Дважды одарённый. Том II

Глава 1

Я узнаю, из какого я рода!

Ну или, правильнее сказать, узнаю, у какого рода Родовой Дар связан с металлом, так же, как и у меня. И уже после этого, если я встречусь с представителем такого рода и смогу ощутить завихрения каналов в его источнике, я смогу убедиться родственники мы или нет.

И всё же звонок Семёна меня очень сильно взбудоражил. Настолько, что пришлось сесть в позу для медитации и успокоиться. И лишь когда я очистил мысли, я поднялся на ноги, привёл себя в порядок, переоделся и вышел из номера.

Спустившись в холл, бросил взгляд на настенные часы. Половина десятого вечера. У меня полтора часа, чтобы побеседовать с Семёном и вернуться.

Надеюсь, времени хватит.

А то вон комендантша какая злая сидит над своим журналом.

Почувствовав мой взгляд, Зоя Петровна оторвалась от чтения глянцевых страниц и недобро посмотрела на меня.

— Егоров? — пробурчала женщина. — Куда это ты собрался на ночь глядя?

Я даже рта открыть не успел, а она уже всплеснула руками и выпалила:

— Хотя это не моё дело! Опоздаешь хоть на минуту — не пущу! Я, знаешь ли, прилежно выполняю свою работу и слежу за порядком в общежитии!

Она криво ухмыльнулась и победно уставилась на меня.

Здорово её Марина сегодня по носу щёлкнула, раз прошло уже несколько часов, а комендантша до сих пор злится.

— Конечно, прилежно, — усмехнулся я. — И про всех постояльцев всё знаете. Особенно про холостых и симпатичных — кто что ест, к кому «Скороход» приходит. Но вы ведь работаете в Академии управленческого дела, и должны понимать, что владеть информацией и использовать её — разное дело. Ну да не буду занудствовать, Зоя Петровна. Приятной ночи.

Я помахал рукой нахохлившей комендантше и направился к выходу.

— Мог бы просто сказать «спокойной»… — послышалось сзади недовольное ворчание.

Ну да, приятных ночей этой бабище явно не хватает. А всё потому, что действовать нужно с одной стороны более тонко, а с другой — более напористо.

Одних намёков про еду порой бывает недостаточно для покорения понравившегося кавалера.

Выкинув из головы мысли о комендантше, я быстрым шагом вышел за калитку и направился вдоль ограды. Вскоре красивый забор МАУД сменился ржавым забором заброшенной медакадемии, но к месту наших тайных тренировок я не свернул, продолжив идти по тротуару.

В ноздри ударил уже знакомый запах, идущий из круглосуточного ресторанчика «Шаур-мир 24/7». Мне уже доводилось несколько раз бывать внутри, и я по достоинству оценил божественный вкус местного фаст-фуда «шаурма». В двадцать четвёртом веке в моём мире такого блюда почему-то не было.

Я с радостью бы встретился с бароном Прозоровым в «Шаур-мире», однако же мой товарищ забронировал для встречи другое место. Гриль-бар «Бычье сердце». Едва я открыл тяжёлые двери этого бара, в ноздри ударил аромат более манящий, чем запах свежей шаурмы. У меня едва слюнки изо рта не потекли.

— Добрый вечер, — лучезарно улыбнулась мне блондинка-хостес в белой рубашке и полосатой жилетке, подчёркивающей спортивную фигуру. — У вас забронировано?

— Здравствуйте. — Окинув её взглядом, я в очередной раз подумав, что стоило бы написать Ксюше. — Да, на имя «Семён».

— Отдельная комната номер двенадцать, — взгляд хостес стал ещё более приветливым, — прошу вас за мной.

Она грациозно поплыла вглубь шумного заведения. Туда-сюда шныряли официанты, за столиками было полно народу — яблоку негде было упасть.

Здорово, что Семён смог забронировать здесь столик.

По левую сторону начинались небольшие комнатки с номерами. Мы дошли до нужного номера, и хостес услужливо постучала в дверь.

Забавно… официанты без стука не входят?

Над дверью зажёгся зелёный фонарь, и хостес открыла её передо мной.

— Приятного отдыха, сударь, — пропела она и хлопнула ресничками. — Как будете готовы сделать заказ, нажмите, пожалуйста, на кнопку вызова официанта.

— Всенепременно, — улыбнулся я и вложил ей в ладошку купюру в один рубль.

Девушка на прощанье стрельнула глазками, поблагодарила меня и плавным шагом направилась обратно встречать новых гостей.

Что ж… зарплату свою сотрудницы здесь явно отрабатывают.

Войдя внутрь, я увидел небольшую комнатку, в центре которой стоял стол персон на десять. По краям было несколько удобных кожаных кресел, на стене — телевизор с большим экраном. Слева от входа — неприметная дверка в смежное помещение.

— Привет, Александр, — помахал мне Семён, сидевший за столом со смартфоном в руках. Рядом с ним лежала тонкая непрозрачная папка.

Я поздоровался с товарищем, он указал на неприметную дверь.

— Руки мыть там.

Спустя пару минут я сидел напротив Семёна и листал меню. От обилия выбора и сочных фотографий у меня громко урчал живот. Я всегда говорю, что нельзя приходить в новый ресторан голодным, если ты хочешь попробовать какие-то новые блюда, а то урчащий живот не даст мозгу проанализировать весь ассортимент и выбрать лучшее.

— Советую заказать стейк «Миньон» средней прожарки и овощи-гриль к нему, — спокойно проговорил Семён, наблюдавший за мной. — Здесь он особенно хорош.

— Так и сделаю, — решил я, найдя в меню нужное блюдо и изучив его. Затем поднял взгляд на барона. — Ты пить что заказал?

— Пиво одно, — ответил он.

Я усмехнулся и решил кое-что уточнить для общего развития:

— А не зазорно для высшего аристократа пить пиво?

Сёма посмотрел на меня, как на маленького, и, глубоко вздохнув, ответил:

— Не зазорно. Мы ведь не на приёме, чтобы блистать манерами и изящно за ножку поднимать фужеры с игристым. Так что посетить бар с товарищем и выпить пива вполне приемлемо в нашей среде. К тому же, если речь идёт лишь об одной кружке для улучшения пищеварения.

Кивком я поблагодарил его за ответ и нажал на кнопку вызова официантки.

— И вообще, — продолжил Сёма. — Ты — яркий пример того, что аристократы прежде всего воины. Среди нас рождается больше всего одарённых и дважды одарённых, а значит, среди аристократов гораздо выше процент тех, кто сражается с монстрами Проклятых Земель. И что же тогда получается? Воину после боя пива нельзя выпить? Вот и ответ на твой вопрос.

— Да понял я, понял, — усмехнулся я. — Всему своё место и время.

— Именно, — кивнул барон и бросил косой взгляд на папку.

Немного нервничает мой юный друг перед предстоящим разговором.

— Что ты на меня так смотришь, Александр? — Сёма по-своему истолковал мой взгляд. — Я, может, и не иду по пути воина, но я — инженер. И немного программист. Нам сами боги велели иногда позволять себе пиво со стейком.

Я рассмеялся. Сегодня барон более словоохотлив, чем обычно. Может, он уже успел выпить стаканчик для улучшения пищеварения?

В дверь постучали. Сёма быстро нажал на одну из кнопок со своей стороны стола.

В комнату вошла крепкая большегрудая официантка с огромным подносом.

— Я, кстати, всё в двойном размере заказал, — глядя на неё, быстро произнёс Сёма. — На случай, если ты решишь попробовать. Так что можешь пока ничего не заказывать. А там посмотрим.

Я удивлённо уставился на него. В самом деле, какой-то необычный сегодня Семён.

Официантка расставила блюда. Я поднял пол-литровую кружку с пивом и произнёс:

— За встречу.

— За встречу, — поддержал барон, мы пригубили пива и приступили к стейку.

Следующие несколько минут я отсутствовал для всего окружающего мира — настолько невероятным и ярким был вкус жареного мяса. Я наслаждался его сочностью, медленно пережёвывая волокна.

Сам не заметил, как всё съел. Отличный ужин! Пожалуй, лучший за последние лет тридцать обеих моих жизней.

Взяв кружку пива и сделав несколько глотков, я с удивлением заметил, что Сёма до сих пор ковыряется в тарелке. Как-то слишком уж вяло он отрезает мясо.

— Тебя настолько тяготит наша предстоящая беседа? — спросил я прямо. — Что-то суперсекретное узнал и не можешь окончательно решиться мне рассказать? Даже после того, как мы уже встретились здесь?

— А? — поднял удивлённый взгляд парень. Мотнув головой, он глянул на папку, затем на меня.

Барон Прозоров прикрыл веки, выпрямил спину, а спустя пару секунд посмотрел на меня уже другим взглядом.

— Немного в свои мысли ушёл, — изрёк он. — Прости, это невежливо.

— Да ладно, — усмехнулся я. — Бывает. У тебя что-то случилось?

— Да так, — поморщился он.

— Можешь рассказать мне, мы ж друзья. Вдруг тебе легче станет, — произнёс я, отхлебнув ещё пива.

Несколько секунд Прозоров напряжённо смотрел на меня, а затем выдохнул и улыбнулся:

— Да в самом деле мелочь, Александр. С Алиной немного повздорили. Она на сегодня меня кое-куда звала, но я отказался. Она вроде нормально это сперва восприняла, но, когда я написал ей, что иду с тобой встретиться в «Бычьем сердце», начала фонтанировать недовольством. Говорит, с ней я никуда не хожу, а с тобой по ресторанам! Тоже мне… это ведь не ресторан в классическом понимании, а бар. И вообще, с ней я в общежитии могу поговорить, а тебя так поздно в гости не провести — у нас гостевой режим сильно по времени ограничен.

Он раздражённо цокнул и всплеснул руками.

Я же едва сдержался, чтобы не засмеяться.

— И что на неё вообще нашло? — пробурчал Сёма. — Ещё и сообщения мои теперь игнорирует.

— А ты переживаешь, — спокойно заметил я. — Значит, её действия имеют эффект.

— Эффект-то они, может, и имеют, а вот смысл — нет. Зачем всё это… не пойму.

Он тяжело вздохнул.

Сдерживать смех мне стало ещё тяжелее.

Девушка позвала парня на свидание, но парень отказался и пошёл пить пиво с другом… в самом деле, чего обиделась-то?

— Нелогично… — проворчал Сёма в сторону.

Сказать ему?

Барон вдруг резко выдохнул и уставился на меня.

— Ладно, моё поведение сейчас тоже нелогичное. Я позвал тебя ради другого. Держи. Смотри и изучай.

Он протянул мне папку и, взяв кружку пива, откинулся на спинку стула. Взгляд барона стал цепким. Сёма, сумев-таки настроиться на деловой лад, сейчас внимательно следил за моей реакцией.

Ну а я что? Оглядевшись по сторонам, открыл папку и увидел цветную фотографию. Изображение было довольно чётким, местами слишком контрастным. Полагаю, барон обработал фотографию, прежде чем распечатывать.

На фотографии была запечатлена пара на красной ковровой дорожке перед крыльцом роскошного особняка. Мужчина с чёрными волосами, одетый в синий костюм, и белокурая женщина в бежевом платье с открытыми плечами. Оба молодые и красивые.

Мужчина довольно сильно походил на меня.

«Граф и графиня Резановы. 2005-й год» — гласила надпись под фотографией.

Резановы… никогда о них не слышал.

Убрав фотографию в сторону, я принялся читать короткое досье. Написано было довольно скупо, и текст походил на краткую сводку данных.

Оторвавшись от листка, я покосился на Прозорова. Тот пил пиво и смотрел на меня.

— Что-то непонятно? — подобрался он.

— Ты ведь один собирал информацию? — уточнил я.

— Конечно, — хмыкнул Сёма. — Как мы и договаривались — сам собрал, сам обработал.

Я в очередной раз огляделся по сторонам. Барон понял меня правильно и, одобрительно хмыкнув, произнёс:

— Ни видео, ни прослушки здесь нет. Я проверял.

Молча кивнув, я на всякий случай включил радио на телефоне на полную громкость. Сёма закатил глаза, но ничего не сказал.

Я вернулся к чтению.

Что ж, барон Прозоров не писатель.

Но даже без красочных подробностей в тексте суть мне максимально понятна. У графа и графини восемнадцать лет назад четвёртого июня родился сын Александр Ярославович. А примерно через год его похитили.

— Странно, что имена совпадают… — пробормотал я, глядя на фотографию четы Резановых.

— С одной стороны — да. С другой — нет, — спокойно произнёс Сёма, а затем развил мысль: — Представители старых аристократических родов щепетильно относятся к моменту своего рождения и своему имени. Имя, отчество и дата рождения — это твоя идентичность. Они даже важнее фамилии. Потому что фамилию человек, порой, меняет. Женщины — когда выходят замуж. Мужчины… Иногда выходят из рода и создают свой. Сменив имя Рода, ты не потеряешь связь с ним. Она глубже — в твоём теле и твоём Даре. Но сменив имя, отчество или дату рождения, ты потеряешь своё место в мире. Свою судьбу. — Барон поморщился, покачал головой и добавил: — Хотя мне не нравится концепт Судьбы. Поэтому можно сказать другими словами: ты потеряешь ту силу, которую тебе при рождении даровал мир. Не в прямом смысле, конечно. Но развитие твоё пойдёт гораздо хуже. Вот такие вот верования у аристократов. В их основе, разумеется, есть реальные примеры тех, кто полностью менял своё ФИО и дату рождения ради новой и лучшей жизни. И… ничего выдающегося в жизни не добивался.

Сёма смочил горло остатками пива и снова уставился на меня.

— А известных примеров, как человек с новым именем и датой рождения достигает высот, в истории нет? — спросил я.

— Ни одного, — хмыкнул барон. — Забавное совпадение, да? Породившее целое суеверие.

Я снова уставился на фотографию и начал пристально разглядывать белокурую молодую женщину — Анастасию Владимировну Резанову.

Эта она? Та женщина, что звала меня «сынок» и оставила мне ментальную закладку?

Голова заболела от нахлынувших мыслей. Вновь в ней всплыл образ той красивой женщины.

Она чуть старше, чем графиня Резанова на фото.

Её волосы распущены, а у графини Резановой собраны в сложную причёску.

Её волосы тёмные. А у графини Резановой почти белые.

Плавно выдохнув, я тоже пригубил пива.

Цвет волос — так себе улика. Женщины любят экспериментировать со своей внешностью. Пусть аристократки более сдержаны в таких экспериментах, чем простолюдинки, графиня вполне могла обесцветиться или, наоборот, покраситься.

— Вероятность того, что ты пропавший граф Александр Ярославович Резанов — больше девяносто пяти процентов, — твёрдо произнёс Семён. — И, как ты понимаешь, дело не только в Родовом Даре. Они уникальны в деталях, но не в стихиях.

— Поясни? — подобрался я.

— На примере металла, — кивнул барон. — Не только у Резановых Родовой Дар связан с ним. Но у Резановых есть уникальные заклинания, которые никто другой не может повторить. Найти информацию о них ещё сложнее, Александр, чем о внешнем проявлении Дара. Но нам и не нужно. Твоё имя, дата рождения и металл — вот мои доказательства. Единственное… ты прав, обстоятельства похищения очень странные. Я не стал взламывать базу данных графского рода. Но, анализируя всё, что мне удалось найти, я пришёл к выводу, что похитителям нужен был ты сам, а не способ ослабить Резановых и выбить их из колеи. Да, в итоге род Резановых в упадке. Но тебе-то сохранили и жизнь, и имя, и дату рождения.

Он пристально уставился на меня, будто задавая немой вопрос:

«Что в тебе такого особенного, Александр?»

Если бы я знал, дружище… Осознал я себя в этом теле гораздо позже похищения, так что вряд ли дело в моём персонализированном Втором Даре.

Пронзительная трель нарушила давящую тишину. Сёма удивлённо уставился на свой смартфон.

— Зина? — пробормотал он и, извинившись передо мной, быстро принял вызов. — Да, слушаю. Нет, не с ней. Днём я её видел! Что случилось, Зина? Я не понимаю тебя!

Он говорил отрывисто, и с каждой новой фразой, выражение лица барона становилось всё более и более настороженным.

— Я понял тебя, — процедил он. — Скоро буду. Жди.

Скинув вызов, он замер, глядя в стену.

— Проблемы? — спросил я, убрав бумаги в папку.

— Соседка Алины звонила, — хмуро произнёс барон, поднявшись на ноги. — Говорит, Алина до сих пор не вернулась в общежитие и на звонки не отвечает. Телефон выключен.

Сёма несколько раз тыкнул в экран телефона и приложил к уху.

— В самом деле… хотя мои сообщения ей ушли…

Достав из кошелька три десятирублёвые купюры, барон положил их на стол и, повернувшись ко мне, быстро проговорил:

— Прости, Александр, мне нужно идти.

Он дёрнулся к двери, но я схватил его за запястье.

— Стой! — твёрдо произнёс я.

Сёма резко обернулся и ожёг меня гневным взглядом.

— Ты уверен, что она не просто психанула из-за ваших отношений? — спросил я ровно, глядя ему в глаза.

— Уверен, — процедил барон. — Она не станет заходить так далеко из-за мелкой размолвки. Она у меня умная девушка. Да и как минимум Зине она бы ответила.

Барон дёрнул руку, и я разжал пальцы.

— Хорошо, — сказал я. — Тогда я иду с тобой.

Прозоров удивлённо уставился на меня, но, прежде чем он успел хоть что-то произнести, я твёрдо добавил:

— Это не обсуждается, Сёма. Мы ведь друзья.

А в голове в тот момент не к месту всплыло воспоминание о том, чем закончился турнир в доме Голицыных.

Проклятье…

Надеюсь, Семён ошибся, и Алина сейчас всего лишь грустит из-за их отношений где-нибудь на подоконнике с чашкой какао в руках.

Ага… как же…

Глава 2

Вместе с Семёном мы пулей вылетели из гриль-бара и рванули в сторону общежитий ИМТУ.

Я бросил косой взгляд на барона. Парень был сосредоточен и холодно смотрел перед собой.

— Куда она звала тебя пойти с ней? — на бегу спросил я.

— На какое-то странное мероприятие! — бросил он. — Что-то вроде групповой практики медитации нового типа. Ей приходило уведомление во «ВКурсе»! Я сказал ей, что это выглядит как какое-то шарлатанство.

Семён стиснул зубы и ускорился, на бегу достав телефон.

— Где эта медитация проходила? Можешь найти?

— Вряд ли она пошла туда! — бросил барон. — Она сказала, что одна не пойдёт.

— Ну и ты сегодня вечером сперва никуда идти не собирался, а потом решил встретиться со мной, — парировал я.

Сёма бросил на меня резкий взгляд и через пару секунд грязно выругался себе под нос. Несколько раз ткнув пальцем в экран смартфона, он приложил трубку к уху.

Спустя секунды четыре он снова выругался и набрал другой номер.

— Зина, я уже почти вернулся, — нетерпеливо произнёс барон. — Что насчёт Алины? Ясно. Скажи, ты случайно не знаешь, куда она направилась? А?

Выслушав ответ, он скрипнул зубами и ловко перепрыгнул лужу, разлившуюся посреди тротуара после недавнего дождя.

— Зина, не юли! — повысил голос барон. — Ситуация нестандартная! Как я смогу её найти, если ты не говоришь, куда направилась твоя подруга⁈

Сёма явно терял терпение. Похоже, Алина попросила эту Зину держать в секрете цель своего похода.

— Зина!!! — рявкнул Семён, но я вырвал из его рук трубку и остановился.

Прежде чем мой друг успел возмутиться, я активировал простенькие конструкты заклинания восстановления дыхания, а то немного запыхался во время бега.

Совершенно спокойным и тяжёлым голосом я произнёс в трубку:

— Зинаида, здравствуйте! Говорит капитан третьего отделения жандармерии Ерёменко. В последнее время в столице участились случая похищения одарённых, в том числе и аристократов. Если вы владеете информацией о местонахождении боярыни Мурашовой, просьба поделиться ею незамедлительно. Жизни Алины Андреевны может грозить смертельная опасность, но, если будем действовать оперативно, сможем её спасти.

На том конце трубки повисло напряжённое молчание.

— Жандармерия? — удивлённо переспросила девушка.

— Так точно. Зинаида…

Я покосился на хмурого барона в поисках поддержки. Удивительно, но он понял меня и бросил:

— Геннадьевна.

— … Геннадьевна, — продолжил я. — Ответьте, пожалуйста. Алина Андреевна отправилась на сеанс групповой медитации нового типа?

— Да… — дрогнувшим голосом проговорила моя собеседница, а затем выпалила: — Она не хотела тревожить Семёна, и…

— Вы знаете, место проведения этой медитации? — спросил я твёрдо.

— Нет… я попробую поискать… перезвоню Семёну, если найду.

— Хорошо. Благодарю за сотрудничество.

Я сбросил вызов и протянул трубку обратно её владельцу.

— Быстрее, — велел я Семёну и рванул дальше. Сильно не ускорялся, чтобы парень мог держаться наравне.

— Это правда? — мрачно спросил он. — Насчёт похищений?

— Почти, — хмуро ответил я, думая, что приглашение на необычные духовные практики без точного адреса выглядит очень подозрительно.

Особенно на фоне кровавых жертвоприношений.

Я почти уверен, что до убийства боярина Хмельницкого в Москве уже происходили подобные кровавые преступления, и подполковнику Бородину о них известно.

А раз такое уже бывало раньше…

Значит, будет и в будущем.

Впереди показался забор ИМТУ.

— Что значит «почти»? — недобро спросил барон Прозоров.

Глянув на него, я холодно произнёс:

— Всё может быть гораздо хуже, чем похищение. Нам нужно как можно быстрее узнать, где проходила медитация. Или найти иные способы узнать местоположение Алины. Например, отследить её телефон.

Я внимательно уставился на своего молодого друга. Сам бы я не смог провернуть такой трюк — нет достаточных знаний и умений. Но…

— Тоже так подумал, — быстро произнёс парень. — В общежитие тебя не пустят, подожди, пожалуйста, здесь.

Он смотрел на меня очень странным взглядом. В его глазах одновременно читались страх за жизнь подруги и благодарность мне за участие.

— Без проблем, — кивнул я. — Машину хоть закажу, пока жду.

Я остановился недалеко от КПП, а барон пулей влетел на закрытую территорию Университета, едва успев приложить пропуск к турникету. На бегу, обернувшись, он крикнул:

— Машину возьми побольше!

Я быстро нашёл в телефоне нужное приложение и разместил заказ. Не прошло и полминуты, как всплыло уведомление:

«К вам подъедет РАФ 2203−10. Гос. номер…»

Отлично. Теперь…

Я подвис, размышляя над следующим своим шагом.

Есть ли у меня доказательства того, что исчезновение Алины может быть связано с кровавыми жертвоприношениями?

Никаких. Только подозрения.

Хотя…

Подозрения довольно сильные. Внутренний голос кричит, что Алина в реальной опасности и, чтобы вновь увидеть её живой и здоровой, действовать нужно быстро и чётко.

Моя интуиция для меня всегда была ценнее любых доказательств. Командир и правитель должен в первую очередь уметь полагаться на свои собственные ощущения, а не на слова других или общепринятую логику.

Решено.

Работаем по максимуму.

Сёма говорил, что ни у его рода, ни у Мурашовых нет ратников в Москве на постоянной основе. В жандармерию сразу звонить тоже не стоит — больше времени потеряем, отвечая на вопросы.

Значит, используем доступные силы и привлекаем потенциальных союзников.

Осталось только выбрать, кому из двух Самоцветовых теперь звонить…

Пару секунд я крутил в руках смартфон, а затем набрал номер, который добавил только вчера.

— Александр? — удивлённо произнёс Сергей Самоцветов. — Привет. Чего так поздно? Что-то случилось?

— Рад, что не разбудил, — усмехнулся я. — Добрый вечер. Скажи, можешь прямо сейчас одолжить мне мощный заполненный накопитель маны?

— Прямо сейчас? — подобрался Самоцветов. — Насколько мощный?

Примерно прикинув объёмы источников, которые мне доводилось чувствовать у людей, и мощность поискового заклинания, которое я собираюсь использовать, я ответил:

— Чтобы маны в нём было больше, чем у сильного Иерарха.

— Фух… — выдохнул Самоцветов. — Значит, класса «В». Или можно взять два «Г»?.. Понял, в теории можем быстро предоставить тебе накопители. Только скажи, мой друг, во что ты там опять ввязался?

Голос его прозвучал твёрдо. Ну да, граф хочет знать, не подставлю ли я своими действиями его род.

— Пока не в курсе, — в тон ему ответил я. — Правда, есть подозрение, что боярыню Мурашову ждёт участь боярина Хмельницкого. Но, даже если я ошибся, есть огромная вероятность очень сильно выручить боярыню. А заодно помочь и её потенциальному жениху — барону Прозорову.

На той стороне повисло молчание.

— Александр, — дрогнувшим голосом, обратился ко мне граф. — Скажи… ты думаешь, возможна большая битва?

— Да, — сухо ответил я и продолжил: — Поэтому у меня ещё одно предложение. Если интересы рода Самоцветовых лежат в обозначенной мной плоскости, мне нужен на сегодняшнюю ночь такой же договор, как я заключал с её сиятельством перед турниром.

— Я услышал тебя… — напряжённо проговорил Сергей. — Перезвоню.

Он сбросил вызов, я же, глядя на то, как к нам подъезжает красно-белый микроавтобус с угловатой мордой, убрал смартфон в карман.

Одиннадцать часов доходит.

Что ж… похоже, сегодня в свою общагу я не попаду.

Подставляя лицо летнему вечернему ветру, я ушёл в поверхностную медитацию — проверил, что смогу создать конструкты для нужного поискового заклинания и мысленно похвалил себя за то, что ещё раньше озадачился вопросом разработки новых заклинаний.

Теперь мне нужен накопитель…

Но Самоцветовы, я уверен, не подведут. Насколько я успел узнать представителей этого рода, они пытаются дружить сразу со всеми. У них довольно редкий бизнес — артефакторов в стране мало, и они нужны всем. Полагаю, имперские власти особо тщательно за ними присматривают и не дадут перейти черту. А если что — помогут выжить.

Потому Самоцветовы и могут позволить себе торговать во все стороны.

Да, с ограничением.

Да, их тоже пытаются прогнуть, и им нужно держать ухо востро.

Но пока что у Самоцветовых всё получается. Они точно не упустят возможность улучшить отношения сразу с двумя боярскими Родами. А помочь жандармам третьего отделения в их нераскрываемом деле? Это же вообще дорогого стоит!

Ну и с единственным внуком графа Резанова провернуть очередное общее дельце тоже важно.

Я усмехнулся.

Какова вероятность, что всезнающая мудрая старуха Самоцветова, собиравшая на меня информацию и справедливо полагающая, что у меня Родовой Дар — металл, до сих пор не пришла к тем же выводам, что и молодой барон Прозоров?

Если я прав, то позже стоит её поблагодарить за то, что не сдала меня «деду». Пока я не узнал больше о своём происхождении и о похищении, я не стану спешить встретиться с графом Резановым-старшим.

С территории университета донеслись встревоженные мужские голоса, и вскоре я увидел барона Прозорова в сопровождении ещё троих парней. Двое из них были полненькие и в очках — а значит, с высокой долей вероятности неодарённые.

— Судари, напоминаю, что, если вернётесь после двенадцати, придётся писать объяснительную, — менторским тоном проговорил один из охранников, когда парни пробегали мимо.

— Дела рода! — рявкнул на бегу барон.

Повезло им… мало того, что свободно «гулять» можно до двенадцати, так ещё и варианты есть, как ночью официально попасть в общежитие.

Я открыл боковую дверь микроавтобуса, и весь этот запыхавшийся отряд влетел внутрь. Я зашёл последним. К этому моменту парни уже поставили на колени ноутбуки.

— У нас есть примерное направление! — твёрдо произнёс Семён и сказал водителю, куда ехать.

Таксист, многоопытный мужчина с пышными усами, лишних вопросов не задавал. Машина плавно тронулась с места.

В салоне стояла тишина, нарушаемая лишь быстрым клацаньем по клавишам.

— Есть контакт! — быстро произнёс более крупный пухляш и нервно поправил сползшие на нос очки. — Сужаю зону поиска. Передаю.

— Ага, вижу, — хмуро произнёс барон, не переставая стучать по клавишам.

Как же слаженно они работают, а! Любо-дорого смотреть!

— Твою мать! — выругался второй пухляш, когда микроавтобус подпрыгнул на кочке, и парень едва не потерял свой компьютер.

— Извините, — невозмутимо ответил таксист.

Телефонная трель разнеслась по салону. Глянув на экран, я одобрительно хмыкнул и принял вызов:

— Слушаю.

— Мы готовы выезжать, — твёрдо проговорил граф Самоцветов. — Со мной ратники, накопитель «Б-класса» тоже при мне. Где встречаемся?

Ух ты… он даже накопитель взял мощнее, чем обещал изначально?

Не ошибся я в Самоцветовых. Молодцы!

Я обозначил ему направление и сказал, что позже уточню место.

— Кто звонил? — не отрываясь от ноутбука, спросил барон Прозоров.

— Сергей Иванович Самоцветов, — произнёс я спокойно. — Вместе с ратью рода он поможет нам.

Сёма поднял взгляд и несколько секунд пристально смотрел на меня. Затем благодарно кивнул и принялся дальше клацать по клавишам.

Хорош — понимает, что сейчас помощь графской рати уж точно лишней не будет. А решать, как отплатить за эту помощь, можно будет позже, когда инцидент останется позади.

— Всё, отследил, — спустя несколько секунд выдохнул Семён. — Телефон выключен, но его последнее местоположение с точностью до пятидесяти метров мне обнаружить удалось.

— Попробуем ещё сузить область, — напряжённо произнёс пухляш.

— Давайте, но вряд ли получится, — отозвался барон и назвал таксисту примерный адрес, который я тут же продублировал сообщением Сергею Самоцветову.

Спустя минут двадцать мы заехали в какой-то тёмный проулок. Когда машина останавливалась, зазвонил телефон Семена.

— Слушаю, Зина, — произнёс он в трубку. — Ага. Понял. Спасибо тебе большое.

Он скинул вызов, мы все вышли из машины. Троица парней напряжённо оглядывалась по сторонам, а Сергей что-то искал в телефоне.

— Вон там мусорные контейнеры, — указал рукой пухляш влево. — Телефон может быть внутри.

— Или в любой другой мусорке в этом радиусе, — спокойно произнёс я. — Или вообще под кустом. Семён, что у тебя?

Барон оторвался от экрана и огляделся по сторонам. Проулок почти безлюдный, света мало.

— Зина-таки откопала адрес проведения медитации. Вон то здание, похоже, — указал он рукой на несуразный трёхэтажный «пенёк». — Что это вообще за глушь?

— Каких только закутков в Москве не встретишь, — хмуро произнёс я, активировав своё первое поисковое заклинание.

Трёхэтажное здание внутри было пустым. Ни одного крупного источника дыхания — мыши и птицы на чердаке не в счёт. Входная дверь здания заперта, и над ней горит красная кнопка сигнализации. Рядом с дверью обрывки афиши, на которых угадываются начала слов: «Гр…» «Ме…»

«Групповая медитация» проходила здесь. Мы на месте. Но только всё уже закончилось.

— Млять!!! — в сердцах выкрикнул барон, с силой дёрнув на себя запертую дверь. — И что теперь делать⁈ Зря, что ли, всё это было⁈

— Не зря, — ответил я спокойно, слыша рёв приближающихся моторов. — Благодаря вам, парни, мы смогли сразу выехать в нужное место и сэкономить время. Благодаря Зинаиде Геннадьевне убедились, что прибыли туда, куда нужно. Вы отлично постарались, ребята! А теперь предоставьте дело мне.

В проулок влетели пять чёрных машин с гербами Самоцветовых — два тонированных внедорожника и три микроавтобуса. Двери машин распахнулись, и из них слаженно выгрузились бойцы в чёрных бронекостюмах с артефактными вставками из тел монстров. Лица ратников скрывали шлемы, в руках каждый держал по штурмовой винтовке.

На поясах некоторых ратников висели топорики, у кого-то за спиной были мечи.

Графский род подошёл к этой вылазке со всей серьёзностью.

Программисты засуетились, изумлённо глядя на вновь прибывших. Из четырёх студентов ИМТУ один лишь барон выглядел невозмутимо.

К нам направился широкоплечий высокий боец рода Самоцветовых. На нём не было никаких знаков отличия, а лицо скрывал шлем. Однако по гордой и уверенной походке я легко узнал молодого графа.

— Приветствую, Сергей Иванович, — протянул я ему руку, когда он остановился напротив и открыл лицо.

— Добрый вечер, Александр, — ответил он на рукопожатие и повернулся к Прозорову. — Семён Константинович, рад личному знакомству, жаль только повод неприятный.

— Здравствуйте, Сергей Иванович. Благодарю за помощь. — Он тоже пожал руку графу и твёрдо добавил: — Мой род в долгу не останется.

Прежде чем молодые аристократы ушли в высокопарные речи, я взял нить беседы в свои руки:

— Господа, у нас боевая обстановка. При всём уважении, на счету каждое мгновенье. Предлагаю перейти на позывные. «Близнец», — указал я себе на грудь и внимательно уставился на них.

Поколебавшись мгновенье, Сергей произнёс:

— Алмаз. От деда достался.

Мы вдвоём с любопытством уставились на Прозорова. Я слышал, что молодые аристократы часто проходят учения вместе с ратью рода, и мне сложно представить такие учения без позывных.

По крайней мере, насчёт наличия позывного у графа Самоцветова я не ошибся.

— Коптер, — выдохнул барон. — Что вы так смотрите? Я дрона запускал во время первых своих учений, вот и прилипло. Что делать дальше будем, Близнец?

Он резко повернулся ко мне.

— Мне нужен накопитель, — твёрдо произнёс я.

Самоцветов кивнул и жестом велел одному из бойцов подойти.

Ратник принёс довольно странную вещицу: эдакую плоскую прямоугольную флягу из материала, напоминающего пластик. Боец носил эту флягу через плечо, отчего издали накопитель походил на древнюю рацию.

— Внутри заряженная вода из подземных рек под Валдаем, — предельно серьёзно проговорил Алмаз. — Сырьё очень высокого качества, синхронизация должна пройти незаметно.

— Благодарю, — кивнул я, приняв накопитель и повесив его через плечо.

— Чтобы наладить синхрониза… — начал было граф, однако замолчал, когда накопитель засиял голубоватым светом. Сергей усмехнулся и, покачав головой, произнёс: — Ну да, ну да… Александр Егоров умеет удивлять.

Я не обращал внимания на его слова, дивясь «мягкости» накопителя. Едва я потянулся к нему, он открылся мне, будто бы был моим собственным источником.

Да чего уж, порой источник хуже откликается, чем этот накопитель.

Я плавно развёл руки в стороны, создав на кончиках пальцев основу нужного конструкта. Прикрыв глаза, я представил Алину… ровно так, как запомнил девушку.

Вот, например, она стоит рядом с нашим бессменным пледом и с упоением рассказывает Семёну о какой-то новой материнской плате.

Я представил её дыхание.

«Слепок» этого дыхания давно хранится в моей памяти. Я немало общался с Алиной, чтобы запомнить, как именно она дышит.

Чтобы максимально чётко сформировать воспоминание, я сперва направил ману в мозг. И лишь затем, когда Слепок дыхания полностью оформился, я вместе с маной направил его к основе конструкта.

Резко выдохнув, я выпустил сложносоставное поисковое заклинание. Невидимый воздух устремился к пустующему трёхэтажному зданию и полностью охватил его.

Вот оно!

Алина дышала в этом здании. Довольно долго её дыхание было ровным и находилось не особо высоко от пола в центре зала на втором этаже. Похоже, девушка в самом деле сидела в позе для медитации.

Я почувствовал шлейф её дыхания и максимально сконцентрировался, чтобы правильно разобраться в этом шлейфе — он шёл неразрывно, нужно чётко понять, где начало, а где продолжение, чтобы случайно не уйти в обратном направлении.

— Есть! — твёрдо произнёс я, открыв глаза.

— Ты нашёл её? — тут же накинулся на меня с вопросами Семён.

Я посмотрел вперёд вдоль проулка — туда, куда уходил шлейф дыхания девушки после сеанса медитации — и уверенно ответил:

— Я знаю, куда она направилась. Тут недалеко. За мной!

Глава 3

Я уверенно двинулся по следу, улавливая мельчайшие колебания воздуха и внимательно отслеживая шлейф дыхания Алины. Он вёл нас через тёмные переулки, мимо припаркованных автомобилей и редких прохожих, которые, едва завидев нашу группу, старались сразу же свернуть в проходы между домов или затаиться возле какого-нибудь ветвистого дерева.

Через несколько минут я увидел впереди современное трёхэтажное здание. Остановив свою группу в тени проулка, метрах в ста от этого здания, я внимательно уставился на него.

Панорамные окна первого этажа были украшены причудливыми металлическими конструкциями. У входа толпились люди, в основном молодёжь в ярких нарядах. Ребята курили и воодушевлённо обсуждали что-то.

— Она здесь, — уверенно произнёс я, указывая на здание. — Но точное местоположение определить сложно.

Про себя же я добавил: «Слишком много разных дыханий собралось в одной точке».

Граф Самоцветов, всё это время с подозрением пялившийся на меня, проиграл своему любопытству и подался вперёд.

Я был уверен, он спросит, как именно я смог найти Алину. Давать подробный ответ я не планировал, но кое-какую заготовку подготовил, однако Семён опередил графа и выпалил:

— Мы должны действовать немедленно!

Скрипнув зубами, барон подался вперёд, но Самоцветов, проворно развернувшись, встал перед Прозоровым лицом к лицу.

— Может быть, всё-таки стоит вызвать жандармов? — предложил он и покосился на здание. — Мы пока что даже понятия не имеем, что там внутри.

Он бросил резкий взгляд в сторону двух своих ратников, которые быстро стучали пальцами по экранам смартфонов.

— Позже! — резко ответил Семён и с яростью уставился на курящих у входа людей, которые до сих пор нас не заметили. — Мы не можем сейчас тратить на это время!

— Я понимаю тебя, — проникновенно произнёс Самоцветов, положив барону руки на плечи и заглянув в его разъярённые глаза. — Если бы с моей невестой случилось что-то подобное, я бы тоже был вне себя от ярости, но сейчас…

— Алмаз, Коптер прав, — сухо прервал я графа. — Каждая секунда на счету.

В голове в очередной раз всплыли мысли о кровавых жертвоприношениях.

Граф Самоцветов тяжело вздохнул, поняв, что спорить бесполезно, и с лёгкой улыбкой произнёс:

— Хорошо. Но наденьте хотя бы броню — мы взяли с собой несколько запасных комплектов. И оружие тоже не помешает.

Сёма хотел уж было рвануть к зданию, но смог унять эмоции и подчиниться гласу разума.

— Благодарю, — бросил он и быстрым шагом направился к микроавтобусу, на который указал Самоцветов.

Я двинулся следом за ним.

— Господин, здесь проходит открытие выставки современного искусства, — сообщил Сергею один из его ратников. — Сословного ограничения на вход нет, мероприятие открытого типа.

— Понял. Расходиться, похоже, гости не собираются?

— Официальная часть, судя по всему, закончилась, но в первый день выставка работает до последнего гостя.

После медитации нового типа Алина направилась на выставку современного искусства? Что ж… в её духе. Вот только ни Сёма, ни соседка Алины о планах девушки посетить это мероприятие раньше ничего не слышали.

Стало быть, Алина про выставку узнала на медитации?

Размышляя об этом, я быстро натянул предложенный мне бронекостюм. Он сел по размеру — Самоцветовы явно заранее подобрали броню для меня.

— Я могу взять это? — увидев современный меч в тонких ножнах, спросил я у помогавшего мне ратника.

— Конечно, — с готовностью кивнул он. — На спине бронекостюма есть крепления под ножны.

Я вынул меч из ножен и пару секунд разглядывал его лезвие, параллельно с этим изучая и его каналы маны. Хороший образчик инженерной артефакторики. Сплав лёгкий и крепкий, а проводимость маны на очень высоком уровне. Из дополнительных конструктов — один простенький, но надёжный конструкт на усиление ветрового серпа, да конструкт на укрепление самого меча.

Иными словами, этот меч сложно сломать и затупить. А ещё он создан для тех, у кого стихия — ветер.

— Вот, возьмите и это, пожалуйста, — протянул мне ратник чёрную штурмовую винтовку.

На пару мгновений я замер, с наслаждением изучая это чудо артефакторики и инженерии. После того как в первый день моей новой жизни монстр оставил меня без оружия, из-за того, что кадетам выдали дерьмовые «пластиковые» винтовки, я возжелал обзавестись своей собственной штурмовой винтовкой. Да, сейчас мне дали винтовку на время…

Но приятное ощущение спокойствия и счастья захватило меня с головой. Этой винтовке, конечно, далеко до той, которую я, будучи Императором Земли, использовал в двадцать пятом веке…

Но сойдёт.

Вот теперь-то повоюем!

— Отлично выглядишь, — улыбнулся Сергей Самоцветов, когда я выпрыгнул из микроавтобуса.

Заметив мой серьёзный взгляд, он подобрался и спросил:

— Что-то не так?

— На секунду, — кивнул я в сторону.

Барон Прозоров, хоть и был больше других мотивирован, до сих пор облачался в доспехи — опыта быстрых сборов ему явно не хватало, так что минутка у нас была в запасе.

Мы с Самоцветовым остановились под пышным каштаном. Я посмотрел в лицо графа и твёрдо произнёс:

— Сейчас мы, условно, наедине, так что вокруг да около я ходить не буду. Я собираюсь спасти Алину. Я знаю, как это сделать, и сделаю. Излишняя суета может стоить жизни девушке.

Граф Самоцветов нахмурился и прямо спросил:

— Что ты хочешь этим сказать, Александр?

— В боевой обстановке я смогу быстро анализировать все изменения и принимать верные решения.

— Не думаю, что у тебя больше опыта, чем у Бурелома, командира нашего первого взвода, — кивнул он в сторону ратников. Граф понял, куда я клоню.

— И всё же именно я отыскал Алину, и когда мы окажемся у здания, смогу более точно определить её местоположение.

— И передашь Бурелому.

— А что будет делать твой Бурелом, если во время боя Алину потащат куда подальше?

— Примет правильное решение и с твоей помощью организует преследование.

Сергей пристально смотрел на меня, скрестив руки на груди. Я прекрасно понимал его реакцию: какой-то юный парень возомнил себя гениальным командиром и захотел отдавать приказы его ратникам.

Однако есть один нюанс.

— Сергей, это не операция рода Самоцветовых, — твёрдо произнёс я. — Я предложил вам поучаствовать, но не просил нас спасать. Ты ведь прекрасно понимаешь, что это значит для общественности, а? «Род Самоцветовых оказал поддержку и вместе с молодым бароном Прозоровым освободил его будущую невесту из плена» — так это должно выглядеть. Если будешь командовать ты, или твой человек, вы хоть и поможете сейчас Алине, но подложите свинью и Мурашовым, и Прозоровым.

Сергей пристально смотрел на меня секунд пять. Он очень умный парень и будущий глава рода, а потому прекрасно понимает игру нюансов в жизни аристократов.

— Я всё думал, на что ты будешь напирать, — хмыкнул Сергей. — А ты хочешь подчеркнуть, что именно Коптер организовал спасение боярыни Мурашовой. Но тогда, чтобы все рода остались в репутационном плюсе, нужно будет сделать его главой нашего совместного похода.

Я молча кивнул.

Сергей хитро улыбнулся и добавил:

— Но если ты подпишешь договор служения с нами на один день и будешь командовать, получится, что всё равно руководит ратник Самоцветовых.

Я хитро улыбнулся ему в ответ:

— Теперь, когда ты здесь, этот договор мне не нужен. Друг рода Самоцветовых сражается бок о бок с будущим главой рода Самоцветовых. Этого достаточно, чтобы прикрыть меня в юридическом плане. Но при этом Друг — не Слуга, а свободный человек. И свободный человек вполне может помочь своему личному другу.

Я кинул взгляд на микроавтобус, из которого вылетел Сёма в полном боевом обмундировании.

— Ну что? По рукам? — протянул я ладонь Сергею. — Обещаю, наглеть не буду и ратников твоих не угроблю.

— И меня тоже не угробь, Близнец, — хлопнул он по моей ладони. — Я иду с вами. И мне очень не терпится своими глазами посмотреть, на что ты способен.

Мы обрадовали Семёна, что он наш официальный командир. Барон опешил, я хлопнул его по плечу и сказал, что помогу во всём разобраться.

Он благодарно кивнул.

За всем этим внимательно наблюдал со стороны Сергей Самоцветов. Я не обманывался насчёт графа. Уверен, он приглядывается ко мне и, если я оступлюсь, сразу же перехватит бразды управления отрядом и передаст их своему Бурелому.

У нас с Самоцветовыми сложились весьма странные отношения. Прав Сергей — мой статус мешает, иначе могла бы выйти полновесная дружба. Сейчас же всё похоже на взаимное использование друг друга. Притом зла мне Самоцветовы уж точно не желают, а наоборот — благоволят.

Надеюсь, в ближайшее время я продолжу двигаться с Самоцветовыми в одну сторону, и между нами не будет противоречий. Не хотелось бы мне становиться врагами с Сергеем и графиней.

Об этом я думал, пока отдавал приказы ратникам. Бойцы Самоцветовых были настоящими профессионалами — их граф сказал, что я временно командую, и они приняли это, ничем не выказав своего недовольства.

Все прибывшие с графом ратники стояли передо мной на улице.

По крайней мере, так для нас с Семёном было подано. Но я прекрасно знал, что в одном из тяжёлых внедорожников Самоцветовых сидят четверо человек и не выходят. Эдакие сторонние наблюдатели.

Понимая, насколько важны жизни этих наблюдателей для графа и его ратников, я отделил от отряда семерых бойцов и оставил их на улице — снаружи присматривать за зданием, а заодно и за пассажирами бронированного внедорожника.

Трёх программистов мы разместили в микроавтобусе — парни сказали, что попробуют взломать местную систему видеонаблюдения, параллельно с этим соберут больше информации о здании, его владельцах и проводимом здесь мероприятии.

— Бурелом, выдвигайтесь по моей команде, — сказал я через мини-гарнитуру.

— Есть, — отозвался командир первого взвода рати Самоцветовых, которого я «попросил» быть моим замом.

Проклятье, все эти странные условности нынешней схемы командования меня раздражают. Я умею лавировать, когда надо, но предпочитаю устоявшуюся и чёткую иерархию, в которой сам я занимаю верховную позицию.

Быстрее бы обзавестись своей собственной ратью, чтобы под рукой были верные мне профессионалы, понимающие меня с полуслова.

Но до этого даже ещё дальше, чем до момента обзаведения собственной винтовкой.

Пригибаясь, я бесшумно скользил за нестрижеными кустами к нужному мне зданию.

— Прекрасная выставка, дорогой, спасибо, что сводил, — донёсся до слуха томный женский голос.

Какая-то девица с фиолетовыми волосами и в безразмерной чёрно-белой кофте обвила руки вокруг шеи худощавого кучерявого очкарика в кислотно-жёлтой футболке и страстно поцеловала его недалеко от «моих» кустов.

Меня не заметили, я пронёсся дальше, продолжая поглядывать на здание.

Контрастом предыдущей паре была пожилая чета в строгих вечерних нарядах, которая на моих глазах села на заднее сидение роскошной «Волги». Не «Примы», но весьма дорогой тачки.

В самом деле, народу собралось на выставке немало.

Самое то для проведения кровавого ритуала.

Я добрался до здания незамеченным и, приложив ладонь к стене, выпустил с пальцев поток ветра. Не отрывая ладони от шершавой поверхности, я быстрым шагом направился подальше от центрального входа.

Обогнув здание, я оказался на заднем дворе. Темно, ни зги не видать.

Плевать на это — мой ветер отыскал пусть и тонкую, но щель в виде прямоугольника. Сквозь эту щель ветер проник к зданию.

Подойдя к щели, я усмехнулся — определённо это дверной проём, но дверь скрыта. Она совсем не бросается в глаза, тем более в темноте.

Через щель дверного проёма я запустил внутрь сразу оба поисковых заклинания на основе воздуха.

— Отлично, — тихо произнёс я, отыскав Алину. С такого расстояния я гораздо отчётливее ощущал её дыхание. Девушка жива и дышит ровно.

А ещё она явно лежит на полу.

Так, что ещё тут есть?..

Гоняя воздух по зданию, я рисовал у себя в голове его примерную планировку и корректировал план действий.

— Бурелом! — спустя полторы минуты связался я с командиром. — Вторую группу на штурм через окна с южной стороны первого этажа. В западной части здания есть лестница, пусть спускаются в подвал и ждут. Третью группу ведёшь лично к северной стороне — там есть окна прямо в подвал. Войдите и не высовывайтесь без моей команды. Первая группа со мной, идём через запасной вход на востоке. Наша цель — в западной части подвала. Повторяю, цель в западной части подвала. Вторая и третья группа — ваша задача занять позиции и ждать приказа. Освобождением цели займётся первая группа. Всё! По местам!

Моя группа прибыла минуты через две. Десять бойцов, среди которых напряжённый Семён и чуть менее напряжённый граф Самоцветов. Примечательно, что Сергея постоянно сопровождал сильнейший из прибывших с ним ратников. Пока мужчина не использовал ману, я не мог точно определить его ранг.

Но ставлю на то, что это дважды одарённый сильный Иерарх.

— Группа два на позиции! — сообщил мне динамик мини-гарнитуры голосом ратника с позывном Уж.

— Группа три на позиции! — проворчал Бурелом.

— Внешняя группа на позиции, — присоединился к общей перекличке лидер бойцов, которых я оставил присматривать за периметром.

— Это техотдел! — раздался неуверенный голос Бориса, одного из программистов-пухляшей. — Система защиты здесь неожиданно хорошая. Отключить камеры не получится. Но мы смогли к ним подсоединиться. Внутри на первом этаже возле лестницы камера. Но если двигаться по стеночке, не должны попасть в объектив.

— Принял. Первая группа на позиции, — спокойно произнёс я. — Уж, всё слышал?

— Так точно! Двигаться вдоль стены, следить за камерой.

— Техотдел, ещё камеры? — коротко спросил я.

— В подвале нет камер.

— Отлично. Всем группам: действуем тихо. Повторяю, без лишнего шума.

Я прикрыл глаза и потянулся к мане в источнике. Невольно вспомнилась прошлая жизнь — сколько раз я командовал подобными вылазками? Бесконечное множество.

Но здесь — впервые.

Набрав полную грудь воздуха, я твёрдо произнёс:

— Начать операцию.

А затем, взмахнув рукой, выпустил в щель дверной коробки крохотный концентрированный ветровой серп, срезавший замок с потайной двери.

С лёгким скрипом она начала отворяться. Я быстро распахнул её и первым скользнул в темноту.

Спустя три метра я повернулся к очередной двери и снова срезал замок, открыв её, рванул вниз по лестнице.

Отлично, мы в подвале. Алину держат прямо в зале в конце коридора. Она там не одна, да и в других комнатах тоже есть люди.

Но это сейчас неважно, главное — быстро добраться до девушки, чтобы враги не надумали ею прикрываться.

Не обращая внимания на закрытые двери разных помещений, я рванул вперёд по коридору.

Хм… судя по движению дыхания, в зале началось какое-то действие. Источники дыхания потянулись к Алине.

Твари решили закончить начатое?

Ну ничего, мы уже близко, и…

— Мы обнаружили ещё одну камеру, вне общей сети! — неожиданно завопил Борис. — Третья группа, вас видно, быстрее…

Его голос заглушил вой пожарной сигнализации.

Проклятье! Группу Бурелома спалили!

— За мной! — рявкнул я, ускорившись до предела возможностей.

Я мгновенно оторвался от своих бойцов и через несколько секунд увидел впереди массивную металлическую дверь. Потянувшись к своему Родовому Дару, я направил ману из него в правую стопу.

Правой ногой я врезался в дверь, подчиняя металл, из которой она была создана. Его смяло, точно бумагу, дверь сорвало с петель…

И она улетела вглубь подвального зала, сбив с ног двух людей в чёрных балахонах.

Ворвавшись в комнату, я увидел и других людей в таких же балахонах.

А в дальней части зала к полу за руки и ноги была прикована распластанная Алина. Как раз сейчас один из культистов занёс над оголённым животом девушки ритуальный нож.

Я видел горящие кроваво-красным светом руны на этом ноже. Видел нарисованные кровью руны вокруг прикованной Алины.

Мне были знакомы эти письмена…

Ярость вспыхнула во мне с невероятной силой. Вскинув к небу руку, я высвободил заклинание, созданное на основе моего концентрированного Второго Дара.

Заклинание из своей прошлой жизни.

С моей ладони сорвался сияющий огонёк, и через миг он залил весь подвальный зал ослепительным светом.

Глава 4

Несколькими секундами ранее, там же.

— За мной! — рявкнул Александр «Егоров» и первым рванул вперёд.

Граф Сергей Иванович Самоцветов поймал вопросительный взгляд Тополя, командира своей личной охраны, и едва заметно кивнул.

Граф ускорился до предела возможностей. И пусть его стихией был воздух, считавшийся самой быстрой из стихий, он начал заметно отставать от «Егорова».

Как, впрочем, и остальные бойцы.

«Ты невероятен, Александр, — с восхищением подумал граф, глядя на широкую спину Близнеца. — Настоящий самородок. Если бы не это непонятное похищение, сейчас род Резановых был силён, как никогда, а Воронцовым пришлось бы кусать локти».

Едва заметно граф улыбнулся под своим шлемом.

Весь сегодняшний день он наблюдал за действиями «Егорова». Делал всё так, как и учила любимая бабушка.

«Действуй вторым номером и не лезь на рожон, — с детства вдалбливала внуку Айседора Ивановна. — Громкие и настырные пусть собирают шишки, а ты за их спинами собирай урожай».

А после этого графиня Самоцветова частенько поминала своего покойного мужа, который действовал с позиции силы, да не сдюжил. Много на себя взвалил и не смог унести, в итоге скоропостижно скончался от болезни, что довольно редко бывает в среде одарённых.

Покойный граф назначил преемником внука, но с условием, что до принятия титула главы рода Сергей Иванович должен закончить МАУД, в котором ранее учился его дед. А до тех пор регентом рода по велению предыдущего главы остаётся Айседора Ивановна.

Сергей Иванович очень любил свою бабушку и старался во многом её слушаться. Даже сегодня, именно с её наставления, он согласился отдать командование операцией Александру «Егорову». При всём уважении к Александру Сергей сильно сомневался, что юноша справится. Хотя бабушка заранее сказала:

«Он, скорее всего, захочет взять командование на себя. Сильно не артачься, Серёженька, и дай ему шанс».

Поэтому в итоге Сергей и не стал долго спорить.

Будь на вторых ролях. Лавируй. Поддерживай хорошие отношения со всеми. Всё ради светлого будущего рода Самоцветовых.

Сергей, следуя заветам бабушки, всегда старался придерживаться этого кредо.

«Ускорился ещё сильнее?» — удивился Самоцветов, глядя в спину Александру. Командир операции не остановился перед тяжёлой металлической дверью и с прямой ноги влетел в неё.

«Ух ты… — ошарашенно подумал Сергей Иванович, увидев, как тяжёлый металл смяло, будто листок бумаги. — Он уже так хорошо управляется с Родовым Даром? И это без учителя?»

Дверь рухнула где-то в зале, Александр ушёл в сторону, и через проём его больше не было видно.

Краем глаза Самоцветов отметил, что движения его ратников как-то неуловимо изменились. Каждый из ратников знал, что именно нужно делать, ворвавшись в зал.

Тополь, сильнейший из участвующих в операции ратников Самоцветовых, чуть сбавил темп, заблокировав телом дорогу графу и барону Прозорову. Высокородные бежали в конце строя и сейчас ещё сильнее отделились от остальных ратников.

— Пусти! — крикнул Коптер, но ответить ему что-либо Алмаз не успел.

По глазам ударил ослепительный свет, вырвавшийся из коридора. Граф Самоцветов невольно зажмурился и отвернулся. Через секунду он почувствовал, что его «обняли» — Тополь прикрыл собой двух молодых бояр от неизвестной угрозы.

— Зёма, Валун, на два шага вперёд! — услышал Самоцветов голос «Егорова» в рации. — Кругом! Стену на два часа! Айн, Корс, цель слева на три часа. Огонь по моей команде! Огонь!

Раздались выстрелы штурмовых винтовок. В тот же миг рация вновь ожила:

— Уж, Бурелом, вам было велено не высовываться до приказа! — хмуро произнёс «Егоров», а через секунду в рации особо громко раздался выстрел.

«Поразительно! — ошарашенно подумал граф Самоцветов, который вместе с Тополем и Коптером наконец-то продолжил двигаться в сторону зала. — Он не только сражается и командует своей группой, но и следит за обстановкой у других групп? Как это возможно⁈ Он же на год младше меня! Откуда такие навыки⁈»

— Виноват, — отозвался Бурелом. — Ситуация вышла из-под контроля, и…

— Отставить! Всё было в рамках допущений. Вы просрали позицию! Укрепляйтесь немедленно. И палите по ним, не жалея сил! Ясно⁈

И снова выстрелы в рации.

— Ясно, — проворчал Бурелом.

— Уж? — хмуро спросил «Егоров», судя по звукам, явно не переставая стрелять в это момент.

— Выполняю!

Сергей Самоцветов и барон Прозоров уже были готовы ворваться в зал, однако Тополь вновь заблокировал дорогу молодым аристократам. Иерарх первым сунулся внутрь, создав перед собой стену из вязкой глины — сочетания стихий воды и земли.

— Алмаз, Тополь, Коптер, слева от вас цель. Огонь из винтовок! — тут же пришёл приказ от Александра, едва троица оказалась на территории зала.

«Да как он за всем следит⁈» — недоумевал Самоцветов. Выглянув из-за укрытия, он тут же увидел спину мужчины в чёрном балахоне. Враг создавал огромный огненный шар и не заметил подкрепления.

Рядом с Самоцветовым затрещала очередь — первым из их тройки огненного мага атаковал разъярённый барон Прозоров.

Маг оказался довольно силён — внезапная очередь из магических пуль не прикончила его сразу. Более того, враг ещё и смог сохранить контроль над конструктом! Он начал разворачиваться, чтобы выпустить огненный шар…

Но уже Тополь и Алмаз открыли по нему огонь, присоединившись к яростному Коптеру. Втроём они прикончили противника. Когда его тело начало падать, огненный шар сорвался с пальцев и разорвался прямо рядом со своим создателем и другим мужчиной в балахоне.

— Корс, Ива, левее! Зёма — стену перед ним! — вновь раздавал команды Александр «Егоров».

Сейчас, когда ослепительный свет развеялся, а зрение почти вернулось в норму, сквозь дым и всполохи магии граф Самоцветов смог разглядеть Александра.

«Егоров» без остановки стрелял по врагу — могучему одарённому, прикрывающемуся одновременно стеной пламени и ветра. Каждый выстрел Александра высекал в этой сдвоенной стене огромные дыры. Казалось, его пули наносят гораздо больше урона, чем пули Айна, стрелявшего по этому же противника.

А ведь пули у всех одинаковые.

При этом Александр, не отводя взгляда от «своей» цели, продолжал отдавать приказы остальным:

— Тополь, стену справа от себя! Живо! Держи её крепко! Алмаз, Коптер, отстреливайтесь!

Глава охраны графа мгновенно исполнил приказ, возведя глиняную стену. В которую буквально через пару секунд что-то врезалось с другой стороны. Стена задрожала и продолжила дрожать от бесконечных атак.

«Проклятье! — думал про себя Самоцветов, пытаясь подгадать лучший момент для контратаки. — У этого Александра, похоже, сферическое зрение, как у стрекозы, а в голове не иначе суперкомпьютер стоит!»

Глиняная стена прекратилась трястись — с той стороны временно перестали бомбардировать её магическими техниками. Барон Прозоров первым выглянул из-за стены и открыл огонь из винтовки. Алмаз опоздал буквально на секунду.

Стреляя по противнику, успевшему защитить себя водяной полусферой, Самоцветов на миг бросил взгляд в сторону Александра. Как раз в этот момент «Егоров», отпустив свою винтовку, рванул вперёд, выхватив меч.

Бой Александр врукопашную граф уже не видел, так как полностью сконцентрировался на своём противнике.

Зато вскоре он слышал голос Александра в динамике рации:

— Уж, не высовывайтесь там у себя! Бурелом, они начали отступать. Вперёд! Не дайте им ударить нам в спину! Валун, стену за собой! Корс, оттянись к Алине.

Александр отдавал команды быстро, но чётко и уверенно. Однако в один момент он вдруг закричал:

— Всем группам, отступайте! Живо! Разорвите дистанцию с ними! Моя группа — прочь из зала! БЫСТРО!!!

Самоцветов без раздумий развернулся и рванул к выходу из зала.

Правда, затормозил, заметив, что барон Прозоров, наоборот, ослушался приказа и дёрнулся в центр. Туда, где находилась Алина.

«Идиот!» — только и успел подумать граф.

Но затем его как пушинку закинул на плечо Тополь, а через секунду на другом плече Иерарха уже был и барон Прозоров.

— Нет! Алина… — выкрикнул барон, пытаясь вырваться.

Но Тополь пулей вылетел из зала.

Следом рванули и другие ратники. Один…второй… третий…

Удивительно, но все успели выбежать!

Кроме Александра и Алины.

— Ставьте щиты! Все!!! — заорала рация голосом «Егорова» на канале группы.

В какую сторону возводить щиты, объяснять не потребовалось. В едином порыве ратники графского рода Самоцветовых исполнили приказ своего командира. Коридор подвала разделили надвое щиты различных стихий.

— Алина! Александр! — рванул было в сторону щитов барон Прозоров, но…

Раздался оглушительный взрыв. Щиты задрожали, и ратники вскинули руки, наполняя их маной, и…

— Группа, держитесь плотнее, — услышал граф в рации усталый голос Александра. — Земляные… прикройте всех полусферой! Атака с воздуха.

Граф Самоцветов в полной мере даже не успел осознать, что именно сейчас услышал, когда понял, что ратники сгрудились вокруг него и Прозорова.

А через миг щиты, отделявшие бойцов от зала, снесло мощной ударной волной. Всё вокруг затряслось, и сверху посыпались куски бетона.

Здание не выдержало битвы, что развернулась в подвале.

* * *

Я лежал в гробу.

А если точнее, в саркофаге.

В металлическом плотном саркофаге, по которому долбили падающие с потолка куски здания. Мои каналы маны рыдали навзрыд от огромной нагрузки, когда я прогонял через них ману из накопителя класса «Б», соединяя её со своим Родовым и Вторым Дарами.

Рядом со мной захрипела Алина. На запястьях и щиколотках девушки были нацеплены кандалы, но сами цепи, приковывавшие её к полу, я разрубил заранее.

— Спи, — проворчал я, продолжая укреплять свой металлический саркофаг.

Голова кружилась от натуги — если бы не Печать Близнецов, позволяющая ускорять мышление и даже отчасти разделять сознание, мозг бы взорвался от обилия работы в последние минуты. Приходилось анализировать данные, получаемые от поискового заклинания на основе воздуха, благодаря которому я прекрасно знал, где находятся свои, а где чужие. В то же время приходилось раздавать приказы, выбирая наилучшие варианты, и сражаться самому.

Всем известно, что уровень концентрации заклинаний как раз и зависит от возможности мыслительных процессов. И сейчас я лишние процессы свёл к минимуму.

А потому смог продержать свой саркофаг так долго, как потребовалось. В какой-то момент я с облегчением понял, что по нему больше не стучат тяжёлые куски конструкции здания.

Подождал ещё немного и приложил ладонь к внутренней стороне крышке. Создав небольшое отверстие, выпустил поток ветра. Наверху послышался скрежет — мой ветер смёл камни, лежавшие на крышке.

Благодаря магии воздуха я убедился, что снаружи относительно безопасно, и развеял крышку саркофага. Поднялся на ноги и огляделся по сторонам.

Н-да… нашу часть здания смело от взрыва, и в двух других местах, где шли сражения, здание тоже пострадало. И всё же каким-то чудом оно выстояло и не сложилось полностью, как карточный домик…

В горле запершило от запаха пыли — вокруг она стояла столбом.

— Пустите меня! Там Алина и Александр! — яростный, почти безумный голос барона Прозорова ударил по моим ушам.

Я улыбнулся. Хорошо, что ребята успели убраться довольно далеко. Потолок над их головами обрушился лишь частично, а не полностью, как надо мной.

— Проходите, — сказал я в рацию. — Мы живы, с нами всё в порядке.

Глянув на «спящую» Алину, я поморщился. Одежда на боярыне была разодрана. К счастью, недостаточно сильно — как женщина она врагов не интересовала, им нужно было лишь нанести знаки ей на живот, руки, ноги и лицо. Особо радовало, что и кровь для изначального «рисования» грёбаные культисты использовали ту, что заранее принесли с собой, а не сцеживали из вен Алины.

Я повёл рукой и развеял металлический саркофаг.

— Александр! — Сёма увидел меня первым и бросился ко мне. — Ты в порядке?

Перелезая через куски развалившегося здания, он спешил мне навстречу. Я кивнул и, указав на Алину, быстро произнёс:

— Она тоже в порядке. Повреждений нет, просто спит под снотворным.

На миг барон Прозоров замер, но затем рванул ещё быстрее, на бегу скинув шлем.

— Алина… ну вот зачем всё это, а… зачем ты сюда попёрлась… — бормотал он, приземлившись рядом с девушкой и положив себе на колени её голову.

— Бурелом, Уж, что с потерями? — спросил я на общем канале.

— Трое раненых, убитых нет, — доложил Бурелом.

— У нас пятеро раненых, двое тяжёлых. Но безвозвратных тоже нет, — сообщил Уж.

Между тем ко мне уже подошли граф Самоцветов и повсюду следовавший за ним по пятам Тополь. Эти двое, как и остальные бойцы моей группы, изумлённо смотрели по сторонам.

— Отлично, — кивнул я, оглядев своих временных воинов. — У нас тоже все живы. Осмотрите округу, может, что ценное осталось после взрыва. Но осторожнее. Будет глупо, если после успешного завершения операции кто-нибудь из вас подохнет под оторвавшимся куском бетона.

— Принято, — хмуро отозвался Бурелом.

— Есть, — поддержал Уж.

Я повернулся к своим и продублировал приказ. Затем сосредоточил всё внимание на графе Самоцветове, который стоял возле меня в напряжении.

— В общем-то, дело сделано, Алмаз, — спокойно произнёс я. — Врагов рядом не осталось.

— Уверен? — спросил он настороженно.

— Да, — ответил я всё так же спокойно.

Самоцветов ещё раз поглядел по сторонам, а затем уставился на меня.

— Что здесь произошло? Мне страшно представить, какой силы должен быть артефакт, чтобы…

— Это не артефакт, — перебил его я. А затем добавил: — По крайней мере, никакого артефакта я не заметил. Враги просто в какой-то момент замерли, и от них повалил кроваво-красный дым… Мне показалось это подозрительным, потому я и велел всем отступать. И, как ты видишь, не зря — все враги одновременно взорвались.

— Массовое самоубийство? — изумлённо выпалил граф.

— Именно, — кивнул я и, не сдержавшись, скрипнул зубами.

Пусть я пытался говорить спокойно, внутри меня кипела ярость.

Я видел их знаки — они уже вывели меня из себя. Но ещё позже я почувствовал и их энергию! Внутри этих культистов были лишь крупицы демонской энергии. Однако даже её хватило, чтобы усилить наших врагов. Со мной был отборный отряд ратников графского рода. Профессиональных бойцов! Но мы едва без потерь смогли справиться с мелочью, которую отправили совершать жертвоприношение. А затем, когда дело запахло жареным, эту мелочь саму принесли в жертву, чтобы замести следы.

Всё происходило очень быстро, а мои возможности в этом теле ещё довольно скудны, но я почти уверен, что ощутил, как в один момент от культистов куда-то в небо потянулась тонкая нить демонской энергии.

Или, точнее сказать, из неба к культистам?

Именно после этого они и уничтожили себя.

Я мотнул головой, гоня прочь неприятные мысли, и в очередной раз огляделся. От тварей в балахонах не осталось и следа — даже сами балахоны были уничтожены. Кукловод начинил их демонской энергией и взорвал их источники…

Я снова едва не начал рычать.

Отвлечься мне помог телефонный звонок, пришедший графу. Сергей Иванович быстро достал смартфон и принял вызов.

— Да, закончили, — отрывисто сказал он. — Всё хорошо… Спасли… Потерь нет… Он? — Самоцветов посмотрел на меня и улыбнулся: — Тоже говорит, что всё закончили. Понял. Передам.

Сергей сбросил вызов и пару секунд смотрел мне в глаза.

А затем протянул ладонь и произнёс:

— Эта операция важна и для моего рода, Александр. Спасибо за то, что сдержал слово. Все остались живы. И это главное.

Усмехнувшись, я пожал его крепкую ладонь и, не сдержавшись, добавил:

— Если не считать потрясений для Сёмы и Алины, все даже в плюсе. Ну? Полагаю, хочешь закончить здесь за меня? — Я окинул взглядом развалины.

Для себя я решил, что ничего ценного здесь действительно не осталось, иначе уже бы сам что-нибудь обнаружил. Твари уничтожили не только свои тела, но и вообще все улики. Хорошо хоть гости выставки успели эвакуироваться…

— Да, — кивнул граф Самоцветов. — Я закончу тут всё. А с тобой кое-кто очень хочет поговорить до приезда жандармов.

Я кивнул, перекинулся с графом ещё парой слов и подошёл к Семёну с Алиной.

— Помочь донести до машины? — спросил я, покосившись на «спящую» девушку.

— Нет, я сам, — серьёзно ответил он, и обернувшись через плечо, посмотрел на меня снизу вверх. А затем также серьёзно проговорил: — Спасибо, Александр. Я в долгу перед тобой.

Я молча кивнул, даже не думая отказываться от благодарности. Я всегда считал, что за правильный поступок нужно человека отблагодарить или даже одарить. Всегда стараюсь так поступать. И меня очень бесит, когда люди начинают отнекиваться, и их ещё и уговаривать приходится принять подарок.

— Плед из машины принесут сейчас, — взглядом указал я на голый живот Алины, и, выслушав очередную порцию благодарностей Семёна, пошёл к автомобилям Самоцветовых.

Четверо людей до сих пор сидели внутри тонированного внедорожника. Что ж, послушаем, что мне скажут.

Глава 5

— Здравствуй, Александр, рада тебя видеть, — с добродушной улыбкой поздоровалась со мной графиня Самоцветова, когда я залез в огромный бронированный внедорожник и уселся напротив неё.

— Доброй ночи, Айседора Ивановна, Марфа, Тихон, Николай, — поочерёдно поздоровался я со всеми присутствующими.

И замолчал. Сижу, улыбаюсь. Графиня тоже улыбается мне в ответ, в то время как её камеристка, по обыкновению своему, напоминает нахохлившуюся курицу.

— Вижу, мальчик, ты не удивлён меня сегодня видеть. Эх, как обычно, тебя ничем не удивишь! — спустя несколько секунд изрекла Самоцветова. — Ну или ты отлично умеешь держать лицо. И то и другое — отличное качество для аристократа.

— Вот только я не аристократ, — легко произнёс я, внимательно наблюдая за её реакцией.

— Но стремишься им стать, — не поведя бровью, произнесла Самоцветова. — И станешь им, если не сложишь голову раньше.

А затем женщина, не поворачиваясь, властно проговорила:

— Тихон, Николай, оставьте нас.

Ратники с достоинством поклонились и вышли из машины. В момент, когда дверь была открыта, я услышал вой приближающихся сирен.

— Полиция уже близко, — ровным тоном отметил я, глядя на закрывшуюся дверь.

— И не только полиция. Пожарная, скорая — все скоро будут здесь, — в тон мне продолжила Самоцветова.

— И жандармы…

— И жандармы, — кивком подтвердила Айседора Ивановна.

Графиня снова замолчала, невозмутимо глядя на меня своими умными карими глазами. Интересно, кто из нас изучает друг друга больше — я её или она меня?

В любом случае, времени у нас мало.

— Подполковник Бородин? — решил уточнить я.

— Именно он, — проговорила Самоцветова, а затем улыбнулась краешком губ и произнесла: — Когда я ему позвонила, он ворчал, что снова приходится оставлять жену и новорождённого сына посреди ночи.

— Полагаю, ворчал он только для видимости, — усмехнулся я.

Графиня удивлённо уставилась на меня.

— Что? — хмыкнул я, выстраивая в голове дальнейший диалог.

— Для восемнадцатилетнего юноши ты отлично понимаешь все прелести жизни начинающего родителя. Надеюсь, это ты такой уникум и сериалов каких-нибудь насмотрелся. А то если у вас всё поколение рассуждает в таком ключе, не видать мне правнуков в ближайшие годы!

— О, на этот счёт можете не переживать, — расплылся в добродушной улыбке я. — Сергей Иванович очень сильно влюблён в свою невесту и, думаю, после свадьбы захочет как можно скорее обзавестись детишками.

Графиня чуть прищурилась, буравя меня взглядом.

Я же изо всех сил пытался разгадать её взгляд. Айседора Ивановна против брака Сергея и Романовой-Варшавской?

Точно нет.

Но… у неё есть сомнения?

Она сомневается, что племянница великого князя Варшавского в качестве жены главы рода Самоцветовых будет хорошим вариантом для рода?

Может быть…

Или же дело в другом?

Что, если графиню тревожит не политический аспект этой помолвки, а личный? Может ли она, как добрая бабушка, чисто по-человечески считать Марьяну Арнольдовну плохим вариантом на роль жены для любимого внучка?

— Да… сильно влюблён, — произнесла графиня спустя несколько секунд и легко улыбнулась. — Хорошо, когда люди любят друг друга и создают семьи. Когда поддерживают друг друга… Я вот хотела тебя поддержать и приглашала к себе в гости на ближайшее время, чтобы поболтать. Рассказать о новостях. Приглашение назад не забираю, оно всё равно без даты. Но новости расскажу сейчас, раз уж вышла такая оказия.

— Вам стало что-то известно насчёт убийства боярина Хмельницкого? — подобрался я.

— Меньше, чем хотелось бы, Александр, — вздохнула графиня, а затем улыбнулась: — Но больше, чем большинству других аристократов. Так вот, это убийство не единственное в своём роде. Ходят слухи и о других убийствах в местах скопления людей. Причём как минимум половина таких убийств прикрыта надуманными историями.

— То есть? — не понял я.

— А что «то есть», мой мальчик? — усмехнулась графиня. — Люди не хотят, чтобы про их владения ходили дурные слухи, вот и умудряются договориться с родственниками погибшего. Например: а давайте будем всем говорить, что он не у меня в гостях умер странной насильственной смертью, а утонул в пруду в другой части Москвы. Ну и так далее — уверена, мысль ты понял, ты у нас умный мальчик.

Я задумчиво кивнул. Ну да, многие аристократы явно будут пытаться скрыть кровавые убийства на своих землях, дабы сохранить репутацию. Притом скрывать от общественности, а не от ОКЖ — врать жандармам себе дороже. Но и с ними можно договориться — мол, мы с вами сотрудничаем, можем вообще пожертвование корпусу выписать, но вы уж проследите, пожалуйста, с особой тщательностью, чтобы информация об инциденте не утекла в народные массы.

Покосившись на графиню, я усмехнулся — явно не за всеми потоками конфиденциальной информации жандармам уследить удаётся. Есть там и те, кто готов делиться информацией.

— Чего хмыкаешь? — нахмурилась Самоцветова.

— Да так… думаю. Спасибо, что рассказали, Айседора Ивановна.

— Ты опять не выглядишь удивлённым. — Бабуля Самоцветова добродушно улыбнулась. Правда, тут же подобралась и проговорила: — Кажется, будто у тебя какие-то звериные инстинкты, Александр. Ты сразу же подумал о худшем, когда боярыня Мурашова не вернулась домой. Впечатляет… Благодаря этому девочка спасена, а мерзавцы получили сполна. Теперь они не смогут больше похищать и мучить людей. — Самоцветова гневно сверкнула глазами.

— Вряд ли только одна группа фанатиков смогла поставить на поток кровавые убийства в людных местах, — хмуро произнёс я.

Графиня снова пристально уставилась на меня, а затем медленно кивнула:

— Согласна, мой мальчик. Будем держать руку на пульсе — теперь ОКЖ от нашего интереса так просто не отвертится, ибо будут обязаны сотрудничать с нами как с пострадавшей стороной.

— Пострадавшей? — переспросил я.

Графиня усмехнулась и покачала головой.

— Забавный ты мальчик. Многие непонятные и странные ситуация тебя не удивляют, зато от бытовых и юридических казусов у тебя глаза на лоб лезут.

— Жизнь и юриспруденция особо удивительны, — хмыкнул я, прислушиваясь к тому, что творится на улице. Из бронированного внедорожника сложно разобрать звуки, но, похоже, городские службы уже прибыли на место.

Однако нас графиней пока не беспокоят, стало быть, ОКЖ здесь ещё нет. Ну или жандармов пока что взяли на себя мои юные друзья.

— Если утрировано — из-за промашки властей нам пришлось действовать и рисковать, так что не только бояре Мурашовы в этом инциденте считаются пострадавшей стороной, — пояснила мне графиня. А затем посерьёзнела, заметив, как я поглядываю на бронированное стекло. — Да, увы, времени у нас мало. А я хочу сказать тебе ещё кое-что важное.

Я уселся поудобнее и встретился глазами с её пристальным взглядом.

— Александр Ярославович. — Бабуля Самоцветова обратилась ко мне полным именем. — Я знаю, из какого ты рода.

В голове пролетело с десяток мыслей, но я и глазом не моргнул.

Несколько секунд я вглядывался в лицо графини. Она тоже старается выглядеть невозмутимой. Но огромный опыт подсказывает мне, что за своей маской женщина скрывает нервозность.

Ей было сложно завести этот разговор и теперь сложно его поддерживать.

— Я тоже знаю, — спокойно ответил я.

Айседора Ивановна удивлённо распахнула глаза. За секунду на её лице промелькнул полный спектр эмоций от изумления до понимания и принятия.

— Ха-ха-ха, — рассмеялась она. — Значит, я опоздала, да? Но скажи мне, пожалуйста, твой дед ведь с тобой ещё не связывался?

Её взгляд вновь стал серьёзным.

Я отрицательно мотнул головой.

— Хм… — протянула графиня. — Знаешь, из солидарности, как любящая бабушка своего внука, я считаю своим долгом обрадовать старика, что его внук и наследник жив.

Она замолчала снова, внимательно уставившись на меня, отслеживая все мои реакции.

Я же понял, что Самоцветова до сих пор не назвала фамилию моего деда. Притом я уверен, она не блефует — она точно знает, кто я.

Но допускает, что блефую я.

— Айседора Ивановна, я бы хотел встретиться с графом Резановым, когда я сам буду готов к этому. Сейчас эта встреча может испортить мои ближайшие планы, — вежливо ответил я.

— Вот как? — хлопнула ресничками Самоцветова. — И какие же это планы, позволь полюбопытствовать?

«Узнать, как стать князем, а не графом», — мелькнуло у меня в голове. Вслух же я ответил:

— Личные.

И мило улыбнулся.

Пару секунд графиня смотрела на мою улыбку, а затем легко ответила:

— Поняла. Приняла. Мне очень хочется обрадовать Владислава Александровича доброй новостью, но с тобой у моего рода связь гораздо крепче. Я не хочу идти наперекор твоему желанию, так что потерплю, не переживай.

— Благодарю, — кивнул я графине.

А затем, чтобы разрядить обстановку, усмехнулся и спросил:

— А давно вы узнали?

— Некоторое время назад.

— И что вы почувствовали, когда предлагали наследнику графского рода стать своим Слугой?

— А таки что я могла почувствовать? — изобразила она искреннее удивление. — Я была уверена, что настоящий аристократ, даже не зная, что он аристократ, откажется от такой чести. Да и зачем Резановым такой наследник, который бы согласился Служить другому роду?

Она вдруг посерьёзнела и авторитетно проговорила:

— Жизнь очень ценна, мальчик. Но для древних родов честь стоит выше жизни. Истинные носители древней крови предпочтут смерть Служению. Ты должен уметь лавировать, мой мальчик. Но не Служить.

Я кинул косой взгляд на Марфу, непоколебимо сидевшую подле Самоцветовой. Камеристку слова Госпожи ничуть не затронули. Для неё Служение — честь, ибо она простолюдинка, и древней крови в её жилах нет.

Сложная схема. В моём прошлом мире аристократия была новой, довольно молодой. Здесь же ей многие века, а каким-то родам и вовсе больше тысячи лет.

— И, раз уж у нас с тобой минутка откровений, Александр, — продолжила графиня всё тем же серьёзным тоном, — хочу предупредить тебя вот о чём. Коли уж так вышло, что ты урождённый граф Резанов, опасайся графский род Воронцовых и их сподвижников. Да и вообще, великокняжеский род Романовых-Варшавских, всех их сподвижников, и тех, кто хочет им угодить.

Графиня замолчала, и на лице её застыла каменная маска — ни намёка на привычную игривость, ни тени улыбки. Айседора Ивановна всем своим видом демонстрировала мне, что эта тема вообще не терпит шуток.

Я же про себя думал, как мне стоит трактовать её слова.

Ладно, с Воронцовыми и их ближниками всё более-менее понятно — в отчёте от Семёна было указано, кто стоит за практически полным уничтожением Резановых.

Но что насчёт родов, которые поддерживают Романовых-Варшавских? Ведь сами Самоцветовы в ближайшее время могут породниться с этим великокняжеским родом.

Значит ли это, что графиня только что прямым текстом сказала, что мне стоит опасаться её рода?

В окно внедорожника постучал Тихон.

— Марфа, открой, — быстро произнесла Самоцветова, отвернувшись от меня.

Окно опустилось, и ратник напряжённо произнёс:

— Ваше сиятельство, жандармы уже здесь. Очень хотят поговорить с вами и Александром.

Графиня беззаботно улыбнулась и легко произнесла:

— Не будем заставлять ждать подполковника Бородина. Вдруг ему ещё удастся сегодня вернуться к жене и покачать на руках новорождённого сына.

* * *

Беседа с жандармами проходила в салоне их микроавтобуса, переоборудованного в эдакий офис на колёсах. В отличие от прошлого раза, сейчас подполковник Бородин не пытался меня в чём-то обвинять и даже кофе с пончиками предложил.

А затем любезно поинтересовался, что сегодня произошло. Попросил рассказать всё в мельчайших подробностях.

Ну а я, жуя пончик да запивая его кофе, и рассказал. Мол, встретился с другом попить пива да поесть стейка, а у него девушка пропала, ну и…

В общем, рассказал я всё довольно подробно и правдиво, упуская разве что некоторые малозначительные детали — в духе «у меня Родовой Дар Резановых» или же «Мой Второй Дар весьма специфический».

О том, что именно я командовал операцией, тоже не стал говорить.

В общем, мой рассказ вышел довольно куцым, что, разумеется, почувствовал опытный подполковник.

— Александр Ярославович, расскажите подробнее, как именно вы нашли боярыню Мурашову? — когда я замолчал, подобравшись, спросил Бородин.

— Да говорю же, ребята как-то выяснили, где именно проходила эта странная медитация, — со вздохом ответил я. — Ну а дальше… там недалеко было. — Я пожал плечами.

Подполковник нахмурился и медленно выдохнул:

— У вас был какой-то артефакт поиска?

— Это тайна Рода, — парировал я.

— При всём уважении, у вас нет Рода.

— При всём уважении, я — друг Рода, а в этом инциденте потерпевшей стороной оказались аж три боярских рода. Среди них один баронский, а другой — графский. Полагаю, тайн у бояр хватает.

Бородин поскрёб пальцами щетину на впалой щеке и покачал головой.

— То есть, вы своим тайным способом любого можете отыскать?

Я удивлённо уставился на него и выпалил:

— Вы за кого меня принимаете? Я что ли Бог? Разумеется — нет.

— Вот как? — усмехнулся он и указал пальцем на своего полноватого помощника. — А, например, капитана Антохина сможете найти?

— А он разве потерялся?

— Ну… допустим, если потеряется.

— Вот когда потеряется, тогда и приходите.

Подполковник снова тяжело вздохнул и покачал головой.

— Александр Ярославович, сегодня вы сделали огромное дело и спасли человека от страшной смерти. Я вам за это благодарен. За то, что я называл вас подозреваемым ранее, я уже давно извинился. Но всё же… — Его взгляд стал холодным. — Давайте не будем устраивать фарс.

— Давайте не будем, Алексей Михайлович, — в тон Бородину ответил я, подавшись вперёд. — Мне тоже очень не нравится, что какие-то странные фанатики устраивают какие-то странные жертвоприношения. Будьте уверены, я всецело поддерживаю вас в ваших поисках. И я очень хочу, чтобы эти кровавые бесчинства прекратились. Более того, я очень рад, что именно вы сегодня приехали сюда от ОКЖ. Я рассказал вам всё, что увидел в том подвале. Могу попробовать по памяти нарисовать символы… Хочу, по возможности, и дальше сотрудничать в этом вопросе. Но! Пожалуйста, давайте не будем касаться тех вопросов, которые напрямую не относятся к кровавым жертвоприношениям.

Секунд пять мы с подполковником бодались взглядами, а затем он молча кивнул и протянул мне лист бумаги с ручкой.

— Благодарю, Александр Ярославович. Пожалуйста, нарисуйте то, что вы запомнили.

Спустя несколько минут он с любопытством рассматривал мои рисунки и хвалил мой талант художника.

После этого подполковник задал ещё несколько уточняющих вопросов и был уже готов меня отпустить, но я тоже решил уточнить у него кое-что:

— Алексей Михайлович, а что насчёт других аналогичных случаев? Вам удалось что-то узнать?

Он посмотрел на меня тяжёлым взглядом и произнёс:

— Я даже не буду спрашивать, откуда вам известно, что есть и другие аналогичные случаи. Во множественном числе. Но всё же посоветую вам умерить свой пыл, Александр Ярославович. Следствие идёт.

— И, вероятно, не очень успешно?

— Идёт своим ходом.

— В пустоту?

— Александр Ярославович! — Подполковник начал закипать. — Я не обязан перед вами отчитываться. Уж точно не по другим делам, которые я веду. Но, раз уж так вышло, что вы уже второй раз оказываетесь связаны с подобным инцидентом… Я попрошу вас быть осторожным и держаться подальше от необычных происшествий. Вы же меня не послушаете и куда-нибудь снова ввяжетесь. И на этот случай… запишите, пожалуйста, мой номер. Если вдруг столкнётесь с чем-то подозрительным, звоните в любое время суток.

Я достал телефон и невозмутимо ответил:

— Диктуйте.

Внутри же я ликовал. Стрельнуть номерок у подполковника — отличный результат. Я уверен, он мне обязательно пригодится.

Вскоре после этого я простился с жандармами и понял, что делать мне здесь рядом с почти разрушенным зданием выставки современного искусства больше нечего. Поймав Тихона, я узнал, что Семён и Алина уже уехали. Вроде как барон настоял, что девушке нужен полный медицинский осмотр, и сопроводил её в частную клинику.

Я нашёл парней-программистов. Они тряслись, как осиновые листья, ожидая своей очереди на допрос. Я посоветовал им всё валить на Сёму и на экстренную ситуацию. Пожелал удачи и вызвал такси.

Пока ждал машину, попрощался со всеми остальными.

— До встречи, Александр, поболтала бы ещё с тобой, да некогда, — легко сказала мне графиня.

А вот её внук пожал мне руку, а затем вдруг обнял и похлопал по спине.

— Ты был крут, Александр, — произнёс он. — Мне понравилось работать с тобой. Надеюсь, в дальнейшем ещё не раз удастся сразиться с врагами на одной стороне.

— Я тоже на это надеюсь, — ответил я честно.

Глава 6

Когда я ехал «домой» на такси, до меня вдруг дошло, что я упустил одну очень важную деталь.

Комендантский час!

А ведь я помнил о нём! Но потом вдруг как-то забыл.

Хм… и как же теперь быть?

Можно, конечно, попробовать прошмыгнуть на территорию незаметно, но что делать дальше? Если комендантша заперла двери в общежитие, мне что же, пытаться вскрыть замок или искать открытые окна? Марине позвонить, чтобы связала простыни и пододеяльники и скинула мне такой «канат» с окна?

Ну так-то вариант — в прошлой жизни, в бытность курсантом-гардемарином, мы с парнями таким образом к медичкам не раз в окна залезали.

Я усмехнулся, вспомнив былые деньки.

Потом тяжело вздохнул, поняв, что сейчас я хоть и выгляжу молодо, а гормоны порой бьют по мозгам, я дед внутри. Нет у меня желания исполнять акробатические этюды просто ради того, чтобы оказаться в общаге пораньше на несколько часов.

С этой благой мыслью я открыл приложение с такси на смартфоне и немного изменил конечный адрес. У водителя тут же пиликнул телефон, висевший на держателе.

— Цена увеличилась, молодой человек, — меланхолично заметил он.

— Всё в порядке, пятнадцать копеек меня не пугают, — отозвался я и, растянувшись на сиденье, прикрыл глаза.

Ехать ещё было минут десять, и…

— Приехали, молодой человек, — тут же услышал я голос водителя.

Что? Уже?

Я мотнул головой и огляделся. Сразу заметил за окном сияющую вывеску «Шаур-мир 24/7». Мы в самом деле на месте!

Как так? Телепортировались, что ли?

— Вы задремали, молодой человек, — чуть улыбнувшись, пояснил таксист. — Устали, видать, сильно. Бодрый вечерок выдался? Жаркий?

Я невольно вспомнил, как взорвались тела культистов-демонопоклоников, и хмыкнул:

— Вы даже не представляете, насколько жаркий. Спасибо большое.

Я выбрал на экране сумму чаевых. У таксиста снова запиликало уведомление на телефоне, так что выходил я из машины, выслушивая тонны благодарностей и пожелание хорошего дня.

Подойдя к двери «Шаур-мира», я громко зевнул и вошёл внутрь.

— Добро пожаловать! — встретил меня бодрый голос бессменного шаур-мастера. В какое бы время суток я сюда ни заходил, он всегда радостно стоит у кассы.

А вот его помощники меняются — не выдерживают, похоже, темпа командира.

— Привет, Саид! Ты как тут? — поздоровался я.

— Хвала Аллаху, дела процветают, господин! — лучезарно улыбаясь, ответил он с явно выраженным акцентом. — Люди любят моё кафе. А я люблю вкусно кормить людей! Вам как обычно?

— Давай большую, — подумав, ответил я. — И кофе. Он у тебя нормальный?

— Прекрасный кофе! Три в одном!

Расплатившись, я в ожидании своего заказа уселся за пустой столик и уставился в окно.

О, люди идут!

Один другого тащит, и обоим весело. Кто-то в самом деле веселился всю ночь, пока мы демонопоклонников убивали.

Двое подпитых крепких мужиков, на которых я смотрел, подошли ближе к зданию, и я невольно почувствовал лёгкие завихрения маны в воздухе. Так бывает, когда рядом другие одарённые.

Забавно… подпитые одарённые? Сколько ж они в себя влили?

Или это маскировка?

«Сканировать» людей через пластиковое окно было довольно сложно, но я попытался определить размеры их источника. Так себе затея — не только толстый пластик мешает, но и то, что мужики в данный момент не концентрируют ману.

Однако же кое-что примечательное в их источниках я ощутить успел.

Двери «Шаур-мира» распахнулись, и эти двое вошли внутрь.

— Добро пожаловать! — тут же поприветствовал гостей хозяин заведения.

— Здорова, Саид! Нам как обычно, и по пиву! Хотя давай по два! Каждому! — с порога заявил двухметровый, отлично сложенный мужик в зелёной майке. Его светлые волосы были подстрижены коротко, на обветренном лице виднелась щетина, а взгляд казался слегка расфокусированным.

На его фоне второй гость, черноволосый с аккуратной бородой, смотрелся щуплым, хотя, в общем-то, комплекцию имел вполне достойную.

— Один момент, господа! Сейчас всё будет! — радушно отозвался Саид и быстро что-то нащёлкал на экране кассового аппарата.

Черноволосый молча подошёл и расплатился. Его более пьяный друг, покачиваясь, начал оглядываться по сторонам. Заметил меня и пристально уставился.

— А ты чего на меня зыришь, парень⁈ — неожиданно спросил он и, покачиваясь, направился в мою сторону.

— А чего мне, глаза прятать, что ли? — усмехнулся я, поднимаясь с места. — Хочешь, тоже на меня посмотри. Стесняться не буду.

Мужик подошёл ко мне вплотную и навис надо мной, как скала. Блин… да он даже крупнее Артёма.

Ну ничего, наш Телец ещё наберёт массу и превзойдёт этого здоровяка в размерах.

— Ты чего такой дерзкий, а? — хмуро спросил громила. — Давно по ушам не получал?

Конечно, подобные ситуации всегда лучше решать миром, но и показывать слабость я не привык.

— А ты чего такой любопытный, а? — парировал я. — Может, тебе заняться нечем, вот и ищешь приключений?

Черноволосый, который до этого спокойно наблюдал за развитием ситуации, положил руку на плечо своего друга.

— Успокойся, Гриша. Человек просто поесть зашёл.

Но Гриша, похоже, уже вошёл в раж:

— А я говорю, он на меня пялился! Ты посмотри на него, а! Такой взгляд дерзкий… Я будто бы его где-то видел!

— Знаешь, у меня такое же ощущение, — чуть прищурившись, уставился на меня и черноволосый.

— Без понятия, где вы меня видели, судари, но лично я вас вижу сегодня впервые, — ровным тоном ответил я.

Мимо нас ловко просочился Саид, держа в руках поднос, на котором лежала шаурма, и стоял одноразовый стаканчик с кофе.

— Господа! У нас тут мирное заведение! Давайте не будем устраивать ссор! Дружить лучше, чем воевать! — с дежурной улыбкой на лице проговорил Саид и поставил поднос на мой столик.

— Ха, ты это тварям в Проклятых Землях скажи, — усмехнулся здоровяк и продолжил с прищуром пялиться на меня.

Я тяжело вздохнул и покачал головой.

— Послушай, Григорий, я в самом деле сюда пришёл поесть, и до тебя у меня нет дела, — спокойно сказал я. — Но, если тебе очень сильно хочется подраться — давай выйдем на улицу. Разносить ресторанчик Саиду, поверь мне, не нужно.

— Верно, господа, не нужно, — закивал Саид. — Да и драться не нужно! Давайте я каждому шаурму в подарок сделаю, и вы не будете драться?

Мы со здоровяком смотрели друг другу в глаза.

И вдруг одновременно улыбнулись.

— Давай, Саид! — усмехнулся я. — Мы согласны.

— Только от своих слов не отказывайся! — громко поддержал меня здоровяк, и…

Сел на свободное место за мой столик.

Его друг закатил глаза и уселся рядом.

Помощник Саида уже бежал к нам с очередным подносом, на котором были две шаурмы и четыре пива.

— Будешь? — пододвинул мне одну бутылку Григорий, когда я вернулся на своё место.

— Нет, мне на учёбу скоро, — отозвался я, впившись зубами в шаурму.

Живот громко заурчал, а я на несколько секунд выпал из реальности. Твою ж медь… Я пропустил через себя слишком много маны за эту ночь. Тело в самом деле требует сторонней энергии и отдыха!

Пожалуй, лишняя шаурма от Саида будет совсем даже не лишней.

— Ты погляди, какой у этого студента аппетит, — хохотнул Григорий и вцепился в свою шаурму.

Он принялся есть ещё более жадно, чем я.

Его черноволосый друг молча присоединился к нам. В итоге к разговору мы вернулись, только когда каждый съел свою порцию.

— Петь, я вспомнил, откуда его знаю, — сказал здоровяк своему другу и покосился на меня.

— Я тоже, — с серьёзным видом кивнул черноволосый и повернулся в мою сторону. — Всех в Корпусе впечатлила история о кадетах, которые смогли вернуться из Проклятых Земель. Ваша фотография печаталась в газете, да и в глобале статьи встречались. Ну и слухов полно — мол, один парень смог взять на себя командование, и поэтому больше половины кадетов из группы неполноценных пережило этот поход.

Он пристально уставился на меня.

Корпус ведьмаков и ведьм, значит? Что ж… я не удивлён. Ведь почти сразу почувствовал наличие вторых сердечников в Источниках Григория и Петра.

Вытерев руки салфеткой, я поднялся на ноги и протянул ладонь.

— Александр Егоров, — представился я. — Студент первого курса МАУД.

— Григорий Осётров, — первым ответил на моё рукопожатие здоровяк. — Десятник шестнадцатой группы Корпуса ведьмаков и ведьм.

— Пётр Зарипов, командир этой же группы, — более сдержанно представился его товарищ.

Мы снова сели и уставились друг на друга.

— Значит, выбрал мирную стезю и в Корпус вступать не собираешься? — в лоб спросил Григорий.

— Не собираюсь, — кивнул я. — Но по Проклятым Землям ходить очень даже сильно собираюсь. Вот как только получу одобрение куратора, так сразу и начну.

Ведьмаки переглянулись.

— Ну да… — задумчиво протянул Григорий. — В МАУД должно быть много дважды одарённых, а значит, с кафедрой там всё в порядке. Кто у вас там главный?

Оба с интересом уставились на меня.

— Вавилова Агата Игоревна, — спокойно ответил я.

— У-у-у… — скривился, будто съел целый лимон Григорий. — Сочувствую, парень.

Странная реакция, и…

— Судари! Ваш заказ за счёт заведения! Приятного аппетита! Кушайте, только не деритесь! — радушный хозяин Саид поставил перед нами очередную порцию еды и напитков.

— Ну-с, приступим, пока горячая! — Здоровяк первым вцепился в шаурму. Я последовал его примеру…

А когда доел, поспешил вернуть разговор в исходное русло и спросил прямо:

— Что не так с Агатой Игоревной? С чего сочувствие?

Ведьмаки снова переглянулись. На сей раз слово взял старший по званию:

— Не будем лезть в чужие проблемы, Александр. Агата наша сестра по Корпусу, и я не хочу сплетничать о ней за её спиной. Спроси её сам, может, когда-нибудь и ответит.

— Да вряд ли, — махнул рукой Григорий. — Но, если будешь искать другие варианты попасть в Проклятые Земли, а не через куратора своей Академии, советую посетить «Драного Медведя». Там все наши собираются. И из Корпуса, и так… вольники. Пустят же парня? — уточнил он у своего командира.

Пётр на пару секунд задумался, внимательно разглядывая меня, а затем кивнул и ответил:

— Думаю, да. Если уж мы его узнали, то и другие узнают. А если нет, ты, Александр, не стесняйся и скажи там, кто ты есть.

— Можешь ещё добавить, что я тебя пригласил, — широко улыбнулся Григорий.

Пётр покосился на него с подозрением, вздохнул и проговорил:

— Мы оба тебя пригласили. Так будет вернее.

— Эй, думаешь, одной моей рекомендации мало? — возмутился его друг.

— Чем больше рекомендаций, тем лучше, — парировал черноволосый.

Я усмехнулся. Легко с ними общаться, хотя каждый из них в два с лишним раза старше моего нынешнего биологического тела.

Но этим ведьмакам плевать на такие условности.

* * *

С Григорием и Петром я просидел ещё минут тридцать, задавая интересующие меня вопросы о жизни ведьмаков и походах в Проклятые Земли. Мужики охотно делились советами, а потом мы довольно тепло попрощались — Пётр сказал, что им пора разъезжаться по домам и начинать подготовку к следующему походу.

Когда ведьмаки уселись в такси, уже вовсю рассвело. Посмотрев вслед удаляющейся машине, я двинулся в сторону ворот Академии, с наслаждением вдыхая аромат утренней свежести.

Поняв, что у меня ещё минут двадцать до открытия, я решил заложить круг и прогуляться по кварталу.

Именно в этот момент, когда я шёл по пустой улочке, у меня вдруг зазвонил телефон.

И кому только не спится?

Я достал трубку из кармана и взглянул на экран.

Хм… ещё и номер неизвестный.

— Алло, — ответил я.

На той стороне пару секунд висело напряжённое молчание, а затем резкий мужской голос произнёс:

— Доброе утро. Александр Егоров?

— Всё верно, здравствуйте. С кем имею честь?

— Боярин Андрей Степанович Мурашов. Отец Алины. Прошу прощения за столь ранний звонок, но я не мог не позвонить вам, когда узнал подробности сегодняшнего… — Он замолчал и скрипнул зубами. Мужчине явно было тяжело держать себя в руках. Резко выдохнув, он продолжил: — Сегодняшнего инцидента. От всей души благодарю вас за организацию спасения моей дочери. Я обязательно отблагодарю вас и лично, но позже. Сейчас пока так… спасибо вам, Александр. Я никогда не забуду того, что вы сделали для Алины.

Он говорил пылко и решительно. Я невольно вспомнил саму Алину и её огненную стихию, отчего улыбнулся.

— Пожалуйста, Андрей Степанович, — спокойно проговорил я. — Я принимаю благодарность, но хочу, чтобы вы знали: ваша дочь — мой друг и важный человек для другого моего друга. Я просто не мог остаться в стороне.

На этой ноте я заметил, что подошёл к главным воротам Академии, бросил взгляд на уличные часы, висевшие возле них. Уже пускают. Отлично.

— Достойные слова, Александр, — ответил в трубку боярин. — И достойно то, что от моей благодарности вы не отказываетесь. Тогда, может быть, ещё и подскажете, чем лучше вас отблагодарить? Чтобы мой дар от чистого сердца не стал для вас бременем?

Я кивнул охраннику и прошёл мимо КПП вглубь территории.

— Ну тут я вам не помощник, Андрей Степанович, — с улыбкой в голосе проговорил я. — Я приму любой дар, сделанный от чистого сердца.

Пару секунд боярин молчал, а затем произнёс:

— Я вас услышал, Александр. Спасибо за наводку. Ещё раз благодарю за жизнь моей дочери. И спасибо, что уделили время. До встречи.

Он первым положил трубку.

Я усмехнулся и убрал смартфон в карман. Боярин явно по натуре импульсивный, так ещё и сейчас на нервах, но приятно, что он мне позвонил. Мурашов любит свою дочь и поступает по чести да совести. Молодец.

А мне лишнее внимание уж точно лишним не будет — ведь чтобы стать аристократом нужно совершить немало подвигов и прославиться.

Я хмыкнул и остановился возле старого кедра. Во внутреннем кармане надетой на мне джинсовки сейчас лежит отчёт Семёна о моей родословной. С одной стороны, конкретно мне можно и без подвигов стать аристократом.

По праву рождения.

Но с другой…

Не имея запасного варианта, я уж точно не хочу встречаться с графом Резановым — это во-первых. А во-вторых, мне не хочется подчиняться кому бы то ни было. Даже своему биологическому деду.

А значит, план «стать аристократом своими силами» я оставляю пока что как основной. А план «стать Резановым» — как вспомогательный.

С дедом я обязательно встречусь, но попозже, не сейчас.

Обдумав это, я продолжил путь к общежитию для преподавателей и персонала. Надо бы умыться и привести себя в порядок.

Мне так хочется спать… Но, похоже, весь день придётся превозмогать, заливаться кофе и бороться со сном.

Надеюсь, ничего безумного сегодня не случится?

Глава 7

Первой парой была лекция по экономике, на которой я стоически держался, чтобы не заснуть. Получалось у меня это, хочется верить, весьма успешно. По крайней мере, я старательно делал вид, что слушаю преподавателя и конспектирую наиболее важные тезисы.

Хотя, по факту, тема мне была известна ещё с прошлой жизни.

Однако же проявлять неуважение к преподавателям МАУД (по крайней мере, без веской причины) уж точно не стоит.

Едва лекция закончилась, я сгрёб свои вещи в сумку и направился к ближайшему кофейному автомату. Я сделал себе аж тройной эспрессо, попробовал и решил посыпать сверху корицей.

М-м-м… отличный вкус! Бодрит и прочищает мозги. А ведь я сперва скептически относился к кофе из автомата — однажды покупал в автомате на улице и отведал полнейшей дряни.

Но в МАУД на студентов не скупятся.

Стоя у окна в проходе, я любовался разноцветными клумбами на заднем дворике Академии. Как же прекрасен этот мир… Даже монстры Проклятых Земель не смогли его испортить.

Но вот демоны — смогут.

Местным жителям ничего им противопоставить. Нехватка знаний, долгое реагирование и общая разрозненность — главные причины Апокалипсиса в моём прошлом мире.

Но в моём нынешнем мире я заранее знаю о надвигающемся бедствии! Я не позволю этим рогатым тварям снова уничтожить мой мир.

Знакомый цокот каблуков отвлёк меня от мрачных мыслей. Улыбнувшись, я развернулся и произнёс:

— Приветствую, Анна. Тоже за кофе пришли?

Сегодня девушка была облачена в строгий серый костюм, подчёркивающий её статную фигуру. Чёрные волосы были распущены и красиво спускались ниже плеч. Остановившись напротив меня, она пару секунд с вызовом смотрела мне в глаза, а затем проговорила:

— Пожалуй, возьму какао.

Она подошла к автомату и принялась нажимать нужные кнопки. На дисплее появилась надпись: «Приложите карту», и…

— Зачем вы это сделали⁈ — выпалила она изумлённо, уперев руки в бока.

Автомат начал готовить какао, а я убрал банковскую карту в карман.

— Просто захотел вас угостить, — пожал я плечами.

Анна начала хмуриться ещё сильнее, но, прежде чем она успела что-то сказать, я добавил:

— Но, если искренний порыв для вас не объяснение, могу предложить другое. Например, это какао — небольшая благодарность за то, что вы приняли мою сторону во время инцидента в столовой. Ну или… за то, что вы организовали нашу группу во время практики с Агатой Игоревной. Благодаря вашей инициативе мы не ударили в грязь лицом и смогли достойно показать себя.

Аппарат закончил приготовление напитка, я взял стаканчик и протянул его девушке.

— Благодарю, — буркнула она, приняв стаканчик. — Но больше так не делайте!

— При всём уважении, Анна, я сам решу, что и когда мне делать. — Я лучезарно улыбнулся и жестом предложил отойти от аппарата поближе к окну.

Она нахохлилась, но сразу ничего не ответила. Видимо, согласилась со мной, что нечего вести беседы рядом с автоматом, к которому уже спешит группа студентов.

Я продолжил наслаждаться напитком, искоса поглядывая на высокую и статную красавицу, решившую составить мне компанию.

— Вы выглядели сонным на лекции, — безапелляционно заявила девушка.

— Разве? — изобразил я удивление. — А мне показалось, я внимательно слушал преподавателя и записывал самое важное. Могу поделиться конспектом, если вы что-то не успели записать.

— Я всё успела записать, — процедила Анна.

— Да? — снова улыбнулся я ей. — Славно. Ну и в чём тогда вопрос?

Анна сразу не ответила, так что я отвернулся к окну и продолжил пить кофе, пока он не остыл.

За окошком на лавке миловалась счастливая парочка студентов. Ребята совершенно не стеснялись того, что их могут увидеть вместе. Интересно, это помолвленные аристократы? Или всё-таки обычная пара Слуг? Слуги родов в МАУД учатся, но им никто особо не докучает, потому что агрессия в сторону Слуги рода считается агрессий в сторону самого рода.

Это за простолюдинами никто не стоит…

— И всё же я считаю, что на лекции вы клевали носом! — вдруг заявила Анна. — А это непозволительно для студента МАУД, Александр. Прилежный студент ночью должен спать, а не шляться не пойми где!

Девушка гордо вскинула подбородок и уставилась на меня свысока.

— Простите… — улыбнулся я. — Вот сейчас я вас решительно не понимаю.

— Всё вы прекрасно понимаете, Александр. Во время утренней пробежки по территории Академии я видела, как вы прошли через КПП. Зная это, несложно догадаться, что вы не ночевали в общежитии. Где вы были ночью, Александр?

Она замерла неподвижно, точно высеченная изо льда фигура. Всем своим видом Анна требовала от меня ответа.

Я едва не рассмеялся от такого наглого напора.

— Где я только не был этой прекрасной ночью, Анна, — мечтательно проговорил я, а затем хитро улыбнулся и спросил: — А почему вы так активно интересуетесь моей личной жизнью? Тоже со мной хотите на ночную прогулку отправиться? Так я только за! Можем хоть сегодня организовать.

Она округлила глаза и начала стремительно краснеть. Резко отвернувшись, девушка громко выдохнула и припала губами к стаканчику с какао.

С каждым глотком Анна, казалось бы, успокаивалась. Однако, когда она допила какао и медленно повернулась ко мне, в её глазах пылала ярость.

— Вы… — прорычала она. — Вы… вы! Пф-ф-ф-ф!!! Вы должны научиться следить за языком, Александр. За такие речи вас могут и убить. Слишком дерзко вы себя ведёте для простолюдина! Пусть и для Друга графского рода. Очень опасно так ерепениться. Вам нужно знать своё место! — Она властно топнула ножкой.

Я самодовольно усмехнулся и ответил ей:

— Анна, спасибо вам за заботу. Вы так милы, когда переживаете за других.

Девушка снова начала краснеть и злобно засопела. Она готовилась выдать очередную тираду, но не успела. Мимо меня пронеслась крохотная чёрная молния — баронесса Завьялова — и схватила свою вассалку за запястье.

— Пойдёмте, Анна! Нужно готовиться к семинару! — быстро проговорила она и потащила подругу подальше от меня.

Сделав пару шагов, Зинаида Константиновна обернулась и одарила меня настолько убийственным взглядом, что я будто бы ощутил, как мою черепушку протыкают тысячи игл.

— Пойдёмте-пойдёмте. — Снова сосредоточив внимание на подруге, баронесса превратилась из бешеной болонки в милую безобидную собачку. — Что он опять вам наговорил?

— Он назвал меня милой…

— Опять?

— И… предложил провести вместе ночь.

— ЧТО??? — баронесса резко обернулась и хотела была рвануть в мою сторону, но теперь уже Анна потянула её дальше.

— Хватит, ваше благородие, может быть, я что-то не так поняла…

Дальше я уже не слышал слов девушек. Хорошо хоть в этот момент в переходе оказалось не очень много людей, а Анна, несмотря на свою эмоциональность, всё же старалась не кричать во весь голос.

А то не хотелось бы, чтобы по МАУД обо мне начало ходить ещё больше слухов…

Я сделал себе ещё один кофе, выпил его на сей раз без эксцессов и направился в аудиторию. Сонливость медленно, но верно отступала, так что к концу семинара я даже вновь почувствовал себя полноценным человеком.

— Что, Александр, оклемался? — Когда мы собирали вещи после занятия, ко мне подошёл улыбчивый Иван Медведев.

— Не понимаю, о чём вы, — в тон ему ответил я.

— Да давай уже на «ты», — махнул рукой парень, — по крайней мере, когда не в официальной обстановке. А говорю я про твой слегка потерянный взгляд на первой паре. Что, ночью отмечал начало практики дважды одарённых?

— Да нет. — Я загадочно улыбнулся. — Поинтереснее дельце было.

— Ну-ка, ну-ка, судари, не против, если я тоже послушаю? — К нам присоединился рыжий парень, московский дворянин Захар Ионов.

— И я тоже! Что там за дельце-то, Александр?

Как-то внезапно вокруг меня собралось несколько человек, и все с огнём в глазах ожидали продолжения интригующей истории.

— Да по-любому по кабакам ходил, — улыбнулся Иван и хлопнул меня по плечу.

— Или же… — начал было Ионов, а затем хитро подмигнул мне. — В деле замешана дама?

Раздался грохот. Парни напряглись и резко обернулись.

— Ой, простите, — добродушно улыбнулась Анна и хлопнула ресничками. — Учебник уронила. — Она подняла толстую книгу со стола и произнесла: — Судари, не задерживайтесь в аудитории. А то пообедать не успеете перед следующей парой.

Она сделала ручкой и упорхнула в коридор. Расторопная баронесса последовала за своей госпожой. Упс… вассалкой, конечно же. У них такие странные отношения, что не поймёшь, кто за кем присматривает.

— Ну так что там, Александр, — Иван Медведев поспешил вернуть разговор в привычное русло, — подробности будут?

— Да какие подробности, — хохотнул я. — Так, помог другу с магическими тренировками.

— Ага, ночью, — усмехнулся Ионов. — Самое время для тренировок.

— Ну а почему бы и нет, — поддержал его я. — Главное — результат. А результат был. И дама, кстати, тоже была. Надеюсь, друг смог её впечатлить.

— О-о-о! — с пониманием протянул Иван Медведев.

Так, балаганя, мы спустились в столовую.

Приятно, что наша группа постепенно сплачивается. Я чувствую себя вполне комфортно со своими одногруппниками. Более того, считаю, что мне повезло с ними.

Правда, княжич Пермский сегодня какой-то странный. Я целый день ловлю на себе его задумчивые и оценивающе взгляды.

Он хочет мне что-то предложить? Или дело в чём-то другом?

* * *

Последний учебный день первой учебной недели прошёл без хлопот и забот. Однако случившиеся вчера ночью не давало мне покоя. То и дело мои мысли скатывались к демонам и демонопоклонникам.

В интернете нет никакого упоминания о том, что демоны существуют. Притом, если вбить в поисковик слово «демон», тебе выдадут огромный перечень легенд, сказок и всяких фэнтезийных историй, в которых эти твари фигурируют.

Дыма без огня не бывает, ведь так?

С этой мыслью я решил посетить библиотеку.

Между прочим, уже не в первый раз. В понедельник и во вторник после занятий я уже ходил туда с целью разжиться информацией о новом мире. Правда, в те разы мои походы в библиотеку больше напоминали обзорную экскурсию.

Библиотека Академии занимала отдельное крыло главного корпуса — эдакий комплекс залов с высокими потолками и бесконечными рядами стеллажей. После третьей пары здесь было особенно многолюдно: студенты готовились к семинарам, кто-то, вероятно, просто зашёл отдохнуть и почитать развлекательную литературу — здесь имелся даже небольшой зал с графическими романами.

Вероятно, были и такие, как я, кто пришёл сюда в поисках информации, никак не связанной с учёбой.

Пробираясь между рядами, я заметил, что на меня, оторвавшись от толстой книги, смотрит беловолосая девушка. Она сидела в одиночестве за одним из столиков. Поймав мой взгляд, студентка мило улыбнулась и стрельнула глазками.

Ух ты… Для аристократки слишком откровенно так себя вести в публичном месте. Из Слуг, что ли? Или всё-таки мелкая дворянка?

Я ответил девушке улыбкой и помахал рукой.

Однако в тот же миг почувствовал, как кто-то сверлит меня взглядом. Обернувшись, я увидел Анну, державшую в руках всю ту же огромную книгу. Видимо, принесла сдавать после занятий…

Анна фыркнула, демонстративно вздёрнула носик и направилась к стойке. Когда она проходила мимо меня, я заметил, как её губы сжались в тонкую линию.

Как тесен мир…

А вообще забавно, что Анна на меня всегда так эмоционально реагирует. Нет, она очень видная и яркая девушка, но с другими студентами ведёт себя более сдержанно. Зато рядом со мной всегда — искра, буря, безумие.

Думая об Анне, я направлялся в тринадцатый отсек библиотеки, где хранились книги по прикладной магии. Артефакторика и связанная с ней ритуалистика — именно то, что мне сейчас нужно.

Ритуалистика в этом мире развита весьма однобоко — эта очень ограниченная наука об усилении уже законченных и работающих артефактов.

По крайней мере, официально так.

Но сегодняшней ночью я своими глазами видел попытку провести ритуальное жертвоприношение…

Когда я был в библиотеке во вторник, я приметил в тринадцатом отсеке одну толстую книгу под названием «Книга Священных Деяний». Название само по себе не заставило меня взять её сразу, но что-то меня в нём зацепило.

С чего-то ведь нужно начинать изучение книг этого отсека? Так почему бы не со «Священных Деяний»?

Так… А где она? Это вроде бы нужный мне стеллаж?

Я огляделся по сторонам. На память я никогда не жаловался, так что был на сто процентов уверен, что пришёл туда, куда нужно.

Однако заинтересовавшей меня книги здесь нет.

В груди зародилось лёгкое чувство тревоги — что-то явно не так. На всякий случай я осмотрел соседние стеллажи, но «Книгу Священных Деяний» так и не обнаружил. Вернувшись от стеллажей в читальный зал тринадцатого отсека, я прогулочным шагом прошёлся мимо рядов. Помимо меня сейчас здесь было только трое студентов — кто из них взял нужный мне фолиант?

Я отлично помнил, как выглядит «Книга Священных Деяний».

Студенты штудировали другие книжки.

Очень любопытно… По правилам библиотеки тринадцатый отсек относится к тем, из которых книги нельзя забирать даже на пары. Дозволено их изучать лишь в читальном зале.

Проклятье! То по Академии ходят студенты с необычными перстнями на мизинцах, то какие-то вспышки магии в подвалах случаются…

Теперь вот книга по ритуалистике пропала.

Я подошёл к стойке, за которой сидела сотрудница библиотеки — хмурая бабуля в толстых очках и с седыми кудрями на голове.

— Простите, — тихо обратился я к ней. — Не могли бы вы помочь мне найти «Книгу Священных Деяний»?

— Что? — Она сама что-то читала, и сейчас нехотя оторвалась от своего занятия. — Молодой человек, неужели сами не справились?

Не дожидаясь моего ответа, она оторвала зад от кресла и с важным видом поплыла вглубь тринадцатого отсека, точно баржа по узкой речушке.

Остановившись возле нужного стеллажа, женщина принялась водить пальцем по корешкам книг, бормоча себе под нос:

— Так-так-так… Она у нас… где-то… хм… Где-то…

С каждой секундой движения библиотекарши становились всё более и более дёрганными, а лицо её бледнело.

— А где? — пробормотала женщина, повернувшись ко мне. — Может… Взял кто-то? — с надеждой спросила она.

— Ребята в зале другие книги читают, — ответил я. — Значит, вы тоже не можете найти?

— Нет, ну что вы такое говорите, молодой человек! Право слово! — неловко заулыбалась библиотекарша. — Как это не могу найти? Сейчас всё найдём! Может быть, куда-то переставили. Нужно всего лишь посмотреть на компьютере!

Тяжело цокая каблуками, она очень быстро засеменила к своему столу. Через минуту женщина уже нажимала клавиши клавиатуры.

— Ничего не понимаю… — пробормотала она, откинувшись на спинку стула и уставившись на меня.

— Дайте угадаю, — хмуро начала я. — В базе изменений нет, и, судя по ней, книга должна быть на прежнем месте?

Женщина растерянно кивнула. А затем снова начала неловко улыбаться и зачастила:

— Не переживайте, молодой человек. Небольшой сбой — такое бывает. Наверное, кто-то поставил не на ту полку по ошибке. Найдём и вернём на место. Обязательно! Волноваться не нужно! Панику поднимать тоже! Приходите через неделю, всё будет на месте.

Понимая, что ловить мне здесь больше нечего, я попрощался с женщиной и пошёл прочь из библиотеки. А хозяйка тринадцатого отсека, проводив меня взглядом, пулей метнулась обратно к стеллажам.

Кто-то в самом деле украл у неё книгу? По камерам смогут вычислить?

И… что самое важное — была ли в «Книге Священных Деяний» какая-нибудь информация о демонах?

Телефонный звонок прервал мои мысли.

С удивлением я уставился на экран:

«КПП Академии».

Странно… номер я внёс заранее, на всякий случай. Но сегодня я никого особо не ждал.

— Здравствуйте, Егоров слушает, — быстро произнёс я.

— Добрый день, Александр Ярославович, КПП беспокоит. К вам посетители — благородный господин желает беседовать с вами и будет ожидать вас в кофейне при главном корпусе.

Глава 8

Хмурый мужчина, сидевший в кофейне главного корпуса за дальним столиком, выделялся среди студентов. Прежде всего, конечно же, своим возрастом: на вид ему было лет сорок пять, лицо «прямоугольное», обветренное… В теории его можно было бы принять за преподавателя, но они в кофейнях не рассиживаются — предпочитают брать кофе и десерты с собой навынос.

Мужчина был облачён в чёрный пиджак и чёрную же рубашку. Он выглядел так, будто на похороны собрался. Двое других мужчин, явно прибывших с ним и занявших соседний столик, и то выглядели более жизнерадостно — на них рубашки хоть были белые.

Я сразу направился к «дальнему» мужчине. Все трое меня заметили, «белорубашечные» напряглись, но господин шепнул им: «Спокойно. Это он». Голос мужчины издали я не слышал — слова прочитал по губам.

Подойдя ещё ближе к гостям МАУД, я смог разглядеть гербы на их пиджаках. Точнее, один и тот же герб в виде щита, на котором изображена телега, гружённая брёвнами, которую серая лошадь тащит в сторону горизонта.

Никогда такой не видел.

Примечательно, что герб на пиджаке «дальнего» мужчины был оторочен золотыми нитками — «жирное», хоть и не обязательное указание на то, что передо мной непосредственно носитель герба. В то время как его сопровождающие — Служители гербу.

Студентов в холле первого этажа МАУД было немного — кто на паре, а кто уже ушёл домой. И всё же я ловил на себе любопытные взгляды. Мужчины в кофейне тоже вызывали интерес.

Хм… Мы ещё даже не начали разговор, а мне уже не нравится этот носитель герба с телегой. Неспроста ведь он решил побеседовать со мной на глазах у других студентов МАУД.

Хочет, чтобы факт нашей встречи стал достоянием общественности.

Не глядя на Слуг, я молча прошёл к их Господину.

— Добрый день, — поздоровался я. — Александр Егоров. Вы хотели со мной о чём-то поговорить?

Не дожидаясь ответа, я отодвинул стул и уселся напротив мужчины.

Его и без того хмурое лицо стало ещё более смурным.

— Здравствуйте, Александр Ярославович. Меня зовут Аркадий Петрович Извольский, я глава московского дворянского рода Извольских. Вы правы, я искал встречи с вами. Но, прежде чем мы начнём, давайте уважим гостеприимство местных хозяев. — Взглядом он указал на работников кофейни, суетившихся за прилавком. — Я взял на себя смелость сделать общий заказ. Классический латте вас устроит?

— Вполне, — кивнул я. — Благодарю, Аркадий Петрович. И рад нашему знакомству.

— Как и я нашему, — ответил он сдержанно.

Хотя по глазам Извольского мне показалось, что он не особо-то и рад.

Заказ ждать долго не пришлось — уже через минуту перед нами стояли две чашки горячего латте и тарелка с ассорти макарунов.

— Угощайтесь, Александр Ярославович, — указал на сладости Извольский.

— Только после вас, — улыбнулся я дворянину.

Он чуть нахмурился и, кивнув, взял розовый макарун. Я взял зелёный. Сладкий… фисташковый.

Кофе тоже неплох. Но, если так продолжится, к концу сегодняшнего дня у меня этот кофе из ушей польётся.

Я чуть отодвинул чашку, когда в ней оставалась ещё половина, дав понять Извольскому, что пришёл сюда не ради десертов и кофе.

— Что ж… — быстро произнёс он, допив латте и уставившись на меня. — Не буду ходить вокруг да около, Александр Ярославович. Возможно, моё предложение вас очень сильно удивит, но оно полностью взвешенное и будет выгодно для нас обоих. — Он взял паузу, сцепил пальцы в замок и тяжело произнёс: — Я предлагаю вам войти в мой род через матрилинейный брак с моей дочерью.

Что???

Прав Извольский — очень сильно удивил.

Я не стал скрывать этого удивления и во все глаза уставился на дворянина. После своего же предложения Аркадий Петрович нахмурился ещё сильнее. Ему самому не нравится то, что он предлагает?

Но он тоже с напряжением и будто бы надеждой во взгляде смотрит на меня.

То есть, он всё же надеется на моё согласие?

Что за противоречивый тип?

Ничего не понимаю…

Откуда он такой взялся? Зачем пытается откровенно подложить под меня свою дочку?

Пожалуй, сейчас мой низкий социальный статус сыграет мне на руку. Как бы отреагировал на это обычный простолюдин?

— Но… зачем вам это? — выдавил я, стараясь выглядеть растерянным. — Мы же даже не знакомы с вашей дочерью! И я… я просто студент… Безродный студент.

Извольский скривился и пододвинул мне папку, всё это время лежавшую на столе.

— Откройте, там фотографии Ольги. Разочарованы вы точно не будете.

Я не стал спорить, и спустя несколько секунд принялся молча рассматривать фотографии дочери Извольского. Девушка действительно была красива: высокие скулы, пронзительно голубые глаза, светло-русые волосы, уложенные в сложную причёску. На одном из снимков она стояла на фоне старинного особняка, на другом — в бальном платье, на третьем — в охотничьем костюме с ружьём в руках.

Я поднял взгляд на своего собеседника. Извольский в очередной раз поморщился, словно от зубной боли:

— Давайте начистоту, Александр Ярославович, — произнёс он, наклоняясь вперёд. — Вы смогли поступить в эту Академию, а стало быть, у вас очень высокий интеллект — это раз. Два — вы должны понимать свою ценность как дважды одарённого. В моём роду с учётом Слуг только два дважды одарённых. Вы довольно сильны, судя по нашумевшему инциденту в Химках. К тому же есть все основания полагать, что именно вы выиграли недавний турнир в доме графа Голицына, представляя интересы графини Самоцветовой. Недаром вы Друг её рода… Ваша сила и ваш Второй Дар будут очень полезны моему роду. В том числе и при добыче ценных ресурсов из Проклятых Земель. Я же дам вам дворянский титул и прекрасную жену. Я даже обязуюсь не лезть в ваши экономические дела. Главное, чтобы они не несли вреда роду.

Я продолжал рассматривать фотографии, изображая на лице недоумение. Хотя внутри я уже полностью успокоился и просчитывал ситуацию с разных сторон.

Итак, Извольский получит с меня силу — как член рода я буду в любом случае обязан защищать род и его интересы от врагов. Получит трофеи, которые я смогу добывать — пусть не всё, но он не скрывает, что рассчитывает на часть… Полагаю, и налоги с моих будущих предприятий он тоже уже мысленно положил в казну рода.

Ха! Да я — отличное приобретение для рода Извольских. Быстро же они подсуетились и вышли на такого перспективного юношу. Какие расторопные дворяне…

И ведь ни слова не сказал Извольский о моём Родовом Даре. Он знает о нём? Или нет? Ведь тогда, четвёртого июня, в Проклятых Землях я использовал свой Второй Дар на глазах у кадетов и ратников Самоцветовых. Тогда графиня приняла его за Родовой Дар стихии металл. Полагаю, кто-то из дважды одарённых кадетов мог тоже заметить мои «металлические» атаки и без задней мысли упомянуть их в рапорте…

А Виталий с Михаилом и вовсе с радостью бы рассказали обо мне всё, что знают, кому угодно. Особенно если им за это заплатят.

— Это… так неожиданно, — пробормотал я, стараясь не выдать истинных эмоций. — Ваше предложение — огромная честь для меня, но… Мне нужно время, чтобы всё обдумать.

Разумеется, жениться на неизвестной девушке я не собирался. Тем более на таких условиях, однако же резко отказывать тоже нельзя — обиженный аристократ хуже занозы под ногтем на мизинце.

— Понимаю, — кивнул Извольский, но в его глазах мелькнуло раздражение. — Думайте, Александр Ярославович, но сильно не тяните. Через две недели состоится приём в честь дня рождения моей супруги, и мы были бы рады объявить о вашей с Ольгой помолвке уже на этом приёме.

Он многозначительно посмотрел на меня.

Торопится господин Извольский… Очень торопится. Всё же не хочет он упустить такого перспективного зятя.

— Благодарю за то, что не торопите меня, — произнёс я. — Две недели будет достаточно, чтобы я мог принять решение.

— Прекрасно, — сдержанно проговорил Аркадий Петрович и указал на папку. — Там моя визитка, буду ждать звонка. Больше не смею вас задерживать, Александр Ярославович.

Мы попрощались довольно сухо, затем Извольский положил на стол десятирублёвую купюру и встал из-за стола. Следом за ним синхронно поднялись и его телохранители.

Проводив их взглядом, я тоже поднялся на ноги и направился «домой». Едва оказавшись в своём номере в общежитии, я плюхнулся в кресло и, достав телефон, быстро вбил в поисковой строке: «Дворянский род Извольских».

Как только страница прогрузилась, я не выдержал и усмехнулся.

«Дворянский род Извольских — вассалы графского рода Воронцовых», — гласила первая же строчка. Дальше можно было не читать. Те, кто почти уничтожили род моих предков Резановых, явно прознали обо мне и решили сделать меня своим вассалом. Ха! Женить наследного графа через матрилинейный брак на обычной дворянке!

Должно быть, с точки зрения Воронцовых это весьма унизительный прощальный щелчок по носу злейшему умирающему врагу.

Правда, расчёт на то, что я не знаю о том, что я урождённый Резанов, и мой дед обо мне тоже не знает.

Весьма… рисковый расчёт. Возможно, я что-то упускаю?

* * *

Двое суток пролетели довольно быстро и ознаменовались для меня отдыхом, восстановлением, саморазвитием и интернет-общением. Иными словами, ничего впечатляющего не происходило, я почти не выходил из комнаты и вживую общался разве что с курьерами «Скорохода» да с поварихами на выдаче в столовой.

Ну ещё с нашей комендантшей парой фраз перекинулся. Она позлорадствовала, мол: Марина твоя укатила куда-то на выходные, вот и питайся доставкой. На что я посоветовал ей не обращать на меня внимание и сосредоточиться на кормлении нашего нового плотника — молодого парня Мишки, из-за которого и случился недавний сыр-бор между Мариной и комендантшей.

— Не дело это, Зоя Петровна, у парняги вон ребра через майку просвечивают, когда он молотком машет. Так и хочется посоветовать ему еду по акции в «Скороходе» брать.

После этого комендантша меня своей язвительной заботой не донимала. А в воскресенье, когда я вечером вышел во двор, увидел, как она на лавочке кормит Михаила беляшами.

Мысленно пожелав этой парочке крепкого счастья, я прошёлся по территории Академии и вышел через дальний ход. Решил немного размять ноги, а не идти сразу на тренировку.

Чувствовал я себя превосходно. Тело полностью восстановилось после нагрузок, выпавших на его долю в ночь с четверга на пятницу. А сам я успел соскучиться по людям. Забавно это… вроде переписывался и с Артёмом, и с Семёном, и даже с Мариной, которая уехала на какой-то платный семинар по управленческому делу в Орловское княжество.

А всё равно общения с людьми не хватает. Живого общения.

Так что, заметив барона Прозорова на нашей тайной тренировочной площадке на территории заброшенной медакадемии, я расплылся в улыбке и громко воскликнул:

— Рад видеть тебя, дружище!

Подойдя ближе, я хлопнул его по спине.

— И я тебя… — проворчал Сёма. — Чего на тебя нашло?

— Да настроение хорошее, — улыбнулся я. — Как сам?

— Нормально… — Он огляделся по сторонам. Вокруг, разумеется, никого не было. Сёма подошёл к расстеленному на траве пледу и поднял свой рюкзак.

Барон достал из него новенький сверкающий ноутбук и протянул мне.

— Держи, — буркнул он.

— Спасибо, — удивлённо проговорил я. — Хм… тяжёленький. А по какому поводу?

Сёма тяжело вздохнул и покачал головой.

— Александр, не глупи, это мой тебе подарок. Лично от меня, а не от рода. За то, что помог с Алиной. Ты не отказывайся — машинка хорошая, я сам её перебирал. Легко такой не взломаешь, данные хранятся в зашифрованном виде — для будущего главы рода Резановых самое то.

— Спасибо, — покивал я, уже по-другому взглянув на ноутбук.

А затем не сдержался и ещё раз одобрительно хлопнул Семена по плечу. Да, он боярин. Но он даже не наследник, а лишь третий сын главы рода. Подарок действительно очень ценный.

Пряча ноутбук в свой рюкзак, я произнёс:

— Кстати, насчёт моего будущего рода. Прикинь, мне дворяне Извольские матрилинейный брак предложили, и…

— Не соглашайся! — резко выпалил Сёма.

Я едва рюкзак не уронил от такой реакции.

— Я и не собирался, — произнёс я сдержанно. — Но хотел бы услышать пояснение.

Прозоров хмыкнул и проговорил:

— Прости, Александр. Просто привык я уже, что ты действуешь всегда экстраординарно. Поди уже узнал, что Извольские — вассалы Воронцовых. Кто тебя знает, вдруг ты решишь принять это предложение, чтобы изнутри подорвать их род? А потом, когда запахнет жареным, объявить себя Резановым.

Он с прищуром уставился на меня.

— Ты за кого меня принимаешь? — хохотнул я. — И в мыслях не было ничего подобного.

— Прям вообще?

— Ну… Я, конечно, такой вариант рассмотрел, но принимать его я уж точно не собирался.

— Такой вариант в принципе невозможен, Александр, — проговорил Семён, предельно серьёзно глядя мне в глаза. — Совершеннолетний мужчина по законам Империи может сменить фамилию лишь один раз в жизни. Так что, если ты станешь Извольским, Извольским и помрёшь.

— Да не собираюсь я становиться Извольским! — возмутился я.

А про себя подумал: вот оно, второе дно плана Воронцовых. Если бы я принял предложение о матрилинейном браке, то не смог бы уже стать Резановым. И всё, что мне оставалось — жить как их вассал и приносить им огромную пользу всеми своими Дарами.

Хитро…

И довольно мерзко.

— Вот и славно, — проворчал Сёма, а затем замер, глядя в свой раскрытый рюкзак. — Александр… на самом деле ноутбук — не единственное проявление моей благодарности.

— М? — Я заинтересовано посмотрел на своего друга.

Сёма выглядел чересчур напряжённым. Не настолько, как в четверг вечером, когда он узнал об исчезновении Алины, однако же что-то его сейчас очень сильно беспокоило.

— И в какое дерьмо ты вляпался, чтобы отблагодарить меня? — усмехнувшись, спросил я.

— Эй! — возмутился барон. — Никуда я не вляпался! Я вовремя свалил, и меня не поймали!

— А вот с этого момента поподробнее, — хмуро проговорил я, припомнив все истории с неуёмным любопытством Прозорова — ну те, когда он дронов запускал, куда не надо.

Однако, если не считать того дрона, которого уничтожил я, никто Семёна до сих пор не ловил.

Вроде бы…

— В общем, дело такое… — вздохнул он. — Очень я хотел тебя отблагодарить. Прям от всей души! Ну и задумался, что могу для тебя сделать! Чтобы… благодарность была соразмерна деянию.

— Короче, дружище, — закатил я глаза. — Не тяни кота за причиндалы. Ну? Кого грохнул ради меня?

— Не то что бы грохнул… — снова начал юлить Прозоров. — Скорее уж немного поломал, временно…

— Семён…

— Да понял я! Понял! — зачастил он и достал из рюкзака свёрнутый листок формата А4. — Я хотел, чтобы у тебя было больше информации перед твоей встречей с графом Резановым. Ну и… попытался узнать что-нибудь о твоём похищении. Можешь гордиться, Александр, защита твоего рода хоть сперва мне и показалась устаревшей, всё же смогла меня удержать. Я только верхушку зашифрованного архива копнул. Больше не смог. Держи, это там было. Что-то вроде доклада от службы безопасности.

Он развернул листок и протянул мне.

Взяв в руки бумагу, я принялся изучать содержимое.

«Ваше сиятельство, мы смогли её загнать. Но было поздно», — гласило распечатанное сообщение, видимо, как раз от представителя СБ рода Резановых.

А под ним фото, которое докладчик прикрепил к своему лаконичному известию.

Какое-то мрачное место вроде заброшенной избы, и под потолком повешенная женщина в грязном платье. Несколько секунд я смотрел на неё, чувствуя, как сжимается сердце.

В моём воспоминании она выглядела гораздо лучше, что неудивительно.

И всё же я смог узнать эту женщину — определённо, именно она связана с моей ментальной закладкой. Именно она в том воспоминании зовёт меня «сынок» и говорит, что я смогу стать князем.

Хм… Стоп, а это что?

Фотография была не очень хорошего качества, но всё же я смог разглядеть сделанную угольком надпись на стене за женщиной:

«Слава князьям Пожарским!»

Глава 9

Что нам известно о Пожарских?

Они в самом деле были князьями давным-давно. И именно князь Дмитрий Пожарский, по сути, посадил на трон первого Романова.

А вот затем через какое-то время Романовы упразднили княжеский титул.

Правда, позже снова ввели, но уже в другом значении. Раньше долгое время было множество князей без княжеств. Сейчас же в Российской Империи только восемь княжеских семей, которые правят своими княжествами.

Эдаким государством в государстве.

В общем, князья Пожарские в какой-то момент стали обычными боярами. А затем совершенно внезапно этот род перестал существовать. Почему? В глобале информации нет, да и Семён быстро отыскать ничего не смог.

Но обещал продолжить поиски.

Да уж… шокировал он меня этой фотографией. Даже тренировка не смогла помочь встряхнуться. Алина, когда пришла к нам на полянку под вечер, увидев нас с Сёмой, опешила и выдала:

— Вы чего такие гружённые?

Усмехнувшись, я указал ей за спину, на парней, тащивших её бесчисленные сумки.

— Вот кто действительно гружённый. Ты как?

Вместо ответа она подобралась и поклонилась мне в пояс.

— Ну не стоит, подруга. Просто скажи «спасибо» и накрой поляну, — улыбнулся я.

Алина посмотрела на меня лукаво и выпалила:

— Откуда узнал?

Я покосился на сумки и коснулся кончика носа пальцем.

— По запаху.

Она снова посерьёзнела и проговорила:

— Спасибо, Саша, за то, что помог меня найти и спасти. Я буду благодарна тебе до конца жизни. Я прослежу, чтобы отец по достоинству тебя отблагодарил. Сама я могу разве что устроить в честь своего спасения небольшой пикник.

«Небольшой» было очень скромно сказано. Наелись мы тогда от пуза — Алина решила накормить всех, кто был связан с её спасением, то есть, нас с Семёном, их друзей компьютерных гениев и свою подружку Зину.

Во время этих посиделок я ловил на себе заинтересованные взгляды девушки, однако же в голове то и дело всплывал образ другой Зины. Мелкой «тявкающей» баронессы, которая постоянно утаскивает от меня Анну.

Памятуя о той злобной Зине, я и от этой Зины тоже ждал подвоха.

А она не уставала поднимать тосты за спасение подруги, и взгляды её становились всё более томными.

— Она дворянка, — шепнул мне на ухо Семён, заметив это. — Пока не сменишь фамилию, лучше не рисковать.

Ну да, ещё одного предложения матрилинейного брака мне уж точно не нужно.

Эх… А так девушка очень даже приглядная! И организм мой восстановился после потрясений и сейчас снова отчаянно требует продолжения рода.

В общем, спас меня комендантский час МАУД — сославшись на него, я, к огромному огорчению Зинаиды Геннадьевны, свалил с пикника раньше студентов ИМТУ, которым можно спокойно «гулять» до двенадцати.

Ну а на следующий день наступил понедельник, а вместе с ним и новые неожиданности.

На перемене между первой и второй парой ко мне решительно подошёл княжич Пермский.

— Александр, ты хорошо стреляешь? — хмуро спросил он.

От вопроса княжича я на мгновение опешил. Он, что ли, стреляться со мной удумал? Поэтому всю пятницу так странно на меня поглядывал?

Да нет, бред какой-то. Нормально же общались!

Да и потом, дуэли с использованием дальнобойного оружия в этом мире не практикуются. В отличие от магических рукопашных дуэлей или же магических с использованием артефактов на ближний бой.

Вроде бы я не особо тянул с ответом, прошло буквально пару секунд, но Евгений Евгеньевич не выдержал и быстро произнёс:

— Про твой подвиг в Проклятых Землях в глобале хватает информации. А слухов и того больше. Потому я и предположил, что навык стрельбы у тебя должен быть развит выше, чем у многих других студентов. Это так? Только ответь честно. — Его голос прозвучал предельно серьёзно. Наш разговор привлёк внимание других одногруппников, которые сейчас с любопытством поглядывали в нашу сторону.

— Я вообще не люблю врать, — в тон Евгению Евгеньевичу ответил я. — И уж точно я не собираюсь на словах завышать свои боевые способности во время планирования операции с союзником — такой подход смерти подобен. Но, прежде чем я отвечу, ваше сиятельство, хочу уточнить, чем именно вызван ваш вопрос?

— Сегодня на спортивной подготовке будет стрельба из магических винтовок среди всего первого курса, — ровным тоном проговорил он. — Я хочу, чтобы наша группа показала себя достойно. Поэтому можешь в самом деле воспринимать мой вопрос не как праздное любопытство, а как начало планирования совместной операции. Между союзниками!

Он повысил голос на последнем предложении и оглядел присутствующих. Ребята подобрались, Анна нахмурилась, а её подруга боевито сжала кулаки.

— Ну так что, Александр? — снова повернулся ко мне княжич. — Я не ошибся насчёт оценки твоих способностей?

* * *

Спортивная подготовка являлась нерегулярным, но обязательным занятием. Сегодня она у нас стояла последней, четвёртой парой и, так как погода располагала, то проходила под открытым небом на полигоне.

Четыре группы первого курса стояли полукругом, наблюдая за тем, как приглашённый инструктор, коренастый лысый мужик в майке и штанах цвета хаки, демонстрирует наши мишени.

— Я ставлю средний уровень сложности, — громко произнёс инструктор. — Считаю, что иначе в практике просто не будет смысла. Именно этот уровень используют для профессиональных соревнований, ибо движение мишеней на этом уровне наиболее схоже с движением реальных тварей. Но, разумеется, профессиональных результатов я от вас не жду, для получения зачёта вам необходимо попасть в цель всего лишь дважды за десять секунд. Кто покажет неудовлетворительные результаты, будет обязан явиться ко мне на индивидуальные занятия. Зачёт по стрельбе является обязательной частью для получения общего зачёта по предмету. А теперь — внимание!

Он нажал на ярко-красную кнопку на огромной коробке. Коробка заурчала, я ощутил лёгкие колебания маны, а через миг коробка «выплюнула» синюю тарелку.

И дальше началось самое интересное: тарелка не просто полетела по одной траектории, а начала рыскать в воздухе, выписывать замысловатые кульбиты, то падать, то подниматься. Она то замедлялась, то ускорялась вновь.

— Нужно сбить это? — изумлённо пробормотала невысокая девчушка из соседней группы.

— Ещё и два раза? — поддержала её другая девушка.

Я мельком кинул взгляд на своих одногруппников. Перепуганных или удивлённых среди них не было. Отлично!

— У вас сорок минут, чтобы пристреляться! — объявил инструктор. — Потом начнём сдачу норматива. Винтовок на всех не хватит, делитесь сами. Стволы либо в пол, либо на мишень — не иначе. Не дай бог, увижу, что кто-то кого-то взял на мушку — сразу выгоню без права пересдачи. Вылетите из МАУД быстрее, чем успеете крикнуть: «Мама, пришли за мной машину!»

Помимо самого инструктора, за нашей практикой присматривали ещё пятеро преподавателей. Я не уверен, будет ли нести МАУД ответственность, если один аристократ на занятии пристрелит другого — всё-таки аристократические рода очень самостоятельны, а там, где самостоятельность, там и ответственность за свои действия. Скорее всего, в таком случае просто начнётся война родов, а МАУД официально отделается посильным штрафом — максимум.

Но, конечно же, потеря репутации — страшнее любых штрафов.

Думая об этом, я смотрел за практикующимися студентами. Идиотов, которые решили бы поиграться магическими винтовками, тут не оказалось, юноши и девушки относились к оружию с уважением, а некоторые и с опаской.

На нашу группу выдали семь винтовок, а «тарелок» для нас запустили для начала пятьдесят штук — все они кружились на одном ограниченном участке пространства, не вылетая за его пределы.

Ваня Медведев выстрелил и сбил тарелку.

— Есть! — восторженно воскликнул парень. — Ну-ка, ещё одну!

Он неспешно прицелился, и…

— Есть! Да я хорош! — расплылся в широкой улыбке Медведев.

Я хмыкнул, глядя на это. Целиться парень мог бы и побыстрее.

— Хорошо исполнил, — с серьёзным видом кивнул княжич Пермский. — Но постарайся, пожалуйста, быстрее.

Он властно протянул руку, и Медведев передал ему винтовку.

Выстрел! Попал!

Перевёл винтовку, сосредоточился…

Выстрел! И снова попал!

Опять перевёл…

Хм, очень даже неплохо! Ну-ка, третий подряд будет?

— Промахнулась… — услышал я обречённый вздох слева от себя и повернул голову.

Анна поджала губы и плавно выдохнула, подобралась и снова вскинула винтовку.

— У вас хороший результат, — зачастила ей под руку баронесса, пытаясь взбодрить подругу. — Для зачёта хватает! Всё будет хорошо.

Анна выстрелила.

Сперва могло показаться, что магическая пуля летит точно в цель, однако же тарелка, будто издеваясь, в последний момент нырнула вниз и разминулась с пулей.

— Арх… — сдерживая эмоции, тихо прорычала Анна. Если бы я не стоял поблизости, не смог бы услышать её огорчение.

— Всё хорошо, Анна. Почти получилось! — попыталась подбодрить подругу баронесса. — Было очень близко! Чуть-чуть не повезло.

— Не было это близко, — спокойно произнёс я.

Баронесса, резко обернувшись, обожгла меня убийственным взглядом.

— Что вы хотите этим сказать? — вперёд неё с вызовом спросила Анна.

— Это только кажется, что вы почти попали, — проговорил я, подходя к девушкам ближе. — На самом деле, вы и не могли попасть. Вы не подстроились под траекторию мишени.

— Я подстроилась! — возмутилась Анна.

— Верно, — процедила её подруга. — Я рекомендовала Анне внимательно следить за тарелками и учитывать их траекторию. Все они движутся по одной траектории, хоть их повторяющийся цикл и довольно длинный.

— Браво, ваше благородие! — искренне восхитился я наблюдательностью баронессы и показал ей большой палец.

— Это естественно, заметить такую мелочь, — с вызовом произнесла баронесса, выпятив вперёд свою мелкую грудь.

Через секунду она испуганно уставилась на Анну. Ну да, для баронессы, может, и в порядке вещей подмечать подобные «мелочи», а вот Анну такому раньше никто не учил.

Но Анна никак не отреагировала на слова подруги, продолжая пристально смотреть на меня.

— Если вы такой знаток и мастер, то докажите это! — внезапно изрекла девушка и протянула мне винтовку. — Пять попаданий подряд, Александр! И я с радостью и благодарностью выслушаю ваши советы по стрельбе.

Взяв в руки оружие, я нежно провёл ладонью по гладкому корпусу. Определённо в этом мире у меня появился какой-то пунктик насчёт качества штурмовых артефактных винтовок. Чудо, что сейчас оказалось у меня в руках, гораздо более новое и совершенное, чем та винтовка, что была у меня в Проклятых Землях.

Для обычной, по сути, разовой тренировки в МАУД студентом выдали куда более высококлассное оружие, чем кадетам-простолюдинам, которых отправили сражаться за жизни подданных Империи в Проклятых Землях.

Ладно, не будем заставлять даму ждать. Вон как Анна сосредоточенно на меня смотрит. Ха, ещё немного, и начнёт ревновать к винтовке.

Я упёр приклад в плечо и через секунду выстрелил. Чуть повернул корпус и выстрелил ещё раз… Третий… четвёртый…

— Ух ты… — слуха коснулся голос Вани Медведева. — Быстро.

— Впечатляет, — поддержал его Ионов.

— Неплохо!

— Не зря на него Евгений Евгеньевич сделал ставку!

Прекратив разминку, я опустил винтовку и улыбнулся Анне:

— Шесть из шести. И, кажется, до выделенных десяти секунд время у меня осталось. Держите, сейчас как раз новые тарелки запустят. — Я с улыбкой протянул ей винтовку обратно.

Анна сдержанно кивнула и взяла оружие в руки. Автомат перестал выплёвывать «мишени», Анна подняла винтовку и прицелилась в одну из них.

Она не стреляла, терпеливо ожидая, что я скажу.

— Вы уже знаете, что нужно изучить траекторию и стрелять не в то место, где мишень находится сейчас, а туда, где она будет, чуть позже, когда её траектория и траектория пули пересекутся, — произнёс я ровно.

— Знаю, — буркнула она. — Несколько раз я уже попала. Это и есть ваш совет?

В её голосе прозвучал скепсис.

— Нет, — усмехнулся я и подошёл к ней сзади. — Мой первый совет: расслабьте плечи.

Я положил ей ладони на плечи и чуть надавил пальцами.

— Вот здесь.

— Что ты себе позволяешь⁈ — взъярилась баронесса и рванула ко мне.

Но я сам уже полуоборотом ушёл в сторону и, спрятав руки за спину, сбоку взглянул на красное лицо Анны.

— П-поняла! — выпалила она. — Благодарю. Что-то ещё?

Её подруга, прикрывая спину Анны, гневно раздувала ноздри, не сводя с меня взгляда. Но я не обращал на неё внимания.

— Да, кое-что, — кивнул я. — Вы задерживаете дыхание во время выстрела. Не надо так. Попробуйте нажимать на спусковой крючок во время плавного выдоха. Это вам подойдёт гораздо больше.

Анна повернулась в мою сторону и удивлённо хлопнула ресничками. Я улыбнулся, обозначил поклон и отступил на шаг.

— Не смею отвлекать, — произнёс я.

Пару секунд она напряжённо смотрела мне в глаза, а затем сдержанно кивнула:

— Благодарю.

Вскоре она выстрелила. И сразу сбила тарелку.

Затем прицелилась, выстрелила снова…

И снова попала!

Девушка сдержанно улыбалась, но я видел, что ей хочется хлопать в ладоши и прыгать от радости.

* * *

Вскоре преподаватель объявил старт зачёта. Официально зачёт индивидуальный. А по факту — групповой. Как сказал нам княжич Пермский, в МАУД с давних пор существует эдакое негласное соперничество между разными учебными группами. А ещё он обмолвился, что «у нашей группы стартовые позиции хуже, чем у других».

В чём именно, пояснять княжич не стал. Но я ведь едва ли не в первый день учёбы заметил, что наша группа на курсе стоит особняком от трёх других групп. Будто мы изгои.

Зато среди наших нет ни одного носителя кольца на левом мизинце. А среди других групп кольценосцы встречаются.

И сейчас именно они задавали темп во время соревнования по стрельбе.

Каждый кольценосец, подходя к барьеру и беря в руки винтовку, выдавал достойный результат.

Стреляли представители разных групп по очереди. Недалеко от барьера стоял руководитель первой группы — Алексей Филиппович. Этот хмурый мужчина будто бы совсем не страдал от палящего солнца в плотном чёрном костюме-тройке. Однако не его жаропрочность привлекла моё внимание, а перстень на мизинце. С гербом МАУД, конечно же, а не со змееволосым мужиком. Преподаватели змееволосого мужика не носят.

Именно Алексей Филиппович вбивал на планшете результаты каждого студента, а за его спиной на широком экране эти результаты высвечивались и суммировались с результатами других одногруппников.

То есть, среди преподавателей именно кольценосец придавал нашему мероприятию дух не индивидуального зачёта, а коллективного соревнования.

Первое время группы шли вровень — в каждой находились те, кто показывал впечатляющий результат, и те, кто стрелял хуже.

— Давайте, Анна, главное не волнуйтесь, — подбадривала баронесса свою вассалку, когда пришла её очередь стрелять.

Анна решительно кивнула и подошла к барьеру. Взяла в руки винтовку, и…

Обернулась, глядя на меня.

Любопытное у неё выражение лица — вроде бы холодное и невозмутимое, даже горделивое. Но на дне её глаз я вижу беспокойство.

— Всё получится, — прошептал я одними губами и показал ей большой палец.

Она кивнула, подняла винтовку и прицелилась.

— Старт! — объявил инструктор, нажав на секундомер.

Выстрел прозвучал с небольшой задержкой. Но уже через секунду последовал ещё один. Затем через две секунды — третий…

— Не мажет… — одобрительно произнёс Иван Медведев.

— Ну ещё бы! — гордо воскликнула баронесса.

А Анна продолжала стрелять.

— Время! — крикнул инструктор и, посмотрев на очередную сбитую тарелку, произнёс: — Последний выстрел был совершён после сигнала, его не учитываем. Результат — шесть сбитых тарелок. Поздравляю, вы сдали.

Анна обозначила поклон и бросила взгляд на кружащие в небе тарелки.

Я усмехнулся. Готов поспорить, в этот момент девушка думала о чём-то вроде: «нужно больше тарелок».

— Следующий! — скомандовал инструктор, и к барьеру пошёл студент из первой группы. В это время наша баронесса принялась поздравлять свою вассалку.

Парень сбил девять тарелок, заставив на миг притихнуть зрителей. На данный момент это — лучший результат. Он бросил на всех победный взгляд, преподаватель-руководитель из его группы не сдержался и тоже злорадно улыбнулся.

Представители второй и третьей группы следом выбили семь и восемь очков соответственно. К барьеру подошла баронесса Завьялова, легко подняла винтовку и прицелилась.

— Старт!

Грянул выстрел. Через секунду — второй, ещё через секунду — третий.

— А вот это уже уровень! — ошарашенно выпалил Медведев.

— Ага, — поддержал его рыжий Ионов.

— Время! — рявкнул преподаватель. — Десять из десяти! Пока что рекорд! Впечатляет, Зинаида Константиновна.

— Благодарю, — холодно кивнула инструктору наша маленькая баронесса.

Ребята из группы начали ей аплодировать. Завьялова чуть покраснела и ускорила шаг, только оказавшись рядом с Анной, она успокоилась.

Смешная парочка.

Ух ты, человек из первой группы выглядит решительным! Сможет повторить рекорд баронессы?

Нет, выдал девять.

Вторая группа… Хм, а этого студента я знаю! Очередной кольценосец. Но не совсем простой: Дмитрий Леонтьев, рослый парень с выбритыми висками, который в последнее время крутился в свите графа Орлова. А граф Орлов, натравивший на меня в столовой неофита-кольценосца, похоже, значимая фигура в этом странном студенческом Ордене. Стало быть, среди первокурсников Леонтьев тоже стоит на высоких ступенях Ордена?

Нет, ну какой он важный, а! Буквально излучает превосходство! Столько надменности в его движениях — ужас! Так же ходить неудобно.

— Старт! — скомандовал преподаватель, и Леонтьев начал стрелять.

За десять секунд он сбил одиннадцать тарелок. Проклятье, не зря он так выделывался. На данный момент это — лучший результат.

Баронесса Завьялова поджала губы, а вторая группа восторженно взревела, словно стая волков.

— Одиннадцать! Одиннадцать! — скандировали они, бросая насмешливые взгляды на остальных.

Они так громко радовались, что стрелок от третьей группы, похоже, стушевался и показал весьма посредственный результат — промахивался он чаще, чем попадал.

— Я пошёл, — хмуро проговорил княжич Пермский.

Мы пожелали ему удачи. Евгений Евгеньевич молча взял в руки винтовку, и…

Показал класс. Он сбил десять тарелок, повторив рекорд внутри нашей группы. Мы зааплодировали княжичу, чтобы его поддержать, а он лишь недовольно скалился, явно жалея, что не сбил больше.

— Вся надежда на тебя, Александр, — заглянув мне в глаза, произнёс княжич.

Я улыбнулся и легко ответил:

— Предоставь это мне!

Начался последний круг — от каждой группы осталось по одному участнику.

Мы занимали третье место. На первом была вторая группа, во многом благодаря рекорду Леонтьева.

К барьеру подошёл стрелок из первой группы — дважды одарённый княжич Владимирский. Егор Архипович Апраксин, широкоплечий черноволосый юноша с колючим взглядом, начал стрельбу.

Через пару мгновений зрители стихли, позабыв, как дышать. А ещё через несколько секунд студенты первой группы заревели:

— Да! Пятнадцать! Пятнадцать! Мы победили!!!

Их группа вышла в единоличные лидеры.

— Эй! У нас есть ещё выстрел! — гордо заявил последний представитель второй группы.

Он хорошо отстрелял, но смог выбить лишь двенадцать и сократил отрыв от нового лидера до одного очка.

— Да! Победа!!! — радовались студенты первой группы, свысока глядя на всех остальных. Их преподаватель-руководитель улыбался до ушей. В этой атмосфере последний стрелок от третьей группы сбил лишь шесть мишеней.

Мои одногруппники выглядели подавленными. Никто не ожидал такого резкого скачка вперёд от первой группы. Чтобы обойти их сейчас, мне нужно выбить восемнадцать мишеней.

— Восемнадцать, — хмуро произнесла баронесса. — Это профессиональный уровень. На чемпионате Москвы прошлого года победитель выбил всего на две больше!

— Александр, ты… — начал было княжич Пермский, но я хлопнул его по плечу, чем вызвал удивление высокородного аристократа.

— Я ведь уже сказал. Предоставьте это мне! Друзья, сегодня наша группа обязательно станет лучшей.

Я подмигнул насупившейся Анне и подошёл к барьеру.

Восемнадцать? Ха… Как бы сказал Лев из моей прошлой жизни:

«Подержите моё пиво!»

Глава 10

Я ухмыльнулся, взял в руки винтовку и встал у барьера.

— Давай, Егоров, покажи отличный результат! — выкрикнул какой-то остряк из первой группы.

— Главное — не победа, а сдача зачёта! — поддержал его второй такой же умник.

Первая группа откровенно веселилась, уже не сомневаясь в собственной победе.

А вот мои ребятки до сих пор напряжены и хмурятся. Ну ничего, это ненадолго.

Я упёр приклад винтовки в плечо и прицелился. В голове пронёсся план дальнейших действий. По регламенту можно использовать все свои силы, кроме Родового Дара. А значит, сейчас будем удивлять.

— Старт! — скомандовал инструктор.

Плавно выдохнув, я нажал на спусковой крючок, одновременно с этим активировав заранее подготовленное заклинание стихии ветра. Пуля рванула к ближайшей мишени, и…

Пролетела мимо неё.

— Ах! — громко удивилась моему промаху баронесса Завьялова, а со стороны других групп раздались смешки.

Но я отмечал это лишь краем уха, чуть довернув дуло винтовки, я снова выстрелил.

— Как это? — изумлённо выпалил кто-то, когда одна моя пуля сбила сразу две тарелки.

А я выстрелил уже в третий раз, и на сей раз уничтожил сразу три тарелки.

— Не может быть…

— Вот это да!

— Как такое возможно⁈

Студенты во все глаза наблюдали за моим выступлением, а я продолжал выпускать пули параллельно с заклинаниями стихии ветра. Сейчас с помощью магии я не добавлял убойной мощи снарядам — заклинание было другим. «Привязывая» ветер к пуле, я создавал завихрения воздуха, которые притягивали тарелки к одной точке.

Первая пуля — притянул. Вторая — поразил и притянул новые.

Повторить в третий раз, затем ещё раз, и ещё…

Студенты изумлённо смотрели на то, как с неба сыплются крошки от сбитых мишеней, и перешёптывались. В какой-то момент я услышал громкий радостный голос Ивана Медведева:

— Тринадцать!!!

А через секунду к нему присоединилось ещё несколько голосов одногруппников:

— Шестнадцать!!!

На их фоне притихли ребятушки из первой группы.

А уже через секунду вся четвёртая группа радостно закричала:

— Восемнадцать!!!

— Он не останавливается⁈

Я отмечал эти выкрики в «фоновом режиме», во многом за счёт пассивной способности Печати Близнецов. Сам же я полностью слился с винтовкой и погрузился в своё дело.

Плавно довернуть корпус… выстрелить.

Вижу удобную цель. Поворачиваюсь — огонь!

Ещё одна хорошая возможность навести винтовку, и…

— Время!!! — заорал преподаватель.

Я остановился и, плавно выдохнув, опустил винтовку дулом к земле. Все звуки стихли. Полигон будто бы вымер. Однако спустя пару минут в этой полнейшей тишине я услышал удивлённый голос Анны:

— Невероятно… двадцать один!

Я тихо хмыкнул. Можно было бы и ещё лучше отстреляться, но зачем уж совсем все козыри выкладывать, а? А так красивая цифра получилась.

Очко!

Ну или дюжина, только наоборот.

— Да! Победа!!! — закричал Иван Медведев.

И наша группа взорвалась аплодисментами. Студенты из других групп смотрели с недоумением и завистью. Особенно тяжело было тем, у кого на левых мизинцах блестели перстни со змееволосым мужиком. Кольценосцы не могли поверить, что какой-то простолюдин смог на голову превзойти их.

Княжич Пермский подошёл ко мне и протянул руку. Я легко ответил на его рукопожатие.

— Великолепный результат, Александр, — спокойно произнёс он.

— Александр, ты был крут! — с радостью поздравил меня Ваня Медведев.

— Поддерживаю! — выкрикнул Ионов. — Феерично!

Одногруппники перестали аплодировать и теперь наперебой поздравляли меня с блестящим выступлением.

— Достойно, — буркнула баронесса Завьялова.

Я кивнул ей и остановился взглядом на её подруге. Анна всё это время стояла молча и задумчиво смотрела на меня. Ребята вокруг немного успокоились, шум начал стихать…

— Я восхищена, — ровно произнесла Анна. — С каждым днём, Александр, я всё больше убеждаюсь, что ваши слова не расходятся с делом. Спасибо вам за это. И за то, что помогли нашей группе стать сегодня лучшей. — Она благодарно кивнула.

— А наша группа и есть лучшая, — не понижая голоса, объявил я.

Краем глаза я отметил, что преподаватель-руководитель первой группы открыл было рот, чтобы что-то сказать, однако не успел. Со стороны студентов его группы раздались размеренные аплодисменты.

Мы все с любопытством повернулись на звук и увидели хмурого княжича Владимирского.

Он перестал хлопать и, развернувшись, пошёл прочь.

Я мельком оглядел остальных студентов из других групп. Большинство из них хмурилось. Но были и те, кто смотрел на меня с любопытством. Пара человек даже кивнули в ответ на мой взгляд.

Хах, как я и думал, не всё потеряно с другими группами.

— Так, занятие на этом закончено, те, кто не сдал, узнавайте о времени проведения индивидуальных занятий сами. Всем спасибо. До свидания. Егоров, задержитесь, пожалуйста. — Инструктор смотрел на меня с каким-то исследовательским интересом во взгляде.

* * *

Вернувшись в номер и приведя себя в порядок, я приступил к уже привычному занятию — готовился к парам, параллельно с этим расширяя свои знания о новом мире и в фоновом режиме продумывая варианты зарабатывания денег. Я до сих пор так и не пришёл к окончательному решению в этом вопросе. Лишь положил свои средства на вклад с ежедневным начислением процентов. Вариант этот неплохой, но долгий. Нужно иметь и другие способы заработка.

То и дело мои мысли возвращались к сегодняшнему соревнованию.

Классно постреляли.

Мне понравилось.

Честно говоря, не ожидал, что на курсе будет столько хороших стрелков, учитывая, что профессионалов тут нет. Но ребята меня в самом деле впечатлили. Когда проходной балл два попадания за десять секунд, выдать больше пяти уже большое дело.

Хорошо аристократы учат своих детей военному ремеслу.

Но! Несмотря на мой восторг, это всего лишь «постреляшки» студентов мирного ВУЗа, даже не военного. Ни один из сегодняшних стрелков не заставил меня даже задуматься о том, чтобы выдать ему Печать Стрельца.

Чтобы найти подходящего кандидата, надо выйти на более высокий уровень стрелковых соревнований? Хотя… в прошлой жизни в моём Зодиакальном Круге было два носителя Печати Стрельца. В разное время, конечно же… Первый Стрелец погиб ещё до Пришествия демонов. Так вот, первый Стрелец в самом деле был чемпионом Империи по стрельбе. Но второй Стрелец до нашей встречи вообще ни разу в руки оружие не брал. И всё же я почувствовал в нём совместимость с Печатью. Правда, в итоге второй Стрелец таки начал испытывать интерес к огнестрельному оружию. И через несколько лет обошёл в мастерстве владения штурмовой винтовкой даже меня.

Я грустно усмехнулся, вспомнив прошлую жизнь. Потёр виски, в очередной раз мысленно прощаясь со своими прошлыми соратниками. Теперь жизнь у меня новая. И сосредоточиться я должен на ней.

Например, тщательно обдумать предложение приглашённого инструктора. Его так впечатлило моё сегодняшнее выступление, что он предложил мне под его патронажем поучаствовать во всеимперском турнире по стрельбе. Я — участник, он — тренер.

— Зачем вам моё участие? — спросил я его прямо.

Он хмыкнул и в тон мне ответил:

— Не буду ходить вокруг да около. Если ты добьёшься результата, я заработаю денег и смогу продвинуться по карьерной лестнице в нашей ассоциации. Опять же, частных заказов от аристократов станет больше.

Его ответ мне понравился честностью и прямотой. Не стал мужик вешать мне лапшу на уши в духе: «ты такой самородок, и я не могу пройти мимо! Мой долг помочь тебе раскрыться…»

Я спросил его зачем мне участие. Первым делом он сказал про деньги, которые будут в призовом фонде, затем про возможность заработать на тотализаторе, и только потом про то, что за турниром наблюдают многие аристократы. Если их впечатлит выступление какого-то участника-простолюдина, его могут пригласить в рать на отличных условиях.

— Откуда вы узнали, что я простолюдин? — уточнил я.

Приглашённый преподаватель хмыкнул и ответил, что в списке студентов, который ему предоставила МАУД, напротив каждой фамилии стоят пометки о принадлежности к роду.

— Ну так что, Александр? — подбоченившись, спросил он. — Заинтриговал вас?

— Отчасти, — серьёзно ответил я. — Но перспектива стать ратником меня не интересует.

— В самом деле? — удивился инструктор. — А зачем тогда поступать в этот ВУЗ, если не для того, чтобы найти себе хорошее местечко? Погодите… вы хотите сами стать аристократом?

Я молча кивнул.

— Вот как… ну, тогда участие на турнире тем более будет вам полезно, — твёрдо проговорил он. — Насколько я понимаю, чтобы стать аристократом, нужно либо совершить что-то необычайно выдающееся, либо набрать портфолио из просто выдающихся достижений.

— Вы абсолютно правы, — кивнул я.

С инструктором мы обменялись телефонными номерами и простились на доброй ноте. Я обещал подумать над его предложением, он просил сильно долго не думать. Когда мы прощались, он не выдержал и спросил, кто обучил меня заклинанию «ветровой сбор».

— Что, простите? — удивился я.

— Вы не знаете название заклинания, которое использовали? — больше, чем я, удивился инструктор. — Я про то, как вы ветром притягивали мишени.

Он вопросительно уставился на меня. Я пожал плечами и ответил:

— Сам придумал.

— Сами? — опешил инструктор и задумчиво хмыкнул, не веря своим ушам. — В самом деле самородок. Ветровой сбор — очень редкое и сложное заклинание. Далеко не каждый стрелок со стихией воздух может его освоить. Но те, кто освоил, достигают высоких результатов в соревнованиях без ограничений.

— Без ограничений? — уточнил я.

— Как мы сегодня стреляли, — охотно пояснил он. — Когда запрещены только Родовые Дары. Такие соревнования более зрелищные. Хотя большинство стрелков считают их… неспортивными. Но, на мой взгляд, для практики, более приближённой к реальным боевым действиям, они подходят гораздо лучше, чем классическая стрельба.

В итоге мы с ним проговорили ещё несколько минут, прежде чем разошлись.

Да уж… у меня сейчас уже два подвешенных предложения, над которыми нужно думать. Точнее, над предложением матрилинейного брака думать нечего — нужно лишь найти способ отказаться без неприятных последствий для себя.

Но, когда я откажу Извольским, оставят ли их хозяева Воронцовы в покое наследника Резановых?

Однозначно нет.

Нужно бы встретиться с дедом, но…

Мне не даёт покоя самоубийство женщины, предположительно похитившей меня в детстве. И упоминание несуществующего ныне рода Пожарских…

Торопиться однозначно нельзя.

Но и медлить тоже, иначе сильные мира сего избавятся от скромного меня.

Какая противоречивая задача, как раз для носителя Печати Близнецов.

* * *

Я так увлёкся изучением статей в глобале, что едва не пропустил ужин. Страшного в этом мало — всегда можно сходить за шаурмой, заказать «Скороход» или, на худой конец, что-то приготовить самому. Но я видел меню на неделю в столовой общежития. Сегодня подают жаркое в горшочках.

Такое пропускать нельзя.

— О, Александр, ты едва успел! — весело встретила меня на раздаче знакомая кухарка. — Но я прям чувствовала, что кто-то ещё придёт, раньше закрывать не стала.

— Спасибо большое, — искренне поблагодарил её я.

— Держи, — протянула она мне горшочек. — И хлеба возьми с компотом.

Я поблагодарил её ещё раз и приложил телефон к терминалу.

— Ага, всё прошло, — глянув на кассовый аппарат, кивнула повариха и внезапно выдала: — Слушай, я тебя что хотела спросить-то. Ты с Мариной вроде как плотно общаешься, не знаешь, что с ней?

— А что с ней? — подобрался я.

Кухарка внимательно посмотрела на меня и переспросила:

— Стало быть, не знаешь? Ну ладно, иди кушай.

— Подождите, — улыбнулся я женщине. — Вы поясните свой вопрос, может, тогда я смогу ответить.

— Иди-иди, — махнула она рукой. — Раз с первого раза не понял, не буду тебя нагружать. Нечего с мужиком молодую девку обсуждать!

Кухарка оставила меня в полнейшем недоумении. Хотела посплетничать, но не вышло и дала заднюю? И бог бы с ней, если бы вопрос не касался Марины.

Что там с моей будущей управляющей?

Этот вопрос мне не давал покоя. Из-за него я не смог толком насладиться блюдом, ради которого явился в столовую под закрытие.

Но вроде было вкусно.

Сдав поднос с грязной посудой, я вышел из столовой, а затем и из общежития. Усевшись на скамейку, на которой я сидел, когда в первый свой день в общаге познакомился с преподавателем Антиповым, я достал телефон и набрал номер Марины.

— Аппарат вызываемого абонента выключен или находится вне зоны действия сети, — сообщила мне безэмоциональная электронная женщина с другого конца провода.

Я тяжело вздохнул и покачал головой. Есть у Марины такой недостаток: она во время работы через наушники слушает всякие умные аудиокниги и садит батарею смартфона.

Надо бы ей пауэрбанк подарить.

Я выдохнул и уставился в безоблачное небо. Сегодня с утра я с Мариной пересёкся на завтраке — она вернулась в Академию под открытие, проведя всю ночь в салоне междугороднего автобуса. А до этого на выходных она усердно занималась на семинаре. А ещё до этого всю неделю работала и училась в свободное время…

Сегодня, вернувшись, тоже сразу взялась за работу.

С одной стороны — молодая и здоровая девка, вполне может справиться с подобными нагрузками.

Если только такие нагрузки не регулярные.

Мне вспомнилась недавняя ссора Марины с комендантшей. Тогда моя будущая управляющая обмолвилась, что у неё внезапно голова закружилась. Потом, правда, заверила меня, что всё нормально…

Но теперь вот странные вопросы от кухарки.

В самом деле, Марина себя загоняла вусмерть?

Н-да… А она ведь неодарённая — обычный человек с обычным уровнем жизненной силы. Зодиакальная Печать, вероятно, сможет сделать её более выносливой и даст необычные способности…

А может, и убьёт.

Сложно спрогнозировать. Пока что в этом мире я ставил печати только дважды одарённым — даже на обычных одарённых не практиковался.

Ладно, хватит на солнышке макушку греть. Если есть вопрос — пойди и задай его, а не ломай голову.

Я решительно поднялся на ноги и вернулся в общежитие. По главной лестнице решил не подниматься — до комнаты Марины проще добраться по другой. Надеюсь, она закончила с работой и уже отдыхает.

Просто телефон не успела включить.

Едва я зашёл на лестничную площадку, услышал сверху какие-то напряжённые голоса.

В груди неприятно кольнуло. Чувство дежавю накрыло меня с головой. Я ринулся наверх, перепрыгивая через ступени.

С каждым преодолённым метром чувство дежавю становилось всё сильнее и сильнее. Вскоре я узнал голоса двух скандалящих людей.

— Я ничего у вас не брала! Как вы смеете⁈ — возмущённо выкрикнула Марина.

— Ты ещё врать мне удумала⁈ — гневно визжал ей в ответ преподаватель Антипов. — Тебе потребуется слишком постараться, чтобы убедить меня не подавать на тебя заявление в полицию! Дрянь! Дешёвка! Воровка!

Я чувствовал, как меня переполняет ярость! Грёбаный Антипов! Всё никак не успокоится⁈ Ему мало наших прошлых разборок⁈ Мало того, что у меня есть компромат на него⁈ Чего ему опять надо⁈

Глава 11

Три года молодая неодарённая Сергеева Марина убиралась в общежитии для преподавателей и персонала МАУД, и каждый её день был похож на предыдущий. Для редких аристократов в этом общежитии она оставалась пустым местом — просто уборщица, которой можно приказывать и помыкать ею. Несколько раз аристократы пытались откровенно купить её тело — ведь не каждую минуту на территории МАУД Марина носила потасканный халат уборщицы и вёдра с грязной водой. Были моменты, во время которых гости могли разглядеть её девичью красоту.

Но эти моменты не радовали девушку. Радовало её лишь то, что все аристократы, кроме Антипова, сильно не напирали — лишние скандалы из-за безродной девушки умным людям не нужны.

Девушка не раз хотела сдаться и всё бросить за эти три долгих года тяжёлой работы. Но возможность ежедневно беседовать с «нормальными» преподавателями МАУД, учиться у них, задавать интересующие вопросы дорогого стоят. Стиснув зубы, Марина продолжала работать здесь.

Упорство и несгибаемая воля помогли ей пережить эти три года. Извлечь из них огромную пользу для себя! Подготовить прочный фундамент для будущей успешной жизни, и…

И теперь этот гнусный мерзавец Антипов вдруг решил её жизнь сломать!

— Тебе потребуется слишком постараться, чтобы убедить меня не подавать на тебя заявление в полицию! Дрянь! Дешёвка! Воровка! — верещал он, брызжа слюной. Его глаза были широко распахнуты, он орал и, зажав девушку в угол, яростно размахивал руками.

Сердце Марины сжалось, но она пыталась не показывать страха.

«Безумец! — в ужасе думала девушка. — Он обезумел!!!»

Марина не сдержалась и затряслась, а из её глаз хлынули слёзы.

«Ради чего были все эти три года⁈ — кипели мысли в её голове. — Ради чего я терпела⁈ Чтобы этот умалишённый всё испортил⁈ Сначала меня назначили убирать его комнату… Его грязную мерзкую берлогу!!! А теперь он заявляет, что я украла какой-то артефактный медальон⁈ Что за бред!!! Зачем мне это⁈»

— Отдай его! Отдай его мне!!! — Антипов ринулся вперёд и вцепился девушке в плечи.

— Ай!!! — закричала от боли Марина.

Она попыталась вырваться, но даже дёрнуться не смогла. В отличие от прошлого раза, мерзкий преподаватель, казалось, совершенно не сдерживался и использовал все свои силы, чтобы удержать её.

«Куда мне, неодарённой, справиться с ним», — с горестью подумала Марина и зарыдала.

— Плачешь?!!! Плачь, дрянь!!! Плачь!!! Где медальон⁈ Отвечай!!!

В горле Марины встал ком, а сознание её затуманилось.

'Вот к чему привели меня гордость и упорство… К тому, что один лишь мерзавец из-за дара и родословной легко может сломать мою жизнь… Стоило оно того? Стоило ли…

Нет!

Нельзя отчаиваться!!! Нужно бороться!!!'

Девушка вскинула голову, зарычала и рванула вперёд, пытаясь вырваться.

Антипов скривился и откинул голову назад, для удара. Всё внутри Марины сжалось — она прекрасно понимала, что будет, если крепкий лоб одарённого врежется в её лицо. В лучшем случае — сломанный нос.

В худшем…

Даже думать не хочется.

Марина зажмурилась и отвернулась. Пусть бьёт в челюсть!

— А-а-а-а!!! — заорал вдруг Антипов, а затем раздался глухой удар.

Через миг ещё один удар… третий…

Марина поняла, что мерзавец больше не удерживает её, и осторожно открыла глаза.

На душе её вмиг стало тепло, когда девушка увидела, как высокий черноволосый юноша, схватив цепкими пальцами Антипова за затылок, придавливает его морду к стене.

«Александр… — с облегчением подумала Марина, глядя на своего спасителя. — Вот к чему… к кому привели меня эти три года».

* * *

— Я ведь предупреждал тебя, Пётр Михайлович, — холодно произнёс я, сжимая пальцы на светловолосом затылке преподавателя. — Всё доходчиво объяснил… А ты что же? Опять за старое?

— Отпусти меня! — взвизгнул он, попытавшись вырваться.

Но я придавил его ещё сильнее.

— Ты посмел поднять руку на дворянина, отрепье⁈ — прижатым к стене ртом верещал Антипов. — Тебе конец! И твоей кошке-воровке тоже! Слышишь? Ты только что заступился за воровку! Ты напал на меня! На потомственного аристократа! Ты — жалкий простолюдинский червь! Даже то, что ты Друг рода Самоцветовых, тебе не поможет!

— Уверен? — хмуро спросил я. — Запись твоих домогательств у меня имеется. И прошлых, и нынешних. — Свободной рукой я достал из кармана телефон, на котором до сих пор была включена видеосъёмка, и помахал им перед рожей Антипова.

Да, хоть я был в ярости, когда летел вверх по ступенькам, кое-какие улики я собрать успел. Видеоряд, конечно, короткий — большую часть времени телефон лежал в моём кармане. Но звук записался полностью. Голоса различимы, как и причина конфликта.

И всё же ситуация скверная. Этот идиот потерял свой артефактный медальон, который постоянно носил на шее. Я без понятия, для чего нужен этот артефакт, но его мощь я чувствовал при каждой встрече с Антиповым. Непонятно, зачем наш мерзкий преподаватель вообще решил снять свою прелесть? Нужно больше деталей.

Но ясно одно: потеряв эту вещицу, Антипов потёк крышей. А ведь он и раньше не отличался устойчивой психикой.

Но что теперь делать? Сможем мы доказать невиновность Марины? Лично я на сто процентов уверен, что она невиновна, но устроить официальное расследование я не в силах.

К ректору пойти?

Мутный он тип… И кольцо носит на мизинце.

К его помощи стоит прибегать лишь в крайнем случае.

Антипов под моей ладонью завошкался, я придавил его сильнее и процедил:

— Ты, мерзавец, хорошего человека в плохих делах обвинить посмел. Ещё и напугал её, и чуть не сломал ей нос. А до этого… Ты переступил черту, Пётр Михайлович. Сильно переступил. Признавайся, ты сам где-то спрятал свой медальон и решил отыграться на Марине за прошлые неудачи?

Антипов задёргался, зарычал, как зверь, и снова попытался вырваться. Ничего ему не удалось — держал я крепко.

— Ты думаешь, что можешь безнаказанно распускать руки, простолюдин⁈ Угрожать мне⁈ — снова начал рычать он. — Я — потомственный дворянин, а ты… ничтожество, которое только благодаря Самоцветовым имеет право дышать одним воздухом со мной! Если я убью тебя прямо здесь, мне ничего не будет!!!

— Заткнись, — спокойно произнёс я, отслеживая движение маны в его источнике. Начинает бурлить сильнее…

Пока этот идиот в самом деле не решился использовать магию, я резко развернул его и оттолкнул.

От неожиданности Антипов попятился и уселся на задницу. Ну что за неловкий идиот, а!

Преподаватель оскалился, как бешеная собака, и хотел уж было рвануть вперёд, но я, мгновенно сократив расстояние, навис над ним и хмуро произнёс:

— Не хочешь по-хорошему, будем по-плохому. Я звоню в третий отдел жандармерии. — Не сводя взгляда с Антипова, я начал водить пальцем по экрану смартфона. — Недавно общался с их представителями, и меня просили звонить, если увижу что-то подозрительное. Твоё поведение сейчас как раз крайне подозрительное.

Антипов, сидя на заднице и глядя на меня снизу вверх обезумевшим взглядом, выпалил:

— Ты блефуешь! Жандармы⁈ Ха! Да тебя и твою девку вперёд других за решётку упекут!

— В самом деле? — усмехнулся я. — Это мы сейчас посмотрим.

В глазах Антипова застыл ужас. Ну а я уже нашёл нужный контакт и, нажав зелёную кнопку, поднёс телефон к уху.

Раздались гудки, которые вскоре прекратились, и я услышал недовольный бас:

— Александр Ярославович? Добрый вечер, не ожидал вас услышать. Что-то случилось? Вы опять ввязались в нечто опасное и странное?

— Рад слышать вас, подполковник Бородин, добрый вечер. Вы говорили, что я могу звонить вам, если…

Закончить фразу я не успел — Антипов не выдержал и бросился на меня с кулаками. Я инстинктивно отпрянул, схватив его за запястье и швырнув себе за спину.

Я рассчитывал, что одарённый дворянин уйдёт в перекат и минимизирует повреждения.

Но этот баклан просто врезался головой в пол и вырубился.

Стоявшая поблизости Марина ахнула и во все глаза уставилась на тело преподавателя.

— Спокойно, жив он, — произнёс я в её сторону.

— Кто жив? — раздался напряжённый голос Бородина в трубке. — Александр Ярославович, что у вас там происходит? Только не говорите, что вы сорвали очередной кровавый ритуал⁈

— Нет, сегодня я к вам немного по другому вопросу, — проговорил я ровно.

— По другому? — по голосу Бородина было понятно, что он нахмурился. — Мы договаривались держать связь по одному конкретному вопросу, Александр Ярославович.

— Больше вопросов — крепче связь, — парировал я, но тут же, гораздо мягче, добавил: — У меня в самом деле очень странный случай, связанный с аристократом и артефактом.

Бородин вздохнул и хмуро произнёс:

— Слушаю.

Я вкратце ввёл его в курс дела. Бородин меня внимательно выслушал и, тяжело вздохнув, произнёс:

— Это не наш профиль. Домогательства, обвинения в краже… Ситуация неприятная, но, если в ней разбираться, вы и ваша подруга пострадаете ещё больше, Александр Ярославович.

— Он тоже напал на меня, — спокойно ответил я. — А я не совсем обычный простолюдин.

— В курсе, что вы Друг графского рода. И мне импонирует ваше желание защитить девушку. Но… Почему вы всё время оказываетесь втянуты в такие ситуации? Что вы вообще делаете в общежитие для преподавателей?

— Живу я тут, — спокойно ответил я. — При поступлении поселили. Говорят, мол, нет места для такого, как ты.

— Понятно, — хмуро произнёс Бородин задумавшись.

Я решил воспользоваться паузой и более чётко донести до него свою позицию:

— Послушайте, Алексей Михайлович… Даже если вам плевать на попытку изнасилования де…

— Мне не плевать! — перебил меня он. — Я просто указываю вам на то, что ваши позиции… особенно позиция этой вашей Марины гораздо слабее, чем у дворянина.

— Пусть так. Но неужели вас не заинтересовал его медальон? В МАУД и преподаватели, и студенты носят необычные кольца на мизинцах… А тут человек с артефактным и сильным медальоном! Он его постоянно скрывает — я лишь раз мельком случайно увидел этот медальон издали, когда Антипов нагнулся, и тот вывалился через ворот рубашки, — приврал я для достоверности.

Не говорить же полковнику, что при каждой встрече с Антиповым я чувствовал мощь медальона — мои сенсорные способности, как я понимаю, весьма уникальны для этого мира.

— И такой медальон кто-то похитил, — проникновенно продолжил я. — Прямо здесь, в одной из лучших Академий Империи! А ещё в МАУД недавно исчезла книга из библиотеки, из отдела по ритуалистике. И…

— Я понял вас, Александр Ярославович, — перебил меня подполковник. — Понял, куда вы клоните, но ваших подозрений недостаточно, чтобы мы начали расследование на территории МАУД.

— Вот, значит, как? — хмуро спросил я.

— Как есть, Александр Ярославович, — отрезал подполковник, а затем резко выдохнул и добавил: — Я бы на вашем месте не привлекал бы к себе так много внимание в МАУД.

— Вы считаете, в МАУД небезопасно? — зацепился я.

— Я лишь даю совет.

— Но вы знаете, что я не послушаюсь.

— Знаю.

— И вас совершенно не заинтересовала моя история?

— Отчасти. Как, вы говорите, выглядел этот пропавший медальон?

— Не говорил — я видел его издали и не разглядел рисунка.

— И всё же вы уверены, что Пётр Антипов носил его постоянно?

— Да. Всегда казалось, что у него что-то выпирает из-под рубашки.

— Ясно… — выдохнул Бородин, закончив блицопрос.

Он определённо заинтересовался моей историей. И, похоже, жандарм в курсе, что в МАУД творится какая-то чертовщина.

Есть вероятность, что он связан с кольценосцами. Но я довольно хорошо разбираюсь в людях, и Бородина я воспринимаю как честного и исполнительного жандарма. Который, правда, не будет выходить за рамки дозволенного, чтобы не вылететь со службы. Потеряв службу, он потеряет не только жалование и положение. Но и возможность хоть как-то помогать попавшим в беду и наказывать преступников.

— В любом случае, ваше обращение я зафиксировал, — спустя пару секунд продолжил подполковник, — но пока не для протокола. Сейчас уходите с места происшествия вместе с девушкой, преподавателя оставьте на полу без сознания. Из ОКЖ позвонят в медчасть Академии, скажут, что господин Антипов потерял сознание. Этого звонка будет достаточно, чтобы немного встряхнуть Академию, если вы понимаете, о чём я. Если Антипов не успокоится и будет докучать вам или девушке… Звоните. Но всё же я попросил бы вас не злоупотреблять нашим знакомством.

— Благодарю, Алексей Михайлович. Рад был пообщаться.

Мы попрощались, и я скинул вызов. Антипов всё так же лежал без сознания на полу и в себя приходить не собирался. Судя по движению маны в теле преподавателя, он сейчас в глубочайшем шоке. Это ситуация явно выбила его из колеи похлеще, чем удар головой о пол.

А вот Марина, похоже, немного успокоилась. Всё это время она внимательно слушала мой разговор с подполковником. Вряд ли она слышала все фразы Бородина, но в целом суть беседы точно уловила.

— Пойдём. — Я протянул ей руку. Поколебавшись, девушка вложила свою ладошку в мою. Мы быстро прошли по коридору до её комнаты. Марина открыла замок и замерла на секунду.

— Ты… зайдёшь? — спросила она чуть дрогнувшим голосом.

— С радостью, — ответил я.

Марина предложила мне присесть на диван, а сама спешно поставила чайник и пошла умываться. Девушка наспех привела себя в порядок и переоделась в домашние штаны и футболку.

Спустя несколько минут мы вдвоём сидели за столом. Марина разлила свежезаваренный чай с можжевельником. Пододвинув мне чашку с чаем и печенье, она взяла себе такой же набор и с задумчивым видом уставилась на свой книжный шкаф.

— Хорошо, что меня до сих пор не перевели в студенческую общагу, — легко произнёс я, проглотив печеньку и запив её чаем.

Хм, а неплохо так, слегка пройтись и встряхнуться после плотного ужина, а затем насладиться чаепитием.

Жизнь прекрасна! Эх, мне потребовалось пережить Апокалипсис, чтобы научиться всей душой ценить крохотные моменты умиротворения и счастья.

— Да… — выдохнула девушка. — Спасибо тебе… за всё.

— Пожалуйста, — усмехнулся я. — Сколько угодно готов вытаскивать тебе из передряг. Особенно после того, как ты официально ко мне присоединишься.

Марина выпрямилась, будто внезапно лом проглотила. Она также смотрела прямо перед собой, не решаясь повернуть голову в мою сторону.

Я решил, что хватит уже откладывать, и прямо спросил:

— Ну, ты готова служить мне? Каков будет твой положительный ответ?

Девушка подпрыгнула на мягком стуле, повернувшись в воздухе. Глядя мне в глаза, она решительно выпалила:

— Да! Да, я согласна!

Сказала и замерла, не отводя от меня напряжённого взгляда.

Я откинулся на спинку дивана и, улыбнувшись, припал губами к чашке с чаем.

Жизнь в самом деле хороша.

— Отлично! — с улыбкой произнёс я. — Раз так, давай решать, как нам заработать денег.

Марина удивлённо хлопнула глазами, подобралась, поправила свою футболку и степенно произнесла:

— Я согласна управлять твоими финансами, Александр, и помогать тебе зарабатывать деньги. Но я хотела бы, чтобы ты, прежде чем мы окончательно договоримся, выслушал мои условия.

Глава 12

Марина, замерев в одной позе, пронзительно смотрела на меня. Я отодвинул чашку в сторону и предельно серьёзно произнёс:

— Внимательно тебя слушаю.

Она благодарно кивнула. Поджала губы, нервно сглотнула подступивший к горлу комок и выговорила:

— Между мной и вами не будет никакого интима. Это принципиально. Вы меня устраиваете как работодатель, в перспективе как господин. Это для меня ценно, и я не хочу это потерять. Временная связь может затмить мой разум и после расставания испортить моё отношение к вам и вашим проектам. Я не хочу, чтобы личное мешало профессиональному. Потому сразу обозначаю свою позицию.

— Принимается, — степенно кивнул я. — Я тоже считаю, что очень опасно спать с женщиной, у которой есть доступ к твоим счетам, но на которой при этом ты не собираешься жениться.

Мне хотелось улыбнуться, но я сохранил каменное выражение лица и внимательно наблюдал за реакцией Марины. Девушка покраснела, чуть отвернулась и нервно кивнула.

— Да, благодарю, что понимаете, Александр Ярославович. Такие дела недопустимы и отвлекают от работы.

— Но! — повысил я голос.

Марина подпрыгнула и уставилась на меня во все глаза.

Забавно, что она сама завела серьёзный разговор, однако тема выбивает её из колеи.

И хочется, и колется, да?

— Что? — пробурчала девушка. — Какие тут могут быть… «но»?

— Одно может быть, — улыбнулся я. — С чего ты вдруг решила начать «выкать» и обращаться ко мне по имени-отчеству? Нормально же общались?

— А? — растерялась девушка. — Да, но… — Она мотнула рыжей шевелюрой и, подобравшись, серьёзным тоном произнесла: — Разве допустимо неуважительно обращаться к работодателю или тем паче господину?

— Я обращаюсь к тебе на «ты», ты думаешь, я тебя не уважаю?

Марина подвисла и замолчала.

— Очень даже уважаю, — решил ей помочь я. — Мне импонирует твоё упорство, твой ум. То, что ты извлекла максимум из сложившейся ситуации. Глядя на тебя, я могу сказать, что за три года здесь ты выучилась у местных преподавателей лучше, чем многие студенты. Так что я тебя определённо уважаю, без каких-либо «выканий». Наедине можешь звать меня, как раньше.

— Спасибо… — пробормотала она и неловко улыбнулась. А затем хитро добавила: — Я подумаю.

— Думай, — хмыкнул я. — Итак, насчёт интима мы разобрались — ты не спишь со мной, я не сплю с тобой. Что дальше?

— Далее — зарплата, — снова покраснев, пробурчала Марина.

Но, как и прежде, она быстро взяла себя в руки и деловым тоном продолжила:

— Я хотела бы оклад в размере трёхсот рублей в месяц и премиальную часть в размере одного сотого процента от прибыли тех проектов, в которых я буду задействована. Ну и от дополнительных премий, на усмотрение работодателя, я тоже отказываться не буду.

Я задумчиво стукнул пальцами по столу.

Одна сотая процента звучит ничтожно мало, если речь идёт, скажем, о ста рублях… Но когда мы выйдем на уровень княжества? Когда прибыль будет в размере нескольких миллионов в месяц? При том что средняя зарплата для простолюдинов в Империи составляет сто сорок рублей.

Марина поджала губы и с вызовом посмотрела на меня, ожидая решения.

— Идёт, — легко ответил я. — Размер оклада и мотивационной части меня вполне устраивает. Жду не дождусь, когда настанут те времена, когда ты у меня в месяц будешь зарабатывать столько же, сколько средний дворянский род за год.

Я поднялся и протянул ей ладонь.

Марина тоже встала на ноги, и мы пожали друг другу руки.

— Поздравляю, ты принята. А теперь давай уже перейдём к планированию наших ближайших дел.

— Конечно, — с серьёзным видом кивнула она. — Я подготовила шаблон договора найма. Ознакомься с ним, если всё устраивает, мне нужно вбить твои данные. После подписания договора я хотела бы узнать сумму, который мы располагаем в данный момент. И уже после я готова предложить тебе начальную стратегию.

На возню с договором мы потратили минут двадцать. Распечатали всё прямо здесь — у Марины имелся старенький принтер, который девушка купила через «А-виту», сервис объявлений номер один в Империи.

Ну а после всех мелочей приступили к обсуждению способа заработка. Марина предложила прямо сейчас начать вкладывать свободные деньги в акции. Мол, для заработка без больших физических усилий, долгого поиска поставщиков и персонала это лучшее решение. Чтобы убедить меня, девушка продемонстрировала мне свой личный инвестиционный портфель. Пусть суммы были маленькие, но подавляющее большинство сделок Марина закрывала успешно и держалась в крепком плюсе.

Я дал добро, но настоял на том, что все«свободные» деньги в акции мы вкладывать не будем. Пусть часть денег продолжает лежать в банке под ежедневный процент, пока Марина подбирает и другие варианты заработка — мы оба были сторонниками диверсификации доходов. Не стоит держать все яйца в одной корзине.

После того как обсудили дела, я заметил, как устало выдохнула Марина и будто бы осунулась.

Ну да, всё-таки сегодня у неё выдался крайне тяжёлый день.

— Я говорил тебе раньше, но повторю ещё раз, Марина, — тоном, не терпящим возражений, начал я. — Если что-то подобное произойдёт ещё раз — сразу звони мне. Ты теперь мой человек. А за своих людей я готов убивать.

Она устало улыбнулась и ответила:

— Спасибо. Но лучше всё же воздержаться от нарушения законов. Это нерационально.

Я кивнул, но обещать ничего не стал.

Пару секунд девушка молчала, а затем нахмурилась и произнесла:

— Знаешь, что меня во всей этой ситуации поразило больше всего?

— Хотелось бы послушать, — честно признался я.

— Не его наглость и попытка выставить меня воровкой. И даже не твоё блестящее появление… Хотя оно было впечатляющим и запомнилось мне на всю жизнь. Меня очень поразило, как он испугался, когда понял, что ты в самом деле позвонил в ОКЖ. Даже мне был слышен голос подполковника через трубку, а этому мерзавцу и подавно. Когда он напал на меня, он был в бешенстве. Но во время того звонка он будто испытал ужас. Для такого самодовольного типа такой сильный страх, мне кажется, нехарактерен, если речь идёт «всего лишь» об издевательствах над простолюдинкой.

Её взгляд стал пристальным. Она внимательно смотрела на меня, ожидая моей реакции.

— Я тоже так думаю, Марина. Что-то странное творится в Академии, и местным злодеям есть что скрывать.

Я усмехнулся.

Она поправила очки, а затем тяжело вздохнула и покачала головой.

— Лезть в это дело нерационально.

— Ну это смотря с какой стороны посмотреть, — усмехнулся я.

А затем посерьёзнел и добавил:

— В этом мире есть вещи, Марина, которые нельзя прощать. А есть те, которые вообще нельзя допускать.

Мне снова вспомнилась пропавшая из библиотеки Академии книга, в которой, как мне кажется, должна быть информация о демонах.

Девушка отвела глаза и тихо проговорила:

— Мне приятно, что ты хочешь отомстить за меня, но не давай личным чувствам затуманить твой разум.

— Ха! — усмехнулся я. — Не знаю, что ты там себе напридумывала, но не забивай себе голову ерундой. Твой начальник ерунды не сделает.

Она посмотрела со скепсисом и, хмыкнув, произнесла:

— Поняла я. Поняла. — Пару секунд молчала, а затем ехидным тоном добавила: — Ну а если и сделает, мне нужно быть готовой помочь ему разобраться с последствиями.

— Правильный настрой, Марина! Считай, десять рублей премии ты уже заработала, — улыбнулся я ей.

Она расслабилась и кивнула.

Ну а я вспомнил, что так и не задал вопрос, ради которого сегодня в первую очередь искал встречи с Мариной. Я не пытался сейчас держать лицо, поэтому собеседница заметила моё изменившееся настроение и подобралась.

— Что-то не так? — осторожно спросила она.

— Кое-что, — кивнул я. — Я не собираюсь лезть в твои сокровенные тайны, Марина. Но теперь, когда наша связь стала крепче, и от тебя зависит благосостояние моего будущего рода, я имею право знать. Что с тобой происходит? Сперва головокружение… теперь вот в столовой поварихи странные вопросы мне о тебе задают.

— В столовой? — испугалась Марина. — А что они говорили?

— Неважно, что они говорили, — отрезал я. — Важно то, что скажешь ты.

Я тяжело уставился на неё. Марина поёжилась под моим взглядом, сжалась…

А затем сдалась и начала рассказ.

* * *

По дороге в свой номер я думал над словами Марины. Информации моя новая управляющая выдала мне крайне мало — головные боли её преследовали давно, но обычно она решала вопрос таблеткой ибупрофена, контрастным душем и дополнительной разминкой. Но в последнее время боли начали усиливаться, появилось головокружение, а сегодня в столовой за обедом она просто отключилась во время еды, чем перепугала преподавателей и персонал. Но довольно быстро пришла в себя, извинилась за причинённые неудобства и побежала продолжать работу.

— Я ходила на приём к терапевту, но один посоветовал мне просто поменьше напрягаться, а другой назначил очень дорогое обследование. Денег у меня на это обследование не было, — призналась мне девушка.

Я ей сказал, что обе рекомендации надо выполнять, и велел записаться на нужное обследование, пообещав взять на себя расходы на лечение.

Ладно, этот вопрос временно закрыт. Теперь стоит разобраться с насущными делами.

Примерно с такой мыслью я зашёл к себе в номер и, разувшись, уселся за рабочий стол. Прикрыл глаза, медленно вдохнул и ощутил тонкую энергетическую нить, идущую от меня на третий этаж общежития. Я потянул за эту нить и спустя пару мгновений почувствовал поток ветра, пронёсшийся по комнате. Ветер вошёл через щели дверного проёма и устремился ко мне. Я успел увидеть размытый образ, но уже через мгновенье ветер вошёл в моё тело.

Пару секунд первый сердечник источника бурлил, «раскладывая по полочкам» вернувшуюся ману. Я поморщился, испытав головную боль. К счастью, она быстро стихла, и в мозг начали «подгружаться» воспоминания.

Вот я поговорил с подполковником Бородиным по телефону и сказал Марине, что нужно уходить, оставив Антипова валяться без сознания. Именно в этот момент я незаметно для своей теперь уже официальной управляющей активировал одну из способностей Печати Близнецов. Хорошо, что я заранее думал о расширении арсенала техник поиска и слежения. Я смог модернизировать одну из способностей Печати, соединив её с доступной мне в этой жизни стихией воздуха.

В итоге получился сотканный из ветра, невидимый и неосязаемый для других «близнец». Я оставил его следить за Антиповым, что он и делал, выполняя свой простенький алгоритм.

Сейчас мне передались воспоминания моего невидимого наблюдателя, и я могу увидеть и услышать всё то же, что и он. Итак…

Антипов довольно быстро вернулся из медчасти. И сразу же бросился искать медальон. Обезумевший преподаватель перевернул вверх дном свой двухкомнатный номер. С каждой секундой Пётр Антипов выглядел всё более дёрганным и злым, выкрикивая проклятия и без устали повторяя: «Ну где же он⁈ Где⁈»

Не найдя пропажу, Антипов, рыча, как безумный зверь, вышел в коридор и начал искать там. Даже за вазу с гибискусом заглянул и край ковра отогнул…

Совсем крышей поехал.

А затем этот гад направился к комнате Марины. Несколько минут он стоял перед дверью и порывался начать стучать. Но сдерживался. Мой невидимый близнец довольно близко подошёл к Антипову, так что я слышал, что именно бормочет себе под нос наш обезумевший преподаватель:

«Нет, нельзя… Нельзя привлекать жандармов!»

Так и не решившись постучать в дверь Марины, он рванул обратно и схватил телефон. Мой близнец не отставал от него и замер за плечом Антипова. Я увидел номер ректора в записной книжке горе-преподавателя. Тот порывался нажать кнопку вызова, но сомневался.

«Нельзя упоминать девку! — выкрикнул он и швырнул телефон на кровать. — Нельзя привлекать жандармов!»

На этом «запись» закончилась, потому что я призвал воздушного близнеца обратно.

— Н-да… — выдохнул я и поморщился.

Дела складываются хуже, чем хотелось бы.

Плавно выдохнув, я создал конструкт для заклинания и повторно выпустил из своего сердечника близнеца. В тот же момент ощутил слабость — эта способность требует довольно большого объёма маны.

Отдавать приказ вслух нужды не было — видимый только мне полупрозрачный двойник и так знал, что ему делать. Он ринулся вперёд, и, пройдя через щели дверного проёма, отправился на поиски Антипова. «Воздушный Близнец» — крайне сложное заклинание, ведь в него вплетены ещё и другие заклинания поиска. Близнец сам может искать свою цель по «слепку дыхания». Такое многосоставное заклинание на данный момент — вершина моего мастерства.

Чувствуя слабость, я поднялся из-за рабочего стола и направился на кухонную зону. Включил чайник, закинул себе в рот горсть орехов, чтобы получить немного калорий, и достал из кармана телефон. Среди своих немногочисленных контактов я выбрал номер Марины.

— Забыл что-то сказать, глава? — ровным тоном спросила девушка.

Я усмехнулся про себя. Новое обращение от Марины прозвучало для меня весьма неожиданно. Но если хочет добавить вариативности нашему общению, то почему бы и нет?

Хотя стоит кое-что прояснить:

— А почему не «Александр»?

— Потому что ты раньше просто так не звонил мне, а сейчас набрал сразу после подписания договора. Стало быть, дело связано с работой?

— И с работой, и с моим к тебе дружеским отношением, — хмыкнул я. — Ладно, не буду ходить вокруг да около. Раз уж ты всё равно увольняешься со своей старой работы, поезжай-ка ты прямо сегодня в отель. Возьми с собой всё самое ценное, остальное оставь в номере. Найдёшь квартиру — пригонишь грузчиков за остальными вещами.

Несколько секунд Марина молчала, обдумывая услышанное, а затем напряжённо спросила:

— Что-то случилось?

— У Петра Михайловича в самом деле пропал медальон. Честно говоря, была у меня слабая надежда на то, что он всё это разыграл, чтобы выставить тебя виноватой и поквитаться за прошлое. Ключевое слово — «была». Жаль, что она умерла.

— Это что-то меняет? — по-деловому спросила Марина.

— Да. Полагаю, я не особо преувеличу, если скажу, что пропавший медальон Антипову отчего-то жизненно необходим. А у него кроме тебя сейчас совсем нет подозреваемых. Он очень хочет вломиться к тебе в комнату, но страх перед жандармами останавливает его. Сейчас останавливает. Однако я не могу гарантировать, что остатки разума долго продержатся в его протёкшей головушке.

— Поняла, — решительно произнесла девушка. — Но, чтобы мне уволиться быстро, без отработки, да ещё и оставить за собой временно комнату в общежитии, мне придётся заплатить бывшему работодателю неустойку.

— Сколько?

— Примерно сто двадцать рублей, глава, — без заминки ответила Марина.

Ха! Значит, посчитала заранее? Сама не желает оставаться в общаге лишних несколько дней.

— В рамках твоего подъёмного пособия сумма вполне посильная, — усмехнулся я.

— А мне предназначено подъёмное пособие? — предельно серьёзно спросила она.

— Я удивлён, что ты не прописала его в договоре.

— Я посчитала это перебором в данный момент. Но, если работодатель настаивает…

— Триста двадцать рублей — подъёмное пособие. Ещё триста сверху в качестве беспроцентной ссуды, которая будет постепенно вычитаться из премиальной части. Скажем, в размере не больше четверти от месячной премии.

— Благодарю, мне подходит.

— Славно, — произнёс я и серьёзным тоном продолжил: — Чем быстрее, Марина, ты приступишь к своей новой работе, тем больше сможешь заработать премии в ближайший месяц.

— Справедливо, глава. И, ещё раз благодарю… Александр.

— Ага. А теперь, Марина, не задерживайся и уезжай отсюда.

— Слушаюсь.

Я положил трубку, думая о том, что пятисот рублей для начала новой жизни Марине должно хватить. Ведь это примерно три с половиной среднемесячных зарплаты простолюдина Российской Империи. А ведь у девушки и свои какие-то накопления есть, да и первую зарплату от меня она скоро получит.

Через тридцать минут Марина перезвонила и сказала, что за ней приехало такси. Я пожелал девушке удачи и подошёл к окну. Спустя несколько минут Марина вышла с чемоданом и дамской сумкой в руках. Таксист любезно помог ей убрать багаж в багажник, и через минуту моя управляющая укатила в свою новую жизнь.

Ну а мне пора снова проведать шпиона.

Улёгшись на кровати, я потянул за энергетическую нить и через миг ощутил уже знакомый «удар» ветра в грудь.

Первый сердечник источника сжался, будто от спазма. Я захрипел, порадовавшись, что заранее прилёг — использовать эту способность второй раз за короткий промежуток времени оказалось тяжелее, чем в первый.

Что ж, «посмотрим», чем всё это время занимался наш обезумевший Пётр Антипов. Очень надеюсь, что мне не придётся третий раз подряд призывать своего Близнеца-манажора. Да и вообще, не хотелось бы сегодня больше ману тратить. Пусть отдохнёт мой маленький источник…

Глава 13

Я поморщился от головной боли, которая сейчас тоже была гораздо сильнее, чем в прошлый раз. Но несмотря на неё, воспоминания Близнеца успешно «разложились» в мозгу, и я смог их просмотреть.

Хорошие новости: прямо сейчас мне в самом деле не придётся использовать способность в третий раз. Судя по воспоминаниям Близнеца, Антипов за последние сорок минут ничего особо подозрительного не делал — разве что сходил к охране и попытался добиться просмотра записей с камер наблюдения.

«Без приказа проректора по организации безопасности не имею права демонстрировать записи посторонним», — вежливым тоном отказал ему охранник.

Антипов, как и ожидалось, не стал беспокоить проректора. Снова и снова я слышал его бормотание: «Нельзя привлекать внимание… нельзя…»

Вернувшись в свой номер, он уселся на стул и, запустив пальцы в волосы, принялся раскачиваться взад-вперёд, как болванчик, бормоча всякую ерунду. Я честно пытался вникнуть в смысл его слов, но ничего ценного так и не услышал — он лишь костерил нас с Мариной, ректора, весь МАУД, охрану, и повторял своё: «Где же ты⁈ Где!»

А ещё он без устали напоминал сам себе, что нельзя привлекать внимание жандармов…

Антипов понятия не имеет, что ему предпринять в сложившейся ситуации. Ну а я не могу следить за ним круглые сутки — это выше моих возможностей.

А может, стоит его тряхнуть как следует? Допросить и выбить информацию? Заодно сделать внушение, чтобы он впредь даже не пытался отыскать Марину?

Да нет… Бредовая мысль — слишком много проблем у меня будет после такого, если ситуация всё же обретёт публичность. Загнанная в угол крыса очень опасна. Шаткая психика Антипова держится сейчас на одной лишь соломинке. Если я её случайно сломаю, и он решит наплевать на свой страх перед жандармами… Мой статус Друга рода Самоцветовых в полной мере не защитит меня от обвинений в причинении физического вреда аристократу. А Марине и вовсе достанется ещё сильнее.

Я тяжело вздохнул.

На самом деле, вряд ли Антипов побежит к жандармам, когда у него окончательно снесёт крышу. Но вот в ножки к ректору бухнуться он вполне может. И я даже не знаю, что для меня окажется хуже — проблемы с нарушением закона? Или полноценное противостояние кольценосцам МАУД? Да, Антипов перстень на мизинце не носит. Но опыт подсказывает мне, что ректор приложит все усилия, чтобы история с исчезновением жизненно важного артефакта осталась в стенах Академии.

Ставки станут слишком высоки, а я не смогу дистанционно защищать Марину. Так что не стоит форсировать события.

Продолжу мягко и ненавязчиво наблюдать за Антиповым.

Едва я принял это решение, у меня зазвонил телефон. Кому это я понадобился в такое время?

Однако моё мимолётное напряжение сразу же развеялось, стоило лишь взглянуть на экран. Улыбнувшись, я вежливо ответил:

— Добрый вечер, Андрей Степанович. Чем обязан?

— Здравствуйте, Александр. Вы сейчас в общежитии? — поинтересовался отец моей подруги, боярыни Алины Мурашовой.

— Да.

— Надеюсь, свободны?

— В общем и целом — да, — быстро произнёс я.

— Тогда не составите мне компанию за ужином? Я уже рядом с общежитием для преподавателей. Вас ведь временно в нём поселили?

Я выглянул в окно и увидел элегантный чёрный автомобиль, припаркованный у входа в общежитие. Водитель в чёрном пиджаке и белой рубашке стоял рядом с машиной и равнодушно смотрел на выход из общежития.

— С удовольствием составлю, Андрей Степанович, — ответил я.

Положив трубку, я быстро привёл себя в порядок, надел костюм, в котором хожу на занятия, и вышел на улицу. Водитель учтиво кивнул мне и открыл передо мной пассажирскую дверь.

В отличие от автомобилей, что предпочитает графиня Самоцветова, машина Мурашова имела обычную колёсную базу и два ряда сидений вместо трёх. На заднем сиденье боярин ждал меня в одиночку. Когда дверь машины открылась, этот невысокий, коренастый мужчина с обветренным лицом и тяжёлым взглядом пару минут изучающе смотрел на меня, а затем кивнул и жестом предложил сесть рядом. Едва я сел, Андрей Степанович протянул мне свою ковшеобразную руку и произнёс:

— Добрый вечер, Александр. Рад познакомиться с вами лично.

Я поздоровался и ответил на его крепкое рукопожатие.

По дороге боярин, как и подобает аристократу, завёл светскую беседу — интересовался, как у меня дела в МАУД, нравится ли учёба, дружная ли у нас группа.

Разговор-то вроде светский, но Мурашов то и дело бросал в мою сторону внимательные взгляды. Опытный боярин использовал любую возможность, чтобы собрать больше информации о своём собеседнике.

— Хорошая у нас группа, — с вежливой полуулыбкой отвечал я. — Но всё же общение с Алиной Андреевной или же с Семёном Константиновичем даётся мне проще.

— Не удивили, Александр, — пробасил Мурашов. — Насколько мне известно, студенческие традиции в МАУД и ИМТУ очень различаются.

— Традиции? — с интересом спросил я. — Я слышал, что в ИМТУ меньше обращают внимание на происхождение и больше на личные качества. В отличие от МАУД.

— Верно, — сдержанно ответил Мурашов.

— А вы не знаете, почему так, Андрей Степанович?

— Хм… — Он чуть нахмурился и снова изучающе уставился на меня своими серыми глазами. — Инженеров интересуют технологии, а управленцев — управление. Как ни крути, при соблюдении чёткой сословной иерархии выстроить систему управления гораздо проще.

Сказав это, он продолжил смотреть на меня пристально. Я не отводил взгляд и больше не улыбался.

Боярин вздохнул и откинулся на спинку кресла.

— Сдаётся мне, вы хотели услышать несколько другой ответ, Александр.

— Вы правы, — не стал отпираться я. — Мне нравится узнавать больше нового о МАУД, так что хотелось бы послушать о её традициях, раз уж у нас сложилась беседа таким образом.

— Я не обучался в МАУД, и о её традициях сведения имею весьма куцые, Александр, — произнёс он в сторону. — Располагаю лишь слухами. И, опираясь на слухи, скажу, что удивлён, что вы смогли поступить в эту Академию. Немного удивлён. Всё-таки назвать вас обычным эрудированным простолюдином язык не поворачивается — как ни посмотри, вы крайне необычный юноша. Но не будем плодить слухи. Я искренне надеюсь, что вы справитесь с учёбой в МАУД. О, смотрите, Москва-река показалась, — указал он рукой в окно. — Мы уже подъезжаем.

Боярин Мурашов ясно дал понять, что эту тему развивать не хочет.

Притом он подкинул мне очередную порцию для размышлений. МАУД — удивительное место, вроде бы один из трёх лучших ВУЗов Империи, который у всех на слуху, и в котором многие абитуриенты мечтают обучаться. Эдакое сияющее волшебное место…

У которого множество тёмных тайн. И слухи об этих тайнах курсируют среди высшей аристократии, среди спецслужб… Но будто бы слухи совершенно не мешают МАУД процветать.

В интересное местечко я поступил. С каждым днём убеждаюсь в этом всё больше и больше.

Спустя минут десять мы с Мурашовым уже сидели в уютном ресторане с видом на Москву-реку. Наш столик находился в дальнем углу зала, а за соседними столиками расположились люди боярина, ненавязчиво отделив нас от остальных гостей заведения. Улыбчивая официантка приняла наш заказ и, цокая каблучками по паркету, удалилась, оставив нас распивать приветственный чай из облепихи.

— Похорошела Москва при Щербатовых… — задумчиво проговорил боярин, глядя, как за окном по новой набережной прогуливаются горожане, а по реке плывёт красивая сверкающая яхта.

— Да, мне тоже нравится наша столица, — согласился я.

— Она всегда была красивой, — кивнул боярин. — В юности я любил приезжать погостить в Москву, а затем и вовсе во время учёбы поселился здесь. Даже со своей будущей супругой Надеждой Фёдоровной я познакомился в Москве. Прекрасный город… — Он посмурнел и покачал головой. От Мурашова будто повеяло холодом, и он процедил сквозь зубы: — Не ожидал, что в Москве может завестись такая падаль. Да, преступников здесь хватает… Но похищать людей, чтобы… Чтобы что? — посмотрел он на меня с недоумением во взгляде. — Жандармы так и не могут объяснить мне, для чего именно этим мерзавцам потребовалась моя дочь! Но… кое-кто шепнул мне, что подобная бесовщина здесь происходит не впервой. Ну, вы и сами знаете, Александр.

Я молча кивнул, не сводя с него взгляда. Боярин Мурашов создавал впечатление воина. В отличие от его дочери, я чувствовал внутри него Второй Дар. Мужчина не раз бывал в Проклятых Землях. Полагаю, и против людей ему не раз доводилось воевать.

Однако сейчас он был растерян. Мурашов в самом деле не понимал, кто его враг. Хотя в его серых глазах горела жажда мести.

Но кому мстить за дочь, он не знал.

Боярин залпом осушил чашку чая, впился в меня взглядом, а затем опустил голову и произнёс:

— Александр, я от всей души благодарю вас за спасение Алины. На сей раз лично. Спасибо вам… Я удивлён, что юноша смог взять ситуацию под контроль, и провести сложную спасательную операцию. Без жертв со стороны личного состава достигнуть успеха! Я благодарен. И впечатлён.

— Я принимаю благодарность, — спокойно ответил я.

Мурашов усмехнулся и покачал головой:

— Все бы так реагировали, жить было бы проще. Александр, примете не только устную благодарность, но и это.

Он достал из внутреннего кармана красивую коробочку из красного сандалового дерева, крышку которой украшал золотой герб Мурашовых.

Андрей Степанович пододвинул коробку ко мне. Я аккуратно взял её в руки, оглядел со всех сторон и, отщёлкнув застёжку, открыл крышку.

На подушечке из чёрного бархата лежал платиновый перстень, инкрустированный драгоценными камнями. В центре перстня был выгравирован всё тот же герб Мурашовых. А над ним — уже знакомая мне надпись.

Ну надо же, какая честь… Ха! Я ещё на один шаг приблизился к своей цели!

Я почувствовал, что ещё немного, и мои губы растянутся в торжествующей улыбке, но смог себя сдержать.

— Вы уже стали Другом графского рода Самоцветовых, — с достоинством проговорил боярин. — Теперь же я хочу назвать вас Другом моего рода.

— Это честь для меня, — в тон боярину ответил я, глядя в его глаза.

А затем, как того требовала традиция, я достал перстень из коробки и надел на палец.

Перстень был чуть тяжелее, чем тот, что мне подарила графиня, да и выглядел на первый взгляд богаче. Но всё же стоил явно дешевле, потому как создали его из материалов с Большой земли. Ничего «проклятого» в перстне не было, а сам он не обладал никакими артефактными свойствами.

Официантка будто бы прочувствовала торжественный момент и появилась с подносом, полным яств, возле нашего стола. Лучезарно улыбаясь, кудрявая девушка расставляла перед нами тарелки.

— Предлагаю всё-таки поужинать, — произнёс боярин, когда девушка ушла.

И, взявшись за ложку, приступил к борщу. Такой настрой мне нравится! Нельзя дать еде остынуть.

Во время трапезы Андрей Степанович не произнёс ни слова, за что получил плюс пятьдесят очков в моих глазах. Лишь когда мы плотно поужинали и замкнули круг, перейдя к чаю, он задумчиво произнёс:

— Теперь, когда два боярских рода поддерживают вас, вам осталось заручиться поддержкой третьего. И тогда до получения личного дворянства останется лишь небольшой шаг.

Он сделал паузу, положив в чашку ложку мёда. Несколько секунд Мурашов смотрел за тем, как пароход везет по Москве-реке туристов и горожан.

— Вы получили два символа Дружбы невероятно быстро… Но это вовсе не значит, что третий символ вы получите в ближайшее время. Да и без личных заслуг перед Империей трёх символов Дружбы может оказаться недостаточно, чтобы стать аристократом. — Он посмотрел мне в глаза и твёрдо произнёс: — Вам стоит проявить себя в Проклятых Землях. В вашей ситуации это будет верным решением.

— Благодарю, — кивнул я. — Как раз работаю над этим.

Боярин улыбнулся краешком губ и ответил:

— Приятно слышать. Рад, что мои предположения оказались верны. Назвать вас Другом рода — меньшее, что я могу сделать для вас за спасение Алины. Да и вообще, помимо красивого перстня и нового статуса, я хочу даровать вам что-то более прикладное. Убойное, так сказать.

Он взглядом велел одному из своих ратников подойти к нам. Мужчина достал из-под стола длинный чёрный лакированный футляр и, держа его на вытянутых руках, замер рядом со мной.

— Откройте его, Александр, — сказал боярин.

Преамбула Мурашова и внешний вид футляра сумели меня заинтриговать. Затаив дыхание, я провёл рукой по тёплой поверхности футляра и отщёлкнул два позолоченных замка. Откинув крышку, я тихо ахнул и, не скрывая восторга, пробормотал:

— Ух ты… Какая красота… Вживую она даже лучше, чем на фотографиях в глобале.

Я поднялся из-за стола и достал из футляра чёрную, как вороново крыло, магическую штурмовую винтовку. Новейшая модель, что лишь пару месяцев назад вышла на рынок — «Гранит-М».

Краем глаза я отметил, как напряглась официантка, но боярин, повернувшись к ней, поднял руку, призывая девушку не паниковать.

В тот миг мне было плевать на всё, что происходит вокруг.

Уперев приклад в плечо, я прицелился в люстру на потолке. Стрелять, разумеется, не стал — сейчас меня интересовало другое.

— Хороший вес, приятный баланс, — произнёс я, не глядя на боярина. — Убойная мощь тоже должна быть на высоте.

Я видел демонстрацию боевых способностей этой винтовки в глобале, и они впечатляли. При том что в общий доступ явно выкладывают очень урезанные результаты, и в реальном бою она способна на большее. Даже не сомневаюсь в этом — распределяющие узлы расположены очень грамотно, и их много. Они не дадут перегреться каналам маны и выжмут максимум из этого чуда инженерной артефакторики.

А ведь в теории я могу попробовать её модернизировать, используя знания из прошлой жизни — немножко добавить уникальности своему персональному оружию.

К нам уже спешил управляющий рестораном, когда я положил винтовку обратно в футляр и защёлкнул замки.

Мурашов с улыбкой наблюдал за мной. Я обозначил поклон и произнёс:

— Благодарю за ваш дар, Андрей Степанович.

— Ха! — впервые за время нашей встречи громко усмехнулся он. — Как я смотрю, «Граниту» ты рад больше, чем перстню с гербом моего рода.

Боярин бросил холодный взгляд на местного управляющего, и тот, развернувшись на полной скорости на сто восемьдесят градусов, поспешил восвояси.

— Ну что вы такое говорите, Андрей Степанович, — улыбнулся я. — Как можно? Оба подарка очень важны и ценны для меня. И оба помогут моему становлению аристократом. Благодарю.

— Принимаю, — спокойно ответил он. — Документы на право владения «Гранитом» во внутреннем кармашке в футляре. Так как вы теперь Друг моего рода, я вправе даровать вам право владения. Пользуйтесь на здоровье.

С боярином Мурашовым мы посидели ещё минут пятнадцать, по истечении которых он сказал, что ему нужно возвращаться к делам. Он предложил подбросить меня до общежития, и я не стал отказываться — всё-таки лишний раз разгуливать по Москве с винтовкой не стоит.

Оставив свой ценный дар в комнате, я снова спустился в холл.

— Егоров, через пятнадцать минут закрываю двери, — проворчала комендантша.

Я поблагодарил её за предупреждение и вышел на улицу.

Мне кажется, или Зоя Петровна стала чуть добрее? Дела с плотником Мишей у неё идут в гору? Она даже нос в чужие дела совать перестала — за вечер ни разу не спросила у меня, куда это с чемоданом в руках отправилась Марина.

Усевшись на лавку, я уставился в вечернее небо.

Винтовка есть.

Две «Дружбы» от боярских родов — тоже.

А ещё есть возможность стать графом Резановым… Но это билет в один конец.

Как, впрочем, и получение мною личного дворянства. Ведь только один раз можно поменять фамилию. Я либо пойду своим путём и сам добуду себе герб аристократа, либо стану Резановым. Вариант стать личным дворянином, попробовать себя в этой роли и, передумав, стать Резановым, не существует.

Да даже если бы и существовал — я бы его не рассматривал. Не люблю я прятаться у кого-то за спиной. Тем более за спиной старого одинокого дедули-графа.

Но какой бы путь я ни выбрал, мне нужна личная сила и деньги. Узнаваемость имени тоже не помешает — чтобы сильные аристократы со мной считались, а всякая мелочь не тявкала.

Как ни крути, мне нужно быстрее начинать ходить по Проклятым Землям.

Сегодня заканчивается понедельник… В четверг очередная практика с Агатой Игоревной. Нужно приложить все усилия, чтобы убедить её взять меня в Проклятые Земли.

Но и рассчитывать только на эту черноволосую ведьму не стоит.

У меня пиликнул телефон.

«Нет ещё, не сплю», — пришёл ответ от Артёма на мой вопрос.

Усмехнувшись, я нажал на кнопку вызова. Через пару гудков я услышал уверенный голос своего друга:

— Привет, Саня! Рад тебя слышать. Случилось что?

— Разве что только хорошее, — усмехнулся я. А затем, поздоровавшись с Тельцом в ответ, я огорошил его: — Помнишь, мы все хотели отпраздновать мой день рождения и наш выпуск, когда войдём в ритм новой жизни, и всё вокруг чуть устаканится, а? Так вот, дружище, пришло время. Давайте в пятницу соберёмся? Мне тут отличное местечко порекомендовали — «Драный Медведь» называется.

— Какое-то странное название, — с подозрением в голосе произнёс Артём.

— Нормальное! Да и вообще, главное — не название, а атмосфера и контингент. Там, говорят, очень интересные люди собираются. Ну что, нет у вас никаких внеплановых учений в ближайшую пятницу, а?

Глава 14

Через «Воздушного Близнеца» я продолжал наблюдать за Антиповым. Увиденное оставляло у меня двойственное впечатление. С одной стороны, разыскивая свой медальон, преподаватель не пытался сотворить какое-нибудь безумие и кому-то навредить. Он лишь раз за разом перебирал свои вещи да во время прогулок заглядывал под кусты, привлекая к себе удивлённые взгляды студентов и других преподавателей. Это радовало — ведь было бы гораздо хуже, если бы Пётр Антипов как оголтелый пытался узнать, куда же переехала Марина, чтобы найти её и вытрясти из неё свой медальон.

Но!

Настораживало меня другое. Антипов натурально увядал на глазах: весь осунулся, глаза потеряли былой блеск, высокомерие больше не сквозило из каждой позы и каждой фразы. Да чего уж, он вообще начал избегать людей и даже на парах просто давал студентам самостоятельно конспектировать учебники.

А ещё он стал пить по ночам. Просто сидит с бутылкой водки, пялится в стену и пьёт. Потом несколько часов спит как убитый и идёт на работу.

Поразительно, как изменился человек всего за три дня.

Что это за медальон такой, раз его потеря настолько размазала высокомерного Петра Антипова? Что-то запрещённое? Учитывая, как бурно реагирует преподаватель на возможность встретиться с жандармами.

С другой стороны, Антипов носил этот медальон каждый день. Носил в Академии, где полно образованных людей, где учатся эрудированные представители аристократических родов. Вероятность того, что медальон при неудачном движении мог «выпрыгнуть» из-за пазухи Антипова, и его кто-нибудь узнал бы, не особо большая. Но и не нулевая.

Но наш преподаватель шёл на такой риск?

Или всё-таки сам медальон не запрещёнка, и жандармов Антипов опасается из-за чего-то другого?

Обо всём этом я размышлял, когда после теоретической части занятий с ведьмаками и ведьмами Корпуса переодевался для части практической.

Да, половина недели прошла без эксцессов, и наконец-то вновь наступил четверг. Агата, к слову, сегодня кажется чуточку спокойнее, чем в прошлый раз. Может, всё-таки удастся с ней договориться?

Выкинув из головы мысли о странном поведении Антипова, я полностью сосредоточился на предстоящем занятии. Я переоделся и вышел на улицу, и вскоре ко мне присоединился княжич Пермский. Вдвоём мы стояли молча, ожидая остальных наших одногруппников — по совместительству членов нашей «боевой» пятёрки.

— Ну что, все готовы удивить сегодня Агату Игоревну? — весело спросил Иван Медведев, подходя к нам.

— Сдаётся мне, Александр всегда готов, — ровным тоном ответил княжич Пермский своему вассалу. — Как и я. А что насчёт тебя, Иван?

— Я не подведу вас, ваше сиятельство, — с улыбкой ответил парень. — И нашу группу тоже.

— Главное теперь, чтобы нам выдался шанс продемонстрировать разработанную за неделю стратегию, — легко добавил я, глядя на то, как в нашу сторону грациозно и вальяжно направляются две павы — баронесса Завьялова и её несравненная вассалка Анна.

— Судари, уверена, сегодня мы сможем добиться большего, чем на прошлом занятии, — с достоинством проговорила Анна. — Я считаю, мы сможем побороться за победу над Агатой Игоревной.

Повторять свою умную мысль я не стал — обсуждаемая ведьма и её товарищи уверенным шагом приближались к разбившимся на группки студентам.

Как и неделю назад, наши наставники разбились на пары, вторая пара взяла на себя второкурсников, а Агата Игоревна и Марат Измайлович — хмурый ведьмак со шрамом через половину лица —повели нас в другой конец полигона.

— Начнём с контрастной медитации, — коротко объявила Агата. — Садитесь, приступайте. Продемонстрируйте мне, как вы освоили эту технику за минувшую неделю.

Взгляд Вавиловой то и дело останавливался на мне, а её бессменный ведьмак-помощник и вовсе как бы невзначай сместился в мою сторону и замер неподалёку.

— Давайте-давайте! Уселись и закрыли глазки, — поторапливала нас Агата.

Удобно разместившись на траве, я опустил веки. Я не обращал внимания ни на Марата Измайловича, ни на саму Агату, косившуюся на меня. Мне не было никакого дела до других дважды одарённых первокурсников. Я полностью сконцентрировался на своём втором сердечнике и потянул из него Дар «на выход». Смешав ману Второго Дара с маной «обыкновенной», я продолжил концентрировать энергию, вытягивая её всё глубже и глубже…

А затем резко направил обратно во второй сердечник.

Грудь пронзила резкая боль, я стиснул зубы и продолжил направлять Второй Дар глубже в сердечник.

Было больно и тяжело.

Но за неделю я неплохо освоил этот метод медитации. С одной стороны, я стал использовать его более жёстко, отчего тело гудело ещё сильнее, чем в прошлый четверг. С другой же стороны, я нашёл лучший баланс между маной из разных сердечников.

И сейчас я точно знал, что Дар не вырвется наружу.

Продолжая медитировать, я открыл глаза и увидел напряжённую Агату. Ведьма неотрывно следила только за мной, игнорируя других своих подопечных.

Я улыбнулся ей и подмигнул.

Она скривилась и неодобрительно покачала головой.

Что ж, надеюсь, мой посыл дошёл до неё. Сегодня, как неделю назад, я светиться не буду.

— Достаточно! — спустя некоторое время заявила Агата. — Минута перерыв и переходим к активной части занятия!

Студенты неспешно поднимались на ноги. Анна начала плавно разминаться, глядя на неё, и другие первокурсники тоже приступили к разминке.

— Ну что, за неделю кто-нибудь додумался разработать хоть какую-нибудь хиленькую тактику для спарринга со мной один на пять? — резко спросила Агата спустя минуту.

— Конечно, — хмуро ответил ей княжич Владимирский.

— Мы тоже подготовились! — с вызовом заявила Анна.

— Как и мы!

Я не особо удивился тому, что все пятёрки дважды одарённых бойцов захотели взять реванш у нашей ведьмы-преподавательницы.

— Похвально, — сдержанно произнесла Вавилова. — Настоящие воины должны учиться на собственных поражениях. Если ты выжил… — Она сбилась с речи и зажмурилась на пару секунд. Затем резко выдохнула и продолжила: — Если ты выжил — значит, ты не проиграл в полной мере. Значит, у тебя есть шанс сделать выводы, стать сильнее, вернуться и победить. Даже если твои товарищи погибли…

Она замолчала и некоторое время смотрела вдаль пустым взглядом.

Затем резко повернулась в нашу сторону и недобро ухмыльнулась:

— Вы молодцы, что подготовились! Но вы должны понимать, что если вы изменились после поражения, то и ваш противник тоже может измениться после победы над вами. Опираясь на прошлый опыт, вы готовились к одному, но в итоге можете столкнуться совсем с другим. Юноши, вы идёте с Маратом Измайловичем. Девушки — со мной!

Некоторое время на полигоне стояла звенящая тишина.

— Блин… — выдавил из себя Иван Медведев.

Агата махнула рукой и повела девушек налево. Марат Измайлович же сдержанно кивнул направо, мы пошли за ним.

— Представим ситуацию, что вы потеряли часть своей группы в битве с монстром, — на ходу проговорил он. — Победили его, но в итоге появился ещё один, о котором вам ничего не известно. Ваша задача — справиться и с ним. Начнём с лучших. Чтобы у худших тоже был хотя бы малейший шанс.

Ведьмак недобро уставился на меня, Ивана и княжича Пермского. Слева от нас недобро хмыкнул княжич Владимирский. Ну да, две другие пятёрки неделю назад проиграли Агате. Только мы смогли свести спарринг к ничьей.

— Лишние — в стороны, — проговорил ведьмак, глядя себе под ноги, и махнул руками, будто бы отгоняя мух.

— Что он себе позволяет? — недобро пробурчал коренастый невысокий боярин из первой группы, Михаил Хромов.

Вместо ответа княжич Владимирский хлопнул его по плечу и недовольно кивнул в сторону, предлагая одногруппнику отойти.

Дважды одарённые из других групп начали расходиться, перед ведьмаком остались только мы с Иваном и княжичем Пермским…

Как вдруг Марат Измайлович резко вскинул руку, и земля под его ногами изрыгнула три каменных гребня. Эти гребни с невероятной скоростью устремились на нас. В каждом из них я чувствовал Второй Дар ведьмака.

Полуоборотом уйдя в сторону, я гаркнул, стараясь перекричать грохот земли:

— Иван, вихрем сбей свой в сторону. Княжич, укрепи землю под нами!

Во все стороны от гребней устремились каменные пики, а мои слова остались без внимания. Плавно уклоняясь от пик, я мельком наблюдал за своими товарищами. Медведев, ускорив себя ветром, тоже уклонялся и явно не мог помыслить о контратаке.

А, нет, вон на княжича глянул…

Который, к слову, пытался «перебороть» атаку противника. У него и Марата Измайловича одинаковая стихия, учитывая, что ведьмак распыляется на нас троих, такое решение могло бы быть оправданным…

Если бы ведьмак был слабее! А так, каменный щит княжича за пару секунд стал «пищей» для техники Марата Измайловича и, трансформировавшись, стал частью вражеской пики.

— Землю под ногами укрепи! — вновь крикнул я.

Но вместо этого Евгений Евгеньевич отпрыгнул назад и, возведя очередной щит, ударил им пику сбоку. Да, сбил направление…

Но пика рассыпалась в пыль, и тут же воссоздалась в виде маленьких каменных шаров, атаковавших княжича.

А я ведь чувствую, как магия ведьмака преобразует землю. Если княжич обезопасит небольшой кусок земли вокруг нас, у нас будет небольшая фора во времени.

— Иван, вихрем бей сбоку! — рявкнул я и сам выпустил с ладоней небольшой вихрь, разметавший часть пик.

Но Медведев лишь продолжал уклоняться.

Ну что за люди, а? Нормально же общались, когда обсуждали тактику для всей пятёрки против Агаты. Чего сейчас на них нашло? Евгений Евгеньевич решил свои собственные силы опробовать?

— Аркх… — захрипел Иван, пропустив удар затупленной каменной пикой практически в упор. Эта пика вырвалась прямо из-под его ног, потому парень и не успел среагировать.

Он попятился, но к нему летела уже очередная пика.

Я выпустил мощный ветровой серп, срубив её.

— Княжич! — рявкнул я.

— Укрепил! — бросил он, и спустя пару секунд я ощутил его ману под ногами.

Ну наконец-то!

О, Медведев тоже решил меня послушать и создал вихрь!

Я сделал то же самое. Теперь, когда мы действовали слаженно, мы смогли создать вокруг себя безопасную зону. Марат Измайлович прекратил атаковать, застыв напротив нас.

— Окружаем, — тихо произнёс я. — Иван, атакуй в лоб!

Иван решительно кивнул и рванул вперёд. Он запетлял и на бегу создал очередной вихрь, который, правда, через миг снёс мощный каменный гребень.

— С тыла, — бросил я княжичу, пробежав мимо него.

Евгений Евгеньевич рванул в противоположную от меня сторону, как раз в тот момент, когда Медведев пытался защититься от очередного гребня потоком ветра.

Пару секунд спустя в спину Марату Измайловичу ударили каменные шипы. Ведьмак чуть довернул корпус, успев защититься толстой стеной, но в тот же миг я, взмахнув рукой, активировал заранее подготовленный конструкт заклинания. Мощный ветровой серп устремился в ведьмака слева.

В отличие от своих товарищей я не мог использовать Второй Дар — чтобы не допустить визуализации. Однако я с лихвой использовал ману окружающего мира. Преподаватель возвёл каменную стену, но мой серп разрубил её и продолжил путь.

Но опыт прошлых сражений помог ведьмаку, который, будто предвидя, что не сможет справиться с нами, заранее начал отступать. Выпустив сконцентрированную ману, он создал перед собой очередную каменную стену.

Иван, продолжая наседать на ведьмака, едва не врезался в эту стену. Княжич Пермский рванул вперёд и снова оказался за спиной у нашего наставника. Ну а я создал тонкий воздушный поток, который обошёл ведьмака с другой стороны и поднял пыль. Ведьмак среагировал на этот финт и послал каменные пики в пустоту.

Секунду спустя я ударил ему в бок горизонтальным торнадо.

В последний миг Марат Измайлович успел создать тонюсенькую стену и сгруппироваться. Но эти действия лишь немного помогли ему. Он покатился по траве, оказался на одном колене и поднял обе руки вверх, признавая поражение.

— Неплохо, — сухо похвалил нас Марат Измайлович, убедившись, что его больше никто не атакует.

Тяжело дыша, он поднялся на ноги и скривился, глядя на свою изорванную окровавленную одежду.

Он прошёл к скамейке, на которой лежала его сумка, взял бутылку воды и стёр кровь. Во время своей атаки я сдерживался, а ведьмак довольно сильный Адепт, так что кровотечения уже и не было. Он накинул на себя куртку, чтобы не щеголять прорехами в футболке на территории МАУД, и снова окинул нас с парнями взглядом.

— Вы смогли удивить меня. Продолжайте в том же духе, и у вас есть шанс стать настоящими воинами.

Всем своим видом Марат Измайлович демонстрировал, что разговор окончен. Он молча направился обратно на полигон и впился взглядом в княжича Владимирского.

— Следующие, — хмуро произнёс он.

На сей раз первым ведьмак атаковать не стал, дав возможность студентам завладеть инициативой.

— Мы молодцы! — гордо произнёс Иван Медведев, стоя рядом со мной и княжичем Пермским.

— Были бы, — спокойно заметил я. — Если бы сразу действовали слаженно.

— Мы не можем просто так действовать слаженно, — спокойно проговорил княжич Пермский, даже не глядя в мою сторону. — Но спасибо. Ты хорошо среагировал и разобрался в ситуации.

С самым серьёзным видом он повернулся ко мне и протянул ладонь для рукопожатия.

Что ж, посыл мне максимально понятен. Даже когда заранее подготовились и обсудили роли, высшим аристократам зазорно слушать приказы простолюдина. А если это без обсуждения? По умолчанию, так сказать? Разумеется, недопустимо! На глазах у других аристократов-то.

Так что некое своеволие княжич и его вассал были обязаны проявить. А затем продемонстрировать свою разумность, когда в боевой обстановке решили-таки прислушаться к моим «советам».

Я молча кивнул и пожал ему ладонь.

А между тем, перед нами Марат Измайлович разделывал под орех другого княжича и его соратников. Но моё внимание привлёк не их спарринг, а то, что происходило на полигоне на «части девочек».

К ледяной стене, созданной Агатой, решительно подошла Анна.

Вскинув руки, девушка создала водяной поток, что накрыл эту стену и начал её обволакивать.

— Наш Второй Дар усиливает пробивную мощь в одной точке, — проследив за моим взглядом, проговорил Иван Медведев. — А у девушек он действует по площади. Если наш Дар будто бы прорубает, то у них разъедает. Хм… Судя по всему, у нашей Аннушки очень сильный Второй Дар.

— Верно, — отозвался я, глядя на то, как лёд Агаты начал плавиться под водой Анны.

Внезапно Вавилова вскинула обе руки, и её стена восстановилась, заморозив воду Анны.

— Вы молодец, — прочитал я по губам ведьмы. — Хорошо себя показали, Зинаида Константиновна.

Жестом Агата предложила баронессе приступить к испытанию.

Я же продолжил смотреть на Анну. Она устало поправила волосы и хмуро посмотрела на ледяную стену. Анна явно понимает, что Агата сильнее её. Но всё равно требует от себя максимум и сейчас корит себя за то, что не смогла справиться с этой стеной.

Девушка поджала губы и едва заметно покачала головой.

Красивая… даже когда хмурится.

Повернувшись, Анна заметила мой взгляд. Я улыбнулся ей и показал большой палец.

— Пф! — вздёрнула она носик и отвернулась.

Какая милашка, а!

— А-а-а! — полный боли крик заставил меня отвлечься от созерцания прекрасной Анны.

Княжич Владимирский скалился и держался за бок.

— Готовьтесь лучше! — рявкнул ему и его группе Марат Измайлович. — Следующие!

Стоит ли говорить, что следующая группа тоже не справилась с испытанием? А вот нас с парнями даже Агата сдержанно похвалила после завершения занятия.

— На этом всё! — объявила ведьма. — Не забывайте о медитации. Расходимся!

Студенты отправились переодеваться, я же остался стоять на месте.

— Вы хотите что-то обсудить со мной, Александр? — правильно интерпретировала моё поведение Вавилова.

Разумеется, мне было, что с ней обсудить.

Глава 15

«ВЫ НЕ ГОТОВЫ!!!» — примерно под таким лозунгом прошла моя беседа с Агатой после занятий. На все мои доводы — мол, моя группа не проиграла ей неделю назад, а сейчас мы смогли даже справиться с Маратом Измайловичем, и вообще у меня имеется успешный опыт похода в Проклятые Земли — Вавилова отвечала одно и то же. И распалялась всё сильнее и сильнее с каждой секундой.

Ей совершенно не хотелось брать меня с собой на полевую стажировку.

Она едва ли не слюной брызгала, пытаясь донести до меня свою мысль.

В итоге я не стал перегибать, вежливо попрощался с ведьмой, сказав «ещё увидимся», и направился в общежитие.

Вечером я сходил на тренировку с Семёном и Алиной. Отлично провёл время — пообщался с друзьями и отработал новое заклинание, так что настроение у меня было хорошее. Вернувшись домой, я написал сообщение Марине. Девушка ответила, что ещё не спит, и я решил набрать её.

— Привет, красавица, — легко поздоровался я.

На том конце трубки повисло напряжённое молчание.

— Глава, мы ведь договорились с вами: без интима, — спустя несколько секунд выдавила из себя Марина.

— А какой тут интим? — усмехнулся я. — Просто делюсь с тобой хорошим настроением.

— Но… это всё-таки перебор, глава.

— Что ж… — напоказ выдохнул я. — Привет, некрасавица. Так лучше?

— Так ещё хуже, — пробурчала Марина. Пару секунд помолчала, а затем хмыкнула и произнесла: — Первый вариант определённо звучит лучше. Зачтём за дежурный комплимент. Но не более того.

— Молодец, — усмехнулся я. — Продолжай и дальше развивать коммуникативные навыки. С людьми тебе впредь придётся общаться больше, чем раньше. И далеко не каждый человек будет с тобой общаться именно в той манере, которая приятна тебе.

— Учту, — проговорила она серьёзно. — Вы… по делу? Или так?

— Так… по делу. Как устроилась?

— Спасибо, хорошо, — ответила она, не скрывая собственного счастья. — Завтра планирую перевезти вещи.

Я кивнул, припомнив вчерашнее сообщение от Марины. Она быстро нашла квартирку недалеко от МАУД и даже поделилась со мной фотографиями. Небольшая студия вызвала у девушки огромный восторг. Ну ещё бы — новый ремонт, дом практически в центре, и площадь вдвое больше, чем в её конуре в общаге.

— Молодец, поздравляю, — тепло проговорил я.

— Спасибо. Глава, раз ты позвонил, я хотела обсудить с тобой кое-что. Ты слышал о перепродаже различных товаров на торговых площадках в глобале?

— Немногое, — подобрался я.

— Если правильно выбрать товар, то можно продавать, даже не имея собственного склада и своей логистики, — воодушевлённо начала Марина. — Сразу же направлять товар от поставщика на склад торговой площадки. Главное — правильно составить карточку товара, чтобы привлекала внимание. Чистой воды посредническое дело без дополнительных затрат. В первое время я даже одна справлюсь без помощников. А если повезёт договориться с поставщиком об отсрочке части платежа, ещё и меньше средств на вход потребуется!

— Звучит, конечно, интересно, — задумчиво проговорил я. — Но вряд ли всё будет так легко.

— Конечно, — хмыкнула она. — Без тщательного анализа рынка и продающего объявления толку не будет. Но я готова этим заняться, — повторила она решительно.

— Занимайся, — ответил я.

Минут двадцать мы обсуждали детали предстоящего предприятия. У Марины уже было на рассмотрении несколько различных групп товаров. Причём совершенно разных — от женских чулок до каких-то деталей насосов для частных бассейнов.

Глубоко погружаться в тему я не стал — командиру главное в общих чертах разбираться в вопросе. А частное стоит оставить специалистам.

На следующий день наступила долгожданная пятница — конец учебной недели и, надеюсь, начало нового витка в моей жизни. Вечером.

А пока что…

Второй парой у меня стоял семинар с Петром Михайловичем Антиповым. Наша первая очная встреча после потасовки в понедельник. Мне было очень любопытно, как поведёт себя со мной Антипов.

— Приветствую всех! — зайдя в кабинет, быстро поздоровался с нами преподаватель. — Начнём сегодня с проверки домашнего задания. Есть желающие ответить?

Он обвёл присутствующих беглым взглядом и остановился на Анне, поднявшей руку.

— Прошу вас, — кивнул Антипов.

Анна начала рассказ, я же внимательно наблюдал за преподавателем.

Что ж, движения его были резки, а взгляд то и дело бегал из стороны в сторону, да так, чтобы случайно не остановиться на мне — меня он старательно избегал.

Антипов скривился и как-то нервно почесал шею.

Опять почесался…

— У него, что ли, аллергия? — шёпотом предположил Захар Ионов, тоже заметивший чесотку преподавателя.

— Тихо! — гневно шикнула на него баронесса Завьялова, недовольная тем, что кто-то смеет разговаривать во время выступления её вассалки.

В глазах студентов поведение Антипова определённо казалось странным. Я, хоть и наблюдал за преподавателем через Близнеца, тоже был удивлён. Правда, совершенно другим.

Антипову будто бы стало лучше! Да, он дёргается и чешется… Но в целом как будто бы постепенно возвращается в свою норму.

Что случилось?

Каких-либо артефактов я при нём не чувствую.

Ответ я получил тем же вечером, когда призвал «Воздушного Близнеца» с очередного разведывательного рейда и впитал в себя его воспоминания.

Я увидел, как Антипов стоит возле обеденного стола в своём номере и подливает в чай какую-то жидкость из тёмного флакона. Тщательно размешав чай ложкой, он залпом выпил его, зажмурился, и…

Расплылся в блаженной улыбке.

Воздушный Близнец хуже меня чувствует потоки энергии, но всё же он смог ощутить плавное движение маны внутри источника Антипова.

Мой «шпион» был настроен на сбор информации, и потому он несколько секунд пялился на бутылёк, а в итоге я смог изучить наклейку. Названия средства не было, но имелось название алхимической аптеки, где это средство приобрели.

Проверив в глобале, я убедился, что аптека располагается неподалёку от МАУД.

Что ж… средство явно не запрещённое, раз оно есть в свободной продаже, но более мощное, чем обычные таблеточки. Любопытно, это успокоительное? Или всё-таки что-то лечебное, а у самого Антипова какая-то тяжёлая болезнь?

Об этом я думал, пока ехал на такси в бар «Драный Медведь».

* * *

Бар «Драный медведь» встретил меня тёплым золотым светом, запахом дерева и пива, а главное — дружным гоготом отдыхающих внутри ведьмаков и ведьм. На пару мгновений я даже замер на пороге заведения, проникаясь атмосферой безудержного веселья.

А ведь на улице сейчас идёт дождь, и завывает ветер.

— Здравствуй, красавчик, случайно к нам зашёл? — остановилась рядом со мной пышногрудая официантка с двумя белыми косами. В руках она держала сразу восемь глиняных кружек с пивом, и, казалось, их вес совсем не тяготит девушку.

— Привет, прелестница, — улыбнулся я ей. — У меня столик забронирован на имя «Александр Егоров».

Девушка лукаво улыбнулась:

— Какой ты у нас бойкий, красавчик. Проходи в конец зала, твои друзья уже там. — Она махнула кружками вглубь помещения.

Поблагодарив официантку, я под смех и гул двинулся к нашему месту. Я ловил на себе любопытные взгляды других гостей. Кому-то даже приветственно кивал и получал кивки в ответ. Атмосфера мне казалась очень дружелюбной.

Ух ты, какой медведь в центре зала! Где они нашли такую огромную тушу, чтобы сделать из неё чучело? В Проклятых Землях, что ли?

— Саня! Саня, иди к нам! — весёлый голос Глеба отвлёк меня от созерцания главного украшения этого заведения.

Я сразу увидел своих друзей из кадетки. Всемером они оккупировали дальний стол и сейчас весело махали мне руками. На столе перед друзьями уже стояли кружки с пивом, рулька, колбасы и прочие закуски.

— Как же я рад вас видеть, — честно признался я, остановившись рядом со столом.

Первой вскочила на ноги Маша и крепко обняла меня.

— Отлично выглядишь, подруга, — с улыбкой сказал я девушке, когда она отлипла. — Новая причёска тебе очень идёт.

— Спасибо, — чуть смущённо ответила та. — Ты тоже ничего.

Удлинённое каре в самом деле здорово подходило нашей кареглазой шатенке, одетой в синие джинсы и белую маечку.

— Артём, — повернулся я к Тельцу, стоявшим вторым в очереди на братания. — Ты стал ещё мощнее. Тренируешься?

Лукаво улыбнувшись, я уставился ему в глаза.

— А то, — отозвался он.

Для остальных это значило, что Тёма продолжает проводить свободное время на турниках, брусьях и в тренажёрном зале. Я же для себя понял, что парень тайком развивает Печать Тельца. Продолжит в том же духе — и вскоре превратится в настоящую «машину».

Дальше я тепло поздоровался с остальными ребятами — Костей, Глебом, Антом, Егором и Борисом. Последние трое уже полностью восстановились после ранений — Тёма рассказывал, что их училище предоставило парням алхимические мази, и их постоянно осматривал медик.

Проклятье… Я в самом деле был счастлив видеть своих товарищей из кадетки. Удивительное дело, за несколько дней знакомства я довольно сильно прикипел к ним сам — что ни говори, а общий бой сближает.

А ещё, похоже, помять реципиента тоже позитивно реагировала на моих друзей.

— Давайте выпьем за встречу наконец-то! — бойко предложила Маша, когда я-таки уселся за столик.

— За встречу! — поддержал её я.

Мы чокнулись, выпили, и я с жадностью накинулся на рульку.

— Похоже, в МАУД кого-то не кормят, — усмехнулся Глеб, глядя на меня.

— Пусть ест человек, не мешай, — отозвалась Маша. — Артём, попробуй вот эти колбаски. Очень вкусные. Давай я тебе отрежу!

— Ага, спасибо.

— Я тут соус намешала, макни.

— Да, Тёма, макни свою колбаску в её соус, — хохотнул Глеб.

— А ты не завидуй, — сказал ему Боря. — Твоя-то колбаска никого не интересует.

Ребята рассмеялись, Маша закатила глаза и обречённо покачала головой.

Я покончил со своей долей рульки и развалился на диванчике.

— Вкусно тут, — хмыкнул Тёма, глядя на меня. — И атмосфера благожелательная.

— Ага, — кивнул Антон. — Представляешь, к нам уже пару раз подходили местные. Поздравляли и пиво ставили.

— Удивительно, что нас узнали, — закивала Мария. — Неожиданно было.

— Как я понял, дважды одарённые часто поддерживают друг друга, — заметил Егор. — О, опять к нашему столику идут.

Он стрельнул глазами влево — туда, откуда приближались двое подпитых мужчин.

— Привет, ребятки! — поздоровался с нами тот, что был с щетиной. — Добрались-таки до «Драного Медведя»? Молодцы!

— Ух и наделали вы шума! — хохотнул второй — гладковыбритый. — Но я из-за вас сотку проспорил.

— В самом деле? — изобразил я интерес.

— Ага, поставил, что как минимум двое из вас пойдут в Корпус, — охотно пояснил он. — А в итоге ни один не решился. Испугались?

— Выбрали другие варианты, — спокойно ответил я.

— Ну-ну, — хмыкнул он. — А мне кажется, всё-таки зассали. Переоценил я вас.

— Эй, Вась, не мешай ребятам культурно отдыхать, — поморщился второй. — Мы так-то просто поздороваться подошли.

— Так я и здороваюсь. Подумаешь, зассали! С кем не бывает? Не каждый готов жить по чести и защищать людей. Кто-то вот хочет в комфорте жопу просиживать!

Криво улыбаясь, он уставился на меня.

— А тебе больше нравится, когда некомфортно? — спросил я ровно.

— Что? — не понял он.

— Ты жопу просиживать предпочитаешь в неудобстве? На шершавой доске? Или на гвоздях?

— Слышь, мелкий, я…

— Хорош, Вася! Пойдём уже! — Мужик с щетиной за плечо потащил своего друга подальше от столика, а до нас ещё какое-то время доносились их голоса.

— Чего до детишек докопался?

— Ну а чё они!

— Подумаешь, проиграл мне сотку. Мы всё равно её вместе пропили.

— Да не в сотке дело, Игорь! Не в сотке.

Мои друзья насупились и хмуро уставились в тарелки.

— Чего носы повесили? — усмехнулся я. — На каждого алкаша, что ли, так реагировать будете?

— Не, ну… — поморщился Антон и тяжело вздохнул. — Отчасти-то он прав.

— Хочешь в Корпус? — чуть склонил я голову.

— Да не особо, — признался парень. — Но Второй Дар хотелось бы использовать на благо… Ну и… награду за это тоже получать я не против.

— Вот и отлично, — легко произнёс я. — К этому мы все и стремимся. Давайте там у себя в училище прокачивайтесь, а я за это время добьюсь права не только свободно в Проклятые Земли ходить, но и водить туда рейды.

— Выпьем за это! — поддержал мой запал Глеб.

Мы чокнулись и выпили. Заказали ещё по одной. Удивительно, но несмотря на почти полную посадку, ждать пиво нам почти не пришлось.

— А я вот, Саня, за тебя тост хочу поднять, — проговорил Артём, оторвав кружку от стола. — Пора уже, как мне кажется, твоё восемнадцатилетие отпраздновать. Пусть и с задержкой ровно на месяц.

Здоровяк по-доброму улыбнулся.

Я ответил ему такой же улыбкой. Забавно… в самом деле ровно месяц прошёл с тех пор, как я очутился в новом мире. Столько всего произошло всего лишь за месяц…

А сколько ещё произойдёт.

— Мы хотим поздравить тебя, Саня, — продолжил Телец. — Вручить подарок от всех нас. Долго думали, что тебе подарить…

Он сбился и замолчал. Но Маша тут же подхватила:

— Я хотела, чтобы подарок был обязательно красивым. Но ребята смогли меня переубедить, что главное — чтобы он был полезен. Но, знаешь, я считаю, что он всё равно красивый. И в том, что пользу тебе принесёт, тоже есть своя красота. Но… хотелось бы, чтобы ты им всё же не пользовался. Чтобы не было повода!

— Однако это вряд ли, — сдержанно добавил Антон. — Повод всегда найдётся.

Я переводил взгляд с одного на другого, гадая, что же они такое придумали.

Судя по оговоркам, вариантов не особо много.

— В общем, Саня, с прошедшим днём рождения, — пробасил Тёма и, достав из кармана красивый красный бутылёк, протянул его мне.

— Счастья-здоровья! — захлопала Маша.

— Вот-вот, «здоровья», — хохотнул Глеб.

Остальные ребята тоже высказались, мы громко чокнулись и выпили. После этого, когда снова уселись, я с интересом начал разглядывать бутылёк.

— Зелье восстановление третьей ступени? — раздался справа от нас жизнерадостный бас.

Я усмехнулся и повернулся на голос.

К нашему столику уверенной походкой приближался двухметровый отлично сложенный мужик в красной майке. Заметив его, Артём замер, с завистью во взгляде пялясь на мощную фигуру Григория Осётрова.

Того самого ведьмака, который и порекомендовал мне посетить «Драного Медведя».

— Рад встрече, — поднявшись из-за стола, протянул я ему руку.

— Взаимно, — ответил ведьмак и улыбнулся. — Приятно, что ты послушал меня. А это, стало быть, твоя бравая команда? — кивнул он на столик. — Вроде вас должно быть больше, не?

— Не все из одиннадцати выживших готовы сидеть за этим столом. Но тех, кто сидит, я с радостью представлю.

Осётров плюхнулся на свободное место и велел принести ему кружку пива. Чокнулся с нами, выпил пол-литра залпом за знакомство и похвалил подарок, который мне сделали ребята на день рождения:

— Третья ступень очень сильная. И дорогая. Ребятки тебя уважили, командир, — улыбнулся он.

Мои друзья засмущались.

— Я знаю. Спасибо вам, — тепло поблагодарил я друзей.

— Ладно! — хлопнув по столу, поднялся Осётров. — Посидел бы с вами ещё немного, но у меня намечается мероприятие с участием дамы. Всего хорошего, молодёжь! Рад знакомству!

Он бодро помахал нам рукой, а затем замер, с подозрением покосившись на меня. Чуть приблизившись, он склонился над моим ухом:

— Не люблю я распускать слухи о братьях и сёстрах. Но это ведь и не слух, верно? Я просто рекомендую тебе сходить отлить именно в дальний сортир и по пути полюбоваться красотой барной стойки.

Он выпрямился и заговорщически подмигнул напоследок.

Когда Осётров ушёл, ребята принялись делиться мнением на его счёт. Впечатление на молодых дважды одарённых он произвёл исключительно положительное.

— А какой он огромный, а! — с восторгом выпалила Маша.

— Я в его возрасте буду ещё больше, — хмуро заметил Тёма.

— Главное, чтобы не в животе, — хохотнул Глеб.

Достав телефон, я помахал им и извинился перед ребятками — типа мне надо срочно кому-то позвонить. На деле же я не хотел, чтобы прямо сейчас кто-то увязался со мной по малой нужде.

Но в сторону «дальнего сортира» прогуляться стоило.

Что там за особенная барная стойка, на которую мне нужно обратить внимание?

О… понятно…

Глава 16

За стойкой возле стены сидела грустная черноволосая женщина в чёрной рубашке и в полнейшем одиночестве пила неразбавленный виски. Я не успел первым подойти к ней — на свободный барный стул рядом с женщиной плюхнулся здоровенный бритоголовый бугай и громко воскликнул:

— Здорова, подруга! Артур, дай мне пива! — махнул он рукой высокому, подтянутому бармену с чёрными бакенбардами.

Вавилова Агата Игоревна — а грустной одинокой женщиной была именно эта ведьма — кинула на здоровяка быстрый взгляд и скривилась.

— Чего морщишься, подруга, а? — прогремел бугай и осклабился. — Когда долг отдашь? Мы договаривались на две недели.

— Ты говорил, что можем продлить срок, — скупо ответила Агата. — Если ты не против…

— Планы изменились, подруга, — покачал головой здоровяк. — У Алипа в лавке появился отличный артефактный топор третьей ступени с дополнительными эффектами на огонь и ветер. Этот топор мне очень нужен, и я уже забронировал его. Но чтобы выкупить его, мне нужны деньги, подруга. Так что возвращай долг сегодня же. Полночь — крайний срок.

— Но я не могу тебе сейчас отдать, Михей! — выпалила Агата. — Честное слово! Ты говорил, что тебе не горит! А сейчас просишь! Ты же сам знаешь… — Она поджала губы и поморщилась. — Сам знаешь, в какой я ситуации оказалась.

— Денег нет, а виски хлещешь? — скривился здоровяк, покосившись на кружку ведьмы.

Многие собравшиеся в баре уже смотрели в их сторону. Кто-то подошёл ближе. Некоторые будто бы шли в туалет, но остановились, чтобы посмотреть на развернувшееся шоу.

— Михей, не нагнетай, — хмуро произнёс бармен. — Я угощаю Агату. В подобных ситуациях мы должны поддерживать друг друга. Ты сам прекрасно знаешь, что такое Проклятые Земли. И товарищей тебе терять тоже доводилось.

— Доводилось! — рявкнул здоровяк. — Так что я прекрасно знаю, что чтобы избегать подобного, нужно быть сильным и владеть лучшим снаряжением. Вот мы и вернулись к изначальному вопросу о снаряжении, Агата, — холодно уставился он на неё. — Мне нужны мои деньги. Плати!

Михей достал из внутреннего кармана какую-то смятую бумажку и высокомерно потряс ею перед Агатой.

Долговая расписка?

Ведьма заскрипела зубами, не отводя взгляда в сторону. Обстановка накалялась. Агата резко вскочила с барного стула, и…

— Я закрою её долг, сударь! — выкрикнул я, оторвавшись от толпы зевак, и направился к дальнему краю барной стойки.

Подпитые ведьмаки и ведьмы изумлённо уставились в мою сторону.

— Егоров? — опешила Агата.

— Ты ещё кто такой? — хмуро спросил Михей, когда я остановился перед ним.

— Всего лишь стажёр Агаты Игоревны. Так сколько вам денег должна моя куратор?

— Егоров! Не лезь не в своё… — начала было Агата, но громкий голос Михея перебил её.

— Десять тысяч! — с вызовом произнёс Михей и уставился на меня сверху вниз, не сомневаясь, что такая внушительная сумма напугает меня.

— Всего-то? — искренне удивился я. — Пожалуй, не так и хорош тот топор…

Со всех сторон зазвучали одобрительные смешки.

— Он стоит двадцать две тысячи! — рявкнул Михей, подавшись вперёд. — Ты…

— Я заплачу, как и сказал, — ровным тоном перебил я его и достал телефон. — Переводом принимаете?

Михей недобро поморщился, но кивнул. Я уставился на экран телефона, пару секунд размышлял, а затем снял нужную сумму со счёта с ежедневными процентами. Надо будет не забыть Марину предупредить, а то проснётся моя управляющая и денег на счёте не обнаружит — так её и удар может хватить.

— Диктуйте номер, — бросил я Михею.

— Егоров не на… — попыталась было в последний раз возразить Агата, но, наткнувшись на мой взгляд, замолчала, поджала губы и благодарно кивнула.

Телефон пискнул, когда пришло уведомление о списание средств. Я поднял тяжёлый взгляд на Михея и произнёс:

— Отправил.

Он недобро уставился в экран своего смартфона, а затем, после уведомления, процедил:

— Пришли. — Здоровяк поднял глаза, огляделся и осклабился: — Теперь топорик будет мой!

— Поздравляю, — сухо ответил я. — Расписку верните Агате Игоревне.

Он криво усмехнулся и покачал головой.

— Какой же дерзкий стажёр, а!

— Расписку, — с нажимом повторил я и протянул руку.

Михей взял с барной стойки налитую для него кружку пива, залпом осушил её и поставил обратно. Затем развернул смятую расписку, продемонстрировал её Агате, показал мне и вальяжно разорвал на мелкие кусочки, которые высыпал в кружку.

— Долг закрыт, — высокомерно произнёс он. — Отдыхайте!

Он развернулся и тяжёлой походкой направился вглубь зала к своему столику.

Агата, будто не веря своим ушам, глядела ему вслед. Затем перевела взгляд на меня и проговорила:

— Спасибо, Александр… Я обязательно всё верну, и…

— Красавчик, парень!!! — перебил её громкий мужской голос.

— Отлично исполнено!!!

— Хорош!!!

— Поздравляю, Агата! Отличный у тебя стажёр!!!

Со всех сторон звучали одобрительные выкрики, послышались первые аплодисменты, и через пару секунд уже все зрители мне рукоплескали.

Не растерявшись, я с улыбкой отвесил им поклон.

— Ай, молодец!!! Эй, Артур, столик ребят за мой счёт!

— Нечестно, Паша, я тоже хотел угостить молодёжь!

— И я!

— Короче, Артур, счёт молодёжи на нас всех разделишь! Слышишь, Егоров? Старшие угощают, отдыхайте!

Я кивнул и показал большой палец ведьмакам, решившим оплатить наши посиделки. А затем повернулся к Вавиловой и легко произнёс:

— Агата Игоревна, негоже в пятничный вечер пить в одиночестве. Пойдёмте за наш столик. Нас всё равно угощают.

— За ваш? — подобралась она. — Вы со своей группой из МАУД? Не стоит преподавателю…

— Не из МАУД, — отрезал я и, взяв её за запястье, потянул за собой.

— Парень, не газуй, она замужем! — хохотнул кто-то из отдыхающих ведьмаков.

— Прошу прощения за это, — через плечо улыбнулся я опешившей Агате. — Просто вы тормозите, а часики-то тикают. Нам с ребятами бы ещё по общагам успеть разъехаться до начала комендантского часа.

Мои друзья встречали нас удивлёнными взглядами.

— Я думал, что там за суета… — ошарашенно проговорил Глеб. — Нужно было догадаться, кто в эпицентре событий.

— Вы? — удивлённо уставилась на них Агата. — Ух ты… рада, что вы поддерживаете связь после выпуска. А где остальные? — Она напряглась, пробежавшись взглядом по каждому из нас. — Вас ведь было одиннадцать.

— Один в шоке, два — предатели. Но все живы, — быстро произнёс я, не желая вдаваться в подробности. — Присаживайтесь, Агата Игоревна! Девушка! — махнул я официантке. — Подойдите к нам, пожалуйста.

Пока готовили заказ, ребята осторожно присматривались к ведьме, а она к ребятам. К счастью, блюда и напитки в «Драном Медведе» подают довольно быстро, так что вскоре я смог поднять очередной тост.

— Друзья, хочу выпить за ведьм и ведьмаков Корпуса. За то, что они служат Империи и защищают её подданных. И всегда приходят на помощь нуждающимся.

Агата напряглась от моих слов, но что-то против сказать не успела.

— За ведьмаков и ведьм! — поддержал меня Артём.

— За Корпус!

— За тех, кто сражается с тварями!

— За вас, Агата, — мило улыбнулась Вавиловой Маша.

Зазвенели стаканы, и мы снова выпили.

Затем потянулись к закускам.

— Я на всю жизнь запомнила тот миг, когда монстры штурмовали наше укрепление, — жуя сырную палочку, задумчиво проговорила Мария. — Тогда я верила, что Саша, Костя и Артём успеют вернуться с подмогой. Но… всё равно было страшно. И всё же подмога пришла. Не та, на которую я рассчитывала, но ещё более мощная и величественная. Ваши товарищи тогда смели этих мерзких волков, Агата! Не оставили им шанса! Это было очень впечатляюще.

— Спасибо… — тихо пробормотала Вавилова, не отрывая взгляда от своего стакана с виски.

— Надеюсь, мы с ребятами тоже сможем так же сражаться, — улыбнулась Маша, не сводя глаз с опытной ведьмы.

А Агата даже не смотрела на нас. Она сжалась и замерла.

Неожиданно черноволосая ведьма повернулась ко мне и неуверенно проговорила:

— Вы… ведь всё слышали, да, Александр? Там… у стойки от Михея?

— Слышал, — кивнул я. — Примите мои соболезнования.

Ребята за столиком напряглись и недоумевающе уставились на нас.

— Спасибо… — вздохнула Агата. — Но… Эх, вы так рвётесь в Проклятые Земли со мной, Александр, но вы даже не понимаете, что это такое! Вы видели мою группу. Вы говорите, что вас восхитила наша сила?

— Сила, слаженность, взаимоподдержка, — ровным тоном перечислил я.

— Вот! — подняла она указательный палец. — Месяц назад нами восхищались! А что сейчас? Со мной лишь трое человек, Александр… Из двадцати!

Она хлопнула ладонями по столешнице и уставилась на нас.

— Что произошло? — с искренним участием спросила Маша. — Как… Как так вышло?

— Вы ведь в самом деле работали как один организм, — поддержал её Костя. — Я уверен, к каждому походу вы готовились, и…

— Готовились! — перебила его Агата. — За четыре последних года мы не потеряли ни одного товарища! Ранения, конечно, случались… Но мы восстанавливались после них и снова шли в бой. Четыре года, представляете? А в итоге всё изменилось лишь за один день.

Она тяжело вздохнула и, поймав взгляд официантки, жестом велела принести ей очередной стакан виски.

— Я не знаю, почему так, но в последнее время Проклятые Земли появляются слишком часто, — резко произнесла Агата, окинув нас взглядом. — Чаще и кучнее, чем раньше. Через несколько дней после того, как мы закрыли Проклятые Земли в Химках, недалеко от столицы появились новые Проклятые Земли — на востоке от Дмитрова. Слышали об этом?

Я молча кивнул — в новостях писали об этом, подчёркивая, что «никто из гражданских лиц не пострадал».

— Дежурной пятёркой Корпуса заткнули эти Проклятые Земли, — процедила ведьма. — Когда мы прибыли, из этой пятёрки на ногах держались лишь двое, и оба были ранены. Один мёртв. Двое тяжело раненых, не способных продолжать бой — на данный момент один из них скончался, а второй в коме. Но дежурные выполнили свой долг — задержали монстров до прихода подкрепления. Мы помогли им с эвакуацией, передали данные и начали исследовать новорождённые Проклятые Земли. Было понятно, что с наскока их не закрыть. А значит, необходимо проредить их, чтобы монстры не лезли на Большие Земли, собрать информацию и спокойно подготовиться к масштабному рейду, до того, как Земли «обоснуются».

Она вздрогнула и поджала губы.

— Ваш тройной виски, пожалуйста, — поставила перед ней стакан официантка.

— Благодарю, Лида, — выдавила улыбку Агата, одним глотком осушила половину стакана и продолжила: — Своё дело мы прекрасно знаем. Работа шла слаженно, мы убивали монстров, осторожно продвигаясь вперёд. Дежурные предупредили о двух мощных Асах… Мы были готовы к их появлению, не разделились… — Она замолчала, а потом вдруг резко выпалила: — Но Асов оказалось четверо! И напали они вместе с мелочью! А за ними стоял Вожак!

Ведьма влила в себя остатки виски и откинулась на спинку кресла.

Я, не мигая, смотрел на неё, мои друзья, затаив дыхание, ждали продолжения рассказа. Антон не выдержал и ошарашенно пробормотал:

— Принято считать, что на периферии Проклятых Земель, особенно новорождённых, водятся лишь Хищники — монстры первого ранга. Асы на окраине редкость. А Вожаки…

— Вот именно, — выдохнула Агата. — За двенадцать лет, что я хожу по Проклятым Землям, такое я встретила впервые. Мне доводилось сражаться с Вожаками на Большой Земле, когда сборные команды Корпуса зачищали последствия массовых прорывов монстров из старых Проклятых Земель. Гораздо чаще я сражалась с Вожаками рядом с Ядром… перед тем, как закрыть Проклятые Земли. Но чтобы так далеко от Ядра — никогда. За двенадцать лет я ни разу не сталкивалась с тем, чтобы новорождённые Проклятые Земли были такими мощными. Если Вожак сразу бродит далеко от Ядра, страшно представить, что за тварь обитает у самого Ядра этих… — Она скривилась и будто бы повторила за кем-то: — Дмитровских Проклятых Земель.

— Их до сих пор не закрыли, да? — быстро уточнил Артём.

Агата помотала головой. Несколько секунд она молчала, а затем сдавленно произнесла:

— Мы оказались не готовы встретиться с такой силой. Четыре Аса, мелочь, Вожак… возможно, мы бы смогли зачистить их, если бы, обладая информацией, разработали план и сами напали бы. Мы бы потратили кучу ресурсов… но, вероятно, справились бы без смертельных потерь. А так — семеро моих друзей погибли на месте. Ещё двое позже в больнице. Трое остались инвалидами… но, надеюсь, этот вопрос мы решим протезами. Двое, к счастью, идут на поправку. А двое последних… — Она сглотнула подступивший к горлу ком. — Среди которых и мой муж Леонид — лежат в коме и вряд ли откроют глаза в ближайшее время.

— Это ужасно… — прошептала Маша.

— Н-да… — хмуро проговорила Агата.

— Но хорошо, что вы хотя бы смогли отступить и эвакуировать выживших, — попытался подбодрить её Антон. — Вы молодец, что отогнали монстров и создали для себя шанс.

Он неловко улыбнулся, но тут же стушевался под пылающим взглядом Вавиловой.

— Отогнали? — повторила она. — Вы не так поняли. Мы уничтожили напавшую на нас группу! Я лично вырезала мозги Вожаку! Но этого оказалось мало. В этих Проклятых Землях позже обнаружили ещё двух Вожаков! Хорошо хоть они первыми не нападали на братьев и сестёр. Сейчас эти Проклятые Земли обосновались и больше не считаются новорождёнными. Из-за этого моя группа получила минус в рейтинг. Как, впрочем, и за то, что в нашей группе много погибших и тяжело раненых. Всё это ведёт к снижению премий, снижению уровня допуска… А мне нужно было поддержать семьи погибших, помочь раненым и их семьям тоже. Мне нужно было оплачивать лечение… Накоплений и трофеев с того злополучного похода не хватило, пришлось искать деньги. — Она грустно посмотрела на меня и усмехнулась. — Ну а дальше вы знаете, Александр. У кого-то пришлось занимать, пришлось согласиться на предложение поработать в МАУД. Так-то это почётно и престижно, но при других условиях я бы не стала преподавать студентам.

— Зато благодаря этой вашей работе мы с вами смогли сблизиться, — улыбнулся я.

— Да… — выдохнула она. — Александр, я обязательно верну долг, и…

— Не спешите с этим, — перебил её я. — Лучше в самом деле возьмите меня к себе на стажировку. Вам ведь нужен ещё один хороший боец, чтобы собрать полную пятёрку?

— Всё не уймётесь? — горько усмехнулась женщина. — Готовы идти даже с таким неудачливым командиром?

— Четыре года без потерь — достойный результат, — парировал я. — А столкнуться с совершенно не прогнозируемой ситуацией, увы, может каждый. Агата Игоревна, хватит отказываться. Я помогу вам заработать денег на трофеях и постепенно вернуть вашей группе репутацию. Вы тоже поможете мне.

— Чем? — спросила она предельно серьёзно.

— Примерно тем же, — в тон ведьме ответил я. — Мне тоже нужны деньги и репутация. А точнее — слава.

Несколько секунд она буравила меня тяжёлым взглядом, а затем резко вскинула руку и выкрикнула:

— Лида! Неси ещё напитков и закуски!

Вновь переведя на меня взгляд, Агата уверенно улыбнулась и заявила:

— Нужно отпраздновать удачную сделку.

Сказав это, она протянула мне изящную ладошку.

Рукопожатие Агаты оказалось очень крепким.

Глава 17

В итоге за нашим столиком Агата даже смогла расслабиться и, хочется верить, немного отдохнуть.

А затем она первой уехала на такси, сославшись на то, что нужно готовиться к новому походу в Проклятые Земли — подобрать лучший вариант для моей первой стажировки.

Когда ведьма уехала, мы с ребятами ещё некоторое время кутили. К нам подходили ведьмаки, пили с нами, говорили добрые слова… Никто больше не пытался катить на нас бочку. Разве что пару раз я замечал злобные взгляды Михея, поглядывавшего на нас из-за своего столика.

Но обошлось без происшествий. Разве что я чуть не опоздал в общежитие — залетел внутрь, когда комендантша уже шла закрывать замок. Зоя Петровна не удержалась и обворчала меня, но моё настроение было слишком уж хорошим, чтобы обращать внимание на такие мелочи.

Утром у меня зазвонил телефон.

— Доброе утро. Разбудила? — легко спросила Агата.

— Доброе. Да нет, я уже пробежку сделал, сейчас на турничках, — в тон ей ответил я, стоя на одной из спортивных площадок МАУД.

— Ух ты! Похвально, — одобрительно произнесла она. — Ну тогда не буду отвлекать тебя, скажу лишь, что определилась с Проклятыми Землями. В пятницу я отмажу тебя от учёбы, поедем с утра. Так что готовься. В четверг занятия по расписанию. Пока!

Я попрощался с ней, и ведьма быстро положила трубку.

Глядя на экран смартфона, я улыбался. После наших посиделок Агате явно стало немного легче. Это радует — давящая грусть сковывает человека, в том числе и в бою. Порой негативные эмоции можно использовать для временного усиления, но постоянный негатив, наоборот, лишь ослабляет тебя.

Отлично, возможно, мне ещё удастся увидеть жизнерадостную Агату.

Но это в будущем.

А конкретно сейчас я вижу другую хмурящуюся девушку, которая лёгкой трусцой бежит к спортивной площадке.

— Доброе утро, Александр, — поздоровалась со мной Анна, облачённая в обтягивающие спортивные лосины и чёрную курточку до пояса. Её шелковистые тёмные волосы были собраны в высокий хвост.

— Доброе утро, Анна, — ответил я, приветливо улыбаясь. — Вы сегодня ранняя пташка, а ведь выходной — можно и подольше поваляться в тёплой постельке.

Она остановилась рядом со мной, переводя дыхание. Её глаза внимательно изучали меня, словно пытаясь отыскать какой-нибудь изъян.

— Железная дисциплина не делит неделю на будни и выходные, — ответила она, положив ладони на брусья и начав грациозно растягивать спину. Я замер, наблюдая за этим великолепием со стороны. Девушка выпрямилась и хмуро добавила: — Сказала бы, что вы, Александр, и дисциплина несовместимы. Но это не совсем так, раз субботним утром вы тоже оказались на спортивной площадке.

Я усмехнулся, взялся обеими руками за вертикальную стойку турника, и плавно оторвал ноги от земли. Медленно подняв их, я вытянулся во весь рост, параллельно земле, став похожим на флаг, развивающийся на флагштоке. Драконий флаг, как называют это упражнение наши соседи из Поднебесной.

Подул ветер, моя футболка задралась, оголяя напряжённый пресс. Анна, внимательно наблюдавшая за мной, не сдержалась и заострила своё внимание на моём рельефе.

— Спорт — моя страсть, Анна, — проговорил я, продолжая выполнять упражнение.

Девушка округлила глаза, явно удивлённая тем, что мой голос даже в такой момент звучит ровно и не дрожит.

— Он помогает держать себя в форме и быть готовым к любым испытаниям, — продолжил я. Заметив, что она вновь заинтересованно рассматривает кубики на моём животе, я усмехнулся и добавил: — А ещё девушкам сложно отвести взгляд от моего красивого тела — тоже приятно, знаете ли.

Анна фыркнула и отвернулась.

Несколько секунд она стояла спиной ко мне. Сказать ей, что её спортивный зад отлично выглядит в этих легинсах?

Девушка осторожно обернулась через плечо и посмотрела мне в глаза. Я улыбнулся и начал поднимать ноги ещё выше. Сделав рывок, я разжал пальцы и запрыгнул на турник. Анна изумлённо смотрела на меня, я же широко улыбнулся и развёл руки в стороны.

— Сейчас вы явно использовали ману, — проворчала она. — Не стоит это делать во время занятий спортом.

— Но выглядело эффектно, — усмехнулся я, присев на «жёрдочке».

Взявшись за турник двумя руками, я перекувыркнулся, плавно выпрямился и спрыгнул на землю.

Анна ничего не ответила. Вместо этого она подошла ближе ко мне и дёрнула носом.

— Скажите ещё что-нибудь, — требовательно произнесла девушка.

— Что? — усмехнулся я. — Вы так хотите послушать мой голос?

Она снова дёрнула носом, демонстративно скривилась и отошла на шаг.

— Вы пахнете алкоголем, — смешно сморщив носик, произнесла девушка. — Неужели вы вчера вечером были на какой-то вечеринке? Я видела, что вы вернулись на территорию Академии почти под закрытие.

— Вы продолжаете следить за мной? — усмехнулся я.

— Что? — выпалила Анна. — Что вы себе позволяете⁈ Конечно нет! Я сопровождала свою госпожу во время вечернего променада! Прогулки на свежем воздухе благоприятно влияют на качество сна. В отличие от алкогольных вечеринок. — Анна выдохнула, выдавила из себя улыбку и, пытаясь изобразить участие, спросила: — С кем вы вчера так сильно отдыхали, что от вас до сих пор пахнет?

Она отвела взгляд и принялась разглаживать свои красивые волосы.

Ну что за милашка, а?

— С друзьями, — легко ответил я.

— Наверное, с теми же, с которыми и в прошлый раз? — осторожно уточнила она.

Имеет в виду ту ночную битву с культистами, когда мы спасали Алину, а потом на следующий день я все пары зевал?

— Нет, с другими, — всё так же легко ответил я, наблюдая за Анной.

Она повернула головушку и поинтересовалась:

— Наверное, и девушки у вас там были?

— Конечно! — изобразил я удивление. — Как же без девушек?

Она округлила глаза и начала гневно раздувать ноздри.

— Вон как… из дома выйти не можете без женского внимания, да? Ну вы и…

Подавшись вперёд, я взял её за руку. Анна замолчала на полуслове и испуганно сжалась.

— Что вы опять… — прошептала она и совсем стихла.

— Я уже говорил вам, Анна, — проникновенно произнёс я. — Если вы хотите проводить время со мной — скажите об этом прямо. Обещаю, вам я ни за что не откажу. — Глядя в её красивые карие глаза, я искренне улыбнулся.

Внезапно по ушам ударил остервенелый крик:

— АННА!!! ВОТ ВЫ ГДЕ!!! Егоров, отойди от неё!!!

Бросив взгляд Анне за спину, я увидел стремительно приближающуюся к нам мелкую чёрненькую баронессу.

— Ваша телохранительница вас нашла, — усмехнулся я.

— Не телохранительница, — мотнув головой, ответила Анна. — Госпожа.

Анна осторожно потянула руку. Я не стал её удерживать и отпустил. Подмигнув девушке, я отошёл на шаг и, глядя на баронессу, весело выкрикнул:

— Ваше благородие! Догоните меня на улице, и я больше не подойду к Анне!

— Держись, Егоров! — прорычала Завьялова, ускорившись ещё больше.

— Не бойтесь, Анна, не догонит, — помахав ей, я резко рванул с места.

Ну а что? Всё равно хотел тренировку пробежкой завершить.

* * *

Баронесса Завьялова оказалась удивительно быстрой, словно её стихия — не огонь, а ветер. Я даже подумал, вдруг она открыла вторую стихию? Но это невозможно для тех, кто ещё не дорос до Иерарха.

Так что девушка просто очень спортивная и умеет максимально эффективно усиливать своё тело с помощью маны. Баронесса явно с детства очень много и жёстко тренировалась.

Но меня она, разумеется, не догнала. Взлетев на крыльцо общежития, я развернулся и помахал ей рукой. Завьялова остановилась, гневно топнула и яростно вскинула руки к небу.

— Не подходи к ней, Егоров! — прокричала она.

— Проигравший не имеет права что-то требовать, — усмехнулся я. — Хорошего дня, ваше благородие.

Вернувшись в номер, я принял душ и приступил к завтраку. И вот когда я намазывал на хлеб с маслом паштет из индейки, у меня зазвонил телефон. Скосив взгляд на экран, я усмехнулся.

Ещё только утро, а уже третья интересующая меня девушка жаждет со мной пообщаться. Сперва куратор, затем Анна, теперь вот управляющая финансами.

— Привет, Марина, — ответил я по громкой связи.

— Здравствуй, глава. Скажи мне, пожалуйста, что за ужасное сообщение ты прислал мне посреди ночи?

— Это было в пол-одиннадцатого, — усмехнулся я.

— Я уже настраивалась на сон. А после этого сообщения мне ещё полтора часа пришлось настраиваться. Но сразу звонить я не стала, решив, что утро вечера мудренее.

— Правильно решила, — похвалил я управляющую, откусив свой бутерброд.

М-м-м… хорош паштет! Надо бы его сразу весь съесть, а то постоит в открытой банке и хуже станет.

— Глава, мы с тобой обсудили план экономического развития твоего будущего рода, ты согласился. А затем взял и выдернул десять тысяч, на которые я уже рассчитывала. — Марина пыталась говорить спокойно, но я слышал лютое возмущение в её голосе.

— И? — спросил я, откусив ещё часть.

— Нельзя так делать, Александр! — вспылила она. — Нельзя просто так тратить деньги рода по своему разумению!

— Ха-ха, — засмеялся я.

— Тебе ещё смешно? — прорычала Марина. — Речь не о какой-то мелочи, а о десяти тысячах! Нельзя брать такие суммы без согласования с управляющим!

— Мне у тебя, что ли, теперь свои собственные деньги выгрызать придётся? — продолжал веселиться я.

— Зачем выгрызать? — неожиданно спокойно проговорила девушка. — Используй свои личные средства как тебе угодно — твоё довольствие мы уже обсудили. Но средства твоего будущего рода нужно использовать только по целевому назначению.

— Молодец, — в тон ей ответил я. — Именно такой ответ и должен звучать от моего управляющего. Повезло мне с тобой.

— Спасибо, — чуть удивлённо проговорила она. — Но насчёт денег…

— Считай, что их трата — не прихоть твоего сумасбродного главы, а внезапное вложение, — спокойным голосом пояснил я. — Когда подворачивается крайне выгодная сделка, разве не нужно приложить все усилия, чтобы в ней поучаствовать?

— И каковы ожидаемые дивиденды?

— Благодаря этим десяти тысячам я смогу ходить в Проклятые Земли, Марина. В ближайшую пятницу у меня первый выход. А стало быть, и первые трофеи.

На том конце повисло напряжённое молчание.

— Марина? — удивлённо позвал я девушку. — Ты ещё тут?

— А? Да, прости… Просто это так неожиданно, — пробормотала она.

— В смысле? — удивился я. — Я ведь говорил, что собираюсь туда за трофеями.

— Да, говорил, — растерянно ответила управляющая. — Но, честно сказать, я думала, это будет позже… А не прямо сейчас.

— Так ведь чем раньше, тем лучше!

— Да… Просто… ну… Ты, пожалуйста, будь там осторожен, ладно? Напрасно не рискуй, денег мы и на мирной стезе заработаем. Ни один даже самый ценный трофей не стоит твоей жизни и твоего здоровья, Александр. — В голосе девушке слышались нотки мольбы.

Чего это она?

Ну нет, так дело не пойдёт.

— Марина, ты должна верить в своего главу, — произнёс я твёрдо.

— Я верю! Честно! Но ведь это Проклятые Земли, Александр! Их обитатели гораздо опаснее, чем обезумевший преподаватель Академии! Там реально можно погибнуть, и…

— Я знаю, — ответил я сухо. — Я был там.

— Да… Прости… Я не пытаюсь тебя отговорить, просто…

Она совсем растерялась и замолчала.

Да уж, Марина, несмотря на все её таланты, обычная простолюдинка. Таких, как она, Проклятые Земли в самом деле ужасают.

— Не переживай за меня, Марина, — ответил я спокойно. — Ты уже должна была убедиться, что я умею держать под контролем любую ситуацию. Я иду в Проклятые Земли не ради каких-то безумных геройств, а ради трофеев, славы и помощи людям.

— Помощи? — переспросила она.

— Конечно, — усмехнулся я. — Такие, как я, обязаны сражаться с монстрами на передовой, а не отсиживаться в комфортных кабинетах.

— Я… поняла, — выдохнула девушка. — Прости ещё раз за эту вспышку. Испугалась, представив, что могу так быстро потерять своего первого работодателя. Прости, глава! Больше такого не повторится!

* * *

Выходные пролетели довольно бодро, и наступила третья учебная неделя. Наша группа продолжала сплачиваться — каждое утро все здоровались друг с другом, на переменках шутили… Та стычка в столовой положила начало нашему объединению, а после победы в групповом соревновании по стрельбе атмосфера внутри группы стала ещё более дружественной.

Пожалуй, чтобы ещё больше сблизиться с некоторыми своими одногруппниками, мне необходимо уже наконец-то переехать в общагу для студентов. После того, как Марина уволилась и сняла квартиру в городе, мне больше нет смысла жить среди преподавателей и персонала.

С этой мыслью я твёрдо решил наведаться к ректору после занятий.

Однако же мироздание решило помочь мне. Боярина Скоробогатова — главу МАУД — я встретил случайно в переходе на перемене уже после второй пары. Он шёл в сопровождении своей секретарши — высокой рыжей девушки, облачённой в белое летнее платье на тонких лямках.

Так себе наряд для секретарши. Из плюсов лишь то, что оттенок платья гармонировал со светлым костюмом Аркадия Сергеевича Скоробогатова. А ещё на её длинном мизинце был перстень с гербом МАУД, почти такой же, как и у ректора, только чуть более изящный на вид — будто бы специальный женский вариант.

Оба смотрели на меня как на пустое место. Особенно секретарша, ректор-то хотя бы пытался держать на лице дежурную полуулыбку.

Я вежливо поздоровался с этой высокой парочкой. Рядом друг с другом они выглядели как фотомодели.

— Здравствуйте, Александр Ярославович, — вынужденно ответил Скоробогатов. Они хотели уж было пройти мимо, но я громко спросил:

— Аркадий Сергеевич, возвращаясь к нашему прошлому вопросу. Скажите, пожалуйста, когда меня переведут в общежитие для студентов? Сколько мне ещё ждать завершения ремонта?

Ректор остановился и, держа свою фирменную полуулыбку, ответил:

— Ремонт ещё идёт. Придётся подождать ещё немного.

И сказал-то вроде бы без издёвки… Но по глазам Скоробогатова я видел, что он наслаждается этой ситуацией. Нравится ему смотреть на мольбы простолюдина.

Что ж, давай поиграем. Но немного подкорректируем правила.

— У меня есть два перстня — символа моей Дружбы с боярскими родами, — произнёс я, глядя ему в глаза. — Может быть, мне нужно попросить друзей подсобить вам с ремонтом?

— Два? — удивился ректор.

Я достал из сумки серебряную цепочку, на которой висели оба перстня, и продемонстрировал их ректору.

Ну а чего скрывать, что отец Алины тоже назвал меня Другом рода? Этот перстень я собираюсь использовать в дальнейшем, чтобы получить дворянство.

— Ещё и род Мурашовых? — удивлённо проговорил ректор, рассматривая гербы на перстнях. — Как вы получили их Дружбу?

— Секрет рода, — улыбнулся я, убрав цепочку обратно.

Рыжая секретарша недовольно дёрнула носиком, да так резко, что колыхнулась её богатая грудь, на которую открывался прекрасный вид через декольте платья.

Но этот вид не отвлёк меня.

— Так вот, Аркадий Сергеевич, — продолжил я. — Так-то его сиятельство граф Сергей Иванович Самоцветов, будучи студентом МАУД, вполне может претендовать на номер в общежитии для студентов, хоть он сам и предпочитает ездить на учёбу из родового имения. Может быть, мне попросить его официально заселиться в общежитие, а затем мне самому жить в его пустующем номере?

Я испытующе уставился на ректора.

— Это против правил, Александр Ярославович. Даже если его сиятельство вдруг заедет к нам в жилой корпус, мы не можем вам позволить поселиться в его номере.

— То есть в том, что для его сиятельства у вас найдётся номер, вы не спорите? — улыбнулся я.

Ректор нахмурился ещё сильнее. Я же продолжил:

— Стало быть, мне всё же нужно попросить его к вам заселиться, а как только вы предоставите ему номер — отказаться. Тогда у вас точно освободится номер для меня?

Боярин Скоробогатов поморщился, но затем ответил ровным тоном:

— Боюсь, номер, который мы можем предоставить его сиятельству, для вас будет в любом случае недоступен.

— В уставе Академии нет ни слова, что кому-то могут не подходить те или иные номера, — холодно парировал я. — Главное, чтобы студент мог заплатить за свой номер. Я могу. Или что? Скажете, Друг двух боярских родов не достоин жить рядом с представителями других родов? Боярских?.. Дворянских?.. Представители родов потомственных Слуг, кстати, тоже живут в этом же здании, а мой социальный статус сейчас выше, чем у них.

Я холодно смотрел на ректора, ожидая его ответа. Если он сейчас прямо скажет, что мне не место рядом с аристократами и даже с их Слугами, то оскорбит не меня, а бояр Мурашовых и графский род Самоцветовых. Тогда мне будет достаточно передать аудиозапись с телефона в моём кармане моим Друзьям.

Жаль, что прямо сейчас я не могу припугнуть ректора этой записью из-за нюансов местного законодательства.

— Вас переведут в ваш номер в корпусе для студентов на этой неделе, — выдержав паузу, холодно ответил Скоробогатов. — С новосельем, Александр Ярославович. Хорошего дня.

Он кивнул и прошёл мимо меня. Его фигуристая секретарша одарила меня надменным хмыком. Я проводил их взглядом.

Да, хороша секретарша у ректора… Он её к себе из-за её выдающихся талантов взял?

А, в общем-то, плевать. Главное, что я наконец-то перееду. Жди меня, общага для студентов!

Глава 18

По коридору передо мной шла статная красавица в сером деловом костюме. Её походка была величественно и грациозна, а размеренный цокот каблучков по мраморному полу добавлял движениям шарма. Её шелковистые тёмные волосы плавно покачивались при ходьбе, а рядом с ней…

Быстро и гневно семенила крохотная болонка.

Ой, баронесса, конечно же.

Да, я неспешно шёл в библиотеку, любуясь Анной. Но в какой-то момент её мелкая собачка повернула голову и начала тявкать.

Тьфу ты! Баронесса обернулась, увидела меня и выдала:

— Егоров! Ты опять нас преследуешь⁈

— Александр? — оглянулась Анна и приостановилась. — Вы тоже идёте в библиотеку?

— Да, Анна, хочу уточнить насчёт одной интересующей меня книги, — улыбнулся я и поравнялся с девушками. Мы пошли втроём, и я повернулся к баронессе, прожигающей меня убийственным взглядом. — Зинаида Константиновна, очень прошу вас не распускать обо мне слухи. Я понимаю, вы шутите, но любое слово всегда по-разному можно интерпретировать. Особенно когда вокруг полно заинтересованных слушателей.

Краем глаза я заметил, как задумчиво смотрит на меня Анна. А вот баронесса лишь хмыкнула и произнесла:

— Какие тут шутки, Егоров⁈ Ты всё время оказываешься там же, где и мы. Преследуешь, не иначе!

— Ну что вы такое говорите? — напоказ возмутился я. — С каких это пор случайные дружеские встречи одногруппников стали преследованием?

— А с каких это пор, Егоров, ты стал считать наши встречи дружес…

— Ваше благородие! — перебила её Анна. Баронесса осеклась, удивлённо уставившись на неё, а её вассалка продолжила: — Прошу вас, не стоит так шутить. Конечно же, наши встречи с Александром случайные и дружеские.

Несколько секунд баронесса напряжённо смотрела на неё, а затем кивнула и отвернулась.

Мы дошли до входа в библиотеку, я отворил тяжёлые двери и галантно пропустил дам вперёд.

— Спасибо, — поблагодарила Анна, баронесса же едва заметно кивнула.

В библиотеке было снова многолюдно — прилежные студенты МАУД выжимали максимум из каждой минуты обучения в Академии.

— Вы здесь для того, чтобы к семинару Петра Михайловича подготовиться? — участливо поинтересовалась Анна, а затем, секунду поколебавшись, добавила: — Можем вместе расположиться и поработать втроём…

Она с надеждой уставилась на меня своими карими глазами. А вот баронесса наоборот нахмурилась.

— Прошу прощения, но к этому семинару я уже подготовился, — отозвался я.

Анна огорчённо кивнула, а её подруга торжествующе улыбнулась.

Мы втроём шли по главному залу, мимо столов, за которыми занимались студенты. Я поймал на себе заинтересованный взгляд и чуть повернул голову, чтобы лучше разглядеть того, кто на меня пялится.

Эта девушка вновь сидела в одиночестве за толстой книжкой. Уже не впервой я натыкаюсь на неё в библиотеке. У меня хорошая память, в том числе и на лица. Но конкретно эту даму, мне кажется, запомнил бы и человек с простреленной головой — слишком уж у неё приметный и редкий цвет волос.

Белоснежный.

Она мило улыбнулась и помахала мне, не обращая внимания на моих спутниц. А затем снова уткнулась носом в учебник.

— Гляжу, вы пользуетесь популярностью, — проворчала Анна.

— Вы правы. Некоторые даже со всех ног бегут ко мне на спортплощадку, увидев, что я тренируюсь, а некоторые и вовсе просто бегают за мной на огромной скорости по территории МАУД, — легко ответил я.

На сей раз Анна и баронесса выдали одинаковую реакцию — обе недовольно нахохлись.

Мы подошли к нужному им отсеку и распрощались до завтра, ну а я направился в отсек номер тринадцать.

— Здравствуйте, — вежливо улыбнулся я старушке-библиотекарше.

— Добрый день, — недовольно ответила она, оторвавшись от чтения очередной книги. Некоторое время женщина хмуро смотрела на меня, а затем округлила глаза и испуганно отвела взгляд.

Понятно всё. По идее, уже можно уходить… Но всё же уточним:

— Я подходил к вам насчёт «Книги Священных Деяний», вы её не нашли и сказали прийти через неделю. Прошло уже больше, и…

— Книги нет, молодой человек, — быстро ответила она.

Как я и думал.

— Но вы сказали, что обязательно найдёте её? — изобразил я удивление.

— Мы и нашли, — резко ответила старушка. — Уважаемые люди забрали её ради исследований.

— Как забрали? Из этого отсека ведь запрещено выносить книги?

— Имеются исключения! — воскликнула она и хлопнула сухой ладошкой по столу.

— А скажите, пожалуйста, какому именно учёному потребовалась эта книга?

— Не имею права выдавать тайну чужих исследований!

— Ну пожалуйста! — Я улыбнулся и добавил в голос просительных ноток. — Эта тема меня очень интересует! Мало учёных ею занимается, так что я знаю все имена в этой сфере! Я сам хотел использовать эту книгу для своих исследований, но теперь я хочу узнать, кто из моих кумиров взял её вперёд меня. Очень любопытно, с кем из исследователей у меня схожи мысли. Ну? Расскажите, пожалуйста…

Библиотекарша поджала губы и, приподнявшись со стула, оперлась руками на столешницу. Подавшись вперёд, она приблизилась ко мне и прошипела:

— Я ведь уже сказала — не положено! Его благородие Аркадий Сергеевич запретил! Дайте ваш пропуск, я внесу вас в лист ожидания.

На полсекунды я замер, анализируя услышанное.

Итак, ректор лично запретил распространяться об этой «Книге…», обыграв всё так, будто её взяли для исследований. Правда ли это? Или способ скрыть потерю? Оба варианты возможны. Ректор Скоробогатов может на самом деле знать, кто именно и зачем взял книгу, в которой, по моему мнению, должна быть информация о демонах.

А может быть, всего лишь придумал официальную отмазку, чтобы скрыть факт бесследного исчезновения книжки.

Второй момент — «лист ожидания». Не помню, чтобы ранее мне в библиотеке предлагали такие удобства. В тринадцатом отсеке уж точно нет.

А сейчас старушка уже ручку в блокноте расписывает, готовая в любой момент зафиксировать мои данные. Ещё и смогла справиться с эмоциями — не паникует и требовательно на меня смотрит.

Явно вспомнила о новых должностных инструкциях — записывать тех, кто придёт за книгой.

Что ж…

— Пропуск? — переспросил я. — Один момент… сейчас…

Я начал шарить по карманам пиджака.

— Сейчас, один момент… да где же он, а?

Я замер и изумлённо уставился на старушку.

— Я выронил его в кафе, когда карточкой оплачивал! Простите, мне нужно срочно бежать! Спасибо! Зайду позже!

Быстро поклонившись, я развернулся и рванул к выходу.

— Постойте! — изумлённо выкрикнула вдогонку библиотекарша, но меня было уже не остановить — хоть на бег я не срывался, но шёл довольно быстро, продолжая на ходу прокручивать недавние события.

Когда я беседовал с библиотекаршей, стоял так, чтобы камера не видела лица — я всегда стараюсь выбрать наиболее «скрытный» ракурс. Но всё же по камерам меня определить можно.

Однако лучше так, чем назваться липовым именем, которое зафиксирует бабка, и которое позже будут проверять. Сейчас же есть шанс, что пожилая библиотекарша просто забудет обо мне. Ну или как минимум не запомнит дату, когда я к ней заходил, что тоже усложнит поиск по камерам.

* * *

Ожидаемо насчёт моего интереса к «Книге Священных Деяний» никто меня не беспокоил, ну а сам я в ближайшее время возвращаться в библиотеку уж точно не собирался. Каких-либо других эксцессов во второй половине понедельника или во вторник тоже не произошло.

Наступила среда.

Подходила к концу перемена перед второй парой, мы всей группой уже собрались в учебной комнате, ожидая начала семинара нашего «превосходного» преподавателя Антипова Петра Михайловича.

— До сих пор не могу перестроиться на наше плавающее расписание! — возмущённо проговорила наша одногруппница Лиза Мазина, неодарённая девушка в очках. — В школе-то постоянное расписание минимум на всю четверть, а здесь половина предметов каждую неделю разные.

— Хочешь сказать, что не подготовилась к семинару? — усмехнулся Захар Ионов.

— Я думала, он будет в пятницу, — проворчала девушка.

— Пиши быстрее, — усмехнулся Иван Медведев и положил перед ней на стол раскрытую тетрадь. — Хотя бы то, что подчёркнуто.

— Правда? — хлопнула пышными ресничками Мазина. — Спасибо огромное!

Она принялась строчить, как пулемёт, а Иван, самодовольно ухмыляясь, стоял рядом.

— Смотри, Ваня, как бы не влетело тебе за такое, — проговорил Ионов, напряжённо косясь на то, с каким упоением списывает Мазина.

— Да брось ты, — отмахнулся Медведев. — От кого прилетит? Думаешь, Пётр Михайлович что-то заметит? В последнее время он в облаках витает, и…

Договорить он не успел — дверь резко распахнулась, и в аудиторию решительно влетел толстый напыщенный индюк со злобными поросячьими глазками — первый проректор МАУД Тимофей Денисович Киреев собственной персоной.

— Это что за перепись населения⁈ — возмутился он, нависнув Мазиной. Резко махнув рукой, он поднял со стола две тетради. Девушка даже среагировать не успела!

Поразительная скорость реакции у этого вредного поросёнка. Похоже, до того, как стать проректором, он долго работал преподавателем и успел хорошенько натренироваться «обламывать» студентов.

Ребята вокруг притихли. Мазина побледнела и вжала голову в плечи.

— Медведев это кто? — прочитав на тетради подпись, громко спросил проректор.

— Я, — хмуро ответил Иван, стоявший неподалёку.

— Как я и думал, — хмыкнул проректор.

В этот момент прозвенел звонок, и Киреев громко объявил:

— По местам! Занятие началось! — Он швырнул тетради провинившихся обратно на стол Лизы и прошёл к кафедре. — Итак, Мазина и Медведев без отработки на экзамен не допускаются. Насчёт времени отработок узнавайте заранее, — хмуро проговорил Киреев, обведя нас взглядом.

Остановившись на мне, он едва заметно скривился, будто взглянул на свежее жидкое дерьмо.

В ответ на это я хмыкнул и кивнул ему. Мол, тоже рад его видеть.

Он скривился ещё сильнее. Похоже, уж очень сильно его задело то, что не смог завалить меня на вступительном экзамене.

— Полагаю, вы все меня знаете, — важно проговорил Киреев спустя несколько секунд. — И сейчас задаётесь вопросом, что я здесь делаю. Радуйтесь, уважаемые студенты. Вам повезло — сегодняшний семинар проведу лично я.

Он снова поморщился. Ему совершенно не нравилось сейчас стоять перед нами. Привык уже просиживать зад в тёплом кресле проректора?

— Мы бесконечно рады, Тимофей Денисович, — проговорил княжич Пермский. — Но, прошу вас, поделись с нами, отчего же Пётр Михайлович не пришёл?

Этот вопрос интересовал меня особо сильно. Наблюдая за Антиповым в последнее время, я сделал вывод, что благодаря алхимическому лекарству ему стало заметно лучше. Так где же он?

— Пётр Михайлович отбыл по делам рода, — холодно ответил проректор. — А теперь хватит отвлечённых вопросов. Расскажите мне лучше, Евгений Евгеньевич, для чего…

Довольно резко Киреев начал опрос по изученной теме. Но княжич Пермский блестяще справился с вопросом. Как и я после него, а затем Анна, Ваня Медведев…

От наших прекрасных ответов проректор, казалось, начинал злиться ещё сильнее и очень порадовался, когда Захар Ионов стал «плавать» при ответе. Потом он смог завалить ещё двоих, включая и Мазину…

Под конец пары настроение у проректора даже улучшилось.

* * *

Сидя на кровати в своей комнате, я переписывался с Мариной, обсуждая с управляющей начало продаж через торговые площадки в глобале, как вдруг ощутил приближение собственной маны, а через миг в меня влетел невидимый сгусток.

— Аукх… — захрипел я, схватившись за грудь. — Какого чёрт…

Внутри черепной коробки будто бы взорвался снаряд, я зажмурился и захрипел ещё громче «раскладывая по полочкам» воспоминания Воздушного Близнеца.

Вот я незаметно отправил его следить за проректором после нашей пары, вложив кучу маны, чтобы шпиона хватило на долгий срок. Ага, а теперь…

Проректор Киреев быстро покинул аудиторию и уверенно зашагал по коридору. Студенты и преподаватели вежливо здоровались с ним — практически каждому из них он отвечал скупо, но с несколькими студентами, с теми, у кого на левых мизинцах были перстни с изображением змееволосого мужика, проректор всё же перекинулся вежливыми фразами.

Лицо Киреева было напряжено. Казалось, он снова злится — радости от того, что завалил моих одногруппников, надолго не хватило.

Киреев вернулся в свой кабинет и, сидя на мягком кожаном кресле, некоторое время пялился в стену. Затем включил ноутбук и начал листать ленту «ВКурсе». Так он «обтекал» минут тридцать, после чего открыл профиль Антипова и принялся его внимательно изучать. Антипов не заходил в эту социальную сеть уже несколько дней.

Следом Киреев вбил в поисковую строку «Галкина», и выбрал первый попавшийся профиль. Открыв фотографию на аватаре, он некоторое время разглядывал молодую шатенку в белоснежной блузке, подчёркивающей грудь.

Затем проректор зашёл в переписку с ней и отправил изображение с букетом цветов.

Елизавета Петровна была не в сети, так что ничего не ответила.

Киреев закрыл вкладку и принялся перебирать различные документы — так он просидел до конца третьей пары, после которой отправился в столовую.

Его хмурое лицо просияло, едва он увидел перед собой в коридоре всё ту же шатенку с фотографии. Молодая преподавательница Елизавета Петровна, а это была именно она, цокая каблучками, спешила в сторону учительской, прижимая к пышной груди папки с учебными материалами.

Заметив проректора, женщина испуганно заозиралась по сторонам, сильнее прижав к себе папки. Но было поздно — встречи с Киреевым ей никак не удалось избежать.

— Елизавета Петровна, доброго дня, — улыбаясь, поздоровался с ней проректор.

— Здравствуйте, Тимофей Денисович, — затравленно кивнула Галкина.

— А я вот в столовую направляюсь, не желаете составить мне компанию? — предложил ей проректор, будто бы и не замечая кучу папок, которые держала преподавательница.

— Простите, я уже перекусила. А сейчас мне нужно подготовиться к следующей паре. Простите, пожалуйста. — Она испуганно улыбнулась, виновато кивнула и попыталась обойти проректора.

— Подождите секундочку, — остановил её Киреев, мягко схватив за запястье.

— Да? — затравленно хлопнула глазками Галкина.

— Чего вы испугались, Елизавета Петровна? — улыбнулся ей Киреев. — Я лишь хотел выразить восторг вашей самоотверженностью в работе. Студенты вас любят. Да и не только студенты. — Он многозначительно кивнул, а затем продолжил: — Но, знаете, отдыхать тоже полезно. Раз мы не можем пообедать вместе, может быть, поужинаем? Сегодня. Я закажу лучший столик в…

— Простите, сегодня не могу! — выпалила женщина. — Сегодня у меня…

Она подзависла, пытаясь с ходу придумать отговорку.

— Опять дела? — скривился проректор.

— Да… простите…

— Знаете, Елизавета Петровна, — подавшись ближе к ней, прошептал Киреев, — не только проведение занятий и заполнение отчётности необходимы для того, чтобы сохранить работу и продвинуться по карьерной лестнице. Очень важно ещё и поддерживать хорошие отношения с коллективом. Для вас Я сейчас представляю коллектив Академии, а ещё отличную возможность продвинуться по службе. Вас ведь интересует освободившаяся недавно должность заместителя главы практических исследований? Но вы постоянно отказываетесь от моих предложений. Так не то что должность не получить… так и вовсе вылететь из Академии можно.

— Эм… но… — начала было преподавательница, но Киреев её жёстко оборвал:

— Думайте, Елизавета Петровна. Хорошего дня.

Он резко зашагал в сторону столовой. Настроение проректора стало ещё хуже, ел он молча, в гордом одиночестве, а затем вернулся в свой кабинет и пару часов занимался рутинной работой.

Выключив компьютер, он взял какую-то папку и, выйдя в коридор, подошёл к огромным двустворчатым дверям, расположенным напротив его кабинета. Осторожно потянул на себя дверь…

Та поддалась и открылась.

— Здравствуйте, Тимофей Денисович, — сдержанно поздоровалась с ним рыжая секретарша ректора МАУД.

— Здравствуй, Алла. Аркадий Сергеевич у себя?

Секретарша молча кивнула и, нажав на кнопку селектора, сообщила о госте.

— Пусть проходит, — прозвучал из динамика спокойный голос Скоробогатова.

Секретарша молчаливым кивком указала на дверь. Проректор поморщился от такого обращения, кивнул в ответ и вошёл внутрь.

Прикрыв дверь за собой, он коротко поклонился сидевшему во главе длинного стола боярину Скоробогатову.

— Здравствуй, брат мой, — проговорил проректор.

— И я тебя приветствую, брат, — спокойно ответил глава МАУД. — Проходи, присаживайся. С чем пожаловал? Бумаги мог просто у Аллы оставить.

Киреев положил папку на стол и сел на ближайший к ректору стул.

— Я хотел тебе сообщить, что выполнил назначенное тобой наказание, — хмуро проговорил Киреев, глядя в глаза старшему.

Боярин Скоробогатов удивлённо уставился на него и спросил:

— Не понял. Поясни.

— Ты велел мне лично заменить Антипова сегодня во время первой и второй пары. Я сделал это.

— И? — скривился ректор. — Ты пришёл ко мне, чтобы сказать только это?

Скоробогатов нахмурился и вдруг напряжённо начал смотреть по сторонам. Но спустя несколько секунд расслабился и снова сконцентрировал взгляд на Кирееве.

— Ты что же, Тима, — недовольно продолжил он, — пришёл сюда, мне своё «фи» высказать? Наказание он выполнил! Посмотрите на него, а! Не наказание это, брат мой, а воспитательный процесс. Чтобы ты лучше запомнил свою оплошность и больше не повторял её. Чего насупился и зубы скалишь, а? Всё ещё думаешь, что не облажался ты с Антиповым⁈

— Мы получили то, что нам нужно! — не выдержал Киреев. — Выяснили, когда он заряжает артефакт, выдернули его из номера в нужный момент, заполучили артефакт, и…

— И почему-то в этот же день в медчасть звонят из ОКЖ! — рявкнул ректор. — Ты в самом деле не видишь здесь своей вины? Как ты это допустил⁈

Киреев скрипнул зубами и процедил в сторону:

— Я не знаю… Кто-то сдал им. Но жандармы и словом не обмолвились про артефакт! Только о том, что Антипов лежит без чувств.

— Кто сдал, Тима⁈ — процедил ректор. — Ты выяснил⁈

— Нет… в общежитии не так много камер, как хотелось бы.

— А почему их не так много⁈

— Да потому что не все деньги тратятся по целевому назначению! — хлопнул ладонями по столешнице Киреев. — И ты, брат, знаешь об этом лучше других!

— Ты порычи ещё на меня, Тима! — встал из-за стола боярин.

Проректор дрогнул и вжал голову в плечи.

— ОКЖ уже звонили нам с намёком, — хмуро проговорил Скоробогатов. — Полагаю, они следят за Академией. Да, не во всю силу… да, мы можем не бояться их внимания. Отчасти… Но это внимание нам ни к чему. Антипов неожиданно сбежал из общежития сегодня утром. Минимум вещей, никаких подозрений у охраны… Искать мы его, конечно же, не будем, чтобы не выдавать себя. Но его исчезновение даст дополнительную пищу для ума жандармам. Чтобы больше не было таких оплошностей, я и отправил тебя сегодня вести пары. Вспомни, каково это — быть обычным преподавателем. Не нужно слепо упиваться своим высоким положением, Тимофей.

— Я понял тебя, брат, — в сторону процедил Киреев.

— Вот и славно. А теперь скажи, неужели вообще нет никаких подвижек? Мы должны знать, где в Академии затаилась крыса!

— Есть кое-что… — в сторону пробубнил Киреев. — Но я не хотел сообщать тебе без доказательств и результатов, нужно ещё немного поработать, чтобы отыскать её, и…

— Говори! — требовательно произнёс ректор, а затем скривился и снова начал вертеть головой по сторонам

— Брат… что случилось? — напрягся ещё сильнее Киреев.

Ректор побледнел и схватился за перстень на своём мизинце.

— Всё-таки не показалось… — прошипел Скоробогатов. — Кто-то следит за нам…

В этот момент сработал защитный контур Воздушного Близнеца, и заклинание экстренно развеялось, а полученные данные устремились ко мне.

Глава 19

Удивлённо проморгавшись, я обнаружил себя лежащим на кровати. Вроде бы сидел недавно… Когда прилечь успел?

Да уж, здорово меня встряхнуло экстренное возвращение моего невидимого шпиона.

Медленно выдохнув, я поднялся на ноги и начал делать плавную разминку, пытаясь осознать «увиденное».

Итак, Антипова точно обокрали кольценосцы. Они откуда-то узнали, что он носит на шее некий нужный им артефакт, и придумали, как его умыкнуть. Киреев что-то упоминал о «зарядке» Антиповского артефакта. Интересно, каким именно образом это происходит?

Хотя это сейчас вторично. Куда более важно то, что кольценосцы ищут того, кто связан с жандармами. То есть, меня. Разумеется, я это предвидел и понимал, что на меня вполне можно выйти.

Но! Гораздо легче выйти на Марину, которую кто-то из МАУД и назначил убирать комнаты некоторых постояльцев, в том числе и Антипова. Марина говорила, что время уборки она выбирала сама, так что её присутствие в номере преподавателя в «нужное» время можно считать совпадением. Однако же журнал уборки ведётся, даты и время там записываются — отследить Марину легко.

Не говоря уже о том, что она три года работала в МАУД, а затем экстренно съехала в тот же день, когда в Академию позвонили жандармы. Как ни крути, в глазах кольценосцев Марина гораздо более подозрительна, чем я, с которым она плотно общалась.

Было понятно, что Академия попытается отыскать Марину. Вряд ли ей сразу причинят какой-то вред — если она связана с ОКЖ, это слишком уж рискованно и бессмысленно. Но, если организовать слежку за девушкой, появится шанс выявить других агентов ОКЖ в Академии.

А нам нужно было вывезти вещи Марины.

Предвидя всё это, я велел ей снять кладовку в другом районе — не там, где она арендовала квартиру. Затем она составила доверенность на одного из экспедиторов — есть в компании, куда мы обратились для переезда, такая услуга. После этого вещи Марины аккуратно упаковали и перевезли в кладовку. С собой у девушки сейчас только самое нужное, а квартиру она сняла полностью меблированную.

За переездом я следил через Воздушного Близнеца, и вот ведь нюанс — никаких странных действий охранников я не заметил. То есть, на момент перевоза вещей — а это спустя несколько дней после пропажи артефакта — за Мариной ещё не следили. Я, когда это понял, долго смеялся. В моей бытности генералом, а потом и императором, я порой сталкивался с такой проблемой, как человеческий фактор. Когда ты всё просчитал, все задания распределил, но кто-нибудь один в цепочке облажался, и пошло-поехало. Я держал руку на пульсе и подобные моменты купировал.

А вот тот, кто искал в Академии шпиона, не смог. Полагаю, когда ректор поймёт, что главную подозреваемую так глупо упустили, начнёт рвать и метать.

Но даже если бы наши противники сработали правильно, не факт, что быстро бы вышли на Марину. Уехав однажды из МАУД в отель, сюда она уже не возвращалась. Более того, квартиру она ездила смотреть на метро, с несколькими пересадками, как я её учил…

Но арендовала её на свой паспорт. Не знаю, насколько мощный ресурс у кольценосцев. Даже если противник где-то глупо облажался, нельзя его недооценивать и списывать со счетов.

Примерно с этой мыслью я взял телефон и быстро вышел на улицу. Покинув территорию МАУД, зашёл в ближайший двор, отошёл к пышным зелёным ивам и нашёл в списке номеров нужный контакт.

— Привет, — быстро поздоровалась со мной Агата. — Возникли какие-то вопросы насчёт снаряжения? Что-то не подошло?

— Привет. Пока ещё не забирал, чуть позже сегодня приедет. Но, я думаю, должно всё быть в порядке.

— И всё-таки посмотри заранее, вдруг экстренно что-то подбирать придётся. Нельзя соваться в Проклятые Земли с голой задницей, Саша.

— Да в курсе я, спасибо за заботу. Хотя, в любом случае, наиболее важное снаряжение у меня уже имеется, — усмехнулся я.

— А? — не поняла ведьма.

— «Гранит-М».

— Аркх! — смешно зарычала она. — Не дразнись! Это ж надо, у юнца штурмовая винтовка на порядок круче, чем у опытных ведьм и ведьмаков Корпуса! Как ты её добыл? Тут ведь далеко не в деньгах основная проблема!

— Секрет рода, — легко ответил я.

Когда мы с ней обсуждали, что мне нужно будет взять с собой в поход, и я впервые обмолвился о своей штурмовой винтовке, реакция ведьмы была ещё более бурной.

— Ладно, — неожиданно серьёзно произнесла она. — Раз дело не в снаряжении, значит, в чём-то другом. Вряд ли ты позвонил мне просто для того, чтобы поболтать. Что-то случилось?

— Мне нужно помочь одной хорошей девушке, — спокойно ответил я. — Снять для неё квартиру и тайно перевезти её.

— Укрываешь кого-то? — подобралась Агата. — Что-то серьёзное?

— Она ничего противозаконного не сделала. Разве что разок дала по щам дворянину, который пытался её изнасиловать. Но это дело давнее, дворянин на неё за тот инцидент не в обиде.

— И всё же её кто-то ищет?

— Да, — коротко ответил я и замолчал.

Вот и настал своего рода час истины. Как отреагирует Агата? Могу ли я на неё положиться в будущем? С одной стороны, я предлагаю ей ввязаться во что-то мутное. С другой же, я помог ей с деньгами и прошу-то сделать не многое.

Однако Вавилова смогла меня удивить:

— Поняла тебя, Александр. Но нечего тратить деньги на аренду жилья и наводить суету с поиском. Пусть поживёт у меня.

На секунду я замер, а затем предельно серьёзно уточнил:

— Ты ведь понимаешь, что неспроста просят перевести кого-то тайно, и ищут её не какие-то там влюблённые фанаты со двора, а люди посерьёзнее?

— А ты понимаешь, что ты здорово меня выручил? Но это второе, Саша. А первое — ты теперь часть моей группы. А своих я не бросаю. Предупреди свою девочку и скинь мне её номер, я всё организую.

Я медленно выдохнул и произнёс:

— Благодарю, Агата. Я не забуду этого.

— Ой, да брось ты, — усмехнулась она. — Для командира в порядке вещей помогать подчинённым. А у меня всё равно квартира, считай, пустует. Надеюсь, твоя подружка бардак не разведёт?

— Она и чистоту тебе наведёт, если нужно. Опыт у неё есть, — хмыкнул я.

— Нужно, — решительно проговорила Агата. — Но не обязательно. Ладно, этот вопрос мы сами решим. — Она замолчала, как-то резко, будто на полуслове.

— Что-то ещё?

— Кое-что. Я, на самом деле, тоже планировала тебе звонить. Вопросик один есть… Ты уверен в своих силах? Насчёт Проклятых Земель?

— Да. Иначе я с тобой бы не напрашивался.

— Отлично. А если я попрошу тебя выехать на место не утром, а в ночь? Справишься с таким?

— Разумеется, — честно ответил я, но причину такого вопроса не понял.

Агата будто прочувствовала это и зачастила:

— Я хотела отправиться туда утром, чтобы ты был выспавшимся и отдохнувшим — всё-таки это твой первый поход. Но моей группе поставили дежурство на среду, неизвестно, сколько мы сами в Проклятых Землях времени проведём, так что хотелось бы заложить больше времени на отдых, и… Потому и спрашиваю.

— Да не вопрос, — усмехнулся я. — Значит, выезжаем завтра вечером, а не утром в пятницу?

— Значит так. Спасибо. Ну всё, скидывай мне номер, пойду твою девушку спасать.

— Она не моя девушка.

— А что, тебе Аннушка больше нравится?

— Что?

— Всё, отбой! Покеда!

Агата сбросила вызов. Я улыбнулся — приятно, что к ней постепенно возвращается былая лёгкость. Хотя бы в общении со мной.

* * *

«Привет. Ситуация немного обострилась, но не волнуйся, всё под контролем. Просто тебе придётся снова переехать. С тобой свяжется моя ведьма-куратор Агата. Пожалуйста, поживи у неё, хорошо?»

«Привет, глава. Поняла. Доверяю тебе и жду звонка от твоей ведьмы».

Объяснять Марине, что Агата — мой куратор, а не «моя ведьма», я не стал.

Я быстро дошёл до общаги и вошёл в холл. Хотел уж было подняться в свой номер, но меня перехватила комендантша:

— Егоров! Тебя срочно вызывают в общежитие для студентов!

— Зачем? — изобразил я удивление.

— Как зачем? — в самом деле удивилась она. — Комнату тебе надо принять. Очень срочно! Иди прямо сейчас, а пожитки свои позже заберёшь.

Комендантша лучезарно улыбалась.

— Вы так рады от меня избавиться? — усмехнулся я.

— Тю! Конечно рада! Ходишь весь такой важный, глаза мозолишь! Сперва таким пусечкой казался, а в итоге тем ещё… оказался. Ну ты понял! Так что всего тебе хо-ро-ше-го! Иди к студентам и перед ними хвост задирай. Ха! Если позволят!

— Спасибо за пожелания. Вам тоже только всего самого лучшего. И Мишу своего кормить не забывайте регулярно и вкусно. А то вдруг на место Марины ещё более молодую уборщицу примут.

Я заговорщически подмигнул опешившей комендантше и покинул холл общежития через вторые двери.

Быстрым шагом я направился в другую общагу. Сложившаяся ситуация меня немного напрягала. Прежде всего тем, что я не успел услышать завершение доклада Киреева о ходе расследования из-за того, что моего шпиона так не вовремя обнаружили, и он активировал систему экстренного возврата.

Ну и, конечно же, сам факт обнаружения вызывал у меня вопросы. Вспоминая поведение ректора, я могу сказать, что он во время всего разговора с Киреевым чувствовал дискомфорт. Видимо, его артефакт обнаружения слежки сразу что-то заподозрил, но не мог «понять», что именно? Ему потребовалось на это время, чтобы убедиться в наличии слежки?

И отсюда главный вопрос: успел ли противник отследить сигнал? Хочется верить, что нет…

И второй вопрос — теперь рядом с ректором мой Воздушный Близнец сразу будет как на ладони? Или всё-таки, как и в первый раз, у меня будет несколько «незаметных» минут?

В любом случае, пока что лучше не рисковать.

— О! Александр! Какими судьбами? — услышал я знакомый голос, когда уже почти подошёл к общежитию.

Повернув голову, я увидел высокого парня со светлой пышной причёской, похожей на стог сена — своего одногруппника Ивана Медведева.

— Да вот, похоже, сегодня к вам переезжаю, — в тон ему ответил я. — Сейчас только номер принять нужно.

— Переезд? — ещё сильнее оживился парень. — Так тебе подготовили наконец-то номер? Это дело надо отметить!

— Сначала переехать надо, — напомнил я.

— Вещи перетащить? Так давай помогу.

Я удивлённо уставился на него.

— Чего? — усмехнулся Медведев.

— Ты ж дворянин, — в лоб рубанул я, уточняя границы дозволенного.

— И, по-твоему, что ли, белоручка? — чуть нахмурился Медведев. — Напомню тебе, Александр, я ещё и дважды одарённый. В Проклятые Земли с собой слуг не наберёшь, чтобы пожитки таскали. Если ты понимаешь, о чём я.

— Понимаю, — кивнул я. — И с радостью принимаю твоё предложение. Я как вещи соберу тогда, позвоню тебе.

Я достал из кармана телефон, и мы обменялись номерами.

— Жду звонка! — сказал Медведев и направился в сторону главного корпуса МАУД.

Поднимаясь по лестнице общежития, я поймал на себе несколько любопытных взглядов и вошёл в открытую дверь.

Слуха сразу же коснулся приятный щебет птиц и мягкое журчание воды.

В холле студенческого общежития был небольшой прудик, вокруг которого росли зелёные растения. На мягких диванчиках в этом крытом саду отдыхали студенты, о чём-то негромко переговариваясь друг с другом.

— Добрый день, чем могу помочь? — вежливо поздоровалась со мной сидевшая за столом у входа симпатичная блондинка в белой блузке.

— Здравствуйте, — удивлённо ответил я, глядя на неё и невольно сравнивая эту девушку с ворчливой Зоей Петровной. — Вы комендант?

— Нет, что вы, — наигранно улыбнулась она. — Я администратор сегодняшней смены Елена. А вы, вероятно, Александр Ярославович Егоров, да?

— Всё верно.

— Ваш номер уже готов. Моя коллега Лина с радостью вам его покажет. О, а вот и она.

Елена указала рукой на рыжую красотку в такой же белой блузке, подчёркивающей фигуру, и в черной юбке. Рыжая, поняв, что разговор идёт о ней, лучезарно улыбнулась мне, представилась, а после того, как коллега ввела её в курс дела, предложила пройти за ней.

Сервис на высшем уровне, конечно. Местные девушки — не чета Зое Петровне.

— Замок уже настроен на ваш пропуск, — рассказывала Лина, пока мы поднимались по лестнице. — Насколько мне известно, вы временно проживали в общежитии для преподавателей?

— Да, — коротко ответил я, оглядываясь по сторонам. Лестничный пролёт был широк и светел, а ступени покрывала красная дорожка.

— Тогда с правилами вы уже знакомы, они совершенно идентичны. Комендантский час с одиннадцати вечера. В своих номерах вы вольны делать всё, что дозволяют законы нашей Империи, но просьба сильно не шуметь, особенно после одиннадцати.

— «Сильно» — понятие растяжимое, — произнёс я, вспомнив про желание Медведева отметить мой переезд.

— Во всех номерах звукоизоляция, — снисходительно пояснила Лина. — Так что «сильно», Александр Ярославович — это сильно.

— Благодарю, — улыбнулся я девушке.

Она улыбнулась в ответ и произнесла:

— Также хочу отметить, что весь персонал студенческого жилого корпуса — Слуги боярского рода Скоробогатовых и их вассалов.

Намёк на то, что все местные сотрудники под защитой? А в соседнем общежитии Марине пришлось несладко…

Забавно, насколько сильно разнится подход.

О… Какие люди!

— Александр? — удивлённо хлопнула ресницами Анна, спускавшаяся по лестнице.

Идущая рядом с ней баронесса недовольно закатила глаза.

— Увиделись раньше, чем планировали, — улыбнулся я. — А я к вам переезжаю. Придёте на новоселье?

— Что? — пробормотала Анна.

Баронесса распахнула свой маленькой ротик, чтобы выдать очередную тираду в духе: «Да как ты смеешь», но я перебил её:

— Иван Медведев предложил организовать небольшой праздник. Хороший способ ещё сильнее сплотить группу.

— Да… — кивнула Анна. — И вправду хороший. Я постараюсь прийти, а вы, ваше благородие? — повернулась она к Завьяловой.

— Составлю вам компанию, Анна, — проворчала она.

— Тогда я дам знать, как только определимся со временем. — Я снова демонстративно достал телефон.

— Егоров, записывай мой! — быстро выпалила баронесса и принялась диктовать цифры, а когда я записал, она пробурчала: — Мне пиши.

Во время этого короткого разговора администратор Лина тактично поднялась на этаж, чтобы не мешать нам.

Ну а спустя пару минут мы с ней остановились перед тяжёлой деревянной дверью с номером «412». Я приложил пропуск к электронному замку, и дверь мягко отворилась.

— Номер скромный, но на данный момент остальные заняты, — с дежурной улыбкой произнесла администраторша.

— Чем богаты, тем рады, — отозвался я, входя в свои новые пенаты.

Что ж… «скромные» квадратов шестьдесят для «скромного» меня. Кожаный диван тоже скромный, как и отдельная спальня с кроватью «Царский размер». Хрустальная люстра в гостиной так и вовсе образец скромности.

В общем, новый дом меня более чем устроил, о чем я и сказал Лине. Мы спустились, и я расписался на экране планшета, официально приняв номер «412».

— Сегодня до вечера жду от тебя ключи, Егоров! — сообщила мне ворчливая Зоя Петровна, когда я вернулся в общежитие для преподавателей.

Поднявшись к себе, я отпер дверь с табличкой «212» и вошёл внутрь.

Что ж, внутри всё выглядит точно так же, как и час назад. Разве что в центре комнаты мерцал едва заметный мужской силуэт. Пройдя мимо него, я уселся на кровать и «втянул» свою ману.

Силуэт мгновенно устремился ко мне, врезался мне в грудь и передал собранные воспоминания.

Посидев пару минут на кровати, я поднялся и пошёл в ванную.

В голове крутилась только одна мысль:

«Пока меня не было, два профессионала пошарились в моих вещах».

Но ничего компрометирующего меня они не обнаружили, а Воздушного Близнеца не засекли.

Ректор на этом успокоится?

Вряд ли.

Интересно, сколько прослушки навешано в моём новом номере?

Глава 20

Переодевшись, я взял свой старый рюкзак и вышел на улицу. До вечера еще было время в запасе, так что нужно забежать в «Дикие Ягоды» и забрать заказ, а потом уже можно устраивать переезд и небольшую вечеринку.

Но сперва…

Остановившись на ближайшей остановке, я сунул руку в рюкзак и начал шарить в боковом отделе. Где же он?.. Где же?

Ага! Вот он! Поймал!

Я достал крохотное прослушивающее устройство, подброшенное мне незваными гостями, и, сжимая его в руке, продолжил делать вид, что жду свой транспорт.

Не прошло и минуты, как рядом остановился новенький красный троллейбус с гордым названием «Адмирал». Я зашел внутрь, оплатил проезд и уселся на свободное сиденье.

Незаметно для окружающих, я опустил руку и разжал пальцы. Жучок, упал на пол и закатился под сиденье. Пусть теперь наблюдатели слушают разговоры старушек, катающихся на троллейбусе. Может чего нового узнают, прежде чем поймут, что я такой растяпа и «забыл рюкзак» — на первый взгляд все должно выглядеть именно так.

А еще, согласно докладу Воздушного Близнеца других жучков, в моих вещах быть не должно.

Примерно с этой мыслью я вышел на следующей же остановке и направился обратно — в сторону пункта выдачи заказов «Диких Ягодъ».

Млять… а это еще что?

Кудрявый дед в грязном пальто, вышел из других дверей троллейбуса, на одной остановке со мной. Все бы ничего… Вот только этот дед сел на троллейбус на той же остановке, что и я, подойдя на нее перед самым троллейбусом.

А теперь вот вышел вместе со мной. Меня решили так плотно вести? Прослушки им уже мало?

Дед, подслеповато щурясь, принялся тыкать пальцами кнопки старенького телефона.

Что ж… Пока будем делать вид, что я ничего не заметил.

Я шел, расслабленно вертя головой по сторонам. Всем своим видом я демонстрировал, что наслаждаюсь прекрасным июльским днем.

— Дайте, пожалуйста, мороженное «Мудрый еврей», — остановился я у ларька.

Продолжил идти дальше, поедая мороженку. Странный вкус… — примерно такой же, какое и название.

Я вычислил еще нескольких наблюдателей и уселся на скамейку, щурясь на солнце, будто кот. Многовато как-то людей для одной моей прогулки. Столько ресурсов задействовано, чтобы за мной следить, как будто в глазах противника я не один из возможных подозреваемых, а уже стопроцентно доказанный главный злодей.

Покончив с «Мудрым евреем», я выкинул его обвертку в урну и продолжил свой неспешный променад. Прикупил воды в автомате, а спустя еще несколько ленивых минут, я приметил впереди яркую вывеску «Диких Ягодъ»…

Но так и не дойдя до крыльца ПВЗ, я свернул в проулок, решив сделать крюк. Один из наблюдателей, вероятно понял, что его заметили. Мужчина лет пятидесяти в черной джинсовке, пошел мне наперерез и начал кому-то звонить.

Мы одновременно дошли до перекрестка и остановились под светофором. Вокруг сновали люди — Москва как всегда жила полной и яркой жизнью.

— Что-то потеряли, сударь? — с улыбкой спросил я у неизвестного мужчины.

Он подошел еще ближе ко мне. Я даже не шелохнулся, хотя в общих чертах чувствовал объем источника этого человека.

Дважды одаренный Иерарх, что лишь самую малость слабее Агаты.

— Ваше сиятельство, — прошептал мужчина практически мне на ухо. — Ваш дед, его сиятельство граф Владислав Александрович Резанов желает встретиться с вами прямо сейчас.

Он отступил и пристально уставился на меня.

Я не повел и глазом, хотя был довольно сильно удивлен. Получается, вели меня сейчас люди деда? В отличие от дворян Извольских, граф Резанов решил первый раз встретиться со мной –своим наследником, тайно?

Любопытно.

— Веди, — спокойно ответил я.

Мужчина обозначил поклон. Светофор как раз переключился на зеленый свет, и мы перешли дорогу.

С помощью воздушного поиска я следил за окружающей обстановкой, правда, польза от этого была небольшая — слишком много людей, а значит, и источников дыхания шныряло вокруг нас. Но, если кто-то решит внезапно напасть, я буду готов.

Нельзя быть уверенным на сто процентов, что этот невысокий мужчина с черными волосами с проседью в самом деле доверенное лицо графа Резанова.

О, меня в какой-то двор завели…

Мы прошли через него в другой двор, все дальше отдаляясь от шумной дороги. Людей вокруг становилось меньше. Мой сопровождающий шел молча, изредка поглядывая на меня через плечо.

Когда он в очередной раз так взглянул я усмехнулся и спросил:

— Боишься, что сбегу?

— Нет, что вы, — быстро проговорил он, а затем остановился посреди тропинки, обернулся и несколько секунд смотрел на меня. Сглотнув подступивший к горлу комок, мужчина произнес: — Просто вы очень сильно похожи на вашего покойного батюшку. Простите… нахлынуло.

Он быстро шагал вперед.

Хм… Вроде бы не притворяется и чувства демонстрирует искренние.

— Как тебя звать-то хоть? — спросил я, нагнав мужчину.

— Антон Кириллович Бахтиеев, — на ходу ответил мужчина. — Десятник рати графского рода Резановых.

— Очень приятно, Антон. Александр Ярославич Егоров.

Бахтиеев нервно оглянулся, услышав мою фамилию, но ничего не сказал.

Впереди раздавался тихий шёпот мотора — мы вышли из-за деревьев к парковке перед очередным домом. Как раз к черному, покрытому пылью внедорожнику. Десятник рати открыл передо мной заднюю дверь этой не особо новой машины, и я без промедления запрыгнул внутрь.

— Всем привет, — поздоровался я с водителем и телохранителем.

Мужики лишь молча кивнули.

— Поехали, парни, — твердо произнес Бахтиеев, усевшись рядом со мной. — Его сиятельство уже заждался своего гостя.

Мужики снова кивнули, и машина плавно тронулась с места. Понятно, эти двое не в курсе, кто я.

Хотя водитель то и дело поглядывает на меня через зеркало заднего вида. Что, тоже прошлого наследника рода вспомнил, увидев мое лицо? Или просто любопытно?

— Далеко ехать? — коротко спросил я.

— Не очень, — ответил Бахтиеев. — В течение минут пятидесяти будем на месте.

Достав смартфон, он принялся строчить отчет.

* * *

В какой-то момент жилых домов за окнами машины начало становиться все меньше и меньше. Я видел то железную дорогу, то авторынки. Вон мебельный центр, перед которым несколько ларьков с быстрой едой. Рядом с этими ларьками стояли желто-белые машины –похоже, здесь испокон веков точка кормёжки у таксистов.

Мы тоже сбросили скорость и свернули буквально в тридцати метров от кафешек. А спустя несколько секунд я с удивлением осознал, что мы въехали на какую-то торговую базу стройматериалов.

Хотя почему это «какую-то»? Мой друг — барон Семен Прозоров собрал для меня информацию о роде Резановых и их вассалах. Активов у Резановых не так много, если сравнивать с крепкими графскими родами, но кое-что до сих пор имеется.

Например, эта база, куда мы въехали. Интересное место выбрал дед для долгожданной встречи. Для сторонних наблюдателей нет ничего удивительно, что граф приехал с инспекцией в свои владения. А, учитывая, что здесь торговые точки — затеряться в толпе гостю, которого нужно скрывать, не проблема.

Наш внедорожник подъехал к магазину с яркой вывеской и незамысловатым названием: «Краски Мира».

— Закажите на кассе колер два-один-двенадцать, и за вами выйдут, — произнес десятник, кивком головы указав на дверь магазина.

— Я только сегодня получил свежеотремонтированный номер в общежитии, а ты мне уже предлагаешь стены перекрашивать? — усмехнулся я.

Бахтиеев хотел что-то ответить, но я поднял руку и произнес:

— Спасибо, что подбросили. Еще увидимся!

Выйдя из машины, я вошел в магазин и пару минут бродил между стеллажами с разнообразными банками и ведрами.

— Здравствуйте. Что именно красить собираетесь? — доброжелательно поинтересовалась у меня женщина-консультант со смешной прической.

— Здравствуйте. Спасибо, мне уже всё подсказали. О, касса освободилась! Хороших продаж, — улыбнувшись ей, я быстрым шагом направился к кассе.

За кассой стоял мужчина, мы вежливо поздоровались друг с другом, и я назвал ему пароль от Бахтиеева. Кассир на миг подвис, пытаясь понять, что именно от него хотят. Затем изумленно уставился на меня и судорожно закивал:

— Одну секунду! Сейчас все будет! Галя!!! Посмотри за кассой, мне нужно срочно отойти!!! — он отодвинул тумбочку, выбежал из-за прилавка и махнул мне: — Идемте за мной.

Подбежав к двери с табличкой «Только для персонала», мужчина обернулся, извинился и попросил подождать его здесь.

— Конечно подожду, не переживайте, — произнес я успокаивающе.

Он благодарно кивнул и рванул за дверь.

Я остался стоять в торговом зале.

Мимо меня прошла любопытная пара — девчушка лет тринадцати с черными волосами и в черных одеждах да женщина, формой и нарядом похожая на розовую зефирку.

— Мама, я говорю тебе, что черная стена будет отлично смотреть в гостиной!

— Нет, Лизонька, мне кажется, что лучше персиковая.

— Ну мама! У нас и так туалет розовой! Тошнит уже от этой нежности!

— А в твоей черной комнате, как в норе, и…

Служебная дверь распахнулась, и я снова увидел кассира.

— Идемте, вас ожидают, — проговорил он и поклонился.

Так и не узнав, чем закончился бытовой конфликт отцов и детей, точнее матери и дочери, я отправился на встречу со своим дедом.

Мы поднялись по узкой лестнице за второй этаж, и кассир замер, перед двустворчатыми дверьми, рядом с которыми висела табличка «Зал совещаний». Поколебавшись, он повернулся ко мне и прошептал:

— Его сиятельство ждет вас.

Мужчина поклонился, нервно распахнул передо мной двери и отошел в сторону.

В нос ударил аромат домашних блюд, от которого у меня заурчал живот. Я переступил порог зала и увидел длинный стол для совещаний, на котором была расстелена скатерть, расставлены блюда, закуски и напитки.

Двери за моей спиной закрылись.

Помимо меня в зале был единственный человек — облаченный в костюм серебристого цвета сухонький лысый старик с седыми усами. Едва я вошел, он замер, приоткрыв рот. Его глаза очень напоминали мои своей радужкой, отливавшей металлическим оттенком.

Взгляд старика был живым.

— Саша… — пробормотал он, приподнявшись со стула. — Это ведь правда ты?

— Александр Ярославович Егоров к вашим услугам, ваше сиятельство, — спокойно ответил я и зашагал к столу.

— Ты так похож на меня в молодости… — неотрывно смотрел на меня граф. — И на Ярослава. Ты…

Граф задрожал и схватился за сердце. Он начал падать, но успел упереться рукой о столешницу.

Я уже был рядом и подхватил его.

— Не стоит так волноваться, ваше сиятельство, — проговорил я, желая его усадить.

— Ничего мне не будет, — хмыкнул граф, глядя мне в глаза. — Не после того, как я нашел своего внука.

Он подался вперед, я позволил старику обнять меня.

— Прости, Саша… — бормотал старый граф. — Прости, что так долго тебя искали… Прости, и…

— Присядьте, ваше сиятельство, — проговорил я мягко. — Вы, вероятно, поужинать хотели? Еда сейчас остынет.

Граф отпустил меня и вымученно улыбнулся:

— Да, конечно… Какие ж разговоры на пустой желудок. Присаживайся, Саша. Многое дистанционно не приготовишь, но чем богаты, тем и рады.

— Скромничаете, ваше сиятельство, — усмехнулся я, сев на стул рядом с графом. — Нам двоим здесь есть и есть.

— Эх… — вздохнул граф. — Какой ты у меня… сдержанный! То, что нужно, для настоящего воина! Ну давай откушаем! Приятного аппетита, Саша.

В ответ я тоже пожелал графу приятного аппетита и приступил к трапезе. На первое у нас была уха из осетра, которую подали вместе с маленькими бутербродиками с черной икрой. Этот бутерброд я съел отдельно, что получше распробовать местный деликатес, ведь в моем прошлом мире черной икры уже не было — вымерли все осетровые.

Ну что сказать… Красная икра мне явно нравится больше.

Так, а что у нас на второе? Бефстроганов? М-м-м… отборная и нежная телятина, прямо-таки тает во рту.

Здорово кормят на этой торговой базе стройматериалов.

Хоть я и наслаждался этим роскошным ужином, голову не терял и вполглаза наблюдал за графом. Из плюсов — сам старик Резанов ел молча, в моей личной оценочной шкале за это полагаются дополнительные баллы. Из минусов — этот, казалось бы, импульсивный старик, смог взять себя в руки и теперь смотрел на меня оценивающе. Да, я все еще чувствовал тепло в его взгляде. Он был искренне рад видеть меня.

Но теперь помимо доброго дедушки, рядом со мной сидел еще и властный глава рода.

— Саша, покушай курочку, — предложил граф, пододвинув мне тарелку с салатом, едва я сам перестал есть.

— Спасибо, ваше сиятельство, больше не лезет, — я улыбнулся деду и выпил полстакана компота.

По моему взгляду граф понял, что я готов к серьезному разговору. Сам он тоже успел уже перекусить и тоже перейти к компоту.

Дед улыбнулся и спросил:

— Ты еще не понял, кто я на самом деле?

— Граф Владислав Александрович Резанов — глава одноименного графского рода, — спокойно ответил я.

— Это верно, — кивнул он, не сводя с меня внимательного взгляда. — А я еще я твой родной дед.

Разыгрывать неведение не входило в мои планы, потому я молча кивнул.

Дед чуть нахмурился и проговорил:

— Как я и думал, ты не удивлен. Ты все знал, да? Графиня Самоцветова сказала тебе?

— В том числе, — кивнул я, поставив на стол опустевший стакан. — Но она опоздала с этой новостью. Она очень хотела обрадовать и вас, ваше сиятельство, но я попросил ее этого не делать.

— «Ваше сиятельство», — повторил за мной дед Резанов и поморщился. — К чему это? Ты настолько обижен на меня, что принципиально не хочешь звать меня дедом? Или хотя бы по имени?

— Почему я должен быть на вас обижен? — изобразил я удивление, хотя прекрасно понимал, что имеет в виду граф.

Владислав Александрович скривился и отвернулся.

— Потому что мы не могли тебя найти семнадцать лет. Из-за этого тебе — наследнику графского рода Резановых пришлось жить в приюте с простолюдинами… Потом в кадетском корпусе. А потом… — он сверкнул глазами и стукнул кулаками по столу: — Потом тебя и вовсе отправили на убой, как пушечное мясо! Так поступать с графом недопустимо!

— Ни с кем так поступать недопустимо, — хмуро произнес я. — Все, что вы перечислили, Владислав Александрович, имеет место быть. Но я не в обиде за это. Ведь все это — моя жизнь, и обижаться на нее я не собираюсь.

Граф поджал губы и закивал.

— Достойные слова, — проговорил. — Я… горд видеть, каким ты вырос. Хоть мне и грустно, что ты вырос без меня. Но теперь все изменится, Саша. Теперь мы будем вместе. Мы устроим церемонию демонстрации родства, и я публично признаю тебя своим законным наследником!

Он выпятил грудь так гордо, будто бы был готов сражаться против целого мира, если понадобиться. Единственный нюанс — для этого сражения старику сейчас необходим я.

— Нет, — ответил я ровным тоном.

Глава 21

— Что? — граф Резанов осунулся прямо на глазах, будто из него вынули невидимый стержень.

— Я не приму ваше шикарное предложение, — спокойно продолжил я. — По крайней мере, до тех пор, пока не узнаю, что меня связывает с несуществующим ныне родом Пожарских.

Владислав Александрович резко откинулся на спинку стула и широко распахнул глаза.

— Откуда тебе это известно? — прошептал он.

А затем нахмурился и прорычал:

— Говори! Что ты об этом знаешь⁈

Он впился в меня яростным взглядом, но и тоже нахмурил брови:

— Вы считаете, что имеете право мне приказывать, ваше сиятельство?

Граф Резанов шевельнул желваками, медленно выдохнул и налил себе из графина еще компота.

— Я не стану напоминать тебе, что мой социальный статус в любом случае выше твоего, — хмуро произнес он. — Скажу лишь то, что ты сейчас упомянул тайну нашего рода, которой ты пока что, владеть не должен. Поэтому я и спрашиваю тебя, Саша, откуда тебе известно о Пожарских?

— Неважно, — мотнул я головой. — Вашему роду мои знания никак не угрожают.

Ну не говорить же деду, что барон Прозоров взломал его сервер, верно?

— «Вашему» роду? — скривился он, будто съел лимон. — Я не понимаю тебя… Ты не хочешь стать наследником графского рода с древней историей?

Он пристально уставился на меня, как удав на мышь.

— Я не хочу принимать на себя какие-либо обязательства, не разобравшись в ситуации, — спокойно ответил я и продолжил: — Меня похитили не с целью ослабить род Резановых, я в этом однозначно уверен. То, что род сильно пострадал после моего похищения — заслуга Воронцовых и прочих недоброжелателей, которые смогли воспользоваться ситуацией. Но не они эту ситуацию создали, верно?

Я смотрел на графа Резанова точно таким же взглядом, как и он на меня. Некоторое время мы не отводили друг от друга глаз и даже не моргали.

Затем он цокнул и покачал головой:

— Не так давно кто-то пытался взломать наши сервера с информацией. Скажешь мне, кто это был?

— Понятия не имею, о чем вы, — отозвался я.

— Ясно… — пробурчал Владислав Александрович в сторону. А затем хлопнул по столу и произнес: — Ладно, собирайся! Поехали, домой!

Он поднялся из-за стола.

— Мой дом сейчас общежитие МАУД, — все также спокойно ответил я.

— Да что ж такое-то! — вспылил граф и топнул. — Ты в самом деле отказываешься, Саша? Я правда не понимаю…

— Не понимаете? Вы действительно думаете, что придете, скажете: «Саша, я твой дед», и всё — получите обожающего вас внука? Я вам уже все сказал — пока не расскажите мне, кто и зачем меня похитил, и причем тут несуществующий род Пожарских, я и не подумаю принять вашу фамилию.

— И проживешь всю жизнь простолюдином⁈ — в сердцах выкрикнул он. — Вместо того чтобы быть графом?

— Вместо того чтобы слепо идти за вами, не понимая ситуации, я лучше буду сам себе командиром и своими силами получу личное дворянство. Вы ведь уже в курсе, что я Друг двух боярских родов?

— Двух? — опешил он.

Да уж, реакция у деда сейчас прямо как у ректора пару дней назад.

— Мурашовым помог кое в чем, — ответил я и снова взял нити беседы в свои руки: — Так что я привык рассчитывать на себя и зарабатывать блага своими силами. Вы, Владислав Александрович, хотите восстановить наши отношения, верно?

— Верно… — буркнул он. — Может ты и не помнишь этого, но я прекрасно помню, как качал тебя на руках, когда ты был младенцем. Как учил тебя ходить, — дед не сдержался и грустно улыбнулся. — Ты хватался своими маленькими пальчиками за мои пальцы и опираясь на них, делал свои первые неловкие шаги…

Он стиснул зубы и отвернулся. Граф задрожал, ему было больно вспоминать то давнее мирное время.

Я понимал его боль — когда в моем прошлом мире случилось Первое Пришествие, для меня тоже очень многое изменилось. Однако же позволить себе идти на поводу у графа Резанова только из-за сочувствия я не мог.

— Ты был такой милый и добрый малыш… — тихо прошептал он. — Ярослав и Настя души в тебе не чаяли. Да и я тоже, и… Проклятье!!! — громко выругался граф и топнул ногой, выпуская поток ветра. Доски пола под его ступней разметало в щепки. — Проклятье!!! Проклятье!!! — продолжил крушить пол Зала совещаний Владислав Александрович. — Эта дрянь тоже в тебе души не чаяла! Мы ее чуть ли не на помойки подобрали, а она… Она!!! Тварь!!! Сука!!!

Сжав кулаки, граф задрал голову к потолку и замер.

Я же пытался понять о ком он говорит. Уж не о той ли женщине из моих воспоминаний?

— Я помню, что она звала меня «сынок»… — произнес я осторожно.

Граф резко обернулся и ожог меня пылающим взглядом:

— Это бред, Саша!!! Ты сын Насти, а не этой марамойки!!! Забудь все, что она говорила тебе!!! Это все бред сумасшедшей сучки, мечтавшей вернуть то, что уже давно уничтожено! Получить то, чем никогда не владела… Забудь обо всех ее словах, Саша. Она уже разрушила наш род… Я не хочу, чтобы она даже спустя много лет после своей смерти нам вредила. Не вспоминай о ней, и пойдем со мной, — Резанов протянул мне ладонь и с надеждой посмотрел мне в глаза.

Сердце сжалось. Неужели тело реагирует на родную кровь? Или это память реципиента из его младенчества взыграла?

Я поборол нахлынувшие чувства и произнес:

— Сперва я хочу услышать подробности о своем похищении и о связи этой женщины с родом Пожарских.

— Да что ж такое-то! — всплеснул руками граф. — Ты такой же упертый, как и твой отец! Хорошо, давай так… пообещай, что когда я тебе все расскажу, ты перестанешь отнекиваться, поедешь со мной в наш дом, затем публично продемонстрируешь наш Родовой Дар и признаешь меня дедом, а я тебя внуком?

Он успокоился и пристально уставился на меня.

— Вы говорите, что я упертый, как и мой отец, — вздохнул я. — Но ведь и мой отец тоже от кого-то унаследовал свою упертость, верно?

— Что ты хочешь сказать этим, Саша?

— Лишь то, что я не могу пообещать вам то, что вы просите.

— Почему?

Я почувствовал, что уже сам начинаю заводиться. Допив компот, я медленно выдохнул. Все это время дед стоял на ногах и терпеливо ждал мой ответ.

— Потому что меня интересует не только информация, но и возможность сделать выбор, опираясь на нее, — произнес я. — А вы норовите лишить меня этой возможности.

Граф Резанов насупился, отвернулся и по разрушенном полу зашагал к окну.

— Ты станешь отличным главой рода, Саша, — произнес он не оборачиваясь.

— Спасибо, я знаю.

— Но ты должен понимать, что не все в мире решается одной лишь юношеской упертостью. Я не могу рассказать тебе то, что ты хочешь знать, на твоих условиях. Я не хочу рисковать внуком после того, как нашел его спустя семнадцать лет.

Что? Он пытается уберечь меня, от… чего? Но он готов мне рассказать о Пожарских, если я стану Резановым.

Если я по законам Империи уже больше не смогу сменить фамилию…

В зале воцарилось давящее молчание — наша беседа зашла в тупик. Я прокручивал в голове варианты дальнейших переговоров. Полагаю, граф Резанов была занят тем же самым.

Как вдруг у него зазвонил телефон.

Владислав Александрович напрягся и тихо прошептал:

— Что за?..

Он сунул руку во внутренний карман пиджака и достал простенький кнопочный телефон. Примечательно, что современный смартфон графа все это время лежал на полке у окна, рядом с его сумкой.

— Прошу прощения, Саш, — через плечо бросил он и принял вызов: — Слушаю!

Я еще раз взглянул на второй телефон деда. Понятно, сейчас ему позвонили по экстренному номеру.

— Что ты сказал? — прошептал дед бледнея. — Как она? Ага… я понял. Скоро будем! Держитесь!

Скинув вызов, граф в два шага добрался до тумбочки, схватил второй телефон и сумку.

— Прости, Саша, на сегодня наша встреча закончена, — напряженно произнес он, быстрым шагом направившись к выходу.

— Я помогу тебе, поеду с тобой, — подорвался я и поравнялся с дедом.

Он бросил на меня удивленный взгляд, но тут же посмурнел и ответил:

— Нет. Ты отказываешься возвращаться в наш род, и я не позволю тебе участвовать в делах рода. Тебя отвезут обратно в общежитие. Позже я позвоню тебе, вернемся к нашей беседе.

Он быстро вышел из зала и едва ли не бегом спустился по лестнице. Я последовал за ним. Граф вышел на улицу через черный ход. В тот момент, когда дверь была открыта я услышал его голос:

— Сергей, отвези Александра!

Быстро прокрутив в голове варианты, я открыл другую дверь — ту, что вела в торговый зал магазина красок.

— Александр, подождите, пожалуйста! — нагнал меня молодой крепкий мужчина в черной рубашке. — Я отвезу вас, и…

— Ненужно, — отрезал я. — Сам доберусь.

— Но у меня приказ, его сиятельства, и…

— Ненужно! — повторил я, резко обернувшись.

Внутри меня бурлили эмоции. Пусть я не собирался становиться Резановым (по крайней мере, прямо сейчас) — я желал этому графскому роду только хорошего. Я чувствовал, что Резановы моя родня, и я неотрывно связан с ними. А своей душой старого генерала, я чувствовал во Владиславе Александровиче родственную душу. Он напоминал мне меня самого из прошлой жизни. Правда в миниатюре — сам я был круче и сильнее, чем старик Резанов.

И все эти эмоции рвались наружу.

Сергей замер и побледнел, глядя мне прямо в глаза. Что он там увидел? Сильнейшего генерала Российской Империи? Или Первого Императора Земли.

— Я сам доберусь куда мне нужно, — хмуро продолжил я. — А ты помоги его сиятельству. Понял?

— Так точно! — рявкнул молодой парень и рванул обратно.

Я же продолжил свой путь и уже через пару минут шел мимо уличных кафешек.

— День сегодня какой-то неудачный, — услышал я хмурый голос высокого, светловолосого мужчины, который стоял возле желтой машины. — У моей завтра день рождения, нужно подарки в «Диких Ягодах» выкупить да столик оплатить, а заказов и нет толком.

— Ха! Это Аллах тебя предупреждает, Вася, — весело заявил пухлый смуглокожий таксист. — У меня сегодня уже выручка как за два дня.

— Ага! Оператор на нашей стороне, — рассмеялся другой таксист, похожий на моего знакомого Саида. — Если деньги к тебе не идут, значит, они тебе просто не нужны!

Василий, тяжело вздохнул и опустил глаза.

Я подлетел к нему и хлопнул по плечу:

— Машина нужна, уважаемый, плачу наличкой. Двадцать рублей аванс!

Таксист Василий широко округлил глаза, улыбнулся и закивал:

— Конечно-конечно! За мной пожалуйста! — он оббежал машину и потянулся к ручке задней двери.

— Я спереди. Давайте уже за руль, опаздываем!

Под изумленные взгляды своих восточных коллег Василий снова оббежал машину и плюхнулся на водительское место. Я положил ему в подстаканник две купюры номиналом в десять рублей и прислушался к своим ощущениям.

Дед Резанов стартовал из другой локации, и его машина уже в пути.

Но благодаря своему улучшенному поисковому заклинанию я чувствовал шлейф его дыхания.

— Выезжаем на дорогу и на ближайшем перекрестке направо, — твердо произнес я, глядя на открытое на смартфоне таксиста приложение навигатора. — Дальше я покажу дорогу.

— Понял, — подобрался Василий, включив задний ход.

Сверяя свои ощущения с электронной картой, я направлял нашу машину. Таксист слушался беспрекословно, не задавая лишних вопросов. В какой-то момент я заметил, что он как будто бы изменился — едва движения стали четкими, ушла излишняя суета и нервозность, а взгляд полностью сконцентрировался на дороге.

Мы встроились в поток.

— Чуть побыстрее, — сказал я.

— Есть, — отозвался Василий.

Машина ускорилась, мы пролетели пару светофоров, но расстояние до автомобиля графа Резанова так и не сократилось.

Василий начал тормозить, и машина плавно остановилась в нескольких сантиметрах от стоп-линии — на очередном светофоре горел красный свет.

— Вы служили водителем в армии? — спросил я, поглядывая по сторонам и не прекращая отслеживать шлейф дыхания графа.

— А? — таксист мотнул головой и будто вернулся из транса. — Да. Было дело. А потом одного успешного дельца возил несколько лет. Но он, когда стал личным дворянином, уволил меня, — Василий громко усмехнулся.

— Глупец, — отозвался я. — Или было за что?

— Было, — хмыкнул он. — Есть у меня один недостаток — «простолюдин» называется. Мой бывший начальник нашел себе водителя без этого недостатка. Из рода потомственных Слуг.

«Как это?» — хотел уж было спросить я, но не стал, поняв, что потомственный Слуга может искать нового господина лишь в двух случаях — если он изгой, или если господский род уничтожен.

— Став аристократом, он взял его к себе на службу вместе с родней, — продолжил Василий. — Престижнее это, чем простолюдина Слугой делать. А много Слуг он сразу не потянул финансово.

Таксист засмеялся и нажал на газ.

— В самом деле глупец, — произнес я, когда машина быстро и плавно тронулась с места.

Василий снова всецело сосредоточился на вождении.

Я чувствовал, что дед отрывается от нас. Но это не беда — шлейф дыхания быстро не развеется — след я не потеряю.

Однако же и задерживаться сильно не хочется.

Что случилось у Резановых?

Из-за кого так переполошился Владислав Александрович?

— Опять красный, — проворчал таксист. — Простите. Может, скажете конечный пункт, и я попробую составить маршрут? Чтобы не стоять на перекрестках.

— Кабы я знал этот конечный пункт, — отозвался я.

Василий с подозрением поглядел на меня.

— Двадцать рублей — это аванс, — напомнил я. — Будет еще.

Он кивнул и задумался. Я завертел головой, мой взгляд остановился на рыжей маске, что была надета на подголовник водительского сиденья и смотрела мордой на сиденье заднее.

— Странный аксессуар, — заметил я.

— Клиенты позабыли на днях. На Иван Купала нарядиться решили, видимо.

— Грустно им, наверное, было, когда поняли, что маску оставили.

— Да нет, им было очень весело и без маски, — усмехнулся Василий. А затем снова подобрался и спросил: — Как я понимаю, ваша конечная точка поездки постоянно меняется?

— Движется, я бы сказал, — кивнул я, внимательно глядя на водителя.

На несколько секунд он задумался, а затем кивнул каким-то своим мыслям.

— Еще десять рублей аванса, и я не спрашиваю подробности, приложу все свои усилия и используя все умения, чтобы доставить вас к цели как можно быстрее.

Он вопросительно посмотрел на меня.

Я молча положил в подстаканник еще две десятки.

Василий улыбнулся и покосился на экран смартфона.

— Где цель прямо сейчас?

Прислушавшись к своим ощущениям, я обозначил место на карте.

— Понял, — кивнул таксист и нажал на газ.

Машина выехала за стоп-линию и перестроилась в крайнюю правую. Через пару секунд сменился сигнал светофора, и мы резко свернули.

— Проскочим через дворы, держитесь, командир!

Я усмехнулся. Если вспоминать слова двух других таксистов и поверить в них, получается, сегодня весь день Василий ждал своего божественного шанса проявить себя и заработать денег — меня.

А еще меня сегодня ждет Ваня Медведев…

Я глянул на часы, достал свой телефон и написал сообщение:

«Привет. Прости, появились срочные дела. Сегодня с переездом не получится — теперь только завтра».

Я отправил сообщение Медведеву и невольно вспомнили хмурую рожу нашей комендантши.

«Понял тебя, — быстро ответил Иван. — Ну тогда завтра помогу, дай только знать, когда».

Зоя Петровна ведь сказала, что вещи нужно вывести до сегодняшнего вечера? И она явно не упустит возможности уколоть меня и подложить свинью.

Горько вздохнув, я написал Ивану:

«Спасибо тебе. Но, возможно, придется таскать шмотки рано утром».

«Что??? Эх… Ладно, пиши утром. И не дай Бог ты проигнорируешь меня, Александр!»

Я снова усмехнулся. Повезло мне с одногруппниками — Ваня, похоже, отличный парень. И то, что он вассал Пермского княжества лишь пойдет мне на пользу.

Но все это сейчас неважно.

Главное, что благодаря уверенной езде Василия мы настигаем машину моего деда.

— Сейчас они здесь, — произнес я, снова ткнув пальцем в навигатор.

— Понял, — ответил таксист, даже не думая менять направление. — Не переживайте, командир. Не упустим.

Глава 22

Иван Медведев сидел в своей комнате за столом и смотрел в потолок.

«Чем бы заняться? — подумал парень и покосился на стопку с учебниками. — Нет… сегодня я не настроен тратить время на учебу».

Он поднялся с кресла и принялся мерить комнату шагами.

Остановившись посреди гостиной, парень выдохнул и пробормотал себе под нос:

— Вот что такого у него могло случиться на ночь глядя?

Подойдя к холодильнику, Иван открыл его и несколько секунд разглядывал бутылки виски и пива, которые он приготовил для празднования новоселья своего одногруппника.

Иван был решительно настроен покутить сегодня вечером, но Александр Егоров обломал его планы.

Тяжело вздохнув, Медведев вернулся за рабочий стол и раскрыл учебники. Парень заставил себя отключиться от внешних раздражителей и всецело сосредоточиться на изучении того, как изменились маркетинговые пространства с начала цифровой эпохи.

«Раз уж все равно заняться нечем, так хоть поучусь», — принял он непростое решение, справедливо рассудив, что позже все равно удастся покутить с Егоровым. Так почему бы заранее не освободить время для этого «позже»?

Иван Медведев смог полностью погрузиться в тему. Он не просто читал учебник, но и делал конспект и дополнительно искал статьи в глобале. Парень настолько увлекся, что не заметил, как ему в дверь постучали. Затем еще раз… третий…

«Стучат, что ли? — с удивлением оторвался от учебы Медведев. — И кому я понадобился на ночь глядя?»

Проверив, что на смартфоне нет непрочитанных сообщений или же пропущенных вызовов, он направился к двери. Снова постучали — громко и быстро, с явным нетерпением.

— Иду-иду! — проворчал Медведев и отпер дверь.

Дверь отворилась настолько стремительно, что маленький кулачок едва не ударил Ивану в грудь.

— Зинаида Константиновна? Анна? — удивился Медведев, увидев неожиданных гостей. — Прекрасно выглядите, дамы.

Молодой дворянин, как завороженный, смотрел на девушек. Анна была облачена в нежно-голубые брюки, светлую маечку с цветным принтом и жакет, а ее госпожа — в черное платье с белыми кружевами и темные колготки. Обе девушки сделали вечерний макияж и собрали волосы в прически. Иван насмотрелся на жительниц общежития и научился разбираться, какие образы у студенток «домашние» — для того чтобы пройтись по общежитию и прогуляться по территории.

Так вот, Анна и баронесса нарядились так, будто бы собрались выйти в свет. Не на прием, конечно, но как минимум на прогулку по дорогому торговому центру, походу в ресторан или кино.

— Благодарю, Иван Иванович, — кивнула баронесса, выпрямившись и спрятав кулаки за спину. — А вы, будто бы не собирались выходить из дома?

Медведев с удивлением заметил, что Анна пытается заглянуть вглубь его номера, точно что-то высматривает.

— Так и есть, дамы, — кивнул Медведев.

— Стало быть, мероприятие в честь переезда Александра Ярославовича пройдет у вас? — повернулась к нему Анна.

— В честь Егорова? — удивился Иван. — Нет, что вы. Переезд нужно отмечать там, куда человек переехал. Но, дамы, я решительно не понимаю, что происходит. Не проясните?

Девушку переглянулись. Баронесса закатила глаза, затем открыла рот, чтобы ответить, но ее опередила Анна:

— Понимаете, мы тоже приглашены на это мероприятие. Как мы поняли, оно пройдет сегодня — ребята в коридоре обсуждали, да и сам Александр выглядел так, будто хочет поскорее переехать к нам в общежитие, вот мы и… хотели уточнить подробности.

— Понятно, — улыбнулся Иван. — А номера Александра у вас, стало быть, нет.

— Есть, — недовольно проговорила Анна и покосилась на баронессу. — Но ее благородие не захотела писать первой.

Баронесса тяжело вздохнула и отвернулась.

Анна же снова посмотрела на Медведева и спросила:

— Ну так что, Иван Иванович, во сколько запланировано начало мероприятия?

— Эм…- замялся дворянин. — Дамы, понимаете, тут такое дело… Мероприятие не сегодня. Да и дата еще точно неизвестна.

— Как не сегодня? — опешила Анна. — Но ведь… Судари в коридоре обсуждали… — она недоумевающе мотнула головой, указывая на коридор.

— Да, все верно, — зачастил Иван. — Планировалось сегодня, но оно перенеслось.

— Почему? — резко спросила баронесса.

«Прости, Александр», — мысленно произнес Иван и ответил:

— У Александра возникли срочные дела в городе. Подробностей я, увы, не знаю.

— Срочные дела? — нахмурилась Анна. — На ночь глядя? Опять?

Иван виновато развел руки в сторону.

— Понятия не имею, чем именно он занимается, — произнес дворянин. — Но будьте уверены, что чем-то очень важным.

— Конечно-конечно, — елейным голосочком пропела Анна. — Иначе и быть не может — он занят важным делом. Как там говорил господин Ионов, прошлый раз? «В деле замешана дама?»

От взгляда Анны, Иван Медведев сжался, а по его спине пробежал холодок.

«Не завидую я тебе, Саня, — мелькнуло в его голове. — Ой, не завидую».

* * *

Некоторое время назад. Юго-Восток Москвы. Недалеко от имения графского рода Резановых.

Несколько неприметных машин с тонированными окнами стояли на парковке одного из магазинов продуктовой сети «Шестёрочка». Напряжение явственно ощущалось в салонах этих машин. Особенно в салоне серого микроавтобуса РАФ-2210, в котором находились глава дворянского рода Масловых — Сергей Михайлович, и командир его рати Снегирёв Борис Юрьевич.

— Ваше благородие, она выехала из имения, — хмуро произнес Снегирев, получив доклад от наблюдателя.

Маслов бросить взгляд на наручные часы и усмехнулся:

— Точно в срок. Птичка летит в театр, показывать всем, что у графского рода Резановых всё хорошо. Но не долетит. Старик так и не показался на горизонте?

— Никак нет, ваше благородие, — отрицательно мотнул головой командир ратников и нахмурился.

Маслов хорошо знал своего главного воителя, так что скривился и тяжело вздохнул:

— Чего еще, Боря? Говори быстрее — дозволяю.

— Слушаюсь, ваше благородие, — склонил голову Снегирёв. — Я все еще считаю, операцию слишком опасной для будущего рода. Да, мы все распланировали. Более того, нам повезло, что его сиятельство граф Резанов внезапно покинул свое имение и увел с собой часть рати. За саму операцию я не переживаю. Но ее последствия могут стать ужасными для нас.

Маслов снисходительно улыбнулся и хлопнул по плечу старого вояку.

— Могут, но не станут. Я верю в наших ратников, Боря. Недаром ты их тренировал. А вознаграждение за уничтожение рода Резановых нам хватит, чтобы усилить рать еще больше. Чтобы нанять новых воинов. Ты ведь об этом мечтал, верно?

— Да… но… Граф Резанов будет мстить.

— И что же? Нам бояться еле живого старика с его куцей ратью? Довольно разговоров, Боря! Действуем согласно плану!

— Есть! — решительно ответил командир ратников и поднес рацию ко рту. — Второй, что у вас?

— Еще не видим её, Снегирь. Погоди… Показался кортеж цели! Цель прошла первую контрольную точку! Повторяю, цель движется ко второй контрольной точке!

— Отлично! — ответил глава ратников и переключил канал. — Всем группам, выдвигаемся!

* * *

Чуть позже. Примерно там же.

— Держитесь, госпожа! — напряженно выкрикнул Кирилл — личный водитель Алисы Ярославны Резановой.

Натужно заскрипели тормоза и раздался грохот, когда машина юной графини врезалась в выскочивший на дорогу грузовик.

— Все в ружьё!!! — заревела рация голосом начальника охраны кортежа Алисы Ярославны.

— Окх… — захрипела девушка, держась за голову.

— Госпожа, вы как⁈ — разрезая подушки безопасности, напряженно спросила верная телохранительница графини, вассалка рода Резановых — могучая Карина Антоновна Лебедева.

— В порядке, Карина, — отозвалась Алиса Ярославна. Создав с помощью Родового Дара тонкое лезвие, она вперед своей телохранительницы освободилась от оков подушки безопасности и помогла освободиться Лебедевой.

За бронированными стеклами «Лады. Волчицы» — дорогой премиальной машины, разработанной в Тольятти, слышались приглушенные выстрелы.

— Кирилл, Игнат, сражаться можете? — коротко спросила Карина Лебедева, у водителя и охранника.

— Конечно, Лебеда! — в унисон ответили ратники, подтверждая свои слова переходом на позывной.

— Что насчет машины?

— Два колеса пробиты. Можно попробовать уехать, но…

Кирилл — личный водитель графини не успел закончить фразу — раздался грохот, и машину вновь тряхнуло, раздался звон битого стекла…

— Проклятье! — выругалась Алиса Ярославна, обернувшись и увидев у себя за спиной каменную пику. Если бы не каменная плита, появившаяся перед пикой, графиня бы лишилась головы.

— Спасибо, — пробормотала она, глядя на Карину.

Телохранительница же хмурилась, видя, как вражеская пика трансформируется в тяжелый валун. Впереди путь их машине преграждал грузовик, теперь и позади появилось препятствие.

— Уехать не выйдет. Будем выбираться так! От меня и госпожи не отходить, — быстро произнесла Лебедева. — По моей команде выходим все в левые двери.

Рядом с машиной раздался оглушительный взрыв, когда огненный шар врезался в водяную стену. Вокруг все завалило паром.

— На выход! — скомандовала Карина, открыв свою дверь.

Она выпрыгнула на улицу и протянула руку Алисе Ярославне, но графиня справилась и без помощи. Увидев, что Кирилл и Игнат не могут выбраться, графиня Резанова создала металлический резак, сунула его в тонкую щель между дверью и кузовом и срезала заклинивший замок.

— Спасибо, ваше сиятельство, — быстро произнес Кирилл.

— «Жало», — поправила его девушка, напомнив свой позывной, который получила от деда.

Кирилл и Игнат, готовые к бою, концентрировали ману. Каждый из них, как и обе дамы, уже держали в руках по артефактному пистолету. Карина Лебедева обошла машину и попыталась открыть багажник.

— Гребанная «Лада»! — пробурчала телохранительница, поняв, что и этот замок заклинило.

— Дай, я, — велела графиня, оказавшись рядом.

Зашуршала рация.

— Лебеда, как обстановка? — услышали все четверо усталый голос начальника охраны кортежа.

— Все живы, вооружаемся, — ответила Карина, достав из открывшегося багажника штурмовую винтовку.

— Четверо прорвались к вам. Задержите их! Они перекрыли нам маршруты отступления, но подкрепление уже близко!

— Поняла! Продержимся! Не дадим им похитить госпожу!

— Да… — сдавленно прохрипел начальник охраны, и связь прервалась.

— Учитывая ту каменную пику, вряд ли на этот раз меня снова хотят похитить, — услышала Карина Лебедева спокойный голос графини. Скосив взгляд, дворянка увидела, что ее госпожа уже успела натянуть полукомбинезон тактического бронекостюма и сейчас застегивала куртку.

— Вы полагаете, вас хотели ликвидировать? — спросила телохранительница, создав перед собой каменную стену.

— Да. Но благодаря тебе у них ничего не вышло, — графиня натянула шлем, пряча под него волосы. — Давай тоже переодень…

Голос Алисы Ярославны растворился в грохоте, когда часть только что созданной магической стены осыпалось. К этому моменту Кирилл и Игнат успели тоже облачиться в броню, лишь Лебеда, прикрывавшая товарищей, стояла в брючном костюме.

Зато со штурмовой винтовкой в руках.

Первым же выстрелом, она снесла голову одному из нападавших.

— Жало, иглы вдогонку! Конь, Столб, правый фланг! — быстро скомандовала Карина Лебедева сквозь оседающий пар, увидев силуэты врагов.

Она вновь начала стрелять, ровно в тот миг, когда с ладоней графини Резановой сорвались бесчисленные металлические иглы.

Но, увы, развить успех не получилось — мощная ледяная стена приняла на себе атаки обеих девушек.

— Иерарх… — прорычала графиня, вливая не только обычную ману, но и Второй Дар в свою атаку.

— Как минимум, — хмуро поддержала ее телохранительница.

В этот момент в девушек полетели огненные шары и ветровые серпы, но сдвоенную стену из металла и камня, они пробить не смогли.

— Их явно больше четырех! — выкрикнул Игнат, пытаясь ветровой стеной, заблокировать атаки со своего фланга.

— Гораздо больше! — поддержал друга Кирилл.

— Не ныть! Мы справимся! — рявкнула Лебедева, вливая все больше и больше маны в свою защиту.

Но вдруг раздался очередной грохот — камень и металл разлетелись в мелкое крошево, от удара ледяным тараном.

— А кто ноет? — хмыкнул Игнат.

— Мы будем сражаться до последнего! — продолжил Кирилл и очередью из винтовки прикончил подставившего противника. Правда, в следующий миг водителю пришлось отбросить оружие и создать водяной щит, который чудом справился с громадным огненным шаром.

От столкновения воды и пламени округу вновь заволокло паром.

— Лебеда, Жало, отступайте! — крикнул Игнат, воспользовавшись секундой затишья.

— Мы прикроем вас и задержим их, — серьезно произнес Кирилл.

Алиса Ярославна изумлённо уставилась на них, однако ратники рода не могли видеть эмоций госпожи из-за ее шлема.

— Ты, что ли, не слы… — начала было Лебедева, но Игнат перебил ее:

— Вряд ли в оцеплении сидят дважды одаренные Иерархи. Я верю, вы сможете прорваться, а здесь, вы…

Договорить он не успел, ибо ледяная гряда, разрывая пар и асфальт, устремилась к графине. Карина оттолкнула в сторону госпожу, и сама в последний момент увернулась от атаки, но…

Из ледяной гряды во все стороны вырвались бесчисленные пики.

— Аркх… — прохрипел Лебедева, когда одна из пик резанула ей бок.

— Уходите быстрее! — прокричал Игнат. — Пока есть шанс!

Стиснув зубы, воительница с признанием посмотрела на него и, решительно кивнув, схватила за запястье Алису Ярославну:

— Уходим, Жало! — потянула она ее за собой.

— Стой! — властно произнесла Резанова и, повернувшись к двум ратникам, поклонилась им.

На мгновенье Игнат и Кирилл замерли.

А затем одновременно ударили себе кулаками в грудь.

— Во Славу Рода Резановых!!! — пророкотал Игнат, достав из кармана небольшой исчерченный рунами шарик. Влив в него ману, воин активировал запрещенный артефакт последнего шанса и зарычал от боли. Этот артефакт выпивал из него не только ману, на и саму жизнь.

— Я не забуду вас, — быстро произнесла графиня и отвернулась. — Уходим, Лебеда!

* * *

Игнат оказался прав — в оцеплении были не такие сильные противники, как в группе ликвидации.

Но враги из оцепления получили подкрепление!

Сил Алисы Ярославны и Карины Лебедевой не хватило, чтобы легко справиться со всеми ними.

— Уходите, госпожа! Я задержу их! — голос телохранительницы… да чего уж, подруги, считай сестры, до сих пор звучал в ушах графини.

— Не дайте жертве парней стать напрасной! — кричала раненая Лебеда. — Спаситесь, и я приду к вам!

Скрепя сердце, графиня оставила ее сражаться одну.

В глубине души Алиса Ярославна верила, что так большая часть противников переключится на преследование своей главной цели, и Карине станет легче.

Но никто не преследовал графиню Резанову.

Из последних сил она брела вдоль автострады. Машины не ехали — дорогу уже явно заблокировали с обеих сторон — «обычное» дело во время разборок аристократов.

«Хотя официально с нами сейчас никто не воюет, — отвлеченные мысли крутились в голове девушки. — Полиция уже дорогу заблокировала? Она на их стороне?»

Кровь Алисы Резановой капала на пыльный асфальт, оставляя за собой красочный след. Ее бронекостюм был пробит в нескольких местах, а поврежденный шлем с разбитым визором пришлось снять после прошлой битвы. Девушка едва ногами передвигала…

Но шла вперед, подальше от сражения. Наследница древнего рода Резановых не могла позволить себе погибнуть.

Сотни лет истории рода лежали на ее плечах.

И будущее рода тоже было за ней.

— Догнал беглянку, — услышала она самоуверенный голос откуда-то сбоку и повернулась.

«Кто это? — подумала она, глядя на мужчину средних лет в костюме цвета городского хаки. — Я… вроде видела его на приемах?»

— Графья… — скривился мужчина. — Вы, высшие аристократы, редко запоминаете тех, кто стоит ниже. Ну да черт с тобой, девочка. Прощай.

Враг выставил руку и выпустил в сторону графини двухметровый огненный шар. Девушка ахнула, но рефлексы, вдолблённые с детства, победили ее испуг. Она создала перед собой двойную стену из металла и ветра. Выставив вперед обе руки, Алиса Резанова сжигала ману, пытаясь справиться с вражеской атакой.

— Давай же… — прорычала она и не думая сдаваться.

Но силы противников были совершенно неравны.

Вдруг краем глаза юная графиня Резанова увидела металлический серп.

«Деда!!!» — обрадовалась девушка. Через миг ее щиты лопнули, и огненный шар продолжил рваться вперед, но еще через мгновенье его разрезало надвое металлическим серпом! Лишившись целостности, остатки магического конструкта взорвались.

«Проклятье!» — мелькнуло в голове графини, понявшей, что сейчас ее сметёт взрывной волной.

Но ничего не произошло. Полупрозрачная линза ветрового щита, закрыла ее.

— Ты еще кто такой? — процедил враг, повернувшись вправо. В ту сторону, откуда приближался тот, кто только что использовал металл. Высокий, статный…

«Не дед, — ошарашенно подумала Алиса, глядя на приближающуюся фигуру. — Секунду… что это на нем? Почему он в маске рыжей обезьяны⁈»

Глава 23

Мой Воздушный Близнец «приехал» на место битвы вместе с графом Резановым. Ну а когда я с сам прибыл сюда, то призвал его обратно и получил всю актуальную информацию.

Итак, СБ рода Резановых не сразу идентифицировала нападавших, а как идентифицировала — сильно удивилась. Мол, чего это каким-то средненьким дворянам от нас нужно? Совсем охамели?

Хотя ответ, конечно же, у СБэшников быстро нашелся — своим нападением на наследницу рода Резановых дворяне Масловы хотят выслужиться перед более влиятельными особами. И то, что напали Масловы открыто, даже не скрывая своих лиц, а дорогу оперативно перегородили полицейские — подтверждает, что те, кто стоит над Масловыми, им активно содействуют.

Из-за перекрытой дороги последние метров семьсот мне пришлось пробежать, оставив таксиста Виталия материться, стоя в стихийной пробке.

Во время бега я разгонял себя ветром и маной. Полицейские сперва попытались меня задержать, но куда им тягаться с опытными одаренным? А преследовать меня они и вовсе не подумали — ни один неодаренный в здравом уме не захочет оказаться на поле битвы тех, кому доступны мана и Второй Дар.

Благодаря Возможному Близнецу я узнал, где находится моя сестра. Дед стремился к ней на всех парах, но застрял в бою против сильнейших ратников Масловых.

А я в маске рыжей обезьяны сестру свою спасти спешил.

Ну и успел!

— Ты еще кто такой? — процедил Маслов, когда я уничтожил его огромный огненный шар.

Мой враг — мужик средних лет в костюме цвета городского хаки, напряжённо смотрел на меня, концентрируя ману для атаки. В перевязи на его поясе висел артефактный меч, но Маслов пока что не спешил его обнажать.

Я бросил быстрый взгляд вправо на графиню Алису Ярославну Резанову. Моя младшая сестричка-погодка выглядели паршиво: бронекостюм пробит в нескольких местах, на асфальт капает кровь, лицо перемазано, а волосы спутаны.

Но при этом Алиса Резанова пыталась держать спину прямо, а подбородок чуть приподнятым. Она посмотрела на меня глазами такого же металлического оттенка, как и у меня, покачнулась, и…

Маслов выпустил с ладони огненное копье в сторону графини.

Я был готов к этому, и активировал заранее созданный конструкт заклинания. Благодаря Печати Близнеца я смог удвоить это заклинание и выпустить с каждой ладони по горизонтальному вихрю.

Я вложил в каждый вихрь Второй Дар, и потому оба они заискрились холодным светом звезд — по крайней мере так это было на самом деле. А вот для местных, все выглядело будто бы в заклинании стихии ветер вместо привычных мелких частичек пыли оказалась металлическая стружка.

Один из вихрей подхватил летящее в графиню огненное копье и изменил его направление. Спустя пару секунд он уничтожил копье внутри себя, хоть и сам порядком ослаб. И все же этот вихрь устремился к Маслову.

Который создав огненную стену, с огромным усилием пытался противостоять первому вихрю!

— Металл… — донесся до слуха едва различимый шёпот Алисы Резановой. — Не может быть…

— У-А-А!!! — взревел Маслов, и высокий мощный огненный столп разошелся в разные стороны от него. Враг выплеснул кучу маны, но смог уничтожить мою атаку, усиленную Вторым Даром.

Он повел руками над головой, трансформируя огненный столп в громадного огненного змея, и направил эту тварь прямо на меня.

Даже с расстояния метров в пятнадцать я ощущал нестерпимый жар вражеского заклинания. Змей, распахнув пасть, приближался ко мне с огромной скоростью. Я чувствовал, что мой противник — Иерарх. Сейчас он не сдерживался и не думал о том, как бы сэкономить силы. Он хотел покончить со мной и с Алисой Резановой как можно быстрее.

Ага. Как же.

Выставив перед собой руки, я активировал конструкт заклинания. Созданная из металла стена засияла на солнце невероятно ярко, ведь помимо Родового Дара для ее создания я использовал и свой Второй Дар. А перед этой стеной растянулась ветровая линза.

Огненный змей врезался в мою защиту. Уши заложило от грохота, но защита даже не дрогнула. Вражеское заклинание пыталось продавить ее, я чувствовал, что змей закрутился вокруг своей оси точно сверло…

Рванув в сторону, я оббежал эпицентр противостояния двух мощных заклинаний и, концентрируя энергию, по дуге ринулся к своему противнику.

— Что?.. — опешил он, заметив меня.

Я создал металлический клинок на правой руке — от кончика мизинца и до локтя. Ускорив себя ветром, я поравнялся с Масловым.

Но враг успел выхватить свой артефактный меч и заблокировать удар!

— Кто ты такой⁈ — изумленно выкрикнул дворянин. — У тебя их Дар⁈

Мой клинок начал нагреваться и крошиться. Проклятье! Хороший меч у этого мерзавца, а! Похоже, он усиливает стихию владельца…

Мне такой надо!

Направив ману Родового Дара в левую кисть, я вытянул пальцы, будто моя ладонь — это нож. А через секунду я создал на ладони металл. Он начал стремительно расти, в самом деле став лезвием меча.

Из груди Маслова вырвался огненный шар, я успел создать перед ним ветровую линзу, но мой противник, воспользовавшись моментом, разорвал дистанцию.

Держа меч в правой руке, враг вскинул левую. Я почувствовал, что он восстановил связь с огненным змеем и потянул остатки маны к себе.

Однако я не собирался давать противнику шанс на контратаку. Я давно уже подготовил нужный конструкт. Металл на моей левой руке «втянулся» обратно. На секунду я сжал освободившиеся пальцы в кулак, а затем плавным движением его разжал. Чуть тряхнул, будто стряхиваю с ладони муку, или приставший волос.

Двенадцать ярких искорок сорвалось с моей ладони. Их подхватил ветер, и они, пульсируя, полетели к Маслову, создав над ним сверкающий круг. Дворянин хотел сбить искры, но не успел — я вдарил ему в грудь ветром серпом, и Маслову пришлось защищаться.

А между тем с каждым тактом искры сияли все ярче и ярче. Маслов уничтожил мой ветровой серп, вскинул руки, чтобы выпустить в меня поток огненного пламени, и…

— Ай!!! — закричал он и зажмурился.

Я повел рукой, и искры подлетели ближе к нему. Маслов закричал еще громче — яркий ослепляющий свет звезд терзал его глаза даже сквозь закрытые веки.

Он вскинул руки к небу и выпустил над собой кольцо пламени. Однако за миг до этого, пульсирующие огромные искры рассыпались мелкой металлической стружкой. Я вел эту стружку по иной траектории, и она разминулась с улетевшим к небу огнем.

А затем стружка металла начала тянуться друг к дружке, будто намагниченная, соединяясь в тонкие длинные иглы. Все еще ослепленный Маслов, рванул в сторону.

Молодец! Какой-никакой опыт реальных боев имеет.

Но этого мало.

Металлические иглы вонзились в спину удирающему ослепшему врагу. Он закричал от боли и рухнул на колени.

— Не… убивай его… — услышал я позади себя едва разборчивый голос.

Обернувшись через плечо, я увидел Алису Резанову. Она опиралась на металлический отбойник, установленный вдоль дороги, и смотрела на меня замутненным взглядом.

— Почему? — спросил я спокойно.

Мне было очень любопытно, что скажет моя младшая сестренка? Начнет ли жалеть того, кто пришел за ее головой из-за излишнего милосердия?

Графиня Резанова смогла меня удивить. Ее губы на миг растянулись в хищной улыбке, а взгляд стал холодным, как металл.

— Допрос… — прошелестела она. — Роду нужна… информация.

Глаза графини закатились, и она завалилась на траву возле отбойника.

Что ж… Мне понравились твои слова, сестрёнка. Даже почти потеряв сознание ты думаешь о будущем рода? Похвально, черт подери!

Маслов, стоявший передо мной на коленях, захрипел и начал концентрировать ману, однако же из-за множества ран и моих игл, сделать это быстро у него не получилось.

Я повел рукой и создал ветер, который, подлетев к врагу, принял форму пузыря и сомкнулся на его голове. Воздуха внутри воздушного пузыря не было, так что Маслов мгновенно потерял контроль над всей маной, что смог собрать. Внутри его тела я ощущал энергетический хаос. Врагу не хватало выдержки, чтобы в таких условиях создать заклинание и сжечь мой воздушный пузырь.

Стоя на коленях, дворянин, подло напавший на мою сестру, изогнул голову и уставился на меня испуганным глазами. Ужас и мольба — вот что я увидел в его взгляде.

— Спокойной ночи, — хмуро произнес я, положив ладонь на воздушный пузырь.

Я «качнул» воздух внутри своего заклинания, создав эффект минивзрыва и подарив Маслову в довесок еще и сотрясение мозга. Мелкие капилляры в носу врага лопнули из-за резкой смены давления, из ноздрей полилась кровь…

А сам Маслов рухнул на асфальт, распластавшись безвольной куклой.

Я отстегнул его перевязь с ножнами и повесил себе на пояс, а затем подобрал с земли стильный темно-серый меч. На нем не было никаких украшений, кроме вязи артефактных рун.

Хороший меч, мне пригодится.

Убрав трофей в ножны, я вновь потянулся к своему первому сердечнику, призвал ветер и создал над телом поверженного врага плотный купол. Мелкие воздушные серпы и постоянное давление внутри купола не дадут возможность раненому бойцу сконцентрировать ману. Хотя там и кислорода не особо много — не факт, что Маслов вообще придет в себя.

Оставив пленённого врага, я быстро подошел к сестре и наклонился. Пустив поток воздуха, я просканировал ее дыхание.

Прерывистое.

Но кровь уже не течет.

Хм? А это что?

Недалеко от Алисы Резановой валялся пустой бутылёк явно из-под алхимического зелья. Отлично! Хоть средство первой помощи у графини с собой было и сдается мне, помирать она сейчас не собирается.

Но все же ее нужно как можно быстрее доставить медикам рода Резановых.

Я аккуратно поднял младшую сестренку на руки и, будто принцессу, понес в обратном направлении. Туда, где, судя по полученным от моего поискового заклинания сведениям, дед сейчас добивал нападавших.

Я шел быстро, но приэтом старался двигаться плавно, чтобы лишний раз не тревожить раненую девушку. Время от времени я поглядывал на ее лицо.

Сестренка у меня определенно очень красивая — правильные черты, пухлые чувственные губы и милое родимое пятно на щеке. Алиса Резанова очень похожа на покойную графиню Анастасию Владимировну — прежде всего овалом лица и светлыми локонами.

Да, волосами сестрёнка явно не пошла в черноволосого отца, как я.

Ну и на лысого деда она тоже непохожа.

— М-м-м… — застонала она у меня на руках, завозилась, но глаз не открыла. — Деда… — пробормотала она во сне, — не умирай…

— Деда живее всех живых, — отозвался я, направляясь вперед по дороге мимо редких брошенных машин. Их хозяева, поняв, что уехать не получается, бегом свалили куда подальше, едва впереди развернулась битва одаренных — такому местных жителей учат еще со школы на уроках ОБЖ.

Впереди раздался шум — из-за кузова брошенного грузовичка к нам навстречу выбежали пятеро ратников в бронекостюмах и шлемах. Каждый из них держал в руках штурмовую винтовку, на груди каждого был вышит герб рода Резановых — красивый огромный меч, навершье которого держит землю. На этой земле стоит деревянный кремль, на которым на ветру реет стяг с двуглавым орлом.

— Опусти ее сиятельство на землю и подними руки! — твердо произнес один из ратников, когда нас с Алисой окружили.

— Ты, тот, кто опоздал, слишком много требуешь от того, кто спас твою графиню, — хмуро ответил я, остановившись. — Медика сюда, быстро! Жизни Алисы Ярославны конкретно сейчас ничего не угрожает, но ее состояние оставляет желать лучшего.

— Да как ты смеешь…- начал было ратник, но я перебил его:

— Быстрее, врача, идиот! Граф Резанов не для того рванул сюда на всех парах, чтобы его внучка померла от потери крови!

Ратники напряглись. Они чувствовали смятение и не понимали, что происходит. С самого начала они не стреляли по мне, опасаясь задеть наследницу, сейчас же, похоже, начали проникаться моими словами.

— Лекарь скоро будет, — процедил командир пятерки и дернул стволом винтовки. — Положи ее сиятельство на землю и отойди от нее.

— Ты в самом деле хочешь, чтобы твоя графиня лежала на грязном асфальте? — недобро поинтересовался я.

Алиса Резанова снова засопела и прижалась носом к моей груди. Ратники нервно переглянулись, их командир явно порывался что-то сказать, но не успел.

— Что здесь происходит⁈ — прогремел знакомый голос.

Из-за грузовичка показался сухонький старик с яростным взглядом — граф Резанов. Его костюм был местами порван, местами подпален, а на щеке виднелся свежий порез. Однако же при этом дед пылал здоровьем. Глядя на него в этот момент, и не скажешь, что еще несколько часов назад он за сердце хватался.

Концентрировать ману ради доброй драки — полезно для организма. Если, конечно, организм пережил эту добрую драку.

— Ваше сиятельство, неизвестный держит в зало… — начал было командир пятерки, но дед резко оборвал его:

— Замолчи!

Глядя на нас с Алисой во все глаза, граф медленно зашагал к нам.

— Как? — пробормотал он. — Как ты здесь оказался?

Разумеется, даже несмотря на маску рыжей обезьяны, Владислав Александрович узнал меня.

Интересно, по одежде? Или сердце подсказало?

— Ехал за вами, вот и приехал, — спокойно ответил я, зашагав ему навстречу вместе с ценной ношей на руках.

Ратники и те пятеро, что прибыли первыми, и те трое, что пришли за дедом, ощутимо напряглись, но резких движений без команды графа никто не делал.

— Там главный злодей валяется, — кивком головы я указал себе за спину. — Алиса Ярославна просила взять его живым для допроса. Отправьте кого-нибудь, я сниму купол.

Дед замер, переваривая мои слова. Затем поймал взгляд командира пятерки и одним лишь властным жестом отдал приказ. Ратник решительно кивнул в ответ и повел своих бойцов забирать тушку господина Маслова.

— Полагаю, ты успел вовремя… — тихо проговорил дед, не сводя глаз с Алисы.

Мы подошли друг к другу, и я осторожно передал ему девушку. Ратники тут же ринулись помочь кряхтящему господину.

— Ненужно! — рявкнул дед. — Сам справлюсь.

Замерев с Алисой на руках, дед несколько секунд смотрел на меня с прищуром.

— Судя по твоей идиотской маске, ты не собираешься уезжать отсюда вместе с нами? — проворчал он.

— Не собираюсь, — подтвердил я. — Наш прошлый разговор еще не закончен.

— Не закончен, — согласился Владислав Александрович и покосился на мой меч и спросил: — А это откуда? У тебя с собой не было.

— Трофей, — пожал я плечами. — Или вы против?

Дед поморщился и недовольно цокнул:

— Крохобора во мне увидел? Забирай! Только заверни во что-нибудь, если по городу с ним бегать собрался. Твои кольца Друга тебя, конечно, прикроют. Но глупо полицию лишний раз провоцировать.

— Согласен, — кивнул я.

— Антон, — не глядя, обратился он к десятнику Бахтиееву — тому самому бойцу, который сегодня привез меня на встречу к деду. — Найди что-нибудь.

— Понял! — кивнул он и поспешил выполнять этот размытый приказ.

Дед же продолжил смотреть на меня. Затем тяжело вздохнул и кивнул:

— Спасибо тебе за то, что приехал.

— Я не мог поступить иначе.

— Ты ведь, считай толком и не пожил под одной крышей с Алисой… — грустно произнес дед. — Но все равно бросился ее спасать. Я рад, что наша кровь сильна в тебе, Саша. Рад, что Резановы для тебя не пустой звук. И я искренне надеюсь, что ты прекратишь ерепениться, и примешь нашу фамилию.

— Не раньше, чем услышу во всех подробностях историю своего похищения, и узнаю при чем здесь Пожарские.

Дед закатил глаза и тяжело вздохнул:

— Иди, скоро тут будет ОКЖ, а ты скрываешь нашу родственную связь. Я подумаю… Но и ты тоже подумай.

Я молча кивнул. Как раз увидел Бахтиеева, спешащего к нам с какой-то тряпкой в руках.

Не прощаясь с дедом, я быстро зашагал навстречу десятнику.

— Спасибо, что спасли Алису Ярославну, ваше сиятельство, — шепнул он, передав мне в руки черный плед.

— Хоть бы сделал вид, что не узнал, — усмехнулся я, отстегнул перевязь и завернул меч в плед. — Зря я, что ли, эту маску у Василия выкупил.

— Понятия не имею, о чем вы, в первый раз вас вижу, — тут же ответил десятник и указал рукой вправо: — Если двинетесь в ту сторону и пройдете через лесополосу, выйдете на проспект, миновав заслоны.

— Благодарю, — кивнул я и протянул ладонь десятнику.

Чуток помявшись, боец пожал мне руку и тихо произнес:

— Вы достойный сын своего рода, Александр Ярославович.

Глава 24

Пройдя дорогой, что мне указал десятник Бахтиеев, я пересек лесополосу и вышел на проспект. Взглянул на экран телефона — «23:00». Что ж, я уже давно понял, что не ночую сегодня в общаге.

Но и телефон я доставал не ради того, чтобы узнать время. Открыв «ВКурсе», я зашел во вкладку сообщения и написал только сегодня добавленному контакту.

«Василий, ты где?»

«Подъезжаю к „Шестёрочке“, командир. Нормально? Или в другое место ехать?»

«Нормально», — отозвался я и, перейдя в карты, прикинул путь до ближайшей «Шестёрочки».

Спустя минут десять я уже шел вдоль парковки магазина. Приметного светловолосого мужчину я увидел издали — он стоял возле своей желтой такси и пил кофе из пластикового стаканчика.

— Спасибо, что приехал, — первым делом поблагодарил я его.

— А как же иначе, командир? — удивился он. — Мы же договорились. Вы щедро платите, я не отвлекаюсь на других.

— Прекрасное решение, — хмыкнул я и втянул полные ноздри свежего воздуха. Только сейчас я смог в полной мере расслабиться после недавней битвы.

Хотя, если подумать, не столько битва с Иерархом меня волновала, сколько жизнь и здоровье сестры. Странно это, учитывая, что сестричку я только сегодня впервые и увидел.

Все-таки правду говорят — «Кровь не водица». По крайней мере, у представителей древних аристократских родов уж точно.

— Пригодилась маска? — спросил у меня Василий.

— А то ж, — хмыкнул я.

Водитель с любопытством уставился на грязное пятно, у меня на груди.

— Похоже, маскарад и в самом деле был веселый, — проговорил он. — Ох и перематерился я в этой пробке… пока полиция смогла всех развести, пока разъехались, чуть с ума не сошел.

— Я тебе хорошо заплатил, — усмехнулся я.

— И этот факт помог мне пережить стресс, — с важным видом кивнул Василий. А затем с любопытством уставился на сверток, который я держал в руках. — Подарки с маскарада?

— Это-то? — хмыкнул я, потрясая в воздухе завернутым в плед мечом. — Можно и так сказать. Удочку подарили.

— Удочку, значит? — усмехнулся он. — Предлагаю на всякий случай эту удочку в багажник положить, под пол. У меня там места много — должна поместиться.

Я задумчиво уставился на таксиста. Интересный он человек, а! На прошлой работе у успешного дельца, много разнообразного опыта, видать, получил.

— Так и сделаем, — кивнул я. — Ты до которого часа готов работать?

— А до которого нужно? — оживился таксист.

— До утра? Подруга твоя, именинница, тебя не потеряет?

Вася изумленно уставился на меня своими большими зелеными глазами.

— Откуда вы знаете, что у Анжелы завтра день рожденья? — выпалил он.

Я улыбнулся, наблюдая за его реакцией. Водитель нахмурил лоб и в поисках ответа на собственный вопрос начал использовать все свои дедуктивные способности:

— ВКурсе увидели? Но… у меня с ней «СП» не стоит… вы что ли у меня всех друзей в профили просмотрели? Нашли на странички Анжелы наши с ней совместные фотографии, изучили ее профиль и пришли к этому выводу?

Я удивленно хлопнул глазами:

— Для чего мне, по-твоему, потребовалось бы проводить комплекс таких разведывательных мер?

— Ну… — замялся Василий. — Моя бывшая так делала без всякого на то повода.

— Ну я то не твоя бывшая, — хохотнул я. — Думай, Вася! Думай!

Таксист снова нахмурил брови, но уже через пару секунд расслабленно улыбнулся и хлопнул себя ладошкой по лбу:

— Вы слышали мой разговор с мужиками на парковке!

— Браво! — показал я ему большой палец. — Ну так что? Не потеряет тебя твоя Анжела?

— Мы с ней все равно вместе не живем, — махнул рукой таксист. — Так что за хорошую плату я в вашем распоряжении до самого утра, командир!

На том и порешили.

Правда, когда я уселся на заднее сиденье такси, встал вопрос — а куда, собственно, ехать?

Я прислушался к своим ощущениям. С тех пор как я переродился в новом мире, я только и делаю, что учусь, тренируюсь и периодически сражаюсь.

Хочется взбодриться! Перезагрузиться, так сказать. Разнообразить бытие.

Я покосился на экран смартфона. Попытать удачу, что ли? Узнать, что у мироздания есть для меня сегодня?

Я снова открыл «ВКурсе» и выбрал контакт, которому так еще ни разу и не писал.

«Привет, как дела? Что делаешь?» — составил я совершенно неоригинальное сообщение.

Под именем абонента появился зеленый кружок — она вошла в сеть. А затем, под моим сообщением появилась серая надпись:

«Печатает…»

Я усмехнулся и, не отрываясь от экрана, спросил таксиста:

— Не знаешь, в это время суток где-нибудь можно прикупить приличные шмотки?

— В Москве-то? — хохотнул Василий. — В Москве можно прикупить что угодно и когда угодно. Тут рядом есть как раз один такой магазинчик. Помню, прошлого работодателя пару раз возил туда ночью. Перед свиданьем, — он хмыкнул, косясь на меня через зеркало заднего вида. — Едем, командир?

— Секунду, — попросил я.

На экране высветился ответ:

«Привет, Саша! Решил-таки вспомнить про меня, да? Удивил… Приятно удивил))) У меня сегодня выступление в клубе „Зарина“ в 1−00. Если приедешь посмотреть, буду рада».

— А клуб «Зарина» знаешь? — оторвавшись от экрана, спросил я у водителя.

— «Зарина»? — переспросил он. — Ха! Пафосное местечко. Если туда собрались, командир, точно приодеться надо, а то не пустят. Кстати, недалеко от магазина одежды, оно, если что и находится…

Я усмехнулся и набрал ответ:

«Конечно приеду! Местечко сможешь для меня занять получше?»

* * *

Наша машина остановилась возле высокой радиусной лестницы, освещенной со всех сторон фонарями. Василий расторопно выскочил на улицу и, оббежав тачку, учтиво открыл передо мной дверь.

Я вышел на улицу и поправил складки новенького клубного пиджака.

— Выглядите отлично, командир! — критически оглядев меня, произнес Василий. — Идите и покорите это место. А я пока вздремну на парковке.

— Спокойной ночи, — усмехнулся я.

— Не волнуйтесь, как только я понадоблюсь — сразу прибуду.

Я благодарно кивнул и начал подниматься по лестнице к красочному зданию. На лестнице курили и общались молодые люди, некоторые из них поглядывали в мою сторону, но большинству не было до меня никакого дела.

— Александр Егоров, — переступив порог, назвал я свое имя громиле охраннику.

Тот вежливо кивнул и гигантской ручищей указал в сторону спешащей к нам хостес.

— Господин Егоров прибыл, — пробасил охранник.

Девушка поклонилась и лучезарно улыбнулась мне:

— Доброй ночи, господин Егоров. Прошу вас, следовать за мной, для вас забронирован столик.

Мы прошли через танцпол, на котором отплясывали разгоряченные парочки и по металлической лестнице поднялись на второй этаж — эдакий балкон. Здесь было потише, чем внизу, и вид на сцену открывался неплохой.

Увы не со всех мест.

Мой столик стоял с краю, и вид частично загораживала спускающаяся с потолка труба вентиляции.

— Я могу выбрать другой столик? — спросил я хостес.

Она состроила скорбное выражение лица и пожала плечами:

— Увы, все остальные места забронированы.

Я с грустью посмотрел на пустующий столик по соседству. Что ж, будем надеяться, соседи решат не приезжать.

Хостес оставила на столе меню, и я погрузился в его изучение. Цены, конечно, не как в «Шаур-мире»… Да чего уж, даже в ресторанах, которые я посещал ранее, ценники были приятнее.

Нажав на кнопку, я вызвал официанта и, заняв наиболее удобное местоположение, уставился на пустующую сцену. Точнее, на полсцены — проклятая вентиляция мешала, куда ни сядь.

Справа от меня послышались веселые голоса. Я мельком глянул в сторону и подавил вздох огорчения — соседи-таки прибыли.

Ну да бес с ними разберемся.

— Радуйся, Димон, не опоздали! — резанул по ушам громкий и смутно знакомый голос.

— Так я и говорил, что успеем! — этот голос тоже показался мне знакомым.

— Не заводись, Арсений, Дима все правильно сделал. Верно, девочки? Рады с нами приехать?

— Конечно, Масик, — пропела блондинка в короткой юбке.

— Димочка, спасибо, что позвал, — поддержала ее брюнетка с пышной гривой.

— А чего стульев на всех не хватает, а⁈ — недовольно проворчал Арсений. — Красавица! Места нам организуй!

— Конечно, господин, один момент, — поклонилась хостес, которая и привела эту толпу.

Девушка быстро подошла к моему столику и, поклонившись, спросила:

— Господин Егоров, вы один будете?

— А это как получится, — улыбнулся я. — Но диванчика мне в любом случае, хватит.

— Благодарю вас, — кивнула она, забрав два мягких стула от моего стола.

— Эй, милая, подойди сюда! — окликнул один из них — тип с бритыми висками — официантку, спешившую в мою сторону.

— Секундочку, господа, приму заказ, — улыбнувшись, ответила она на бегу.

— У нас прими! Куда ты!

Официантка подлетела ко мне, представилась и приготовилась слушать.

— Да ты сюда, подойди⁈ — закричал все тот же тип из-за соседнего столика.

— Тимур, успокойся! — шикнул на него Арсений — волосатый парень с толстой золотой цепочкой на шее.

Между тем официантка, старательно не обращая на них винимая, проговаривала мой заказ:

— Коктейль «Вольный Воитель», салат с ростбифом и филе-миньон слабой прожарки. Что-нибудь еще?

— Нет, спасибо, — улыбнулся я девушке.

Она вбила информацию в планшет и с улыбкой произнесла:

— Ваш заказ уже готовится.

Официантка поклонилась и поспешила принимать заказ у моих соседей. Откинувшись на спинку дивана, я задумчиво глянул в их сторону.

Как тесен мир, а…

Это ведь те самые ребятки, которые задирали Семена. Правда, после нашего с ними короткого знакомства, на территории заброшенной медакадемии я их больше не видел.

Расслабившись на диване, я ушел в свои мысли.

Я думал, что мне делать с родом Резановых.

Ни один из возможных вариантов развития дальнейших событий я не отрицаю, а, стало быть, теоретически я могу стать графом Резановым, и начать поднимать род с колен. Хотя, откровенно говоря, я не стремлюсь к этому. И все же Резановы мне не чужие — сегодня я в этом убедился. И тут неважно, приму ли я род через какое-то время, или же нет — я в любом случае хочу, чтобы род восстановился и вернул себе былую силу. Чтобы отомстил всем своим обидчикам.

Но как это сделать? Судя по всему, положение рода Резановых сейчас весьма плачевное, раз даже какие-то обычные дворяне посмели атаковать кортеж наследницы. Масловы, как я понял, были уверены в успехе…

Что за наглость, а? Настолько не воспринимать всерьез графский род…

Но видимо, есть на то причины и, если на Резановых открыто пойдет кто-то посерьезнее, чем средненькие дворяне, Резановы могут и не сдюжить.

Нельзя этого допустить…

Я хочу, чтобы Резановы процветали. Это мое искреннее желание.

А еще я понимаю, что родня, с которой у тебя крепкие и правильные отношения, в дальнейшем способно стать для тебя одним из самых ценных и надёжных союзников.

— Эй, чего ты на него пялишься? Тебе нас мало? — недовольный голос из-за соседнего столика, прервал мои размышления.

— Чего это ты? — посмеялась в ответ блондинка. — Неужто ревнуешь? Ты лучше всех, Масик! А этот… просто любопытно, чего люди сюда одни ходят.

— Амбер пришёл послушать, вот и все. Но… кого-то он мне напоминает.

— И мне тоже кажется, что я его уже где-то видел, парни.

— И я…

— И…

— Господа, дамы, ваш заказ! — легко произнесла официантка, подходя к соседнему столику с подносом.

Хм… другая, не та, что принимала.

О! А вот и первая официантка. Ко мне идет.

Когда передо мной поставили горячий стейк, я понял, что дико голоден — беготня и битва, порядком меня измотали. Так что, не обращая внимания на громкие тосты из-за соседнего стола, я накинулся на еду.

Ну а когда я покончил с обоими блюдами и попивал терпкий коктейль на основе коньяка и рома, на сцене появился энергичный ведущий в белом пиджаке.

— Дамы и господа! — в микрофон обратился он ко всем присутствующим. — Продолжаем нашу шоу-программу! Специально для вас, выступление несравненной Амбер Ветровой! Под ваши аплодисменты.

Оба этажа захлопали в ладоши, со всех сторон послышались пьяные крики:

— Давай!!!

— Жги!!!

— Амбер! Амбер!

Я удивленно хмыкнул. Похоже, эта Амбер в самом деле пользуется популярностью.

Справа от меня раздался оглушительный свист — один из соседей — самый молчаливый и неадекватный из их пятерки — лысый коренастый парень в черной футболке с надписью: «Пью Хуком» от избытка чувств сунул в рот два пальца и громко засвистел.

— Тс! Хорош уже! — шикнул на него волосатый Арсений и как завороженный уставился на сцену, на которую вышли три красивые девушки.

Одна из них в маске, скрывающей пол-лица, широкополой шляпке из-под которой спускались рыжие волосы и изумрудном платье, остановилась перед стойкой с джазовым микрофоном.

— Заждались, мои дорогие? — пропела она и игриво помахала зрителям ручкой в длинной перчатке.

И без того разгоряченный зал едва ли не застонал в экстазе. Эх, а ведь Василий говорил, что это довольно пафосное место, в которое не только богатые представители непривилегированного сословия ходят, но и потомственные дворяне не брезгуют зайти.

Но в час ночи, очевидно, многим плевать на нормы приличия.

Хотя ребята за соседнем столиком и при свете дня ведут себя как быдло.

— Ну чего вы, мальчики⁈ — возмутилась блондинка, косясь, как все пятеро парней в их компании едва ли слюни на Амбер не пускают. — Зачем вам эта краля в парике⁈

— Сама ты в парике! — рявкнул на нее Арсений. — Это ее настоящие волосы!

— Ну-ну, — скептически поморщилась блондинка.

— Мы так-то на ее концерт пришли, — продолжил яриться парень. — Если что-то не нравится…

— Да поняла я поняла! — быстро проговорила блондинка и стрельнув глазками, прильнула всем телом к плечу другого парня. — Масик, а можно мне еще мартини?

Что он ей ответил я уже не слышал, ибо в зале заиграла музыка и Амбер начала петь.

Что ж… голос у этой девушки в самом деле чарующий, а движения плавны и пластичны. Мне они даже показалось немного знакомыми…

Хотя я почти сразу переключился на другую девушку. Ту, что в такой же маске, как у самой Амбер, танцевала справа от нее. Она была облачена в серебристый комбинезон, мерцающий в свете сафитов. Комбинезон не открывал тело, но подчеркивал соблазнительную и гибкую фигуру бывшей гимнастки.

Ух как она выгибается…

А это что? Вертикальный шпагат? Ха! Да она в пух и прах рвет вторую танцовщицу, расположившуюся слева от Амбер.

Да и саму певицу своими грациозными движениями тоже затмевает.

Глядя на эту девушку, я невольно вспомнил ее выступления в доме Голицыных в тот день, когда я выиграл тайный турнир и познакомился с жандармами…

Да, в тот день белокурая гимнастка Ксюша оказалась косвенно втянута в конфликт с ныне покойным боярином Хмельницким. Я тогда попросил графиню Самоцветову, приглядеть за гимнасткой, и Айседора Ивановна приглядела — предложила ей развивать сценическую карьеру немного в другой сфере.

И как итог сейчас Ксюша танцует на сцене рядом с известной певицей. И то и дело поглядывает на меня, когда это позволяет рисунок танца.

Просчитав момент, я улыбнулся и приподнял руку. Ксения как раз повернула и чуть задрала голову, скосила взгляд.

Я помахал ей. Сценическая улыбка девушки стала более искренней.

Забавно получилось — с моего места только Ксюшу хорошо и видно. Ну и саму Амбер немного. А вот другую танцовщицу почти и не разглядеть отсюда — видны лишь какие-то обрывки движений, не дотягивающих до грации Ксюши.

— Браво!!! — зааплодировала публика, когда песня закончилась.

— Амбер бесподобна!!!

— Давай еще! Давай следующую!

Певица лучезарно улыбнулась и плавно повела рукой, дав очередной сигнал музыкантам, «прячущимся» в оркестровой яме. Музыка заиграла с новой силой.

Концерт увлек меня настолько, что я не заметил, как заказал себе еще один коктейль. Взял чисто для настроения — желания много пить у меня не было.

А вот ребята за соседним столиком гоняли официантку туда-сюда, голоса их становились все более громкими, взгляды, бросаемые на сцену похабными.

Ну или завистливыми — если говорить о девушках за их столом. Уж очень сударыням не нравилось, что парни пригласили их на концерт, а все свое внимание направляют исключительно на певицу и ее труппу.

Внезапно музыка закончилась. Амбер плавно подняла руки вверх, хитро улыбнулась и хлопнула в ладоши.

Сцену заволокло дымом, замерцали разноцветные фонарики, заискрились фонтаны холодного огня.

Зрители засуетились, поддались вперед…

— Опять ничего не видно… — услышал я чей-то разочарованный голос.

А затем дым вдруг рассеялся.

— Ух ты… — с восторгом пробормотал кто-то на первом этаже.

Что ж, выступающие сменили наряды — все трое облачились в деловые синие костюмы и блузки, изображая не то студенток, не то уверенных в себе офисных работниц. Я усмехнулся, подумав, что Амбер в таком наряде вполне бы могла пройтись по коридорам МАУД и сойти за свою. Если маску снимет с лица, разумеется.

В следующий миг я поморщился, поняв еще кое-что — Ксюша и вторая танцовщица поменялись местами. И из-за треклятой вентиляционной трубы мне теперь толком и не видно мою подругу.

— Мы продолжаем, мои хорошие! — объявила Амбер и начала петь.

Нет, так дело не пойдет.

Я решительно поднялся на ноги и пошел по балкону в сторону соседнего столика. Остановился позади шумной компании, безмолвно нависнув над ними. Они меня не замечали. Я же теперь в полной мере мог насладиться зрелищем.

Ксения во время очередного движения повернулась в эту сторону, заметила меня и широко улыбнулась.

Я помахал ей и покосился на Амбер. С этого ракурса вид в самом деле в сто крат лучше. Так смотреть выступление гораздо приятнее, чем, прячась за той нелепой вентиляционной трубой. Блин… Зла не хватает, кто вообще проектировал этот зал?

Хм… а неплохо Амбер отрабатывает — пытается смотреть на каждого зрителя, улыбается всем во время выступления, а не тупо глядит в одну точку.

О, замерла, чуть задрав голову.

Да она на меня пялится!

— Она на нас смотрит! Смотрит! — радостно выпалил Арсений — волосатый фанат Амбер.

Певица широко улыбнулась и помахала мне.

— Ух ты! Она нам машет! Машет! — его счастью и вовсе не было предела.

— Не вам, мальчики, — самодовольно усмехнулся «их» блондинка. Несколько секунд она, обернувшись, с хитрой улыбкой разглядывала меня. — Что тебе, красавчик, скучно стало? Не желаешь присоединиться к нашему столику?

В этот момент Амбер как раз закончила очередную песню, и в зале на миг повисла звенящая тишина.

А затем разразилась буря.

Глава 25

— Чего встал? Не видишь, здесь уважаемые люди культурно отдыхают? — прорычал Тимур — парень с бритыми висками.

— Еще!!! Еще!!! — скандировали зрители с первого этажа.

Но у нас за дальними столиками второго этажа сложилась своя атмосфера. Вся эта шайка-лейка недобро пялилась на меня. Притом их девицы мне строили глазки, чем только подливали масла в огонь.

А я что? Я — ничего. Не люблю, когда со мной разговаривают в таком тоне.

— Культурно? — хмыкнул я, глядя на него сверху вниз. — Нет, не вижу.

— Что ты сейчас вякнул? — вскинулся тот самый «Масик», который сидел рядом с блондинкой и был, очевидно, больше всех уязвлен ее вниманием к моей скромной персоне.

— А у тебя со слухом проблемы? Так может не стоило тогда приходить туда, где играет громкая музыка, чтобы проблему не усугублять? — изобразил я участие.

Гневно раздувая ноздри, он поднялся с места. Вслед за ним на ноги встал и бритовисочный Тимур. Девицы с жаром в глазах смотрели на меня и парней — происходящее сейчас их захватило гораздо больше, чем выступление Амбер.

А вот Арсений и «Димон» не спешили отрывать задницы от мягких кресел. Они смотрели на меня с подозрительным прищуром, будто бы изо всех сил пытаясь вспомнить, где же могли видеть меня раньше.

— Послушай, ты… — взяв за горлышко бутылку, «Масик» вылил остатки вина в стакан, и с этим грозным оружием медленно зашагал на меня.

Что серьезно? Решил разбить бутылку о мою голову?

Да уж… Таким идиотам алкоголь точно противопоказан.

Хотя, полагаю, они и без алкоголя не отличаются высоким интеллектом.

«Масик» резко ускорился, и…

Лысый коренастый тип в черной майке с надписью «Пью Хуком», яростно взревел и, вскочив с места, первым атаковал меня. Он бил размашисто, целясь мне прямо в челюсть.

Схватив его за запястье, я чуть довернул корпус и, перекинув эту орущую пьяную тушу через себя, хлопнул лысого спиной и затылком о пол. Он застонал и захрипел. «Масик» с бутылкой в руке замер в метре от меня, изумленно глядя на эту картину.

— ДОСТАТОЧНО, ГОСПОДА!!! — пронесся по всему залу мощный, властный и такой чарующий голос.

— Хватит, парни! — тут же поддержал певицу Арсений и, отвернувшись от нас, уставился вниз на сцену.

Музыка до сих пор не играла, гул в зале притих. Амбер Ветровая, ровно как и две ее танцовщицы, напряженно смотрели на наш столик снизу вверх. Поймав мой взгляд, певица очаровательно улыбнулась и мягко произнесла:

— Господа, давайте не будем ссориться. Этой прекрасной ночью развлечения всем хватит. Полагаю, вам было плохо видно с вашего места и из-за этого возникло недопонимание с другими нашими уважаемыми гостями? — спросила она у меня и тут же продолжила: — Прошу вас, спускайтесь. Насладитесь последними минутками нашего выступления, хм… — она огляделась по сторонам и заметила свободный участок на сцене, — прямо отсюда! Филипп, — крикнула она куда-то за кулису, — принеси, пожалуйста, стул для дорого гостя.

Амбер снова повернулась в нашу сторону и улыбнулась:

— Не ссорьтесь, господа. Очень прошу вас, не омрачайте эту прекрасную ночь ни себе, ни другим гостям.

Нет, ну раз уж так сильно просят, то чего отказываться? Я все-таки пришел сюда не носы ломать, а насладиться шоу.

Я благодарно кивнул певице и неспешно направился к лестнице.

Позади меня — за столиком этих подвыпивших идиотов послышалась какая-то возня. Я не стал оборачиваться, а вот Амбер, наблюдавшая за нами со сцены, среагировала выше всяких похвал.

— Дамы и господа за тем столиком! — чарующе пропела она, обращаясь к Арсению и его компании. — Да-да, именно вы! Прошу еще раз, забыть все разногласия. А еще прошу вас послушать мою следующую песню, я хочу подарить ее вам. И всем другим гостям, прибывшим сегодня насладиться концертом.

Я к тому моменту как раз спустился на первый этаж, меня встретила хостес и быстро проводила к сцене. Когда я поднимался на нее, Ксюша не смогла сдержать улыбки. Амбер тоже мило улыбнулась мне, а вот третья участница их команды даже не посмотрела в мою сторону.

Я сел на раскладной стул сбоку от колонки. Певица жестом отдала команду музыкантам, и концерт продолжился.

Что ж, с этого места вид открывался еще более захватывающий. В какие-то моменты до подола Ксюшиной юбки было в прямом смысле рукой подать! Гимнастка отплясывала еще жарче, чем до этого. То и дело она поглядывала на меня и искренне улыбалась.

Я наслаждался красотой и грацией Ксении, время от времени поглядывая и на главную звезду выступления.

Кто такая Амбер? Ее личность меня интриговала. С этого места я мог лучше разглядеть певицу. Но верхнюю часть ее лица все также скрывала маска. А огненно-рыжие волосы… Я не мог понять настоящие они? Или все-таки парик, как сразу предположила завистливая блондинка со второго этажа.

Очередная песня закончилась, Амбер плавным жестом взяла бутылку с водой и прислонилась губами к горлышку. Пьяные мужчины с первых рядов, как завороженные смотрели на это. Ксюша же, чуть повернулась ко мне и заговорщически подмигнула.

Поставив бутылку, Амбер неспешно подняла обе руки вверх, как уже делала ранее, и громко хлопнуло.

Сцену заволокло дымом, мгновенно скрывшим нас от зрителей.

В мое запястье впились цепкие женские пальчики и потянули на себя. Я не стал сопротивляться и поднялся с места, свободной рукой прихватив стул.

Спустя несколько секунд мы уже были за кулисой.

— Филипп, это тебе, — всучил я стул помощнику артистов.

Ксюша, хихикнула и потянула меня дальше.

— Спасибо, что пришел. Мне было очень приятно, — быстро произнесла она.

За нашими спинами зазвучала музыка.

— Не за что, — отозвался я, когда мы вошли в коридор. — Они там справятся без тебя?

— Справятся, — хохотнула девушка. — Всего две песни осталось.

Она остановилась перед дверью с надписью «гримерка» и смущенно повернулась ко мне:

— Подождешь здесь? Я быстро.

— Без проблем, — пожал я плечами.

Она улыбнулась, кивнула, потянула ручку, но остановилась и снова посмотрела на меня:

— Только, пожалуйста, никуда не уходи. Нам не нужны лишние проблемы. Я правда быстро. Дождись меня и уйдем вместе. Хорошо?

Из-под маски, скрывающей половину ее лица, Ксюша смотрела на меня щенячьим взглядом. Ха, она в самом деле думает, что если оставить меня одного на пять минут, я обязательно влипну в неприятности?

— Иди уже, — усмехнулся я. — Никуда я не уйду.

Девушка смущенно улыбнулась и юркнула в гримерку. Я достал телефон из кармана и написал Василию, что скоро поедем.

«Понял, командир. Куда именно?»

Несколько секунд я размышлял над ответом. Учитывая, как лихо и долго отплясывала Ксения, ответ может быть только один.

Закончив переписку, я прикинул, что у меня не так-то и много времени в запасе. Похоже, поспать не получится, и опять мне сонным идти на пары. Опять у меня день поклонения кофе.

С одной стороны, плевать.

С другой же — вечером мне ехать в Проклятые Земли. Агата очень сильно переживала насчет моего физического состояния, просила выспаться…

Прости, Агата.

Дверь гримерки отварилась, и я сей же миг выкинул из головы все лишние мысли — не время отвлекаться.

— Я… не думала, что сегодня буду встречаться с кем-то… — смущенно проговорила Ксения. — Вот и оделась, по-простому.

— Отлично выглядишь, — честно признался я и улыбнулся.

Девушка была одета в белых тонах — юбку чуть выше колена, легкую кофточку с капюшоном и босоножки.

— Спасибо, — засияла она.

— Идем, — я взял ее за руку и повел дальше по коридору.

— Ты знаешь, куда идти? — удивленно спросила она.

— Конечно, — хмыкнул я.

— Откуда? Ты был здесь раньше?

— Нет, просто видел план эвакуации.

— А… — опешила она.

Мы подошли к запасному выходу, остановившись возле тяжелой двери, я выпустил поисковое заклинание.

— Кнопку потерял? — улыбнулась Ксения. — Вот же она.

Девушка потянулась к подсвеченным зеленым кнопке, я не стал ей мешать, ибо убедился, что за дверью засады точно нет.

— Пойдем, машина будет ждать у дороги, — произнес я и повел Ксюшу вдоль здания. Она, накинув капюшон на голову, шла молча, то и дело поглядывая в сторону клуба.

— Что, поклонники донимают? — усмехнулся я.

— Бывает, — отозвалась она.

— Но у вас, как я посмотрю, целый комплекс мер противодействия разработан. Как ловко ты меня со сцены увела, а! Потрясающе.

Ксюша улыбнулась и тихо ответила:

— Это Амбер придумала. Пока ты со второго этажа спускался. Я ведь через нее тебе столик бронировала. Правда, поздно ты позвонил, только один, и не самый лучший остался.

— И все равно спасибо. Нравится тебе работать с этой певицей?

— Да, вполне, — закивала девушка. — Она заботится о нас с Сарой. Правда и требует, бывает, слишком много во время репетиций.

— Требовательная? Или властная?

— Властная? — усмехнулась Ксюша и задумалась. — Хм… нет… ну…

— Может она дворянка? — натолкнул я девушку на мысль.

— Думаешь? Да с чего бы аристократке на сцене выступать?

— Как с чего? Ради искусства и удовлетворения душевного порыва. А почему она, иначе, лицо скрывает? Или может, у нее безобразный шрам?

— Да брось ты, — усмехнулась Ксюша. — Нет у нее шрама! Наверное…

— «Наверное»? Ты что же, не видела ее без маски, что ли?

— Да как-то не доводилось… И вообще? Чего это ты другой девушкой интересуешься в такой момент?

— В какой момент? — остановился я, заглянув ей в лицо и улыбнувшись.

Ксюша покраснела и, скосив взгляд, пробурчала в сторону:

— Когда мы вдвоем…

Ответить я не успел — у меня зазвонил телефон. Кому это я понадобился посреди ночи?

Достав трубку, я, прочел: «Таксист Василий». Потерял нас, что ли?

— Слушаю, — быстро произнес я.

— Командир, меня тут прессуют — проехать не дают, вас очень сильно хотят. Так что я настоятельно рекомендую вам тихо свалить и вызвать другую машину. А свою удочку позже заберете.

— Ты где? — хмуро спросил я.

— Командир, я же говорю…

— Где ты, дери тебя за ногу⁈

Несколько секунд он молчал, а затем проворчал:

— Да прямо на выезде с клубной парковки. Но я говорю…

— Жди, — ответил я и повесил трубку.

Повернувшись к Ксюше, я увидел тревогу в серых глазах. Мягко коснувшись ее щеки, я произнес:

— Возвращайся в клуб через тот же вход и жди меня.

— А ты куда? — быстро спросила она.

— Закончить начатое.

— Но…

— Иди.

Она поджала губы, будто собираясь заплакать, и проговорила:

— У меня нет ключей. Я не смогу открыть дверь с улицы.

— Ну так позвони Амбер или еще кому, пусть впустят тебя, — улыбнулся я. — Не переживай, я мигом. Как все закончится, подъедем за тобой сразу к двери.

Девушка выдержала мой тяжелый взгляд, решительно кивнула и побежала обратно к черному ходу, на бегу что-то тыкая в телефоне.

Глядя ей вслед, я одобрительно кивнул и, развернувшись, уверенной походкой направился на парковку клуба.

Шум и громкие голоса я услышал заранее. Сперва до меня доносились лишь обрывки фраз, но спустя несколько шагов я уже мог различить целые предложения:

— Ты, Вася, мерзавец неблагодарный! — верещал пьяный Арсений.

— Я попросил бы вас воздержаться от таких резких высказываний, — недобро ответил таксист.

— А я попросил тебя позвать сюда своего дружка! Разговор к нему есть! — возмущался пьяный фанат Амбер.

— Понятия не имею о ком вы, сударь, — стоял на своем водитель.

— Вася, не зли меня! — яростно выкрикнул парень. — Уважаемые люди видели, как этот индюк выходил из твоей машины! Понятно, что ты его ждешь! Где он⁈

— Говори, извозчик! — гневно процедил тот самый «Масик». — Этот черт сильно нас огорчил! Где он⁈

— Говори, Вася, — наседал на него Арсений. — А то я не посмотрю, что ты моему отцу служил, смекаешь? Ноги тебе переломаем — на педали нажимать не сможешь.

— На твоего отца я работал, — процедил таксист. — А служил я лишь Империи. Будешь угрожать мне, парень, я молчать не стану и отвечу. Смекаешь?

Хм, как интересно получилось… Василий рассказывал, что раньше работал на успешного дельца, а потом, когда тот стал личным дворянином, Васю уволили. Мир и правда тесен, раз уж этим новоиспеченным личным дворянином оказался отец главного фаната Амбер и обидчика скромного барона Прозорова — волосатого мерзавца Арсения.

Я уже не только слышал ругань, но и видел картину целиком — желтую машину Василия прямо на выезде заблокировали две дорогие сверкающие тачки, и сейчас пятеро парней окружили таксиста. Их девчонки стояли чуть поодаль. Еще дальше расположилась целая толпа зевак — посетители клуба, желающие продолжения зрелищ, после завершения концерта Амбер.

— А ты не охренел ли, Вася, так со мной разговаривать? — прошипел Арсений. — Не забывай, все твои данные у нас имеются, и…

— Смотрите, парни! А вот и он! — радостно выкрикнул Тимур — тот, что с бритыми висками, тыча в мою сторону пальцем. — Явился — не запылился.

Шум вокруг стих, лишь слышались тихие перешёптывания некоторых зрителей. Четверо задир смотрели на меня холодно и яростно, а их лысый друг глядел каким-то затуманенным взглядом и пошатывался — похоже, хорошенько я его приложил об пол, а алкоголь «добил» сверху.

— Уберете машины и проваливайте, — хмуро произнес я, остановившись метрах в двух от Арсения.

Волосатый изумленно выпучил глаза и затем прорычал:

— Ты что парень, не понимаешь, в каком положении оказался? Ты нам за Бориса ответишь. И за все остальные неудобства, — он скривился и сунул руку за пазуху пиджака.

— Это вы, идиоты, похоже, не понимаете, с кем имеете дело, — поморщился я. — Пить надо меньше, чтобы не забывать уроки.

— Какие уроки, мерзавец? — зарычал Тимур и попер на меня слева.

Арсений напряженно вглядывался в мое лицо, так и не вынимая руки из-за пазухи.

— Уа-а-а!!! — внезапно заревел лысый Борис и рванул в бой.

Вот кого точно жизнь ничему не учит. И чего вообще они с собой таскают этого дегенерата?

Полуоборот я ушел в сторону и подсек опорную ногу Лысому. Он начал падать рожей на асфальт, и я ударил его ребром ладони в основание черепа. Борис потерял сознание еще в полете и рухнул безвольной куклой.

Слева от меня уже слышался треск электричества — «Масик» пытался достать меня шокером-дубинкой. Справа с ножом-бабочкой в руке летел Тимур.

Плавно качнув корпусом, я ушел с траектории дубинки и врезал кулаком в нос «Масику». Раздался хруст, голова парня запрокинулась назад, а сам он попятился.

Развернувшись, я схватил Тимура за запястье, дернул на себя и ударил коленом снизу, сломав ему локтевой сустав. Противник захрипел и выронил нож.

Я вырубил его ударом в челюсть.

На меня больше никто не нападал. Я усмехнулся, заметив Василия, который под шумок выхватил монтировку и тоже приготовился сражаться, но путь ему преградили водители и телохранители моих противников. Они поглядывали то на меня, то на Арсения. Чего это? Им велели меня не трогать? Молодые господа хотели проучить меня своими руками?

— Я вспомнил его! — неожиданно закричал Димон перепуганным голосом. — Это же он! Друг барона Прозорова! Помнишь, Сеня⁈

— Помню, — процедил Арсений и медленно зашагал ко мне навстречу. — Ты ответишь за все, гад! За прошлое унижение! И за сегодняшнее! Ты выставил нас в плохом свете перед Амбер! И даже сбежал за кулисы с ее танцовщицей! Как ты посмел⁈ Я хотел подарить Амбер цветы и пригласить на ужин! А ты…

Он скривился и резко вынул руку из-за пазухи.

Сынок личного дворянина держал небольшой артефактный пистолет. Между нами оставалось около метра, он направил на меня ствол и выстрелил мне в лицо.

От Автора: Всем привет. Следующая глава — финальная в этом томе. Выйдет, скорей всего, во вторник (10.06.2025) примерно в 10−00 по Мск.

Глава 26

— Сука! — яростно выкрикнул Василий, едва прозвучал выстрел, и из дула пистолета вылетел сияющая синей энергией пуля.

Мы только сегодня с ним познакомились, а он вон как за меня переживает. Хороший человек этот Вася — даже вперед рванул, чтобы хоть чем-то мне помочь. Но вовремя успел остановиться, иначе ему пришлось бы биться с телохранителями Арсения и его дружков.

И сейчас таксист стоит как вкопанный, распахнув рот от изумления. Ведь его помощь в данный момент мне оказалась совершенно не нужна.

Все это я отметил краем глаза. В тот миг, когда Арсений достал пистолет, я был готов действовать. Я предполагал, что все сложится именно таким образом — уж слишком долго и напряженно волосатый фанат Амбер держал руку за пазухой.

Я заранее начал концентрировать ману. Поэтому, когда противник выстрелил, вокруг меня закружились потоки воздуха. Они и подхватили артефактную пулю и перенаправили ее в землю. Арсений еще раз нажал на спусковой крючок…

Но за полмгновенья до этого я, оказавшись перед ним, ударил по его руке снизу вверх. Пуля улетела в небо.

Арсений с ужасом смотрел, как мой кулак летит на встречу с его носом. Разумеется, пьяный мерзавец никак не успел защититься.

Удар!

Его голова откинулась назад, хрящи смялись, парень захрипел…

Стремительно обогнув противника, я заломил ему руку — выкрутил ее так, что Арсений невольно плюхнулся на колени. Он разжал пальцы, отпустив пистолет, и заверещал.

Я успел поймать пистолет другой рукой и приставил дуло к затылку дебошира.

— Ты перешел черту, придурок, — холодно произнес я, — Одно дело устраивать глупые пьяные драки, и совсем другое — стрелять в людей.

— А-а-а-а… — стонал он. — Отпусти… пожалуйста…

— Ты послушал меня прошлый раз, и рядом с Семеном я тебя больше видел, — сильнее заломив его руку, произнес я.

— А-а-а-а!!! Да!!! Да!!! Отпусти!!!

— А теперь я хочу, чтобы ни тебя, ни твоих дружков я не видел рядом с этим клубом, рядом с Амбер и ее танцовщицами. Усек⁈

— А-а-а-а!!!

— Я спрашиваю, ты понял меня? — я надавил дулом на его затылок и медленно потащил ствол вверх по его волосатой черепушке.

— А-а-а-а!!! Понял!!! Не будем сюда ходить!!! Не будем!!! — закричал он во все горло, не выдержав такой массаж макушки.

— Умничка, — усмехнулся я. — Твою игрушку я забираю с собой. А ты забирай своих дегенератов и проваливай. Уяснил?

— Да-да!!! Уходим!!! Только отпусти!!!

— А повежливее?

— П… Пожалуйста… — проскулил он. — Обещаю… больше не буду с тобой связываться… И рожи… лица твоего больше не забуду!

Я поморщился от этой неприятной картины. Не люблю издеваться над слабаками. Но еще больше меня бесит, когда такие вот мелкие сошки начинают считать себя хозяевами жизни и путать берега.

Я наклонился над ухом Арсения и прошептал:

— Если еще раз ваша компашка идиотов перейдет мне дорогу, я сгружу ваши тушки в кузов грузовика и отвезу в Проклятые Земли.

— А? — он даже верещать перестал. — Но ведь мы же не дважды одаренные…

— Но ведь ты только что пообещал, что не будешь впредь со мной связываться, — хмыкнул я и толкнул его перед собой.

Арсений умудрился подставить руку и не упасть лицо на асфальт. Стоя на четвереньках, он посмотрел на меня через плечо, напряженно кивнул и медленно поднялся. Поймав взгляд Димона, кивком головы указал на машины.

— Уходим! — скомандовал Димон, без лишних слов понявший своего товарища.

Прихвостни Арсений засуетились: начали оказывать первую помощь раненым, отгонять машины. Василия больше никто не блокировал, так что он с монтировкой наперерез ринулся ко мне.

— Это было круто, командир! — с огнем в глазах выпалил он, глядя на меня, как на идола.

— А то ж, — хмыкнул я. — А ты все кричал: не приходите! Бросьте меня! Идите без меня… — я хлопнул его по плечу и, заглянув в глаза, твердо произнес: — В следующий раз вспоминай о случившемся сегодня и не пытайся избавиться от меня. Я своих не бросаю.

Василий чуть прищурился и в тон мне переспросил:

— Своих?

— Своих, — легко ответил я. — Сегодня, по крайней мере, ты работаешь на меня. А завтра…

Я замолчал и загадочно улыбнулся.

— А завтра? — снова повторил он за мной, всем своим видом предлагая мне продолжить фразу.

— Завтра у твоей Анжелы день рождения, забыл, что ли? — хохотнул я. — А у меня завтра другие дела. Но вот позже… Мне понадобится личный водитель — верный и умелый. А еще мне нужен будет человек, которому я могу доверить разные важные поручения. Оплату гарантирую, размер обсуждаем. Подумай пока. А позже, если будешь заинтересован, обсудим детали.

Несколько секунд Василий напряженно смотрел на меня, а затем склонил голову и произнес:

— Обязательно подумаю, командир.

Он снова посмотрел на меня, а через миг чуть повернул голову и напряженно замер.

— Что, мы еще не уезжаем? — усмехнулся от я такой реакции.

— Похоже на то, командир, — хмуро проговорил таксист.

Я медленно обернулся и увидел юношу, чуть старше меня на вид, который расслабленно, но очень целенаправленно шел в мою сторону. Парень немного покачивался, то и дело прикладываясь к бутылке пива.

Он остановился в паре метров и самодовольно усмехнулся. Я смотрел в его лицо, пытаясь понять, что же мне не нравится…

Будто бы все нормально, но что-то явно не так. Тональный крем? Что-то с глазами? Он носит цветные линзы?

В темноте, да еще и с такого расстояния не разобрать.

Но светлые волосы у него на голове сильно походят на стог сена, или пышную шапку. В этом мире подобные прически были в моде лет пятьдесят назад.

— Сударь, у вас парик накренился, — вежливо произнес я.

— В самом деле? — удивился он и свободной рукой принялся проверять свою сенообразную шевелюру. — Действительно. Спасибо, что предупредили, сударь.

Он немного поправил «волосы», но менее вызывающе выглядеть от этого не стал. Наоборот, отчего-то парик наэлектризовался после его прикосновения и распушился. Сейчас его нелепая прическа стала походить на гриву льва.

— Я вот что хотел сказать, сударь, — отпив пива, проговорил он, глядя мне в глаза. — Смахнемся?

Он самодовольно усмехнулся и демонстративно размял шею. Не скажу, что вопрос меня удивил — похоже, пьяные драки в клубах, присущи любым мирам в любое время.

Меня удивило другое — он подошел один и спросил. Не стал нападать исподтишка, не стал «звать друзей», как тот же Арсений.

Любопытно.

— Могу я узнать причину? — спросил я. Поддавшись юношескому азарту своего молодого тела, я тоже начал демонстративно хрустеть шеей, разминаясь.

Хотя в этом теле хрустеть-то еще нечему.

— А она в самом деле нужна? — усмехнулся незнакомец, скрывающий свою истинную внешность. — Если да, то пусть будет… хм… Мне тоже небезразлична Амбер и мне не понравилось, что из-за вашей возни на втором этаже ей пришлось приостанавливать концерт. А потом она еще и удостоила тебя великой чести, смотреть на нее из самого-самого первого ряда. Я возмущен. Надеялся, что вы, дебоширы, сами друг друга накажите, но ты совсем не пострадал.

Он улыбался во весь рот, явно наслаждаясь происходящим. Арсений и компания уже погрузились в машины и сейчас поглядывали на нас из окон. Другие зеваки тоже смотрели за продолжением зрелища.

Послышался топот и шум. К нам бежали охранники «Зарины» во главе с…

Ну надо же, Ксюша проявила инициативу и собрала для меня подмогу? Какая умница…

— Господа, территория клуба не места, для драк! — выкрикнул мощный охранник, но дорогу ему преградил еще более крупный мужчина, похожий на викинга из легенд — черная рубашка едва ли не трещала на нем от раздутых мышц, а светлые космы и борода добавляли брутальности.

— Судари, никаких драк, — не оборачиваясь, крикнул мой собеседник. — Лишь небольшая разминка уважаемых господ.

— Да, но… — попытался было возразить начальник охраны клуба, но парень вновь его перебил:

— Вам лучше не вмешиваться и озаботиться безопасностью других гостей.

Начальник охраны нервно глянул на подпитых зевак, а затем перевел взгляд на людей, сопровождающих моего собеседника. Клубных охранников было больше. Но если начнется массовая свара, защитить всех гостей от случайно магической техники они не смогут.

Ладно, пора завязывать с этим.

— Не вмешивайтесь, пожалуйста! — повысив голос, попросил я. — Я друг графского рода Самоцветовых, так что все будет в порядке.

Даже издали и в полутьме я видел, как выпучил глаза начальник охраны «Зарины». Упоминание Самоцветовых подействовало на него даже сильнее, чем слова моего собеседника и его бравые ратники.

А все, потому что я видел, что на клубе Зарина висит герб дворянского рода Алишеровых — вассалов графского рода Самоцветовых.

Айседора Ивановна честно выполняет мою просьбу присмотреть за Ксенией и далеко ее от себя не отпускает.

— Я согласен, — повернувшись к собеседнику, произнес я. — Могу я узнать твое имя, сударь?

— Зови меня, Лев, Александр. И да, ты прав — лучше будет на «ты».

— Лев, — усмехнулся я. — Имя тебе подходит. В общем, Лев, скрывающий свой род, времени у меня осталось немного. Давай сделаем так: один удар с твоей стороны. Без Родового Дара и без Второго Дара. Если сможешь испортить мне костюм ты выиграл. Если я сдержу твою атаку и костюм не пострадает — победа за мной. Ставка — десять тысяч рублей.

— Еще и денег поднять хочешь? — осклабился Лев.

— А чего бесплатно напрягаться? — в тон ему ответил я.

— И ты уверен, что у меня есть Родовой и Второй Дар?

Вместо ответа я лишь усмехнулся и покачал головой, мол, что за глупые вопросы.

— Идет! — решительно выкрикнул Лев. — Расходимся на пять метров и начинаем. Герман, — подозвал он одного из своих охранников и протянул ему бутылку. — Подержи моё пиво.

Я поймал взгляд Василия, и кивком указал на Ксюшу. Девушка взволнованно смотрела то на меня, то на Льва, но, когда наши глаза встретились, она смущенно улыбнулась и кивнула.

Мы с моим противником разорвали дистанцию и замерли друг напротив друга. Лев скалился, наслаждаясь происходящим, а затем медленно направил в мою сторону обе ладони. Я ответил ему тем же жестом.

Перед парнем начало закручиваться пламя. Мощный огненный шар сжимался и плавно увеличивался в размерах. Даже несмотря на разделяющее нас расстояние, я ощущал его жар.

Шар вырос настолько, что скрыл за собой своего создателя. На моем лбу выступила испарина. Я тоже начал выпускать из кончиков пальцев свое защитное заклинание…

Шар резко сорвался с места и в мгновенье ока настиг меня. Однако между нами появилась полупрозрачная ветровая линза.

— Ух ты… — пробормотал я, чувствуя, как пламя Льва сжигает мой воздух. Держа руки перед собой, я принялся с удвоенной силой напитывать заклинание маной.

Лев — силен.

Его источник заметно больше, чем у меня.

Но у меня перед ним есть огромное преимущество — опыт сражений из прошлой жизни. Для создания своих заклинаний я использую гораздо больше маны внешнего мира, чем кто-либо другой здесь.

Я тянул энергию извне, вплетая ее в свое заклинание. Ветровая линза перестала исчезать, и наоборот, начала набирать массу. Вскоре она стала еще более плотной, чем была в самом начале сражения, в то время как огненный шар противника лишь терял свою мощь.

— Гр-р-р-р!!! Хорош!!! — услышал я рык Льва. Забавно, в его голосе сплелись одновременно ярость и похвала.

— Спасибо!!! — отозвался я, начав отталкивать его огненный шар.

— Но я так легко не сдамся!!!

Получив новую порцию хозяйской энергии, шар попытался сдвинуть мою линзу. Но ничего у него не вышло — я уже успел хорошенько напитать маной заклинание. Перехватить инициативу у Льва уже не выйде…

Я потерял мысль на полуслове, когда понял, что огненный шар вновь начал прожигать мою защиту и теснить меня.

Как так?

Стоп…

Понятно.

Я отчетливо чувствую, что противник влил Второй Дар в свою технику. Что ж, решил победить, нарушив условия? Я был о тебе лучшего мнения…

Внезапно шар взлетел в воздух и начал рассеиваться.

— Проиграл! — яростно выкрикнул мой противник. — Я невольно использовал Второй Дар. Ты выиграл, Александр.

Развеяв наши техники, мы остановились друг напротив друга. Я показал ему большой палец. Лев усмехнулся и махнул рукой, мол «пустое».

А затем мы одновременно пошли навстречу друг другу.

— Спасибо за поединок, — произнес он, протянув мне ладонь.

— И тебе спасибо. И за десять тысяч тоже.

Мы пожали друг другу руки. Пару секунд я смотрел в его глаза. В самом деле цветные линзы.

Это что же получается, Лев, скрывающий свою фамилию и истинную внешность, пришел посмотреть концерт Амбер, которая делает то же самое?

Любопытные ребятки… но, если спросить в лоб, ни Лев, ни Амбер ничего не ответят.

— Скажи свой номер, я дозвон кину, — произнес я, взяв в руки телефон.

Лев изобразил удивление и прошептал:

— Так дерзко ко мне еще никто не подкатывал.

— Ха-ха, очень смешно. Деньги по номеру телефона на карту скинешь.

Он улыбнулся и кивнул:

— Записывай. Но только по ночам не звони.

— А это уже как получится.

Вскоре пришло уведомление о пополнении счета на десять тысяч рублей. Вот только деньги пришли не ото Льва, а от Германа Сергеевича К. — одного из его охранников. В этот момент Лев самодовольно смотрел на меня, отслеживая реакцию.

— Спасибо, — легко ответил я. — Будет скучно, звони.

— Взаимно, — ответил он.

Мы еще раз пожали друг другу. Он развернулся, сделал пару шагов, а затем остановился и произнес через плечо:

— Ты привлекаешь слишком много внимания, Александр. Без сильной фамилии тебе не выжить. Но если фамилия будет слишком сильная, она сама может раздавать тебя.

— И что же ты рекомендуешь? — хмыкнул я, пристально глядя в его глаза.

— Смысл что-то рекомендовать, если ты все равно все сделаешь по-своему? — рассмеялся Лев. — Но, разумнее всего было бы взять средненькую фамилию, чисто прикрыть зад. Однако посмотрев на тебя сегодня и сразившись с тобой, я лишь убедился, что «средненькое» вообще не для тебя. Так держать!

Теперь уже он показал мне большой палец и горделивой походкой направился к своим людям.

Очень любопытный персонаж…

И в то же время типичный Лев.

Я невольно улыбнулся, вспомнив своих товарищей по Зодиакальному кругу из прошлой жизни.

Полный круг — двенадцать братьев и сестер. А сейчас нас лишь двое.

Надо бы исправлять это несоответствие.

Но все потом. А сейчас ко мне несется взволнованная Ксюша. Стоит утешить девушку, а еще покормить после выступления и пережитого стресса. А еще… хм, как же мало времени осталось до завершения этой ночи!

Я вообще успею отдохнуть перед первым поход в Проклятые Земли?

От Автора: Уважаемые читатели, на этом второй том завершен. Спасибо вам, что прочитали его! А приключения Александра продолжаются. Жду вас на страницах следующего тома=)

Nota bene

Книга предоставлена Цокольным этажом, где можно скачать и другие книги.

Сайт заблокирован в России, поэтому доступ к сайту через VPN/прокси.

У нас есть Telegram-бот, для использования которого нужно: 1) создать группу, 2) добавить в нее бота по ссылке и 3) сделать его админом с правом на «Анонимность».

* * *

Если вам понравилась книга, наградите автора лайком и донатом:

Дважды одаренный. Том II

Content

Дважды одарённый. Том II

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Глава 20

Глава 21

Глава 22

Глава 23

Глава 24

Глава 25

Глава 26

Nota bene