Вернуть Боярство 22

Глава 1

— Из-за твоего фокуса мне пришлось заканчивать настройку необходимых чар прямо находу, и потому мне не терпится услышать, не была ли напрасной вся та секретность и усилия, на которые мне пришлось пойти, — подтвердил Глава Великого Рода.

И на этот раз из его голоса пропали все благожелательные и расслабленные нотки. Сейчас Великий Маг был смертельно серьезен — настолько, что даже Олег, понимающий, что лично ему ничего не грозит, невольно поежился.

— Я, Арго Фастар, семь тысячелетий верой и правдой служил Арзулу фир Виниттору и владыке Роргону, — в тон ему начал вампир. — Ещё четыре тысячи лет назад я оказался на пороге достижения ранга Высшего. То был наш семнадцатый мир… И Арзул решил его покинуть, не дожидаясь, когда я доберусь до следующей ступени. К тому моменту я уже считался одним из лучших шпионов в его свите — не глава разведки, конечно, но один из лучших агентов! И в следующем мире мне вновь пришлось внедрятся в человеческое общество — а для того, чтобы не вызывать слишком больших подозрений, меня заставили уничтожить весь свой прогресс за последнюю тысячу лет. Откатиться к началу ранга Архимага!

В голосе их странного пленника послышалась злоба — черная, бешеная злоба, от которой даже у всякое повидавшего Олега невольно побежали мурашки по спине. Испытывать настолько чистое, незамутненное отрицательное чувство было под силу только подобным, утратившим всё человеческое существам, как этот древний вампир…

— Мне была обещана щедрая награда, если я справлюсь со своей задачей, — прошипел Арго Фастар. — И он наградил меня… Позволив достигнуть середины ступени Архимага! А затем мы вновь сменили мир, и там я вновь вынужден был заниматься тем же! Хоть ранг не откатывали… Однако тысячелетие шло за тысячелетием, менялись миры, а я всё так же топтался на одном ранге! Арзулу было плевать на мою верную службу, на достижения, на мои желания — я был просто удобным инструментом…

— Бред! — не выдержав, фыркнул Олег. — Ваше высокопревосходительство, не знаю, с чего он решил, что мы будем сочувствовать его нытью, но его история звучит бредом! Во первых — какой грамотный лидер будет запрещать одному из своих слуг, причем проверенному временем и делами, развиваться? Ему ведь развитие слуг выгодно в первую очередь лидеру вампирского гнезда — чтобы выйти из-под власти обратившего, ему нужно превзойти того в силе! А это, судя по всему, ему вряд ли светило, если все плоды его трудов пожинал этот Арзул. Тогда зачем ограничивать силу столь полезного подчиненного? Кровососов можно во многом заподозрить, но уж в чем они замечены не были, так это в глупости!

— Шпион должен обладать достаточной силой, чтобы иметь возможность в любом месте считаться высшей прослойкой общества. Это служит двум целям — отбивает всякое желание пытаться создавать ему проблемы у всякого отребья, а так же при необходимости стать последователем, союзником или партнером цели. Но при этом не нужно быть не настолько сильным, чтобы слишком уж выделяться на общем фоне, ибо если ищущий лучшей доли Старший Магистр, в крайнем случае Архимаг — это одно… А вот Высший Маг это уже слишком заметная и вызывающая вопросы фигура, — пояснил, взяв себя в руки, Арго Фастар. — И если положить на одну чашу весов наличие ещё одного Высшего в гнезде, а на другую — идеального шпиона, агента влияния, мастера интриг, создания и управления целых сетей осведомителей и даже спящих ячеек боевиков, то выбор очевиден. Мы не типичный ковен — наш лидер и создатель, Арзул, не привязан к одному миру и постоянно путешествует, исполняя поручения нашего Бога. За что тот щедро его награждает — он ведь уже, фактически, Лорд Вампир!

— Он на уровне шести Сверхчар? — удивился Аристарх. — И всё ещё таскается, выполняя поручения?

— Да, — усмехнулся Арго. — А как ему ещё преодолевать ступени на девятом ранге? Личного таланта, достаточного для самостоятельного развития, у него нет. Да и вампиры, как и любые изначально долгоживущие существа, развиваются на порядок медленнее смертных… И нас нигде не любят, причем вполне заслуженно. А Арзул мечтает дорасти до Князя — достичь Десяти Сверхчар и перейти на ранг Абсолюта! И служба владыке Рогрону гарантирует ему достижение минимум восьми Сверхчар — выше подняться даже Старший Демонический Бог не способен помочь. Мне позволено встать?

Задумчивый Аристарх лишь коротко кивнул, и вампир поднялся на ноги, принявшись торопливо расхаживать из стороны в сторону. Было видно, что рассказ нужен ему самому не меньше, чем его слушателям — он словно скидывал с души тяжкий груз истории, поведать которую он хотел уже очень давно, но не имел возможности…

А может, просто вновь играл — теперь Олег не решался судить.

— У нас… Вернее, у них, сбалансированная команда, в которой каждый отвечает за что-то своё. Астур, Роберт, Ингрид и Рея, все на уровне Высших, причем пиковых, они боевое крыло, — продолжил он. — Их силу он не просто не ограничивает, но и всеми силами помогает им развиваться. Ещё есть Шесс, Лая и Могмор — ритуалистка, алхимик и артефактор, тоже Высшие, но не бойцы, они вступают в бой только в крайних случаях. Эти семеро — сильнейшие, ядро ковена, те, кого он забирает из мира в мир. Помимо них ещё двадцать три Архимага и, собственно, я — вот уже тысячу двести лет вообще всего лишь Старший Магистр. Всех остальных он всегда набирает на новом месте — забирать с собой в путешествие к новым мирам слишком много попутчиков ему не под силу…

— С этим-то понятно, — махнул рукой Аристарх. — Вампиров шестого и ниже рангов проще на месте найти и подчинить, а если их окажется недостаточно или у них будет слишком сильный хозяин, чтобы рисковать ссорой, то при наличии желания и времени можно будет наобращать из местных человеческих магов. Особенно если ты хотя бы вполовину так хорош в качестве шпиона и вербовщика, как пытаешься казаться. С причинами твоей нелюбви к Арзулу мы более менее разобрались. Но остался ещё один, даже более важный вопрос — а каким таким образом тебе удалось скрыть от своих хозяев свои намерения? Ты для них — всё равно, что открытая книга, им даже целенаправленно тебя проверять нет нужды, чтобы узнать о твоих планах предать. Печати Бога, тем более Старшего, в ауре и кровная связь между обратившим и обращенным, особенно с учетом пропасти в силах в обоих случаях, должны были выдать тебя автоматически, в тот же миг, когда ты начал всерьез задумываться об этом.

— И то, и другое, как и любая подобная магия, основывается на возможности беспрепятственно непрерывно сканировать разум, — пожал плечами вампир. — И определять, согласно заложенным шаблонам, что есть измена, а что нет. Почти никому не под силу обмануть эту магию — учитывая личности моих хозяев, список шаблонов, по которым анализировались мой разум и душа, предусматривает почти любые хитрости и уловки.

Арго остановился и с горделивой улыбкой оглядел своих слушателей. Олег мысленно лишь пожал плечами — ну, обманул и обманул, откуда столько гордыни? Аристарх же слушал явно очень заинтересованно. Возможно даже, что Великий Маг хотел почерпнуть что-то полезное для себя…

— Вот только когда ты много тысяч лет только тем и занят, что обманываешь всех окружающих, когда любая твоя ошибка — почти гарантированная смерть, и когда ты вынужден всегда учитывать, что твои мысли, эмоциональный фон и прочее может считать какой-нибудь, допустим, Великий Маг с уклоном в Разум… Волей не волей научишься скрывать свои истинные чувства, желания и планы. И я отточил это настолько, что вполне способен глядя в глаза магу Разума с улыбкой поддерживать светскую беседу, параллельно продумывая все детали его убийства — и всё это с открытым разумом, ибо истинных моих чувств и эмоций ему не найти. Я хорошо научился маскировать свои мысли и эмоции.

— Гм… Ну, допустим, всё так. Хотя если верить твоим словам — раз ты сумел одурачить своего создателя и Старшего Бога, чьи отметины носишь на душе и ауре, то уж меня-то с моими попытками Силой Души различить ложь и правду, и вовсе должен как деревенского дурня обвести вокруг пальца, — негромко протянул Аристарх. — Но даже если ты говоришь искренне — есть шанс, что ты ошибся и они обо всём в курсе, возможно даже о том, что я тут ищу базу Арзула.

— Я не могу доказать или опровергнуть это утверждение, — развел руками вампир. — Тут уж, Великий, тебе решать самому. С одной стороны ты можешь прямо сейчас развернуться и уйти, прикончив меня от греха подальше. Но тогда тебе так и придется годы, а то и десятилетия постоянно быть начеку в ожидании атаки моего гнезда — обладатель Полного Благословения им нужен критически. За него обещана не просто щедрая награда — за это Роргон гарантировал Арзулу прорыв на планку седьмой ступени Сверхчар. А также становление Великими двум Высшим на его усмотрение. А это, как ты понимаешь, резко и многократно повысит общую силу гнезда.

— Одному Старшему Богу такое и близко не под силу, — фыркнул Аристарх. — Не быстро, во всяком случае — если он осчастливит эту троицу таким приростом сил разом или с короткими интервалами, у него и пупок может развязаться. Старшие Боги сильны… Но отнюдь не всесильны, особенно в нашей части мироздания.

— Ну, в таких материях вы, Великий, понимаете всяко больше меня, — пожал плечами Арго. — Но имеет ли это значение?

— Ты прав, не имеет… Что ж, тогда… Тихо! Ни движения, ни звука и никакой магии!

И Старовойт, и Арго замерли, не решаясь даже шевельнуться — в голосе могущественного чародея прозвучало напряжение. А проверять, особенно на себе, что именно могло заставить напрячься мага такой силы не хотелось ни одному из них. В конце концов, инстинкт самосохранения отлично развит у всех разумных, независимо от расы и даже вида.

Незримые, но ощутимые практически физически потоки энергий хлынули во все стороны, охватывая их со всех сторон. Замерцали, осыпаясь со всех сторон настоящими водопадами Фиолетовые, Желтые и Золотые искры, погребая под своим потоком Олега — последнее, что увидел Старший Магистр, прежде чем они окончательно закрыли обзор, был вампир, испуганно замерший прямо в момент пожатия плечами…

Лесная поляна, на которой он только что находился, исчезла. Он оказался в целом море небольших, излучающих ярчайший бело-золотой свет идеальных сфер разных размеров. От крох размером с крупное яблоко до внушительных, излучающих особенно яркое свечение громадин с человеческую голову. Где-то там, вдалеке, грохотали неистовые разряды грома и били разряды разноцветных Молний — Синие, Фиолетовые, Желтые, Золотые, Золотые, Красные и особенно бросающиеся в глаза за счет контраста Черные…

Разряды были столь яркими, что отчетливо прорезали заполонивший всё вокруг свет. От каждой из них исходила странная, заставляющая испытывать благоговейный страх сила — особенно в той, что била реже прочих, Черной Молнии. Казалось, они была царицей этого странного места, царицей, которую окружали шесть принцесс — тоже благородные и прекрасные, но всё же уступающие истинной хозяйке этого места… И вместе с тем странно гармонирующие. Толком разобраться в том, что он видит и чувствует, Старовойт не сумел…

А затем Олег почувствовал, как он словно бы растворяется в могучем, безбрежном океане чужой силы. Чародей словно бы распался на миллионы, а то и миллиарды крохотных кусочков, даже мельче, чем клеток, из которых состоит физическое тело — и с ужасом ощутил, что здесь и сейчас он как личность просто исчезает раз и навсегда. Словно проваливается в глубокий, тяжелый сон без сновидений, который грозит никогда не прерваться…

Он не знал, сколько прошло времени. Ощущения сбоили, даже магическое восприятие и врожденная, собственная магия, которая даже если не была способна исцелить, то по крайней мере всегда могла примерно оценить произошедшее с её обладателем — но сейчас и она потрясенно молчала.

Его разрывало между двумя противоположными чувствами, будто разом прошло и одно мгновение, и долгие часы. Эти два противоположных, вообще-то в данном случае даже взаимоисключающих чувства сейчас каким-то странным образом уживались в нем.

Олег рухнул на колени и, не удержавшись, изверг на траву всё, что успел съесть на привале. Стало чуть легче… Но всё равно понадобилось ещё несколько раз повторить процедуру, чтобы хотя бы минимально прийти в себя.

Выпрямив спину и встав с колен, он, кривясь от омерзения к себе и стыда перед Великим Магом за это неприглядное зрелище, он сотворил в ладонях пригоршню холодной воды и умыл лицо. Повторил процедуру несколько раз, достал чистую тряпицу из рюкзака, вытер лицо и руки, окончательно избавившись от слабости, и огляделся.

Вампир лежал, скрючившись в позу эмбриона, в паре метров от того места, где его видел Олег перед тем, как странные чары Николаева-Шуйского накрыли их обоих. Пленник, почти сумевший выторговать себе свободу, мелко дрожал и явно был неспособен себе помочь — не питавшийся уже чуть больше двух недель, подвергавшийся пыткам, каждый день в темнице накачиваемый разной алхимической гадостью, предназначенной ослабить его как можно сильнее, он явно исчерпал все свои запасы выносливости.

— Успел, — раздался голос Николаева-Шуйского. — Это было действительно неожиданно… Как ты, друг мой?

— Не очень, — честно признал Олег. — Ощущаю себя выжатым лимоном…

— М-да, это я, конечно, сперва сделал, а уж потом подумал, — чуть виновато сказал Великий Маг. — Ладно, секунду…

Толстый, со взрослую мужскую руку диаметром разряд Зеленой Молнии впился в Старшего Магистра прежде, чем тот успел хоть что-то осознать. На мгновение Олегу стало страшно — неужто Глава Николаевых-Шуйских решил прикончить его за ненадобностью, коли вампир сам из штанов выпрыгивает от желание ему услужить?

Однако в следующий миг по телу прокатилось мягкое, приятное покалывание — и Олег едва сдержал стон блаженства от ощущения, как сверхплотная, концентрированная смесь из праны и целительной магии исцеляет потрепанную ауру, энергетику и тело, даруя бодрость и силы. Никакая целебная алхимия, ни один маг-целитель, о которых он хотя бы слышал, близко не стояли с тем, что сейчас чувствовал чародей. Когда спустя шесть или семь секунд действие Молнии прекратилось, он отчетливо понял — исцелены не только полученные сегодня повреждения, но и вообще любые травмы, что у него были. Все пережатые и неправильно или не до конца исцеленные каналы маны, все места, где были застарелые аурные повреждения…

Вампиру тоже явно становилось всё лучше и лучше. Только в отличии от Старовойта Арго досталась Красная Молния, и ей предстояло явно больше работы, чем её товарке со Старшим Магистром. Однако и тут прогресс был на лицо — с каждым мгновением вампир всё сильнее оживал, вон, уже потихоньку на четвереньки встает и начинает водить по сторонам ошалевшим взглядом.

— Что… это… было⁈ — прохрипел вампир, дико глядя на Николаева-Шуйского.

— Особое защитное заклинание, — спокойно пояснил чародей. — Не за что, кстати. Я только что спас ваши шкуры.

— Благодарю, ваше превосходительство, — опомнился Олег, низко кланяясь. — Позвольте вопрос?

Дождавшись короткого кивка глядящего куда-то вдаль чародея, он осторожно поинтересовался:

— Что это было? То, отчего вы нас защитили? Нас обнаружили?

— К счастью, нет. А что это было… Судя по всему, нескольким удачливым Духам восьмого ранга повезло найти лазейку в реальный мир. Правда, вела она в какую-то аномалию, которая таким гостям не обрадовалась.

— А!..

— Отставить разговоры, — строго взглянул на него реинкарнатор. — Никаких гарантий, что опасность миновала, нет, так что не расслабляйся.

Глава 2

Вампир, благодаря моей Красной Молнии, был уже как новенький. Потребовалось минуты три с половиной, чтобы полностью исцелить все его раны и даже насытить, вернув его к пиковой форме, и большую часть повреждений, из-за которых исцеление длилось так долго, нанес я сам. Правда, не специально.

Когда на нас внезапно обрушилась ударная волна сработавшей аномалии, у меня был очень простой выбор — либо защитить напрямую, своей магией, обоих своих спутников, либо позволить им обоим погибнуть. На изящные и тонкие ходы не имелось времени и возможности — я поддерживал целый каскад тонких и сложных чар, дабы не позволить учуять врагам ни наше здесь нахождение, ни уж тем более близость Арго.

Сил это отнимало немного, но тут проблема была в другом — в сложности поддержания чар. Требовалось держать задействованной восемьдесят процентов энергетики на постоянной основе — то ещё удовольствие…

В первом случае отзвук столь высокоранговых чар, как те, что требовались для их спасения, наверняка засекли бы вампиры — мы были уже примерно в дне пешего пути от тех мест, где начиналась занятая ими территория. Наглые твари обосновались у нас буквально под носом, в восьмидесяти километрах от границы моих земель. Той их части, что была пустынна и не заселена, ибо разных монстров инсектоидного типа, с которыми было огромное количество хлопот при крайне низкой добыче, тут водилось немеряно. Потому пока эту часть Родовых Земель особо и не обживали. Мы не совались к жукам, они не лезли к нам — идиллия…

И именно там, среди колоний и стай разного рода муравьев, саранчи (размерами с добрую собаку) и прочих жужелиц да сороконожек, обосновалось гнездо вампиров. Причем так, что их туповатые, но многочисленные и грозные соседи даже не думали на них нападать…

А что самое поганое — вести сюда мою армию было почти бессмысленно. Если в этих краях застучат подкованные сталью сапоги моих гвардейцев, вся насекомообразная шушера немедленно позабудет все распри и объединит силы против извечного и самого ненавистного врага порождений Разлома — людей.

Нет, конечно, то, что на стороне людей буду я, по идее не оставляло тварям шансов на победу. Но тут одних только тварей восьмого ранга больше десятка, и пусть в боевой магии инсектоиды, в большинстве своём, считаются худшими из порождений Разлома, зато в плане мощи физического тела, живучести, выносливости и крепости природной защиты они дадут фору кому угодно. Замаемся убивать, и потери будут чудовищные.

Это как раз тот случай, когда одиночка, даже сверхсильный, не добьётся успеха. Схватись я в одиночку со всей здешней ордой, несмотря на то, что я Великий Маг, они просто окружат, вынудят потратить на истребление пушечного мяса много сил и позже навалятся элитные твари во главе с их вождями восьмого ранга. И даже телепортация не спасет — такая орава магических тварей, как следует напрягшись, сумеют создать достаточно мощные помехи…

Вот потому армии и нужны даже сильнейшим магам. И именно поэтому все так вкладывались в своих солдат — ведь случись нарваться на более сильных магов именно они сумеют принять основной удар и позволят их командирам из-за спин завалить сильного врага.

В общем, не будем больше о военной теории. Факты таковы — чтобы выжечь тут всё дотла мне нужно просить о помощи тестя, а также все дворянство губернии. Такими силами мы точно здесь справимся, причем даже без особых потерь. Вот только есть один нюанс…

Люди уже з**бались от войны. Просто по человечески устали от крови, смерти и грязи. И к тому же понимают, что скоро Император отправит их всех в Приморье, защищать Хабаровск и Владивосток, воевать с бриттами — ибо больше некого.

И тут я, весь такой красивый — пойдемте повоюем с самым проблемным видом тварей Разлома, с которых даже добычи толком нет — лишь с сильнейших можно взять панцири и жвала, ну и прочее, что сгодится в алхимии и артефакторике… И самое главное — твари-то сидят смирно, никуда не лезут. В общем, собрать их будет сложно даже с приказом генерал-губернатора…

И второе, даже более важное — если мы начнем собирать силы и готовится к бою, вампиры быстро об этом. Конечно, есть шанс, что они решат остаться здесь и объединить силы с инсектоидами, учитывая количество их Высших и Архимагов это будет очень серьезная гиря на чаше весов. А еще у них будет свой Великий…

Вот только скорее всего они сбегут. И что тогда делать? Я не могу покинуть губернию, пока в ней есть тварь девятого ранга, которая, стоит мне уйти, начнет громить крепости, сжигать города и отступать раньше, чем Маги Заклятий во главе с Павлом Романовым, который сейчас вполне способен надрать задницу Великому Одних Сверхчар, успеют его прижать.

Сейчас он не особо рыпается, потому что знает — стоит где-то чему-то начаться и я тут же явлюсь по его душу. И не один… И тогда он вполне может не суметь удрать. Я-то его точно догоню… Но только подловленного в бою. В общем, все очень сложно…

Именно поэтому наша задача чрезвычайно важна — я должен подобраться как можно ближе и разведать всё по максимуму. Понять, что и как, хотя бы приблизительно, после чего прикинуть, как лучше напасть, чтобы не дать тварям времени на бегство. Это должен быть быстрый бой — ворвались малой группой сильных магов и устроили бой, не дав врагам опомниться. Всё должно закончиться раньше, чем вся эта насекомая сволота навалится на нас.

Итак, насчет этой парочки — я не стал использовать свою магию, ибо сильные чары всколыхнувшийся от сработавшей аномалии мгновенно донесли бы до вампиров, кто тут. Поэтому я и обязан справиться со своей задачей. Эту занозу размером с копье, что сейчас в моей заднице. Да что там моей — всей губернии!

Поэтому я не стал использовать свои чары для их защиты, как не стал и бросать их на смерть. Но что делать я не знал — а делать надо было срочно. Мой разум, разогнанный до предела, давал мне дополнительные минуты там, где счет шел на секунды, и решение пришло оттуда, откуда я его совсем не ждал.

Моя души, всколыхнувшись, в единый миг поглотили обоих моих союзников, на некоторое время погрузив их в мой внутренний мир. Туда, где обитали они сами, в особое пространство со своими законами, мало подвластное даже мне самому…

Ну, поместили и поместили, какая, казалось бы, разница? Невелико дело на первый взгляд… Вот только проблема в том, что такое невозможно. Я могу сколько угодно восторженно распинаться о преимуществах Великого Мага над всеми прочими, но даже для них это невозможно. Внутренний мир мага, даже девятого ранга, не способен впустить в себя ничего материального. Ни артефактов (за редким исключением вроде Живого Оружия или предметов девятого ранга с особыми свойствами, но всё это чудовищная редкость) ни чего-либо иного… И в особенности — живых существ в материальной форме, во плоти, так сказать. Пребывание в моём внутреннем мире одних только душ уже являлось чем-то выходящим за рамки, даже Ивар не сумел этого объяснить — ведь его внутренний мир был специально устроен так, чтобы допускать туда некоторое количество душ, а мой нет. Причина проста — его Воплощение Магии базировалось на Небытие, и это было даруемым данной ветвью магии естественным бонусом. Моё же Воплощение было вообще не про это…

Молнии должны были, по идее, уничтожить эту парочку, но души их защитили, продержали с минуту и уже после, по моему желанию, выплюнули обратно. За это время парочку обработало моей Силой Души так, что я даже не берусь предсказать, во что это выльется. У меня сорок процентов резерва Души как корова языком слизнула -и они именно что впитались в них. На защиту и их пребывание во мне ушло на удивление немного…

Так, ладно! Отбросим посторонние мысли прочь — сперва дело. Арго с блаженной улыбкой потянулся, хрустнув костями. Его стремительно меняющееся лицо резко помолодело, оборванные, грязные и спутанные волосы осыпались прахом и за несколько секунд отросли вновь… Мы с Олегом изумленно наблюдали происходящие с нашим спутником резкие перемены, не зная, что делать и говорить.

Бледнолицый, красноглазый вампир с длинными, до середины спины чуть вьющимися золотыми волосами, он был теперь очень, очень красив. Той самой, нечеловеческой и утонченной красотой, по которой женщины сходят с ума, а мужчин тянет дать по слащавой роже… Но не это было главным изменением.

Перед нами стоял Архимаг. Причем не только перешедший на седьмой ранг и ещё даже не устаканивший свою энергетику новичок, каким он по идее должен был являться — нет, это было существо на пике седьмого ранга, готовое хоть сейчас дать бой кому угодно!

— Это воистину чудо, — медленно произнес вампир, наконец сфокусировав на нас взгляд. Вернее, на мне…

Вот сейчас настал тонкий момент. Здесь и сейчас он мог попробовать послать весть своим и попытаться сбежать — и тогда я бы оказался перед выбором, гнаться ли за ним, рискуя нарваться на всё гнездо, что прибыло на сигнал телепортами вместе со своим лидером, либо сразу же бежать, чтобы не попасть в столь сомнительный переплет.

И в любом случае действовать мгновенно в полную силу я сейчас не мог. Маскирующие нас чары нужно было бы отпустить, чтобы иметь возможность бить в полную силу. Да и чтобы бежать тоже… И как раз этого времени Арго, скорее всего, хватило бы на побег. Это понимал я, это понимал Старовойт и уж тем более это понимал сам вампир…

Я думал, что за последние четверть часа я исчерпал лимит на удивление, но обновившийся Арго Фастар доказал мне, что я ошибался.

— Прими мою клятву верности, о Великий! — преклонив колено и почтительно опустив голову обратился он ко мне. — Я, Арго Фастар, взываю к твоему Титулу Силы, к твоему Имени — да будет услышана и засвидетельствована моя клятва тебе, о Пепел! Отдаю часть своей сути твоему Воплощению, как залог своей верности, и молю тебя — прими меня в свое гнездо, и у тебя не будет более верного слуги!

И он не просто говорил — я чувствовал тончайшие, едва уловимые колебания разных энергий. Незримые нити эфира, маны, праны и силы самой его души потянулись туда, в мой внутренний мир, к самому его центру, где с небес водопадами били вниз все Семь Молний.

Такой клятвы я не знал. Но будучи Великим, я мог ощущать и расшифровывать даже столь тонкие воздействия — эфир служил Великим куда охотнее, чем остальным.

Он сейчас был полностью в моей власти. Я мог отказать ему, и тогда странный ритуал сам собой прекратил бы своё действо. И он больше никогда не сумеет принести эту клятву мне — подобное возможно лишь раз.

А ещё я мог ударить по нему через образовавшуюся связь. Повредить разум и душу, исковеркать энергетику или даже убить — он сейчас был полностью в моей власти. Арго Фастар принял решение и выбрал сторону, и это его действие было лучшим доказательством его честности. А также гарантией того, что он никогда не предаст — эти путы были на два порядка крепче, чем клятва через кровь, которую приносили мне в прошлом Пети и Алтынай…

Чтож, будет крайне глупо отказываться от такой находки. Он будет полезен не только и даже не столько сейчас, в этом деле — шпион и разведчик с тысячами лет практики идеально впишется в коллектив моего СБ, став одним из главных помощников и советников Петра.

— Я принимаю твою клятву, — ответил я. — Отныне ты не пленник, а один из нас. Слуга Рода Николаевых-Шуйских… Как ты и сам знаешь, у нас весьма своеобразный Род, у которого очень свободные взгляды на многие вопросы… В общем, докажешь, что достоин — станешь не слугой, а членом Рода и одним из Старейшин.

— Я знал, что не ошибся с выбором, — поднял он взгляд.

— Вставай, — махнул я рукой. — Нам надо уходить — сюда могут заглянуть твои сородичи.

Теперь мы двигались куда быстрее — не шагом обычного человека, а бегом. Учитывая наши ранги — это было очень быстро.

И правильно сделали — уже через несколько минут я ощутил, как там, откуда мы ушли, дрогнуло Пространство. Поглядеть, что произошло, пришло два десятка вампиров — двое Высших, пятеро Архимагов и тринадцать Старших Магистров. Мощная группа, способная в случае чего продержаться некоторое время против любого врага. Достаточное, чтобы либо к ним пришла подмога, либо сумели отступить во всё ещё открытый портал…

— Стоп, — приказал я.

Пришлось немного напрячься, чтобы остановиться вровень со своими спутниками — моя маскировка действовала лишь в радиусе полутора десятков метров, и если кто-то случайно выйдет за её пределы у нас могут начаться проблемы.

— Астур и Рея, — сказал Арго. — Высшие, из числа боевиков гнезда.

По округе покатились волны сканирующих чар — вампиры не теряли времени даром. Впрочем, нам волноваться не о чем — пока я держу маскировку, нам ничего не страшно. Они даже глазами нас увидеть смогут лишь в том случае, если пересекут границу моих скрывающих чар. Пересекут именно физически — их магия этого не сможет.

— Итак, давайте подведем итоги, — хрустнул я шеей. — Что ты можешь рассказать о расположении гнезда, его укрепленности, ловушек на пути и всего, что связано с Арзулом и его слугами?

— Если двигаться тем же темпом, что мы бежали сюда, то доберемся до границы территорий гнезда часа за три — отсюда километров сорок, но то напрямую, а так не выйдет. Можно было бы и полчаса добраться, если бы не куча аномалий по пути, которые придется обходить. Так что три, может четыре часа.

— Как так вышло, что ты взял седьмой ранг за минуту? — с плохо скрытыми завистью и любопытство поинтересовался Олег. — И почему ты уже едва ли не на пике и полностью контролируешь энергетику?

— Потому что Молнии и Сила Души моего господина исцелили большую часть повреждений в моей ауры, вернув мне процентов шестьдесят моей истинной силы, — ответил вампир. — Мне нечему учить и привыкать — я тысячи лет был Архимагом.

— Есть и минусы — теперь Арзул тебя не ощущает, — вздохнул я. — Скорее всего, он посчитает, что мы тебя прикончили, выбив какую-нибудь информацию… Это в лучшем случае. А мог и понять, что ты сменил сторону. В любом случае, он насторожится и станет осторожнее… Веди к гнезду, Арго!

И мы двинулись. Я молчал, поддерживая чары и сканируя окрестности, а вот бывший пленник и его недавний палач, что не так давно мучил и выбивал из него информацию, почти не замолкали.

На удивление спокойно, кстати. Старовойт явно немного нервничал, опасаясь, что Арго решит как-то отыграться за пережитое — ведь теперь вампир был моим личным слугой и вассалом Рода Николаевых-Шуйских, не говоря уж о том, насколько велика разница в их силах.

Однако проживший, если ему верить, более семи тысяч лет разумный относился к обстоятельствам их знакомства и даже недавним пыткам с нотками юмора и без всякого негатива.

— Если сложить все время, что я провел в разного рода темницах, казематах и пыточных, наберется на век-другой. Да что там — даже если просто сложить часы пыток, которым я подвергался за свои тысячелетия, то выйдет больше, чем ты на свете живешь, — со смешком заявил он в какой-то момент.

Обстановку разрядить решил — худшее, что может быть в наших обстоятельствах, это совершивший какую-нибудь глупость член группы.

— Если бы я носился с идеями мести каждый раз, когда попадал в такие переплеты, то до сих пор бегал бы, выискивая обидчиков в нескольких десятках миров, — продолжил вампир. — Я смотрю на это философски — издержки профессии и образа жизни, что поделать?

— А почему всё-решил сторону уйти из ковена? — уже с куда меньшей настороженностью поинтересовался Олег.

— Помимо перечисленных причин? По-твоему, их мало? — с удивлением покосился на бегу вампир. — Постоянные откаты в развитии и запрет на возвышение, роль того, кто рискует больше всех и чаще всех оказывается на краю гибели — и не получать никакой достойной награды тысячами лет. А тем временем семерка бездарностей — Роберт, Ингрид, Астур и Рея, Шесс, Лая и Могмор пользуются всеми плодами моих усилий. С ними Арзул делится силой, помогает расти, они у него любимчики, ими рискуют только тогда, когда деться некуда…

Он помолчал, формулируя мысль, и продолжил:

— Я до последнего сомневался, но когда господин исцелил меня и даже помог сразу вернуть половину прежних сил, я решился окончательно.

— Можно подумать, у тебя был выбор.

— Поверь, был, — усмехнулся вампир.

Он ведь тоже чувствовал и понимал, что я не успею его остановить…

— Ну а ещё — большинство об этом как-то забывает, но я существо магическое. И я прекрасно ощущаю, какая сила для меня полезна, а какая нет. Воплощение Магии господина самое многообещающее, что я видел, и став закрепленным клятвой Титулом Силы, Пеплом, создает между Воплощением и мной связь. И я по чуть-чуть, по капле получаю его силу, что меняет меня и делает сильнее.

Разговор ненадолго прервался — пришлось осторожно, аккуратно обойти аномалию. Чуть подрагивающее маре, простирающееся на добрые километра четыре в каждую сторону. Причудливо, неестественно сплетенные Время, Пространства и Гравитация сулила верную смерть любому, кто вступит в неё и попробует пройти насквозь. Я бы её прошел, но только в одиночку и отказавшись от маскировки. Мои спутники, разумеется, на подобный подвиг были неспособны. Пришлось делать крюк.

— К тому же Арзул относился ко мне чуть ли не как с собаке, — продолжил вампир. — Чего стоит хотя бы это задание⁈ Я должен был попасть в плен и дезинформировать вас, а дальше оставалось надеятся, что Арзул выполнит обещание и вытащит меня… Вот только я-то знал — вы таких как без разговоров убиваете. А если решаете пообщаться, то только в пыточной.

— Ты же лучший разведчик и прочее, — заметил Олег. — Глупо сливать именно тебя. Почему не подготовить для этого какого-нибудь и отправить слабака и дурачка, который при виде дыбы сам всё выдаст.

— На кону обладатель Полного Благословения Тьмы, за него их бы наградили и повысили, — напомнил Арго. — Ради такой цели он пойдет почти на все. В идеале ты мог оставить меня живого и тогда я должен был бы найти способ привести тебя в одну из аномалий. И пока ты выбирался бы, всё бы уже закончилось…

У нас ушло пять с половиной часов, но зато теперь мы, без сомнения, рядом с гнездо. Теперь мне предстояло основательно поработать…

Глава 3

— Поправь угол четвертого луча, — велел я. — Линия слишком тонкая, добавь краски.

Арго молча взялся за кисть и обмакнул её в банку с толстыми эридиевыми стенками. Расписанная чуть светящимися символами, она смотрелась бы уместно где-нибудь в доме или поместье знатного дворянина, чем здесь, на берегу реки в руках у вампира.

Эридий был дорогим магическим сплавом. И банка, естественно, была артефактом — во первых, её вместимость была сопоставима с парой сто литровых бочек. Но это было не главным её свойством — куда более важно было то, что эридий и многочисленные рунные заклинания, нанесенные с особым тщанием мной лично, не позволял магической энергии просачиваться через себя.

А если мана никак не может покинут свое вместилище, то составы сохраняли свою силу. И потому в нем можно было хранить весьма действенные, дорогие и скоропортящиеся творения алхимии. Как, например, вот эта синяя краска, содержащая кровь трех разных чудовищ восьмого ранга и кучу разных разных магических растений…

Олег и Арго под моим руководством создавали магическую конструкцию, которую потом буду использовать я. На правах командира я в процессе участия напрямую не принимал, но это не значит, что я филонил.

Сейчас нить за нитью я сплетал могущественные заклинания — два десятка чар восьмого ранга, пика восьмого, и пять заклинаний девятого ранга. Все эти чары должны были накрыть нас надежным куполом, что сокроет нас от любопытных взглядов и поисковой магии врагов.

Скрыт Сусанина — так назывался этот комплекс чар. Это отнимет немало сил, но зато я освобожусь от необходимости держать постоянно скрывающие нас чары. Этот если бы я до того дрался, закинув на спину что-то тяжелое. А сейчас я словно освободился… Вернее, скоро освобожусь. Еще немного, ещё чуть-чуть — и все будет готово.

— Ну наконец, — выдохнул я и сладостно, до хруста потянулся. — Сейчас проверю, что вы там наворотили, неучи.

Пришлось признать, что они справились неплохо. Грубых ошибок не нашлось, мелкие я поправил быстро, после чего начал вносить в магическую фигуру финальные, завершающие штрихи.

Встав в самом центре восьмиугольника, я выпустил Фиолетовые, Желтые и Золотые Молнии. Вокруг звезды начали возника составленные из этих трех Молний магические символы.

А затем я активировал саму магическую фигуру. У неё даже названия ещё не имелось — я составил и довел до более менее пристойного совсем недавно, буквально за пару дней до этого похода. И, признаться, там было ещё над чем поработать — после первых испытаний, которые провалились, но дали мне понимание над чем работать, я все самые значимые огрехи исправил, но остались менее значимые…

— Выходите!

Я парил в центре нарисованной восьмилучевой звезды, собравшей в себе огромное количество маны. Мой зов был услышан, и в моей груди словно вспыхнуло пламя. Боль была неописуемая, но я терпел. Парил в воздухе, выгнувшись назад и сдерживая крик. Если бы мои кости и плоть были бы слабее, я бы без сомнений сломал бы себе силу — настолько сильно меня перекрутило.

Что-то я всё-таки рассчитал неправильно, и теперь процесс идет весьма болезненно даже для меня. Так быть не должно… Впрочем, этого стоило ожидать, учитывая, что чары ещё полусырые. Если физический дискомфорт и боль окажутся единственными проблемами, с которыми я столкнусь в процессе воплощения в жизнь своего смелого замысла, то можно смело засчитывать чары как полностью готовые и завершенные. Ведь с такими мелочами можно разобраться позже… А даже если и не выйдет, то и Творец-Всесоздатель с ним. Ладно, нельзя останавливаться на середине, иначе откат разрушит все мои маскировочные чары, да и может привлечь внимание.

Я ощутил, как незримые врата моего внутреннего мира распахиваются по моей воле, выпуская живущие во мне души. Это отличалось от того, как они выходили наружу прежде, по своей воле принимая бой и помогая мне. Сильно отличалось, и хоть Ивар предупреждал меня о подобном, но увидеть воочию, а тем более ощутить и прочувствовать это совсем другое.

Тогда, при первой пробе, души не смогли покинуть мой внутренний мир через созданные мной в нем врата. Создать я их создал, и теперь они навеки часть меня, этот сложный комплекс заклинаний, похожий на Сверхчары, ибо с них и брался принцип действия…

Создать-то создал, а вот открыть не сумел. И если бы сейчас тоже не получилось, я бы просто махнул рукой и отложил их до лучших времен, взявшись за разведку более простыми методами. Менее точными и с большим риском нарваться на неприятности, но это приемлемый уровень риска.

Лишь экстремальные условия подталкивают нас развиваться и улучшаться в те моменты, когда мы упираемся в тупик своего развития. И, говоря откровенно, это была едва ли не главная причина того, что я тут один, без отряда верных и сильных людей вроде Кристины, Алены, обоих Петров и Темного со Светлой. С такой группой разведка стала бы плевым делом, да и опасности можно было не бояться — с таким составом ещё вопрос, кто кого одолел бы, засеки нас кровососы и экстренно перебросив своих элитных бойцов, включая самого Арзула. А если бы даже битва начала поворачиваться не в нашу сторону, то Кристина запросто переместила бы нас отсюда. Маг четырех Заклятий школы Пространства — это не то, с чем можно бороться, не имея на своей стороне специалиста подобной силы. Нет, у них тоже есть маги Пространства — без этого путешествия по мирам немыслимы, у них все, кто входит в истинную, немногочисленную группу гнезда, Архимаги, Высшие и сам Арзул, владеют Пространством на приличном уровне, особенно их лидер. Но у него не нашлось бы времени толком помешать Кристине, а блокировку Пространства, даже уровня Великого, я бы разбил своими силами. Для этого не нужно быть докой в магии перемещений — достаточно быть обладателем чего-то вроде Фиолетовой или Черной Молнии, которая уж точно бы справилась. А Высшие, несмотря ни на что, были не ровней Магам Заклятий. За счет большего опыта и мастерства они до определенной степени могли бы на равных тягаться с Кристиной, но у нас была одна игрушка, подаренная своей последовательнице Логусом, которая точно смогла бы позволить поставить портал, что не сумели дестабилизировать Высшие.

Каждая душа, проходя через врата, получала своеобразную печать, которая создавала прочную связь с самим моим внутренним миром. Это давало им преимущества — как новые, так и весьма усиленные старые возможности.

Прямо из моей груди начали вылетать источающие белое сияние души — одна, вторая, третья… После первых восьми обитатели моего внутреннего мира начали вылетать сплошным потоком. Но наружу вышли далеко не все.

Сто шестьдесят восемь душ ровно. Маг Заклятий, семь Архимагов, тридцать два Старших Магистра и сто двадцать восемь Младших — элита, так сказать. Шестеро душ седьмого и сто две шестого ранга остались в моем мире, в качестве своеобразных операторов, контролирующих связь со своими товарищами и заботящихся о том, чтобы вышедшие наружу имели возможность использовать печать на полную катушку. Естественно, такое количество могучих душ для этих задач не требовалось — хватило бы даже десятка Старших Магистров или одного Архимага. Но это был первый раз, когда мы реально использовали эту магию и потому все, кому может даже теоретически выпасть эта задача в будущем, находились здесь, обучаясь.

Можно, конечно, обойтись и без них, и в будущем, когда чары будут доработаны, так и и будет, но то дело будущего, а пока придется обойтись тем, что есть.

— Вы знаете, что делать, — обратился я к замершим передо мной стройными рядами душам.

Восемь групп, во главе каждой был Архимаг. Кроме одной — там на себя командование взял Маг Заклятий. Личный состав каждой был одинаков — четыре Старших Магистра и шестнадцать Младших.

Прежде они могли биться против сильных противников только сбившись в большие группы, где более слабые души просто снабжали более сильных товарищей энергией, дабы тот мог хоть что-то противопоставить сильному магу. И делалось это с огромными паразитными потерями… Души были сильны лишь большой группой — когда их было сотни тысяч, с ними не стоило рисковать связываться даже сильному Магу Заклятий. Да что там — даже Магу семи Заклятий тоже никто не гарантировал победы… Во всяком случае — быстрой. Ибо на какое-то время они его точно заняли бы. Нет, чародеи уровня восьми Заклятий были моим душам уже не по плечу, как показал тренировочный бой с Аленой, а уж монстры уровня Федора Шуйского и Павла Александровича, конечно, смели бы моих друзей, едва ощутив сопротивление. Но они и средней руки Великого одних, а при удаче и двух Сверхчар одолеть могли бы, так что этих в расчет не берем. Но вот всякие Маги вплоть до шести Заклятий, если при них не имелось набора регалий уровня Великого Рода, шансов уже не имели.

Отряды разошлись не сразу — перед этим они принялись колдовать. Я ощутил, как по внутреннему миру прошлась легкая волна дрожи — ибо то, что сейчас происходило, было для него в новинку.

По связывающей нас печати к ним потекла энергия — и в этот раз то была не моя мана и даже не их собственная энергия, которой им было крайне сложно нормально распоряжаться в материальном мире, нет — сейчас их подпитывал своей силой сам мой внутренний мир, в котором они умудрились создать свой собственный Источник Магии.

Думаю, следует внести некоторую ясность насчет происходящего. Почти все, от Богов и Демонов до безмозглых чудовищ используют для своих чар именно ману. Она — базовая энергия, фундаментальная сила, то, на чем зиждется почти вся магия. Нет, конечно, какое-то количество сверхъестественных возможностей было возможно использовать, опираясь на альтернативные виды энергии — та же прана, например, и её аналоги у иных существ.

Однако мана, сама по себе нейтральная, менялась в зависимости от того, кто её использует. Или от того, где — Источники Магии, например, зачастую имели ману с характеристиками одной из Стихий или иных магических сил…

В общем, изначально, в природе, мана не имеет никакого окраса. И нейтральная мана, на самом-то деле, почти бесполезна — ей почти никто не способен пользоваться в таком виде. Каждый, кто использует ману, перед этим изменяет её под себя.

А вот души, к сожалению, могли использовать только нейтральную ману. Которая была хуже любой другой, особенно в боевой магии. Поэтому в прежних сражениях им приходилось полагаться в первую очередь на мои Молнии, Силу Души и тот факт, что у них, за счет их численности, этой самой маны было как у дурака махорки. И они запросто могли компенсировать качество количеством.

Но теперь, благодаря нескольким месяцам работы более чем полумиллиона душ, в моём внутреннем мире находилось Серое Озеро, в котором вместо воды плескалась мана, уже имеющая вполне себе четкий окрас и характеристики. Ибо в него нередко били мои Молнии и, смешиваясь с его водами, отдавали частичку своей силы. Фактически, они создали резервуар маны, почти полностью идентичной моей по своей сути, хотя и с гораздо меньшей концентрацией силы Молний. Да, это всё ещё было далеко от идеала, в этой мане было все ещё много от нейтральной, но даже так — это был огромный успех. И теперь души могли использовать мою Личную Магию (ту её часть, что относилась к восьмому рангу, в том числе и специально упрощенные до него заклинания девятого) и Молнии — все семь, и не как раньше, беспорядочно и бессистемно. Нет, теперь, когда у этих полумиллиона душ, из которых триста шестьдесят семь тысяч относились при жизни к не одаренным, сто сорок шесть тысяч из которых были при жизни одаренными низших рангов, ещё одиннадцать тысяч — одаренными средних рангов, от четвертого до пятого, с возглавляющими их ста сорока четырьмя бывшими одаренными высших рангов…

Когда вся эта ватага научилась действовать синхронно и под руководством своих полутора сотен командиров плести заклинания высшей магии, они стали на порядок опаснее прежнего. Пока что они далеко не идеально владели моей магией, да и освоили совсем немного, но лиха беда начало — наличие этих ребят в моём внутреннем мире открывало огромные перспективы в будущем…

Восемь отрядов душ, используя мою собственную магию, сокрыли все свои следы и сам факт своего присутствия, к тому же, на всякий случай, нырнув под землю, двинулись вперед.

— Что… что это было⁈ — изумленно спросил Арго. — Как подобное возможно⁈ Вы ведь не высокоранговый некромант или шаман, я это точно знаю! Да и даже если бы были кем-то из них, это все равно не объяснило бы происходящего. Это ведь не темные духи и не духи Астрала… Что это такое⁈ Каким образом вы сумели подчинить себе и хранить в своей душе столь могущественных созданий⁈

— У тебя тоже какие-то вопросы? — с усмешкой взглянул я на Олега, потрясенно оглядывающего тлеющие и исчезающие следы начертаний на земле.

— У меня один вопрос — как вы намерены скрыть следы произошедшего? Эхо магии такой силы разойдется на десятки километров! Нам срочно нужно уходить!

— Я озаботился этим загодя, так что можешь не волноваться, — успокоил я не на шутку встревоженного чародея. — Никуда никакое эхо не уйдет, расслабься. Ну а ты, Арго… Что конкретно тебя интересует?

Но взявший себя в руки вампир лишь низко поклонился.

— Простите мне мою несдержанность, господин. Это не мое дело.

— Верно, — кивнул я. — Хорошо, что ты сам это понял. Выпрямись, мы не во дворце. Итак, друзья мои, приступим к самой скучной части нашего похода — к ожиданию.

Я уселся прямо на землю и закрыл глаза. Итак, поглядим, что там можно сделать с побочными эффектами чар… Хотел бы я, конечно, обладать возможностью смотреть глазами своих посланцев, но пока это было невозможно. Лишь пока — со временем это изменится.

Души начали возвращаться спустя семь часов. В течении двух часов с прихода первой из них мы дождались всех групп, и я приступил к беглому просмотру того, что они нашли и увидели. И увиденное мне не понравилось категорически — вампиры хорошо поработали над тем, чтобы усложнить жизнь любому, кто рискнет сунуться на их территорию.

— Господин, глубоко зайти нам не удалось — их главное логово защищают слишком сильные чары, там не то, что о незаметном проникновении, мы бы просто внутрь пробиться не сумели бы.

— А если бы там были все остальные души? — поинтересовался я.

Лагерь был уже свернут, а все следы того, что здесь кто-то был и уж тем более колдовал уничтожены. Первым и вторым занимались Арго и Олег, последним же, разумеется, я. Ни Старший Магистр, ни даже Архимаг были не в силах стереть все следы колдовства — их усилия могли, в самом лучшем случае, сработать на ком-то того же ранга, что и заметавший следы чародей. А вот уже Высшие, Маги Заклятий и тем более Великие легко бы нашли зацепки и прочитали большую часть картины — ведь начиная с Высшего Мага волшебники получали доступ к эфиру напрямую. И, соответственно, имели несопоставимо большие возможности и способности к взаимодействию с ним, включая и чтение информации.

К сожалению открыть портал домой сразу, здесь и сейчас, я не мог. Вернее мог, но только тогда вся секретность, ради которой было столько мороки, пойдет псу под хвост — способа замаскировать открытие портала я не знал, все же скрытность никогда не была моей сильной стороной. А потому пришлось пойти на небольшую хитрость.

Двигались мы неспешно, взяв курс на на юго-восток — там, в тридцати километрах, находилась небольшая, но весьма мощная пространственная аномалия. Конечно, открывать там портал с моим уровнем мастерства в этой школе магии было бы чересчур самонадеянно. Но я и не собирался этого делать — на кой-черт, если у меня имеется свой собственный Маг Пространства в лице Кристины? Нестабильный портал слишком опасная штука даже для меня. А уж для моих спутников попадание в него — верная смерть без всяких шансов.

— Если бы все пятьсот семнадцать тысяч душ, что живут в вашем внутреннем мире, были со мной — я смел бы все защитные чары в той дыре! — гордо заявил Албе. — С нашим новым источником маны мы теперь способны на такое, о чем прежде и помыслить не могли! А если дать нам ещё лет десять, а лучше тридцать, то в мире вряд-ли найдется достойный нас противник!

— Спешу тебя расстроить — ещё как найдется, и далеко не один, — заверил я парящую рядом душу Мага Заклятий. — Всё же эфиром вы управлять не в состоянии, к сожалению. Так что не задирай нос слишком высоко, иначе это плохо кончится.

— Мы и без всякого эфира уже сейчас способны одолеть большинство Магов Заклятий! — возразил Албе. — Мне кажется, вы переоцениваете значимость этой энергии и недооцениваете наши возможности, господин!

— Тебе так только кажется, Албе, — усмехнулся я браваде души. — Да, ваше количество позволяет вам обходиться без него. Распределение задач, при котором любое, даже сложнейшее заклинание дробится на столь мелкие составляющие, что даже души неодаренных способны справиться со своей частью работы — это здорово. Но лишь до определенного предела, не более. Чары девятого ранга вы таким образом плести не способны, ибо там уже принципиально иной уровень сложности. И одним лишь количеством вам эту преграду не преодолеть — потребуется нечто принципиально новое, что-то, способное усилить вас качественно. А без этого потолок вашей силы — это примерно Маг восьми Заклятий. И то лишь спустя десятки, а то и сотни лет тренировок и обучения имеющимся чарам.

Арго, идущий сбоку и чуть позади нас, периодически бросал задумчивые взгляды на Албе, принявшего облик полупрозрачного пожилого человека с большими губами и широким лбом. Вампир явно пытался понять, кто или что перед ним, и, судя по всему, ничего путного ему на ум не приходило. А это о многом говорило — пусть я и был могущественнее, как чародей, но он точно превосходил меня в плане знаний.

Не о Высшей Магии, разумеется, вовсе нет! Его превосходство было в ином — в количестве знаний о магии вплоть до седьмого ранга, в количестве различных диковинок, что он успел повидать за свою долгую и весьма насыщенную жизнь, и уж, конечно, в количестве различных форм существования, с которыми он сталкивался. Двадцать восемь миров и почти семь с половиной тысяч лет жизни — это такой срок, что даже самый бездарный и безмозглый баран волей не волей нахватается знаний и узнает о мире больше, чем мудрец за три века.

И так как Арго отнюдь не являлся ни бездарностью, ни уж тем более идиотом, а я был кем угодно, но не мудрецом, то пропасть в знаниях и уровне эрудированности между нами была поистине чудовищно глубока и широка. Приняв его клятву, я получил немалую власть над ним, в том числе и доступ к памяти. И одного взгляда на её объем хватило, чтобы я отбросил всякие идеи о её изучении. Не в ближайшее время уж точно…

И раз даже Арго не может понять, что за существо сейчас летит перед ним, то насколько же уникальна ситуация между мной и душами? Ведь они действительно стали чем-то иным, сильно отличающимся от того, чем были изначально. Это уже не просто души умерших, не успевшие или не сумевшие по тем или иным причинам отойти в мир иной. И уж тем более не какие-нибудь проклятые, искаженные и превращенные в нежить души, ставшие жертвами некромантов.

Не творения одной из сложнейших ветвей малефицизма — созидание проклятых духов разного рода. И не Духи Астрала тоже. Тех хоть и существовало неисчислимое количество видов, относящихся ко всем возможным типам энергий, стихий, магических сил и прочего, но все они имели одну общую черту — в них четко ощущалась особая, характерная только для порождений этой части мироздания энергия, перемешанная с их собственной энергетикой.

Короче, я могу ещё долго перечислять разные варианты, а уж мой новый слуга наверное, и вовсе мог бы заниматься этим всю ночь. Но факт есть факт — ни я, ни, видимо, он понятия не имеем, что такое обитатели моего внутреннего мира. Так что рассчитывать на то, что получится где-то добыть нужные знания не приходилось.

Значит, придется идти путем первооткрывателя, методом проб и ошибок добывая бесценные знания. Но не в ближайшие годы, и это в лучшем случае — когда в мире как минимум двое чародеев, силой и способностями не уступающих тебе, стоящих во главе двух сильнейших Великих Держав, я не могу тратить время ни на что, кроме своих собственных знаний из прошлого. Ну и отдельные чары из разных школ магии, что могли дополнить мой боевой стиль. И то на данный момент таких заклинаний нашлось лишь пять — три из школы Пространства, одно из малефицизма и одно — из боевой некромантии.

Албе явно был не согласен с моими словами, но продолжать спор не стал. Кстати, только он единственный мог оставаться вне моего внутреннего мира неограниченное количество времени.

Аномалия встретила нас тихим басовитым гудением. Она была была куда скромнее размерами, чем встретившаяся нам в прошлый раз, да и разнообразием смешавшихся воедино сил она похвастать не могла — три против одной. В плане количества маны сравнение тоже было не в её пользу, так что подавляющее большинство магов на нашем месте решили бы, что предыдущая аномалия значительно опаснее этой.

И были бы неправы. Ибо несмотря на все, что было сказано выше, простирающаяся на полторы сотни шагов магическая ловушка, которую создали энергии Разлома вместе с маной самого мира, была устроена на порядок сложнее, чем та, первая с которой мы столкнулись.

Не будь в нашей группе меня, и Олег с нашим вампиром… Хотя ладно, конкретно насчет Арго я со всей уверенностью утверждать не могу, слишком много лет он землю топчет, да к тому же уже почти в тридцатом по счету мире. Но вот насчет любого иного Архимага или Старшего Магистра, если тот не является магом Пространства по основной специальности, я был абсолютно уверен — они бы тут точно сгинули.

Они бы ощутили аномалию слишком поздно, в момент, когда шансов на спасение уже не осталось бы. Коварство аномалии было в том, что пусть территория, на которой она располагалась, и составляла всего лишь полторы сотни метров в поперечнике, но её опосредственное влияние распространялось ещё на добрых три километра вокруг. А всё потому, что помимо Пространства тут была замешана ещё и толика магии Разума, которую было почти невозможно обнаружить. Ибо она попросту терялась на фоне Пространства, составляя не более трех процентов от общей энергии ловушки.

Её собственной силы было недостаточно, чтобы напрямую навредить хоть кому-либо. Зато её было достаточно, чтобы, сплетаясь каким-то неведомым мне методом с Пространством, тонко воздействовать на разум любого, кто имел несчастье оказаться в зоне её влияния. Коварная дрянь, воздействуя на разум жертв, незаметно заставляла их изменять маршрут по направлению к себе, заодно искажая как обычное, так и магические зрение и восприятие, не позволяя распознать ловушку.

Собственно, даже то самое басовитое гудение слышал лишь я один. Ну и видел, равно как и ощущал, аномалию тоже лишь я — то, что годилось против магов седьмого ранга, перед лицом мага девятого было ничем.

Вошедшего внутрь ждало бы бесконечное блуждание по вечно меняющемуся лабиринту изломанного, неправильного Пространства. В котором, к тому же, нельзя было останавливаться больше, чем на минуту, иначе постоянно сдвигающееся и бурлящее Пространство попросту перемололо бы добычу в труху. Во всяком случае, так я понял, исследовав его своими заклятиями Познания.

Жутковатое место — рано или поздно любой, пусть хоть самый сильный и выносливый чародей, даже седьмого ранга, выдохнется и либо не сумеет вовремя встать после очередной минутки отдыха, либо попросту рухнет и уже не сумеет подняться и окажется настигнут.

Резерв маны там тоже не шибко-то восполнишь — общий энергетический фон внутри аномалии был раз в десять ниже среднего значения. В общем, реально жутковатое место, отсюда даже Высшие Маги и многие Маги Заклятий могут не суметь вырваться. Правда, они сюда, скорее всего, и не полезут — пусть и далеко не так быстро и не с такого расстояния, как я, но при должной бдительности они вполне способны её вовремя обнаружить… Однако если всё же угодят в неё, то даже у них могут уйти годы, чтобы выбраться. И то без всякой гарантии…

Остановившись метрах в семидесяти от границы, за которой начиналась непосредственно сама аномалия, я достал небольшую деревянную дощечку с одной-единственной руной, выжженой на ней. Послав в неё самую малость маны, я сжал деревяшку в кулаке, раздавив в труху. Всё, тщательно замаскированный сигнал послан, осталось лишь ждать.

Несколько минут ничего не происходило. Вампир и человек с некоторой опаской и любопытством разглядывали границу между обычным миром и владениями, над которыми властвовала аномалия — я защитил Олега от влияния воздействующей на разум пелены. А вот Арго, как я и подозревал, моя помощь не понадобилась — стоило только чарам аномалии коснулись его ауры, как в ответ сработала собственная магия вампира. Причем сама по себе, безошибочно и мгновенно определив угрозу.

Интересные чары, построенные на незнакомых мне принципах. Надо будет по возвращении домой уделить пару часиков беседе с моим новым слугой.

Чуть в стороне от нас начала мерцать, постепенно набирая плотность, рамка открывающегося портала. Процесс шел с явным трудом — вблизи аномалии пространство было словно бы более плотным, вязким и неподатливым, чем обычно. Причем разница была не просто значительна, она была огромна!

Говоря языком более научным, здесь было многократно превышено УСН — сиречь удельное сопротивление пространства. Навскидку единиц эдак двадцать, а то и больше, по шкале Орма, если мерить по системе моего прошлого мира. В нынешнем имелась своя, но по сути различий было ровно два — первое в названиях, второе в том, что там, где по Орму была единица, у них шла тройка. Проще говоря, дели на три полученный в здешних единицах результат и у тебя выйдет по старине Орму.

Но это было ещё полбеды. Кристина, Маг Пространства четырех Заклятий, пусть и не без труда, но быстро справилась бы с подобным. Но дело осложнялось тем, что помимо зашкаливающего показателя УСН разлитая вокруг мана была в немалой степени подвержена влиянию аномалии — а от неё, в свою очередь, исходили дерганные, неровные колебания силы, усложняя задачу на порядок.

Борьба нашей Старейшины против аномалии продолжалась добрых двадцать с лишним минут, и в какой-то момент я, право, начал думать, что с точкой открытия портала я перемудрил, но Кристина все же сумела завершить начатое. Проверив заклятием стабильность и безопасность прохода, я первым шагнул в сиреневое свечение.

Глава 4

— Итак, Аристарх, скажи мне — когда ты, наконец, окончательно закроешь вопрос с вампирами? Нельзя тянуть с этим ещё дольше — мне приказано собирать все доступные силы и как можно скорее отправляться в Приморье, защищать всё, что осталось от наших губерний в той части Империи. Лично Николаем приказано, и до бесконечности затягивать с выполнением его приказа я не могу. По целому комплексу причин, но это, думаю, тебе и без моих слов понятно. Но оставить губернию, когда в тылу прячется тварь девятого ранга с целым выводком могущественных слуг, я тоже не могу. Так обнадежь же меня, зять мой, скажи, что ты уже на финальной стадии решения данного кризиса!

Павел Александрович Романов, сидящий напротив меня с бокалом вина в руках, выглядел устало. Запавшие глаза, под которыми пролегали глубокие тени, бледная кожа — учитывая, сколь могучим чародеем вообще-то был наш генерал-губернатор, это говорило очень о многом.

— Я работаю в этом направлении, дорогой тесть, и определенный подвижки у меня и моего Рода имеются, — ответил я ему. — Могу заверить — в самом скором времени эта проблема будет решена, причем самым радикальным способом, исключающим даже минимальную возможность её повторения. Логово врага обнаружено, примерные силы оценены и подготовка к столкновению практически завершена.

— Требуется ли тебе какая-либо помощь? — чуть оживился он. — Войска или, может быть, группа элитных боевых магов, дабы усилить твоих людей? Не стесняйся, говори — я и сам готов выступить и лично принять участие в нападении на тварей, лишь бы поскорее разобраться с этим вопросом!

— Как бы мне хотелось, чтобы всё можно было решить одной лобовой атакой, — вздохнул я. — Но самый простой, быстрый и очевидный вариант будет в данной ситуации наихудшим решением. Совсем уж его отбрасывать тоже нельзя, но это действительно прибережем на самый крайний случай.

— Не узнаю вас в гриме, сударь! — удивленно поднял брови тесть. — Кто вы такой и куда дели старого доброго Аристарха, любителя решать проблемы добрым ударом боевой магии⁈

— Добрый удар боевой магии всё так же моё любимое средство решения подобных проблем. И в этом случае всё в итоге тоже будет решаться именно обменом ударов боевой магии… Просто право первого хода придется предоставить врагу, — кисло пояснил я. — Эти твари окопались в Жучиных Холмах, и клятые насекомые мало того, что не трогают своих новых соседей, но даже готовы, в случае нападения на вампиров, встать на их защиту. А это колония муравьев, куча разного рода жуков-одиночек, разных сороконожек, стаи разных слепней и вообще чего там только не имеется. Одних только тварей восьмого ранга больше дюжины, и все, как назло, здоровенные и тяжелобронированные… Идти на них в лоб означает ввязаться в крайне кровопролитное сражение с гарантированными высокими потерями. Причем не только в рядовых бойцах и низших боевых магах, но и в чародеях среднего и высокого уровней, вплоть до восьмого ранга. Не говоря уж о том, сколько боевой техники, от летающих кораблей и пилотируемых големов до артиллерии, будет безвозвратно загублено. И при этом сами вампиры, во всяком случае их верхушка, скорее всего попросту сбегут сразу, как поймут, что шансов на победу нет.

— У тебя есть Кристина, — напомнил мне тесть. — Она заблокирует Пространство, а своим ходом они едва ли сумеют от нас скрыться.

— Насчет остальных спорить не буду, скорее всего действительно не сумеют, но вот их лидер совсем другое дело, — покачал я головой. — Да даже если он не сумеет оторваться, то что нам делать, если он ударится бежать в сторону самого Разлома? Тамошние обитатели точно не станут игнорировать подобную погоню, а сколько там чудовищ высших рангов одному Творцу известно. Кто поручится, что вампир они, как и здешние жуки, не проигнорируют кровососа и не сосредоточатся на нас?

Я побарабанил пальцами по столешнице и мысленным усилием притянул к себе графин, в котором плескалась мутная белая жидкость — самогон, который лично перегнала Кристина, удивив всех этим своим увлечением. Напиток, рассчитанный на высших чародеев, заполнил до краев мой кубок и я сделал большой глоток. Поморщившись, я занюхал и закусил соленым огурцом, игнорируя неодобрительный взгляд отца Хельги. Ничего, не всем же быть манерными аристократами, кому-то следует и бухать по-простецки. Мне, если быть точным. В кругу своих можно вести себя и попроще, а тесть, как ни крути, но свой.

— Но это всё ерунда, — продолжил я. — Главное в другом — среди кровососов, их верхушки, если быть точным, каждый владеет магией Пространства. В том числе и их лидер — а он, напоминаю, сейчас на девятом ранге. Даже если он владеет Пространством на моём уровне Кристине не хватит сил помешать ему телепортироваться лично. Разница в силах слишком велика… Учитывая же, что он путешествует по мирам уже много тысячелетий не вызывает сомнений, что Пространством он владеет на порядок лучше меня. Да и Кристины тоже, при всем уважении к её таланту и мастерству… Скорее это кровосос не даст нам использовать Пространство, особенно на своей территории, чем мы ему.

— А если взять с собой группу только из тех, кто достиг восьмого ранга, плюс наших четырехрогих друзей, да устроить внезапную атаку? — предложил генерал-губернатор. — В губернии уже пятнадцать Магов Заклятий, плюс тройка нолдийцев, ты, Алена, Кристина, твой Петр, Хеля… Больше двух десятков, в сущности, набирается. Один резкий удар, навалиться всеми силами, не скупясь, в первой же атаке использовав сильнейшие Заклятия? Это же очевидный вариант, Аристарх.

— Они сидят в очень удобном для обороны месте — на двойном Великом Источнике, — покачал я головой. — Нейтральном, замечу. И вокруг логова уже целая система защитных чар. Такое вот так, сходу, не пробить — им сил хватит отбиваться от наших наскоков хоть несколько дней, а то и больше. Сами знаете, стационарные защитные чары, запитанные на Источник, обладают огромным запасом прочности, зависящим как от сложности и качества чар, так и от мощности этого самого Источника. А у них ни с тем, ни с другим проблем не имеется — мало того, что Двойной Источник, так ещё и над защитой работали твари, которым тысячи лет. Потребуется правильная магическая осада — а на это нужно время, которое нам никто там не даст.

Двойной Источник Магии был явлением крайне редким, да к тому же и не известным в моем прошлом мире, так что лично я с ним дело не имел, но Алёна мне подробно объяснила, что это за явление.

От обычного Источника Двойной отличался тем, что содержал примерно в полтора раза больше маны и примерно на треть быстрее её восполнял. Он образовывался в тех редчайших случаях, когда вблизи одного Источника внезапно возникал новый. Если между ними оказывалось расстоянии менее километра, то они начинали резонировать и вступали в борьбу, по итогам которой один словно бы поглощал другой. Только усваивалось победителем в самом лучшем случае чуть больше половины от побежденного, а потому в случае, если такое происходило, допустим, во владениях какого-нибудь Рода, то хозяева тут же бросались бороться с этим явлением. Сами или посредством найма соответствующих специалистов в ритуальной магии — были способы как бы перенести на некоторое небольшое расстояние новый Источник, дабы они не конфликтовали. Ибо, во первых, два нормальных Великих Источника куда лучше одного, пусть и Двойного, а во вторых — имелся шанс, что один, а в худшем случае и оба Источника в результате подобного просто взаимоуничтожаются…

Очевидно, что кровососам просто повезло напороться на сумевший стать Двойным Источник, но, Творец-Всесоздатель, как же это осложняло дело! К сожалению Албе, в силу ограниченности своих знаний и опыта, сильно ошибся в оценке увиденного. Стоило мне по возвращению подробно оценить увиденное и провести некоторые приблизительные расчеты, как всё встало на свои места.

Собственно, мы вернулись четыре дня назад и с тех пор никаких явных шагов не предпринималось. Вот тайных — другое дело, их было сделано немало, работа кипела по многим направлениям.

Арго теперь был в прямом подчинении у Петра. Вампир с семью тысячами лет опыта в шпионаже, внедрениях, вербовке агентов и тому подобных навыках серьезно так, на целую голову мог поднять общий уровень Службы Безопасности Рода. Через три дня Петр доложит мне, есть ли толк от вампира и нужен ли он ему в СБ, а до того я к этой парочке не лез. И то, что они всё это время не дергали меня и были чем-то постоянно заняты вселяло в меня определенный оптимизм.

— А какой же второй вариант? — напомнил о себе мой гость.

— Отдать инициативу в руки противника, — ответил я. — Вынудить его спешить, дабы он напал сам. И встретить его, будучи полностью готовыми к нападению, подловив и уничтожив.

— Звучит, конечно, прекрасно, но, боюсь, такой глупости бессмертное существо вроде вампира, превыше всего ценящее собственную жизнь, точно не совершит, — усмехнулся генерал-губернатор. — Сколько, ты говорил, он уже живет? Больше десяти тысяч лет? Это почти в семь раз больше, чем существует Империя! И вдвое дольше, чем известная история самых первых родов и племен, что впоследствии и образовали наш народ. И что-то мне очень слабо верится, что столь хитрая и древняя тварь клюнет на ваши уловки.

— Это смотря какая будет приманка, — возразил я. — Павел Александрович, а долго ли тебе ещё готовиться к отбытию в Приморье?

— Да почти уже всё готово, — ответил он. — Два миллиона солдат-гвардейцев, воздушный флот с ядром из семи линкоров и полусотни крейсеров, несколько летающих крепостей с дюжиной воздушных замков, одиннадцать Магов Заклятий, если со мной считать, и восемьдесят шесть Архимагов, артиллерия, пилотируемые големы. И это только те силы, что я уведу в поход… Я сам не ожидал, что удастся собрать столько сил после всего, что свалилось на губернию за последние годы.

— Два миллиона солдат? — поразился я. — Да откуда они здесь нашлись? И кто останется в губернии? От монстров в губернии не продохнуть будет, если их не держать на границах и не выбивать прорывающихся внутрь! У меня одного сил поспеть всюду точно не хватит!

— Остаётся около трехсот тысяч клинков, плюс вся положенная на такую численность техника, тридцать один Архимаг и четверо Магов Заклятий, — ещё больше удивил он меня. — Этого за глаза хватит, чтобы держать ситуацию под контролем.

Два миллиона солдат, особенно усиленных, уровня гвардейцев, это слишком большая цифра для губернии даже в предвоенные годы, когда во всей красе стоял Александровск, третий по ве

личине и богатству город Империи, с его бесчисленными складами, заводами, человеческим ресурсом и всем прочим, что так необходимо для формирования новых полков и дивизий, а также обеспечения всем необходимым старых. Нет, на войну с нолдийским вторжением мой тесть тогда собрал формально куда больше войск, чем два миллиона… Вот только там армия как минимум на семьдесят процентов состояла не из гвардейцев, а самых обычных мужиков!

— Откуда столько войск?

— От кузеновых щедрот перепало, откуда ж еще, — пожал он плечами. — Первая волна мобилизованных недели две назад начала покидать тренировочные лагеря и полигоны. Вот и моё войско из них, в основном, составили — полтора миллиона прошедших базовую подготовку вчерашних мужиков и мещан без грамма боевого опыта, младший офицерский состав тоже не Бог весть что, совсем сопляки в основном… Но выбирать не приходится — либо такие, либо и вовсе никаких. Ну, хоть амуницию, артиллерию и даже каких-никаких пилотируемых големов с ними выделили. Снятые с глубокой консервации устаревшие модели, но и то хлеб…

Ах да, мобилизация, как я мог забыть… Когда мы с боярами ходили в лихой рейд на столицу шведов, Император объявил мобилизацию и согнал под ружье миллионы мужчин, в основном крестьян. К счастью, с момента своего личного вступления в Мировую Войну Николай Третий прекратил принимать дегенеративные решения, а потому мобилизованных солдат не стали тупо отправлять в действующие полки, как это вообще-то было принято в Империи, дабы тех уже в войсках обучали воинской науке.

— Для того, чтобы осуществить задуманное и прикончить кровососа с его прихвостнями, мне необходимо, чтобы ты, дорогой тесть, вместе со всеми, кого планируешь забрать с собой в Приморье, уже отправились исполнять приказ Императора, — вернулся я к своей мысли. — Тем более если уже всё готово к выступлению. Иначе в эти кошки-мышки можно целую вечность играть — Арзул не вылезет до тех пор, пока не убедится, что шансы на его стороне. А о каких шансах может идти речь, пока в губернии ты и целая куча Магов Заклятий? Особенно старики Бестужев и Воронцов…

Отец Хельги уже понял, что я задумал. В самых общих чертах, без подробностей — да их ещё и не было даже в моей голове, этих подробностей. Правда, чести ради — в сути своей задумка была проста и бесхитростна. В реализации сложна, а вот на уровне идеи — ничего особенного.

— Если твой замысел провалится и ты проиграешь, последствия будут катастрофические, ты ведь понимаешь? — строго заметил генерал-губернатор. — Может, не будешь искушать судьбу и договоришься с клыкастыми? Им нужен этот твой чернокнижник — так отдай им его, истребовав взамен…

— Я не торгую своими, Павел Александрович, — не дал я ему договорить. — Никем и никогда. Давай не будем развивать эту тему.

— Как скажешь, Аристарх Николаевич, как скажешь…

На том наша с ним беседа вдали от чужих глаз и ушей окончилась, после чего каждый пошел заниматься своими делами. Он — к дочери, провести с ней время, пока есть такая возможность. Я — к своим людям, готовящимся к битве за один из бесчисленных Великих Источников, расположенных в непосредственной близи Разлома. Договор с Логусом находился на финишной прямой — оставался лишь последний, но самый важный обелиск.

Один находился на моих Родовых Землях. Второй — в отстроенном Александровске, третий в Москве, четвертый в степи под Царицыном, пятый во владениях Дороховых, шестой на территории нолдийцев, седьмой — в глубинах земель, где властвовали порождения Разлома. Там, на землях, где никогда не властвовали смертные, куда они даже не особо забредали — ибо ловить там было, по большому счету, и нечего. Ради охоты туда забираться не имело смысло — особо полезных монстров, чем-то сильно выделяющихся на фоне тех, с кем мы итак регулярно имели дело, там не было, а любые возможные полезные ресурсы, что там можно было бы добыть…

Ну допустим, даже если организовать там их добычу — как организовать логистику? Не в масштабах перебросок небольших отрядов воинов и магов, а в огромных, которые необходимо для поддержания жизнедеятельности осажденного на постоянной основе укрепрайона? Доставку оружия, амуниции, припасов, оборудования, рабочих и материалов? Не говоря уж о вывозе всего того, что там будет добываться?

Тут даже наличие собственного Мага Заклятий школы Пространства не решало вопрос — ибо ему пришлось бы только тем и заниматься, что перебросками всего необходимого в обе стороны. И даже так не факт, что из этого что-то бы вышло… Живые люди в сердце их владений для чудовищ были бы не просто соблазнительной добычей, которую непрерывно пробовали бы на зуб — они были бы красной тряпкой для быка. И для защиты этого места даже меня, посаженного туда на постоянной основе, скорее всего со временем не хватило бы — монстров в зоне Разлома было неисчислимое количество, и те, с которыми нам приходилось иметь дело регулярно по линии Фронтира были лишь малой и отнюдь не самой опасной их частью. Скорее уж наоборот…

Однако это если речь идет о живых людях. А вот предложенная в свое время Кристиной и Андреем идея позволила реализовать совсем иной подход, убив одним броском разом двух, а в перспективе и трех-четырех зайцев разом.

Нежить. Все те пятнадцать тварей седьмого ранга и пара восьмого, кои вышли из британцев и которых я держал за пазухой — куда их спрятать так, чтобы они так и остались скрытым козырем? Спрятать так, чтобы шпионы всех, от вампиров до Тайной Канцелярии, не сумели ничего пронюхать? И одновременно решить главную проблему любой, даже высшей, нежити — подпитку их существования, противоестественного для мира живых и потому отвергаемого им?

Великий Источник Смерти, вот ответ. Думаю, в Цинь они тоже использовались, изначально служа столпами, на которых Цинь Шихуанди создавал свою империю Смерти, но учитывая количество нежити, которое скопилось за два тысячелетия, там они Источники давным давно перестали справляться с тем количеством живых мертвецов, что числилось в его империи, вынудив сделать упор на магию крови. Но у нас-то не имелось тысяч тварей седьмого и сотен восьмого, требующих подобной подпитки, да и вообще — Сибирский Разлом и его зона воздействия была невероятно густо усеяна различными Источниками. И пусть такие специфические магические энергии, как та же Смерть были редкостью даже здесь, но редкий — это всё же отличное от нуля число. Правда, реже, чем Смерть, встречалась лишь жизнь, но это уже частности, и нужное место мы обнаружили, причем довольно быстро.

Сейчас я переместился как раз сюда, в место, где стояла недавно достроенная крепость мертвецов. Мертволесье, как его назвали сами ожившие мертвецы из моего Рода, стояло не просто прочно — нежить здесь как сыр в масле каталась. Монстры не рвались нападать на порождений магии Смерти по вполне понятным причинам — в пищу они им не годились, били больно, усталости, страха смерти или ещё каких-либо слабостей, присущих живым, не имели… Более того, мои мертвецы сами с охотой жрали монстров, чья прана на порядок превосходила человеческую — нежить была естественным врагом для нецентрализованных чудовищ, и мертвяки этим активно пользовались.

Глядя на высокую стену, вздыбающуюся на добрые четыре десятка метров над окрестностями, я невольно покачал головой. Над крепостью, вернее над её внешним кольцом стен и башнями, возведенными в рекордные несколько месяцев, низко висела сплошная черная туча, закрывающая солнечный свет. Более того, специальные чары поддерживали даже в яркий летний полдень над крепостью серый вечерний полумрак, резко контрастирующий с окружающей действительностью. Высшая нежить, созданная Аленой, здесь не дольше недели, а уже столько дел успели наделать — остается лишь молча удивляться. Конечно, основную массу построек возвели под руководством Алены, регулярно наведывавшейся в эти края, низшая нежить под командованием Рыцарей и Личей пятого ранга, туповатых, но вполне способных точно следовать четким инструкциям, но вот облако, защищающее от солнца, было творением уже новых хозяев крепости, мертвяков седьмого и восьмого рангов.

Да и сами стены с башнями раньше представляли собой скорее не фортификации, а убогие, кривые нагромождения валунов разного размера, держащихся лишь на магии и честном слове, а сейчас, гляди-ка, всё ровненько, аккуратно, как и должно у нормальной крепости! Не говоря уж о том, что вместо чуть более семи сотен мертвяков, что трудились над постройкой прежде, ныне я ощущал более трех с половиной тысяч порождений магии Смерти.

Взлетев, я неспешно перелетел четкую, нереальную линию, разделяющую мир живых и уголок царства мертвых, делящую яркий день и мрачный вечер.

Сотни пустых, мертвенных глаз уставились на меня со всех сторон — во дворе во множестве суетились различные некрокунструкты. Летал вдалеке некродракон с небольшой стаей горгулий, составленные из трупов различных чудовищ мертвяки двигали громадные камни, под руководством Рыцарей Смерти низших и средних рангов укладывая их в странные постройки, затаскивая на предназначенные им места.

Там уже Личи, используя свою извращенную, темную, но оттого не менее эффективную строительную магию придавали неровным, кривым блокам необходимую форму. Часть срезалась, часть словно бы плавилась и меняла форму, на камнях возникали необходимые символы, насыщаясь энергией — строительство темной цитадели продолжалось, не стихая ни на миг, днем и ночью. До нолдийской скорости строительства нежити было далеко, да что там нолдийцы — до средней руки магов-строителей ожившие мертвецы и то не дотягивали…

Но зато не знали усталости, не нуждались в особых материалах и их постройки можно было возводить не заботясь даже о минимальных удобствах для будущих защитников. Казармы для отдыха, столовые, оружейные, склады провианта, вентиляция и даже банальные туалеты — всем этим смело можно было пренебречь, что позволяло делать стены толще и выше, экономить на внутренних пространствах и так далее.

Для строительства было необходимо лишь две вещи — магия и особый «раствор», применяемый для лучшей проводимости чар и упрощения некромагических ритуалов. Состав раствора был несложен — тела и кровь живых существ, приправленных особыми проклятиями и растолченными в густую однородную серо-буро-малиновую, отвратительно смердящую массу, которая укладывалась вместо цемента меж камнями.

Создавался сей омерзительный шедевр темной алхимии из чудовищ, коих мои ожившие мертвяки истребляли с огромным энтузиазмом. Впрочем, справедливости ради, те и сами частенько лезли на новых соседей. Жрать мертвяков они, конечно, не могли, потому не перли разом всем миром, забывая о вражде меж собой — к новичкам в этом краю относились скорее как к некой новой стае монстров, что в пищу не годилась… Но прибить которую стоило просто в силу естественной конкуренции — также и на тех же основаниях, что и других соседей. А потому недостатка в материалах для подъятия мертвецов, темной алхимии и жертвенной крови с праной, которые хозяева крепости запасали в специальных хранилищах, не имелось. Скорее наоборот…

Единственный минус, даже не минус, а скорее небольшой досадный пустяк — ни о какой добыче с тварей, коих убивала и свежевала нежить, речи не шло. Поглощая прану своих жертв, мертвяки вместе с ней забирали всю ту энергию, что и делала части тел и органы порождений Разлома магическими ресурсами. Но это действительно мелочь — подобной добычи мы и сами добывали более чем достаточно, Мертволесье задумывалось не в качестве очередной точки добычи ресурсов. Сам факт того, что крепость и её обитатели были безубыточны, уже меня радовал. Да и вообще — когда нежить окончательно укрепится в этих местах и расширит зону своего влияния мы вполне сможем начать получать с этих мест доходы. В конце концов, залежей различных материалов, ценные магические растения и волшебная древесина, отлично подходящая для изготовления различных судов, что морских, что воздушных, здесь водилась в изобилии. Но то — дело будущего, причем неблизкого. Сейчас имелись иные, куда более приземленные цели и задачи.

Собственно, помимо кольца, вернее квадрата толстых стен с двенадцатью высокими башнями, в Мертволесье было достроено лишь несколько зданий. Три небольших пирамидальных зиккурата, в которых происходила переработка добычи — в одном захваченных живьём монстров добивали, запасая их прану в специальные массивные артефакты-накопители, отлитые из магических металлов с использованием довольно дорогих драгоценных камней с волшебными свойствами. У нас не имелось артефакторов необходимой квалификации, тем более специализирующихся на темной магии, повезло ещё, что технология изготовления была благодаря Алене, так что работа была довольно грубая.

Впрочем, невысокое качество и низкая квалификация изготовителей с лихвой компенсировалась тем, что в отличии от почти любых других магов на нашем месте мы могли позволить себе потратить на эту работу впечатляющее количество необходимых материалов. Ведь металл, что пошел на изготовление шестиметровых трехгранных стержней, добывался на моих собственных Родовых Землях, а драгоценные камни мы спокойно покупали у соседей — разумеется, на порядок дешевле, чем это стоило бы за пределами Александровска. Для своих внутри губернии у аристократии были цены не просто ниже рыночных, но и намного ниже, чем при оптовой продаже приезжим покупателям даже на территории губернии. Разумеется, существовали и негласные правила — ты, конечно, можешь скупать у соседа нужные тебе материалы чуть дороже себестоимости, но торговать ими на стороне, наживаясь на этом, не смей. И в третьи руки передавать тоже нельзя — ни родичам, ни друзьям, сватьям, кумам и прочим. Нарушившие эти негласные правила могли забыть о том, чтобы приобретать материалы за бесценок у своих, и тут не было исключений ни для кого. Даже мой Род, несмотря на всё своё нынешнее могущество и влияние, не мог игнорировать последствия нарушения этого негласного табу… Ведь одно дело — помочь своим, соседям, с которыми ты, как ни крути и как ни ссорься, плечом к плечу держишь Фронтир и числишься в одном лагере со Вторым Императором, противостоя фактически остальной Империи, другое дело — отдавать почти даром (а иногда, в случае серьезной нужды, и вовсе даже не почти) то, с чего кормишься ты и твой Род, тому кто на этом просто тупо хочет нажиться за твой счет. А это уже, почитай, практически воровство, причем у своих…

В общем, материалов, денег, сил и желания у нас было в достатке, да и кому заниматься этой работой тоже. Разумеется, я говорил не о себе — Алена, вернее созданные ею Повелители Мертвых, вкупе с троицей Рыцарей Смерти и семеркой Архиличей седьмого ранга занимались этим сами.

В подчинении у этой команды имелось полторы сотни единиц относительно разумной нежити четвертого ранга и три десятка пятого. Старших Магистров, ни пленных, ни даже просто трупов, раздобыть не удалось, так что ограничились имеющимся материалом. Ещё было пятьсот семьдесят существ третьего ранга — низших Рыцарей Смерти, Баньши и Личей. Выкупленные нашими Безликими по моему приказу трупы павших врагов-чародеев с турецкого и британского фронтов, доставленные в замороженном виде с помощью Кристины, обошлись нам дорого, и приобретение этого «материала» пришлось быстро свернуть. Синод начал обращать на эту нашу деятельность слишком пристальное внимание, а отвечать на их вопросы или, тем паче, на ровном месте нарваться на конфликт с этой организацией у меня не имелось ни малейшего желания. Святые отцы, что исламские, что христианские, входящие в эту организацию, итак с трудом терпели меня и мои выходки — о некродраконах, Андрее и Алене они были в курсе и закрывали глаза на это лишь потому, что в данный момент Империю со всех сторон осаждали демонологи и некроманты. А мой Род, напротив, уже много раз доказывал свою полезность в эти непростые времена…

Сейчас нежить возводила четвертый и пятый зиккураты, что должны были замкнуть геометрическую фигуру, точно по центру которой и находился Великий Источник. После завершения этой пары зданий начнется, наконец, финальная часть строительства — возведение главного, центрального зиккурата, что замкнет систему воедино.

— Господин, — предстала передо мной пара здешних хозяев.

Кощей и Лихо, так мы назвали эту парочку. Рыцарь Смерти уровня трех Заклятий, Кощей, был экипирован в темные, искусно сделанные сплошные латы, являющиеся комплектом артефактов восьмого ранга, и вооружен длинным двуручным мечом из черной, матовой стали, по лезвию которого тянулись ярко светящиеся гнилостно-зеленым светом иероглифы — вся экипировка на бывшем высшем аристократе Британии была трофейной. Из тех запасов, что мы набрали после разгрома Цинь на Нежатиной Ниве. К счастью, артефакты нежити продать за сколь-либо пристойную цену в Империи было нереально, так что мы сберегли все сколько-то приличные образцы. Благодаря чему нам было чем вооружить свою высшую нежить…

Лихо, Высший Лич уровня двух Заклятий, держал в руках длинный черный посох, в навершии которого, источая темное марево, сверкал острыми гранями огромный, размером с приличный копейный наконечник агат вытянутой формы. Сам Лич был облачен в длинную мантию, носил на руках широкие браслеты из белоснежной кости неведомого монстра и амулет на цепочке, свисающий на тощую грудь. И, как у Кощея, всё это тоже было частью наших трофеев из Приморья… Впрочем, трофейных артефактов хватило ещё и на всю десятку нежити седьмого ранга да ещё и сверху немало осталось. Как минимум на ещё одного мертвяка восьмого и полтора десятка седьмого рангов, да на более чем сотню шестого. Про пятый и четвертый ранг и говорить было нечего… Тот редкий случай, когда высококачественной экипировки было сильно больше, чем тех, кто мог ею воспользоваться.

— Три зиккурата за неделю, три дополнительные тысячи единиц нежити, облако это, опять же… Да ещё и два других оборонительных заклинания, привязанных к крепости — должен признать, я впечатлен вашей работой, — искренне похвалил я эту парочку. — Эдак вы за пару недель тут закончите.

— Расчетное время завершения строительства — шестьдесят четыре дня, — негромко прошелестел в моем разуме голос Лиха. — И это не полное, со всеми задуманными и утвержденными планами, а лишь воплощение базового уровня постройки. К сожалению, у нас слишком мало высокоранговых подчиненных, чтобы управиться быстрее, да и с рабочими руками есть много проблем.

— А в чем дело? — поднял я бровь. — Насколько я погляжу, рабочих рук у вас как раз таки навалом.

Мы приземлились в паре шагов от Источника Магии, и я окунулся восприятием внутрь, ещё раз осматривая систему чар, наложенных на него. Создавал её не я, более того, она была создана вообще не на основе моих знаний, так что мне было любопытно поглядеть на чужую работу.

— Неподходящий материал для подъятия, — пояснил Высший Лич. — Имеющиеся у нас знания и навыки, переданные нам Создательницей… Я и мои подчиненные умеем создавать не боевую нежить — строителей и рабочих, но большая часть этих ритуалов требует в основе создаваемого слуги именно человека. А людей здесь нет, одни лишь магические звери… Из-за этого мы сталкиваемся с большими сложностями.

— Какими конкретно?

— Повышенный расход маны на процесс создания, — ответил Лихо. — При жизни они были слишком тупыми и злобными, и это сказывается на материале. Для вживления небоевых алгоритмов приходится тратить силы на очищение от этих эманаций, а это, помимо дополнительных расходов маны, ещё и потеря времени. Которого на них и без того уходит в три раза больше, чем должно. А с учетом преобразования — так и вовсе впятеро. Из трех тысяч двухсот пятнадцати единиц нежити, созданной нами за неделю, лишь тысяча сто восемь — слуги. И на их создание ушло втрое больше времени и впятеро больше маны, чем на две тысячи сто семь боевых конструктов.

— Нехорошо, конечно, но разве в этом есть что-то критическое? — поглядел я на трехметрового Повелителя Мертвых. — Если ты рассчитываешь, что в ответ на твои жалобы я предоставлю тебе людей для создания рабочих — забудь, Лихо. Тем более что раз их даже из здешних тварей можно создавать. Пусть сложнее и дольше — плевать, ничего страшного.

— Я понимаю, господин, — склонил голову Лич. — Однако я хотел попросить не о людях… Я прошу вашего позволения использовать для процесса созидания напрямую сам наш Источник. Это позволит в несколько раз ускорить процесс создания слуг, а также повысит их качество. И не только это, если позволите продолжить, мой господин.

— Говори.

— Вокруг, в радиусе полусотни километров, имеется два больших, пять средних и четырнадцать малых Источников Магии. Большие относятся к Воздуху и Воде, средние — два Огненных и по одному Металла, Метаморфоз и Земли… Позвольте нам захватить их все, зачистив попутно окрестности от всех зверей — здесь три крупные стаи и больше двух десятков небольших групп от пяти до пятнадцати животных от четвертого до седьмого рангов. Стаи общей численностью достигают более чем десяти тысяч особей, во главе каждой — вожак восьмого ранга… Знаю, может показаться, что это безрассудство, однако в случае грамотно проведенной зачистки потенциальные преимущества с лихвой окупают все риски и усилия. Так мы получим в своё распоряжение огромное количество праны, костей и плоти для своих нужд. Что позволит нам в разы ускорить строительство Мертволесья, создать действительно значимую боевую силу и, что не менее важно, использовать новые Источники для улучшения материалов и придания им качеств соответствующих стихий.

— Двенадцать тысяч голов на три стаи, — повторил я задумчиво. — Я так понимаю, все три стаи в этих краях имеют что-то вроде трехсторонней границы территорий, а так каждая из них занимает куда более обширные территории…

Иначе тут бы непродохнуть от чудищ было, да и не может на столь небольшой территории обитать такое количество хищников — с голоду помрут.

— Я подумаю над твоим предложением, — ответил я. — Решу уже после сегодняшнего дела.

На окраине Мертволесья уже появились ауры тех, кого мы ждали. Кристина и остальные, с кем мне сегодня предстояло провести ритуал установления главного обелиска Логуса. После которого вся созданная загодя портальная сеть, о которой мы с Владыкой Пространства договаривались, наконец активируется. Однако процесс предстоит весьма хлопотный…

* * *

Бояре и боярыни, доброго времени суток! Не буду рассусоливать и перейду сразу к делу. Как вы наверняка заметили, пристойные названия, особенно для населенных пунктов, это явно не моя сильная сторона. И название Мертволесье мне самому кажется тупым и ограниченным, а потому предлагаю вам накидать в комментариях свои варианты названия крепости нежити. Вариант, что наберет наибольшее количество лайков за сутки, будет внесен в книгу на замену моему.

Глава 5

— Все взяли? — спросил я.

Кристина, шестеро Старших Магистров, что все это время ходили в её учениках, Темный, Светлая, Андрей, Петя и Алтынай — именно таким составом прибыли мои друзья. Прибыли сюда, в Мертволесье, дабы прихватить с нами Кощея и четверых подчиненных Повелителя Мертвых. Пару Рыцарей, некродракона и Архилича, который был наездником на летучем кошмаре.

Вся компания мертвецов, кстати, была уже тут. Даже здоровенный дракон стоял на земле, поглядывая на меня полными ужаса глазами. Даже несмотря на то, что он был нежитью, дракон обладал интеллектом на уровне ребенка лет десяти-одиннадцати, а также невероятно острым чутьем, а потому лучше остальных мертвяков чувствовал мою силу.

Чуял, и, будучи не столь разумным, как его товарищи, не так хорошо понимал, что раз уж я их хозяин, то ожидать от меня желания их прикончить не следует. Его разум был чем-то средним между зверем и человеком, и потому инстинкты в нём были весьма сильны.

Лихо, ещё трое некродраконов и семеро мертвяков уровня Архимага оставались здесь. Во первых, потому, что строящаяся крепость нуждалась в защитниках на случай, если какая-нибудь тварь восьмого ранга, прихватив с собой свою стаю, решит заглянуть на огонек. Нежить, конечно, чудовищам в пищу не годилась, но всякое может случиться — края такие.

Во вторых — без высшей нежити тут всё действительно встанет. Очень многие процессы требовали тонкого контроля и внимания Высшего Лича и его Архиличей, причем постоянного. Поддерживать магические процессы в трех уже готовых зиккуратах, например… Да и командовать тупой низшей нежитью тоже кто-то был должен — потому одного Рыцаря седьмого ранга здесь всё же оставили.

— Да, — ответила за всех Кристина. — Обелиск, шесть якорей, четыре накопителя восьмого ранга, под завязку набитые моей маной, зелье Слияния с Пустотой тоже при мне. Не маленькие, Аристарх, всё прихватили.

— Отлично, — кивнул я. — Что ж, не будем терять время… Открывай портал, красавица!

Крис потребовалось лишь несколько секунд, дабы перед нами возникла излучающая тусклый фиолетовый свет арка пространственного перехода. Не колеблясь, я первым направился вперед, переходя на ту сторону реальности. Туда, где я до сих пор не бывал сам, а оттого ощущал сильнейшее любопытство.

С той стороны меня встретил порыв ураганного ветра, швырнувшего мне прямо в лицо струи ледяного ливня. Сделав несколько шагов вперед и укрыв себя чарами от бушующей непогоды, я внимательно огляделся и раскинул во все стороны своё магическое восприятие вместе с сенсорными чарами. Место, в которое мы прибыли, одно из немногих по-настоящему опасных даже для магов моего уровня. А может, и куда более высокого — кто знает, какие секреты Разлом? Чем бы он ни был, одно о нем можно сказать точно — это вне пределов сил Великих Магов.

Следом, один за другим, на эту сторону перебрались и остальные. Дракон и его наездник по моему приказу поднялись в воздух и начали облет окрестностей — магия магией, а перестраховаться лишним точно не будет. Окутанные двумя слоями защитных чар, они по широкой дуге облетали территорию позади нас. Лететь на разведку вперед нежить не рискнула — ведь там, в каких-то тридцати-сорока километрах, тянулся змеёй Его Величество Разлом.

— Веди, — толкнул я мысль-послание Кристине.

В этом деле я был лишь помощником, а не основным действующим лицом. Главными героями предстоящего действа были Кристина и шестерка её учеников и учениц из числа Старейшин моего Рода.

Наверное, я один чувствовал, что на ауре каждого из наших магов Пространства сейчас проступило по тончайшей, неощутимой практически печати. Символ Логуса, показывающий, что эти смертные отмечены его особым вниманием… Пока неактивные и не несущие никакой пользы, но если всё пройдет как надо, то они проявятся в полную силу.

Не говоря ни слова, девушка двинулась на северо-запад, в сторону высокой гряды крутых, каменистых холмов. Остальные зашагали следом, не прекращая бросать по сторонам напряженные взгляды и сканирующие заклинания. Вернувшийся некродракон и его всадник медленно нарезали круги над нашим отрядом, больше не отдаляясь от нас.

— Эта дохлая ящерица выдает нас с головой! — сердито бросила Ольга некогда Инжирская, а ныне Николаева-Шуйская. — Это ж как мишень, как указатель — смотрите, чужаки тут! Прошу, господин, прикажите ему спуститься на землю или подняться за облака, пока он не накликал на нас беды!

Светлая обращалась телепатией, но по открытому каналу, дабы слышали все. Вокруг бушевал чудовищный ливень, вода била не каплями, а скорее струями, причем с такой силой и скоростью, что какой-нибудь средней руки гвардеец уже обзавелся бы синяками на всех неприкрытых сталью участках тела.

Впрочем, это было бы меньшей из его проблем — бедолагу бы в первые же несколько секунд снесло порывами ураганного ветра. Да что там гвардейцы — в этом шторме и Ученик бы дольше нескольких минут не протянул! Да и Адепт бы продержался не больше минут двадцати…

И чары бы не помогли — и хлещущая с небес влага, и бешеный ветер были наполнены концентрированной энергией Разлома. Той самой, которая чувствовалась в монстрах и аномалиях, в магических растениях и минералах — во всем, что было ценного и полезного на Фронтире. И эта странная сила просто разрушала бы любые низкоранговые чары, хорошая алхимическая кислота органику.

К счастью, в нашем отряде ни гвардейцев, ни низших магов не было, так что это не доставляло нам особых проблем. Впрочем, не без гордости отметил я, если бы с нами были мои бойцы и низшие офицеры из числа самых заслуженных и опытных ветеранов, что были одарены Молниями, малым магическим даром и великолепно развитыми навыками в управлении своей праной, то сей дождик их бы не остановил. Эти ребята давно превзошли и оставили далеко позади планку возможностей даже лучших гвардейцев иных Великих Родов.

— В этом нет смысла, — так же, через общий канал, ответил я Светлой. — Все, кому надо, сразу нас засекли. Так что пусть летает — хуже от этого точно не будет.

Разговор увял сам собой. Мы шли по открытой равнине, что под напором разверзшихся хлябей небесных уже была ближе к болоту, чем к почве. Ветер и ливень, бессильно разбиваясь о поднятые всеми защитные купола, в ярости своей выли и ревели ранеными, умирающими зверями, стремясь хоть так излить свою злобу, досадить если не грязью, сыростью и ударами тугих воздушных струй в лицо, так хотя бы звуком — надрывным, мерзким, словно матерные пожелания скорейшей смерти…

Первым заговорил, прерывая молчание, мой ученик.

— Мои сенсорные чары не в состоянии преодолеть больше пятисот метров, — признался Петя. — Хотя обычно достают минимум раз в десять дальше.

— Та же проблема, — подхватил Темный.

— И у меня, — подала голос Алтынай. — И чем дальше, тем хуже становится.

— Мы близ Разлома, потому, скорее всего, у вас и начались проблемы с чарами дальнего радиуса действия, — предположил Андрей. — Чувствуете разлитую вокруг странную энергию? Думаю, проблема в ней. Она как-то искажает ваши чары… Хотя на мои заклинания почему-то никак не влияет.

— Так и должно быть, — сказал я. — Ты обладаешь телом Великого Мага, и у тебя есть доступ к эфиру. С этим телом тебе достались огромные его объемы, и ты всё ещё плохо его контролируешь, поэтому хочешь ты того или нет, но он в каждое твоё заклинание хоть немного, да просачивается. Поэтому ты сейчас не ощущаешь проблем с магией — эфир нивелирует воздействие энергии Разлома. А вот у остальных такого преимущества нет…

Всё вокруг озарила яркая белая вспышка, на мгновение разогнав царящий на равнине сумрак. Моё восприятие, раскинувшееся на километры вокруг, показало мне, как рухнувшая с хмурых небес снежно-белая молния ударила в некродракона, а пару секунд спустя грохочущие раскаты грома достигли земли, заглушив на несколько мгновений все остальные звуки.

Весь отряд замер, готовясь встретиться с внезапной угрозой — Темный, Петя и Светлая, мгновенно объединив силы, поставили общий купол, Алтынай и Андрей приготовились нападать, Кощей выхватил свой огромный клинок, пара идущих с ним Рыцарей тоже приготовились к бою, обнажив артефакты и напряженно сканируя небеса и окрестности в попытках засечь нападавшего…

Вот только никто ни на кого не нападал. Молния, ударившая в дракона, была естественного происхождения — просто куда более мощная, чем те, что творит природа. Просто потому, что вдобавок к обычному электрическому разряду эта содержала в себе немало маны. Разряд тянул на средней паршивости атакующие чары шестого ранга, не более…

Лишь я один остался спокоен, ибо понимал, что здесь никого, кроме нас, нет. А вот остальным, включая Кристину, закрывшую себя и учеников защитным куполом искривленного пространства, потребовалось около минуты, чтобы внять голосу разума. Но в конце концов, восстановив порядок, мы двинулись дальше.

— Всё, — остановилась Кристина. — Дальше мы сами, Аристарх. И пожалуйста, чтобы ни происходило, каким бы безнадежным вам не показалось наше положение, даже если будете уверены, что мы все вот-вот погибнем — не вмешивайтесь. Если нам действительно понадобится помощь я непременно сама тебя попрошу о ней, но в ином случае, пожалуйста, воздержись от вмешательства, ладно? Иначе все эти месяцы подготовки окажутся напрасны, а последствия лично для нас — катастрофическими.

Несмотря на спокойный тон и решительную речь, девушка явно нервничала. Для того, чтобы это понять, даже не требовалось использовать на ней Силу Души. Легкая дрожь, испарина на лбу и, самое главное, взгляд — всё выдавало её внутреннее напряжение.

— Как скажешь, — улыбнулся я девушке и приобнял за плечи. — Главное не начни там геройствовать и чересчур рисковать жизнью. Ты не боец, так что если у тебя не выйдет одержать верх, тебя никто не осудит. Помни — твоя жизнь важнее любых выгод от любой сделки!

Пока говорил, как мог мягко воздействовал Силой Души на её ауру, успокаивая и внушая уверенность в своих силах. Кристина, конечно, ощутила и поняла, что я делаю, но возмущаться или тем паче пытаться нейтрализовать воздействие не стала. На её губах появилась легкая улыбка, а из взгляда пропало напряжение.

Отпустив её, я сделал шаг назад, и Кристина, подойдя к своим ученикам, начала готовиться. Из прямо из воздуха одно за другим появлялись различные артефакты, несколько зелий, шесть длинных металлических столбов, на каждом из которых висело по крупному полотнищу. На белой ткани было вышито по одной своеобразной фигуре — это был неизвестный мне магический алфавит, знания о котором Логус передал лишь Кристине.

Так, хватит бестолку пялится. У меня есть своя задача, ради которой я сюда и прибыл, и мне тоже необходимо подготовиться.

— На мне все враги, что прибудут со стороны Разлома, — предупредил товарищей. — Ваша задача — страховать меня. Если вдруг какая-тварь сможет проскользнуть мимо меня, вы должны с ней разобраться.

Дождавшись подтверждающих кивков, я стрелой взлетел вверх, поднявшись на высоту полукилометра. Взглянув на небеса, всё ещё поливающие землю дождем, я усилием мысли сплёл одно за другим несколько заклятий, что ударили в хмурые тучи над нами. По идее, чары должны были их развеять на несколько десятков километров вокруг, на деле же едва расчистили десять. Наполняющая их энергия Разлома сильно повышала сопротивление магическому воздействию…

Источник, на захват которого мы прибыли, был у меня перед глазами. В километре впереди, на одном из холмов, даже не самом высоком, он располагался на его верхушке. Та выглядела, будто срезанная одним идеальным, нанесенным чуть наискось ударом меча и буквально фонтанировала энергией в магическом зрении. А ещё там, на верхушке, находился и хозяин этого места, да и вообще, видимо, всех окрестных земель.

Полупрозрачный пятиметровый силуэт, напоминающий человека в длинном, до пола балахоне с накинутым капюшоном, полностью скрывающем лицо. Из чернильного мрака на месте лица были видны лишь два ярко-алых огонька там, где у человека должны быть глаза…

Это был не классический монстр Разлома. Бесплотное существо, могущественный дух из Астрала — вернее, уже бывший дух Астрала. Из тех, что рождаются от сильных негативных человеческих эмоций, когда что-то плохое случается разом с большим количеством людей и в одном месте. Нечто такое, отчего множество душ отходят в мир иной в муках, обиде и гневе, и это коллективное чувство порождает такую вот сущность.

По их внешнему облику обычно можно примерно определить, что именно послужило причиной их возникновению, но это если ты специалист. Я лично в этом понимаю мало… Ну, разве что могу предположить, что это как-то связано с какими-то монахами. То ли среди тех, кто породил эту тварь, их было много, то ли вообще всех бедолаг, из чьего горя возник этот дух, перебил какой-то монашек — хрен его знает. И похрену, если уж совсем положа руку на сердце…

Отъелся, отожрался, дорос до существа восьмого ранга, поди ж ты… И каким-то образом сумел частично отречься от своей природы. Привязаться к Источнику, впустить в себя энергии Разлома и получить за счет этого возможность пребывать в реальном мире сколько ему заблагорассудится…

Вдалеке, в скрытом туманом, струями ливня и странном сером мареве мрачном, едва угадывающемся зеве Разлома мелькнуло движение. Затем ещё, ещё, и ещё… Обитатели этой клоаки зашевелились — как мне и говорили, они не терпят, когда посторонние пытаются мутить воду вблизи Разлома. А уж если эти посторонние так обнаглели, что пытаются захапать в непосредственной к нему близости Источник Магии — обязательно придут на помощь атакованному. Если, конечно, это не кто-то из своих — по каким-то причинам битвы между порождениями Разлома за Источники близ него и места в нем самом допускались. Естественный отбор, наверное… А вот любого другого ждали серьезные проблемы. Именно потому за один лишь обелиск, установленный здесь, мы и смогли стрясти с Логуса столь много. Транспортную сеть, аналогов которой в мире на данный момент не имеется, обучение, покровительство и помощь в развитии моим магам Пространства и ещё кое-что весьма интересное…

— Петя! — крикнул я. — Ко мне, поганец!

Желтая Молния мелькнула в воздухе и миг спустя оказалась рядом со мной, приняв облик моего ученика. Молодец, растет парень, растет, аж гордость берет! Экстремальные условия плюс экстраординарные возможности и силы, свалившиеся на него по моей вине, могли его либо сломить и погубить, либо закалить и сделать сильнее. И я рад, что произошло именно последнее!

— Помнится, ты говорил, что решил рискнуть и не идти путем Мага Заклятий, — обратился я к нему. — Решил стать Высшим, а затем попытать удачу с достижением ранга Великого… Скажи, ты всё ещё уверен в этом своем выборе?

— Да, — твердо ответил он.

От Разлома донесся чей-то угрожающий рев. Судя по звуку, глотка существа, что сумела исторгнуть из себя нечто подобное, крепилась к воистину огромному туловищу… Скоро хозяева этих мест пожалуют сюда, так что следовало ускорятся.

— Тогда сейчас я преподам тебе один урок. Очень, очень важный урок, и от того, как много ты из него вынесешь, зависит, есть ли у тебя шансы на то, чтобы пробить планку девятого ранга, — предупредил я своего ученика. — Твоя задача — только наблюдать и запоминать, впитывать увиденное и буквально выжигать это у себя на подкорке. Не лезь в драку, ни на что не отвлекайся без крайней на то необходимости — я тебя на это дело взял только для этого урока. Понял?

— Ага, — стараясь скрыть растерянность заинтригованно ответил Петя.

Я легко коснулся сложенными указательным и средним пальцами его лба, накладывая мощное, тонкое и очень сложное заклинание — Резонанс Душ. Магия Души, штучки из арсенала исключительно Великих Магов, и то лишь тех, кому достанет мастерства и знаний…

— Всё, кыш отсюда, — махнул я рукой. — Найди себе местечко поспокойнее и подальше от меня.

Теперь Петя не просто будет видеть, как я дерусь — каждое заклинание, что я использую во время действия Резонанса, будет ему досконально понятно. Так, будто он сам его знает и уже не раз использовал — но только на время действия Резонанса. После того, как чары спадут, всё будет упираться уже только и исключительно в две вещи — силу воли и сообразительность.

Я позволю ему на один бой ощутить себя в шкуре мага девятого ранга. Сумеет прочувствовать всё то, к чему ему нужно стремится, четко и ясно осознает всё внутреннее устройство и Высшего, и Великого, поймет, что и как надо в себе развивать… В общем, после увиденного он получит огромное преимущество перед всеми, кто на моей памяти шел к девятому рангу. С кем-то другим это было бы пустой тратой сил и времени, больше того, это было бы вредно — но учитывая, что у Пети вся энергетическая система и даже магическая сила идентичны моей, у него появляется уникальная возможность. Возможность понять, как унаследовать мою Черную Молнию и создать из своих Семи Молний собственное Зерно Судьбы, из которого затем вырастить Воплощение Магии. Поглядим, что из этого выйдет…

Внизу, там, где сейчас находились дух и Кристина, всколыхнулся магический фон. Разумеется, как и любой высокоранговый маг, я легко мог разом наблюдать за несколькими событиями разом. Так что мне даже не требовалось отвлекаться от всё быстрее приближающихся врагов, чтобы в деталях видеть происходящее внизу.

Шестерка Старших Магистров, учеников Кристины, уже успели установить свои столбы с полотнищами, взяв сам холм, на котором разворачивалась схватка, в кольцо. Полотнища вспыхнули серебристым сиянием, и в магическом зрении я отчетливо увидел как, как нити серо-серебристой маны осторожно вплетаются в саму ткань Реальности. Магистры не отходили от столбов, поддерживая их своей маной и осторожно направляя поток — на этом всё их участие в происходящем и ограничивалось.

Впрочем, а что они вообще могли сделать в схватке двух существ уровня Мага Заклятий?

Впрочем, я быстро выбросил эти мысли из головы — ко мне приближалось как минимум шесть весьма серьёзных тварей не просто восьмого ранга, но и с магической силой примерно семи-восьми Заклятий каждая. И что-то мне подсказывает — это отнюдь не все, кто сегодня заглянет на огонек…

Глава 6

Простите, шестая глава вышла короткая — сегодня весь день сил нет, будто заболеваю. Едва осилил пятую и шестую… Но завтра постараюсь компенсировать большой главой.

* * *

Петя ощущал себя до крайности странно. Заклинание, наложенное учителем, сперва разошлось по ауре, заставляя его чувствовать какой-то фантомный зуд, но довольно быстро всё прошло. Некоторое время парень ничего не чувствовал, с недоумением ожидая упомянутого наставником «урока». И дождался…

Когда из незаметно приблизившейся волны тумана беззвучно вынырнула первая фигура, он аж вздрогнул от неожиданности, ибо совершенно не почувствовал приближение врага.

Проклятый Разлом и его энергия!

Вылетевшее из густого тумана существо было не слишком крупным по меркам сибирских чудовищ. Покрытое белой шерсткой тело было по габаритам не крупнее мужчины среднего роста, с вытянутым торсом, короткими лапками и умильной мордочкой, при взгляде на которую дамы пищали бы от восторга…

Если бы не знали, что перед ними один из самых опасных хищников Фронтира. Ловкий, хитрый, беспощадный, пронырливый и почти неуловимый — ласка. Тварь, в которой хорошего было ровно одно — никто никогда не видел этих существ выше четвертого ранга.

В лесу эта тварь, даже будучи лишь на уровне Мастера, имела шансы неожиданной атакой успеть прикончить даже Старшего Магистра прежде, чем тот среагирует. Не сказать, что такое часто случалось или что шансы хотя бы были равны — но подобные прецеденты случались не раз и не два. А уж вырезать влесу хоть целую роту вместе с Мастером этой твари и вовсе ничего не стоило… Скорость, реакция и ловкость данного обитателя сибирских лесов были таковы, что он почти не нуждался в защитной магии — зачем отбивать удар, если можно с легкостью увернуться?

Собственно, потому на ласку никогда и никогда не посылал регулярные войска. Она была из того небольшого списка существ, при появлении которых немедленно посылали за магами-егерями, элитными магами, чьей работой было истребление таких вот тварей…

Здесь и сейчас Петя своими глазами наблюдал небывалое. Такое, о чем он даже баек не слышал — ласку восьмого ранга. И мало того, что восьмого, так ещё и уровня семи Заклятий!

Лапы хищника были окутаны потоками острейшего воздуха, возникший из ниоткуда вихрь изумрудного воздуха мгновенно заключил в себе Аристарха, начав сжиматься — и Петр четко ощутил, что этот небольшой, не более десяти метров в высоту вихрь, у которого не только нижний, но и верхний конец сомкнулся, образовав замкнутую ловушку, самое настоящее Заклятие. И весьма могущественное, несмотря на свою кажущуюся неказистость.

Потоки воздуха, крутившиеся вокруг лап чудовища, обратились десятками прозрачных, наполненных огромным количеством маны когтей, устремившись к начавшему смыкаться вихрю — могущественный монстр пустил в ход сразу второе Заклятие. И судя по тому, как заколебались воздушные массы на добрые пару километров вокруг, собирался сразу же, вдогонку ударить третьим…

Однако сегодня ласка нарвалась не на того противника. Почти сжавшийся было изумрудный вихрь прорезали изнутри плотные, мощные Фиолетовые Молнии. Миг — и могучее Заклятие оказалось рассеяно.

Десятки огромных, больше самой ласки, воздушных когтей постигла ещё более бесславная участь — наставник Пети рванул вперед, оставив после себя остаточное изображение. Которое, к тому же, излучало ауру самого боевого мага — и явно имеющие свойство гнаться за намеченной целью когти начали раз за разом бессмысленно пролетать насквозь стремительно разрушающуюся иллюзию.

Плетущая третье своё Заклятье ласка подтвердила феноменальную реакцию, приписываемую её виду. Охваченная синими, формирующими выступающее на целый метр лезвие молниями ладонь вместо того, чтобы пронзить череп и мозг хищника лишь оцарапали его — могущественный монстр, владеющий Воздухом, чувствовал себя в небесах не менее уверенно, чем на привычной земле.

Одним рывком ласка разорвала дистанцию между собой и человеком. Вся схватка, с обменом Заклятиями, заняла у этой парочки не больше четырех секунд — немыслимая скорость, особенно с учетом использования аж двух Заклятий…

Огромный поток раскаленной магмы в форме медвежьей лапы ударил прямо по Аристарху — на помощь самому прыткому в компании уже подтянулись остальные. Менее быстрые и ловкие, но зато куда более крепкие и сильные.

Аристарх резко, будто отгоняя назойливую муху, взмахнул перед собой рукой — и некая незримая сила отвела магму в сторону. Однако снизу, из глубин тумана, уже начинали разгораться отсветы сплетаемых магических ударов — и Петя вдруг понял, что он не только их видит, но и ощущает восприятием!

А затем до него дошло — Бог с ним, что он тут восприятием ощутил, это ещё куда не шло… Но как он сумел во всех деталях разглядеть схватку Аристарха и ласки, несмотря на всю скорость противников⁈ Это было за пределами возможностей Пети!

Он внезапно осознал, что ощущает куда больше, четче, дальше — не только восприятием, а вообще всеми органами чувств!

А ещё этих самых органов, кажется, стало больше, чем прежде — мир наполнился множеством новых ощущений, описать которые Петя был не в состоянии даже самому себе. И что самое странное — всё это в его голове как-то само раскладывалось на нужные составляющие, а затем само собиралось в готовые расшифровки. Он был как рабочий за дорогим и сложным станком — понятия не имея, что именно и как в нем устроено, он, тем не менее, был способен на нем работать. А большего, по крайней мере пока, Пете и не требовалось…

Уйти в себя и погрузиться в детальный анализ неожиданно произошедших с ним перемен парень не успел. Снизу, с земли, ударило разом шесть Заклятий — сотканная из пламени медвежья голова, пытающаяся проглотить человека, десяток огромных каменных копий, излучающих сероватое свечение, несколько очень длинных и широких ленты воздуха, облако острых, бешено крутящихся металлических пылинок, толстая ветвистая молния и последним — поток ледяного дыхания.

Примитивные, чересчур прямолинейный и бесхитростные, лишенные изящества и тонкости, звериные Заклятья, тем не менее, обладали одним внушительным плюсом — огромной разрушительной силой. Там, где человек брал знаниями, хитростью, расчетом и уловками монстр полагался лишь на грубую силу — и, положа руку на сердце, имел на то все основания.

Словно издеваясь над своими противниками, Аристарх даже с места не сдвинулся. Когда его наставник властно вскинул руку и выставил вперед и вниз указательный и средний пальцы, Петя едва не бросился ему на помощь, решив, что Глава Рода просчитался и сейчас будет сметен валом чужих чар.

Что ж… Он ошибся.

Во первых, учитель активировал и проявил в реальность силу Воплощения Магии, что работало как Территория Магии… Только на порядок, а то и два эффективнее. И в то же самое время чародей уже творил ответные чары. Желтые, Золотые и Синие Молнии, выпущенные одновременно с Фиолетовой, разом, в один миг впитались в последнюю, многократно её усилив — эффект был разы больший, чем от простого сложения Молний, которым до сих пользовался Петя. Притом парень каким-то внутренним чутьем ощутил — есть несколько ступеней мастерства слияния и взаимоусиления Молний, и даже сам Аристарх сейчас ещё отнюдь не достиг в этом деле совершенства.

Перед кончиками пальцев Николаева-Шуйского собралась огромная, более метра в диаметре Фиолетовая шаровая молния. И тут же, не теряя время, начала исторгать из себя настоящий водопад разрядов, которые по мере движения расщеплялись на всё новые плети магического электричества — причем не теряя в объеме! Как будто в шаровой молнии его учителя был бездонный запас энергии…

Усиленные Фиолетовые Молнии оказались не просто эффективны — они превзошли даже самые смелые надежды юного Архимага. На его глазах одним заклинание Личной Магии Аристарх сокрушил разом шесть Заклятий, причем весьма могущественных. Даже облако металлических крупинок, выглядящее самым убогим из всех шести, судя по одной только вложенной в него мане запросто могло в труху средних размеров городок вместе со всеми укреплениями стесать — как никак, его выпустил Стальной Волк уровня восьми Заклятий!

И опять несколько Молний слились в одну, усиливая её до предела. На этот раз в Желтую — и обрушился вниз подобно комете, оставляя за собой длинный желтый след.

Как и говорилось ранее, ласка была самой ловкой, быстрой и гибкой среди этой шестерки. Это была сильная сторона не только её вида, но и, собственно, всех обитающих в Сибири небольших хищных зверьков — соболей, горностаев и прочих…

Однако у любой медали, как в очередной раз убедился Петя, две стороны. И если ты мелкий, ловкий и юркий, то это гарантированно означает, что ты ещё и хрупкий.

Окутанная Синей Молнией ладонь вырвала горячее, всё ещё бьющееся сердце из ласки и Аристарх, едва успев уйти с линии атаки Стального Волка, разорвал дистанцию.

— Один — ноль! Ну а вообще… Лиэ винна унратир, Маргатон!

Глава 7

— Ну и зачем ты звал меня, старый друг? По-моему, ты здесь прекрасно справляешься и сам… Нет, если ты настаиваешь, то я с удовольствием уменьшу значение моего долга перед тобой, но как друг просто не могу не заметить — это глупейший способ понапрасну растранжирить достаточно ценный ресурс.

— Ценю твою честность, о Маргатон, но вынужден разочаровать — я звал тебя вовсе не для этого, — с усмешкой ответил Аристарх. — Просто я решил совместить приятное с полезным — показать, как правильно вгонять в долги целого Владыку Крови, своему ученику. Заодно увеличив этот самый долг, ибо совсем скоро он мне может потребоваться… Так что удели основное внимание парню, ну и помоги ему четче усвоить увиденное. Ну и вообще помоги в этом вопросе, чем можешь… Ну и заодно лично принимай жертвы — сам понимаешь, передавать кровь, взятую с бою в этом месте и у этих существ, обходными ритуалами я тебе в полном объеме не передам.

— И поддержание канала, разумеется, тоже с меня, да? — полуутвердительно поинтересовался Владыка Крови.

— Вот что всегда тебя выделяло в сравнении с твоими коллегами, так это сообразительность и клиентоориентированность, — заявил чародей.

Стальной Волк, взмыв в воздух, использовал очередное Заклятие — тысячи небольших, острых серых лезвий сплошной волной взлетели в воздух, разделились на несколько волн и устремились вперед, стремясь охватить человека с двух сторон.

Одновременно с этим снизу ударил огненный столп, вздыбившийся до самых небес, а позади боевого мага появилась огромная фигура окутанной морозным сиянием Снежной Рыси — чудовище пока не атаковало, однако её аура уже была насыщена маной до предела, готовая исторгнуть нечто убийственной в любой миг. Два других монстра — словно созданный из камня вепрь размером с добрый крейсер и набирающий высоту, стремясь занять позицию чуть в стороне и над Аристархом огромный, не уступающий размахом крыльев доброму дракону глухарь, чей огромный распушенный хвост был покрыт сплошным покрывалом голубых разрядом молний — тоже были готовы продолжить схватку, ожидая своей очереди нанести удар.

Всё происходило на невероятной скорости — с момента, как учитель Пети произнес последнее слово, до этой второй волны наступления местных чудовищ прошло меньше секунды. Несмотря на свои чудовищные размеры — а самая мелкая из оставшихся зверей, Снежная Рысь, своими габаритами была не меньше эсминца — двигались противники Великого Мага с поразительной скоростью. И колдовали тоже!

Время замедлилось до предела — Петя буквально чувствовал, что не способен ни пошевелиться, ни даже взгляд отвести. Он словно замерз, застыл изваянием, ощущая, как его душа, аура и разум всё сильнее болят от той чудовищной нагрузки, что легла на них от внезапно возросших способностей к восприятию. И что ему всё тяжелее оставаться в этом состоянии…

— Не теряй бдительности! — донеслось до него. — Соберись, сопляк, и лови каждую крупицу ощущений! Тебе выпала возможность, за которую короли и императоры почти любого мира отдали бы половину своей казны и всех дочерей в наложницы, так не упускай её!

Ответить парень не мог — он едва был способен поддерживать фокус внимания на происходящем. Да и вообще — слова Маргатона не были речью в привычном смысле этого слова. Это было словно родившейся в его голове чужой мыслью — родившейся мгновенно и сразу осознанной. И пока потоки магических энергий неслись к его наставнику, Петя ощутил, как в него начинает вливаться чужая энергия. Ревущий, звенящий живительной силой незримый поток ледяной волной окатил парня, разом укрепив всё его существо и в разы облегчив тяжесть, что давила на него… Однако разбираться в своих ощущениях у него не было времени — бой учителя против могучих порождений Разлома вновь стремительно набирал обороты.

Вниз, навстречу потоку злого малинового пламени устремились незримые чары. И пусть в них не ощущалось ни особенно разрушительной мощи, ни какого-либо особого изящества или тонкости, но душу Пети охватил странный трепет, причину которого он понять не мог…

Эти чары были странны и иррациональны. Сейчас, ощущая мир также, как его наставник, чувствуя его силу и возможности, он примерно понимал, каков арсенал боевой магии того, кто звался Пеплом. Без подробностей — он не стал враз, чудесным образом обладателем всех его знаний и навыков, нет. Но он прекрасно осознавал — у наставника были десятки чар, что подошли бы для этой ситуации лучше. Которые сплелись бы быстрее, потребовали бы меньше усилий, сработали бы эффективнее… Но тем не менее Аристарх использовал не их.

Странная магия потребовала большого количества не только маны или на худой конец эфира — она оказалась весьма требовательна к Силе Души. Странной энергии, к пониманию которой, несмотря на все объяснения и примеры учителя Петя ещё только приближался.

Малиновое пламя, почти достигнув ног Великого Мага, внезапно словно бы вышло из-под контроля сотворившего его Вулканического Медведя. Что само по себе было очень и очень странно — о том, чтобы перехватить контроль даже над обычными чарами уровня Магов Заклятий, не могло быть и речи, сколь бы велика не была разница в мастерстве между противниками. Даже его наставник не мог бы сделать подобное — это противоречило самим привычным законам магии. Магия, в которую вкладывался личный эфир и Сила Души, а любое заклинание этого уровня требует и того и другого хотя бы в минимальном объеме, было защищено этими двумя энергиями от перехвата контроля. Максимум, в самом лучшем случае, можно было развеять чары, попросту разрушив скрепы, придающие нужную форму и свойства энергиям… А уж в случае использования Заклятий, да ещё и существом такой силы, как данный зверь, тем более! Их даже разрушить было на порядок сложнее, чем человеческие — более примитивная и прямолинейная конструкция имела свои преимущества.

Всё это Петя понимал по большому счету именно за счет резонанса с учителем, но сути это не меняло. И тем поразительнее было то, что он сейчас видел — Заклятие врага реально выходило из-под контроля монстра в точке, где соприкасалось со странными чарами человека.

Поток малинового пламени расщеплялся под ногами Аристарха, расходясь четырьмя меньшими потоками в разные стороны. Два устремились навстречу потокам стальных лезвий по бокам от мага, третий в Снежную Рысь, а четвертый — вверх и чуть вперед, прямо на зависшего на высоте глухаря…

Вот только расход энергии был слишком велик, отчего этот прием становился эффектным, но не эффективным трюком. Вместо этого боевой маг мог бы не только блокировать удар монстра, но и нанести свой собственный, полноценный и значительно более мощный перенаправленных потоков чар…

Было в этом нечто неестественное и неправильное. Будто сам мир отторгал это заклинание, противодействуя его применению, из-за чего его применение и усложнялось в несколько раз. И они не опирались ни на что из того, что было известно парню, ни на одну из магических сил и школ. Ни Стихии, ни Элементы, являющиеся их производными, ни Свет, ни Тьма, не младшие, союзные ей силы вроде Смерти, Тени и прочего, ни даже Хаос, общее представление о котором парень имел… Но при этом Петя в глубине души ощущал странный трепет и волнение. Словно что-то откликалось в самых глубинах его сердца, там, где находилось самое для него ценное в этой жизни — та самая нить, что связывала его и учителя с первого дня его ученичества…

Тем временем ход времени ускорился, позволив парню ощутить небольшое облегчение. Перешедшие под контроль Аристарха потоки малинового пламени заставили Рысь и Глухаря защищаться, на пару секунд забыв о попытке напасть, и прожгли две просеки в тучах стальных клинков. Однако большая их часть уцелела и всё так же летела к человеку, и несмотря на то, что Заклятие совсем не впечатляло взгляд, сил в нем было огромное количество.

Основной упор в нем был сделан не на прочности отдельных лезвий, а на концентрации в них огромной пробивной силы — эти чары предназначались для того, чтобы пробивать защитные чары и броню противника. Аристарх бился не только без Копья Простолюдина, но и не облачившись в свои доспехи, так что Петя даже начал волноваться, не подведет ли сейчас его учителя излишняя самоуверенность?

Пространство вокруг чародея искривилось, заставляя лезвия отклоняться в стороны, не задевая мага. Десятки и сотни небольших, до предела насыщенных маной кусочков стали разлетались в стороны настоящим дождем, не в силах достичь цели…

Казалось бы, об этой проблеме можно больше не думать — ну как металлические лезвия смогут пройти через искажения самой ткани Пространства? Где одно, и где другое?

Однако магия, особенно высших рангов, мало общего с обычной логикой и правилами. Каждое пролетевшее, отклоненное лезвие хоть немного, но словно бы «стесывало» слои окружающей человека реальности, грозя в любой окончательно его пробить и достичь цели…

— А вот это, мальчик, постарайся запомнить в мельчайших подробностях! — вновь обратился к нему контрактор учителя.

Петя постарался, насколько мог, последовать этому совету, сосредотачиваясь ещё больше. По связи с наставником он ощутил, как в том вскипает эфир, в доли мгновений формируя чары, кои в ином случае отняли бы в десяток-другой раз больше времени. Одной мысли, насыщенной этой энергией, хватило, дабы все необходимые связки и плетения чародейства оказались наполовину воплощены в реальность. После чего, практически в тот же миг, по ним хлынули уже мана и Сила Души, окончательно претворяя в жизнь волю могущественного мага.

Сфера из Фиолетовой Молнии, около десятка метров диаметром, с Аристархом точно по центру, приняла на себя оставшуюся силу вражеского Заклятия, играючи уничтожив его. Клинки были предназначены для пробития прямолинейных, предполагающих стандартные типы защитных чар преград, однако сопротивляться силе, разрушающей саму структуру заклинаний, было не в силах.

Снежная Рысь, отбившая к этому мгновению малиновый огонь, нанесла свой удар — всё пространство на полсотни метров вокруг человека охватила сама суть Холода. Замораживающая не то, что воздух — а даже потоки энергий самого мира, она резко начала сжиматься, сходясь в центре, где висел окруженный Фиолетовой Сферой Молнии Аристарх. Чары с каждым мгновением лишь всё больше набирали силы — это был тот редкий тип Заклятий, в который можно было вливать дополнительную энергию прямо в процессе их действия.

Однако всё было бесполезно. Николаев-Шуйский рванул вверх, словно пуля, его Сфера, лопнув, разошлась во все стороны потоками магического тока, сломив ледяные чары. А вместе с ними и ударивший снизу Заклятье кабана, на сотворение которого у него ушли все то время, что прошло с его первого удара каменными кольями.

Сжатый до размера обычного яблока огромный объем камня и земли, на сотни тонн минимум, при столкновении с Фиолетовой волной взорвался, разлетевшись во все стороны вновь вернувшей себе прежние объемы материей, а сам Великий Маг достиг намеченного противника — и перепуганный глухарь, явно вспомнивший судьбу ласки, изо всех своих весьма немалых сил попытался броситься прочь, ударив при этом всей накопленной на хвосте мощью.

Яркая, ослепительная вспышка молнии ослепила Петю, но это никак не помешало ему разобрать в деталях, что именно произошло — обилие новых способов восприятия реальности легко компенсировало этот досадный пустяк.

Молния глухаря столкнулась с Черной Молнией и последняя без особого труда расщепила противницу пополам, словно нож масло. Крыло могучей птицы попало под удар, и та, издав полный боли крик, потеряла равновесие и скорость, закувыркавшись в воздухе…

Оставшиеся четверо монстров, плюнув на попытки сражаться организовано, уже летели наверх, стремясь помочь подранку — но было поздно. Странный, не укладывающийся в известные им рамки возможностей смертный весь бой раз за разом ставил их в тупик, демонстрируя силу и способности, ломающие привычные им рамки реальности. И потому они всю схватку отставали от противника на шаг, а то и на два — человек не только выстоял под их совместным натиском, в одиночку отразив напор разом всех их Заклятий в первую стычку, он ещё и убил одного из них, после чего повторно защитился от их ударов и теперь намеревался прикончить следующего противника! А ведь даже просто защита от их совместных атак должна была истощить большую часть его сил…

Появившийся на голове не успевшей оправиться птицы Аристарх, присев на одно колено, положил ладонь на перья. Миг — и возникший чуть выше его плеча разряд Черной Молнии прошил насквозь крепкие, обладающие хорошим сопротивлением к магии перья, кожу, череп и сам мозг врага. Нить Черной Молнии около десятка метров длиной пробила башку могучего чудовища насквозь.

В отличии от мелкой и хрупкой ласки, крупные и мощные магические звери, особенно высоких рангов, обладают прямо-таки неприличным уровнем живучести. Нанеси Аристарх подобную рану этому существу привычными методами, используя стандартные магические школы или Стихии — монстр бы выжил. Более того, он бы просто на какое-то время оказался бы слегка дезориентирован и занят восстановлением, но это даже слишком уж тяжелой раной не считалось бы — тварь исцелила бы поврежденный мозг и череп за несколько минут, если бы ей никто не мешал.

Таких монстров можно было убить лишь двумя способами — либо предварительно заставив израсходовать все силы, после чего и нанести смертельный удар, либо нанеся разом несколько смертельных ран — голова, сердце, тяжелые повреждения ауры и энергетики.

Вот только учитель только что продемонстрировал, что в любом правиле есть исключения. И останавливаться на достигнутом явно не собирался — окутавшаяся Желтыми Молниями фигура, взмахнув энергетическими крыльями, взлетела ещё выше в небо.

Потерявшие всякую осторожность, влекомые животной яростью и жаждой покарать обидчика монстры мчались по воздуху за мелкой, хрупкой на их фоне человеческой фигуркой. Тот факт, что наглый человек летел в сторону Разлома, доводил его обитателей до исступления, заставляя срабатывать древние, заложенные в самую их суть инстинкты — защищать священное место…

Эта шестерка, скорее всего, обладала близким, а то и равным человеческому разумом. Но живя в изоляции Разлома, не имея нужды его оттачивать и толком им пользоваться, они всё также оставались в большей степени зверями — много веков назад добравшихся до пика возможной для них силы и с тех пор лениво существовавшие в этом краю, почти не зная тревог и волнений…

Возможно, с иным врагом они не потеряли бы разум. Не поддались бы инстинктам и эмоциям, не приняли бы бой в непривычной и неудобной для себя среде — в воздухе… Но к их несчастью, они сражались с боевым магом, в полной мере владеющим Силой Души. Аристарх весь бой влиял на их разум и ауру, постепенно, легкими, но довольно мощными касаниями разжигая в них нужные ему чувства — и теперь осталось лишь пожать плоды.

Погоня длилась недолго. Удалившись километров на десять от места проведения ритуала, Николаев-Шуйский, наконец, остановился и повернулся к врагам, собираясь поставить точку в этой хоть и короткой, но весьма насыщенной битве… Затрещали, разбегаясь во все стороны, разряды Черных Молний, в руке боевого мага наконец появилось Копьё Простолюдина — Пепел взялся за дело всерьез.

Глава 8

Твари Разлома высокого, казалось бы, калибра, на поверку оказались разочарованием. Приятным, конечно, но разочарованием… Я полагал, что обитатели таинственного шрама на теле мира, из которого неведомо откуда в него вливались необъятные океаны энергии, окажутся по-настоящему сильны. И они, если уж говорить откровенно, действительно были очень сильны — вот только вместе с тем ещё и очень тупы. Куда тупее своих окраинных сородичей, которых опасное соседство в лице людей и других, всегда готовых сожрать ближнего своего монстров буквально заставляло быть умнее.

А эти увальни… Что сказать — мне они были не опасны от слова совсем. Да и к тому же тот факт, что я снова Великий, пусть и одних Сверхчар, но с полным доступом к большей части моего старого арсенала боевой магии, да ещё и находящийся на пике формы, сильно сказывался. Как ни парадоксально, но сейчас шестеро опытных Магов Заклятий из числа людей, даже если они все будут уровня пяти-шести, а не семи-восьми Заклятий, доставили бы куда больше неприятностей.

За счет артефактов, большей слаженности, нормальной тактики и самое главное — просто за счет более сложных чар. На более низких уровнях, даже на начальных этапах восьмого ранга, преимущество было у монстров, так как более могущественные и живучие тела вкупе с превосходством в запасах энергии перевешивали разницу в магическом мастерстве. Но вот уже на высших эшелонах мощи картина сильно менялась — тут тупая мощь уже не котировалась. Разница в качестве чар становилось слишком велика — я играючи разбирался с их Заклятиями Личной Магией. Отбивал одним заклинанием сразу несколько Заклятий — ну куда это годится?

Вот будь у них полноценный, равный человеческому интеллект, опыт прожитых веков и выигранных битв, позволяющий развить не вот этот примитивный кал в качестве Заклятий, было б другое дело. Но такие даже на высшем уровне — редкость…

В общем, я увидел всё, что хотел, и во всём убедился. Теперь же надо прикончить эту свору побыстрее и надеятся, что у Кристины всё пройдет также гладко, как у меня.

Копьё Простолюдина удобно легло в руки, кольнув на миг укором — мол, чего это ты меня сразу не призвал? Столь славная добыча, а ты уже треть без меня прикончил!

Мысленно улыбнувшись, я пропустил через Живое Оружие волну эфира, воплощая одной лишь своей волей и воображением нужную магическую схему. Осталась самая малость — влить ману… И одновременно с этим я направил высоко-высоко в небо потоки эфира, Силы Души и маны, незаметно подготавливая свой сильнейший козырь. Вряд-ли он мне сейчас пригодиться, но лучше подстраховаться — береженого Творец-Всесоздатель бережет.

Опережая остальных, ко мне летел Вулканический Медведь — редкая зверюга, от рождения обладающая силой, сравнимой с пятым рангом. И это — новорожденная зверюга. Звереныш постарше уже равен Старшему Магистру, а любая взрослая особь — Архимагу. Ну а старейшие и сильнейшие, те, кому хватило удачи, природного дара и прочего, что там необходимо монстрам для развития — Маги Заклятий. Сильнейший в напавшей на меня шестерке, хотя уровнем восьми Заклятий обладали ещё Стальной Волк и Снежная Рысь.

Небо однозначно не было родной стихией ни одному из четверки выживших. Собственно, ласка и глухарь потому и стали моими первыми жертвами, что в отличии от остальных уверенно чувствовали себя в небесах… Из этих же четверых лишь Рысь держалась в воздухе нормально, остальные напоминали коров на льду.

Расстояние между нами начало стремительно сокращаться, и медведь вспыхнул бурым пламенем. Мишка был добрых метров пятнадцать в холке, и это он ещё на четырех лапах двигался. Встанет на задние — добрые полсотни наберется…

Пламя начало перетекать и концентрироваться в районе морды, плеч и передних лап, насыщаясь маной всё сильнее — первый удар будет очередным Заклятием, а не попыткой пришибить физически…

Черные Молнии пробежали разрядами по всему телу, передались Копью Простолюдина — я сорвался во встречную атаку. Медведь успел бросить своё Заклятие — куда более мощное, чем предыдущие два, оно приняло форму плотного, добрых полметра диаметром тарана.

Я просто увернулся, сместившись вниз, а секунду спустя уже бил в брюхо хозяина тайги Простолюдином, чье острие пылало снежно-белым пламенем. Пошла работа…

Дальнейшее описывать особого смысла нет. Минута мне потребовалась, чтобы закончить начатое, после чего ещё пара на сбор сердец. Используя магию, я вынул сердца, сжал, уменьшив в размерах, и спрятал в свой пространственный карман.

Спокойно взлетев, я устремил взгляд на сам Разлом. Там, позади меня, шло противостояние духа и Кристины, и развивалось оно отнюдь не столь стремительно, как моя уже закончившаяся схватка. Девушка не была полноценным боевым магом, а её противник, в отличии от убитых мной монстров, кое-что всё-таки умел, раз сумел обосноваться в этих местах, так что схватка, судя по моим ощущениям, шла примерно на равных.

Но сейчас я не мог ничего поделать, так что и вглядываться особого смысла не имелось. Случись что, там есть кому вмешаться — Кощей именно ради того и бдит. Бывший британский Маг Заклятий, а ныне Рыцарь Смерти уровня трех Заклятий, он был немертвой машиной уничтожения и в случае необходимости без труда сумел бы прибить противника Крис. Собственно, откровенно говоря он и сразиться с кем-то из убитой мной шестерки мог, причем скорее всего победил бы. Различие в количестве Заклятий было куда меньшим фактором, чем разница в рангах — сильный, опытный и умелый боец вроде Кощея несмотря на разницу в пять Заклятий вполне мог бы прибить своего неумелого оппонента…

Я подлетел вплотную к Разлому, сосредотачивая своё восприятие на покрытой туманом, тянущейся от края до края горизонта расщелине. Шириной около шести километров, она мерцала многоцветными огоньками и непроглядным мраком, начинающимся с самого начала.

Это была не Тьма, не привычный мне Мрак, не Хаос и не ещё что-либо из того, что я знал. Непонятная, неизвестная мне магическая сила, чьи свойства и показатели толком никто в этом мире не сумел проанализировать и изучить. И сейчас я, паря перед ним в воздухе и бросая одно за другим сложнейшие, самые могущественные из известных мне заклинания Познания, каждое из которых было девятого ранга, с удивлением констатировал — даже я оказался не в силах вот так, с наскоку, хоть что-то разобрать.

Как работают заклинания Познания? Те, что попроще, анализируют то, по отношению к чему их использовали, и дает чародею информацию на основе его собственных знаний. Сложнейшие, высшие чары Познания, доступные лишь с ранга Великого Мага, работают глубже. Даже если собственные знания чародея не способны никоим образом объяснить суть явления, к которому применены чары, эта магия передает собранную информацию в нерасшифрованном виде. Дабы после, в более подходящих условиях и при наличии необходимых инструментов маг мог спокойно заняться анализом и расшифровкой полученных параметров явления. То есть в любом случае хоть какие-то сведения ты получал — ещё бы, ведь в чарах Познания девятого ранга использовались и эфир, и сама прана, и Сила Души, не говоря уж о мане — в общем, все доступные типы энергий, дабы извлечь максимум возможного.

Но здесь… Я нащупывал энергию Разлома, я четко направлял свои чары на её изучение — ведь только здесь была достаточная её концентрация и чистота, дабы это было возможно — но результат был нулевым. Моя магия впивалась в обозначенную цель, проводила полновесный анализ и возвращалась ко мне — но без единого грана информации, будто вообще ни с чем не взаимодействовала. Будто я направлял её на нечто, существующее лишь в моём воображении!

В общем, Разлом умел хранить свои секреты. Это явление было явно не в лиге чародеев моей ступени, так что пришлось оставить амбициозные надежды. Нет, конечно, был ещё вариант лично вступить в мерцающую бездну, что так и манила в свои глубины, но… Будь я одиночкой, за чьими плечами нет огромного Рода, сотен тысяч зависящих от меня людей, жены и любовницы, не говоря уж о том, что Империя сейчас схватилась насмерть, отстаивая своё право на жизнь — другое дело. Я бы охотно полез внутрь, несмотря на всю опасность, ради того, чтобы добыть новых знаний — Разлом обещал оказаться настоящим клондайком неизведанной магии, целой новой школы чародейства, плюс чисто исследовательский интерес к явлению эволюции целого мира…

Но несмотря на то, что это место манило меня своими тайнами и загадками, я вынужден был отказаться от соблазна. Вздохнув, я развернулся и полетел обратно. Когда-нибудь, набравшись сил, дойдя до четырех, а лучше пяти-шести Сверхчар, когда все нынешние беды и проблемы будут позади, я ещё вернусь сюда, дабы исследовать этот любопытнейший феномен. А сейчас у меня имеется целая гора других дел, которыми необходимо заняться…

Стоило мне развернуться, как на самом краешке сознания мелькнуло робкое, слабенькое чувство тревоги. Что-то было не так, слегка кололо неправильностью и неестественностью, но понять, в чем именно проблема, я не мог. И потому решил сделать вид, что ничего не почувствовал и лететь назад.

Там, на холме, все ещё продолжалось противостояние хозяина Источника и нашей претендентки. Надо сказать, за прошедшие уже четыре месяца боевую подготовку нашей чародейке Пространства пройти всё же пришлось. Я настоял, так что несколько дней в неделю она уделяла этому вопросу — с ней поочередно устраивали учебные схватки Алёна, Хельга по достижении ранга Высшей (моя жена была хоть и послабее меня на том же ранге, но незначительно, так что Мага Заклятий, да ещё и не боевой направленности, она гоняла в хвост и в гриву) и даже я. Плюс я и моя жена ещё и дополнительно обучали её боевой магии, а Соколова и Каменев, что тоже тренировались и жили в Николаевске, обучаясь у меня (хотя, справедливости ради, больше у Хельги, ибо я был слишком занят собой) выходили против Кристины на полигон. Два против одной, ибо поодиночке были слишком слабы, дабы надеяться дать ей хоть какой-то отпор…

— Ты чувствуешь? — обратился ко мне телепатически Маргатон.

— Более чем, — ответил я. — Лучше скажи, что там с моим учеником и жертвами, что я принес тебе сегодня?

— Парень неплохо справился. Намного лучше, чем я от него ожидал, но чтобы максимизировать результаты пришлось потрудиться, не давая перегрузкам сломить его раньше времени. Ну а насчет жертв… Было бы лучше, если бы ты не забирал сердца, ибо это обходиться примерно в тридцать процентов общего количества полученной энергии, но даже так — весьма недурно. Мой долг возрос в два с половиной раза — теперь, случись чего, ты можешь рассчитывать призыв не только меня лично, но и моей армии.

— Ого! — присвистнул я. — Жаль, что это разовая возможность, иначе я бы тут два раза в неделю такую охоту устраивал!

— Было бы отлично, но вряд-ли великий Логус будет столь добр, что согласиться постоянно помогать с этим делом, — хмыкнул Владыка Крови.

Дело в том, что ради успеха ритуала Логус взялся помочь в деле ограничения возможного количества противников из Разлома. Удержать всех он не обещал, да и не мог, но что-то там намудрить таким образом, что разбираться с нами вылезут лишь те монстры, что обитают на самых «верхних» ярусах Разлома, иначе проблем было бы куда больше. Настолько, что одного меня тут могло бы и не хватить.

Новость о том, что теперь я могу вызвать не только самого Маргатона или его армию, а и то, и другое одновременно, да ещё и в силах тяжких — это просто шикарная новость. Владыка Крови, лично ведущий на бой своё войско, был страшной силой. Мощью, с которой даже против демонических армий бриттов выступить не страшно, ибо эти ребята гарантированно сумеют помочь мне пробиться к кронпринцу Британской Империи, позволив навязать ему поединок. Да что там — Маргатон с войском и разбить уродов имеет неплохие шансы, не то что сдержать!

Ну а уж в намечающейся схватке с вампирами я теперь мог быть уверен в том, что мне достанет мощи нивелировать всё, что те приготовили для меня.

Вот она, та сила, тот дополнительный туз в рукаве, с которым можно уверенно выступать против врагов девятого ранга! Я очень рассчитывал, что мне подвернется подобная возможность сегодня, и удача мне улыбнулась. Иначе, боюсь, имелась немаленькая вероятность, что преимущество будет на стороне Арзула фон Виниттора…

Я летел спокойно, демонстрируя абсолютную расслабленность и даже некоторую беспечность — не слишком сильную, но примерно такую, какую я бы и испытывал, если бы не мелькнувшее чувство опасности. Заготовленный загодя удар, что мне так и не довелось использовать в бою с четверкой перебитых мной зверей, всё ещё был там, высоко в небе, в виде сплетенной из эфира заготовки. Для приведения этой магии в действие мне требовалось лишь подать в него ману — ну и поддерживать с эфирной конструкцией связь посредством Силы Души, ибо на столь значительном расстоянии никак иначе это делать было нереально. Ещё одно преимущество бытия Великим Магом — возможность вот так сплести и удерживать в подвешенном состоянии сверхмощные чары…

— Господин Маргатон, а вы не могли бы… ну, показать, где прячется этот противник? И не ушел ли он вообще, передумав нападать? — робко поинтересовался Петя, обращаясь к нам обоим одновременно.

Разумеется, посредством телепатии. Парень всё ещё находился в состоянии Резонанса со мной, а потому тоже ощутил мелькнувшую угрозу.

— К сожалению, я сейчас здесь лишь частичкой своего сознания и потому моё восприятие ограничено, — ответил мой контрактор. — Собственно, оно сейчас опирается на возможности самого Пепла, вся разница лишь в том, что у меня опыта в его использовании больше… Но сейчас этого совсем недостаточно — кто бы тут не прятался, своё дело это существо знает.

По пути назад я приземлился и на тело глухаря, забрав и его сердце, после чего, наконец, достиг места ритуальной схватки. Петя подлетел и замер справа от меня, глядя вперед и вниз, где на огороженном магией Пространства холме кипела схватка.

— Ты как, выдержишь ещё или отменить Резонанс? — поинтересовался я у парня. — Что у тебя с самочувствием?

— Сейчас, когда ты не используешь активно боевую магию, давление почти неощутимое, учитель, — уверенно ответил он. — Если можно, то я хотел бы побыть в этом как можно дольше. Восприятие мага такого уровня… Твоими глазами мир ощущается совсем иначе, учитель. Хочу запомнить как можно больше.

— Отлично, — улыбнулся я.

Тот монстр, что сейчас, возможно, прятался и выжидал удобного момента для нападения, вообще-то имел прекрасные шансы на то, чтобы неожиданной атакой если не прикончить, так серьезно меня ранить. Судя по тому, что он не попытался напасть в момент боя, враг либо умен и понимает, что атаковать меня, когда я полностью сосредоточен на схватке слишком опасно, ибо велик шанс, что я успею что-то предпринять, либо изначально не был с остальными и ждал у самого Разлома. Лучше бы, конечно, второе, но исходить нужно из первого.

Единственная причина, по которой он мог совершить ошибку, позволившую мне засечь его, была в том, что он уже почти начал атаку, но в самый последний миг передумал — и именно эхо, бледнейшая из возможных теней его намерения всё же вырвалась наружу. Второй раз он подобного промаха не допустит.

Оставалось лишь ждать и быть начеку. Если монстр не рискнет напасть, мы просто закончим с ритуалом и отправимся назад.

Глава 9

Поединок Мага Пространства и духа Астрала, несмотря на всю силу сражающихся, казался блеклым и пресным — после того, что продемонстрировал его наставник, приоткрыв ещё одну, доселе неведомую его ученику частичку своего мастерства. Силы и умения биться и побеждать, отражать удары и наносить собственные — могучие, точные, хлесткие, разящие наповал…

Как же велика пропасть сил и навыков, что лежит между ними! И как же ему, Пете, хочется верить, хочется надеяться, что однажды он станет достаточно силен, дабы если не сравниться, то хотя бы приблизиться к этой силе! Приблизиться, стать не равным, нет, о таком и помыслить невозможно — но хотя бы достаточно могущественным, чтобы быть способным подставить плечо, помогать наставнику в делах и трудах, на войне, в противостоянии многочисленным врагам… А ведь в какой-то момент у него было достаточно сил для этого! Тогда, в землях Приморья, противостоя Цинь, они с наставником были пусть не равны, но его, Пети, вклад был ощутим — а теперь меж ними вновь была неописуемая, необъятная пропасть в силах… Он вновь сделался одним из многих — не третьим по силе в Роду Николаевых-Шуйских, а уже… Даже стыдно признаться, каким — ведь так много оказалось иных, более талантливых и полезных, уже превзошедших его. Его, кому Аристарх помогал более всех, с кем делился большим, чем с кем-либо!

Андрей, госпожи Хельга, Алена и Кристина, его тезка и старший товарищ Петр, некогда Смолов, пара мертвяков, Кощей и Лихо, да и Темный с его Светлой подружкой уже наступали на пятки, а то и, кто знает, превзошли… А теперь ещё имеется и этот, пока ещё лишь Старший Магистр, но грозящий скоро стать Архимагом богатырь Илья со странной смесью сил его учителя и побежденного им шведского короля…

Он понимал, что талантом, истинным, настоящим талантом он не наделен. Да и ещё бы не понимать — всё его развитие было, по сути, не его заслугой. И он уже уперся в границы того, чего можно было достичь, не обладая талантом — теперь даже с учетом всех знаний, наставлений и эликсиров подняться выше для него было почти непосильной задачей. Нет, Магом Заклятий-то он бы стал, возможно, даже сильным — через век-другой он был бы на семи, может, в крайнем случае, девяти или даже десяти Заклятий, но не более. Огромная мощь, особенно с учетом того, что его фундамент, Молнии учителя и его же знания, делали бы его втройне опасным противником кому угодно — их одних, этих Молний и знаний, безо всяких Заклятий было бы достаточно, чтобы сделать весьма грозным и могучим чародеем…

Но мир менялся, времена, когда Маги Заклятий были вершиной могущества, уходили в прошлое. Более того, если верить словам учителя, не за горами тот день, когда достичь этого ранга станет невозможно — останутся лишь Высшие и Великие, а последние Маги будут доживать свой век… И он, Петя, не хочет стать одним из них!

Нет, это, конечно, лучше, чем навсегда упереться в планку Высшего — и до сего дня план парня в том и состоял, чтобы успеть достичь восьмого с половиной ранга прежде, чем подобное станет недоступно. Однако теперь…

Восприятие мира глазами Великого Мага с идентичной, родственной магической силой открыло Пете такие горизонты, что дух захватывало! Нет, это, конечно, не давало никаких гарантий, что ему однажды удасться стать Великим, да и таланта подобное прибавить, разумеется, не могло. Но учитывая, насколько схожими путями они идут, это экономило ему годы, а то и десятилетия, что пришлось бы потратить на самостоятельное освоение, осознание и развитие своего дара. Дара, полученного от наставника!

Учитель, очевидно, считал, что самым полезным для него будет возможность ощутить, как он творит чары, особенно боевые, но тут парень был не согласен. Вернее, не так — он осознавал, что эта часть увиденного будет важна и даже необходима… Но позже, в будущем, когда он преодолеет ступень Архимага и сумеет обрести Черную Молнию, тогда ему и потребуется этот опыт. Но сейчас ему было важнее иное — самоощущение наставника, возможность пристальнее изучить то, каким образом была устроена его аура и энергетика на ранге Высшего Мага. А также возможность взглянуть на себя, на магическую часть своей сущности глазами Великого Мага, чтобы сравнить с эталоном — его учителем.

Ну и бой, что кипел внизу, тоже было небезынтересно глянуть. Наблюдение за боем существ такой силы в любом случае было полезным и любопытным опытом — всё же даже Архимаги не так уж часто сходились в бою, что уж говорить о тех, кто выше них по рангу? А уж бой Кристины и хозяина Источника был занимателен вдвойне — боевое применение магии Пространства, особенно против полностью бестелесной, энергетической сущности могло научить его многому. Сейчас, обладая возможностью разобраться в происходящем максимально подробно, следовало запомнить всё увиденное — учитывая, что Мировая Война и не думает стихать, напротив набирая всё большие обороты, лишним подобное точно не будет. Авось однажды и пригодится. Возможно, даже жизнь спасет, кто знает?

Волшебница окружила себя сферой чуть искривленного, искаженного Пространства, что служило ей защитой. Не той, типичной для большинства магов, когда магическая мощь фактически создавала преграду из уплотненной маны, действующей по принципу самого обычного щита — прямолинейная, встречающая мощь мощью, фактически противопоставляющая чужой атаке голую силу и потому зачастую потребляющая больше маны, чем сама атака, которую она отражает.

Нет, чары девушки действовали иначе. Во первых, это было не одно заклинание, а целый их каскад, состоящий из чар от четвертого до седьмого ранга — правда, ни один Архимаг подобное повторить бы не сумел. Не хватило бы возможностей ауры и энергетики, чтобы связать такое количество чар в столь тонкую систему. Только если при помощи вспомогательных артефактов…

Во вторых — они не принимали удар на себя. Дух Астрала бил стремительными лучами серой энергии, метал снопы, а иной раз и целые потоки пламени разных цветов, в которых отчетливо ощущались мощные эманации Астрала. Посылал вперед призрачные когтистые лапы и звериные пасти, состоящие из красной, полной разрушительной силы энергии. «Отрицательно заряженной маны, влитой в проекции реверсивными потоками», как гласил заумный ответ, пришедший из разума учителя. И, как ни странно, ему был полностью понятен смысл заумной фразы. Хотя до этого он даже не предполагал, что у маны может быть положительный или отрицательный заряд. Не говоря уж о значении слова «реверсивный»…

И всё это, попадая в сферу Кристины, не взрывалось, не вспыхивало, не озаряло окружающее пространство буйством высвобожденной энергии. Не сталкивались меч и щит, не бил пушечный снаряд в крепостную стену, не обрушивался стальным оголовьем таран на крепкие, окованные металлом створки ворот — сфера Пространства легко, в касание перенаправляла могучие чары, изменяя саму реальность на их пути. Вся сила, что древний дух Астрала обрушивал на дерзкую пришелицу, уходила зря, и бесплотный дух исходил бешенством — бешенством, за которым медленно, но верно проступал страх.

Благодаря связи с учителем Петя понимал, сколь сложна и искусна защита чародейки. Каждое заклинание имеет определенный «вес», и чтобы отклонить его с намеченного создателем курса требуется не столько сила, сколько личное мастерство, помноженное на глубокие знания. Чары врага не просто уходили в сторону, это было бы намного проще, но куда более энергозатратно. Нет, девушка отправляла их в иные, неведомые слои реальности. И тем самым экономила целую прорву сил — ведь в количестве доступной маны они с противником не были равны. Дух, будучи существом нематериальным, итак обладал преимуществом в запасах силы, так к тому же он ещё и умудрился сломить печать, которой его пытались отрезать от Источника.

Отвечала волшебница короткими, скупыми импульсами магии Пространства — тонкие, не толще волоса, туго скрученные в прозрачные, незримые обычным зрением длинные иглы сжатой материи били, рассекая всё на своём пути, однако духу это было нипочем. Имеющий в распоряжении всю мощь Источника Магии, он принимал все удары на тусклое фиолетовое свечение, облегающее все его тело. Защита не слишком сложная или искусная, пиковый шестой ранг, не более — но количество вложенной в чары энергии сделало бы честь многим чарам восьмого ранга. К тому же после каждого попадания потраченная чарами мана быстро восполнялась, так что надежды постепенно её истощить не было.

Казалось бы, положение Кристины безнадежно — как бы ловко она не защищалась, как бы метко не била по врагу, но бой на истощение чародейке было не выиграть. Петя закусил губу, чувствуя, как потихоньку нарастает тревога в груди — учитель закончил свой бой вот уже около десяти минут, получается, поединок за Источник идет уже не меньше двенадцати, а то и тринадцати минут. Старейшина Николаевых-Шуйских, по ощущениям Пети, уже истратила две трети резерва — слишком уж много ударов обрушилось на сферу Пространства, и, несмотря на всю экономность защиты, она все равно мало помалу тянула силы своей создательницы. И немудрено — дух уже успел трижды прибегнуть к Заклятиям…

К тому же ещё были удары, что периодически наносила сама волшебница — два, иногда три три Пространственных Иглы в минуту. Заклинания полноценного восьмого ранга, на них ушло не меньше сорока процентов всех истраченных волшебницей сил. И если со сферой Пространства вопросов у Пети не возникало, то вот напрасные потуги контратаковать Кристины были полностью бесполезной тратой силы!

— Учитель, почему она сражается так нелепо? — не выдержал ученик Аристарха. — Тут ведь дураку ясно — единственный её шанс на победу заключается в одной мощной атаке, что сразу пробьет защиту духа! Размены ей не на руку, и тянуть тоже не имеет смысла! Неужели у неё в запасе нет ни одного козыря? Ни одного пикового заклинания восьмого ранга, если уж атакующих Заклятий не имеется⁈

— Если всё так, как я думаю, то наша Кристина решила дать волю амбициям, — с усмешкой, расслабленно ответил ему наставник. — Впрочем, просто смотри, сейчас всё и решится.

Дух Астрала, наконец, окончательно потерял терпение. Начавший было в какой-то момент подниматься страх, рождаемый кажущейся несокрушимостью защиты его противницы, давно рассеялся. Хозяин Источника ясно ощущал, как тают силы дерзкой магички, посмевшей оспорить его право владеть этим местом силы. К тому же её собственные атаки были неспособны причинить ему ни малейшего вреда — и потому он уже не боялся, будучи уверенным в своей победе. И увлекся происходящим здесь и сейчас настолько, что совсем позабыл — за пределами магической арены, на которой сошлись он и его противница, находились товарищи чародейки. Один из которых абсолютно точно был способен оборвать нить его бытия, а второй… Рыцарь Смерти уровня Трех Заклятий, с полным комплектом экипировки и оружия своего уровня, тоже совладал бы с хозяином Источника, несмотря на поддержку последнего. Ибо в отличии от Кристины он был бойцом, а на что способна высшая нежить, особенно Рыцари Смерти, Петя знал не понаслышке. Высшая нежить по природе своей имела обитателями Астрала, если дело было в материальном мире…

Дух пустил в ход ещё одно, четвертое по счету Заклятие. Взметнулись полы изодранной рясы, хлынула во все стороны от замершего, раскинув руки, духа серая, плотная энергия. Несколько мгновений потребовалось выплеснутой чудовищем силе, что бы заполонить всё пространство Арены, сформированной управляемыми Старшими Магистрами артефактами Логуса. Выйти за её пределы энергия не смогла — ударившись, она подобно волне, разбившейся о скалы, смешалась и отхлынула назад. Однако это, казалось, ничуть не навредило Заклятию — дух вливал и вливал в него силы, и Петя ощутил, как-то уже начинает трещать и содрогаться от вливаемой в него сверх всякой меры маны.

На краю сознания молодого чародея зазвучали разом сотни шепотков — приглушенных, доносящихся словно издалека, с самого края слышимости. Мужские и женские, всех возрастов, от детей до стариков, они непрерывно бормотали нечто неразборчивое. Хор голосов сливался, наслаивался сам на себя, не позволяя разобрать ни одного слова — однако это не мешало различать их эмоции. Обида, упрек, бессильный страх, злоба и жажда отомстить, поквитаться — не важно уже с кем, ибо голоса считали повинными перед собой всех и каждого, кто не относился к их числу. Вне зависимости от силы, вида, природы и даже формы существования…

Это было уже нечто новое, отличающееся от предыдущих трёх Заклятий духа. Куда более сложное, энергоемкое и, разумеется, опасное, чем все, что использовал ранее хозяин Источника. В сером сиянии, обратившемся большей частью туманом, прорезались и тут же исчезали человеческие лица — с раскрытыми в немом вопле ртами, искаженными от боли и ненависти чертами, они взяли в кольцо замершую чародейку. Словно стая хищных рыб, они кружили в серой хмари, состоящей не из воды и пара, но из могущественной магии.

Туман был для них и родной стихией, как океан для акул, и единым, общим для всех телом, и кладезью энергии, и броней, и оружием — и Бог знает, чем ещё. Как ни странно, Петя понял, что происходит, даже без помощи знаний и чувств учителя — он уже сталкивался с подобным, после чего разузнал всё, что смог, на эту тему. Правда, была существенная разница между его опытом и днем сегодняшним — ибо в его случае дух был лишь седьмого ранга, да к тому же ниже среднего среди существ данной ступени.

Проявление Сущности — вот как это называлось. То было не Заклятие и вообще не магия в привычном смысле этого слова, а скорее видовая способность духов. Ей теоретически обладал каждый обитатель Астрала, от мала до велика, но на деле же овладевшие Проявлением духи были редчайшей находкой.

Проявление, заняв всё пространство арены, на несколько мгновений замерло, словно обычный утренний туман на каком-нибудь болоте. Благодаря восприятию учителя молодой маг различал всё, что происходило внутри, хоть и несколько хуже, чем прежде. Кристина всё так же стояла на прежнем месте, не двигался пока что и дух — и лишь подрагивающая аура волшебницы выдавала охватившее её волнение.

А затем серый туман, состоящий из сгустившейся магии, пошел в решительную, последнюю атаку. Десятки воплотившихся странных не то миражей, не то действительно духов, ощущаемые в восприятии как плотные, мощные сгустки энергии, ринулись на барьер магички.

Ударили в него со всего размаху, всем «весом», вкладывая всю силу без остатка. Сфера Пространства чуть дрогнула, но совладала, перенаправила чужую силу в иные пласты реальности, однако Петя отчетливо почувствовал разницу между тем, как она отражала все предыдущие чары и как эти.

В отличии от предыдущих атак, эти миражи активно сопротивлялись попытке переправить их в иное пространство. И хоть в итоге Кристине и удалось с ними совладать, но в этот раз было растрачено на порядок больше сил, чем обычно…

А тем временем на место нескольких десятков сгинувших пришли новые. Десятки, полсотни, сто, двести… Не прошло и шести секунд, как весь туман заполнился сгустившимися серыми призраками.

Первый, пробный удар показал духу, что его оружие работает, и он тут же поспешил навалиться всей мощью. Туман и серая энергия, которая его породила, исчезли практически полностью, отдав всю силу серым призрачным фигурам. Более тысячи трёхсот человекоподобных порождения серой энергии — отразить такую атаку Кристина не сумела бы и на пике формы! По прикидкам Пети, на неё с лихвой хватило бы и полутора, максимум двух сотен этих существ. Впрочем, остальных он, скорее всего, собирался натравить на остальных пришельцев…

Дух Астрала, замерший в тылу своего призрачного войска, накрыл себя широким куполом примитивного, но весьма действенного, за счет обилия маны Источника, заклинания. Не просто защита от ударов снаружи — дух дестабилизировал окружающее его пространство за счет того, что расплескал, разлил вокруг материю Астрала. Смешал мир Смертных и Бессмертных, лишив власти над Пространством в этом месте и себя, и свою противницу…

Серые пародии на людей качнулись вперед, к волшебнице, распространяя от себя незримую волну. Это было что-то, отдаленно похожее на магию Разума — но только очень примитивную, грубую, не способную на тонкие воздействия. Лишь на лобовые, таранные удары по разуму жертв… Обычно подобное воздействие наименее эффективно из всех возможных, однако в данном случае противники компенсировали недостаток умения голой силой. Множество убогих, ущербных и неполноценных, но всё же сознаний, к тому же активно черпающие силу прямо из Источника, они были очень, очень опасны…

Петр ощутил, как от парящего рядом с ним учителя в стороны разошлась волна силы — Аристарх Николаев-Шуйский, очевидно, решил вмешаться в происходящее. Грозное копьё, Живое Оружие, вспыхнуло слепяще-белым пламенем, высвободив свою могущественную ауру, энергетика Великого Мага пришла в движение — однако Петя видел, что даже его учитель не поспевает за происходящим. Сейчас ментальный удар выбьет Кристину из колеи — не лишит сознания, конечно, но на несколько секунд она, скорее всего, окажется контужена и оглушена, а после серые призраки просто и без затей прикончат волшебницу, даже не потеряв никого из своих…

Так думал молодой Архимаг, опирающийся на восприятие Великого Мага, также, наверное, думали и все остальные свидетели происходящего — как соратники Кристины, так и дух Астрала.

И лишь сама чародейка была не согласна. Простоявшая весь бой на одном месте волшебница сделала быстрый, уверенный шаг вперед — один крохотный шажок, не более. Но этого оказалось достаточно, чтобы перевернуть весь ход боя.

Это не было телепортацией на ближнюю дистанцию — от неё враг надежно защитился. Не было это и ускоренным передвижением чисто физического типа, как у большинства чародеев, прибавляющих себе прыти магией.

Это было нечто среднее. Изумленный Петя с запозданием понял — Кристина просто заставила Пространство между ней и духом, составлявшее добрых несколько сот метров, на краткий миг сжаться до крохотной, почти несуществующей точки. Сжаться лишь для неё одной, вынося её одним шагом за спину ничего не успевшему сделать духу.

И никакой разлитый вокруг Астрал ничего не смог с этим поделать — он мог помешать открыться порталу, мог исказить исказить телепортацию в точке выхода так, что применивший её появился бы уже перемолотым в фарш, мог замедлить в несколько раз ускорившего себя чарами мага… Но вот помешать тому, что сделала волшебница, он почему-то не сумел.

А в следующую секунду вычурный посох чародейки коснулся своим кристаллическим навершием спины хозяина Источника, и того начало сминать, скукоживать и сдавливать. Дух не успел издать ничего, кроме злого, протестующего стона — силы Пространства не оставили ему шанса, и мгновение спустя в ладонь Кристины опустился идеально круглый шар серого камня, не больше куриного яйца.

Серые призраки опали бессильным, стремительно рассеивающимся туманом — Проявление Сущности не могло оставаться без поддержки воли духа, которому принадлежало.

— Ну наконец-то всё, — выдохнул Петя. — Учитель, что теперь?

— Теперь самое главное, ради чего всё и затевалось — установим обелиск, — ответил Аристарх. — А ещё — с тебя хватит чужих ощущений.

Указательный палец левой, свободной руки наставника резко ткнулся ему прямо в лоб, заставив болезненно вскрикнуть. Но от самого тычка, разумеется — от того, что за ним крылось.

Ощущение было такое, будто ему в мозг резко, одним махом вбили большой, раскаленный добела гвоздь. Впрочем, боль оказалась мимолетной — секунду спустя она исчезла так же резко, как и возникла. Правда, облегчение оказалось недолгим…

Он потерял возможность чувствовать мир через восприятие учителя, и теперь неуверенно застыл, пытаясь взять себя в руки. Мир сделался тусклым, чуждым, восприятие вновь вернулось к прежнему уровню, пропали все те дополнительные, расширяющие способности чувствовать и чуять органы чувств, ослабла интуиция, разум перестал ощущаться как бездонная кладезь всевозможных знаний…

Петя вновь стал тем, кем был — Архимагом. И теперь, после того, как он побывал на совершенно ином уровне существования, текущее бытие казалось ему пресным, убогим и ограниченным. А ведь это он только на двадцать минут прикоснулся лишь к восприятию Великого Мага — каково же тогда обладать всей полнотой силы существа этого уровня⁈

— Судари и сударыни, поторопимся, пока сюда ещё кто-нибудь не нагрянул, — напомнил им о делах насущных Темный. — Наставник, что именно мы должны делать?

Глава 10

Металлический обелиск устанавливался медленно и неспешно. Трехгранный металлический столб, добрых семь метров высотой и чуть более метра в обхвате, он стоил огромных денег. По факту, вдесятеро дороже золота по своему весу — и это я только о материале, из которого он изготовлен. Черная Бронза, магический металл, который добывался всего на пяти месторождениях в Империи, два из которых находились в Александровской губернии. Металл в свободной продаже отсутствовал, считаясь ресурсом государственной важности. Половина добычи со всех месторождений уходила напрямую в императорские запасы, на вторую же половину спрос всегда сильно превышал предложение.

Собственно, чтобы хоть на что-то рассчитывать в этой ежегодной дележке, нужно было быть как минимум Великим Родом — и это ещё ничего не гарантировало… В общем, за Черную Бронзу всегда приходилось побороться — и в ход шло всё, от денег до связей. Причина? Если не вдаваться в подробности — это был один из обязательных материалов для большинства артефактов четвертого и выше рангов, включая лучшую в мире, русскую артиллерию. А также для деталей алхимреакторов пилотируемых големов и боевых воздушных судов класса эсминец и выше.

Я потратил много денег, вынужден был расстаться с десятком артефактов седьмого и одним восьмого ранга, но всё же сумел добыть нужное количество металла. Сейчас, учитывая войну, потери в технике и всё прочее, Черная Бронза стала ещё дороже, чем прежде…

Обелиск, поддерживаемый усилиями шестерых Старших Магистров, что держали его магией Пространства, некими особыми, ритуальными чарами, потихоньку занимал своё место — ровно по центру глубокого, уходящего на сотни метров вглубь земли вертикального колодца. Его края разровнял чарами лично я, а так же углубил на добрых две сотни метров, оплавил земляные стенки, обратив их спекшимся стеклом, сделал провал ровным и идеально прямым — всё согласно полученным напрямую от Логуса указаниям. Сейчас, на финальных стадиях ритуала, он наконец смог обращаться ко мне лично, что сильно упростило задачу. В конце концов, ритуальная магия — одна из сложнейших, капризнейших и требовательнейших к мастерству и знаниям чародейских наук, и исполнить его в точности было под силу лишь мне. Кристина, при всех её талантах, сама такой уровень не потянет ещё много веков…

— Итак, почтенный Логус, у меня почти всё готово, — обратился я могучему Владыке Пространства. — Осталось лишь дать последние инструкции моим помощникам и можно приступать.

— Отлично, — нетерпеливо ответил он. — Начнем, как обелиск будет установлен должным образом.

Я молча отошел от края Источника Магии, подойдя к молча наблюдающим за происходящим спутникам. Темный, Светлая, Андрей, остальные мертвецы во главе с Кащеем, Кристина и Петя, что всё ещё выглядел весьма неважно, хотя и минуло несколько часов. Парень всё ещё отходил от пережитого, постепенно вновь привыкая к своему обычному мировосприятию.

Ему сейчас больно, его ломает психологически и лихорадит энергетику — я слишко резко разорвал Резонанс, не говоря уж о том, что установил его, не подготовив ученика заранее. И потому он так страдает…

Я мог бы подготовить его загодя. И, конечно, мог бы прервать Резонанс плавно, постепенно, не разрывая одним резким движением, а плавно распутывая связывавшие нас незримые нити. Не говоря уж о том, что мог бы ограничить половиной силы моего восприятия, а не позволять неподготовленному парню сразу на девяносто процентов погрузиться в мироощущение Великого Мага, да ещё и в бою.

Тогда Петя сейчас не испытывал бы и десятой доли того, что с ним творилось сейчас. Так, ограничился бы легкой мигренью на несколько дней… Но, к сожалению, подобный подход не дал бы необходимых результатов. К сожалению, парень не обладал талантом к магическому развитию — его способности были хороши в другом. Он быстро учился, на лету схватывая и усваивая сложные чары, был хорош в контроле над своими силами, обладал всеми необходимыми хорошему чародею чертами характера — но при всем при этом таланта именно развиваться по рангам он был лишен. Так, серединка на половинку, кому без меня и Мастер бы не светил, но добравшийся уже до Архимага…

И пусть он сейчас мучается, пусть его разуму, ауре и энергетике нанесены немалый ущерб, но только так он сможет получить шанс стать сильнее. Сломанные кости, срастаясь, становятся крепче: так и здесь, полученный ущерб, шоковое состояние и те знания, что ему достались в процессе наблюдения — всё это давало шанс парню пойти наперекор судьбе и оковам бесталанности. Ведь его магия и путь развития один в один повторяли мой, он обладал почти всеми моими Молниями — силой полноценного Воплощения Магии! — уже сейчас, не достигнув даже ранга Высшего. Если сумеет овладеть Черной Молнией на следующем ранге, то у него будут огромные шансы достичь ступени Великого. Ведь он уже изучил меня и мою энергетику, и теперь ему не нужно гадать и торить с нуля свой путь возвышения, как прочим Великим — он просто сможет пройти по моему, проторенному.

Нечестно? Согласен. Но мне плевать.

— Что ж, пора бы теперь рассказать, что именно потребуется от каждого из вас, — обратился я к магам. Петя, с трудом подняв голову, мутными глазами уставился на меня.

— Тебя, Петя, это не касается. Ты своё дело сделал, так что отдыхай. Итак, касаемо остальных — во время ритуала, который мы будем проводить, мне понадобятся три Якоря Силы. Свет, Тьма и Смерть. Думаю, нужды объяснять, кто за что будет отвечать, нет?

— Эм… А что, собственно, от нас требуется? — подняла брови Ольга. — Прошу простить, господин, но что значит стать для вас «Якорем»?

— Манифестацией Силы, проводником её магии в это место, — пояснил я. — Я сотворю все необходимые чары, отворю Врата Мощи и оттуда хлынет поток энергии. Не обычной маны, подстроившейся под Свет, Тьму или Смерть — это будет их квинтэссенция. Вашей задачей будет удержать каждому свой поток и направлять их туда, куда я укажу. Для вас, кстати, это будет весьма полезный опыт… Да что там — это ещё и сильно ускорит ваше развитие. Насколько сильно будет зависеть от вас, но как минимум месяцы, а то и годы, точно срежете.

— Наставник, но если для одной только силы Смерти нужно столько проводников… Я не могу не задаться вопросом — а вы не переоцениваете нас с Олей, полагая, что каждый из нас в одиночку справится там, где нужна целая группа Архимагов во главе с Магом Заклятий и господином Андреем, что тоже, фактически, на этой ступени? — осторожно поинтересовался Вася.

— Тут вопрос не количества, а качества, — покачал я головой. — Никто из них не является кем-то особенным для своих сил… А вот вы — обладатели Благословений. В подобных вещах ваша парочка обладает огромным преимуществом над всеми прочими магами.

— Можешь начинать, — раздался в моей голове голос Логуса.

Обелиск уже встал ровно, удерживаемый над бездной, в самом центре идеально круглого провала в темноту усилиями шестерки Магистров. Я вскинул руки и двумя руками разом начал чертить в воздухе многочисленные символы магического алфавита, предназначенного для высшей ритуальной магии. Алфавита, являющегося одной из тайн Российской Империи — но не этой, а из моей прошлой жизни. У каждой Великой Державы в том мире был свой аналог этого алфавита — и у каждого из них были свои сильные и слабые стороны. Нельзя было однозначно сказать, какой из них самый могущественный, да и знал я только наш, русский — с остальными я сталкивался лишь, скажем так, на практике. Противостоя сотворенным на их основе чарам и артефактам…

Наш был особенно хорош в создании замкнутых магических систем автономного типа — и потому подходил в данном случае как нельзя лучше. Ведь обелиск мало было установить — ему требовалась надежная защита. Страж, что будет оберегать его в этих краях, ведь, учитывая, что по мнению порождений Разлома Источник ныне бесхозен, они будут пытаться занять его. А заняв, первое, что попробует сделать новый хозяин, это уничтожить странный обелиск, что оттягивает на себя всю силу Источника. И если даже сам артефакт уничтожить ему не удастся, то систему заклятий, связывающих его с Источником чудовище восьмого ранга расковыряет скорее рано, чем поздно.

Вообще, по первоначальному замыслу, это место должно было быть защищено магией самого Логуса — планировалось, что Владыка Пространства сделает так, чтобы к Источнику и обелиску было попросту невозможно приблизиться. Он хотел оградить их от мира, создав так называемую Пространственную Запутанность, сложнейший лабиринт смешивающихся незримых Путей.

Для слабых и средних чародеев это выглядело так, будто они идут и идут к холму, но тот почему-то никак не приближается. Для сильных, но не владеющих магией Пространства на достаточно высоком уровне, всё было бы также, но с той лишь разницей, что они ощущали бы могущественную магию, что не преграждала путь. А вот для Кристины и иных чародеев этой ветви чародейского искусства это был бы непроходимый лабиринт — они видели бы те кривые и отклонения в Пространстве, что не дают им достичь цели, но найти правильную тропу им было бы не под силу. Ибо он бы постоянно менялся и обновлялся…

Замечательные чары, но у меня в какой-то момент возникли сомнения в действенности этого метода. Слишком близко был Разлом, слишком сильно отличались его энергии от привычной нам силы, и это налагало свой отпечаток на любые тонкие воздействия в этих краях. К боевой магии это тоже относилось, но я пользовался Воплощением Магии, его силой, что была частью меня самого, моей самости — на это не получится воздействовать никакими «энергиями Разлома», это то, что неподвластно внешнему воздействию. Силу Воплощения Магии можно превозмочь в прямом столкновении, она не абсолютна, но вот извратить, изменить суть так, чтобы Великий Маг не сумел её использовать как ему нужно — нет. Сломить — да, согнуть — нет.

В общем, я оказался прав. Кое-что, конечно, он своими чарами сделает, но абсолютно оградить от остального мира он это место не сумеет. Поэтому и продлилась столь долго схватка Кристины с прежним хозяином Источника — Логус, поняв, что изначальный его замысел недостижим, велел ей взять духа в плен. После чего лично взялся за бедолагу, вынудив того выбирать между смертью и службой Владыке Пространства…

Нет смысла вдаваться в долгие и путанные объяснения всех чар, что здесь сплел. Сложные, требовавшие от меня предельной концентрации и филигранности действий, а также огромного количества эфира, без которого создание подобного каскада взаимосвязанных заклинаний заняло бы месяцы даже у меня. Но я управился за три с половиной часа непрерывной работы — для чего Логусу пришлось изрядно потратиться в силах, помогая мне.

Его помощь заключалась в обеспечении меня достаточным количеством эфира. Могуч, очень могуч был древний, великий Владыка Пространства, один из сильнейших среди себе подобных. Маргатон, например, был не в состоянии обеспечить меня количеством эфирной энергии, да ещё и такого качества — тщательно отфильтрованной, переработанной и подготовленной к максимально быстрому поглощению и усвоению мной. Конечно, это всё равно не позволяло данной энергии сравниться с той, что я вырабатывал сам, и чтобы ей нормально управлять и плести достаточно объемные чары его приходилось разбавлять с моим собственным в пропорции один к десяти, но даже это было весьма впечатляюще. А ведь подобные манипуляции очень далеки от его основной епархии — магии Пространства. Такое ближе тому же Маргатону…

В общем, три часа работы — и настал час открывать Врата Мощи. Первой была Тьма — потоки чернильного мрака, хлынувшие из возникших в самом центре магической фигуры призрачных Врат, бурным потоком омыли Темного, поглотили с головой, закружились, подобно воде.

Сила, которой веяло из быстро увеличивающегося в объемах пятна мрака, внушала уважение. Никаких чар, никаких заклятий, ничего, кроме самой сущности, самой сути Мрака как магического явления, одного из полюсов Силы… Это сломило бы любого Архимага на месте Васи, но он был не «любым». Обладатель Полного Благословения Тьмы без труда устоял и быстро взял за узду разбушевавшуюся силу.

А затем направил всю эту силу туда, куда я велел. Всё прошло намного проще, чем я ожидал — Темный не уставал удивлять меня глубиной своих способностей и талантов.

Вторым был Свет — и Ольга тоже справилась со своей задачей. Не так легко и быстро, как Темный, но разница была не слишком велика, и девушка тоже превзошла мои изначальные прогнозы.

А вот когда дело дошло до нашей нежити, наша сверхталантливая парочка своими глазами убедилась в том, насколько огромно их преимущество во взаимоотношениях с родными Силами перед всеми прочими. Мертвяков седьмого ранга и дракона вдавило в землю, Кащей рухнул на одно колено, а Андрей, хоть и устоял на ногах, но явно прикладывал все силы, чтобы не рухнуть. Даже работая в паре, Рыцари Смерти с большим трудом направили поток куда надо, мертвяки же седьмого ранга вообще никак в этом процессе не участвовали — они были включены мной в группу просто ради того, чтобы принять на себя часть давления Силы, облегчив работу своим предводителям.

Но справились и с этим. Хотя тут уже не обошлось без вмешательства Логуса — он потратил немало сил, но помог моей нежити выдержать это испытание. А уж затем настал мой черед — я открыл Врата Жизни и пусть и не без некоторых усилий, но обуздал их поток и направил, куда надо. Я не был целителем по основной специализации, да — но всё равно был достаточно сведущ в этом разделе магии. У меня, на минутку, часть Воплощения Магии ей посвящена — Зеленые Молнии. Коими я, собственно, и осуществил все необходимые манипуляции с Силой Жизни.

На том дело и закончилось — вернее, наша часть работы. Я создал все необходимые каналы связи между обелиском и Источником, поставил защитные чары, позаботился и об атакующих — но финальный аккорд был за Кристиной.

Когда ритуал был окончен, она выпустила плененного духа Астрала. Потрепанный, нервный, старающийся скрыть страх и злость, он не стал задерживаться на поверхности и сразу нырнул в глубину Источника, над которым тихо парил обелиск Логуса. И уже оттуда бывший хозяин, а ныне страж этого места начал процесс слияния с магическими конструкциями, что мы возвели.

— Что ж, почтенный Логус, доволен ли ты нашей работой? — обратился я вслух к Владыке Пространства.

— Да, — кратко ответил он.

— Нет ли у тебя претензий к результату? Устраивает ли качество свершившегося ритуала и сила созданных мной чар? Принимаешь ли итог наших трудов?

— Принимаю! — твердо подтвердил Владыка Пространства.

Ритуальные вопросы были заданы, ответы — получены, и теперь наша часть договора считалась официально закрытой.

— Тогда что насчет того, что было обещано мне в качестве награды? — перешел я к главному.

Вместо ответа Владыка Пространства прикоснулся к моей ауре и я ощутил, как в её глубины погружается его метка. Что ж, здесь мы закончили…

Назад мы отправились не сразу — Кристине и шестерым её младшим товарищам

пришлось потратить ещё несколько часов на то, чтобы окончательно закрыть вопрос с обелиском и его Стражем. Отдать ключи от созданных мной заклятий, например, и убедиться, что он понял, как ими пользоваться. Да и по хорошему стоило дождаться, пока Источник соберет достаточно энергии, чтобы наполнить силой новосозданные защитные чары — а то мало ли, что может случиться как только мы уйдем?

— Господин, а что за магию вы вложили в Источник? — поинтересовался Андрей.

— По одному атакующему заклинанию Света и Тьмы, да парочка Смерти, — ответил я. — Плюс одно, способное его исцелить почти от любых повреждений, на основе магии Жизни. Ну и несколько защитных, но без использования ваших Сил. Сам по себе этот дух не слишком силён — любой из тех шестерых, что я прикончил сегодня, его бы одолел. Так что дополнительные три заклинания девятого ранга, из числа моей Личной Магии, плюс два восьмого, да ещё два защитных — со всем этим под рукой его будет не взять тварями меньше, чем с девятью Заклятиями.

Из магии Смерти я просто не знал достаточно сильных атакующих заклятий, у меня не имелось чар девятого ранга на её основе. Так что я заранее одолжил у Алёны пару достаточно убойных заклинаний и изучил их. Всё же выбирать не приходилось — среди Николаевых-Шуйских единственными, помимо Темного и Светлой, кто могли выдержать давление из Врат Мощи, были представители нежити. Так что кроме этих трех Сил мне выбирать было не из чего.

— Я бы не сказал, что он так уж слаб, — возразил мне Темный. — Его последняя атака, которую он не успел использовать против госпожи Кристины, была весьма опасна. Признаться, я уже решил, что всё потеряно…

— Это было Проявление Сущности, — пояснил я. И, почувствовав заинтересованные взгляды, растолковал нормально. — Природная способность духов Астрала. Теоретически, каждый из них может обладать ею, но на практике таких духов единицы. Я вот, например, второй раз вижу подобное своими глазами… И сила самого духа никак не влияет на шансы обрести эту способность.

Сорвав телекинезом стебелек травы в нескольких десятках метров, я отлевитировал его к себе и сунул в зубы.

— Все обитатели Астрала — это искаженные отражения нашей реальности, по тем или иным причинам отразившихся на изнанке мира. Духи возникают по разным причинам и с разной от рождения силой — кто-то родился, к примеру, из-за увиденного магом ночного кошмара, или от того, что в лесу дерево рухнуло, хищник загрыз добычу или ещё какой мелочи, какая случается ежедневно и в огромных масштабах. Точного механизма появления духов Астрала я не знаю… В общем, такие духи появляются слабыми, тупыми и с ограниченными возможностями. Бывают и другие — например, как нынешний Страж обелиска Пространства. Он явно возник в результате чего-то масштабного, кровавого и сильно замешанного на негативных эмоциях. И при рождении сразу был, как минимум, четвертого, а то и пятого ранга… Да, Оля?

— А элементали могут обладать этим Проявлением Сущности?

— Нет. В общем, по сути эта способность отражает то, как и в результате чего появился данный дух, потому и зовется Проявлением Сущности. Элементали, хоть и тоже духи, не являются порождениями Астрала, у них иная природа. Чего им проявлять, если они сами по себе воплощения сущности своей Стихии? Кстати, наш Страж ещё далек от совершенства в плане использования своего Воплощения. Но если когда-нибудь отточит эту способность, то станет очень опасен…

У Кристины и её братии ушло четыре с половиной часа на то, чтобы всё утрясти. За это время Источник успел насытить вязь созданных мной чар, так что мы с чистой совестью отправились домой. Кто в Николаевск, а кто в Темнолесье…

Глава 11

Алексей, некогда носивший гордую фамилию Воронцов, а ныне являющийся изгнанником и черным пятном на репутации Великого Рода, оглядел присутствующих.

А поглядеть здесь было на что. Компания подобралась пестрая, разнородная и колоритная, но вместе с тем смотрящаяся весьма органично в данных обстоятельствах. Ибо единственное, что было общего у присутствующих, это тот факт, что любой обыватель, случись ему по какому-то невероятному стечению обстоятельств оказаться здесь и сейчас, описал бы их двумя словами — Нечистая Сила.

И был бы, надо признать, абсолютно прав в своей оценке. По правую руку от чародея сидела Сарина ар Диват, прекрасная волшебница-полукровка, унаследовавшая красоту своей матери-суккубы. По левую — крупный, закованный в доспехи цвета воронова крыла мужчина… Чья голова, вместо положенного ей места, находилась на столе прямо перед ним. Дюллахан, сиречь всадник без головы, очень редкая нежить родом из немецких земель, обладал внушительной аурой — Маг не меньше чем двух Заклятий. Точнее сказать Алексей затруднялся — Архимагу сложно различать ауру того, кто превосходит его на полторы ступени, и понять по ней, сколькими Заклятиями тот или иной разумный обладает было сложно.

За длинным каменным столом свободно расположились четырнадцать разных существ. Алексей был единственным Архимагом среди присутствующих — все прочие обладали рангом как минимум Высших Магов, а некоторые и вовсе, как дюллахан, были Магами Заклятий.

Но всех присутствующих затмевал сидящий во главе стола хозяин этого места. Могущественная, нечеловеческая аура, от которой веяло Кровью и Тьмой, которую он даже не пытался приглушать, служила неотступным напоминанием гостям, кто здесь главный.

И это было совершенно не лишним, как быстро осознал Алексей. Ибо могущественная нечисть и нежить, собравшаяся здесь, признавала силу и только силу — и лишь тому, в чьих силах было без труда прикончить любого из них, они были готовы повиноваться. И то — отнюдь не слепо и не безоговорочно, ибо большинство сидящих за столом были одиночками, собранными здесь как наемники, и расправиться с кем-либо из них не имея на то веских оснований означало нарушить заверенный самим Демоническим Богом договор. А на подобную глупость без крайней на то нужды не решился бы даже собравший их всех здесь могущественный вампир девятого ранга.

— Что здесь делает этот слабак? — низким, рокочущим басом поинтересовался один из присутствующих.

Высокий, широкоплечий и мускулистый, на человека он был похож лишь в самых общих чертах. Две руки, две ноги, голова, торс — на этом сходство заканчивалось. Дальше начинались различия — красноватая кожа, пара небольших, чуть изогнутых рожек, приплюснутый костяной нос, острые, словно у акулы, зубы, черные, лишенные радужки и зрачков глаза, четырехпалые ладони и ноги, заканчивающиеся парой массивных копыт. А ещё аура — дикая смесь человеческой и демонической, какой не бывает даже у самого завзятого демонолога.

Полудемон, которому, в отличии от Сарины не повезло иметь не то, что прекрасную, а вообще хоть сколь-либо человечную внешность. Впрочем, полукровка явно не смущался и уж тем более не комплексовал по этому поводу — в мире волшебства личное могущество было куда важнее красоты, ума и даже богатства. А уж с личной силой у этого существа, судя по мощной ауре Мага Заклятий, всё было отлично.

— Он лучше всех знаком с главным препятствием в нашем деле, — ответил Арзул фир Виннитор. — А также представляет некую группу лиц в России, которая была бы рада любым неприятностям Рода Николаевых-Шуйских.

— Так пускай сидит где-нибудь в другом месте, — презрительно заявил полудемон. — После собрания, вместе с остальными, получил бы инструкции. Много чести…

— Ты забываешься, Симон, — голос вампира звучал всё так же спокойно. — Не тебе, сопляк, указывать мне, кого и куда допускать. Особенно на моей территории. Ты меня понял?

«Как же тяжело иметь дело с этими тварями», мелькнуло в голове Андрея. Склочные, ненадежные, жадные, зачастую откровенно туповатые — бывший оперативник Тайной Канцелярии в душе презирал большинство присутствующих здесь существ. За редкими исключением в лице самого Арзула, Сарины и ещё двоих разумных.

Полудемон Симон был, пожалуй, вторым, в крайнем случае — третьим по силе после самого хозяина, и потому, видимо, считал себя особенным на фоне прочих. А ещё он был новичком в этой компании — на прошлом собрании этого существа не было.

Вместо ответа он лишь пригнул рогатую голову, исподлобья глядя на вампира. На лице Арзула появилась лёгкая улыбка — казалось, вампира даже забавляет своеобразный вызов его власти на этом совете.

Аура существа девятого ранга сгустилась и уплотнилась, сосредоточилась на Симоне, и даже бывший Воронцов ощутил, какое давление обрушилось на полудемона. Тот попытался ответить, призвал и начал изо всех сил давить собственной силой, но не продержался и трёх секунд — вампир играючи пересилил оппонента.

Разница в силах была показана более чем наглядно. Конечно, одним воздействием ауры даже Арзул фир Виниттор не мог нанести урона или хотя бы оказать действительно ощутимое давление на существо уровня Мага Заклятий, причем не последнего, но это и не требовалось. Ибо при такой разнице в могуществе аур в случае реальной схватки хозяин победил бы немногим медленнее, чем в этой краткой битве аур.

И Симон откинулся на жалобно скрипнувшую спинку своего деревянного кресла, признавая поражение.

— Прошу меня простить, господин Виниттор. Я вас понял.

— Вот и хорошо, — прекратил давить улыбающийся вампир. — Итак, вернемся к делу. Мой лучший разведчик, что следил за ситуацией в Николаевске, схвачен. Судя по тем отголоскам, что я уловил, его пытали и пытались допрашивать. Сомневаюсь, что он смог выдержать боль и утаить хоть что-то, ведь помимо обычных палачей у врагов имеется свой Великий Маг.

Человек-Архимаг. Четыре вампира уровня Высшего Мага. Полусуккуба Сарина, троица странных гуманоидов, с коричневой чешуей вместо кожи и змеиными головами — наемники из иных миров, все — в ранге Высших.

Серая тень с зыбкими очертаниями, клубящаяся мраком и аурой, в которой чувствовался отпечаток одной-единственной Силы — магии Теней. Дюллахан, полудемон Симон, тощий скелет в мантии, носящий на каждом пальце по перстню-артефакту и держащий правой рукой прислоненный к столу резной посох из цельной кости какого-то чудовища. Четырехрукий металлический доспех, сверкающий из-под шлема двумя светящимися багровыми огоньками глаз. И самый, пожалуй, странный в глазах знающего разумного — изрядно подгнивший, уродливый, жирный зомби.

Что странного в зомби? То, что вся перечисленная пятерка была Магами Заклятий. И если с остальной четверкой всё было более-менее ясно, то вот гниющий мертвяк… Зомби — низшая нежить. Они редко бывают даже второго ранга, если поднимают одаренного, то он обычно восстает умертвием — куда более совершенной формой зомби. В редких случаях, когда поднимают чародея шестого ранга, поднимают без сложных изменений и корректировок, получался драугр. И даже они почти никогда не бывали даже седьмого ранга, не говоря уж о восьмом.

Но зомби в ранге Мага Заклятий — о таком Алексей даже легенд не слышал. Из всего, что он знал о магии Смерти, а он знал не так уж и мало, выходило, что подобное невозможно — однако ж вот он, гниющий труп, чья плоть за те три раза, что его видел за последние полтора месяца чародей, ничуть не изменилась. Гнили, ран и прочего было ровно столько же, сколько в их первую встречу…

— Как много знал этот неудачник?

Скрипучий, напоминающий звук плохо смазанных петель голос принадлежал четырехрукому доспеху. Доспеху, в котором не имелось ни тела, ни даже души как таковой — ибо это был шедевр техномагического искусства неизвестного чародея, что каким-то образом обрел самосознание и свободу.

— Немного, на самом-то деле. Из существенного — ему известно количество Высших и Архимагов в моём гнезде и тот факт, что я, на момент его поимки, всё ещё был занят восстановлением своего ранга. Ну, и местоположение этой базы, разумеется.

— А про нас? — подал голос лич.

— Нет, — ответил вампир. — Я не даю лишней информации тем, кто работает за пределами этого места. Ещё вопросы?

Молчание послужило ему ответом. Удовлетворенно сверкнув алыми глазами, Арзул продолжил:

— Отлично. Тогда к следующим новостям — мои шпионы, из числа тех, кого не переловили люди, доложили, что наша цель резко усилилась. Благословленный, ещё вчера бывший пусть сильным, но далеким от своего пика Архимагом, за сутки резко набрал сил. Если это не разовый эффект, и завтра подтвердится, что его сила продолжает расти, это будет значить, что его переход на ранг Высшего — вопрос одной, максимум двух недель. И это плохая для нас новость.

— Почему? — искренне удивился Симон. — Ну, подумаешь, на каплю сильнее станет, что это меняет?

Вся пятерка различной нечисти и нежити, чья сила была на уровне Мага Заклятий, происходили из одного с Алексеем мира. И в отличии от Высших, что все как один были иномирцами, знала о Благословленных лишь самые общие сведения. Сам бывший Воронцов знал побольше благодаря все ещё сохранившимся связям с Залесским, вернее одним из его заместителей. Но даже он не понял, чем взятие восьмого ранга этим Темным так мешает его союзнику.

— Потому, что если он закрепится на ранге Высшего Мага и начнет создавать Зерно Судьбы, то он потеряет почти всю свою ценность, — ответил за своего господина один из вампиров. — Благословенного нужно отловить и передать в руки нашего Бога пока он ещё Архимаг, в крайнем случае — сразу в первые дни после перехода на восьмой ранг, пока он стабилизирует ауру и не успел начать создавать Зерно.

— В общем, старый план больше не актуален, — подвел итог Арзул. — Придется действовать раньше, не дожидаясь отбытия их лидера.

Старый план предполагал, что они дождутся отбытия Николаева-Шуйского на подмогу боярам, после чего начнут действовать в зависимости от обстоятельств. Если Темный отправится на войну со своим учителем, то они последуют за ними и дождутся удобного случая для нападения — большого сражения, в котором примет участие лично Аристарх и все сильнейшие маги бояр. В суматохе битвы похитить темного с их силами было бы несложно — благо у турок есть свой реинкарнатор, схватка с которым поглотит всё внимание русского Великого.

Ну а если бы их цель осталась в Николаевске, то всё было бы ещё проще. Подождать несколько дней и напасть, предварительно заблокировав Пространство — как только Арзул вернул себе девятый ранг, ему стало под силу наложить запрет достаточной силы, чтобы даже Кристина Николаева-Шуйская ничего не сумела поделать. А без своего Великого на стенах шансов защититься у обитателей замка не имелось никаких.

Оба варианта не устраивали Алексея от слова «совсем». По той простой причине, что при любом раскладе битва, тем более насмерть, с его бывшим подчиненным была почти гарантированно исключена. И после его выходки с Источником Тьмы предпринять хоть что-либо для изменения ситуации не представилось ни единой возможности. А тут такой подарок судьбы!

Тем не менее, внешне он остался всё также невозмутим. Более того, даже его аура ни капли не дрогнула, пульс не участился, а эмоциональный фон, который, как уже знал чародей, умеют без всяких чар считывать сильнейшие Маги Заклятий и уж тем более Великие, остался всё так же спокоен. Стальная, непреклонная воля, которая помогла ему подняться столь высоко в поисках мести, играючи удержала в узде все мысли и чувства.

— Нападем в открытую? — раздался гулкий, словно бы говорящий в колодец голос в его голове.

Дюллахан общался только посредством телепатии. И обратился он сейчас ко всем разом, а не только к Алексею.

— Нет. В замке, сидя на Великом Источнике и имея доступ ко всем своим охранным чарам, реинкарнатор и в одиночку одолеет нас всех разом, — ответил Арзул. — Нужно будет поступить хитрее. Надо выманить его за пределы замка, да и вообще подальше от города, и уже там я займусь им лично. Один на один, в чистом поле, я с ним справлюсь гарантированно… Итак, друг мой Алексей, скажи — есть ли у нас шансы выманить врага из его замка?

— Да, — уверенно ответил бывший Воронцов. — И у меня есть несколько идей, как это сделать.

— Излагай, — велел Арзул.

Обсуждение заняло несколько часов. Черновой вариант плана действий, в общих чертах, был принят быстро, в течении первых десяти минут. Но вот обсуждение и утверждение деталей, распределение ролей, дробление на несколько групп, у каждой из которых были свои задачи…

С этим было сложнее. Особенно с учетом того, что каждой группе следовало продумать и согласовать действия на разные варианты развития ситуации — куда отступать в случае проблем, кто какими маршрутами будет уходить и многое другое. Ведь в плане участвуют не только сами здесь сидящие, но и немалое число их подчиненных. У каждого из присутствующих здесь наемников в ранге Мага Заклятий имелся свой собственный отряд поддержки. Кроме, разве что, зомби…

Под конец, когда все уже расходились, намереваясь начать подготовку к предстоящему делу, Алексей телепатически поинтересовался у хозяина базы:

— В плане я уверен, господин фир Виниттор, но не сочтите за грубость вопрос — вы точно уверены, что справитесь с Николаевым-Шуйским самостоятельно? Всё же он уже успел справиться с королем Швеции, хотя тот и был таким же реинкарнатором и девятым рангом. Может, я и моя группа всё же отправимся с вами?

Разумеется, он не переживал за жизнь вампира. Его судьба волновала Архимага лишь в контексте битвы с Николаевым-Шуйским, а что будет с фир Виниттором дальше ему было глубоко фиолетово. Собственно, он бы с большим удовольствием отнесся к новости, что тот и вовсе подох в какой-нибудь канаве… Но — только после того, как схлестнется с Николаевым-Шуйским.

— Не стоит, — точно так же мысленно ответил вампир. — У вас своё задание, а мне помощь точно не понадобится.

— Но…

— С помощью моего господина я вчера восстановил силы до уровня трех Сверхчар. Чтобы ты не думал о вашем реинкарнаторе, но с такой разницей в силах победитель предопределен.

Архимаг, ничего не отвечая, поклонился и стремительным шагом покинул зал, в котором остались лишь пятеро вампиров. В коридоре его уже ждала Сарина, вместе с которой он входил в одну команду. Помимо них в неё входило ещё семеро Архимагов — два вампира и полная боевая звезда Тайной Канцелярии, недавно прибывшая и поступившая в распоряжение Алексея.

Залесский, несмотря на все запреты Императора, был слишком заинтересован в любом ослаблении Николаевых-Шуйских, а в идеале и вовсе гибели их Главы. Слишком глубоки были распри меж ними, и его бывший… хотя теперь уже, вроде как, снова нынешний начальник прекрасно понимал — когда закончится война, Аристарх непременно захочет свести счеты. А противостоять Великому Магу, возглавляющему столь мощный Род, Богдану Ерофимовичу будет не по плечу. Потому он и шел на этот риск…

Собственно говоря, вся пятерка нечисти и нежити уровня Магов Заклятий была найдена именно Тайной Канцелярией. И аванс за их услуги тоже был выплачен главой Тайной Канцелярии — самостоятельно найти и убедить присоединиться к себе столько сильных наемников за тот недолгий срок, что он здесь обретается, Арзул фир Виттар никак не сумел бы. Хотя бы потому, что у него только на возвращение своего истинного ранга ушло почти четыре месяца.

Собственно, в Евразии уже и не осталось, пожалуй, не задетых войной высших магов. Да и в Африке, пожалуй, тоже — всех выгребли европейские державы и Османская Империя. Ведь Черный Континент, по большей части, бы давно колонизирован… Пятерку наемников, готовых половить рыбку в мутной воде и рискнуть шкурой ради большого куша, удалось отыскать лишь в Южной Америке — континенте, на котором обитали все нечеловеческие расы, государства нежити и нечисти, а также последнее государство коренных американцев — Империя Инков.

Дураков, согласных поучавствовать в Мировой Войне даже там уже не водилось — все, кто хотел, уже влился в армию осман. Но большинство не рискнуло принять ничью сторону — когда на поле боя сходятся многомиллионные армии с десятками Магов Заклятий по обе стороны, которых ведут мифические чародеи девятого ранга, слишком просто лишиться головы.

— Мне нужна твоя помощь с подготовкой, — раздался в голове Алексея голос его спутницы. — Обряды на усиление энергетики, расширение резерва и укрепления каналов. Да и физическое усиление тоже будет не лишним — всё-таки у нас самый слабый и малочисленный отряд.

— Откат будет такой, что ты потом неделю будешь не сильнее Мастера, да и тело будет ломить от боли, — предупредил Алексей. — Уверена, что хочешь все четыре усиления?

— Ты беспокоишься обо мне? — с искренним изумлением поглядела она на него.

Алексей не ответил, сам удивленный своими словами. Ведь и правда — какое ему дело, что будет с этой девицей после того, как дело будет сделано?

— Я просто опасаюсь, что ты можешь получить откат раньше времени, — солгал он. — Это может плохо кончится и для меня — если ты вдруг посреди боя превратишься из помощи в обузу.

— Ну-ну, — хмыкнула полукровка. — Как скажешь…

Глава 12

— Милостивая госпожа моя Хельга Павловна, отчего на лике вашем я вижу тень безрадостности? — с весельем в голосе поинтересовался я у супруги.

— Вам показалось, супруг мой, — в тон мне ответила девушка, улыбнувшись. И добавила с ноткой иронии — Ваше возвращение озаряет серый небосклон моей скучной жизни, подобно утреннему солнцу, разгоняющему предрассветные сумерки!

— Это хорошо, моя прекрасная госпожа, — важно покивал я. — Ну а если серьезно — чего хандришь, мои солнце и звезды? Я же вижу, что ты не в духе.

Мы сидели за небольшим столиком в моих личных замковых покоях. Девушка с лёгкой улыбкой наблюдала за тем, как я уплетаю мясо, отрезая кусочки от крупного, хорошо прожаренного стейка. На столе ещё стояла ваза с фруктами, на специальных блюдах была аккуратно разложена зелень, но всё это было мне неинтересно. Я запивал вкусное мясо хорошим красным вином — что могло быть лучше? Особенно в компании любимой жены.

Сама Хельга не ела, в изящных пальчиках покоился кубок с каким-то соком — она не слишком любила алкоголь. В отличии от меня — я как раз выпивку обожаю. Впрочем, как и все прочие нехитрые солдатские развлечения — вкусную еду, женщин и азартные игры. Что поделать — большую и самую яркую часть жизни я провел воюя. И я в этом плане ничем не отличаюсь от подавляющего большинств боевых магов — мы в этом вопросе от рядовых солдат отличаемся разве что глубиной карманов и большими возможностями.

Что поделать — когда человек живет с осознанием, что любой день может стать последним, ему подспудно хочется успеть взять от жизни побольше радости. И тот факт, что я уже Великий, которого замучаешься убивать, ничего не меняет. И не таких, как я, в землю укладывали, причем иной раз на моих глазах и даже с моей помощью… Да чего далеко ходить — меня вполне может в ближайшие дни укокошить клятый кровосос! Я в своих силах, конечно, уверен — но война дело такое, по всякому вывернуть может.

— Я просто немного устала, — ответила она. И тут же перевела тему. — Так когда вы отправляетесь к османам? Ты уже решил, кого берешь с собой?

— Думаю, через недели полторы максимум, — ответил я. — А кого беру… Алену, Андрея, Петров обоих — чую, там будет тот ещё клубок интриг и подковерной возни, а в этих вопросах Алена хоть и хороша, но две умные головы лучше одной. Гришу с дружиной, некродраконов, пару Архиличей, пару Рыцарей седьмого ранга… Ну а по остальному пока окончательно не решил.

Мои надежды оправдались — сила Темного резко начала расти вверх. Врата Мощи благоприятно повлияли на энергетику парня. Эх, если б такое работало и с другими! Мечты, мечты… Для любого не обладающего Благословением нужной Силы или Стихии энергия подобной силы и чистоты слишком опасна, она лишь травмирует чародея. Вон, как Андрею с Кащеем и их команде досталось — если бы не помощь, оказанная Логусом, последствия пришлось бы исцелять обильными жертвами в течении не одного дня. И это нежить — априори одни из самых стойких к повреждениям существ, если речь не о магии Света.

Светлая, кстати, тоже начала скачками прибавлять в развитии, но вот как раз она в данном случае была не важна. Арго, в числе прочего, сообщил, что Темный как жертва наибольшую ценность имеет до ранга Высшего. А вот по достижении восьмого ранга, как только он начнет создавать своё Зерно Судьбы, всё резко меняется.

Я не сразу понял, как это можно использовать — не всегда я гений, чего уж тут — но потом меня всё же осенило. Прежде Темному оставались как минимум месяцы до перехода на восьмой ранг, так что время выждать идеальную возможность у них было.

Теперь — нет. Посмотрим, насколько велики яйца у кровососов — столь древние твари, особенно их лидер, сам являющийся существом девятого ранга, не может не понимать, насколько это безнадежное занятие — штурмовать мою столицу, когда в ней я. Здесь, в месте своего наибольшего могущества, где к моим услугам Великий Источник и несколько его меньших собратьев, да ещё и Чертог Чародея, не говоря уж об отпорных чарах, я готов дать бой и более могущественному врагу.

— Я хочу устроить праздник, — вдруг горячо заговорила девушка. — Чтобы музыка, вино и шампанское рекой, чтоб веселье и танцы! И пригласить всех, кого сможем — всю губернскую знать, всех, кто захочет прийти. Пока не улетели на войну и ты, и отец — ведь неизвестно, скольких вы потеряете… Ты ведь не против?

— Эм… — чуть растерялся я от её пыла. — Милая, в целом-то я, конечно, только за, но ты не забыла, что я говорил о своем плане? Про то, что в ближайшие дни, в пределах недели, кровососы попытаются отбить у нас Васю?

— Помню, конечно. Но сам подумай — если на празднество приедет весь цвет аристократии, какова вероятность того, что кровососы рискнут что-то предпринять? А если и рискнут… Во первых — если мы расправимся с ними, не прося ни у кого помощи и на глазах у всех, то это лишь поднимет наш статус и добавит нам влияния. А в губернии, и, что важнее, в Империи — ведь я хочу, помимо жителей губернии, пригласить также и представителей Великих Родов со всей страны. Разумеется, о Главах речи не идет, как и о наиболее могущественных Старейшинах, но часть из них все равно осталась дома, на хозяйстве. И они не смогут удержаться от того, чтобы посетить наш прием. Слишком уж мы на слуху, слишком быстро и слишком много сил набрали, а самое главное — наш Глава мало того, что прославленный реинкарнатор, так ещё и единственный в Империи чародей, равный в мощи самому Императору! Великий Маг, чародей легендарного девятого ранга!

— На гостей могут напасть по пути к нам, — возразил я. — А ещё может выйти так, что победа нам достанется слишком дорогой ценой, или…

— Любимый, но у нас ведь есть Кристина и её ученики, — мягко, ласковым голосом перебила меня жена. — Они вполне справятся с тем, чтобы перенести порталами в течении дня несколько десятков групп гостей. Это ведь не армии перемещать, от каждого Рода за пределами губернии будет не больше дюжины персон. Это, с одной стороны, польстит гостям — не каждый день тебя приглашает на прием самого молодого Великого Рода курьер в ранге Старшего Магистра магии Пространства… Не говоря уж о том, что обязуются доставить на праздник и сопроводить обратно, прислав за вами целого Мага Заклятий! Это для тебя чародеи этой ступени — обыденность, у нас в Роду их аж четверо, а если считать Высших и Андрея, то аж семеро. А для большинства аристократов Империи даже просто увидеть лично, на расстоянии вытянутой руки подобную персону — огромная честь и повод потом годами хвастаться перед друзьями и знакомыми!

— Милая, мы ведь о представителях Великих Родов говорим, — заметил я защищаясь. — Их одним Магом Заклятий так не впечатлить. У них почти у всех свои имеются, как минимум… Да и вообще — Старшие Магистры и Архимаги, а только они бывают Старейшинами в таких Родах, это не восторженный молодняк, их на такое не купишь.

— Это Старейшины и взрослые чародеи, а их будет максимум половина. Вторая половина будет молодежь, так уж принято. А дети на родителей, как ты понимаешь, тоже имеют определенное влияние. И когда объявят, что приглашают к нам, да ещё и отправят за ними целого Мага Заклятий… Это ведь не просто увидеть и даже обменяться приветствиями, тут их Кристина ещё и переместит к нам… Да они будут до старости этим хвалиться! Даже Императорский Род не может похвалиться тем, что на его приемы гостей доставляет Маг Заклятий Пространства! Помимо славы, которую нам это принесет, это ещё и в очередной раз подчеркнет наше могущество.

— А сама Кристина на подобное согласится? — предпринял я последнюю попытку. — Она, все же, Маг Заклятий, высшая аристократка, Старейшина нашего Рода, член его внутреннего круга. А тут ты предлагаешь использовать её едва ли не как простую извозчицу?

— За это можешь не переживать, я с ней уже говорила на эту тему, — заверила она меня.

— Когда успела⁈ — удивился я. — Мы же пару часов как вернулись, и она сейчас явно не в том состоянии, чтобы общаться! Логус сейчас отдает её часть платы за ритул.

— А мы и не сегодня общались, — улыбнулась Хельга. — Я просто некоторое время назад поинтересовалась у неё этим вопросом — так, чисто на всякий случай, чтобы если уж к тебе с этим вопросом подходить, то иметь ответы на все возможные вопросы. И она согласилась. Мы даже составили план очередности переносов, согласовали с ней варианты, где можно не тратить силы на два переноса, а договориться о том, чтобы разом взять с собой несколько групп. Так получиться не везде, но в большинстве случаев, а это сильно сэкономит время и силы. Мы прикинули — на всё про всё у неё уйдет примерно четыре часа в самом худшем случае.

— Ага, часа четыре, — иронично повторил я. — Как же, держи карман шире! Пока согласуют кто с кем где будут её ждать, пока мы получим ответы… Ты ведь хочешь устроить этот бал, прием или что там до отъезда отца, верно? Значит, не позднее пятницы. А у нас сегодня понедельник, если не путаю. Обычно рассылать приглашения на подобные мероприятия принято за десять дней минимум, верно? А у нас всего неполных четыре, даже нет, три дня — сама пятница не в счет — осталось. Ну и наконец — где мы разместим всю эту ораву? В замке стольких гостевых покоев и близко нет, да и гостиниц с отелями столь высокого качества, чтобы разместить там высокопоставленных представителей Великих Родов, в городе близко недостаточно! Только «Тактарофф» и «Соболиная»!

— Ну, а если бы эти проблемы… Ну чисто теоретически, предположим… Так вот, если бы я сказала, что могу решить все эти моменты, ты бы согласился? — невинно поинтересовалась Хельга.

— Ну, чисто теоретическа, коне… Стоп! Ты что, хочешь сказать, что приглашения уже разосланы, ответы получены и все детали касательно перемещения улажены⁈

Я аж про мясо забыл, уставившись на жену. В ответ девушка с виноватым и полным раскаяния выражением на мордочке опустила глаза вниз. Вот чертовка! И я узнаю всё только сейчас, когда уже ничего не изменить!

— Ну, понимаешь, мы с девочками это уже давно обсуждали, — смущенно ответила она, не поднимая взгляда. — И так увлеклись, что оно всё само как-то закрутилось. Помнишь, я у тебя разрешения спрашивала на то, чтобы магией Пространства расширить предназначенные для торжеств помещения?

— Помню, — кивнул я. — Но сказал подождать. Для того, чтобы наложить новые заклинания Пространства, тем более работающие на постоянной основе, мне нужно провести перерасчет работающих в той части замка чар. Плотность потоков питающей тамошние чары маны, саму структуру заклинаний, оценить уровень риска их деградации в случае, если я сперва их временно ослаблю и сверну, а потом верну вновь, когда Кристина закончит… Не говоря уж о том, чтобы банально узнать у неё подробности применяемой магии и проверить, не возникнет ли конфликт между нашими чарами. И я точно помню, что сделать этого ещё не успел!

— Ты был так занят, дорогой, со всеми этими делами, что мне было неловко отвлекать тебя подобными пустяками, — скромно пожала она плечиками. — Это ведь работа нудная и достаточно утомительная, да и времени уйму занимает… Вот я и решила сделать всё сама. Перерасчитала, проверила и на риск конфликта, и на сопряжимость… Пришлось внести несколько правок, немного изменить некоторые участки чар, но в целом — ничего особенного, управилась за пять дней. И всё прекрасно работает, никаких просадок в мощности или дефектов…

Что-что она сделала⁈ Я потратил добрых двадцать дней трудов и усилий на создание новой системы чар в нашем замке. И мне удалось уложиться в столь сжатые сроки лишь потому, что я, во первых, загодя приказал начать подготовку — сбор необходимых материалов и проведение разного рода технических работ, вроде установки особо мощных и крупных накопителей маны и проведения новых, куда более мощных энерговодов, что соединяли эти резервуары маны с нужными участками замка.

А когда взялся за работу, то каждый сеанс, раз в трое суток, тратил от сорока до семидесяти процентов общего резерва эфира на эти работы. Иначе это грозило растянуться на месяцы, если не на годы работы! И это я ещё даже половины всего задуманного не сделал!

Я использовал сложнейшие чары из разделов начертательной магии — головоломные построения магической геометрии, рунная магия, магия символов и многое другое… И это были чары не моей разработки — это были знания, что я получил в одних из самых закрытых и строго охраняемых архивах по магии, архивах Императорского Рода и Петроградской Академии Магии. В той, прошлой жизни… Из разделов, открытых для изучения лишь Императору, его наследнику и самым выдающимся членам их Рода. Ну и Великим Магам — государь и Империя, в конце концов, были напрямую заинтересованы в нашем максимальном могуществе.

И она мне сейчас вот так легко заявляет, что самостоятельно влезла и… Постойте, а если она⁈..

Я сосредоточился и больше не слушая жену лихорадочно погрузился в паутину заклинаний замка, проверяя её на целостность, на возможные ошибки в токах энергии или неправильные отклики различных частей сложнейшей системы. Первичная, самая простая и быстрая проверка никаких сбоев не выловила — но она была рассчитана лишь на выявление самых простых и очевидных проблем. Тех, которые ведут к серьезным ошибкам в работе заклинаний или даже вовсе частичному их отключению.

Выдохнув, я чуть успокоился и начал одно за другим стремительно плести и посылать сканирующие чары. Я не скупился на силу и не ленился, используя самые сложные, самые изощренные из доступных мне здесь и сейчас заклятий, действуя уже без суеты и спешки, наверняка. Это заняло около сорока минут, в течении которых я полностью погрузился в процесс, задействовав все свое внимание и концентрацию.

Я обнаружил изменения — те самые, о которых говорила Хельга. Четыре помещения, в которых пространство расширили, и весьма значительно. Настолько, что мне такое никогда бы не удалось повторить — тут был вопрос не силы, а мастерства, опыта работы с этой сложнейшей гранью магического искусства и природных способностей. Да что уж там — я бы и на треть от проделанного не замахнулся. Хорошая работа, качественная, куда лучше того что, я видел в Александровске, в приснопамятном дворце тестя. Если бы здесь приключилась схожая беда, то при разрушении наложенных Кристиной чар людей бы просто массово телепортировало за пределы замка, причем небольшими группами от трёх до шести человек в разные места. Даже пара отдельных, явно недавно установленных накопителя маны имелось, в которых был запас как раз на подобный экстренный случай — чтобы не зависеть от внешних источников или резервов в предназначенных для других комплексов чар.

Изящное, но очень непростое в реализации решение — сразу видно разницу между работой Мага Заклятий и тех Старших Магистров, что потрудились над дворцом генерал-губернатора.

И да, всё, как и сказала Хельга — заклинания действительно не конфликтовали. Идеальная синергия, причем я заметил, что это отнюдь не моя заслуга — там, где новые чары стыковались с основным магическим контуром, кто-то внес необходимые корректировки. Ну как — кто-то…

— И ты хочешь сказать, что не только всё проверила, но и смогла внести изменения в мою магию, ничего не повредив и не испортив? — с нескрываемым удивлением поинтересовался я у жены.

Всё это время Хельга терпеливо ждала, пока я закончу. Лишь чуть позу поменяла, откинувшись на спинку стула.

— Правда я у тебя сокровище? — улыбнулась она. — И насчет того, где разместить гостей, мы тоже, как видишь, уже позаботились. Больше того, везде имеется достойная мебель, отделка…

— Да понял я, понял… Это что же получается — вы тут за моей спиной целый заговор устроили и даже ни слова мне не сказали⁈

— Мы несколько раз переносили дату, поэтому молчали, чтобы всё рассказать, когда будем окончательно готовы. И вот две недели назад мы начали рассылать приглашения, получать ответы и так далее… Я хотела сделать тебе сюрприз, думала, что кровососы дождуться, когда вы отбудете на фронт, поэтому празднику ничего не угрожает. Но когда ты мне сегодня рассказал, что у Василия резко начала расти сила и что он вот-вот станет Высшим, я поняла, что тянуть с признанием больше нельзя. Понимаешь, мы, конечно, можем всё отменить, но последствия… Это будет пятном на репутации всего Рода, — виновато закончила Хельга.

Я был, откровенно говоря, немного растерян. Злиться глупо, да и на что тут злиться — ну да, в тайне от меня решили устроить этот свой бал, и что? Я сам делегировал почти все контакты и дела Рода с остальным миром Хельге, Петру и остальным своим ближним. Я им разрешил заключать и расторгать союзы, участвовать в интригах, да хоть войну, если надо, устроить — и велел дергать меня только по ключевым вопросам. Вроде конфликтов с другими Великими Родами или ещё чего-то того же уровня.

— Дорогая, а если я вдруг не справлюсь? — просто из любопытства поинтересовался я. — Если в какой-то момент станет ясно, что мы где-то терпим неудачу?

— Тогда тебе явно не будет лишней помощь десятков Архимагов и Старших Магистров, что будут на балу, — ответила она. — Не говоря уж об отце и других Магах Заклятий, что тут будут. Да, это выставит нас не с лучшей стороны… Но не наплевать ли? Главное — результат.

— Если сюда заявится твой отец и остальные Маги Заклятий губернии, то весь план коту под хвост — вампиру проще будет напасть, не дожидаясь прибытия гостей, — вздохнул я. — Но если он этого не сделает, банально не успев подготовиться за оставшееся до бала время, то мы окажемся в очень опасном положении, родная. Когда Темный перестанет представлять для него ценность, он не отступит. Он начнет мстить из принципа — и на этот раз он не будет ограничен временем и необходимостью взять цель живьем. А потому станет вдесятеро опаснее.

— Если он опустил руки и сдался, то даже отмена бала ничего не изменит, — возразила девушка. — Если же нет — то нападет в любом случае. И если так, то он это сделает завтра-послезавтра, чтобы не рисковать нарваться на тех, кто будет на балу. Соответственно, у него будет ещё меньше времени на подготовку и у нас будет больше шансов решить этот вопрос с минимальными потерями. Но если ты настаиваешь — я всё отменю…

Глава 13

— Бал, судари и сударыни! Нет, ну вы слышали — он устраивает бал, да ещё и предлагает доставить гостей посредством с помощью своего Мага Заклятий! — возмущенно стукнул кулаком по столу мужчина лет пятидесяти. — Приглашения разосланы, как понимаю, чуть ли не всем Великим Родам Империи. И это в то время, когда мы умираем здесь, на южных границах, пытаясь сдерживать осман, у которых трёхкратный перевес в числе и почти двукратный в магах! Не говоря уж об артиллерии, воздушном и морском флотах, демонах, нечисти и прочей гадости… Но какое до этого дело господину Николаеву-Шуйскому, верно? Подумаешь, мы выручили его в Прибалтике, спасли от разгрома, взяли Стокгольм, отправились с ним выручать его родича Валге… Что стоит услуга, если она уже оказана!

— Сема, дорогой, мы, конечно, полностью разделяем твое негодование по поводу того, что Николаев-Шуйский предпочел устроить бал в своём дворце вместо того, чтобы спешить к нам на помощь, но это ведь можно обсуждать и потише, верно? — мягко обратилась к нему одна из двух сидевших за столом дам. — В конце концов, мы тебя слышим прекрасно, а окружающие не услышат всё равно — я повесила односторонний полог тишины.

— Гм… И то верно. Прошу простить мою горячность, друзья, — немного спокойнее ответил он. — Но посудите сами — он уже четыре месяца как вернулся в Родовые Земли. Насколько мне известно, он обещал присоединиться к нам как только восстановит силы и исцелится от полученных ран. И прибыть не один, а приведя с собой серьезные силы — не только свои силы, но и войска Родов Александровской губернии. И где всё это, спрашиваю я вас⁈

Чародей в цветах Бутурлиных, прервавшись на пару мгновений, сделал большой глоток из своей кружки. Поморщившись, он кашлянул в кулак и торопливо закусил квашеными овощами. Единственный алкоголь, способный воздействовать на мага его силы, гнался местными низкоранговыми алхимиками из не самых качественных ингредиентов и носил говорящее название «гнилая кишка».

Однако выбирать не приходилось — в Шатрове, небольшом городке в полусотне километров за нынешней линией русско-турецкого фронта, дорогих вин или иных горячительных напитков, подобающих подобным персонам, и в лучшие дни не водилось. Что уж говорить про нынешние времена, когда он превратился в прифронтовой город, в котором расположились госпитали и склады, обслуживающие войска на нескольких десятках километров линии боестолкновения…

— До чего ж отвратное пойло, — с омерзением продолжил маг. — Вот уж воистину напиток, полностью соответствующий своему названию! Так, о чем это я… Ах да! Вы поймите, друзья мои — да он же издевается над нами! Ладно поначалу он хотя бы пытался делать вид, что намерен сдержать слово, мне это тоже не нравилось, но черт б с ним… Но он же теперь в открытую над нами издевается! Теперь я понимаю, почему Шуйские выгнали его из Рода. Я б на их месте и вовсе прибил бы мерзавца!

— Ну, справедливости ради, раньше он, по рассказам, от боя не прятался и труса не праздновал, — заметил один из его товарищей. — Приморье, Прибалтика, а ещё раньше отличился на Фронтире, в кампании против рогачей, что потом Империи присягнули. Но вот вернулся с Прибалтики, женился на бастардке Романовых и всё, как подменили человека.

— Он на ней раньше женился, — возразила одна из дам. — Как раз после свадьбы он и выдвинулся в Прибалтику.

— Всё равно, — отмахнулся мужчина. — Значит, после свадьбы обработать как следует не успела, слишком быстро он воевать отправился, а вот после, когда оттуда вернулся, уже и загнала парня под каблук. Теперь, поди, вовсю выплясывает под дудку Романовых…

— Павел и Николай вообще-то враждуют, судари, — прохладно заметила вторая женщина, с гербом Шуваловых. — И если бы не тот факт, что мы сейчас почти со всей Европой воюем, они бы, наверное, уже вцепились друг другу в глотки. Так что как минимум он не друг большей части Романовых… А если говорить серьёзно — реинкарнатор, проживший незнамо сколько веков в прошлой жизни и сумевший в этой меньше чем за десять лет с нуля создать Великий Род, достичь девятого ранга в магии и уже убивший в честном бою другого реинкарнатора… Вы серьезно верите в то, что он под чьим-то там каблуком? И с каких пор у нас вдруг стало запрещено устраивать балы?

— Сейчас идет война за само существование Империи… — начал было горячо Семен Бутурлин, но его перебил третий мужчина.

— Мы не в одном из московских салонов, Сема, не нужно этой дешевой патетики. Мы все давно знаем друг друга, многое вместе прошли, особенно в последнее время, так что давайте говорить откровенно — мы тут не за всю Империю, из какого-то чувства долга отбиваемся. Просто как только османы захватят Крым или прорвут линию фронта что с нашей стороны, что со стороны Кавказа — первыми под удар попадут наши земли. И турки сделают всё, чтобы разорить их — ведь именно мы веками боролись против них. Я разделяю твое разочарование тем, что Николаев-Шуйский и его войска всё ещё не здесь, но давайте не будем лицемерить о том, почему мы здесь.

Семен сжал челюсти так, что на скулах заиграли желваки, и хмуро поглядел на говорившего. Однако тот абсолютно спокойно встретил тяжелый взгляд, и не подумав уступить.

Первым не выдержал именно Бутурлин, фыркнув и поглядев куда-то в сторону — туда, где за соседним столом сидела компания из трех девиц с эмблемами целительниц и пятерых молодых магов с гербами Шуйских.

— А почему вы, собственно, его оправдываете? — поинтересовалась та, первая, что призывала Бутурлина не кричать. — Я вот тоже слышала от своих, что он обещал помочь нам. Даже больше — Николай приказал ему прибыть сюда и укрепить фронт, а его все нет. Согласна, дает его Род балы или нет — действительно не нашего ума дело, но вот насчет остального действительно слишком многое сходится.

— Я его не оправдываю, — возразила Шувалова. — Просто предлагаю не судить предвзято. И не делать поспешных выводов — в конце концов, мы не знаем, во что ему обошелся шведский король. Я лично слышала, что он не отправился сюда сразу как раз потому, что восстанавливался. И коли так, то я бы предпочла, чтобы он явился сюда в полной силе, а не полукалекой, что не сумеет оправдать наших надежд и подведет в самый ответственный момент.

Это был далеко не единственный подобный разговор — Аристарх очень удивился бы, узнав, что по всей линии от Кишинева до Владикавказа, везде обсуждают эту новость. Не то, чтобы балы, пусть и в нынешние, суровые времена были под каким-то запретом или хотя бы неодобрялись обществом — в конце концов, армии существовали, в числе прочего, и для того, чтобы мирная жизнь в родных краях оставалась таковой. А люди не могут постоянно ходить в трауре и печали, даже в самые тяжелые времена им нужна минута радости, возможность сбросить хотя бы на пару часов груз переживаний, тревог, сомнений и страха…

Даже простолюдины, рабочие и крестьяне, в меру сил старались отмечать праздники и устраивать хоть изредка гуляния. Что уж говорить о высокородных? О Родовой аристократии, чьи возможности в этом вопросе были тысячекратно больше? В городах Империи жизнь, несмотря на перипетии Мировой Войны всё так же продолжалась — маги ходили в театры, на сеансы иллюзионистов, в салоны, рестораны, на балы и банкеты, в игорные дома и бордели…

Порой, однако, бывает и такое, что совершенно, вроде бы, рядовая новость, вызывает неожиданно бурную реакцию общества. Ну подумаешь, решили устроить бал некие Николаевы-Шуйские где-то у черта на куличках, на Фронтире? Что здесь, казалось бы, такого?

Да, несколько необычно — приглашены все Великие Рода Империи, как дворянские, так и боярские. Да, выделяется тот факт, что приглашения доставлены рекордно быстро, учитывая разнообразность географии приглашенных — полдюжины Старших Магистров магии Пространство, самой редкой и сложной магической дисциплины, это серьёзно. Даже у сильнейших Великих Родов редко бывало больше одного-двух чародеев шестого ранга этой школы магии. Ах ну да, предложенный способ добраться вовремя — целый Маг Заклятий школы Пространства, которая была готова доставить всех гостей сперва в Николаевск, а затем обратно. Диковинно, с размахом, такого необычно…

Но в том-то и дело, в этих самых деталях, что действительно ясно и четко демонстрировали могущество Рода Николаевых-Шуйских, работая на репутацию и влияние с одной стороны… Теснимые, сидящие в глухой обороне и, несмотря на несколько громких побед последних месяцев, не способные переломить ситуацию аристократы, как бояре, так и дворяне в равной степени, держащие удар османов, устали.

Годы тяжелых войн, кровавых сражений, десятки, сотни тысяч смертей вымотали людей. Постоянная артиллерийская канонада, регулярные удары площадными чарами стратегического калибра, демоны, диверсанты, проклятия и попытки насылать магические эпидемии со стороны вражеских чернокнижников — и это не говоря о регулярных, непрекращающихся столкновений пехоты. О постоянных схватках на дистанциях от ближнего боя до броска огнешаром или молнией низшими магами — сотни метров.

Империя давно отвыкла от столь масштабных, тяжелых и длительных войн. Века прошли с последней войны, в котором государству приходилось бы действительно приходилось бороться с напряжением всех сил. Пожалуй, последняя подобная ситуация была во время крымской войны почти четыре столетия назад. После победы в ней Российская Империя начала стремительно набирать силу и больше ни разу не оказывалась в столь сложном положении.

Люди устали. Из одной войны в другую, едва успев перевести дух после Рейха (а дворянское ополчения Юга Империи не имело даже такой передышки), они страстно желали закончить эту затянувшуюся, бессмысленную мясорубку, конца и края которой было не видно. И последние пару месяцев, так уж вышло, груз этих надежд каким-то образом оказался возложен на одного человека.

Слава Героя Империи, слава боевого мага, что не проиграл ни одной кампании, ни одной битвы и ни одного поединка… Она овеяла, окутала имя Аристарха Николаева-Шуйского подобно царственной мантии. Беспощадный и не боящийся ни богов, ни демонов, победитель легендарного Императора Мертвых, убийца шведского короля, чародей, одолевший разом полную пятерку Магов Заклятий Британии, каждого из которых поддерживала пятерка Архимагов… С того дня, как пал в поединке шведский король, слухи и армейские байки об Аристархе множились и ширились, обрастали всё новыми подробностями и деталями, уходя всё дальше и дальше от реальности и рисуя его почти всесильным боевым магом, способным выкашивать толпы сильнейших врагов щелчком пальцев.

Забавная ситуация — даже и не думая, не рассчитывая на это, реинкарнатор стал сперва надеждой на скорую победу, а затем, по мере того, как проходили неделя за неделей, превратился из героя в главное разочарование сосредоточенных на Юге Имперских войск. Хотя, справедливости ради, расскажи об этом кто-нибудь самому Аристарху, тот, скорее всего, пожал бы плечами и заявил, что ему плевать, что там кто о нем думает…

В славном городе Ставрополе, находящемся ещё не в осаде, но готовом к тому, что враг вот-вот продвинется под стены города и ударит в крепкие крепостные стены, тоже обсуждали Аристарха. Только уже не средней руки бояре и дворяне, не обладающие особой властью в своих Родах. Нет, тут присутствовала политическая и военная верхушка Великих Боярских Родов, славных хранителей Юга Империи…

— Не спешит твой родич прийти к нам на помощь, Федя, — сухо заметил князь Долгорукий. — А ведь мы сильно рассчитывали на то, что на нашей стороне будет свой Великий Маг… Предлагаю обсудить создавшееся положение. Надо решать, что делать — мы больше не можем оставаться в таком подвешенном состоянии.

— У него имеются веские причины оставаться дома, Ваня, — сухо ответил Старейшина Шуйских. — И ты её знаешь. Скажи мне, ты бы спешил, если бы был на его месте? Бросив все и всех, оставив в тылу угрозу, способную уничтожить всё, чего твой Род достиг? Не бросайся голословными обвинениями, Долгорукий — не тебе его судить.

— Как видишь, я и мой Род здесь, рискуем всем, защищая даже не свою вотчину и не земли боярские, — сверкнул глазами Долгорукий. — А у меня в тылу, как ты выразился, на Родовой Земле, достаточно проблем. Вся сволочь, у которой есть к нам какие-либо счеты, осмелела, видя, что хозяев почти нет в доме. Нападают на товарные составы, грузовые суда и даже иногда на патрульные корабли. На окраинах наших земель стало не пройти без сильного отряда охраны, на заводах, рудниках, в полях устраивают диверсии, разоряют дорогостоящие теплицы с ценными магическими растениями… Вся нечисть и грязь, что прежде пуще смерти боялась попасться нам на глаза, повылезала на свет. Не проходит и дня без сообщения о похищенных, убитых, раненых или пропавших наших родичах… Но я, Федор, здесь. И почти вся мощь и сила моего славного и древнего Рода здесь — защищаем даже не свою вотчину, откликнувшись на призыв о помощи, отбросив все обиды ради защиты отечества. Так что я имею полное право судить о твоём родиче, что не держит слово!

В большой, богато обставленной гостиной особняка Великого Рода Хмельницких, сейчас сидело большинство самых значимых персон этой части страны. Случайных людей, даже из числа хозяев особняка, здесь не было. Богдан Хмельницкий, Глава своего Рода, Федор и Ярослава Шуйские, братья Долгорукие — сам Князь и его брат, два старых и опытных чародея восьмого… Хотя нет, по нынешним критериям — восьмого с половиной ранга. Главы и сильнейшие маги Морозовых, Шереметьевых, Головиных, Бутурлиных, Аксаковых, Нарышкиных, Главы Родов поменьше — хоть и не Великих, но боярские Рода первой категории нельзя было судить по общепринятым в Империи меркам. Те же Орловы, Шуваловы, Голицины и ещё с десяток могли утереть нос многим новым и слабым Великим Родам дворян…

От самих дворян, помимо Хмельницкого, присутствовали Запрудновы, Лещинские, Костровы, Минины и другие. Восемь Великих и чуть больше тридцати первого ранга, все, кто имел хоть какое-то влияние и силы.

Была здесь и третья группа — имперцы. Старейшины Рода Романовых и просто видные его представители. Трое Магов Заклятий, включая главнокомандующего всеми военными силами юга — Леонид Романов. Вторым Магом был Максим, а третьим же принятый в Род Романовых через брак Александр. С ними было двадцать шесть Архимагов — генералы, командующие дивизиями и корпусами Имперской Армии.

Три отдельно расположившиеся группы аристократов со своими лидерами, беседующие между собой и одновременно пытающихся подслушивать, что говорят соседи — магией, попытками читать по губам и так далее.

Однако все три группы, разумеется, загодя позаботились о сохранении приватности. И к делу подошли основательно — звуконепроницаемость была лишь верхушкой айсберга. Надо было позаботиться об Астрале, хитрых чар Пространства — крохотные порталы, не предназначенные для перемещения, размером с муху. Портальчики, через которые так удобно подслушивать… И ещё больше десятка разных способов, о которых следовало позаботиться.

И они позаботились на высшем уровне — за дело взялись Маги Заклятий. Так что ни одна из сторон не могла подслушать другую… Если не начать всерьез ломать эти незримые, но прочные преграды для любопытных ушей. А на это ни одна из сторон не пошла бы — в конце концов, они союзники, и подобное означало бы открытый конфликт. В общем — осторожно, аккуратно и без наглости пытаться было можно. Своеобразная игра знати…

— Так скажи нам, Федор — почему Николаев-Шуйский медлит? — поддержал брата второй Долгорукий. — Да, ты говорил, что там некая опасность, связанная с каким-то вампиром. Ну и в чем проблема? Он ведь на своей земле. У него под рукой высшая, нестандартнейшая нежить на свете уровня восьми Заклятий и, что более важно — артефактов чудовищной мощи. Её доспехи и оружие не уступают нашим Родовым Регалиям. Нашим, боярским, которые уступают лишь семейным артефактам правителей Великих Держав! Да что там не уступают — меч, по-моему, так и вовсе превосходит, просто она ещё не сумела реализовать его потенциал… Ещё у него под рукой двое Высших Магов, одна из которых, судя по всему, тоже реинкарнатор. У него свой частный флот — целая эскадра, больше почти любой из наших отдельно взятых. Он в губернии, правитель которой его тесть, далеко не последний чародей. Которому подчиняются почти полтора десятка Магов Заклятий.

— И не будем забывать про их карманного мага Пространства минимум трех Заклятий. Но главное даже не это — он достиг девятого ранга, у него было достаточно времени, чтобы войти в силу, — неожиданно поддержал Долгоруких Глава Шереметьевых. — Какая опасность, от какого вампира? Если бы он хотел, он давно бы нашел логово этих тварей! Тени Второго Императора, СБ Воронцовых и Бестужевых, тоже далеко не дети, да и его собственная охранка, о которой столько слухов, если и уступает Теням, то не сильно. Обнаружить логово, собраться в отряд из Архимагов, Высших и Магов Заклятий во главе с самим Николаевым-Шуйским — и проблема была бы решена максимум за полчаса. Ибо будь у вампиров достаточно сил, чтобы хоть как-то противиться мощи всей губернии, они бы давно взяли штурмом Николаевск, сделали свои дела и сбежали бы раньше, чем Второй Император и остальные успели что-то предпринять.

— Прекрасный план, — сверкнула вырвавшимися из глаз язычками пламени Ярослава. — Составлен и продуман идеально. Шедевр! А главное такой сложный и хитрый, что целый ренкарнатор, который в прошлой жизни явно был сверхмощным боевым магом и обладающий огромным боевым опытом, сам бы до этого не додумался. Да что там про прошлую жизнь гадать — он в этой, за несколько лет, повоевал больше и лучше, чем любой из присутствующих. Но нет, мозгов у него даже на подобный план не хватает и он действительно идиот, нуждающийся в ваших советах… Может, господа, вы отправитесь и лично расскажете Аристарху, что он идиот, подлец, не держащий слово, ну и всё остальное, на что вы тут намекаете. Повторите всё это ему в лицо, но прежде просветите его касательно того, как он должен решить эту проблему. И главное — сперва рассказ о плане поимки вампиров, а уже затем перечисление оскорблений. Сделаете наоборот — и я не ручаюсь, что у вас через полминуты-минуту останется возможность хоть какой-то коммуникации с кем-либо. Либо навсегда, если он разозлится по-настоящему, либо на некоторое время.

— Мы здесь не ради ссоры, судари и сударыни, — примирительно и мягко вмешалась Наталья Аксакова. — Нам незачем ссориться. Мы здесь не ради обсуждения морального облика Аристарха… Николаевича, если я правильно помню. Леня Романов хочет предложить некий план, и наше дело сегодня в том, чтобы разобраться в его задумке. Отказаться от участия, если это не откровенное безумие и самоубийство, мы не можем.

Ярослава и Шереметьев промолчали, но взгляды, которыми они обменялись, были красноречивее слов. Трения в лагере бояр шли нешуточные, и пусть перед любыми внешними угрозами они всегда были едины, но разногласий меж их Великих Родов от этого меньше не становилось.

— Итак, — подал голос князь Морозов. — Кажется, Романов готов поведать, зачем собрал нас всех. Пора снимать барьеры.

Леонид Романов вышел в центр зала и встал так, чтобы стоять лицом ко всем трем группам, молча оглядывая присутствующих. В помещении резко воцарилась тишина — к этому представителю Императорского Рода здесь относились с уважением все. За то время, что он возглавлял здесь имперские силы, он успел не раз проявить себя и заработать репутацию человека решительного, волевого и смелого. И весьма разумного, к тому же.

— Добрый вечер, судари и сударыни, — кивнул Леонид, оглядывая стоящую перед ним публику. — Не буду утомлять себя и вас кружевом пустых и цветастых слов, мы не на светском приеме, поэтому буду говорить прямо и без прикрас.

Чародей на некоторое время замолчал, словно обдумывая свои следующие слова. Впрочем, молчание продлились недолго.

— Османы готовятся к генеральному сражению. Екатиринодар и Кубань уже пали, их ударная группа армий в тридцати километрах от города. И к ним всё прибывают и прибывают подкрепления — с ними сейчас много высокоранговых магов и ещё больше всякой нечисти и мерзости, непонятно откуда пришедших, но очень могущественной… Прежде, чем я перейду к самой главной теме этого разговора, мне нужно кое-что у вас спросить, судари и сударыни.

Романов повел рукой перед собой, и между ним и зрителями возникла огромная полупрозрачная карта города и его окрестностей. Войска Империи были изображены в виде солдатов и офицеров в форме Имперской Армии. Войска дворян, куда меньше в численности, но превосходящие рядовую пехоту Империи качеством, каждая группа под своим гербом, висящим под флагом Империи. И войска бояр — многочисленные, хорошо экипированные, закаленные ветераны уже двух больших кампаний, тоже каждый под своим знаменем — только если у дворян имперский флаг висел над их гербами, то у бояр было ровно наоборот. Казалось бы, незначительная мелочь… Но любой аристократ Империи отдал бы почти что угодно, чтобы его Род тоже получил возможность вот так вывешивать родовой символ. Ибо на языке гербов, знамен и всего, что с этим связано, родовой герб выше флага государства значит, что данный Род вне власти Императора. Обладатели полноценной автономии внутри государства…

Также на карте были отображены детали — наиболее мощные пушки-артефакты, отряды пилотируемых големов разного класса, боевые суда, отряды големов обычных, созданных военными техномагами Империи и многое другое…

А там, на другой стороне, копошились османские войска. Черные фигурки, изображающие всё, что было известно о подходящем под стены города войске.

Отмечены были также все Маги Заклятий, Архимаги и Высшие Маги — нынче эти три ступени магии считались истинной элитой, сместив Старших Магистров в разряд средних чародеев.

— Как вы можете заметить, у врага серьезный перевес в живой силе и элитных магах, — продолжил Романов. — Плюс орды разного рода нечисти, включая тварей уровня Архимагов и Высших, и даже уровня Магов. Сто сорок шесть Архимагов, тридцать четыре Высших, шестнадцать Магов — это наши бояре. Шестьдесят пять Архимагов, семь Высших и восемь Магов — силы дворянства. И восемьдесят Архимагов, одинадцать Высших и трое Магов — наша армия. Двести девяносто один Архимаг, пятьдесят два Высших и двадцать семь Магов. У врага же пятьсот с лишним Архимагов и аналогичных по силе тварей, больше сотни Высших и их аналогов и пятьдесят девять Магов.

Тишина в зале ни на миг не прекратилась. Однако это не значило, что все молчат — присутствующие обсуждали услышанные новости посредство телепатии. Новости были не то, чтобы шокирующие, было очевидно, что враг сильно превосходит их, но чтобы уже сейчас и настолько? Ведь к ним всё ещё подтягиваются…

— Подкрепления идут непрерывно. Причем не только пушечное мясо вроде пехоты или иные войска — с ними и чародеи седьмого и выше рангов. Они ослабляют остальные направления — с Севастополя, Симферополя, Херсона и Новочеркасска, отходят от небольших крепостей, до того осаждаемых — не все и даже не большая часть, примерно от одной пятой до трети личного состава. И гонят сюда…

— Прошу прощения за дерзость, ваше благородие, — обратился к нему один из боярских Магов Заклятий. Без венца князя — не глава Рода. — Но у меня вопрос.

— Я вас слушаю, Терентий Симеонович, — сконцентрировался на нем Романов.

Главнокомандующий поименно и в лицо знал почти всех хоть что-то из себя представляющих людей в своем войске. Что уж говорить о целом Маге Заклятий…

— Насколько точны ваши цифры? И почему речь речь идет только о магах — что с численностью войск?

— Численность войск сопоставим позже, но если брать усредненные цифры по всем показателям — у них восемь-девять бойцов на одного нашего, — ответил Романов. — Четыре турка и пятеро тварей, что они напризывали… Но у нас есть вы, господа бояре ваши гвардии, не говоря уж о княжеских дружинах, просто за счет качества и мастерства способны одержать победу в подобном бою!

И сейчас Романов говорил всерьез. Гвардии и дружины бояр, конечно, изрядно поредели в ходе войны с германцами, но зато трофеев было взято не счесть. И большая часть артефактов, оружия и брони была бойцами не продана, а пошла на собственное усиление. Да и сами войска, добрав новобранцев, изменились. Слишком много у них было за спиной и слишком они были сильны.

— Но вернемся к тому, о чем я говорил в самом начале — моим вопросам, — продолжил он. — Уважаемые князья, ответьте — в состоянии ли вы сейчас, в случае нужды, сдержать в бою шехзаде Селима?

— В прошлый раз хватило двух князей, чтобы заставить его бежать, — высокомерно ответил Долгорукий. — Сейчас, когда здесь, в одном месте собрались все старые Великие Рода боярские, когда семь из восьми князей со своими регалиями… Будь он хоть трижды Великий Маг — мы его сокрушим!

— Тогда второй вопрос — языческие жрецы. Нам нужна их помощь в этом бою, очень нужна, и мы готовы уплатить любую цену, что запросят их боги!

При этих словах начался недовольный ропот среди группы дворян. Несколько десятков человек среди присутствующих были иерархами Церкви, и слова члена Императорского Рода им не понравились. Очень не понравились — ведь их усилиями, с помощью своих связей среди местной знати и административного ресурса, весьма немалого, они выдавили появившихся было языческих жрецов.

Не позволили возводи даже временные капища, прогоняли и кидались на них, когда те пытались проповедовать свои учения среди местных… Церковь не терпела конкурентов, и даже тот факт, что языческие жрецы могли помочь и даже помогали в войне церковников не остановил.

Однако и у жрецов нашлись покровители. В какой-то момент вмешались бояре. Показательно, жестко, так, чтобы всем было ясно — во время очередной стычки, когда церковники и гвардейцы дворян навешивали тумаков каким-то слабеньким жрецам, не рискующим применить магию даже для самозащиты — ибо церковники, воспользовавшись этим, запросто и убить могли, заявив потом, что защищались от магии…

А вот бояре и их гвардейцы применить что силу, что магию не постеснялись. И церковникам с дворянскими бойцами пришлось туго… Дело дошло до того, что сам главнокомандующий вынужден был вмешаться. И вмешательство его хоть и прекратило стычки, но Романов, естественно, занял позицию церкви — и жрецам пришлось уйти едва ли не с позором…

— Ты, верно, шутишь, сударь мой Леонид Владимирович, — не скрывая изумления поинтересовался князь Нарышкин. — Ведь ты сам велел им убираться, не став даже слушать объяснений.

— Мы сейчас не выяснением кто прав, кто виноват занимаемся, — сверкнул глазами чародей. — Вопрос стоит о выживании. И нашем, и вашем — тут не до гордости и припоминания обид, мнимых ли или реальных. Нам нужны все силы, которые мы можем собрать, все без остатка. Им нужно, чтобы я попросил прощения и признал ошибку? Пусть приходят, я это сделаю.

Нарышкин, старый и опытный политик и аристократ, лицо удержал, ничем не выдав своего удивления. Впрочем, также можно было сказать про каждого из присутствующих, неопытных и молодых здесь не было. Однако удивлены, на самом деле удивлены, были все — член Императорского Рода, и не абы какой, а один из его Старейшин уровня Мага Заклятий, собирался просить прощения, причем публично.

И у кого⁈ Не у одного из высших аристократов государства, которые тоже ниже по статусу — Старейшины Рода Романовых уровня Леонида по факту считались равными Главам Великих Родов, причем не дворянских, а боярских. Он был князем Романовым, и он сказал, что готов унизиться и просить прощения у каких-то там языческих жрецов, которых ещё вчера пинками и ударами окованных металлом ножен мечей гоняли из сёл и деревень, словно бродячих собак…

— Третий мой вопрос тоже касается ваших сил, — продолжил Леонид. — Если сложится так, что не будет возможности вам всем разом выйти против шехзаде Селима, сколько минимум из вас нужно, дабы надежно занять его на весь бой?

— В прошлый раз, когда ему пришлось бежать, хватило троих. И тогда бой закончился, толком не начавшись — он очень быстро понял, к чему всё идет, — ответил Долгорукий. — Но тогда он только прорвался и силой своей ещё владел слишком плохо. Сейчас же… Ну, приблизительно пятеро — для полной уверенности. В таком составе у нас почти полная уверенность не просто сдержать, а ещё и убить шехзаде. Трое других и Шуйский смогут помочь вам в битве. Хорошо, ох как хорошо помогут! Да и не только они — у нас Магов хватает.

— А если вы будете втроем? У нас нет возможности остаться без поддержки целых пятерых из вас в предстоящих боях. Сможете ли вы выстоять против шехзаде, не побеждая, а просто связывая его боем? — Спросил Романов. — Перевес врага в элитных боевых магах слишком велик, и каждый из вас, князей, в этом бою на вес золота. Только за счет вас и ваших регалий у нас есть шанс на победу.

— Втроем мы его, конечно, не прикончим, но свести бой вничью, не давая ему возможности помогать своим, мы вполне сумеем, — пожал плечами князь Морозов. — Но это если наша, довольно приблизительная, оценка его возможностей и того, насколько они могли возрасти, не слишком ошибается. А она, если честно, может сильно расходиться с реальностью. Мы не знаем, на что способны маги девятого ранга. Учтите этот риск.

Леонид лишь кивнул. Дальше, в течении нескольких часов, обсуждалось, кто на какой позиции будет находиться, распределялись задачи и зоны ответственности, расстановку артиллерии — тут имелись не только стандартные «Единороги», но и сверхмощные «Зарницы» с «Богоборцами». Самые дорогие артиллерийские системы в мире, аналоги которого имелись у каждой Великой Державы, но лавры безусловного чемпиона в этой области принадлежали Российской Империи.

Предстоящее сражение предполагалось вести от обороны и с опорой на Ставраполь. План был вполне логичный и ожидаемый в своей основе — предполагалось вести оборонительную операцию. Но вот детали замысла Романова, решения на тактическом уровне, удивляли своей проработанностью и продуманностью. Было видно, что над работали действительно компетентные командиры, прекрасно понимающие все особенности местности, хорошо осведомленные даже о мелких подробностях вроде небольших хуторов на местности, которым тоже предполагалось найти применение

Всё пространство предстоящего гигантского сражения предстояло превратить в одну сплошную линию обороны с опорой на городки, деревни, дворянские поместья, каждое из которых было полноценным замком, а то и крепостью — спасибо векам налетов османских людоловов, терзавших эти края, из-за которых знать не расслаблялась — но при этом не слишком упорствовать, удерживая позиции.

Максимальный ущерб при минимальных потерях, постепенный отход вглубь лесов, окружающих Ставрополь и простирающихся на сотни километров во все стороны.

Войскам предстояло поджаться, отступить с боями со многих направлений, сосредоточившись на линии городков, укрепленных Родовых замков и крепостей знати, что стали бы опорными узлами обороны. Линия получилась неровной и относительно короткой — всего чуть более ста тридцати километров. И именно она должна была стать последней линией, лучше всего укрепленной и подготовленной к финальному столкновению, в ходе которого и решится судьба всей операции.

Казалось бы, сто тридцать километров — огромное пространство, но это, как и всё в мироздании, весьма относительно. В масштабах сходящихся для боя сил оно казалось даже несколько тесноватым…

— Два с половиной миллиона с нашей стороны против четырех османских, — покачала головой Ярослава, вместе с Федором покидая дворец Хмельницких. — И это только людей — монстров, демонов, нежити, химер и наемников-нелюдей у них раза в три больше. Итого почти шестнадцать миллионов против наших двух с половиной… Шансы совсем не в нашу пользу.

— Будь это полевое сражение, то я бы с тобой согласился, — ответил Федор. — Но мы стоим в обороне, у нас ещё есть некоторое на подготовку позиций. Если люди Романова действительно начали готовиться к этому сражению ещё полтора месяца назад, как он говорит, то я склонен верить, что они успели завершить подготовку. Что скажешь, Афоня?

Афанасий Шуйский был всего лишь Старшим Магистром, причем в весьма почтенном возрасте — чародею было восемьдесят пять лет. Однако выглядел он не старше сорока, причем дело было не только во внешних признаках — аура волшебника полыхала силой и жизненной энергией. Чувствовалось, что свой шестой ранг чародей взял совсем недавно.

Что неудивительно — лучший военачальник Великого Рода Шуйских ещё недавно был средней руки волшебником, достигшим ранга Младшего Магистра лишь к шестидесяти годам и не имевшего никаких перспектив дальнейшего роста. Всю сознательную жизнь он прослужил в гвардии Шуйских, в тридцать четыре достигнув Мастера, к сорока стал командиром роты. Так он и прослужил до семидесяти лет, после чего отправился на заслуженный покой.

А спустя одиннадцать лет, когда Род Шуйских в числе прочих выступил против Германского Рейха, он стряхнул пыль с мундира и решительно отправился в числе добровольцев на войну. Никакие увещевания и просьбы родных и близких старого чародея остановить не сумели — он всю жизнь служил Роду мечом и магией, и сейчас, в час острейшей нужды, даже не допускал мысли остаться в тылу. И возраст ему помехой не был — Младший Магистр никогда не злоупотреблял ни алкоголем, ни прочими распространенными среди знати способами скоротать вечерок и ночь, и даже несмотря на уход на пенсию не забрасывал регулярные тренировки — как магические, так и физические.

Плюс Родовые зелья высочайшего качества, укрепляющие организм, Родовые же целители, регулярно осматривающие и лечащие членов Рода… Шуйские были Великим Родом, и носящие эту фамилию маги не знали отказа ни в чем. Даже его рядовые члены — никто из них не знал нужды ни в чем. Род давал тебе всё, причем действительное лучшее.

Потому старик даже в свои восемьдесят был вполне дееспособен. Пусть он и был далеко не в пиковой форме, но ранг Младшего Магистра он носил не зря, а за годы, прошедшие с ухода со службы, он, дабы развеять скуку, прилежно изучал прежде не особо интересные разделы магии. Библиотека и наставники Рода были к его услугам — и он этим активно пользовался. А потому теперь вполне себе мог сдать экзамен на целителя уровня Мастера. И это было далеко не единственное направление, в котором он сильно продвинулся — давно овдовевший мужчина грыз гранит науки с завидным упорством.

В общем, укреплять своё тело магией он мог легко и непринужденно, так что возраст пока был не помехой. И его взяли в войско в числе прочих стариков — очень многие возрастные чародеи тогда вызвались в войско, дабы уберечь рвущийся в бой молодняк от войны. Тогда первую волну добровольцев в шутку назвали «ополчение дедов»…

Уже на войне, на второй месяц, вышло так, что командира одной из рот гвардейцев Рода тяжело ранили и он выбыл минимум на полгода. Срочно была нужна замена, и Афанасий, приданный батальону в качестве одного из магов усиления, оказался идеальной кандидатурой.

А уже затем, за те два с лишним года, что они воевали с немцами, Афанасий показал себя во всей красе. У бояр было много могучих боевых магов, хватало отлично вышколенных бойцов, боевой техники и прекрасная артиллерия. Не было только одного — офицеров с опытом ведения больших войн. Ибо очень скоро выяснилось, что стычки и даже небольшие, частные войнушки аристократии это одно, а большая континентальная бойня, развязанная Рейхом — совсем другое. И методы ведения войны, привычные командирам бояр, тут работали очень плохо. Спасало одно — у врага были точно такие же проблемы с командованием.

И пока обе стороны учились воевать по-новому, звезда Афанасия взошла и воссияла ярче прочих на небосклоне военной удачи. Старик из батальонного усиления сделал карьеру, став командующим одной из восьми дивизий сильно разросшейся гвардии Шуйских. А также постоянным членом Военного Совета Шуйских, где обладал весьма заметным авторитетом. Это случилось к исходу первого года войны, а уже через год с небольшим, когда она подошла к концу, его авторитет в вопросах ведения боевых действия был почти непререкаем не только среди Шуйских, но и в общем совете бояр.

Там, правда, он лично не выступал — но присутствовал, как советник Федора и Леонида, которые и транслировали на собрании его идеи, мнения и предложения. У князя и главного Старейшины Великого Рода может и не было его тактического гения, но зато был авторитет и могущество, позволяющие продвигать его решения. И к моменту начала войны здесь, на Юге, он уже считался одним из лучших командиров в боярских войсках. У Шуйских же появилась специальная должность, созданная под него — начальник отдела Тактико-Стратегического Планирования, сокращенно ТСП. Там он, собрав группу офицеров, отобранных им лично, занимался планированием и аналитикой, фактически став командующим всеми войсками Шуйских.

В благодарность за заслуги и боясь потерять столь ценного чародея от банальной старости, Федор Шуйский лично отправился на поиски подходящего сердца и добыл его. Старый, уже начавший переход на восьмой ранг зверь со стихией Огня, которую более прочих и практиковал Афанасий (как и все в их Роду) получил сердце, что подошло ему почти идеально. Младшему Магистру нельзя было пересадить сердце уровня Мага Заклятий — слишком он уже был стар, слишком изношен организм, чтобы принять такое сердце. Не говоря уж о низком ранге… Но сердце Огненного Сокола, уже частично начавшего переход, подошло идеально. И теперь у Афанасия было всё, что нужно — долголетие, не менее четырех веков жизни, и потенциал достичь ранга Архимага.

— Думаю, вполне успели, — ответил главный тактик и стратег Рода. — Не стал бы он такое затевать, не подготовившись как следует. Говорил он складно, да и я в летописях Родовых читал о чем-то подобном… Но тут всё сильно упирается в толковых проводников, почтенные. Коли дадут хороших, в идеале — магов, хотя бы низших рангов, да побольше, то мы действительно имеем все шансы хорошенько потрепать врагов. Четверть османского войска может остаться в здешних лесах до того, как они сумеют выйти к Ставрополю и окрестностям, где будут сильнейшие линии обороны. В общем, все шансы на успех имеются, и остается лишь одна проблема…

— Маги Заклятий врага и их шехзаде? — усмехнулась Ярослава. — Боишься, что они просто пойдут впереди войска и будут выжигать дотла всё на своём пути?

— Именно, госпожа. Уж больно большое у врагов превосходство в высших магах. Вся затея держится только на этом, — вздохнул Афанасий. — Но если «Богоборцы» с «Зарницами» имеются в таком количестве, то дел мы сумеем натворить страшных дел. Двадцать семь батарей «Богоборцев» и двенадцать «Зарниц», да вместе с нашими «Вулканами», «Триаранами» «Ромашками» и аналогами других Родов — это мощь. Но только не в том случае, если их после первого же залпа в порошок сотрут высшие маги врага. И его вариант решения проблемы… Мне он кажется сомнительным.

— Да, тут я соглашусь, — кивнула на ходу Ярослава. — Такое количество огневых точек… Если османы не идиоты, они после первого же…

Перед четверкой чародеев само пространство треснуло и разошлось в стороны, словно портьера в театре. Внимательный глаз даже заметил бы у краев своеобразного портала складки, похожие на те, что бывают на тех портьерах — только тут они были из самого властно отодвинутого волей чародея Пространства.

Из появившейся в ткани мира дыры вырвались длинные языки рыжего пламени, во все стороны дохнуло мощной волной жара — но стоило Федору Шуйскому чуть дернуть бровью, как пламя, подобно побитой дворовой шайке, втянулось обратно.

Все четверо бестрепетно шагнули в пылающий адским пламенем провал в реальности. Федор Шуйский не был хорошим магом Пространства… Зато был отличным пиромантом, настолько тонко чувствующим и знающим свою стихию, что мог передвигаться через один из его Планов, как через пространственный коридор.

* * *

Простите за задержку, судари и сударыни. Теперь я снова тут, помчали дальше!)

Глава 14

Я потянулся и сладко, громко зевнул, глядя вниз с зубчатого парапета вершины своего донжона. Там, во внутреннем дворе замка, сейчас сошлись в тренировочном поединке двое — Ильхар, сорс с весьма необычными доспехами, и Федор, богатырь из Имперской Армии, выходец из мелкого дворянского Рода… Теперь это в прошлом — ныне он носил фамилию Шуйский, причем не потому, что его приняли к нам по моей или чьей-либо ещё протекции. Тут он справился сам — нашел себе подругу среди моих новых родичей, что прошли обряд и теперь делили со мной одну фамилию. Не знаю, как именно развивались их отношения, но они сыграли свадьбу еще месяц назад. И теперь у нас был свой Федор… Только не просто Шуйский, а Николаев-Шуйский.

Праздновали в центральных, населенных лишь знатью кварталах, в самом большом здешнем особняке — Дворце Улыбок. Название давал не я, так что не взыщите… Это место было построено специально для празднований из числа тех, которые уместнее проводить вне моего замка. В основном оно использовалось в кругу моих младших Старейшин — обладателей шестого ранга и свежеиспеченных Архимагов, включая командира дружины — Гришу. Хотя, как мне говорили, тут бывали временами почти все остальные тоже, иногда и все вместе.

Здесь отмечали дни рождений, устраивали праздничные застолья и, само собой, свадебные гуляния. Здесь лучшие люди из числа Николаевых-Шуйских отдыхали душой, укрепляли дружественные связи, здесь рождались и скреплялись союзы и формировались фракции внутри моего Рода — всё, как и у всех.

За этим местом чувствовалось незримое влияние Алены. Моя любовница ткала тонкие нити связей в нашем Роду, укрепляла внутреннее единство и создавала монолит, на который в будущем будут опираться наши с ней дети. Получить приглашение на какое-либо празднование или событие в Дворец Улыбок считалось большой честью и сразу поднимало статус приглашенного, выделяя его из числа прочих — ведь это было место, где собирался весь цвет Рода. Замок был нужен для официальных мероприятий, в нем принимали гостей из числа соседей, союзников и противников, здесь проводили торжественные награждения отличившихся и так далее — но Замок был моей вотчиной. Центром силы могущественного и грозного реинкарнатора, лицом его Рода, местом, где посторонние могли прочувствовать всю силу и величественность нашего пусть крайне молодого, но от того не менее влиятельного Рода… И им управляла моя супруга — как и положено жене Главы Рода, второму, в крайнем случае третьему человеку в его иерархии.

А Дворец Улыбок был обратной стороной Замка. Неформальным, закрытым клубом, возможность посещать который еще следовало заслужить, либо магической силой, либо заслугами — ведь те из членов моего Рода, что не отличались особым могуществом, но принятые в него за заслуги или выслугу лет, тоже были сюда допущены. Те самые несколько сот человек, с которых начиналась моя гвардия и мои Родовые Земли — все они, как один, были приняты в Род Хельгой и Аленой. Что тут скажешь — мне повезло с женщинами. Именно на их плечах то аморфное образование, что возникло в результате моего стремительного возвышения, превратилось в крепкое образование с уже начавшимися складываться традициями, порядками и правилами.

Большой особняк, состоящий из центрального дома и двух крыльев, с изрядно расширенным внутренним пространством. Там и гуляла эта парочка… Род самого мага, как я понял, был только рад такому повороту. Впрочем, их можно было понять — иметь в Роду своего Старшего Магистра, который стремительно шел к рангу Архимага, это конечно очень престижно и даже полезно… Но вот иметь такого родственника в Великом Роду было куда выгоднее. Ибо через него они получали доступ к нам и нашим возможностям. Тоненький, едва заметный для нас канал, через который на сторону уходила капля наших ресурсов — но взамен мы получали ещё одного верного младшего партнера в иной части страны. Именно так, пронизывая общество и знатные Рода незримыми связями, строилось влияние и могущество Великих Родов, что напрямую зависело от того, насколько велики его магические и финансовые закрома, а также его фундамент — собственная сила. Мощь гвардии, дружины, Старейшин и Главы Рода… Чем всего этого больше, тем больше таких вот маленьких, присосавшихся к нему неофициальных вассалов и тем больше влияние и возможности. Таковы правила игр власти, не я их писал и не мне их переписывать…

— Когда ты собиралась мне рассказать? — спокойно поинтересовался я в пустоту.

Из пламени факела, на миг взметнувшегося в человеческий рост и рванувшего ко мне, выступила хрупкая женская фигурка. Когда огонь опал и вновь вернулся к нормальному состоянию рядом со мной уже стояла моя жена, глядящая на меня с виноватой улыбкой.

Хельга была прекрасна. Синее вечернее платье, открытые плечи, на шее — подаренный мной в своё время амулет с заточенной в ней душой балрога, от которого в магическом зрении били настоящие волны маны, подвешенный на тонкую, искусную цепочку из Черной Бронзы — неизвестный мне умелец превратил утилитарный артефакт в прекрасное украшение, что зло посверкивало на меня Пламенем Инферно, лежа меж грудей моей супруги.

Ну-ну. Злись-злись, балрог — сделать ты ничего не можешь. Я победил тебя в честной дуэли, которую предложил ты сам, жадное и тупое порождение Инферно. Могущественный аристократ самого жуткого и огромного Плана Бытия мог винить в своей незавидной судьбе лишь самого себя. Будь он менее жаден, не считай себя умнее остальных и не предлагай схватку с Истинным Именем на кону тому, кого одолеть не в силах — уже, наверное, переродился бы в родном Плане Бытия.

— Ты был так погружен в дела, постоянно готовясь к битвам, что я не знала, как к тебе с этим подойти, дорогой, — мягко ответила она. — Аристарх, я люблю тебя за то, какой ты есть, и потому не жалуюсь на то, что у тебя почти нет времени на меня, но пойми меня правильно дорогой — когда бы я подошла к тебе с этим?

— Ты, Алёна, тоже можешь уже показаться, — проворчал я. — Я же знаю, вы два сапога пара.

— Почему я никак не могу обойти твоё восприятие, даже когда ты не пользуешься сенсорными чарами? — недовольно заявила девушка, возникая из теней. — Это же не мои чары — это магия сокрытия, что разрабатывал сам Император Мертвых! Чары, которые, по твоим словам, на одном уровне с твоими собственными!

— Ты в моём Замке, женщина, — усмехнулся я. — Здесь всё опутано моими чарами, сами стены в этом месте помогают мне. В моем распоряжении не просто Великий Источник, но и его Дух-Хранитель, что на порядок облегчает мне использование этой силы. Мне не нужны никакие чары, чтобы точно знать, кто, где и чем занимается в этих стенах. Я так понимаю, ты тоже была в курсе маленького секрета моей жены?

— Прости, мой господин, — без капли раскаяния в ауре ответила моя любовница. — Но она действительно права — когда было тебе это говорить, повелитель?

После того, как мы начали делить ложе, она куда реже обращалась ко так, как раньше. Но в минуты, когда в её душе начинали подниматься эмоции, это обращение вновь возвращалось на её уста. Я ощущал, буквально физически, через нашу с ней связь, что её душат чувства, и не её одну — с Хельгой связь у меня была ничуть не слабее, с того дня, когда во время близости наши Воплощения Магии (а у неё было именно Воплощение, я окончательно в этом разобрался) начали соприкасаться и обмениваться силой, я ощущал её не хуже, чем Алену. Просто моя жена была куда меньше им подвержена и мы давно не оказывались с ней в таких опасных ситуациях, как с Аленой.

Но сейчас обе мои любимые женщины, с которыми меня, надо признать, весьма оригинальными в обоих случаях, методами свела, пожалуй, сама Судьба с большой буквы, стояли рядом, по обе стороны от меня и вместе со мной смотрели на ночный город, раскинувшийся внизу. На уютные дома центрального квартала, где жили Старейшины со своими семьями и слугами, на раскинувшиеся за его пределами кварталами чуть попроще — тоже Верхний город, где жили остальные члены Рода, из числа тех, кто не являлся Старейшинами и стали членами Рода благодаря ритуалам и клятвам, в награду за верную службу. Те самые, уже упомянуты, самые первые последователи — что присоединились к тогда ещё безвестному упорному мальчишке, что один, казалось, боролся против всего мира. Не побоялись и остались со мной до конца… Многие из них не дожили до этого момента, погибнув — но их семьи получили своё, тоже став Николаевыми-Шуйскими. Я умею быть благодарным и не забываю своих верных.

А дальше шли и шли дома, трактиры, лавки и прочее, из чего состоит любой город. Вдалеке — склады, ближе к окраинам заводы. Два ряда высоких стен с башнями, мои гвардейцы, что надежно стерегут покой города в качестве гарнизона. Целый полк — каждый месяц сменяющий друг друга, чтобы не застаивались. Две с половиной тысячи бойцов и магов, с артефактами, великолепной выучкой, боевым опытом как против людей, так и против чудовищ — Первая Дивизия, четыре полка самых опытных ветеранов. И ещё две дивизии по четыре полка, да два полка, пока не сбитые в дивизии. В общей сложности — тридцать пять тысяч гвардейцев, с тысячей чародеев от Ученика до Старших Магистров. Не только непосредственно командующих офицеров, но и приданные к каждой роте и выше отряды магов усиления — по одному Мастеру и десятка Адептов к роте, Младшему Магистру с дополнительной тройкой Мастеров к батальону и Старшему Магистру с тройкой Младших к полку. Плюс в каждой дивизии в случае выступления на войну приписано по два Архимага — Петя и Алтынай к Первому, Светлый и Темная ко Второй и Дима с Денисом к Третьей. Последняя выходила откровенно слабейшей — эта пара была самыми новыми из Архимагов Рода, но всё равно считать их слабаками причин не имелось. Несколько моих Молний, как и у всех в моём Роду — это было диковинной, невиданной пока в этом мире практикой, дающей нашим людям дополнительное чувство общности и сопричастности к чему-то общему — частичка моего Воплощения Магии была у всех, кто носил мою фамилию. Плюс обучение боевой магии из моих закромов, пусть у меня напрямую уроки они брали нечасто, но тот же Петя не жалел усилий и помогал им обучаться.

Не без гордости могу заявить — даже эта парочка была сильнее большинства обычных Архимагов. Ещё не уровень магов седьмого ранга из Великих боярских Родов и сильнейших Великих дворянских, но уже точно сильнее большинства чародеев седьмого ранга… А ещё у нас появился новый Архимаг, что пока пусть и не отринул свою фамилию, но присоединился к числу моих подчиненных и явно подумывал либо вступить в мой Род сам, либо взять в жены кого-то из него и стать нашим родичем. И служил он ныне тоже под моей рукой — тот самый Олег, опытный охотник на нечисть. Он получил сердце и стал Архимагом, как и его товарищи. Только вот те, хоть и находились сейчас в городе, обвыкаясь и обуздывая новую силу и возможности самостоятельно, не горели желанием вовлекаться в мои дела. У них были свои планы и цели, и я на них не давил. Ну как я — не по чину мне было решать столь мелкие вопросы, этим занимался Петр. Глава моей охранки, получивший шикарного заместителя, и ответственный за все теневые дела Рода, он пытался привязать к нам всю четверку, но удалось лишь с Олегом.

У того были какие-то дела и проблемы, что необходимо было решить, для чего он и жаждал ранг Архимага, дабы помочь Роду, на который давили более могущественные соседи при поддержке местного Великого Рода.

Что ж. Мои люди отправились решать эти вопросы — Петр лично, при помощи Кристины и её порталом, что обеспечили мобильность, взяв с собой ударную группу из трех десятков наших Старейшин в ранге Старших Магистров, из числа дружины, отправился и устроил «переговоры». Одна короткая дуэль с Архимагом, главой враждебного Рода, в которой мой друг буквально раздавил оппонента, не дав тому даже показать себя, и Быковы пересмотрели свои планы на соседей. Петр его не убил и даже не ранил, просто показал свою силу. А три десятка Старших Магистров при полной экипировке, закованные в дорогую магическую броню, с артефактами шестого-седьмого ранга, коих у каждого было не меньше шести, с мощной аурой и обученные чарам Великого Мага… Эти три десятка стоили больше, чем полтора десятка рядовых Архимагов. Одной этой группы хватило бы, чтобы сокрушить весь Род Быковых… А их покровители, Род Бобровых, предпочли сделать вид, что не имели к происходящему никакого отношения. И вот у нас ещё один Архимаг, пока приписанный к двум новым полкам. Не дивизия, а скорее бригада…

Помимо всех этих магов, к каждой дивизии был приписан некродракон. Три немертвые твари, каждая из которых была сильнее любого Архимага — тупо из-за невероятно живучести, физических данных и огромного объема резерва, сравнимого с треми стандартными для Архимага…

— Нши дивизии, образующие целый корпус по армейским меркам, упакованы всем, чем можно. Огромные деньги и титанические усилия ушли на то, чтобы сформировать войско, которое превосходит даже боярские гвардии — лично я считаю, что наши лучше. Деньги и ресурсы, которые мы вложили в армию… Насколько сильно мы вложились в гвардию? — поинтересовался я вслух. — И стоило ли оно того?

— Одними рублями это не сосчитать, — ответила Хельга. — Семь с половиной миллиардов рублей — это если только золото. Но ресурсы, усилия и прочее сложно подсчитать… Скажем так — наша казна могла быть больше, чем у большинства Великих Родов. Сейчас же… У нас четыреста пятьдесят миллионов рублей, полупустые склады, что медленно наполняются всем необходимым, отличные заводы, шахты, теплицы для магических растений и налаженная экономика. Благодаря постоянному порталу в Александровск и Москву мы мало того, что можем закупать у бояр всё, что нам не продавали лоялисты по приказу Императора, устроив экономическую блокаду.

— Но он всего несколько дней работает, — заметил я. — Что там можно было успеть купить-продать?

— Главное — сам факт, — улыбнулась она. — Мы были первыми, естественно, но у нас на очереди почти вся знать губернии, что горит желанием продать боярам свои ресурсы и купить у них боеприпасы, артефакты, провиант и многое другое… Бояре прислали через портал сотни своих торговых представителей и ведут переговоры — сделки заключают здесь, на нашей стороне. Мы и остальные местные тоже отправили своих представителей в Москву с теми же целями. Пока товарооборот был не очень активен — мы все три дня использовали порталы исключительно для переброски товаров, необходимых нам.

— И, представь себе, даже нашлась пара наглецов, что пыталась нам указывать, что да как мы должны делать! — возмущенно добавила Алена. — Романовы, вернее Тени Паши! Им, видите ли, необходимо иметь своих людей на нашей портальной точке и они будут решать, кому, что и в каких количествах можно переправлять… Да ещё и хотел, наглая тварь, решать, в какой очередности и как будет проходить торговля!

— Я что-то сомневаюсь, что Павел Александрович стал бы действовать таким образом, — с сомнением протянул я. — Глупо, слишком нагло и с очевидным итогом, полностью противоположным заявленным намерениям. То, что мы пошлем любого, кто будет претендовать на контроль над нашим порталом, понятно даже монстрам в наших лесах.

— Ну, Лёля немного преувеличивает, — ответила Хельга. — Никто в открытую подобных требований не выдвигал. Да и действовали Тени скорее в надежде на то, что удастся нахрапом нас убедить и получить доступ к порталам, чтобы первыми что-то урвать. Но тут, надо сказать, Петр и его Незримые отработали великолепно — Теням пришлось уйти несолоно хлебавши. Но если коротко — за эти три дня мы использовали порталы только в личных целях, и за это время мы сумели доукомплектовать всех гвардейцев. Доспехов и оружия приличного уровня сильно не хватало, но в Москве с этим делом все оказалось очень даже в порядке — часть выменяли бартером, часть купили, но теперь у нас вся гвардия полностью экипирована в доспехе высокого качества, вооружена и имеет запасы всего необходимого… А за пользование порталом мы, разумеется, будем взымать пошлину. Это бесконечный источник заработка, Аристарх — твой портал перевернул правила игры во внутренней экономике страны.

— Боярам нужны наши ресурсы, нам нужны их производственные мощности, — понятливо кивнул я, повернувшись к жене. — Это-то то понятно. Прежде нас всех держал за яйца Император возможностью осложнить или упростить нам торговлю, и она в любом случае вся шла через него. Но теперь всё иначе… Однако сейчас он ничем ответить не может. Да и не до того ему — я слышал, Генрих потихоньку теснит наших… Но, милая, от этого разговора можно бегать очень долго. Но я бегать не собираюсь.

Хельга вздохнула и, встретив мой взгляд, призналась:

— Я беременна, Аристарх. Третья неделя… Но я и без целителя могу тебе сказать — у нас будет двойня.

Что ж… Вроде, учитывая мою первую жизнь, это не первый раз, когда я слышу эту новость, но прошлый опыт не помог остаться спокойным. Что я испытал… Волнение, страх и радость — все одновременно. Однако последнее превосходило первые два чувства на порядок, забивая меня всего целиком.

Я не стал кричать, сжимать в тисках объятий жену и как-либо иначе проявлять охватившие меня чувства. Да, конечно, я в последние дни и так догадывался об этом, но догадки это одно, а вот так услышать и осознать — совсем другое…

Не говоря уже о том, что двое Великих, вообще-то, не могут завести от своей связи детей естественным образом. Об этом я узнал, лишь вернув окончательно свои воспоминания, с полновесным девятым рангом, и уже обдумывал несколько обходных путей, дабы у нас появились потомки. Это было бы дорого и сложно, потребовалась бы помощь кого-то из Богов, причем скорее всего старших. Богини Жизни или покровительницы матерей, кого-то из них…

— А как ты определила, что будет двойня, если ещё только третья неделя? — поинтересовался я.

— Я не просто будущая мать, я такой же реинкарнатор, как и ты, — напомнила она с улыбкой. Я обнял её и прижал к себе и она негромко продолжила. — Я бывшая Верховенствующая Пламени! Это тоже самое, что Великий Маг, вся разница лишь в названии… И я сразу поняла всё о наших будущих детях. Они будут иными… Не такими, как обычные люди. То, что мы оба обладаем Воплощениями Магии, уже делает невозможным детей между нами, но… Помнишь нашу первую ночь? Соприкосновение Воплощений… Невероятное явление. Не говоря уж о том случае, когда ты убил ради меня Младшего Бога и оставшейся от него энергией исцелил меня. Ты… Наши энергетики так переплелись, что невозможное без божественного вмешательства стало возможным.

Я ощутил вспышку эмоций сзади и, подавив вздох, притянул и вторую девушку. Боги и Демоны, Творец-Всесоздатель и его Законы — насколько же проще мчаться в атаку с копьём наперевес, окутанным своими Молниями! Подобные эмоциональные ситуации были для меня не то, что неприятны… Я просто чувствовал себя беспомощным.

А ещё я мужчина… нет, даже скорее мужлан. Меня никак не покидала мысль о том, насколько нелогична и странна эта ситуация со стороны. Я стою и обнимаю жену и любовницу, и обе немного в раздрае и при этом искренне рады беременности Хельги — обмануться эмоциями Алены я не мог.

Правда, в этой искренней радости была ещё и нотка печали — ей своих детей не завести. Несмотря ни на что, ни на какое искусство, с которым она была сотворена — мертвое не может дать жизнь. Это не Закон Творца, но что-то около того. Даже если она каким-то образом понесет, то, что родится, унаследует от родителей таланты и силу, но живым не будет… А чем я, блин, сейчас думаю? О Творец-Всесоздатель…

— В тебе есть что-то, чего я не понимаю, — тихо сказала Хельга. — Я вернула свою память и навыки. Почти все — процентов на семьдесят примерно… Так вот — помимо того, что есть в каждом, кто достиг девятого ранга… В тебе есть ещё что-то, чего я не понимаю и даже боюсь. Нечто большее, более древнее и могущественное, чем я могу представить.

Я лишь крепче прижал к себе обеих. Не знаю, что она там почувствовала — я лично в себе ничего такого не ощущал, но спорить с ней не собирался. Со стороны, как говорят, виднее. Позже разберемся…

— Мой мир отличался от этого, — продолжила она. — Совсем. Для меня тут всё ново… Там, в своем мире, я прожила две с половиной тысячи лет. Верховенствующая Пламени, одна из немногих, кто достиг девятого ранга… Таких, как я, в Оране было лишь пятнадцать человек. Совет Верховенствующих… Мы не правили напрямую, но мы были силой, перед которой склонялись короли, эмиры, князья и императоры. Мы имели учеников и последователей, но держались обособленно, жили в разных концах мира, на всех четырех его континентах. Я была не исключением… У меня были тысячи последователей — я носила титул Хозяйки Пурпурного Дворца. Мои ученицы обучили своих учениц, те набирали своих последовательниц, я периодически брала несколько самых талантливых девочек и обучала…

Я внимательно слушал каждое слово девушки — её прошлое было для меня загадкой, и я всегда хотел хоть что-то узнать. Однако не давил — понимаю, это дело слишком тонкое, дабы настаивать и лезть. И вот она решила им поделиться…

— И однажды у меня нашлась достойная ученица, — продолжала она. — Действительно талантливая — настолько, что сумела достичь уровня Верховенствующих. Первая за восемь с половиной веков в нашем мире… Пурпурный дворец к тому моменту уже стал огромной организацией. Влиятельная, богатая, обладающая мощью и властью, основанной не только на мне, но и своей собственной. Десятки Высших, более сотни Архимагов и так дале… Власть и могущество, Аристарх.

Верана стала одной из Верховенствующих, но на фоне остальных она казалась бедным родственником на пиру богачей. Вернее, так казалось ей самой — она вроде как Верховенствующая, но не самостоятельная сила, а часть моей свиты. Её глодала зависть и жажда власти, она хотела моего места, а я любила её как родную дочь и была слепа…

Слепа настолько, что проглядела заговор и была в результате убита своей амбициозной ученицей. Даже не в бою, даже не защитив свою жизнь в схватке — яд, зачарованный кинжал и удар её Сверхчарами, говоря твоим языком. Глупая смерть… Но в этой жизни я не допущу подобных ошибок. К счастью, все близкие к нам люди связаны с тобой на уровне души, но даже так — я больше никогда не потеряю бдительности. Особенно теперь, когда во мне зародилась новая жизнь… Поэтому, Аристарх — пожалуйста, выживи. И не беспокойся за меня — здесь, в твоем замке, с моими знаниями и мощью заложенных чар, под охраной гвардии и в центре силы всего нашего Рода, я точно в безопасности. Делай, что должен, муж мой, и не переживай за тылы…

Воцарилась тишина. Мы все молча смотрели вниз, туда, где поединок богатыря Феди и нашего сорса Ильхара набрал обороты. Демонические доспехи и оружие, окончательно смирившиеся и слившиеся с энергетикой сорса, в сочетании с его мастерством как мечника, дали великолепные результаты. Богатырь шестого ранга, усиленный моими Молниями и Небытием Ивара чародей, который был сильнее любого Старшего Магистра, сейчас едва держался против Младшего Магистра.

Ильхар, усиленный демоном и овладевший некоторыми его приемами, был крайне неудобным противником. Мало того, что броня держала удары шестого ранга играючи, так ещё и сама периодически огрызалась выплесками грубой инфернальной магии. Примитивной, неточной… Но слившиеся доспех и его хозяин прогрессировали — прежде они этого не могли. Интересный симбиоз, надо сказать — я такого сроду не видывал. Каким-то образом сорс переделывал и контролировал скверный характер своего напарника, и вместе они достигли неплохо результата.

— Ильхар в любую секунду может его прибить, — подала голос Алена. — Он уже сильнее почти любого Архимага, а Федор всё ещё не сформировал свой стиль боя. Да и рангом не вышел… Впрочем, даже если бы он был Архимагом, я бы поставила на сорса. Парню ещё долго работать над тем, чтобы скомбинировать доставшееся ему от вас наследие и выработать свою тактику. Но как освоится — будет действительно грозным бойцом…

Поединок закончился, и бойцы, обмениваясь шутками, ушли — отправились к ждущим их женам… Постояв молча около получаса, глядя на город, я забрал своих женщин и телепортировался в спальню. Завтра важный, очень важный день, который решит очень многое.

* * *

Простите, что в очередной раз пропал — я выгорел и не знал, как дальше писать. Вот мозги восстановились и вернулся к работе. И ещё… Можно сколько угодно повторять себе, что не я начал, но совесть все же заставляет признать — я зря нахамил Людмиле Потатуриной в комментариях. Ведь, хоть она и не нашла ничего лучше, чем в оскорбительной манере это заявить, но по сути она была права — я проебался в сроках. Так что прошу прощения, Людмила — разумеется, никаких зубов я вам вышибать не собирался. Но если все же недовольны — я все так же жду вашего сообщения в ВК. Я человек открытый и ни от кого не прячусь. (сказал я и на следующий день мне поломали ноги по её наводке))))

Ну и не могу не отметить — спасибо огромное всем тем, кто вступился за меня в комментариях, хоть я этого и не заслуживал. Это было очень приятно — я когда через несколько дней открывал комменты, думал это мне напихали. Смотришь так, как читатели за тебя впрягаются, руки сами начинают снова писать))

Не буду давать громких клятв, но постараюсь придерживаться графика. Либо, если буду пропускать, то след глава будет не меньше 27к) Спасибо всем, бояре и боярыни!)

Глава 15

Из большого, широко портала нестройной толпой вываливалось и вываливалось посверкивающее хитиновыми панцирями воинство насекомых. Бесчисленные жуки неизвестной породы, живущие большими группами, наподобие муравьиных колоний, только с куда меньшим количеством особей — слабейшие из них были магически равны Ученикам, служа рядовой пехотой.

На первый взгляд казалось, что наружу вываливается беспорядочная толпа, но внимательный наблюдатель, понимающий в военном деле, быстро понял бы, что это далеко не так. Рядовых жуков, которые в холке были около шестидесяти сантиметров и длиной около четырех метров, направляли твари покрупнее, сантиметров на двадцать выше и на добрый метр-полтора длиннее, с аурами Адептов. Они сбивались в небольшие группы по два-три десятка жуков с командиром-Адептом позади отряда.

Портал был не один — их было разом четыре, и жучиное воинство активно вываливалось из них. Начали появляться и более крупные твари — уровня Мастера, затем Младшие и Старшие Магистры, потом подтянулись и истинные командиры — жуки размером с добрый двухэтажный дом и аурами Архимагов… Таких вылезло целых полтора десятка.

Всё это заняло некоторое время — около десяти минут. В вечерних сумерках строилась целая армия измененных насекомых — и пришла она, разумеется, не просто так, в чистое поле.

Высокие каменные стены одного из городков на землях Николаевых-Шуйских — Новоселска, города на полсотни тысяч населения. Один из тех четырех, чьи стены и некоторое количество зданий в котором были возведены ещё нанятыми Главой Николаевых-Шуйских нолдийцами.

Гарнизон крепости насчитывал две с половиной тысячи солдат — Пятый Полк, относящийся ко Второй Дивизии, квартировал именно в Новоселках. Служил не просто гарнизоном — поддерживал порядок на дорогах, вычищал окрестности от монстров, занимал все небольшие остроги…

Естественно, в Новоселках заметили угрозу. Стоило только первой портальной арке открыться, как в городе поднялась тревога — сработали сигнальные чары, следящие за магической активностью в окрестностях.

Бойцы Николаевых-Шуйских демонстрировали отменную выучку — на стенах бегали небольшие человеческие фигурки, общий защитный купол уже сиял, переливаясь легким синеватым свечением. На выдвинутых вперед башнях-бастионах загорелись собственные защитные заклинания, засверкали, загораясь, рунические вязи — широкий, двадцать метров шириной ров, наполненный водой, подсветился изнутри разными цветами.

В мирное время влага во рву была обычной водой, но в случае боевой тревоги и активации всех защитных чар выложенные по дну руны из аругнита, одного из магических металлов, привели в действие боевые чары.

Теперь воду во рву нельзя было заморозить. Плюс она резко стала ядовитой, забурлила, по её поверхности, подобно акульим плавникам, начали рассекать гладь длинные водяные мечи и плети — ждущие своего часа угощения для нападающих… Мост через сей ров просто взял и погрузился прямо в воду, сложившись таким образом, что прижался к самому дну и стал абсолютно непригоден к переправе. Здоровенная конструкция из местной древесины была одним большим артефактом.

В считанные минуты городок оказался готов к бою. Ощетинился орудиями, глядел хмурыми глазами сотен и тысяч бойцов и магов, посверкивал боевыми заклятиями, завязанными на городской источник, готовый в любой миг обрушить их на врага…

— Неплохо, — рыкнул стоящий чуть в стороне от разворачивающейся в боевые порядки армии жуков огромный полудемон. — Быстро среагировали, никакой паники, всё четко и по делу. Вести о нападении послали сразу… Молодцы. Это будет славная битва!

Полудемон стоял не один. Рядом с ним, холодно сверкая мертвыми глазами, парил над землей тот, кого в Цинь назвали бы Повелитель Мертвых — лич восьмого ранга.

Позади этой парочки стояла их свита. Два Архилича и Рыцарь Смерти седьмого ранга, десять разных представителей нежити шестого ранга и двадцать три — пятого. А за ними находилась стая Костяных Гончих четвертого ранга и сотня горгулий над головой, а также три сотни Рыцарей Смерти четвертого ранга — свита Высшего Лича.

С полудемоном было куда меньше бойцов, но ещё большой вопрос, чья свита была сильнее. Пять существ седьмого ранга — одна красивая полусуккуба и четверо похожих комплекцией на своего предводителя полудемонов. Не того же типа, не один в один — но тоже внушительной комплекции и с минимумом человеческих черт. За нимим — семнадцать иных полудемонов шестого ранга. И все… Но даже это было огромной силой — фактически за спиной у каждого из этой парочки стояла вся элита какого-нибудь пусть и слабого, но Великого Рода. Впрочем, там, в Южной Америке, они и занимали позиции чего-то вроде Великих Родов…

— Чему ты радуешься, Симон? — проскрипел в ответ лич. — Нам было бы лучше, будь на стенах бездарные трусы, что в панике прошляпили бы время на подготовку. Не забудь — жуки будут штурмовать этот городишко не одни. Нам тоже предстоит поучаствовать… А сюда на подмогу, скорее всего, явится хоть один из вражеских Магов Заклятий. Со свитой — и нам придется непросто!

— Так заблокируй Пространство, — презрительно фыркнул Симон. — Если так боишься, то зачем вообще вызвался на это дело? Нас наняли сражаться — так чего ты ноешь⁈

— У врага Маг Заклятий Пространства, дубина! — зло проскрежетал лич. — Для неё наши попытки заблокировать Пространство тоже самое, что попытка Адепта заблокировать заклятие Архимага!

А тем временем порталы не прекратили своей работы — следом за одним видом жуков наружу полезли другие — одиночные, небольшими группами или почти упорядоченными колоннами, а также тысячи летающих тварей. Настоящее войско, возглавляемое тварями седьмого ранга… А после вышло два особенно огромных существа — огромная стрекоза, чьё тело было длиной добрых сорок метров, и ещё более массивный жук — того же вида, что и самые многочисленные, вылезшие первыми. Только вот его тело было добрых восемьдесят метров в длину, а огромная башка с ужасающими жвалами возвышалась на добрую дюжину метров над землей. Живой таран, способный с разгону пробивать стены…

Стены любых других городов, кроме тех, что защищали жителей Фронтира. Здесь крепости и высоте стен не зря уделялось особое внимание — это была не просто первая линия обороны, это была главная линия. И потому чародеи никогда не скупились на дополнительные укрепляющие чары для стен. Как пассивные, так и активные, что были способны на короткое время кратно укрепить нужный участок стен.

Армия насекомых, наконец, закончила изливаться из порталов и начала растекаться в стороны, охватывая город со всех сторон. Это не заняло много времени — а затем на Новоселск обрушилась вся собранная воедино орда.

Грянули пушечные залпы, ударили со стен сотни заклинания — воздух, огонь, земля, вода, металл, лед, кипящая магма, молнии… Чего только не полетело со стен — и все эти заклинания были никак не уровня исполнения рядовых чародеев из мелких Родов или тем более имперских училищ, выпускающих для государства пушечное мясо из числа магов-простолюдинов.

То были сложные боевые заклятия, предельно сложные для своих невысоких рангов — от второго до четвертого. А ещё чародеи на стенах били не как попало, а стараясь достичь максимальной синергии с другими заклинаниями. Воздушные Копья и Лезвия сливались с огнешарами, вспыхивая и создавая объединенное заклинание, в несколько раз более эффективное, чем эти чары по отдельности. Ледяные Иглы били не куда-то, а туда, где уже успела побуйствовать стихия Воды. Ударив в оставшиеся лужи, Иглы взрывались и замораживали все вокруг, что успело намокнуть…

Далеко не все и даже не большинство чар сливалось и усиливало друг друга, однако даже увиденное впечатляло… Вот только всего этого было совершенно недостаточно, чтобы остановить накатывающих, подобно цунами, насекомых.

Залпы «единорогов» сметали монстров десятками. Осажденные не скупились, били зачарованными снарядами — на глазах нежити и полукровок пылающее синим пламенем ядро, выпущенное с верхних ярусов одной из башен, рухнуло вниз, на одного из жуков шестого ранга — монстр, каким-то шестым чувством успевший заранее понять, что над ним нависла угроза, ускорил и усилил себя чарами и рванул в сторону одним длинным прыжком. Насекомое мчалось едва ли не быстрее пушечного ядра, да к тому же прыгнуть успел ещё до залпа, так что по идее должен был быть в безопасности…

Однако снаряд имел на этот счет свое собственное мнение. Вильнув на полпути в сторону, он все равно поразил свою цель — и синий пламень, расплескавшийся при столкновении с прочным хитиновым панцирем, в считанные мгновения оставил от существа шестого ранга, большая часть магической силы и способностей которого шла были сосредоточены на прочности и выживаемости.

Монстры тоже били в ответ магией, но она у них была примитивна, требовала много сил и приносила мало толку — эти существа были сильны в ближнем бою, а не в обмене боевыми заклятиями.

Ров, несмотря на все свои свойства, преградой стать не сумел — бегущие в середине строя здоровяки шестых-седьмых рангов наконец использовали маги. Сотни огромных валунов и гигантские массы песка и земли буквально за полминуты завалили ров. Псевдоматерия — наколдованные, ненастоящие камни и земля растворятся, рассыплются на молекулы самостоятельно… Но не раньше, чем через час-полтора. А этого времени жукам будет вполне достаточно.

Наконец вступили в бой воздушные чудовища, до того старавшиеся соблюдать безопасную дистанцию — за возможность хорошо летать им пришлось заплатить защитой. Их хитины всё ещё были прочны, очень прочны… Но на фоне сородичей — ерунда. И для хорошей зачарованной пули он была не сказать чтобы непреодолимой преградой.

Первый мощный, действительно мощный магический удар нанесла огромная стрекоза — прямо с небес вниз рухнула стремительная, хищная воронка огромного вихря, что уткнулась в засиявший синим барьер над городом. Чаты грубые, примитивные, но переполненные мощью и весьма разрушительные, однако барьер всё ещё держался, причем очень уверенно.

Барьер не останавливал объекты со скоростью ниже определенной, ибо заставить упереться в барьер ещё и всю вражескую армию, она его крайне быстро исчерпает. Поэтому жуки уже вовсю строили у подножья стен насыпи магией Земли, запрыгивали на них и друг на друга — в общем, выстраивали целую пирамиду, по которой взбирались на самый верх и сходились в схватках с людьми.

Когда захлестнувшая линию стен орда огромных насекомых с яростным визгом потянулась к людям, любой бы решил, что сейчас начнется бойня, причем односторонняя — сложно было поверить, что гвардейцы сумеют дать достойный отпор столь грозному врагу после того, как тот оказался на стенах…

Что ж. Гвардейцы быстро доказали, что так думать об этих людях — большое заблуждение. В Пятом полку было много ветеранов из числа тех, кто прошел с Аристархом кампании против Цинь. Бившиеся с демонами и нежитью, пережившие Нежатину Ниву — как они могли испугаться или уступить каким-то там жукам?

Были те, кто едва не дрогнул — но на самых опасных участках стояли, укрепляя обычных бойцов, именно ветераны. Их на весь полк было не более трехсот, но именно они были ядром подразделения. И они показали новичкам, сколь те сильны — охваченные Золотыми и Желтыми Молниями бойцы начали скашивать жуков, как косарь — сочную траву. Усиленные и ускоренные, получившие хоть и скромный, но магический дар на Нежатиной Ниве, экипированные и вооруженные на зависть многим — клещни рядовых жуков были даже неспособны пробить их броню.

— Навались! Не стоять, мать твою разэдак! — раздались крики. — Руби их, сучьи дети — это всего лишь жуки!

Битва кипела. Гвардейцы в ближнем бою истребляли жуков даже эффективнее, чем прежде. Плюс их товарищи из-за спин разряжали винтовки с зачарованными пулями почти в упор во врага, била магия, рубили клинками, стреляли картечью по набегающим снизу…

В ближнем бою насекомые всегда были сильнее любого противника равного уровня, кроме разве что других насекомых. Их сила, их бронированность, их живучесть были теми преимуществами, на которых строилась вся их боевая система — но сегодня им впервые попались гвардейцы не обычных дворянских Родов. Они дрались с гвардией Великого Рода, прошедшей через массу улучшений и с головы до пят увешанными артефактами — от собственной брони с оружием до трофеев, добытых в боях, купленных, выменянных или выигранных в кости.

К тому же физически гвардейцы Аристарха сильно превосходили своих коллег даже из числа гвардии Шуйских. И сегодня охваченные молниями бойцы это подтвердили — первый, стремительный жучиный накат закончился тем, что ободренные ветеранами бойцы (которые, признаться, не слишком-то сильно и испугались, через полминуты к ветеранам присоединились все, иначе б те не выстояли) опрокинули врага, заставив отступить. Впрочем, люди не обманывались своим успехом — то был лишь первый приступ, разведка боем и проба сил, в которую отправили в основном рядовых монстров с минимально магической поддержкой — все набольшие армии инсектоидов до сих пор не вступили в схватку.

И вот тогда в дело вступила парочка стоявших до того безучастно полудемона и лича. Первый просто резко и мощно выбросил кулак вперед, будто бил невидимую стену, второй же вытянул в направлении крепости один из костлявых пальцев. Увешанный золотом похлеще столичных модниц оживший труп что-то очень тихо прошептал, и кольцо с небольшим, темно-алым рубином сверкнуло, высвободив заклинание — каждое из колец-артефактов обладало либо чарами восьмого ранга, либо седьмого, но с уникальным эффектом. И все — из тех областей магии, что мертвяку не доступны.

В барьер над городом сперва ударил соткавшийся из алой энергии кулак, точь в точь повторяющий конечность полудемона, отчего тот немного вздрогнул, а миг спустя прямо на его поверхности расцвели огненные лианы из плотнейшей магмы. Лианы зашевелились, как какие-то змеи, начав обвивать всё пространство, которое могли. Долго действующие и мощные чары восьмого ранга, как нельзя лучше подходящее для подобных ситуаций, где требовалось продолжительное время наносить мощный ущерб.

В итоге барьер начал слегка подрагивать, однако было очевидно — вихрь и лианы из магмы его не доконают.

— Действуем все, — рыкнул полудемон своим. — Совместная атак.

Лич, не оборачиваясь, мысленно приказал тем из своих слуг, кому хватало сил и способностей, делать тоже, что и соседние варвары.

Когда целый вал заклинаний шестого и седьмого ранга, возглавляемый чарами восьмого на этот раз всерьез взявшегося за дело Симона таки накрыл защитный купол города, тот не выдержал и лопнул. Теперь у атакующих было как минимум минута, а скорее даже две-три, прежде чем испытавшие перегрузки и «перегревшиеся» сегменты городского барьера восстановятся и можно будет поднять новый щит. И этой паузой было необходимо воспользоваться — нежить и полудемоны взлетели и стремительными, размытыми от скорости тенями помчались к временно беззащитному городу.

Развеявшая свой вихрь стрекоза сразу начала громить город. Со стремительных, неуловимых глазом крыльев дождем посыпались Лезвия Ветра — каждое не меньше четвертого, а некоторые и пятого ранга, не оставляя шансов на спасение тем, кто попадет под этот удар… Между лап же самой твари медленно формировался шар сжимающегося воздуха, что стремительно крутился в этой своеобразной сфере. Вокруг твари искрились многочисленные молние — что бы за чары не готовило это существо, разрушений они принесут немало…

Огромный жук-предводитель криво и косо, едва-едва, но воспарил над землей, затем поднялся достаточно высоко, чтобы перелететь стену и шмякнуться в городе — но ему не позволили. Несколько метких залпов из «единорогов» и одного горшка с какой-то ядреной алхимической зажигательной смесью хватило, чтобы он, потеряв концентрацию, рухнул обратно вниз.

Нежить и группа полукровок уже почти достигла города, когда Новоселск, наконец, ответил. И ответил достаточно впечатляюще.

Откуда-то из центральной части города снизу вверх ударил полупрозрачный зеленый кристалл вытянутой формы — стихия Земли, Астрал, чары восьмого ранга, Смарагдовый Клинок. Стрекоза, наверняка сообразившая, что ничего хорошего от этой штуковины ждать не стоит, почему-то решила остаться на месте. Видимо, посчитала, что угроза несущественна. Или решила, что сумеет отразить угрозу встречным ударом…

Что бы там не подумал монстр уровня Мага Заклятий, этого уже никто не узнает — призрачный кристалл, охватив чудовище, в единый миг из призрачного стал вполне себе настоящим. И оказавшийся в его центре враг погиб мгновенно — это ощутили все.

— Какого… Это что такое было⁈ — настороженно рыкнул Симон, глядя как кристалл с стрекозой. — Что за магия такая, что…

— Это магия нашего господина, Аристарха Николаевича Николаева-Шуйского, — раздался полный ледяного спокойствия голос позади них. — Чему ты так удивляешься, уродец? Вы рискнули связаться с Великим Магом, напасть на его подданных — и при этом удивляетесь, что тут есть чем вас встретить? Недоумок, ты что, вообще не осознаешь, с кем связался?

Высокий, широкоплечий мужчина с холодными голубыми глазами, русоволосый и гладко выбритый. Тяжелый доспех, длинный двуручный меч, от которого расходилось странное, неприятное ощущение… Но не клинок приковал внимание Симона, с подозрением глядящего на шагающего к нему меж разбегающихся с его пути монстров воина.

Аура. Будучи полудемоном, он, как и любой полукровка, был особенно чувствителен к аурам — и сейчас, впервые в жизни, он не мог понять, кому принадлежала аура, что он ощущал. Смесь живого и мертвого, невозможная, неправильная смесь, которой не должно быть…

Воин шел не один — за его спиной молча ступали две огромные фигуры. Воин в тяжелых доспехах и худой, буквально кожа да кости мужчина в мантии мага и с посохом в руках. Воин был трех с половиной метров ростом, маг — около трёх. За ними шли ещё семеро — три воина и четыре мага, тоже трехметрового роста. А над ними летали три некро-дракона, в пустых грудных клетках которых сидела ещё тройка одаренных седьмого ранга. Вокруг трех монструозных гигантов летали более тысячи других существ — несколько сотен горгулий были единственными, кого можно было уверенно опознать визуально. Остальные же — летающие некрохимеры, созданные из убитых чудовищ близ Темнолесья…

Тринадцать существ седьмого ранга и тройка восьмого и почти две тысячи боевых единиц попроще. Мощная, внушительная сила… И вроде бы всё идет в соответствии с планом — говорившего с ними полудемон узнал, это был один из тех, кто мог прибыть сюда, тут ничего странного не было, кроме его ауры… Проблема была в другом — откуда вся эта высокоранговая нежить⁈ Их в плане не было!

Враги пока были далеко — в самом тылу немалого войска инсектоидов. Они явно прибыли порталом, иначе давно вмешались бы. И понятно, почему они их не ощутили — начни портал открываться поблизости, в зоне их восприятия, они вполне могли успеть ударить в момент перехода, когда выходящие максимально беспомщны и уязвимы.

Драконы, взревев, заложили в воздухе петлю и разделились — два ринулись выше, в воздух, увлекая за собой всю массу горгулий и некрохимер, нацелившись на рои летающих инсектоидов. Третий же, оставшись в одиночестве, издав рев, на который не способно ни одно живое существо, обрушил свое дыхание на жуков, создавая ровную и широкую просеку в рядах жуков.

Дыхание некро-дракона обращало в гниющие ошметки всех, кто под него попал. Жуки, хоть и были порождениями Разлома, все равно оставались живыми существами — а костяная тварь, что носилась сейчас над рядами инсектоидного воинства, была создана именно как оружие массового поражения против живых.

Его дыхание воплощало саму концепцию Разложения — и защититься от этого было чрезвычайно сложно. Никакие низкоранговые маги… Да что там — даже Мастера и Младшие Магистры не выстоят, попав под такое дыхание. Подавляющее большинство из них попросту не обладает ни нужными знаниями, ни тем более навыкам, чтобы возвести эффективную защиту от этой магии…

Жуки умирали сотнями, растерянные, не понимающие что делать… Однако смятение продлилось недолго. Огромный инсектоид, Король Жуков, послал во все стороны мощную телепатическую волну — и его подданные втряхнулись, вновь вспомнив, что он, вообще-то, армия, а не обычная толпа чудищ.

Жуки отхлынули от стен и с пути неспешно двигающихся к застывшим полудемону и личну незнакомцев. Симон бросил короткий взгляд на Короля и послал ему мысль:

— Договор!

В ответ пришла мысль-послание от Короля:

— Я помню, чужак!

Благодаря Арзулу все инсектоиды шестого и выше рангов обрели полноценный разум. А также некие новые возможности, но деталей не знал никто… Сила Великого Мага плюс помощь Демонического Бога сумели совершить небольшое чудо — и ценой за это стало Договор, заключенный ими с Арзулом и Демоническим Богом.

Жуки, прекратив суматошные метания, дисциплинированно, на зависть многим армиям, отходили в стороны, а выдвинувшиеся к войскам чудовища шестого и седьмого ранга поставили барьеры на пути истребительного дыхания мертвого дракона.

Серая энергия, льющаяся из огромной пасти, столкнулась с многочисленными барьерами, формой сильно смахивающими на жучиные панцири — инсектоиды шестого и седьмого ранга пришли на помощь своим. Серое сияние наваливалось на магические преграды, стремилось прорваться, проломить то, что отделяло силу Смерти от добычи — и те трещали, ибо даже один-единственный некро-дракон способен задать почти любым врагам.

В армии жуков у тех особей, что владели магией, было четкое разделение обязанностей. Пока одни держали защитные заклинания, другие попытались ударить в ответ — не поодиночке, а объединив силы. Три жука седьмого ранга и одиннадцать шестого, собравшись группой, замерли, и от их лап во все стороны стремительно рванули светящиеся линии бледного бирюзового пламени. Его языки поднимались на двадцать сантиметров над землей, линии соединялись со своими товарками, стремительно образовывая магическую фигуру.

Подготовка заняла у инсектоидов около полуминуты. Соединившиеся в фигуру языки пламени стремительно набрали силу — цвет стал густым, насыщенным, а сам огонь подрос, достигнув метровой высоты. От него так и веяло маной, что щедро вкладывали в него творцы этих чар — так щедро и неумело, что добрые сорок процентов маны просто не успевало впитаться в структуру заклинания и рассеивалось в окружающую среду.

Дракон как раз закончил пробовать на прочность щиты и завис над отходящим войском, медленно взмахивая крыльями и что-то выглядывая внизу. И именно в этот миг жучиные чародеи решили испытать свои коллективные чары. Бирюзовый пламень мгновенно волной рванул в стороны, набирая объем и мощь. Магический огонь не нанес никакого урона своим создателям, что стояли в самом его эпицентре, однако же легко обратил в тлеющий прах несколько десятков неудачников, оказавшихся в радиусе его действия.

Секунда потребовалась этой силе, чтобы взметнуться вверх, образуя нечто, отдаленно напоминающее пару жвал, что устремились по кривой с дух сторон к крылатому ужасу небес, от одного присутствия которого заставляло жуков даже седьмого ранга, на бумаге равных этой твари по силами, испытывать подспудный страх и желание бежать как можно дальше.

Заклинание, сотворенное таким количеством сильных монстров, соответствовало по силе пусть и очень-очень слабому, но восьмому рангу. Разрушительная мощь совокупной силы трех Архимагов и одиннадцати Старших Магистров это не то, чем можно пренебречь… Пусть даже они были жуками, впервые использовали в бою коллективные чары и сотворили их из рук вон плохо, отчего заклинание вышло примерно на треть слабее, чем должно было…

Дракон вовремя увидел угрозу и успел среагировать — резко прекратив действие чар, что и позволяли ему летать (крылья были вспомогательным элементом, не более. Никакие крылья не подняли бы в воздух существо таких габаритов и такой тяжести) и дополнительно импульсом придал себе ускорение, рухнув вниз. Жучиные жвала из бирюзового пламени сомкнулись за спиной мертвого повелителя небес, а тот, нимало не смутившись, сложил крылья и совершил головокружительный кульбит в воздухе, вновь активируя чары полета и выравниваясь. Сидящий в его грудной клетке Архилич торопливо плел какие-то чары, но пока они не были готовы дракону необходимо было выкручиваться самому.

Бирюзовый огонь потерял форму, но сил не лишился и уж тем более не прекратил свое существование из-за одного промаха — чары такой силы и сложности зачастую имели страховочный контур, как раз на случай промаха.

Масса волшебного огня обрушилась вниз, за драконом, подобно водопаду. И как бы ни был быстр, ловок и сообразителен некро-дракон, но увернуться полностью во второй раз подряд он не сумел — однако его задело лишь по касательной, и выставленное для защиты крыло, сияющее серой энергией — той самой силой Разложения, что была способна вполне успешно противостоять и чужой магии…

Однако когда пламень, вместо того, чтобы ударить в землю, сменило курс и вновь полетело к своей цели в третий раз, стало очевидно — не уйти, не увернуться. Впрочем, некро-дракон уже выиграл аж девять секунд — целую вечность по меркам чародеев седьмого ранга. Особенно если речь шла об умелых и грамотных боевых магах, коим являлся сидящий в драконе Архилич. Пусть в виде мертвеца он существовал и совсем немного, однако, несмотря на все манипуляции с его памятью, самое главное никто не трогал — а именно боевой опыт с навыками и опытом в манипуляциях маной. Ну а то, что арсенал чар у бывшего английского аристократа сменился целиком и полностью в данном случае роли особой не играло — защитные чары всё также были защитными, атакующие — атакующими и так далее…

Некро-дракона охватило мрачное, багровое сияние — Архилич использовал не свои личные чары, а те, что были в совместном владении Всадника и Дракона. Гигантская мощь Дракона и мастерство его Всадника, тоже влившего в чары свои силы, активировали сильнейшую их защиту, способную выдержать даже несколько ударов полновесных ударов восьмого ранга, не то, что это слабое убожество. Доспех Багряной Души с честью выдержал испытание пламенем, и Всадник с Драконом контратаковали.

Четыре вытянутых, около трех десятков метров длиной каждый, копья из ядовито-зеленого света возникли слева от могучего тела и рванули вниз. Сгущенный, чудовищно уплотненный некрос, туго скрученный и структурированный могучими и сложными чарами, преодолели расстояние до своих целей меньше, чем за секунду — и три из четырех Копья Некроса успешно справились со своей задачей. Один жук седьмого два шестого ранга рухнули на землю с яростным визгом, суча мощными лапами от боли — некрос убивал очень быстро… И очень, очень болезненно.

Лишь одна из намеченных целей отбилась — другой жук седьмого ранга, сумевший вовремя нанести встречный удар чем-то незримым и тем сбил атаку с курса.

— Три — ноль, — весело воскликнул шагающий впереди всех Андрей. — Смотрите-ка, главный жук зашевелился. К нам идет… Кто возьмет его на себя? Если не уверены в своих силах…

— Я пойду, — перебил его глухой голос Кощея.

Возражать никто не стал. Могучий Рыцарь Смерти уверенно сменил курс и быстрыми, длинными рывками помчался навстречу огромному, кипящему от злости чудовищу, на фоне которого он выглядел жалкой и обреченной букашкой.

— Тогда на мне уродец с рожей демона, — обратился к Лихо Андрей. — Мне помогать не надо, сосредоточьтесь на себе. Удачи.

Силует бывшего Рыцаря Смерти, а ныне чего-то такого, чему даже пара Великих Магов не смогла подобрать определения, замерцал и исчез — воин рванул на предельном ускорении, используя чары.

Ледяная Скорбь, окутанная, как и сам Андрей, Желтыми и Золотыми Молниями, обрушилась в стремительном, тяжелом косом ударе сверху вниз. Пара секунд понадобилась чародею на то, чтобы преодолеть разделяющие его и противника сотни метров — однако даже этого Симону хватило, чтобы успеть выхватить из Пространственного Хранилища верную артефактную секиру и подставить цельнометаллическую рукоять под удар. Артефакт восьмого ранга недовольно загудел, на прочнейшей зачарованной стали осталась глубокая зарубка, но сам Симон не пострадал. И с рычанием взмахнул секирой, метя в сочленение лат на ноге и одновременно атакуя заклинанием восьмого ранга. Он, Маг Шести Заклятий, не проиграет этой непонятной твари! В конце концов, тот не может быть больше, чем Высшим Магом — иначе он увидел бы метки Заклятий в его ауре…

И этот поединок был отнюдь не единственным, что сейчас начинался. По всем землям Николаевых-Шуйских был нанесен одновременный удар — вампиры, инсектоиды, наемные Маги Заклятий со своими отрядами… Арзул фир Виниттор основательно приготовился к этому дню. И удар нанес, тщательно подобрав момент…

Вот только и Николаевым-Шуйским нашлось, чем удивить врага.

Рубикон был перейден для обеих сторон. Теперь им оставалось лишь две судьбы — победа или смерть…

Глава 16

— Все четыре поселения в пределах наших Родовых Земель атакованы врагами, мой господин, — спокойным сказала Кристина. — Порталы, открылись разом везде, их десятки! И оттуда валят твари разлома, нежить, нечисть, демоны, даже духи — кого там только нет!

— Хорошо, — кивнул я.

Оглядев взглядом своих приближенных и союзников, я невольно усмехнулся. Каких только чувств и эмоций тут не было! От нервного напряжения до спокойной уверенности в том, что их Глава как всегда со всем сумеет справится, что он вновь приведет их к очередной победе — ведь как может быть иначе, если до сих пор всегда так и выходило?

Соколовы, Каменевы, Дороховы и несколько десятков иных, более мелких Родов, которые по тем или иным причинам связали свою судьбу с Николаевыми-Шуйскими и всё это время получали от нас помощь и поддержку, с одной стороны широкого тронного зала — нервное напряжение и некоторый мандраж исходил именно от них. Они стояли сегодня по левую руку в центральном зале моего замка, разбившись на разного размера группы от трех-четырех до пары десятков человек.

По правую руку стояли Николаевы-Шуйские, и я не без гордости глядел на своих друзей, соратников и товарищей, с которыми мы создали могучую машину нашего собственного Великого Рода. Выглядели они прямо противоположным образом — спокойные, уверенные, монолитные, несмотря на то, что тоже делились на некоторые фракции.

Отдельно стояла нежить — Андрей, Кащей и Лихо, а также семнадцать представителей этой фракции седьмого ранга, в том числе и здоровенные некро-драконы. Ради торжественного момента Кристина специально открыла порталы прямо в этот зал, а само помещение уже давно было сильно увеличено. Смотрелись они внушительно, этого не отнять…

Другой фракцией в моём Роду были те, кого можно было, условно говоря, отнести к старожилам. Петр и Петька, Арсений, бывший Шапкин, Дима, Аня, Денис — это только Архимаги данной фракции. У них не имелось, не считая Петра, никого выше Архимагов, но зато среди них было более всего Старших Магистров. Семьдесят из девяноста двух, если быть точнее…

Третьей были нелюди и некоторые, прямо скажем, специфичные ребята — Алтынай, Темный, Светлая, Ильхар и Феркия и ещё несколько обладателей шестого ранга, стоящие среди них. Представители различных видов существ, что обрели дом на наших землях — мары, оборотни и прочие. А ещё среди них был наш новичок, пока единственный представитель своего вида среди нас — вампир. Все они группировались вокруг моей жены, которая умело собрала их воедино, превратив в свою опору. Ибо будь ты хоть трижды женой Главы Рода, но без верных помощников проводить в жизнь свои решения и реализовывать свою власть невозможно.

Ну и четвертой, самой молодой и малочисленной группой были, условно говоря, новички-пришлые. Смешно, конечно, говорить о ком-то в таком ключе, когда речь идет о Роде, которому и пяти лет ещё нет, но тем не менее — это была отдельная, новая группа, образовавшаяся из тех, кто пришел в Род не так давно и кто по разным причинам не стал своим ни в одной из вышеперечисленных фракций.

Кристина, трое из шестерых её учеников, Гриша, богатырь Федор с его женой (хотя Федя пока никаким реальным влиянием не обладал, но учитывая его потенциал отдельного упоминания стоил) — вот, пожалуй, и всё. Хотя, откровенно говоря, сколько-то значимой властью в Роду среди них обладали лишь двое — сама Кристина и Гриша, как командир и основатель моей личной дружины.

По левую руку от меня, на месте хозяйки, сидела Хельга. Справа стояли Петр, Алена и Кристина — именно в таком порядке, ясно символизирующем, кто имеет на меня большее влияние. И это было истинной правдой — ни общая постель с Аленой, ни та огромная польза, что была от Кристины, не меняли факта того, что Петр все ещё был и остается моим самым доверенным советником и другом, моей правой рукой.

Таков минус любой организации, которая неестественно быстро выросла из ничего. Внутренняя аморфность и разобщенность, многочисленные внутренние противоречия — в основном мелкие, но иногда и существенные… Много всего можно сказать о том, почему такие образования уязвимы — и Родовые аристократы прекрасно это знают. Знают и рассчитывают использовать в своих целях — не сейчас, а позже, когда закончится наконец война и всё вернется на круги своя.

Все залижут раны и начнутся они — игры власти благородных Родов. И в этих играх такое разношерстное сборище, как у нас, было бы очень уязвимо. Это все моя вина — я слишком много времени уделял магии. Спал буквально по нескольку часов в неделю, постоянно колдовал — то что-то зачаровывал, то саморазвивался, поглощая эликсиры или тренируясь…

Как бы хороша в управлении ни была Хельга, сколь бы ни был велик совместный опыт бывшей Верховенствующей и жены наследника Цинь, сумевшей одолеть в придворных интригах всю знать Поднебесной — даже у них был свой предел. Они и так сделали больше, чем возможно — вся эта разношерстная компания, что составляет наш Род, не разбрелись, не перессорились, не устроили попытки подавить другие группы в попытках перехватить власть — Петр, фактический лидер «старожилов», тоже молодец, жестко пресекал все попытки своих наглеть…

Они заставили людей и нелюдей совместно трудиться, делая одно дело и сведя к минимуму конфликты. Но даже так — именно я Глава Рода, и некоторые вещи мог уладить только я. Ибо именно мне давались клятвы всех, кто стал частью Рода.

Именно я, создав Родовой Алтарь, даровал им частичку своей крови и сути, сделав их фактически своими дальними родичами. Мне приносились нерушимые клятвы и обеты, и я давал им ответные — ибо как подданные имеют обязательства перед правителем, так и он несет свой долг перед ними. Они становились моими родичами, и отношения и обязательства действовали в две стороны…

А ещё я был тем символом и знаменем, что привлекло их. И никакие мои заместители, любовницы и жены не могли заменить Главу полностью. А Глава был занят наращиванием своего могущества… Что ж, наша внутренняя разобщенность — это, без сомнения минус по сравнению с другими Родами. У них тоже бывают Родовые фракции, но разделения и близко не столь велико — по многим причинами.

Однако из этой слабости вытекала и сила — когда я брался за дело, прекратив уединение, я имел куда большую власть над умами и душами своих людей, чем любой Глава, просто унаследовавший своё место от отца. Я сам, лично прошел весь путь становления тем, кем я стал, и они это видели. Потому пока я, символ Николаевых-Шуйских жив, никто не сумеет воспользоваться нашими внутренними терками. И потому мне нельзя умирать — потому что близнецы, коих носит под сердцем Хельга, будут воспитаны лично мной. И власть над Родом одному из них я тоже намерен передать лично, в будущем… А если я здесь сдохну, то их судьба может пойти по весьма неприятной кривой…

Две группы стояли по две стороны широкого и длинного зала. А по центру находилась самая многочисленная группа — успевшие прибыть гости. Многие сотни молодых и старых магов, от юных Учеников до нескольких Архимагов и десятка Старших Магистров — представители более чем ста шестидесяти Родов — желающих воочию увидеть одного из тех немногих, кто достиг девятого ранга, то бишь меня, оказалось очень много.

Были тут и все Великие Рода, которых мы пригласили, и множество Родов поменьше, также здесь находились и дворяне нашей губернии. Правда, не хватало ещё нескольких сотен гостей — Магов Заклятий, что должны были прибыть из Александровска вместе с Павлом Александровичем, и Архимагов да Старших Магистров, что были с ними. Главы Родов, как великих, так и первой категории, а также все свободные Старейшины этих Родов, что желали побывать на столь необычном торжестве…

Мой портал в Александровске — они должны были прибыть через него, но вместо того, чтобы оказаться в Николаевске, все чародеи шестого и выше рангов застряли вне времени и пространства, попав в ловушку. Им грозила огромная опасность — их могло унести в такие бездны, из которых и Кристина бы не выбралась, не говоря уж об остальных. Пока они держались за счет своих сил, но стоило там произойти сколь-либо сильному колебанию, как они бы навсегда отправились в бессрочное странствие.

— Кто-то вмешался в работу порталов, — продолжила Кристина громко, под взглядами тысяч напряженных глаз. — Сильнейшие маги губернии не успеют прийти нам на подмогу, не говоря уж об их войсках. Отбиться мы можем только своими силами. К сожалению, быстро выручить Павла Александровича и остальных я не в силах — сотворивший эту ловушку был очень искусным магом.

— Что ж… Судари и сударыни, я искренне приношу вам свои извинения от лица всего Рода Николаевых-Шуйских, — встав, прижал я ладонь к сердцу и склонил голову. — Враги напали в день нашего торжества, и у них достаточно сил, чтобы представлять серьезную угрозу кому угодно. Однако ручаюсь — Род Николаевых-Шуйских сделает всё, чтобы с голов гостей и волоса не упало. Не покидайте замок и следуйте инструкциям наших людей, и все будет хорошо. Этот замок не взять никакому врагу.

— Аристарх Николаевич, но кто эти враги? — поинтересовался один из гостей. — Кто осмелился и, главное, сумел провернуть подобное⁈ Британцы? Османы?

— Вампир родом из иного мира, — спокойно ответил я чистую правду. — Кровосос, также, как и я, достигший девятого ранга магии, многие месяцы копивший силы и вот, наконец, решивший действовать.

— Господин Аристарх, позвольте присоединиться к вашим людям! — раздался другой, куда более молодой голос.

В первых рядах началось шевеление, и пару секунд спустя вперед вышел высокий молодой парень лет девятнадцати с аурой слабенького, но Мастера. Герб Великого Рода Ветлицких, прямая, горделивая осанка, нахмуренные брови, точеные черты лица — гроза дамских сердце и гений Великого Рода был видным молодым человеком.

— Игорь Ветлицких к вашим услугам, сударь! — представился он. — Я думаю, среди присутствующих найдется немало добровольцев, что захотят помочь нашим радушным хозяевам в их борьбе!

— Благодарю, господин Ветлицкий, но мы справимся сами, — с улыбкой покачал я головой. — Это дело чести Рода Николаевых-Шуйских, и у нас достанет сил дать отпор любому врагу.

Я неспешно встал, прямо в движении меняя парадный костюм на магический металл зачарованных доспехов. Шлем был в режиме невидимости, и со стороны казалось, что его просто нет.

В правой руке оказалось Копьё Простолюдина, полыхающее белым пламенем, и я слегка стукнул им по полу, выпуская Силу Души и ауру. И в ту же секунду все наши Старейшины, вся нежить и нелюдь — все выпустили наружу свои ауры, даже спокойной сидящая на своем месте Хельга.

Более девяноста Старших Магистров. Тридцать Архимагов. Двое Высших Магов и, наконец, четыре… нет, скорее пять Магов Заклятий — Андрей, чья аура не уступала Алене, был весьма внушителен.

И я, Великий Маг.

Мы не репетировали и не договаривались ни о чем, но они раскрыли ауры синхронно, и гости побелели. Большинство из присутствующих были слишком низкого ранга, чтобы понимать, какого ранга перед ним люди, но даже старшие чародеи не подозревали, что у нас столько магов седьмого и выше рангов — ведь стоящие в строю маги скрывали до времени ауры, не выпячивая их, дабы не смущать итак удивленных гостей.

И сейчас от мощи наших совокупных, словно слитых моей Силой Души аур загудели пол и стен зала. Присутствующим начало быстро становиться дурно, и я, одумавшись, погасил свою ауру, одновременно телепатией велев своим поступить так же. А затем пошли приказы — если кровосос думал, что мы не готовились и что я не просчитывал варианты, то ему же хуже. Я не зря много часов подряд допрашивал нашего вампира, а затем с ним на пару разбираясь, как примерно думает и действует Арзул фир Виниттор. Конечно, это не значило, что я его прочитал как книгу и теперь точно знаю все его ходы, нет — но хотя бы общее, базовое понимание врага я получил. Противостоять неизвестности слишком сложно…

— Что с блокировками Пространства? — спросил я у Кристины.

— Какая-то магия не позволяет проложить путь за пределы наших Родовых Земель, — ответила он телепатией. — Я могу не прорваться… Дело даже не в силе — просто слишком сложные чары, тут силой не прорваться, нужно расплетать искажения Пространства. В общем, пытаться бежать используя Магию Пространства бесполезно — тот, кто ставил барьер, на голову превосходит меня. Но перемещения по самим нашим землям он не блокировал. Его больше волнует, чтобы мы не сбежали отсюда, чем наши передвижения в пределах его ловушки…

Это какой же мощи и сложности ритуальную фигуру ему пришлось создать, собрав для неё кучу магических ресурсов… Такое не сотворить с бухты-барахты, тут недели, а то и месяцы подготовки нужны. Недурно, надо признать, весьма недурно… Что ж, ты думаешь, что запер нас с собой? Зря, зря ты так думаешь…

— Отправляй людей отрядами по моим координатам. Я сам сформирую группы, — бросил я.

Усмехнувшись, я мысленным усилием создал на потолке огромные иллюзорные изображения. Все четыре города и все атакованные острожки, хуторы, деревеньки, малые промыслы и прочее — враг ударил мощно, всеми силами, приведя орды инсектоидов, нежить, нечисть, духов и прочую дрянь. Существ уровня Магов Заклятий у них было с двенадцать, побольше чем у нас… Но это ещё ничего не значит.

Гости, заметив зрелище, что я предоставил — свои земли я мог посредством магии осматривать без труда, об этом я тоже давно позаботился — вскинули головы и зашептались.

А там было на что посмотреть. Андрей и нежить (горгульи были снаружи замка, но Кристина переместила и их) пришли на выручку Новоселска.

Кристина трудилась в поте лица — девушка отправляла сформированные мной боевые группы из старших чародеев, как из числа моих, так и присутствующих здесь вассалов — Соколова, Каменева и возбужденную, горящую нетерпением Дорохову. Мерзавка, как я и отмечал прежде, чудовищно талантлива. С одного короткого объяснения, даже без подробностей и моей помощи, легко и спокойно взяла ранг Высшей и получила доступ к заклинаниям восьмого ранга… У неё есть потенциал однажды достичь девятого ранга. Не гарантированно, но довольно большой — но это не в ближайшие десятилетия, точно.

Враг атаковал разом всюду. Вообще-то, все значимые объекты на наших землях защищены от телепортации — Кристины поработала. Однако несмотря на это порталы открывались, будто никаких запретов и блоков не было! Хорошо хоть прямо внутрь городов пробиться порталы не могли в самих городах-крепостях защита была на порядок мощнее — она была напрямую завязана на магические накопители, расположенные в крепостях.

Десятки иллюзорных изображений, где закипали схватки — специально раскиданные на всякий случай по всей территории полки, получив приказы, двигались навстречу угрозам. Старшие Магистры и Архимаги, что были приписаны к полкам и дивизиям, усилиями учеников Кристины уже были при своих подразделениях — по всем моим Родовым вспыхнули десятки, нет даже более сотни сражений, битв, стычек и схваток — абсолютно разного масштаба. Где-то рота гвардейцев перемалывала наваливающихся на них мертвяков, в другом месте громадный некро-дракон, пролетая над парой сотен крупных, с теленка размером муравьев, что тоже оказались втянуты в это, одним выдохом обратил всех тварей в гниющие, стремительно разлагающиеся останки, чем спас небольшой хутор, к которому рвались твари.

Я закрыл глаза и сосредоточился на связи с Чертогом Чародея и магией Замка. Подключиться к общегородской защите… Сенсорика!

Пять минут спустя я в очередной раз получил подтверждение, что атаковать нашу столицу дураков, к сожалению, нет. Ну что ж… Пора показать собравшимся, что такое Великий Маг. И почему у нас, собственно, такой претензиционный титул — Великие!

Сила Души, соединяя меня со всем огромной, но вовсе не громоздкой паутиной чар, коими полнился мой Замок. Если подумать, это уже даже не здание — это огромный артефакт с кучей свойств и применений. Наличие Великого Источника и его Хранителя позволяли мне погрузиться и начать работу без предварительной подготовки и не беспокоясь о энергии. Десятки огромных стационарных накопителей, давно заряженные Источником, Хранитель, что в несколько раз облегчает использование заготовленной в накопителях маны, и, конечно, сам Источник — всё это богатство магических энергий было подвластно сейчас моей воле. Огромный объем энергии, десятка три с половиной моих резервов — моих, Великого Мага!

Как же всё-таки богат этот мир! В моей прошлой жизни самые крупные стационарные накопители были вчетверо меньше этих двухметровых дур, и их на всю страну было семнадцать. А тут только в моём Замке их пятьдесят три, и каждый стоит пяти старых, из прошлого мира. Мощь!

Хранитель помогал пустить всю эту мощь в дело без предварительных ритуалов и подготовки, без долгих часов настройки и без необходимости излишне концентрироваться на том, чтобы не покалечить свою ауру. Страховал от того, чтобы перенапрячь и сжечь незримые «мускулы» энергетики, делал токи маны плавными и спокойными… Сила, доступная мне здесь и сейчас, слегка пьянила бархатным приливом бодрящей энергии, перекатывалась по венам чуть прохладной волной кажущегося всемогущества, заставляла расслабиться сведенные готовностью к схватке тугие мышцы — сейчас я ощущал себя не сверхчеловеком даже, ибо маг сам по себе он и есть, а неким «сверхмагом», всемогущим и непобедимым.

К сожалению, это обманчивое, ложное чувство. И горе тому глупцу, который хоть на миг позабудет об этом и рискнет замахнуться на что-то, что слишком далеко выходит за рамки его способностей! Не всякие раны в этом мире можно исцелить даже Зеленой Молнией…

Я не мог выследить и убить, пользуясь имеющейся в распоряжении мощью, своего врага. Ибо сила, которую я сейчас ощущал, могла эффективно расходоваться на расстоянии не далее пяти километров от внешней городской стены — дальше за каждую сотню метров расход энергии возрастал всё более, и на расстоянии уже в десять километров от городской черты любое заклятие, что я использовал бы здесь и сейчас, просто рассыпалось бы безвредным потоком маны. Максимум, что это дало бы — красивую, но совершенно безвредную иллюминацию на означенной дистанции.

Но кое-что я всё же мог. И это «кое-что» я сейчас активно делал — мои заклятия разверзли небеса над Николаевском, озарив их радужным сиянием, многоцветным, переливчатым и так похожим на Северное… Но не имеющим к нему никакого отношения.

Враг хорошо подготовился к своему удару. Сплел несколько воистину впечатляющих заклинания наподобие той же завесы по краям наших Родовых Земель, что отсекли их от остального мира, или же разом открытых бесчисленных пространственных коридоров, что исторгли разом такое количество войск и магов. Уверен, в его рукаве припасено одно-два, а то и больше таких сюрпризов, которые он бережет для следующей фазы сражения — какой дурак выкладывает все козыри в начале драки?

Вот только и я ведь не лаптем щи хлебаю, дружок-пирожок… Я сейчас использовал самую нетипичную для меня и оттого самую неожиданную для вампира и его слуг школу магии — я открыл, Астральные врата, ничтоже сумняшеся впуская в наш мир и своей силой и властью наделяя возможностью действовать в нем тамошних обитателей. Лишь с двумя наказами — защищать означенные мной места от любых угроз и уничтожать всех, в ком чувствовалась энергия Разлома. А также вампиров, запретив им трогать лишь одного кровососа — своего нового подданного.

И большую часть даруемых мной подношений я давал именно тем, кто согласиться защищать указанные мной места. А указал я им именно все те многочисленные хуторы, деревеньки, сёла, отдельные заставы на дорогах, небольшие промысловни, мельницы и много, много ещё чего, что стояло на наших землях и не имело возможностей защитить себя само. И именно их защите я отдал основной приоритет…

Но даже так — большая часть откликнувшихся на это действительно Великое — все шаманы сибирских лесов на собственных языках от зависти удавятся! — заклятие Духов с радостью и голодным воем обрушилась на наших врагов. Жаль только, это не самое эффективное оружие против наших врагов — без шаманов, что привяжут и дадут им настоящий, надежный якорь в нашем мире, маги врага, полноценные маги, а не просто мощные чудовища, пусть и не без труда, но способны массово изгонять призрачных обитателей Астральных Планов обратно в их унылую и опасную реальность. А они имелись при всех больших скоплениях врага. Впрочем, пока ещё разберутся, пока используют необходимые чары, пока охватят ими всю массу вырвавшихся наружу злых, голодных духов… Потери будут, и потери заметные.

Да и вообще — порождения Астрала в этом бою нужны мне лишь затем, чтобы защитить тех моих подданных, что не живут за крепкими стенами столицы и четырех крепостей. А также чтобы накрыть небольшие отряды чудовищ, что двигаются к мелким поселениям, ибо никакой гвардии не хватит гоняться по лесным урочищам сибирской тайги, средь аномалий и иных опасностей этих всё ещё диких и малоизученных мест за каждой кучкой мерзости, притянутой врагами в эту битву.

Сила, пущенная в эти чары, была колоссальна. С десяток моих резервов разом — и мой пока ещё неопытный в таких делах Хранитель Источника малость напортачил, от чего мне пришлось незаметно пропускать по телу огромной силы разряд Зеленой Молнии, пока пораженные размахом пущенной в ход силы и открывшейся картины рвущихся вниз десятков и сотен тысяч голодных духов зрители пораженно глядели в потолок.

Пожалуй, этим и ограничимся. Не хочу второй раз рисковать, давая себя страховать Хранителю… Да и сил ушло куда больше, чем я рассчитывал. Поглядим, что будет дальше.

Снова ваш ход, господа кровососы.

Глава 17

Первый удар Ледяной Скорби пришелся в подставленную странной, уродливой тварью секиру, высекая из неё искры. Верный меч, выкованный в сумрачных артефакторных кузница Столицы Мертвых и прошедший пусть и не слишком долгий, но весьма насыщенный путь в руках своего бессменного владельца, что поднялся от некоего безвестного русского Архимага до невероятного немертвого воителя, аналогов которому не знал даже сам его нынешний господин.

Соединивший в себе Смерть, Жизнь, Серые Пределы и Молнии Пепла, достигнув некоего нового, непривычного и невиданного прежде существования — существа между Высшим и Великим, при этом не являющегося Магом Заклятий, с телом Великого и душой Рыцаря Смерти… Он был чем-то принципиально новым для этого мира — и сегодняшний день был, по сути, экзаменом на тему того, на что он способен, а на что нет.

Это был риск. Очень большой риск — Аристарх предлагал отправить в эту битву Алену вместо Андрея, которая гарантированно совладала бы с любым существом ниже Великого Мага, что могли отправить сюда враги. С её-то личной силой и артефактами, которыми она, наконец, овладела на уровне, что Николаев-Шуйский признал минимально приемлемым!

Однако он отказался. Потому что был полностью согласен с не раз озвученным его господином мнением — боевой маг растет лишь в бою. Тренировки хороши и полезны, но лишь до определенного предела — так можно отточить имеющийся арсенал, отработать, получить наметки и развить откровения и идеи, пришедшие в голову в процессе получения новых чар… Но именно совершать большие прорывы, открывать новые пласты своих навыков и возможностей получится лишь в бою.

В этом нет никакой сакральной, высшей истины или хотя бы сколь-либо глубинной философии, дело совсем в ином. Если ты следуешь путем убийцы и разрушителя, то совершить прорыв в своих силах можно лишь в момент, когда от твоих сил и навыков напрямую зависит твое собственное выживание, когда ты достигаешь пределов отпущенных тебе сил и возможностей и встаешь перед выбором — либо стать сильнее здесь и сейчас, либо сдохнуть. И тогда всё твоё существо мобилизует все скрытые и неизвестные даже тебе самому резервы, дабы шагнуть на ступень выше — победить и выжить. Ну или проиграть и умереть, тут как карта ляжет… Но без подобного риска нечего даже мечтать о том, чтобы подняться выше в короткие сроки…

И потому когда от столкновения Ледяной Скорби и артефакта демоноподобной твари во все стороны хлынули ударные волны магической силы, когда багровое, с черноватым отливом пламя схлестнулось с колдовским морозом, откидывая противников друг от друга на несколько метров — лицо Андрея оскалилось в дикой, нервной и вместе с тем предвкушающей гримассе. Наконец-то!

— Раудр иинатрат! — рыкнул враг.

Мощное уплотнение в ауре, обозначающее одно из Заклятий врага, на краткий миг вспыхнуло, налившись мощью — противник, ощутив силу Андрея, решил сразу пойти с козырей.

Со всех сторон на немертвого волшебника хлынули потоки магического огня — багровое, несущее в себе энергии Хаоса и Инферно, туго переплетенные вместе в нечто единое, существующее по пограничным законам этих двух великих Сил, Заклятие ударило девятым валом, океанским цунами, из тех, что порой, бывало, сметало и целые прибрежные города, несмотря на всю их защиту…

Ледяная Скорбь взметнулась, устремив лезвие к небесам, и Андрей принялся плести заклинания — одно за другим, с невероятной скоростью, необычной даже для подавляющего большинства Магов Заклятий.

Серое, незаметное на фоне накатывающего вала пламени свечение устремилось во все стороны от замершей с воздетым клинком фигуры — сложнейшие чары, наследие тела Великого Мага, мягко накатили на встречу чужой атаке. Не прямой щит, не грубое противопоставление мощи и силы — Андрей действовал тоньше, меняя реальность вокруг себя и словно бы приоткрывая дорогу в мир душ чуждой силе. И порождение Хаоса пополам с Инферно, способное при определенной толике удачи в один присест пробить защитные сферы и десятки сантиметров броневой стали средней руки линкора, оказалось обмануто и обезврежено этими чарами…

Большая часть дикой мощи чуждой магии просто ухнула туда, в это недоступное для большинства живых и мёртвых измерение, в этот План Бытия — однако далось это Андрею отнюдь не так просто, как могло бы показаться. Разрушительное Заклятие демоноподобной твари рвало скрепы силы, выжигало узлы заклинаний, сминало и дестабилизировала чары — помимо грубой мощи Инферно, в нем был и Хаос, что смешивал и спутывал все попытки защиты. Однако даже так, даже несмотря на то, что Андрею приходилось непрерывно подновлять и сплетать дополнительные слои чар, защита работала — и это было огромным успехом, ибо Заклятие остановить обычными чарами восьмого ранга считалось задачей воистину непосильной. В этом плане его господин был уникумом — будучи всего-навсего Высшим, отражал подобные удары своими чарами. Нереально сложная задача, непосильная почти никаким Высшим — в этом Андрей убедился на собственном опыте, в схватках с Аленой. И ведь у Аристарха тогда даже не имелось тела Великого Мага и остатков ауры и энергетики подобной сущности, как сейчас у Андрея…

Тем не менее, то, что было почти нереально отразить в исполнении Алены, в случае с демоноподобной тварью напротив было задачей вполне себе достижимой. Да, часть багрового огня достигала воина — но в таких количествах и столь ослабленное, что угрозы особой уже не представляло. Защитная магия доспехов без труда держала удар…

На морде полудемона — ибо полноценным демоном это существо определенно быть не могло — отразилось удивление. Он явно не ожидал подобного поворота, однако стоило отдать врагу должное — он оправился очень быстро. И решение принял мгновенно — к счастью, ровно такое, на которое и рассчитывал немертвый воитель. Ибо поединок двух могущественных магов — это игра, в которой чем лучше ты понимаешь намерения оппонента, чем эффективнее ему навязываешь свои правила, тем больше шансов победить.

Взмах секиры породил незримую ударную волну — чистая физическая сила, порожденная чарами и собственной мощью здоровяка. Волшебство служило лишь причиной возникновения ударной волны, никак не являясь следствием — и когда сквозь Завесу Небытия прорвалась ударная волна немертвый воин принял удар на грудную пластину доспеха, что слегка вмялась от мощи удара… Но не более того.

Рывок вперед, хлопок нещадно проламываемой сгустившегося до состояния стены воздуха и Ледяная Скорбь жалит в ответном выпаде, целясь прямо в уродливую морду, что оказывается закрыта здоровенным шлемом с забралом в виде демонического лица. Сталь тонко звенит, по забралу растекается тонкая ледяная корка и враг делает несколько шагов назад, стремясь сохранить равновесие…

Андрей не отстает. Ещё рывок, провернуться вокруг своей оси, увеличивая мощь удара инерцией и всей своей немалой массой — и косой рубящий удар обрушивается на вражеский наплечник. Секира врага вспыхивает черным светом, ответный удар почти успевает сформироваться — но с левой ладони, что не держит рукоять двуручника, срывается простая на вид Ледяная Молния.

Вот только она не проста, совсем не проста. Желтые и Золотые разряды, бесчисленными искрами окаймляющие эти чары, ускоряют и усиливают чары до предела, а внимательный взгляд углядит в самой сердцевине, внутри разряда тонкую серую нить — Лед, который кажется основной силой этих чар, лишь оболочка, то, что содержит в себе основную ударную мощь. Одно из нескольких заклятий, что составлено им лично для себя и под себя, под свои новые силы и возможности, сочетает все дары и всё могущество его новой природы — его собственную магию, как нежити, унаследованные от Аристарха Молнии и серую мощь Небытия, дарованную новым телом и унаследованную с остатками ауры и силы прежнего владельца этой бренной плоти. Чары, с созданием которых ему помогали Рагнар Фолькунг лично и супруга господина — Хельна Николаева-Шуйская.

Удар молнии пришелся прямо в грудную пластину вражеского доспеха. Вспыхнули синим выбитые на нем могущественные руны, создавая призрачное защитное свечение, Ледяная Молния лопнула, обращая всё на десятки метров в огромную глыбу льда — маны в заклятие Андрей вбухал с избытком, столько, что его энергоканалы не просто вспыхнули от боли, но и затрещали, разрываясь, в некоторых местах… Однако цели своей он достиг — не успевшие до конца сформироваться чары на лезвии секиры взрываются, не успев оформиться до конца. Десятки рваных, искривленных лучей темноты устремились во все стороны, сметая лед и атакуя Андрея — но броня пусть и с трудом, но выдержала несколько попаданий магии могущественного артефакта… А лучи черного света в куда больше степени поразили самого владельца артефакта, заставив и без того истончившееся защитное сияние лопнуть.

Вот только, несмотря на название, отнюдь не лёд был главной ударной частью Ледяной Молнии. Серый поток света стрелой ударил в район солнечного сплетения, Золотые и Желтые Молнии ослепительно вспыхнули, отдавая всю свою мощь Небытию — и взревевший от страха полудемон активировал, наконец, второе свое Заклятие.

С четырех сторон света на Андрея обрушилось по одному вытянутому копью изумрудной энергии, вонзаясь в доспех и мгновенно детонируя — однако прежде, чем все исчезло во вспышке взрыва сторонние наблюдатели могли увидеть, как осывается прахом нагрудная пластина доспехов полудемона, и как активируются собственные защитные чары брони немертвого воителя.

А когда десяток секунд спустя выхаркивающий черную кровь полудемон, телом пробивший городские ворота и обрушивший своим приземлением одну из крепких каменных казарм гарнизона поднялся, прижимая руку к выжженной почти до позвоночного столба дыре в солнечном сплетении — результате детонации его собственного Заклятия в момент отсутствия защитных чар и брони — из окружающего его облака пыли пополам с обломками показалась мрачная, закованная в сталь фигура.

— К-как⁈

Свернуло серо-стальное, хищное лезвие двуручника, вонзаясь в ужасающую рану. Сила Серых Пределов пополам с Золотыми и Желтыми Молниями хлынула в израненную, ослабленную плоть врага, и Андрей ответил:

— Молча.

Больше ничего предпринять потомок некоего могущественного существа родом из демонических Планов предпринять не успел. Его плоть не выдержала столкновения с силой, что можно было назвать родной сестрой самой Смерти, и даже тот факт, что был не просто полудемоном, но потомком того, кто сумел унести в изгнание частичку Пламени Инферно и передать власть над ней своему потомку, ничего не изменило. Полудемон, могучий Маг пяти Заклятий, оказался переигран и полностью сокрушен Андреем.

Цена была, право слово, не велика — обугленная броня и пятая часть резерва, с некоторыми некритичными повреждениями энергетики. Можно спокойно заняться всеми остальными — за ту минуту, которая ушла у Андрея на победу, обстановка снаружи начала кардинально меняться.

Войска, не теряя времени, спрыгивали вниз прямо со стен — гвардейцам Николаевых-Шуйских высота стен была нипочем. Даже тяжелые доспехи не слишком повышали травматичность прыжков с этой высоты — Зеленые и Золотые Молнии, управление праной и крепость могучих тел делали своё дело.

Как там дела у остальных, интересно? Добычу заберем позже, пока нет времени разбираться с чужими артефактами — их так просто не схватишь, какая-никакая защита от воров или сюрприз для убийцы в предметах такого уровня быть просто обязаны…

Там, где сошлись огромный жук-вожак и Рыцарь Смерти всё вокруг погрузилось в настоящий хаос. Трех с половиной метровый Повелитель Смерти, что на фоне обычных людей, даже здоровяков-гвардейцев, среди которых просто не имелось никого ниже двух метров ростом, выглядел как взрослый на фоне детей, рядом со своим противником выглядел мышью на фоне тигра, отчего их столкновение выглядело невероятно сюрреалистично.

Длинный двуручный черный клинок матовой стали, по которому пробегали холодные отблики мрачного внутреннего света, темной молнией рассек воздух и врезался в огромную, вытянутую вперед челюсть-жвало. Смесь жука-оленя и жука-носорога, с огромными вытянутыми челюстями и здоровенным, чуть изогнутым рогом, торчащим вперед, он был словно воплощением концепции таранного, лобового удара. И встречать его атаку вот так, прямо, было, на первый взгляд, отнюдь не лучшим решением…

Вот только кем-кем, а глупцом Кащей не был. Несмотря на всю чудовищную разницу в габаритах и физической силе, Рыцарь Смерти действовал уверенно и на упреждение, сблизившись с левым жвалом прежде, чем они сомкнулись на нем самом.

Меч Повелителя Смерти, мощный артефакт восьмого ранга, чье название с китайского переводилось примерно как «Коготь Тяжелого Мрака», обладал одним интересным свойством — возможностью управлять весом оружия. Предельной массой, до которой оно могло потяжелеть, было чуть более десяти тонн — и Кащей активировал эту способность на полную. Разумеется, не сразу, а в тот момент, когда меч уже падал в ударе справа-сверху — иначе, десятитонным дрыном активно махать даже ему было бы очень непросто.

Набранная скорость, вложенная в замах сила и, самое главное, вес оружия, перемножившись меж собой, сделали своё дело — челюсть-жвало в верхней своей трети оказалось начисто срезано и Рыцарь Смерти по инерции пролетел дальше, оказавшись с фланга монстра.

Кащей создан для битв вот с такими гигантами. Будучи нежитью, существом искусственным, да ещё и весьма высокого качества даже в сравнении с иными себе подобными аналогичного уровня, он не имел необходимости придумывать и создавать с нуля собственные Заклятия — их в него заложили изначально, при создании. Три тех, что уже имелись изначально, и ещё два на случай, если ему повезет достигнуть следующих рангов.

Первые три Заклятия были по сути своей просты — усиленный, доведенный до предела Лик Смерти, стандартное для всех Рыцарей Смерти заклинание, высшая форма их атакующей волшбы. Вторым были Темные Оковы, третьим — Костяной Щит.

Кащей не знал, к каким стихиям и школам магии тяготел при жизни, но после перерождения в новую форму существования его основными магическими направлениями стали Смерть, Кости (подраздел некромагического искусства), Металл и, разумеется, Тьма.

Почему он считал, что его специализация — битвы со здоровяками? Да потому, что его Заклятия работали куда лучше в связке с Доспехом… А ещё потому, что четвертым Заклятием шел как раз усиленный, улучшенный Доспех. Его создательница была весьма амбициозна — она была уверена, что он разовьётся до уровня четырех Заклятий, раз решила не ставить этот доспех в первых трех. Ведь чем дальше по номеру шло Заклятие, тем мощнее оно обычно было…

И её расчет оправдался — тот странный ритуал вместе с их господином, который они провели на месте захваченного Источника Магии, сперва травмировал его энергетику — а затем, когда отдача улеглась, помог резко нарастить мощь. Несколько тысяч монстров от третьего до седьмого ранга, что всем скопом излавливали для него более половины высших магов Рода, да ритуал на Источнике в Чернолесье, позволили ему взять планку четырех Заклятий.

Одно из преимуществ его положения — создавать с нуля Заклятие не требовалось. Он просто оформил уже заложенный шаблон, напитав его силой и энергией — и теперь у него имелось Заклятие Костяного Гиганта. Четвертое Заклятие, по сути — тот же Доспех Стихии, вот только на порядки более могущественный. А ещё, в отличии от него, Костяной Гигант позволял на равных драться с подобными тварями — разница между простым Доспехом и Гигантом была колоссальна.

И поэтому использовать своё четвертое Заклятие Кащей начал сразу, как миновал обрубленный им кусок челюсти жука. Десятки, сотни костей, возникающих буквально из воздуха, стремительно складывались в фигуру закованного в броню из темного металла воина. Все происходило стремительно — уже спустя несколько секунд Кащей в своём новом облике провернулся вокруг своей оси, нанося огромной шипастой булавой из стали удар по спине находящегося сбоку жука.

Засверкали зеленоватые всполохи магии Смерти на шипах из черного металла, что впились, проламывая, в твердый хитин и впрыскивая чуждую всему живому силу.

Однако развить успех ему помешали многочисленные подопечные вожака, твари шестых и седьмых рангов, обрушившие на него потоки примитивной боевой магии. Это не смогло его остановить или хотя бы нанести ему сколь-либо значимый ущерб — не за один, пусть и слитный, залп уж точно. Но опрокинуло и отшвырнуло, помешало подняться максимально быстро и дало возможность противнику вновь повернуться к нему…

Где-то в стороне взметнулось багровое пламя, в котором ощущалась огромная мощь. Могущественное атакующее Заклятие, использованное противником их предводителя, мгновенно вычеркнуло из противостояния его помощников — в этой схватке им места не нашлось, слишком быстро противники взвинтили темп.

Быстро брошенные вокруг сенсорные чары показали, что у Лиха и его семерки дела тоже шли совсем не радужно. Накатившая на них волна вражеской нежити и странных, уродливых тварей с отчетливыми эманациями демонов в ауре, что поддержала их ударами заклятий из тыла, оказались слишком сильны для их группы.

Однако помочь своим Кащей возможности не имел — у него был свой противник…

Костяной Гигант, выпрямившись, метнул в окружающих его чудовищ одно за другим несколько атакующих заклинаний восьмого ранга — гигантские призрачные черепа, сферы из сконцентрированного, сжатого Мрака и шестиметровые, массивные металлические копья, полыхающие чистым некросом.

Мелочь выкосило, но тварей шестого и выше рангов не проняло — природная защита и регенерация вкупе с защитными чарами, что они выставили, у удивлению Кащея совместно (одно из преимуществ инсектоидов — прекрасная синхронность в защите) прекрасно справились пусть и с тремя, но площадными, а не персональными чарами. Нет, барьеры, пусть и выставленные полутора дюжинами насекомых шестого-седьмого ранга, выдержали далеко не все — но того, что прорвалось, не хватило прикончить живучих тварей.

Прежде, чем Кащей или его противники успели приступить ко второму раунду, Костяного Гиганта частично сковало льдом, использованным Андреем — а затем ему в спину прилетело несколько черных лучей. Ситуация осложнилась…

Глава 18

Олег Шуйский, стоя в толпе вместе с прочими гостями, едва удерживая на лице маску спокойствия, глядел вверх, на потолок огромной залы, превратившийся в сплошной иллюзорный полог, демонстрирующий кипящее по всем Родовым Землям хозяев мероприятия сражение.

Вот летающая крепость Николаевых-Шуйских (действительно диво дивное, о котором чародею прежде доводилось лишь слышать) вступает в схватку близ какой-то небольшой крепостицы. Сотни человеческих орудий и артефактных установок, очевидно доставшихся от прежних владельцев крепости, дают залп — зачарованные ядра пополам с лучами света, магмовыми и огненными сферами, стремительно, не уступая ядрам летящим облачкам лютого хлада, что, попадая в цель, обращает ту в ледяную статую, и прочими магическими гостинцами прореживают огромный рой здоровенной саранчи. Инсектоиды, самые малые из которых были не меньше крупного пса, а крупнейшие — добрых полтора десятка, оказались застигнуты врасплох.

Глядя на бесконечную, затмившую небеса на десятки километров вокруг стаю порождений Разлома могло показаться, что у людей нет ни единого шанса — однако следом за первым, флагманским «судном», что внезапным ударом создало брешь в неисчислимой стаи насекомых, прибыла и остальная воздушная рать Николаевых-Шуйских.

Чародеи хозяев открыли портал прямо над роем, почти над самым его центром. И крепость прибыла на поле боя вовсе не в одиночку — с ней были четыре десятка фрегатов, двадцать семь корветов, четырнадцать эсминцев, четыре крейсера, линкор и три летающих замка. Внушительная эскадра, нет — скорее даже полновесный флот, был опасен не только орудиями своих судов, но и абордажными командами. Состоящими из боевых магов и гвардейцев Николаевых-Шуйских — прекрасно обученных, экипированных и боеспособных, ничуть не устрашенных попыткой саранчи захватить суда.

Флотилия Николаевых-Шуйских удивила Олега своей тактикой — после того, как первый залп орудий смел тысячи, если не десятки тысяч слишком плотно летевших тварей, они не стали активировать барьеры судов в попытках защититься. Напротив, они дождались, когда вокруг них скопиться максимальное количество монстров — и лишь тогда активировали барьеры, заперев саранчу вместе с кораблями.

Здоровенные твари бросились на суда, пытаясь вгрызаться в обшивку, броню, турели и стальные мачты-артефакты, надеясь нанести достаточный ущерб — даже обычная саранча славилась своей способностью сгрызть почти что угодно, чего уж говорить об измененных Разломом тварях?

Однако когда барьеры, наконец, активировались, отсекая атакующих от основной массы себе подобных, абордажные команды судов показали причину своей самоуверенности.

Гвардейцы в тяжелой броне, вооруженные как оружием ближнего боя, так и винтовками, ринулись в атаку. На тех насекомых, что были на палубе, они даже не стали тратить пуль — тяжелые однолезвийные секиры и булавы, куда более сподручные в бою с монстрами, нежели мечи, замелькали с чудовищной скоростью, сметая тварей, словно те были покрыты тонкой фанерой, а не крепкими хитиновыми панцирями. Попытки саранчи сопротивляться ни к чему не приводили — гвардейцы, даже если по каким-то причинам (из-за тесноты, например) не успевали увернуться, просто принимали укусы и удары лапами на металл брони, которая играючи выдерживала атаки. Причем на палубах были отнюдь не только слабейшие и мельчайшие твари — палуба крейсера, на котором сосредоточил внимание Шуйский, была в основном атакована тварями размером с доброго теленка. Судя по пропорциям — второй-третий ранг… И рядовые гвардейцы, периодически окутываясь разрядами молний, без труда прошли сквозь них — две волны, одна из которых начала атаку с кормы, другая с носа, сошлись по середине.

Маги тоже не теряли времени — боевые чародеи судов, по несколько десятков с каждой стороны, прошлись по бортам судна, истребляя тварей на нем. Меньше минуты — и судно оказалось зачищено!

Барьеры, правда, больше полностью не убирали. Впрочем, их развернули таким образом, чтобы они прикрывали с того направления, где находились группы сильнейших тварей стаи — четвертого и выше рангов, что готовились бить магией дистанционно. Монстры же послабее, коих было подавляющее большинство, облетали магические преграды, упорно стремясь взять людские суда на абордаж. И гибли — тысячами, от мечей, пуль, заклятий абордажников, турелей на судах и прочего. В то время как основная огневая мощь флотилии сосредоточилась на держащихся в отдалении магов стаи…

Девяносто воздушных судов против сотен тысяч, а то и нескольких миллионов инсектоидов — несопоставимые, казалось бы, силы, особенно с учетом наличия у последних королевы уровня Мага Заклятий, габаритами с добрый корвет, то бишь полсотни метров, да почти двух десятков тварей помельче, уровня Архимагов… Олегу Шуйскому ещё не доводилось видеть подобных сражений.

Олег сам по себе не был кем-то значимым в Великом Роду. Обычный чародей сорока лет в ранге Мастера, коих среди Шуйских было сотни, он выделялся на фоне остальных лишь одним обстоятельством — он был сыном Антона Зарецкого, одного из Старейшин Рода. Причем не просто Старейшины — отец совсем недавно, примерно два месяца назад, сумел взять ранг Мага Заклятий. Всё благодаря пересаженному сердцу твари седьмого ранга, последнему, что имелось в распоряжении Шуйских. Ибо в последние месяцы этот и прежде дефицитный ресурс стало практически невозможно достать — все чудовища седьмого и восьмого ранга, до которых было реально добраться или чьи сердца можно было выкупить-выменять, уже закончились.

Антону, так и не пожелавшему сменить фамилию с Зарецкого на Шуйского, повезло. Никакой особой власти или влияния в Роду у принятого со стороны чародея прежде не имелось, так, достаточно средний на общем фоне верхушки Рода маг. Однако с достижением уровня Заклятий все сильно изменилось — если прежде отец был одним из четырех десятков Архимагов Рода, да к тому же без кровной связи с Шуйскими, то теперь он стал четвертым Магом Заклятий. Что просто не могло не сказаться на его положении…

Вот так, неожиданно для себя самого, Олег оказался наследником одного из столпов Рода. Он и прежде обладал высоким статусом — сын Архимага, как никак — а уж теперь и подавно. И потому когда было получено приглашение посетить некое торжество, устраиваемое бывшим Наследником, сделавшим за пять лет головокружительный скачок во всем, от личной силы до статуса и богатства, он без особого труда добился права войти в число тех, кто будет представлять Род на приеме бывшего княжича.

Ему хотелось поглядеть своими глазами на живую легенду, при упоминании которой нынешний Наследник стискивал кулаки и зубы, наливаясь бешенством. На того, кто сумел пленить его отца, Архимага на тот момент, будучи всего лишь Мастером. На реинкарнатора и созданный им Великий Род, на который у Шуйских были немалые виды…

И глядя на иллюзию кипящего сражения, Олег с трудом удерживался от того, чтобы окинуть окружающих бояр надменным взглядом. Что ни говори, а он и Аристарх Николаев-Шуйский были пусть и дальними, но кровными родичами, и гордиться его достижениями Шуйские могли.

Опустив взгляд вниз, он окинул взглядом края зала, где прежде находились Старейшины Николаевы-Шуйских и их не то вассалы, не то союзники. С начала сражения прошло не больше шести минут, однако заполненные прежде могущественными чародеями и чародейками части зала ныне почти опустели — магия Телепортации работала во всю, успев разослать не только могучий воздушный флот Великого Рода, но и высокоранговых магов. Помимо самого Аристарха остались лишь его супруга, красивая блондинка в красном платье, Алена Николаева-Шуйская, да горстка других чародеев и чародеек, имен которых Олег не знал.

Рядом кто-то, вздохнув, решительно зашагал вперед, проталкиваясь сквозь толпу. Руслан Шуйский, младший брат Аристарха, прибывший сюда вместе с Олегом. Жанна и Ася Шуйские, сестра и мать реинкарнатора, прибыли не с ними, а с Родом Матвеевых — семьей вдовы прошлого Главы, Николая Шуйского. После начала стремительного возвышения Аристарха Шуйские прилагали титанические усилия к тому, чтобы наладить отношения с Асей и её детьми, однако, к досаде Совета Рода, из этого почти ничего не вышло. Слишком глубоки были обиды, да и тот факт, что они настолько небрежно относились к их безопасности, что их сумели похитить и какое-то время удерживали в плену члены Тайной Канцелярии, теплоты в их отношения не добавлял… Один лишь Руслан остался жить с Шуйскими — пару месяцев назад Жанна, поддавшись на уговоры матери, вместе с Асей перебралась в московский особняк Николаевых-Шуйских, переданный Аристархом матери. И жила там подчеркнуто обособленно, чем немало злила некоторых Старейшин.

Он случайно оказался свидетелем того, как Анна Шуйская, одна из Старейшин Рода и дочь самого Федора Шуйского, Главного Старейшины и влиятельнейшего человека в их фамилии, вместе с несколькими другими Старейшинами пыталась надавить на Асю.

— Ася, дорогая, — с мягкой, сердечной улыбкой обратилась тогда Анна к ней. — Ну право слово, в главном особняке Рода тебе будет куда комфортнее, чем там. Да и Жанна, опять же, наверняка не хочет расставаться с подругами и сестрами… Не говоря уж о том, что не стоит прерывать её обучение — она весьма талантлива и у неё большое будущее, и в её возрасте каждый день тренировок и обучения бесценен. Именно в юности закладывается фундамент для дальнейшего развития, тебе ли этого не знать?

— Благодарю, Анна Федоровна, — учтиво ответила вдовствующая княгиня. — Однако мы с дочерью все же переберемся в жилье, любезно предоставленное нам Аристархом. С подругами и сестрами Жанна сможет видеться в любое время — в конце концов, мы всё также остаемся в Москве. Касательно же комфорта… Этот особняк слишком сильно напоминает мне о моем почившем супруге. Эта рана в моей душе так и не зажила, и я просто не могу ничего поделать.

— Понимаю, — сочувствующе вздохнула Анна. — Случившееся с Колей было ударом для всех нас. Я и сама до сих не могу смириться с этим. Такая потеря… Понять твою слабость я могу, Ася. Но что насчет Жанны? Всё же речь идет о её будущем — и лучшего места для обучения и тренировок, чем у нас, не найти во всей Москве.

— О, я надеюсь, Род Шуйских не откажет вдовствующей княгине в том, чтобы выделить одного из наставников для молодежи, дабы тот ежедневно навещал нас и тренировал Жанну, — парировала Ася. — Однако если у Великого Рода нет такой возможности, то ничего страшного. Мой сын не только отдал в наше распоряжение особняк, унаследованный им, кстати, от отца — как удачно получилось, что хоть эту часть его наследия удалось сберечь — но и выделил своих людей в качестве свиты для нас. Четверо Старших Магистров, дюжина Младших и тридцать Мастеров, вместе с ними — три роты гвардейцев Николаевых-Шуйских, кои, по слухам, сильнейшие в стране, и полный штат слуг. Полагаю, они не откажут моей просьбе о помощи с развитием способности Жанны… Вероятно, даже сочтут за честь возможность стать наставниками сестры Главы своего Рода.

Олег, хоть и был довольно заурядным по меркам бояр чародеем, обладал иными талантами. В частности, он был очень хорошим эмпатом, в связи с чем и был принят в свое время в Охранку Рода. И потому, несмотря на то, что выражение лица Старейшины Анны ни на миг не дрогнуло, он явственно ощущал, какая ярость обуревает женщину.

Внучка Федора и вдова Николая смотрели друг на друга без всякой видимой неприязни — благожелательная улыбка Анны против спокойного, полного вежливого внимания выражения лица Аси… Однако случайный свидетель этой беседы ни на миг не обманывался — друг перед другом стояли змея и мангуст, и лишь благородное воспитание вкупе с десятилетиями опыта жизни в высшем свете удерживали их от того, что начать с шипением осыпать друг на друга угрозами.

И при этом было очевидно, кто одерживает верх — как Анна не изворачивалась, ей не удавалось найти, за что зацепиться, чтобы удержать вдову прежнего Главы и его же дочь в стенах Родового поместья. И, надо признать, не привыкшая к возражениям и отказам Старейшина первой допустила промах.

— Ты выставляешь в дурном свете не только наш Род, но и саму себя, Ася! — не выдержав, зло заявила Анна. — Ты — вдовствующая княгиня Великого Рода Шуйских, и коль уж ты сейчас живешь не в отчем доме, то будь добра — живи на нашей территории! Сейчас и без того непростые времена, Ася, и твои глупые выходки роняют достоинство нашего Рода! Прекрати этот цирк!

В ответ мать реинкарнатора лишь улыбнулась — на сей раз искренне, по настоящему. То была улыбка не радости или веселья нет — это было чистое превосходство и издевка. В подобных беседах проигрывал первый показавший свои истинные чувства. Неспособность контролировать свои чувства, эмоции и слова в подобных ситуациях считалось признаком слабости характера — и пусть со стороны это было неочевидно, но любой, кто имел отношение к высшему свету, понял бы, что произошло.

По неписанным правилам знати вдовствующая княгиня только что вытерла пол Старейшиной Шуйских — легко, без особых усилий, даже не используя уловок. Олег с отцом, стоящие вместе в десятке шагов от женщин, молча стоящие по обе руки от Анны двое других Старейшин, из числа младших обладателей этого статуса (Старшие Магистры) и, конечно, сама Анна.

— Я весьма ценю твоё участие и заботу о моём добром имени, Анна, — все так же вежливо ответила Ася. — И могу лишь сожалеть, что моё решение пожить вместе с дочерью вдали от места, где каждый камень напоминает нам о невзгодах, обрушившихся на нашу семью, столь сильно задевает тебя.

В этот момент показалась и Жанна — девушка уверенным шагом прошла мимо отца с сыном, вежливо отвесив им легкий поклон, и подошла к матери. Анне и её спутникам девушка лишь легонько кивнула, что было, вообще-то, почти нарушением этикета — впрочем, учитывая, что Старейшина была одной из главных гонителей их семьи в прошлом в подобном поведении не было ничего странного. Кивок был на грани дозволенного — но не за ней. Мать хорошо обучила свою дочь этикету…

Анна стояла к Антону и Олегу спиной, но даже так они увидели, как покраснела тонкая, белая шея женщины. Отбросив попытки быть вежливой, она сердито фыркнула и ответила:

— Как бы тебе потом твоя наглость боком не вышла, Ася…

— Ты мне угрожаешь? — с великолепным изумлением в голосе перебила её вдовствующая княгиня. — Коль уж ты перешла на язык хамства и запугиваний, то давай и я тебе кое-что скажу, моя дорогая. Времена, когда ты и тебе подобные могли грозить мне и моим детям давно в прошлом. И уже никогда не вернутся! Ты привыкла, что в этом доме тебе никто не перечит из-за твоего деда, Анна? Считаешь себя выше прочих, думаешь, ты в праве диктовать, кому и как жить? Спешу тебя огорчить, дорогуша — мой сын вырос, и теперь у нас тоже есть заступник. Мой Ари с детства отличался вздорным нравом, а уж сейчас о его характере и говорить нечего… Как думаешь, что он сделает, если та, кого он и так много лет ненавидит, посмеет применять силу к его матери и сестре?

На это Анна не ответила. Да и что тут было отвечать? В тот момент сам боярин подумал, что, несмотря на всю ту славу и несомненные силу да власть нового Великого Рода и его Главы-реинкарнатора Ася Шуйская переоценивает его возможности, полагая, что тому под силу бодаться лбами в ситуации, если Федор и, соответственно, весь Великий Род Шуйских встанут на сторону Анны и принудят вдову поступать, как они считают уместным. А вот теперь, глядя на всю ту колоссальную мощь, пришедшую в движение по слову Аристарха, он уже так не думал. А ещё он явственно ощущал, что тот обладает силами, выходящими за рамки возможностей Магов Заклятий…

Видимо, Ася все же знала, о чем говорила. Как знала об этом и Анна — и именно поэтому не решилась перейти от слов к делу. А вот он, Олег, как раз-таки был неправ…

* * *

Астральные Духи, наконец, полноценно вступили в битву. Там, у Новоселска, весьма вовремя врубившись в жуков, и у остальных крепостей тоже. Да и в лесах да полях за мелкими отрядами они погнались с изрядным азартом…

Наш прирученный Огненный Дух восьмого ранга, которого я с помощью привязки к Источникам на территории Родовых Земель сумел заякорить в материальном мире, отрабатывал свое комфортное пребывание на вольных хлебах в нашей реальности. Да так рьяно, что я даже невольно головой покачал. Смотрю, Огонёк прикипел к нашим землям, со всей душой бьется, даже не тратит время на то, чтобы пожирать добычу — просто истребляет, как можно быстрее. Надо будет потом как-нибудь наградить Духа…

Бились оба Петра, демонстрируя всё, на что способны — они вместе с Первой Дивизией, Алтынай, Ильхаром, что выжимал все, что ему было доступно на данный момент из своей зачарованной брони, и двумя десятками Старших Магистров дали бой под стенами третьей крепостицы объединённой армии различной нечисти и нежити под предводительством вампиров.

Пока всё развивается даже лучше, чем я предполагал — Андрей на пару с Лихом потихоньку зажимали вражеского Высшего Лича, а Кащей с пришедшими ему на помощь ордами Астральных Духов теснил вожака жуков. Духи взяли на себя всех подчиненных главного чудовища, оставив его один на один с Рыцарем Смерти, и тот уверенно и неспешно разделывал врага.

Четвертая точка столкновения больших сил — самый натуральный Всадник без Головы, какая-то хреновина, вроде помеси некоего голема и злого духа, вампиры, нежить и три армии насекомых — муравьи, термиты и осы, в каждой по одному предводителю восьмого ранга. Самая, пожалуй, мощная группа вторжения, и потому туда подкрепления телепортированы напрямую внутрь крепости. Два Мага Заклятий, одна Высшая и все прибывшие с ними чародеи, плюс два отдельных полка моей гвардии. С ними же Гриша вместе со всей моей дружиной — это сила большая, чем Каменев и Соколова вместе взятые. Ну и, само собой, третий гвардейский полк — изначальный гарнизон.

Все они пока с трудом держат удар. Руки чешутся самому вмешаться в ситуацию, оказаться на одной из башен крепости и начать лупить площадными чарами, выжигая всю эту мерзость, но нельзя…

Наш флот скоро окончательно разгромит своих противников — им достался самый легкий противник, с саранча действовала в одиночку. Нет, в принципе, не прибудь флот порталами на помощь крепости, и насекомые гарантированно взяли бы её и сожрали б там всю органику. Но история не терпит сослагательного наклонения…

В общем, как только они разберутся у себя — сразу полетят на помощь Каменеву и компании. На то, чтобы организовать ещё одну массовую телепортацию даже на небольшое расстояние сил Кристины и её учеников не то, чтобы не хватит — они ещё не истощены окончательно и разок перекинуть даже флот смогли бы. Но лишь раз, а бой ещё отнюдь не кончен, так что на всякий случай эту опцию надо приберечь. Ничего страшного, флоту там лететь минут тридцать-сорок, если не будут жалеть ресурс двигателя и топливо. Справятся… А если нет, то у нас ещё имеется Алена. Последний, крайний резерв.

Я выделил ещё один поток в своем сознании, когда увидел с решительным видом проталкивающегося ко мне Руса. Мой младший брат с нашей последней встречи успел ещё немного подрасти, лицо начало лишаться детской припухлости… Как быстро всё-таки растут дети!

— Брат, — толкнулась ко мне мысль-послание парня.

Неуверенная, сбивчивая — гулявшие по залу отголоски могущественных чар, сейчас активно работающих, создавали достаточно сильные помехи, чтобы все, кто ниже Мастера рангом испытывали сложности с использованием чар, особенно столь тонких и хрупких, как мысленная речь.

Прежде, чем мелкий успел продолжить, я внезапно ощутил то, чего так ждал всё это время — могущественную ауру, на порядок превосходящую силой все остальные ощущаемые мной ауры. Великий Маг, причем явно не одних Сверхчар…

— Потом, мелкий, — перебил я Руса. — Мне пора. Алена, помни — ты последний резерв.

— Дорогой…

— Ари…

Не слушая своих женщин, я повернулся туда, на северо-восток, откуда чувствовалась аура врага. За ничтожную долю мгновения окинул сенсорным заклятием зал и, уже создавая чары телепортации, бросил:

— Удачи, друзья мои. Не дайте себя прикончить!

— Мы вас не разочаруем, наставник, — пришел мне спокойный ответ от Темного.

Он и Алёна были единственными из наших, кто оставался в замке. Ну и Хельга, разумеется…

Мир на мгновение погрузился в абсолютный мрак, тело словно рассыпалось на атомы и миг спустя собралось обратно — и я уже в десятках километров от своего замка, стою между небом и землей, глядя на своего визави.

— Долго же ты собирался с духом, вампир, — бросил я закованному в вычурную, по мере возможности стилизованную под нетопыря броню кровососу. — Я уж начал опасаться, что ты так и не решишься высунуться.

— Что поделать — не каждый день мне приходится сражаться лицом к лицу с равным по силе, — спокойно усмехнулся тот. — Поговорим, прежде чем начнем?

— Поговорим, — кивнул я.

Глава 19

— Так о чем ты там хотел говорить, кровосос? — поторопил я умолкнувшего вампира. — Не томи, враг мой. Не знаю как у тебя, но у меня этой ночью ещё масса незаконченных дел. Потравить насекомых в моём доме, развлечь гостей, наградить отличившихся… Так что или говори, или нападай уже.

Забрало вампира было поднято, так что выражение его лица я видел отчетливо. И оно осталось всё столь же снисходительно-насмешливым. Что ж… Шансы были пятьдесят на пятьдесят. Долгоживущие существа, достигшие вершин могущества, на удивление часто оказываются вспыльчивы и нетерпимы к насмешкам, несмотря на весь свой многовековой, а порой и тысячелетний опыт. По себе знаю — сам не всегда мог сдержаться. Все же люди частенько переоценивают значение прожитых разумным лет — фраза о том, что с возрастом приходит приходит мудрость, но к некоторым возраст приходит один к сильным мира сего подходит намного больше, чем к обычным людям и нелюдям.

Ведь чем ты могущественнее как маг, чем выше твоя личная сила, тем реже тебе приходится слышать брошенные в лицо насмешки или тем более оскорбления. А уж тем, кто давно находится на самых вершинах силы, вроде Великих Магов, и подавно… Впрочем, справедливости ради, я даже не пытался провоцировать его всерьез. Пока не пытался.

— А ты весьма занятой человек, Аристарх Николаев-Шуйский, — со снисходительной усмешкой ответил он. — Да ещё и очень в себе уверенный, не отнять. Бой ещё даже не начался, а ты уже рассуждаешь о том, что будешь делать после него. Если ты и в прежней жизни был таким же, то неудивительно, что тебя отправили на перерождение.

Окружающий эфир слегка, чуть-чуть колыхнулся. Почти незаметно, практически неощутимо, на уровне статистической погрешности — впрочем, подобные колебания происходили ежесекундно. На моей земле сегодня слишком много активно колдовали, в ход шло слишком много магии от низших рангов до чар восьмого ранга и Заклятий — от того эфир и колебался даже здесь.

— Вот уж воистину не твоё дело, как и почему я стал реинкарнатором, — пожал я плечами. — К делу, вампир, к делу! Быстрее начнем, быстрее закончим!

— В нашем с тобой распоряжении всё время мира, чародей. К чему поспешность?

Ближайшее к нам крупное поле боя располагалось буквально под нами. Там наш Огонек, что прибыл буквально мгновение назад, обрушился яростным пламенем на группу из двух вампиров-Высших с пятеркой кровососов седьмого ранга — их схватка началась буквально только что, пока мы говорили. Наш Астральный Дух, спалив дотла крупный отряд монстров Разлома, почуял высвободившего свою ауру Арзула, отправился сюда. Разумеется, не сразу, а после того, как почувствовал, что я переместился сюда же — Огонек, конечно, молодец и показал себя сегодня исключительно с лучшей стороны, но самоубийцей не был. Вампир играючи мог оборвать его существование, схватись он с ним в одиночку… Но почуяв, что хозяин прибыл на бой с главным врагом, он решил мне помочь. Влезать в схватку такого уровня — это было очень смело с его стороны… Наверное, запал боя и собственная природа слишком повлияли на него — в нормальном состоянии он бы точно постарался держаться подальше разборок такого уровня.

Тем более мне помощь не требовалась. Вернее, не так — кучка Высших и Архимагов внизу никак не смогла бы повлиять на ход нашей с предводителем кровососов битвы. И моя уверенность в этом строится отнюдь не на моём высокомерии — просто я тоже припас пару сюрпризов к этой ситуации. Хотя, справедливости ради, Высшие — это всё же не того уровня ребята, чтобы от них можно было вот так небрежно отмахнуться. Особенно столь древние и опытные, как спутники Арзула. Как-никак, им доступна магия восьмого ранга, они обладают эфиром — это уже тот уровень, когда они, при наличии прикрытия и времени на подготовку, могут угрожать даже мне, если подставлюсь. Вспомнить хоть меня самого на этом ранге не так давно — и пусть у меня, в отличии от них, были мои Молнии, что делало меня куда сильнее, но зато эти ребята явно куда опытнее, чем я. Просто в силу возраста… В общем, сейчас, паря в ночном небе, я уже не был так уверен, что решение пренебречь ими было уместным. К счастью, нашелся тот, кто пришел к этому выводу раньше, чем этот фактор успел как-то повлиять на происходящее.

Если бы Огонек вылез к ним в одиночку, я бы поставил на победу Высших. В конце концов, несмотря на наличие у Духа четырех Заклятий, в плане обычной магии и он, и его оппоненты пользовались чарами одного ранга — восьмого. Да ещё и пятерка Архимагов…

Но Огонек был совсем не дурак. Он взял под контроль немалую группу призванных мной Духов Астрала — конечно, никого восьмого или даже седьмого ранга там не имелось, но зато было с десяток шестого и более полутысячи от пятого до третьего. И вышвырнуть их обратно в родную реальность вампиры не могли — наш Дух каким-то образом блокировал изгоняющие чары. В общем, бой обещал быть более-менее равным.

А ещё эта свалка начисто забила весь эфир эманациями используемых ежесекундно десятков и сотен различных чар.

— Предлагаю сделку, человек, — продолжил Арзул. — Взаимовыгодную, честную сделку. Отдай мне Темного, и мы тут же прекратим битву. Мой бог щедро одаривает тех, кто ему служит или хотя бы помогает… Ты получишь помощь в достижении следующих Сверхчар, к тому же я и моё гнездо…

— Нет, — перебил я его.

— Дослушай, что именно я предлагаю, человек! Какой тебе резон продолжать эту битву? — настойчиво продолжил он. — Думаешь, твои слуги уже победили? Считаешь, что я уже вывел на поле боя всех, кого мог? Если так — то ты слишком наивен. Все, что происходит сейчас, является лишь первой фазой атаки на тебя и твой Род. Я хотел выманить твои основные силы и тебя самого из вашей столицы и особенно Родового замка, потому и закинул эту наживку, что штурмовала твои крепости. И ты клюнул!

Я молчал, никак не комментируя услышанное. Лишь неспешно готовился к предстоящему — из Пространственного Кармана один за другим возникали мои артефакты, начиная парить вокруг меня. Магический жезл и китайский цзянь, оба восьмого ранга, средней силы и качества, плюс тот клинок, что некогда был одной из Регалий Рода Фолькунгов, а потом в качестве части выкупа Ивар перепривязал на меня. Тоже, в сущности, восьмой ранг — но как и всякая Регалия, тем более королевского Рода, куда более могущественная и качественная, чем обычные предметы своего ранга.

Ну и, разумеется, Копьё Простолюдина, что изначально было в моих руках. Помимо этих четырех предметов и моих доспехов иных артефактов у меня не имелось. Да толку бы с них? Тут и предметы восьмого ранга далеко не худшего качества едва на что-то годились, не говоря уж о чем-то поплоше. Впрочем, я никогда не был сильно зависим от своих предметов — предпочитал делать упор на свою собственную силу. Хотя, надо признать, будь у меня такая возможность и я бы с огромным удовольствием вновь использовал Регалии Шуйских. Вот уж воистину прекрасные предметы — и ведь то был, уверен, не полный комплект. Самые дорогие и лучшие предметы мне наверняка не дали, дабы не рисковать профукать сокровища, являющиеся гарантом выживания и сохранения статуса Великого Рода при почти любых обстоятельствах. Из действительно лучшего там, пожалуй, только их Живое Оружие было — впечатляющая вещица… А остальное — тоже высший класс, но, например, доспехи у Рода наверняка имелись и получше.

Вампира я слушал не слишком внимательно. Тот говорил красиво, убедительно и логично, рассуждал весьма здраво и приводил сильные аргументы, сулил множество выгод от своего Демонического Бога, являющегося из числа аж Старших. А это было весьма серьезно — в пантеонах божеств Старшие Боги были сопоставимы по значимости, могуществу и влиянию Главам Великих Родов в нашем мире. Те, выше кого лишь сам правитель — глава Пантеона. И одарить меня подобная сущность могла действительно серьезно.

— … концов! Ну вот сам посуди — ваша Империя в состоянии войны со всеми, кто хоть что-то из себя представляет в этом мире. Твой изначальный план понятен — дождаться, когда Благословленный войдет в силу, самому его обучить, привязав к себе. И будь у вас ещё хотя бы лет пятнадцать-двадцать и всё бы могло получиться — он стал бы мощным Великим, который мог бы реально влиять на расклад сил, — не умолкал Арзул фир Виниттор. — Но у вас и полугода нет. Он всего лишь Архимаг, и несмотря на все преимущества его дара — в войне подобных масштабов он на общую картину никак не повлияет.

Внизу особенно ярко, безудержно взметнулись языки синего пламени, поднявшиеся на полсотни метров и тугой, закрученной в спираль струей ударили в одного из Высших вампиров. Безрезультатно — багровая, состоящая из исходящей паром алой жидкости стена приняла на себя могучий удар.

— А помощь от меня и моего господина вполне способна изменить ход событий! Тебе и нужно только…

Я с откровенным безразличием к собеседнику и тому, что он говорит, наблюдал за идущей внизу битвой. Духи Астрала под командованием своего куда более могучего сородича изо всех сил старались действовать слаженно, пытаясь максимально реализовать своё почти стократное преимущество в численности. Но получалось у них откровенно паршиво…

Сплошной шквал заклинаний со всех направлений и всевозможных магических направленностей — от Стихий и их Элементов до Старших Сил в лице Света и Тьмы, чего тут только не было. К сожалению, дикие, неконтролируемые шаманами Духи не могли реализовать большей части своих возможностей — даже не по причине каких-то особых ограничений от мироздания, нет.

С умелым и опытным шаманом группа Духов превращалась в слаженное боевое подразделение. Человек-контрактор не просто призывал своих подчиненных в мир для боя, на подобное даже я способен — шаманы усиливали чарами своих подопечных, а также командовали ими, заставляя сражаться максимально эффективно.

Опытные духоводы знали сильные и слабые стороны своих потусторонних подчиненных, умело сочетали их возможности, дабы прикрывать слабые стороны или же предельно усиливать атакующие либо защитные чары, заставляя их действовать максимально эффективно.

Будь тут шаман восьмого… Да хотя бы седьмого ранга — он бы взял под контроль всю мелочевку и наверняка бы что-то придумал. Однако Огонек шаманом не был, и потому у него была не армия, а просто толпа. И если бы не сам огненный Дух, вампиры бы уже давно разогнали это сборище…

А мой враг всё ещё что-то вещал. Спокойным, слегка убаюкивающим голосом, от которого на меня накатывали апатия, лень и даже легкая сонливость. Восприятие притупилось, а окружающий мир начал стремительно меняться — вместо озаряемого снизу вспышками боевой магии ночного неба я оказался в странном, неестественном багровом пространстве.

Все чувства, эмоции и мысли исчезли, рассеялись, как туман под лучами утреннего солнца. На мгновение в душе поднялась волна раздражения — что я вообще здесь делаю? Вышел сразиться с вампиром, устроил такую заварушку из-за какого-то там Темного… Мне что, делать было больше нечего?

Впрочем, эта волна напоролась на серые скалы усталого безразличия и, разбившись, схлынула. Какая, в сущности, разница, что именно привело ко всей этой чехарде? Главное, что скоро все, наконец, закончится. И тогда я, наконец, отдохну…

— Знаешь, мне больше десяти тысяч лет, — пробился сквозь накрывшую разум и душу пелену голос вампира. — Причем намного, намного больше. Меня очень давно перестало что-либо удивлять… Кроме одного — человеческой глупости. Каждый раз, столкнувшись с очередным случаем вопиющей тупорылости, я говорю себе — всё, предел достигнут, ничего более идиотского уже не будет. Но не проходит и трех-пяти веков, как люди побивают прежний рекорд.

Ни голос, ни слова вампира не вызывали во мне никаких эмоций. Я стоял, опустив голову и с безразличием глядя на простирающийся внизу океан багрового света.

Ждать.

— Но знаешь, ты действительно выделился, — продолжил он. — Ты пробил дно и ухнул в такие глубины, что, боюсь, на этот раз установлен окончательный рекорд безмозглости, самомнения, невнимательности… В общем, перечислять можно долго, сюда подойдут вообще все слова, которыми можно обозначить тупость.

Голос приближался. Впрочем, пофиг, пусть себе приближается — какое мне дело?

И в эту секунду я ощутил резкую, острую боль в голове — прямо по коре моего мозга, там, под черепом, пробежались десятки микроскопических разрядов магического электричества семи разных цветов.

Надо бы как-то обозначить боль и дискомфорт… Но я откуда-то знаю, что этого делать сейчас нельзя. С чего бы? А, впрочем, плевать…

Вампир медленно приближался, чарами воздействуя на мой шлем. Просто снять его было нельзя — это ведь не обычная железка или дешевый, низкоранговый комплект брони. Это доспехи восьмого ранга, пусть и далеко не лучшие — и снять шлем с головы владельца может либо он сам, либо опытный артефактор-бронник восьмого же ранга. Ну или можно снести его вместе с головой владельца…

Крохотные микроразряды разных цветов наконец закончили свой, как мне поначалу казалось, беспорядочный бег. Трехмерная, сложная магическая фигура, вникать в которую у меня не имелось ни малейшего интереса, охватила мой мозг — разряды не просто опутали его верх, они пронзали его насквозь в десятках мест. Боль возросла многократно, но я всё ещё терпел, ибо единственное, что я сейчас осознавал со всей уверенностью — так надо.

Тем временем вампир остановился, судя по звуками миновав половину разделявшей нас дистанции. Заклятия сменяли одно другое на огромной скорости — кровосос ловко орудовал чарами, словно опытный медвежатник отмычками, вскрывая замок. Вампир, оказывается, был весьма приличным артефактором… Впрочем, учитывая, сколько он жил — совсем неудивительно.

— Даже самые тупые, немытые и безграмотные крестьяне, чьи села находятся глубоко в заднице мира, знают — вампиры мастера гипноза и внушения, — продолжил он, не отвлекаясь от своего занятия. — Так каким же надо быть идиотом, чтобы, явившись ко мне, не принять загодя необходимые меры для защиты разума, если уж сам плох в ментальной защите⁈ Ну или, раз уж по какой-то причине этого сделать не удалось, так по крайней не давать вампиру возможности использовать на тебе воздействие! Недостаток нашего метода контроля — это необходимость воздействовать как минимум несколько минут, прежде чем появится хоть какой-то эффект. При этом ощутить факт воздействия несложно, да и действует он лишь на одну цель и сбивается даже элементарной пощечиной. Эффективен по настоящему только против тех, кто ниже тебя как минимум на три ранга. Если бы ты сразу начал бой, вместо того, чтобы несколько минут расслабленно меня слушать, то у меня не было бы и шанса. Да боги с этим — если бы ты просто дал себе труд включить в свои чары сенсорики хотя бы средней паршивости узел сканирования Ментала, то сразу раскусил бы меня, олух!

Вампир трепался не просто так — через звуки его речи в мой разум проникала эта мерзкая серая хмарь, что гасила во мне все чувства, эмоции и желания. Учитывая силу и опыт врага, ему было абсолютно неважно, что именно говорить — эффект внушения работал на полную. Тут важен был сам голос и тонкие, тончайшие эманации эфира и его праны, которые вместе со звуком проникали в меня…

Сложившаяся в мозгу магическая фигура из моих Молний не смыла воздействие начисто — но она, в целом, была предназначена не совсем для этого. Клятый вампир не спешил приближаться, застыв в полутора сотнях метров, застыл на полпути и не затыкаясь вещает о том, какой я тупой и что он, наверное, первый из своего племени, кому удалось вот так легко заполучить дичь в лице Великого Мага с совершенным Воплощением Магии и телом. И при этом постепенно чарами стягивал с меня шлем…

Я сейчас застыл в очень своеобразном состоянии. Частично, малым кусочком сознания, я был полностью свободен от вражеского воздействия — но при этом, чтобы не выдать себя, вынужден был прятаться в своем теле, как в подвале. Я мог в любую секунду начать возвращать себе контроль над телом и сознанием — но тогда Арзул мгновенно всё поймет. И у него будет преимущество для атаки — возвращение контроля отнимет не меньше секунды, а то и двух… В битве такого уровня — огромная фора.

Вампир, кстати, зря себя нахваливает. Всё я знал и всё я почувствовал, когда он начал действовать. Просто я решил рискнуть и подловить вампира — та фигура в моей голове, это было её основной задачей. Дождаться, пока клыкастый урод подойдет достаточно близко и ударить Черными Молниями в упор, когда тварь расслабиться и попытается меня иссушить.

Это его не убило бы — вампиры такой силы невероятно живучи — но дало бы мне преимущество. Причем очень серьезное — я навязал бы свой темп и ритм, не давая ему времени оправиться до конца. Но, похоже, я сам себя перехитрил — кровосос, сняв с меня шлем, собирается сперва меня…

Блять, какого хера ты делаешь, Пепел⁈ С каких пор ты превратился из мастера прямой силы, из воина-волшебника, грудью встречающего любые удары, в непонятную крысу, дрожащую перед сраной пиявкой и играющей с ней в невнятные игры⁈

Путь хитрости, дорога обмана и мелких уловок — это не твое! Да, другие на твоей памяти к ним прибегали, и частенько весьма успешно — но ты никогда не преуспевал на этом пути. У тебя иная дорога — так иди же по ней, гордо расправив плечи!

Арзул сразу уловил изменения. Чары вампира уже практически завершили своё дело, почти разъединив от общей системы шлем — вся эта возня со шлемом нужна была потому, что после первого же полученного от него урона я приду в себя, и потому кровосос намеревался уничтожить мою голову одним точным ударом — как я начал действовать.

Длинная рапира, окутавшись багровым свечением, рванула прямо мне в лицо, в смотровую щель шлема. Полтораста метров, что были меж нами, кровосос преодолел с такой скоростью, что во все стороны ударило несколько мощных ударных волн от того, что он преодолел несколько скоростей звука. Зачарованное оружие задержалось на исчезающую долю мгновения, преодолевая сопротивление незримого магического барьера, что прикрывал глаза — все отверстия доспеха, от макушки до пят, в боевом режиме были герметично закрыты. Там, где это не могла сделать сталь, в ход шла магия самой брони — в доспехах седьмого и выше ранга можно было выходить в открытый космос, нырять на километры в глубины океана или даже некоторое время плавать в жерле вулкана.

Барьер, способный держать напор почти любого природного катаклизма, не выдержал и десятой доли секунды — слишком многие чары шлема успел отключить и деактивировать клыкастый выродок. Окутанное неизвестным мне могущественным заклинанием Магии Крови лезвие двинуло вперед — а я к тому моменту дай Творец полдела сделал.

Чувствуя, как нечто твердое и холодное пронзает мой левый глаз, я сделал единственное, что мог в тот момент — воззвал со всей доступной мне мощью к трем своим Молниям — Зеленой, Желтой и Золотой.

Боль… Пожалуй, так больно, как сейчас, мне не было никогда. Глаза больше не было, рапира дошла до мозга, почти навылет пробив мне голову — но я успел-таки вернуть себе контроль над телом и начать рывок назад.

Шлем куда-то улетел, лицо было залито кровью, а добрая половина мозга уничтожена… Но под воздействием моих целебных сил эта рана уже затягивалась. Пока я полон маны, праны, эфира и Силы Души — хрен меня убьёшь какой-то там простой раной!

Я почти ослеп и оглох от терзающей меня боли, и даже сенсорика с магическим восприятием сбоили, показывая какое-то безумие — однако я был здесь не один. Совсем не один, о чем я почему-то забыл…

Копьё Простолюдина перехватило на себя контроль над моим телом, и к счастью, мне хватило чутья не сопротивляться Живому Оружию. Раздался лязг стали о сталь, всё вокруг оказалось в Белом Пламени Копья, чей яростный свет пробивался даже через мою слепоту. От жара затрещала, ссыхаясь, кожа на моем лице — Копьё было слишком занято, выигрывая мне время, чтобы успевать в полной мере контролировать свой огонь.

Копьё выиграло мне четырнадцать секунд, за которые я успел в достаточной мере восстановиться. И тогда уже я взял всё в свои руки. Моё Живое Оружие потратило добрых семьдесят процентов собственной энергии, чтобы на четверть минуты не просто сравняться с Великим Магом, но даже немного потеснить его…

Багровое сияние, в котором мы находились, оказывало на мою энергетику эффект подавления, ослабляя меня. Мерзкая магия снижало мои возможности на добрых двадцать процентов — непозволительно огромное значение.

На несколько секунд нам выпало нечто вроде передышки. Мы не договаривались о ней, просто так вышло, что нам пришлось прерваться, причем одновременно и по одной и той же причине. Требовалось собраться с мыслями и силами, прикинуть своё и противника текущие состояния, создать хоть несколько заготовок боевых и защитных чар с помощью эфира… В общем, перегруппировка перед вторым раундом.

— Зря ты не дал убить себя сразу, — заявил вампир. — Хоть мучений избежал бы. Результат всё равно будет тот же — только умрешь уставшим и избитым, скуля от боли.

— Не говори гоп, — криво усмехнулся я.

С наслаждением ощущая, как срастаются кости, плоть, мышцы и сухожилия, как вновь появляется утраченный глаз и затягиваются аурные и энергетические повреждения, я прикидывал варианты.

— Зря глаз восстановил, — обнажил в мерзкой усмешке крупные клыки Арзул фир Виниттор. — С одним ты выглядел мужественнее и взрослее, мальчик. Пожалуй вырву его первым…

Дослушивать я его не стал. Мы итак в этой его сфере уже не меньше двадцати, а то и тридцати минут, и чем дальше, тем эффективнее она на меня давит. А кровосос просто тянет время — здесь оно работает на него.

Копьё Простолюдина выписало несколько восьмерок передо мной, цзянь и меч зависли справа и слева от меня, в десятке метров каждый, а жезл под нами, метрах в ста снизу.

— Ну давай, удиви меня, челове…

Договорить очередную насмешку вампир не успел. От меня во все стороны вылетели десятки змей из Фиолетовых Молний. Поначалу мелкие, не крупнее обычного ужа, они в первый миг направились к вампиру, который окружил себя Сферой Крови, но не преодолев и трети пути резко прыснули в разные стороны, быстро становясь крупнее и сильнее. Вампиру хватило мгновения, чтобы понять смысл происходящего — я слишком часто использовал свои Молнии, чтобы тешить себя надеждой в то, что есть хоть кто-то не знающий, какая за что отвечает.

Кровавая Сфера начала распадаться на ленты, готовясь устремиться за Змеями — но

мои копьё, меч и цзянь уже обрушились на Арзула, вынудив его отменить преобразование защитных чар в атакующие…

* * *

Сарина ар Диват, вампир и вампирша, трое чешуйчатых змееглавых гуманоидов — атлийцев, шестеро Архимагов из числа людей и серая тень с зыбкими очертаниями, клубящаяся мраком и аурой, в которой чувствовался отпечаток одной-единственной Силы — магии Теней — таков был окончательный состав диверсионного отряда, на плечах которого лежала главная задача всей этой операции. А именно — найти, схватить и забрать обладателя Полного Благословения Тьмы.

Тринадцать существ разных видов, объединенных в одну цель, стояли, терпеливо дожидаясь своего часа. Двенадцать и один, чертова дюжина, как говорили в народе, шестеро Архимагов, шестеро Высших и один Маг Заклятий — внушительная по любым меркам сила, сейчас прятались в тенях одного из расположенных в Промышленном районе города завода. Сам район был расположен на окраине города и в этот час здесь, кроме десятка приглядывающих за зданием гвардейцев никого не было. Ждали…

И дождались.

Там, на севере, вспыхнула мощью знакомая всей группе аура, разливающаяся по волнам природной маны и эфира далеко окрест, заставляя незримые токи энергий дрожать от нарочито выпяченного присутствия — а несколько секунд спустя там же, прямо напротив первой ауры вспыхнула мощью вторая.

— Щенок обречен, — довольно прошептал один из Высших. — Давление его ауры намного уступает давлению господина! Сейчас он его прикончит!

— Нас это не касается, — оборвала его вампирша. — Господин дал нам четкую задачу. Выдвигаемся! Человек, веди.

Алексей, к которому она и обращалась, молча кивнул и, обратившись тенью, двинулся вперед. Остальные последовали его примеру — даже Маг Заклятий, что итак был по своей природе Духом Тени, видоизменил себя, дабы стать незаметным — убрал клубящийся мрак. Ауру же, причем не только себе, но и всему отряду, он полностью сокрыл изначально. Дух Тени, Ауркар, был выбран на это задание именно за свои выдающиеся навыки сокрытия — в открытом бою он был довольно посредственным бойцом. Его стихией были внезапные удары в слабое место ничего не подозревающего противника, разведка, шпионаж и диверсии.

По пути к возвышающемуся вдалеке замку Николаевых-Шуйских Алексей и пятеро других людей-Архимагов начали по одному отделяться от основной группы. Последним их покинул сам Андрей, скрывшись в ответвлении одной из небольших улочек.

А несколько минут спустя, когда группа нечисти уже замерла под стеной, ограждающей Верхний Город от остального Николаевска, они получили сообщение, что главная угроза их плану в данной ситуации, Алена Николаева-Шуйская, вступила в битву далеко на востоке.

И в разных концах столицы Николаевых-Шуйских одновременно начали грохотать взрывы — старающиеся создать максимальный хаос диверсанты-Архимаги начали своё черное дело с ударов площадными чарами седьмого ранга.

Что такое боевая магия уровня Архимага, особенно предназначенная для ударов по площади, в черте города? Это сотни, а то и тысячи погибших людей разом, это целые разрушенные кварталы, это сама Смерть и Хаос во плоти — вот что такое подобный удар, нанесенный в полную силу по домам, не прикрытым могучими защитными барьерами, не сложенным из магического камня, не несущими на своих стенах, полах и потолках специальные магические символы укрепления и защиты от огня…

В Николаевске были довольно качественные каменные постройки, с определенным уровнем зачарований, которого было достаточно, чтобы пережить потасовку каких-нибудь Адептов, отделавшись косметическим ущербом. Но против того, что обрушили на горожан чародеи Тайной Канцелярии вместе с бывшим Воронцовым, было далеко за любыми пределами возможностей пусть и весьма неплохих, но всё же массовых и дешевых жилищ.

А самое поганое в данной ситуации было то, что сил, гарантированно способных совладать с угрозой в городе, если там притаилась засада — что было недалеко от истины — не имелось. А использовать чары самого Замка, чтобы обезвредить оказавшегося в черте жилых домов чародеев означало в процессе своими же ударами перебить ещё тысячи своих же подданных — боевые чары Замка не обладали точностью и аккуратностью кинжала, то был скорее мощнейший боевой молот, предназначенный смести любого врага.

Что поделать — у Аристарха не было многих лет для создания воистину полностью продуманной и лишенной минусов защитной системы. Потому он закладывал чары по принципу максимального разрушительного потенциала. Расчет был прост — эта сила была предназначена бить по врагам за городской стеной. Если же штурмующие ворвуться в город и будут двигаться вглубь, то к тому моменту всё население будет эвакуировано в Верхний город и тогда можно будет бить не опасаясь зацепить своих гражданских. Но на нынешний случай ничего не имелось… Да и не было нужно — обычно в столице Рода всегда находились Алена или Аристарх. Да и помимо них сильных магов хватало…

Но вот сейчас это вышло им боком и бывший Воронцов со своими людьми этим активно пользовались. После второго удара чародеи прекратили использовать площадные и высокоранговые чары, справедливо опасаясь, что если они перестараются, то Хельга Николаева-Шуйская может решить, что прибить их, не обращая внимания на сопутствующие потери будет лучшим выходом из ситуации.

Пока внимание Замка было приковано к окраинам, основная группа начала действовать. Тройка атлийцев, Высших Магов, были отнюдь не бойцами. Специализацией этих наемников была работа с магическими охранными системами… Или, пользуясь жаргоном тех кругов, в которые они были вхожи — Взломщики. Одних из лучших воров-магов в этой части мироздания, чьи умения были заточены в основном на эту не слишком благородную, но весьма прибыльную работу.

Атолийцы считались прирожденными Взломщиками благодаря уникальной способности этой расы чувствовать тончайшие токи энергий. Это делало почти любые стационарные защитные чары легкой добычей для змееглавых чародеев — они без труда обходили незримые или непреодолимые для многих других преграды, а то и вовсе разрушали их, если возможности обойти не имелось. Правда, к сожалению, от этого их дара в бою особого проку не было, а потому их народу пришлось искать себе покровителей, способных взамен на службу защитить их от всех тех, кто желал бы заполучить себе в услужение столь полезных рабов. И пантеон Богов, в который входил хозяин Арзула фир Виниттора был в числе этих покровителей…

Пока Архимаги постепенно удирали через самые густонаселенные районы города, устраивая по пути изрядный переполох и готовясь использовать одноразовые артефакты телепортации, созданные для них вампиром девятого ранга, основной отряд отправился внутрь, в Замок. Единственными, кто имел шансы заметить их через маскировку Духа Тени, были Дух-Хранитель Великого Источника и сама Хельга Николаева-Шуйская — но им было сейчас не до того. Архимаги, хоть и перестали бить самыми разрушительными чарами, пользовались магией четвертого ранга, отнимая десятки жизней.

А затем начался самая рискованная часть плана — стремительный рывок по Замку в направлении Темного, которого Ауркар и вампиры чувствовали всем своим естеством. Если их засекут раньше времени, то задача может сильно усложниться. У них, конечно, был запасной план на подобный случай, но доводить дело до без крайней нужды они желанием не горели — ибо ценой тому плану была бы половина причитающейся им за Темного награды.

Огромные, увеличенные магией Пространства помещения, регулярные сторожевые чары, с которыми разбирались змееглавцы, несколько групп гвардейцев и магов, которых не стали трогать, дабы не поднимать суматоху раньше времени — и вот, наконец, полный магов разного пола, возраста и силы чародеев зал, в конце которого, на одном из тронов сидела, сосредоточившись и закрыв глаза, Хельга Николаева-Шуйского.

Сейчас, когда их группа уже добралась до зала, их уже никто не мог остановить. Даже хозяйка Замка, мигом позабывшая о почти удравших Архимагах и раскрывшая глаза, была уже бессильна. Внутри Замка боевые чары тоже, конечно, действовали… Но конкретно те, что можно было бы использовать в этом зале, уже были безнадежно выведены из строя — правда, ради этого пришлось использовать одноразовый артефакт, секрет создания которого известен только гильдии Взломщиков атлийцев. И стоил сей предмет, пожалуй, как целый линкор. А то и подороже — ибо способен был обезвредить почти любой артефакт или стационарные чары в радиусе полусотни метров. Устоять имели шансы разве что магические предметы класса Оружие Духа и сопоставимые артефакты.

А вот все артефакты в районе стоящих в конце зала тронов хозяев замка, как и сами троны, впрочем, отныне бесполезный мусор. Духу Теней понадобилось меньше секунды, чтобы оказаться в нужном месте, бросить артефакт и отступить.

Глава 20

— Господа, — заговорил вампир. — Прошу не делать резких движений и не пытаться нам…

Сплетенная из пламени сеть, брошенная Старшим Магистром Шуйским была ответом не успевшему договорить вампиру. Боярин не колебался ни мгновения, без раздумий сперва закрыв собой вдовствующую княгиню и её дочь, а затем ударив боевым заклятием.

Высший мановением брови потушил чары, но было уже поздно — десятки, сотни боевых заклинаний начали сплетаться, нацеленные на вторженцев. Об аристократии Империи можно было сказать много плохого, но уж в чем их обвинить было нельзя, так это в трусости. Они понимали, что шансов на победу практически нет, подавляющая мощь нечисти ощущалась слишком явственно, но праздновать труса многие из них не собирались. И пусть действовать начали далеко не все и даже не большинство, но добрая треть без колебаний приготовилась дать бой. Даже если он почти гарантированно должен был стать последним для них…

— Стоп! — вскочила с трона Хельга. — Прекратите!

Остановиться успели не все, и пара десятков заклинаний от третьего до пятого ранга все же отправились в полет, однако никакого урона врагу нанести, естественно, не сумела. Защиту на себя взяли Взломщики — змееглавцы, пусть и не были профильными боевыми магами, но всё же являлись Высшими. К тому же защитные чары при их профессии тоже были весьма важной частью багажа необходимых знаний и навыков…

Сотни голов удивленно повернулось к женщине. Та же, глядя на вампира, продолжила:

— Что вам нужно?

— Мудрый выбор, — кивнул он. — Ты итак знаешь ответ на свой вопрос. Отдайте нам его — и мы уйдем, не причинив вреда никому из присутствующих.

— Не слушайте его, госпожа! — выкрикнул кто-то из молодых дворян в толпе. — Нападем вместе и…

— И напрасно сдохнете, — перебила его Сарина ар Диват. — Не стоит поддаваться глупой импульсивности, мальчик. От твоей бессмысленной смерти пользы не будет никому.

— Что ж… Я с самого начала говорила мужу, что лучше отдать это отродье тьмы и не усугублять ситуацию, — бросила в сторону упомянутого «отродья» неприязненный взгляд Хельга. — Я готова отдать его вам, если вы дадите слово не трогать никого из наших людей и гостей нашего Рода. И если пообещаете сообщить своему предводителю, что он у вас — пусть прекратит этот бессмысленный бой с Аристархом.

— Что⁈ — вскинулся Василий, что стоял обнажив клинок. — Я ученик вашего мужа! Я часть Рода Николаевых-Шуйских! Вы не можете так со мной поступить!

— Твоя жертва пойдет на пользу всему Роду, — холодно парировала девушка. — Это ли не обязанность каждого члена Рода — думать о благе своих родичей и жертвовать собой при необходимости?

— Я отказываюсь под…

— Я приказываю! — перебила его Хельга. — Силой клятв, что ты приносил, и той кровью, что делает нас всех Николаевыми-Шуйскими повелеваю — подчинись мне, Темный!

Окутанный темным сиянием чародей скрипнул зубами и пошатнулся, побледнев и схватившись за сердце. С рычанием он попытался сопротивляться, его аура забурлила, вскипела мощью, из носа, глаз и ушей потекли тонкие багровые струйки — но неведомая сила, действие которое не чувствовал никто из присутствующих, но эффект которой был заметен невооруженным взглядом, оказалась сильнее и он рухнул на одно колено, откашливая кровь.

— Благодарю, — усмехнулся вампир. — Что ж, а теперь, с вашего позволения, мы заберем то, зачем пришли, и не будем более докучать вашему гостеприимному Роду своим присутствием.

— Вы заберете его, только если принесете мне клятву, что исполните все взятые на себя обязательства, — ледяным тоном заявила Хельга, вновь повернув к нему голову. — Иначе…

Тонкий, почти незримая жгут тени метнулся к девушке быстрее мысли — однако, к удивлению нечисти, в метре от своей цели вдруг вспыхнул и сгорел в золотом пламени. Атака Духа Тени, целого Мага Заклятий, оказалась отражена столь легко и небрежно, что незваные гости, уже успевшие немного расслабиться, мигом напряглись.

— Иначе, клянусь своим именем и сутью, я буду драться до последней капли своей крови, — твёрдо продолжила она, перестав сдерживать свою ауру. — И просто прикажу Темному сдохнуть здесь и сейчас, сгорев в пламени, чтобы у вас даже трупа не осталось. А затем к нам присоединится Дух Источника, все оставшиеся в замке гвардейцы и дружинники, наш Маг Пространства — хоть она и не боец, но учитывая её ранг проблем доставить может — а также присутствующие тут аристократы. И тогда, даже если вы победите — что далеко не факт — большинство из вас не переживет боя, не говоря уж о том, что все потраченные на сегодняшнюю атаку время, усилия и ресурсы окажутся напрасны. Не говоря уж о том, что с вами сделает этот ваш Бог за такой провал…

Вампиры скривились, но кидаться угрозами и давить силой не спешили. Сбросившая маскировку Хельга в магическом зрении демонстрировала не просто силу Высшей — в ней отчетливо ощущалось Воплощение Магии и Сила Души. Далеко не на том же уровне, что у полноценных Великих Магов, но даже так — она была на голову сильнее любого Высшего. А ещё это подтверждало главный слух, ходивший о молодой аристократке — как и её супруг, она была реинкарнатором.

И пусть она, скорее всего, была далеко не так сильна в боевой магии, как её супруг в свою бытность Высшим, однако все равно была куда сильнее обычного чародея своего ранга. Вон как удар Мана Заклятий отразила… А из полученных через бывшего Воронцова сведениях, да и со слов своего господина, однажды уже сталкивавшегося лицом к лицу с Аристархом, они имели примерное представление о силе реинкарнаторов.

Первоначально выполнять своего обещания они, разумеется, не планировали. Просто не хотели рисковать — в случае начала боя была велика вероятность, что Темный выкинет какой-нибудь трюк, пытаясь спасти свою шкуру, и надорвется, погибнув. Ну или в хаосе боя будет случайно убит, а то и вовсе решит не играть в благородство и смоется.

Но вот после пленения они собирались всласть попировать — столько высококлассной добычи, вроде той же Романовой и высокоранговых магов, вампиры упускать не собирались. Да Дух Тени тоже был не дурак полакомиться сытной кровью потомственных магов… А большую часть выживших попросту можно было пленить с тем, чтобы обратить в вампиров, меньшую же — использовать для влияния на местную знать или получения выкупа. Однако чародейка оказалась далеко не дурой, к сожалению… Будь она действительно лишь Архимагом они ещё могли бы попробовать рискнуть, но с Высшей играть в подобные игры было слишком уж рискованно.

— Хорошо, — недовольно выдавил вампир. — Мы принесем клятвы… Вот только у нас при себе нет ничего для залога тем, кто будет гарантами её исполнения.

— Это я возьму на себя, — невозмутимо ответила девушка. — Думаю, они согласятся подождать полчаса-час получения своей платы.

— В таком случае и ты поклянись, — сдаваясь, заявила уже вампирша. — Ты подтвердишь в своей клятве, что после того, как ты отдашь нам его никто не будет чинить нам препятствий в том, чтобы покинуть Николаевск.

— И в случае, если кто-то попытается напасть на нас после принесения клятвы мы имеем право не просто на самозащиту, но и на убийство нападавшего, — добавила Сарина. — И подтвердишь, что прикажешь Темному посредством силы его клятвы не сопротивляться.

Слегка поколебавшись, Хельга всё же кивнула, подтверждая свое согласие. Под пораженными взглядами аристократов, наблюдающими за пусть и весьма разумным, но от того не менее унизительным и позорным договором — в сердце собственной силы, в Родовом Гнезде — обе стороны принесли необходимые клятвы.

Гарантом выступали языческие Боги — Сварог, Велес и Перун. Пусть здесь и не было их жрецов, но Хельга справилась с составлением необходимого ритуала и действительно договорилась об отсрочке платы. Стороны принесли клятвы и нечисть, пройдя меж расступившимися аристократами, приблизилась к всё ещё коленопреклонному Темному, что тяжело дышал, упершись руками в пол и опустив голову.

— Пора в дорогу, падаль, — слегка пнул его в бок явно расстроенный вампир. — Нечего тут расслабляться.

А в следующий миг случилось неожиданное — вскинувший голову чародей со злым торжеством в голосе ответил:

— Согласен, клыкастый.

Под ногами подошедших вплотную врагов появилось пятно мрака, в самом центре которого находился лично Темный. Портал, портал в иной План Бытия открылся быстро и неожиданно, заставив ухнуть вниз обоих вампиров и тройку змееглавых чародеев. Сарину же вместе с Духом Тьмы, которые, поняв, что происходит, попытались последовать за провалившимися вниз чародеями и Темным, что внезапно из добычи превратился в охотника, к своему удивлению не сумели этого сделать — на краткий миг их сдержал поставленный Хельгой барьер. Преграда почти сразу пала, однако было уже поздно — вся пятерка и сам чародей уже исчезли. Но даже в те краткие мгновения, что ушли на всё это действо, вторженцы с ужасом успели ощутить главное — перед ними был не Архимаг, а Высший.

Высший, мать его, Маг! Что делало всю их охоту абсолютно бессмысленной!

— Ты! — закричала взбешенная Сарина. — Ты поклялась, что он не будет сопротивляться!

— Нет, — с усмешкой ответила жена Аристарха. — Я лишь клялась, что отдам приказ ему не сопротивляться, используя силу сдерживающих его клятв и договоров. И я выполнила своё обещание… Вот только между ним и нами нет ничего подобного. Кроме обычного, приносимого при вступлении в Род — но тот подобной власти не дает.

— Как такое может быть? — поразилась суккуб-полукровка.

— Распространенная ошибка таких, как вы, — пожала плечами волшебница. — Вы меряете всех по своей мерке. Вы всегда закрепляете любые взаимоотношения гарантиями, клятвами, магическими печатями и так далее. Способных подчиненных стремитесь опутать договорами так, что те по сути становятся рабами, не доверяете никому и ничему… И когда имеете дело с другими долгоживущими, обладающими властью и силой, исходите из того, что они такие же. И, надо признать, это почти всегда правильный подход. Но только не в случае с моим мужем — единственные клятвы, которые он берет с тех, кто идет за ним, это не предавать его. Он не претендует на их волю и желания, больше того — если кто-то захочет уйти и прямо скажет об этом, он снимет любые ограничения и отпустит его, не пытаясь силой или угрозами удержать человека.

Пока Хельга говорила, Ауркар не тратил времени даром, готовя свой удар. Ситуация вышла из-под контроля, и Темный, даже если его удастся пленить, теперь бесполезен… Ну а насчет клятвы — она всё равно была нарушена. Вампиры из предусмотрительности внесли пункт о запрете на любые попытки помочь Темному. И несмотря на то, что, поставленный над порталом Василий барьер не являлся прямой атакой, он тем не менее был той самой помощью.

Однако Дух Тени не собирался всерьез устраивать магический поединок с этой опасной Высшей теперь, когда всё внезапно встало с ног на голову. Ведь подавляющего перевеса в силах у них теперь не имелось… И пусть ударил он в полную мощь, на пределе возможностей, но то было лишь для отвлечения внимания. Сам же Ауркар метнулся назад, к спасительному выходу из зала.

Настоящий лес Щупалец Тени метнулся к Хельге со всех сторон, в том числе и с потолка. Жгуты сгустившейся, обретшей материальную форму Тени столкнулись с окружившим волшебницу огненным покрывалом — Золотое Пламя выжигало атакующие хозяйку тени врага.

Сарина вскинула свой магический жезл, слегка засветившийся от влитой в него мощи — учитывая все ритуалы магии Крови, которые по её просьбы провел над ней сегодня Алексей, да принятый алхимически допинг она сейчас была на пике формы, несмотря на то, что свой ранг вообще-то получила совсем недавно. Это не делало её Высшей пиковой для этого ранга силы, но даже так её силы были сейчас практически удвоены. То есть выше среднего для ранга…

Однако внезапное ощущение опасности заставило крутануться на месте, выставляя перед собой защитный барьер. Тонкий луч света ударил в преграду, заставив ту заколебаться, но сломить не сумел. Однако своего нападающий добился — полу-суккуба вынуждена была оставить мысли о помощи Духу Тени. Новый враг оказался тоже Высшим, хоть и значительно уступающим ей объемом ауры и силой. Переход на новый враг у противника… вернее, противницы — очень красивой, как с ноткой ревности отметила про себя полукровка, девушки с длинными золотыми волосами — состоялся совсем недавно. Но, как назло, Сарина явственно ощутила переполняющую врага силу Света и Благословение этой силы.

Какой же неудобный враг! Гений противоположной Силы, и если бы Сарина была чистым демоном, а не полукровкой, то шансы на своё выживание она оценила бы как отрицательные… Но сейчас её смертная, человеческая часть, что так часто воспринималась иными порождениями Тьмы как недостаток, давала ей шансы если не победить, так хотя бы выжить и сбежать. Будь Высшая перед ней не новичком, она бы не могла на подобное рассчитывать, а так… Пусть перед ней и природный, чудовищный гений Света — шансы есть!

Особенно учитывая, сколько вокруг потенциальных жертв их схватки. Всё же подавляющее большинство присутствующих аристократов слишком слабы, дабы пережить даже паразитное эхо заклинаний сошедшихся в схватке волшебниц и Духа Теней — и, в отличии от Светлой и хозяйки этого Замка, Сарине не было нужды сдерживаться и бояться случайно задеть собравшихся здесь аристократов.

Светлая размытой белой тенью обрушилась на барьер, едва выдержавший первый удар. Защита пала, не выдержав напора — но Сарина уже сделала следующий ход.

Во все стороны от полусуккубы по зигзагообразным траекториям рванули десятки Стрел Тьмы — площадные чары седьмого ранга, далеко не сильнейшие, скорее даже слабые, однако это было единственное, что успевала сплести полукровка.

Сотканный из чистого, слепящего белого света лезвие ударило прямо в сердце Сарине — противница подтвердила её предположение о собственной неопытности. После провала первого, внезапного и самого опасного удара, она тут же попыталась нанести второй смертельный удар. Предсказуемо… Будь она опытнее, то действовала бы совсем иначе — постаралась бы в первую очередь отрезать ей пути отступления, сковать, связать противостоянием на месте, выигрывая время до прихода подкреплений и не позволяя перехватывать инициативу.

Любой, хоть самую каплю разумный и опытный боевой маг, особенно высоких рангов, готовясь к битве всегда позаботиться о защите своих самых уязвимых мест. Мозг, сердце, а также солнечное сплетение — эти три точки имеют особое значение для волшебников. Они напрямую связаны с энергетикой и аурой мага, и если правильно и достаточно сильно атаковать в одну из них, то это на порядок упрощает процесс его убийства.

Разумеется, чисто физические повреждения данных органов ничего не дадут, если речь идет о Старших Магистрах и выше. Нет, тех, кто ниже Высших, подобное все равно убьёт… Но далеко не сразу и вдруг. В зависимости от тяжести раны, личной силы и способностей к самоисцелению у них могут быть от нескольких часов до нескольких недель на то, чтобы исправить полученный ущерб.

Но вот если рану нанесли как надо — высшей магией, что наносит урон не только и не столько телу, сколько ауре и энергетике, то это другое дело. Пропусти Сарина удар в сердце Лезвием Света и её дела были бы очень, очень скверны… Вот только история не терпит сослагательного наклонения. Один из амулетов, что висел на груди под легкой с виду зачарованной кожаной броней ожег нежную кожу ледяным касанием и осыпался прахом, но Сарина не обратила на это внимания. Главное, что одноразовый артефакт сработал как надо и Лезвие врезалось в небольшое облачко чернильного Мрака, которое жадно вцепилось в своего природного антагониста.

Могущественные чары Света влетели внутрь и сгинули бесследно и облако тьмы, сделав своё дело, растворилось без следа. Чары, призванные защитить сердце, были способны выдержать удар даже заклинания девятого ранга, но ценой подобной эффективности был крайне ограниченный радиус защитно способности. Фактически призванная эссенция Тьмы была размером не больше человеческой головы… Причем не самой большой. И будь удар Светлой направлен, допустим, не в сердце или область вокруг него, а куда-нибудь в ногу, и амулет бы не сработал. И вот тогда уже Сарина рисковала получить первую рану…

Светлая начала стремительно разворачиваться и творить какие-то чары, пытаясь перехватить Стрелы Тьмы, однако уже было очевидно, что она безнадежно опаздывает. Стрелы уже почти достигли ближайших аристократов, что просто не успевали не то, что защититься, а хотя бы понять, что они уже почти покойники — слишком всё быстро происходило. Однако тут вмешалась те, о ком все успели позабыть — Маг Пространства ранга Заклятий и её ученики. По расчетам нечисти, они должны были уже выдохнуться, причем полностью — после стольких-то порталов, через которое прошло такое количество войск и техники!

Однако и тут их сумели удивить… Магия Пространства просто и без затей переместила всех собравшихся в дальнюю треть зала, буквально под самым носом у Стрел Тьмы, те бессильно обрушились на прочный зачарованный камень пола и стен зала. И одного мимолетного касания восприятием сгрудившихся на том конце людей хватило, чтобы ощутить воистину могущественную завесу, защищающую гостей Николаевых-Шуйских от любых возможных опасностей разгорающегося боя.

Ауркар, что уже миновал больше половины зала, врезался в преграду всей мощью, пытаясь сходу смести её — но вместо того, чтобы лопнуть под напором Мага Заклятий или хотя бы просто остановить, на манер стены, чары искривили пространство таким образом, что Дух Тени влетел вылетел из них назад на той же скорости, какой влетел. Его просто в какой-то миг развернуло на сто восемьдесят градусов, не дав возможности хотя бы попытаться разрушить преграду.

Сарина активировала ещё один артефакт, создав вокруг себя кокон незримой защиты. И добавила уже своими силами, поверх доспехов покрывая себя уплотненным слоем Тьмы. Очень вовремя — едва она закончила с наложением Черной Кожи, как защиту попробовали на зуб.

Спокойно и уверенно шагающая мимо Хельга даже не повернула головы на Сарину — просто небрежно вскинула ладонь в её сторону, и вспышка Синего Пламени ударила в кокон, омывая его и заставляя трещать от напряжения. Артефакт, чей заряд был рассчитан выдержать от трех до пяти заклинаний восьмого ранга, исчерпал три четверти запаса энергии.

Сарину отшвырнуло на добрых полтора десятка метров, и лишь в последний момент она, ловко перевернувшись в воздухе, сумела остановиться. Впрочем, перевести дух ей не дали — Светлая уже шла в атаку…

— Прошу прощения, дорогие гости, за ту неприятную ситуацию, в которой вы оказались, — раздался спокойный, холодный голос Хельги Николаевой-Шуйской. — Прошу вас не покидать безопасную зону. Ты же, бесплотное порождение Теней… Когда-то ты был чьим-то контрактором, но ради возможности остаться в нашем мире предал и поглотил глупца, что доверял тебе, верно?

Замерший ближе к центру зала Ауркар, если что-то и ответил, то сделал это без единого звука. Хельга, продолжая всё так же спокойно и уверенно вышагивать к нему, лишь чуть покачала головой, опасно сузив глаза.

— Контракт между волшебником и порождением выбранной им магической Стихии или Силы, что элементалем, что духом — священен, — продолжила неизвестно для кого она. — Это больше дружбы, гордости или чести, ближе даже возлюбленных — ведь в отличии от любви, заключившие контракт гарантированно будут вместе до самой смерти. Вы делите одно тело, становитесь частью друг друга, вместе растете, учитесь и становитесь сильнее, защищаете напарника. Больше всего, Дух, я ненавижу именно тех, кто бьёт в спину своим. Предатели заслуживают самой мучительной смерти, какая только возможна…

В такт словам чародейки вокруг неё разгорался ореол из нескольких видов пламени. Синее, Золотое и Белое, они переплетались в замысловатые фигуры, принимали облик зверей, птиц и рыб — девушка шагала словно бы в окружении целого зверинца. Огненного зверинца…

Дух Хранитель, уже вернувшийся в Замок, присоединился к Кристине, укрепляя защиту зала. Сегодня Хельга впервые со времен Приморско кампании демонстрировала свои настоящие боевые возможности — и они, надо признать, впечатляли. Вот только её противник все же был на уровне Мага Заклятий — и теперь предстояло выяснить, способна ли она, как её супруг в своё время, побеждать врагов этой ступени, будучи Высшей.

По плану до таких сложностей не должно было дойти — но как и в любом плане, сегодня кое-что пошло не так. Таково свойство любых планов — удивительно вообще, что большая часть сработала почти как задумано.

Да, Ари велел ей в случае каких-то неожиданностей запечатать помещение, а Кристине приказал телепортировать её и Ольгу к гостям. А сюда же переместить Алену, которая бы гарантированно справилась с любыми возможными врагами, кроме самого Арзула фир Виниттора. Но гордая дочь Второго Императора и жена Героя Империи собиралась доказать и себе, и остальным что она достойна своих отца и мужа. Однако когда Кристина попыталась переместить её, Хельга попросту сбросила с себя действие магии Пространства, оставшись здесь. Как, кстати, и Ольга… Хотя у той, скорее всего, это вышло непроизвольно — всё же она меньше двух недель как Высшая.

А затем она велела Кристине не пытаться выдернуть сюда Алену и сосредоточиться на защитных чарах. Её подруга-соперница сейчас была куда нужнее на своем месте, да к тому же у Кристины оставалось слишком мало энергии и Хельга считала, что будет лучше приберечь её силы по максимуму на крайний случай. Дух Тени был на уровне трех Заклятий, номинально достаточно мощный противник, но в силу своей специализации являющийся далеко не самым сильным бойцом в открытой схватке.

— Хранитель, усилить защиту гостей и блокировку любых возможностей для побега, — мысленно приказал девушка. — Кристина, восстанавливайся. Вмешивайся только если будет риск побега врага.

А в следующий миг, не дожидаясь ответов, Хельга вскинула руки, направляя вперед собранную силу…

* * *

Падая в бездонную бездну Мрака, Темный хохотал. Гулко, искренне, злорадно заливался хохотом, ощущая, как в душе горячей волной разливается настоящая эйфория.

Наконец-то настал тот день, которого он так долго и страстно ждал. Сперва боялся его, тщательно убеждая себя в обратном, затем признал страх и со временем свыкся и преодолел его. Стало легче, но не намного — напряжение постепенно копилось, отравляя только наладившуюся, наконец, жизнь.

Всю жизнь вынужденный таиться, опасаться за свою жизнь и держаться в тени, пряча свою природу и личность, держаться вдали от больших городов или мест обитания сильных магов, вынужденный искать друзей среди тех, кого остальные представители его вида почитали за монстров, он впервые за десятилетия своей жизни сумел найти место, в котором на него никто не бросал косых взглядов. Место, в котором было столько разных экстравагантных личностей, что он на их фоне казался самым обычным, ничем особо не выделяющимся чародеем.

И пусть тогда в Николаевске было весьма тяжело, пусть каждый день был борьбой на выживание, но зато он мог дышать полной грудью и жить свободно, а это стоило любых рисков.

Ну а после случилось то, о чем он и мечтать не смел. Его взял в ученики реинкарнатор, взял, несмотря на то, что разобрался в его природе, и более того — его принял в Род! Он тогда не сразу понял, насколько это было значимо — и лишь позже, осознав, что он часть Великого Рода, что его новая фамилия незримой горой возвышается за его спиной, позволяя забыть о всех прежних опасностях… Да, он Благословленный Тьмой. Да, ему все также не рады все Священный Синод и почти вся знать Империи. И они все ещё с огромным удовольствием растерзали бы, сожгли под торжественные молитвы попов на костре, дабы заглушить свои глупые страхи… Это не изменилось. Но изменилось другое — теперь, видя родовой герб на его одежде и доспехах, слыша его фамилию и особенно в присутствии его новых товарищей и родичей, ему больше не приходилось опускать глаза, подбирать слова и тем более унижаться.

Петры, Алтынай, Андрей, сорс Ильхар и его супруга Феркия и многие другие, с кем он познакомился, а с некоторыми и сблизился, оказались пусть каждый со своими заморочками, но в целом хорошими людьми. Особенно он сошелся со своим соучеником Петей — сам бывший крестьянин без роду и племени, он с полувзгляда понял его проблемы в общении с другими аристократами, которые начались в Прибалтийском походе, и Ольгой Инжирской, своей полной противоположностью, без которой он теперь не мыслил своей жизни…

В общем, он сильно прикипел к новой жизни, и потому тот факт, что какие-то вампиры нацелились на него, сильно напрягал. А ещё сильнее напрягло то, что учитель наотрез отказался позволять ему, ради того, чтобы отвести беду от Рода, попробовать бежать и скрываться. Его гнел груз осознания того, что причиной всех свалившихся бед был он.

И вот, наконец, пришел день, которого он столько ждал и боялся. День, когда он сможет спросить с них за все! О, как долго и с какими трудами он перебарывал себя, заковывал свою ярость в цепи и демонстрировал окружающим хладнокровие… Но сейчас, в этом Плане Тьмы, ближайшем к их миру, он, наконец, мог не сдерживаться.

Троица змееглавых волшебников, сцепившись чешуйчатыми, когтистыми ладонями, сотворили совместными усилиями чуть светящийся сероватый пузырь около полусотни метров диаметром, захвативший ещё и парочку вампиров. Падение в глубины тьмы пятерки врагов сперва замедлилось, а потом и вовсе остановилось — и вслед за ними прекратил своё падение и он.

— Ты! — прошипел тот из змееголовых, что был в центре. — Прерви ритуал, или клянусь Первым Взломщиком — тебе конец!

— Вы в моём царстве, пресмыкающееся! — презрительно фыркнул зависший в сотне метров от пузыря чародей. — Будь с вами та девка или Дух, у вас ещё были бы какие-то шансы, а так… чем ты можешь мне грозить, уродец? Вас самих вот-вот раздавит Тьма, даже без моих усилий!

Он не врал. Присягнувший на верность наставнику вампир рассказал им много, очень много о методах, предпочтениях, возможностях, уловках, возможным тактикам и стратегиям своих бывших товарищей и господине. Будучи тем, кто тысячи лет отвечал за разведку, шпионаж, диверсии и подготовку нападений своего гнезда, он был бездонной кладезью интересной информации. На основе которой уже и был составлен план на эту битву…

И в целом он оказался прав. Могло показаться, что действия Арзула фир Виниттора не отличаются особой сложностью и довольно предсказуемы — напасть в момент, когда Николаевы-Шуйские будут отчасти ограничены в действиях из-за множества гостей, за которых несут ответственность, много ума не надо.

Обрушиться на все сколь-либо значимые поселения в их владениях, оттягивая силы во все стороны, тоже не тянуло на гениальность в тактике. Затем же выманить самого Великого Мага, явив свою ауру — тот не мог не отреагировать на подобное, иначе все, кто находился вне пределов Николаевска, стали бы добычей Арзула.

А затем так или иначе пробраться в Замок и либо пленить силой, либо как-то умудриться незаметно похитить цель. Не слишком замудренный план… И Николаевы-Шуйские должны были, осознавая всё это, дополнительно вложиться в усиление защиты и сигнальных чар своего Замка, рассчитывая на то, что их Родовое Гнездо устоит своими силами. И так бы и было — если бы не одно «но».

О Взломщиках вампир тоже поведал. Как и о других возможных вариантах развития событий…

От замершей пятерки потянуло мощными чарами, и встряхнувшийся Василий начал действовать. Раскинув на максимум свою ауру, он попытался словно бы слиться с Тьмой. Не полностью, упаси его Творец-Всесоздатель, коего так любит поминать учитель, а самым краешком, той её частью, что была по самым её краям — и, почувствовав, что безграничный океан родной ему Силы откликнулся своему избраннику, послал свою просьбу.

У Тьмы как таковой не имелось разума в привычном людям или даже богам понимании. Учитель и классические труды по магии утверждали, что у Тьмы, как и у иных Сил или Стихий, и вовсе не имеется вообще никакого разума, однако будучи Её Избранником, Василий чувствовал, что это не так. И потому, чуть отлетев назад и сокрыв себя от чужих глаз, Василий обращался к ней, словно ребенок к матери — ведь в каком-то смысле он был Её сыном, верно?

Тьма вокруг изменилась — в ней начали формироваться завихрения, водовороты и течения, кое-где она напротив начинала сгущаться и уплотняться, принимая материальную форму… Темный не видел этого в привычном смысле этого слова, глазами — но ему это и не требовалось. Он всем своим существом ощущал происходящее, и потому, а уж дальше воображение вырисовывало в мозгу соответствующие картины.

Змееглавые были заняты важным делом — отчаянно пытались вырваться обратно в материальный мир. По идее, их бы итак должно было выкинуть из-за Законов Творца, но Василий, создавший эти чары лично, вдохновлялся рассказом учителя о ловушке, устроенной ему на месте Темного Источника. Почерпнув там интересную идею, он на основе знаний, полученных у Темных Богов, создал свой аналог тех чар, закрыв ловушку. Правда, если сам Темный покинет План Тьмы, то чары, не позволяющие врагам выбраться отсюда и блокирующие Закон Творца, исчезнут вместе с ним.

Насланный им ураган закачал, закружил серый пузырь, словно утлую лодочку, оказавшуюся посреди десятибалльного шторма в открытом океане. Разнонаправленные течения, вихри и водовороты так и норовили разрушить его, добраться до спрятавшихся внутри чародеев, но защита, сформированная троицей Взломщиков, оказалась неожиданно хороша. Вместо того, чтобы лопнуть в течении семи-восьми секунд, как ожидал Темный, он держался, минуту за минутой выдерживая яростные нападки разбушевавшейся Тьмы.

Василий был вынужден держаться в непосредственной близости от своих врагов — ему нужно было непрерывно транслировать свою просьбу окружающему мраку, дабы шторм не утих, и выполняли их лишь в радиусе пятисот метров вокруг него. Так что он поддерживал буйство магической стихии и одновременно с этим — скликал из окрестностей местных обитателей. Правда, пока ни один ещё не пришел, а из-за своего же шторма узнать, откликнулся ли хоть кто-то, он был не в состоянии…

И все же нельзя было сказать, что его усилия пропали втуне. Защита постепенно уменьшалась в размерах, сжимаясь под напором яростной стихии. В данный момент он уже потерял половину объема и процесс продолжался, обещая минуты через три сломить её полностью.

Темный уже понял, что эта странная магия была делом рук не самих чешуйчатых Взломщиков, а результатом работы артефакта. Весьма странного — состоящего из трех отдельных предметов, что работали вместе, объединяясь воедино через физический контакт своих владельцев. Сами же чародеи-медвежатники активно искали выход, время от времени пробуя разные комбинации чар.

Вампиры поначалу пытались воздействовать на взбунтовавшийся мрак — всё же это была родственная им Сила, однако быстро осознали, насколько это бесперспективное занятие. Здесь, на Плане Тьмы, значение имели лишь две вещи — имеешь ли ты право тут находиться и насколько ты родственен здешней хозяйке. Кровососы же, несмотря ни на что, были обитателями материальной части мироздания. А в плане родства… В сравнении с Темным они были как внучатые племянники восьмиюродной сестры против родного сына.

Вот только когда сфера сузилась до десяти метров, а змееглавцы, казалось, сдались и прекратили попытки выбраться, вампиры сумели неприятно удивить чародея, наглядно продемонстрировав, что он поторопился списывать их со счетов.

Каким-то образом обнаружив его местонахождение и дотянувшись до его открытой в данный момент ауры, с которой он снял всяческую защиту, дабы воздействовать на Тьму, клыкастые наложили проклятие на его кровь. Волшебник ощутил во рту густую жидкость с солоноватым привкусом, в мозгу что-то больно кольнуло, заставив взор помутиться, температура начала стремительно расти, угрожая вскипятить его изнутри…

Досталось и внутренним органам. Мастерство парочки вампиров было поистине удивительно — в таких обстоятельствах, находясь в эпицентре шторма магической силы, они сумели не просто ощутить и дотянуться до него, но ещё и провести через бушующий Мрак свои чары, не дав их разрушить. Вот что значит тысячи лет опыта и практики…

И он отпустил бурю, прервав посыл-просьбу. Закрыл ауру, отступил как можно дальше, на добрых пару километров, начал бороться — но ему понадобилась целая минута, чтобы освободиться от проклятия. Когда он вновь сосредоточился на происходящем вокруг, оказалось, что Мрак уже успокоился и серая сфера с пятеркой Высших двигалась к нему, преодолев половину разделяющего их пространства…

Однако несмотря на это, на губах Васи сияла улыбка. Ибо, в отличии от своих противников, он ощущал, как к пятерке чужаков стремительно приближается нечто огромное, наделенное чудовищной силой и голодное.

Спустя несколько секунд существо, описание которому Василий при всём желании не смог бы подобрать даже приблизительно, добралось до медленно плывущей вперед сферы. Огромная пасть, в которую без труда уместился бы целый крейсер, сомкнулась, поглотив не успевших даже понять что происходит магов, и тварь, грубой силой без труда способная поспорить с сильным Средним Богом, развернулась и двинулась восвояси. Передернув плечами, волшебник сосредоточился и начал перемещение обратно в родной мир.

И когда он, наконец, вновь оказался на твердом каменном полу, до его восприятия донеслась волна, порожденная столкновением двух могучих аур, одну из которых он знал очень хорошо…

Вскинув голову к потолку, что всё ещё работал проектором, показывающим происходящее снаружи, он, как и все присутствующие, узрел, как огромную багровую сферу, в которой всё это время скрывались Аристарх и Арзул, разрывают изнутри множество здоровенных, по полсотни метров длиной каждый Фиолетовых Змеев.

А следом, второй волной, на него хлынула аура ещё одного столкновения двух Великих Магов…

* * *

Беру перерыв в 2–3 дня — написать небольшой эпилог к этому тому и первые пару глав следующего. Поединок Аристарха и Арзула фир Виниттора будет первой главой следующего тома. Постараюсь написать его не как в последние том-полтора писал бои, а хорошо и качественно, потому и нужны несколько дней.

Глава 21

Нахождение в ловушке пространственно-временного континуума, в которую угодили Павел Александрович и его соратники, фактически вся элита Александровской губернии, было занятием малоприятным и унизительным. Несколько сот человек, среди которых было четырнадцать Магов Заклятий и девяносто четыре Архимага, да к тому же двое нолдийских пятирогих и тринадцать обладателей двух пар аккуратных рожков на голове — угодить такой силищей в ловушку, из которой они не могут выбраться, организованной… Да кем угодно организованной — это даже не позор, а сюр и анекдот какой-то!

— Павел Александрович, сколько нам ещё торчать в этой дыре? — поинтересовался у своего родича и сюзерена Глава Рода Бестужевых. — Может, пришла уже пора принять предложение Воронцовых и выбираться отсюда силой?

Могущественный вельможа выглядел невозмутимым и говорил таким тоном, словно речь шла о каком-нибудь досадном недоразумении вроде недостаточно горячего чая, поданного нерадивыми слугами, а не о смертельно опасной ловушке на мосту через неизвестное магическое пространство.

Сейчас застрявшие на полпути к Николаевску люди находились на огромном, искусственно созданном и поддерживаемом в воздухе над бездонной пропастью серого свечения ледяном плато. Сотворили его и подпитывали маной как раз нолдийцы, один из их пятирогих. Второй из пары главных представителей данной, крайне полезной расы, сейчас был занят тем, что не позволял незримым течениям силы Пространства увлечь их временное прибежище куда-либо в сторону.

Ну а сам генерал-губернатор ещё в первый момент возникновения проблем сделал главное — не позволил чужой магии попросту сбросить их вниз, в ту безликую бездну, из которой они уже никогда, скорее всего, не выбрались бы. Во всяком случае в родной мир…

Правда, сделал он это не так, как показалось всем посвященным в происходящее. Не своими силами, а при помощи одного неприметного амулета, лежащего во внутреннем кармане торжественного костюма — как и большинство гостей, он, хоть и взял с собой некоторое количество боевых артефактов, облачен был все же для праздника, а не для боя. Их целью ведь был прием, устраиваемый Великим Родом, а не поле сражения…

Артефакт сей был ему тайно передан ещё несколько дней назад одним из магов Пространства Николаевых-Шуйских. Предмет не обладал никакими особенными, выделяющимися свойствами или силами. Он служил, собственно говоря, одной-единственной цели — в нужный момент через него была возможность создать канал связи с некой сущностью, через который та могла могла бы оказать поддержку в случае нужды. Изучив свойства и осторожно проверив, что именно то была за сущность, Павел Александрович был более чем впечатлен — существо на том конце протянутой от артефакта тонкой магической нити обладало воистину космическим, запредельным могуществом. И было связано с силой Пространства…

Благодаря полученным от зятя знаниям он уже имел некоторые связи с Маргатоном. И от Аристарха же генерал-губернатор знал, что такое Повелители различных магических Сил, в чем их концептуальное отличие от Богов и как с ними лучше всего взаимодействовать. Вернее, не так — методы взаимодействий с каждым из них были разными, Аристарх же дал пояснения конкретно по Маргатону. Но тут важнее были не не точные инструкции к одному конкретному Повелителю, а сам базис, теория того, как выискивать их вообще и подбирать ключики к выгодному взаимодействию с ними… Вот только её-то Николаев-Шуйский давать отказался, решив сохранить в качестве Родовых секретов для своих. Решение пусть и досадное, но вполне логичное и разумное. Павел Александрович скорее бы разочаровался в реинкарнаторе, реши тот выдать столь ценные сведения задаром. Одно дело тогда, в начале их знакомства, когда знаниями о ритуале Усиления Сущности тот фактически покупал себе так необходимое покровительство и поддержку, другое — сейчас, когда уже сам был ценнейшим активом и главной силовой опорой генерал-губернатора…

Впрочем, Павлу Александровичу было грех жаловаться — от зятя получил немало, а от дочери до сих пор порой получает бесценные знания и алхимию для собственного усиления. С молчаливого разрешения её мужа, само собой — за спиной супруга Хельга бы подобным заниматься не стала. Впрочем, и отказать ей в подобных вещах Аристарх не мог — та делилась лишь собственными знаниями и продуктами на их основе…

Хотя нет, запретить бы он как раз мог и был бы в своём праве, ведь та теперь его жена и часть его Рода, а не отцовского, но муж Хельги был не такого склада ума человек, чтобы давить на жену в таких вещах. Ему хватало, что в вопросах лично от него полученных знаний та была принципиальна и что всеми своими знаниями делилась в первую очередь с новой семьей. Повезло Хельге, да и самому Павлу, чего уж тут сказать…

В общем, амулет ему передали, а сам Аристарх, посредством давно налаженного меж Николаевским Замком и резиденцией генерал-губернатора телепатического моста пообщался с тестем и рассказал о возможных рисках в связи с предстоящим мероприятием. И о возможности нападения в момент перехода он упомянул в первую очередь.

— Эта тварь, помимо всего прочего, ещё и магией Пространства владеет на весьма приличном уровне, — предупредил зять. — Так что если вы пойдете через наш стационарный портал он гарантированно постарается ударить по вам в момент перехода.

— Атакует напрямую? — уточнил он.

— Нет, что ты! — усмехнулся Аристарх. — Даже просто оказаться в тоннеле стационарного, стабильного портального перехода для него будет задачей почти непосильной. И абсолютно бессмысленной, даже если я его сильно недооцениваю и он каким-то образом сумеет это сделать — у него на это сил уйдет столько, что его потом любой Архимаг в бараний рог скрутит. К тому же вас там такая толпа будет, что никакой Великий Маг в одно лицо не выстоит, вы его на куски толпой порвете. Зачем ему такой геморрой, да ещё и перед боем с другим обладателем девятого ранга? Нет, он постарается подгадить иначе — прервет процесс перехода, заставив застрять в портале и сбив координаты. Это тоже сложно и дорого, но тут уж, думаю, ему придет на помощь его покровитель.

— Демонический Старший Бог — это весьма серьезно, — протянул тогда генерал-губернатор. — Думаю, тогда нам лучше отправиться традиционным методом — на летучих кораблях. Не стоит испытывать судьбу.

— Ну, с одной стороны — да, — нехотя признал он. — Но тогда эта тварь точно поймет, что его атаку просчитали и ждут. И не станет нападать.

— Так это ведь к лучшему, разве нет? — спросил генерал-губернатор.

— В таком случае клыкастый затаится, и после того, как мы разбежимся по разным направлениям, по разным фронтам, что тогда? А очень просто — не сумев получить желаемое с Благословенным, он начнет брать своё другими способами, — возразил зять. — Будь уверен — он сперва разорит нашу губернию, а затем отправится наемничать к османам или британцам. И принесет столько проблем и горя, что только держись! Возможно, этот ублюдок даже станет тем самым камнем на весах, что склонит чашу весов в пользу врагов. И тогда Империи, вполне возможно, действительно придет конец… Потому нам просто необходимо, дражайший тесть, любой ценой заставить его вылезти на этот бой. Пока он ещё верит, что есть шанс захватить моего ученика, Темного, и готов рисковать, ввязываясь в самостоятельное сражение. Не выманим его сейчас, не прикончим — и события могут выйти из-под контроля. Ведь в таком случае уже нам придется идти на штурм его логова, причем времени на подготовку у нас не будет и на своей территории у него будет огромное преимущество. Возможно даже достаточное, чтобы разбить нас…

— В общем, чтобы он действительно поверил, что всё идет по его плану, мне и моим лучшим магам придется рискнуть и подставиться, — поджал губы генерал-губернатор, признавая аргументы зятя. — Тогда скажи — каков шанс, что его вмешательство прикончит нас всех… Ну или заставит навсегда застрять между мирами? Стационарных порталов в Империи раз-два и обчелся, и все они не сравнятся в масштабах с тем, что установил у нас ты. Я просто не представляю себе масштаба и серьезности возможных проблем!

— Тут вам переживать не о чем, — заверил его Аристарх. — Мы намеренно сделали портал таким, будто над ним трудился Повелитель Пространства ниже средней планки, чтобы не спугнуть поганца. Но на деле тот, кто его сотворил — Логус — Повелитель такой мощи, что случись покровителю кровососа и ему сойтись в бою, и на Демона-Бога я бы и медной монеты не поставил. Арзул сунется, с помощью своих ритуалов и с поддержкой своего господина, дабы запереть или перенаправить вас в процессе перехода, и тогда нужно будет использовать амулет. Логусу уже уплачена цена за эти услуги — он сделает так, что снаружи будет казаться, будто вы застряли там без надежды выбраться, а на деле просто медленно дрейфовали в нужную сторону. И прошу вас, Павел Александрович — ничего не делайте, не ускоряйте движение и не разрушайте ту ловушку, в которой вы будете!

— Почему?

— Мне необходимо будет не просто связать вампира боем, я хочу отрезать ему любые возможные пути отступления, — азартно ответил чародей. — Для этого потребуется определенное время и усилия. И всё это время ситуация должна развиваться более-менее согласно плану врага, иначе он может бросить всё и удрать. Активируйте амулет в нужный момент и просто ждите — когда придет время, Повелитель Логус сделает всё сам. Касательно же опасности… Чем бы не окончилось дело, даже если кровосос меня сумеет прикончить, вам ничего не грозит. Особенно в тоннеле, сотворенном его силой. После того, как всё, что я задумал, реализуется, вас выкинет неподалеку от того места, где я буду сражаться с вампиром. И даже если эта тварь сумеет меня прикончить, я дам ему такой бой, что добить его вам не составит труда.

Тогда они ненадолго умолкли. Аристарх ждал ответа на свою просьбу-предложение, а Павел Александрович раздумывал, есть ли смысл отговаривать зятя от данного мероприятия. И с сожалением осознавал — если бы в этой, столь рискованной схватке, Аристарх имел бы хоть какую-то возможность воспользоваться чужой помощью, он бы так и сделал. Реинкарнатор был человеком волевым, гордым, порой безрассудным — однако идиотом не являлся точно. Во всяком случае, в военном отношении… А это означало, что озвученный план — лучший из возможных…

Аргументы зятя были железобетонными. Если явиться раньше, чем захлопнется ловушка, и спугнуть вампира, то помешать его бегству будет попросту невозможно — не кровососу уровня Великого Мага, одной из основных специализаций которого являлась магия Пространства. И оставлять такую тварь в тылу действительно было сродни самоубийству… Ну а уж в том, что Логус — воистину могущественное создание, он сумел отчасти убедиться и сам. Просто обратившись к Повелителю Пространства через амулет и ощутив его ауру, на краткий миг приоткрытую недоверчивому смертному.

И вот теперь они здесь. Для большинства, не сумевшего понять, что на них совершено нападение, было объявлено, что на Николаевых-Шуйских напал враг и потому переход замедлен, дабы выйти наружу в самый неожиданный момент и ударить в тыл противника. Объяснение, конечно, было такое, что вызывало множество вопросов, но задать их генерал-губернатору Старшие Магистры и Архимаги попросту не дерзнули.

Магам же Заклятий и тем Высшим, что имелись сейчас в их рядах, пришлось открыть часть истины — чародеи восьмого и восьмого с половиной ранга обладали достаточно мощным восприятием, чтобы ощутить произошедшее.

Однако, по словам Аристарха, с которым Павел был склонен согласиться, имелся риск того, что среди высшей аристократии губернии имеются шпионы вампиров. Шанс на подобное был невелик, но он всё же имелся, и потому следовало соблюдать осторожность. Ведь если эти опасения не беспочвенны, то существовал риск того, что предатель сумеет каким-то образом дать знать на ту сторону о том, что именно происходит. И потому для Магов Заклятий и Высших была озвучена версия о том, что они действительно в западне и теперь ждут, когда Аристарх с той стороны решит проблему. И только если тот будет медлить с помощью, они воспользуются своей силой и постараются разорвать ткань Пространства в переходе, дабы их выкинуло в родном мире — пусть и в случайном месте…

Именно поэтому он не мешал нолдийцу выравнивать их положение, сопротивляясь течениям Пространства. Притворятся необходимо было по полной — ведь первое действие артефакта, защита от удара вампира, усиленного неким ритуалом и помощью его Бога-покровителя, должно было выглядеть как предел возможностей Повелителя Пространства, что был на их стороне. И сейчас они должны были демонстрировать беспомощность…

— Друг мой, в таких делах спешка неуместна, — поглядел он на Бестужева. — Необходимо разобраться более детально в происходящем прежде, чем переходить к активным действиям. Скорее всего у нас будет лишь одна попытка покинуть это треклятое пространство, и к ней необходимо подойти со всей серьезностью.

— Но велик риск и того, что чем дольше мы тут сидим, тем сложнее будет выбраться! — возразил подошедший Воронцов. — Господин генерал-губернатор, люди пока молчат и готовятся к возможному бою, не задавая лишних вопросов, однако шепотки уже идут. Люди с нами бывалые и лихие, однако это место действует на многих угнетающе…

— Я…

Договорить Павел Александрович не успел. Амулет внезапно ожил, исторгая из себя невероятной сложности и мощи заклинание — нечто, сплетенное явно нечеловеческим разумом и по иным, абсолютно незнакомым волшебнику правилам и законам, оно незримой, но явственно прочувствованной всеми присутствующими волной прокатилось по всем тем, кто собрался на парящей льдине.

Чародеи и чародейки встряхнулись, ощутив происходящее. Чары сработали не сразу, дав несколько секунд на то, чтобы приготовиться — а затем прямо перед их временным пристанищем засияла арка огромного портала.

Они оказались над густой сибирской чащей. Раскинув во все стороны сенсорные заклятия, Павел Александрович огляделся по сторонам. А затем ощутил столкновение двух огромных сил где-то чуть позади и выше — и обернувшись, генерал-губернатор сразу увидел огромную багровую сферу высоко в небе. Сферу, которую в этот миг начали разрывать вырывающиеся изнутри здоровенные Змеи Фиолетовых Молний, в которых безошибочно ощущалась рука его зятя.

И прежде, чем кто-либо успел среагировать на столкновение могущественных чар в небесах, на них навалилось уже знакомое ощущение — магия Пространства, причем куда более сложная, чем всё то, с чем им сегодня довелось столкнуться.

Там, в небесах, образовалась огромная, многокилометровая темница. И пусть стен её не было видно обычному взору, сами только выбравшиеся из ловушки Пространства явственно ощущали, сколь прочны ограничения, не позволяющие ни одному из сошедшихся в схватке противников выбраться наружу.

Так вот как Аристарх планировал отрезать пути отступления для вампира… Впечатляет. Клетка, сотворенная лично Повелителем Пространства, и приведенная в действие за счет энергии, которую амулет, вытащивший их всех наружу, в избытке набрал там, в ловушке серого пространства…

— Враг близко! — воскликнул стоящий рядом Игнатьев. — Там, в километре — Высшие и Архимаги, причем вампиры!

— Так не будем терять время понапрасну, — отрывисто бросил Романов.

Раз уж они, наконец-то, прибыли на место, то глупо будет не прийти на помощь союзникам…

* * *

Следующий том: https://author.today/work/edit/chapter/4246379

Nota bene

Книга предоставлена Цокольным этажом, где можно скачать и другие книги.

Сайт заблокирован в России, поэтому доступ к сайту через VPN/прокси.

У нас есть Telegram-бот, для использования которого нужно: 1) создать группу, 2) добавить в нее бота по ссылке и 3) сделать его админом с правом на «Анонимность».

* * *

Если вам понравилась книга, наградите автора лайком и донатом:

Вернуть Боярство 22

Content

Вернуть Боярство 22

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Глава 20

Глава 21

Nota bene