по стволу, где отсутствовала кора.

– Скажи мне, что это не то, о чем я думаю.

Он подошел к ней и наклонился к стволу, щурясь в слабом свете.

– Это… кровь?

– Возможно…

– Ты думаешь…

Она пожала плечами, и свет фонаря заколебался.

– Вероятно. Давай проверим, не попадется ли что-то еще. Просто для верности.

Кейс кивнул и опустился на колени, раздвигая пальцами ветки и густые кусты, похожие на колючки. На его руке блестели капельки воды.

– Можешь посветить сюда?

Она наклонилась рядом с ним.

– Возьмешь фонарь? Я не могу держать его в этой руке.

Кейс забрал светильник и осмотрел землю. Ничего, насколько могла судить Халли, по крайней мере, пятен больше не было. Может, какое-то животное поранилось, а может, то и не кровь вовсе. Даже прочитав кучу книг, она почти ничего не знала об этом месте. Здешние деревья могли иметь рубиново-красный сок.

А может, Халли не хотела принимать мрачную реальность.

– Смотри!

Халли глянула туда, куда указывал Кейс. В грязи виднелся отпечаток ботинка. Она ахнула, когда Кейс, приблизив фонарь, снова наклонился, чтобы осмотреть землю.

– Звездово, – прошептал он, – это след Нагса. Видишь? Это рисунок стандартных ботинок, которые мы носим в Отряде. Я одолжил ему свою запасную пару, потому что он испортил подошву, когда лез на дерево.

Халли поднесла дрожащую руку ко рту.

– Так это была его… на стволе?

Она не могла заставить себя снова произнести слово «кровь».

– Я не знаю.

Отдав фонарь, Кейс встал и направился в ту сторону, куда указывал след. Чуть погодя он снова осмотрел землю. Ничего не сказав, пошел в другом направлении.

– Кейс, подожди!

– После аварии он наверняка сильно пострадал. Должно быть, у него сотрясение мозга или что-то в этом роде, раз он идет сам не зная куда.

Халли догнала его, но и через добрых пять минут они ничего не нашли. Больше никаких отпечатков ботинок. Никаких кровавых пятен на деревьях. Это успокаивало и одновременно удручало.

Кейс раздвигал листья и сучья, а Халли вглядывалась в окружающую темноту. Сказать, что это было жутко, значило преуменьшить. Темнота становилась все глубже. Делалась какой-то удушающей. Словно кто-то набил ее ватой.

При каждом звуке, при каждом шепоте ветра в деревьях волосы на шее Халли вставали дыбом, но когда она поворачивалась, то видела лишь лес. И больше ничего.

Халли подняла лампу повыше. Темные кудри Кейса отразили золотистый свет.

– Держись ближе и сделай поярче, вдруг я еще что-то замечу, – сказал он.

Халли повернула ручку, но в этот момент по лесу пронесся рык, и она дернулась, надавив до упора. Фонарь зашипел и потух, как свеча. Рука заныла.

Она еле видела стоящего рядом Кейса.

– А теперь ты пережгла фонарь. Замечательно.

– Что это было? Похоже на… волка или что-то в этом роде.

– Склонен подтвердить эту версию.

– Можно мы пойдем отсюда?

– Завтра мы вернемся. – Его голос чуть дрогнул.

– С Беном все будет в порядке?

Кейс провел рукой по волосам. Пусть Халли их толком не видела, но они, вероятно, окончательно спутались.

– Если он так долго продержался один, то сможет пережить еще одну ночь. Пойдем.

Он зашагал прочь, не дожидаясь Халли. Сердце у нее заколотилось.

– Не в ту сторону.

Его шаги стихли, и вскоре Кейс снова подошел к ней. В тусклом лунном свете она едва разглядела очертания его челюсти и скул.

– Мы пришли оттуда. – Он махнул рукой. – Затем повернули направо, потом налево. Все, что нам нужно, – это направиться в ту сторону, и выйдем где-нибудь на берегу, там, где стоит корабль.

– Да, но откуда ты знаешь, куда идти?

– Доверься мне.

«Шторма с двая бы тебе доверилась».

Кейс снова пустился в путь, на этот раз гораздо медленнее. Халли шла следом, крепко сжимая в кулаке ручку бесполезного фонаря. Она видела Кейса, если он оказывался прямо перед ней, но это создавало другие проблемы.

– Ради луны, не наступай мне на пятки! – прорычал он. – Я из-за тебя чуть не споткнулся.

– Прости. Но если бы ты ускорился…

Вдруг земля под ними содрогнулась. Халли вскрикнула и потеряла опору, упав на Кейса, который каким-то образом умудрился удержаться на ногах. Толчки длились недолго, но последовавший за ними стук отдавался эхом целую вечность.

– Что это было? – спросил Кейс.

Халли выпрямилась.

– Землетрясение?

– Разве не ты у нас ученая?

– Мы на Тасаве. Это может быть… что угодно. Ни в одном из рассказов исследователей ничего такого не упоминалось.

Кейс обошел ее.

– Если бы ты не пережгла фонарь, мы могли бы выяснить наверняка.

– Подожди! Зачем ты возвращаешься?

– Хочу посмотреть, что это было.

– Ты что, звезданулся?

– На нас пока ничто не нападало, и мне любопытно. Может, это какое-то животное, так я подстрелю его из пистолета. Тогда мы сможем поесть что-нибудь еще, кроме этого ужасного говяжьего рагу, которое ты упорно готовишь.

– Придурок неблагодарный, – пробормотала Халли, радуясь, что темнота скрывает ее пылающие щеки. Кейс, казалось, не услышал, так как ускорил шаг.

Халли пыталась догнать его и молилась, чтобы не наткнуться на корни ближайших деревьев. Одному повезло. Он зацепил мыс ее левого ботинка, и она полетела вперед. Фонарь выскочил из рук и по чему-то попал – судя по крику, по Кейсу.

– Да что с тобой не так, женщина?!

Халли сдержала слезы. Она упала на целое плечо, но это не означало, что приземление вышло мягким.

– Я споткнулась.

Она покраснела, когда ее голос дрогнул, но, подняв голову, увидела очертания его руки. Опираясь на больную левую, Халли встала на колени.

– Спасибо, я могу подняться сама. – Слова прозвучали не так уверенно, как хотелось бы.

– Возьми меня за руку, – велел Кейс. – Давай вернемся на корабль. Бесполезно бродить здесь без рабочего фонаря.

– Это тебе, идиоту, любопытно стало. – Она стиснула зубы, но взяла его за руку. Та была грубой, совсем не похожей на руку человека, выросшего в высшем обществе, как Эллис. С помощью Кейса Халли поднялась на ноги, но высвободилась, едва снова оказалась на ногах. Она стряхнула пыль с передней части брюк, но не поняла, всю или нет.

– Идем, – сказал Кейс. – Следуй за мной.

Халли двинулась вперед, но при этом пнула позабытый фонарь. Боль пронзила пальцы, стопу и лодыжку. Она громко выругалась, а предмет улетел куда-то влево и упал на… что-то. Раздался звон и лязг.

– Да чтоб тебя, Халли! – прошипел Кейс.

Она сглотнула и, прихрамывая, пошла туда куда укатился фонарь, но Кейс схватил ее за руку.

– Что ты творишь?

– Смотрю, куда…

Фразу оборвал вопль, от которого задрожали деревья, звезды и даже ее кости. Он доносился из черной бездны слева от них… оттуда, куда упал фонарь.

Халли не успела даже вскрикнуть. Кейс потащил ее подальше от того, что она невольно разбудила. Они бросились бежать, и она изо всех сил держалась за его грубую ладонь: плечо и нога болели, но тут еще один жуткий рев эхом прокатился между деревьев.

Лес поредел и стал пропускать блики Первой луны. Через мгновение они выскочили на открытую поляну; трава блестела в бледном свете. Судя по тому, что Первая луна уже расположилась над верхушками деревьев, скоро должна была взойти Вторая.

Они добрались до другой стороны поляны, и Кейс остановился, крутя головой и пытаясь решить, в какую сторону идти. И в это мгновение Халли совершила ошибку, оглянувшись назад.

То, что она увидела, пробрало ее до костей.

Пульсация в руке и ноге растворилась в ужасе, охватившем все ее тело. Тошнота поднялась к горлу, как плющ по бокам отцовского трактира, и Халли зажала рот, чтобы не закричать.

Острые как бритва зубы и голубая переливающаяся чешуя сверкали в лунном свете. Существо было ростом с сосны, с головой размером с две «Юдоры Джейд» вместе взятые и двумя скручеными в спираль рогами, растущими прямо из-за заостренных ушей. Каждую лапу венчали когти. Ноздри чудовища раздувались. Из одной из них, словно вода, сочилась темная жидкость. Что-то порезало его, и у Халли возникло ощущение, что виной тому стекло от разбитого и перегоревшего фонаря. Возможно, то был обман лунного света, но вокруг длинного змеевидного туловища плавали сверкающие пылинки.

Это существо будто вышло из книг. Сказок. Все, на что Халли опиралась, – едва поддающиеся расшифровке записи, легенды и рассказ одного исследователя, ничего существенного, но имя все равно пришло ей на ум. Вот только у зверя не было крыльев, и она молилась всем, кому только могла, чтобы он не дышал огнем.

Дракон.

Ноздри чудовища все еще искали их запах в воздухе, и Халли замерла, глядя, как густая черная кровь из пореза под носом стекает по коже на землю.

Кейс двинулся к ней, его рука снова потянулась к пистолету. Что это даст против такого существа?

– Не двигайся, – прошептал Кейс.

– Еще бы, – прошипела Халли, надеясь спрятать страх за язвительностью. – Что будем делать?

– Я думаю. Дай мне минутку.

Халли прикусила губу, наблюдая, как зверь нюхает воздух в сотне футов от нее.

– Кейс, мне кажется, это дракон.

– Я в курсе. А теперь заткнись!

Как бы осторожно она ни дышала, кровь все равно неслась по венам с бешеной скоростью. Монстр, казалось, смотрел прямо на них, хотя Халли не могла сказать точно. В любой момент он обнаружит их местонахождение. В любой момент бросится к ним и схватит их, злобно разинув пасть, хотя Халли так и не решила, сможет оно поджарить их пламенем или нет.

Нужно бежать. Нужно использовать этот шанс, но ни она, ни Кейс не могли пошевелиться.

– Кейс, мы должны…

В этот момент монстр повернулся к ним. Не будь она так напугана, возможно, оценила бы его красоту, но сверкающая золотая радужка не удержала Халли от крика, который она испустила, когда зверь бросился вперед.

Кейс молниеносно выхватил электропистолет и нажал на курок. Разряд вырвался из ствола с силой, удивительной для такого маленького оружия. Шар электричества пронесся по ночному воздуху и врезался в одно из деревьев на правой стороне поляны, заставив его заискриться статическим разрядом. Засияли вспышки белого света. Несколько ветвей занялись огнем.

Существо остановилось и мотнуло головой в ту сторону. Кейс снова выстрелил из электропистолета, попав зверю примерно в район желудка, как догадалась Халли. Тварь замерла, сверкающая в воздухе пыль устремилась к месту попадания разряда, но что она сделала потом, Халли не узнала. Кейс схватил ее за руку и потащил через заросли. Мелкие ветки хлестали по лицу, рукам и ногам, но Халли было все равно. Она просто знала, что должна убежать как можно дальше от этой твари.

– Вроде оно… не преследует нас, – прохрипел Кейс.

Халли тяжело дышала, пот струился по ее лбу.

– Стой. Когда ты выстрелил… в него разрядом. Ты видел… видел пыль?

Кейс внезапно остановился, и Халли налетела на него, опрокинув обоих. Выброс адреналина заглушил боль, она поднялась на ноги и снова бросилась бежать.

Рев расколол воздух.

– Звезды, о звезды, – задыхалась Халли. Еще несколько минут бега на максимальной скорости, и она чудом оказалась на пляже. Халли оглянулась, где там Кейс. Через несколько секунд яростного шелеста листьев его высокая фигура вынырнула из подлеска.

– Вперед! – крикнул он.

Кейс пронесся мимо, и она попыталась последовать за ним, но бежать по песку оказалось куда труднее. Когда они свернули и промчались мимо деревьев, от вида «Юдоры Джейд» Халли едва не разрыдалась. Но ноги подкосились, и она рухнула на песок: последний яростный рывок измотал ее. Боль пронзила плечо.

Она вцепилась в землю, пытаясь подтянуться, но песчинки просачивались сквозь пальцы. Казалось, будто что-то пыталось распилить ее плечо ножом, утыканным шипами. Она не могла сдержать слез, песок хрустел у нее во рту. Халли тянула себя вперед сантиметр за сантиметром, но боль пронзала руку, как электрический разряд. Она почувствовала, что теряет сознание.

Нет. Ей нужно добраться до корабля.

– Кейс, – слабо позвала она.

На периферии зрения плясали черные точки, но тут к ней примчалась пара ботинок, и песок полетел во все стороны. Сильные руки подхватили ее. Одна обхватила Халли за талию.

Но черные точки становились все больше, и наконец она отключилась.

Глава 12

Я тебе не нужен

Халли

Пecoк был даже под веками Халли. Она моргнула. Свет оказался еще хуже. Он не царапал, но обжигал. Постепенно приходя в себя, Халли услышала два голоса, но их слова были не более чем беспорядочными слогами, пробивающимися сквозь толщу воды в ее сознании. В воздухе витал резкий запах спирта. Он был терпким, резким и вызывал тошноту. Она снова моргнула. Больно.

– Халли?

Наконец-то она поняла сказанное. Слух улучшился. Или это включился ее мозг. Она снова моргнула, на этот раз легче. Фигуры и цвета расплывались.

– Долго спала, – заметил другой голос, более высокий, но гортанный.

– Она не виновата, – отрезал первый, сильный и низкий.

Халли еще раз моргнула, и на этот раз все сфокусировалось. Два лица склонились над ней, слишком близко.

– Молнии и звезды, – прошептала Халли. – Дайте мне подышать.

Зик и Эбба пропали из поля зрения, и рука просунулась под спину и попыталась ее поднять. Эбба.

– Помоги мне, дурачок. У меня только одна рабочая рука, – пробурчала Эбба. Зик наклонился и просунул предплечье под раненое плечо Халли. Она вздрогнула. Было уже не так больно, как накануне, когда… когда они… ох, звезды.

– Дракон, где он? – Халли охнула, когда ее подняли в сидячее положение. Коричневые стены из зуприума блестели в электрическом свете. Она находилась в своей каюте.

– Поскольку нас еще не сожрали и мы не прячемся где-нибудь в углу, я бы предположила, что он все еще в шоке или слишком сыт после того, как съел электрифицированное дерево. – Эбба скривилась. – Кстати, как это произошло? Не привык к электричеству?

– Не знаю, но мне бы хотелось вернуться и изучить его. Дай мне кто гарантию, что оно меня не съест. Один исследователь, кажется, Белфорт, упоминал о их и, очевидно, выжил. – Халли поднесла вторую руку к горлу. Песок хрустел на зубах. – Можно воды?

Зик протянул ей чашку, и Халли с жадностью выпила. Он отнес пустую чашку на маленький столик.

– Не собираешься в ближайшее время снова отключиться?

– Со мной все будет в порядке.

– Хорошо. – Зик снова подошел к ней и наклонился ближе. – Никогда больше так не делай. Вы с Кейсом не можете заниматься подобными вещами!

Халли прижалась к стене, морщась от боли в руке.

– Прости.

– Ты только что потерпела крушение на дирижабле и решила, что прогуляться по незнакомой территории – хорошая идея? Ночью?

– Мы хотели найти Бена.

– И вы нашли его?

– Нет.

– Ладно Кейс иногда бывает безрассудным и чертовски глупым, но ты-то умнее.

– Мне жаль, ладно? – Халли всплеснула здоровой рукой. – Мы хотели убедиться, что с Беном все в порядке. Но я сглупила. Доволен?

Зик кивнул, стиснув зубы.

– И я больше не буду так делать, если не получу вашего прямого разрешения, подполковник Шекли.

Зик потер глаза.

– Эбба, проследи, чтобы Халли приняла еще одну дозу обезболивающего. Скоро она снова почувствует свое плечо.

– Так точно, подполковник Шекли, – ухмыльнулась Эбба.

Зик провел рукой по щеке.

– Я скажу Кейсу, что ты проснулась. Он на посту, выглядывает вашего дракона.

Он вышел из каюты, развернувшись на начищенных ботинках. Эбба смотрела ему вслед, а потом рассмеялась.

– Кейс виноват не меньше моего, – пробормотала Халли, оттягивая перевязь на руке.

Эбба ухмыльнулась.

– Кейсу и досталось больше. Мне пришлось выйти из каюты, чтобы они не услышали, как я гогочу. А потом я получила выволочку, потому что меня мог загрызть дракон, что в каком-то извращенном смысле звучит как захватывающий способ умереть.

– Уверена, Кейс очень хорошо справился с гневом брата.

Эбба поправила раненую руку.

– Очень хорошо.

Халли рассмеялась.

– Я до сих пор не могу поверить, что видела настоящего дракона. Не будь я так напугана, могла бы нарисовать его прямо там. Ну, если бы у меня правая рука работала.

– Я рада, что ты убежала. Я бы не выдержала остаться единственной девушкой в экипаже. К тому же ты хорошая соседка.

– Я тронута. – Халли оглядела каюту. – Вы что-нибудь узнали о Бене?

Лицо Эббы погрустнело. Она покачала головой.

– Я уверена, что совместными усилиями мы сможем починить «Юдору» к концу дня. Настолько, чтобы оказаться подальше от твоего хвостатого приятеля.

– Но если мы не найдем Бена…

Халли осеклась. Она не хотела думать об этом. Думать, что Бен один в лесу. Страдает от боли. Умирает. Она вспомнила пятно крови на дереве. Он был где-то там. Они с Кейсом потерпели неудачу.

В этот момент из дверного проема выглянула копна вьющихся волос. Халли подскочила. Кейс кивнул, и она ответила ему тем же. Потом он исчез.

Странно.

Эбба подняла брови.

– Полагаю, это лучше, чем ваши обычные крики.

Кейс

К счастью, к утру шторм полностью стих. Вспомнив слова Джова о Штормовом заливе, Кейс понадеялся, что они починят корабль и покинут это место до того, как непогода вернется.

Пот капал со лба на глаза, пока они с Зиком трудились над «Юдорой». Кейс оставил куртку на корабле, но льняная рубашка все равно липла к спине. Гаечный ключ в руке блестел от пота, пока Кейс прилаживал его к болту на одной из панелей корабля под кабиной пилота.

– Нет, открути другой болт, не этот, – рявкнула на него Эбба. Он скрежетнул зубами и повиновался, но снова ошибся, и она застонала. – Как ты можешь не знать, который я имею в виду?

За последние двадцать четыре часа за ним гонялось чудовище, известное только на Тасаве, и его отругал старший брат. Ему не нужно было, чтобы эта девчонка командовала им. Не сейчас. И никогда. Он знал, что Эбба не может управиться сама, поскольку у нее все еще болела сломанная рука, но это не давало ей права грубить.

– Я не могу понять, на который из них ты указываешь! – Он попытался скрыть разочарование в голосе, но ему это не удалось, о чем свидетельствовали хмурые лица всех присутствующих.

Он почти не спал. После того как Зик убедился, что Халли жива, и отругал брата за блуждания по лесу, он вызвался дежурить, чтобы дать Кейсу несколько часов отдыха. Но то, что его чуть не съел большой чешуйчатый зверь, нарушило режим сна. К счастью, дракон оказался глупым и, видимо, ненавидел электрические разряды.

– Третий слева, – буркнула Эбба.

– Видишь? Сразу бы сказала.

Он нашел нужный болт и открутил его. Судя по тому что ругани не последовало, правильно. Кейс перешел к другому.

Эбба продолжала руководить им и Зиком, но последнему явно доставалось меньше. Из них двоих Зик вечно пользовался успехом. Кейс уже привык к этому. Конечно, раньше любимицей всегда была Ана, даже больше, чем Зик. Единственная девочка.

А теперь фаворитом стал Зик.

– Халли? – Эбба кивнула на набор инструментов рядом с Зиком. – Может, дашь Кейсу плоскогубцы? Я бы предпочла, чтобы он не двигался.

В его подставленную руку упал болт.

– Мне нужно снимать эту панель? И почему я должен откручивать болты именно в таком порядке?

Эбба кивнула, потерев грудь.

– Шторм пережег как минимум один провод внутри. Я отрубила электричество, чтобы тебя не ударило. И не спорь с механиком. Я знаю, что делаю.

Он хмыкнул и ссыпал болты в карман брюк. Через мгновение рядом с ним появилась Халли, протягивая плоскогубцы. Ее рука все еще лежала в перевязи, но, похоже, Халли это не слишком беспокоило. Кейс никогда бы не признался, как сильно его напугало, когда ночью она потеряла сознание. Он думал, что убил ее.

Халли с небольшой ухмылкой протянула инструмент.

– Хорошо, что электричество отключено, а то, боюсь, твоя шевелюра окончательно дыбом встанет.

– Правда? – Кейс приподнял бровь. – А мне кажется, что так будет даже лучше.

Судя по подначке, Халли не держала на него зла за то, что случилось прошлой ночью. Как ни странно, Кейс почувствовал облегчение. Почему его так волновало, что она о нем думает?

Свет, игравший на плоскогубцах, слепил глаза. Кейс прищурился, не обращая внимания на странное щекочущее ощущение в груди.

Когда он взялся за инструмент, их пальцы встретились. Она подпрыгнула, выронив плоскогубцы.

– Ты что творишь? Я в жизни их от песка не очищу, – возмутился Кейс.

Глаза Халли вспыхнули.

– Я не хотела их ронять!

– Конечно, просто подними их, луны ради.

Ее ноздри раздулись, и она пинком опрокинула на них еще больше песка.

– Почисть теперь.

– Ты серьезно? – прорычал Кейс. – Это ты их уронила!

– Нет, это ты их уронил!

– Заткнитесь, ради всех мерцающих на небе звезд, – простонала Эбба. – Кто-нибудь, возьмите инструмент и приступите к работе! Если не хотите, чтобы ваш зверь нас нашел.

Кейс заскрипел зубами. Он хотел было возразить, что это Халли повела себя как ребенок, но передумал. Просто взял плоскогубцы и вытер их о рубашку. Он ненавидел песок и его способность забиваться в любой укромный уголок. Но на этот раз он решил быть выше мелочных обид.

Халли потопала в сторону лестницы. Кейс закатил глаза. Королева драмы.

Он снова повернулся к Эббе.

– Что теперь?

– Сними панель.

Кейс приступил к задаче, но Зик прервал его.

– Сначала извинись.

– Что?

– Ты меня слышал.

Кейс ткнул плоскогубцами в сторону брата.

– Ты, наверное, шутишь.

Зик подошел к нему. Он был немного ниже Кейса, но гораздо шире в плечах. Кейс сделал шаг назад, когда Зик скрестил руки на груди.

– Мы на очень важном задании, и у нас есть проблемы поважнее, чем ваше нелепое соперничество.

– А как же она? Почему ей все сходит с рук?

Зик ткнул его в плечо.

– Потому что тебе полагается быть джентльменом. И потому что ты первый начал.

Кейс прикусил щеку изнутри, сунул плоскогубцы брату и побрел вверх по трапу. В глубине души он понимал, что заводится зря, но в Халли было что-то такое… Если честно, ему почти нравились их перепалки. Не то чтобы он готов был это признать. Большинство девушек выполняли все его прихоти, но Халли? Она выковала свою волю из камня и звездной пыли.

Он вошел на корабль и заглянул в ее каюту. Обе кровати были застелены, но подушка на правой лежала криво. Место Эббы, догадался он. Стуча ботинками и пригнувшись, он прошел по коридору в кабину. Халли сидела в пилотском кресле Нагса, на коленях у нее лежала книга. Точнее, две книги. Одна была засунута в другую. Хотя он не мог разобрать странный язык в той, что была внутри, внешняя выглядела знакомой.

И снова «Одиссея». По крайней мере, Кейс не мог упрекнуть ее в плохом вкусе.

Он опустился на свое место рядом с Халли. Она даже не подняла глаз, только подвинулась так, чтобы не дать рассмотреть маленькую книжку, спрятанную внутри эпической поэмы. «Мы что-то скрываем, да?»

– Чего вам, мастер Кейс? – язвительно спросила она.

Он глубоко вздохнул, подавляя раздражение.

– В последний раз повторяю: просто Кейс. Я пришел извиниться.

– За что?

Кейс до боли в руках вцепился в ручки сиденья.

«Спокойствие, спокойствие, спокойствие».

Он стиснул зубы.

– Прости, что… нагрубил… тебе.

Вот, он сказал это.

Ее взгляд не двигался по странице. С мучительной неспешностью далекой планеты, вращающейся вокруг солнца, Халли взяла с колен клочок бумаги и вложила его в книгу, закрыв обе. По крайней мере, она не была из числа тех ужасных дурочек, которые загибают уголки страниц. Он мысленно поежился.

Она подняла голову, прищурив глаза.

– А сейчас я должна послать тебя подальше?

Его щеки залил жар. На этот раз не от гнева, а от стыда. Неожиданное для него чувство.

– Слушай, насчет этого, я…

Она подняла руку.

– Я – не ты.

Гнев лизал внутренности Кейса, словно извивающиеся змеи, но Зик был прав, как бы ни было неприятно это признавать. Им требовалось найти общий язык, хотя бы на время этой миссии.

– Прости меня, ладно? Я иногда говорю глупости.

Слова обжигали язык огнем.

Она отложила книги в сторону.

– Спасибо за извинения. Я знаю, как дорого они тебе обошлись. Особенно после того, как Зик заставил тебя прийти сюда.

– Что? Он не…

– Не прикидывайся. Я все слышала. – Она указала на отсутствующее лобовое стекло. Они сняли парашют тем утром, чтобы дать приборной панели и всему остальному как следует просохнуть.

– Ох. – Желудок Кейса рухнул куда-то вниз. – Я забыл.

– Так что не обижайся, если я не приму твои извинения всерьез. – Она поднялась с сиденья и прижала книги к груди.

Кейс тоже встал и сжал кулаки.

– Я все равно пришел сюда, не так ли? А мог бы не обращать на него внимания. Продолжать возиться в подкрылках, пытаясь убедиться, что мы скоро поднимемся в воздух. Вместо этого я здесь, признаю, что был звезданутым идиотом.

– Это неожиданно.

Кейс шагнул вперед, и их лица оказались в нескольких сантиметрах друг от друга. К чести Халли, она не отступила. Смотрела ему прямо в лицо, и он не видел в этих глазах ни капли страха.

– Ты меня не знаешь, – негромко произнес Кейс.

– А ты никого к себе и не подпускаешь.

Кейс мог пересчитать веснушки на ее носу. Он моргнул, пытаясь избавиться от этой мысли.

– Я…

Ее медовые глаза горели гневом. Мягкие розовые губы поджались. Ее аромат, напоминавший горный воздух, будоражил чувства. В тусклом свете солнца, проникающем в пустую поврежденную кабину, Кейс наклонился вперед, еще больше склонив голову. Ее глаза расширились, но она не шелохнулась. Лишь слабо вздохнула.

В коридоре раздался стук военных ботинок, и Кейс подпрыгнул. Халли с грохотом уронила книги. Она наклонилась поднять их, но он опередил ее, едва не столкнувшись с ней головами. Что угодно, лишь бы скрыть то, что едва не произошло. Ее тонкий аромат витал вокруг него. Затаив дыхание, он схватил обе книги. На обложке меньшей из них красовалась арка. Любопытно. Кейс был уверен, что шипастые символы в верхней части – ялвенский язык. Книга выглядела знакомой, но где он мог ее видеть?

Когда Зик вошел в кабину, Кейс выпрямился.

Остановившись, брат напустил на себя безразличный вид и передернул плечами. Кейс поморщился.

– Аккуратнее с книгами. – Кейс положил меньшую поверх «Одиссеи», не отрывая глаз от пола.

Халли прочистила горло и взяла их.

– Конечно. Спасибо.

Она прижала их к груди и протиснулась мимо Зика.

– Ты извинился? – Брат поправил рукава своей рубашки военного образца. Он редко носил что-то другое. Мышцы на его челюсти дрогнули.

Кейс провел рукой по волосам.

– Да. Доволен?

Зик просто кивнул и ушел, его шаги были скованными, а руки скрещенными.

Что это сейчас было? «Молнии и звезды, мне нужно поспать».

* * *

Остальные ремонтные работы не заняли много времени. Кейс с Зиком вместе прикрепили последнюю панель и загерметизировали ее. Хотя из братьев получилась неплохая команда, они не разговаривали с тех пор, как Зик едва не застал… ну, в общем, то, что чуть не произошло в кабине.

Кейс не хотел думать, что промелькнуло у него в голове, когда они с Халли стояли в тусклом свете в нескольких сантиметрах друг от друга. Нет, ему требовалось сосредоточиться, сохранить всем жизнь и найти Нагса, который все еще бродил по лесу, возможно, даже лежал в луже крови, а над его разлагающимся трупом нависал проклятый дракон.

По спине продрал мороз. Да, этот образ помог ему забыть о том, что едва не случилось между ним и Халли.

– Это все? – спросил Кейс.

Эбба вытерла пот со лба и провела рукой по волосам: несколько локонов выбились из прически и упали ей на глаза.

– Если вы все сделали правильно, мы сможем вылететь завтра… если, конечно, вы не рискнете отправиться сегодня.

– Давайте улетим отсюда подальше, если сможем. Таинственный дракон еще не показывался, но это лишь вопрос времени – когда он нас найдет, – сказал Зик.

Кейс с силой затянул последний болт.

– Я не брошу Нагса.

– Судя по крови на том дереве, он сильно ранен, – сказала Халли, вставая со стула и оглядывая лес в поисках чего-нибудь подозрительного. – Или даже хуже.

– Я знаю. – Зик вытер пот со лба. – Мы отправимся на разведку, как только закончим.

Но ведь это Кейс виноват в том, что они попали в такую передрягу. Это он настолько потерял голову, что полетел над бурей. Ему и все исправлять.

Кейс проглотил чувство вины и сосредоточился на решении загадки исчезновения друга. Он стиснул зубы до боли. Почему Нагс ушел один? Что навело его на эту мысль? Он достаточно сильно ударился головой, пока они боролись с бурей, а еще раньше его вырубил сирл, но Зик пристегнул Нагса к сиденью, прежде чем они разбились. Все остальные были ранены, но живы. Все остальные были в безопасности.

А вот Нагс отстегнулся и побрел в лес, израненный и истекающий кровью.

В груди поднялась волна паники. Подсознание подсказывало, что Нагса больше нет, но Кейс отказывался слушать. Лучше было сосредоточиться на гневе, медленно закипающем в крови.

– Если бы ты отпустил меня на поиски в первый же день, возможно, мы бы не попали в такую переделку, – прорычал Кейс. – Кто знает, куда он теперь забрел.

Зик повернулся к нему, положив руки на бедра, из кармана рубашки торчала рукоятка гаечного ключа.

– Ты был не в том состоянии, чтобы бродить по лесу. Никто из нас не мог. Если помнишь, наш корабль потерпел крушение.

– И худшей из наших травм оказалась сломанная рука Эббы. Скажи спасибо мне.

Зик вытащил из кармана инструмент и бросил его в коробку у своих ног.

– Не будь таким заносчивым. Уверен, что это не чистое везение?

Везение? Зик не понимал, сколько тренировок пришлось пройти Кейсу, чтобы отработать это приземление. Конечно, он никогда не садился на пляж, но…

– Это была не удача. – Кейс подавил желание схватиться за гаечный ключ.

Эбба смотрела то на одного, то на другого, благоразумно не высказывая своего мнения, но Кейс знал, что ей хочется.

Он стиснул зубы.

– Послушай, то, что ты старше, не значит…

Халли резко встала, и от ее движения стул с тихим стуком упал на песок. По спине Кейса пробежал холод. Неужели дракон наконец-то нашел их? Или кто-нибудь похуже?

– Что такое, Халли? – Он поспешил к ней.

Она указала в сторону.

– Что-то шевелится на краю леса.

Кейс прищурился. Лес был темным даже в лучах полуденного солнца. Густой подлесок стоял нетронутым. Ничто не колыхало деревья, даже ветерок. Это точно был не дракон.

– Что это? – Зик вытянул руку.

– Нагс!

Энергия, какой Кейс не ощущал с тех пор, как удирал от монстра накануне, пронеслась по его телу, когда сгорбленная фигура покачнулась на краю леса и рухнула на песок. Кейс бросился к ней, стараясь удержать равновесие на зыбкой поверхности пляжа. Остальные последовали за ним, но его внимание было сосредоточено на скорчившемся вдалеке теле.

– Бен!

Человек не отвечал.

Кровь в жилах Кейса заледенела. Нет.

Нагс пережил поганое детство, множество миссий Стражи и крушение дирижабля. Он не мог умереть вот так. Не здесь. Не здесь и не сейчас.

Кейс упал на колени рядом с распростертым телом. Брызги крови покрывали разорванную одежду друга. Кейс стиснул зубы, борясь с нахлынувшими эмоциями. Нагс должен быть в порядке. Кейс не смог бы себя простить, если бы тот умер. Бывший пилот был одним из немногих, кто его понимал.

Когда Кейс попытался схватить Бена за плечо, Зик остановил его.

– Подожди, Кейс. Мы не знаем, какие у него травмы.

– Я принесу аптечку. – Халли побежала обратно на корабль, пока Зик стоял на коленях рядом с Кейсом, склонившись над раненым и внимательно его осматривая.

В груди Кейса затеплилась благодарность, но страх почти заглушил ее.

– Нагс. Бен, ты меня слышишь?

Тот ничего не ответил. Зик сел на пятки и провел рукой по лбу. Он поморщился. Кейс догадался, что брат забыл о собственном порезе с невероятно аккуратными швами, которые сам и наложил.

– Теперь мы можем его перевернуть. Кроме носа, у него ничего не сломано, судя по всему. Кейс, будь осторожен.

– Я понял.

Даже в состоянии, близком к панике, Кейс отметил схожесть Зика и Джова, когда его старший брат резко выдохнул через нос.

Вдвоем они перевернули Нагса на спину. Кейс вздрогнул, увидев лицо друга. Засохшая кровь, покрывавшая большую его часть, говорила сама за себя. Бен сломал нос, когда ударился о руль во время шторма. Остальные части лица казались целыми. Приложив дрожащий палец к шее Нагса, Кейс взмолился, чтобы хоть что-то почувствовать. Хоть что-нибудь.

– Он жив. – Голос Кейса немного надломился, и он убрал руку. Нагс был всего лишь без сознания. С этим Зик мог справиться.

Старший брат потер глаза.

– Он еще и дышит, значит, точно не мертв.

Кейс оскалился, но ничего не сказал. Зик и так был измотан. Кейсу не хотелось давить на него еще больше.

Через минуту или две Халли протянула Зику аптечку и ахнула, прижав руку ко рту.

– Он жив, – повторил ей Кейс. – Зик его вылечит.

Она подняла на него глаза, и он прикусил внутреннюю сторону щеки. Кейс вспомнил эти глаза, такие близкие, что можно разглядеть сверкающие кусочки нефрита в лужицах золота, но прервал зрительный контакт и посмотрел на брата, который копался в аптечке.

– Зараза, нужный мне тоник в другой сумке… Нет, все в порядке, Халли. Не надо бежать за ним сейчас. Мы можем перенести Бена на корабль. У него, вероятно, сломана пара ребер, так что лучше уложить его на койку.

– То есть… мы просто заберем его? – Эбба почесала руку в перевязи.

Зик покачал головой.

– Нам все равно нужно быть осторожными. У нас есть что-нибудь, что можно использовать в качестве носилок?

– Может, матрас? – предложила Халли.

– Подойдет. Кейс, принесешь?

Кейс кивнул и встал. Все будет хорошо. Нагс выживет, и они смогут продолжить эту миссию, как и планировали.

Все будет хорошо. Обязательно.

Глава 13

Не испорть это

Халли

Сидя на холодном деревянном стуле, который она притащила в каюту, Халли читала Бену «Одиссею» вслух. Разумеется, она старалась изо всех сил.

– «Так говорили они; но, упорствуя дерзостным сердцем, я продолжал раздражать оскорбительной речью циклопа…»[6]

Одиссей получался у нее отлично. Когда они с Джеком были младше, близнец сказал, что у Халли слишком низкий для девочки голос. Она сшибла его с ног, вероятно, еще больше подтвердив правоту брата, но в конце концов он извинился.

Это было почти семь лет назад. Звезды.

Халли отмахнулась от воспоминаний и поерзала в кресле. В мужской каюте на «Юдоре Джейд» стояло три кровати, и у них не было такого красивого стола и стула, как в каюте Халли и Эббы.

К счастью, они успели починить корабль и готовились к отлету примерно за час до захода солнца. Не так уж скоро, но Халли радовалась, что они не столкнутся с драконом. Раз нашелся один, значит, есть и другие. Халли содрогнулась, хотя ей очень хотелось найти его гнездо и зарисовать детенышей.

Прошло полтора дня с тех пор, как Бен вышел из леса. Зик еще раз осмотрел его, когда они уложили беднягу на кровать. Зик также достал три шприца и воткнул каждый в руку Бена.

– Что это? – спросила она.

Зик вытащил последнюю иглу и завернул ее в ткань.

– Обезболивающие препараты, а также мои авторские физрастворы. Они должны помочь вылечить его мозг, но я не могу сделать ничего другого, пока он не очнется.

Халли могла бы настороженно отнестись к его «авторским физрастворам», но он был экспертом, и Кейс не стал возражать. Вместо этого младший Шекли засуетился, провел рукой по волосам и вышел из каюты. Она не винила его – нетрудно было заметить, с какой беспомощностью Кейс наблюдал за другом. Невозможность помочь Бену, вероятно, съедала его заживо.

По крайней мере, такое поведение Кейса отсрочило возможные последствия их неловкого «взаимодействия» в кабине. Звезды, казалось, ее сердце никогда не билось так быстро. Оно все еще трепетало, когда Халли позволяла своим мыслям блуждать в этом направлении, и трепетало оно не в хорошем смысле. Потому что она то и дело вспоминала, как эти дурацкие волосы падали на его дурацкие голубые глаза.

Гм.

Следующим вечером Халли решила что-то сделать, что угодно, лишь бы помочь Бену и отвлечься от мыслей о том, что происходит между ней и Кейсом.

– «Если, циклоп, у тебя из людей земнородных кто спросит,

Как истреблен твой единственный глаз, ты на это ответствуй:

Царь Одиссей, городов сокрушитель…»

Вошла Эбба с небольшой тарелкой вяленой говядины и овощами. Прошло всего три недели, а их запасы уже подходили к концу. Сколько времени, по мнению Гвардейца, займет эта миссия?

Подруга протянула еду Халли, и та, отметив страницу, положила книгу на колени.

– Спасибо.

Эбба прошла мимо нее и села на одну из других кроватей. Вероятно, Зика, ведь она была безупречно заправлена. На той, что стояла позади нее, в беспорядке валялись простыни Кейса.

– Есть какие-нибудь изменения? – Эбба скрестила ноги.

– Ничего. – Халли немного поковырялась в сушеной морковке. Не слишком аппетитно. – Нам нужно что-то придумать с едой в ближайшее время.

Эбба кивнула.

– Меня уже тошнит от вяленой говядины.

– Как думаешь, Кейс или Зик пойдут на охоту, если мы попросим?

– Наверное, – Эбба пожала плечами. – Зик, пожалуй, хорошо бы справился.

Халли откусила говядину и прожевала. От слишком соленого вкуса и грубой текстуры ее начало подташнивать.

– Кейс не смог бы остаться в стороне.

Эбба рассмеялась.

– Если бы я умела пользоваться электропистолетом или ножом, сама бы пошла. – Она откинулась назад, опираясь на здоровую руку, вторая все еще была в перевязи. – Так что ты здесь делаешь? Я слышала голос.

Халли взяла в руки книгу и проглотила еще кусочек.

– Я читаю Бену.

– Читаешь ему? – Эбба наклонила голову. – Он тебя не слышит.

Халли перестала мучить говядину, взяла еще одну морковку и, надкусив ее, скривилась. Она не любила морковь, сушеную или в масле. Но это лучше, чем голодать.

– Джек говорил, что люди все равно слышат, что происходит, даже если не могут ответить.

– Кто такой Джек?

Халли подавилась морковкой.

– Мой брат-близнец.

– Я не знала, что у тебя есть брат. У меня их пятеро, каждый последующий младше и глупее предыдущего, но тот, для которого я собираю камни, Эрен, мой любимчик. – Она откинулась на кровать и уставилась в потолок. – А ты со своим близка?

– Да, была.

– Была? – Эбба подняла голову с безупречно ровного покрывала.

Халли мысленно отвесила себе пощечину. Ей не следовало говорить о брате.

– Да. Он… скончался несколько лет назад.

Выражение лица Эббы заставило Халли покраснеть. Ей не нужно было ничье сочувствие. Больше нет. Эбба приподнялась на локте, положив руку на сердце.

– Халли, я…

– Ты не знала. – Халли поставила тарелку на пол. – В любом случае, прав был Джек или нет, но Бену, наверное, приятно послушать историю. Я не люблю чувствовать себя бесполезной.

– Уверена, она ему нравится. – Эбба с улыбкой села и поправила перевязь.

– Как твоя рука?

– Временами все еще болит, как взорванное солнце, но Зик творит чудеса. – Эбба постучала пальцами по колену. – Я бы не отказалась послушать твою историю. Это поможет мне хоть немного забыть о боли.

Халли улыбнулась и перевернула страницу.

– Конечно.

Кейс

Проглотив скудный ужин из сушеных безвкусных овощей и говядины, Кейс понял, что ему нужно поспать. Но когда он оставил Зика дежурить снаружи и вошел в свою каюту, то застонал. Халли читала и Эббе, и лежащему без сознания Нагсу.

– Он даже не слышит тебя, – проворчал он, плюхаясь на кровать позади нее.

– Невежливо перебивать, – прошипела Халли, обернувшись.

– Я просто хочу спать.

– Доспишь на том свете, – отрезала Эбба. – Я хочу послушать историю.

– Разве ты не можешь сделать это в своей собственной каюте?

– Нет. А теперь заткнись. – Эбба сдула с лица локон. – Чтение Халли по голосам – это самое интересное.

– Голоса вроде как мешают…

– Все в порядке. Мы уходим. Извини, – проворчала Халли, легко вскакивая на ноги. – Я просто пытаюсь помочь.

– Читая тому, кто не может… Знаете что? Оставайтесь. Я уйду.

Халли опустила взгляд на книгу, которую держала в руках.

– Знаешь, я читаю «Одиссею». Ты можешь остаться.

Кейс провел рукой по волосам и плюхнулся обратно на кровать.

– Хорошо. Но лучше бы тебе постараться.

Он хотел спать, ему нужно было спать, но, скорее всего, сон все равно не придет. Может, сказка на ночь поможет?

Да уж. Кого он обманывает? Кейс прикрыл глаза рукой.

Через несколько секунд Халли продолжила.

– «Скоро на остров Эолию прибыли мы…»

Звездово. Кейс на несколько минут разминулся с песнью про циклопов. Стоит ли ему рискнуть навлечь на себя гнев Халли, попросив ее прочитать этот отрывок еще раз? Он взглянул на нее из-под руки. В электрическом свете ее волосы казались еще более рыжими, а из пучка выбилось несколько прядок. Она вряд ли бы смогла соответствовать высоким стандартам их матери, которые так презирала Ана.

Да какая разница. Его шевелюра выглядела еще хуже.

Кейс вновь сосредоточился на истории. Когда Одиссей и его спутники высадились на острове, Эол пообещал помочь им найти дорогу домой, но Посейдон, могущественный бог моря, всегда придумывал способ помешать герою.

Кейс снова закрыл глаза.

Голос Халли звучал хрипло и немного комично. Ей бы поработать над своим «мужским» тембром, но дразнить ее по этому поводу сейчас не стоило. Вот бы это была единственная его проблема.

Предполагалось, что он способен справиться с чем угодно. Ему уже доводилось совершать аварийную посадку на одном из небольших кораблей. Однако в случае с «Юдорой Джейд» все пошло не так. Только сегодня утром, когда они пролетели час, всего час, к нему стало возвращаться ощущение реальности.

К сожалению, теперь он чувствовал себя так же, как и в ночь того рокового заезда на аэробайках. И это было плохо. Потому что мысли уносили Кейса через океан, через Нардены, прямиком в город, туда, где его ждал отец, чтобы решить его дальнейшую судьбу. Он вздрогнул.

– «Мех на просторном моем корабле он серебряной нитью

Туго стянул…»

Святые луны, ему требовалось отвлечься. Перед глазами стояли молнии, дождь, пляж. Он резко сел.

– Не следовало ли Одиссею рассказать своим людям, что в мешке? – Этот вопрос не давал ему покоя с тех пор, как он впервые прочитал эпос. Идеальный способ отвлечься.

Халли остановилась. Кейс свесил ноги с кровати, ухватившись за край. Ему все еще было немного больно от полученных травм, но он уже принял лекарство, так что чувствовал себя не так плохо, как мог бы.

Глаза Халли засияли, и в голове Кейса промелькнул тот их странный момент. Он моргнул, пытаясь отогнать это воспоминание.

– Почему ты думаешь, что он этого не сделал? – спросила Халли, положив закладку и закрыв книгу.

Что за вопрос? Она говорила как его старая школьная учительница.

Эбба наклонилась вперед со своего места на краю кровати Зика, рядом с ней стояла пустая тарелка с кусочками вяленой говядины, и Кейс прикусил внутреннюю сторону щеки:

– Он просто не понял.

– Чего не понял?

Кейс постучал пальцами по каркасу кровати.

– Эол дал ему простые инструкции, но Одиссей столько всего пережил, что не думал наперед.

– Он должен был им сказать. – Халли убрала волосы с сияющих глаз. – Тогда они бы избежали всего последующего хаоса! Люди смогли бы увидеть свои семьи и вернуться к прежней жизни.

– Если ты уже читала историю, то знаешь, насколько эгоистичны его спутники. А еще они глупы. Помнишь солнечных быков?

– Я бы не назвала их глупыми, просто немного…

– Никаких спойлеров! – закричала Эбба, захлопав в ладоши.

– Однако Одиссей был таким же эгоистом, – продолжала Халли. – Если бы он больше общался с людьми, то мог бы избежать всего этого.

– В моменте с циклопом Одиссей тоже выставил себя дураком. Если бы он не хвастался, то, возможно, вернулся бы домой целым и невредимым.

Халли фыркнула.

– В этом весь смысл истории, не так ли. В том, что Одиссей должен был преодолеть свою гордыню?

– Да, но ему следовало подумать, а не…

– Бен! – Эбба вскочила со своего места, уронив тарелку на пол.

Кейс с шумом втянул воздух, повернувшись к кровати Нагса. Глаза друга были открыты. Опустившись на колени рядом с кроватью, Кейс столкнулся с Халли.

– Позовите Зика! – скомандовал он. Кто-то выбежал из каюты, а Кейс схватил друга за руку. – Как ты себя чувствуешь?

Нагс моргнул раз, потом еще, слегка нахмурившись. Кейс вспомнил свои ощущения сразу после аварии и проглотил нетерпение, давая другу возможность сориентироваться.

– Что случилось? – прохрипел Нагс.

Халли сунула флягу в руку Кейса.

– Ему надо попить, – сказала она, опускаясь на колени рядом с ним.

Их руки соприкоснулись, и проскочившую искру было трудно игнорировать. Кейс тряхнул головой. «Сосредоточься, тупица. Нагс жив. И проснулся. Слава звездам».

Не успел Кейс приподнять друга, чтобы дать ему воды, как в дверях появился Зик. При виде Нагса его глаза расширились.

– Хвала звездам и небесам, – прошептал он. Затем более громко: – Бен, с возвращением. Я принесу лекарства.

Кейс и Халли помогли раненому сесть. Что было непросто сделать: Нагс едва мог двигаться, а у Халли была только одна здоровая рука, но они справились. Она подложила ему под спину еще одну подушку.

– Спасибо, – прошептал Кейс.

Халли слабо улыбнулась ему, пока Кейс помогал другу пить из фляги. Вода немного капала на рубашку, но Нагс не обращал на это внимания. Один раз он поморщился, но отмахнулся от попыток Халли и Кейса помочь. Халли оставила их и прислонилась к дверному косяку.

Бен наконец заговорил, его голос был хриплым с непривычки:

– Я буду жить?

Кейс отвернулся. Вместо него ответила Халли.

– Насколько мы можем судить, ты сломал два ребра и нос. Остается вопрос с сотрясением мозга, но…

Зик вернулся в каюту, неся коробку с медицинскими принадлежностями, и поставил их на стул, который освободила Халли. Она успела забрать оттуда книгу, и Кейс усмехнулся. Когда же понял, что делает, то стер это выражение со своего лица.

Нагс, несмотря на свое состояние, ухмыльнулся. Кейс предупреждающе оскалился в ответ.

– Что болит? – спросил Зик.

– Голова. – Нагс попытался ее пощупать и поморщился. – Рука, грудь, все. Я потерялся. Не знаю… что…

Он кашлянул, и Зик наклонился, чтобы приготовить инъекцию. Сколько у них осталось чистых игл? Судя по всему, задание в ближайшее время не закончится, а аптечка не бесконечная.

– Я почти ничего не помню, – договорил Нагс.

Зик нахмурился.

– Это лекарство поможет залечить все гематомы на мозге.

– Ты уверен? – спросил Кейс.

– Я дипломированный медицинский специалист.

– Но откуда ты знаешь, что ему не станет хуже?

– Это то же самое лекарство, что я давал ему раньше, и он очнулся, не так ли?

Кейс провел рукой по лицу. Многодневная щетина колола пальцы.

– Прости. Я просто на взводе.

Зик задрал правый рукав Нагса, воткнул иглу ему в вену и надавил на поршень. Нагс стиснул зубы.

– Прости, друг, – пробормотал Кейс.

– Ты о чем?

– Что не нашел тебя раньше. Я искал, но…

Халли рассмеялась, и Кейс посмотрел в ее сторону.

Она прижала руку ко рту.

– Прости, – извинилась она. – Я знаю, что это не смешно. Просто вместо тебя мы с Кейсом нашли дракона.

Глаза Нагса расширились.

– Что н-нашли?

Он запнулся на слове, и у Кейса защемило в груди от беспокойства, но, возможно, эта запинка была просто от потрясения. Кейс пожал плечами.

– Он уже далеко. Надеюсь. В любом случае, когда мы с Халли не смогли тебя найти…

Нагс захихикал и закашлялся, скривившись от боли.

– Вы двое аж подружились, чтобы пойти искать меня? Я тронут.

Зик рассмеялся.

– Не волнуйся, их перемирие длилось недолго.

Щеки Халли стали розовыми.

– Пойду проверю, как там Эбба. Рада, что ты проснулся, Бен.

Едва договорив, она выбежала из каюты, держа книгу точно щит. Кейс почесал затылок.

– На данный момент дела у нас обстоят лучше.

Зик фыркнул.

– Только потому, что я заставил тебя извиниться.

Кейс всплеснул руками, а Нагс издал еще один болезненный и хриплый смешок.

– Я рад, что очнулся.

Часть II

Мечи

Интерлюдия 1

Без галстуков

Джов

Пытаясь расправить все складки, Гвардеец Джов Шекли потянул рукава своей рубашки, хотя уже отгладил ее до совершенства. Он ненавидел эти встречи, но они были необходимы.

«Я приношу пользу».

Это была его мантра, которую он слишком часто повторял себе под нос.

Мягкий свет свисавших с потолка электрических лампочек отражался в черных волосах его жены, на ее многочисленных косичках, завязанных в узел на затылке. Она улыбнулась ему, и в окружении пиджаков и брюк из его гардеробной стала похожа на солнце, сияющее среди мрака.

– Мне нравится этот синий. – Клара взяла в руки галстук. – Подчеркивает твои глаза.

Он застонал.

– А это обязательно?

– Любимый, это всего лишь встреча. – Клара хихикнула. – У тебя десятки таких в неделю.

– Да, но эта – особая. – Больше он ничего не мог сказать. Ему было неприятно держать ее в неведении, но принадлежность к Высшему совету, естественно, подразумевала повышенную конфиденциальность.

Она обмотала галстук вокруг его шеи и принялась завязывать быстрыми, ловкими коричневыми пальцами.

– Там будет Хедди, верно?

Хедди Коппен, его наставница в Страже, считалась ветераном Высшего совета. В него входили избранные страдиты, старшие члены Дозора и, конечно, Лорд-капитан. Этакий приятный семейный ужин.

Если можно было назвать приятной трапезу в замерзшей тундре на самой высокой точке Нарденского хребта.

– Ты права. Мне не стоит беспокоиться. – Он слегка поправил галстук и посмотрел на себя в зеркало. Цвет действительно подчеркивал его глаза. Не то чтобы кто-то на сегодняшней встрече собирался обратить на это внимание. Только его жена, но ее мнение в любом случае важнее всего.

Клара провела руками по его груди, поправляя то, что могла.

– Если у нас будет мальчик, я научу его, как завязывать такие галстуки.

Он закатил глаза.

– Думаю, я бы предпочел девочку. С ними гораздо проще. И никаких галстуков.

Она заправила выбившуюся косу за ухо и провела рукой по животу. Тот только начал округляться.

– Если думаешь, что девочки тихони, тебя ждет разочарование.

Джов взял ее за подбородок и наклонился, чтобы быстро поцеловать.

– Как скажешь. Мне пора.

Схватив пиджак и шляпу-котелок, он покинул их небольшой, но роскошный таунхаус, наполненный нарисованными Кларой пейзажами. Они дарили ощущение дома. Ему было больно думать, что к рождению ребенка им, вероятно, придется подыскать жилье побольше.

Сперва он подумывал заказать автокэб, но в итоге решил, что лучше прогуляется пешком. Они с Кларой жили не слишком далеко от Центра Джейд. Поскольку большая часть Кивины стояла на самом большом холме в котловине между Нарденами и Серебряным берегом, многие горожане видели центр правительства из своих домов – даже в трущобах. Джов всегда считал здание красивым, с его потрясающими белыми каменными стенами и большим стеклянным куполом, а арочный фасад перекликался с соборами в религиозном квартале, что разделял Нижнюю и Верхнюю Кивину.

Но все же это было напоминанием о том, что ему еще предстоит сделать.

Рука потянулась к карману за припрятанными там сигаретами и зажигалкой. Клара терпеть не могла, когда он курил в городском доме, а Кейс не притрагивался к сигаретам с тех пор, как умерла Ана, но Джова успокаивало уже их наличие.

Быстро оглядевшись по сторонам, он покопался в кармане, нашел тонкую папироску, достал ее и зажал между пальцами. Не желая, чтобы от него после прибытия в город пахло дымом, он просто игрался с ней по дороге. Его охватило облегчение.

Ранним утром воздух был хрустким: осень медленно переходила в зиму. Скоро выпадет первый снег, но Джов не был уверен, как к этому отнесется. Он любил снег с самого детства, но в этом году все обстояло иначе. С одной стороны, белый покров, уже укутавший Нарденский хребет, означал, что сирлы вряд ли нападут до весны. Однако это также означало, что миссия, на которую он отправил своих братьев… ну, даже шикарный воздушный корабль не сможет пересечь горы. То есть, что бы ни случилось – успех или неудача, – Джов не узнает об этом до весны.

Внутри у него все сжалось. Когда он разминал сигарету между пальцами, мелкие кусочки табака падали на улицу. Джов отбросил папиросу.

За несколько недель их отсутствия он отправил им несколько сообщений, но ответа так и не дождался. Технология беспроводного телеграфа была новой, и Джов не сказал ничего важного, чтобы его не перехватили, но ему казалось, он должен был что-то услышать в ответ. Хоть что-нибудь.

Джов не стал говорить об этом ни матери, ни Кларе. Обе лишь разволновались бы, а мать еще больше расстроилась бы из-за него. Он утешал себя тем, что путешественники могли вовсе не получить его сообщений; мало ли, техника вышла из строя. Такие рассуждения немного успокоили его совесть. Паниковать еще рано.

Продемонстрировав удостоверение личности, Джов кивнул вооруженному охраннику у одной из массивных дверей.

– Гвардеец, – отозвался тот, отдавая честь.

Джов козырнул в ответ и прошел мимо.

Войдя в здание, он осмотрел фойе. Внутри оно было таким же невероятным, как и снаружи, – почти полностью белым с эмблемами Джейд. Эти приглушенно-зеленые символы были единственными настоящими пятнами цвета в комнате. Одни в виде классического дерева внутри солнца, что встречались и на военной форме. Другие, такие как Ковчег Жизни, несли скорее исторический смысл. Каждый из них демонстрировал силу и мощь. Но в свете того, что знал Джов, он понимал, какая это все фикция.

Он кивал каждому стражнику, поднимаясь по парадной лестнице, украшенной зуприумом. Ее построили много лет назад, когда рудники еще не подорвали и деньги текли рекой. Когда на первой площадке лестница разделилась на две, Джов пошел по левой.

На втором этаже, повернув за угол, он едва не столкнулся с высоким мужчиной, одетым в безупречный строгий костюм.

Лорд-капитан. Его отец.

Харлан Шекли выглядел внушительно, вся правая сторона его темно-зеленого кителя была увешана медалями и лентами. Словно роста, крепкого телосложения, аккуратно подстриженных седых волос и усов не хватало. Лорд-капитан прошел весь путь военного, зарабатывая каждое повышение буквально потом и кровью. Он всегда внушал Джову страх, и это не изменилось ни с его взрослением, ни даже когда он стал важным офицером в Страже. Один острый взгляд карих глаз Лорда-капитана по-прежнему мог вонзить ледяной кинжал в грудь сына. Просто тот стал лучше это скрывать.

Зик явно унаследовал внешность Харлана, но не его холодный характер. Слава звездам.

– Гвардеец, – поздоровался Харлан, отпустив адъютанта, с которым до того разговаривал.

– Лорд-капитан, – отсалютовал Джов.

Отец козырнул в ответ, и они бок о бок пошли по коридору в сторону Зала Совета. Харлан останавливался и давал быстрые указания охранникам, мимо которых они проходили. Что бы ни говорили об этом человеке, но Джову следовало отдать ему должное. Харлан хорошо знал свое дело. Каждый охранник отдавал честь и возвращался в свою почти идеальную позу: руки сложены перед собой, электропистолеты наготове. У большинства на поясах висели мечи, на крайний случай.

– Надеюсь, леди Клара здорова, – сказал Харлан.

– Да, Лорд-капитан. – Джов не сводил глаз с высоких дверей Зала в конце коридора. Сообщил ли кто-нибудь отцу о ее беременности? Если нет, сейчас не самое подходящее время говорить ему об этом.

Харлан остановился прямо перед дверями и отпустил стражников. Джов посмотрел на отца. Что тот делал?

Как только охранники скрылись из виду, Харлан наклонился к нему.

– А задание?

Джов покачал головой.

– Ничего не слышно.

Губы Лорда-капитана сжались.

– Посылать Кейса было неразумно. После той выходки с аэробайками…

– Он лучший, Лорд-капитан. Вы согласились со мной в этом. – После нескольких резких слов в семейной гостиной. К счастью, до драки дело не дошло.

– Однако его умение принимать решения оставляет желать лучшего. Стажер Лоуренс Хиксон все еще не может пользоваться ногами.

Джов глубоко вздохнул.

– Я послал лучшую команду из возможных. Кейс докажет, что вы ошибаетесь.

В последнем слове прозвучал непреднамеренный укор. Джов не стал извиняться, хотя у него желудок скрутило от осознания собственной глупой самоуверенности.

Глаза Харлана потемнели от гнева, но он лишь сжал челюсть. Джов надеялся, что здесь, на виду у других солдат, отец ничего не сделает.

– Свяжись со мной, когда что-нибудь узнаешь.

Джов кивнул, молясь, чтобы облегчение от того, что он избежал криков, не проступило на лице. Он поправил галстук и повернулся ко входу.

Харлан последовал его примеру и постучал в массивные деревянные створки – код, сообщающий охранникам, что это Лорд-капитан просит разрешения войти. Двери открылись, и Джов размял шею, следуя за отцом внутрь.

Зал Совета был обставлен скудно. Все четыре стены покрывали темные гобелены без портретов. Окон не было. На стенах висели электрические фонари, а единственным приличным источником света оставалась люстра, напоминавшая каплю росы, что сверкала над круглым столом. Сегодняшнее собрание не предполагало большого числа участников, но судя по количеству стульев, они ожидали кого-то еще.

По привычке Джов обвел взглядом стены, у которых через равные промежутки стояли вооруженные охранники, достаточно далеко от стола, чтобы не мешать и не подслушивать сидящих. Остальные участники уже собрались, среди них были страдиты и Хедди. Джов подошел к столу и поклонился каждому.

Он занял место рядом с седеющей Хедди, и та кивнула. Она была суровой женщиной с большим, похожим на клюв носом, а еще самым бесстрашным и чутким лидером, под началом которого Джов имел честь ходить. За все годы службы в Страже она повидала больше, чем ему, возможно, суждено.

– Доброе утро. – Страдит Рихтер разгладил лежащие перед ним бумаги. Он был почти ровесником Лорда-капитана, но не имел ни единой морщинки, а в его ярко-рыжих волосах пробивались седые пряди. Джов всегда считал, что именно лицо, а не претенциозная политика Рихтера, помогло ему избраться.

Харлан занял место справа от сына, и Джов попытался расслабить напряженные мышцы.

– И всем вам, – ответил отец.

Харлан, разумеется, даже не поклонился. Джов знал, что думает его отец о сегодняшней внешней и внутренней политике страны. Ведь именно он помог сформировать миссию «Юдоры Джейд».

Хедди кивнула Харлану из-за Джова.

– Рада, что вы присоединились к нам, Лорд-капитан.

Джов спрятал ухмылку. Его отец мог запугать страдитов, но Хедди умела держать себя в руках.

– Раз уж вы оба здесь, давайте начнем. – Страдит Сарсон, первая в истории женщина, избранная на этот пост, постукивала пальцами по столу. Ее серо-стальные волосы, стянутые в тугой пучок, лишь подчеркивали тонкий шрам от правого уголка рта до уха. Она много лет служила под началом его отца в армии, но Джов терпеть ее не мог.

По крайней мере, в этом их мнения с Харланом совпадали.

– Лоффлер, почему бы вам не начать? – спросила Сарсон, поглаживая свой шрам.

Мужчина, сидевший по другую сторону от Хедди, фыркнул, а Джов сдержал улыбку. Хриплым голосом Лоффлер начал:

– Что ж, комитет по инфраструктуре согласился с изменениями в Нижней Кивине относительно дороги к внешним воротам…

Последний член Высшего совета, страдит Лоффлер, казался дряхлым стариком, что со дня на день свалится замертво. Его память напоминала дырявое ведро, но страдит оставался на своем посту до самой смерти или выхода на пенсию. Лоффлер вряд ли успеет сделать последнее, как любил шутить Кейс. Джов тоже так думал. Старику было не меньше восьмидесяти пяти.

Под его монотонное бормотание Джов едва не задремал. Обычно он был внимателен на таких важных встречах, как эта, но сегодня сосредоточиться казалось почти невозможным. Его мысли блуждали от города к дому, от гор к братьям. Сможет ли он простить себя, если с ними что-то случится? Наверное, ему стоило побольше поразмыслить над этим, прежде чем поручать им этумиссию.

Не то чтобы он их заставлял. У них был выбор, в некотором роде. Тем не менее Джов жалел, что не послал кого-нибудь другого или даже не отказал Хедди и отцу, когда те придумали это задание. То, что они с Харланом вообще пришли к согласию, было странно само по себе, но Хедди наполовину разработала план, и Джов доверял ей.

– Насколько я понимаю, сирлы начали процесс мобилизации. Пожалуйста, поясните, Лорд-капитан, – сказал Рихтер, откидывая со лба рыжие волосы. Упоминание о Сирулине вернуло Джова к настоящему. – Это как-то связано с тем, что наши шахты вышли из строя?

Харлан кивнул.

– По многочисленным докладам разведки, сирулинская пехота собирается в Сол Адриде.

– И вы ожидаете чего-то еще? – спросила Сарсон. Свет упал на ее шрам.

Харлан покачал головой.

– Им не сравниться с нашими кораблями. Кроме того, сирлам понадобится месяц или больше, чтобы добраться до границы пешком.

– Но у них есть технологии, – напомнила Сарсон, и ее тон похолодел. – Конечно, почти двадцать лет прошло с тех пор, как предатель Иезекииль Фэйрчайлд продал их…

Поднимать тему предательства родича командующего было ужасной идеей. Тем более что именно Харлан приговорил его к казни. По мнению Джова, Сарсон заговорила об этом лишь потому, что Лорд-капитан отказался поклониться ей в начале встречи. Проклятые политики.

Джов прочистил горло.

– Не король дергает за ниточки. А его второй помощник…

– Маркос Корреа – бесхребетный слизняк, – отмахнулась Сарсон.

Хедди сжала зубы, прежде чем заговорить.

– Корреа нападет до весны. Потому что, как вы и упомянули, у них есть технологии. Наши шпионы сообщают, они строят флот дирижаблей, не похожий ни на один из тех, что мы видели прежде. Похоже, все здесь любят об этом забывать.

– Независимо от того, правдива эта информация или нет, они не смогут преодолеть перевалы зимой, – попыталась возразить Сарсон.

– Наши дальние границы в опасности. Поселения там захватят первыми, – перебил Рихтер, потирая коротко подстриженную янтарную бороду. – Им нужен наш зуприум.

Харлан грохнул кулаком по столу, отчего карандаш Джова упал на пол.

– Конечно, нужен. Не все же они тупицы. Если вам так будет легче, я пошлю пару эскадрилий к границе, но нам уже не хватает людей, так еще и призыв в армию сократился.

– Лорд-капитан, – вмешался Джов, надеясь, что остальные проигнорировали отцовскую колкость. – Как и сказала страдит Сарсон, в это время года перевалы коварны. Мы не сможем провести через них значительные силы до весны.

Лоффлер очнулся и кивнул. Возможно, он был не так уж плох. Или не понял, о чем шла речь. В любом случае Джов был рад.

– Я могу провести наши дирижабли. – Кулаки Харлана все еще были сжаты.

Рихтер наклонился вперед.

– Это наш единственный выход? Я бы не хотел рисковать, тем более что «Юдора Джейд» вышла из строя. И мы не знаем, когда и сможем ли вообще восстановить наши шахты.

– Люди погибнут, если мы этого не сделаем, – тихо напомнил Джов.

– Горы – наша лучшая защита от вторжения. – Страдит Сарсон откинула назад свои седые волосы и подалась вперед. – Учитывая все обстоятельства, возможно, уступив немного земли, мы получим время на подготовку. Это даст нам возможность поискать больше зуприума, который впоследствии может стать хорошим козырем.

Джова охватил жар. Бросить всех этих людей на милость чужеземного короля? Он схватился за подлокотники своего кресла.

– Вы готовы пожертвовать своим собственным народом?

Сарсон расправила свои бумаги резким движением руки.

– У нас целая рота расквартирована в форте Ахиллес. Они справятся с любым наступающим отрядом, а если нет, с королем Филиппом можно будет договориться.

– Наши агенты в Сол Адриде утверждают обратное, – отрезала Хедди, ее зеленые глаза пылали. – Жертвовать малым ради большего – не лучшее решение.

– А что говорит Тев Рубика? – спросил Джов. – Можем ли мы рассчитывать на их поддержку, если дело дойдет до войны?

Рихтер потер виски.

– У них свои проблемы. Я надеялся на большее в связи с помолвкой моей дочери Лавинии. Гражданская война разорила их.

Джов провел рукой по лицу. Как они собирались прийти к консенсусу? Иногда ему хотелось, чтобы решения принимал только один человек. Тогда можно было бы найти рабочий вариант, а не заниматься пустословием, но пример Сирулина показывал обратное. Единовластие также стало причиной того, что Тев Рубика была в таком плохом состоянии. Стоит заполучить одного безумного, жаждущего власти диктатора – и со свободой воли можно попрощаться.

Неудивительно, что Хедди и его отец отчаянно пытались найти ялвов и заключить с ними союз. В руки Сирулину не должно попасть оружие, которым располагали древние туземцы.

– Давайте обдумаем это и соберемся завтра утром. – Сарсон встала. – Лорд-капитан, подготовьте план отправки солдат через перевалы на кораблях. Я попрошу своих помощников собрать статистику по окрестным деревням. Возможно, мы сумеем что-то сделать.

– Сумеем.

Все взгляды обратились к Харлану. Джов наклонил голову. Что еще можно сделать, кроме отправки войск?

– И что же? – Рихтер сжал кулак на столе.

Харлан разгладил усы и откинулся в кресле.

– Используем наших шпионов и убьем Филиппа, Корреа или кого-нибудь еще, кто покажется вам самым важным. Дадим им по зубам.

Глава 14

Холодный чай

Кейс

Когдa они определились, что Кейс будет держаться юга, пока они не найдут какую-нибудь реку, по которой можно будет добраться до места, что Халли называла Хаддонским перевалом, «Юдора Джейд» снова отправилась в путь без лобового стекла. Кейс надеялся, что старая карта Джова достаточно точна, ведь нельзя лететь так вечно.

Вцепившись в штурвал липкими руками, он старался не думать ни о шторме, ни о крушении, но каждое пиканье пульта управления заставляло сердце замирать. А вдруг они во что-то врежутся? Не слишком ли мало топлива? Скоро надо перейти на электрическое питание систем. Не стоит ли сделать это сейчас? Но тогда случится перегрузка недавно отремонтированных двигателей корабля, и Эбба разорвет его на части.

Кейс выругался. Что на него нашло? Почему он не может мыслить здраво?

– Что такое? – спросил Нагс.

В очках его глаза казались в три раза больше. На данный момент он лишь составлял компанию Кейсу: его мозг еще не успел достаточно зажить. Приступы головокружения были хуже всего, не говоря уже о том, что он до сих пор не мог вспомнить, что произошло после шторма.

Кейс едва слышал друга из-за ветра, шумящего в ушах. Проверив показания топливомера, он покачал головой.

– Когда мне приземляться? Нам скоро нужно будет дозаправиться.

Нагс прищурился, но поднялся с сиденья, предположительно затем, чтобы поговорить с Зиком, хотя именно Бен считался главой миссии. Кейс смотрел прямо перед собой. Все люди на корабле рассчитывали на него. Он справится, но вскоре им потребуется остановка.

Нагс забрался обратно в кресло.

– Приземляйся когда сможешь.

– Понял. – Кейс надеялся, что ветер скрыл прозвучавшее в его ответе облегчение.

Он поискал внизу подходящее место для корабля. Если повезет, они найдут что-нибудь достаточно большое для взлетно-посадочной полосы, но в крайнем случае обошлись бы и без нее. В этот момент Кейсу было все равно, что попадется первым.

Пот бисером стекал по коже, скапливаясь в очках. Он дернулся, вытирая лоб левой рукой. Конечно, все нормально, так?

Поскольку из-за отсутствия лобового стекла корабль летел гораздо ниже, разглядеть что-либо за ковром из деревьев было трудно, но еще через несколько минут деревья поредели и за ними открылось сияющее пространство, разделенное пятнами. Маленькие островки земли тут и там торчали из воды, словно на одной из абстрактных картин, которые так ненавидела его мать. Болото – не идеальное место для посадки корабля, зато в земле под ним гарантированно можно было отыскать ялварское топливо, а «Юдоре» требовалась дозаправка. Он обшарил взглядом горизонт в поисках чего-нибудь за пределами залитой водой земли и обнаружил, что следующие несколько дней им предстоит лететь над болотом. Далекие горы, которые Халли показала ему на карте, едва просматривались, виднелись лишь пики, похожие на кинжалы, окутанные голубым туманом. Где-то там должен был находиться Хаддонский перевал, а за ним – Миррай.

А в Миррае они найдут ялвов. Наладят торговлю зуприумом и заключат союз.

«Я справлюсь».

Слева лес тоже закончился, большинство деревьев уступили место кустарнику. Звездово. Они летели уже несколько часов, но так и не нашли ничего подходящего.

– Как думаешь, мы сможем отыскать достаточно большой участок сухой земли, чтобы высадиться, не потопив корабль?

Бен огляделся и пожал плечами.

– Конечно, может, рядом с деревьями? Так мы не окажемся совсем на открытом месте?

Сбавив скорость и включив парение, Кейс развернул корабль. Даже новичок одобрил бы его аккуратность, но парнишка, вероятно, все еще лежал в городском лазарете, пытаясь восстановить работоспособность своих ног.

Сразу за границей леса он заметил хорошую полосу кустарника и травы, которая не блестела от воды.

Даже с трясущимися руками ему удалось посадить корабль лучше, чем на тренировках. Приземлившись, Кейс выключил двигатели корабля.

– Хорошо, – начал Нагс, когда через минуту или две все собрались в кабине. – Давайте разобьем лагерь на вечер. Эбба, проверишь корабль? Халли, принимайся за готовку…

Кейс не мог оторвать глаз от земли снаружи, от луж с водой, от кустарника, заросшего высокими колышущимися травами, хотя его зрение затуманивалось все сильнее, а сердце колотилось все чаще.

Что, черт возьми, с ним творится? Если он в ближайшее время не возьмет себя в руки, то может попросить команду оставить его здесь умирать.

– Кейс? Ты меня слышишь? – окликнул Зик.

Кейс потряс головой.

– Слышу.

– Тогда идем. Ты помогаешь мне охранять территорию.

Кейс тихо зарычал и поднялся со своего места.

– Что это было? – Зик положил руку ему на плечо.

– Мой пистолет у тебя?

Зик взял оружие с кресла второго пилота.

– Вот.

Судя по солнцу, была середина дня, и небо усеивали редкие облака. В Кивине Кейс умолял бы своего капитана позволить ему тренироваться во время обеда, когда больше никого нет. Вместо этого он находился за много миль от столицы, и Лорд-капитан вышвырнет его из Отряда, если он не справится с этим заданием. Конечно, все это не имело значения, раз от одной мысли о полете Кейса начинало тошнить.

«Перестань быть звезданутым идиотом».

Они с братом покинули корабль, хлюпая ботинками по влажной земле. Кейс оглянулся на Эббу. Ее брюки промокли почти до колен, пока она возилась с панелью. Похоже, «Юдора Джейд» не погружалась в топкую почву, но Кейс не думал, что разумно оставаться здесь надолго. Вдруг пойдет дождь и затопит и без того с трудом работающие двигатели?

Зик помахал Эббе, и та отсалютовала, держа в руке гаечный ключ. Кейс знал, что корабль не в лучшем состоянии, но сколько можно с ним возиться?

Как только вид на небо закрыли деревья, Кейс расслабился. Он не испытывал отвращения, но проклятая синева насмехалась над ним, подмигивая облаками.

Время от времени Зик останавливался и ломал веточку на небольшом деревце или кусте. Мох покрывал большинство деревьев и любой участок земли, который не был занят кустарниками. В воздухе витала прохлада. На некоторых кустах, еще покрытых листвой, остались следы инея. Кейс поежился.

Он крепко сжимал рукоятку своего электропистолета. Если верить карте и словам Халли, до обнаружения города ялвов оставалось еще несколько дней, если не недель. Тревога, словно камень, тяжелым грузом лежала на сердце Кейса. Этот континент был в основном не заселен людьми, но, судя по всему, в непроглядной тьме лесов жили страшные существа. Кейсу очень не хотелось бы столкнуться с еще одним драконом. Какое мифологическое чудовище окажется следующим? Гоблины? Или, может, циклоп, как тот, с которым столкнулся Одиссей? Молнии и звезды, их прогулка по лесу с целью «обезопасить территорию» не спасла бы ни от одного из них.

Разве что сирлы каким-то образом последовали за ними через океан.

– Ты ведь ничего не знаешь о битве при Сашиере, верно? – неожиданно спросил Зик. Он выключил пистолет и сунул его в кобуру, прикрепленную к правой ноге.

Кейс провел рукой по волосам, пытаясь избавиться от образа Одиссея, который прятался под овцой, спасаясь из пещеры циклопа.

– Нет.

– Никогда ее не забуду. – Зик скрестил руки и осмотрел полог из листьев над ними.

Кейс наклонил голову.

– Ага?

– Я не должен был участвовать в настоящих боях еще несколько месяцев, но сирлы напали на приграничную деревню. Вряд ли кто-то за пределами армии об этом слышал.

– К чему ты клонишь?

Брат снова посмотрел на него. Кейс избегал его взгляда. Тот вкупе с серьезным тоном до ужаса напоминал отцовский.

– Дело в том, – сказал Зик, глубоко вздохнув, – что я впервые убил человека, когда накладывал жгут на ногу другому. Услышал возню за спиной, обнажил меч и замахнулся изо всех сил. Вид, звуки… все это до сих пор преследует меня.

Зик прочертил ногой на земле небольшие круги. Грязь испортила блеск его начищенной обуви.

– Ты боишься летать.

– Нет, не боюсь. – Кейс крепко сжал пистолет.

Взгляд Зика пригвоздил его к месту.

– Боишься, но прежде чем обижаться, знай, что такое случалось с миллиардами людей с самого начала времен. Некоторые называют это боевым страхом.

– Но я никогда не участвовал в боях.

Зик покачал головой.

– Ты совершил аварийную посадку на воздушном корабле посреди бури. Только лунам известно, как ты это сделал. Не обязательно убивать человека, чтобы испытать нечто подобное.

Кейс изо всех сил постарался не закатить глаза.

– Ладно, допустим, у меня есть эта… штука. Что я должен делать? Гипотетически.

Зик снова достал пистолет и взвел его. Он пошел вперед, жестом приглашая Кейса следовать за ним.

– Для начала признай, что боишься летать.

– Нет.

– Гипотетически, конечно.

– Ладно, сначала я должен признать, что боюсь летать, и у меня есть этот боевой страх. Что дальше? Полезные советы будут?

Они прошли полкилометра, прежде чем Зик остановился, чтобы осмотреть землю. В грязи, куда, как ни странно, не попало никакого мха и других растений, виднелся отпечаток копыта.

– Похоже, мы сможем найти здесь дичь покрупнее. Это должно всех порадовать. – Зик нагнулся и сломал несколько веток на соседнем кусте, после чего снова встал. – Когда сумел признать проблему, можешь начать разбираться в ее причинах. Это работает не для всех типов боевого страха, но понимание источника проблемы облегчает задачу.

– Мы чуть не погибли в аварии. Вот тебе и источник, – проворчал Кейс.

Зик улыбнулся.

– А ты прошел первый этап.

– Что? Нет, я… – Кейс остановился, когда Зик не отвел глаза. – Ладно, я боюсь летать. Вряд ли кто-то на моем месте чувствовал бы себя лучше.

– Не сомневаюсь. В любом случае, используй логику, чтобы побороть страх. Например, если бы я не убил того человека, он бы убил меня. – Нечаянно мазнув грязными пальцами по форменной куртке, Зик отряхул ее и продолжил: – У меня не было выбора. Если посмотреть на ситуацию с другой стороны, это помогает.

– А вот мне нисколько не помогает.

Зик повернулся.

– Ради звезд, подумай сам. Ты разбил корабль во время шторма. Вот почему ты нервничаешь из-за полетов. Теперь используй логику. Попробуй.

Кейс прошел немного дальше.

– Если бы я был паршивым пилотом, мы бы сейчас не разговаривали.

– Полностью согласен. Продолжай.

– А если бы мы не продолжили миссию, потому что погибли, все бы дома расстроились. Не отец, но мать была бы раздавлена. Да, наши, скорее всего, потом проиграли бы войну… и это еще хуже.

Если Зику и было неприятно, что Кейс так отзывается о Харлане, он ничего не сказал. Вместо этого брат подтолкнул Кейса.

– Что еще?

– Если бы я не был пилотом, на это задание отправили бы кого-то другого, и он не смог бы справиться с тем, что сделал я.

Зик пожал плечами.

– Хорошо, следующий шаг. Ты выяснил, с чем борешься, почему, и понял стоящую за этим логику. Теперь ты должен заставить себя посмотреть правде в глаза. По крайней мере, я так и сделал.

– Мы снова отправимся в путь?

– Завтра, но технически все зависит от Бена. Сегодня вечером будет слишком темно, и нам следует дозаправиться, прежде чем снова взлетать.

– Да.

– Поначалу придется нелегко, но со временем станет лучше. По крайней мере, в твоем случае. Убить кого-то, даже если он пытается убить тебя, никогда не бывает легко, но осознание того, что ты делаешь это, потому что все прочие зависят от тебя, помогает.

– Так ты справляешься?

Зик кивнул.

– Уверен, я мог бы сделать что-то еще, что-то более полезное, но у меня нет ни времени, ни сил. Я всегда на службе, и пока результат меня устраивает. Возможно, когда закончу, я смогу предпринять что-то еще. Время от времени меня мучает бессонница, но это лучше, чем кошмары.

Перед глазами Кейса сверкнула молния, и он тряхнул головой, чтобы избавиться от воспоминаний. Полностью забыть о случившемся было практически невозможно. Но ему придется смириться с этим… и придумать, как вернуть их всех домой.

Кейс встал чуть ровнее. Он был нужен экипажу.

– Как думаешь, что это?

Кейс проследил за взглядом брата. Справа, наполовину скрытое за деревьями и мхом, стояло… что-то. Это было не дерево и не куст. И не дракон, по крайней мере, Кейс так не думал. Зик вскинул пистолет, и Кейс последовал его примеру.

– Как по-твоему, это животное или что-то еще? Или просто странное… растение? Оно не двигается.

Брат покачал головой.

– Нет, он похож… ну, на человека. Видишь? – Он шагнул к существу, Кейс – за ним. – Эта часть похожа на руку, но выглядит так, будто ее поглотила природа.

Зик поднял пистолет. Когда они подошли ближе, стало ясно: Зик прав. Рука существа была вытянута вперед, как будто некогда что-то держала в поросших мхом пальцах.

Это была статуя человека, вернее, когда-то считалась таковой. Из трещин рос мох, часть лица отсутствовала, а дождь и время разгладили складки на каменном плаще, накинутом на широкие плечи. Кейс провел рукой по статуе, ощущая подушечками неровный камень.

Зик убрал электропистолет в кобуру.

– Я знаю, что мы далеко от Миррая, но, по-моему, это хороший знак, по крайней мере, мы на верном пути.

Кейс пожал плечами.

– Вот только никто, видимо, не ходил этим путем уже неизвестно сколько времени. Не знаю, насколько это нам поможет. – Он оторвал взгляд от статуи и заметил среди деревьев еще одну. – Смотри.

– Наверное, нам стоит вернуться за Халли. Лучше бы ей это увидеть.

Кейс проигнорировал брата и направился ко второй статуе.

– Давай сначала сами осмотримся. Не хотелось бы ее разочаровывать.

Зик последовал за ним, и вскоре они обнаружили третью статую; все они разрушались от времени. Братья двинулись по цепочке из скульптур, пока наконец не вышли на небольшую поляну с возвышающейся на ней скалой.

Но именно высеченное в камне строение заставило их замереть на месте.

Кусочки зуприума, украшавшие камни и арку, ведущую в маленький дворик, блестели в лучах заходящего солнца. Металл, насколько мог судить Кейс, не выполнял какую-то техническую функцию, а служил лишь акцентом, окантовывая кирпичи и складываясь в буквы на арке.

– Ладно, ты был прав, – выдохнул Кейс, подойдя к проему, – надо было взять с собой Халли.

Зик вытащил электропистолет.

– Ей придется осмотреть его уже завтра. Пока мы вернемся в лагерь, а потом снова придем сюда, уже стемнеет, а после вашего приключения с драконом…

Кейс закатил глаза и шагнул в арку.

– Да, это было ужасно. Да, он мог нас сжечь, но против него сработал электропистолет. Все эти россказни, будто шкура дракона не пропускает магию или что-то еще, неправда.

– О чем ты? – спросил Зик, переступая порог. Искры заплясали на дуле. Он поставил его на предохранитель и убрал в кобуру.

Странно.

– Ну, знаешь, как в тех старых историях о рыцарях и магах… – Кейс осекся, поймав пустой взгляд брата. – Я о романах с Первой Земли.

– Ты же знаешь, я не читаю книг.

Кейс пожал плечами. Потрескавшийся и заросший сорняками двор вел к еще большему арочному проему и рассохшейся деревянной двери. Кейс прокрался к ней и взялся за ручку.

Но дверь не сдвинулась с места. Кейс подергал ее, хмыкнул и снова дернул. Легкий ветерок, словно играя, трепал его кудри.

– Проклятье. Она заперта. – Он отпустил ручку и для верности пнул дверь ногой.

– Не делай так!

Кейс скрестил руки и повернулся.

– Ничего же не случилось.

– Иногда ты просто невозможен, ты же знаешь, да? – Зик встал рядом с ним и приложил руку к двери. – На ощупь она как каменная, а с виду дерево.

Кейс фыркнул.

– Наверное, ялвенская магия. Надпись над входом определенно похожа на ту, что была на обложке книги, которую Халли читала на днях.

– Ялвенская магия… – Зик потер подбородок. – Я сам не очень много знаю о ялвах, но скажи мне. Если у них якобы есть немыслимая сила, зачем было убегать в Тасаву? Почему они не спалили нас огнем или не превратили в грызунов?

– Тебе действительно стоит больше читать, – со смехом сказал Кейс. – Но, может, Халли расскажет нам, что все это значит. Пора возвращаться.

– Закончим обход. – Зик вывел его со двора и снова направился в лес. На опушке Кейс оглянулся. Строение не изменилось, но снова поднялся ветерок. Ветерок, который звучал в его ушах почти как слова.

Кейс вздрогнул. Штормовой залив и дракон и так изрядно его напугали, но он чувствовал: чем бы ни было это сооружение, оно еще хуже.

Обойдя окрестности вокруг лагеря без каких-либо происшествий или признаков опасности, братья направились к кораблю, используя в качестве ориентиров сломанные ветки и сучья, которые оставил Зик.

Сверкающая «Юдора» показалась из-за деревьев. Даже после аварии обшивка оставалась в очень хорошем состоянии. Чудеса техники, подумал Кейс.

Появилась Эбба с промасленной тряпкой в руках, и в свете солнца ее кожа показалась еще темнее.

– Кажется, все в порядке. Ничего не потерялось, не пропало и не сломалось. Но у нас заканчивается топливо. Ты был прав. А в этом болоте самая лучшая горючка, если ты сможешь как-то отделить ее от воды.

Зик поднял бровь и прошел мимо нее в корабль. Кейс кивнул.

– Я займусь этим завтра.

Эбба улыбнулась кораблю.

– Она просто прекрасна. «Юдора» меня избалует.

Кейс пожал плечами.

С трапа донеслись шаги – Халли. Она помахала им рукой.

– Кто-нибудь может разжечь огонь?

Кейс посмотрел на Эббу, потом снова на Халли. Ему ужасно не хотелось еще одну ночь мучиться с ее стряпней, но готовить он тоже не рвался. И, судя по молчанию, остальные тоже. Он вздохнул.

– Ты спросила у Нагса, можно так делать? Нельзя светить позицию. Да и расход дров в дальнейшем может дорого обойтись.

– Он нашел немного сухих веток на краю леса и сказал, что если начнем прямо сейчас, все будет в порядке, так что поторопитесь! – Халли снова вскарабкалась по ступенькам. На последней она споткнулась, но успела выпрямиться, прежде чем упала. Зик сказал что-то об осторожности и последовал за ней внутрь.

Кейс повернулся к Эббе.

– Так, как ты…

– Дрова вон там.

– Почему Нагс сам не разжег костер?

– Сказал, что у него болит голова. – Она пожала плечами. – Вот кремень. Бери эту часть хвороста для растопки. Он уже почти высох.

– Нет, я не могу… – запротестовал Кейс, но Эбба сунула ему в руку кремень.

– Пока! – Она поспешила к кораблю, прежде чем Кейс успел возразить.

Звездец.

Кейс глянул на камень. На его темной поверхности виднелись шрамы от перочинных ножей. Большинство клинков не смогли бы поцарапать даже самый слабый зуприум. Этот почти мистический металл стал настоящей находкой для потомков Первой Земли, которые веками не могли заставить свои технологии работать должным образом. Удивительно, как далеко шагнул Инженерный корпус Джейд.

Кейс провел большим пальцем по следам на кремне. Нож в кармане будто стал весить полтонны. «Я смогу». Первые поселенцы и их потомки справлялись с куда более тяжелыми испытаниями, но вернули человечество с грани исчезновения – медленно, за целое тысячелетие, но вернули. Кейс Шекли сумеет разжечь огонь. Это было несложно. За последние несколько недель он десятки раз наблюдал, как Бен и его брат это делают.

Кейс сунул кремень в карман куртки и огляделся в поисках дров, о которых говорила Эбба. Влажная земля промочила брюки на коленях, пока он с помощью одного из более прочных кусков древесины копал небольшую яму. Дно тут же наполнилось водой.

– Проклятые молнии.

Он немного подвинулся, не став копать дальше, и сложил дрова в, как ему показалось, правильную для растопки конструкцию, заправив хворост в промежутки между ними. Может, попытаться разжечь костер таким образом? Влажная земля не даст пламени распространиться, всего-то и нужно, чтобы огня хватило приготовить ужин, верно?

Достав из карманов кремень и нож, он крепко сжал их в руках. Дыхание участилось. Кейс стиснул кремень и раскрыл лезвие.

– Ты можешь это сделать, – прошептал он себе. – Если нет, придется есть что-то холодное и, возможно, мокрое.

Но стоило провести ножом по поверхности кремня, как в голове раздались крики. На периферии зрения разгорелось пламя. Кровь покрыла его руки. Нет, он никогда не сможет прогнать это воспоминание.

«Это ты виноват».

Кейс моргнул, возвращаясь в настоящее. Воздух пах влажной землей, а ветерок холодил пот на лице. Он встал, уронив кремень и убирая нож в карман.

Где Зик? Он ведь может разжечь огонь, не так ли?

Кейс забрался в корабль. Из кладовой донеслись голоса. Халли смеялась над чем-то, что сказал его брат, звонко, как колокольчик. Нахмурившись, Кейс заглянул внутрь. Он кашлянул, когда его не заметили.

– Зик? Можно тебя на секунду?

– Конечно. – Зик снова повернулся к Халли, и на его лице появилась кривая ухмылка, которой Кейс никогда раньше не видел. – Только не вздумай ничего делать с этой картошкой.

Она усмехнулась.

– Даже не мечтайте, господин подполковник.

Не дожидаясь брата, Кейс вышел в коридор, и ему не понравилось возникшее в груди ощущение. О чем они думают? Сейчас не самое подходящее время для флирта, луны ради.

Через несколько секунд к нему присоединился Зик, все еще улыбаясь так, что у Кейса свело живот.

– В чем дело?

Кейс разжал кулаки, стараясь контролировать голос.

– Не разожжешь костер? Я сложил дрова, а кремень лежит рядом.

Зик непонимающе уставился на него. Спустя мгновение его взгляд упал на кольцо Аны на руке Кейса и смягчился.

– Помнишь, о чем мы сегодня говорили?

Кейс опустил взгляд. Он перестал крутить кольцо, даже не заметив, как начал.

– Тебе нужно признать проблему, – прошептал Зик.

Он был прав, но у Кейса не было сил на признания. Он провел рукой по гладкой металлической стенке «Юдоры».

– Эту не получится.

– Вдруг это поможет…

– Не поможет. – Уши Кейса горели. – Летать я смогу. Но это? Ты не понимаешь. Просто разожги огонь, ладно?

Зик пожевал внутреннюю сторону щеки и слегка сжал плечо Кейса.

– Хорошо.

Кейс кивнул в знак благодарности, но невидимая яма в животе никуда не делась. Да, Зик просто пытался помочь, но с этим страхом Кейс пока не мог смириться.

* * *

Разумеется, Халли, услышав об их находке, позабыла про еду. Свет от костра только увеличивал ее и без того широкую ухмылку.

– О благословенные звезды! – завопила она. – Ты уверен, что это настоящие руины?

Кейс пожал плечами.

– Здание вроде не слишком старое, а вот статуи, ведущие к нему, вполне.

Халли вскочила, и кусочки картофеля и сушеной морковки посыпались с тарелки у нее в руке.

– Как думаешь, сейчас хватает света? Я очень хочу отправиться на осмотр! О звезды, поверить не могу, что мы нашли…

– Не сегодня, – перебил Зик. – Вы с Кейсом уже набродились по темноте.

Халли села села с недовольным видом, но в конце концов вздохнула.

– Хорошо, но утром первым делом я пойду туда.

– Я с тобой, – вызвался Нагс. – Я достаточно здоров, чтобы стрелять из пистолета. Кейс и Эбба займутся дозаправкой. Зик может подежурить здесь. Но помните, нам нельзя терять время, если мы хотим закончить задание до наступления зимы. – Он бросил в костер остатки своего ужина. Костер затрещал и выпустил несколько искр, а затем опять успокоился.

Хотя Кейс не сам разжигал огонь, ему не понравился танец пламени.

Используя метод Зика, он обнаружил, что с последствиями крушения вполне реально справиться. Может, потому что ему удалось проявить свои лучшие навыки? А может, потому что никто не погиб? Как бы то ни было, он попытался проделать то же самое в отношении огня, но едва пламя начинало мерцать, сердце слишком громко билось о грудную клетку. Пытаясь успокоиться, он сосредоточился на окружающем их лесу. Это не помогло. Как он уже сказал Зику, ему было несложно признать факт трагедии. Но не ее последствия.

– Ну, если все решено… – Локоны Эббы выбились из пучка и подпрыгнули, когда она резко встала, накручивая бечевку на пальцы неповрежденной руки. Ее голос громким эхом отразился от ближайших деревьев: – Кто-нибудь из вас хочет бросить вызов мастеру пращи?

Кейс покачал головой. Он снова полностью отключился. Звезды, Зик прав. Чем бы ни был этот боевой страх, он действительно выводил человека из строя. Кейс взглянул на брата.

Зик усмехнулся, доел остатки ужина и вытер пальцы о брюки.

– Мы, ребята Шекли, устраивали соревнования с пращой у себя во дворе. Кейс разбил одно из окон поместья.

– И все равно победил, – проворчал Кейс и встал, радуясь, что нашлась сторонняя тема. – И если я правильно помню, Джов взял вину на себя.

– Мама была в ярости.

Кейс усмехнулся, облегчение разлилось по всему телу.

– Иными словами, мы примем твой вызов. Нагс?

Друг покачал головой.

– Нет, никогда не пробовал и не буду. Мне достаточно электропистолета.

– Может, кто-нибудь научит меня? – Халли одной рукой отряхнула брюки. Кейс ухмыльнулся. Ее он обыграет без проблем.

– Пойдем. – Зик схватил Нагса за плечо. – Кейс – неплохой учитель, хочешь верь, хочешь нет.

Эбба рассмеялась, и Кейс бросил на нее взгляд.

– Я побеждал почти каждый раз, когда мои братья бросали мне вызов.

Она подняла темную бровь.

– Ну и ладно. Докажи свою состоятельность, городской парень.

Он взял у Эббы перевязь и выбрал камень из-под ближайшего дерева. Тот был размером с его ладонь и относительно гладким. Хотя на нем виднелось несколько сколов, он вполне мог сгодиться. Кейс вернулся к костру, не обращая внимания на ухмылку Эббы и излишне взбудораженную улыбку Халли.

Он размял шею и вытянул руки, расслабив плечи. С тех солнечных дней во дворе поместья прошли годы. Ана подбадривала братьев со стороны, если ей удавалось избежать очередного чаепития их матери с чрезмерно представительными дамами в корсетах. Он тяжело сглотнул и слегка встряхнул руки.

– Хватит тянуть время, – рявкнула Эбба, и в ее голосе зазвенел смех. – Я знаю, что мои навыки пугают, так что не стыдись признать, что боишься.

– Будь у тебя хоть какие-то навыки, ты бы знала, что сначала нужно размяться, – бросил ей Кейс. Он надел маленькую петлю на указательный палец и завязал узел на другом конце бечевки.

– Итак, какая у меня цель?

Зик покопался в кармане и достал перочинный ножик.

– Можно одолжить кусочек пергамента из твоего блокнота, Халли?

Она кивнула, порылась в альбоме и наконец вырвала страницу.

– Я испортила ее, когда пыталась нарисовать дракона.

На странице красовался грубый набросок того, от чего они с ней убегали в лесу. Не самый лучший, но и не ужасный, учитывая, что ее плечо еще не до конца зажило.

– Возможно, у тебя будут небольшие проблемы с пращой.

Она пожала плечами.

– Я могу использовать другую руку.

– Левую?

– Конечно.

– Как скажешь.

Кейс вложил камень в карман пращи, пока Зик прикреплял рисунок дракона к дереву примерно в пятнадцати метрах от него. Как только брат закончил, Кейс взмахнул пращой, описав «восьмерку». Лично он предпочитал кожаный мешочек и более прочный шнур, но и с грузом на конце все получилось.

Прицелившись, он запустил камень. Тот с тихим стуком ударился о дерево ровно под раскрытой пастью дракона.

Кейс положил руки на бедра.

– Вот как надо бросать камень, друзья мои.

Халли вскинула брови, а Зик покачал головой и слегка улыбнулся. Нагс закатил глаза, Эбба нахмурилась.

– Я бы попала этой твари прямо в глаз.

Кейс поднял еще один камень.

– Тогда посмотрим, кто лучше.

Она подошла и выхватила пращу из его пальцев. Кейс обернулся к остальным.

– Вы согласны?

Зик протянул камень.

– Я буду за Эббой. Халли, найди самый гладкий камень, какой только сможешь.

Она кивнула и направилась к дальней части корабля, пока Эбба разминала свою неповрежденную конечность. Кейс посмотрел на друга.

– Ты уверен, что не хочешь попробовать?

Тот откинул светлые волосы с глаз.

– Я лучше буду комментировать.

– Комментатор из тебя ужасный.

– Неправда.

Кейс поднял бровь.

– Тогда почему молчишь, что Эбба разминается так, будто тонет и пытается привлечь к себе внимание? Особенно жутко, что она делает это одной рукой.

– Я все слышала, ты, звезданутый осел.

Нагс издал смешок.

– Я планировал подтрунивать только над тобой. Ты – легкая мишень.

Кейс сузил глаза.

– К твоему несчастью, я отличный стрелок, как ты видел.

– Конечно. – Нагс закатил глаза.

Эбба, как оказалось, даже со сломанной рукой стреляла не хуже Кейса. Она попала в мишень чуть правее его и целую минуту надувала грудь от гордости, пока Зик разминался. Брат выстрелил чуть хуже, задев край пергамента, прикрепленного к дереву, и Нагс, нарушив свое правило «подтрунивать только над Кейсом», попенял Зику, что тот хуже всех целится. Брат только рассмеялся.

А потом настал черед Халли.

Ее лицо напряглось от сосредоточенности. Если бы не было прохладно, она, наверное, еще бы и вспотела. Кейс спрятал улыбку.

Резко взмахнув левой рукой, она выпустила камень в самый неподходящий момент. Снаряд отлетел назад и с грохотом упал в пустую кабину.

Эбба гоготнула.

– Проклятье, ты хуже моего брата Эрена. А он ужасен. Не попадет в цель и с одного метра…

Кейс заметил, как Халли покраснела, и пожевал внутреннюю сторону щеки. Неплохо для броска с левой руки. Нагс промолчал, но Зик решил подбодрить Халли.

– В кабину попала хорошо. В следующий раз тебе стоит…

Кейс шагнул вперед, перебив брата:

– Сейчас он тебе ерунды насоветует. Прости, Зик.

Брат махнул рукой и занялся поисками другого камня для Халли, а Эбба осмотрела мишень, чтобы убедиться, что та по-прежнему надежно закреплена на дереве. Нагс ткнул палкой в костер: искры взлетели в воздух и исчезли в сумрачном небе.

– Лучше учиться у эксперта, – продолжил Кейс, чтобы прервать неловкое молчание.

Халли пожала плечами и протянула ему руку с пращой. Он взял небольшую петлю и затянул ее вокруг пальца.

– Убедись, что намотала ее правильно, не запутав нить. К тому же ты слишком напряжена. Расслабься немного и держи оба глаза открытыми. В прошлый раз ты зажмурилась.

– Нет!

– Да.

Она постучала ногой.

– Что-нибудь еще?

Кейс оглянулся на кабину, потом на нее.

– Во что ты целилась?

– В мишень, конечно!

Все еще держа пращу, Кейс подошел к дереву и ткнул пальцем в центр мишени.

– Не надо целиться во все подряд. Сосредоточься здесь.

– Но это очень маленькая точка! Я ни за что не попаду.

Зик вернулся и предложил ей новый камень.

– Послушай его. Он прав.

Она шумно вдохнула через нос и повернулась к Кейсу. Он расправил плечи и снова указал в центр мишени.

– Сосредоточься на небольшой области вокруг его глаза. Даже если промахнешься, то все равно в саму мишень попадешь.

– Наверное, в этом есть смысл.

Он поднял еще камень и подошел к ней.

– Расслабься, держи оба глаза открытыми, целься в центр. И помни, ты новичок, так что не пытайся слишком изощряться с пращой. Вот, держи.

Кейс положил свой камень в чехол и развернулся к цели.

– Поставь одну ногу немного впереди другой и расправь плечи. Как только будешь готова, оттяни пращу. – Он отвел снаряд назад и подался плечом вперед, а секундой позже выпустил камень. – Затем стреляй прямо над мишенью, пока рука еще в движении.

Судя по стону Эббы, камень попал в цель – чуть ниже глаза дракона.

– Ладно, это был достойный выстрел.

Кейс усмехнулся и протянул пращу Халли.

– Поняла?

Она закусила губу, но кивнула, взяв у него бечевку. Халли надела кольцо на средний палец, и Кейс быстро схватил ее за руку. Несмотря на холод, кожа Халли была мягкой, без мозолей, как у него самого.

– Не так. Надень его на указательный палец.

– А. – Она напряглась, когда он затянул петлю на другом пальце.

Кейс отпустил ее и подал ей другой конец, указывая на узел.

– Зажми его между указательным и большим пальцами. Не слишком сильно, так, чтобы камень не вылетел раньше времени.

Она снова кивнула и положила камень в мешочек.

– И что дальше?

Он указал на ее ноги.

– Если держишь пращу левой рукой, то вперед ставь правую ногу. Хорошо. Теперь держи камень на расстоянии от себя и целься в центр.

Халли все еще выглядела скептически, но последовала его указаниям, высунув из уголка рта кончик языка. Зик подошел к Кейсу, держась подальше от зоны поражения:

– Не забывай держать оба глаза открытыми.

Кейс прикусил язык, чтобы ничего не ответить.

– Когда будешь готова, держи его крепко. Отбрось назад, а затем вперед, чуть выше цели.

Сделав несколько глубоких вдохов, Халли откинула руку назад, все так же высунув язык.

Стук о дерево затерялся в ее ликующем крике.

– Получилось!

– Ты попала точно в глаз! – ахнула Эбба.

Халли подпрыгнула на месте и повернулась к Кейсу.

– Ты видел?

– Молнии и громы, видел. – Ей просто повезло, но этим выстрелом она обошла их всех. Он не мог не улыбнуться. – Подумай, что сможешь сделать, если продолжишь тренироваться.

Халли засияла и ринулась к пергаменту полюбоваться своей работой. Кейс смотрел ей вслед, и в его груди зарождалась гордость. Зик положил руку ему на плечо.

– Я знал, что ты хороший учитель.

– Может быть, я не совсем безнадежен.

Халли

Устроившись с альбомом, Халли дежурила в ту ночь в течение первых нескольких часов. Отчасти она радовалась, что остальные члены экипажа настолько ей доверяют, но в основом беспокоилась. С электропистолетом Халли управлялась слабо, поэтому надеялась, что, если понадобится помощь, остальные быстро прибегут на ее крики. Однако рядом с ней все еще лежала праща Эббы и камень, так что, возможно, она как-то продержится, если придется с чем-то сражаться.

Недавнее веселье исчезло вместе с солнцем. Как бы сильно она ни пыталась, даже мысль о том, что утром ей предстоит исследовать руины, которые, возможно, когда-то возвели ялвы, не прогоняла воспоминаний.

Завтра исполнится три года со дня смерти Джека. Двадцать третье октября. Три года, а она все еще чувствовала глубокое жжение в груди. Тысячи лет ей не хватит, чтобы смириться с потерей.

Иногда она задумывалась, как бы сложилась ее жизнь, если бы Джек выжил. Обычно это не слишком беспокоило Халли, но годовщина… что ж, она была всего лишь человеком.

Если бы Джек не погиб, она не пошла бы учиться в Университет. Осталась бы дома, а брат забрал их сбережения и отправился в школу. Если бы Джек не умер, родители не спрятались бы в своем трактире, позволяя дочери делать все, что ей вздумается. Это казалось нелепым, но, вероятно, Халли следовало быть благодарной. Знай родители о миссии «Юдоры», возможно, стали бы ее отговаривать.

Но в голове мелькнула другая мысль, худшая из всех. Как это и бывало в большинстве случаев, когда Халли теряла бдительность.

Если бы Джек не умер, она бы вполне могла управлять трактиром. Вышла бы замуж за Нильса. Никогда бы не узнала, что в Кивине ее ждет совершенно новый мир. И когда Халли думала об этом, часть ее души радовалась, что брат мертв.

Какая она ужасная сестра… может, худший человек в мире, раз так думает. Халли задрожала.

Наклонившись вперед, чтобы включить фонарь, она поплотнее натянула куртку. К счастью, в одном из отсеков нашелся запасной, поскольку прошлый так и сгинул в логове дракона. Жаль, нельзя было оставить огонь на всю ночь. Доводы Бена имели смысл, но она сомневалась, что сирлы преодолели Штормовой залив. У них не было Кейса.

Если только они не нашли другой путь.

Пытаясь сосредоточиться на наброске «Юдоры», который начала делать несколько дней назад, Халли прикусила губу, надеясь превратить небрежные линии в нечто связное. Пальцы дрожали от холода, дыхание было прерывистым, срываясь туманом с ее губ. Лунный свет неровно падал сквозь облака на страницу, сплетаясь с фонарным.

Благие звезды. Она зарычала и вырвала страницу. Скомкав рисунок, Халли бросила его через плечо на опущенный трап корабля. Когда же плечо заживет настолько, что она сможет снова рисовать? Все линии выглядели так, словно по странице топтались пьяные муравьи.

– Чем провинился этот пергамент?

Зик стоял в дверях, держа в руках две дымящиеся чашки. Она заставила себя улыбнуться, хотя зубы ее стучали.

– Он не хочет, чтобы на нем рисовали как следует. Пришлось его наказать.

– А, – сказал Зик, протягивая ей чашку и прижимая вторую к себе. – В этом есть смысл.

Халли обхватила руками маленький источник тепла. Она вдохнула горько-сладкий аромат чая.

– Спасибо. Я забыла перчатки в каюте. Но где ты взял горячую воду?

Солдат пододвинул к ней мшистое бревно, которое они ранее использовали в качестве скамейки, и устроился рядом.

– Мы ценим, что ты пожертвовала своими руками ради нашей безопасности, но ничего страшного, если ты сходишь за перчатками. Что касается горячей воды, то я нашел в кладовке небольшую горелку. Она не настолько велика, чтобы приготовить больше пары чашек чая, но…

Халли сделала глоток.

– Я не жалуюсь. Еще раз спасибо. Я не ожидала, что кто-то еще проснется.

Зик провел рукой по волосам цвета карамели. Халли пришлось моргнуть, чтобы убедиться, что перед ней сидит не Кейс, и она надеялась, что неожиданный жар, охвативший щеки, не заметен в тусклом свете фонаря. Вероятно, Кейс крепко спал, не подозревая, что его храп может разбудить мертвого. Пусть хоть разок расслабится.

Зик подпер голову кулаком.

– Мне приснился странный сон, и я никак не мог заснуть. Подумал, что ты оценишь горячий напиток.

– Да, я оценила. И чувствую себя особенно польщенной, раз на меня израсходовали один из заветных пакетиков чая.

Зик рассмеялся.

– Верно. Это был хороший повод… раз уж я приготовил его и себе.

– То есть ты со мной поделился, чтобы потом не оправдываться одному?

– И вполне уместно, чтобы мастер по метанию получил какой-то приз. – Зик отпил глоток чая. Изящная чашка странно смотрелась в его крупных руках.

Поставив свою на ступеньку, Халли встала, разминая ноги. И выругалась, когда карандаш и блокнот с глухим стуком упали на землю.

– Почему я вечно все роняю? – Она наклонилась за ними одновременно с Зиком. Он встал ей помочь, но Халли протянула руку. – Все в порядке. Я сама.

– Прости. – Он улыбнулся. – Просто стараюсь быть джентльменом.

Халли рассмеялась.

– О, как я тоскую по временам, когда вежливость была в цене.

Она положила принадлежности для рисования рядом с чашкой и попрыгала на месте, чтобы согреться. С каждым днем зима становилась все ближе и ближе, и это заставляло Халли нервничать. Сколько еще им осталось до Миррая? Если удастся заключить союз и наладить торговлю зуприумом, успеют ли они добраться до дома до наступления зимы? Смогут ли вообще вернуться через Нардены?

– Итак, – начал Зик, – поскольку ты ученая, что думаешь о миссии на данный момент? Нашла ли ты что-нибудь интересное, кроме дракона? Кажется, мне следовало бы больше удивляться тому, что вижу, но все знают, что Тасава совсем не похожа на наш континент.

Он сказал это так буднично, словно говорил о простой прогулке. Халли покачала головой.

– Ничего. Хотела бы я рассказать тебе больше, но ни в одном из моих курсов эта часть мира не рассматривалась. Я сама знакома с ней только по имеющимся у нас записям, которые не отличаются особой откровенностью. Лишь джейдианское правительство знало, что ялвы скрываются здесь. – Она пошаркала мысом ботинка по грязи. – Ты не боишься, что мы не сможем вернуться?

Зик сделал долгий глоток чая.

– Я верю, что сможем. Джов верит, иначе он бы нас не выбрал. Не зря же Кейс выполняет эту миссию, несмотря на то, что он… ну, Кейс. Он один из лучших пилотов.

– Без шуток. Я до сих пор не могу поверить, что мы пережили не только шторм, но и посадку. А когда тот сирл выстрелил в нас?

Зик кивнул.

– Я тоже не мог в это поверить, но вот мы здесь и должны благодарить за это Кейса.

– Я уже пыталась. Уверена, мои слова он пропустил мимо ушей. – Халли закатила глаза.

– Он не такой уж плохой, если узнать его получше. Просто не умеет заводить новых друзей. То, что он сын Лорда-капитана, не слишком помогает.

Халли бы не сказала, что поведение Кейса в самом начале походило на обычное неумение заводить друзей.

Хотя тон Зика был легким, она все равно покраснела, но продолжила:

– Но ты тоже сын Лорда-капитана, так что…

Зик криво улыбнулся.

– Кейсу пришлось тяжелее, чем мне, особенно после смерти Аны. Он тяжело это воспринял. Пресса раздула из мухи слона, ведь она была Шекли. Не пойми меня неправильно, Кейс порой бывает звезданутым идиотом, но у него есть и более мягкая сторона.

Халли не знала, что ответить. Конечно, она не представляла, как устроена его жизнь. Ей не довелось родиться в богатой семье, но это не означало, что он имел право относиться к кому-то как к грязи.

– Кейс хороший пилот и научил меня пользоваться пращой. Я благодарна ему за то, что он здесь, – подытожила Халли.

– Я тоже. И Эбба тоже умница. Она действительно гений. – Зик встал.

– Именно так. Я поражаюсь, как она умудрилась починить судно после того, как мы упали на берег. – Она поиграла цепочкой часов Джека, посмотрела на окружающую их темноту и встала. – Я собираюсь быстро обойти вокруг корабля, а потом вернуться к наброскам. Посижу еще немного, а потом разбужу тебя.

Зик взял свою чашку.

– Тогда я постараюсь заснуть. Тебе, наверное, стоит допить чай, пока он не остыл. И я бы посоветовал взять электропистолет, когда отправишься на обход. Или хотя бы пращу.

– Ах, да. – Она взяла чашку и сделала глоток. Уже теплый. Халли кашлянула.

– Что такое?

Халли покачала головой.

– Ненавижу холодный чай.

Он рассмеялся и забрал у нее чашку. Придерживая большим пальцем нитку чайного пакетика, Зик вылил жидкость у края трапа. Затем наклонил голову.

– Увидимся через несколько часов.

Она кивнула, а он поднялся по лестнице и скрылся из виду. Выдохнув, Халли схватила пистолет и взвела его. Это, пожалуй, более надежное оружие, чем праща, хотя последнюю она тоже положила в карман куртки. Электрические искры на дуле пистолета давали немного света. Она начала свой неспешный обход.

А вернувшись к ступеням, улыбнулась. На самом верху лежала пара мужских перчаток.

Глава 15

Лишь пыль

Халли

На следующее утро травы и подлесок покрылись инеем, и с каждым шагом Халли и Бена по роще разлетался приятный хруст. Это был самый громкий звук в окружающей их тишине. Воспоминания о том дне трехлетней давности не давали Халли раскрыть рта. Она не знала, почему Бен так молчалив, но с тех пор как он очнулся, Нагс по большей части держал рот на замке.

Они шли по маршруту, который им указал Зик, не менее четверти часа. Иногда Халли жалела, что не купила себе настоящие работающие карманные часы, но это случалось только в подобные моменты. Она провела большим пальцем по крышке своих сломанных.

Пока они шли, она прокручивала в голове последний отрывок из книги «Врата времени». По крайней мере, это отвлекало.

«Врата времени, в честь которых названа эта книга, до сих пор вызывают у меня любопытство. Изучив их издалека, я крайне мало узнал об их силе и предназначении на этой планете, Ялвы также не очень охотно говорят об этом артефакте, поскольку он имеет отношение к их религии, хотя не все туземцы неукоснительно следуют предписаниям и законам своего бога относительно Врат».

Что ж, слова Джаспера Моргана занимали не меньше самих Врат. Халли читала о Сущностях и том немногом, что имелось на тему ялвов в университетской библиотеке, но ни в одном тексте не упоминались Врата.

«Самое большее, что я могу выудить у нынешнего Лорда-старейшины, – это: „Анохем каратэн амха Торо“. Пусть я хорошо знаю их язык, но не могу перевести ничего, кроме имени бога – Торо, То же самое можно сказать и о надписи на камнях Врат: „Анора яс эсс Ва-нактр“, Я полагаю, она как-то связана с Сущностями, но эти существа, как и Врата, пока остаются для меня загадкой».

Больше всего ее заинтриговали фразы, которые даже Морган не смог перевести. Язык, несомненно, существовал еще до высадки, но если автор книги понятия не имел, что означают эти слова, то как Халли могла надеяться понять их? А еще он говорил, что Врата и Сущности связаны между собой.

Звезды. Вот бы они уже были в Миррае. Тогда она могла бы задать все интересующие ее вопросы.

Она переводила эти абзацы несколько часов, когда Зик лег спать. Халли до сих пор недоумевала, зачем профессор Кристи дал ей книгу, если даже она не могла расшифровать некоторые слова. Как это должно было помочь ей в работе с ялвами?

Они с Беном продолжали поиски. Солнечный свет пробивался сквозь деревья и освещал природу вокруг.

– Такой красивый цветок, – заворковала Халли, глядя на красно-золотое растение перед собой. Оно было похоже на две звезды разной формы, которые наложили друг на друга, с золотым подтоном. Она остановилась и достала свой блокнот и карандаш. Бен тоже остановился и оглянулся.

– Мы будто в сон попали, верно? – спросил он, убирая в кобуру свой электропистолет. Бен протянул руку и коснулся цветка. – Поневоле задумаешься, почему мы до сих пор не исследовали этот континент.

Перейдя на новую страницу, она улыбнулась ему.

– Я бы сказала, что Штормовой залив и драконы могут отпугнуть слабонервных.

Он рассмеялся.

– Ага. Я до сих пор не могу поверить, что вы с Кейсом столкнулись с чем-то подобным и остались живы. Интересно, как ялвы справляются с ними?

Халли высунула язык, быстро набрасывая контур звездного цветка. Джек вечно дразнил ее, что однажды она откусит его.

Халли прогнала воспоминания о его смехе.

«Сосредоточься на цветке. Сосредоточься на лепестках».

Ей хотелось бы знать, что это за вид. После того как она набросает рисунок, надо сорвать несколько штук с собой. Их можно было бы положить в чашку, украсить ванную. Возможно, Кейсу это покажется глупым, но сейчас он был занят тем, что заправлял корабль вместе с Эббой.

– Я все еще в таком же шоке, что и ты. – Халли закончила свой набросок и вернула принадлежности в сумку, а затем сорвала несколько цветов. – Но у ялвов есть своя сила, какой бы она ни была. Возможно, время от времени она пригождается.

– Верно, – пожал плечами Бен. – Думаю, скоро мы это узнаем.

Они прошли еще немного и наконец нашли одну из статуй, о которых рассказывали Зик и Кейс. Халли зарисовала ее на том же листе, что и цветок, после чего они продолжили путь, находя все новые статуи.

Они уже закончили осматривать одну из них, более разрушенную и заросшую, чем предыдущие, когда Халли краем глаза что-то заметила: сквозь деревья пробивался свет, похожий на отражение.

– Кажется, это оно! – Она указала на отблеск.

Когда они пробрались между деревьями, от открывшегося перед ними зрелища у нее скрутило живот и выступили слезы. Строение было высечено в скале, как и говорили парни. А вот сияние, отражающее ранний утренний свет, был похож на блики зуприума.

– О звезды, – прошептала Халли. – Поверить не могу, что вижу это своими глазами. Настоящий ялвенский храм.

Щелк.

Халли повернула голову, обшаривая взглядом землю и окружающие деревья. Ничего. Ни животных, ни падающих листьев или веток. Бен вытащил пистолет, с его дула посыпались искры.

– Что это было? – спросил он, держа палец на спусковом крючке.

Мимо пролетела птица рубинового цвета и приземлилась на ветку дерева недалеко от них. Они подождали минуту, другую, третью, но больше ничего не двигалось.

Халли медленно выпустила воздух, и ее тихий выдох присоединился к легкому ветерку, обдувающему щеки.

– Наверное, просто ветка упала?

Они повернули обратно к строению, и Халли разглядела слова, выгравированные на первой арке.

– Звезды, это действительно потрясающе. Только взгляни. Вероятно, этот диалект появился… ну, гораздо раньше, чем человечество впервые высадилось на Ялваре.

Каждая буква была в высоту с ладонь, края некоторых стерлись со временем.

Бен не выпускал из рук пистолет.

– Что здесь написано?

Халли пожала плечами и достала свои принадлежности.

– Я, наверное, смогу дать вам приблизительный перевод, но лучше перепишу слова и обращусь к одной из своих книг для верности.

Когда карандаш зашелестел по странице, до ее ушей донесся слабый шепот. Она снова повертела головой, пытаясь найти источник. Ничего.

– Ты это слышал?

Бен, водивший пальцами по каменным кирпичам, повернулся.

– Что?

Она покачала головой.

– Неважно.

Шепот не умолкал. Халли закончила копировать грубо вырезанные буквы и убрала принадлежности. Возможно, она просто устала. Прошлая ночь была не слишком спокойной.

– Судя по моим исследованиям, этот двор использовался для самоочищения, – сказала она, вставая и следуя за Беном в арку. – Древние ялвы считали здешние места священными, и если они хотели войти в храм, то должны были сделать это с чистыми телом и сердцем.

Бен прошелся по краю маленького дворика и остановился у двери.

– Удивительно, неужели мои предки построили это…

Он произнес слова шепотом, едва слышно, но Халли их уловила. Сердце заколотилось в груди, холод прокатился по телу.

– Твои… твои кто?

Бен крутанулся, его пистолет рассыпал искры. Халли отпрыгнула в сторону, упав на грубый каменный пол и поцарапав ладонь. Из маленьких ссадин сочилась свежая кровь.

Бен убрал оружие и наклонился к ней.

– О звезды, Халли. Прости меня. Мне показалось, я что-то услышал, а потом просто среагировал. Я рад, что с тобой все в порядке.

Халли вытерла руки о штаны и поднялась на ноги.

– Все в порядке, но то, что ты сказал…

Бен выпрямился и стал теребить конец рубашки, что выглядывала из-под форменной куртки. В свете утреннего солнца его волосы и глаза практически светились, когда он посмотрел на Халли, поджав губы. Наконец Бен вздохнул.

– Я частично ялв. По материнской линии. Вот почему, помимо прочего, я так хотел отправиться на это задание.

Халли разволновалась.

– Правда? Не могу поверить, что ты до сих пор молчал. У меня так много вопросов. Но, конечно, если ты предпочитаешь держать это в секрете… прости. Тебе, наверное, не хочется обсуждать свою жизнь.

– Все в порядке, – ответил Бен, пожав плечами. – Я мало что знаю. Моя мать умерла, когда я был маленьким, и отец никогда не любил говорить о ней.

– Это… это ужасно. – Халли проглотила слова, которые так и норовили сорваться с ее губ. Ей хотелось узнать больше. Она всегда мечтала встретить кого-нибудь, кто был бы хоть как-то связан с ялвами, и расспросить его.

Ей было всего шестнадцать, когда она нашла на чердаке семейного трактира картину с изображением бледной, как Первая луна, женщины с волосами цвета ночи и сияющими золотыми глазами. Отец сказал, это кто-то из знакомых ее прабабушки, но Халли показался подозрительным румянец на его щеках. Джек отмахнулся от ее подозрений, и Халли почти забыла о картине, пока не поступила в Университет.

На обязательном курсе истории почти идентичный портрет красовался на странице учебника по культуре ялвов. Именно тогда Халли поняла, что должна сменить специализацию на изучение этого народа. Ее прабабушка была знакома с одним из них, и, ради звезд, Халли мечтала узнать о ялвах больше.

Щелк.

Звук эхом отразился от скалы, и Халли вздрогнула.

– Благое небо, хорошо, что мы не стоим под тем деревом…

Шепот будто стал громче, а ветер усилился.

– Мы можем зайти немного глубже, – рассмеялся Джек, – Тот стланный свет был немного дальше. Правда, Нильс?

Халли тряхнула головой. Она практически видела ответную улыбку Нильса и чувствовала запах пота, который он вытер, пробираясь через пещеру. Она вдыхала пыль, парящую под потолком старой шахты. Их слова эхом отдавались в надвигающейся темноте.

Ее собственный голос был лишь тенью тогдашнего.

– Но папа сказал, что шахты опасны.

К остальным присоединился голос Нильса.

– Да ладно, Хэл. Где твоя любовь к приключениям?

– Да! – подхватил Джек. – Если хочешь повернуть назад – валяй, но тогда не добудешь золота.

Вот только то, что они нашли, было далеко не золотом.

Она моргнула. Что происходит? Почему ей казалось, будто она там, в горах? Может, разум разыгрывает ее? Из-за того, какой сегодня день?

Халли посмотрела на Бена.

– Ты слышал…

Но он, спотыкаясь, направился к двери, его лицо было таким же белым, как снег на вершине Нарден. Она последовала за ним, ее шаги глушила листва, покрывавшая пол двора.

Сквозь щели в вырубленном в скале арочном дверном проеме прорастали лианы. Проведя по ним рукой, Халли нахмурилась, почувствовав грубую и шероховатую кожу самого растения. Она слегка отстранилась, и у нее перехватило дыхание. Вся тревога последних нескольких минут улетучилась.

Камень украшала резьба, каждая из которых рассказывала древнюю историю. Халли продолжала разглядывать и трогать работы, и на камне оставались следы ее собственной крови. История, выгравированная на плите, что высилась перед ней, рассказывала о битве с огромным ящероподобным существом. Крылья чудовища простирались к небу, а миниатюрные фигурки людей размахивали мечами.

– Дракон, – ахнула Халли. Она взглянула на Бена, который безучастно смотрел на дверь.

Когда он заметил ее взгляд, его щеки окрасились в розовый цвет. Бен провел рукой по поверхности гниющей древесины.

– Я просто не могу поверить, что они на самом деле настоящие.

– Я знаю.

Халли взялась за простую ручку из зуприума и потянула. Дверь скрипнула и зацепилась за траву, но с помощью Бена Халли открыла ее.

«Благие звезды и небеса, если бы только профессор Кристи мог быть здесь со мной».

Как только они с Беном переступили порог, до ее слуха донеслись тихие всхлипывания, которые то и дело переходили в крик.

– Эй? – дрожащим голосом позвала Халли.

Бен странно посмотрел на нее, его глаза буравили ее.

– Значит, ты тоже это слышала?

В тусклом свете, проникающем сквозь щели в массивной двери, она могла видеть только заднюю часть комнаты. Та была едва ли больше кабины пилота на «Юдоре» и пахла пылью. Это напомнило Халли о чем-то другом, но крики становились все громче, заглушая остальные ощущения. Она покрутилась в маленьком пространстве, судорожно ища источник голоса, но там больше никого и ничего не было. Только…

Мечи?

Сводчатая и полуразрушенная комната была полна всевозможных клинков. Их украшала замысловатая резьба. На большинстве из них, похоже, имелись какие-то надписи на ялвенском, но они содержали слишком много незнакомых букв и цифр. В центре каждой рукояти был квадрат из драгоценного камня. Они подмигивали Халли, как звезды.

– Это оружейная, – сказал Бен, наклонившись, чтобы осмотреть один меч. – На камне арки высечены батальные сцены. Практически уверен, что не ошибаюсь.

Плач стих так же внезапно, как и начался. Теперь Халли его почти не слышала, словно звук приглушили ватой.

Или как будто его вообще не было.

Крякнув от тяжести, она подняла один из клинков. Рукоять была теплой, а весил он, наверное, килограммов восемь или десять. Лезвие было из серебристого металла, смешанного с зуприумом, который давал бронзовый перелив.

– Похоже, ты прав.

Она взглянула на остальные клинки. Все одинаковые, за исключением драгоценных камней на рукоятках. У меча, который она выбрала, он был темно-зеленым. Цвет драгоценного камня напомнил ей листья кустарника в саду матери. Это был не нефрит, но, возможно, изумруд.

– Нам никак их все не унести, – сказала она, – но в следующий раз мы возьмем с собой Кейса и Зика. Они будут рады хоть раз воспользоваться своими впечатляющими мускулами.

Бен рассмеялся.

– Зик, может быть. А вот Кейс…

Он взял меч с рубиновой рукоятью и сделал им пробный взмах. Металл высек искры из стены.

– Осторожнее!

Бен поднес острие к глазам.

– Даже царапины не оставил. Давай вернемся, ладно?

Она только ступила на порог и отодвинула гниющую дверь, как кто-то закричал – ужасно, душераздирающе. Этот вопль пронзил воздух и прошил самое ее существо, словно она упала на один из этих прекрасных мечей. Халли, спотыкаясь, вышла из оружейной, едва не потеряв равновесие.

Она уже слышала этот крик. Три года назад. Сердце едва не выскочило из груди.

– Джек? Нильс?

Это был призрак? Игра воображения?

Еще один крик, но теперь какой-то незнакомый.

Он доносился со стороны леса.

– Это Кейс! – завопил Бен и помчался к деревьям, держа меч наготове.

Крепко держась здоровой рукой за свой клинок, она ринулась следом. Наверное, ей не следовало бегать с острым оружием, чтобы не споткнуться, но Халли не останавливалась. Она не позволит никому умереть. Только не сегодня.

«Пожалуйста, пусть все будет хорошо».

Грязь и листья летели мимо нее, пока она, спотыкаясь, неслась к кораблю. Халли не обращала внимания на обледеневшие ветки, лианы, лизавшие ее лицо, и колючки, зацепившиеся за брюки; морозный воздух обжигал открытые ранки.

Снова раздались крики и вопли. Даже охваченная ужасом, она опознала голос Кейса. Сердце колотилось, из горла вырывались хрипы из-за недостатка воздуха в легких. Внезапно она подвернула лодыжку и ударилась о слишком мягкую болотистую землю. Ногу жгло огнем, но Халли не обратила на это внимания, встала, все еще сжимая меч в одной руке, и похромала дальше.

– Пистолеты не работают! – заорал Кейс.

Халли прорвалась сквозь заросли и замерла на месте.

Над Кейсом возвышалась высеченная из грубого камня фигура ростом более двух метров, и его кудри выглядывали из-за чудовищной руки.

У существа, с которым сражался Кейс, отсутствовала часть носа.

У Халли перехватило дыхание.

Точеные руки замахнулись на Кейса, но он увернулся и перекатился в сторону. Рот Халли открылся в беззвучном крике, когда она разглядела лицо создания. Каменная статуя в движении казалась по-своему прекрасной. Должно быть, резчику потребовались годы, чтобы прорисовать каждую деталь лица с красивыми чертами, прямыми бровями и твердым ртом. Ожив, истукан выглядел так, словно в каменной коже был заключен человек, его вены сочились золотом. С него сошел весь мох и плесень.

А еще он был прирожденным бойцом, с хорошими мускулами. И ему на помощь шли собратья. Шаги эхом загрохотали в ушах, когда трое других стали продираться сквозь заросли слева от нее.

– Халли! – Кейс выпустил заряд, увернувшись от каменной руки, что целилась ему в голову. Разве звезданутый идиот не кричал, что пистолеты не работают? – Корабль! Убегай!

Но она не могла пошевелиться. Лишь с ужасом смотрела, как Зик, орудуя мачете из корабельной кладовой, вместе с Беном сражается с двумя статуями. Когда солдат ударил одну из них по лицу, от скулы его противника откололся лишь маленький кусочек камня. Бен явно не знал, как пользоваться выбранным им мечом, но кусок отсеченной им руки истукана отлетел и ударил Зика по предплечью, разорвав мундир, из-под которого хлынула кровь. Солдат закричал, прижав раненую конечность к груди, но продолжал сражаться другой.

Битые, горящие звезды.

– Халли! Беги! – Кейс метнул бесполезный пистолет в сторону своего противника. Он попал, но это остановило тварь лишь на мгновение. Она выглядела скорее растерянной, чем пострадавшей.

Кейс схватил с земли несколько камней и стал бросаться ими. И снова чудовище удивилось лишь на миг, но этого хватило, чтобы Кейс заметил Халли за плечом твари.

– Бежим к проклятому кораблю!

Он не увидел, как статуя снова замахнулась. О звезды, звезды. Истукан собирался снести Кейсу голову с плеч. Мысли Халли мчались быстрее, чем автокэб, даже быстрее, чем «Юдора Джейд» перед бурей. Она уже представила себе кровь, увидела, как та пропитывает кудри Кейса, как его голова катится по испачканной алым траве.

Точно так же кровь покрывала лицо Джека, когда спасатели освобождали его тело из-под обломков.

Слезы обожгли глаза. Она не могла остановить чудище, у нее не было никакого оружия…

Меч.

Оружие у нее в руке. Она бросилась вперед, и Кейс обернулся. Он открыл рот, чтобы издать, как предполагала Халли, свой последний крик перед лицом смерти.

Со всей силы она взмахнула мечом, держа его обеими руками, и ударила тварь прямо в шею. Клинок прошел насквозь. Тяжелая голова соскользнула с плеч чудовища.

Оно не закричало. Кровь не хлынула.

Халли споткнулась и чуть не напоролась на меч сама, но сильные руки обхватили ее за талию. Она закричала, и ее голос вновь обрел силу, она изо всех сил боролась с хваткой твари. Истукан схватил ее; у него не было головы, но он все равно схватил ее…

– Халли! Очнись!

Кейс. Руки Кейса держали ее за талию, голос Кейса звучал в ушах.

Она крутила головой между мертвым истуканом, Кейсом и мечом, воткнутым в землю рядом с каменным трупом.

– Он мертв?

– Да. А теперь марш на корабль.

Все еще тяжело дыша, она кивнула и повиновалась. Кейс схватил ее упавшее оружие и пошел рубить третьего монстра, присоединившегося к битве Зика и Бена.

– Ну же! – крикнул он. – Давай!

Халли не оборачиваясь взбежала по ступенькам на корабль. Эбба стояла у бокового окна кабины, ее прерывистое дыхание мешалось с грохотом истуканов, пытавшихся взобраться на борт корабля. Через несколько мгновений дверь захлопнулась, и по коридору загрохотали шаги. Нагс бросил меч на сиденье и кинулся к пульту управления.

– Взлетай сейчас же, Нагс! Эбба! Электробомба! – Кейс сунул Халли в руки ее странный меч и истекающего кровью Зика. Рукав его мундира, разорванный от предплечья до запястья, лип к коже от крови, сочившейся из пореза чуть ниже локтя. Она помогла Зику дойти до кресла и положила меч рядом с ним, ее голова шла кругом от адреналина и ужаса.

– Разнесите их к звездам! – крикнул Кейс, когда «Юдора Джейд» взмыла в воздух. Халли едва успела ухватиться за спинку одного из кресел, как в кабину ворвался ветер.

– Код не работает! – Эбба стучала по приборной панели.

Кейс вскочил со своего места, и Халли отпрыгнула с его пути. Голос Кейса был резким, гортанным – испуганным.

– Зачем они сунули сюда эту чертову штуку?

Он нажал на ряд кнопок, и корабль резко дернулся в сторону. Халли впилась ногтями в мягкий материал сиденья. Бен потянул руль, и Зик застонал.

– Один схватился за двигатель! – испуганно всхлипнула Эбба, зажимая рот здоровой рукой.

Кейс выругался и нажал еще одну кнопку, а желудок Халли подпрыгнул к груди.

«Они нас уничтожат. Раздробят наши кости, пока от нас не останется только пыль».

Но тут в воздухе раздался треск.

Корабль покачнулся, истуканы выпустили свою добычу, и когда «Юдора» поднялась выше, земля под ними взорвалась.

Глава 16

На всякий случай

Кейс

После тщательного осмотра нового лагеря, что они разбили к востоку от статуй, не только Кейс отказался от обычного ужина из вяленой говядины и овощей. В этой части леса на краю того самого бесконечного болота они с Нагсом не нашли ни истуканов, ни каких-либо следов ялвов. Звезды, как далеко оно простиралось? Кейсу просто повезло, что им попался довольно сухой участок, не утопающий в мутной воде на полметра.

Когда Нагс решил разжечь костер, Зик вызвался на следующее утро пойти на охоту, добыть что-нибудь съестное, причем настаивал, что более чем способен поймать в ловушку или подстрелить дичь одной рукой. Он всегда был солдатом и не признавал поражения перед лицом боли.

Когда Халли закончила криво штопать рану Зика, то вызвалась собрать какие-нибудь съедобные растения, но Эбба и Нагс отказались от перекуса. Эти двое отправились спать, едва наступила ночь, и Кейс не мог их винить. Он и не думал, будто что-то может сравниться с крушением в бурю. Или драконом. Ничто не могло подготовить его к встрече со смертоносными каменными статуями.

Он играл с повязкой, обмотанной вокруг левого запястья, и смотрел в костер, пока глаза не начали гореть. Слава лунам, Кейс отделался лишь небольшой царапиной. Все могло закончиться гораздо хуже. Не взмахни Халли тем мечом…

– Кейс? – Брат стоял на нижней ступеньке, прижимая к груди раненую руку.

– Да?

– Подежуришь первым? Из всех нас тебя меньше всего задело.

Кейс махнул рукой.

– Хорошо.

– Спасибо. – Зик, прихрамывая, поднялся по лестнице. Наверху он обернулся к Халли, что сидела у дерева на краю костра, туго перевязав поврежденную лодыжку. Не сломана, только вывихнута. – Халли? Ты идешь?

Она вздрогнула и медленно, словно во сне, повернулась к Зику. Затем покачала головой, и несколько выбившихся прядей упали ей на лицо.

Халли снова стиснула меч. Оружие, которое спасло его. Она не выпускала клинок из виду с самого боя. Тот, который прихватил Нагс, все еще лежал на полу кабины. Утром они осмотрят его более тщательно. Кейс оглянулся на Халли.

Хотя он знал ее всего чуть больше месяца, Кейс успел понять, что она рисует при любой возможности, но особенно когда нервничает. Как, например, он сам взъерошивает свои и без того буйные кудри. Но сегодня вечером альбома нигде не было видно.

Может, Халли подежурит первой? Не похоже, чтобы она в ближайшее время собиралась двигаться, и тем более спать. Эта ее сторона заставила его задуматься. Он видел только яростную или неловкую Халли. Эта была новой. Он не знал, как ее назвать. Возможно, это было немного похоже на боевой страх Зика.

– Халли?

Она крепче сжала рукоять меча.

– Не хочешь… знаешь что, я сейчас вернусь. Можешь подежурить минутку?

Она наклонила голову, но кивнула. Взбежав по ступенькам, он пронесся по коридору и заскочил в каюту, которую делил с братом и Нагсом.

– Кейс? Что ты…

Он проигнорировал Зика. Нагс уже спал, что было неудивительно: он оставался примерно в таком состоянии с тех пор, как вышел к тому пляжу. Зик сказал, Бен все еще поправляется, но Кейс решил, что, скорее всего, медицинский коктейль его брата оказался не таким эффективным, как тот надеялся.

– Ты должен нести вахту. – Зик сел в своей постели.

Кейс открыл сундук и достал куртку пилота, которую засунул туда раньше. Затем подошел к кровати и нырнул под подушку, чтобы найти книгу, зажатую между матрасом и стеной, а затем вышел из каюты, так и не ответив брату.

Не успел он выйти на лестницу, как сильная рука схватила его за плечо и развернула к себе. Зик. Судя по небольшим красным пятнам, проступающим сквозь ткань, повязку скоро придется менять. Брат сузил свои острые ореховые глаза, и в этот момент стал так похож на их отца, что Кейс аж моргнул.

– Чего тебе? – спросил Кейс, пытаясь вывернуться.

Зик сжал руку так, что Кейс вздрогнул.

– Ты не можешь покидать свой пост. Особенно после того, что случилось сегодня.

Кейс поборол желание закатить глаза.

– Халли там, помнишь? – прошипел он. – Вдруг она захочет почитать?

Кейс показал ему книгу, и Зик вскинул брови:

– Проследи, чтобы она не сидела там слишком долго.

Когда брат направился обратно в их каюту, Кейс повернулся к выходу. Покинув корабль, он спустился по трапу и направился к Халли. Он поможет ей только потому, что она спасла ему жизнь, да и судя по выражению ее лица, ей нужно отвлечься.

Кейс замедлил шаг, приближаясь к ней. Она не двигалась, даже не обращала на него внимания. Ее остекленевшие глаза смотрели прямо перед собой.

Он прочистил горло.

– Халли?

Она даже не дернулась. Он опустился на землю напротив, пытаясь подавить раздражение. Книгу и куртку Кейс положил рядом с собой. Сегодня она спасла ему жизнь, и, наверное, впервые в жизни ей довелось сражаться с чем-то подобным, не говоря уже о том, чтобы убивать. Халли казалась человеком, который пожалеет даже паука – возможно, для того, чтобы его зарисовать.

Она сидела, подтянув колени к груди, и Кейс протянул ей куртку.

– Вот, возьми хотя бы это. Без нее ты замерзнешь насмерть.

Меч дернулся, и она повернулась. Кейсу захотелось провести рукой по волосам, но Халли все еще не забрала у него куртку. С ней такой он не знал, как себя вести. Ему нравилось спорить с Халли, это он умел, но сейчас перед ним сидел совсем другой человек.

– Ну же. Это меньшее, что я могу сделать. – Кейс бросил куртку ей на колени. Она посмотрела на одежду, потом снова на него.

– Я в порядке. – Ее голос был хриплым с непривычки. Она кашлянула.

Пальцы Кейса сжались в кулаки.

– Почему бы тебе не пойти поспать?

Глаза Халли на мгновение вспыхнули, потом смягчились. Свободной рукой она прижала к себе куртку, как ребенок – плюшевого мишку.

– Я не могу.

– Если плечо сильно болит, я могу… – Что он может? Помочь надеть куртку? Ей не пять лет, ради всех лун.

Кончик меча зашевелился в сухой траве, и Халли бросила куртку к его ногам. Та приземлилась с мягким стуком.

– Она мне не нужна.

«Мы все сегодня через многое прошли. Сохраняй самообладание».

– Послушай, – снова попытался начать Кейс. – Я сижу здесь, потому что ты зарубила этим мечом проклятого монстра. Возьми куртку. Она теплая.

Ее рот скривился.

– Я не дала ему лишить мир этих кудрей вместе с твоей головой.

Прогресс. Кейс чуть улыбнулся. Он опять протянул ей куртку, и Халли взяла ее, положив на колени. Она все еще не убирала руку с меча.

– Тебе нравится Мариси, верно?

Халли наклонила голову.

– Да, но к чему это?..

Он взял в руки «Одиссею» и протянул ей. Она замерла, увидев обложку. Вместо того чтобы взять у него книгу, улыбнуться или даже поблагодарить, Халли уставилась на него.

У Кейса болела рука. Мариси славился своим тщательным анализом древних текстов в дополнение к самому переводу, что делало книгу прекрасным кандидатом для увлекательного чтения, но том не был легким ни для ума, ни для руки. Неужели Халли его не возьмет?

Спустя еще несколько мучительных секунд он положил книгу рядом с ней, помолившись, чтобы земля не оказалась слишком мокрой.

– Я подумал, ты захочешь прочитать мою копию. В качестве благодарности… за сегодняшний день.

Она ничего не сказала, и он поднялся на ноги. Может, если оставить ее в покое, она поймет намек и пойдет в каюту. Едва Кейс шагнул к огню, Халли всхлипнула.

– Спасибо. – Ее голос надломился.

Он замер. Что делать с плачущими женщинами, Кейс знал плохо. Но он не мог оставить ее там. Кейс медленно обернулся, прокручивая в голове их разговор. Он ведь не сказал ничего оскорбительного, верно? А если и сказал, почему она благодарит его за это?

Слезы покатились по ее щекам, когда она встретилась с его взглядом. Халли смахнула их обшлагом испачканного рукава.

– Спасибо, но я не хочу читать. Не сегодня. Джек…

Она всхлипнула и, наконец выпустив меч, уткнулась лицом в ладони. Кейс переминался с ноги на ногу. Что ему делать? Ана была единственной девушкой, которую ему хотелось утешить, когда она плакала, но это случалось нечасто. К тому же у него ужасно выходило. Сестра сама так говорила.

Халли подняла мокрое лицо и сморщила нос.

– Мне… мне очень жаль. Я не хотела…

Кейс пожевал губу и присел перед ней, положив руку на шнурки ее ботинка. Это казалось безопасным.

– Эй, все в порядке. Я не хотел тебя расстраивать. В этот раз.

Она покачала головой.

– Ты не виноват. В этот раз.

Ее слабая улыбка отразила его собственную. Вот так. Почти вернулись к нормальной жизни. Может быть.

– Я не обижусь, если ты не захочешь читать книгу. Просто подумал, она тебе понравится, вот и все. Не ожидал, что ты расплачешься.

Она рассмеялась, но слезы не прекратились. Он поборол желание стереть их с ее щек кончиками пальцев. Халли бы этого не оценила. Но от одной мысли о ее мягкой коже у него сжался живот. Откуда вдруг такое чувство? Это же Халли.

Она схватилась за кожаную куртку.

– Нет, просто… вообще-то, может, ты посидишь со мной?

– Ты же не собираешься снова дать мне пощечину?

Халли покачала головой и прикусила губу.

– Я не хочу оставаться одна. Только не сегодня. – Она вздохнула. – Ты можешь сесть по другую сторону дерева… если хочешь. На всякий случай.

Он ощутил странное жжение в груди. Новое чувство. Кейс не знал, нравится оно ему или нет.

– На случай чего?

– На случай, если у меня возникнет желание дать тебе пощечину. Тогда успеешь убежать.

В его горле заклокотал смех, но он сел слева от нее, лицом к другой стороне лагеря.

Свет от костра тянулся к болоту, мерцание создавало фигуры в темноте. Кейс вздрогнул.

Он не знал, как долго длилось молчание, но тихий треск горящих дров ослабил напряжение в его плечах. Совсем чуть-чуть.

– Может, мы зря сюда забрались? – спросила она.

Кейс повернулся, чтобы увидеть ее краем глаза. Вместо этого он практически ощутил, как дождь капает ему на щеки, увидел, как тело новичка сползает с крыши ангара. Вспомнил боль в коленях, когда поймал мальчика. Кейс чувствовал металлический привкус крови, пропитавшей его брюки, и слышал отчаяние в собственном голосе, когда кричал, чтобы кто-нибудь позвал медика.

«Я потерял счет своим ошибкам. Почему бы не добавить к ним и эту?»

Когда он не ответил, она продолжила:

– Я не соглашалась на это вслепую. Но все, что оставила после себя, – лишь глупое письмо. Просто чернила на бумаге.

Пальцы Кейса сжали жесткий материал его брюк. Он отмахнулся от теней, от пятен крови, от ожога на щеке, оставленного отцовским ударом.

– Я тоже.

Возможно, это был не самый красноречивый ответ, но Халли все равно приняла его. Кейс знал, что побудило его приехать сюда. У него не было выбора. Он должен был лететь звезды знают куда или предстать перед судом.

Но что двигало ею? А остальными? Почему Зик слепо последовал плану Джова? Что заставило Нагса оставить Люси? А Эбба? Что бы она потеряла, отказавшись от этого безумия?

Халли долго молчала. Так долго, что Кейс подумал, будто она уснула, прислонившись к дереву.

– Сегодня третья годовщина… того…

Кейс повернул голову в ее сторону. Огонь заливал профиль Халли золотистым светом, подчеркивая слезы на щеках. Он и не заметил, что она снова начала плакать. Делало ли это его плохим человеком?

– Третья годовщина чего?

– Смерти моего брата, – выдавила она. – Джек был моим близнецом. Он умер. И теперь мои родители, наверное, думают, что я тоже умерла.

Его желудок камнем рухнул вниз.

– Мне… мне очень жаль.

Она покачала головой.

– Ненавижу, когда люди так говорят. Ты его не убивал.

Кейс пожевал внутреннюю сторону щеки. Он прекрасно понимал, что она имела в виду. Сам чувствовал то же самое после смерти Аны.

Халли всхлипнула.

– Это было грубо с моей стороны. Ты… Я вечно не могу заткнуться вовремя.

– Я тоже.

Халли смахнула навернувшуюся слезу.

– Нашей любимой историей, моей и Джека, была «Одиссея». Я не хотела… Спасибо, что предложил мне свою книгу.

Кейс провел рукой по волосам.

– Не за что. – Хотя он был звезданутым идиотом, раз вызвал ужасные воспоминания, случайно или нет.

Кейс не знал, что сказать. В кои-то веки он страшился нарушить заключенное между ними перемирие. Но в то же время ему эгоистично хотелось расспросить ее. Он знал, что не должен так делать. Ему не нравилось, когда кто-то лез в его дела, но впервые он мог обрести кого-то, кто его поймет. Кроме братьев, во всяком случае.

Халли снова всхлипнула.

– Странно. Когда человек умирает, ты не просто теряешь его. Ты теряешь смех, взгляды, прикосновения. Теряешь прошлое, настоящее и будущее.

Кейс проследил шов на своих брюках.

– Наверное.

Она повернулась к нему. Его взгляд был прикован к шву, с которым он возился.

– Ты потерял целую жизнь и никогда не сможешь ее вернуть. Я не знаю, как… – Голос Халли стал еще тише. – Прости, я просто сижу здесь и болтаю всякую ерунду.

Кейс замер и посмотрел в ее покрасневшие глаза.

– Не ерунду. – Его желудок сжался. – Ты права.

Сердце заколотилось в горле, и слезы навернулись на глаза. В голове промелькнули воспоминания о более счастливых временах, о смехе, о пении под дождем, о крошечной ладошке, крепко сжимающей его руку. Он подавился, пытаясь вытолкнуть слова.

– Я потерял… я потерял сестру. Несколько лет назад.

– Ой. – Халли сжала его руку.

– Да.

Она провела пальцами по рукаву его куртки и издала низкий, хриплый смешок.

– В конце концов, не такие уж мы и разные.

Кейс ничего не ответил.

Через мгновение Халли прочистила горло.

– Как ее звали?

Кейс вцепился в свои кудри, но все же ответил:

– Ана.

– Красивое имя, – пробормотала Халли, но, похоже, скорее для себя. На мгновение воцарилось молчание, прежде чем она снова заговорила: – Это несправедливо. – Халли подвинулась и схватила его за плечо. Она посмотрела ему прямо в глаза. Ее мокрые глаза в свете костра казались ярко-золотыми. – Единственное, что нам остается, – это поверить, что и Джек, и Ана нашли свой путь среди звезд. Не то чтобы это позволит нам почувствовать себя лучше. Глупо думать, будто наши души путешествуют в небесах после Сожжения…

Она запнулась, но Кейс и так понял. В кои-то веки они с Халли были единодушны. Он думал, что Сожжение – лишь способ заставить живых почувствовать, будто после этой жизни есть что-то еще.

Во время Сожжения скорбящие вглядывались в небо, наблюдая за тем, как дым от тел усопших уплывает в последний путь. Он знал, что на Первой Земле многие народы хоронили своих умерших. Но после высадки на Ялваре культура погребальных костров стала возрождаться – возможно, потому, что это была не их родная планета. Люди Джейд теперь принадлежали другому миру.

Духи усопших парят среди звезд и находят дорогу обратно в истинный дом человечества – так, во всяком случае, считали некоторые. Это было проще, чем принять правду: умершие никогда не вернутся в царство живых.

Ведь Халли права: ты теряешь не просто человека, а целую жизнь.

Спустя неизвестно сколько времени она поднялась на ноги.

– Спасибо за куртку и за то, что выслушал, это помогло немного прийти в себя… Я, пожалуй, пойду к себе.

Кейс смотрел, как она поднимается по лестнице, хотел остановить, но не мог придумать ничего, что дало бы ей повод остаться.

* * *

Все еще оправляясь после нападения истуканов, команда «Юдоры Джейд» осталась в том же лагере еще на одну ночь. На следующее утро Зик поймал несколько белок с фиолетовыми полосками на хвостах, которые оказались гораздо вкуснее, чем ожидал Кейс, а Халли нашла куст брусники. Сочетание беличьего мяса и ягод получилось интересным, и Кейс с удовольствием поел. Он не знал, то ли Халли научилась готовить, то ли ему просто стало все равно. Все лучше, чем ужасное говяжье рагу, с какой стороны ни посмотри.

Хотя команда съела больше, чем в предыдущий вечер, разговоров по-прежнему не было. В голове у Кейса крутились недавние события, и он дергался на каждый звук из чащи, молясь, чтобы статуи не пришли отомстить. Он просто надеялся, что истуканы не последуют за ними через болото в Миррай.

К тому времени, когда голос Эббы, тихий, чуть громче шепота, нарушил тишину, наконец появилась Первая луна.

– Я знаю, вам, наверное, все равно, но мне кажется, я должна рассказать вам все, прежде чем… прежде чем что-либо… – Она глубоко вздохнула. – У моего брата Эрена неизлечимая болезнь сердца, и деньги от этой миссии должны были помочь родителям справиться с финансовым бременем. Я заключила сделку с Гильдией Медиков. Без денег родители отправятся в тюрьму для должников. – Она всхлипнула и вытерла глаза. – Не понимала, что могу умереть, даже когда Гвардеец сказал, что это опасно. Я дура, ведь думала, будто это легкий способ все исправить.

Последние слова она произнесла с трудом. Огонь отразился в ее темных глазах, и Эбба откинула волосы с лица. Тихонько всхлипнув, она снова вытерла слезы, катившиеся по щекам.

– Подумала, вам стоит знать.

Зик сел прямо.

– Почему они не обратились в Гильдию за квотой? Наверняка им бы не отказали.

Эбба пожала плечами.

– Они не прошли отбор.

Зик вздохнул, но больше ничего не добавил. Халли, сидевшая рядом с Эббой, сжала ее плечо.

Неизлечимая болезнь? Волна стыда прокатилась по телу Кейса. Он вспомнил, как отклонил просьбу Эббы взять ее в свою наземную группу, решив, что она еще ребенок. Кейс стиснул зубы. Какой же он был идиот. Но слова, которые следовало произнести, застряли у него в горле. Извинения сейчас ничего не изменили бы.

Молчание длилось до тех пор, пока Зик не отломил от палки кусочек и не бросил его точно в огонь. Пламя облизало древесину, по поляне разнеслось тихое потрескивание.

– Я здесь потому, что меня попросил Джов. Я верил, он знает, что делает, но даже брат не смог бы этого всего предугадать, – сознался Зик.

Кейс пожевал внутреннюю сторону щеки, крутя кольцо. Он знал, зачем пошел с ними, и понимал, что не может вернуться в Кивину без успешного выполнения задания. Звезды свидетели, его и близко нельзя было назвать достойным человеком.

– Если мы не добьемся успеха, есть шанс, что я… я… – Он уперся каблуком в грязь, чувствуя, как четыре пары глаз впились в его макушку. – Я совершил ошибку. Ужасную ошибку, и думал, что, отправившись на это задание, все исправлю. Но еще более нелепо то, что я просто хотел убраться из этого проклятого города. Я ненавидел его. – Он углубил борозду, проделанную его ботинком.

Частичная правда слетела с его языка как огонь. Он поднял голову и поймал грустную улыбку Зика. Кейс сглотнул.

Эбба кивнула.

– Мне город тоже никогда не нравился. Мы переехали туда из-за Эрена, хотя папа говорит, что ради его искусства, но дела у моей семьи пошли еще хуже. Сейчас я бы отдала почти все, лишь бы оказаться там, в этом покосившемся домике в нижнем городе, вместе с братьями.

«Это не совсем то, что я имел в виду. Неужели она не слышала первую часть моего недопризнания?»

– Тебе не стоит беспокоиться. – Зик вытер пальцы о штаны и поморщился, потревожив раненую руку. – Джов позаботится о них.

– Люси беременна.

Придушенные слова Нагса были как молния посреди летнего неба, и у Кейса перехватило дыхание.

– Что?

Усмешка Нагса вышла язвительной, вопреки его тону за мгновение до этого.

– На эти деньги мы собирались сбежать и начать все сначала. Как глупо с моей стороны было думать, что я справлюсь. Я не могу вспомнить несколько часов жизни, а голова болит, как взорванные солнца. Я сказал ей, что вернусь домой, но не думаю, что я…

Он не договорил. После еще нескольких мгновений полной тишины Бен встал.

– Мне нужно… мне нужно идти.

– Бен! – Слова Кейса затерялись в грохоте ботинок друга по металлической лестнице.

Он стиснул челюсти. Ему следовало встать и попытаться поговорить с Нагсом, но ноги не двигались, их сковывал шок.

Теперь стало понятно, почему друг так защищал Люси, и это оставило во рту Кейса горькое послевкусие, похожее на кислую желчь и горелый запах ялварского топлива. Он понимал отчаяние, вызванное желанием сбежать. Понимал это желание. Но как Нагс мог быть таким безрассудным? Что, по его мнению, произойдет, когда ее родители узнают, что она беременна вне брака? Ее бы вышвырнули из высшего общества, а ведь она – единственная наследница своей семьи.

«Но то, что я сделал, еще хуже. Из-за меня новичка парализовало».

Как ни ужасно, не только это беспокоило Кейса. Минуты проходили в молчании, и в эти моменты, когда никто не издавал ни звука, что-то в глубине души Кейса вспыхивало и разрасталось в гневное, ревущее пламя. Сила этого порыва застала его врасплох: возможно, в нем говорило его собственное детство, когда он чувствовал себя покинутым, или боль и издевательства, которые ему пришлось пережить. Так или иначе, его захлестнула ярость. Кейс не знал, сколько денег Джов пообещал Нагсу, но, если бы их с другом поменять местами, ни на небесах, ни в аду не нашлось бы ничего, что могло бы заставить Кейса бросить своего нерожденного ребенка и невесту, и тем более отдать их на милость кровожадной джейдианской элиты.

Кейс смотрел в пламя, мечтая, чтобы его кровь перестала кипеть. Ведь если этого не произойдет, он может совершить какую-нибудь глупость и в третий раз вырубить друга. Его грудь тяжело вздымалась, даже когда Кейс пытался успокоить себя.

Единственное, что ему оставалось, – это убедиться, что все доберутся до дома в целости и сохранности. И успокоиться. И дышать. И не терять самообладания.

Слишком длинный список.

Халли подтянула колени к подбородку, обхватив их руками. За все время разговора она не проронила ни слова. Единственной реакцией была ее попытка молчаливо поддержать Эббу.

Гнев вытекал из него, как вода сквозь пальцы, пока он наблюдал за ней. Каждый раз в годовщину смерти Аны Кейс был в ужасном состоянии, и теперь ему хотелось сделать или сказать что-нибудь еще, чтобы поддержать и утешить Халли, но вчера даже «Одиссея» не помогла.

Вскоре Зик и Эбба отправились внутрь, и Кейс снова вызвался дежурить первым. Мало того, что ужасы последних недель мысленно преследовали его, так еще и вечерний разговор крутился в голове. С каждым разом стыд и гнев накатывали на него, как морские волны, каждая из которых затягивала его под себя сильнее предыдущей.

Он думал, что отъезд из Кивины оставит его прошлое в прошлом, но ошибался. Очень сильно ошибался. И ему некого было винить, кроме себя. Возможно, отец прав. Возможно, Кейс недостаточно зрелый, чтобы принимать решения. Всякий раз, когда ему предоставляли такую возможность, он ошибался еще хуже, чем в прошлый раз.

– Кейс? – Голос Халли выдернул его из закручивающейся спирали мрачных мыслей.

Она стояла у подножия лестницы. Куртка доходила ей почти до колен, толстые коричневые брюки были заправлены в ботинки с облупившимися каблуками. Она возилась с пуговицей, ее волосы выбились из растрепавшейся косы и бросали тень на лицо, но Халли не убирала пряди.

– Я здесь только ради денег. Для себя. Потому что я слишком труслива, чтобы смотреть в лицо своему прошлому. Вот и все. Так что если ты смешон, то я, должно быть, полная дура.

Она исчезла на лестнице, каждый шаг звенел в тишине, а ее слова присоединились к какофонии в его голове.

Глава 17

Дыши медленно

Кейс

Надвинув очки на глаза, Кейс приготовил «Юдору» к взлету. Сегодня был тот самый день. После сирлов, штормов, драконов, истуканов и трех ночей, проведенных в трясине и молитвах о том, чтобы корабль не затонул, они должны были достичь Хаддонского перевала. Спутники решили, что река, которая должна была привести их к перевалу, со временем превратилась в болото. На фоне гор вдали только такое объяснение имело смысл.

С каждым днем эти гиганты становились все больше и мрачнее. Если карта Джова и предположения Халли были верны, то к обеду Кейс проведет корабль через перевал и попадет в ялвенский город Миррай.

Может, все дело в том, что эта проклятая миссия наконец-то закончилась, но впервые за долгое время руки Кейса не дрожали, когда он сжимал штурвал.

Нагс молча следовал предполетному протоколу, и с его помощью корабль поднялся в воздух за считанные минуты. Через отсутствующее переднее окно Кейс изучал простирающиеся перед ними горы и лес.

Когда они преодолели отметку в час и пять минут и лишь легкое чувство беспокойства кольнуло его нутро, Кейс ухмыльнулся. Он побил свой рекорд по продолжительности полета после аварии. Это было единственное хорошее, что он мог сказать о последних нескольких днях.

Звезды, далеко им еще? Хребет не кончался, и каждая вершина сливалась со следующей. Откуда ему знать, где находится перевал? И как он выглядит? Наверное, стоит спросить у Халли.

А может, и нет.

После их признаний у костра все еще было немного неловко. Кейс не знал, что сказать, и, видимо, она тоже не знала. Было странно, что им больше не из-за чего ссориться. Кейс вовсе не считал ее смешной; окажись он на ее месте, поступил бы точно так же. Собственно, Кейс и сделал то же самое. Он отправился на эту миссию не ради какой-то благородной цели. И все же Кейс был худшим из них, что бы там ни думала Халли.

Справа от него, между двумя вершинами, открылся кусочек неба. Это перевал? Кейс направился туда. Чем дальше они летели, тем больше открытого пространства, наполненного светом, им открывалось… Похоже, это был Хаддонский перевал. Он оказался ближе, чем на карте, но, с другой стороны, Кейс не мог точно определить, где они находились.

– Прости, что не сказал тебе раньше, – заговорил Нагс, и его голос слился с ветром, что свистел в ушах Кейса.

Он не отрывал глаз от растущей впереди пропасти:

– О чем?

– Сам знаешь о чем.

Кейс прекрасно понимал друга, но сейчас было не время обсуждать проблемы Нагса и что сам Кейс о них думает. Им требовалось сосредоточиться. Сердцебиение участилось.

«Не теряй самообладания. Не наделай глупостей, пока летишь на этом корабле».

– Кейс?

Он уставился прямо перед собой. Кейс опасался сейчас открывать рот. Хотя последние несколько дней выдались напряженными, ему удавалось держать себя в руках. Не стоит разрушать все это сейчас. Все, что ему нужно было сделать, – это глубоко вздохнуть. Сосредоточиться. Он не мог сорваться из-за гнева… или страха.

– Если считаешь меня фантастическим идиотом, так и скажи.

«Дыши. Дыши медленно».

– Просто будь честен со мной, пожалуйста.

– Хорошо. Ты – фантастический идиот, – выплюнул Кейс. – Доволен?

Нагс промолчал.

Кейс направил корабль в расщелину и увидел несколько деревьев, возвышавшихся над остальными. Они были странной формы, тощие и без ветвей, но на Тасаве его уже ничто не удивляло.

– И это все? – спросил Нагс.

– Хочешь, чтобы я подробнее рассказал, в чем заключается твоя глупость?

Ответа не последовало.

– Дело даже не в том, что ты ее обрюхатил, – продолжал Кейс, слова вытекали наружу, словно вода, прорвавшая ослабленную плотину. – А в том, что ты бросил ее, и ради чего? Ради горстки золотых?

– Ты не…

Кейс прервал друга, мотнув головой в его сторону. Страх исчез, сгорая в гневе.

– Мне плевать, что ты из бедной семьи. Меня это никогда не волновало! Но ты считаешь, это означает, будто ты недостоин ее или что-то в таком духе. Если ты пытаешься купить себе путь к признанию…

– Кейс, мой руль…

– Нет, молчи. Теперь молчи. Ты хотел, чтобы я что-то сказал, и я скажу. Ты хотел знать, что я думаю? Что я действительно думаю?

Кейс вцепился в штурвал с такой силой, что костяшки пальцев в любой момент готовы были прорвать кожу и начать кровоточить.

– Ты звезданутый идиот, раз бросил Люси и своего ребенка, чтобы отправиться на эту самоубийственную миссию. Забей на деньги. Ты никчемный кусок мусора, если…

– Кейс! Осторожно!

Кейс повернул голову и увидел, что они направляются прямо к колонне из блестящего коричневого камня. Странные деревья, которые он заметил раньше. Каждый орган ниже ключиц сдавил ему горло, когда он дернул руль вверх.

Но этого было недостаточно. Левый борт «Юдоры Джейд» задел колонну, и по коридору эхом разнеслись крики. Он стиснул зубы, когда корабль рикошетом ударился о другую колонну справа.

– Твою звезду! – крикнул Кейс, перевернувшись на другой бок. – Нажимай кнопки парения! Сейчас же!

Нагс ударил по ним, но корабль не отреагировал. Друг выругался.

– Не работает!

– Что? – Корабль дернулся под Кейсом и завалился вправо. Правый двигатель отказал.

Только не снова.

– Сажай его! – Нагс продолжал бить по кнопкам парения, но те, пусть и мигнули один раз, не хотели включаться.

Кейс просканировал землю в поисках какой-нибудь поляны, достаточно большой, чтобы совершить аварийную посадку, но золотисто-красное море казалось бесконечным. Значит, на деревья. Кейс нажал на кнопку механического парашюта, молясь, чтобы тот еще работал. С жужжанием и треском он раскрылся.

Когда левый двигатель заглох, а нос корабля потянуло вниз, воздух подхватил парашют, замедляя падение судна в кроны деревьев. С креном, от которого натянулись ремни безопасности, корабль зацепился за ветки и со стоном остановился. Сердце Кейса заколотилось, на глаза навернулись слезы.

«Я чуть не убил нас. Потому что потерял самообладание».

Он выругался, но бульканье рвоты, ударившееся о пол кабины, заглушило остальные слова. Ветка толщиной почти со все его туловище ударила в сиденье рядом с ним.

– Бен!

Еще один рвотный спазм.

– Я… я в порядке.

Зрение Кейса снова затуманилось, когда он сорвал очки и швырнул их на приборную панель. Линзы треснули. Очки заскользили по кнопкам и ручкам управления, прежде чем выпасть из окна кабины; стук становился все слабее по мере того, как они падали с дерева. Кейс расстегнул пряжки и встал, ухватившись рукой за спинку пилотского кресла. Плечо горело от впившегося в него ремня.

– Кейс? Кейс! – Голос брата был на три октавы выше обычного.

Шаги. Корабль дернулся, и Кейс ухватился за штурвал. Он прижался к нему всем телом, его ноги скользили и пытались найти точку опоры. Благие луны и грозы, корабль должен был вот-вот упасть. Что-то треснуло. Было ли это дерево или что-то внутри судна, Кейс не знал, да и не хотел выяснять.

– Стой! – прохрипел он, когда корабль качнуло назад, к дереву.

«Думай. Думай».

– Тащите веревку и всех остальных в кабину, быстро! Быстрее! – Его ноги наконец обрели опору.

– Понял! – отозвался Зик.

Нагс вылез из-под сиденья. У Кейса сжалось горло.

– Я… я…

Друг покачал головой.

– Нет, это не твоя вина.

– Мы оказались на проклятом дереве, потому что я не смог сдержаться.

Нагс вытер рот и покачал головой.

– Я заслужил это. Не дерево, а твою выволочку.

Кейс смахнул слезы. Не доверяя голосу, он просто кивнул. Они были живы. Нужно сосредоточиться на этом.

Он встал на колени, присоединившись к Нагсу, и повернулся лицом к входу. Подошли остальные, целые и невредимые, если не считать нескольких синяков и царапин. РукаХалли, похоже, пострадала больше всего: плечо было небрежно перевязано бинтом. Еще она притащила сумку. Матерь пепла, она хоть куда-то ходит без этой штуки?

– Просто… просто царапина, – пискнула Халли, заметив его взгляд.

Глаза Эббы расширились до размеров самых больших чайных блюдец его матери, когда она заметила гигантскую ветку, пробившую спинку кресла второго пилота.

– Что случилось?

Кейс взглянул на друга.

– Я отвлек его. – Лицо Нагса было стоически спокойным. – У нас отказали двигатели, электричество и все остальное, когда мы врезались в какую-то металлическую колонну среди деревьев. Быстрые рефлексы Кейса спасли нас.

– Что значит «у нас отказали двигатели»? – прорычала Эбба. – Я сама проверяла их сегодня утром.

Кейс покачал головой.

– Я не знаю, что случилось. Но мы должны уходить сейчас. Пока корабль не упал вместе с нами.

Зик кивнул и пополз вперед.

– Я пойду первым и встречу остальных.

При каждом движении корабль скрипел, и Кейс вздрогнул.

– Осторожно.

Зик перебрался через борт и сжал плечо Кейса.

– Спасибо.

Кейс не смотрел ему в глаза. Не мог.

С ловкостью опытного вора Зик вскарабкался на крепкую ветку дерева, один из мечей был привязан у него за спиной.

– Ты успел взять его?

– Кейс. Сосредоточься, пожалуйста.

Он кивнул и вздохнул, когда корабль снова заскрипел.

– Эбба?

– Уже иду.

Словно акробатка, она грациозно преодолела пространство от входа до приборной панели. Это было нелегко, поскольку одна рука у нее все еще лежала в перевязи. Через мгновение Эбба уже была в окне кабины и сидела на ветке вместе с его братом. Кейс обернулся к Халли.

– Давай, ты следующая.

Она покачала головой.

– Нет, нет. Пусть Бен идет.

Давление у Кейса подскочило, но он сдержался. Сейчас не время спорить.

– Хорошо.

Все еще бледный от пережитого, Нагс двинулся за остальными. Зик помог ему выбраться на другую ветку. Когда Кейс убедился, что друг не пострадал, то обернулся к Халли.

– Твоя очередь.

Она прикусила губу и стала теребить край повязки на руке.

– А что, если я упаду?

Кейс закрыл глаза. «Спокойно. Именно из-за злости мы попали в эту передрягу».

– Послушай, я бы тоже не хотел этого делать, но мы должны. Корабль может упасть в любую секунду, и нужно успеть забраться на дерево до того, как это произойдет.

Видите? Он умел быть спокойным и собранным.

Когда Халли не двинулась с места, Кейс сглотнул разочарование и протянул руку.

– Ты мне доверяешь?

На глазах Халли появились слезы. Она посмотрела на его руку, потом снова на него.

– Я боюсь.

Кейс убрал руку и крикнул Зику:

– Привяжи веревку к дереву и брось конец мне. – Зик что-то пробормотал, и Кейс снова посмотрел на Халли. – Я обвяжу веревку вокруг тебя для подстраховки. Это поможет?

Едва заметный кивок.

Когда Кейс встал, чтобы ухватиться за канат, корабль еще раз дернулся, и треск ветки эхом отозвался в его черепе.

Пол накренился.

Кейс попытался ухватиться за канат и оттащить себя в безопасное место, но в одно мгновение перед ним возникли расширенные от ужаса глаза Халли.

Он отпустил веревку и нырнул за ней, пока «Юдора Джейд» летела вниз к земле.

Глава 18

Незримый ритм

Халли

Холодная влага – первое, что почувствовала Халли, открыв глаза. И еще…

Она поморщилась, но это только усилило боль в голове, как и капли дождя, бьющие по векам. Под спиной была мягкая земля.

– Не шевелись. Я почти закончил перевязывать тебе голову, – раздался глубокий голос. Возможно, Зик.

Халли снова моргнула, и мир обрел четкость. Зик действительно нависал над ней, накладывая последнюю повязку. Он откинулся на спинку кресла, его волосы были влажными и спутанными.

– Ты меня на мгновение напугала. Что еще болит?

Сев, она приложила руку к горлу. Оно саднило, как будто Халли кричала несколько часов. Она вытерла капли дождя с лица и осмотрела руку. Только увидев кровь, смешанную с водой, Халли почувствовала боль.

– Что… что случилось?

– Мы выжили, упав с дерева. Едва-едва, – простонал кто-то рядом с ней.

Кейс сидел рядом с ней и вздрагивал каждый раз, когда протирал грязной тряпкой залитое кровью лицо с испачканными красным кудрями. Халли ахнула.

– Кейс, как ты… ты весь в крови!

– Выглядит хуже, чем есть на самом деле. Не то чтобы не больно. Но нам повезло.

Что-то грохнуло о металл, и Халли подпрыгнула, застонав от боли, пронзившей ее череп. Выглядывая источник звука, она приложила руку к голове.

Чуть поодаль лежали останки некогда великолепного корабля. Один почерневший двигатель, ближайший к ней и согнутый под неправильным углом, едва держался на остове судна. Эбба провела рукой по волосам и пнула его еще раз. Вспыхнула крошечная искра, но почти сразу же потухла. Ремонтница что-то сказала стоявшему рядом Бену, но тот пожал плечами и подобрал какой-то обрывок у своих ног. Эбба выругалась.

Халли сглотнула и прикусила губу, чтобы не расплакаться. Они выжили. Каким-то чудом. Она смутно помнила, что корабль накренился и Кейс бросился за ней, но после этого Халли, должно быть, ударилась головой. Больше она ничего не помнила.

– Как долго я лежала в отключке?

Зик пожал плечами.

– Не слишком долго. Я не заходил внутрь корабля. Он выглядит достаточно устойчивым, чтобы использовать его в качестве убежища по крайней мере на одну ночь, но Эбба до сих пор не выяснила, почему заглохли двигатели.

Халли пожевала губу. Придется довериться Эббе и ее уверениям, что она может починить что угодно. Звезды. Халли вспомнила, как сочла ремонтницу самонадеянной, когда та сказала что-то подобное в кабинете профессора Кристи, но Эбба еще ни разу их не подводила.

Закрыв глаза, Халли провела рукой по тому месту, где обычно лежали часы, но нащупала лишь мокрую цепочку. Она задохнулась, открыв глаза.

– Мои карманные часы! Где они?

Кейс застонал и залез в карман куртки.

– Они? – В его руке покоилась маленькая, округлой формы безделушка. Цепочка, которая держала ее на шее, распалась на две части. Кейс протянул часы ей. – Наверное, цепь лопнула, когда мы упали.

Она взяла их из его ладони. Когда ее пальцы коснулись прохладного металла, в груди разлилось облегчение. Внешняя сторона была такой же, как и всегда. Голос Джека звучал в ушах Халли, пока она осматривала каждый сантиметр на предмет царапин.

«Папа подарил часы мне, сказал, что я могу носить их на цепочке в школу. Интересно, сумею ли я их починить?»

Уголки ее губ приподнялись, когда она вспомнила, как брат пытался поддеть заднюю крышку. Та была закрыта наглухо, без видимых швов, не давая возможности починить сломанные зубчики. С каждой неудачной попыткой мальчишеское лицо Джека становилось все краснее и краснее. Но он не подал виду, как гордится тем, что носит с собой такую ценную реликвию.

Она открыла крышку. Часы были простыми, пыль и время затуманили стекло. По краям циферблата шли золотые цифры, а длинные изящные стрелки тикали в незримом ритме.

Стрелки тикали в незримом ритме.

Халли ахнула и моргнула. Еще раз. Зрение затуманилось. Еще раз. Рука задрожала, когда она провела пальцем по циферблату. Значит, для того чтобы часы заработали, их нужно было всего лишь хорошенько встряхнуть? Это не имело ни малейшего смысла.

Минутная стрелка скользнула к следующему миниатюрному делению, когда секундная достигла двенадцати.

– Что такое? – спросил Зик, выглядывая у нее другие повреждения. Кейс, который продолжал вытирать кровь у линии роста волос, замер.

Халли покачала головой и закрыла крышку.

– Ничего. Просто… уже позже, чем я думала.

Кейс сузил глаза, но комментировать ничего не стал. Он видел ее ложь насквозь. Она отвела взгляд.

– Сейчас поздний вечер, но это только по моим расчетам. Дождевые тучи появились из ниоткуда. – Зик встал, отряхивая пыль с брюк. Он оглянулся на «Юдору». – Когда мы увидели, как падает корабль… – Он помолчал, словно пытаясь собраться с мыслями. – Я никогда не испытывал такого облегчения, как в тот момент, когда Кейс вылез из окна с тобой на руках. Это чудо, что вы оба выжили.

Халли посмотрела вниз, а затем на Кейса, который старательно тер свое и без того чистое лицо. На самом деле, при последнем взмахе тряпки на его лоб вновь попало немного грязи и крови.

Он спас ее? Она снова вспомнила последние мгновения перед падением корабля. Кейс схватился за канат. Он собирался вытащить себя, но вместо этого вернулся за ней.

Ее голос дрожал, пока она рассматривала грязную землю, усеянную остатками осенних листьев, и сжимала в кулаке свои работающие карманные часы:

– Спасибо.

Она хотела добавить «за спасение моей жизни», но не смогла выдавить это из себя. Вместо этого Халли посмотрела в голубые глаза Кейса. Он выдержал ее взгляд, на его лице появилась понимающая улыбка, словно Кейс услышал то, что она не сказала. Он положил руку на ее ботинок и тихонько сжал.

– Не за что.

Зик прочистил горло, и Халли прервала зрительный контакт с Кейсом. Солдат поправил рукава своей грязной формы.

– Я собираюсь осмотреть те колонны, в которые, по словам Бена, ты врезался, Кейс. Отведешь меня?

Сердце Халли слегка ускорилось.

– Можно мне с вами? Поскольку мы находимся на перевале, предполагаю, их сделали ялвы.

Зик пожал плечами, а Кейс встал. Халли спрятала часы в карман брюк и поднялась на ноги, но тут голова болезненно запульсировала, выбив ее из равновесия. Через несколько секунд рука Кейса оказалась у Халли на спине.

– Спасибо, – пробормотала она.

– Тебе, наверное, пока не стоит подниматься.

Халли стиснула зубы, когда очередная вспышка боли ударила в череп.

– Думаю, ты прав.

– Я всегда прав.

Халли фыркнула и тут же схватилась за голову, беззвучно проклиная себя.

– Я буду в порядке, если мы пойдем медленно.

Зик снова прочистил горло, и рука Кейса соскользнула с ее спины. Халли и не заметила, что она все еще была там.

– Так где же эти строения?

Через секунду к ним подошел Бен. Он бросил взгляд на голову Кейса и скорчил гримасу.

– Не думай, что это украсит твою внешность, приятель.

Кейс что-то пробормотал себе под нос, но Халли не расслышала. Вместо этого она улыбнулась Бену.

– Мы отправляемся осматривать башни или что вы там все видели.

– Я тоже пойду с вами.

Зик повернулся к Эббе и крикнул:

– Хочешь пойти осмотреть то, обо что Кейс ударил корабль?

Последовало громкое проклятие и еще один удар по судну.

– Я останусь здесь, с «Юдорой». Или ты не хочешь ее починить?

Зик вздохнул.

– Я останусь. Она не сможет нести вахту. Вы все идите, это не слишком далеко. Не торопитесь.

Бен повел их через рощу. Ноги Халли стонали от напряжения, но она изо всех сил старалась не отставать. Кейс шел рядом с ней, готовый подхватить ее в любой момент.

Месяц назад это бы ее раздражало. Но сейчас, когда голова пульсировала с каждым шагом, Халли была благодарна ему за поддержку. Забавно, как все быстро меняется.

По крайней мере через четверть часа пути впереди показалась коричневая фигура: столб из цельного камня возвышался над деревьями, его гладкая поверхность мерцала в свете, пробивающемся сквозь облака. Как и корабль. И меч. И пыль, которая вечно оседала в светлых волосах Нильса. Звезды, если это соорудили ялвы, то у них точно было в запасе изрядное количество зуприума. Голова у Халли болела, но мысли неслись со скоростью километр в минуту.

Может, это своего рода храм? Святилище? Объект не естественного происхождения, а столкновение корабля с ним привело к отключению двигателей и электричества… интересно. Даже интригующе. А тут еще ее спящие карманные часы ожили. Сквозь боль и даже небольшой страх Халли ощутила любопытство. В конце концов, она была ученой.

Халли вспомнила слова Гвардейца о ялвах. Никаких контактов за двадцать лет. Может, эта башня отчасти послужила причиной? Или это как-то связано с Сущностями? Иначе как бы что-то смогло отключить энергию корабля? В тех текстах, которые имелись у Джейд на эту тему, никогда не говорилось, что именно могут сделать Сущности, там были лишь предупреждения их опасаться.

Не особо полезная информация.

Бен обошел вокруг колонны, но Кейс так и стоял в отдалении.

– Все, что мне известно, – я поцарапал корабль о нее, и двигатели выключились. Я бы не стал подходить слишком близко.

– Ерунда. – Халли направилась к столбу, не обращая внимания на протесты Кейса. Она усмехнулась. – Это точно ялвы. Должны быть.

Бен прекратил кружить и вернулся к Кейсу.

– Столб не излучает ни тепла, ни света. Обычный зуприум. За исключением резьбы.

Стоя у подножия колонны, Халли подняла голову: дождь лишь слегка моросил. Сузив глаза, она осмотрела столб.

Бен был прав. На массивных кирпичах кто-то вырезал крошечные узоры. Нет, не узоры – слова.

Она хотела достать из сумки свой блокнот, но рука нащупала только промокшую ткань брюк.

– Зараза, моя сумка… она осталась на корабле?

Кейс пожал плечами.

– Я взял часы только потому, что они показались мне ценными. Извини.

– Что тебе нужно? – спросил Бен, шагнув к ней и сунув руку в карман куртки.

Халли оглянулась на колонну и повернулась.

– Мне нужно скопировать это и сверить с моими…

Она осеклась, когда Бен достал что-то из кармана. Маленькое, обтянутое красной кожей нечто с надписью на ялвенском на лицевой стороне. Ее сердце забилось в горле.

– Нашел ее на полу кабины, когда заходил убедиться в устойчивости конструкции. Эта книга под запретом уже почти двадцать лет, но каким-то образом ее экземпляр оказался на нашем корабле.

Халли сглотнула.

– Я нашла ее в книжном магазине, где работала до того, как решила отправиться на задание, и подумала, вдруг она может нам помочь. Не знала, что ее запретили! Джесс никогда особо не присматривался к книгам, которые продавал.

Бен протянул ей книгу, и Халли взяла ее. Кейс нахмурился.

– Что это на обложке?

Халли смахнула несколько капель с кожи. Дождь превратился в туман.

– Точно не знаю, но заголовок гласит: «Врата времени».

Бен улыбнулся.

– Ты действительно отличный ученый. Рад, что Джов нашел тебя. Даже я не смог бы прочесть название, если бы не знал, что это за книга.

– Звезды и молнии. – Кейс покрутил в руках свой электропистолет и вздохнул. – Никогда не стал бы прерывать обсуждение книги, но, думаю, нам стоит поторопиться обратно. Эти штуки вызывают у меня плохие предчувствия.

Халли сунула книгу под мышку и приблизилась к колонне. Надпись была такой же старой, как и та, что была над аркой в оружейной храма. И все же несколько слов выделялись.

Сущность. Врата. Время.

Неужели ялвы просто начертали свою историю на металле? Она опустила взгляд на книгу. Из-за всех недавних событий Халли не удавалось много читать. Да и не хотелось – перевод каждого слова отнимал время. Слова профессора Кристи эхом отдавались в голове.

«Не зря уже два десятилетия никто не может связаться с ялвами, и не зря эта книга была повсеместно запрещена».

Она тряхнула головой, чтобы прояснить мысли, но тут же почувствовала боль в спине. Халли споткнулась, выронив книгу, и попыталась удержаться от падения.

Металл, скользкий и прохладный от дождя и скорой зимы, попал под руку. Резьба точно вгрызлась в ладонь. На нее снизошло умиротворение.

– Халли! – Голос Кейса затерялся в ветре, подхватившем края повязки и волосы, закрутившимся и вырвавшем ленту, которой она их завязывала. Халли задыхалась, а Кейс снова и снова выкрикивал ее имя.

Она попыталась отстраниться, но не смогла оторвать руку от колонны. Боль, словно золотая молния, пронзила все тело.

Не удержавшись на ногах, Халли рухнула на землю, и мир померк.

Кейс

Кейс бросил строгать мокрую палку, когда Халли проснулась. Он удивился тому, какое облегчение испытал от ее пробуждения. Вероятно, потому, что строгать он не умел, и Халли невольно спасла его от возможных порезов ножом, но дело было не только в этом. Он, конечно, беспокоился, когда Халли потеряла сознание, убегая от дракона, но все меркло по сравнению с тем, как она рухнула, зацепившись за странный столб. Несмотря на все его проколы, они наконец-то добрались до цели, и теперь Халли не могла умереть по его вине.

В тусклом свете, проникавшем через разбитое окно женской каюты, ее глаза казались такими яркими. Когда они с Беном вернули Халли в лагерь, брат уложил ее здесь, и с тех пор Кейс не отходил от нее ни на шаг.

Он не мог. Не после всего.

Она снова моргнула, увидев его у своей кровати на маленьком деревянном стульчике. Тот казался слишком крохотным для Кейса. Пусть он не был таким широкоплечим, как его братья, зато рослым, и спинка стула доходила ему только до середины спины. Кейс унаследовал телосложение от матери, зато стать от отца. Мама говорила ему, что он похож на ее старшего брата, но Кейс презирал это сравнение. Мысли о дяде вызывали лишь ужасные воспоминания о том, что тот сделал.

Халли наконец заговорила, и ее хриплый голос выдернул его из мыслей.

– Что случилось?

Кейс помог ей сесть и протянул флягу, из которой она с наслаждением отпила, приложившись губами к краю, как подобает настоящей леди. Звезды, нет, почему он думает о ее губах?

Кейс забрал у нее флягу и закрутил крышку.

– Что ты помнишь?

Халли поморщилась, приложив руку к голове, поерзала, но отмахнулась от его предложения помочь.

– Я коснулась столба?

– Да, ты решила упасть на него.

– Неважно. – Халли взяла сумку, что лежала на краю кровати, и порылась в ней. Кейс собрал все необходимое и принес в комнату, думая, что это поможет ей проснуться. Наверное, глупо, но он не знал, что еще сделать. Халли продолжила:

– Наверное, мне придется сделать набросок и провести исследование, когда мы… когда мы…

Она поперхнулась, но Кейс закончил за нее:

– Мы найдем способ.

Горькое, пустое обещание, но Кейс не знал, что еще сказать. Звезданутый идиот. Им всем конец, если они останутся; ему конец, если они доберутся до дома. А у них даже не было исправного корабля.

Халли пожевала губу.

– Без корабля? Не думаю, что еще когда-нибудь взойду на него снова.

– По крайней мере, ты жива. – Кейс бросил бедную палку в разбитое окно. Та ударилась о ствол ближайшего дерева. Бесполезный хворост.

– Еще раз спасибо, – сказала Халли, не поднимая глаз. – Большинство людей не доживают до момента аварийной посадки, в ситуациях когда она нужна, некоторые не выживают уже после нее. Не выживают и после падения корабля с дерева.

Давление в его груди только усиливалось, пока она перелистывала страницы блокнота, и мягкое поскрипывание ее пальцев по пергаменту казалось все громче с каждой секундой.

– Это была моя вина, – сказал Кейс. Не знал, почему, но сказал. – Нагс солгал, чтобы меня прикрыть, это я все испортил.

Халли замерла.

Кейс не мог остановиться, раз уж начал.

– Я набросился на него из-за всей этой истории с Люси. Кричал, какой он кусок поганого мусора, раз бросил ее и приехал сюда. Я не обращал внимания на дорогу. Тогда-то мы и врезались в колонну. Это моя вина. Я виноват в том, что мы застряли, не имея возможности… не имея возможности…

Он остановился, когда тонкие пальцы Халли взяли его за руку и сжали ее. Кейс поднял голову и увидел, что она пристально смотрит на него. Ее глаза были похожи на золотые лужицы, коричневые и нефритовые вкрапления блестели в тусклом свете уходящего дня.

Несколько мгновений она молчала. Он хотел зажмуриться, хотел вырвать руку из ее хватки, но только ее глаза не давали ему рассыпаться.

– Кейс, все в порядке.

– Но…

Она провела большим пальцем по его костяшкам. Он подавил дрожь.

– На данный момент у нас нет другого выхода, кроме как добраться до Миррая и молиться, чтобы ялвы смогли вернуть нас домой. Или надеяться, что Эбба совершит чудо. Оба варианта вполне жизнеспособны. Я решила надеяться на это.

– Как ты можешь… как ты можешь быть так уверена…

– Потому что у меня нет выбора, Кейс. Как и у тебя. – Она в последний раз сжала его пальцы, а затем вернулась к своему блокноту.

Кейс уставился в пол, крутя в памяти ее слова. Что им теперь терять? Может, Эбба сумеет как-то починить корабль. Кейс не знал, сколько времени это займет, но она была лучшим механиком, которого он когда-либо знал. Кейс предпочел бы довериться ей, а не ялвам, но в данный момент Халли была права. Другого выхода не имелось, а Кейс никогда не сдавался без боя.

В голове промелькнуло воспоминание о кулаке Харлана. Кейс закрыл глаза и глубоко вздохнул. Нет, он никогда не отступал от борьбы. Неважно, чем это для него заканчивалось.

Закрыв глаза, Кейс слушал, как Халли делает набросок. Месяц назад этот шорох раздражал его, но сейчас успокаивал. То же самое можно было сказать и о самой Халли. Она больше не раздражала Кейса на каждом шагу.

Он открыл глаза и заглянул в ее блокнот. Она определенно обладала талантом. Когда Кейс пробовал рисовать, даже он сам не мог понять, что у него выходило. Может, если они все выживут, он уговорит Халли научить его.

– Как долго я провалялась на этот раз? – Халли не смотрела на него.

– У тебя нет карманных часов?

– О, да. Точно. – Она покопалась в сумке и вытащила их. Посмотрев на циферблат, Халли нахмурилась. – Не думаю, что доверяю им, но на них девять. Думаю, авария как-то на них повлияла.

Кейс провел рукой по лицу и поморщился от колючей щетины.

– Мы вернулись минут через двадцать, не больше, но это только предположение.

Она добавила еще несколько штрихов к своему рисунку и протянула его Кейсу.

– Что скажешь?

Он взял у нее лист и посмотрел на изображение. Мастерство налицо, пусть даже это был грубый набросок. Глаза Кейса расширились.

– Ты сказала, что помнишь только прикосновение к столбу, но… вышло так подробно!

– А? – Халли взяла лист обратно. – Хм… кажется, я помню больше, чем думала. Это древняя ялвенская письменность. Она похожа на ту, что я изучала на парах.

– Ты можешь ее прочитать?

– С трудом. Я могла бы немного изучить его и понять, но язык ялвов за тысячелетие сильно эволюционировал, и от первоначального остались лишь отдельные фрагменты. Несколько слов выглядят знакомыми.

– Он напоминает мне то место с мечами. – Кейс посмотрел в сторону столба, хотя лес скрывал его от их взора.

– Мне тоже. Вот почему я думаю, что они связаны. – Халли спрятала блокнот в сумку. – Я хочу еще раз сходить к колонне и посмотреть, смогу ли понять, что там написано.

– Это ужасная идея.

– Я не буду к ней прикасаться.

– Прости меня за скептицизм.

Она закатила глаза.

– Я обещаю не трогать страшный столб, чтобы не потерять сознание в пятисотый раз за эту миссию. Доволен?

Кейс ответил на ее улыбку своей.

– Спасибо. А теперь, если ты готова, пойдем есть. Нагс, насколько я слышал, пытался что-то приготовить. У него это ужасно получается, но я уверен, что бы он ни состряпал, будет лучше, чем все твои блюда.

Она секунду смотрела на него, а потом тихонько рассмеялась.

– Ты не ошибаешься.

Халли перекинула ноги через край кровати и встала. Возможно, они застряли здесь без шанса вернуться домой, но в измученном сознании Кейса промелькнула странная мысль: «Думаю, нет никого другого, с кем бы я предпочел угодить в переплет».

Глава 19

Отпусти

Халли

Вечером дождь пошел только пуще – то есть никакого костра, никакого горячего ужина в исполнении Бена, – но Халли не слишком расстроилась, у нее все равно болела голова. Единственная проблема заключалась в том, что с наступлением ночи и на фоне ее прошлого взаимодействия со столбом никто не позволил бы ей еще раз осмотреть его.

Вместо этого она порылась в сундуке, пытаясь найти «Врата времени». Кейс сказал, что забрал книгу у столба и положил в сундук, пока Халли валялась без сознания.

Вот только «Врат» там не было.

Она не думала, что Кейс стал бы врать о чем-то подобном, но тогда где же книга?

Халли обнаружила лишь пакет с карамельками, который положила туда еще в первый день. Упаковка помялась и слегка порвалась, но была в лучшем состоянии, чем судно. Даже сквозь шум дождя за разбитым окном оттуда изредка доносились ругательства Эббы. Та уже почти час не вылезала из-под корабля после того, как морось погасила костер Бена. И все еще там возилась.

Благие дни, Эбба когда-нибудь признает свое поражение?

Халли следовало отдать ей должное за настойчивость, но на данный момент «Юдоре Джейд» ничто не поможет. Единственным шансом вернуться домой для экипажа была помощь ялвов, если те захотят ее оказать.

Она сжала пакет с карамельками, и коричневая бумага захрустела. Они никогда не вернутся домой, а все, что Халли оставила родителям, – это проклятое письмо. Кусок бумаги не мог компенсировать потерю ребенка, даже того, которого они не видели с тех пор, как она попрощалась с ними более двух лет назад.

Глубокий вдох. «Я здесь, чтобы заключить договор с ялвами. Если кто-то и может это сделать, то только я».

Если она будет часто себе это повторять, то, возможно, когда-нибудь и поверит.

Она как раз отложила карамельки, когда ее отбросило в сторону. Громкий удар на мгновение оглушил Халли, за ним последовали проклятия Эббы за окном и крики из коридора.

– Что, ради звезд, ты делаешь? – Голос Зика эхом отразился от стен. К его шагам присоединились другие.

Голос Эббы был еще громче.

– Ты что, убить меня хотел? Я была под «Юдорой», пыталась исправить то, что вы с ней сотворили!

Кто-то что-то ответил, и Халли вышла из каюты. Из кладовой доносился разговор на повышенных тонах. Она заглянула за арку в поисках остальных членов команды. Кожа и одежда Эббы были измазаны маслом и копотью. Зик скрестил руки.

Хуже всех выглядели Бен и Кейс. Лицо агента Стражи было в черных пятнах, брови отсутствовали, а у Кейса волосы торчали еще в большем беспорядке, чем обычно. Однако брови он сохранил. Рядом с Беном лежали останки какого-то приспособления. Халли не имела ни малейшего представления, чем они были в прошлой жизни.

– Мы нашли эту горелку, хотели приготовить ужин, – объяснил Кейс, указывая на разрушенное устройство. – Нагс думал, что сможет что-то сделать с проводами и включить ее, ведь она работает на электричестве, но, очевидно…

Взгляд Зика стал холодным.

– Если проклятый корабль не работает, с чего ты взял, что она сможет?

Кейс взглянул на Бена, который вытирал лицо рукавом куртки. Блондин заговорил:

– Возможно, у меня был один из… приступов… когда я работал с проводами. С тех пор как я ударился головой во время шторма… Мне следовало знать, что лучше не пытаться. Простите, Зик, Эбба.

Голубые глаза Кейса буквально пылали на контрасте с ледяным взглядом Зика. Интересно, тот когда-нибудь выходил из себя? Она всегда считала, что дело в военной подготовке, но сейчас забеспокоилась. Нет, Зику не нужно быть таким, как Кейс, когда все эмоции выплескиваются, точно вино на белую скатерть, но постоянное сдерживание себя, должно быть, истощало его, особенно на этом ужасном задании.

И Эбба, и Бен ушли, причем первая, проходя мимо, пробормотала что-то невнятное себе под нос. Халли повернулась, чтобы последовать за ними, но Кейс снова заговорил, и его голос был низким и опасным.

– Что именно ты дал Нагсу, чтобы вылечить его? – Он ухватился за край стойки. – Потому что это не работает.

Тон Зика вторил тону брата.

– То, что ему было нужно.

– Тогда почему не работает? – Кейс вцепился в ворот рубашки брата. – Ты смешал лекарства или что-то в этом роде? Что ты ему дал?

Зик оттолкнул руки брата от себя.

– Не нужно терять голову из-за стандартной военной медицинской практики.

– Скажи мне, что ты ему дал. – Кейс одернул рубашку, пока Зик расправлял свою.

– Да, пожалуйста, объясни, – встряла Халли.

Кейс повернулся.

– Не вмешивайся.

– Это касается всех нас. Конечно, я имею право знать.

Кейс, похоже, хотел сказать что-то еще, но решил воздержаться. Она отложила эту мысль на потом:

– Пожалуйста. Просто скажи нам.

Зик прочистил горло.

– Учитывая его состояние, я сделал то, что должен был, и дал ему стандартное обезболивающее, а также несколько других лекарств, чтобы залечить внутренние повреждения.

– Какие именно? – прорычал Кейс.

– Церотаин, альмимферджен и, конечно, гетасол инватмин.

Халли моргнула. Она никогда не слышала ни о чем подобном, но все же подошла к ним, а не стала торчать у двери. Затем оглянулась в ту сторону, куда ушел Бен, и посмотрела на Зика.

– Я не очень разбираюсь в лекарствах и в том, как их смешивать, но не уверена, что получилось хорошо. Кажется, ему стало хуже.

Кейс всплеснул руками.

– Ты должен был все обдумать, прежде чем просто взять и дать ему…

– Я бы никогда не сделал такой глупости, как смешивание лекарств, которые плохо сочетаются друг с другом. – Ноздри Зика раздулись. Значит, где-то внутри все же скрывались эмоции. – И никто не нуждается в твоем проклятом мнении, Кейс. Ты на этой миссии только из жалости Джова. Потому что из-за твоего прокола чуть не погиб человек, а ты слишком труслив, чтобы отвечать за последствия. Мой вклад более достойный.

Кейс чуть не убил кого-то?

Кейс зарычал и бросился на брата. Она схватила его за руку и резко дернула:

– Прекрати! Это ничему не поможет!

– То, что ты завидуешь Джову, не означает, будто ты можешь играть в бога! – крикнул Кейс, его дыхание стало резким и прерывистым.

Халли распахнула глаза и отступила назад, жалея, что вообще вышла из каюты. Кейс был прав. Это не ее бой.

– Ты что, совсем спятил? – прошипел Зик. – Ты не имеешь права разбрасываться нелепыми обвинениями.

– Сам знаешь, что я прав. Именно поэтому ты пошел в армию, не так ли? Чтобы стать любимым сыном? Ты ненавидел жить в тени Джова, и у тебя не хватило яиц осадить отца, когда он вышел из себя из-за попытки Аны сбежать.

– Закрой. Свой. Рот. – Ярость вспыхнула в глазах Зика. – Ты понятия не имеешь, о чем говоришь.

У Халли перехватило дыхание. Надо что-то сделать. Она обшарила кладовую в поисках чего-нибудь, что могло бы помочь разрядить обстановку, но какой прок от старой картошки или вяленой говядины?

– Хватит, – раздался низкий голос с порога, и оба брата замерли. – О чем бы вы ни спорили, прекратите. Немедленно.

Повернувшись, Халли увидела уже почти отмывшегося Бена. Он действительно спалил брови. – Ссорами ничего не добьешься. А теперь угомонитесь, оба!

Кейс, тяжело дыша, протиснулся мимо остальных, не забыв по дороге пихнуть Зика в плечо, а затем направился по коридору к своей каюте. Халли закусила губу и шагнула за ним, но остановилась. Вероятно, ее он меньше всех хотел видеть. Слова Зика звучали в ее ушах.

«… потому что из-за твоего прокола чуть не погиб человек, а ты слишком труслив, чтобы отвечать за последствия».

Сердце заколотилось. Если первая половина обвинения потрясала, то вторая поразила до глубины души. Лицо стало горячим. Разве она не поступила так же в Стоун сете?

Зик провел рукой по волосам и лицу.

– Простите меня, Халли, Бен. Я не хотел… Я так давно не выходил из себя. Кейс умеет… Простите. Все, что связано с кораблем, с этой миссией… просто дайте мне немного времени, чтобы прийти в себя.

Не понимая, что теперь делать, Халли пошла обратно в свою каюту. Эббы там не было, вероятно, она опять ушла возиться с кораблем. Халли уставилась на свою простую кровать, застеленную тусклым коричневым одеялом, по которому рассыпались карамельки. Она отчаянно пыталась взять себя в руки. Напряжение и так витало в воздухе, и еще один срыв никому не поможет, а ей – тем более.

Она еще раз прокрутила в голове слова Зика и Кейса. Запал и разочарование сквозили в каждом их слове. Она совершенно не ожидала такого срыва от Зика – гораздо более вероятным был бы еще один спор между ней и Кейсом, а не между ним и вечно спокойным солдатом. Звезды.

Она все смотрела на карамельки, слушая, как Бен с Зи-ком выходят из корабля. Звуки казались слишком громкими. Сев на покрывало, Халли подтянула колени к груди. В какой ужасный, звезданутый бардак они угодили. Возможно, им вообще не попасть домой. Они сгинут здесь, в диких землях Тасавы, и никто никогда не узнает их историю.

Какой-то грохот прогнал ее меланхоличные мысли. Судя по проклятиям Эббы, что донеслись через окно, и звукам шагов, это мог быть только один человек, чей характер не уступал ее собственному.

Выйдя в коридор и заглянув в мужскую каюту, Халли нахмурилась, увидев, что Кейс лежит на спине, прикрыв глаза рукой.

Он чуть не убил кого-то.

Она вздрогнула, когда он снова ударил кулаком по стене. Халли нерешительно шагнула вперед, но отпрянула и спряталась, не успев толком переступить порог. Затем прижалась спиной к прохладному металлу и зажмурила глаза. Ему не нужно было, чтобы она прерывала в его страдания. Когда он снова грохнул рукой о стену, Халли оттолкнулась от нее и направилась прямо в свою каюту.

Лучше пусть он побудет в тишине. Наверняка есть какие-то объяснения. Тот Кейс, которого она по крупицам узнавала, не смог бы… не мог…

Не обращая внимания на очередной удар кулаком по металлу, она бросила пальто на кровать и стала рыться в сундуке.

Ее поиски снова ни к чему не привели. «Врата времени» точно не лежали в ее сундуке. Должно быть, Кейс что-то не так запомнил. Скорее всего, книга валялась под дождем рядом с колонной.

Халли вздохнула и вернулась к карамелькам. Если ей и был нужен повод их съесть, то сегодня он настал. Она практически не прикасалась к ним, даже на грани голода. Сев на кровать, Халли развязала шнурок, закрывавший пакет, и достала конфету.

Эта стычка вышла ужасной. Хуже, чем все их с Кейсом перепалки. А вдруг Зик серьезно навредил Бену теми лекарствами? Что, если бедняга так и не поправится? Виноват ли в этом Зик? Он квалифицированный медик, но…

Тихий шум прервал ее мысли. Халли бросила карамельки обратно в пакет и повернулась на звук. Карманные часы Джека упали с края постели.

Халли подняла их и осмотрела. Привычные горы на лицевой стороне успокоили ее, и она открыла их. Халли ожидала, что часы снова перестанут работать, но стрелка все еще двигалась. Часы показывали всего час ночи, что было неверно. Пожав плечами, она сунула их в карман брюк. Побеспокоится об этом позже.

Еще один удар разнесся по всему кораблю.

«Я не могу винить его за дурное настроение, но если он продолжит в том же духе, то может еще больше повредить корабль».

Она посмотрела на бумажный пакет на краю кровати, и у нее возникла идея. Возможно, смешная, но, если Кейс продолжит шуметь, сосредоточиться не получится. Она схватила карамельки и направилась к мужской каюте. Уже у входа Халли расправила плечи и легонько постучала по косяку.

– Проваливай, Зик. – Кейс еще раз грохнул кулаком.

Точно. Глупая затея.

– Это я, Халли. – Она шагнула ближе, теребя косу. После аварии у Халли так и не хватило сил собрать волосы в пучок. – Я тут кое-что тебе принесла. Оставлю это на кровати. Извини за беспокойство.

Кейс убрал руку от лица, наклонил голову и нахмурился.

– Бумажный пакет? Это должно как-то помочь?

«Он не сердится на меня». Халли прошла в каюту.

– Ты любишь карамельки? Это они в пакете. Если нет, не беспокойся, я просто уйду к себе… – Она прочистила горло. – Извини. Я пойду.

Кейс сел и свесил ноги с кровати, отодвинув в сторону спутанный ком одеял.

– Ты принесла мне карамельки?

Халли кивнула, покраснев под его пронзительным взглядом. Она крепче сжала пакет.

– Я не съела и половины. Можешь взять остальное.

Он смотрел на нее несколько секунд. Халли сглотнула. Разум подсказывал ей, что нужно уходить, но ноги не слушались. В ушах звенел обвинительный голос Зика.

– Кейс? Ты… эм, ты действительно едва не… то, что Зик сказал о тебе, и…

«Просто уходи. Брось карамельки и уходи».

Кейс мгновение подвигал челюстью. Желудок Халли сжался.

– Это была не моя вина. Не совсем. – Она не шелохнулась. Он провел обеими руками по лицу и прислонился к стене. – Все очень сложно. У Летного отряда есть неофициальный ритуал принятия новичков. Последний закончился тем, что парня парализовало ниже пояса, и я взял вину на себя, думая, что фамилия Шекли защитит меня. Самонадеянно, я знаю.

Она сглотнула, крепче сжимая пакет.

– И все?

Его голубые глаза сверкнули.

– Если наша миссия не увенчается успехом и я не докажу свою состоятельность как пилот, то… отец выгонит меня из Отряда. И… – он снова спрятал лицо, – мне предъявят обвинения, а если я каким-то образом избегу наказания, то меня, скорее всего, заставят пойти в пехоту. Возможно, только затем, чтобы я погиб в той проклятой войне, на которую намекал Джов.

– О, – прошептала она.

На мгновение Халли задумалась, может, развернуться и все же уйти, но в этот момент в ее памяти промелькнул момент сомнений Кейса перед падением «Юдоры». Халли видела, как сильно ему хотелось оказаться в безопасном месте. Она подумала, что умрет в одиночестве, ведь чего ради рисковать ради нее. Она не важна. Ни для этого пилота, ни для кого бы то ни было еще.

Но потом он отпустил веревку.

«Отпусти». Голос Джека эхом отдавался в ее сознании. Глаза обожгли слезы, и она сморгнула влагу, затуманившую зрение. «Отпусти».

Несмотря на то, что живот у нее скручивался сильнее, чем тесто под мамиными руками, она подошла и села рядом с Кейсом, все так же сжимая в кулаке пакет. Халли протянула его и пробормотала:

– Тебе станет легче. Обещаю.

Взяв у нее пакет, он тихонько фыркнул.

– Полагаю, способ не хуже прочих. Я обожаю карамельки. – Он достал одну и протянул ей.

Халли покачала головой.

– Нет, все в порядке, правда. Это для тебя.

Кейс поднял бровь.

– Ты взяла с собой на задание целый мешок сладостей, только для того, чтобы съесть… – Он заглянул внутрь. – Ты что, вообще их не ела?

– Съела! Две штуки!

– Не верю ни секунды. Не то чтобы я жаловался. Лежи пакет в нашей каюте, не протянул бы и дня. Тем не менее, ты не можешь позволить мне есть их в одиночку.

Она вырвала конфету из его пальцев. Узлы в животе наконец расслабились, и Халли прислонилась спиной к стене.

– Если ты настаиваешь.

«Отпусти».

Она развернула конфету и отправила ее в рот. Халли застонала, когда сладкая, приторная карамель растеклась на ее языке.

– О благие звезды, надо было взять побольше.

Кейс тоже угостился.

– Ничего лучше не ел. За целые световые годы.

Халли усмехнулась и взяла еще одну, не в силах остановиться. Она развернула конфету и подбросила ее в воздух, пытаясь поймать ртом. Но лакомство ударилось о ее щеку и упало на пол.

– Ой, умоляю, я бы точно справился.

– Докажи, господин пилот.

Кейс подбросил конфету и наклонился назад, чтобы поймать ее, но тщетно. Карамелька попала ему в глаз.

– Ой! Я чуть не ослеп!

Халли рассмеялась и схватила другую.

– Кому-то нужно потренироваться.

– Поделись ты ими раньше, я бы уже умел. Так что это твоя вина.

Она бросилась в него оберткой и стала жевать конфету, смакуя каждый кусочек. Проглотив, Халли улыбнулась.

– Может, я и поделилась бы ими раньше, не будь ты таким придурком.

Кейс вскинул бровь.

– Какие нехорошие слова для такой трепетной леди.

Халли совершенно неженственно фыркнула.

– Я? Трепетная? Ты, должно быть, спутал меня с какой-то другой Халли Уокер.

– У меня же так много таких знакомых.

– Конечно. Но для протокола скажу, что я – лучшая.

– Я в этом не сомневаюсь.

Халли усмехнулась и взяла еще одну конфету. Наслаждаясь лакомством и обретенной дружбой, она пожевала карамельку. Кейс развернул конфету, подбросил в воздух и на этот раз поймал ее с довольной ухмылкой.

– Полагаю, победа достается мне, – сказал он сквозь слипшиеся зубы.

Халли закатила глаза.

– Ты же помнишь, как Одиссей поплатился за свою чрезмерную гордость. С нашим везением, ты натравишь на нас орду драконов.

– Делаю, что могу.

– Ты невозможен.

– Это правда. Не буду отрицать. – Он достал еще одну конфету и зажал ее в пальцах. – Спасибо.

Она убрала волосы с лица.

– За что?

– За это. И за… – Он протянул ей пакет. – Ты не убежала, когда я… ну, когда я рассказал тебе, что случилось.

Халли теребила подол рубашки. Одной из любимых, с кружевом в виде астр. Это была одна из первых ее покупок по прибытии в столицу.

– Не ты один совершал ужасные поступки. Не стоит нести это бремя в одиночку.

Глаза Кейса затуманились, но слова прозвучали твердо.

– Спасибо.

Наступила тишина, и, как всегда, Халли не выдержала.

Она взяла еще одну карамельку.

– А теперь скажи. Раз ты читал Мариси, то наверняка слышал о Кейлоре. Он специализируется на другой древней литературе, в частности на Шекспире, но ошибается в некоторых своих анализах «Юлия Цезаря», особенно когда разбирает речь Брута…

Только когда Халли укладывалась в постель несколько часов спустя, обсудив всевозможные книги и авторов и съев столько конфет, что желудок готов был лопнуть, она поняла: они ни разу не упомянули, что могут никогда не вернуться домой. Ни разу эта мысль не пришла ей в голову.

Халли улыбнулась, легла на спину и стала слушать ночные шорохи и тихие голоса Бена и Зика за разбитым окном. Вскоре она уснула, так и продолжая улыбаться.

Часть III

Врата

Интерлюдия 2

Разбитые звезды

Джов

Tриумвират проспорил неделю с тех пор, как Лорд-капитан предложил убить командующего сирлами Маркоса Корреа. Джов считал, что только за эти несколько дней у него появилось не менее пяти седых волос, и это были не первые. Клара дразнила мужа, мол, его шевелюра выглядит так, будто кто-то посыпал ее солью. Ради всего святого, ему не было и тридцати.

– Не беспокойся о своих волосах, милый, – ворковала Клара, пока Джов пытался так натянуть шляпу, чтобы прикрыть седые пряди. Они ехали через город на ужин в поместье Шекли. Мать настояла, сказав, что хочет поговорить с Кларой о ребенке. Он не стал бы так переживать, если бы туда же пришли его братья или даже какой-нибудь важный сановник. Но нет, там будут только Джов, Клара и его родители – частный, уютный семейный праздник. Замечательно.

Джов перестал возиться со шляпой и взглянул на жену.

– Ты так говоришь только потому, что сама моложе.

Клара звонко рассмеялась, как певчая птица весной.

– Скажи спасибо. Не каждому дано дожить до старости.

Джов фыркнул.

– Пожалуй, ты права.

– Я всегда права. И пора бы тебе это наконец усвоить.

Чем он заслужил ее?

Джов улыбнулся, по-настоящему, впервые за несколько дней. Он взял ее за руку и притянул к себе на колени.

– Со временем все встанет на свои места.

Она сжала его руку. Всю оставшуюся дорогу они почти не разговаривали, и Джов просто смотрел в окно. Обычно он предпочитал везде ходить пешком, но теперь не хотел, чтобы Клара шла так далеко, особенно ночью. Кроме того, какой смысл носить такую престижную фамилию, если она не дает определенных преимуществ? Наличие автокэба с шофером было одним из лучших бонусов.

Ближе к вечеру зажиточные семьи уже разъехались по своим особнякам, и проезжая часть разгрузилась. У самых богатых были дома за городом, но многие здания в Верхней Кивине из-за ограниченного пространства приходилось строить ввысь, а не в ширину. Не сказать, что они получались менее кричащими, чем загородные поместья. Возможно, даже больше.

Джову нравился их с Кларой небольшой таунхаус. Простой и практичный. Там он чувствовал себя дома.

В это время в нижней части города люди всех сословий еще бродили по улицам, пытаясь ухватить товар на рынке по бросовым ценам, глянуть представление в общественном театре или наведаться в местные таверны. Джов не любил соваться в эту часть города – она была для него слишком грязной. Но в данный момент он согласился бы поесть в самом грязном заведении. Вместо этого ему приходилось ехать в одно из самых чистых и знатных поместий города – дом своего детства.

– Джов?

Он хмыкнул и повернулся к жене. Клара прикусила губу – так она делала, только когда нервничала.

– Да, любимая? – Он провел большим пальцем по тыльной стороне ее руки.

– Постарайся сегодня вечером не ссориться с отцом.

Джов напрягся и убрал руку.

– Он сам обычно начинает.

Она накрыла ладонями свой растущий живот.

– Я знаю, но твоя мать очень переживает из-за отсутствия твоих братьев. Пожалуйста. Что бы он ни сказал.

Джов сжал кулак, прислонился к нему чисто выбритой щекой и оперся локтем на дверь. Он пытался отогнать воспоминания о другой ссоре, что случилась так много лет назад. Кейс сцепился с отцом, а Джов вмешался, лишь когда Харлан…

Он тряхнул головой, чтобы прогнать мысли.

– Я постараюсь.

– Спасибо.

Остаток пути они ехали молча, но Клара снова взяла его свободную руку в свою. Он не стал противиться. Джов знал, жена всегда на его стороне, и не хотел принимать это как должное. Когда машина въехала в ворота, он отстранился от нее и попытался вытереть взмокшие ладони.

– Ну вот и все, – пробормотал Джов.

Слуга открыл им двери автокэба. Джов вышел первым и повернулся к жене, помогая ей спуститься на мощенную булыжником подъездную дорожку.

Кивнув слуге и водителю, Джов подвел Клару к парадной двери и постучал. Глубоко вздохнув и разгладив пиджак, он приготовился войти в логово льва.

* * *

– О, Лиз, ваш повар должен дать мне рецепт этого канапе, – воскликнула Клара, когда все, включая Джова и Харлана, расселись в парадной гостиной перед подачей ужина. – У меня не получается нормально поесть с тех пор, как ребенок…

Мать Джова усмехнулась, ее нежно-голубые глаза засияли.

– Конечно, и не беспокойся об этом. Помню, я всю беременность Кейсом не переносила запаха рыбы. Ну, это еще ни о чем не говорит, правда? Никому не нравится запах рыбы.

Джов невольно поморщился от попытки матери пошутить, хотя Клара и рассмеялась. Она так старалась добиться расположения его матери. Женитьба на Зике дала бы ей больше шансов, ведь он был всеобщим любимцем. Никогда не создавал проблем. Идеальный сын.

Комната дышала богатством, о чем свидетельствовали обрамляющие камин книжные полки из красного дерева и стеклянные статуэтки, которые мать любила коллекционировать, заставляя ими все открытые поверхности. Каждая из них мерцала в свете люстры. Больше всего Джову нравилась фигурка короля Артура на приставном столике. Единственная история, которая приходилась Джову по вкусу, – ну, если ее ему читали. Он не был похож на Кейса, который всегда радовался шансу уткнуться в пыльный фолиант.

Джов поднес бренди к губам, и лед со звоном ударился о тонкое стекло. Отец повторил его движения.

Узнав о предстоящем рождении своего первого внука, Харлан только и сказал: «Спасибо».

И больше ничего. Ни улыбки. Никаких поздравлений. Только спасибо.

Джов до сих пор не мог понять, что это значит. Похоже, никто другой тоже не понимал. Мать нервно рассмеялась и засыпала Клару вопросами, на которые жена с удовольствием принялась отвечать. Джов не обращал на это особого внимания, больше сосредоточившись на выпивке и не притрагиваясь к канапе. Будь здесь Кейс, обязательно сказал бы что-нибудь возмутительное или неловкое. Джов с радостью поддержал бы спарринг-матч против своего младшего брата, если бы это вынудило Харлана молчать.

Да и чего удивляться реакции отца? Чего еще мог ожидать Джов? Улыбки? Предложения открыть бутылку шампанского?

Не-а. Просто спасибо.

– Лорд-капитан, Гвардеец, леди Селеста и леди Клара, ужин подан, – объявила служанка, сделав глубокий реверанс.

– Спасибо, горничная, – отозвался Харлан.

По крайней мере, он добавил еще одно слово к своему ответу. Даже если, очевидно, не знал и не хотел знать, как зовут служанку. И неважно, что Зури жила с ними с тех пор, как Джов учился в гимназии. Он поставил бокал на приставной столик и направился в столовую.

Ужин был вполне терпимым, хотя бы из-за женской болтовни. Джов никогда не чувствовал себя по-настоящему комфортно в комнате с длинным столом, высоким потолком и люстрой со свечами. В этом священном зале не было электричества. Джов знал, мать хотела внедрить сюда новые технологии, но Харлан отказался. Вероятно, из-за измены дяди Иезекииля, связанной с электричеством, но Джов не был уверен.

Ковыряя жаркое и очерчивая указательным пальцем позолоченные завитки на скатерти, Джов пытался прислушаться к беседе. По крайней мере, жена и мать не обращали внимания на молчание Харлана. Их болтовня делала ужин чуть менее неприятным. К тому же Джов сдержал слово не ссориться с Лордом-капитаном. Если удастся продержаться еще час, он сможет заснуть без угрызений совести.

Но стоило ему положить в рот кусочек шоколадного пирога, название которого он и сам не смог бы произнести, как Харлан нанес первый удар.

– Мне не нравится, что ты бросаешь мне вызов на встречах Совета. – Харлан отрезал ножом верхушку своего десерта и положил лакомство в рот с изяществом, за которое убил бы даже лебедь.

Джов сжал приборы так крепко, что, казалось, едва их не погнул. Медленно он отложил их, чтобы не поддаться искушению проткнуть стол или пирог. Разговор женщин прервался. Джов сложил дорогую тканевую салфетку рядом со своей изящной тарелкой, посетовал на то, что не доел последнее блюдо, и одним взглядом извинился перед Кларой.

– Мне жаль, что ты так думаешь. – Джов пристально посмотрел на отца. – Однако, подозреваю, Высший совет не одобряет обсуждения конфиденциальной информации вне заседаний.

– То, что я говорю в своем доме, не требует чьего-то одобрения.

Джов взглянул в умоляющие глаза Клары и встал с кресла.

– Может, мы цивилизованно поговорим об этом в гостиной?

Харлан положил свой нож и вилку, а также салфетку, после чего встал. Слуга поспешил задвинуть стул обратно, когда Харлан отошел от стола.

Джов последовал за ним, проводя языком по зубам. Они не смогли продержаться даже одну ночь – ночь, которая должна быть радостной. Праздничной. У Джова и Клары скоро родится ребенок. Но нет, Харлану нужно было прогнуть всех под себя.

Закрывая дверь, Джов услышал, как мать велела Зури положить остатки пирога в холодильник. Лорд-капитан провел его в гостиную, и Джов успел заметить там брошенный бокал с бренди, прежде чем Харлан повернулся к нему.

– А теперь давай поговорим, как ты там выразился, цивилизованно? – Харлан скрестил руки. Его усы подергивались. – Ты не должен противоречить мне на собраниях.

– Я Гвардеец, Лорд-капитан. И не просто так на своем посту. – Джов постарался сохранить ровный тон. И у него это получалось примерно так же, как если бы он тащил в гору двенадцатитонный валун. – Я лишь констатировал факты. Факты, которые страдитам необходимо знать.

Харлан сузил глаза.

– Сарсон ждет любого удобного случая, чтобы сместить меня, и теперь Рихтер на ее стороне.

Джов прикусил язык. Он обещал Кларе. У них с Харланом простой разговор, не более того. И на тон можно внимания не обращать. Харлан так начинал любой спор, и чаще всего Джов заглатывал наживку, но не в этот раз.

– А сегодня у тебя хватило наглости пойти против моего плана.

Потому что Харлан собирался уничтожить невинных людей. Используя силы агентов специального назначения и шпионов, которые Джейд имел по ту сторону Нарденов, Лорд-капитан хотел после смерти Корреа уничтожить сам город Сол Адрид. Чтобы показать Сирулину, кто на самом деле обладает властью на Ялваре.

Джов отхлебнул бренди из своего бокала. Сглотнул, тяжело дыша через нос. Ему требовалось больше алкоголя.

– Я должен выглядеть беспристрастным. Семейные узы не могут мешать работе. Я думал, ты поймешь.

Харлан ударил кулаком по стене рядом с книжной полкой, отчего ее содержимое загрохатало. Его ореховые глаза пылали.

– Не смей мне это говорить! Ты и остальные будут сидеть сложа руки и ничего не делать, пока Сирулин загребает власть. Я единственный, кто может хоть что-то сделать!

На этом он не остановился. Отец сплюнул на зеленый ковер, и его плевок остался темным пятнышком на драгоценной шерсти.

– Миссия с ялвами была и моей идеей. Но, видимо, у меня не один, а целых три бесполезных сына, которые пошли по стопам своего проклятого дядюшки.

Глаза Джова залила алая пелена, и мужчина швырнул в камин бокал, где тот разлетелся на тысячу осколков.

– Бесполезных? Я сделал себе имя. Сам. Я возглавляю Стражу!

Вся сдержанность, которую он мог проявить, разбилась вместе со стаканом. Джов ткнул пальцем Харлану в лицо.

– Ты заставил меня послать их! А я по глупости согласился, думая, что все это ради выживания Джейд. Может, они все уже погибли, но тебе плевать! Тебе никогда не было до нас дела. Если мои братья не вернутся, их смерть будет на твоей совести. Как и смерть Аны. Как и дяди Иезекииля. Тебя волнует только эта дурацкая форма и твоя собственная проклятая гордость.

– Я отказываюсь, чтобы со мной так разговаривали в моем собственном доме. Я твой отец.

Харлан толкнул его на приставной столик, и сверкающая статуэтка короля Артура упала об пол. Осколки стекла, словно разбитые звезды, заблестели в свете люстры.

Джов уставился на них, с трудом сдерживая слезы, гнев и разочарование бурлили в его жилах. Голос надломился, когда он выплюнул:

– У меня нет отца.

Он взял себя в руки и вышел в прихожую, где его ждали Клара с матерью. Не давая себе совершить ничего необдуманного, Джов направился к входной двери и снял пальто с крючка.

– Извини за статуэтку, мама.

Шаги Клары мягко стучали по расписанному вручную кафелю, пока его мать вызывала машину. Он успокоил себя как мог, прежде чем повернуться.

– Прости, что не сдержал обещание.

Она ничего не ответила, только взяла его руку в свою. Через минуту к подъезду подкатил шофер, и Джов помог жене забраться внутрь. Сам тоже сел и, покопавшись в кармане, достал сигарету и зажигалку. Клара бросила на него мрачный взгляд.

Как раз в тот момент, когда Джов собирался сказать водителю ехать к их дому, кто-то постучал в окно. Окажись это Харлан, Джов бы, наверное, врезал кулаком по хлипкому стеклу, но то был не отец – просто измученный посыльный. Джов открыл дверь.

– Простите за беспокойство, Гвардеец. Мне велели доставить вам это. – Он поклонился и протянул конверт. Джов взял его. На нем красовалась личная печать Хедди – сова на фоне Первой луны.

Посыльный зашагал вверх по лестнице в поместье. Джов прищурился. Должно быть, это как-то связано с Высшим советом, раз гонец несет послание и Лорду-капитану.

– В чем дело, милый?

Джов пожал плечами.

– Это от Хедди. – Он со щелчком закрыл дверь. – К таунхаусам на Эйвери, пожалуйста.

Водитель кивнул, и машина тронулась с места. Вонь ялварского топлива щекотала обоняние Джова, пока он запихивал сигарету и зажигалку обратно в карман. Ярость, все еще пульсирующая в его венах, не унималась. Он сломал печать и достал лежащий внутри пергамент.

Это было короткое послание, написанное аккуратным почерком Хедди.

«Страдит Форрест Рихтер мертв. Вероятно, кто-то играет нечестно».

Глава 20

Последнее настоящее обещание

Халли

Xалли проснулась от шипящего свиста электрического разряда. Когда она вскочила с кровати, ее испуганный вздох затерялся в несущихся снаружи нечленораздельных криках.

Она посмотрела на спящую Эббу, что лежала на соседней кровати. Лишь одинокий локон шевелился от глубокого и размеренного дыхания. Звезды, как она до сих пор спит?

Еще крики. Еще один выстрел электропистолета. Звук шагов по металлу.

Халли сунула ноги в ботинки, не потрудившись ни завязать их, ни закрутить волосы в пучок. Пряди русых волос лезли в глаза, когда она, спотыкаясь, вышла в коридор.

– Кейс!

Он замер в дверях корабля и бросил взгляд в ее сторону. Кейс держал электропистолет наперевес, его глаза ярко горели в свете искрящегося дула оружия.

– Зик кого-то поймал, кто-то бродил вокруг нашего лагеря.

Халли на негнущихся ногах вышла из корабля вслед за Кейсом и спустилась по лестнице. Зик и Бен стояли рядом с лысым человеком, чьи черты лица были перекошены, а руки и ноги дергались, пока разряд электричества все еще прокатывался по телу. Мужчина лежал на боку, рот ему заткнули тряпкой.

Но Халли видела лишь татуировку, выбитую на бледной шее мужчины.

Три переплетенных голубых бриллианта смотрели на нее в бледном предрассветном свете. Этот символ Халли знала и научилась бояться, живя так близко к границе с Сирулином. Он означал ужас и боль.

– Солдат сирлов, – прошептала Халли, когда мужчина попытался выплюнуть изо рта кляп.

Стоящий на коленях Зик поднял брови и посмотрел на нее.

– Ты уверена?

– Конечно, уверена, – ответил Кейс, пихнув сирла в бок. – Она ученая и выросла у границы.

Бен взвел пистолет и приставил его ко лбу мужчины. В голосе агента прозвучал холод, которого Халли никогда раньше не слышала. Его слова и тон заморозили воздух раннего утра в ее легких.

– Кто бы он ни был, все одно не переживет удара током в мозг. – Он поднял голову, продолжая держать оружие у головы мужчины. – Его пистолет у вас, верно?

Зик махнул другой рукой: он держал небольшое огнестрельное оружие. По размеру и внешнему виду оно напоминало электропистолет, но ствол был зазубрен и истерт, как старая веревка, а металл имел едва заметный голубой оттенок.

– Не убивайте его, – пискнула Халли. Ее руки и плечи тряслись, несмотря на то что она пыталась их успокоить.

Но если бы Зик не поймал его…

Сирл дергался и боролся со своими путами, но затих, когда Бен убрал дуло от его головы и ударил прикладом. Халли отшатнулась, прикрыв глаза руками: из виска мужчины хлынула кровь и потекла по щеке, капая с длинного носа.

– Каких звезд ты это сделал? – крикнул Зик. – Нам нужны ответы! Ты, как никто другой, это знаешь.

Но Бен так и не успел ответить.

Взрыв, похожий на пушечный, эхом отразился от деревьев и останков «Юдоры Джейд». Яркий голубой свет ослепил Халли, хотя она по-прежнему прикрывала глаза. Крик разорвал воздух. Ее собственный.

Что-то огромное прилетело ей в грудь, и она вместе с ним рухнула на холодную твердую землю. Корни и камни, как ножи и зубы, впились в ее спину, плечо. Она все так же не открывала глаза.

– Халли!

Она моргнула и увидела над собой лицо Кейса. Недавно зажившее плечо болезненно дернулось.

– Что…

Он потянул ее за другую руку.

– Бери Эббу и прячься. Сейчас же.

– Почему?..

Но тут она наконец увидела картину вокруг себя. Срубленные на половину высоты деревья, упавшие назад стволы. Бен, Зик и сирл лежали на земле без движения.

Еще один крик вырвался из ее груди, когда четыре силуэта материализовались на краю расщелины. Трое несли диковинный пистолет, как тот, который Зик отобрал у пленника, а крайний слева взвалил на плечо оружие побольше. Из его конца все еще валил бесплотный голубой дым.

Кейс бросился за оброненным электропистолетом и выпустил несколько разрядов подряд.

– БЕГИ, ХАЛЛИ!

Большинство выстрелов прошли мимо, но один попал в ногу сирла слева. Тот вскрикнул и накренился вперед, его массивное оружие упало с плеча. Из места попадания разряда посыпались золотистые статические искры, охватившие затем все тело. Он дергался и корчился, крича от боли.

Его спутники вскинули оружие, прицелившись в поднявшегося с колен Кейса, но тот снова нажал на спусковой крючок.

С концов трех пистолетов сирлов сорвался голубой огонь. Один попал в «Юдору», другой – в сломанное дерево справа от Халли, но последний столкнулся с разрядом.

Треск, подобный молнии и грому, оглушил Халли, когда две энергии взорвались. Электричество и огонь обожгли ей сетчатку, она закрыла уши и упала на землю рядом с Кейсом.

Тьма, свет, лед и огонь.

Все это бушевало в ее теле.

Кто-то схватил Халли за руку, и пальцы пощупали запястье в поисках пульса. Сердце запиналось.

– Халли! Ты меня слышишь?

Кейс.

Она открыла глаза. Стволы и ветки горели; искры, как звезды, лизали небо над головой. Кейс оставил в покое ее запястье и обхватил лицо. Его руки были грубыми и в то же время скользкими. Она молилась, чтобы это была не кровь.

– Сирлы не двигаются. Бери Эббу и начинайте спускаться с горы.

Слезы застилали ей глаза, а паника пронзала грудь, как когти.

– Но Зик… Бен…

Он опустил руки и повернулся.

– Я позабочусь о них. Думаю, второй взрыв их не задел. Не знаю, как мы не погибли… Просто уходи, у нас нет времени!

Кости болели, легким не хватало воздуха, но Халли поднялась на ноги и помчалась вверх по корабельному трапу. Чудесным образом ни первый взрыв, ни второй не повредили его, лишь сбоку остались черные следы, похожие на отпечатки пальцев. Вот почему Джейд хотел достать больше зуприума. Этот металл ничего не брало.

Не успела она дойти до их спальни, как Эбба, спотыкаясь, вышла, держась за голову. Между пальцами сочилась кровь.

– Благие звезды! – воскликнула Халли. Она бросилась к подруге, но боль пронзила лодыжку, и она споткнулась, хватаясь за стену.

– Оно только выглядит паршиво… кажется. – Эбба не убрала руку. – Очнулась, когда что-то раскачало «Юдору» и сбросило меня с кровати. Чудо, что я не разбила себе нос.

Халли выпрямилась и, прихрамывая, пошла вперед.

– Сирлы. Надо убираться отсюда.

Эбба уронила руку. Кровь размазалась по волосам и потекла по виску и щеке.

– Что? Ты серьезно?

Халли кивнула и прошла мимо нее. Она осмотрела каюту и взяла две вещи: сумку и куртку. Часы Джека уже лежали в кармане.

– Я не хочу покидать «Юдору». – Эбба снова взялась за голову, следуя за Халли внутрь. – Мне нужно больше времени.

Халли переплела конец косы и повернулась. Ее грудь горела, а дыхание сбилось.

– Если карта верна, то до ялвов меньше дня пути, а мы не знаем, не придут ли еще сирлы.

В больших карих глазах Эббы блеснули слезы.

– Мне все равно. Я не могу его бросить. Не сейчас.

– Кого – его?

Эбба провела рукой по своим кудрям, еще больше запутав их.

– Ее. Я не могу оставить ее, «Юдору».

Халли взяла ее за плечи и слегка сжала.

– Наша задача – найти ялвов. А теперь бери все, что тебе нужно. Мы должны идти.

Эбба ничего не сказала, только вырвалась из рук Халли и смахнула слезу, размазав кровь по щеке. Она быстро разобралась с вещами, взяв лишь шерстяное пальто и сунув в карман пиритовый камень.

– Идем, – хрипло сказала Эбба, проталкиваясь мимо Халли.

Бросив последний взгляд на их дом, где они жили последние несколько месяцев, Халли последовала за ней. Это всего лишь корабль, кусок металла. Но в тот момент ей показалось, что она расстается с другом. Одеяло было смято, сундук – распахнут. Лучи восходящего солнца и отблески горящих деревьев сияли на разбитом оконном стекле. Она покачала головой и, прихрамывая, вышла из каюты.

Когда Халли покинула корабль, ее охватил жар. А вдруг враги подожгут всю гору? Смогут ли они обогнать пламя? Что, если пожар достигнет Миррая?

Даже несмотря на панику, Халли почувствовала облегчение, когда увидела остальных. Зик и Бен были на ногах, оба осматривали сирлов. Бен изучал большое оружие. Хотя грязь и запекшаяся кровь покрывали одну сторону его лица, с ним, похоже, все было в порядке.

– Это один из прототипов ручных пушек, – сказал он, поднимая ее. – Не знаю, как далеко мы сможем утащить такую громадину, но лучше сбросить ее со скалы, чем оставить здесь.

Зик проверил пульс одного из сирлов. Его пальцы были покрыты сажей и засохшей кровью.

– Они не мертвы, но о том, чтобы убить их сейчас, не может быть и речи.

– Что… – начал Кейс. Он стоял лицом к лесу, держа электропистолет наготове.

Зик встал.

– Они беззащитны, и нам не нужно навлекать на себя возмездие.

– Но они чуть не разнесли нас к звездам!

Халли вцепилась пальцами в ремешок сумки.

– Давайте просто уйдем. Пока нас не нашел кто-нибудь еще. Пожалуйста!

Кейс встретил ее взгляд и кивнул. Положив пистолет в кобуру, он побежал трусцой. Зик и Бен последовали за ним. Эбба опиралась рукой о борт корабля, по ее лицу текли слезы.

– Прости, что не смогла тебя вылечить.

Проходя мимо, Зик положил руку ей на плечо.

– Идем.

Бен поднял пушку на плечо и повел их в горящий лес.

Кейс

Несмотря на то, что они прошли километра три, вонь гари обжигала нос Кейса. Она чувствовалась в каждом вздохе и каждом шаге. Команда пока что опережала пламя, и он молился о дожде. Нельзя допустить, чтобы сгорел весь лес. Что, если огонь доберется до Миррая? Что, если ялвы отвергнут их, раз Кейс сжег их дома?

Ведь все началось из-за того, что его выстрел столкнулся с другим.

Он крепче сжал электропистолет, и на лбу у него выступили бисеринки пота. Кейс вытер их дрожащей рукой.

По мере того как команда спускалась с Хаддонского перевала в долину, лес становился все гуще и разнообразнее. Вечнозеленые деревья пробивались среди других, впрочем, до них всех Кейсу не было никакого дела. Даже несмотря на столь позднее время года, растения все еще не сбросили большую часть листвы. Это означало лишь одно: теперь труднее разглядеть, что ждет их впереди, а что – сзади.

Во время спуска никто особо не разговаривал. Кейсу было все равно. Утреннее нападение крутилось в его голове.

Только когда они достигли небольшого ручья, Нагс объявил привал.

– Не знаю, как далеко мы от Миррая, но ялвы не оценят нашего появления с оружием сирлов. Давайте отдохнем, а я пока поищу место, где можно его спрятать.

Он взвалил пушку на плечо и пошел было прочь, как вдруг его нагнали слова Зика.

– Халли сможет объяснить ялвам, что произошло.

– Со мной все будет в порядке. – На висках Нагса дрогнул мускул. – Поверь, нам не стоит появляться здесь вооруженными.

Кейс оглядел остальных. Халли сползла по одному из стволов дерева и рылась в своей сумке. Эбба, напротив, смотрела в сторону ручья. Кровь из раны на голове засохла на ее щеке, шее и рубашке, но она так и не удосужилась вытереться.

Ему предстояло мирить своего лучшего друга и брата.

Он встал между ними. Зик сказал:

– Оставайся здесь. Я быстро осмотрюсь, проверю, что за нами никто не следит, а потом мы решим, как быть с этой пушкой.

– Это мой выбор, подполковник Шекли, а не ваш, – проворчал Бен. – Я отвечаю за эту миссию. Гвардеец сам меня назначил.

«Я разбил корабль. Я устроил пожар. Это моя вина».

Кейс взмахнул пистолетом, от которого полетели искры.

– Заткнитесь! Оба! Зик, иди и убедись, что звезданутые сирлы нас не догнали. Нагс, брось где-нибудь эту штуку, но будь начеку. Нам сейчас не до ссор из-за всяких глупостей.

«Успокойся. Последуй собственному совету».

Зик пожал плечами, но Нагс окинул его тяжелым взглядом, после чего отправился вверх по ручью. Кейс убрал электропистолет в кобуру и провел рукой по волосам.

– Громы и молнии.

– Не смей так всеми командовать, – устало и сердито сказала Эбба. – Это ты виноват в том, что мы попали в такую передрягу. Это ты разбил «Юдору».

Лицо Кейса вспыхнуло.

– Я же не хотел, чтобы двигатели отказали.

«Но она права».

– Ты врезался в ту колонну.

– Эбба, – поднял руки Зик. – Успокойся.

Кейс потянул себя за волосы.

– Ты же механик! Почему корабль не работал? А?

Эбба бросилась на него, оскалив зубы.

– Я просто хотела спасти его!

– Кейс, – прошипел Зик, поймав Эббу за руку.

– Что тебе до того, если мои родители окажутся в тюрьме для должников? – закричала она. – Что тебе, если мы никогда не вернемся? Я слышала разговоры на аэродроме. Если ты покажешься в Кивине, то предстанешь перед судьей за то, что сделал с тем пилотом!

Халли перестала рыться в сумке и встала.

– Не ты одна беспокоишься о возвращении домой, Эбба.

Та бросила на нее взгляд, но вместо ответа повернулась на пятках и зашагала в противоположную от Бена сторону.

Плечи Зика расслабились.

– Я иду патрулировать. Постарайтесь вести себя благоразумно, пока меня не будет.

А потом он тоже ушел. Щеки Кейса все еще горели после ссоры и от собственного стыда. Если бы он не врезался в колонну, корабль бы не пострадал. Все было бы в порядке. Они бы не столкнулись с сирлами. Возможно, были бы уже на пути домой.

Великий взрыв.

Спотыкаясь, он подошел к ручью и упал на колени. Зачерпнув немного воды, умыл лицо. Ему нужно было успокоить нервы, чтобы сохранить самообладание. Затерянные в этой долине ялвы остались их единственной надеждой. Кейс должен был найти их. Должен был все исправить. Эбба не ошиблась.

Он как раз зачерпнул еще пригоршню воды, когда до его ушей донеслось сопение. Повернувшись, он стряхнул воду с пальцев. Халли не двигалась с места, но ее плечи тряслись, а руки закрывали лицо.

– Халли? – Он вытер мокрые руки о брюки. – Халли, что случилось?

Она закрыла глаза и прижала к ним ладони. Мягкий ветерок прошелся по деревьям и подхватил выбившиеся пряди ее волос.

– Ялвы, при всем их могуществе, не смогут починить наш корабль, и я сомневаюсь, что у них найдется какое-то свое судно. Что же нам делать? Мои родители… теперь они потеряют обоих своих детей. Я никогда не смогу открыть школу. Никогда не доживу до старости. Мне не следовало уходить из дома. Это все моя вина.

Ее слова огненной стрелой пронзили его сердце. Было больно. Горько. Что терял Кейс, не имея возможности вернуться? Что упускал?

Ничего. Потому что уже потерял все, что имело значение.

Но, глядя на Халли, он понял, какой эгоист. Не все были в его положении. Не все пережили его травму. Были и те, кому эта миссия стоила всего, даже если ему уже нечего терять.

Он пожевал внутреннюю сторону щеки и шагнул к ней. Она не шелохнулась, только продолжала рыдать, скрючившись на усыпанной листьями земле.

– Я обещал тебе вчера, что мы найдем способ вернуться, и мы это сделаем.

Она не поднимала глаз.

– Как?

Кейс присел на корточки рядом с ней.

– Я не знаю, но у нас нет другого выбора, кроме как верить в это. Разве не это ты мне говорила?

Наконец она взглянула на него. Ее глаза в солнечном свете, пробивающемся сквозь деревья, были похожи на сверкающие драгоценные камни.

– Да, но… с сирлами, и даже Эбба не смогла…

Кейс взял ее руки в свои. Ее ладони были мокрыми от слез, холодными от осеннего воздуха и нежными в его мозолистых пальцах.

– Знаю, но когда я даю обещания, то всегда их выполняю.

Ложь обожгла ему язык. Последнее настоящее обещание, которое он когда-либо давал, закончилось тем, что Кивина оказалась в огне.

Халли снова всхлипнула и слегка отвернулась. Она вынула свои руки из его и встала, вытирая остатки слез.

– Ты прав. Если я хочу в чем-то убедить ялвов, мне нужно быть на высоте. О возвращении домой… мы позаботимся позже.

Глава 21

Звездный свет

Кейс

D освещающих деревья лучах заходящего солнца команда продиралась сквозь редеющий лес, переходящий в густой подлесок. Кейс плотнее натянул куртку на плечи и сжал в руке свой электропистолет. На ладони, наверное, навсегда следы останутся.

Согласно карте Джова и расчетам Халли, место назначения появится на горизонте, когда они окончательно спустяться с перевала в долину. Наконец-то путешествие подойдет к концу. Халли оставалось только убедить ялвов присоединиться к ним. Пустяки. Как он надеялся.

Передохнув и выпив немного воды из фляги, которую Халли положила в свою сумку, Кейс последовал за остальными на следующий холм. Он взмахивал пистолетом каждый раз, как оглядывался на лес позади. Никаких звуков, кроме тех, что они сами издавали во время движения, он не слышал. Ничто не шевелило деревья, кроме ветра. Может, сирлы на месте крушения были единственным отрядом, а может, они все еще не пришли в себя?

Когда спутники поднялись на вершину холма, Кейс понял, что это не имеет значения. Все это больше не имело значения.

– Нет, – ахнула Халли. – Нет, нет, нет…

Холод, как от ледяного зимнего ветра, зародился в сердце Кейса и потек по рукам и ногам.

Вместо сияющего города, кишащего ялвами, перед ними лежали разоренные и изуродованные груды камня и металла. Мох, лианы и другие растения окутали обломки. Одинокий олень у городских ворот бросился в лабиринт руин.

Разбитые, горящие звезды.

Они никогда не доберутся до дома.

Халли, несмотря на хромоту, побежала по направлению к городу, волосы развевались, как огонь в свете позднего полудня. Кейс и Нагс последовали за ней.

– Халли! – крикнул Кейс. – Подожди!

Но она не слушала, не останавливалась, пока не достигла городских ворот и не упала перед ними на колени. Они с Нагсом замедлили шаг.

– Нельзя просто так убегать, – сказал Бен, с трудом переводя дыхание. – Нам нужно сперва оценить ситуацию.

Кейс только кивнул, не в силах сказать что-то еще. Халли подняла глаза, полные отчаяния и боли.

– Должно быть какое-то объяснение. В городе должен остаться хоть кто-то. Я должна… должна…

– Это не твоя вина. – Кейс откинул назад влажные кудри. – Нас неверно проинформировали.

Тогда виноват Джов?

Он не мог этого предвидеть. Кейс сглотнул желчь, поднявшуюся в горле. Джов признал, правительство солгало о том, что ялвы вымерли. Неужели и это было очередной ложью? Как много скрывала Стража?

Кейс присел рядом с ней на корточки и положил руку ей на плечо.

– Может, это другой город? Карта была старой. Возможно, Миррай находится где-то…

Он осекся, когда Халли указала на арку городских ворот. Сооружение возвышалось над головой и соединялось с разрушающейся стеной по обе стороны. Саму арку строители возвели из зуприума, узнаваемого на свету по бронзовому блеску. Каждый кирпич был недвижим, словно врос в место. На краеугольном камне были нацарапаны символы, в которых Кейс смутно узнал ялвенский язык.

– Звездный свет. Это… был Миррай, – напряженным голосом перевела Халли.

Надежда исчезла. Шаги позади заставили Кейса сжать электропистолет, но это были Эбба и его брат. Ремонтница заговорила первой:

– Значит, все это было зря?

Кейс убрал оружие в кобуру и помог Халли подняться на ноги. Она спрятала лицо за прядями каштановых волос, выбившихся из косы, которую не стала поправлять.

– Я возвращаюсь на «Юдору», – продолжила Эбба.

– Нет. – Нагс провел рукой по своему изможденному лицу. – Посмотрим, сможем ли мы найти убежище на ночь. Завтра поищем что-нибудь, что пригодится в починке корабля.

Эбба что-то пробормотала себе под нос, но последовала за остальными членами команды в город.

В угасающем свете дня каждая тень и щель казалась огромной. Кейс вздрогнул. Многие здания, построенные из камня и зуприума, рухнули. Улицы были завалены обломками. Время, ветер и дождь источили камень, но зуприум выглядел по-прежнему. Чудо-металл. Но это не означало, что его нельзя скрутить и исковеркать, как те куски, что валялись справа от Кейса, когда они заходили в арку.

Нагс повернулся, и Халли едва не наткнулась на него. Она была на грани слез. Кейс ее понимал. Зайти так далеко и обнаружить, что они потерпели неудачу? Сердце разрывается. Знать, что их единственная надежда вернуться домой исчезла? Ужасно. И все же какая-то его часть испытывала облегчение. Эгоистичная часть.

Хоть раз в жизни он был свободен.

– Давайте разделимся, – сказал Нагс, постукивая пальцами по электропистолету, пристегнутому к ноге. – На две группы.

Халли кивнула, вытирая глаза, но Эбба скрестила руки.

– Я остаюсь на месте. А ты иди ищи.

– Эбба… – начал Зик.

Нагс поднял руку.

– Нет. Мы не знаем ситуации. Как руководитель этой миссии, я должен убедиться, что все в безопасности. Ты пойдешь с одной из групп, понятно?

Она закатила глаза и, не дожидаясь никого, ушла. Халли вздохнула.

– Я пойду с ней.

Кейс поднялся.

– Я тоже.

Нагс нахмурился, но кивнул.

– Мы с Зиком пойдем в ту сторону. – Он указал в противоположную той, куда ушла Эбба. – Встречаемся через час. Понял?

Кейс снял с предохранителя свой электропистолет и последовал за Эббой в запустение, некогда бывшее ялвенским городом Миррай. Он только слышал рассказы о нем, да и то урывками. Здания не давали ни малейшего представления о том, чем они могли быть в прошлом. Халли, вероятно, знала, поскольку на каждом разрушенном дверном проеме на оставшихся зуприумских кирпичах виднелись символы. Он не стал спрашивать, что они означают. Кейс не хотел знать или сочувствовать давно умершим ялвам, которые когда-то жили здесь. Он вообще ничего не хотел чувствовать.

– Куда, ради звезд, она подевалась? – напряженно спросила Халли.

– Если прислушаемся, уловим, как она проклинает Нагса.

Халли оглянулась: волосы развевались на ледяном ветерке.

– Не стоит винить Эббу. Ее работа заключалась в том, чтобы чинить корабль, а она его потеряла.

– Это вина сирлов, а не Нагса, – возразил Кейс. Неправда. Он опустил плечи. – Ну, вообще-то, моя, наверное. Это я его разбил.

Халли положила руку на его предплечье. Не говоря ни слова, она просто сжала его и отпустила.

Они молча продолжили поиски. Заглядывали в дома и лавки, не находя под обломками ничего примечательного, что можно было бы сдвинуть с места. К сожалению, ничто в Миррае не могло помочь им починить корабль, хотя Кейс не был уверен, что они вообще ищут. Как можно что-то починить, если не знать, что именно не так?

«Это моя вина». Его новая мантра. Кейс тяжело сглотнул и продолжил поиски.

Ближе к назначенному времени встречи они так и не нашли Эббу, но Кейсу было все равно. Возможно, она где-то прячется или даже возвращается на корабль. С каждым последующим зданием, в котором не встречалось ничего полезного, он обнаруживал, что его вообще ничего не волнует.

– Благие дни, что это, по-твоему, такое? – прошептала Халли. Ее голос был полон изумления и благоговения.

Кейс поднял глаза, оторвавшись от останков какого-то разваливающегося ящика. Судя по покрытым ржавчиной тесакам, которые все еще свисали в разбитом окне, он решил, что в здании позади них была мясная лавка.

Даже несмотря на разруху, оно оставалось красивым. Более того, осыпающийся камень и отсутствующая крыша делали его еще более завораживающим. В сумерках зуприумские кирпичи и декор сияли, излучая свой собственный свет. Ползучие, змееподобные растения, еще не отмершие перед морозами, ползли по стенам и проникали в окна без стекол. Будь Кейс в Кивине, он бы назвал это здание собором. С готическими арками и обветренным фасадом, украшенным статуями неизвестных ялвов, оно, должно быть, имело большое значение в годы своего расцвета. Здание напоминало ему более роскошную версию того строения, которое они нашли в лесу перед нападением истуканов.

– О звезды, это должно быть оно. Это… храм Врат, – выдохнула Халли, когда они вышли на заросший двор перед зданием.

– Что?

Она полуобернулась.

– Это из книги. У меня все еще осталось несколько переведенных страниц в… – Она порылась в своей сумке и достала альбом. Перелистывая страницы, Халли улыбнулась про себя. – Да, описание Джаспера Моргана почти…

Что там за описание, Кейс так и не узнал, потому что Халли перебили.

Не успел он выстрелить или даже пошевелиться, чтобы выхватить электропистолет, как раздался голос. Судя по глубокому баритону, говорил мужчина, но не это заставило Кейса похолодеть до глубины души. Голос был шелковистым, а звук «с» – слишком длинным.

– Я бы не стал за это хвататься, если не хочешь получить пулю в череп.

Кейс тяжело сглотнул. Дыхание Халли участилось, и он попытался собраться с мыслями. Но сирл не отличался терпением.

– Бросай оружие. Ты и твоя шилка нам не ровня.

Кейс не знал, что такое шилка, но крепче сжал пистолет, все еще не поворачиваясь.

– Как по мне, ты блефуешь.

– Кейс, – чуть слышно прошептала Халли, и он взглянул на нее. Ее глаза были широко раскрыты, а кожа была бледнее Первой Луны. Ему требовалось придумать план, и придумать его еще тридцать секунд назад.

Раздался вздох. Не Халли.

Кто или что это было?

Он убрал руку с электропистолета.

– Честно говоря, я думал, этот проклятый неестественный шторм вас прикончит. Нас он почти убил.

Тишина. Кейс попытал счастья.

– Я не уверен, чего вы хотите. Мы, как и вы, застряли на этом забытом звездами краю света.

При следующих словах сирла у него внутри все оборвалось.

– Я сказал, брось оружие. Если ты этого не сделаешь, пострадает твой друг. Как и ты.

Он сделал то, что было сказано: снял с предохранителя электропистолет и положил его у ног. Они с Халли повернулись.

«Думай. Как вы можете выкрутиться? Звездец. Зик и остальные в порядке?»

Но все мысли разбежались, когда он увидел, кого поймали сирлы. Светловолосая женщина с татуировкой в виде бриллианта на шее держала истекающую кровью Эббу. Волосы незнакомки были заплетены в косички и скручены в узел на макушке.

– Эбба! – пискнула Халли.

Второй сирл был высоким худым мужчиной с такими же золотистыми волосами и косами. Тот же длинный тонкий нос и одинаковые татуировки. Слишком глубокий голос не соответствовал облику, сирла будто мог сбить с ног легкий летний ветерок. А вот его пистолет говорил о многом. Такой же, с зазубренным стволом, какой Зик отобрал у другого. Сирл помахал им между ними. Эбба вцепилась одной рукой в запястье женщины, а другую сжала в кулак. Сирла крепко сжала ей горло, и рука Эббы упала, а глаза наполнились слезами.

– Пожалуйста. – Голос Халли слегка дрожал, и Кейс мельком взглянул на ее сжатые кулаки. – Мы путешественники с Тев Рубики, и мы здесь изучаем растительный мир. Вот и все. Наша подруга пошла за мхом аказия, который растет исключительно на зуприуме.

Если бы на кону не стояли жизни людей, Кейс бы рассмеялся. Какая ужасная ложь.

– Мы знаем, что вы работаете на джейдианское правительство. Мы следили за вами, как и предположил этот джиро.

– Раз уж он догадался, что вы следили за нами, я бы не сказала, что он джиро, – парировала Халли, ее голос крепчал с каждым словом. – А теперь освободите нашу подругу, и мы уйдем.

Кейс вздрогнула, когда сирл направил ствол своего пистолета ей в сердце.

– Халли…

Она сузила глаза, глядя на сирла. Весь страх, который она выказывала раньше, исчез. Сжав челюсти, Халли стояла, расставив ноги, готовая в любой момент броситься в бой.

– Раз вы так долго просто шли за нами, значит, вам что-то от нас нужно. Пожалуйста, скажите, чего вы хотите, и мы сможем договориться.

– Врата – наши. – Пистолет мужчины не дрогнул. – У Джейд нет Сущностей.

– Джаспер пытался сказать то же самое. Вратам нужны Сущности, – прошептала Халли.

– Повтори погромче, – прорычала женщина. Она сняла с пояса оружие и приставила его к голове Эббы.

– Халли, – позвал Кейс, все еще осознавая, в какой опасности они находятся. – О чем они говорят?

Никто не должен был знать об этой миссии. Лишь горстка людей. И большинство из них входили в экипаж «Юдоры». Как бы Кейс ни ненавидел своего отца, Харлан никогда бы не предал Джейд, да и Джов тоже.

Гвардеец Хедди Коппен, вероятно, знала. Неужели? Была ли она предательницей?

Халли на мгновение задумалась, прежде чем снова заговорить:

– Мы здесь не ради Врат, что бы это ни было. – Она сдвинулась с места, оба сирла напряглись, а Эбба заскулила. Рана у нее на голове снова открылась, и кровь струйками стекала по ее лицу на руку похитительницы. Халли продолжила: – Город уже давно заброшен. Поэтому спорить с нами о том, ради чего вы проделали этот путь, бесполезно. Я предлагаю вам отпустить мою подругу, и тогда мы уйдем.

– Нет.

Слово замерло на ветру, когда последние лучи света исчезли за горизонтом. Остались лишь слабые отблески от взведенных пистолетов и бледные фракталы восходящей Первой луны.

«Придумай план, чтоб тебя!»

Но в тот момент он не мог ни о чем думать. Ему требовалось время, которого у него не было. Звезды. Он должен был просто выхватить оружие и выстрелить.

– Тогда давайте заключим сделку, – сказала Халли, ее голос был таким же ледяным, как и у мужчины. – Мы с вами знаем, что вы воруете зуприум или, по крайней мере, портите наши шахты.

Никакого ответа.

– Тогда, полагаю, вы готовы выслушать меня.

– Халли…

Копаясь в кармане, она прервала Кейса резким взглядом. Затем достала карманные часы, которые носила на шее с того самого дня, как он с ней познакомился. Они были маленькими, и гравировка на лицевой стороне уже потускнела. Корпус из зуприума сиял в лунном свете, точно призрак.

Халли протянула им часы.

– Насколько я понимаю, это более выгодное предложение. Пожалуйста, отпустите нас с миром. Отнесите это своему командиру как доказательство того, что Миррая не существует.

– Халли, что ты… – Но Кейс опоздал.

Все произошло точно в замедленной съемке. Халли обернулась на его голос, и тут же в воздухе пронесся электрический голубой разряд и пронзил ее руку. Она вскрикнула, и часы упали на землю. Халли споткнулась, когда последовало еще несколько пистолетных выстрелов.

К голубым вспышкам добавились золотые.

Струя голубого света ударила Эббе в грудь, она вскрикнула и обмякла в руках похитительницы. Сердце Кейса болезненно забилось в горле. Сирла дернулась, когда золотые пули прошили ее тело, задев при этом и Эббу. Лица обеих светились золотым сиянием.

Кровь пропитала брюки и рубашку Эббы. Обе распростерлись на земле. Кейс выхватил свой электропистолет и выстрелил туда, где несколько секунд назад стоял сирл, попал ему в грудь, и ее пронзило электричеством. От удара мужчина упал назад, оружие вылетело из его руки. Прямой удар в сердце.

Еще больше голубого электрического света пронеслось в воздухе, как и золотого огоня. Судя по крикам, они поражали цели. Кейс и не подозревал, что сирлов было больше. Или это крик Бена? Зика?

Из кулака Эббы вывалился осколок камня. Кейс подбежал к ней и проверил пульс.

Ничего. Из него будто выкачали остатки сил. Она была мертва. Кейс посмотрел на камень, лежавший в ее застывших пальцах, и схватил его. По какой-то причине тот был важен для Эббы, и оставлять его здесь было бы преступлением. Кейс сунул его в карман куртки.

– Отступаем! – крикнул кто-то на общем языке.

Наверное, сирл, но за ним последовали другие слова на незнакомом Кейсу наречии. Хотя он и не понимал смысла, голоса были гортанными и злобными, в них явно чувствовался гнев.

Он бросил взгляд на кровь вокруг тел. Лужа вокруг сирла была слишком велика. Никаких шансов.

– Кейс! – всхлипнул кто-то.

Халли.

Золотисто-голубые огни перестали свистеть над ними, и Кейс, повернув голову, увидел ее, задыхающуюся и хватающуюся за руку. Рубашка, брюки Халли – все было забрызгано темно-красной кровью. Такого же оттенка, что и ее наспех повязанный пояс.

– Моя рука… она горит… и мои пальцы…

Она повернулась, и ее чуть не стошнило, но все впустую.

Желчь поднялась у Кейса в горле. Он взял Халли за руку. Два пальца, средний и безымянный, были сильно повреждены, а мизинец отсутствовал полностью. Кейс закрыл глаза и пожелал, чтобы тошнота прошла. Эбба без сознания, может, вообще мертва, но Халли скоро последует за ней, если он ничего не предпримет. Сделав три глубоких вдоха, Кейс открыл глаза. Ее указательный и большой пальцы были целы, хотя и пропитаны скользкой, пахнущей металлом кровью. Но как остановить кровотечение? Не зная, что еще сделать, он сильно надавил на то место, откуда, как ему показалось, вытекала алая жидкость. Халли закричала.

– Я должен остановить кровотечение! – заорал он, нажимая сильнее.

Кейс огляделся по сторонам, надеясь найти решение, но ничего, кроме криков и грохота, их не окружало.

Кровотечение не прекращалось. Его мокрые пальцы скользили по ее коже.

«Что мне делать? Я обещал… я обещал…»

Слезы заблестели в уголках его глаз, когда он отпустил ее руку и сорвал с себя куртку.

– Я не знаю, сработает ли, но все равно попробую.

Она посмотрела на него своими медовыми глазами.

Они еще больше выделялись на фоне бледного лица. Халли теряла слишком много крови. Кейс выругался, стянул через голову свою некогда чистую льняную рубашку и схватил один из пистолетов сирлов. Вечерняя прохлада неприятно щипала кожу, но он почти не чувствовал ее.

– Сейчас будет больно, но это единственный способ…

С помощью зазубренного края он оторвал от рубашки длинную неровную полосу и отмерил несколько сантиметров выше того места, где из руки Халли продолжала хлестать кровь. Может, лучше перевязать у запястья? На локте? Звезды, где Зик, когда он так нужен?

Может, прижечь? Нет, у Кейса не было времени разводить огонь, даже если бы он мог. Прижигание. Все медицинские знания, полученные им во время обучения, вылетели из головы. Он мог вспомнить только то, что читал в рассказах. Выдуманных историях.

Стараясь дышать ровно, Кейс завязал узел чуть ниже ее локтя. Затем положил на него ствол пистолета и стал закручивать вокруг него ленту, пока Халли не дернулась и не закричала.

Кейс поймал ее за руку.

– Я знаю! Но если я этого не сделаю, ты истечешь кровью!

Кровь пропитала переднюю часть его брюк и забрызгала живот, но он туго затянул жгут. Халли стонала и плакала, и каждый раз в его грудь вонзался новый кинжал. У него не было выбора. Громы и молнии.

– Кейс! Халли! – раздался знакомый голос. Кейс повернул голову и увидел бегущего к нему Зика.

Но он был не один.

Его опережала целая орава замаскированных фигур, и к ним присоединялось еще больше, выстраиваясь в линию, словно появляясь из лучей Первой Луны. Они были высокими и слишком худыми. Один держал в руках мечи, похожие на те, что Халли и Бен нашли во время нападения истуканов.

Кейс вскочил на ноги, окровавленной рукой попытался выстрелить из электропистолета, но из ствола не вылетело ни искры. Через несколько секунд фигура в плаще вырвала пистолет из его рук.

Как он оказался здесь так быстро? Почему пистолет не сработал?

– Что, по-твоему… – Он остановился, когда фигура направила на него свое оружие. Оно было очень похоже на электропистолет и пистолет сирла, но излучало мягкий золотистый свет, как солнце. Такой с легкостью мог посрамить статические разряды на конце электропистолетов. Кейс вспомнил золотые взрывы, которые видел несколько минут назад.

Зик наконец догнал их.

– Стойте! Он… он мой брат!

Кровь стекала по лицу Зика, он получил еще один порез, не уступающий тому, который зашил после крушения корабля. Его левая рука безвольно болталась, кровь пропитала одежду на плече.

– Матерь пепла! Эбба!

Зик упал рядом с ней на колени, а фигура в плаще опустила оружие и откинула капюшон. Блестящие черные волосы мужчины, заплетенные в косу, свисали через плечо. Его лицо было бледнее пергамента, но жуткие золотые глаза сияли, как звезды в ночном небе.

– Простите, – произнес он на общем языке с сильным акцентом. – Я не знал, что она с вами.

Лицо Зика было почти таким же бледным, как уХалли. Его брат отвернулся от Эббы.

– Я не думаю… она не… – Он сглотнул и снова посмотрел на ремонтницу, которая была меньше и его самого, и сирлы. – Я не могу… не могу найти пульс. И вся эта кровь…

– Ее ранили… Сирлы схватили ее, и… и потом в нее попали светящиеся пули. – По лицу Халли потекли слезы. – Она должна вернуться к своей семье!

Золотоглазый мужчина покачал головой и махнул одному из собратьев, которые к ним присоединились.

– Поищите в городе других. Лорду-старейшине нужен живым хотя бы один из них.

Другая фигура кивнула и скрылась. Кейс только смотрел, не понимая, что происходит прямо перед ним, но тут Халли застонала, и он повернулся к ней.

– Кровотечение не останавливалось, и кажется, они задели артерию, а я не знал, что еще можно сделать кроме жгута, и…

Мужчина поднял руку.

– Я сделаю сейчас все, что смогу, но ей нужна помощь опытного целителя.

Кейс надел куртку, когда мужчина опустился на колени рядом с Халли. Он извлек пистолет сирла и натренированными руками распутал небрежно завязанный узел Кейса. Кровь Халли брызнула на его темный плащ.

– Ты… ты ялв, – прошептала Халли, когда мужчина сунул руку в мешочек на поясе и достал сверкающую пыль. Он намазал ею куски разорванной плоти и пробормотал несколько слов.

– Подождите, вы… – Кейс уставился на мужчину, мозг не поспевал за происходящим. – Что случилось с этим городом, каких звезд вы сейчас…

Он был похож на ребенка, который не знает, как связать два слова. Ялв просто поднял руку.

– Для васы нужно время.

Халли снова застонала, но через несколько секунд ее лицо залил свет от сверкающей пыли. На глазах у Кейса кожа срасталась в том месте, где вошла пуля. Два пальца, едва державшихся на руках, прижились, хоть и висели под странным углом.

«Может, меня контузило в перестрелке?» Неужели сирл прострелил ему голову и Кейс оказался в кошмарной загробной жизни? Как мужчина мог вот так просто сшить кожу обратно? Кейс знал, что ялвы обладают силой, но разве Халли не говорила, что они вымерли или что-то в этом роде из-за какого-то договора? Как она там их называла?

– Это невозможно. – Кейс покачал головой. – А как же Эбба, разве вы не можете…

– Я не могу спасти другую девушку. Она должна отправиться в последний путь. – Ялв поднял на него глаза. Они светились в ночи. – Что касается этой, то у меня нет навыков, чтобы вправить кость, но она не истечет кровью. Мы должны доставить ее в город.

Зик встал.

– Мне нужно найти еще одного члена экипажа. Он дрался с сирлом возле того, что, как мне показалось, могло быть рыночной площадью.

Нагс.

– Где он? – закричал Кейс, крутя головой по сторонам. – С ним все в порядке, он…

Ялв поднялся, вытирая руки. Остатки золотой пыли прилипли к плащу кровавыми разводами.

– Ванктр найдет всех выживших. А пока мы должны отвезти вас в Миррай.

Халли покачала головой.

– Но я думала, это… вы говорите… что-то… что случилось с этим?

Наверное, дело было в потере крови, потому что Халли никогда так не запиналась. Да и сам Кейс не знал, что сказать.

Но им не нужно было произносить ни слова.

Взмахнув рукой, ялв бросил пыль на всех троих, включая Зика. Кейс вдохнул, чтобы крикнуть или просто возразить, но пыль забилась ему в горло.

Последнее, что он увидел, прежде чем тьма накрыла его, была пара ярких золотистых глаз.

Глава 22

Когда настанет утро

Кейс

Когдa Кейс снова открыл глаза, было темно. Он дернулся и выругался – какая-то веревка впилась в его запястья и лодыжки. При каждом движении одежда шуршала по сырому камню.

– Кейс? – позвал низкий голос.

Он по-прежнему ничего не видел. Кейс не был уверен, ослеп ли он или просто нет света. Запястья горели.

– Зик?

– И Халли, – раздался мягкий голос рядом с ним.

– А Нагс? – Последовавшее молчание было слишком долгим. – Где он?

– Не знаю. Ялвы его не приводили, – слишком тихо ответил Зик.

Сердце Кейса заколотилось.

– Что ты имеешь в виду?

– Мы единственные, кого привели сюда ялвы. Все напавшие сирлы либо сбежали, либо убиты.

– А Эбба… ее тело все еще там. Она… она… – Халли не договорила.

Мертва.

В ушах Кейса зазвенело, он натянул путы.

– Значит, сирлы могли схватить Нагса? – Тишина послужила достаточным ответом. Кейс выругался. Громко. – Они будут пытать его, чтобы получить информацию.

– Мы ничего не можем сделать, – ответила Халли. – Мы тут. А он – неизвестно где.

Грудь Кейса заболела сильнее, чем горящие запястья. Неужели все так и закончится? Казнью от рук тех самых людей, которых они искали? Звездец. Раз ялвы исцелили Халли и помогли сразиться с сирлами, то почему их команда теперь здесь?

Он проверил лодыжки, но веревка оказалась слишком тугой. Замечательно. Тем не менее ему удалось перевести себя в неудобное сидячее положение. Но из-за пут и начинающейся головной боли он упал на спину, и удар отдался в черепе. Кейс застонал.

– Ты в порядке? – спросила Халли.

– У меня голова как будто кирпичом пробита, и нас держат в плену. Как думаешь?

Ее всхлип был для него как удар в живот. Кейс прочистил горло.

– Прости. Я не хотел… Может, вы объясните, что происходит? Я думал, ялвы на нашей стороне.

Халли зашевелилась рядом, словно пытаясь найти более удобную позицию. Зик, где бы он ни находился, молчал.

– Ялв, который меня вылечил, не был главным, и когда другой из его отряда увидел, что нас просто задержали, то разозлился. Думает, мы сирлы, если я правильно перевела. Пыль вырубила тебя. Нас она лишь временно парализовала, но я не помню, как мы сюда попали.

– Парализовала?

– Ялв, который исцелил меня, сказал, что позаботится о… теле Эббы.

– И где же он? Неужели он не может объяснить?

– Не здесь. Видимо, они все еще пытаются решить, друзья мы или нет, – хрипло ответил Зик.

Кейс пожалел, что не может видеть лучше. Постепенно приспособившись, он заметил слабый свет в метрах в пяти или около того перед собой. Слава луне, не ослеп. Кейс догадался, что это дверь, но свет был таким слабым, что нельзя было сказать наверняка. Неужели они попали в какое-то подземелье?

– Так. Мы застряли, Нагс у сирлов. Звездец. Халли, ты не можешь что-нибудь сделать? Поговорить с ними?

– Они не хотят слушать. Нас будут держать здесь до встречи с Лордом-старейшиной. Я так думаю.

Звезды. Они наконец-то нашли ялвов, но вышло совсем не так, как он себе представлял.

– И когда же это произойдет? Я не знаю, как долго…

Его прервал шум со стороны, где пробивался свет, и через несколько секунд дверь распахнулась. Блеск факела обжег глаза Кейса. Сморгнув слезы, он вгляделся в стоящую у двери фигуру.

Свет мерцал на бледном лице.

– Сейчас вас примет старейшина. – К ним пришел не тот ялв, что раньше, но у него была такая же черная коса и длинное лицо, как у целителя.

– Отлично. А он не спустится сюда? – Кейс хмыкнул. – Я как бы немного связан.

Фигура ялва замерцала. В мгновение ока он оказался перед Кейсом и впечатал ногу ему в живот. Кейс сложился пополам, и воздух разом вылетел из его легких.

– Ну что ж, почему бы не избить лежачего?

– Заткнись, Кейс! – пискнула Халли.

Еще один удар. Кейс закашлялся, и перед глазами на мгновение потемнело. Пытаясь перевести дух, он посмотрел в сторону Халли. Она не выглядела раненой.

К счастью для ялвов.

– Я развяжу тебе ноги, но любая попытка бежать или напасть повлечет за собой наказание, землянин, – прорычал ялв.

Когда Кейс ничего не сказал, мужчина принялся развязывать путы на лодыжках Халли, его фигура то исчезала, то появлялась вновь.

С кем они имеют дело?

Кейс вскинулся, наконец увидев брата. Смесь свежей и засохшей крови покрывала половину лица Зика и пропитала почти всю форму в районе плеча. Он выглядел еще хуже, чем раньше. Зик медленно моргал, словно для этого требовалось слишком много сил.

– Ты сможешь придержать язык или мне его удалить? – Ялв наклонился к Кейсу.

Тот попытался приподняться. Звезды, а удар был тяжелым.

– Моему брату нужна помощь целителя.

– Мы подождем, пока Лорд-старейшина вынесет решение. Я не причиню тебе вреда, если ты не спровоцируешь меня, землянин. – Он развязал веревки на ногах Кейса.

– Меня зовут Кейс, а не землянин, – прорычал тот, но больше ничего не добавил. Он был не настолько глуп, чтобы проверять, выполнит ли этот ялв свою угрозу. Пока.

Кейс поднялся на ноги, ушибленный живот болел. Ялв схватил его за плечо и сжал.

– За то, что твой народ сделал с моим, я буду называть тебя так, как захочу. А теперь иди за своими друзьями, пока я не вышел из себя.

– За то, что мой народ сделал с…

– Кейс! Пойдем! – вмешалась Халли.

Проклятое чудовище. Кейс стиснул зубы и присоединился к Халли и брату. Вроде предполагалось подружиться с ялвами, но он не ожидал, что попадет в плен.

Ялв вывел их в ночь. Неужели еще все тот же день? Наверное, он провалялся в отключке не более часа или двух. За пленниками шел другой ялв, и еще трое рассредоточились по бокам их процессии.

Насколько опасными они считали его, Халли и Зика? Благие луны, а если их приняли за сирлов… Кейс тяжело сглотнул. Что сирлы сделали с Нагсом? Кейс должен найти друга, спасти. Дома его ждали невеста и ребенок. Нагс должен был вернуться.

Или он уже мертв? И его тело, окровавленное и разорванное на части, лежит в руинах Миррая?

Кейс тяжело сглотнул.

Охранники провели их по тенистым тропинкам, а затем свернули за угол на главную дорогу. Халли вздохнула, и Кейс тут же повернулся, ожидая, что ее выдернут из очереди и изобьют. Вместо этого она смотрела вверх и вправо. Он проследил за ее взглядом.

Звездный свет сиял на фоне черных небес, словно тысячи свечей в ночи. Кейс никогда не видел ничего столь прекрасного. Они шли у подножия одной из гор, настолько высокой, что он не мог разглядеть ее вершину. Их группа двигалась по извилистой тропе, освещенной фонарями, которые держали каменные статуи, похожие на те, с которыми они сражались в лесу.

Истуканы не двигались. Пока что.

Вдоль тропинки из скалы вырастали зубчатые сооружения. При дневном свете Кейс мог бы описать их иначе, но при свете фонарей казалось, что они не поддаются гравитации. Каждый уровень торчал под разным углом, как будто кто-то пытался и не смог опрокинуть стопку блоков. Некоторые здания были сложнее других, но все имели одинаковое коробчатое основание и покатую крышу, пронзавшую воздух, словно острие меча.

Халли покачала головой, ее глаза расширились.

– Ваша архитектура восхитительна! Как вам удается строить крыши под таким углом?

– С помощью секретов наших предков, – ответил один из охранников, его голос напоминал звук флейты.

Какая странная манера говорить. Теперь, когда глаза привыкли, Кейс смог разглядеть не менее странную одежду ялвов. На каждом был коричневый плащ, но под ним охранники носили длинное одеяние, застегнутое на плечах и расшитое по краям разноцветными узорами. У ближайшего к Кейсу охранника на подоле красовались клинки. Мечник?

Женщина по другую сторону от Кейса носила наряд цвета ночного неба. У него не было версий, что это значит. В любом случае само платье напомнило Кейсу то, что носили на Первой Земле жители Древней Греции или Рима. Как же те штуки назывались… Надо потом спросить у Халли.

Они шли вниз по улицам города, построенным под наклоном. Кейс не видел других ялвов и решил, что уже поздно, а значит, все, скорее всего, готовятся ко сну. Или же опасаются чужаков.

Пока они шли, между каменными статуями через равные промежутки попадались маленькие, искусно вырезанные пни. Они были похожи на миниатюрные версии колонн в Перевале. Неужели они одно и то же? У него закралось подозрение, что они как-то связаны с потерей электричества на «Юдоре Джейд». В камнях явно было что-то странное.

Не раз по пути рука Халли дергалась, как будто ей хотелось схватить альбом. Как хорошие похитители, ялвы забрали у пленников все вещи. Зик просто шел вперед, не отрывая взгляда от дороги перед собой. Это беспокоило Кейса больше всего. Он никогда не видел своего брата таким разбитым. Даже когда умерла Ана, Зик не выказал никаких эмоций, кроме первоначального шока.

Когда они добрались до цели, Кейс дрожал и почти хрипел. В ночи он плохо видел, но, оглянувшись назад, на пройденный ими путь, почувствовал, что голова кружится от высоты и моря огней. Замок перед ним представлял собой нечто совершенно иное.

Каждая башенка была построена в том же стиле, что и здания в нижней части поселения, с их причудливой архитектурой и тонкими крышами. Стены сверкали, как драгоценные камни: ялвы создали их из полированного зуприума.

«Вот так-то, Джов. В этом краю его навалом».

Там, где должны были быть ворота, находилась лишь остроконечная арка, по обе стороны которой стояли мужчины с мечами на поясе. Остальная часть строения напоминала что-то из истлевшего сборника рассказов с Первой Земли – с башнями, парапетами и пешеходными дорожками. Свет Первой Луны отражался от каждой блестящей поверхности.

Захватывающее зрелище – вот единственное описание, которое можно было подобрать для этой картины.

Справа от него тропинка поворачивала и заканчивалась у гигантской двери, вырезанной в том же духе, что и арка замка. Дверь открывалась прямо в гору.

– Что там? – спросил он.

– Только с разрешения Лорда-старейшины вы можете узнать секреты наших предков, – ответил охранник с вышитыми на одежде мечами.

– Тогда, может, уже пойдем к нему? – пробормотал Кейс себе под нос. Халли дернула головой, бросив на него яростный взгляд.

Точно. Если он не будет вести себя хорошо, ему вырвут язык. К счастью, охранники, похоже, ничего не слышали или им было все равно. Его живот все еще болел.

Когда они прошли под аркой, свет исчез, и их обдало волной жара. Это усугублялось еще и тем, что все они дрожали от подъема при почти зимней температуре.

Не успел Кейс ахнуть, как ощущение исчезло так же быстро, как и появилось.

– Что это, во имя всех лун?

– Только с разрешения старейшины ты можешь узнать секреты наших предков.

Кейс поборол желание закатить глаза. Не стоило утруждать себя расспросами. Халли медленно шла рядом с ним, настороженно поглядывая на охранников. Она уже не выглядела бледной и, похоже, не испытывала боли после пережитого ранее испытания. Слава лунам.

– Я знаю, это как-то связано с потерей энергии на «Юдоре». – Ее взгляд метнулся к охранникам. – Как система защиты.

Зик бросил взгляд назад, но ничего не сказал. Проклятые сирлы. Проклятые ялвы.

– Ты уверена? – спросил Кейс.

Она передернула плечами, пытаясь поправить путы на запястьях. От вида пальцев правой руки у Кейса свело живот, а над веревкой показался кусочек содранной кожи. «Успокойся. Держи язык за зубами». Она не заметила, как напряглись его плечи.

– Думаю, все это связано. Каким-то образом.

– И что нам делать?

– Предоставь это мне.

Когда они вошли в замок, Кейс снова натянул путы, морщась от жжения в запястьях. Главная дверь оказалась еще одной аркой, встретившей их тем же жаром. За ней находился длинный коридор, освещенный фонарями, как и дорога, только они не крепились в руках истуканов, а свисали с блестящего потолка.

– А если они нам не поверят? Если снова нас запрут?

– Я ведь не просто так на этом задании, помнишь? – Она пошла дальше. Пальцы ее раненой руки подергивались.

– Да, и пока что ты просто потрясающе справляешься.

Она оскалилась.

– Держи рот на замке и предоставь все мне.

В голове Кейса промелькнуло воспоминание о встрече в кабинете профессора Кристи. Да, именно поэтому Джов настоял на том, чтобы она пошла с ними, пусть даже потом.

Кейс спорил с братом. Если бы он был из тех, кто краснеет, то в этот момент покраснел бы.

– Тогда удачи. – Кейс выпрямился. – Только не погуби нас, пожалуйста.

Халли

Добравшись до дворца, Халли почувствовала, что возвращается домой. Она так долго изучала ялвов, была даже немного одержима ими, а теперь… стояла в их присутствии, в их городе.

Он тоже назывался Миррай, город звездного света? Может, ей разрешат расспросить о нем, если они заключат союз.

Пройдя еще один коридор, охранники провели их через дверь высотой не менее двух этажей, архитектура которой напоминала крыши домов города. В центре дверной арки, на кирпичах из зуприума, было изображено солнце, выглядывающее из-за горных вершин. Дверь распахнулась наружу, и их небольшая процессия вошла внутрь.

По мнению Халли, зал для собраний мог соперничать с театром Грига. Потолок взмывал вверх на три этажа и был увенчан куполом, на котором кто-то нарисовал теплое сияние Первой Луны и сверкающие звезды. Вот бы и ей обладать таким же талантом. Делать наброски она умела, но рисовать – совсем другое дело. С ее-то рукой…

Она попыталась пошевелить кистью, но изуродованная плоть болела. Ее должно было восхитить, как ялв использовал магию, чтобы залечить ее кожу. Ее должно было переполнять волнение. Она должна была делать заметки.

Но Халли чувствовала лишь оцепенение. Огненная пуля снова и снова попадала в Эббу. В руке вспыхнула боль.

По крайней мере, это было лучше, чем онемение.

Она сделала небольшой вдох. Ей следовало сосредоточиться на фресках и на том, что она действительно находится здесь, в настоящем городе ялвов. У нее была работа.

Не думать о своей руке. Не думать о том, что сирлы могут сделать с Беном. Не думать о холодном и окровавленном теле Эббы, завернутом в ялвенский плащ.

Глубокий вдох. Долгий выдох.

По периметру огромной круглой комнаты стояли колонны из зуприума, на каждой из которых висел факел в грубом бра. Сами факелы были сделаны из слоновой кости и украшены странными рисунками, которые Халли не могла разобрать. Она пожалела, что не может их зарисовать. Вдруг они как-то связаны с необъяснимыми способностями ялвов? Но, увы, ее сумка, скорее всего, осталась в руинах… вместе с карманными часами Джека, искалеченными пулей, попавшей ей в руку. Она сглотнула.

На другой стороне зала на алой подушке сидел мужчина, опершись ладонями на скрещенные ноги. Его цвет кожи соответствовал его расе, но в глазах было что-то нервирующее. Их ярко-золотистые радужки прожигали ее насквозь. Они казались такими знакомыми и в то же время такими чужими. Неужели сила, которой обладали ялвы, заставляла их глаза светиться? А как выглядели глаза Сущностей? Так же?

Мужчина не сводил с нее взгляда, и Халли подавила дрожь. Он как будто понял про нее все – и лучшее, и худшее.

Подол его халата украшали вышитые солнечные лучи. Халли попыталась вспомнить, что означает узор; кажется, это как-то связано с профессией владельца. Ялвы рано выбрали свой путь и никогда не изменяли ему. Халли следовало ужаснуться, но ей хотелось узнать больше. Еще АО поступления в Университет она увлеклась их культурой, и в этом косвенно был повинин ее отец.

«Звезды, соберись с мыслями. Если ты оплошаешь, они убьют не только тебя, но и Кейса с Зиком».

У нее была задача: убедить людей, которых двадцать лет назад чуть не уничтожили, присоединиться к Джейд в очередной войне. Вот только ялвы, предположительно, думали, что она, Кейс и Зик – с сирлами. Шансы были, мягко говоря, невелики.

«Профессор Кристи не рекомендовал бы меня, если бы у меня не было способностей, верно? И эта книга, „Врата времени“…»

– На колени. – Голос ялва был похож на шепот ветра. Если бы в комнате не стояла тишина, Халли бы его не услышала.

Охранники жестом велели пленникам сесть примерно в трех метрах от Лорда-старейшины. Кем еще он мог быть? Пол оказался прохладным на ощупь – как и все остальное, он был сделан из зуприума. Благие дни, так много металла.

Если Кейс придержит язык, она сможет выполнить это задание самостоятельно. При правильном раскладе они вернутся домой с союзниками и богатством; и станут героями.

– Да взойдут над вами звезды, Лорд-старейшина, – произнесла Халли наялвенском, сидя наколенях и наклонившись вперед так сильно, что ее лоб коснулся пола. Со связанными за спиной руками вышло неловко. Звезды, как больно.

– И пусть они не гаснут, когда наступит утро. Я вижу, ты знакома с нашими порядками и нашим языком, дитя. – Мужчина наклонил голову, отвечая ей на своем родном наречии.

«Спасибо, конечно, но я не ребенок».

– Меня зовут Халли Уокер. – Она попыталась улыбнуться, но у нее вышла скорее гримаса. Халли кивнула на двух спутников, стоявших по бокам от нее. – Это пилот Кейс Шекли и подполковник Зик Шекли. Вы не возражаете, если мы будем общаться на общем языке, чтобы они тоже поняли наш разговор?

Он не ответил, но, похоже, не возражал. Халли надеялась, что достаточно почтила его своим ялвенским.

– Мы с моими спутниками проделали долгий путь, чтобы встретиться с вашей уважаемой персоной.

Возможно, позже Кейс посмеется над ее напыщенной речью, но та может сработать в их пользу. Ялвы были гордыми людьми, если верить загадочному Джасперу Моргану.

– У тебя медовый язык. – Мужчина едва шевельнул губами.

– Я просто в восхищении от того, что мы наконец-то нашли вас, Лорд-старейшина.

Пожалуй, вот это было слишком.

– Дитя, – повторил мужчина, не мигая глядя на нее. – Твои сородичи приложили немало усилий, чтобы избавить священный мир от нашей расы. Почему я должен слушать твои льстивые речи, убеждающие меня в обратном?

– Пожалуйста, не принимайте нас за граждан Сирулина. Мы джейдианцы.

– Разве это имеет значение? Разве вы все не вторглись в наш священный город?

Халли прикусила губу. Вот почему она никогда не собиралась баллотироваться на политические должности. Халли ненавидела все эти тонкости: юлить и не говорить того, что имеешь в виду.

– Гвардеец Джов Шекли послал нас на встречу с вами, потому что Сирулин… ну, мы думаем, что они готовятся к войне. Нам нужна ваша помощь.

«А сирлам нужны Врата. Возможно, они также владеют Сущностями. Пожалуйста, поверьте мне».

Лорд-старейшина жестом обвел зал.

– Похоже, что мы хотим присоединиться к вам? Неужели вы не понимаете, что с нами едва не сделал последний конфликт людей?

– Великая война была ужасна. Все страдали… и продолжают страдать. – Халли поняла, что, должно быть, в ее глазах промелькнуло отчаяние, потому что на мгновение взгляд Лорда-старейшины смягчился. Последствия затянувшейся войны преследовали Джейд. Даже у Стоунсета так или иначе остались шрамы, будь то отсутствующая нога местного оружейника или усиленные патрули на Ахилле. Еще один конфликт такого масштаба может привести к гибели мира. Халли предстояло предотвратить это. Как-то.

Проклятые звезды.

Халли взглянула на мерцающие факелы – единственный свет в зале. Их пламя придавало ей сил.

– Мы здесь, чтобы остановить сирлов. Джейд просит помочь, пока дело не дошло до крайности.

Взгляд Лорда-старейшины заставил Халли почувствовать себя крошечной. Его рот ожесточился, тонкие губы сложились. Брови нахмурились, углубляя тени на лице, но глаза оставались яркими, словно две звезды на фоне зимней ночи. Пока Лорд-старейшина смотрел на нее, Халли снова почувствовала себя ребенком, которого мать ругает за то, что он в очередной раз оставил открытой заднюю дверь во время дождя.

Никто больше не двигался. Никто не дышал. Наконец ялв заговорил:

– Человечество стремилось истребить нас за контроль над Вратами. Я никому не позволю подвергать опасности мой народ, как бы сладко он ни говорил. Я принял решение.

Провал.

Слово было кислым на языке, но проскользнуло в горло, как только что выпавший снег.

Халли моргнула.

Нет.

Она не примет отказа. Она не умрет здесь. Не сейчас. Она выпрямила спину и распрямила плечи, насколько это было возможно. Ее запястья снова горели, а искалеченная рука пульсировала.

– Вам уже угрожает опасность от наших врагов! Они нашли Миррай. Найдут и это убежище.

Мечи заскрежетали в ножнах, и Халли вздрогнула. Плечо Кейса ударилось о ее плечо.

– Дайте ей закончить!

Благие луны, он точно решил попрощаться с языком. Халли бросила на него взгляд, и Кейс перестал сопротивляться. Оружие вернулось в ножны по мановению руки Лорда-старейшины. Его тонкие пальцы были слишком длинными и худыми, словно могли сломаться от легкого дуновения ветерка.

Халли опустила глаза к полу. Мутное отражение детальной росписи купола будто насмехалось над ней.

Глубокий вдох. Теперь выдох. Вдох. Выдох. «Ты сможешь это сделать».

– Продолжай, дитя, – спокойно предложил Лорд-старейшина.

Халли нерешительно улыбнулась ему, но не дождалась ответной улыбки.

– Сирлы напали на подполковника Шекли и другого нашего спутника, Бена Рисса. Они напали на нас и убили… убили… – Она глубоко вздохнула. – Они убили Эббу. Уверяю вас, они скоро нападут. – Халли посмотрела прямо в пугающие золотистые глаза мужчины. Она все еще чувствовала себя маленькой, но все равно продолжила. – Джейд намерен вступить с вами в союз в предстоящей борьбе с Сирулином.

Лорд-старейшина пристально смотрел на нее. Сердце билось о ребра в такт с тяжелым дыханием Зика. Звезды, ему нужен был целитель. Ей нужен был целитель.

– Я могу поверить тебе, дитя. – Его пальцы сжались на коленях. – Но я знаю, что тебе нужны только Врата.

Снова эти Врата. Оружие, которым пытались овладеть сирлы.

На ум пришли слова Джаспера. «Я думаю, это как-то связано с Сущностями…»

Халли никогда по-настоящему не верила в магию, но последние месяцы убедили ее в обратном. Исследования показали, что у ялвов она есть, хотя ученые не совсем понимали, что это такое. Кроме того, высокоразвитые технологии первых поселенцев отказали при высадке на Ялваре. Все свидетельства указывали на наличие на этой планете какой-то сверхъестественной силы, и эта сила принадлежала тем самым людям, которые сейчас держали ее в плену.

Одно неосторожное слово – и она ощутит силу их магии на себе.

Мечи и странные пистолеты, которые носил каждый из охранников, маячили за ее спиной. Она была полностью в их власти, и следующие слова могли обречь на гибель не только ее саму, но и Кейса с Зиком. Однако они же могли стать их единственным шансом выжить в этом испытании.

Халли глубоко вздохнула, сосредоточилась на этих нестареющих золотых глазах и произнесла:

– Я знаю о Вратах, но не о том, что они делают, и даже не о том, что это такое, лишь что они существуют и сирлы хотят их использовать. Я знаю, в прошлом вам приходилось защищаться от нас – благодаря вашей силе Джейд за тысячелетие сумел вновь раскрыть несколько тайн нашей утраченной цивилизации. Вы были напуганы. И до сих пор боитесь. Мы пришли из мира, о котором вы только слышали, с другой силой.

Кейс лишь слегка вздрогнул, но промолчал, несмотря на то, что, похоже, не разделял ее мнение. Лорд-старейшина не шелохнулся. Даже не моргнул.

Халли поджала губы.

– Тем не менее я знаю, что сила Сущностей не угасла. Джаспер Морган так предполагал, и, по словам наших агентов разведки, сирлы нашли одного из носителей. Джаспер также сказал, что будет на связи, хотя даже я не уверена, как это произойдет, ведь он жил сотни лет назад… ну, может, это другой и…

Она прочистила горло. «Не отвлекайся от темы».

– Я хочу сказать, что Джейд пытается помочь. Вся Ялвара в опасности, если мы не будем работать вместе.

На лице мужчины мелькнуло потрясение. Он едва заметно моргнул и нахмурил брови.

– Откуда ты знаешь Джаспера, дитя?

– Я не знаю, – ответила Халли, глядя на свои колени и слишком блестящий пол. – Мне просто сказали передать сообщение.

«Звезды меня дернули потерять эту книгу».

Лорд-старейшина сидел молча. С каждым вздохом у Халли все сильнее болела рука. Наконец он снова заговорил.

– И именно поэтому я не могу позволить вам уйти.

Желудок Халли поднялся к горлу. Кейс начал что-то кричать, но она прервала его.

– При всем уважении, Лорд-старейшина, я не знаю, чего хотел Джаспер, и мы надеемся вернуться на Джейд с вашей помощью, поскольку наш корабль больше не пригоден к эксплуатации. Однако, как я понимаю, вы относитесь к нам настороженно, и это справедливо, учитывая, как мы обращались с вами в прошлом. Наш союз окажется выгоден обеим сторонам. Мы будем рады сопроводить представителя ялвов к нашим лидерам на Джейд, прежде чем вы примете окончательное решение.

– И я должен верить, что вы не станете держать выбранного мной посла в заложниках?

– Со всем уважением, с вашей силой и пылью, которую на нас высыпали ваши охранники, я сомневаюсь, что мы сможем причинить вред вашему послу. – Халли снова поерзала.

Звездец. Быстрей бы он согласился.

Она встретилась с золотистыми глазами мужчины и выдержала его взгляд. Несколько мгновений он ничего не говорил, лишь смотрел ей в душу.

Халли понимала его нерешительность. Возможно, она вела бы себя так же, будь вождем народа, на который ведется охота.

– Лорды ялвов, проводите их в покои южного крыла, позвольте им пообедать и отдохнуть. – Лорд-старейшина посмотрел на людей у двери. – Я подумаю над твоими словами. Сегодня вы будете под охраной.

Кейс что-то пробормотал, а Зик застонал. Халли прочистила горло.

– Спасибо за гостеприимство. Надеюсь, вы услышали искренность в моих словах и нашем предложении. Поверьте, эти путы не нужны; мы сделаем все, что вы попросите. Я и мой спутник также очень нуждаемся в целителе.

Его взгляд был нервирующим, особенно с этими острыми клыками, выпирающими над нижней губой. Через несколько мгновений он вздохнул.

– Нам еще многое предстоит обсудить, но я позволю вам и вашим спутникам отдохнуть и подлечиться.

Халли слабо улыбнулась в знак благодарности. Однако Лорд-старейшина заговорил снова:

– Если вы решите пойти против своего слова, Гора решит вашу судьбу.

Халли не хотелось выяснять, что это значит. У нее болели колени и пульсировали пальцы.

– Мы понимаем.

Он кивнул, отпуская их, и охранники помогли им троим подняться на ноги. Когда все вышли из зала, Халли едва не упала от облегчения.

Она справилась. Или почти справилась, во всяком случае.

– Спасибо, – прошептал Зик. То, что их не убили, казалось, придало ему сил, но свежая кровь испачкала его рубашку.

Кейс молчал всю дорогу, и Халли не могла его винить. В голове у нее крутились мысли о том, что произошло на приеме у Лорда-старейшины. Она надеялась, что сделала достаточно.

Они узнают об этом утром. «Надеюсь».

Глава 23

Закончить то, что мы начали

Кейс

У Кейса были лишь незначительные ушибы и царапины, но таинственная золотая пыль все равно подлатала их. Прошло не меньше часа с тех пор, как строгая ялвийка намазала снадобьем его, Халли и Зика и прошептала – или даже пропела – несколько слов на своем языке.

Само исцеление не давало никаких ощущений. Было почти фантомное жжение, но пока Кейс определялся, как его описать, раны, пусть и небольшие, исчезли. Остались только грязь и запекшаяся кровь, которые требовалось смыть. Затем он спросил о пробитой барабанной перепонке, и, как ни странно, женщина залечила ее в считанные секунды.

Кейс взглянул на Зика. Брат лежал на кровати, слишком длинной даже для его роста. Свет от очага в общей комнате проникал через щель в двери и падал на его напряженное лицо. Даже во сне Зик, похоже, испытывал боль, хотя женщина исцелила и его. Адреналин, полученный во время боя, полностью выработался, а рана в плече, нанесенная сирлом, продолжала кровить. Просто чудо, что он не истек кровью на улицах разрушенного города.

Кейс дрожал даже сейчас, час спустя. Тогда же все было как в тумане, и мысль о том, что он может потерять брата, казалась немыслимой. Нагс пропал, Эбба умерла. Уже одно это было тяжело, но Зик…

Он тяжело сглотнул и отмахнулся от воспоминаний о более счастливых временах с Нагсом – полетах за городом под бескрайним голубым небом, совместных застольях и мечтах в шумной таверне на окраине верхнего города. Кейс отогнал воспоминания, как Эбба насмехалась над ними, пока они взбирались на дерево, или как изумилась, когда он победил ее в состязании по метанию из пращи.

Кейс не мог сомкнуть глаз.

Он посмотрел в сторону общей комнаты. Вспомнил, что видел несколько кожаных книг на металлических полках по бокам камина, когда они заходили туда раньше. Вдруг те написаны на общем языке? Хорошая книга – единственное, что могло бы сейчас ему помочь.

Не успел Кейс шагнуть в комнату, как до его слуха донесся тихий звук. Он оглянулся на Зика: брат спал крепким сном, его дыхание было неровным, но шумел не он. Кейс посмотрел на дверь. Звук был тихим, похожим на затрудненное дыхание. Халли?

Не издав ни шороха, он заглянул в щель. Фигура с длинными, заплетенными в косу волосами сидела в кресле у камина. Он шагнул в маленькую гостиную.

– Халли?

Она обернулась, вытирая глаза.

– Да?

– Не знал, что ты проснулась.

Она разгладила складки на своей испачканной кровью блузке.

– Я не могла уснуть. – Халли всхлипнула и вытерла слезы рукавом. – Прости. Я не хотела тебя будить.

– Ты и не будила. Я… я тоже не мог уснуть. – Он посмотрел на свои ноги в длинных носках. Шерсть местами истлела, в дырах виднелись пальцы. Он пожалел, что не взял с собой побольше носков, и понадеялся, что Халли этого не заметила. Впрочем, вряд ли сейчас это имеет значение.

Он поднял глаза и увидел ее лицо.

Халли повернулась к очагу, где пламя лизало поленья и тянулось к дальнему краю камня, испещренного узорами из зуприума. Кирпичи напомнили ему те, что украшали храм у истуканов.

Она опустила голову на руки.

– Не понимаю, что делать. Я не знала Эббу так хорошо, как следовало бы, но теперь ее нет. Она никогда не вернется домой. Ее родители… их бросят в тюрьму для должников, и я ничего не могу с этим поделать. Мне не удалось убедить Лорда-старейшину, и… и…

Ее плечи затряслись, и она зарыдала. Халли сказала еще что-то, но Кейс не смог разобрать. Он не стал размышлять, а просто подошел к ней и поднял ее с кресла, заключив в свои объятия.

Кейс прижал Халли к себе, и ее слезы пропитали то, что осталось от его рубашки. В голове всплыло воспоминание о той страшной ночи после их боя с истуканами, когда она рассказала ему о своем брате. Тогда Кейс тоже не знал, что делать, но сейчас, обхватив ее за плечи, понял, как сильно она нужна ему рядом. Его сердце стучало слишком громко, и он надеялся, что она этого не заметит.

Кейс нерешительно прижался щекой к ее волосам. Они были мягкими, словно из какой-то… ткани? Шелк? Его мозг еле шевелился. Кейс был измотан – умственно, эмоционально и физически. Тело болело после событий этой ночи. Нагс пропал, Эбба мертва. Лорд-старейшина еще не дал согласия на союз. Позволят ли им вернуться домой? А если они уйдут, не выполнив поставленных задач, ему предъявят обвинения.

Все это не имело значения. И все же он еще долго крепко обнимал ее, потому что это казалось правильным, когда все вокруг настолько плохо.

Тело Халли было теплым, и, как бы ужасно это ни звучало, Кейс не хотел ее отпускать. Но вот всхлипывания прекратились.

– Пойдем, – неохотно прошептал он ей в волосы. – Давай почитаем книгу с той полки? Вдруг это поможет подумать о чем-то другом.

Звезды, как бессердечно прозвучало.

Халли отстранилась и всхлипнула.

– Думаю, мне нужно несколько минут.

– Не вини себя за это.

Она покачала головой.

– Я могла сразу пойти с ней. Могла сделать что-то еще, кроме как просто стоять там.

– Ты ничего не могла исправить. Никто из нас не мог.

Халли снова опустила лицо на руки, но Кейс потянул ее запястья.

– У нас еще есть работа.

Халли избегала его взгляда, теребя кружево у горла. Кейс никогда не замечал на нем замысловатого цветочного узора. Он моргнул. «Сосредоточься».

Покопавшись в кармане, Кейс достал камень, который взял у Эббы. Он протянул его Халли.

– Не знаю, что это такое, но Эбба держала его в руке, когда… Ну, я подумал, может, ты знаешь, что с ним делать?

Она с любопытством оглядела булыжник, ее глаза вспыхнули, а затем потемнели.

– Это был подарок для ее брата. Она собиралась привезти камень домой, но теперь… – Она тяжело сглотнула и взяла камень из протянутой руки Кейса. – Я доставлю его. Она бы этого хотела.

Кейс кивнул.

– Она также хотела бы, чтобы мы позаботились о корабле, но увы.

В смехе Халли не было ни капли веселья.

– И она бы разозлилась, если бы мы не закончили начатое.

– Именно.

Какое-то время оба молчали. Затем Кейс проговорил:

– Мне нужно…

– Думаю, я… – одновременно сказала Халли. Оба остановились.

Кейс прочистил горло.

– Я действительно думаю, что чтение одной из этих книг поможет. Присоединишься ко мне?

Халли прикусила внутреннюю сторону щеки и кивнула.

– Только мне придется перевести их для тебя. Они все на ялвенском.

Кейс улыбнулся и взял книгу с одной из полок. Большую часть ночи они провели в уютных креслах, Халли читала вслух ялвенские сказки, которые Кейс с трудом понимал даже после ее перевода, но он не возражал. Просто приятно было сидеть здесь и не думать ни об огне в камине за спиной, ни о задании… ни о том, что может ждать их с наступлением утра.

Халли

Матрас в ялвенском замке был несомненно лучше, чем у Халли на «Юдоре», но она мечтала о том дне, когда сможет лежать в собственной постели и нормально высыпаться.

Халли проснулась от солнечного света, что согревал веки. Она не удосужилась закрыть ставни на окне накануне вечером, когда они с Кейсом наконец-то пожелали друг другу спокойной ночи. Впервые за это путешествие Халли проснулась отдохнувшей, хотя спала всего несколько часов, и с восходом солнца ее настроение поднялось.

Она убедит Лорда-старейшину заключить с ними союз. Хотя бы ради того, чтобы почтить память Эббы.

Халли тяжело сглотнула и отогнала ужасные воспоминания предыдущей ночи на задворки сознания. Ей нужно быть сильной. Слезы по погибшей подруге свидетельствовали о слабости, которую Халли не могла себе позволить. Вместо этого она сосредоточилась на окружающей обстановке.

Комната была примерно такой же просторной, как ее спальня в Кивине, только без книг. Под большим окном стоял крепкий сундук. Со стенами из зуприума Халли почти могла представить, что снова находится на «Юдоре». Ее сердце снова заколотилось. Последние два месяца это был ее дом, а теперь он превратился в груду металла где-то в лесу.

Она чуть не рассмеялась над собой за то, что пожалела корабль, но… что ж. Эбба бы оценила. Халли надеялась, что, где бы ни была ее подруга, она каким-то образом услышала эти мысли.

Халли откинула слишком мягкое одеяло и спустила ноги с кровати. Оставалось надеяться, что сегодня Лорд-старейшина примет решение и они смогут отправиться домой. Эта мысль заставила ее улыбнуться. Домой.

Она понимала опасения ялвов насчет союза с Джейд, но, конечно, Лорд-старейшина сочтет, что выгода перевешивает риск, и все у всех будет хорошо.

Кроме Бена.

После того как целительница приложила к ее руке побольше таинственной пыли и после всех потрясений, Халли без всяких проблем провалилась в беспробудный сон, но теперь мысль о Бене… будто в ботинке застрял камень, а она не могла понять, как его вытащить. Глупая аналогия, но тем не менее мысль беспокоила Халли. Оставалось надеяться, что ей удастся уговорить Лорда-старейшину помочь вернуть Бена.

Это хоть как-то компенсирует потерю второго товарища, верно?

Халли моргнула и глубоко вдохнула. Ей следует встать с постели и приготовиться к новому дню. Сборы заняли бы ее мысли.

К ее маленькой комнате примыкала крошечная купальня, и Халли провела в ней слишком много времени. Вода в ванне была восхитительно горячей, от ее поверхности поднимался пар, похожий на дым. Веки Халли сомкнулись, а мышцы практически стонали от облегчения.

Давненько она не мылась как следует. Купальня на корабле была функциональной, но не шла ни в какое сравнение с этой. Халли не выходила из ванны до тех пор, пока не сморщились кончики пальцев, и только тогда до нее дошло, что утром никто не заходил наполнять ванну, а вода так и не остыла. Может, ей разрешат набросать эскиз механизма, что подает воду и поддерживает ее теплой.

– Мисс Уокер? – раздался женский голос с другой стороны двери.

Халли подпрыгнула, расплескав воду на пол. Она ухватилась за бортики скользкой ванны.

– Да?

– Лорд-старейшина требует, чтобы вы и ваши спутники отобедали с ним, – сказал голос. Хотя Халли узнала ялвийку, которая исцелила их прошлой ночью, ей все равно стало не по себе от осознания, что она обнажена, а по ту сторону двери толщиной всего в несколько сантиметров незнакомый человек.

– Но у меня только моя грязная одежда, в которой я была вчера. – Халли вылезла из ванны и взяла полотенце, чтобы вытереться.

– Мы предоставили вам более подходящую. Вы найдете ее в своем сундуке.

Может, ей удастся поносить одну из тех мантий, которые носили Лорды ялвов?

– Я буду в общем зале вместе с остальными, но поторопитесь с приготовлениями. Лорд-старейшина ожидает вас в ближайшее время.

Вода с мокрых волос стекала по спине, и Халли задрожала. Обернув вокруг себя полотенце, она толчком открыла дверь и заглянула за нее. Комната была пуста. Халли не слышала, как открывалась дверь, и не слышала, как она закрывалась.

Найдя тогу без вышивки по подолу, Халли прошла в гостиную. Здесь стояло несколько удобных кресел, таких же, как те, на которых они с Кейсом сидели прошлой ночью, а также крепкий деревянный стол, водруженный перед кирпичным очагом. Если бы она не знала, что находится на другом конце света, то подумала бы, будто ее занесло в небольшое городское поместье Эллиса.

Остальные уже ждали: Кейс и Зик сидели на стульях, а ялвийка стояла у двери. Она была невысокого роста и бледнее горного снега, ее золотистые глаза светились под тяжелыми бровями. Халли не назвала бы ее красавицей, но в ней чувствовалась какая-то странная, неземная красота. Она кивнула женщине, но тут спутники поднялись со своих мест. Халли попыталась сдержать смех. Ей это не удалось.

Она знала, что это традиционная одежда ялвов, но нельзя было обойти стороной тот факт, что на Кейсе красовалось платье. Такое же, как у нее. Зик в своем смотрелся естественно, но Кейс…

– Ты выглядишь нелепо! – сказала она сквозь слезы, пытаясь сдержать смех.

Кейс скрестил руки, глаза его пылали.

– У меня не было выбора.

Зик захихикал, но тут заговорила ялвийка, и ее голос был таким же твердым, как карандаши Халли.

– Это наша обычная одежда. Какие-то проблемы?

Халли проглотила смех.

– Нет, досточтимая.

Женщина поджала губы, но больше ничего не сказала, лишь направилась к двери. Халли подавила смех, когда Кейс и Зик прошли за ней следом.

Кейс

Если бы кто-нибудь подал Кейсу фиолетовую еду в Кивине, он бы отказался ее пробовать. Однако после нескольких недель на вяленой говядине и редких кроликах или белках фиолетовая кашица, усеянная солеными орехами, показалась самым вкусным, что он когда-либо клал в рот. По консистенции она напоминала овсянку, но имела ярко выраженный фруктовый вкус. Прежде чем они отправятся домой, надо будет украсть немного такой каши или хотя бы попросить рецепт.

Не только он наслаждался едой. Халли уже проглотила одну миску и взяла вторую. Не будь он так увлечен своим пиршеством, возможно, рассмеялся бы.

Зик едва притронулся к своей порции. У старшего Шекли не было особого аппетита. Хотя ялвенский лекарь исцелил внешние раны, Кейс знал, что некоторые из них глубже, чем кто-либо мог предположить.

Отсутствие Нагса и Эббы тяжким грузом лежало на плечах Кейса. Он зачерпнул еще фиолетовой кашицы и сосредоточился на освежающей сладости блюда.

Но при следующей мысли все пошло наперекосяк.

Он не доверял этим людям… и чувствовал себя невероятно глупо из-за того, как набросился на еду. Кейс позволил желудку опередить разум. До этого момента он даже не задумывался, вдруг кто-то из ялвов мог отравить его. Какой же он звезданутый идиот.

Он коснулся руки сидящей рядом Халли и прошептал:

– А что, если каша отравлена?

Халли проглотила кусочек и вытерла рот тканевой салфеткой.

– Вчерашняя курица не была.

– Ну а вдруг каша…

– Зачем им воздерживаться от убийства прошлой ночью, чтобы сделать это сейчас? Бессмыслица. И зачем им лечить нас, чтобы потом отравить? – Она поскребла ложкой по миске, чтобы выловить последние капли. – Кроме того, у нас нет других вариантов. А теперь ешь свою фиолетовую кашу.

– Да, мама.

– Я закатываю глаза. – Халли со вздохом доела последнюю ложку. Был ли это вздох удовлетворения или разочарования, Кейс не знал, но, если бы ему не нравилась эта, возможно, отравленная каша, он бы запустил в соседку ложкой. Ребячество? Да. Но ему стало бы легче.

– Прекратите препираться, вы двое. – Зик говорил так, словно ему нужно было поспать еще как минимум три часа.

Кейсу еще не представилось возможности поговорить с братом. Грубый ялв разбудил его слишком рано и заставил надеть платье – ну, тогу, но все же, – сказав, что старую одежду нужно почистить.

Он неохотно отодвинул остатки каши и скрестил руки.

– Разве старик не должен был быть здесь?

Молчание, а потом…

– Ай, женщина! – зашипел Кейс, когда Халли ущипнула его за руку.

– Если ты не заткнешься, я позволю Лорду ялвов вырвать тебе язык, – прорычала Халли себе под нос. – Соглашайся со всем, что они хотят от нас. Я смогу убедить их отпустить нас домой. Не надо все портить.

Кейс сжал губы. Он не хотел идти на компромисс, что бы ни чувствовал. Он ведь обещал доставить ее домой, не так ли?

Пока они ждали, Кейс осмотрел столовую. Вместо того чтобы сидеть на стульях вокруг большого деревянного стола, как в поместье его семьи, они расположились на мягких подушках за низким металлическим столом, протянувшимся по всей длине прямоугольной комнаты. Сквозь плотные занавески окон проникал солнечный свет. Кейсу хотелось бы посмотреть на раскинувшийся внизу город, но нижняя часть каждого окна находилась примерно в полутора метрах над его головой. Сами стены были пустыми, если не считать факелов, которые горели даже днем.

До его ушей донеслась тихая мелодия. Он повернулся и увидел, что Халли рассеянно вертит ложку и напевает. Мелодия была мягкой и успокаивающей, как колыбельная, и Кейс почти узнал ее, но не смог вспомнить слов.

– Что это?

Она пожала плечами.

– То, что пела ялвийка, когда исцеляла нас прошлой ночью.

– О.

– Мелодия застряла у меня в голове, – пояснила Халли, продолжая возиться с ложкой. – Интересно, могли ли ялвы исцелить Джека…

Кейс подумал о том же, но прежде чем он успел что-то сказать, на другом конце стола появился Лорд-старейшина, и Кейс с Халли подскочили, миска девушки зазвенела, когда выпавшая ложка ударилась об нее.

– Матерь пепла, – вздохнул Кейс, пытаясь успокоить сердце, – может, хватит уже?

Лорд-старейшина обнажил в улыбке острые зубы.

– Прошу прощения. Я забыл, что земляне не привыкли к нашему способу передвижения.

– Неужели все ялвы вот так же мерцают и исчезают? – Халли отставила миску в сторону.

Лорд-старейшина не выказал никаких эмоций.

– Ты еще не заслужила моего доверия.

Кейс постарался не закатить глаза от такого ответа.

– Будем ли мы обсуждать наш потенциальный союз сегодня утром? – спросила Халли.

– Я уже решил.

Он больше ничего не сказал.

– И каково ваше решение? – спросил Кейс, не в силах молчать. Рука Халли дернулась, и он понял, что она, вероятно, снова хочет ущипнуть его.

Золотистые глаза ялва смотрели на Кейса целых тридцать секунд, прежде чем он ответил:

– Вы должны заслужить мое доверие, оставшись с нами на какое-то время. Если не справитесь, мы оставим вас на произвол судьбы в горах.

– Вы хотите сказать, что убьете нас. – Кейс был бы уже трижды мертв, если бы взгляд Халли мог причинить ему вред.

– Я бы посоветовал тебе попридержать язык и нрав, человек.

– С моим языком и нравом все в порядке.

– Мы понимаем, Лорд-старейшина, – вмешалась Халли. – Есть ли еще какие-нибудь условия для нашего соглашения? Мы с моими спутниками хотели бы узнать больше о вашей культуре, пока здесь гостим.

«Гостим, ага. Почему он не говорит нам, как заслужить его доверие?»

– Я разрешаю. Однако все время вашего пребывания здесь вы будете под пристальным наблюдением.

– Да, Лорд-старейшина. Спасибо. – Халли слегка поклонилась.

Кейс прочистил горло.

– Лорд-старейшина, у меня есть просьба.

– Неужели, горячая голова?

Кейс впился ногтями в ладони. «Сохраняй спокойствие».

– Мы думаем, что сирлы захватили нашего спутника. Я бы хотел поискать его. Разумеется, с охраной.

Вот так. Разумное предложение.

– Я не могу этого допустить…

– Возможно, они пытают его… – начал Кейс.

– Но я пошлю отряд на поиски вашего товарища. Мои воины хорошо подготовлены и справятся с любой бедой, в которой может оказаться ваш друг.

– Я… благодарю вас. – Кейс сглотнул. Это было лучше, чем вообще ничего.

Халли заерзала на подушке.

– И еще одна наша спутница, молодая девушка. Она была… убита во время нападения. Есть ли способ… я хочу сказать… ее тело, где оно? Мы хотели бы по возвращении отвезти его ее семье, если это возможно.

– Все убитые в Миррае были преданы огню, как и положено по нашему обычаю.

– Ну что ж, – сказала Халли, теребя конец своей косы. – Есть ли… что-нибудь, что мы сможем вернуть? Вообще?

– Я попрошу лорда Салдра узнать, возможно ли это. – Ялв посмотрел на каждого из них, прежде чем встать. – Я ухожу. Помните: мы будем наблюдать за вами.

Не успел Кейс осознать, а Халли – возразить, как он исчез.

Глава 24

Зверь зовет

Кейс

Два мучительных дня охранники водили Кейса и Халли по великому городу ялвов. Зик предпочел остаться в их покоях, и Кейс постарался не обращать на это внимания.

Городские здания были безупречны и сверкали в лучах зимнего солнца, как новая сталь, но они не могли отвлечь Кейса от мысли, что отряд воинов Лорда-старейшины до сих пор не нашел Нагса. С каждым часом Кейс волновался все больше. Однако на второй день Халли убедила ялвов показать им библиотеку.

Они застряли в этом городе, должны были завоевать неприступное доверие проклятого Лорда-старейшины, Нагс пропал, но Кейс не мог отрицать, что, проводя часы в окружении пыли и пергаментов, чувствовал себя немного лучше. Ему даже стало немного жаль, что он не учился в Университете. Но потом он вспомнил небо. Вспомнил свой первый полет на корабле после того, как потратил кучу времени на аэробайках, обучаясь тому, что знал инстинктивно, и чувство прошло.

Кейс только что принял ванну и переоделся в старую вычищенную одежду для очередного дня в библиотеке, когда раздался стук в дверь. Завязывая шнурки на ботинках, Кейс взглянул на дремлющего Зика. Тот даже не шелохнулся.

Кейс сглотнул желчь в горле, когда незваный гость снова постучал в дверь. Схватив пилотскую куртку, он вышел в общий зал и увидел, что Халли уже открывает дверь. Она была одета в кружевную блузку и обычные брюки, заправленные в сапоги, а несколько непокорных прядей из ее русо-рыжей косы спадали на лицо. Упрямые, как и она сама.

Снаружи, в коридоре, стоял ялв в тоге с вышитыми по подолу мечами и темно-синим драгоценным камнем, повязанным вокруг горла наподобие колье. Халли отодвинулась с дороги, и мужчина вошел и поклонился.

Кейс сузил глаза. Ялв напоминал того, кто угрожал отрезать ему язык, если он не перестанет болтать. Когда золотистые глаза мужчины нашли его, мускулы Кейса напряглись. Это был он. Тот же округлый кончик носа и тонкие губы.

– Да взойдут над вами звезды. Я лорд Родр, главный егерь Миррая.

Улыбка Халли вышла натянутой, но это не повлияло на ее манеры.

– Да не погаснут они с наступлением утра, лорд Родр.

Он еще раз поклонился.

– Я пришел забрать мастера Шекли.

Ноздри Кейса раздулись, а желудок подскочил к горлу.

– Зачем?

– У нас в Миррае есть традиция. Если ты пройдешь это испытание, Лорд-старейшина может счесть тебя достаточно надежным для заключения союза. Ты ведь этого хочешь, верно?

Кейс сглотнул, поймав взгляд Халли. Она расширила глаза и сжала губы, безмолвно умоляя его: «Согласись».

При обычных обстоятельствах он бы, наверное, отшил Лорда ялвов, луны бы его побрали, но Халли еще ни разу не ошиблась, когда дело касалось ялвов.

– И что это за традиция?

– Охотничья вылазка.

– Я никогда в жизни не был на охоте.

– Не бойся. Это относительно легкое задание. Я буду инструктировать тебя на каждом шагу.

Блеск в его золотых глазах подсказал, что приятного ждать не приходится. К сожалению, у Кейса не было выбора. Вдобавок, он мог бы разыскать Нагса. Кейс оглянулся на Халли и кивнул. Ее плечи расслабились.

– Я дам тебе знать, если найду в библиотеке что-нибудь интересное.

Он снова повернулся к ялву, Родру:

– Мне ведь не обязательно надевать тогу… э-э… наряд?

Лицо и голос Родра остались нейтральными:

– Тебе еще предстоит заслужить подобающее одеяние для охоты, но если ты сегодня преуспеешь, то, возможно, удостоишься этой чести.

Отлично. Надо просто провалиться. Халли бросила на Кейса полный раздражения взгляд, словно читая его мысли, и он закатил глаза.

– Ведите, лорд Родр.

* * *

Примерно через час Кейс выехал на лошади из города в окружающий лес. Ему казалось странным, что на этом континенте существует такая простая вещь, как лошадь, ведь многое, что попадалось ему до сих пор, нельзя было назвать нормальным. Встретив ранее дракона, он вполне ожидал, что у этой лошади будут крылья.

Но их не оказалось.

Несмотря на это, костяшки пальцев Кейса побелели от напряжения, когда Родр повел группу за городские ворота и в глубь окружающего город леса.

От неожиданности лошадь дернулась, и Кейс едва не соскользнул с седла. Он вовремя выровнялся, и лошадь жалобно заржала в ответ. Родр оглянулся, приподняв бровь, но продолжил путь вместе с остальными членами их отряда.

Как он мог так хорошо управлять кораблем и байком, но не поладить с этой тварью? Кейс винил животное, которое, он мог поклясться, знало, что на его спине неопытный наездник.

Кейс старался прислушиваться к разговорам. В охотничьей группе было пять ялвов, у каждого из них на подолах были вышиты мечи, и каждый тараторил на ялвенском так быстро, что Кейс не мог за ними угнаться, даже зная те несколько слов, которым Халли научила его за последние два дня. Сердце его забилось быстрее, когда Родр притормозил, чтобы поравняться с ним, и достал что-то из седельной сумки, прикрепленной к спине его собственного коня. Оставалось надеяться, не то, чем можно отрезать Кейсу язык.

Родр протянул изящный металлический пистолет и обратился к Кейсу на общем языке с сильным акцентом:

– Используй это, чтобы уничтожить зверя, но если ты выстрелишь в одного из моих охотников, то испытаешь на себе гнев Горы.

Кейс бросил на него взгляд, стараясь не выдать страха, бурлящего в жилах при упоминании гнева Горы, что бы это ни значило. Кейс все равно взял пистолет и осмотрел его, стараясь удержаться на лошади. Ствол оружия был коричневым и блестящим, как стены «Юдоры Джейд», – зуприум. А из чего еще оно могло быть? Громы и молнии, где они столько его брали? Во время осмотра города он не видел ни одной шахты.

Кейс стиснул пистолет в свободной руке, другой по-прежнему крепко сжимая поводья.

– Итак, на что мы охотимся?

Зик был хорошим охотником; он бы лучше справился с этим заданием. Родр щелкнул языком, и его конь и лошадь Кейса ускорились. Кейс чуть не упал, но Родр подставил ему руку. Ялв издал презрительный смешок.

– Раз уж мы пируем сегодня в честь Торо, нашего бога, будет уместно зарубить драконара. Этот подошел слишком близко к городу и лишился права на жизнь.

– О. – Кейсу не понравилось слово «драконар». – Но почему я? Мой брат – солдат. – Родр снова рассмеялся, и остальные присоединились к нему. Шея Кейса горела. – Не понимаю, что тут смешного.

Его напарник по верховой езде снова усмехнулся.

– Тот, кто убьет драконара, сможет получить на сегодняшнем пиру девицу, которую выберет сам, а Салдр сказал, что вы с братом претендуете на одну и ту же женщину.

– Что?

Родр снова щелкнул языком, но на этот раз лошади замедлили ход, и охотники остановились на краю луга размером с кивинские аэродромы.

– Мы не думаем, что у тебя есть шанс, но мой старший брат настаивал.

Лицо Кейса пылало. Кто из них был Салдром? Звезды, все охранники стали для него на одно лицо. Они все ненавидели его, но это было еще не самое страшное. Ялвы думали, будто они с Зиком соперничают за Халли? Его сердце забилось еще сильнее, а в голове промелькнуло ее лицо.

– Мы ни за что не соперничаем. А я-то думал, все это затеяно для того, чтобы заслужить доверие Лорда-старейшины.

Но остальные только рассмеялись. Другой ялв притормозил и похлопал его по плечу, голос у него был легкий, удивительно игривый.

– Родр сомневался, что ты придешь, если не сочтешь нужным поучаствовать в наших обычаях. Он не любит проигрывать пари – особенно уважаемому лорду Салдру. К твоему сведению, именно так мы выбираем себе жен. Никто не оспаривает результатов Охоты!

Кейс покачал головой.

– Нет, нет, ты все не так понял, я…

Но в этот момент лес прорезал рев.

До жути знакомый рев.

– Зверь зовет! – крикнул другой ялв, подняв оружие и выстрелив. Из ствола вырвалась золотая вспышка и взорвалась на высоте пятнадцати метров; в воздухе заклубился дым. Оружие напомнило Кейсу старые пороховые пистолеты, которыми пользовались военные еще до появления электричества.

Родр достал из сумки еще один пистолет для себя.

– Лучший способ уничтожить драконара – попасть ему в глаз, если только не оглушишь его собственной васой. Все остальное только больше разозлит его.

– Васа? Я не знаю, что это такое. – Кейс сглотнул, когда драконар снова зарычал, он почувствовал это звук своими костями. – Я не думаю…

– Разве ты не хочешь доказать своей потенциальной жене, что ты лучший вариант?

Еще один рев расколол воздух, и Кейс споткнулся о свои же слова.

– Я не думаю… ты не знаешь…

Но прежде чем он успел придумать связный ответ, деревья напротив расступились, как облака. Как трава. Ведь то, что прорвало их, было… было…

– Дракон! – Кейс судорожно сжал в руке пистолет.

Слова вырвались у него с хрипом. Он уставился на чудовище. При дневном свете оно выглядело еще более устрашающим, почти так же, как то, на которое они с Халли наткнулись. Вот только зубы у него были острее. И длиннее. И готовы разорвать его тело пополам. Вокруг туши, как и в лесу, клубилась мерцающая пыль, хотя Кейс не был уверен, это та самая или след от огня пистолета.

Остальные ялвы закричали и стали окружать зверя, размахивая оружием в воздухе. Кейсу оставалось только проклинать себя за то, что согласился на это; стук сердца в ушах заглушал все остальные звуки.

– Стреляй сейчас же! – крикнул Родр справа от него. Ялв махнул рукой в сторону зверя, сбитого с толку таким количеством целей и их оружием, что выпускало золотые пули и блестящий дым. Они отвлекали драконара, чтобы Кейс мог сделать точный выстрел.

Он тяжело сглотнул и натянул поводья своего коня, отведя его в сторону, чтобы можно было хорошенько рассмотреть глаз твари. Рука, державшая пистолет, дрожала. Кейс поднял его и прицелился в большой жидкий черный шар, застывший в складках кожи цвета сапфира.

У Кейса перехватило дыхание. Время для него замедлилось: радужка и зрачок зверя двигались, пытаясь сфокусироваться на нападавших, пока он наконец не сцепился взглядом с Кейсом.

И напал.

Крик Кейса затерялся в новом реве. Он нажал на курок.

Из ствола не вылетело ни пули. Ни блестящего дыма. Ничего.

Кейс громко выругался и попытался свободной рукой перезарядить оружие. Дракон был слишком близко, его пасть раскрылась. Кейс выстрелил вслепую, но его снаряд лишь раздробил один из мечеподобных зубов чудовища. В тот же миг слева от него раздался вопль и вспышка: золотая пуля вонзилась дракону в глаз. Дыхание чудовища было жарче солнца, когда Кейс дернул своего коня прочь от раскрытой пасти.

Дракон закричал от боли и рухнул, сотрясая землю. Конь Кейса встал на дыбы и сбросил его со спины. Он тяжело упал, плечо взорвалось болью; в пяти метрах справа от него драконий коготь, вонзившись в землю, забрызгал его комьями грязи и камнями. Нижняя челюсть дракона щелкнула, и по лугу разнесся тошнотворный треск и хруст, когда вся тяжесть его туши рухнула сверху и вдавила открытую пасть в землю.

Когда тварь не шелохнулась, уставившись невидящим взглядом вперед, Кейс перевернулся на колени, дрожа всем телом. Он вытер крупные бисеринки пота, скатившиеся по лбу, и тут перед глазами возник расшитый мечами подол.

– Ты худший охотник, которого я когда-либо видел.

Пот все еще стекал по лицу Кейса ручейками, падая в мягкую грязь. Он сделал несколько глубоких, неровных вдохов.

– Я пытался тебе это сказать.

Родр рассмеялся и протянул руку. Кейс взял ее, и ялв помог ему подняться на ноги. Он стряхнул пыль с плеч Кейса, и с каждым взмахом на землю сыпались кусочки земли.

– Я впечатлен. Ты не убежал, когда на тебя напал драконар. Я все равно скажу Салдру, что ты его убил… Может, даже поговорю с Лордом-старейшиной.

Кейсу с трудом удалось отдышаться. Глаза ялва сияли. Остальные подвели своих коней поближе. Кейс сглотнул, откинув с лица потные кудри.

– Спасибо, наверное.

Охотники засмеялись, и один из них подвел к нему сбежавшую лошадь. Забравшись на нее, Кейс постарался не смотреть на дракона. Размером тот напоминал небольшую гору, но чешуйчатая шкура говорила совсем о другом. Остальные ялвы похлопали Кейса по спине, и Родр повел их прочь.

Кейс направил свою лошадь следом за ним.

– Мы бросим его там?

Родр махнул рукой.

– Другая команда разделает мясо для сегодняшнего пира. Наша задача – уложить его.

Кейс вздрогнул, но больше ничего не сказал. Ялвы свихнулись, если думали, что он будет есть мясо этого чудовища.

Халли

Как только Зик проснулся спустя почти час после ухода Кейса, охранники проводили их с Халли на завтрак, который оказался таким же вкусным, как и в первый день. Халли делала все возможное, чтобы не уткнуться лицом в миску и не глотать фруктовую кашицу, как оголодавшее животное. Было так вкусно. Даже ее мать не смогла бы приготовить подобный деликатес.

После завтрака за ними пришел ялв по имени Салдр. Именно он исцелил ее в ночь смерти Эббы и теперь входил в их обычную охрану. Пусть Салдр не улыбался, по его глазам было видно, что он считает Халли и ее спутников забавными. Он даже не возражал, когда в конце дня Кейс попросился в караулку, проверить, не вернулись ли разведчики, посланные за Беном. Салдр безропотно отвел его.

Ни одна проверка не принесла хороших вестей, и с каждым днем надежда Халли угасала. То же самое она видела и у Кейса по тому, как поникали его плечи, когда он возвращался без Бена.

Халли как раз доедала последнюю ложку фиолетовой кашицы, когда в столовую вошел Салдр. Зик, гонявший еду в своей миске, отложил ложку и посмотрел на ялва. Пожевав губу, Халли на секунду задержалась взглядом на почти нетронутой тарелке Зика.

Зик утверждал, будто поехал только ради Гвардейца. Он не любил лгать, но какой здравомыслящий человек согласится на миссию, с которой может не вернуться, только потому, что кто-то его об этом попросил? Все остальные, кроме Кейса, пошли на это ради денег – из лучших побуждений или нет. Она не знала, какие обвинения могли предъявить Кейсу, но в случае неудачи ему придется расстаться со свободой. Оставался вопрос о Зике. Почему он так поступил?

В памяти всплыла ссора братьев. Кейс еще сказал, мол, Зик хочет играть в бога и что он не такой, как его братья. Халли прикусила губу.

Она отмахнулась от своих мыслей, когда Салдр остановился рядом со столом и поклонился, сверкнув повязанным на шее рубином. Халли вышла из задумчивости, поднялась из-за стола и поклонилась в ответ.

– Да взойдут над вами звезды, лорд Салдр.

– И пусть они не погаснут, когда наступит утро. – Он сцепил руки за спиной и посмотрел вверх, на солнечный свет, проникающий через одно из высоких окон. – Мне снова проводить вас в библиотеку, мисс Уокер?

Халли поиграла кончиками волос.

– Да, я хочу продолжить изучение древних языков и сравнить их с современными… – Халли запнулась и прочистила горло. Никому не было дела до того, что она изучает. Звезды. – Конечно, я могу добраться туда сама, лорд Салдр. Мне не хочется заставлять вас ходить со мной.

Он покачал головой.

– Это не неудобство, а воля Лорда-старейшины. – Он поклонился Зику. – Вы снова останетесь в своей комнате, мастер Шекли?

Ореховые глаза солдата потемнели, а голос хрипел с непривычки.

– Сегодня я пойду с вами.

Лорд Салдр кивнул.

– Как пожелаете. Ну что, в путь?

Халли окинула взглядом широкоплечую фигуру Зика. Раньше он держался прямо, а теперь сидел, сгорбившись, над своей миской с недоеденной кашей. Если бы только она могла что-то сделать, но ведь даже не знала, в чем дело. И боялась спросить. Зик оставался непоколебим на протяжении всей миссии, но теперь только и делал, что спал.

По тому, как Кейс каждые несколько минут посматривал на Зика, она поняла, что он тоже беспокоится. Она знала горе достаточно хорошо, чтобы понять – солдат переживает нечто подобное, но у нее не хватало смелости узнать причину.

По крайней мере, в библиотеку собрался, уже хороший знак.

Перекинув сумку через плечо, она кивнула Салдру, и ялв повел их из зала. На каждый шаг Салдра Халли делала три своих. Когда они покинули дворец и вышли на морозный горный воздух, она плотнее натянула куртку на плечи и слегка задрожала.

После бодрой десятиминутной прогулки показалось элегантное здание библиотеки. В то время как все дома выглядели чистыми, но потрепанными, библиотека казалась блестящим кусочком нефрита в пещере, полной угля. Ее колонны и стеклянные окна сверкали, пока Халли вслед за Салдром поднималась по крутым каменным ступеням.

В обширной библиотеке Университета Джейд Халли проводила бесчисленные часы, утопая в томах и пергаменте, изучая, записывая и читая. Ей нравилось устраиваться у огромного камина на втором этаже и сидеть там до тех пор, пока библиотекарша не выгоняла ее. То было одно из ее самых любимых мест в мире – было, пока она не увидела это.

Распахнув арочные деревянные двери, Салдр провел их через отделанный зуприумом вестибюль в трехэтажный зал с полками цвета слоновой кости и высокими окнами, наполненными дневным светом. Усевшись за стол возле одного из таких, Халли посмотрела на сияющий дворец на фоне заснеженных горных вершин. Еще один день, полный пыли, книг и великолепного вида.

Зик опустился на кресло рядом с ней.

– Неудивительно, что Кейс ходил сюда каждый день. Столько книг.

Халли сняла сумку и повесила ее на спинку кресла, а Салдр взял книгу с соседней полки и занял место через несколько столиков от нее. Возможно, он просто тоже любил читать и использовал нужду охранять их как предлог, чтобы отвлечься от своих обычных обязанностей.

– Не могу поверить, что все эти знания находятся у ялвов под рукой. Знаю, в библиотеке Университета есть множество исследований, но здесь я нашла гораздо больше. Вот бы прочитать тут все.

Зик подпер подбородок левой рукой, а правой принялся рисовать круги на столе.

– Я никогда не любил читать. Никогда не находил ничего интересного для себя.

Халли замерла.

– Что значит «никогда не находил ничего интересного»?

Зик избегал ее взгляда.

– У меня никогда не получалось, поэтому я бросил попытки.

Халли закусила губу и положила свои принадлежности на стол. Карандаш покатился по столешнице, но она успела его поймать, прежде чем он упал. Халли засунула его в волосы для надежности.

– Я была такой же, пока не появился подходящий учитель. Госпожа Джулс пришла к нам, когда мне исполнилось двенадцать, и все изменила.

– Из-за нее ты пошла в науку?

Халли слегка улыбнулась.

– Если бы не она, я, возможно, никогда бы и не подумала об Университете.

В конце концов, именно Джулс предложила уехать из Стоунсета. Все потому, что Халли не могла смотреть Нильсу в глаза после того, что он сделал. После того, что она не сделала, чтобы спасти Джека. Тот несчастный случай на шахте будет преследовать ее до конца жизни.

Уголок рта Зика слегка приподнялся. Его улыбка вытеснила мрачные мысли из ее головы. Это была его первая улыбка после смерти Эббы, и что-то в груди Халли расслабилось. Она обязательно расскажет об этом Кейсу, когда тот вернется.

– Я рад, что ты это сделала. – Зик сцепил руки перед собой на столе. – Порекомендуешь мне что-нибудь?

– Ты сейчас задал опасный вопрос.

– Мне сегодня больше нечего делать, так что я могу попытаться насладиться своим пребыванием здесь.

Халли полезла в сумку и достала свой экземпляр «Одиссеи». Она провела рукой по обложке.

– Тебе понравится, ведь ты солдат и все такое. Это и моя любимая книга.

Он взглянул на название.

– Думаю, у Кейса тоже одна из любимых.

Она кивнула.

– Мне нравится… В смысле, я не ожидала, что он увлекается искусством. Или древней литературой. Или чем-то, что меня интересует. Но как-то вечером мы заговорили…

«И вот сейчас меня понесло». Она знала, что ее лицо пылает ярче огня, но Зик усмехнулся.

– Я же говорил тебе, он не так уж плох, когда узнаешь его получше.

Щеки Халли запылали еще жарче.

– Это не то, что ты думаешь. Я не хотела…

«Как там у Шекспира? Леди слишком яро протестует?[7] Отлично. Теперь он, наверное, решит… о, звезды».

Она сглотнула и попыталась улыбнуться.

– Ты бы понравилась маме. Она тоже помешана на книгах, – сказал Зик.

Чудо, как Халли не сгорела со стыда. Она прочистила горло и открыла книгу.

– Тогда я с удовольствием встречусь с ней когда-нибудь. – Халли пролистала книгу до конца. «Смени тему. И поскорее». – Знаю, ты ее не читал, но тебе понравится именно эта сцена в конце.

Ее пальцы наконец нашли страницу. Зик удивился.

– Ты хочешь, чтобы я начал читать с конца? Разве это не противоречит правилам?

Халли пожала плечами.

– Но это моя любимая часть. Именно благодаря ей я полюбила чтение, и она идеально подойдет для тебя. Прежде чем начнешь, я расскажу контекст, чтобы ты не потерялся. – Она сделала паузу. – Если ты не против, чтобы я сама прочла, конечно. У меня замечательно получается голос Одиссея.

Зик рассмеялся и махнул ей рукой.

– Да, мама точно была бы от тебя в восторге.

Халли пожевала губу и вернулась к странице. Там рассказывалось, как Одиссей после Троянской войны страдал от непомерной гордыни и как это стоило ему всего. Она пояснила, что Посейдон, греческий бог моря, проклял героя, когда тот ослепил его сына-циклопа, и что спустя почти двадцать лет после отплытия в Трою Одиссей вернулся одиноким и разбитым и обнаружил, что его дом захвачен жадными женихами, стремящимися занять место царя.

– И тогда он тайком пробрался во дворец под видом старика с помощью своего сына Телемаха. Его жена, Пенелопа, в конце концов уступила женихам и сказала, что выйдет замуж за того, кто сможет натянуть лук Одиссея и пустить стрелу через двенадцать колец. Но она знала, что ничего не выйдет. Только Одиссей мог это сделать.

– Но если он уже там, зачем столько сложностей? Почему Одиссею просто не открыться, а не проходить через все это? Ему что, придется сражаться с женихами? – Зик отшатнулся от сурового взгляда Халли.

Она прищелкнула языком.

– Перестань думать как солдат и расслабься.

Халли нашла нужное место в тексте и начала:

– Дочь светлоокая Зевса Афина вселила желанье

В грудь Пенелопы, разумной супруги Лаэртова сына,

Лук женихам Одиссеев и грозные стрелы принесши,

Вызвать к стрелянию в цель их и тем приготовить им гибель…

Она читала, а Зик внимательно слушал, впитывая каждое слово. Кейс обожал эту историю, как же его брат мог пропустить ее? Халли дошла до места, где Одиссей натягивает свой собственный лук и пускает стрелу прямо через кольца, и удивление на лице Зика заставило ее сердце дрогнуть. А когда женихи поняли, кто перед ними стоит, он рассмеялся. Ей не терпелось рассказать об этом Кейсу.

Она перевернула страницу, чтобы продолжить рассказ о кровавой бойне, в которой погибли женихи, но тут обнаружила, что между страниц засунут кусок сложенного пергамента. Халли нахмурилась и вытащила бумагу.

Откуда это?

Она уже собиралась развернуть лист, когда ее прервал тихий кашель. Халли подняла голову. Зик терпеливо ждал ее и жестом попросил продолжить. Сунув пергамент в сумку, Халли повернулась и обнаружила, что у нее собралась аудитория.

Откуда взялись все эти ялвенские дети, она не знала, но каждый застыл в ожидании с блеском в золотых глазах. Впереди всех стояла девочка с мягкими вьющимися волосами, подол ее платья украшали вышитые книги, свитки и перья. На вид ей было лет двенадцать, но с ялвами трудно сказать наверняка. Она слегка поклонилась.

– Пожалуйста, продолжайте, мисс.

В груди Халли потеплело. Она нашла родственную душу на этой стороне света.

– Если хотите, я могу начать с самого начала!

Девочка окинула взглядом остальных ребят. Звезды, да их человек пятнадцать. Девочка просияла.

– Мы хотим знать, что станется с женихами, мисс. Но после – да, почитайте еще, пожалуйста.

Уголком глаза Халли заметила улыбку на тонких губах Салдра, который отложил книгу и наклонился к ним.

Она увлеченно принялась за песню и читала до тех пор, пока Салдр не сказал, что им пора отправляться на вечерний пир. Халли шла обратно, слегка подпрыгивая, а в голове ее старые мечты сменялись новыми надеждами. Хотелось верить, после их успешного возвращения в Кивину она еще много будет читать детям в новой школе, которую так мечтала открыть.

Скоро. Скоро они будут дома.

Глава 25

Только Джаспер

Халли

Вернувшись во дворец, Халли не успела ни переодеться, ни убрать сумку, но ее это не смутило. Она хотела зарисовать праздник угольным карандашом. Когда еще ей представится возможность увидеть нечто столь впечатляющее?

Салдр провел их во дворец, в обеденный зал, где они сидели с утра. Однако к этому событию помещение украсили. Помимо факелов вдоль стен и в центре стола высились канделябры цвета кости. Свет от воткнутых в них тонких свечей отражался от металла. Стол окружало столько ялвов, что Халли не смогла бы пересчитать их всех, не выглядя при этом дурой, слишком долго стоящей на пороге. Каждый из них был облачен в традиционную одежду, и Халли захотелось изучить все подолы, чтобы определить род занятий владельцев. Но, увы, Салдр повел ее с Зиком к Кейсу. Тот со своими кудрями и в родной одежде выглядел неуместно. И судя по всему, не преуспел в том, что его заставили делать для Лорда-старейшины.

Халли опустилась на подушку рядом с ним, а Зик – по другую сторону от нее. Салдр занял место напротив них, рядом с ялвом, который забрал Кейса тем утром. Родр сидел рядом с красивой женщиной с рубиново-красными губами. Халли сняла сумку и поставила позади себя на случай, если ей понадобится набросать что-то важное.

Не успела она расспросить Кейса, как прошел его день, Лорд-старейшина встал, и в комнате воцарилась тишина, словно поднялся занавес в театре Грига. Халли наклонилась вперед, локтем задев стоящую перед ней тарелку из зуприума, но успела поймать ее, прежде чем та ударилась о канделябр. Кейс с улыбкой покачал головой и повернулся к Лорду-старейшине.

– Мы благословляем этот праздник, как Торо благословляет нас. Наши жизни прославляют Торо, давайте помнить о том, что он даровал нам в начале времен, о нашем долге Кроналов. Да направит он нас на пути к Горам в конце этой жизни.

Как бы ей хотелось записать каждое слово. Придется постараться все запомнить. Вернувшись домой, она опубликует книгу о своих открытиях и отношениях с ялвами.

Пока Халли была погружена в свои мысли, в зал вошли ялвы с дымчатыми вихрями на подолах, неся большие тарелки с мясом и зелеными овощами. У нее перехватило дыхание, как только она уловила аромат. Пахло стейком в топленом масле. О звезды.

Ялвы с вихрями расставили тарелки между канделябрами. Сидя на коленях, Халли заметила, что остальные сами берут себе еду вилками. Она последовала их примеру. Когда же принялась накладывать в тарелку то, что выглядело как двоюродный брат спаржи, и исходящее паром коричневое мясо, то заметила лицо Кейса. Оно было почти таким же зеленым, как овощ.

– Кейс? – прошептала она, отложив вилку. Все вокруг болтали, но Халли не хотела привлекать внимание, потому что Кейс выглядел так, будто его вот-вот стошнит. – Ты не голоден?

Он постучал вилкой по своей пустой тарелке. До сих пор Кейс поглощал все, чем их кормили ялвы, но не сегодня. Она попробовала еще раз.

– Что случилось?

Он пожал плечами. Халли взяла кусок мяса и положила ему на тарелку.

– Ты ведь любишь стейк, верно?

Он заколебался, и она проследила за его взглядом. Родр и Салдр с интересом наблюдали за ними. Халли наклонила голову.

– Что-то не так?

Кейс покачал головой.

– Я не голоден. Вот и все.

– В это трудно поверить, – пробормотала она.

– Мастер Шекли. – Родр отрезал кусок мяса и протянул его парню. – Ты заслужил этот пир и славу за убийство драконара, не так ли?

Невероятно, но лицо Кейса стало еще зеленее. О, звезды, его сейчас стошнит прямо здесь, за столом.

– Кейс, если тебе нужно…

– Я в порядке, – прошипел он. – Я не убивал… я…

Кейс резко закрыл рот. Халли подняла бровь, и Зик уловил конец разговора.

– Что ты не убивал? Ты не сказал нам, что в итоге сделал.

Родр ухмыльнулся, показав острые зубы.

– Мастер Шекли сегодня охотился, и он убил драконара, а значит, он получит…

– Ничего! – Лицо Кейса покраснело, как утреннее солнце. Это выглядело плохо, учитывая нынешний зеленый подгон его кожи. – Я ничего не получу. Вообще ничего.

Салдр отсалютовал ему бокалом.

– Когда ты наконец заявишь свои права, я поддержу твое решение.

Халли заметила, как Кейс сжал кулаки под столом. Мило улыбнувшись ялвам, которые стали беседовать о драконаре и о последствиях его приближения к городу, она повернулась к Кейсу.

– Ты их чем-то обидел? Ты же должен был помочь завоевать доверие Лорда-старейшины!

Зик наклонился через Халли.

– Да, и почему они выбрали для охоты тебя? Ты же никогда на нее не ходил.

Кейс провел руками по лицу.

– Я им так и сказал. – Он поймал взгляд Халли. – Они взяли меня поохотиться на… на… это был дракон, ясно? Как тот, которого мы видели в лесу. Это для какого-то их ритуала, и я едва уцелел.

– Ты видел другого дракона? – пискнула Халли и прикрыла рот рукой, когда несколько ялвов повернулись в ее сторону. Она смущенно им улыбнулась. – Он был похож на того, с которым мы столкнулись? Есть еще такие? А можно, я поеду на следующую охоту? Полагаю, на Первой Земле звери какое-то время существовали, пока не вымерли.

Если вы посмотрите нужные тексты, то обнаружите, что почти все древние культуры имели предания о них и…

Она запнулась, заметив, что ялвы, а также Кейс и Зик замерли и уставились на нее, уронив челюсти. Ее лицо залил стыдливый румянец.

– Я много читаю.

Все вновь принялись есть, и Халли понизила голос:

– Итак… вернемся к дракону. Ты не ответил на мои вопросы.

Кейс посмотрел на нее исподлобья.

– Это не то, что я хочу вспоминать, спасибо тебе большое. – Он сделал паузу и нахмурил брови. – У тебя что, карандаш в волосах?

– А?

Кейс, ухмыльнувшись, вытащил карандаш. Его лицо вновь приобрело нормальный цвет.

– Никогда не знаешь, вдруг понадобится что-то нарисовать?

Она сузила глаза.

– Ты так говоришь, как будто это плохо.

Он захихикал. Халли взяла сумку и засунула карандаш внутрь, но при этом ее пальцы задели что-то шершавое и хрусткое. Пергамент. Тот самый, который она нашла в «Одиссее».

Халли огляделась по сторонам, но, казалось, никому не было до нее дела. Салдр и Родр говорили на ялвенском о каком-то ритуале с участием драконара. Зик откусил пару кусочков мяса, а Кейс гонял еду по тарелке. Она вытащила пергамент, спрятала его под столом и осторожно развернула.

Некоторые буквы были полустерты или смазаны, но смысл оставался ясен.

«Только Джаспер может работать с Вратами».

Халли не нужно было зеркало, чтобы понять – все до единой кровинки отхлынули от щек. Голова казалась слишком легкой, а желудок – слишком тяжелым, словно в его недрах очутился мешок с камнями.

Что, звезды ввсех подери, происходит? Джаспер? Разве он сам не был напуган тем, на что способны Врата? Как…

И тут ее осенило. Джаспер обрел Сущность. Может, не владел ею, когда писал книгу, но каким-то образом стал одной из них. Но почему сейчас это имело значение? Как записка попала в ее экземпляр «Одиссеи»? Если сирлам нужны Врата, значит, они действительно обладают Сущностью, способной их открыть? Они каким-то образом захватили Джаспера?

Это тоже не имело смысла. Джаспер Морган жил и умер много веков назад, однако профессор Кристи сказал, что Джаспер скоро свяжется с Лордом-старейшиной.

Звезды, какая-то чушь. «Что я упускаю?»

Рука Кейса легла на ее плечо.

– Не надо было есть мясо. Оно того дракона… Халли, что случилось?

На ее лбу выступили капельки пота, пока она пыталась успокоить бешено колотящееся сердце.

Зик посмотрел на нее, и на его лице отразилось беспокойство.

– Тебе нужно прилечь? Я уверен, ялвы не будут против.

Она сжала записку так крепко, что казалось, та может в любой момент сгореть.

«Только Джаспер может работать с Вратами».

– Лорд Салдр, – прошептала она, наклонившись вперед. Одной рукой Халли сжимала живот, а в другой держала записку. Ялв поднял голову, и Родр тоже. – Пожалуйста, я не хочу подрывать ваше доверие, но защищены ли Врата? У меня есть основания полагать, что сирлы… – Халли запнулась и огляделась по сторонам. Большинство остальных ялвов были заняты поглощением пищи или разговорами. Некоторые поднялись со своих мест и начали петь и танцевать в честь своего бога. Слушали только Кейс и Зик. – У меня есть основания полагать, что сирлы обладают Сущностью, которая взаимодействует с Вратами.

Золотистые глаза Салдра метнулись туда, где Лорд-старейшина сидел пил и беседовал с окружающими его ялвами. Родр слишком резко поставил свой стакан, и вода выплеснулась через край. – Ты не заслужила…

Салдр прервал его, положив руку на плечо. Он не сводил глаз Халли и, казалось, выбирал слова с особой тщательностью.

– Сущности вымерли много веков назад. Ваш договор не был нарушен.

Халли так крепко вцепилась в край стола, что казалось, будто ее пальцы приклеились к нему навеки. Она тихо повторила:

– Пожалуйста, лорд Салдр. – Халли опустила взгляд на записку, затем снова посмотрела в его золотистые глаза. – У меня есть основания полагать, что у сирлов действительно имеется…

Двери в пиршественный зал с грохотом распахнулись. Наступила тишина, и внутрь вбежал ялв с мечами и щитами на подоле тоги, его заплетенные в косу волосы растрепались и прилипли к потному лицу.

Странно, ведь большинство ялвов скорее замерцают и исчезнут, чем побегут.

Загадочная записка выскользнула из ее пальцев и упала на пол. Ялв заговорил на более древнем диалекте, но Халли все равно смогла разобрать его слова. Они выбили из ее головы все мысли.

– Захватчики! Захватчики у ворот!

В зале начался хаос.

Глава 26

Просто послушай меня хоть раз

Кейс

Обычно в момент паники Кейс никогда не мог ясно мыслить. Он умел принимать решения в доли секунды, что бы там ни думал его отец, но это не означало, будто такие решения всегда оказывались удачными. Одно из них закинуло его на проклятую Тасаву.

Однако сейчас, когда весь пиршественный зал всколыхнулся, на него снизошло холодное спокойствие. Он взглянул на перепуганную Халли и раздувшего ноздри Зика, но не ощутил ничего. Ни страха, ни шока, ни даже удивления.

Из этой ситуации выход есть. Если на город нападут, он, Зик и Халли смогут воспользоваться хаосом и найти Нагса. Кейс даже мог бы украсть у ялвов несколько пистолетов, и они ушли бы в считанные минуты. Он потянулся через Халли, чтобы привлечь внимание брата.

– Эй, Зик, ты знаешь, как работать с…

Не успел он договорить, как за спиной появился Салдр и схватил его за плечо.

– Я отведу вас в ваши покои. – Хватка ялва была слишком крепкой, а гримаса на лице – мрачной и не располагающей к спорам.

Кейс вырвался.

– А если мы туда не хотим?

– Сирлы охотятся за Вратами, лорд Салдр, – тихим голосом произнесла Халли.

Кейс мотнул головой в ее сторону.

– Сирлы? Это они вторглись?

Халли кивнула, и Кейс выругался. Зик встал, чуть не споткнувшись о бегущего из зала ялва, который выкрикивал приказы о западных воротах в город.

– Позвольте нам помочь, лорд Салдр. Мы с Кейсом можем сражаться, – произнес Зик неожиданно твердым голосом.

Но Салдр покачал головой, его глаза потемнели.

– Я не могу рисковать. Когда все закончится, мы сможем поговорить, но сейчас я должен вернуть вас в ваши покои. Пожалуйста, следуйте за мной. Я не хочу вас принуждать.

Кейс скрипнул зубами, но вскочил. Он протянул руку, чтобы помочь Халли, но она поднялась сама. Схватила сумку и перекинула через плечо дрожащей исцеленной рукой.

– Тогда пойдемте, лорд Салдр. Я знаю, что вы хотите помочь остальным.

Он вывел их в коридор, но прежде чем они покинули комнату, Кейс услышала приказ Лорда-старейшины:

– Мне понадобится Кайнадр. Его душа была потеряна тысячу лет, и настало время его освободить.

Любые другие слова отсек хлопок двери. О чем он? Как душа могла потеряться на целое тысячелетие?

– Слышали, что он сказал? – прошептал Кейс, пока они мчались по коридору вслед за ялвом.

Халли сжала челюсти, но кивнула. Зик продолжал идти рядом с Кейсом.

– Что он имел в виду, говоря об освобождении?

Халли покачала головой.

– Не сейчас. – Она посмотрела на Салдра, который несся по дворцу, как штормовой ветер. Он хотел их потерять? Великий взрыв.

Ялв тоже что-то бормотал про себя, и время от времени его облик мерцал. Каждый раз, когда он появлялся вновь, его тихий крик боли становился все громче.

– Лорд Салдр, – наконец произнесла Халли после пятого появления.

Он остановился и повернулся. Его взгляд метнулся в сторону коридора, затем снова к ним троим. У Кейса сжался желудок. Обычно спокойный ялв сам на себя не походил, впрочем, Кейс и запомнил-то его имя лишь потому, что Салдр сомневался, будто Хелли и Кейс подходят друг другу.

Халли снова заговорила:

– Лорд Салдр. Я позабочусь о том, чтобы мы добрались до наших покоев и остались там.

Он пристально посмотрел на нее.

– Я не могу этого допустить.

– Я знаю, что вы бы предпочли защищать свой народ, – сказала она. – Доверьтесь мне, пожалуйста.

– Мисс Уокер, я не могу этого допустить.

Халли взяла его за руку. Он слегка вздрогнул, но потом расслабился, и она продолжила:

– Если это действительно сирлы, то им нужны Врата, и мы с вами знаем, на что они способны.

Кейс взглянул на брата, но тот не шелохнулся. Если Халли удастся убедить Салдра оставить их, то может… может, им удастся улизнуть и выбраться отсюда. Халли была хороша.

– Спасибо, – прошептал Салдр. И не успел Кейс моргнуть, как ялв исчез.

Он покачал головой.

– Я до сих пор не понимаю, как они это делают.

Халли не стала делиться своими знаниями о ялвах.

Вместо этого она сказала:

– Нам нужно попасть в храм.

Зик покачал головой.

– Злить их – худшее, что мы можем сделать. Дворец – самое защищенное сооружение, а с моими навыками мы, возможно, сумеем никого не пропустить через первую арку.

– Вы оба сошли с ума? – Кейс провел обеими руками по своим кудрям и потянул их. – Возможно, это наш единственный шанс выбраться отсюда! Мы украдем немного припасов и оружия, а потом отправимся на поиски Нагса. Идеально.

При упоминании Бена глаза Халли смягчились, но она не уступила.

– Вы оба ошибаетесь. Если сирлы завладеют этими Вратами… а мы готовимся к войне… если мы не защитим их, всем в Джейд придется столкнуться с последствиями того, как сирлы попытаются их использовать. Для этого им нужна Сущность, и я верю, что она у них есть. Я не могу… я не позволю им заполучить то, что следует оставить в покое.

Она поперхнулась словами, и Кейс стиснул зубы.

– К звездам Джейд. Если Нагс все еще там, мы должны ему помочь!

– Перестань думать о себе, ладно? – вмешался Зик, его глаза пылали. Он посмотрел на Халли, потом снова на Кейса. – На нас нападают, а ты только и думаешь о том…

– Как желание спасти друга может быть эгоистичным? – Кейс сделал шаг вперед, но Халли встала между ними.

– Это не поможет!

Зик обошел Халли и оказался прямо перед Кейсом. Его дыхание было горячим.

– Бен мертв. Ты не можешь его спасти, Кейс. Не можешь. Твоя одержимость спасением всех и каждого должна прекратиться. Это нездорово и подвергает опасности тех, кто тебя окружает.

Зрение Кейса затуманилось от жгучих злых слез.

– Это куча звездного дерьма, и ты это знаешь.

Палец Зика уперся ему в грудь.

– Ты не смог спасти Ану и с тех пор винишь себя.

– Заткнись! – крикнул Кейс, и его голос эхом отразился от стен коридора и ударил по барабанным перепонкам. Он толкнул Зика, и брат пошатнулся. – Я не собираюсь сейчас с тобой ссориться!

Голос Халли заставил их обоих замолчать:

– Прекратите! Все эти ссоры звезды пойми из-за чего ни к чему не приведут. Если мы не защитим Врата, нам конец!

Кейс тяжело дышал, смаргивая слезы разочарования. Он взглянул на брата и увидел, что тот делает то же самое. Но уже через мгновение Зик снова надел маску идеального солдата.

– Конечно. Приношу свои извинения. Сейчас не время выходить из себя.

Кейс промолчал. Ведь открой он рот, кто знает, что из него выльется. Вместо этого он пронесся мимо них обоих и направился по коридору к их покоям.

Он был уже на полпути к последнему коридору, когда его догнали спутники. Халли заговорила первой.

– Что ты делаешь? Мы должны попасть в храм.

Он не повернулся.

– Если мы собираемся наружу, мне нужна моя куртка. И у меня есть перочинный нож. Не знаю, удастся ли нам заполучить один из их пистолетов, так что мне что-нибудь понадобится.

Заглянув к себе, троица помчалась по пустым коридорам и лестницам, пока не оказалась у парадной арки. Кейс открыл перочинный нож, скучая по привычной тяжести электропистолета. Он надеялся, им удастся найти что-нибудь более подходящее или что вообще не придется сражаться. Может, ялвы позаботятся об этом до того, как захватчики доберутся до дворца.

Однако стоило им переступить порог арки, от которой исходила странная волна тепла, как до его слуха донеслись крики, а в нос ударил металлический запах крови. Кейс закашлялся и приложил руку ко рту.

У входа во дворец камень под ногами был усеян телами. Ялвы, в темных волосах которых запеклась кровь, смотрели на него пустыми глазами. Они были не единственными жертвами. Другие лежали среди них, как листья, разбросанные по лесной подстилке, только у этих тел были алмазные татуировки на шее.

Сирлы. Халли была права.

Ее лицо стало таким же белым, как Первая Луна, да и у Кейса дела обстояли не лучше. Справа от него раздались крики, и он посмотрел вниз, где бушевал бой. Ялвы оттеснили сирлов от ступеней дворца. Золотистый свет и сверкающие пули вырывались из их пистолетов, но враги отвечали своими. Их пули вспыхивали в небе голубым, как падающие звезды.

Кейс заметил и каменные статуи, что прежде стояли вдоль главной дороги. Вместо того чтобы держать фонари, как раньше, они сражались вместе с ялвами, их точеные руки отражали столько синих пуль, сколько могли. Однако, в отличие от электропистолета, оружие сирлов работало: каждый раз, когда голубой свет попадал в истукана, в воздух взлетали большие куски камня.

Словно этого было недостаточно, Кейс с ужасом увидел, как одна из пуль попала в ялва. Его грудь взорвалась голубым огнем, и он упал, затихнув.

Благие дни.

Кейс посмотрел на зажатый в пальцах перочинный ножик. Что за насмешка. Он оглядел лежащие перед ними тела. Некоторые все еще сжимали в руках пистолеты. Он не думал, а только двигался. Увернулся от светящейся голубой пули и забрал три пистолета. Все ялвенские. Один он сунул в руки Зику, другой – Халли.

Кейс не обернулся на крики, доносившиеся справа.

– Они работают точно так же, как электропистолеты. Вскиньте его и нажмите на курок.

Когда Зик и Халли кивнули, Кейс вернулся к бою.

– Если мы укроемся вон там, – он указал на скопление зданий неподалеку, – то, возможно, нам удастся задержать несколько…

Он осекся. Несколько сирлов пробрались снаружи и бегом направились к гигантской двери в горе. Один из них тащил огромное оружие, похожее на то, от которого Нагс избавился в лесу.

Слова Халли почти потерялись в шуме битвы.

– Это храм! Врата! Они там! – Ее глаза были дикими. – Мы должны остановить их!

Кейс все еще не понимал, что такое Врата, но знал, что это важно и пора снова довериться Халли. Он вскинул пистолет и прицелился в сирла с пушкой. Но промахнулся.

Сирл повернулся и направил пушку прямо на Кейса.

– Бежим!

Он, Халли и Зик успели нырнуть как раз в тот момент, когда в арку позади них ударила вспышка голубого огня. Однако вместо того, чтобы взорваться или разрушиться, арка задрожала, засияла ослепительным светом и поглотила ударную волну.

На этой стороне мира действительно существовала магия.

Зик оправился первым и выстрелил в сторону сирлов, что все еще пробирались по тропинке к храму. Им повезло: он промазал. Кейс не знал, куда делась охранники. Сирлы добрались до массивной двери и выстрелили в нее из пушки. Металл отреагировал так же, как и арка дворца, но сирлов это не остановило. Один потащил вперед сопротивляющееся тело – ялва.

Нет, не какого-нибудь ялва. Родра.

Зик перестал стрелять, и Кейс повернулся. Сирлы пытались оторваться от основной схватки. Кейс снова выстрелил в тех, что были возле дверей, но оружие щелкнуло пустой обоймой. Он засунул его в карман штанов и огляделся, пытаясь найти другое.

– Нет! – крикнула Халли. Он поднял голову и увидел, что она бежит к двери в гору.

Кейс поймал ее за край куртки. Крик не помешал сирлу отрубить Родру руку по локоть. Кровь брызнула на металлическую дверь и засияла, как солнце. Створка открылась. Вопль Родра эхом отозвался в черепе Кейса.

Небольшая группа сирлов в капюшонах промчалась через проем и захлопнула дверь, унося с собой кричащего Родра. Халли вырвалась из хватки Кейса и понеслась к двери. Он выругался, но последовал за ней. Когда они добрались туда, Кейс ухватился за дверь и потянул. Ручки не было, и она не сдвинулась с места.

Он оглянулся на Зика, стоявшего в шести метрах от них и противостоявшего очередной волне сирлов. Его брат стрелял без устали, но это было все равно что плыть против течения.

Халли еще раз подергала дверь вместе с Кейсом. Ничего. В ее голосе зазвенели слезы:

– Мы должны попасть внутрь! Почему она не открывается?

Кейс схватил Халли и дернул вниз, когда над их головами полыхнула голубая вспышка. Пистолет, который она держала в руках, упал на землю. Халли задрожала всем телом, глядя на него расширенными глазами.

– Кровь. Мы должны использовать кровь.

Золотые вспышки устремились в их сторону, но ялвы не успевали помочь. Кейс покрутился, ища другого туземца, которого можно было бы использовать.

– Но никто нам ее не откроет!

– Рука! – Зик бросился к ним.

– Но разве это не неуважительно? – спросила Халли, когда Кейс прыгнул к отсеченной руке Родра. Мысленно извинившись и скорчившись, он размазал кровь ялва по холодному металлу.

Зик снова выстрелил, и Кейс с Халли пригнулись, когда мимо них пронеслось еще больше голубого огня.

Затем они подняли головы. Кровь светилась, превращаясь из красной в золотую. Дверь открылась, и Кейс втолкнул Халли внутрь. Он взглянул на Зика.

– Вперед! – крикнул его брат, все еще пытаясь сдержать остальных.

– Только не без тебя, – прорычал Кейс, хватая Зика за рубашку.

Тот вырвался и продолжил стрелять.

– Я задержу их!

– Зик, иди сюда! – Кейс еще раз дернул брата за рубашку.

Зик повернулся, высвободился из хватки Кейса и пропихнул его в проем.

– Просто послушай меня хоть раз…

Такие моменты всегда казались странными. Первый раз это случилось три года назад, когда Ана столкнулась с яростным пламенем, охватившим маленький коттедж в нижнем городе. Второй – всего два месяца назад, когда новичок соскользнул с мокрой от дождя крыши ангара.

Это было нечто такое, что Кейс никогда не смог бы полностью объяснить. Его сердце словно билось в такт щелчкам неисправных механических часов. Каждая секунда, каждое движение, каждый вдох длились целую вечность.

Не успел Зик закончить фразу, как синяя вспышка ударила его в ногу, и он упал на одно колено. Зик зарычал и выстрелил из своего оружия. Кровь и голубое пламя хлынули из раны и растеклись по земле.

Глаза Кейса расширились, когда еще одна светящаяся пуля вошла в грудь его брата, и Зик рухнул. Но не успел.

Кейс вернуться назад через небольшой проем, брат из последних сил захлопнул дверь. Металл заскрипел и сросся, а холодный воздух застыл в легких Кейса.

А потом зазвенели крики.

Глава 27

Я помню

Халли

Борьба по ту сторону двери грозила поглотить Халли, но это было ничто по сравнению с криком в ее голове. Она закрыла глаза и заставила его исчезнуть, заставила себя проснуться от ужасного кошмара, в котором оказалась.

Но крики Кейса лишь доказывали, что она не спит.

– Зик, нет, нет, нет, нет, ты не можешь…

Зрение Халли затуманилось, и она подавила застрявший в горле всхлип. Зик. Смелый, крепкий, надежный Зик. Ее пальцы задрожали, когда она поднесла их ко рту.

Халли видела кровь, видела последний выстрел, от которого тело Зика забилось в конвульсиях и рухнуло на землю. Точно так же, как целую жизнь назад, когда обрушилась балка, погребя целую секцию заброшенной шахты. Она должна была закричать. Должна была схватить Джека за руку, но не сделала этого. Потому что они с Нильсом были просто трусами.

Джек, Эбба, а теперь еще и Зик. Сколько еще смертей ей придется пережить, прежде чем она дотянет до собственной?

Колени подкосились, и Халли упала на землю в грубом, освещенном факелами туннеле. Горе Кейса эхом отражалось от каменных стен. Она зажала уши, желая, чтобы шум прекратился, но увы. От него невозможно было отгородиться.

«Я не могу сейчас рассклеиться».

Она опустила руки и вдохнула так глубоко, как только могла. Легкие болели от усилий, но это помогло ей успокоиться и прояснить мысли. Сирлы. Они были где-то в этом храме. Враги пытались найти Врата, и Халли не хотелось узнать, что они с ними сделают. Если получится задержать сирлов, чтобы ялвы успели добраться до них, появится шанс спасти Джейд – всех ялвов – от того, что произойдет. Она поднялась на ноги.

Кейс стоял на коленях перед дверью и слабо стучал в нее.

– Зик… не уходи… – хрипел он, когда Халли опустилась рядом с ним.

Он не обратил на нее внимания, и ей пришлось отмахнуться от собственных воспоминаний. Было больно. Очень больно, как нож в сердце, но они должны были идти дальше.

– Кейс.

Его кулак снова ударился о дверь, и створку измазала кровь. Он разбил руку.

– Кейс.

Окровавленный кулак вновь ударил по металлу.

– Кейс! – закричала Халли, обхватив его потное лицо и заставив посмотреть на нее.

Его темно-синие глаза были дикими, еще более дикими, чем волосы, и из них текли слезы. Он задыхался:

– Я не могу его бросить. Ана, новичок, Бен, все эти люди, пожар…

Пальцы Халли сжались, и она отодвинула свою боль на второй план.

– Пусть жертва Зика не будет напрасной.

– Но он же там, снаружи!

– Послушай меня! – закричала Халли сквозь рыдания, но не отпустила Кейса. – Ты не сможешь его спасти. Он сделал это, чтобы мы могли жить, чтобы мы уберегли Джейд. Мы должны идти.

– Я его не оставлю! – Голос Кейса повысился, переходя в истерику.

– Кейс!

Он еще раз ударил по двери.

– Я не могу. Не могу. Зик!

– Ты можешь и должен.

– Нет! – Кейс отпихнул ее и снова стал колотить в дверь, все еще крича сквозь слезы о своем брате.

Тогда Халли сделала единственное, что, по ее мнению, могло его встряхнуть.

Она дала ему пощечину.

Много недель назад Халли пообещала себе, что больше не будет, но он не оставил ей выбора. Она не могла идти дальше без него. Его глаза пылали, когда он поднес руку к щеке.

– Почему ты…

– Горевать мы сможем потом, – прошептала она, – а сейчас наш долг – помешать сирлам использовать Врата. Кейс, ты нужен мне здесь. Ты нужен мне. Пожалуйста.

Его глаза прояснились, но он ничего не сказал.

– Возможно, мы единственная надежда Джейд. Поэтому, пожалуйста, пожалуйста… – Она опустила руки на колени, ее голос надломился.

Кейс еще раз провел ладонью по двери. Крики, вопли по ту сторону казались частью гротескной симфонии. Ялвы присоединились к битве у дверей.

Ни один из голосов не принадлежал Зику.

Кейс всхлипнул, вытирая ладонями последние слезы.

– Прости.

Она сглотнула комок, вставший в горле.

– Пойдем.

Он кивнул, и они поднялись на ноги. Кейс скрипнул зубами, отвернувшись от двери.

– У нас есть какое-нибудь оружие, кроме моего бесполезного пистолета?

Халли закусила губу и покачала головой.

– У тебя остался перочинный ножик?

Он достал его и раскрыл.

– Вот, пожалуй, и все.

– Жаль.

Он покачал головой и убрал нож обратно в карман.

– Должно хватить. Что теперь?

Она схватила его за руку и потянула к тому, что могло стать их последними минутами на Ялваре.

Кейс

Темный каменный туннель был длинным и извилистым, освещался лишь несколькими факелами, и в нем стояла тишина, как перед бурей. Когда они добрались до первого помещения, Кейс едва не потерял ту хрупкую связь с реальностью, которая у него еще оставалась.

В мерцающем свете факелов блестели лужи крови, в которых лежали трупы ялва и сирла.

– Кто-нибудь из них еще жив? – Халли зажмурилась.

Он сжал ее руку, хотя в груди было слишком тесно, а запах ржавого металла бил по носу. Кейс подтолкнул руку человека носком ботинка. У него сжался желудок, когда он увидел, что у ближайшего тела нет лица.

– Я проверю. Не смотри.

Все, что могло пригодиться, лежало рядом с трупом хозяина в виде куска расплавленной жижи. Так что против чудовищ, изуродовавших трупы, оставались бесполезный ялвенский пистолет и перочинный ножик.

– Куда теперь? – Халли чуть приоткрыла глаза и посмотрела на два коридора перед ними.

Кейс заглянул в левый. Там было темнее, чем в том, из которого они вышли, а факелы из помещении он забрать не мог.

– Много ли ты знаешь об этом месте?

– Немного.

Кейс пошел к ней, обходя лужи крови.

– Если эти Врата так важны, то к ним должен вести самый большой коридор.

– Твои дедуктивные рассуждения безупречны.

– Я не могу понять, серьезно ты говоришь или нет.

Халли пожала плечами.

– Неважно. Я бы сказала, что мы должны попробовать спуститься…

Крики эхом отразились от каменных стен правого коридора. Халли и Кейс подскочили, причем Халли схватилась за шнурок у горла.

– Полагаю, мы знаем, в какую сторону идти?

Кейс кивнул и, снова взяв ее руку в свою, повел Халли по проходу. Он был освещен не так хорошо, но, двигаясь на ощупь, они наконец добрались до другого помещения, похожего на предыдущее.

Обследовав его, спутники нашли еще больше трупов и расплавленных кусков оружия, после чего отправились по единственному доступному туннелю. Его озарял простой факел, отбрасывавший длинные тени вдоль стен, и тишина навевала страшные мысли. Неужели они выбрали не тот коридор? Что, если сирлы убьют Халли так же, как убили Зика?

Благие луны.

Они убили Зика.

Кейс учащенно дышал, пытаясь проглотить истерику, нараставшую в его сознании. Зик погиб, чтобы спасти их. Он был мертв. Брат никогда не вернется. Если бы это случилось с Халли, он бы никогда…

Она сжала его руку.

– Кейс. Мы что-нибудь придумаем. Нам нужно только потянуть время, пока ялвы не смогут войти.

Кейс сжал челюсти и отмахнулся от эмоций. Им предстояла невыполнимая задача, и если он падет, то падет с боем, надеясь, что этого окажется достаточно. Он будет героем, а не трусом.

– Мне было бы спокойнее, если бы ты спряталась в одном из туннелей, пока сюда не прибудут ялвы.

Халли вырвала свою ладонь из его и скрестила руки. Слабое мерцание одинокого факела плясало на ее лице.

– Я тебя не оставлю.

Он покачал головой.

– Я не хочу, чтобы то, что это сотворило… Пожалуйста, я не думаю, что справлюсь, если что-то… – Кейс сглотнул, но горло сжалось. – Я уже потерял Зика. Я не могу… я не хочу потерять и тебя.

Проклятые эмоции. Он даже не смог нормально произнести фразу.

Немного поколебавшись и слегка дрогнув, Халли прижалась к его щеке. Ее темно-золотистые глаза встретились с его глазами, и что-то в сердце Кейса сжалось от решимости, отразившейся в их глубине.

– Кейс… ты меня не потеряешь. Обещаю.

А потом она встала на цыпочки и поцеловала его в заросшую щетиной щеку. Поцелуй вышел легким, как дуновение ветерка, но сердце Кейса едва не выпрыгнуло из груди.

– Что это было?

Ее щеки приобрели прекрасный розовый оттенок, и она заставила себя улыбнуться.

– Нет никого, кроме тебя, с кем бы я хотела оказаться здесь в конце пути.

На город напали, его брат только что погиб, а они с Халли пытались остановить сирлов. Но ее глаза были яркими, смелыми и…

Он отбросил мысли и поднял ее лицо к своему. Но не успел ничего сделать, как до них донесся грохот металлической двери. Оба подпрыгнули, столкнувшись головами.

– Звездец, – простонал Кейс, прижав руку ко лбу.

– Твоя голова тяжелее, чем я думала, – проворчала Халли.

– Если бы ты не подскочила, этого бы не случилось.

– Так значит, я виновата? Если бы ты не наклонился, чтобы… чтобы… – Она прижала руки к щекам.

– Я не помню, чтобы ты отворачивалась, – прошептал Кейс. По его лицу пробежал жар. – Нам нужно идти дальше.

Из-за спины до него донеслось ворчание Халли:

– Проклятая дверь.

Его желудок подпрыгнул, а на лице появилась ухмылка. Он протянул руку. Улыбнувшись, Халли переплела свои пальцы с его.

Кейс мягко сжал их.

– Пойдем, Хале.

Пока они вместе шли по коридору, Кейс почти забыл о мрачных мыслях, когтями вцепившихся в край его сознания. Почти.

– Пообещай, что будешь делать как я скажу, когда мы найдем сирлов. Договорились?

Халли выдержала минуту, прежде чем сжать его руку.

– Только если у меня не найдется идеи получше.

Кейс закатил глаза и хмыкнул.

– Ладно.

Они пошли дальше по коридору и остановились перед дверью, идентичной той, что была у входа. Кейс надавил на нее, но она не сдвинулась с места.

Он выругался.

– Может, мне вернуться и притащить сюда одно из тел?

Халли прикусила губу, увидев пятна на двери на месте ручки. Сирлы, похоже, ничего не оставили от Родра. Если Кейс вернется и возьмет одного из мертвецов, то может опоздать. Но это могло быть единственным выходом. Он потянул ее за руку.

– Пойдем. Если ты поможешь, сделаем все быстро.

Она, не мигая, смотрела на дверь, ее дыхание участилось.

Кейс застонал. Он снова потянул ее за руку.

– Нам нужно спешить.

– Дай мне свой нож.

«А?»

– Это не сработает.

– Просто дай его.

Он достал нож из кармана и протянул ей.

– Что ты собираешься с ним делать?

Она открыла его и порезала кончик указательного пальца левой руки. Халли охнула от боли…

«Что она… подождите, как это…»

Халли размазала пузырящуюся кровь по металлу.

– Зачем ты… – Золотистое сияние оборвало его фразу, и дверь со скрипом распахнулась.

«Благие звезды».

– Халли, что ты…

Она вытерла лезвие о брюки и протянула ему обратно. Пока он запихивал его в карман, Халли обмотала палец подолом рубашки, чтобы остановить кровотечение.

– Нет времени объяснять. Пойдем.

Рукоятка пистолета была скользкой от пота, когда Кейс вытащил его из-за пояса штанов, но он сжал оружие, толкнул дверь и шагнул внутрь. Халли последовала за ним. Переступив порог, Кейс задумался над ее поступком. Он не успел задать крутившиеся в голове миллионы вопросов, как его захлестнула волна жара, такая же, как при входе во дворец.

– Нет, нет, нет, – прошептала Халли.

Два человека стояли перед светящейся аркой, а третий лежал у их ног и стонал от боли. Родр. Арка была единственным источником света в зале, но сияла не хуже дюжины фонарей. Ее составляли резные металлические блоки, похожие на колонны в лесу. Двое сирлов осматривали пространство между камнями, где слишком быстро мелькали изображения; Кейс не мог понять, что это такое. Один из врагов держал в руках пушку.

– Это же Врата, не так ли? – прошептал он. – Что ты о них говорила? Это оружие?

Халли схватила его за куртку и притянула к себе, стараясь не привлекать внимания мужчин.

– Я нашла записку. В моей книге. Я не понимала… и до сих пор не понимаю… но у сирлов есть Сущность… и… и Кейс…

Звук, донесшийся из арки, заставил Кейса взглянуть туда, и сердце подскочило к горлу.

Битые, горящие, взорванные звезды.

Прежде мелькающие изображения и свет, исходящие от Врат, мещали ему рассмотреть стоящих перед ними людей, но тот, что справа, откинул капюшон и скрестил руки, его светлые волосы в сиянии Врат походили на корону.

Даже со спины не было никаких сомнений.

Каждый нерв в теле Кейса затрепетал, и он вырвался из хватки Халли.

– Нагс!

Черты лица друга всегда напоминали ему лисьи – острый нос, умные глаза, но сейчас они приобрели более зловещий вид. Было видно, что его нос был сломан и вправлен после первого столкновения. Халли снова схватила Кейса.

– Подожди, – прошипела она. Ее дыхание щекотало ему ухо. – Что-то не так.

Нагс напряженно моргнул и, споткнувшись, бросился вперед, но не успел сделать и пяти шагов.

– Кейс? Это ты? Халли получила мою записку?

– Она от тебя? Что значит «только Джаспер может работать с Вратами»? Он мертв. – Пальцы Халли сжались сильнее.

Кейс вырвался из ее хватки.

– Что ты делаешь? Я думал, ты… я думал, ты мертв.

Лицо Нагса исказила гримаса. На другом человеке была окровавленная синяя форма. Сирл. Неужели это он изуродовал тела в тех помещениях? Голос Нагса был резким.

– Передайте генералу Корреа, что мы нашли Врата.

– Да, агент Рисе, но как насчет этих двоих? – Мужчина говорил с акцентом, растягивая «с».

Кейс держал пистолет перед собой, готовый выстрелить. Его палец дрожал на спусковом крючке, хотя он знал, что не выстрелит.

Гримаса не сходила с лица Нагса.

– Я с ними разберусь. Идите!

Мужчина кивнул и побежал прочь, таща на плече пушку. Он не остановился и не попытался причинить вред Кейсу или Халли, но что-то было не так. Кейс сосредоточился на своем друге.

– Что с тобой, звезды подери, такое?

Нагс провел дрожащей рукой по лицу.

– У меня не было выбора.

Кейс смахнул пот с глаз, но руку с пистолетом не опустил.

– Я думал, они похитили тебя, но ты… ты…

Он не мог вымолвить и слова. Не мог сказать, о чем думает. Не мог сказать, потому что это все было не по-настоящему. Нет. Скоро Кейс очнется от звезданутого кошмара, где его брат мертв, а лучший друг – предатель. Боль сдавила легкие.

Нагс нагнулся к стонущему Родру. Сверкающая веревка связывала его ноги. Кровь из отсутствующей руки сочилась на камни. Голос Нагса был низким и густым:

– Если бы я не привел их сюда, если бы не сделал то, о чем они просили…

Халли шагнула вперед, сжав кулаки. Ее сумка задела Кейса, когда она встала рядом с ним.

– Как? Как ты… Джаспер мертв. Эта книга. Он написал ее много веков назад.

Взгляд Нагса был мягким, а лицо выражало страдание. Он долго смотрел на Халли, а затем перевел взгляд на мерцающие Врата.

– Джаспер не мертв, но и не жив по-настоящему. – Он сделал паузу и прочистил горло. – Но все это не имеет значения. Не сейчас.

Кейс стиснул зубы и прорычал:

– Что происходит?

Халли напряглась.

Нагс встал. Открыл рот, чтобы сказать что-то еще, но тут его правый глаз дернулся, а затем и плечи. Кейс попятился назад, но оружие не выпустил.

За несколько секунд лицо Нагса изменилось и стало неузнаваемым. Те же светлые волосы, те же голубые глаза, но за ними словно поселился другой человек. Кейс не знал, как это можно было описать.

– Конечно… – вздохнула Халли. – Сущность… ты… и Джаспер… ты – Сущность. Ты принял ту Сущность, которой он обладал.

– Я сделал то, что следовало. – Бен сузил глаза. – И когда я обнаружил, что у тебя есть «Врата Времени», понял, что должен что-то предпринять. Бен не хотел этого, но он не контролирует себя. Он слаб, в отличие от Джаспера.

Он снова дернулся, и его взгляд изменился. Бен упал на колени и затрясся так сильно, что друзья едва сумели разобрать его следующие слова:

– Нет. Нет, пожалуйста, не надо.

Его стон вырвал Кейса из горечи предательства. Боль, прозвучавшая в голосе друга, была непритворной. Кейс по-прежнему не понимал, что происходит, но ему было все равно. Он выронил пистолет и упал рядом с Беном.

Тот оттолкнул его.

– Нет, ты не понимаешь. Я не могу контролировать… ар-р!

Все его тело билось в конвульсиях, а глаза потускнели. Через мгновение Нагс содрогнулся, и его вырвало на землю. Он вытер рот трясущейся рукой.

– Отдай мне свой блокнот, Халли. Пожалуйста. А потом убирайтесь отсюда.

Кейс вздрогнул и посмотрел на Халли, что стояла возле двери. Затем снова повернулся к Нагсу.

– Я не понимаю. Тебе нужна помощь…

Нагс замахнулся на Кейса, и тот едва успел уйти от удара.

– Оставь блокнот и убирайся! Если я не… если я не сделаю этого, они убьют Люси. У меня нет выбора. Пожалуйста. Я не хочу, чтобы они убили и тебя!

Халли упала на колени по другую сторону от Кейса.

– Зачем? Зачем тебе мой блокнот? Чего бы ни хотели сирлы, это только навредит Джейд.

Пот стекал по лицу Нагса, как дождь.

– Для Врат. Я уже уничтожил книгу, но ты написала в блокноте все, что знаешь о ней. Может, они будут снисходительны, а может, и нет… им нужна она, но я сказал им, что она не будет… ты не будешь сотрудничать…

Она?

Его тело снова забилось в конвульсиях, и Кейс вскочил на ноги, выхватывая пистолет и увлекая за собой Халли. На этот раз Нагсу не удалось вернуть контроль над собой. Потому что, когда он встал, из глаз Бена Рисса смотрело что-то другое, и что бы это ни было, оно ужасало Кейса до глубины души.

«Нага Только не ты».

Бен схватил теперь уже бессознательного Родра за ворот его забрызганной кровью тоги.

– Уверен, Бен предпочел бы, чтобы все прошло легко, но он всегда был слабым.

Руки Кейса дрожали. Бен швырнул Родра в ворота. Халли закричала, но Кейс мог только смотреть, как то, что владело телом его друга, просунуло свою руку в месиво образов и забормотало непонятные слова. Изображения мелькали вокруг его конечности. У Кейса разболелись глаза от попыток их разобрать.

– Я отдам тебе блокнот! – крикнула Халли, шатаясь. – Только верни его!

Бен закрыл глаза и глубоко вздохнул.

– Кронал служил своей цели, и он прикончит вас обоих. Так хотел бы Бен. Избавить вас от боли лицезрения того, что сделает Сирулин и что произойдет, если мы не соберем Сущности вовремя. Теперь вы оба для меня ничего не значите.

Кейс тяжело сглотнул, сердце заколотилось в ушах. Он сжал в пальцах забытый пистолет. Наконец Бен отдернул руку от Врат. В ней лежал мерцающий меч с темно-синим драгоценным камнем в рукояти. Такой же камень Родр носил на шее. Что, черт возьми, происходит? Меч походил на те, что нашли Халли и Бен незадолго до нападения истуканов.

– Что ты наделал? – Кейс схватил Халли за руку и потянул ее за собой ко входу. – В смысле – надо собрать Сущности вовремя?

– Неважно. Тебя здесь не будет. – Бен сделал пробный взмах мечом. – Моя Сущность управляет Вратами, а этот меч – ключ к ним.

– Ялвы не просто так согласились на договор. Сущности опасно принимать в себя, – напомнила Халли.

Бен покачал головой и подошел ближе. Кейс встретил его взгляд. Глаза казались такими же прозрачно-голубыми, как и те, что он так хорошо знал, но Нагса в них не было. Кейс не понимал как, но друг пропал.

Он не чувствовал ни рук, ни ног. Не знал, как и почему, но Нагс был мертв.

– Вы умны, мисс Уокер, но не видите всей картины, не так ли? Я считал вас мудрее. Думал, вы знаете.

Гоня от себя воспоминания, Кейс прицелился в своего друга, хотя знал, что патроны кончились. Палец дрожал на спусковом крючке.

– Что знаю? – спросила Халли.

– Сейчас это не имеет значения. Мы найдем кого-нибудь другого.

– Кого-то другого?

Бен сделал выпад.

Кейс метнул в него пистолет за миг до того, как они с Халли отпрыгнули в сторону. То, что было Нагсом, с легкостью отбило оружие.

– Это было глупо, – прошипела Халли, выпрямляясь.

– Был шанс попасть ему в глаз.

Что он мог сделать? Требовалось отвлечь существо надолго, чтобы Халли смогла уйти. Кейс не хотел потерять и ее.

– Ты мне доверяешь? – прошептал он, когда они отошли еще дальше.

Халли не ответила, лишь следила за движениями меча. Бен пошел к ним.

– Халли. Ты мне доверяешь?

Вздох.

– Да.

Бен, не прекращая махать мечом, направил его прямо в сердце Кейса. Тот не сильно разбирался в холодном оружии, но понимал – обращаться с клинком друг не умеет. Если вывести Бена из равновесия, появится шанс обезоружить его.

Кейс вытащил нож, щелкнул им и остановился в метре от, как он надеялся, двери.

Он будет сражаться.

Как Зик.

«Пусть и моя жертва не будет напрасной, Халли».

Когда меч оказался совсем близко, Кейс глубоко вздохнул.

– Беги.

Звук ее удаляющихся шагов снял тяжесть с его плеч, и он метнул нож в лицо Бена. Лезвие полоснуло его по щеке, отхватив кусочек кожи.

«Звездец. Я промахнулся».

Бен зашатался и с ревом бросился к двери. Кейс крутанулся в сторону и ударил ногой по руке, державшей меч, но оружие не упало. Он схватил руку с мечом и попытался оттеснить Бена назад, подальше от входа.

– Пожалуй, сначала я разберусь с тобой, – пробурчал Бен. Он был слишком силен. Бен отпихнул Кейса и взмахнул мечом на уровне глаз. Кейс едва успел увернуться, откатился в сторону и встал на одно колено. Его тело пульсировало от кувырканий по камням, и не будь он в ужасе, он мог бы поздравить себя с таким прыжком.

Бен попытался сделать выпад, но Кейс, не дав поднять оружие в воздух, налетел на него и схватил. Оба рухнули на землю. Кейс застонал и откатился в сторону, уворачиваясь от меча.

Он вскочил на ноги и встретился взглядом с противником. Они стояли ближе к Вратам, но какой прок? Они лишь осветили тени на лице Бена.

«Ты все еще там, Нагс?»

Бен со злобной усмешкой поднялся на ноги, сжимая меч обеими руками. Кейс тяжело дышал, вытирая рубашкой пот, капающий с подбородка.

– Ты быстрый, – сказал Бен. – Но я убью тебя.

Кейс встал в стойку, которую видел в рукопашных боях: колени чуть согнуты, руки подняты и готовы отражать и наносить удары. Но ни то, ни другое не остановит меч.

– Ты был моим другом. Моим лучшим другом. – Кейс поперхнулся словами. Глаз Бена дернулся. Кейс продолжил: – Разве не помнишь? Мы всегда прикрывали друг друга. Всегда. Вспомни!

Голова Бена дернулась в сторону. Кейс не успокаивался:

– Мы так напились после вступления в Отряд, что тебе пришлось нести меня домой, пока я во всю глотку пел «Храни Тово распутных девиц».

Еще одна судорога.

– Разве ты не помнишь все наши совместные тренировочные полеты? Как мы украли тот электрический граммофон и подключили его к байку? Я еще обожал ту песню, такую тягучую… она… – Кейс с трудом выговаривал слова, воспоминания захлестнули его. Слезы попадали в рот и смешивались с потом. – Просто вспомни, Нагс. Вспомни!

Бен резко дернулся, меч заскрежетал по земле. Друг поднял голову. В его голубых глазах заблестели слезы.

– Я помню.

Дыхание Кейса сбилось от слез.

– Тогда борись с тем, что тобой управляет! Пожалуйста!

Нагс вытер глаза рукавом, все еще испачканным кровью, вероятно, Родра. Он покачал головой и прохрипел:

– Я не могу. Не могу. Я пытался, я пытаюсь…

Бен с молниеносной скоростью сделал выпад. Кейс метнулся вправо, но слишком медленно – меч пронзил его левый бок под ребрами, и он упал. Голова ударилась о каменный пол, но он почти не почувствовал этого.

Тяжелый вдох. Второй. А потом пришла боль, какой Кейс не испытывал никогда в жизни. Словно кто-то разжег огонь в том месте, куда вошел кончик меча, и от этого огня вспыхнули все остальные части тела. Он закричал так, что у него перехватило горло.

Сквозь агонию он увидел Нагса с поднятым мечом, по лицу друга текли слезы.

– Мне жаль. Прости, но я не могу, не могу…

Больно. Как же больно.

«Я попытался. Скоро увидимся, Зик. Ана.

Ана».

Глава 28

Дар богов

Халли

В кои-то веки Халли послушалась Кейса и, когда он дал команду, побежала. К ее облегчению, второй сирл не потрудился закрыть дверь. Хоть что-то удалось. Но когда она была уже на полпути к туннелю, эхо принесло голоса впереди.

– Кейс? – Она обернулась, тяжело дыша. – Бен идет за…

Кейса за ней не было.

Свет факела замерцал. Никакого кудрявого пилота. Туннель был пуст.

Он решил пожертвовать собой. Ради нее.

«Нет. Нет. Я не смогу без тебя».

Шлепая по каменному полу, она помчалась обратно в зал Врат. Оттуда неслись какие-то слова и крики, но она не разобрала их, потому что перед глазами стоял образ истекающего кровью Кейса, безликого, как трупы в туннеле.

Ворвавшись в комнату, Халли захлопнула дверь как раз в тот момент, когда Кейс закричал.

Она подняла голову и увидела, как он упал на пол, корчась от боли.

«Пожалуйста, нет».

Злость охватила ее сердце. Бен, пошатываясь, подошел к своему другу и поднял меч высоко над головой. По лицу Нагса текли слезы, но его слова леденили душу Халли:

– Мне жаль. Прости, но я не могу, не могу…

«О звезды. Взорванные, горящие звезды».

В сумке не было ничего подходящего. Можно швырнуть блокнот, но тогда она дала бы существу именно то, чего оно и хотело. Отчасти поэтому они оказались в переделке.

Халли сунула руку в карман и нащупала грубую пращу Эббы и пиритовый камень, который ремонтница собиралась отдать брату. Булыжник все еще был испачкан ее кровью. Это должно сработать. Однажды Халли уже повезло и, возможно, повезет снова. Отвлечь Бена, спасти Кейса.

«Спасибо, Эбба».

Халли вытащила пращу, надела петлю на палец и положила камень в мешочек, как учил ее Кейс много недель назад.

«Прицелься и держи крепче».

Она сосредоточилась на лице Бена. Это было единственное место, где камень мог нанести достаточный урон. Помолившись, она отбросила пращу назад и запустила снаряд прямо над целью.

Камень взмыл в воздух и попал Бену в глаз. Он вскрикнул и отшатнулся.

Халли с криком кинулась вперед и ударила его по ногам – так она обычно подсекала брата, когда они были младше. Бен этого не ожидал. Он споткнулся о тело Кейса и, задев Халли по лицу, упал головой вперед в светящиеся Врата. Его рука сорвала с ее плеча сумку.

Халли кинулась за ней, но Бен исчез среди света.

Исчез. Все ее наброски, заметки, экземпляр «Одиссеи»… все сгинуло в мелькающих образах Врат.

Она огляделась в поисках камня и обнаружила его в луже крови рядом с Кейсом.

– Нет, нет, нет!

Халли, спотыкаясь, пошла к нему. Он был неподвижен, как труп, только грудь едва заметно вздымалась и опускалась. Сердце заколотилось в ушах, и Халли испустила беззвучный крик.

«Я спасла его! Я остановила Бена!»

– Кейс! – наконец обретя голос, она подползла к его голове. Кровь растеклась слева от тела и пропитала ткань ее брюк на коленях. Дыхание Кейса было прерывистым, а лицо скривилось от мучительной боли. По крайней мере, он больше не кричал.

– Что мне делать? Что делать? – Она огляделась в поисках чего-нибудь, что можно было прижать к ране, но, кроме меча и камня, ничего не нашла. Хотя бы их Бен не забрал с собой.

Она посмотрела на залитую кровью рубашку Кейса, шепотом извинилась, после чего откинула в сторону его куртку и схватилась за рубашку, из подола которой он несколько дней назад сделал ей жгут. Кейс отказался носить тогу, а иной одежды у ялвов не водилось. Халли дернула его рубашку, обнажив грудь. Оторвав изрядный кусок, она приложила его к все еще сочащейся ране. Пульс грохотал в ушах.

Кейс вздрогнул, а с той стороны двери послышались громкие голоса. Халли захлебнулась слезами, свободно стекавшими по ее лицу. Что толку? Она умрет, как только те чудовища проберутся сюда. В голове промелькнули образы изуродованных тел из предыдущих помещений. Она зажмурилась.

– Не дай мне встретиться с ними в одиночку, пожалуйста. Я не знаю, что делать, – взмолилась она, ее пальцы были скользкими от крови, пропитавшей обрывки рубашки. – Очнись. Скажи, что я веду себя глупо. Обзови дурой. Что угодно. – Халли прислонилась лбом к его груди. – Пожалуйста. Я обещаю, что больше не буду кричать на тебя и бить. Только не надо… не надо…

Его дыхание перешло в хрип, почти заглушаемый ее рыданиями, но тут дверь распахнулась. Халли вскрикнула и бросилась за мечом Бена, который лежал недалеко от Врат. Но не успела она поднять оружие, как перед ней возник ялв. Клинок со звоном упал на пол, едва не задев руку Кейса.

– С дороги, мисс, – сказал Салдр.

Его лицо было залито кровью, а рану на щеке требовалось зашить. Он убрал окровавленную рубаху и сунул руку в маленький мешочек, висевший у него на поясе. Вытащив золотистую пыль, Салдр другой рукой оттолкнул Халли с дороги и высыпал содержимое на рану Кейса. Пыль окрасилась в красный цвет.

Он пробормотал непонятные слова, и рана мягко засветилась. Кейс содрогнулся всем телом и издал хрип.

Халли попыталась оттолкнуть Салдра, но кто-то схватил ее за руку.

– Лорд Салдр сделает все, что в его силах.

Лорд-старейшина возвышался над ней. Когда она перестала сопротивляться, он отпустил ее, и Халли рухнула на колени, спрятав лицо в ладонях. Перед ее глазами промелькнул образ брата. Зик снова упал, за ним последовало безмятежное лицо Эббы, с которым она испустила последний вздох. Когда же это закончится?

«Не умирай. Не умирай. Не умирай». Она раскачивалась взад-вперед, обнимая себя за плечи. В ушах стоял слабый шепот Салдра. Это же заклинание целитель использовал несколько дней назад.

– Теперь все зависит от него, – объявил Салдр.

Халли перестала раскачиваться.

– Что ты имеешь в виду? Разве у вас нет больше этой проклятой пыли?

Лорд-старейшина положил руку ей на плечо.

– Васа может манипулировать временем лишь настолько, насколько это возможно. Это дар богов, не предназначенный для использования человеком. Мы ограничены в своих знаниях о его возможностях.

Халли схватила руку Кейса – ту самую, с кольцом, которое он так и не снял. Почему его кожа такая холодная? Поднеся его руку к своей щеке, Халли ощутила шершавые мозоли. Его красивые черты были мягкими, хоть и запятнанными кровью и грязью. Казалось, он спит. Ее желудок сжался.

– Вы больше ничего не можете сделать?

– Васа еще может сработать. – Салдр поднялся на ноги. – Его тело должно принять дар.

– Как именно она работает? Ты сказал, она управляет временем?

– Время хранит множество ответов.

– Это ни о чем мне не говорит.

Глупый ялв и его загадки.

Его молчание давило на нее, но тут внимание Халли привлек Кейс. Он втянул в себя воздух и медленно выдохнул его. Затем застонал, и его веки дрогнули.

– Кейс? – Халли уронила его руку и схватила за лицо. – Кейс? Ты меня слышишь?

Его грудь замерла.

– Нет, Кейс! Кейс! – Она снова прижалась лбом к его груди, ее слезы текли по его коже и смешивались с кровавой пылью, размазанной по ране. – Ты обещал отвезти меня домой. Я не могу без тебя. Ну же, ты обещал, звезданутый идиот!

Она ждала хмурого взгляда, оскорбления, чего угодно.

Ничего. Кейс был так неподвижен. Значило ли это… что он… мертв?

Она снова нашла его руку и сжала ее так крепко, как только могла. Сцены прошлого пронеслись в голове, как в кинофильмах с Первой Земли, о которых Халли читала. Они мельтешили в ее сознании, и с каждым занаво прожитым мгновением слезы лились все сильнее.

Спутанные волосы Кейса, когда он впервые пришел в книжный магазин и велел ей навести порядок на полках.

Как он ругался на нее за то, что она задела управление корабля.

«Одиссея», которую он принес, пытаясь утешить ее.

Его мягкая улыбка после того, как она поцеловала его в щеку всего полчаса назад.

– Почему это всегда я? – Она легонько стукнула кулаком по его груди. Он не отреагировал, не пошевелился.

«А теперь я потеряла и тебя».

Трагедия, которую Халли была обречена переживать вновь и вновь. Никто не задерживался надолго. Кейс не стал исключением. Новая волна слез застлила ее глаза. Каждая из них капала вниз и смешивалась с пылью.

– Дитя?

Когда она не ответила, Лорд-старейшина положил руку ей на плечо.

– Мне очень жаль. Кажется, Торо вынес приговор.

Зрение Халли затуманилось еще больше.

– Почему твоя магия не сработала? Вы обладаете всей этой силой, прячетесь, как трусы, на этой стороне планеты и не можете спасти ни одного человека? Почему?

Лорд-старейшина опустил взгляд.

– Человек не управляет васой. Иногда ответ Торо – «нет».

Халли снова опустила голову на холодную грудь Кейса.

– Салдр останется, пока ты не будешь готова принять решение Торо. Мастер Шекли храбро сражался. Он умер героем. Уповай на это, дитя мое.

Он ушел. У Халли заболела грудь. Все остальное тело онемело. Она приподнялась и крепко сжала руку Кейса в своей, пытаясь почувствовать хоть что-нибудь.

Тишина.

Смерть стерла боль с его лица, разгладив все морщины. Халли поднесла руку Кейса к своей щеке и прислонилась к ней, закрыв глаза. Его кольцо терлось о ее кожу.

Она просидела в тишине неизвестно сколько времени. Мягкий гул Врат и ее собственные тихие всхлипы отражались от каменных стен. Салдр не двигался, не издавал ни звука. Ей хотелось, чтобы он ушел.

«Почему всегда выживаю только я?»

Халли сосредоточилась на грубых мозолистых пальцах Кейса и на том, как они ласкали ее кожу. Она так и не смогла спросить, откуда они у него. Она вообще ни о чем не успела его спросить из-за своих проклятых предрассудков и его упрямой гордости. Все эти споры. Все эти злые слова.

Они стоили ей столького времени.

Может, это была отчаянная мольба или просто желание утешить себя, но слова мелодии, которую использовали целитель и Салдр, пришли к ней сами собой. Халли запела их с придыханием:

– Anoheme ana hoiseh li Valihanora. Jir dremu hiasa li grer тага…

«Защити и исцели, о Создатель Времени. Мы смиренно просим тебя преподнести нам этот дар…»

Она издала хриплый вздох, и в этот момент его палец дернулся под ее щекой. Халли вздрогнула и открыла глаза, крепче сжимая руку Кейса. Краем глаза она заметила, как пыль на его ране снова засветилась, и неровный порез затянулся в считанные секунды.

Неужели он… он… неужели песня на самом деле… она что, на самом деле ялвийка?

Та картина на чердаке… карманные часы, заработавшие после аварии…

Кейс кашлянул. Халли крепче сжала его руку.

– Очнись. Пожалуйста. Открой глаза!

При звуке ее голоса он моргнул, и под веками промелькнули голубые искорки.

– Кейс? – Как такое возможно? Он был мертв. Он был мертв.

Проклятье. Да плевать, как это все работает, главное, чтобы работало.

Кейс снова моргнул, и на этот раз ему удалось полностью открыть глаза. Она всхлипнула и вытерла рукой слезы.

– Халли? – Его голос был хриплым от крика. Кейс попытался сесть. – Что происходит? Все болит.

Халли хотела помочь, но он отказался. Кейс поднес руку к виску и застонал. Может, он еще головой ударился? Неважно. Кейс был жив.

«Благие небеса, он жив».

Дрожь пробежала по ее телу, и солнечный свет вспыхнул в улыбке. Заливаясь слезами, Халли Уокер впервые в жизни не могла подобрать слов – даже отрывистых, бессвязных.

Прежде чем она успела совершить какой-нибудь безрассудный поступок, – например, зацеловать Кейса до потери сознания или самой упасть в обморок, – Салдр заговорил.

– Торо благословил тебя в этот день. Я не был уверен, что твое тело выдержит васу. – Ялв шагнул к ним. – У меня не хватит васы для твоей головы, мастер Шекли. Позвольте мне отвести вас в лечебное крыло.

Не обращая внимания на слабые протесты Кейса, Салдр поднял его на руки, словно тот весил не больше ребенка. Халли несла меч в одной руке, а другой держала руку Кейса, и всю дорогу до дворца пыталась успокоиться. Дыхание ее было неровным.

К тому времени, как они добрались до входа, она уже взяла себя в руки. Но вздрогнула, выдернув руку из хватки Кейса, когда заметила за дверью лужу засыхающей крови. Желчь обожгла горло. Халли с трудом сглотнула ее.

Салдр жестом указал в сторону дворца.

– Я отведу тебя к Лорду-старейшине. Он должен знать, что произошло.

Она кивнула. Они не говорили больше ни о чем, пока не добрались до места. Салдр вел ее по коридорам, пока они не нашли Лорда-старейшину в крыле целителей, где находились и другие раненые. Как только мужчина увидел Салдра, его плечи расслабились.

– Хвала Торо.

Салдр кивнул, все еще держа на руках Кейса, который бормотал что-то бессвязное.

Лорд-старейшина подошел к ним.

– Как видите, у нас тут полно народу. Лорд Салдр, пожалуйста, доставь мастера Шекли в его покои, а целительница Джера принесет ему еще васы.

К ним присоединилась ялвийка с темно-красными губами. Та самая, которая, судя по всему, могла быть женой Родра. Халли почувствовала что-то похожее на удар в живот. Родр. Она отвела взгляд.

Салдр слегка склонил голову.

– Мисс Уолкер готова поговорить с вами, Лорд-старейшина.

С этими словами он вышел из комнаты, не дожидаясь Халли. Она бросила последний взгляд на Кейса, который все еще висел на руках у Салдра, когда ялв последовал за женщиной в сторону их покоев. Ей пришлось бежать, чтобы догнать Лорда-старейшину, но он привел ее в тот же приемный зал, где она бывала раньше. Когда мужчина устроился на своей обычной подушке, Халли опустилась на пол, положив меч на колени.

– Если ты не против, расскажи мне, что произошло в Храме сегодня вечером.

Она крепко сжала меч:

– Объясните, как у Сирулина появилась Сущность, и я расскажу вам все, что знаю. – Халли говорила твердо, но ее голос дрожал от усталости и эмоций.

Глаза Лорда-старейшины пронзили ее, но она не отшатнулась. Прошла минута, прежде чем он наконец заговорил:

– Эти секреты доступны только тем, кто заслужил доверие.

Халли провела пальцами по рукояти меча, рассматривая голубой драгоценный камень. Тот самый, что был на ожерелье Родра. Она не смогла удержаться от язвительного тона:

– Зик погиб за ваше дело, и Кейс тоже едва не отдал за него жизнь. Мы более чем заслужили ваше доверие, Лорд-старейшина.

– Твои слова могут привести тебя на суд Горы. – Когда она ничего не ответила, мужчина вздохнул. – Защищать Врата – наше святое право. Мы, Кроналы, – секта, отделившаяся от нашей расы и избранная, как Сущности и Ключи. Это наш святой долг.

– Но что это значит? – Она крепче сжала меч на коленях. – Это не объясняет, почему вы нарушили договор… или есть другие Сущности, не подвластные вам?

Лорд-старейшина поправил свою длинную тунику, забрызганную кровью врагов.

– Капитан, принесите, пожалуйста, подушку для нашей гостьи.

Халли обернулась. Она и не подозревала, что в комнате есть кто-то еще. Звезды. У капитана были густые шелковистые брови, он нахмурился, но вышел из комнаты, чтобы выполнить приказ.

Лорд-старейшина снова повернулся к ней.

– Я отвечу на столько вопросов, на сколько смогу, но у меня еще много других дел, так что я не задержусь здесь надолго.

– Хорошо, – хмыкнула Халли, усаживаясь на подушку, которую принес охранник.

– Врата – это пересечение не только наших временных линий, а лишь Торо знает скольких. Малые врата в других коридорах храма можно использовать для перемещения между частями нашего собственного мира, но эти – самые важные. Поэтому наш долг – защищать их.

Временные линии?

– Что произойдет, если через них пройдет Сущность?

Глаза Лорда-старейшины впились в нее.

– Кто-то вошел во Врата?

– Человек, с которым сражался Кейс, провалился в них, когда я толкнула его. Он сказал, что он – Сущность, которая управляет Вратами.

Молчание Лорда-старейшины было почти оглушающим.

– Это невозможно. Сущность Ключей… умерла почти столетие назад.

– Но он смог создать этот меч. – Она осмотрела клинок. Судя по цвету, это был зуприум, но, похоже, в чистом виде: он почти ослеплял своим блеском. – Бен бросил Родра во Врата и вытащил вот это.

На лице Лорда-старейшины не отразилось никаких эмоций, когда он встал и взял у нее меч. Мужчина осмотрел его, как ученый осматривает новый интересный экземпляр. Он положил клинок рядом со своей подушкой.

– Даже если Сущность вернулась, за Вратами находится множество миров, которые даже представить страшно, а у него нет этого ключа. – Он потер глаза – очень человеческий жест, который на мгновение заставил Халли растеряться. Лорд-старейшина продолжил: – Они пришли из земель, полных чудовищ, более смертоносных, чем те, что бродят по эту сторону Ялвары. Мы заперли одного из них столетие назад. – Он опустил глаза, но затем вновь встретил ее взгляд. – Не говори об этом, пока я не дам тебе разрешения. Если нарушишь свою клятву, то предстанешь перед судом Горы.

Халли старалась сдерживать растущий ужас, дыша так медленно и ровно, как только могла. Она не совсем понимала, как передаются Сущности, но знала, что не получит от Лорда-старейшины никаких ответов. Оставалось надеяться, что полученная информация удовлетворит Гвардейца.

Кроме того, Бен никогда не вернется под солнце Ялвары, раз меч все еще у нее. Сирулин не сможет использовать Врата как оружие против Джейд. Халли сделала еще один глубокий вдох.

– Я понимаю, и я согласна сохранить тайну, если вы поможете нам вернуться в Кивину. И если разрешите, мы хотели бы забрать тело Зика Шекли для нашего собственного ритуального сожжения.

Лорд-старейшина протянул руку ладонью вверх. Халли встала, положила свою на его и склонилась, пока не коснулась лбом собственной руки. Это был традиционный способ скрепления соглашений в культуре ялвов. Мужчина повторил ее движения.

– Мы сохраним его тело. Сегодня мы потеряли слишком много хороших солдат. Если у тебя больше нет ко мне вопросов или информации, я должен вернуться в лечебное крыло.

Халли замялась. Она хотела спросить его о собственной истории, но что-то в глубине души подсказывало ей – этого делать нельзя. Что случится, если кто-нибудь узнает об этом? Пока знал только Кейс, а с ним можно было договориться. Если Лорд-старейшина узнает, что в ней течет кровь ялвов, то может и не выпустить Халли. Тогда возникал другой вопрос.

– Зачем Сирулину понадобилось собирать все Сущности? И будет ли каждая обладать своим… гм, носителем?

– Я не могу ответить.

– Но…

– Я сказал тебе все, что мог сказать непосвященному. – Лорд-старейшина указал на дверь. – Но будь уверена, всем управляет Topo, a не эти богохульники из Сирулина.

Халли пожевала губу. Она хотела спросить что-то еще, но взгляд ялва говорил о том, что он начинает терять терпение.

– Спасибо за доверие.

Лорд-старейшина склонил голову.

– А теперь иди, проведай своего товарища и отдохни. Скоро мы снова поговорим.

Халли кивнула и поспешила из комнаты. Она попытается обдумать всю полученную информацию позже, может, когда они вернутся домой, если не сумеет вновь попасть в библиотеку ялвов. После молчаливой прогулки по коридорам она наконец добралась до гостевых покоев, в которые поселили ее, Кейса и Зика.

О, Зик…

Халли смахнула слезы. Не время. Еще не время.

С тяжелым сердцем она вошла в общую комнату. Бросила короткий взгляд на еду на столе и отвернулась. Наверное, кто-то оставил ее для Кейса, когда тот проснется. От одной мысли о еде Халли затошнило. К тому же у нее болела челюсть от удара Бена, который она получила перед тем, как он провалился во Врата.

Святые луны и небеса, этот день был…

Она дошла до комнаты, которую делили братья, и слегка приоткрыла дверь. Мягкий свет Первой Луны, проникающий через маленькое окно, омывал кудри Кейса. Он спал, но в кои-то веки не храпел. Время от времени они с Эббой слышали его из своей каюты на «Юдоре Джейд».

Стараясь не потревожить его, она распахнула дверь до конца. Когда он не проснулся, Халли взяла один из деревянных стульев из общей комнаты и водрузила его рядом с кроватью Кейса. Дверь оставила открытой для света и ради сохранения приличий и села.

Его дыхание было легким дуновением ветерка, локоны шелестели при каждом выдохе. Кейс потерял брата и сам едва не погиб, но сон на время забрал у него эти болезненные воспоминания. Кто-то вымыл ему лицо и одел его в новую рубашку. Глубоко вздохнув, Халли накрыла его руку своей.

По ее щеке скатилась одинокая слеза.

– Прости, что не послушала тебя, но я рада, что вернулась.

Халли не знала, сколько просидела так, глядя на него, но не думала, что он будет возражать, если она положит голову на край кровати. Только на мгновение.

Только на мгновение.

Только…

Кейс

Когда сны Кейса начали таять, он попытался выхватить их из воздуха, но его левая рука столкнулась с чем-то на пути вверх. Кто-то ахнул, и он открыл глаза. Было темно, но в открытый дверной проем лился отблеск факелов. Мягкий серый свет раннего утра отражался от металлического потолка. Может, уже пора вставать? Может, в библиотеке он сможет узнать больше о боевых приемах ялвов. Их искусство боя на мечах интриговало, и…

– Ой, – прохрипел голос слева от него. Он повернул голову, но ощущение было такое, будто на него обрушилась тонна кирпичей. Халли стояла рядом, потирая челюсть.

Что она делала в его комнате?

Голова снова запульсировала, все тело болело. Почему ему так больно?

– Халли? – Его голос был хриплым, как будто он кричал несколько часов. – Что ты здесь делаешь?

Халли вздрогнула и посмотрела на него. Звезды, она была в полном беспорядке. Пряди разметались во все стороны. Должно быть, она потеряла ленту для волос; русые локоны рассыпались и свисали до плеч. Грязь и что-то похожее на кровь заляпали ее лицо. На челюсти расцвел синяк.

– Что с тобой случилось? – Благие луны, неужели кто-то сунул терку ему в глотку? – Вода. У тебя есть вода?

Она кивнула и ушла, через минуту вернувшись с чашкой. Когда он не смог самостоятельно сесть, Халли помогла ему. Ее рука бережно поддерживала Кейса под спину. Что, звезды подери, произошло?

Он не помнил, чтобы засыпал в своей комнате, но сейчас лежал именно там. Вообще-то, Кейс почти ничего не помнил. Когда Халли так избили? Почему его бок словно кто-то проткнул? А что с головой?

– Где Зик? – прохрипел он, допивая чашку. Голос все еще звучал плохо, но было уже не так больно. Оглянувшись на пустую кровать брата, Кейс принял это за верный знак, что Зик чувствует себя достаточно хорошо, раз встал с постели. Беспокойство о самочувствии брата не давало ему покоя последние несколько дней.

Халли забрала у него чашку и села обратно на стул.

– Ты не помнишь? – Она избегала его взгляда.

Поморщившись, Кейс прижался к стене. Он попытался вспомнить, но мозг болел. Прямо как в детстве, когда Кейс подрался с Джовом. Кейс не мог вспомнить, с чего все началось, но брат нанес ему сильный удар по лицу. Их мать была в такой ярости, что у нее покраснели уши. Именно Зик рассказал ей о случившемся, и только он не получил потом выволочку.

– У меня голова кружится и чертовски болит, – ответил Кейс. – Я не понимаю. Почему он не с тобой? Почему ты вся грязная? Это что, кровь?

Халли смотрела на свои пальцы, в которых сжимала чашку. Через минуту она подняла глаза, полные слез.

– Ты помнишь, как прошлой ночью напали сирлы?

– Что? Они напали на город? – Он сжал простыни в кулаках. – Не тяни и расскажи мне, что произошло!

Халли всхлипнула.

– Ты совсем ничего не помнишь? Драку, Врата, хоть что-нибудь?

– О чем, звезды подери, ты говоришь?

Она прикусила губу.

– Они проникли в город, и ты сражался с ними. Им нужны были Врата, и… – Ее голос прервался, и она снова посмотрела на свои колени. – И Зик… и Зик, о звезды, Кейс…

Он напрягся, копошась в мозгу и морщась от боли, пульсирующей в правом боку. Наконец в памяти мелькнули вспышки света. Голубого и золотого. Он ухватился за этот образ и крепко зажмурился. Формы и звуки расплывались и исчезали. Постепенно Кейс вспоминал отдельные фрагменты, и чем больше он напрягался, тем больше их возвращалось. Кейс почувствовал в руке рукоять пистолета и вспомнил… вспомнил…

– Он мертв. – Его голос сорвался, из уголка глаза скатилась слеза и капнула на подбородок. Она обожгла кожу, за ней последовала другая.

– Да, – прошептала Халли. – Я… Кейс, я…

Кейс закрыл глаза, вспоминая, как Зик упал на колено, как вздымалась его грудь и как холодная металлическая дверь захлопнулась перед лицом Кейса. Он не помнил, каким образом оказался здесь, да и вообще ничего не помнил, но последние мгновения жизни брата пылали в его сознании.

Зик, храбрый солдат, любимый сын. Исчез в одно мгновение.

Злость бурлила в животе Кейса. Почему он становился так бесполезен в жизненно важные моменты? Он мог посадить пикирующий корабль посреди бури, но не мог остановить пулю, попавшую брату в грудь. «Почему я никогда ничего не могу сделать правильно?»

И они поссорились, прежде чем вступить в бой. Кейс так и не успел извиниться.

– Почему это всегда я? – Страдание, прозвучавшее в его собственном голосе, еще больше потрясло Кейса. – Почему я не могу остановить это?

Пальцы Халли мягко сжали его руку.

– Когда-то я чувствовала то же самое, и порой до сих пор тяжело. Но мне пришлось научиться жить дальше.

– Ты не знаешь, что я чувствую. Никто не знает.

– Кейс…

Он вырвал свою руку из ее и прикрыл глаза.

– Ты не знаешь. Я не смог помешать Зику пожертвовать собой. Я не мог… не смог остановить…

Чашка грохнулась об пол, и кровать прогнулась, когда Халли присела на край. Почему бы ей не оставить его в покое? Просто дать погрязнуть в своих страданиях, луны ради.

– Зик сам принял решение, – прошептала она.

Кейс попытался скрыть слезы, которые не мог остановить, и принялся яростно вытирать их. Но они продолжали течь.

– Я никого не смог спасти. Вообще никого. Зик, Ана…

Она вздрогнула.

– Я мало что знаю об Ане, но…

Грудь Кейса вздымалась.

– Я убил ее. Я поссорился со своим жалким подобием отца, а потом… потом… огонь. Я мог остановить ее, но я… – Халли резко вдохнула, но это его не остановило. – Я был рядом, когда она бросилась в пламя, чтобы спасти его… и не остановил ее. Я замер. Я просто трус.

Боль в груди едва не раздавила его. «Почему я всегда оказываюсь виноват?» Он не спас Ану. Не спас Зика. Его дыхание было прерывистым, и от этого становилось еще больнее. Плечи тряслись, а слезы свободно текли из глаз. Он больше не пытался их скрывать.

Все воспоминания разом обрушились на него. Как три года назад он неудачно выкинул сигарету после ссоры с Харланом. Оранжевое зарево пожара, охватившее нижний город, и свои руки, покрытые пеплом. Как он смотрел вслед сестре, что бросилась в огонь, пытаясь спасти своего парня, а в голове звучали слова отца, осуждавшего Ану за ее попытку побега. Она хотела уберечь любимого, но погибла сама.

Во всем виноват Кейс. А теперь он потерял еще и Зика. Если бы только он был быстрее, умнее, сильнее. Если бы он только…

Халли схватила его за руку.

– Кейс, посмотри на меня.

Он напрягся.

– Уходи. Ты не хочешь быть рядом со мной. Я не могу… не могу…

Он снова зарыдал, и Халли отпустила его. Почему он не смог спасти их?

– Кейс, – позвала Халли. – Ты спас меня. Помнишь?

Ответ застыл в его горле.

Она продолжала, ее слова становились все злее и отчаяннее:

– В бурю. От дракона. Когда «Юдора» упала с дерева. Ты сражался… сразился… с Сущностью в зале Врат. Ради меня. Чтобы я смогла сбежать. Ты пожертвовал своим шансом на спасение ради меня. – Слезы полились по ее щекам. – Ты спас меня.

Кейс не понял ее последние слова, но предположил, что это произошло во время боя. Его голова все еще болела и пульсировала, но он все равно наблюдал за Халли, внимательно изучая ее.

Халли сцепила руки на коленях и смотрела на него сквозь мокрые ресницы. Кровь и грязь размазались там, где она вытирала лицо. Ее волосы все еще были в беспорядке. Медово-золотистые глаза не скрывали боли, которую она испытывала, но было и что-то еще. В них появилась решимость, желание продолжать борьбу, чего бы ни стоило. Поначалу эта девушка выводила его из себя на каждом шагу. Она кричала на него, давала пощечины, бесконечно подначивала, пока он не взрывался, но постепенно, сама того не осознавая, стала той женщиной, которая вытащила его с края пропасти. В глубине души Кейс знал, что ее слова верны, и пусть пройдет немало времени, прежде чем он действительно поверит в них, Халли была живым доказательством того, что это возможно.

Хотя левый бок горел как в огне, а голова раскалывалась, он подтянул ноги к краю кровати и встал. Кейс споткнулся, но Халли поймала его за руку.

– Кейс, тебе пока не стоит подниматься.

Он покачал головой и сморщился. Кейс не помнил, почему его тело так ноет, но был уверен, что скоро все вспомнит. Сглотнув боль, он схватил Халли за руку.

Она слегка приоткрыла рот.

– Что ты делаешь?

Он ничего не ответил, просто притянулХалли к себе, прижал к груди и оперся подбородком о ее макушку. Через мгновение она расслабилась и обвила руками его талию.

Кейс нежно, едва ощутимо поцеловал ее волосы.

– Спасибо тебе, Халли. За все.

Ее плечи затряслись, и его собственные слезы смешались с ее тихими всхлипами. Он не знал, как долго они вот так стояли.

Но обнаружил, что не возражает.

Глава 29

Почти дома

Халли

Исцеление ран заняло неделю. По крайней мере, физических. Челюсть Халли все еще ныла время от времени, но не была сломана. Какое-то время она беспокоилась, вдруг не сможет принимать еду, которой их кормили ялвы. По всей видимости, те по натуре были скрытными, но Халли и Кейс наконец-то заслужили толику их доверия, что в глазах ялвов весьма ценилось.

Хотя таинственная васа залечила самые страшные раны Кейса, он все еще быстро уставал, однако на четвертый день после нападения уже принялся жаловался, что ему нечего читать, и ялвы разрешили Кейсу выйти.

Поскольку его состояние все еще вызывало легкое беспокойство, хозяева настояли на том, чтобы в библиотеку его доставляли на паланкине, в сопровождении Халли. Кейсу это не нравилось, но только так Салдр и целительница Джера позволили ему покинуть дворец.

Чтение помогало справиться с горем. Немного. Больше ей, чем Кейсу, но он тоже старался. Халли не нашла ничего о необходимости собрать Сущности, о которой говорил Бен, как не нашла и информации о том, как на самом деле функционируют Врата. Халли решила, что если Лорд-старейшина не хочет ей рассказывать, то, скорее всего, нужной книги просто нет в свободном доступе. Обидно, но что поделать? Она надеялась, профессор Кристи окажется более сговорчивым, раз уж он дал ей «Врата времени».

Ялвы применили к Зику другой вид васы, чтобы сохранить его тело. Кейс согласился, что лучше доставить брата обратно в Кивину и провести там соответствующую церемонию, а Халли попросила одолжить для этого дела повозку.

В утро отъезда Халли, Кейс и их свита стояли наготове перед дверями храма. Салдр должен был сопровождать их через Проход и до самой Кивины. Что ж, еще одна задача выполнена. На самом деле путники выполнили их все, но так не казалось. На повозке рядом с телом Зика лежал небольшой слиток зуприума – жест доброй воли. Халли заверили, что по возвращении на Джейд электричество от него не отключится. Еще одна загадка.

– Лорд Салдр, не окажете ли вы нам честь? – спросил Лорд-старейшина.

Кивнув, Салдр достал из кармана тонкий кинжал. Затем надрезал кончик указательного пальца и прижал его к двери. Когда же убрал палец, кровь заблестела, и дверь открылась. Халли кивнула охранникам, и компания прошла в туннель.

Салдр был сам не свой с тех пор, как погиб его брат. Халли не понимала, что означает меч, но Салдр не выказал никаких эмоций после того, как она со слезами на глазах пересказала ему эту историю с помощью Лорда-старейшины.

Халли взяла руку стоявшего рядом Кейса и тихонько сжала. Всю прошедшую неделю он не хотел приближаться к этому месту, и она его понимала. Он до сих пор не помнил почти ничего из того, что произошло в ту ночь, но иногда всплывали отдельные моменты: смерть Зика и то, что Бен – Сущность.

Тот разговор вышел едва ли не хуже, чем разговор о Зике. Целый день Кейс не разговаривал с ней, только молча читал в библиотеке рядом. Он даже не стал есть безымянный фрукт, который Халли притащила в качестве перекуса.

Он также ничего не сказал о двери, которую она открыла своей кровью, но Халли не решилась поднимать эту тему. Сначала ей требовалось поговорить с отцом, а потом уже решать, что делать с полученной информацией. Вдруг это пустяки. К тому же кто знал, помнит ли Кейс вообще?

Он сжал ее руку и отпустил. Другую Кейс положил на саму повозку, которая слегка покачивалась на неровном полу. Лорд-старейшина отправил людей убрать следы сражений в Храме, но, когда они вошли в порвое помещение, Халли пришлось подавить тошноту при виде застывших пятен крови.

Свернув в левый коридор и войдя в комнату, которую Салдр открыл своей кровью, Халли оказалась в зале, очень похожем на тот, где были Врата, только поменьше. Свет исходил из арочного проема в стене перед ней, но образы не мелькали с такой бешеной скоростью, как во Вратах.

– Это Кивина? – Рука Кейса соскользнул с повозки, и он спотыкаясь пошел вперед. Салдр поймал его за плечо.

– Осторожнее, мастер Шекли. – Острые зубы ялва сверкнули. – Проход может быть опасен.

Халли присоединилась к нему.

– Это аэродромы! – Она остановилась. – Погодите, а на той стороне нас видят?

Лорд-старейшина покачал головой.

– Проход может открыть только Кронал с этой стороны.

Халли прикусила губу.

– Как Салдр сообщит вам о решении Высшего совета?

– Не тебе беспокоиться об этом, дитя. – Нестареющие глаза мужчины смягчились. – Да взойдут над тобой звезды.

Халли поклонилась и закончила фразу на идеальном ялвенском.

Правитель ялвов улыбнулся ей, а затем повернулся к Салдру.

– Ступай, сын мой. Пусть небеса ведут тебя.

Резкие черты лица и бледная кожа Салдра выделялись в свете из Прохода. Произнеся несколько слов на незнакомом Халли диалекте, он провел рукой по изображению.

– Следуйте за мной.

Он схватил поводья лошади и потянул ее в сторону Прохода. Животное не вздрогнуло, когда вошло в образ.

Халли повернулась:

– Ты обещал доставить меня домой.

Улыбка Кейса согрела ей сердце. Он взял ее за руку и повел к арке. Халли крепко сжала его ладонь, когда свет окутал их.

Почти дома.

Эпилог

Джов

Воспользовавшись пепельницей на столе в своем кабинете, Гвардеец Джов Шекли затушил сигарету. Хедди сидела напротив него и читала, сузив глаза, на которые падала неровная серебристая челка. В жутком отчете подробно описывались место преступления и известные факты убийства страдита Рихтера и всех его домочадцев. Она грызла оправу своих очков, пока читала.

Все до единого, кто имел несчастье оказаться в родовом поместье Рихтеров в Верхней Кивине в ночь на вторник, 17 ноября 4500 года, были мертвы. Либо застрелены странными, истертыми пулями, либо зарезаны. Джов с ужасом подумал, не совпали ли рыжие волосы страдита Рихтера с цветом его крови.

Совершенно бессмысленные убийства.

Никто еще не взял на себя ответственность за преступление. У Стражи практически ничего не было по этому делу, а страдит Сарсон требовала ответов. Разве не в этом цель Стражи – выяснить, как случаются подобные вещи?

Джов не винил ее. Почему Стража потерпела такое поражение? Он прикрыл глаза рукой:

– Как им это удалось? Охранники Рихтера – одни из самых подготовленных в мире.

Хедди положила отчет на стол.

– У наших информаторов в Тев Рубике и Сирулине ничего нет. Наши люди в Кивине тоже ничего не сообщили.

Джов прикрыл глаза и отбросил карандаш.

– Как мы могли так ужасно провалиться?

– Мы люди, – ответила Хедди, лениво уклоняясь от предмета. – Однако это нас не оправдывает.

Джов обвел взглядом свой кабинет, пытаясь собраться с мыслями. В нем было немного вещей: небольшой портрет Клары на столе и пейзаж с изображением гор на стене. Свет утреннего солнца пробивался сквозь серые занавески, которые сшила его жена.

– Как думаешь, что нам делать дальше? – спросил Джов.

– Наши оперативники продолжат искать новые улики и информацию. Еще нам следует…

Дверь распахнулась, и в нее ворвался посыльный:

– Гвардеец! Прошу прощения за вторжение, но у меня срочное сообщение.

– Спасибо. – Джов протянул руку.

Этот посыльный всегда отличался излишней эмоциональностью, но, видимо, дело действительно было срочным, раз он ворвался без стука. Стоило поговорить с парнем об этом, но тогда Джов почувствовал бы себя слишком похожим на Харлана. Он почесал заросшую щетиной челюсть.

Отпустив парня, он перевернул конверт и обнаружил на нем свою фамильную печать: сложенные в форме ромба четыре меча со звездой посередине.

От Лорда-капитана. Замечательно.

После убийства они с Харланом почти не общались. Лорд-капитан был занят своими новыми обязанностями, ведь именно ему предстояло занять место страдита Рихтера, пока не пройдут официальные выборы. Джов подождал, пока гонец снова закроет дверь, и сломал печать. Он развернул послание.

– Это от страдита Лорда-капитана. Он говорит… проклятье. Проклятье, проклятье, проклятье.

Хедди наклонила голову.

– Что?

– Он созывает экстренное заседание Совета. Говорит, что они нашли убийц.

Хедди вскочила с кресла так быстро, что оно грохнулось на пол.

– Как? Наши информаторы ничего не отыскали.

– Я не знаю, но он делает это, чтобы подорвать… проклятый старик.

– Звезды, неужели нельзя придумать другое ругательство? – Хедди поправила воротник куртки. – Нам нужно идти. Сейчас же.

Джов взял со спинки кресла свой плащ и накинул его на плечи. Оба главы Стражи выехали из своей штаб-квартиры возле Центра Джейд и направились к зданию правительства. Оказавшись внутри, они поспешили вверх по лестнице и по коридору в зал Совета. Джов простучал свой код, и двери открылись, явив остальных, уже ожидавших на своих местах.

Старый страдит Лоффлер в кои-то веки не спал, а Сарсон поджал губы. Харлан, напротив, сидел с надутой грудью и аккуратно подстриженными усами. Это был день, которого он так долго ждал. Жаль, что Рихтеру пришлось пострадать из-за этого.

– Страдиты, – поздоровался Джов, отвесив небольшой поклон и отдав честь. Хедди последовала его примеру, после чего они заняли свои места.

Харлан встал и заговорил, едва Джов придвинул свой стул.

– Королевство Сирулин взяло на себя ответственность за убийство страдита Форреста Рихтера и его семьи.

Ну разумеется. Проклятье. Джейд собирался на войну хотел того Джов или нет.

В течение следующего часа они так и не пришли к единому решению, что делать. Джову хотелось выколоть себе глаза тупым карандашом, лежащим на столе перед ним; возможно, немного экстремально, но он готов был на все, лишь бы уйти с этой встречи. Объявление официальной войны – это процесс, причем длительный. К тому же Джейд не участвовал в конфликтах такого масштаба со времен Великой войны. Конечно, случались стычки, пограничные споры и мелкие восстания, но ничего, что требовало бы использования большого числа их резервов. Возможно, Высший совет просто немного расслабился в этом отношении; единственная причина, почему случилась такая неразбериха. Хотя Джов знал, что ему следовало бы прислушаться к речам, он не мог внимать похвальбам Харлана, как все это время он был прав, когда хотел напасть первым.

По мнению Лорда-капитана, именно остальные члены Высшего совета были виноваты в смерти Рихтера.

– Мы созываем губернаторов городов и проводим голосование. Вызовите их сегодня же, сейчас же, – сказал Лорд-капитан, нахмурившись еще сильнее. – Если вы все так упорно хотите следовать процедуре объявления войны, хватит тратить наше время. Этот акт требует ответа, а мы уже несколько дней сидим сложа руки!

Хедди постучала по лежащему перед ней пергаменту карандашом. Возможно, она тоже подумывала использовать его не по назначению и всадить в кого-нибудь из коллег.

– Мы должны сообщить общественности. Репортеры уже начинают разнюхивать. Просто чудо, что никто еще не узнал, – сказала она.

– Если бы Стража работала в полную силу, мы бы получили эту информацию еще несколько дней назад, а может, и вовсе предотвратили бы убийство! – рявкнула Сарсон с опухшими красными глазами. По глубокому шраму на ее щеке скатилась слеза. Облик стальной леди дал трещину.

Если бы позволяли приличия, Джов начал бы биться головой о стол. Как быстро он перешел от мысли о выкалывании глаз до битья головой. По крайней мере, последнее зрелище было бы не таким кровавым.

Он знал, что Стража потерпела неудачу, но в данный момент не было смысла спорить об этом или перекладывать вину на других. Что случилось, то случилось. Оставалось только подготовиться и сделать так, чтобы это не произошло с кем-то еще.

– И я буду повторять до тех пор, пока это не пробьется сквозь твой толстый череп. – Хедди помахала очками для чтения. – Это была диверсия. Таково единственное объяснение. Никто из наших агентов ничего не знал. Кто-то перебежал на сторону этого проклятого мерзавца, короля сирлов, и ты это знаешь.

– Подобная ситуация все равно под юрисдикцией Стражи. Если ты настолько некомпетентна, нам следует подумать о твоей замене. – Тон Харлана был подобен тонкому острию ножа. – Мы должны нанести удар по Солу Адриду. Немедленно.

– Мы все некомпетентны, раз только и делаем, что сидим и кричим друг на друга. – Джов встал, опершись на стол. Пора положить конец этому нелепому притворству. – Если нам нужно одобрение Совета губернаторов для объявления войны, то пора действовать.

– Молодой Шекли прав, – сказал Лоффлер, и его глаза прояснились. Он выглядел более живым, чем за все время, что Джов его знал. Может, мысль о том, что его прикончит сирлский убийца, была единственным, что могло разбудить страдита. – У него есть голова на плечах.

– Спасибо, страдит Лоффлер, – кивнул Джов. – Я отправлю сообщения, если никто из вас не возражает, что было бы невероятной глупостью с вашей стороны.

Внутри Джов поморщился по поводу такого выбора слов, но он был на пределе своих возможностей.

– Идите, – велел Харлан, когда никто не возразил. На лице Лорда-капитана не отразилось ни единой эмоции. Как на каменной стене.

Джов кивнул и вышел из зала, захлопнув за собой дверь. Станция беспроводного телеграфа находилась прямо по коридору от зала Совета. Джов пожалел, что ему не нужно идти дальше. Оператор, пузатый усатый мужчина по имени Портер, вскочил при его появлении.

– Гвар… Гвардеец, я не спал. Честное слово, сэр, – пролепетал он.

Джов протиснулся мимо него.

– Вы свободны, мистер Портер. Мне нужно сделать частную передачу.

– Да, да, сэр. Вы же не скажете об этом страдиту Сарсон?

Джов закрыл глаза и глубоко вздохнул.

– Не хочу показаться грубым, мистер Портер, но у вас есть три секунды, чтобы покинуть эту комнату.

– Конечно, конечно, Гвардеец, – пискнул Портер, выходя и захлопывая за собой дверь.

Наконец-то. Джов взял со стола блокнот и карандаш и написал послание. Позже он сожжет лист, но ему всегда помогало сначало вывести текст с правильными точками и тире перед отправкой. Джову предстояло послать сообщение шесть раз в города каждой крупной провинции, включая офис губернатора в Кивине.

Собраться в Кивине ТЧК 23 ноября 4500 ТЧК Приближается опасность ТЧК

Этой информации должно быть достаточно, чтобы в случае перехвата не раскрыть ничего секретного. Джов подошел к телеграфу и приготовился отправить сообщение, но в этот момент один из аппаратов позади него начал постукивать.

Джов выругался, перевернув страницу. Не следовало отпускать Портера.

Он переписал все, что мог, но знал, что пропустил первую строчку, а также несколько точек. Звезды, тяжелая работа. Ему действительно следовало быть добрее к Портеру. Как только стук прекратился, Джов перевел сообщение, и кончик карандаша сломался, когда он дописал последнее слово.

– Битые горящие звезды, – ахнул Джов. Он вырвал листок из блокнота и побежал по коридору. Проносясь мимо Портера, Джов крикнул ему: – Возвращайся туда и прерви меня, если получишь еще что-нибудь из форта Ахиллес!

Не дожидаясь ответа, Джов остановился перед дверями Зала Совета и попытался простучать свой код. Удалось только с третьей попытки.

Остальные члены Совета не выглядели радостными. Особенно Харлан. Джов протянул сообщение.

– Войска сирлов атаковали форт Ахиллес. Находящаяся там рота сражается, но Корреа послал по меньшей мере легион, а подкрепление в полудне пути.

Никто не заговорил. Все немигающие взгляды были устремлены на Джова.

Затем начался хаос.

– Вот почему вы должны были прислушаться, когда мы сказали вам послать больше войск, Лорд-капитан! – прорычала Хедди.

Глаза Харлана пылали, когда он ударил кулаком по столу.

– Число новобранцев сократилось! И наши солдаты намного лучше, чем все, что может обрушить на нас Сирулин.

Джов старался не смять послание в руке, наблюдая за тем, как все трое ругаются, когда Сарсон решила вставить свои два медяка.

– Перевалы на зиму занесло снегом. Они не могут никуда выдвинуться, – кричала она. – Жертвовать некоторыми ради блага всех – наш единственный выход. Ахиллес хорошо подготовлен.

Лоффлер встал с кресла и подошел к Джову. Старик слегка прихрамывал на правую ногу. Если Джов правильно помнил, Лоффлер получил ранение в одной из пограничных стычек почти пятьдесят лет назад, когда ялвы еще находились на этой стороне мира. Он положил руку на плечо Джова.

– Я пойду помогу молодому человеку в телеграфной станции выяснить, есть ли у них еще информация. – Даже его голос звучал так, словно он мог помереть в любой момент.

Джов закрыл глаза, но кивнул. Вероятно, старик просто хотел найти тихое место, чтобы вздремнуть. Почему бы ему просто не уйти на покой?

– Коппен, Шекли, почему мы не знали об этом нападении заранее? – потребовал ответа Харлан.

«Значит, теперь я просто Шекли?»

– Разве они не были только что в Сол Адриде? Как Корреа смог так быстро перебросить целый легион к границе? Скажи мне. – Лицо Сарсон покраснело от досады.

Джов пропустил их вопли мимо ушей. Он больше не мог этого выносить. Глупый, идеалистичный Джов три года назад думал, что сможет изменить мир. Но в этот момент, наблюдая за тем, как трое самых могущественных людей на Ялваре ссорятся, словно дети, он больше не хотел иметь к ним отношения.

Джов спокойно подошел к столу и положил послание на бумаги, которые читал ранее. Взяв карандаш, сунул его в карман на память и, развернувшись, вышел из зала Совета.

– Куда это ты собрался? – рявкнул Харлан.

Джов повернулся на пятках, уже держась за ручку.

– Вы никогда не договоритесь из-за своего раздутого эго. Считайте это моей отставкой с поста Гвардейца. Всего хорошего.

– Джов!

На этот раз он не повернулся. Вместо этого Джов захлопнул дверь, отрезая голос Харлана. Никто не последовал за ним. Никто не остановил его, когда он вышел из Центра Джейд в прохладный ноябрьский полдень.

«Возможно, это самое глупое решение, которое я когда-либо принимал». Он покрутил карандаш в кармане и через минуту выбросил его на обочину.

Но сегодня Клара готовит потрясающий картофель с маслом. Лучше думать об этом.

Завтра он поговорит с Хедди и попробует устроиться на административную работу. Остальным займется кто-нибудь другой. Потому что впервые за много лет Джов почувствовал, как с его плеч сваливается груз, о котором он даже не подозревал.

Благодарности

С чего бы начать?

Я начала писать эту книгу, когда еще преподавала английский язык в средней школе, а теперь я автор. С УМА СОЙТИ. «Города» начались как довольно пестрая команда, летящая сквозь звезды, пытаясь украсть время, с Кейсом и Халли во главе корабля! Правда, Халли звали Рав, а многие другие члены команды пропали в последующих черновиках, но я отвлеклась. Кхм, может, я потом напишу какой-нибудь бонусный контент для всех моих обожаемых фанатов? Ха-ха, пожалуй, ему порадуется только мой муж… да и то не факт. Он совсем не любитель чтения.

Идем дальше.

Думаю, сначала я должна поблагодарить Джейсона. Без его поддержки эта книга не оказалась бы сейчас в ваших руках. Конечно, он также сказал мне, что я должна прекратить редактировать ее и двигаться дальше, но это мелочи. Спасибо, муж. Люблю тебя! Теперь я перейду ко второй книге, которая тоже должна вас порадовать.

Далее я благодарю своего первенца, моего маленького сынишку, которому к моменту выхода этой книги будет почти шесть месяцев. ХВАТИТ РАСТИ ТАК БЫСТРО. Без твоей помощи история бы не добралась до финала. Твое воркование и хихиканье очень ободряли меня, пока ты наблюдал за тем, как я яростно печатаю.

Конечно, я благодарна всем членам моей семьи. Без них я бы не стала автором. Мама и папа, вы поощряли мою любовь к чтению, и я буду вечно благодарна за это. Сестрам – мне нравится, что мы все большие любители чтения, хотя и в разных жанрах. Я все еще думаю, что ты, Колин, должна присоединиться к нам с Хейвен в нашем следующем марафоне расширенной версии «Властелина колец». Всем моим бабушкам и дедушкам, тетям, дядям, кузенам, отчиму и мачехе, сводным братьям и сестрам… Вы все для меня невероятно особенные. Этой книги не было бы без вашей неизменной поддержки и любви! Я также хочу поблагодарить моего брата, Нокса Оуэна, в честь которого я назвала персонажа в этой книге…

А теперь особые слова благодарности моим пушистым малышам, Шэгги и Мисти, которые никогда не стеснялись оторвать меня от работы над книгой, потому что хотели угощения.

Окей. А теперь обо всех моих друзьях по писательскому ремеслу, которые сделали эту книгу ВЕЛИКОЛЕПНОЙ.

Начну с благодарности моим невероятным редакторам. Кэссиди Кларк, ты просто БОМБА, когда дело доходит до редактуры. И правки сюжетных линий. Рене Дуган, мой редактор, спасибо тебе за то, что отполировала эту рукопись так, что она засияла. Ты просто супер. И не волнуйтесь, я определенно знаю, как использовать апострофы. Я и раньше знала, но теперь ДЕЙСТВИТЕЛЬНО знаю.

Моим коллегам-критикам, которые видели эту книгу на разных стадиях, но тем не менее сделали ее лучше. Бекка, ты прочитала столь ранний черновик, не убежала с криками и помогала дорабатывать мое произведение на таких уровнях, о которых я даже не задумывалась. Не все герои носят плащи. Блейк, твоя любовь к моим персонажам и миру делает меня такой счастливой. Мне тоже жаль Зика. Правда жаль. Бриттани, хотя ты видела черновик, наиболее близкий к финальной версии книги, твой взгляд на историю был (и остается) бесценным. И ты читала его, будучи беременной и чувствуя себя невероятно плохо. Поэтому я ожидаю, что второй книгой, которую ты прочтешь малышу, будет моя. Конечно, сначала ты можешь прочитать ему свою. И еще, почему у всех моих критиков имена начинаются на «Б»? Я только что заметила это… ха-ха.

Моим бета-ридерам. Я написала три черновика, и двое из вас прочитали мою книгу ДВА раза на разных этапах, потому что ВЫ – лучшие. Нет, правда. Спасибо, Кэм и Алина. Ваши отзывы оба раза были просто потрясающими. Остальные мои беты, СПАСИБО: Виктория, Сью, Майкл, Бет, Джей Кап, Мишель, Сара, Дэвид, Кэтрин, Саманта, Кейли и Дания.

Спасибо Хейвен, которая прочитала очень, ОЧЕНЬ черновой вариант этой книги и не посчитала ее полным и абсолютным дерьмом. Ты моя любимая из сестер по имени Хейвен. А теперь прекрати читать это и иди работать над своей собственной книгой. Спасибо.

Моим корректорам: тете ЛиЭнн и Бонни. СПАСИБО за то, что нашли все мои ошибки, которые я пропустила при последней редактуре. Вы также вычитали мою книгу в рекордно короткие сроки. Большое, большое спасибо.

А теперь перейдем к моему потрясающему художнику обложки, Деа. О, звезды. Видеть, как оживают мои персонажи? ПРОСТО МЕЧТА. С тобой было замечательно работать, и я так рада, что наткнулась на твой фан-арт по Космере. Огромное спасибо.

И спасибо Дереку Мерфи, который, вероятно, никогда не прочтет эту книгу, но я хочу сказать, что ваш шаблон форматирования сэкономил мне уйму времени, сил и денег.

И тебе, читатель. Без тебя я бы сейчас это не писала. Спасибо от всего сердца за то, что сделали мою мечту реальностью.

Глоссарий

Авиабайк: дешевое транспортное средство, похожее на мотоцикл, используемое Летным отрядом для обучения новых пилотов управлению техникой с возможностью парения над поверхностью

Бен Рисc: Агент Стражи, глава миссии «Юдора Джейд»

Великая война: началась как конфликт из-за ресурсов, охвативший весь мир, и закончилась исчезновением ялвов

Высший совет: руководящий орган Джейд, состоящий из Страдитов, Лорда-капитана и Гвардейцев

Гвардеец: глава Стражи

Генерал Маккензи: человек, возглавлявший Ковчеги Жизни, основал Джейд на Ялваре

Джейд: нация, управляемая олигархией, основанная беженцами с Первой Земли

Джов Шекли: Гвардеец Стражи, старший из братьев Шекли

Зик Шекли: подполковник, медицинский специалист, средний из братьев Шекли

Зуприум: найденный на Ялваре удивительный металл: не ржавеет, его трудно разрушить, а в сочетании с электричеством он позволяет парить в воздухе

Золотой: номинал джейдианских денег, равный 100 монетам

Инженерный корпус: группа блестящих умов в Джейд, которым поручено разрабатывать новые технологии и восстанавливать старые технологические секреты Первой Земли

Кейс Шекли: пилот, младший сын Лорда-капитана

Кивина: столица Джейд

Клара Шекли: жена Джова

Ковчег Жизни: огромные космические корабли, которые доставили остатки человечества с Первой Земли на Ялвару

Летный отряд: иногда называемое просто «Отряд», автономное авиоподразделение джейдианских вооруженных сил

Лорд-капитан: верховный главнокомандующий вооруженными силами Джейд

Лорд-старейшина: лидер ялвов

Миррай: город ялвов, известный также, как город звездного света

Оуэн Кристи: профессор и ученый Университета, преподает и изучает ялвенскую культуру

Первая Земля: третья планета от Солнца в солнечной системе Млечного Пути, уничтоженная более чем за 1000 лет до событий этой истории

Петра Либер: подруга и однокурсница Халли

Пятак: номинал джейдианских денег, равный 5 монетам

Селеста Шекли: мать Кейса, Джова и Зика

Серебряный берег: небольшое прибрежное государство, когда-то входившее в состав Джейд

Сирулин: могущественное королевство на

Ялваре, которым правит король Филипп

Сол Адрид: столица Сирулина

Стоунсет: небольшая горная деревушка в Нарденском хребте, по другую сторону Нарденского перевала

Страдит: высшее выборное должностное лицо, трое Страдитов входят в Высший совет

Стража: разведка и полиция Джейд

Тев Рубика: старейшая нация на Ялваре, не являющаяся ялвами, борется с последствиями гражданской войны

Халли Уокер: студентка, изучающая ялвов, родом из Стоунсета

Харлан Шекли: Лорд-капитан Джейд

Эбба Флеминг: механик миссии «Юдора Джейд»

Эллис Кэррингтон: друг и однокурсник Халли

Ялвара: планета на краю Млечного Пути

Ялварское топливо: натуральное топливо, находящееся под верхним слоем почвы Ялвары, использовалось для заправки различной техники до появления электричества

Ялвы: коренные жители Ялвары

Об авторе

ЭЛЛИ ЭРНЕСТ пьет слишком много кофе и помешана на свечах с запахом красного дерева. Выросшая с двумя сестрами, она всегда была чересчур драматичной. Не помогает и то, что ей нравятся истории с драконами, волшебниками и лазерными мечами.

Получив степень бакалавра, Элли в течение пяти лет преподавала английский язык и пыталась убедить тринадцатилетних подростков, что Эдгар По вовсе не такой сумасшедший, каким кажется.

В настоящее время Элли пишет научную фантастику и фэнтези в домашнем офисе, заполненном книгами и другими предметами коллекционирования. Она активно ведет социальные сети, обсуждая свои любимые книги и показывая будни писателя. Она живет на юге США со своим мужем, сыном и собаками.

Примечания

1

Здесь и далее все ругательства образованы от слов, связанных с космической темой.

2

У Шекспир «Ромео и Джульетта» (пер. Т. Щепкиной-Куперник).

3

У Шекспир «Тимон Афинский» (пер. Н. Мелковой).

4

Там же.

5

У. Шекспир «Укрощение строптивой» (пер. П. Мелковой).

6

Гомер «Одиссея» (пер. В. А. Жуковского).

7

У. Шекспир «Гамлет».

Content

Элли Эрнест
Города дыма и звёзд

Часть I Миссия

Глава 1 Лучший звезданутый пилот

Глава 2 Я вам нужна

Глава 3 Чистейший сапфир

Глава 4 Свидетельствуй, о память

Глава 5 Пятьсот золотых

Глава 6 Ты вернешься

Глава 7 Треклятая тарелка тушеной телятины

Глава 8 Шаги

Глава 9 Пять минут над штормом

Глава 10 Очко в мою пользу

Глава 11 Головная боль

Глава 12 Я тебе не нужен

Глава 13 Не испорть это

Часть II Мечи

Интерлюдия 1 Без галстуков

Глава 14 Холодный чай

Глава 15 Лишь пыль

Глава 16 На всякий случай

Глава 17 Дыши медленно

Глава 18 Незримый ритм

Глава 19 Отпусти

Часть III Врата

Интерлюдия 2 Разбитые звезды

Глава 20 Последнее настоящее обещание

Глава 21 Звездный свет

Глава 22 Когда настанет утро

Глава 23 Закончить то, что мы начали

Глава 24 Зверь зовет

Глава 25 Только Джаспер

Глава 26 Просто послушай меня хоть раз

Глава 27 Я помню

Глава 28 Дар богов

Глава 29 Почти дома

Эпилог

Благодарности

Глоссарий

Об авторе

Примечания